Коллектив авторов

Курс уголовного права в пяти томах. Том 2. Общая часть: Учение о наказании

Глава I. Понятие и цели наказания

§ 1. Понятие наказания

Уголовный кодекс РФ 1996 г. впервые в отечественном и зарубежном уголовном законодательстве сформулировал понятие наказания. В ст. 43 сказано: "наказание есть мера государственного принуждения, назначаемого по приговору суда. Наказание применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных настоящим Кодексом лишении или ограничении прав и свобод этого лица". Исторически институт наказания развивался от частного к публичному. В догосударственных общинно-родовых формациях санкции за нарушение коллективных либо личных интересов носили соответственно — общинный либо межличностный характер. Например, изгнанию из общины подвергались лица, которые нарушали родоплеменные отношения. Посягательства на интересы отдельной личности наказывались в возмездно-компенсационном порядке.

По мере развития государства и права наказания за преступления вначале параллельные — публично-государственные и частные, а затем все более публичные и наконец — исключительно государственные меры принуждения.

Так, в законах Древней Руси, например, в Русской Правде, сосуществовали меры княжеского (государственного) и частного (между преступником и потерпевшим) принуждения. "На княжий двор" доставлялись виновные в преступлениях против интересов князей либо лица, совершившие особо тяжкие преступления. Менее тяжкие деяния наказывались в порядке частных, межличностных отношений. Так, ст. 1 краткой редакции Русской Правды предусматривала за убийство кровную месть, а при отказе от нее — сорок гривен за голову семье потерпевшего (кроме холопов). Статья 38 предоставляла потерпевшему от воровства право убить вора на месте преступления, если воровство совершено ночью и вор не был связан. В иных случаях вора следовало вести на княжий двор[1].

В XX веке наказание в России представляет собой исключительно меру государственного воздействия на лиц, совершивших преступление. Своеобразным отголоском частного уголовного права можно считать так называемые дела частного обвинения, которые возбуждались по жалобам потерпевших. Таковы дела о клевете, оскорблениях, побоях и проч. Правда, частным здесь оказывалось не само наказание, а процессуальный порядок возбуждения уголовного дела. В обвинительных приговорах по этим делам наказание выносилось от имени Российского государства, содержало все признаки меры государственного принуждения.

Пережитки частного наказания можно встретить в мусульманском уголовном праве, к примеру, кровная месть[2]. Так, в конце текущего столетия в Йемене до 10% умышленных убийств совершалось на почве кровной мести. Допускает частно-компенсационное наказание и антиконституционный УК Чечни, который представляет собой фактически дословный перевод УК Судана 1991 г. Таковы наказания: воздаяния равным по принципу талиона и выкуп за кровь.

Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., с которым Россия вступила в ХХ век, нормам о наказаниях отводило четыре пятых текста Общей части. Статья 90 "Определение наказания вообще" в действительности определения не содержала. В ней говорилось, что "наказание за преступления и проступки определяется не иначе, как на точном основании постановления закона". Однако в противовес данной норме, написанной в духе принципа законности, ст. 51 допускала применение наказания по аналогии. В ней говорилось: "Если в законе за подлежащее рассмотрению суда преступное деяние нет определенного наказания, то суд приговаривает виновного к одному из наказаний, предназначенных за преступления, по важности и роду своему наиболее сходные".

Уголовное уложение 1903 г. отменило аналогию. Перечень наказаний восьми видов приведен исчерпывающий. Однако ввиду неполной кодификации уголовно-правовых норм наказания предусматривались и в других актах. В частности, наказания содержались в церковном законодательстве, военном и военно-морском уставах о наказаниях, особые наказания применялись по обычаям инородческих племен.

Советское уголовное законодательство наказание терминологически, как отмечалось в главе об истории уголовного законодательства, изменяло трижды. В декретах и УК РСФСР 1922 г. санкции уголовно-правовых норм и виды наказаний именовались как "наказывается" и "карается". Основные начала уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. и УК РСФСР 1926 г. перешли на термины "меры социальной защиты". Их предусматривалось три — судебные, педагогические и медицинские. Такая замена не была удачной и продержалась недолго. В 30-х гг. восстанавливаются формулировки "наказывается" и "карается". В послевоенном уголовном законодательстве и поныне российские УК употребляют единый термин "наказание".

Наказание должно отвечать всем принципам уголовного права. Принцип законности реализуется в наказании прежде всего тем, что виды наказаний предусмотрены исключительно в уголовном кодексе. Старинный принцип "nulla poena sine lege" означает, что законом является только УК. Часть 1 ст. 3 "Принцип законности" прямо гласит, что наказуемость деяния "определяется только настоящим Кодексом".

Законность в наказании реализуется и в том, что единственным его основанием служит состав преступления (ст. 8 УК).

Требование принципа законности о полной кодификации уголовно-правовых норм целиком распространяется на регламентацию наказания. Никакой иной закон кроме УК не может вводить наказание. Неточно даже выражение "уголовное наказание", ибо наказание всегда уголовное. При этом применяются санкции того УК, который действовал во время совершения преступления. Исключение допускается согласно ст. 10 УК в случаях обратной силы уголовного закона.

Виды наказаний по УК 1996 г. отличаются от УК 1960 г. Приговоры судов, которые этого не учитывают, подлежат безусловной отмене. Так, вышестоящий суд, который отменил приговор суда, определил за преступление, совершенное после 1 января 1997 г., наказание в виде общественного порицания. В новом УК оно не предусмотрено. По другому делу приговор был отменен потому, что суд назначил штраф в размере, не предусмотренном УК 1996 г.

Российское уголовное законодательство не подразделяет, как это делают многие зарубежные УК, последствия совершения преступления на две разновидности: наказание и меры безопасности. Последние назначаются по различным основаниям и имеют неодинаковую правовую природу. Таковы меры безопасности, назначаемые невменяемым и ограниченно вменяемым лицам, алкоголикам и наркоманам, дополнительные наказания, а также превентивные меры безопасности. Последние применяются к лицам, которые не совершили преступления, но находятся в "опасном состоянии" ввиду прежних судимостей[3].

Очевидно, что столь различные по правовой природе меры не должны объединяться в единый род мер безопасности. Кроме того, в явном противоречии с законностью находятся превентивные меры безопасности, связанные с лишением свободы лиц, не совершивших преступления. Раздел VI УК Испании 1995 г. "Меры безопасности", например, относит к таковым помещение в психиатрическую больницу, помещение в лечебное учреждение для алкоголиков или наркоманов, превентивное заключение, установление надзора, лишение водительских прав, запрещение заниматься определенной профессиональной деятельностью. УК Испании подразделяет эти меры на две группы: первая — меры, предусматривающие лишение свободы (помещение в психиатрический центр, помещение в восстановительный центр, помещение в специальный воспитательный центр). Вторая — меры, не предусматривающие лишения свободы (запрет проживать и находиться в определенных местностях, лишение прав на управление транспортными средствами, лишение лицензии на оружие, профессиональная дисквалификация и другие).

В отдельной статье определяется, какие правовые санкции не считаются наказаниями. Это:

1) задержание и предварительное заключение, а также другие меры предупредительного характера;

2) штрафы и другие взыскания, которые в административном или дисциплинарном порядке назначаются подчиненным и управляющим;

3) лишение прав и исправительные санкции, которые установлены гражданским и административным законодательством.

Меры безопасности по уголовному законодательству США: превентивная изоляция дефективных правонарушителей, превентивная изоляция сексуальных психопатов, изоляция и лечение преступников — наркоманов и алкоголиков.

Принцип законности проявляется в институте наказания также в срочном характере видов наказания. Исключение составляют только смертная казнь (ст. 59), пожизненное лишение свободы (ст. 57), лишение государственных наград и званий (ст. 48). Этим свойством наказание по УК РФ, как и прежде по УК РСФСР, выгодно отличается от ряда зарубежных кодексов, допускающих наказание на неопределенный срок.

Впервые неопределенные приговоры стали выносить суды Нью-Йорка в 1890 г. Суды определяли лишь минимальный размер тюремного заключения. Сколько фактически придется пребывать в тюрьме, определяет не суд, а тюремная администрация. Сторонники неопределенных приговоров полагали, что таким путем возможно более эффективно исправить заключенного.

В действительности же неопределенные приговоры входили в очевидное противоречие с законностью в уголовном и уголовно-процессуальном праве, порождали коррупцию и произвол тюремной администрации[4].

Неопределенные приговоры обусловливались и принятой в УК ряда штатов Северной Америки (например, в УК штата Нью-Йорк) конструкцией наказания. Вместо конкретных санкций за преступления кодексы устанавливали типовое наказание с широкой вилкой максимального и минимального размера в зависимости от категории деяния.

Принцип равенства применительно к наказанию означает, во-первых, требование пенализации, т.е. установления санкций за преступления независимо от пола, национальности и других, перечисленных в ст. 4 УК РФ свойств и функций осужденного.

В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. наказание нередко зависело от сословной принадлежности осужденного. Например, телесным наказаниям не подвергались дворяне, священнослужители, купцы, крестьяне, занимающие общественные должности. К домашнему аресту могли быть приговорены лишь дворяне и чиновники.

Во-вторых, реализация принципа равенства означает неотвратимость наказания как решающего этапа уголовной ответственности. Принцип равенства в системе видов наказания и санкциях норм сочетается с принципами справедливости, вины, гуманизма. Так, принцип справедливости обязывает суд при применении наказания учитывать обстоятельства совершения преступления и личность виновного. Последняя же слагается из трех ее свойств: социально-демографических, социально-ролевых и социально-психологических независимо от социально-демографических признаков объектов преступления.

Например, пол и возраст виновного законодатель учитывает в норме о смертной казни. Она не назначается несовершеннолетним, совершившим преступление в возрасте до 18 лет, мужчинам, достигшим к моменту вынесения приговора 65-летнего возраста, а также женщинам (ст. 59). Такие же ограничения предусмотрены в норме о пожизненном лишении свободы (ст. 57). Система наказаний для несовершеннолетних ограничена шестью видами, их размеры понижены по сравнению с размерами наказаний для взрослых осужденных.

Социально-ролевые свойства личности обусловливают применение к ней таких видов наказания, как лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, ограничение по военной службе, содержание в дисциплинарной воинской части.

Иностранные граждане, пользующиеся иммунитетом, не подлежат наказанию в случае совершения преступления на территории России. Вопрос об их уголовной ответственности и наказании решается в соответствии с нормами уголовного права (ст. 11 УК РФ). В Федеральном законе "Об исключительной экономической зоне российской Федерации" говорится, что в случае привлечения за некоторые экономические преступления к уголовной ответственности к иностранным гражданам не применяется наказание в виде лишения свободы, если международным договором Российской Федерации и государством, гражданином которого является правонарушитель, не предусмотрено иное.

Принцип вины в наказании воплощается таким образом, что наказание за невиновное причинение вреда не допускается и наказание носит всегда личный характер, то есть несет в себе лишение и ограничение прав и свобод только осужденному. Это требование виновной и личной ответственности распространяется как на наказание лица, совершившего преступление индивидуально, так и на соучастников. Например, ч. 1 ст. 52 УК допускает конфискацию имущества, которое является собственностью только осужденного. Не подлежит конфискации имущество, необходимое лицам, находящимся на иждивении осужденного. Статья 67 требует при назначении наказания соучастникам учитывать их фактический персональный "вклад" в общее преступление. Смягчающие или отягчающие обстоятельства, относящиеся к личности одного из соучастников, учитываются при назначении наказания только этому соучастнику.

Принцип справедливости (ст. 6) полностью обращен к наказанию. Он требует точной соразмерности наказания характеру и степени общественной опасности преступлений, обстоятельствам его совершения и личности виновного. Не допускается двойное наказание за одно и то же преступление.

Принцип гуманизма наказания — санкции в уголовно-правовой норме и реального наказания, определяемого приговором суда, означает рациональную экономию репрессий. Законодатель выражает это требование в ч. 1 ст. 60: "Более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания".

Принцип гуманизма применительно к наказанию означает также, что целью наказания не является причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства (ч. 2 ст. 7).

Первый признак наказания — суть мера государственного принуждения (ч. 1 ст. 43 УК). Никакие другие органы кроме государства в лице судебной власти не могут выносить наказание. Меры общественного воздействия типа выговоров, ходатайств об увольнении и проч., которые согласно УК 1960 г. выносились товарищескими судами за преступления, не представляющие большой общественной опасности, а также коллективные поручительства взамен наказания, в УК 1996 г. не предусмотрены.

Приговоры суды выносят всегда именем Российской Федерации. В резолютивной части обвинительного приговора суда должны быть указаны вид и размер наказания, вид исправительного учреждения с соответствующим режимом, в котором будет отбывать наказание осужденный к лишению свободы. Наказание во всех случаях должно быть обозначено таким образом, чтобы при исполнении приговора не возникало никаких сомнений относительно вида и размера наказания, назначенного судом (ст. 315 УПК РСФСР).

Дискуссии по поводу права на наказание человеческим судом велись не одно столетие. Бог или государство имеют право наказывать человека, совершившего преступление? По данной проблеме написано бесчисленное множество работ и предложены десятки теорий — абсолютных, относительных и смешанных[5]. В настоящее время они утратили свою актуальность — право на наказание государства сегодня вне каких-либо сомнений. Религиозные санкции в светских государствах более не конкурируют с государственным наказанием.

Несколько иное положение в мусульманском уголовном праве. Там государственные и религиозные наказания довольно бессистемно переплетаются. Уголовные кодексы мусульманских стран сохраняют наказуемость религиозных преступлений и преступлений против души. Шариатские суды руководствуются в производстве по уголовным делам не УК и УПК, а Кораном и Сунной. В Чечне функционирует даже система шариатской безопасности.

Второй признак наказания является принуждением. Его назначение и исполнение осуществляются вопреки воле осужденного не быть наказанным вообще или менее строгим наказанием. Уголовно-процессуальное законодательство, правда, предоставляет осужденному возможность жаловаться на суровость наказания в порядке кассационного надзора. Суды могут снизить наказание. Однако во всех случаях окончательно определенное наказание не утрачивает своего принудительного свойства. Более того, за злостное уклонение от назначенного судом наказания следует замена его более строгим наказанием. Уклонение от исполнения лишения свободы образует самостоятельный состав преступления. За побег из мест лишения свободы назначается новое наказание, оно складывается с неотбытым сроком наказания. Сумма при совокупности приговоров может составлять 30 лет лишения свободы.

Третий признак наказания относится к его содержанию. Это лишение или ограничение прав либо свобод осужденного.

Лишения свобод заключены в таких видах наказания, как пожизненное либо временное лишение свободы и арест. Ограничение свободы, когда осужденный не имеет права в определенное время суток отлучаться из мест отбывания этого наказания, содержится в таких видах наказания, как ограничение свободы и содержание в дисциплинарной воинской части.

Ограничение трудовых прав происходит при исправительных работах, при ограничении по военной службе, обязательных работах, при лишении права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Ограничение имущественных прав заключено в штрафе и конфискации имущества.

Исключительной, высшей мерой наказания является смертная казнь. Она лишает осужденного главного права человека — права на жизнь.

Большинство наказаний сочетают лишение прав и свобод с ограничением. Так, лишение свободы сочетается с ограничением трудовых, имущественных, жилищных, семейных прав осужденного. Исправительные работы ограничивают трудовые и имущественные права.

Четвертый признак наказания образует основание его назначения. Таковым является совершение преступления, наказание — органичное следствие преступления.

Пятый признак наказания — его адресат. Наказанию подвергается только лицо, признанное судом виновным в совершении преступления. Личность субъекта преступления служит самостоятельным основанием индивидуализации судом наказания (ст. 60).

В понятие наказания законодатель включил уголовно-процессуальный признак — назначение наказания по приговору суда. Сделано это для того, чтобы исключить имевшие в прошлом рецидивы грубых нарушений законности, когда наказания вплоть до высшей меры выносили спецсуды (так называемые "тройки")[6].

Согласно Конституции РФ и Федеральному закону "О судебной системе Российской Федерации" от 31 декабря 1996 г. наказания за преступления назначает суд общей юрисдикции от районных судов до Верховного Суда РФ. В течение 1997-1999 гг. они ежегодно назначали наказания более чем одному миллиону осужденных.

На основании вступившего в силу 22 декабря 1998 г. Федерального закона "О мировых судьях в Российской Федерации" мировые судьи рассматривают в первой инстанции уголовные дела о преступлениях небольшой тяжести, т.е. за совершение которых может быть назначено наказание, не превышающее двух лет лишения свободы.

В публикациях прошло предложение в порядке эксперимента в ряде регионов России законодательно разрешить прокурорам по некоторым категориям уголовных дел при наличии согласия подозреваемых применять к ним в качестве наказания за совершенные преступления штраф, конфискацию, исправительные работы. Довод один — успешный опыт Швеции, где прокурор может выдать ордер на совместное взыскание штрафа[7].

В иностранных государствах немало оригинального в институте наказания. Например, неопределенные приговоры в статьях Особенной части УК без конкретных санкций, система мер безопасности, параллельная система наказаний, сделка о вине и многое другое. Соответствует же принципу законности, заложенному в международно признанной презумпции невиновности, наказание, вынесенное только в приговоре суда. Для современной России с ее прошлыми внесудебными репрессиями 30-40-х гг. и ее нынешним состоянием законности, когда в официальной уголовной статистике фиксируется до 3 млн. преступлений, а фактически ежегодно их совершается 9-12 млн., 60% из которых — тяжкие и особо тяжкие, а в суды передается лишь немногим более 1 млн. уголовных дел, предлагаемые эксперименты неприемлемы.

Такой вывод подтверждает, в частности, эксперимент с судами присяжных. Прошло пять лет, а эксперимент так и остался в рамках девяти субъектов Федерации. И странная статистика: подсудимые по делам об особо тяжких убийствах, за которые может быть назначена смертная казнь, в 98% предпочитают суд присяжных судам из трех профессиональных судей. Это не случайно. Если профессиональные суды выносят убийцам оправдательные приговоры по 0,5% дел, то суды присяжных оправдывают намного чаще. Неудивительно, что 48,6% таких оправдательных приговоров вышестоящими судами отменяется.

Уместно заметить, что в марте 1999 г. Конституционный Суд решил, что в отсутствие соответствующего федерального законодательства ни один суд в России не может приговорить подсудимого к исключительной мере наказания — смертной казни. Такое решение соответствует ч. 2 ст. 20 и ч. 2 ст. 47 Конституции РФ об особо тяжких преступлениях против жизни о праве обвиняемого на рассмотрение его дела судом присяжных. Однако оно не согласуется со ст. 20 и 22 той же Конституции о том, что смертная казнь, вплоть до ее отмены, может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания. УК РФ и есть тот самый федеральный закон, который предусматривает смертную казнь за особо тяжкие преступления против жизни, и он в полной мере соответствует Конституции.

Исполнение наказания регламентирует Уголовно-исполнительный кодекс РФ, вступивший в силу 1 июля 1997 г.

В уголовно-правовой литературе был спорным вопрос, является ли судимость признаком наказания или его последствием. Судимость представляет собой определенные правоограничения для осужденного, отбывающего и отбывшего наказание (ст. 86, 95). Она учитывается при рецидиве преступлений и при назначении наказаний (см. гл. XIV, т. 1). Поскольку судимость входит в срок исполнения видов наказаний, имеющих временной характер (лишение свободы, арест, исправительные работы), она оказывается здесь признаком наказания. Что касается наказаний, исполняемых единовременно (штраф, конфискация), то судимость следует после исполнения наказания. Понятно, что по-разному решать этот вопрос было бы необоснованным. Поэтому больше аргументов за признание судимости признаком наказания.

Неясности порождала ст. 57 УК 1960 г., которая фиксировала начало судимости, но не ее конец. Статья 86 УК 1996 г. назвала сроки судимости: со дня вступления обвинительного приговора суда в законную силу до погашения или снятия судимости. Следовательно, законодатель включил судимость в наказание как назначенное, так и исполненное. Одновременно судимость является и последствием отбытия наказания.

Помимо судимости к правовым последствиям наказания относятся некоторые ограничения прав и свобод, предоставленных Конституцией: в течение срока судимости лицо не может быть принято на работу в правоохранительные органы, на службу в государственные органы и в органы местного самоуправления. В отношении лиц, отбывших лишение свободы, устанавливается административный надзор. За нарушение его правил ст. 167 Кодекса РСФСР об административных правонарушениях предусматривает административную ответственность. Однако считать названные правоограничения, в отличие от судимости, признаками наказания, мы полагаем, нельзя[8].

Наказание и уголовная ответственность — не совпадающие категории и понятия, хотя говорить об их существенных различиях тоже не следует[9]. Наказание представляет собой реализацию уголовной ответственности в обвинительном приговоре суда. Наказание — важнейший этап уголовной ответственности.

УК различает уголовную ответственность и наказание. Например, в ст. 8 говорится об основании уголовной ответственности. В различных главах (соответственно в гл. 11 и 12) регламентируется освобождение от уголовной ответственности и освобождение от наказания. Неодинаковы временные рамки уголовной ответственности. Различаются органы, осуществляющие привлечение к уголовной ответственности и освобождение от нее.

Началом уголовной ответственности является совершение преступления. Окончанием — погашение или снятие судимости. К уголовной ответственности привлекают и освобождают от нее органы дознания, следствия, прокуратуры, суда. Наказание выносит только суд, и он же освобождает от него.

Вопрос о начале уголовной ответственности и содержании таковой принадлежит к числу дискуссионных. В российской уголовно-правовой доктрине насчитано по меньшей мере пять концепций уголовной ответственности, ни одна из которых не является общепризнанной[10]. Согласие проявлено лишь в том, что уголовная ответственность суть правоограничения и что она исчерпывается погашением или снятием судимости. В остальном позиции исследователей не совпадают[11]. Решение проблемы осложняется тем, что к уголовно-правовым правоограничениям некоторые авторы присовокупляют уголовно-процессуальные правоограничения в виде мер пресечения (подписка о невыезде, заключение под стражу и др.). Не проясняет проблему смешение уголовной ответственности и уголовно-правовых отношений.

Потенциальная уголовная ответственность в виде угрозы наказанием содержится во вступившем в силу уголовном законе. Реальная уголовная ответственность начинается с момента появления ее основания, т.е. совершения преступления (ст. 8). Правоограничение здесь выражается в появлении у лица, виновного в преступлении, обязанности отвечать за содеянное путем претерпевания связанных с наказанием лишений и ограничений. В случае уклонения от исполнения этой обязанности не текут сроки давности привлечения к уголовной ответственности (ст. 78). Боязнь быть наказанным порождает определенный психологический дискомфорт лица. У правоохранительных органов с момента совершения виновным преступления возникают права и обязанности по привлечению его к уголовной ответственности.

На следующем этапе уголовная ответственность воплощается уже в реальном наказании. На последнем, четвертом этапе уголовной ответственности следует погашение и снятие судимости[12].

Наказание, таким образом, суть реализованная судом в обвинительном приговоре уголовная ответственность. Погашение и снятие судимости аннулируют все правоограничения, связанные с наказанием.

В УК предусмотрены помимо наказаний меры уголовно-правового характера. К ним относятся принудительные меры воспитательного воздействия и принудительные меры медицинского характера. Первые назначаются судом взамен наказания несовершеннолетнему лицу, виновному в преступлении небольшой или средней тяжести (ст. 90-91). Принудительные меры воспитательного воздействия отличаются от наказания по содержанию. Они не носят карательно-репрессивного характера. Их принудительность несравненно меньшая, нежели в наказаниях. Она состоит в обязанности осужденного претерпевать такие ограничения, как возмещение причиненного ущерба, опекунство и т.д. В случае систематического невыполнения принудительных мер воспитательного воздействия они отменяются и материалы направляются для привлечения несовершеннолетнего к уголовной ответственности. К мерам уголовно-правового характера относится также принудительное помещение подростка, совершившего преступление средней тяжести, в специальное воспитательное или лечебно-воспитательное учреждение для несовершеннолетних. Судимости эти меры не влекут.

Адресатом принудительных мер воспитательного воздействия является несовершеннолетний в возрасте от 14 до 18 лет. Сходство наказаний и принудительных мер воспитательного воздействия в основаниях их назначения — совершение преступления (см. гл. IX, т. 1).

Принудительные меры медицинского характера представляют собой, согласно ст. 99 УК, амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра, а также принудительное лечение в психиатрическом стационаре трех типов.

От наказания принудительные меры медицинского характера в отношении невменяемых отличаются по основаниям. Невменяемые не совершают преступления. Поэтому целью этих мер является излечение или улучшение психического состояния лица, совершившего объективно (не виновно) общественно опасное деяние, а также предупреждение совершения им нового общественно опасного деяния (см. ст. 98 УК). Их назначает суд своим определением.

Принудительные меры медицинского характера определяются судом и в отношении лиц, которые после совершения преступления заболели психическим расстройством, а также в обвинительном приговоре к ограниченно вменяемым, наркоманам и алкоголикам. Здесь различие проходит прежде всего по содержанию: они лишены карательного наказания, но являются принудительными. Оснований назначения три: совершение преступления, наличие психического расстройства, алкоголизма либо наркомании, а также наличие опасности для себя или других лиц. Они преследуют также две цели (ст. 98): излечение и предупреждение новых уголовно наказуемых деяний.

Принудительные меры медицинского характера назначаются судом на неопределенный срок, который зависит от достижения цели излечения.

Наказание следует отличать также от иных правовых санкций — административных, гражданских, дисциплинарных. Различие проходит по основаниям ответственности, содержанию и последствиям. Имеются также процессуальные отличия.

Основанием наказания является преступление. Основанием иных правовых санкций служат соответствующие непреступные правонарушения. Содержание наказания — ограничение или лишение прав и свобод осужденного. Иные правовые санкции также содержат определенные правоограничения. Гражданские, главным образом, имущественные и личные (за причиненный моральный ущерб). Административные санкции — штраф, арест, исправительные работы. Дисциплинарные санкции — это выговор, увольнение, отстранение от должности и т.п. Однако по порицаемости, суровости и судимости они всегда отличны от наказания.

Наказание следует отличать и от так называемых мер безопасности. Многие зарубежные уголовные кодексы их предусматривают. В отечественном законодательстве о мерах безопасности говорит УК Республики Беларусь 1999 г., а также Уголовный закон Латвии 1998 г. Российские сторонники мер безопасности трактуют их по-разному. Одни ограничивают их принудительными мерами медицинского характера. Другие — как доказательные, вместонаказательные, посленаказательные правоограничения за различные деяния[13]. Донаказательные меры безопасности представляют собой правоограничения, направленные на устранение угрозы совершения преступлений. Их еще именуют криминологическими. В криминологии они относятся к мерам ранней, допреступной профилактики. Такие меры предусмотрены другими отраслями права — административной, гражданской, налоговой, бюджетной, экологической и проч.

Вненаказательные меры безопасности суть правоограничения, установленные судом вместо наказания. По УК РФ таковыми признаются принудительные меры воспитательного воздействия, применяемые к несовершеннолетним взамен наказания при совершении ими впервые преступлений небольшой или средней тяжести.

Посленаказательные меры безопасности, по мнению авторов концепции мер безопасности, представляют собой правоограничения в отношении лиц, отбывших наказание. Таковы правоограничения при судимости, при административном надзоре. Некоторые исследователи относят к мерам безопасности только принудительные меры медицинского характера, применяемые к невменяемым, ограниченно вменяемым, хроническим алкоголикам, наркоманам и токсикоманам, а также к больным туберкулезом и венерическими заболеваниями[14].

Н.В.Щедрин считает, что в действующем российском УК регламентированы четыре вида мер безопасности: 1) необходимая оборона, задержание преступника, крайняя необходимость; 2) принудительные меры воспитательного воздействия; 3) принудительные меры медицинского характера; 4) обязанности, возлагаемые на условно осужденных и условно-досрочно освобожденных. Все перечисленные меры безопасности автор подразделяет на связанные с лишением свободы и не связанные.

Два главных вопроса к разработчикам концепции мер безопасности: возможно ли столь разные по основаниям и правовым последствиям уголовно-правовые институты и нормы объединять единым родовым понятием "меры безопасности"? Каково практическое, т.е. законотворческое и правоприменительное, значение мер безопасности?

Дореволюционные сторонники мер безопасности достаточно ясно проводили границу между наказанием и мерами безопасности. Основанием наказания является преступление, мера безопасности — опасная личность[15]. "Опасная личность", "опасные элементы", "враги народа", подлежащие ссылке до десяти лет, это беззаконие, как показано в главе об истории уголовного законодательства в XX в. (см. гл. 2 Курса, т. 1).

Действующий УК ФРГ, который базируется на "двухколейности", т.е. на наказании и мерах безопасности, знает понятие потенциального преступника, к которому можно применять превентивное тюремное заключение. Немецкая доктрина мер безопасности позволила законодателю включить в число таких мер совершенно разнохарактерные по природе и содержанию меры. К мерам безопасности, связанным и не связанным с лишением свободы, отнесены дополнительные виды наказаний, принудительные меры медицинского характера в отношении невменяемых лиц, принудительные меры наркологического характера в отношении хронических алкоголиков и наркоманов, принудительные меры сексологического характера в отношении преступников-рецидивистов, совершивших половые преступления, и сексопатов, меры постпенитенциарного характера в отношении многократных рецидивистов и привычных преступников[16].

Новые УК Испании 1998 г. и Польши 1998 г. предусмотрели наряду с наказанием меры безопасности (см. гл. XI тома 2 настоящего Курса).

УК Республики Беларусь в разделе "Принудительные меры безопасности и лечения" регламентирует применение таких мер к невменяемым, уменьшение вменяемым, хроническим алкоголикам, наркоманам и токсикоманам. Это те же самые меры, которые в УК других стран СНГ называются принудительными мерами медицинского характера. Ввиду многозначности термина "меры безопасности" вызывает сомнение целесообразность введения его в УК.

Авторы содержательной монографии о принудительных мерах медицинского характера предлагают следующее их определение: "Это социально-правовые и медико-реабилитационные меры безопасности, применяемые вместо наказания или наряду с ним судом к лицам, страдающим психическими расстройствами, алкоголикам, наркоманам и приравненным к ним субъектам, совершившим общественно опасные деяния, предусмотренные уголовным законом, в порядке, установленном федеральными законам и международно-правовыми нормами правовой процедуры, с соблюдением прав и законных интересов человека и гражданина, при нахождении лица в специальных медицинских учреждениях, под принудительным амбулаторным наблюдением или лечении у психиатра"[17].

В этом слишком пространном определении требуют уточнения по крайней мере три утверждения: о "приравнивании" к лицам с психическими расстройствами иных субъектов, к которым можно применять меры безопасности, ибо приравнивание суть аналогия. Нормы международного права без инкорпорации в УК непосредственно не применяются. Авторы не объяснили, чем их не устраивает проверенное временем и как будто не вызывающее осложнений на практике законодательное понятие принудительных мер медицинского характера и почему их надо поменять на социально-правовые и медико-реабилитационные меры безопасности.

Наконец, правоограничения при условном осуждении и условно-досрочном освобождении связаны с наказанием, с его назначением и исполнением. Считать их иными мерами уголовно-правового характера, тем более неизвестными УК мерами безопасности — значит, отступать от закона. Главный же вопрос — зачем? Все изменения закона должны обосновываться твердыми доказательствами большей эффективности в противостоянии преступности с действующими нормами. К сожалению, этой аргументации мы не находим. Как не находим обоснования большей эффективности обстоятельств, исключающих преступность деяния в виде необходимой обороны, задержания преступника, крайней необходимости, если заменить их понятием "меры безопасности".

Таким образом, сопоставление норм о мерах безопасности в различных УК позволяет заключить: во-первых, в кодексах содержится различная трактовка мер безопасности; во-вторых, проводится нечеткое размежевание наказания и мер безопасности. Карательное содержание мер безопасности может превосходить суровость наказания; в-третьих, незаконно основание назначения мер безопасности в виде опасной личности (потенциального преступника, привычного преступника); в-четвертых, необоснованно охватывать единым родовым понятием "меры безопасности" совершенно разные институты и нормы УК.

§ 2. Цели наказания

Цели наказания в ч. 2 ст. 43 УК определены так: "Наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений". Как видим, закон называет три цели наказания:

1) восстановление социальной справедливости;

2) исправление осужденного;

3) предупреждение совершения новых преступлений.

Уголовно-исполнительный кодекс РФ говорит о двух целях исполнения наказания: исправление осужденных и предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами. УК Республики Казахстан точнее, нежели УК РФ, формулирует цели наказания. Он говорит о предупреждении совершения новых преступлений как осужденными, так и другими лицами. Аналогичной позиции придерживается Модельный УК для стран-участниц СНГ.

Проблемы целей наказания издавна обладали большой притягательной силой для исследователей различных отраслей знаний — теологов, философов, правоведов, социологов, психологов. По подсчетам Н.Д.Сергиевского, целям наказания посвящены 24 философских и более 100 юридических концепций.

Справедливо отмечалось в американской доктрине, что "наказание остается стоголовым существом со многими лицами и немногими постоянными именами"[18].

Исторически первые теологические теории о целях наказания базировались на постулатах Ветхого Завета (Второзаконие, XIX, 21): наказание — воздаяние за зло, устрашение по правилам талиона "око за око, зуб за зуб". Но уже в I в. н. э. Новый Завет провозгласил принцип "непротивления злу насилием".

Абсолютные теории целей наказания также усматривали в них воздаяние за содеянное, ибо преступление нарушает "абсолютную идею", "категорический императив" о справедливости (Гегель, Кант).

Пришедшие им на смену утилитарные теории видели в целях наказания общее и специальное предупреждение преступления. Первое удерживает неустойчивых граждан от совершения преступлений, второе — предупреждает рецидив со стороны осужденного. "Новая социальная защита" усматривает цели наказания в ресоциализации преступников, адаптации к условиям жизни общества по отбытии наказания[19].

Смешанные теории наказания соединяют идеи абсолютной и утилитарной теорий. Целями наказания они считают устрашение и возмездие (кару), общую и специальную превенцию, а также исправление[20].

Господствующие мировоззрения о целях наказания оказывали воздействие на системы наказаний. Между ними и законодательством существовало взаимодействие. Так, доктрины устрашения и возмездия как цели наказания последовательно воплощались в жестоком рабовладельческом и феодальном законодательстве. Безусловно, влияние оказывали и приоритетные правовые идеологии. В добуржуазных периодах — также религиозные вероучения.

Своеобразным рудиментом таких воззрений на цели наказания поныне остаются смертная казнь и пожизненное лишение свободы. В мусульманском праве — также членовредительные наказания: отсечение рук, ног, отрезание ушей и т.д. В английском праве телесные наказания были отменены сравнительно недавно.

Утилитарные теории, признающие целями наказания исправление преступника, общее и специальное предупреждение, способствовали либерализации систем наказания. Они дали уголовному законодательству такие гуманные институты, как условное осуждение, отсрочка исполнения приговора, условно-досрочное освобождение. Поэтому считать теории целей наказания только научной абстракцией без какого-либо практического значения не приходится.

Правомерен вопрос, почему так многообразно и подчас противоречиво доктринальное толкование целей наказания. Н.С.Таганцев, соглашаясь с немецким ученым Мелем, объяснял это тем, что наказание подобно двуликому Янусу. Одним лицом оно обращено к прошлому — к уже совершенному преступлению и его субъекту, другим — к будущему, к исправлению осужденного, дабы по отбытии наказания он не совершал более преступления. Действительно, сочетание в наказании ретроспективных и перспективных начал во многом объясняет различие подходов к целям наказания. Однако как бы ни были разнообразны многовековые теории о целях наказания, в конечном итоге они сводятся к целям возмездия (кары), исправления, общего и специального предупреждения.

В зарубежных УК специальные нормы о целях наказания, как правило, отсутствуют. О них можно судить по иногда имеющимся нормам о целях и задачах кодекса. Например, ч. 2 п. 1.05 "Общие цели" УК штата Нью-Йорк их определяет так: "Обеспечить публичную безопасность, предупреждая совершение посягательства посредством устрашающего воздействия назначаемых наказаний, социального восстановления личности осужденных, а также их изоляции, когда это требуется в интересах общества". В научной и учебной литературе о целях наказания пишется немало. В частности, в курсах американского права, в документах и материалах министерства юстиции и комиссий по реформе федерального УК и кодексов штатов называются четыре цели наказания: воздаяние (кара), устрашение, лишение возможности совершать преступление и исправление. Воздаяние выражает осуждение государством преступника без каких-либо утилитарных целей. Устрашение — это предупреждение неопределенного круга возможных правонарушителей (общее устрашение) и наказываемого преступника (индивидуальное устрашение). Лишение возможности совершать преступление представляет собой изоляцию осужденного навсегда или на срок, чтобы оградить лиц, находящихся на свободе, от преступных на них посягательств. Наконец, исправление толкуется весьма широко: и как полный отказ от преступлений, и как отказ от частой преступной деятельности, и как отказ от совершения более тяжких преступлений и т.п.[21]

1. Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.

2. Уголовное уложение 1903 г. не содержат статей о понятии и целях наказания. Достоинством советского уголовного права явилось то, что уже первый УК РСФСР 1922 г. содержал отдельную статью о целях наказания. Статья гласила: "Наказание и другие меры социальной защиты применяются с целью: а) общего предупреждения новых преступлений как со стороны нарушителя, так и со стороны других неустойчивых элементов общества; б) приспособления нарушителя к условиям общежития путем исправительно-трудового воздействия; в) лишения преступника возможности совершения дальнейших преступлений".

УК РСФСР 1960 г. в ст. 20 "Цели наказания" устанавливал: "Наказание не только является карой за совершенное преступление, но и имеет цель: исправление и перевоспитание осужденных в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития, а также предупреждение совершения новых преступлений как осужденными, так и иными лицами.

Наказание не имеет целью причинение физических страданий или унижение человеческого достоинства".

Недостатки данной формулировки, во-первых, в неопределенности выражения относительно кары: она — цель наказания, как можно заключить из заголовка статьи, или нет? Во-вторых, критики заслуживает политизированность и морализаторство таких целей наказания, как "честное отношение к труду", "точное исполнение законов" и т.д. В-третьих, нереально завышены требования к целям наказания. Можно с достаточной уверенностью утверждать, что при буквальном следовании им ни один из осужденных не достигнет поставленных УК целей и потому должен пожизненно отбывать наказание. В-четвертых, различение терминов "исправлять" и "перевоспитывать" искусственно порождало споры об их содержании.

Отсюда понятно, что Основы уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г., а за ними проект УК РФ и сам Кодекс отказались от такой формулировки целей наказания. При составлении проектов Основ и УК отдельные разработчики предлагали указать кару как цель наказания. При этом на вопрос противников такого предложения, что включает кара помимо принудительных лишений и ограничений прав и свобод наказываемого лица, ответы внятностью не отличались. На самом деле кара, репрессии — это и есть те ограничения и лишения, которые составляют содержание наказания, но не его цель. Если же кару указывать в качестве самостоятельной цели наказания, то это уже сродни средневековому анахронизму. Тем не менее, такое неудачное противопоставление кары, с одной стороны, и ограничения с лишениями, с другой, содержалось в Общей части проекта УК 1994 г. Его ст. 481 гласила, что "Наказание есть кара за совершенное преступление. Как мера государственного принуждения наказание, назначаемое приговором суда, применяется к лицу, признанному виновным в совершении преступления, и заключается в предусмотренных уголовным законом лишении или ограничении прав и свобод этого лица".

С принятием нового УК споры о каре как цели наказания, казалось бы, потеряли былую актуальность. Однако и после вступления в силу УК 1996 г., в котором слово "кара" отсутствует, дискуссия о каре продолжается. При этом в "кару" вкладывается различное, порой диаметрально противоположное содержание. Так, оригинальное понимание кары предлагает В.К.Дуюнов. Критикуя новый Кодекс за невключение в снятие наказания и его целей признаков кары, он пишет, что кара является одновременно и содержанием наказания, и его целью. Под карой им понимается "реакция на проступок определенного лица, носящая характер упрека, осуждение, порицание этого лица и совершенного им проступка, имеющая целью оказание на виновное лицо и его поведение необходимого воспитательно-психологического и иного предупредительного воздействия"[22]. Кара, якобы, может выражаться "только в порицании деяния и виновного или также в применении к виновному определенных лишений и ограничений"[23].

Автор полагает, что указанная в ч. 2 ст. 43 цель "восстановление социальной справедливости" есть кара. Назначение соразмерного наказания — тоже кара. Смертная казнь, формализованное условно-досрочное освобождение, освобождение неисправившегося осужденного по отбытии наказания — также реализация цели, кары[24].

Согласно другому воззрению главным в каре остается несколько видоизмененный принцип талиона. Поэтому системы наказаний и санкций, построенные на данном принципе, слепо следуют тяжести преступления, оставляя в стороне личность виновного и все заботы по его исправлению[25].

Как видим, амплитуда колебаний в толковании кары весьма широка: от воздаяния и возмездия по талиону до простого упрека. Конечно, в рамках дискуссии ученые могут себе позволить такое доктринальное толкование, но вряд ли оно пригодно для строгого толкования текста как уголовного, так и уголовно-процессуального кодексов на практике, а тем более для изменения УК.

Теперь определенную сложность вызывают такие вопросы: что означает цель восстановления социальной справедливости (текст УК 1996 г. взят из проекта УК 1994 г.); как соотносятся цели исправления и предупреждения совершения новых преступлений; не исчезла ли из ст. 43 УК цель общей превенции для других, не совершивших преступление лиц.

Первую цель наказания — восстановление социальной справедливости учебники и комментарии УК чаще всего трактуют, цитируя принцип справедливости по ст. 6, а именно как соразмерность наказания преступлению и запрет двойной ответственности за преступление. Более углубленно эта цель представлена учебниками, которые помимо текста ст. 6 приводят аргументы в пользу возмещения и восстановления нарушенных преступлением социальных интересов[26]. Также цель наказания трактуется в виде восстановления социальной справедливости в отношении потерпевших, с одной стороны, и справедливое наказание преступника, с другой. Такое понимание данной цели представляется вполне приемлемым.

Справедливость в ряде учебников оценивается как этическая категория или морально-правовое и социально-политическое сознание о добре и зле. Конечно, справедливость — понятие многоаспектное. Однако в роли цели наказания она должна характеризоваться юридически. Восстановление социальной справедливости означает восстановление нарушенных преступлением интересов личности, общества, государства. Материальный ущерб должен быть возмещен штрафом, конфискацией имущества, вычетами из заработной платы при исправительных работах. Физический вред либо не поддается восстановлению, либо ограничен возмещением. Однако наказание в виде лишения свободы, возмещение расходов на лечение и похороны потерпевших определенным образом обладают компенсационными свойствами. Проект УК 1992 г. вводил в УК РФ институт реституции, т.е. наряду с наказанием предусматривал обязательное возмещение по приговору суда причиненного преступлением ущерба, УК Китая (ст. 31) предусматривает, что если потерпевший понес материальные убытки, то преступник, кроме наказания в соответствии с положениями настоящего Кодекса, должен быть приговорен к возмещению материальных убытков.

Осуждение от имени государства в обвинительном приговоре суда к наказанию несет сатисфакцию за причиненный морально-психологический вред личности и обществу.

Соразмерность преступления и наказания как требование справедливости по ст. 6 не ограничивается соответствием деяния и, наказания. Она предполагает также соразмерность наказания личности виновного, смягчающим и отягчающим наказание обстоятельствам (ч. 1 ст. 6, ч. 3 ст. 60, ч. 2 ст. 73 УК и др.).

Требование соразмерности наказания преступлению не заканчивается индивидуализацией наказания при его назначении судом. Оно распространяется и на конструкцию санкций. Поэтому в преступлениях, общественная опасность личности которых допускает вариативность, соответственно альтернативно и с широкой "вилкой" размеров наказания должны формулироваться и санкции. Например, за участие в массовых беспорядках ч. 2 ст. 212 УК предусматривает лишение свободы от трех до восьми лет. Такая "вилка" санкции позволяет индивидуализировать наказание участников таких беспорядков в соответствии с персонально содеянным, а также учитывать случайность или злостность общественной опасности личности виновных. В этом же направлении сконструирована ч. 3 ст. 212, выделяющая тех участников массовых беспорядков, которые ограничились призывами к беспорядкам. Им грозит наказание в виде ограничения свободы, ареста либо лишение свободы на срок до 3-х лет.

Обоснованны мнения о необходимости создавать виды наказаний и санкций с учетом типов личности виновных[27]. Так, в криминологии по устойчивости антиобщественной направленности различают пять типов личности: случайный, неустойчивый, ситуативный, злостный и особо злостный. УК 1996 г. в отличие от УК 1960 г. отказался от понятия "особо опасный рецидивист". Вследствие этого признаки рецидивиста не участвовали в конструкции составов преступлений и санкций. Лишь в единичных случаях встречаются нормы с повышенными наказаниями ранее судимых за аналогичные либо родственные преступления. Так, п. "г" ч. 3 ст. 163 грозит лишением свободы на срок от семи до пятнадцати лет с конфискацией имущества лицу, ранее имевшему ряд судимостей за хищение либо вымогательство.

При обсуждении проекта УК на парламентских слушаниях и после вступления Кодекса в силу некоторые теоретики и отдельные практики критиковали многообразие, альтернативность и размах размеров наказания. Они предлагали сузить "вилки" лишения свободы до трех лет, а то и вовсе переходить к абсолютно определенным санкциям. Такие предложения односторонне исходят лишь из тяжести преступления, оставляя без внимания личность виновного, смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства. Известно, что наказания назначаются за преступление, но его адресатом является лицо, его совершившее. Способности же последнего к исправлению весьма различны. Поэтому вполне справедливы разные наказания за одинаковые по тяжести преступления. Особенно наглядно это иллюстрируется на наказании соучастников единого преступления. В случаях совершения групповых преступлений должна быть большая альтернативность видов наказания и различия минимума и максимума таковых.

Конструируя наказание в санкциях, надлежит учитывать типовые социально-демографические, социально-ролевые и социально-психологические параметры личности. В преступлениях, чаще всего совершаемых подростками, соответствующими должны быть и санкции (например, за вандализм или за угон автотранспорта).

Итак, цель наказания в виде восстановления социальной справедливости предполагает: а) оптимально возможное возмещение, заглаживание посредством наказания причиненного преступлением вреда личности, обществу, государству; б) соразмерность строгости наказания опасности преступления, личности виновного, смягчающим и отягчающим обстоятельствам; в) запрет двойного наказания; г) недопущение в качестве цели наказания причинения физических страданий или унижения человеческого достоинства.

Вторая цель наказания — исправление осужденного. Понятие исправления мы находим в ст. 9 Уголовно-исполнительного кодекса: "Исправление осужденных — это формирование у них уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и стимулирование правопослушного поведения". Учебники по уголовно-исполнительному праву и комментарии УК (УИК) РФ обоснованно считают, что в этой статье речь идет не только о юридическом исправлении осужденного, когда он не совершает нового преступления, а о более сложном явлении — нравственном исправлении, когда ценности человеческого общежития осужденный соблюдает глубоко и осознанно, а не из-за боязни нового наказания[28].

Данное понятие исправления является уголовно-исполнительным. Но можно ли его полностью распространить на уголовно-правовое исправление? Представляется, что лишь частично, а именно при применении норм об условном осуждении (ст. 73 УК), условно-досрочном освобождении от наказания (ст. 79 УК), нормы о замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80 УК). В перечисленных статьях УК предусматривает отмену условного осуждения, условно-досрочного освобождения и замены неотбытой части наказания более мягким наказанием не только при совершении лицом нового преступления, но и при невыполнении возложенных на него судом обязанностей. Например, не покидать постоянного места жительства или работы без уведомления специализированного государственного органа, не посещать определенные места и тому подобное. В остальных случаях цель уголовно-правового исправления считается достигнутой, если осужденный не допускает криминального рецидива. Не моральное, а именно юридическое исправление имеет в виду ст. 43 УК.

В некоторых учебниках смешиваются моральное и юридическое исправления. Например, в одном из них читаем: "Цель наказания достигается в тех случаях, когда обеспечивается правомерное поведение граждан и соблюдение правопорядка"[29]. А далее уже правильно утверждается, что цель исправления — это специальное предупреждение, и она достигается, когда осужденный не совершает новых преступлений.

Таким образом, цель наказания в виде исправления считается достигнутой, если осужденный перестает быть рецидивоопасным. Уголовно-исполнительное исправление выступает средством достижения этой цели. Кроме того, оно используется судом при применении вышеназванных норм.

Наконец, третья цель наказания — это общая и специальная превенция (предупреждение)[30]. Более точно она формулировалась в УК 1960 г., а ныне, как отмечалось, в УК Казахстана 1998 г. Общая превенция представляет собой предупреждение преступления со стороны тех неустойчивых граждан, которых от совершения преступления удерживает только угроза наказанием или реальное наказание другого осужденного. Их "неустойчивость" определяется фактами совершения ими предкриминальных правонарушений — административных, финансовых, гражданских, дисциплинарных, налоговых и проч. Количество таковых измеряется многими миллионами в год.

В древнерусском праве для характеристики общей превенции наказания употреблялись выражения "дабы другим неповадно было" или "чтобы другие убоялись" и т.п. К примеру, ст. 6 гл. XXII Соборного уложения 1649 г. устанавливала, что за блудную жизнь и убийство незаконнорожденных детей "казнить смертью безо всякой пощады, чтобы на то гляд, иные такова беззаконного и скверного дела не делали и от блуда унялися".

Обвинительный судебный приговор с наказанием оказывает предупредительное действие прежде всего на неустойчивый тип личности, который допускает предкриминальные проступки, и ситуативный тип, способный совершить преступление при благоприятных криминогенных условиях.

В экстремальных условиях чрезвычайных происшествий природного, технотронного характера либо военных конфликтов особенно наглядна роль общей превенции. Блокирование реализации угрозы, наказания неизменно приводит к росту преступности в самых различных регионах в любых временных периодах. Так, двадцатипятичасовое отключение электроэнергии в Нью-Йорке привело к массовым ограблениям магазинов. Военные конфликты 1994-1996 и 1999 гг. в Чечне, разрушившие систему правоохраны на ее территории, привели к многократному росту преступлений против беззащитных мирных граждан, оказавшихся без охраны, к терроризму, захвату заложников, похищению людей.

При обсуждении первого официального проекта УК РФ на заседании комитета по законодательству Государственной Думы в октябре 1992 г. разработчики альтернативного проекта Кодекса высказывались против общей превенции как цели наказания. Эта цель не указана и в доктринальном проекте Общей части Уголовного кодекса Российской Федерации 1993 г. Доводы, приведенные авторами проекта: пришло время, исчезла целесообразность наказания одних для предупреждения совершения преступлений другими, пора освободить наказание от "ежовых рукавиц", при посредстве которых общество держали в страхе[31]. Аргументы типа "ежовых рукавиц" убедительностью не обладают. Наказание устрашает не общество, а его граждан, которые не совершают преступления исключительно из-за боязни быть наказанными. Ни одно современное общество пока без наказания обойтись не способно.

В результате неправильного понимания разработчиками проекта УК 1994 г. общей превенции она оказалась как бы пропущенной в ст. 43 УК 1996 г. о целях наказания, ибо адресат ее не обозначен.

Специальная превенция представляет собой предупреждение нового преступления со стороны осужденного. Она по существу смыкается с уголовно-правовым исправлением. Поэтому следует солидаризироваться с авторами учебников и комментариев УК, которые считают исправление осужденного по сути специальной превенцией.

Данная цель считается достигнутой, если наказанное лицо теряет свою рецидивоопасность, т.е. не совершает новых преступлений. На проступки и на аморальное поведение это не распространяется. Специальная превентивная цель иногда именуется юридическим, а не нравственным или педагогическим исправлением. Однако "юридическое" исправление неточно, ибо охватывает и цель несовершения проступков. Тем более перед специальной превенцией не ставится задача, как это делал УК РСФСР 1960 г., перевоспитания осужденного в духе честного отношения к труду, точного исполнения законов, уважения к правилам социалистического общежития (ст. 20).

Общие цели наказания конкретизируются в целях соответствующих видов наказания. Так, штраф, объем которого в санкциях статей нового УК многократно возрос по сравнению с УК 1960 г., имеет своей целью ограничение имущественных прав осужденного, который своим преступлением нанес материальный ущерб личности, обществу, государству. Аналогичная цель у конфискации имущества, которая призвана компенсировать причиненный тяжким корыстным преступлением ущерб правоохраняемым интересам.

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью нацелено на ограничение профессиональных прав осужденного за то, что он использовал свое служебное положение для совершения преступления.

Лишение свободы направлено на изоляцию осужденного от общества на срок от шести месяцев до двадцати лет. При совокупности преступлений — до двадцати пяти лет, а при совокупности приговоров — до тридцати лет (ст. 56 УК). Исключительная мера наказания — смертная казнь преследует не три, а две цели: восстановление социальной справедливости и общую превенцию.

Новые Уголовные кодексы Узбекистана 1994 г., Казахстана 1997 г., Кыргызстана 1997 г. и Белоруссии гораздо точнее формулируют общую и специальную превенцию наказания. Они говорят о предупреждении совершения преступлений как осужденным, так и другими лицами. Уголовный закон Латвии признает целью наказания "покарание виновного лица за совершенное преступное деяние", а также достижение того, чтобы осужденный и другие лица соблюдали законы и воздерживались от совершения преступных деяний. Киргизский УК кару упоминает в понятии наказания как синоним принуждения, но не цели наказания, что, безусловно, правильно.

Оригинальна позиция УК Республики Беларусь. Раздел III называется не наказание, а "Уголовная ответственность". Ее целями признаются "исправление лица, совершившего преступление, и предупреждение совершения преступления как осужденным, так и другими лицами" (ст. 44). Часть 2 этой статьи устанавливает, что "уголовная ответственность призвана способствовать восстановлению социальной справедливости. Осуждение лица, совершившего преступление, является основанием для взыскания с него как имущественного ущерба, так и материального возмещения морального вреда. Белорусский УК, как видим, обоснованно вывел социальную справедливость из целей наказания. Иначе считает УК РФ, чем обременяет неопределенностью цели наказания, с другой стороны, УК РБ показывает механизм достижения социальной справедливости — возмещение материального и морального вреда, причиненного личности, обществу, государству.

Итак:

1. Наказание обладает шестью свойствами:

а) оно предусмотрено Уголовным кодексом,

б) оно суть мера государственного,

в) принуждения,

г) выносимая судом,

д) заключающаяся в лишениях и ограничениях прав и свобод лица,

е) признанного виновным в совершении преступления.

2. Наказание преследует три цели: восстановление социальной справедливости; исправление осужденного; общую и специальную превенцию.

3. Общие цели наказания конкретизируются в соответствующих видах наказания.

Глава II. Система наказаний

Система наказаний — это целостное множество видов наказания (элементов системы) и подсистем, включающих сгруппированные по различным основаниям виды наказания. Система наказаний призвана обеспечить реализацию целей наказания по видам наказаний (см. ст. 44-59 УК РФ) и по санкциям норм Особенной части Кодекса. Система наказаний — это не простой перечень видов наказаний, который представлен статьей 44 УК РФ "Виды наказаний". Как всякая система она охватывает подсистемы, т.е. группы видов наказаний, классифицируемых по различным основаниям, находящимся в определенной соподчиненности (иерархии), во взаимодействии с метасистемой в виде систем санкций других отраслей права. Содержание подсистем проистекает из норм гл. 9 "Понятие и цели наказания. Виды наказаний", а также из конструкции санкций за конкретные преступления.

Исторически система наказаний в российском уголовном законодательстве XX в. развивалась от чрезвычайно сложной, непоследовательной и одновременно суровой лестницы наказаний в Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. к довольно четкой и краткой, хотя и весьма суровой системе наказаний по Уголовному уложению 1903 г. Последнее предусматривало восемь видов наказания: 1) смертная казнь; 2) каторга; 3) ссылка на поселение; 4) заключение в исправительном доме; 5) заключение в крепости; 6) заключение в тюрьме; 7) арест; 8) денежная пеня. В советское и постсоветское время — от юридически слабо обоснованной системы наказаний в Руководящих началах уголовного права РСФСР 1919 г. постепенно переходили ко все более совершенствующимся системам наказаний в УК 1922, 1926, 1960 и 1996 гг.

Как отмечалось в главе об истории уголовного законодательства, первая советская система наказаний в Руководящих началах содержала пятнадцать видов наказания. Из них собственно уголовными мерами были лишь пять. Остальные, например, внушение, выражение общественного порицания, объявление бойкота и т.п., представляли собой общественно-нравственные санкции. Однако не следует спешить с обвинениями составителей Руководящих начал в непрофессионализме. Эта система отражала высокогуманные представления ее разработчиков о возможности противостоять преступности столь либеральными мерами. Разработчики располагали двумя системами наказаний по Уложениям 1845 и 1903 гг. Однако они не воспользовались ими как чрезвычайно суровыми, а составили свою.

УК 1960 г., который частично продолжает действовать поныне согласно ст. 10 об обратной силе уголовного закона, включал 14 видов наказания. После исключения ссылки и высылки их осталось 12. Среди них были общественное порицание и возложение обязанности загладить причиненный вред. Они также скорее относились к мерам общественного воздействия.

Первой позитивной чертой системы наказаний по УК РФ является ее многообразие. Она включает 18 видов наказания и 12 подсистем наказаний.

Согласно буквенным обозначениям видов наказания — их тринадцать. Однако в п. "б" ст. 44 УК предусмотрен не один, а два вида наказания: "лишение права занимать определенные должности" и "лишение права заниматься определенной деятельностью". Также в п. "в" — пять видов наказания: лишение специального звания, лишение воинского звания, лишение почетного звания, лишение классного чина, лишение государственных наград. Поэтому, если считать точнее, видов наказания не тринадцать, а — восемнадцать.

Это позволяет достаточно тщательно индивидуализировать наказание судам и исполнять его пенитенциарным, уголовно-исполнительным органам. Известно: чем больше подсистем (групп) и элементов (видов наказания) в системе наказаний, тем эффективнее она, как любая система, способна достичь своих целей. В зарубежных УК среди основных видов наказания фигурируют, как правило, три: арест, штраф и тюремное заключение. Иногда четвертым видом наказания выступает смертная казнь.

Второй особенностью российской системы наказаний выступает ее гуманизм, проявляющийся в видах и размерах наказания. Из 18 мер наказания 15 не связаны с изоляцией от общества. Смертная казнь и пожизненное лишение свободы носят исключительный характер и могут назначаться лишь по пяти составам преступлений. Как ранее отмечалось, согласно решению Конституционного Суда РФ, с марта 1999 г. суды не могут выносить приговоры с наказанием в виде смертной казни. Максимальный срок лишения свободы — 20 лет (в большинстве зарубежных УК — 30 лет с широко применяемым пожизненным заключением; см. например, УК Франции). Режим отбывания лишения свободы также регламентирован Уголовным, а не Уголовно-исполнительным кодексом, тем более не тюремной администрацией, как при неопределенных приговорах в США.

Третья специфика системы наказаний по УК РФ — следование принципу законности. Она регулируется исключительно Уголовным кодексом. Не существует параллельно системы мер безопасности.

Подсистемы, объединяющие виды наказания, могут быть сгруппированы следующим образом.

Наказания подразделяются прежде всего по двум подсистемам: наказания, связанные с изоляцией от общества и не связанные. В уголовной статистике это первый показатель структуры судимости.

К наказаниям, связанным с изоляцией от общества, относятся: арест, содержание в дисциплинарной воинской части, лишение свободы на определенный срок, пожизненное лишение свободы. Остальные тринадцать видов наказания не связаны с изоляцией от общества.

По самостоятельности применения и исполнения наказания подразделяются на три подсистемы: основные, дополнительные и смешанные (основные и дополнительные). Статья 45 УК предусматривает девять основных видов наказания. Таковы обязательные работы, исправительные работы, ограничение по военной службе, ограничение свободы, арест, содержание в дисциплинарной воинской части, лишение свободы на определенный срок, пожизненное лишение свободы, смертная казнь. Три вида наказания — штраф, лишение права занимать определенные должности и лишение права заниматься определенной деятельностью применяются в качестве как основного, так и дополнительного. Шесть видов наказания — только дополнительные: лишение специальных званий, лишение воинского звания, лишение почетного звания, лишение классного чина, лишение государственных наград и конфискация имущества.

Три названные группы наказаний различаются по содержанию, целям, регламентации в санкциях и порядку назначения. Основные наказания — главные в санкциях за преступления. Дополнительные выполняют вспомогательную роль. Они не могут поэтому быть строже основных наказаний. Функции дополнительных наказаний состоят в утяжелении и спецификации основных наказаний. Они позволяют лучше, чем основные наказания, учитывать характер общественной опасности преступления, а также лица, его совершившего.

Например, такое дополнительное наказание, как лишение права занимать определенные должности и лишение права заниматься определенной деятельностью, назначаются судами лишь в случаях, когда преступление совершено с использованием служебной или иной трудовой деятельности. Так, в постановлении Пленума Верховного Суда РФ N 14 от 5 ноября 1998 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за экологические правонарушения" отмечается, что если содеянное по своему характеру не связано с должностным положением или профессиональной деятельностью виновного, он не может быть лишен права занимать эту должность или заниматься такой деятельностью[32].

Конструкция основных и дополнительных наказаний в санкциях и порядок их назначения неодинаковы. Основные наказания всегда указаны в санкциях. Дополнительные — не всегда. При этом некоторые из них, а именно штраф и конфискация имущества, могут назначаться судом, если включены в санкции. Остальные дополнительные наказания назначаются по усмотрению суда.

Основные наказания в санкциях указаны в единственном виде или альтернативно с другими. Суд может назначать лишь одно основное наказание. Дополнительных наказаний суд может назначать два и более. Однако в сумме они не должны перевешивать основное наказание (см. подробнее таблицу соотношения и функций основных и дополнительных наказаний в учебном пособии В.К.Дуюнова)[33].

По содержанию лишений и ограничений прав и свобод осужденных наказания делятся на пять групп (подсистем). Сразу оговоримся, что содержательно все виды наказания, кроме смертной казни, имеют комплексный характер. Критерием их дифференциации служит ведущий вид лишения или ограничения.

Подсистема "лишение свободы" включает связанные с изоляцией от общества арест, лишение свободы на срок и пожизненное лишение наказания. Конечно, полной изоляции от общества ни одно из них не влечет, даже при отбывании лишения свободы в тюрьме или пожизненного лишения свободы в одиночных камерах. По новому УИК РФ осужденные получили право на ежегодные отпуска с выездом за пределы уголовно-исполнительного учреждения. Поэтому в литературе вносятся предложения о переименовании лишения свободы на заключение в уголовно-исправительном учреждении.

Подсистема "ограничение свободы" включает одноименный вид наказания и содержание в дисциплинарной воинской части. Как и лишение свободы, оно соединяется с ограничением трудовых, семейных и жилищных прав. Ведущее ограничение — это ограничение в передвижении.

Подсистема имущественных наказаний представляет собой ограничение материальных прав осужденных. Таковы штраф и конфискация имущества.

Подсистема трудовых наказаний охватывает исправительные работы, обязательные работы, ограничение по воинской службе, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград. Ведущим ограничением здесь выступает принудительный труд, т.е. труд не по собственному выбору. Комплексность подсистемы трудовых наказаний выражается в сочетании профессиональных ограничений с материальными, связанными прежде всего с оплатой труда и получением в последующем пенсий.

Наконец, последняя исключительная подсистема наказаний включает всего один вид — смертную казнь. С вступлением России в Европейский Союз на исполнение смертной казни наложен, начиная с 1996 г., трехлетний мораторий, после чего должна последовать отмена смертной казни. Ничего экстраординарного в этом для России нет. Как отмечалось, в XX в. смертная казнь в России и СССР отменялась четыре раза. Ныне более пятисот осужденных к смертной казни ожидают окончательного решения своей участи.

Виды наказания по временным показателям иногда дифференцируют также на две подсистемы — срочные и бессрочные. Срочные — такие, которые назначаются на определенный период времени. К ним относится большинство видов наказания. Сроки однозначно определены в законе. При этом во исполнение принципа гуманизма запрещается назначать наказание за одно преступление выше максимального предела санкций за него. Назначение наказания более мягкого, чем предусмотрено в санкции за соответствующее преступление, допускается (ст. 64 УК).

Подсистема бессрочных наказаний, которые назначаются за тяжкие преступления, включает лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, пожизненное лишение свободы, смертную казнь. При этом пожизненное лишенное свободы лицо по отбытии не менее двадцати пяти лет заключения может быть условно-досрочно освобождено, если судом будет признано, что оно не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания (п. 5 ст. 79).

В зарубежных кодексах можно встретить и другие классификации подсистем наказаний. Например, в УК Испании 1995 г. наказания по характеру и размеру делятся на строгие, менее строгие и небольшие. В этом же Кодексе имеется оригинальная норма, которая определяет, какие санкции не являются наказаниями.

Целостность системы наказаний предполагает их определенную иерархию и последовательность расположения внутри системы наказаний. УК 1996 г., в отличие от УК 1960 г., расположил виды наказания от менее тяжких к более тяжким (ст. 44 УК). Аналогична последовательность видов наказания и в санкциях за конкретные преступления.

Такое законодательное решение позволяет суду правильно просчитывать варианты санкций и вначале обсудить возможность назначения менее строгих наказаний. Часть 1 ст. 60 прямо устанавливает, что более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания. При замене наказания на более строгое, при злостном уклонении от исполнения первоначально назначенного наказания суд при такой конструкции перечня наказаний получил возможность более четко определять сравнительную тяжесть наказания. При замене неотбытой части наказания более мягким видом (ст. 80 УК) у суда имеется такая же возможность.

В первый год действия УК (1997 г.) система наказаний в структуре судимости выглядела так: удельный вес штрафа по всем назначенным судами наказаниям, включая условное осуждение, составил 7,9%. Его снижение с 13% в 1996 г. объясняется сложностью исполнения в условиях социально-экономического кризиса. Применение исправительных работ по тем же правилам снижено до 6,9%. Лишение свободы на определенный срок составило 32,8%, пожизненное лишение свободы назначено 16 осужденным за убийства. Ввиду моратория на смертную казнь с 1997 г. она не была исполнена, равно как и в отношении более тысячи приговоренных ранее к этому наказанию.

Ввиду отсрочки применения по финансовым соображениям трех видов основных наказаний особенно резко выражено (до 52,4%) назначение судами условного осуждения к лишению свободы (ст. 73, 74). Беспрецедентно высокий рост условного осуждения в действительности противоречит принципу индивидуализации наказания, т.е. соответствия тяжести преступлений и личности виновного его наказуемости. Из-за невозможности применять новые гуманные виды наказания — арест, ограничение свободы, обязательные работы, а также потому, что к уголовной ответственности чаще всего привлекаются лица из несостоятельных слоев населения, суды вынуждены каждому пятому осужденному лишение свободы назначать условно. Однако неоправданный либерализм судами проявляется при назначении условного осуждения за тяжкие, в том числе коррупционные преступления. Так, по данным официальной судебной статистики в 1997 г. из 790 осужденных к реальному лишению свободы было приговорено всего 165 взяткополучателей, 343 или 437 — осуждены условно и 44 — к другим мерам наказания, не связанным с лишением свободы.

Таким образом, многообразие и разнообразие системы наказаний позволяет суду тщательно индивидуализировать наказание при его назначении, а органам уголовно-исполнительной системы — исполнять. Она отвечает принципам законности, личной и виновной ответственности, справедливости и гуманизма. Система наказаний — единственная в УК РФ и не конкурирует с системой мер безопасности, как в большинстве зарубежных государств.

Глава III. Виды наказания

§ 1. Штраф

Штраф — это денежное взыскание, налагаемое судом в пределах, предусмотренных санкциями статей Особенной части УК РФ в размере, соответствующем определенному количеству минимальных размеров оплаты труда, установленных законодательством Российской Федерации на момент назначения наказания, либо в размере заработной платы или иного дохода осужденного за определенный период (ст. 46 УК РФ).

По содержанию штраф относится к подсистеме наказаний, ограничивающих имущественные права осужденного. По самостоятельности назначения его следует отнести к подсистеме наказаний, которые могут быть назначены как в качестве основных, так и в качестве дополнительных видов.

Штраф как вид принудительного ограничения имущественных прав физического лица имеет в различных отраслях права свои особенности. Так, штраф, наложенный на гражданина за совершение административного правонарушения, не влечет тех негативных правовых последствий, которые следуют за назначением штрафа как основного или дополнительного вида наказания (ч. 2 ст. 45 УК РФ). В последнем случае приговор, вынесенный судом, влечет судимость, которая, если она не снята или не погашена в установленном порядке, в ряде случаев влияет на квалификацию при совершении неоднократных преступлений.

В историко-правовом аспекте штраф как один из видов наказания был известен законодательству дореволюционной России. Согласно Уложению 1845 г. различались штрафы, поступающие в казну, и пени, поступающие в приходы общественного призрения и другие общеполезные учреждения. Уголовное уложение 1903 г. также предусматривало две разновидности штрафа: денежную пеню и денежное взыскание. Пеня (от лат. poena — наказание) являлась главным видом имущественных взысканий в уголовном праве. Денежная пеня могла назначаться или в определенных законом размерах, как наказание, или же с указанием в законе только масштаба для вычисления этих взысканий[34].

Штраф как наказание имущественного характера занимал одно из важных мест в законодательстве России советского периода. Весьма широко применялся штраф сразу же после революции.

В законодательстве и практике народных судов 1917-1918 гг. штраф являлся одним из наиболее часто встречаемых видов наказания. Так, в первой половине 1918 г. народные суды в Москве подвергли штрафу 54% осужденных, а во второй половине этого года — 56,9%[35].

Законодатель во многих статьях УК РСФСР 1922, 1926 и 1960 гг. допускал возможность назначения штрафа за совершение довольно значительного числа преступлений. Так, в УК РСФСР 1960 г. применение штрафа предусматривалось в санкциях около 80 статей. Однако в судебной практике штраф назначался в небольшом объеме.

В действующем УК штраф предусмотрен в санкциях более чем 30% норм Особенной части УК, в частности, в 60,6% — за преступления в сфере экономической деятельности.

В настоящее время наметилась тенденция к сокращению применения штрафа. Так, удельный вес всех осужденных к штрафу в 1994 г. составил 9,8%, в 1995 г. — 12,0%, в 1996 г. — 13,1%, в 1997 г. — 7,9%, в 1998 г. — 5,9%, в 1999 — 4,8% от общего числа осужденных[36].

Как один из видов наказания он включен во многие статьи, предусматривающие ответственность за преступления небольшой и средней тяжести, так как является одним из эффективных средств воздействия за менее значительные преступления, например, умышленное причинение легкого вреда здоровью (ст. 115), обман потребителей (ст. 200), нарушение правил охраны рыбных запасов (ст. 257) и др.[37]

В санкциях статей Особенной части УК РФ размер штрафа устанавливается дифференцированно, в зависимости от характера и тяжести совершенного преступления. Штраф устанавливается в размере от двадцати пяти до одной тысячи минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода осужденного за период от двух недель до одного года. Минимальный размер оплаты труда определяется в соответствии с действующим законодательством на момент назначения наказания осужденному.

Размер штрафа определяется судом с учетом тяжести совершенного преступления, наступивших последствий и с учетом имущественного положения осужденного, т.е. заработка осужденного, состава и обеспеченности его семьи и др.

В качестве основного наказания штраф назначается в случаях, когда:

1) он указан в санкции статьи Особенной части;

2) он назначается в качестве более мягкого наказания, чем предусмотрено в законе (ст. 64);

3) он применяется в порядке замены неотбытой части наказания более мягким (ст. 80);

4) имеет место вердикт присяжных о снисхождении (ст. 65).

При назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания — штрафа суд, учитывая срок содержания под стражей, либо снижает размер штрафа, либо полностью освобождает его от этого наказания (ч. 5 ст. 72 УК РФ).

Как дополнительный вид наказания штраф может назначаться только в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК, т.е. с любым основным видом наказания, за исключением исправительных работ.

В соответствии со ст. 31 УИК РФ осужденный к штрафу обязан уплатить штраф в течение 30 дней со дня вступления приговора суда в законную силу. В случае, если осужденный не имеет возможности единовременно уплатить штраф, то суд по ходатайству осужденного и заключению судебного исполнителя может отсрочить или рассрочить уплату штрафа на срок до одного года. Учитывая положения ст. 31 УИК РФ, представляется неправильным утверждение о том, что "в отличие от прежнего законодательства штраф не может быть уплачен в рассрочку или отсрочен"[38]. В ст. 46 УК РФ не говорится ни об отсрочке, ни о рассрочке, так как этот вопрос урегулирован УИК РФ.

В случае неуплаты осужденным штрафа взыскание производится судебным исполнителем в принудительном порядке, в том числе путем обращения взыскания на имущество осужденного. При этом необходимо учитывать, что взыскание штрафа не может быть обращено на имущество, указанное в Перечне имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда. В частности, взыскание штрафа не может быть обращено на жилой дом, квартиру или отдельные их части, если осужденный и его семья постоянно в них проживают (не более одного дома или одной квартиры на семью); одежду, обувь, белье, постельные принадлежности, кухонную и столовую утварь, находившиеся в употреблении; все детские принадлежности; транспортные средства, специально предназначенные для передвижения инвалидов, и др.[39]

В случае злостного уклонения от уплаты штрафа он заменяется обязательными работами, исправительными работами или арестом соответственно размеру назначенного штрафа в пределах, предусмотренных УК для этих видов наказаний (ст. 49, 50, 54).

В соответствии с ч. 1 ст. 32 УИК РФ злостно уклоняющимся от уплаты штрафа признается осужденный, не уплативший штраф в течение 30 дней со дня вступления приговора суда в законную силу и скрывающий свои доходы и имущество от принудительного взыскания.

Из содержания ч. 5 ст. 46 УК РФ вытекает, что штраф не может быть заменен ограничением или лишением свободы. Замена ограничения или лишения свободы штрафом также не допускается.

Содержание штрафа и его применение в отношении несовершеннолетних имеет свои особенности. Так, штраф согласно ч. 2 ст. 88 УК РФ назначается только при наличии у несовершеннолетнего осужденного самостоятельного заработка или имущества, на которое может быть обращено взыскание. Штраф назначается в размере от десяти до пятисот минимальных размеров оплаты труда или в размере заработной платы или иного дохода несовершеннолетнего осужденного за период от двух недель до шести месяцев.

§ 2. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью

В дореволюционной России лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, в их современном понимании, входило в общее понятие поражения прав. Согласно Уложению о наказаниях 1845 г. поражение в правах носило строго сословный характер, что было ярко выражено в той части, которая касалась лишений служебных прав и правоспособности. Например, для дворян оно могло состоять в лишении права поступать на государственную и общественную службу, в лишении должности или звания, а для лиц церковного сословия — в потере навсегда духовного сана.

В интересующем нас контексте следует говорить о "поражении служебных прав и преимуществ" в части служебной правоспособности. Из их числа можно выделить: лишение права состоять на государственной, сословной, земской, городской или общественной службе, а следовательно, и поступать на таковую; состоять на службе в армии и флоте и поступать в таковые; участвовать в выборах сословных собраний и быть избираемым в земских, городских или общественных собраниях; быть начальствующим, воспитателем или учителем в общественном или частном учебном заведении; выбирать промысловые свидетельства на торговые предприятия, т.е. лишение права заниматься, в течение установленного срока или навсегда, определенными в законе видами торговли либо промыслов; быть третейским судьей, присяжным поверенным (адвокатом)[40].

По общему правилу эти поражения в правах, являвшиеся, как правило, дополнительными наказаниями, имели силу на определенный срок после отбытия основного вида наказания. Так, для приговоренных к каторге или ссылке на поселение, отбыванию наказания в исправительном доме — в течение десяти, а к тюрьме — пяти лет по освобождении из заключения и т.д. По просьбе приговоренных эти сроки могли быть сокращены. Условием этого было, как правило, истечение половины указанных сроков и примерное поведение. Ходатайство о сокращении сроков направлялось прокурору, который при оценке соответствующих данных передавал их для решения в суд по месту жительства осужденного или окружной суд.

В Уголовном уложении 1903 г. предусматривалось только лишение прав состояния. Однако применение одной лишь этой меры ставило приговоренного к ней по существу в тяжелое экономическое положение.

В УК РСФСР 1922 г. лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью включалось в перечень видов наказаний. При этом, однако, оно считалось разновидностью поражения отдельных прав осужденного (ст. 40 УК).

Этот вид наказания был известен и Основным началам уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. (ст. 13), а также Основам уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. (ст. 26). Основы, воспроизводя этот вид наказания, вместе с тем устанавливали, в каких случаях лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может быть назначено судом. Такого указания не содержалось в Основных началах 1924 г., которые определяли лишь максимальный срок этого наказания. Отдельные указания об условиях применения данного вида наказания имелись в ст. 38 УК РСФСР 1926 г.

По действующему уголовному законодательству лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью состоит в запрещении занимать должности на государственной службе, в органах местного самоуправления либо заниматься определенной профессиональной или иной деятельностью (ст. 47 УК РФ).

Применение этого наказания обусловливается главным образом необходимостью предупреждения рецидива со стороны лиц, преступления которых были связаны с их должностным положением или профессиональной деятельностью. Это наказание может быть весьма эффективным, например, в отношении лиц, осужденных за обман потребителей, получение взятки, транспортные преступления.

По данным В.К.Дуюнова, в 1997 и 1998 гг. лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью применялось в единичных случаях — в отношении всего 102 (0,01%) осужденных в 1997 г. и 59 (0,006%) осужденных в 1998 г. Причем во многих случаях это наказание не применялось и по тем статьям, которые предусматривают его в санкциях (в том числе и как дополнительных, обязательных для применения). Лишь за присвоение и растрату, совершенные при квалифицирующих признаках (ч. 2 ст. 160 УК), это наказание назначалось чаще — в отношении 59 (0,9%) осужденных в 1997 г. и 52 (0,7%) осужденных в 1998 г.; да за уклонение от уплаты налогов по ст. 198 и 199 УК — в отношении 12 (3,1%) осужденных в 1997 г. и только 2 (0,3%) осужденных в 1998 г.[41]

В соответствии с ч. 2 ст. 47 УК РФ лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться судом на срок от одного года до пяти лет в качестве основного вида наказания и на срок от шести месяцев до трех лет в качестве дополнительного вида наказания.

Сроки лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью исчисляются в месяцах и годах (ч. 1 ст. 72 УК РФ).

Согласно ч. 4 ст. 47 УК РФ при применении этого вида наказания в качестве дополнительного к обязательным работам, исправительным работам, а также при условном осуждении его срок исчисляется с момента вступления приговора суда в законную силу. В случае назначения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью в качестве дополнительного вида наказания к ограничению свободы, аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части, лишению свободы оно распространяется на все время отбывания указанных основных видов наказаний, но при этом его срок исчисляется с момента их отбытия.

Обращает на себя внимание указание, содержащееся в ч. 1 ст. 36 УИК РФ, согласно которому в срок данного наказания не засчитывается время, в течение которого осужденный занимал запрещенные для него должности либо занимался запрещенной для него деятельностью.

Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью может назначаться в качестве дополнительного наказания и в тех случаях, когда оно не предусмотрено в санкции статьи Особенной части УК, по которой квалифицируется совершенное преступление. В соответствии с ч. 3 ст. 47 УК РФ такое решение возможно при условии, если с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления и личности виновного суд признает невозможным сохранение за ним права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью.

В соответствии со ст. 33 УИК РФ наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, назначенное в качестве как основного, так и дополнительного видов наказания к штрафу, обязательным работам или исправительным работам, а также при условном осуждении, исполняют уголовно-исполнительные инспекции по месту жительства осужденных. Если же указанное наказание назначено в качестве дополнительного вида наказания к ограничению свободы, аресту, содержанию в дисциплинарной воинской части или лишению свободы, то его исполняют учреждения и органы, исполняющие основные виды наказаний, а после отбытия основного вида наказания исполняют уголовно-исполнительные инспекции по месту жительства осужденных. Администрация учреждения, в котором отбывает основной вид наказания лицо, осужденное также к дополнительному наказанию в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, не может привлекать осужденного к работам, выполнение которых ему запрещено.

В соответствии со ст. 38 УИК РФ представители власти, государственные служащие, служащие органов местного самоуправления, служащие государственных или муниципальных учреждений, коммерческих или иных организаций, злостно не исполняющие вступившие в законную силу приговор суда, решение суда или иной судебный акт о лишении права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, несут ответственность по ст. 315 УК РФ (неисполнение приговора суда, решения суда или иного судебного акта).

§ 3. Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград

Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград представляет собой такой вид наказания, который связан с морально-психологическим воздействием на осужденного, а также лишением его определенных карьерных и экономических преимуществ, установленных для лиц, имеющих специальное, воинское или почетное звание, классный чин или государственную награду.

Согласно ст. 48 УК РФ этот вид наказания может применяться лишь в качестве дополнительного при осуждении за совершение тяжкого или особо тяжкого преступления с обязательным учетом данных о личности виновного.

Специальные звания присваиваются работникам органов внутренних дел, дипломатической, таможенной, налоговой служб и др.

Воинские звания — это звания, присваиваемые лицам офицерского и армейского состава Вооруженных Сил РФ на основании Федерального закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" от 28 марта 1998 г.[42]

Почетные звания устанавливаются в целях поощрения граждан за многолетний добросовестный труд, мастерство и пр.[43]

Классный чин — это особое звание, присваиваемое государственным служащим, занимающим государственные должности на основании Федерального закона "Об основах государственной службы Российской Федерации" от 31 июля 1995 г.[44]

Государственные награды — это ордена, медали, знаки отличия РФ и др., предусмотренные Положением о государственных наградах Российской Федерации, утвержденным Указом Президента РФ от 2 марта 1994 г. (в редакции Указа от 6 января 1999 г.)[45].

При наличии нескольких званий, орденов и пр. суд вправе лишить их всех или части.

В соответствии со ст. 61 УИК РФ суд, вынесший приговор о лишении осужденного специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, направляет копию приговора должностному лицу, присвоившему осужденному звание, классный чин или наградившему его государственной наградой. Должностное лицо в установленном порядке вносит в соответствующие документы запись о лишении осужденного специального, воинского или почетного звания, классного чина или государственных наград, а также принимает меры по лишению его прав и льгот, предусмотренных для лиц, имеющих соответствующие звание, чин или награды. Копия приговора суда в отношении военнослужащего запаса направляется в военный комиссариат по месту воинского учета.

В течение одного месяца со дня получения копии приговора соответствующее должностное лицо обязано сообщить в суд, вынесший приговор, о его исполнении.

§ 4. Обязательные работы[46]

Обязательные работы являются новым видом наказания, ранее не известным уголовному законодательству России. Этот вид наказания содержится в ряде зарубежных УК, например, кодексах Франции, Испании и др.

Сущность обязательных работ заключается в том, что осужденный к этому наказанию должен выполнить в свободное от основной работы или учебы указанное в приговоре время бесплатные общественно полезные работы, вид которых определяется органами местного самоуправления (ст. 49 УК РФ). Срок обязательных работ устанавливается судом в пределах от шестидесяти до двухсот сорока часов и отбывается не свыше четырех часов в день.

Они применяются только как основное наказание. Обязательные работы предусмотрены в основном за преступления небольшой тяжести, в частности, за ряд преступлений против собственности, экономической и служебной деятельности и некоторых других.

В связи с тем, что обязательные работы предполагают трудовую деятельность осужденного, они не назначаются лицам, признанным инвалидами I или II группы. В силу специфики этого наказания оно не назначается беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, женщинам, достигшим пятидесятипятилетнего возраста, мужчинам, достигшим шестидесятилетнего возраста, а также военнослужащим, проходящим военную службу по призыву.

В соответствии с ч. 3 ст. 49 УК РФ в случае злостного уклонения осужденного от отбывания обязательных работ они заменяются ограничением свободы или арестом. При этом время, в течение которого осужденный отбывал обязательные работы, учитывается при определении срока ограничения свободы или срока ареста из расчета один день ограничения свободы или ареста за восемь часов обязательных работ.

Злостно уклоняющимся от отбывания обязательных работ, согласно ст. 30 УИК РФ, признается осужденный, который более двух раз в течение месяца не вышел на обязательные работы без уважительных причин, или более двух раз в течение месяца нарушил трудовую дисциплину, или скрылся в целях уклонения от отбывания наказания.

§ 5. Исправительные работы

В дореволюционной России широко практиковалось применение принудительных (каторжных) работ без изоляции осужденного от общества.

Такие работы обычно осуществлялись приговоренными к ссылке. В дореволюционной литературе активно обсуждался вопрос о дополнении системы имущественных взысканий отдачей в заработки в качестве замены денежной пени (штрафа) в случае несостоятельности лица. Однако сколько-нибудь широкого развития эта мера не получила, так как ее практическое осуществление представляло значительные трудности.

Исправительные работы как самостоятельный вид наказания появился в уголовном законодательстве с первых дней существования Советской власти[47]. Первоначально в законе предусматривалось два вида наказания — ссылка, соединенная с принудительными работами, и исправительно-трудовые работы, отбываемые по месту жительства осужденного.

В последующем в процессе совершенствования этого вида наказания исправительные работы стали подразделяться на исправительные работы, отбываемые по месту работы осужденного, и исправительные работы, отбываемые в местах, определяемых органами, ведающими исполнением приговора, но обязательно в районе места жительства осужденного (ст. 27 УК РСФСР 1960 г.).

УК РФ 1996 г., сохранив исправительные работы, отбываемые по месту работы осужденного, отказался от исправительных работ, отбываемых в местах, определяемых органами, ведающими исполнением этого вида наказания. Такое решение вопроса обусловлено происшедшими в России социально-экономическими изменениями, появлением безработицы и пр.

В последние годы назначение исправительных работ сократилось и продолжает сокращаться. Так, в 1994 г. этот вид наказания был назначен 14,8% осужденных, в 1995 — 9,4%; в 1996 г. — 8,2%; в 1997 г. — 6,9%; в 1998 г. — 5,3%[48].

В соответствии со ст. 50 УК РФ исправительные работы заключаются в привлечении осужденного к труду с вычетом из его заработка в доход государства определенной части — в размере, установленном приговором суда, в пределах от 5 до 20%. Они устанавливаются на срок от двух месяцев до двух лет и отбываются по основному месту работы осужденного.

По содержанию исправительные работы относятся к подсистеме наказаний, ограничивающих трудовые и связанные с ними экономические права. По самостоятельности назначения — к основным, по срочности — к срочным видам наказания.

Исправительные работы отнесены законодателем к основным видам наказания. Как таковые они могут применяться лишь в случаях, когда предусмотрены санкцией статьи Особенной части. Кроме того, исправительные работы могут быть определены осужденному в порядке назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено в законе (ст. 64), и при вердикте присяжных заседателей о снисхождении (ст. 65).

Несмотря на то, что исправительные работы выполняются осужденным по месту его работы, его труд является принудительным, о чем свидетельствуют соответствующие нормы УИК РФ, предусматривающие ряд ограничений в процессе трудовой деятельности осужденного. Так, в период отбывания исправительных работ осужденный не может уволиться по собственному желанию без письменного разрешения уголовно-исполнительной инспекции, этот срок не засчитывается в общий непрерывный трудовой стаж и т.д. Кроме того, уголовно-исполнительная инспекция, учитывая характер и степень общественной опасности преступления, личность осужденного, его поведение и пр., вправе устанавливать дополнительные запреты и ограничения. Например, инспекция может запретить осужденному покидать место жительства в выходные дни, обязать его являться в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации. Такие дополнительные запреты и обязанности предусмотрены законодателем с целью предупреждения новых правонарушений.

В соответствии с УИК РФ (ст. 42) срок исправительных работ исчисляется в месяцах и годах, в течение которых осужденный работает и из его заработной платы производятся удержания. В каждом месяце установленного срока наказания количество дней, отработанных осужденным, должно быть не менее количества рабочих дней, приходящихся на этот месяц. Если осужденный не отработал указанного количества дней и отсутствуют основания для зачета неотработанных дней в срок наказания, то отбывание исправительных работ продлевается до полной отработки осужденным положенного количества рабочих дней.

Началом срока отбывания исправительных работ является день получения администрацией места, в котором работает осужденный, из уголовно-исполнительной инспекции копии приговора (определения, постановления) суда и других документов. В срок отбывания исправительных работ засчитывается время, в течение которого осужденный не работал по уважительным причинам и за ним в соответствии с законом сохранялась заработная плата. В этот срок засчитывается также время, в течение которого осужденный официально был признан безработным. В срок наказания не засчитываются: время, в течение которого осужденный не работал, за исключением случаев, когда это было вызвано уважительными причинами или когда осужденный был признан в установленном порядке безработным; время болезни, вызванной алкогольным, наркотическим или токсическим опьянением или действиями, связанными с ним; время отбывания административного взыскания в виде ареста или исправительных работ, а также время содержания под стражей в порядке меры пресечения по другому делу в период отбывания наказания.

К исправительным работам могут быть приговорены лишь трудоспособные лица. И хотя законодатель не делает такой оговорки, указание на то, что исправительные работы осуществляются по месту работы, следовательно, работающими, позволяет сделать именно такой вывод. Ориентиром в этом вопросе может служить ч. 4 ст. 49 УК, определяющая круг лиц, которые не могут быть привлечены к обязательным работам.

В случае злостного уклонения от отбывания наказания лицом, осужденным к исправительным работам, суд может заменить неотбытое наказание ограничением свободы, арестом или лишением свободы из расчета один день ограничения свободы за один день исправительных работ, один день ареста за два дня исправительных работ или один день лишения свободы за три дня исправительных работ (ч. 3 ст. 50 УК РФ).

Злостно уклоняющимся от отбывания исправительных работ, согласно ч. 3 ст. 46 УИК РФ, признается осужденный, допустивший повторное нарушение порядка и условий отбывания наказания после объявления ему предупреждения в письменной форме за любое из следующих нарушений: непоступление без уважительных причин на работу в течение 15 дней со дня постановки на учет в уголовно-исполнительной инспекции; уклонение от постановки на учет в органах службы занятости в течение 15 дней; неявку в уголовно-исполнительную инспекцию без уважительных причин; нарушение установленных УИК РФ и возложенных на осужденного обязанностей и запретов; прогул, появление на работе в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения, а также скрывшийся с места жительства осужденный, местонахождение которого неизвестно.

В теории российского уголовного права исправительные работы оценивались неоднозначно. Так, М.М.Исаев считал исправительные работы, отбываемые по месту работы, имущественным взысканием, замаскированным штрафом[49].

В.Д.Меньшагин также называл исправительные работы замаскированным штрафом, взимаемым в рассрочку. Он пришел к выводу, что исправительные работы — более мягкое наказание, чем собственно штраф, так как соответствующая сумма уплачивается осужденным не сразу[50].

Вместе с тем исправительные работы отличаются от штрафа следующими признаками:

1. По характеру исполнения — штраф, как правило, единовременное взыскание (за исключением рассрочки платежа), исправительные работы, протяженные во времени.

2. По социально-правовым последствиям — исправительные работы влекут за собой некоторые ограничения в трудовой деятельности, штраф таких ограничений не влечет.

3. По порядку исполнения этих видов наказания в случае уклонения от них осужденного — исправительные работы могут быть заменены ограничением свободы или лишением свободы, штраф этими видами наказания заменен быть не может.

4. Исправительные работы — только основной вид наказания, в то время как штраф может быть и основным, и дополнительным.

5. Исправительные работы не могут назначаться нетрудоспособным, штраф может быть назначен и таким лицам.

§ 6. Ограничение по военной службе

Ограничение по военной службе является новым видом наказания, не известным прежнему уголовному законодательству РФ. Сущность данного вида наказания заключается в том, что оно назначается осужденным военнослужащим, проходящим военную службу по контракту в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК РФ за совершение преступлений против военной службы, а также осужденным военнослужащим, проходящим военную службу по контракту, вместо исправительных работ, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК (ч. 1 ст. 51 УК РФ).

Карательное содержание этого наказания проявляется прежде всего в правоограничении материального характера — из денежного содержания осужденного производятся удержания в доход государства в размере, установленном приговором суда, но не свыше 20%[51]. Кроме материальных правоограничений осужденный во время отбывания этого наказания не может быть повышен в должности, воинском звании, а срок наказания не засчитывается в срок выслуги лет для присвоения очередного воинского звания.

Ограничение по военной службе назначается на срок от трех месяцев до двух лет только в качестве основного наказания, как дополнительная мера наказания оно применяться не может.

В соответствии с действующим уголовно-исполнительным законодательством установленный приговором суда размер удержания из денежного содержания осужденного военнослужащего исчисляется из должностного оклада, оклада по воинскому званию, ежемесячных и иных надбавок и других дополнительных денежных выплат. Если с учетом характера совершенного преступления и иных обстоятельств осужденный военнослужащий не может быть оставлен в должности, связанной с руководством подчиненными, то он по решению соответствующего командира воинской части перемещается на другую должность как в пределах воинской части, так и путем перевода в другую часть или местность, о чем извещается суд, вынесший приговор (ст. 144, 145 УИК РФ).

В случае увольнения осужденного с военной службы до истечения сроков назначенного наказания суд может заменить неотбытую часть ограничения по военной службе более мягким видом наказания в порядке, определенном ст. 148 УИК РФ.

Военнослужащий, отбывающий рассматриваемый вид наказания, может быть условно-досрочно освобожден от наказания в соответствии со ст. 79 УК РФ.

Замены ограничения по службе в случаях злостного уклонения осужденного другим видом наказания закон не предусматривает.

Данный вид наказания следует отличать от исправительных работ (ст. 50). Применение ограничения по военной службе ограничено по субъекту, оно может назначаться только осужденным военнослужащим, проходящим военную службу по контракту. Исправительные работы могут назначаться более широкому кругу осужденных — любым трудоспособным гражданам, имеющим основное место работы. В ч. 1 ст. 39 УИК РФ специально подчеркивается, что исправительные работы отбываются по основному месту работы осужденного.

Ограничение по военной службе назначается осужденным на срок от трех месяцев до двух лет, и при этом минимальный процент удержания из денежного содержания осужденного в доход государства законом (ст. 51 УК РФ) не определен, в то время как исправительные работы назначаются осужденным на срок от двух месяцев до двух лет и при этом в законе (ч. 2 ст. 50 УК РФ) определен минимальный процент удержания из заработка осужденного — он не может быть менее 5%.

При исправительных работах в карательное содержание этого наказания входят лишь правоограничения трудового и материального характера — из заработка осужденного производятся удержания в доход государства в пределах от 5 до 20%, в то время как при ограничении по военной службе помимо денежного удержания имеют место и другие правоограничения — осужденный не может быть повышен в должности, воинском звании, срок этого наказания не засчитывается в срок выслуги лет для присвоения очередного воинского звания.

Вместе с тем осуждение к ограничению по военной службе не связано с некоторыми правоограничениями в сфере трудовой деятельности, присущими исправительным работам. Например, ограничения в продолжительности ежегодного отпуска и др.

Наконец, при злостном уклонении от отбывания ограничения по военной службе законодатель не предусматривает замены наказания иным. Исправительные работы могут быть в этих случаях заменены другими, названными в ч. 3 ст. 50 УК РФ видами наказаний (например, ограничением свободы).

§ 7. Конфискация имущества

Конфискация по законодательству России XIX — начала XX в. относилась к имущественным наказаниям. Терминологически конфискация определялась как отобрание имущества, являясь дополнительным наказанием и представлявшим собой изъятие у виновного имущества либо некоторых предметов, а равно и уничтожение преступных последствий его деятельности. Изначально допускалась полная и специальная конфискация, однако полная конфискация, предусматривавшая отобрание всего имущества, в последних редакциях Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. была исключена после того, как теоретическая и практическая несостоятельность этой меры в 1871 г. была признана Министерством юстиции[52].

По действовавшему в то время законодательству России отобранию (конфискации) подлежали: предметы, запрещенные к употреблению в гражданском обороте, нахождение которых в обладании виновного само по себе составляло бы нарушение закона. Например, фальшивые деньги, поддельные документы, запрещенные орудия лова и др.; предметы, служившие или предназначавшиеся быть средством совершения преступления, например, приспособления и материалы для подделки денег, машины и инструменты для запрещенных промыслов и др.

Вместе с тем отобрание подобных предметов отличалось от изъятия предметов в качестве вещественных доказательств, имеющего процессуальное значение (так называемая "специальная конфискация"). Таковыми могли быть как предметы, добытые преступным путем, так и те, на которые было направлено преступное деяние, служившие орудием его совершения, изъятые при обыске, выемке и др. Последние могли быть возвращены по вступлении приговора в законную силу. Отобранию подлежали также предметы, добытые преступным путем, например, взятка или дичь, лес, добытые с нарушением установленных правил и т.п. При этом закон не определял никаких общих правил, что именно подлежит отобранию, а делал подобные указания в Особенной части, при изложении взысканий за отдельные преступления.

Применение специальной конфискации по общему правилу не зависело от усмотрения суда, а наступало в силу самого закона. Однако иногда применение таковой и определение ее объема предоставлялось на усмотрение суда.

Современное уголовное и процессуальное законодательство Российской Федерации предусматривает возможность как полной, так и частичной конфискации. В соответствии с ч. 1 ст. 52 УК РФ конфискация имущества — это принудительное безвозмездное изъятие в собственность государства всего или части имущества, являющегося собственностью осужденного. При этом конфискация применяется только в качестве дополнительного вида наказания (ч. 3 ст. 45 УК РФ). Законодатель специально оговаривает, что данное наказание может быть назначено судом только в случаях, предусмотренных соответствующими статьями Особенной части. УК РФ, указывая границы ее применения, а именно: тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений (ч. 2 ст. 52 УК РФ).

Полная конфискация предполагает изъятие всего имущества, принадлежащего осужденному. Частичная конфискация распространяется только на то имущество, которое указано в приговоре путем либо перечисления конкретных предметов, либо указания размера.

Принудительность конфискации заключается в том, что при вступлении приговора в силу определенное имущество изымается помимо воли осужденного и членов его семьи.

Безвозмездность изъятия означает, что изъятое имущество не компенсируется. Однако при незаконном осуждении имущество может быть возвращено незаконно осужденному, если оно не обращено еще в собственность государства или не реализовано в установленном законом порядке.

Оценивая конфискацию как вид наказания, представляется возможным сделать ряд замечаний.

Во-первых, полная конфискация, т.е. безвозмездное изъятие всего имущества осужденного, в ряде случаев нарушает имущественные права членов семьи осужденного, отнюдь не всегда находившихся в курсе его преступной деятельности. Более того, в ряде случаев практически невозможно отделить "собственность осужденного" от законной собственности на его имущество иных лиц. Практика передачи права собственности давно и успешно используется.

Во-вторых, на наш взгляд, не совсем логичным представляется то, что, например, ч. 3 ст. 160 УК РФ (присвоение или растрата) предусматривает срок лишения свободы с конфискацией имущества или без таковой, а по ч. 3 ст. 161 УК РФ (грабеж) конфискация обязательна. Характерно, что особоквалифицирующие признаки ч. 3 указанных статей абсолютно идентичны (организованная группа, крупный размер, две или более судимости за хищение или вымогательство).

Кроме того, полная конфискация как специфический вид материального взыскания в реальном ее применении не в полном объеме отвечает целям и задачам уголовного наказания. Данным целям может соответствовать конфискация частичная — изъятие определенной части имущества, конкретно определенной приговором. В данном случае не затрагиваются гражданско-правовые интересы третьих лиц, поскольку конфискация по своей сути может быть обращена только к лицу, виновному в совершении преступления. И, наконец, не способствует ли полная конфискация совершению повторных (неоднократных) преступлений лицом, приговоренным к таковой и отбывшим реальный срок лишения свободы? Возможность трудоустройства лиц, имеющих судимость, была ограничена и ранее, а в реальности настоящего времени она практически исключена, правда, если не брать в расчет дальнейшую криминальную профессионализацию.

Уголовное законодательство (ч. 3 ст. 52 УК РФ) со ссылкой на УИК РФ определяет, что не подлежит конфискации имущество, необходимое осужденному или лицам, находящимся на его иждивении. УИК РФ установил в приложении Перечень имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда. Список этот весьма широк: от жилого дома, квартиры (не более одного дома или квартиры на семью), земельных участков, на которых расположены не подлежащие конфискации дом и хозяйственные постройки, до предметов домашней обстановки, утвари, одежды, находящейся в употреблении, и т.д. Не подлежат конфискации и все детские принадлежности (п. "в" ч. 5 Перечня), мебель, минимально необходимая для осужденного и членов его семьи (п. "б" ч. 5 Перечня), топливо, предназначенное для приготовления пищи и отопления семьи осужденного (ч. 7 Перечня), семена, необходимые для очередного посева, и т.д.

По своему юридическому смыслу конфискация как изъятие имеет не только уголовно-правовое, но и уголовно-процессуальное значение. В последнем случае имеется в виду так называемая специальная конфискация, отнюдь не являющаяся наказанием, хотя по содержанию во многом совпадающая. Специальная конфискация заключается в изъятии таких предметов, как предметы, изъятые из гражданского оборота, вещественные доказательства, предметы, которые служили орудиями преступления, деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, другие предметы, которые могут служить средствами к обнаружению преступления (ст. 83 УПК РСФСР). При этом, в соответствии с ч. 1, 2, 4 ст. 86 УПК РСФСР, суд решает вопрос о судьбе вещественных доказательств. Так, орудия преступления и вещи, запрещенные к обращению, передаются в соответствующие учреждения или уничтожаются, деньги и иные ценности, нажитые преступным путем, по приговору суда подлежат обращению в доход государства. И, наконец, в целях обеспечения гражданского иска или возможной конфискации имущества следователь обязан наложить арест на имущество обвиняемого, подозреваемого или лиц, несущих по закону материальную ответственность за их действия, или иных лиц, у которых находится имущество, приобретенное преступным путем (ч. 1 ст. 175 УПК РСФСР).

Конфискация имущества имеет некоторые общие черты со штрафом. Общим для этих видов наказания является то, что как конфискация имущества, так и штраф являются наказаниями имущественного характера. Кроме того, при конфискации имущества, так же, как и при штрафе, принадлежащее осужденному определенное имущество поступает в собственность государства, а не какого-либо лица.

Различие конфискации и штрафа заключается в следующем:

1. Штраф применяется при совершении преступлений небольшой или средней тяжести, а конфискация — при совершении тяжких или особо тяжких преступлений, совершенных из корыстных побуждений.

2. Штраф является денежным взысканием, а конфискация заключается в принудительном изъятии принадлежащего осужденному имущества.

3. Размер штрафа устанавливается в зависимости от тяжести преступления с учетом материального положения осужденного и в пределах, предусмотренных санкцией статьи Особенной части УК, а при конфискации количество имущества, подлежащего конфискации, определяет суд.

4. Штраф может быть как основной, так и дополнительной мерой наказания, а конфискация только дополнительной.

§ 8. Ограничение свободы[53]

Ограничение свободы является новым видом наказания, который отсутствовал в системе наказаний УК РСФСР, хотя УК 1960 г. и предусматривал возможность применения имеющего сходство с ограничением свободы условного осуждения к лишению свободы с обязательным привлечением к труду (ст. 242). Его отличие от ограничения свободы заключалось в том, что лицо осуждалось к лишений свободы, и последнее носило условный характер. Такие признаки отсутствуют у ограничения свободы как вида наказания.

В соответствии с ч. 1 ст. 53 УК РФ ограничение свободы заключается в содержании осужденного, достигшего к моменту вынесения судом приговора восемнадцатилетнего возраста, в специальном учреждении без изоляции от общества в условиях осуществления за ним надзора.

Наказание в виде ограничения свободы может быть только основным. В качестве такового ограничение свободы может быть определено судом в случаях, когда:

1) оно предусмотрено в санкции статьи Особенной части;

2) оно назначается судом в порядке применения ст. 64 УК (назначение более мягкого наказания);

3) оно назначается судом в порядке ст. 80 УК (замена неотбытой части наказания более мягким);

4) при вердикте присяжных заседателей о снисхождении (ст. 65 УК);

5) оно заменяет обязательные или исправительные работы при злостном уклонении от них.

Согласно ч. 2 ст. 53 УК РФ это наказание назначается на срок от одного года до трех лет лицам, осужденным за совершение умышленных преступлений и не имеющим судимости, а лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности — на срок от одного года до пяти лет. Однако в случае замены обязательных работ или исправительных работ ограничением свободы оно может быть назначено на срок менее одного года.

Осужденные к ограничению свободы отбывают наказание в специальных учреждениях — исправительных центрах, как правило, в пределах территории субъекта Российской Федерации, на которой они проживали или были осуждены. Осужденные, которым ограничение свободы назначено в порядке замены иного вида наказания, могут быть направлены для отбывания наказания в исправительный центр, расположенный на территории другого субъекта Российской Федерации. Срок ограничения свободы исчисляется со дня постановки осужденного на учет в исправительном центре. В срок ограничения свободы засчитывается время содержания осужденного под стражей в качестве меры пресечения и время следования под конвоем из исправительного учреждения в исправительный центр при замене неотбытой части лишения свободы ограничением свободы из расчета один день пребывания под стражей за два дня ограничения свободы, а также время краткосрочного выезда после освобождения из исправительного учреждения до прибытия в исправительный центр. Вместе с тем в срок ограничения свободы не засчитывается время самовольного отсутствия осужденного на работе или по месту жительства свыше одних суток. Осужденные к ограничению свободы привлекаются к труду в организациях различных форм собственности. Труд осужденных регулируется законодательством Российской Федерации о труде, за исключением правил приема на работу, увольнения с работы, перехода на другую работу (ст. 47, 49 УИК РФ).

Осужденные к ограничению свободы обязаны постоянно находиться в пределах исправительного центра, не покидать его без разрешения администрации, работать там, куда они направлены администрацией исправительного центра, проживать, как правило, в специально предназначенных для осужденных общежитиях и не покидать их в ночное время без разрешения администрации исправительного центра, участвовать без оплаты труда в работах по благоустройству зданий и территории исправительного центра в порядке очередности, как правило, в нерабочее время продолжительностью не более двух часов в неделю.

Ограничение свободы не назначается лицам, признанным инвалидами I или II группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, женщинам, достигшим пятидесятипятилетнего возраста, мужчинам, достигшим шестидесятилетнего возраста. Кроме того, это наказание не может быть назначено военнослужащим, проходящим военную службу по призыву (ч. 5 ст. 53 УК РФ).

В случае злостного уклонения от отбывания наказания лицом, осужденным к ограничению свободы, оно заменяется лишением свободы на срок ограничения свободы, назначенного приговором суда. При этом время отбытия ограничения свободы засчитывается в срок лишения свободы из расчета один день лишения свободы за один день ограничения свободы.

Злостным уклонением от отбывания ограничения свободы, согласно ч. 3 ст. 58 УИК РФ, является самовольное без уважительных причин оставление осужденным территории исправительного центра, невозвращение или несвоевременное возвращение к месту отбывания наказания, а также оставление места работы или места жительства.

Юристами-практиками ограничение свободы как вид наказания нередко оценивается резко отрицательно. Так, заместитель министра юстиции РФ Ю.И.Калинин считает необходимым вообще от него отказаться в силу практической несостоятельности и неэффективности такой меры. Он отмечает, что ограничение свободы — это "фактически ранее ликвидированное условное осуждение с обязательным привлечением к труду", а исправительные центры, в которые должны направляться осужденные, — "те же спецкомендатуры, только под другой вывеской". По новому законодательству осужденный за нетяжкое преступление к ограничению свободы должен будет препровождаться в межрегиональный исправительный центр, из одной области в другую. "Он там должен работать, зарабатывать себе на жизнь, кормиться, — продолжает Ю.И.Калинин. — А кто его ждет на другой территории, где он там найдет себе работу? Так какой смысл в таком наказании?" Результат, по мнению юриста, будет один: "Человек приедет в этот центр, покрутится, увидит, что кушать нечего, семье помочь нечем, и пойдет воровать ради куска хлеба, или побежит домой, к семье, чтобы там подкормиться. В первом случае его будут ловить и сажать за кражу, во втором случае — за побег. Только посадят его уже в закрытую зону, в тюрьму"[54].

§ 9. Арест[55]

Уголовное законодательство дореволюционной России (Уложение о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г.) включало арест в "лестницу наказаний", отводя аресту низшую ступень. Это определялось рядом специфических черт назначения и исполнения данного вида наказания.

Арест согласно этому Уложению считался одной из разновидностей лишения свободы и не рассматривался как самостоятельное наказание. Арест подразделялся на четыре вида в зависимости от сроков: от трех недель до трех месяцев, от семи дней до трех недель, от трех до семи дней, от одного до трех дней. Применялся арест за незначительные преступления.

Приговоренные к аресту содержались в общем заключении, в так называемых арестных домах, что не сопровождалось никакими правоограничениями. Более того, приговоренные на срок не свыше семи дней могли по определению суда отбывать наказание по месту жительства. Офицеры отбывали наказание на гауптвахте. Арестные дома устраивались с обязательным разделением по полу, для малолетних и лиц высших сословий. Отдельно от осужденных в них могли быть помещены и подследственные. Закон разрешал отлучки заключенных до трех дней в случае тяжелой болезни близких родственников. Арестанты содержались в собственной одежде, а приговоренные на срок менее семи дней работали только по желанию. Иные должны были выбрать себе род работ, которые разрешались, либо им работа назначалась администрацией.

Согласно Уголовному уложению 1903 г. арест также мог быть назначен на срок от одного дня до шести месяцев, а в некоторых случаях, предусмотренных особо, — до одного года. Отбывался он также в специальных арестных домах.

В Руководящих началах по уголовному праву РСФСР 1919 г., Уголовных кодексах РСФСР 1922, 1926 и 1960 гг., Основных началах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1924 г. и Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. арест не выделялся в качестве самостоятельного вида уголовного наказания. Характерно, что, следуя традициям российского уголовного права, законодатель в УК РФ 1996 г. выделил арест в качестве самостоятельного вида в системе наказаний.

Согласно ст. 54 УК РФ арест заключается в содержании осужденного в условиях строгой изоляции от общества и устанавливается на срок от одного до шести месяцев. В случае назначения ареста взамен обязательных работ или исправительных работ он может быть назначен на срок менее одного месяца. Отбывают наказание осужденные к аресту в арестных домах по месту осуждения.

Специфический характер ареста как вида наказания определяет его неприменение к лицам, не достигшим к моменту вынесения судом приговора шестнадцатилетнего возраста, а также беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет.

Уголовно-правовая сущность ареста состоит в том, что осужденный к этому наказанию подвергается исправительному воздействию в условиях строгой изоляции от общества с учетом особого порядка и условий его исполнения.

Осужденные к аресту содержатся в условиях строгой изоляции. На них распространяются условия содержания, установленные для осужденных к лишению свободы, отбывающих наказание в условиях общего режима в тюрьме. Им не предоставляются свидания, за исключением свиданий с адвокатами и иными лицами, имеющими право на оказание юридической помощи. Не разрешается получение посылок, передач и бандеролей, за исключением содержащих предметы первой необходимости и одежду по сезону. Общее образование, профессиональное образование и профессиональная подготовка осужденных не осуществляются. Передвижение без конвоя не разрешается. Осужденные имеют право ежемесячно приобретать продукты питания и предметы первой необходимости на сумму, не превышающую 20% минимального размера оплаты труда. Несовершеннолетним осужденным предоставляются краткосрочные свидания один раз в месяц продолжительностью до трех часов с родителями или лицами, их заменяющими. Осужденные пользуются правом ежедневной прогулки продолжительностью не менее одного часа, а несовершеннолетние осужденные — не менее полутора часов. При исключительных личных обстоятельствах осужденным к аресту может быть разрешен телефонный разговор с близкими.

В соответствии с ч. 3 ст. 54 УК РФ военнослужащие отбывают арест на гауптвахте. При этом время отбывания ареста в общий срок военной службы и выслугу лет для присвоения очередного воинского звания не засчитывается. Во время отбывания ареста осужденный военнослужащий не может быть представлен к присвоению очередного воинского звания, назначен на вышестоящую должность, переведен на новое место службы и уволен с военной службы, за исключением случаев признания его негодным к военной службе по состоянию здоровья (ст. 154 УИК РФ).

Арест является основным видом наказания и применяется в случаях, когда он:

1) указан в санкции статьи Особенной части;

2) назначается в порядке смягчения наказания (ст. 64, 80 УК РФ);

3) применяется при вердикте присяжных заседателей о снисхождении (ст. 65 УК РФ);

4) определяется лицам, злостно уклоняющимся от штрафа, обязательных или исправительных работ.

В последнем случае перерасчет сроков осуществляется на основании ст. 71 УК РФ.

Анализ статей Особенной части УК РФ позволяет сделать вывод о том, что арест, по мысли законодателя, должен применяться за совершение преступлений небольшой или средней тяжести.

§ 10. Содержание в дисциплинарной воинской части[56]

Этот вид наказания был известен и прежнему УК РСФСР 1960 г., в котором он именовался направлением в дисциплинарный батальон. УК РФ 1996 г. расширил круг лиц, к которым может быть применен данный вид наказания.

В соответствии со ст. 55 УК РФ содержание в дисциплинарной воинской части — наказание, которое назначается военнослужащим, проходящим военную службу по призыву, а также военнослужащим, проходящим военную службу по контракту на должностях рядового и сержантского состава, если они на момент вынесения судом приговора не отслужили установленного законом срока службы по призыву.

Уголовно-правовая сущность этого наказания заключается в том, что осужденный принудительно направляется на определенный в приговоре срок в дисциплинарную воинскую часть, в которой подвергается исправительному воздействию. Этому способствует специальный режим, установленный в дисциплинарной воинской части.

Содержание в дисциплинарной воинской части — основное наказание, которое может быть назначено военным судом на срок от трех месяцев до двух лет. Этот вид наказания применяется прежде всего тогда, когда он прямо предусмотрен в санкции соответствующей статьи Особенной части УК, по которой осужден военнослужащий за преступления против военной службы (ч. 1 ст. 332, ч. 1 ст. 334, ч. 1 ст. 336, ч. 1 ст. 340 УК РФ и др.). Кроме того, данный вид наказания может быть назначен и тогда, когда он непосредственно не указан в санкции соответствующей статьи Особенной части УК РФ, например, в тех случаях, когда характер преступления и личность виновного свидетельствуют о возможности замены лишения свободы на срок не свыше двух лет содержанием осужденного в дисциплинарной воинской части. При содержании в дисциплинарной воинской части вместо лишения свободы срок содержания в дисциплинарной воинской части определяется из расчета один день лишения свободы за один день содержания в дисциплинарной воинской части.

В соответствии со ст. 156 УИК РФ в дисциплинарной воинской части устанавливается порядок исполнения и отбывания наказания, обеспечивающий исправление осужденных военнослужащих, воспитание у них воинской дисциплины, сознательного отношения к военной службе, исполнение возложенных на них воинских обязанностей и требований по военной подготовке, реализацию их прав и законных интересов, охрану осужденных и надзор за ними, личную безопасность осужденных военнослужащих и персонала указанной воинской части. В период отбывания содержания в дисциплинарной воинской части все осужденные военнослужащие независимо от их воинского звания и ранее занимаемой должности находятся на положении солдат (матросов) и носят единые установленные для данной дисциплинарной воинской части форму одежды и знаки различия. Лица, отбывающие наказание в дисциплинарной воинской части, не перестают быть военнослужащими и отбывают военную службу согласно существующим положениям о ней. После освобождения из дисциплинарной воинской части военнослужащий возвращается обычно в прежнюю воинскую часть для дальнейшего прохождения военной службы.

В соответствии со ст. 171 УИК РФ время пребывания осужденного военнослужащего в дисциплинарной воинской части в общий срок военной службы не засчитывается. Однако тем из них, кто овладел воинской специальностью, знает и точно выполняет требования воинских уставов и безупречно несет службу, при освобождении из дисциплинарной воинской части после истечения срока их призыва время пребывания в дисциплинарной воинской части может быть зачтено в общий срок военной службы.

Рассмотренный вид наказания не применяется к военнослужащим сверхсрочной службы, в том числе проходящим службу по контракту — прапорщикам, мичманам, офицерам и военнослужащим, совершившим преступление во время прохождения военных сборов.

В случаях, если военнослужащий, осужденный к содержанию в дисциплинарной воинской части, заболел болезнью, делающей его негодным к дальнейшему прохождению военной службы, суд может полностью освободить его от отбывания наказания или заменить это наказание более мягким.

§ 11. Лишение свободы

Лишение свободы было и остается основным видом наказания в России. Согласно Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. лишение свободы в "лестнице наказаний" относилось к главным и отличалось значительным своеобразием, составляя центр системы наказаний. Следует отметить, что объем видов лишения свободы был несколько шире современного как по форме, так и по содержанию, включая, в частности, арест, являющийся по УК РФ 1996 г. самостоятельным видом наказания. Согласно ст. 2 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. к лишению свободы относились: каторга, назначаемая или бессрочно, или на срок от четырех до пятнадцати лет, а в некоторых случаях до двадцати лет с переводом затем на поселение; заключение в исправительном доме на срок от полутора до шести лет, а в некоторых случаях до восьми лет; заключение в крепости от двух недель до шести лет, а в некоторых случаях до восьми лет; заключение в тюрьме на срок от двух недель до одного года, а в некоторых случаях до двух лет; арест от одного дня до шести месяцев, а в некоторых случаях до одного года. Здесь же находилась и ссылка на поселение без срока в предназначенные для этого местности, однако, строго говоря, ссылка являлась ограничением свободы и назначалась в исключительных случаях[57].

Каторга состояла из двух элементов: работы в прямом смысле слова и последующего поселения. К каторге всегда присоединялось лишение всех прав состояния. По своему характеру каторга состояла из заключения в каторжные тюрьмы с принудительными тяжелыми работами в помещениях или вне их. На двадцать лет каторга назначалась при повторном совершении караемого ею преступления и совершения преступления служащим. Каторга влекла за собой поражение не только служебных и сословных прав, но и лишения, и ограничения семейных и имущественных прав. По отбытии каторги преступники переводились на поселение в предназначенные для этого местности, удаленные от центральных районов России. Для каторжных работ были определены Сибирь и остров Сахалин, а для некоторых государственных преступников — Шлиссельбургская тюрьма.

Ссылка на поселение существовала в двух видах: в Сибирь и Закавказье, при этом в Закавказье она назначалась лишь за некоторые виды преступлений, прежде всего — церковные. Ссылка на поселение была наказанием бессрочным, однако, согласно Уставу о ссыльных, ссыльнопоселенцы по истечении десяти лет пребывания в Сибири могли причисляться к крестьянам и проживать в большинстве сибирских губерний.

В исправительные дома направлялись преступники всех классов, мужчины и женщины. Для лиц, не достигших 21 года, срок наказания сокращался на треть. Приговоренные к этому наказанию содержались сначала в одиночном заключении от трех до шести месяцев, затем переводились в общее заключение. Содержащиеся в исправительных домах обязательно занимались работами как в помещении, так и вне исправительного дома, получая треть заработанных средств. По истечении половины назначенного срока за примерное поведение они могли быть переведены в отряд исправляющихся, что влекло за собой ряд льгот. Освобожденные из исправительных домов ограничивались в пассивном избирательном праве и перемене места жительства.

Заключение в крепость существовало для таких деяний, которые, хотя и являлись весьма тяжкими нарушениями закона, причиняли существенный вред и были сопряжены даже со значительной опасностью для общества, но вместе с тем не свидетельствовали ни об особой испорченности, ни о безнравственности виновного, а были совершены в результате его неумения подчинять свои порывы и желания требованиям закона. Вследствие этого данное наказание не влекло за собой поражения в правах. Приговоренные отбывали наказание или в крепости, или в специально устроенных помещениях, в общем заключении. Интересно, что выполнять какую-либо работу они могли только по собственному желанию.

По Уложению 1845 г. тюремное заключение полагалось за такие деяния, которые, хотя и заслуживали довольно строгого взыскания, но не относились к числу преступлений, разрушающих честь или доказывающих высшую степень безнравственности или имеющих какую-либо политическую важность.

Начиная с 1884 г. тюремное заключение заменило существовавшие ранее смирительно-работные дома и могло быть назначено в нескольких видах: с лишением всех особенных прав (для дворян, почетных граждан, священнослужителей); с лишением некоторых прав; простое тюремное заключение, тюрьма по Уставу о наказаниях. Тюремные учреждения в некоторой степени выполняли роль современных следственных изоляторов. Так, заключенные содержались или одиночно, или совместно, с разделением на категории по возрастам и обязательным отделением подследственных от осужденных, преступники опасные содержались отдельно от менее опасных, люди низшего состояния — от дворян, чиновников, разночинцев. Содержащиеся в тюрьмах обязательно занимались работами, получая определенное вознаграждение, половину которого могли тратить на себя, а остальную сумму получали по освобождении.

Арест — кратковременное лишение свободы — отбывался в арестных домах[58].

Уголовное уложение 1903 г. сохранило перечисленные разновидности лишения свободы, внеся в них изменения. Так, Уголовное уложение не включало в систему наказаний ссылку на проживание в Сибирь и в отдаленные губернии и др.

Лишение свободы как вид наказания был известен всем основным законодательным актам уголовно-правового характера. В настоящее время, как и ранее, лишение свободы занимает значительный удельный вес в системе наказаний по УК РФ, будучи предусмотрен в 85,8% всех санкций УК.

В судебной практике лишение свободы также применяется довольно часто. Так, суды Российской Федерации к лишению свободы приговорили: в 1995 г. — 36,4%; в 1996 г. — 33,97%; в 1997 г. — 32,8%; в 1998 — 34,3%, в 1999 — 32,9%[59]. При этом следует отметить, что за совершение тяжких и особо тяжких преступлений, отличающихся повышенной общественной опасностью, доля лишения свободы значительно выше. Так, в 1995 г. к лишению свободы было приговорено 97,7% лиц, осужденных за бандитизм, 96,6% — за умышленное убийство, 87,3% — за изнасилование, 89,7% — за разбой, 75,3% — за получение взятки при отягчающих обстоятельствах[60].

В 1998 г. при осуждении за убийство это наказание применялось в отношении 89,2% осужденных по ч. 1 и 92,9% — по ч. 2 ст. 105 УК; за совершение изнасилования при отягчающих обстоятельствах были лишены свободы 81,0% осужденных по ч. 2 и 86,1% осужденных по ч. 3 ст. 131 УК; за грабеж при отягчающих обстоятельствах по ч. 3 ст. 161 УК лишение свободы было применено в отношении 80,8% осужденных; более 80% осужденных подверглись лишению свободы по приговору суда за разбой, совершенный при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 и 3 ст. 162 УК), и за организацию незаконных вооруженных формирований, банд и иных преступных организаций или участие в них (ст. 208-210 УК)[61].

По действующему уголовному законодательству РФ лишение свободы может по приговору суда назначаться на определенный срок (ст. 56 УК) или пожизненно (ст. 57 УК).

Лишение свободы относится к основным видам наказания и как таковое может быть назначено лишь в случаях, когда оно предусмотрено в санкции статьи Особенной части УК РФ. Кроме того, лишение свободы может быть определено приговоренным к смертной казни в случае их помилования, а также осужденным, злостно уклоняющимся от отбывания исправительных работ или ограничения свободы.

Лишение свободы согласно ч. 1 ст. 56 УК РФ (в ред. Федерального закона РФ от 9 марта 2001 г.) заключается в изоляции осужденного от общества путем направления его в колонию-поселение, помещения в воспитательную колонию, лечебное исправительное учреждение, исправительную колонию общего, строгого или особого режима либо в тюрьму. К лишению свободы приговариваются обычно в тех случаях, когда суд, исходя из тяжести совершенного преступления и личности виновного, приходит к выводу, что для осуществления целей наказания осужденный не может быть оставлен на свободе, а его исправление возможно лишь в условиях изоляции от общества с применением комплекса особых мер исправительного воздействия.

При лишении свободы имеет место существенное ограничение правового положения осужденного по сравнению с другими членами общества, которое выражается не только в лишении его свободы передвижения, но и в применении к нему других правоограничений, например, в определении рода трудовой деятельности, регламентации его времени работы и отдыха, участии в выборах в государственные органы власти и пр.

В соответствии с ч. 2 ст. 56 УК РФ лишение свободы может назначаться на срок от шести месяцев до двадцати лет. В случае замены исправительных работ или ограничения свободы лишением свободы оно в соответствии с ч. 3 ст. 56 УК РФ может быть назначено и на срок менее шести месяцев. В то же время при частичном или полном сложении сроков лишения свободы при назначении наказания по совокупности преступлений законодатель устанавливает максимальный срок — двадцать пять лет (ст. 69 УК РФ), а по совокупности приговоров — тридцать лет (ст. 70 УК РФ). Согласно ч. 6 ст. 88 УК РФ несовершеннолетним осужденным лишение свободы назначается на срок не свыше десяти лет и отбывается в воспитательных колониях.

При назначении осужденному наказания в виде лишения свободы суд в приговоре определяет вид исправительного учреждения, в котором осужденный должен отбывать назначенное ему наказание. Наличие исправительных учреждений различных видов обусловлено прежде всего необходимостью раздельного содержания заключенных в зависимости от тяжести совершенных ими преступлений, а также от их личности, чтобы не допустить возможности негативного влияния рецидивистов и лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления, на лиц, которые впервые осуждены к лишению свободы и совершили менее тяжкие преступления.

Основания назначения осужденным к лишению свободы вида исправительного учреждения устанавливаются в ст. 58 УК РФ. В соответствии с ней отбывание лишения свободы назначается:

а) в колониях-поселениях — лицам, осужденным за преступления, совершенные по неосторожности, а также лицам, осужденным к лишению свободы, за совершение умышленных преступлений небольшой и средней тяжести, ранее не отбывавшим лишение свободы. С учетом обстоятельств совершения преступления и личности виновного суд может назначить указанным лицам отбывание наказания в исправительных колониях общего режима с указанием мотивов принятого решения;

б) в исправительных колониях общего режима мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также осужденным женщинам;

в) в исправительных колониях строгого режима мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, ранее не отбывавшим лишение свободы, а также при рецидиве преступлений, если осужденный ранее отбывал лишение свободы, и женщинам при особо опасном рецидиве;

г) в исправительных колониях особого режима — мужчинам, осужденным к пожизненному лишению свободы, а также при особо опасном рецидиве преступлений.

Мужчинам, осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений на срок свыше пяти лет, а также при особо опасном рецидиве преступлений отбывание части срока наказания может быть назначено в тюрьме.

Лицам, осужденным к лишению свободы, не достигшим к моменту вынесения судом приговора восемнадцатилетнего возраста, отбывание наказания назначается в воспитательных колониях.

Согласно ч. 4 ст. 58 УК РФ изменение вида исправительного учреждения осуществляется судом в соответствии с уголовно-исполнительным законодательством Российской Федерации. Это важное условие соблюдения принципа законности. При разработке проекта Основ уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г. некоторые представители МВД и ученые НИИ МВД СССР настаивали на том, чтобы режим отбывания лишения свободы назначал не суд, а уголовно-исполнительные органы. Комиссия по разработке проекта Основ категорически против этого возражала из-за возможных злоупотреблений пенитенциарных органов. Режим лишения свободы весьма влияет на суровость этого вида наказания. Поэтому и в УК 1960 г., и в УК 1996 г. определение режима отбывания лишения свободы является исключительной прерогативой суда.

Пленум Верховного Суда РФ в постановлении от 11 апреля 2000 г. "О практике назначения судами видов исправительных учреждений"[62] разъяснил, что под ранее отбывавшим наказание в виде лишения свободы следует понимать лицо, которое за совершенное им в прошлом преступление было осуждено к наказанию в виде лишения свободы и отбывало его в исправительной колонии, тюрьме, лечебном исправительном учреждении либо в следственном изоляторе в связи с оставлением для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию, если судимость за это преступление не была снята или погашена на момент совершения нового преступления.

К ранее отбывавшим наказание в виде лишения свободы, в частности, относятся:

а) условно осужденный к лишению свободы, который по основаниям, изложенным в ч. 3, 4 и 5 ст. 74 УК РФ, был направлен для отбывания лишения свободы в исправительную колонию;

б) осужденный к лишению свободы, который по вступлении приговора в законную силу отбывал это наказание в следственном изоляторе в соответствии со ст. 77 УИК РФ;

в) осужденный к лишению свободы, отбывший часть срока наказания и освобожденный из мест лишения свободы по болезни на основании ч. 1 и 2 ст. 81 УК РФ;

г) осужденная к лишению свободы женщина, которая по отбытии части срока наказания была освобождена из исправительного учреждения с предоставлением отсрочки отбывания наказания в соответствии со ст. 82 УК РФ;

д) осужденный к лишению свободы, который по отбытии части срока наказания освобожден из мест лишения свободы условно-досрочно, либо осужденный, которому оставшаяся неотбытая часть лишения свободы заменена более мягким видом наказания;

е) осужденный к лишению свободы по приговору другого государства (включая страны Содружества Независимых Государств), который в связи с последующей передачей его в Россию для дальнейшего отбывания наказания отбывал лишение свободы в исправительном учреждении Российской Федерации в соответствии с судебным решением о принятии приговора к исполнению, а также лицо, имеющее судимость по приговорам других стран СНГ до прекращения существования СССР.

Вместе с тем не могут рассматриваться как ранее отбывавшие наказание в виде лишения свободы:

а) осуждавшееся к наказанию в виде исправительных работ или ограничению свободы лицо, которому по основаниям, предусмотренным ч. 3 ст. 50 и ч. 4 ст. 53 УК РФ, эти наказания были заменены лишением свободы;

б) лицо, к которому за совершенное преступление в соответствии с ч. 2 ст. 55 УК РФ суд вместо лишения свободы применил наказание в виде содержания в дисциплинарной воинской части;

в) лицо, находившееся в исправительном учреждении по приговору суда, если в отношении него приговор отменен в порядке надзора с прекращением дела либо изменен и назначено наказание, не связанное с лишением свободы, или применено условное осуждение;

г) осуждавшееся к лишению свободы лицо, но фактически не отбывавшее наказания в связи с применением к нему амнистии или освобождением от отбывания наказания в порядке помилования, либо неприведением в исполнение приговора в случаях истечения установленных законом сроков давности согласно ст. 83 УК РФ;

д) лицо, ранее осуждавшееся к лишению свободы в пределах срока нахождения его под стражей в качестве меры пресечения, поскольку оно не отбывало наказание в исправительном учреждении;

е) лицо, отбывающее лишение свободы, в случае его осуждения к лишению свободы за преступление, совершенное до вынесения первого приговора;

ж) лицо, осужденное к лишению свободы и отбывшее наказание в местах лишения свободы за деяния, преступность и наказуемость которых устранена действующим законом, а равно если действующим законом за их совершение не предусмотрено наказание в виде лишения свободы.

В соответствии со ст. 78 УИК РФ вид исправительного учреждения может быть изменен в зависимости от поведения и отношения к труду осужденных к лишению свободы. При этом в ней устанавливается, что положительно характеризующиеся осужденные могут быть переведены для дальнейшего отбывания наказания:

1) из тюрьмы в исправительную колонию — по отбытии осужденными в тюрьме не менее половины срока, назначенного по приговору суда;

2) из исправительных колоний особого режима в исправительную колонию строгого режима — по отбытии осужденным в колонии особого режима не менее половины срока, назначенного по приговору суда;

3) из исправительных колоний общего и строгого режимов в колонию-поселение — по отбытии осужденными, находящимися в облегченных условиях содержания, не менее одной трети срока наказания, а осужденными за совершение особо тяжких преступлений или ранее условно-досрочно освобождавшимися от отбывания лишения свободы и совершившими новые преступления в период оставшейся неотбытой части наказания — не менее двух третей срока наказания.

Вместе с тем не подлежат переводу в колонию-поселение:

1) осужденные при особо опасном рецидиве преступлений;

2) осужденные к пожизненному лишению свободы в случае замены этого вида наказания в порядке помилования лишением свободы на определенный срок;

3) осужденные, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы;

4) осужденные, не прошедшие обязательного лечения, а также осужденные, которым требуется специальное лечение в медицинских учреждениях закрытого типа;

5) осужденные, не давшие согласия в письменной форме на перевод в колонию-поселение.

Осужденные, являющиеся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, могут быть переведены:

1) из колонии-поселения в исправительную колонию, вид которой был ранее определен судом;

2) из колонии-поселения, в которую они были направлены по приговору суда, в исправительную колонию общего режима;

3) из исправительных колоний общего и строгого режимов в тюрьму на срок не свыше трех лет с отбыванием оставшегося срока наказания в исправительной колонии того вида режима, откуда они были направлены в тюрьму. Осужденные женщины переводу в тюрьму не подлежат.

Лишение свободы отличается от ограничения свободы тем, что осужденный к ограничению свободы хотя и содержится в условиях осуществления за ним надзора, однако от общества не изолируется.

§ 12. Пожизненное лишение свободы

В действующем уголовном законодательстве в качестве самостоятельного вида наказания выделяется пожизненное лишение свободы (п. "м" ст. 44 и ст. 57 УК РФ).

Пожизненное лишение свободы так же, как и лишение свободы на определенный срок, заключается в изоляции осужденного от общества в специальном учреждении (в исправительных колониях особого режима), но бессрочно (пожизненно).

Пожизненное лишение свободы было предусмотрено Уложением о наказании и Уголовным уложением в виде каторги, назначаемой без срока или на определенный срок и ссылки на поселение без срока в предназначаемые для этого местности (это последнее наказание, однако, назначалось лишь в немногих исключительных случаях)[63].

Более позднему революционному уголовному законодательству такой вид наказания, как пожизненное лишение свободы, известен не был. Это наказание было введено Федеральным законом от 17 декабря 1992 г., включившим в ст. 24 УК РСФСР 1960 г. следующее положение: "При замене в порядке помилования смертной казни лишением свободы оно может быть назначено пожизненно (ч. 1)". Однако пожизненное лишение свободы не было включено в систему наказаний и, следовательно, не рассматривалось как самостоятельный вид наказания и могло применяться только Президентом РФ в порядке помилования осужденных к смертной казни.

УК РФ 1996 г. включил пожизненное лишение свободы в систему наказаний, указав в ст. 57, что пожизненное лишение свободы устанавливается только как альтернатива смертной казни за совершение особо тяжких преступлений, посягающих на жизнь, и может назначаться в случаях, когда суд сочтет возможным не применять смертную казнь.

В Особенной части УК РФ 1996 г. пожизненное лишение свободы в качестве альтернативного наказания предусмотрено в санкциях пяти статей: убийство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105); посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277); посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295); посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317); геноцид (ст. 357).

Пожизненное лишение свободы является самостоятельным основным наказанием и может назначаться судом лишь в случаях, когда оно предусмотрено санкцией статьи Особенной части УК, а также при замене этим наказанием смертной казни.

Пожизненное лишение свободы не назначается женщинам, а также лицам, совершившим преступления в возрасте до восемнадцати лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения судом приговора шестидесятипятилетнего возраста.

В 1997 г. в Российской Федерации к пожизненному лишению свободы были осуждены 16, в 1998 г. — 55, в 1999 г. — уже 75 человек[64].

Лица, осужденные к пожизненному лишению свободы, отбывают наказание в исправительных колониях особого режима отдельно от других категорий осужденных. При этом в соответствии со ст. 58 УК РФ первые десять лет эти лица помещаются в строгие условия отбывания наказания (ст. 127 УИК РФ). Через десять лет при отсутствии взысканий за нарушение правил отбывания наказания эти осужденные могут быть переведены на обычные условия, а еще через десять лет при тех же условиях — на облегченные. Часть срока, определяемого приговором, осужденные к пожизненному лишению свободы могут отбывать в тюрьме.

Лицо, отбывающее пожизненное лишение свободы, согласно ч. 5 ст. 79 УК РФ, может быть освобождено условно-досрочно, если судом будет признано, что оно не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания, фактически отбыло не менее двадцати пяти лет лишения свободы. Условно-досрочное освобождение от дальнейшего отбывания пожизненного лишения свободы применяется лишь при отсутствии у осужденного злостных нарушений установленного порядка отбывания наказания в течение предшествующих трех лет. Не могут быть представлены к условно-досрочному освобождению и лица, совершившие в период отбывания пожизненного лишения свободы новое тяжкое или особо тяжкое преступление (ст. 176 УИК РФ).

Пожизненное лишение свободы отличается от срочного лишения свободы тем, что полностью лишает осужденного возможности освобождения, так как условно-досрочное освобождение пожизненно осужденного возможно лишь как исключение, а не правило, что характерно для срочного лишения свободы. Различаются эти наказания и по степени морального воздействия на осужденного.

§ 13. Смертная казнь

История современных цивилизаций вряд ли знает аналог столь неоднозначного отношения к оценке уголовно-правовых, политических и социально-психологических проблем, какой является смертная казнь. И, не боясь ошибиться, можно говорить о том, что проблема смертной казни вряд ли получит однозначное разрешение в ближайшее время. Это связано с тем, что смертная казнь как вид наказания оценивается не только в рамках юриспруденции, но и уголовной политики, философии, социологии, психологии, а, в конечном итоге, на уровне общественного сознания. Достаточно упомянуть лишь некоторых из вошедших в российскую и мировую элиту не только из юриспруденции, но и культуры; это Бердяев Н.А., Боборукин П.Д., Гернет М.Н., Кистяковский А.Ф., Короленко В.Г., Кропоткин П.А., Набоков В.Д., Пионтковский А.А. (отец), Спасович В.Д., Таганцев Н.С., Толстой Л.Н., Фойницкий И.Я. и др.

В наше время этому вопросу также уделяется достаточно внимания многими известными учеными-правоведами.

Проблема смертной казни изначально рассматривалась с диаметрально противоположных позиций — "за" и "против". Еще до нашей эры данный вопрос дискутировался на уровне развития демократии Древней Греции и ассоциируется с именем Диодота, оспаривавшего эффективность предупредительного воздействия смертной казни с позиций ее устрашающего воздействия.

Общеизвестно отношение к смертной казни в средневековой Европе с ее изощренностью форм и методов исполнения. Тем значимее являются первые попытки поставить под сомнение целесообразность ее применения. И тем более справедливо отдать должное выдающемуся итальянскому гуманисту и просветителю XVIII в. Ч.Беккариа[65], который в трактате 1764 г. "О преступлениях и наказаниях", выражая требования нарождавшейся буржуазии в борьбе с феодализмом, высказался за отмену смертной казни. Поставив вопросы: "является ли смертная казнь действительно полезной и справедливой в хорошо устроенном правлении" и "что это за право убивать себе подобных, присвоенное людьми"[66], он обосновывает вывод о том, что в цивилизованном государстве при господстве законов нет необходимости в применении смертной казни. Это особенно важно, поскольку среди известных просветителей XVIII в. было характерно либо позитивное отношение к смертной казни (Вольтер), либо нейтрально-умеренное (Монтескье, Руссо).

Переходя к рассмотрению проблемы смертной казни в истории России, следует сделать одно общее замечание. Истоки ее происхождения в качестве вида наказания можно проследить на примере принципа талиона — воздаяние лицу, совершившему преступное деяние, путем причинения ему вреда, тождественного тому, который он причинил. Кратко это выражается в известной формуле "око за око, зуб за зуб" и обычно связывается с законами вавилонского царя Хаммурапи. И хотя в дальнейшем принцип талиона во многом был вытеснен уплатой пени в пользу потерпевшего, основы отношения к смертной казни как адекватному возмездию за содеянное, очевидны. Наиболее явно это проявляется в обычае кровной мести, дошедшем из глубины веков и сохранившемся в ряде религиозных законов до настоящего времени.

Отношение к смертной казни как виду наказания в Древней Руси хотя во многом и соответствовало общим правовым канонам, отличалось значительным своеобразием. Уголовно-правовая база применения смертной казни была весьма ограниченна и изначально не вписывалась в систему наказаний.

Так, Русская Правда не предусматривала смертной казни, допуская, однако, право кровной мести для строго ограниченного круга родственников потерпевшего. Это являлось своеобразной формой общественной расправы с преступником, имеющей истоки в византийской правовой системе и определявшейся тезисом "кровь за кровь, смерть за смерть". Летописные источники свидетельствуют о казнях за мятежи, преступления против христианской веры, измену.

Процесс централизации российской государственности и укрепления монархической формы правления объективно потребовал определенной законодательной кодификации. Это нашло свое выражение в составленной при правлении великого князя Московского Василия Дмитриевича в 1397 г. уставной Двинской грамоте. Характерно, что в ней, в ст. 5, предусматривалась смертная казнь только за кражу, совершенную в третий раз, а отнюдь не за убийство. Следовательно, можно говорить, что уголовно-правовая доктрина периода феодализма уже основывалась на приоритете защиты права собственности, а не личности, более характерной для развития буржуазных отношений.

В последующем данная концепция получает свое развитие. Следующий значимый уголовно-правовой акт — Псковская судная грамота 1467 г. — распространяет назначение смертной казни еще на четыре категории преступлений. Это воровство в церкви, конокрадство, государственная измена, поджог. Как видно, и здесь во главу угла, наряду с государственными интересами, ставятся отношения собственности.

Начиная с XV в. наблюдается постепенное увеличение сферы применения смертной казни путем расширения круга преступлений, караемых ею[67].

Так, по Судебнику 1497 г. смертная казнь назначалась за убийство своего господина и "просто" убийство, разбой, повторную кражу, измену, иные государственные преступления, религиозные преступления (например, святотатство), клевету. Еще более широкое использование смертной казни предусматривал принятый при Иване IV, вошедшем в историю как Иван Грозный, Судебник 1550 г. Подводя законодательную базу под проводимую политику укрепления централизованного Российского государства с единой самодержавной властью и закрепощения крестьянства, в Судебнике появляются понятия "лихое дело" и "лихие люди". Из истории правления Ивана IV достаточно хорошо известны результаты столь расширительного толкования преступных деяний и лиц, совершивших преступления. Смертная казнь превратилась в основной вид наказания, сопровождалась пытками и отличалась невиданной до этого изощренностью и публичностью. Еще более широко смертная казнь была распространена Уложением 1649 г., в котором с еще большей очевидностью она являлась основным видом уголовного наказания. По различным оценкам, число преступлений, караемых смертной казнью, составляло от 54 до 60[68], а по исполнению она подразделялась на два вида: простая и квалифицированная. При простой применялось повешение, а при квалифицированной — сожжение, отсечение головы, четвертование и др. Смертная казнь всегда совершалась публично, за исключением воскресных и праздничных дней. По отношению к беременным женщинам она откладывалась до разрешения от бремени.

По Воинским артикулам Петра I, по подсчетам отечественных юристов, смертная казнь могла применяться в 123 случаях. Вместе с тем область применения смертной казни иногда, исходя из политических и экономических интересов, ограничивалась. Так, Указом 1703 г. повелевалось применять смертную казнь только за убийство, измену и мятеж, в иных случаях применялись телесные наказания (кнут), клеймение и ссылка в каторгу на определенный срок или навечно.

Наиболее существенные изменения отношения к смертной казни начинаются в послепетровскую эпоху во время царствования дочери Петра I Елизаветы. В этот период отменяются смертная казнь и пытка для лиц, не достигших семнадцатилетнего возраста. Указы от 2 августа 1743 г., 25 мая 1753 г., 30 сентября 1754 г. вводят и подтверждают замену "натуральной смертной казни" на политическую — ссылкой "на каторжные работы, предварительно подвергнув: наказанию кнутом с вырыванием ноздрей и постановлением клейма" или без такового[69]. При этом все дела, караемые смертной казнью, передавались в Сенат на рассмотрение императрицы. Таким образом, в данном случае мы видим исторический прообраз знакомых нам понятий "помилование" и "мораторий на применение смертной казни".

В царствование Екатерины II по отношению к общеуголовным преступлениям смертная казнь считалась отмененной. Однако это не касалось так называемых общегосударственных преступлений. Так, в 1775 г. на основании Уложения 1649 г. и Уставов Петра I были жестоко казнены руководители и участники пугачевского восстания, а в 1826 г. по делу участников восстания 14 декабря 1825 г. пятеро основных руководителей были повешены, хотя по приговору Верховного Суда к смерти были приговорены 36 человек.

Предусматривалась смертная казнь и в Своде законов Российской империи, и по Уложению о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г., и по Уголовному уложению 1903 г.

В Своде законов 1832 г. круг применения смертной казни был четко очерчен. Она назначалась лишь за наиболее тяжкие виды государственных преступлений в качестве исключительной меры и только по приговору Верховного уголовного суда, за карантинные преступления по карантинному Уставу 1832 г. и за воинские преступления по Полевому уголовному уложению. По двум последним категориям преступлений смертная казнь могла быть назначена только по приговору военных судов.

При разработке проекта Уложения о наказаниях 1845 г. предлагалось дополнить этот перечень ответственностью за убийство родителей и повторное после осуждения к каторге совершение убийства, поджога, разбоя, грабежа. Однако это не нашло поддержки, и в окончательном варианте Уложения смертная казнь устанавливалась только за преступления государственные, безотносительно к их подсудности, и карантинные. Смертный приговор в любом случае подлежал представлению на высочайшее усмотрение.

Согласно ст. 2 Уложения смертная казнь находилась на первом месте в системе ("лестнице" — по терминологии того времени) главных наказаний[70]. Следовательно, при наличии смягчающих обстоятельств суд мог смягчить наказание на одну, две степени, приговорив к бессрочной каторге или каторге на срок 15-20 лет. Смертная казнь соединялась с лишением всех прав состояния. Однако она не могла быть применена к лицам моложе 21 года и старше 70. Наибольшее применение смертная казнь имела по военно-уголовным законам. По ним уголовная ответственность наступала за умышленное убийство, изнасилование, разбой, грабеж, уничтожение чужого имущества. По этим законам смертная казнь исполнялась путем расстрела, в иных случаях — повешения. В 1881 г. публичность исполнения смертной казни была отменена. Видимый гуманизм российского законодательства о смертной казни реально не всегда соответствовал практике. Даже наиболее прогрессивная судебная реформа 1864 г., установившая всесословные суды и гласность судопроизводства, суд присяжных заседателей и присяжных поверенных (адвокатов), не могла в корне изменить ситуацию. Особенно это было связано с широкой практикой передачи наиболее серьезных преступлений на рассмотрение военных судов, еще более распространившейся после принятия в 1881 г. Положения о мерах к охранению государственного порядка и общественного спокойствия. Пик применения смертной казни приходится на годы террора после подавления революции 1905 г.

Следующий этап уголовно-правового развития института смертной казни в России начался с Февральской буржуазной революции и являлся еще более неоднозначным по своему подходу к проблеме. Так, 12 марта 1917 г. Временным правительством смертная казнь была упразднена, однако ровно через четыре месяца она была восстановлена на фронте за ряд воинских преступлений, а также за измену, убийство, разбой.

После Октябрьской революции II Всероссийский съезд Советов 26 октября 1917 г. отменил смертную казнь. В этом выразилась принципиальная позиция Советской власти к смертной казни. Однако менее чем через год постановлением СНК РСФСР "О красном терроре" от 5 сентября 1918 г. смертная казнь путем расстрела была восстановлена. Законодательно это было закреплено в Руководящих началах по уголовному праву РСФСР 1919 г.[71]

В истории развития советского уголовного законодательства смертная казнь всегда занимала специфическое место, не входя формально в систему наказаний. В Уголовных кодексах РСФСР 1922, 1926, 1960 гг.[72] ей отводилось место исключительной меры наказания, носящей временный характер. Так, в ст. 33 УК РСФСР 1922 г. предусматривалось, что "по делам, находящимся в производстве революционных трибуналов впредь до отмены Всероссийским Центральным Исполнительным Комитетом, в случаях, когда статьями настоящего кодекса определена высшая мера наказания, в качестве таковой применяется расстрел".

Однако нет ничего постояннее временного, 26 мая 1947 г. Указом Президиума Верховного Совета СССР "Об отмене смертной казни" это наказание было упразднено в мирное время. Однако Указом Президиума Верховного Совета СССР от 12 января 1950 г. "О применении смертной казни к изменникам Родины, шпионам, подрывникам-диверсантам" допускалось применение смертной казни к перечисленным категориям лиц. Указом от 30 апреля 1954 г. Президиум Верховного Совета СССР распространил применение смертной казни и на лиц, совершивших умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах.

УК РСФСР 1960 г., первоначально сократив применение смертной казни по сравнению с УК РСФСР 1926 г., впоследствии пошел по пути ее расширения, предусмотрев возможность смертной казни за особо тяжкие государственные преступления, убийство, изнасилование, бандитизм и другие насильственные преступления, а также за некоторые корыстные преступления. К этому времени число составов преступлений, предусматривающих применение смертной казни, превышало тридцать, сократившись к моменту принятия УК РФ 1996 г. до двадцати четырех.

Небезынтересна динамика вынесенных (не смешивать с приведенными в исполнение) судами приговоров к высшей мере наказания по их пиковым показателям В 1962 г. было осуждено к смертной казни 2159 человек, в 1983 г. — 488 человек[73]. В 1990-е гг. число приговоров к смертной казни значительно сократилось. Так, по официальным данным, в 1992 г. к этому виду наказания было осуждено 159 человек (было казнено в указанном году 18 человек), в 1993 г. осуждено — 157 человек (казнено — 10 человек), в 1994 г. осуждено — 160 человек (казнено — 10 человек), в 1995 г. осуждено — 141 человек (казнено — 40), в 1996 г. осуждено — 153 человека (официальных данных о казненных нет), в 1997 г. осуждено 106 человек (не казнено ни одного, в 1998 г. осуждено 116 человек, в 1999 г. — 19. Правда, официальные данные несколько расходятся с данными, приведенными А.И.Приставкиным — председателем Комиссии по вопросам помилования при Президенте РФ. Так по его сведениям, в 1996 г. было казнено 63 человека. Пик казней в последнее десятилетие приходился на 1995 г., когда, по данным А.И.Приставкина, было казнено 86 человек. Эти данные существенно отличаются от официальных[74].

В мировом сообществе после Второй мировой войны четко обозначилась наметившаяся к концу XIX в. тенденция отмены смертной казни, как противоречащая Всеобщей декларации прав человека, принятой Генеральной Ассамблеей ООН 10 декабря 1948 г. Статья 3 Декларации устанавливает, что "каждый человек имеет право на жизнь:", а в ст. 5 отмечается, что "никто не должен подвергаться пыткам или жестоким, бесчеловечным и унижающим его достоинство обращению и наказанию". В данном контексте смертная казнь однозначно относится к наказаниям жестоким и бесчеловечным. В качестве иллюстрации нелишне упомянуть основные способы приведения в исполнение смертной казни, предусмотренные законодательством стран, входящих в мировое сообщество. Это повешение, расстрел, обезглавливание, забрасывание камнями, применение электричества, газа, усыпляющие инъекции. Только в США штаты, сохранившие смертную казнь, применяют все указанные способы, кроме обезглавливания и забрасывания камнями[75].

Из последних документов, призывающих государства к отмене смертной казни, можно отметить Резолюции Генеральной Ассамблеи ООН от 8 декабря 1977 г. и от 15 декабря 1980 г., а также Второй факультативный протокол к Пакту о гражданских и политических правах, принятый Генеральной Ассамблеей ООН 15 декабря 1989 г., и др. Следуя этим рекомендациям и интересам собственной уголовной политики, более 100 государств мира отменили смертную казнь[76].

По действующему УК РФ, в отличие от предшествующих, смертная казнь включена в систему наказаний, при этом за ней сохранено значение исключительной меры. Это прямо вытекает из текста Конституции РФ, принятой 12 декабря 1993 г. Согласно ч. 2 ст. 20 Конституции: "Смертная казнь впредь до ее отмены может устанавливаться федеральным законом в качестве исключительной меры наказания за особо тяжкие преступления против жизни при предоставлении обвиняемому права на рассмотрение его дела судом с участием присяжных заседателей". В данной конституционной норме четко прослеживается, с одной стороны, защита высшей ценности — жизни от преступного посягательства, с другой — предоставление преступнику возможности оценки его действий по достаточно демократической процедуре. Указом Президента РФ от 16 мая 1996 г. "О поэтапном сокращении применения смертной казни в связи с вхождением России в Совет Европы" и Распоряжением Президента РФ от 4 марта 1997 г. "О подписании Протокола N 6 (относительно отмены смертной казни) от 26 апреля 1983 г. к Конвенции о защите прав человека и основных свобод" от 4 ноября 1950 г. МИДу России поручено подписать от имени Российской Федерации указанный Протокол. Минюсту России совместно с заинтересованными органами государственной власти предложено разработать "Комплекс мер по поэтапному решению проблем, связанных с Протоколом N 6"[77]. МИД России Протокол N 6 подписал. Однако ратификации его не состоялось. Мораторий на исполнение смертной казни, якобы, на три года президентские указы и распоряжения не предусматривают.

Как известно, в 9 субъектах РФ действуют суды с участием присяжных заседателей. В связи с этим Конституционный Суд РФ в постановлении от 2 февраля 1999 г. указал, что до введения в действие соответствующего федерального закона, обеспечивающего право обвиняемого на рассмотрение его дела "судом с участием присяжных заседателей, наказание в виде смертной казни назначаться не может независимо от того, рассматривается ли дело судом с участием присяжных заседателей, коллегией в составе трех профессиональных судей или судом в составе судьи и двух народных заседателей"[78].

Смертная казнь относится к числу основных видов наказания и может быть назначена лишь в случаях, когда она указана в соответствующей статье Особенной части УК РФ. Смертная казнь является самым тяжким наказанием и заключается в лишении осужденного жизни.

УК РФ 1996 г. дает развернутую характеристику этого вида наказания. Часть 1 ст. 59 УК РФ почти дословно воспроизводит положения Конституции РФ, указывая, что "смертная казнь как исключительная мера наказания может быть установлена только за особо тяжкие преступления, посягающие на жизнь". В Особенной части УК РФ таких составов всего пять. Это убийство при отягчающих обстоятельствах (ч. 2 ст. 105), посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277), посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное расследование (ст. 295), посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317), геноцид (ст. 357). При этом санкции этих статей предусматривают альтернативные наказания в виде лишения свободы на определенный срок либо пожизненно. Кроме того, согласно ч. 3 ст. 59 УК РФ смертная казнь в порядке помилования может быть заменена пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок двадцать пять лет.

Присутствовавшее в уголовном законодательстве и ранее ограничение круга лиц, которым не назначается смертная казнь, устанавливает в ч. 2 ст. 59 УК РФ, что смертная казнь не назначается женщинам, а также лицам, совершившим преступления в возрасте до восемнадцати лет, и мужчинам, достигшим к моменту вынесения приговора шестидесятипятилетнего возраста.

Особо решается и вопрос исчисления и применения срока давности за указанные выше преступления. Согласно п. "г" ч. 1 ст. 78 УК РФ срок давности привлечения к уголовной ответственности составляет 15 лет после совершения особо тяжкого преступления. А ч. 4 ст. 78 УК РФ указывает, что вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом. Если суд не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы не применяются. Согласно ч. 3 ст. 83 УК РФ аналогично решается вопрос освобождения от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда.

Согласно УИК РФ 1996 г. осужденный к смертной казни содержится в одиночной камере в условиях усиленной охраны и изоляции (ч. 1 ст. 184 УИК). Осужденный вправе обратиться с ходатайством о помиловании к Президенту РФ. При отказе осужденного от обращения с ходатайством о помиловании администрация исправительного учреждения составляет специальный акт в присутствии прокурора, который этот акт удостоверяет и направляет в Верховный Суд РФ и в Генеральную прокуратуру РФ для проверки уголовного дела и составления заключения, которое, в свою очередь, представляется Президенту РФ. Исполнение приговора в любом случае приостанавливается до принятия решения Президентом РФ.

УИК РФ устанавливает и другие права осужденного к смертной казни, в том числе право оформить необходимые гражданско-правовые и брачно-семейные отношения, получать требуемую медицинскую и юридическую помощь, получать и отправлять письма без ограничения, иметь ежемесячно одно краткосрочное свидание с близкими родственниками и свидания со священнослужителем.

Впервые в уголовно-исполнительном законодательстве было регламентировано исполнение смертной казни. Согласно ст. 186 УИК смертная казнь исполняется непублично путем расстрела. Не допускается приведение смертной казни в исполнение в отношении нескольких лиц сразу, т.е. в присутствии остальных осужденных к смертной казни.

При исполнении данного вида наказания присутствуют прокурор, представитель учреждения, в котором исполняется смертная казнь, и врач, констатирующий наступление смерти осужденного.

Об исполнении приговора составляется протокол, который подписывается всеми указанными должностными лицами. О приведении приговора в исполнение сообщается суду, вынесшему приговор, и одному из близких родственников осужденного. Тело расстрелянного для захоронения родственникам не выдается и о месте его захоронения им не сообщается.

Подводя итог рассмотрению уголовно-правового института смертной казни, уместно кратко обозначить доводы сторонников и противников смертной казни.

Прежде всего следует поставить вопрос, соответствует ли смертная казнь, хотя и исключительная, но входящая в систему видов наказания, понятию и целям наказания. Из содержания ч. 1 ст. 43 УК РФ следует, что наказание есть мера государственного принуждения, заключающаяся в лишении или ограничении прав и свобод лица, совершившего преступление. В случае применения смертной казни нельзя говорить об ограничении прав и свобод. Остается только лишение их. Но можно ли абсолютное лишение основного естественного права на жизнь, пусть и облеченное в законную форму, оценивать в данном контексте. Убивая, государство присваивает себе не свойственные самой своей сути полномочия. Более того, вольно или невольно, оно оправдывает убийство в общественном сознании, низвергая высшую ценность — жизнь человека — на уровень волевого акта. Запрет посягательства на жизнь не может быть односторонним, только для членов общества. Он должен быть абсолютным, в том числе и для государства. В противном случае подрываются основы общественной морали и нравственности — полная неприкосновенность человеческой жизни.

Часть 2 ст. 43 УК РФ декларирует, что наказание применяется в целях восстановления социальной справедливости, а также в целях исправления осужденного и предупреждения совершения новых преступлений. Отбросив цель исправления, за отсутствием таковой при применении смертной казни, рассмотрим две оставшиеся цели — восстановление социальной справедливости и предупредительную.

Достаточно распространена точка зрения о том, что "смертная казнь на данном историческом этапе развития нашего общества не должна быть исключена из числа уголовных наказаний потому, что она относительно полезна и даже нужна обществу в качестве эквивалента наиболее опасным преступным проявлениям:"[79] На это представляется уместным ответить мнением известного юриста А.Ф.Кистяковского, высказанным в магистерской диссертации в 1867 г. о том, что "приверженцы смертной казни защищают ее не в принципе, а ради временной ее необходимости и полезности, ради того, что общество еще не доросло до отмены"[80].

Понимание социальной справедливости является оценочным и может быть диаметрально противоположным у различных групп населения и отдельных лиц. Существуют ли ее общие критерии? Сомнительно. С точки зрения закона справедливым и оправданным будет применение принудительных мер медицинского характера к убийце-маньяку по п. "а", "б" ч. 1 ст. 97 УК РФ. Видимо, риторическим был бы вопрос об оценке такого решения родственниками, близкими жертвы, да и "широкими массами граждан". Крайне опасно, что это порождает правовой нигилизм в его крайнем проявлении — ожесточении и установке на право самосуда (вспомним закон талиона). Доводы же о том, что смерть убийцы не возместит тяжесть потери, в данном случае не воспринимаются.

Рассмотрим превентивную цель смертной казни. Естественно, что частная превенция в данном случае абсолютна. Дискуссии вызывает общепревентивное значение смертной казни. Можно согласиться, что угроза быть казненным оказывает сдерживающее воздействие в ряде случаев. Однако, во-первых, преступник всегда рассчитывает избежать наказания, а, во-вторых, планируя или совершая преступления, караемые смертной казнью, он уже перешел рубеж значимости человеческой жизни, в том числе и для себя. Аналогична позиция других исследователей данной проблемы[81].

Наиболее значимым аргументом за то, что смертная казнь не оказывает значимого общепревентивного значения, являются объективные данные о том, что в странах, отменивших смертную казнь, социологически значимых изменений в динамике убийств не произошло.

В заключение на вопросы, поставленные Н.С.Таганцевым, "имеет ли государство право отнимать у преступника высшее благо, данное ему Провидением — жизнь", "вызывается ли такое наказание требованиями справедливого воздаяния за учиненное", "может ли государство оправдать или доказать необходимость подобной карательной меры для поддержания и охраны правопорядка[82], можно привести ответ Ч.Беккариа: "Чем более жестокими становятся наказания, тем более ожесточаются души людей:", а "впечатление производит не столько строгость наказания, сколько его неизбежность"[83].

Глава IV. Назначение наказания

§ 1. Общие начала назначения наказания

Согласно ст. 49 Конституции Российской Федерации "каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном Федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда". А в соответствии же со ст. 118 Конституции правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом. Это конституционное положение означает, что только суд может сделать окончательный вывод о виновности лица в совершении преступления и только суд может назначить ему наказание за совершенное преступление. Суд, принимая окончательное решение о виновности лица в совершении конкретного преступления, излагает его в обвинительном приговоре, и если нет законных оснований для освобождения виновного от уголовной ответственности и наказания, назначает ему наказание. Назначая наказание, суд определяет, какой вид и размер его будет достаточен для достижения целей наказания и соответствует ли оно всем требованиям закона и обстоятельствам дела. Прежде всего при назначении наказания должны быть соблюдены все принципы уголовной ответственности: законности, равенства граждан перед законом, вины, справедливости, гуманизма (ст. 3-7 УК РФ). Суды обязаны руководствоваться каждым из этих принципов в отдельности и вместе при реализации общих начал назначения наказания.

Действующее уголовное законодательство в ст. 60 УК определяет общие начала назначения наказания и устанавливает, что ":лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание в пределах, предусмотренных соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, и с учетом положений Общей части настоящего Кодекса:

При назначении наказания учитываются характер и степень общественной опасности преступления и личности виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи". Из смысла ст. 60 УК РФ следует, что закон устанавливает вполне определенные требования (критерии), которыми должен руководствоваться суд при назначении наказания по каждому конкретному делу. Эти требования сводятся к тому, что назначенное наказание должно быть:

- справедливым;

- назначенным в пределах соответствующей статьи Особенной части;

- с учетом положений Общей части;

- с учетом характера и степени общественной опасности преступления;

- личности виновного;

- обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание;

- влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

Следует отметить, что ст. 60 УК РФ 1996 г., по сравнению со ст. 37 ранее действовавшего УК РСФСР 1960 г., более четко и развернуто формулирует общие начала назначения наказания. С одной стороны, в действующем законе сохранены некоторые прежние положения, которые оправдали себя на практике. Это то, что наказание назначается в пределах статьи Особенной части, в соответствии с положениями Общей части, учитываются характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающие обстоятельства. В то же время в закон включены новые положения, ограничивающие усмотрение судей при назначении наказания. Принципиально новым является положение, обязывающее суд назначать виновному справедливое наказание, с учетом влияния его на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Исключено из закона требование, что суд при назначении наказания руководствуется социалистическим правосознанием, что как раз и определяло субъективное усмотрение судей при назначении наказания.

Вопрос об общих началах назначения наказания в российском уголовном законодательстве решался в разные периоды не одинаково. Так, Уголовное уложение 1903 г. не содержало отдельной статьи, которая бы определяла общие начала назначения наказания. Вопросам назначения наказания в Уложении были посвящены отдел 7 "Об обстоятельствах, усиливающих ответственность" и отдел 8 "Об обстоятельствах, смягчающих и устраняющих наказание". Каждый из указанных отделов содержал несколько статей, которые регулировали вопросы усиления или смягчения наказания по различным основаниям и применительно к конкретным видам наказания — смертной казни, каторге и т.д. (например, ст. 53 и 60 Уголовного уложения)[84].

В литературе высказывалось мнение, что впервые в отечественном уголовном законодательстве указания на общие начала назначения наказания появились лишь в Основах уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г., а до этого такого понятия, как общие начала назначения наказания, в законе не существовало, не было оно известно и теории уголовного права, поскольку наука советского уголовного права оперировала понятием принципов назначения наказания, под которыми понимались положения, устанавливающие основания, условия и порядок применения мер уголовного наказания[85].

С таким мнением вряд ли можно согласиться, поскольку оно построено на более узком понимании требований, учитываемых при назначении наказания, сводимых лишь к принципу наказуемости и принципу индивидуализации наказания, без учета иных положений.

Принципы и общие начала назначения наказания хотя и взаимосвязаны, но это самостоятельные категории уголовного права, находящиеся в определенном соотношении между собой и требующие отдельного рассмотрения[86]. Следует лишь отметить, что принципы права, в том числе и уголовного, определяются в литературе через категорию идеи, при этом подчеркивается, что принципы есть основные, исходные или руководящие идеи[87]. Принципы права в зависимости от характера и содержания обычно подразделяются на общие правовые, определяющие направления и основные черты правового регулирования всей системы права, и на отраслевые — отражающие специфику и конкретизирующие правовое регулирование каждой отдельной отрасли права[88]. Содержание принципов значительно шире, чем их роль при назначении наказания.

Общие начала есть требования закона, которые суд обязан учитывать при назначении наказания, исходя в том числе и из предписаний принципов уголовного закона. Если обратиться к УК 1996 г., то вопрос о принципах в нем решается не только применительно к наказанию, но и ко всему уголовному законодательству в целом. В связи с этим из числа указанных в УК принципов (законности, равенства граждан перед законом, вины, справедливости, гуманизма) в общих началах непосредственно упоминается только принцип справедливости, а другие лишь предполагаются. Общие начала назначения наказания определяют не только правовую возможность действий суда при назначении наказания, но и возлагают на суд обязанность учитывать при этом соответствующие требования. Поэтому общие начала назначения наказания не только закрепляют определенные принципиальные положения, но и реализуют их в целом, обязывая суд их учитывать.

Принципы по своему содержанию находят свое воплощение практически во всех нормах Общей части УК, а не только при назначении наказания. Общие же начала назначения наказания применяются в процессе определения виновному наказания.

Достаточно распространена в литературе позиция о том, что общие начала наказания характеризуются как определенные правила, которыми должен руководствоваться суд в каждом случае при назначении наказания виновному[89].

На существование общих требований (правил) при назначении наказания указывалось еще в юридической литературе дореволюционной России. В частности, П.И.Люблинский писал, что при определении санкции и наказания возникает необходимость указывать те технические приемы и общие соображения, которыми должен руководствоваться судья в каждом конкретном случае[90].

Общие начала назначения наказания можно определить как отправные требования уголовного закона о порядке и пределах назначения наказания, которыми должен руководствоваться суд в каждом конкретном уголовном деле.

Именно в таком направлении исторически решался в России вопрос об общих началах назначения наказания. Уже в первых декретах ВЦИК, инструкциях и постановлениях НКЮ, заложивших основы советского уголовного права, можно встретить обращенные к судам и революционным трибуналам указания руководствоваться при избрании меры наказания обстоятельствами дела, революционным и социалистическим правосознанием, соблюдать рамки санкций[91].

В ст. 11 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г. давалась более развернутая характеристика общих начал назначения наказания, при этом первостепенное значение придавалось личности виновного, ее общественной опасности. В частности, в статье указывалось, что "при определении меры воздействия на совершившего преступление суд оценивает степень и характер (свойство) опасности для общежития как самого преступника, так и совершенного им деяния. В этих целях суд, во-первых, не ограничиваясь изучением всей обстановки совершенного преступления, выясняет личность преступника, поскольку таковая выявилась в учиненном им деянии и его мотивах и поскольку возможно уяснить ее на основании образа его жизни и прошлого, во-вторых, устанавливает, насколько само деяние в данных условиях времени и места нарушает основы общественной безопасности".

Руководящие начала по уголовному праву 1919 г. в ст. 12 давали перечень обстоятельств, которые влияли на определение вида наказания, при этом перечень этих обстоятельств не был исчерпывающим.

Аналогичное содержание общих начал назначения наказания имело место в УК РСФСР 1922 г. и Основных началах уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г. В то же время УК РСФСР 1922 г. включал в себя совокупность довольно тщательно разработанных норм, посвященных порядку назначения наказания. В первую очередь надо отметить отчетливо проведенный принцип индивидуализации наказания. Целый ряд норм последовательно требовал выполнения этого принципа, но наиболее ярко он проявился в ст. 24 УК РСФСР, где указывалось, что "при определении меры наказания учитывается степень и характер опасности как самого преступника, так и совершенного им преступления. Для установления этого изучается обстановка совершенного преступления, выясняется личность преступника, поскольку таковая выразилась в учиненном им преступлении и его мотивах и поскольку возможно уяснить ее на основании его образа жизни и прошлого, а также устанавливается, насколько само преступление в данных условиях времени и места нарушает основы общественной безопасности". Норма вместе с тем не содержала указаний учитывать при назначении наказания смягчающие и отягчающие обстоятельства, хотя такие перечни были включены в УК 1922 г. Большая часть смягчающих и отягчающих обстоятельств характеризовала степень опасности личности преступника. УК 1922 г. при назначении наказания исходным считал степень и характер опасности как самого преступника, так и совершенного им преступления. В то же время в УК РСФСР 1922 г. была специальная статья, которая предоставляла суду право при наличии исключительных обстоятельств дела назначать подсудимому меру наказания ниже низшего предела, указанного в законе (ст. 28 УК РСФСР 1922 г.). Перечень смягчающих и отягчающих обстоятельств был более совершенен, по сравнению с Руководящими началами, где система их была разработана довольно слабо. Законодатель здесь, видимо, больше полагался на революционную совесть и социалистическое правосознание.

Дальнейшее развитие института назначения наказания получило в Основных началах уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г. Основные начала полностью отказались от термина "наказание" и заменили его термином "мера социальной защиты" судебно-исправительного характера[92]. Меры социальной защиты судебно-исправительного характера могли согласно Основным началам применяться судом только к лицам, признанным виновными в совершении конкретного преступления. Но из этого общего правила Основные начала сделали одно исключение: ссылке и высылке могли подвергаться не только осужденные, но и лица, признанные социально опасными вследствие своей преступной деятельности или из-за связей с преступной средой в данной местности (ст. 22), независимо от привлечения их к уголовной ответственности за совершение определенного преступления; эти лица подлежали ссылке и высылке также в случае, если при оправдательном приговоре они все же признавались судом социально опасными.

Основные начала сформулировали общие критерии, которыми должен руководствоваться суд при назначении осужденному конкретной меры социальной защиты. Статья 30 указывала, что при определении судом меры социальной защиты учитываются степень и характер опасности преступника и совершенного им преступления; личность преступника; мотивы преступления и то, насколько общественно опасно само преступление в данных условиях места и времени.

Основные начала разработали систему отягчающих и смягчающих вину обстоятельств. Статья 31 Основных начал предусматривала, что суд при определении мер социальной защиты прежде всего разрешает вопрос об общественной опасности преступления, после чего применяет более строгую меру социальной защиты при наличии одного из следующих обстоятельств: если преступление совершено в целях восстановления власти буржуазии; если оно совершено лицом, в той или иной мере принадлежащим в прошлом или настоящем к классу лиц, эксплуатирующих чужой труд; если преступление, хотя и не направлено непосредственно против интересов Советского государства или интересов трудящихся, но по своим объективным результатам может нанести ущерб этим интересам; если преступление совершено группой, бандой или рецидивистом; из корыстных или иных низменных побуждений; с особой жестокостью, насилием или хитростью.

В соответствии со ст. 32 суд должен был применять более мягкую меру социальной защиты при наличии одного из предусмотренных Основными началами обстоятельств: если преступление совершено при превышении пределов необходимой обороны, но для защиты от посягательств на Советскую власть; если виновный — рабочий или трудовой крестьянин; если преступление совершено в первый раз по мотивам, лишенным корысти и каких бы то ни было низменных побуждений; под влиянием сильного душевного волнения; под влиянием угрозы, принуждения, служебной или экономической зависимости; в состоянии голода, нужды и вообще под влиянием стечения тяжелых личных или семейных условий; по невежеству, несознательности или случайному стечению обстоятельств; лицом, не достигшим восемнадцатилетия, или женщиной в состоянии беременности.

Более широко был представлен перечень требований при назначении наказания в УК РСФСР 1926 г. В нем, согласно ст. 45 УК, личность виновного как бы отходила на второй план, уступая место обязанности суда руководствоваться: а) указаниями Общей части Кодекса; б) пределами, установленными в статье Особенной части, предусматривающей данный вид преступления; в) своим социалистическим правосознанием, исходя из учета общественной опасности совершенного преступления, обстоятельств дела и г) личности совершившего преступление. Безусловно, это было шагом вперед по сравнению с Руководящими началами 1919 г., УК 1922 г., Основными началами 1924 г., выдвигающими на первый план обстоятельства, относящиеся к личности преступника, и недооценивающими положения Общей и Особенной части Кодекса, а также общественной опасности содеянного.

С некоторыми уточнениями, главным образом редакционного характера, вопрос об общих началах назначения наказания был определен в ст. 32 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и в ст. 37 УК РСФСР 1960 г. В частности, в ст. 37 УК РСФСР 1960 г. было закреплено, что "Суд назначает наказание в пределах, установленных статьей Особенной части настоящего Кодекса, предусматривающей ответственность за совершенное преступление, в точном соответствии с положениями Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик и Общей части настоящего Кодекса. При назначении наказания суд, руководствуясь социалистическим правосознанием, учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного и обстоятельства дела, смягчающие и отягчающие ответственность". Основы уголовного законодательства 1991 г. добавили, что при назначении наказания суд учитывает мотивы содеянного, характер и размер причиненного вреда. Этих требований в ст. 37 УК РСФСР 1960 г. не было. Кроме этого ч. 2 ст. 41 Основ 1991 г. предусматривала, что лицу, совершившему преступление, должно быть назначено справедливое наказание, необходимое и достаточное для его исправления и предупреждения новых преступлений, наказание в виде лишения свободы может быть назначено лишь при условии, что его цели не могут быть достигнуты иным, более мягким наказанием.

Общие начала назначения наказания, сформулированные в ст. 60 УК РФ 1996 г., как было указано выше, на первое место выдвигают положение о том, что лицу, признанному виновным в совершении преступления, назначается справедливое наказание. Прежде всего следует подчеркнуть, что каждое из указанных требований общих начал имеет самостоятельное значение при назначении наказания, в то же время в своей совокупности они обеспечивают и справедливость наказания.

Наказание может быть признано справедливым только в том случае, если суд назначает его с учетом всей совокупности обстоятельств по конкретному делу. Это — назначение наказания в пределах соответствующей статьи Особенной части УК, с учетом положений Общей части УК, с учетом характера и степени общественной опасности преступления и личности виновного, смягчающих и отягчающих обстоятельств, а также с учетом влияния назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Назначение справедливого наказания также предполагает осмысливание и понимание стоящих перед ним целей исправления и предупреждения новых преступлений. Таким образом, общие начала назначения наказания объединяются принципом его справедливости. Конкретизируя принцип справедливости уголовного права, выраженный в ст. 6 УК РФ применительно к назначению наказания, можно сказать, что справедливое наказание — это такое наказание, которое соответствует тяжести совершенного преступления, обстоятельствам его совершения и личности виновного, т.е. в узком смысле речь идет об индивидуализации наказания.

Первое требование, которое указано в ст. 60 УК, это то, что наказание назначается в пределах, предусмотренных санкцией соответствующей статьи Особенной части УК. Это положение обязывает суд прежде всего правильно квалифицировать преступление, т.е. определить, по какой статье, части, пункту (если они имеются) должен отвечать виновный. Установив норму, по которой должен отвечать виновный, суд руководствуется санкцией этой нормы. Абсолютное большинство санкций УК РФ являются либо относительно определенными, либо альтернативными, сочетаясь в разных вариантах друг с другом. Так, незаконное лишение свободы без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 127 УК) наказывается ограничением свободы на срок до трех лет, либо арестом на срок от трех до шести месяцев, либо лишением свободы на срок до двух лет. Данная санкция является альтернативной по видам наказания, а по каждому виду наказания — относительно определенной. Это означает, что суд в данном случае с учетом конкретных обстоятельств дела может применить один из названных основных видов наказаний и в пределах тех размеров и сроков, которые указаны санкцией данной статьи. При этом суд может избрать из альтернативной санкции более строгий вид наказания только в том случае, если менее строгий его вид не сможет обеспечить достижение целей наказания. Это положение впервые закреплено в законе (ч. 1 ст. 60 УК), согласно которому "более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижения целей наказания". Из смысла общих начал назначения наказания следует, что суд ни при каких обстоятельствах не вправе назначить другой вид наказания или выйти за пределы более тяжкого из них, чем указано в санкции статьи.

Однако из этого правила закон предусматривает два исключения. Первое касается назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление, при наличии исключительных обстоятельств, перечисленных в ст. 64 УК РФ (см. § 5 настоящей главы). Второе исключение его касается назначения наказания по совокупности преступлений и по совокупности приговоров согласно ст. 69 и 70 УК РФ. Названные исключения не изменяют общего правила и представляют собой лишь особенности назначения наказания с учетом конкретных и индивидуальных обстоятельств дела. В обоих случаях (содержание указанных норм раскрывается в § 10, 11 настоящей главы) речь идет о назначении виновному лицу наказания за совершение им не одного, а двух или более преступлений. И в этих случаях наказание за каждое отдельное преступление назначается в строго указанных пределах закона. Выход же за эти пределы возможен лишь при определении общего наказания за все совершенные лицом преступления.

Из требований общих начал следует и другой важный момент, обязывающий суд при назначении наказания учитывать положения Общей части УК. В данном случае имеются в виду те нормы Общей части, которые связаны с назначением наказания, так или иначе влияют на его назначение. Это требование означает, что суд должен установить, есть ли основания для привлечения лица к уголовной ответственности, т.е. содержат ли его действия состав преступления, какой именно, так как только за преступление может быть назначено наказание. Безусловно, суд обязан решить вопрос, есть ли предусмотренные законом основания освобождения лица от уголовной ответственности и наказания. Эти вопросы решаются судом с учетом положений Общей части УК, а именно ст. 75-78 (гл. 11), ст. 79-83 (гл. 12), ст. 84 (амнистия) и ст. 86 (судимость). Решая эти вопросы, суд руководствуется положениями, относящимися к действию уголовного закона в пространстве и времени (ст. 9-12); понятию преступления (ст. 15 УК); неоконченной преступной деятельности (ст. 29-30 УК); соучастию в преступлении (ст. 32 УК); обстоятельствами, исключающими преступность деяния (ст. 37-42); положениями об ответственности несовершеннолетних и др. Например, решая вопрос о назначении наказания за неоконченное преступление, суд руководствуется не только ст. 66 УК (назначение наказания за неоконченное преступление), но и положениями ст. 29 и 30 УК об оконченном и неоконченном преступлении, приготовлении и покушении на него и учитывает причины, по которым преступление не было доведено до конца.

При назначении наказания за преступления, совершенные несовершеннолетними, суд обязан руководствоваться положениями главы 14 УК (ст. 87-96), устанавливающей особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних. При этом при осуждении несовершеннолетнего к лишению свободы суд не может назначить ему срок свыше 10 лет, даже если санкция статьи Особенной части, по которой квалифицируются его действия, предусматривает и больший срок лишения свободы.

При назначении наказания за преступления, совершенные в соучастии, суд обязан руководствоваться не только ст. 67 УК, устанавливающей правила назначения наказания за преступления, совершенные в соучастии, но и положениями ст. 32-36 УК, регулирующими вопросы соучастия в преступлении, определяющими формы соучастия, ролью каждого из соучастников в совершении преступления.

Все указанные вопросы решаются исходя из задач уголовного законодательства, целей наказания и принципов уголовного закона.

Следовательно, положения большинства норм Общей части УК должны учитываться при назначении наказания виновному лицу по конкретному делу.

При назначении наказания суд прежде всего оценивает характер и степень общественной опасности преступления. Общественная опасность каждого конкретного преступления в теории уголовного права раскрывается через две категории: характер общественной опасности (качественный признак) и степень общественной опасности (количественный признак преступления)[93]. Применительно к вопросу назначения наказания следует сказать, что характер и степень общественной опасности совершенного преступления выявляются по каждому делу. Характер общественной опасности совершенного преступления определяется, прежде всего, объектом посягательства, его значимостью и ценностью для общества и государства, т.е. должно быть выяснено, какие общественные отношения (или правоохраняемые интересы) нарушаются в результате преступления или ставятся под угрозу их нарушения, причинения им вреда, размера причиненного ущерба, и другие последствия. По характеру общественной опасности как качественной категории преступления, убийства, например, отличаются от любых причинений вреда здоровью, от кражи, от хулиганства и от любых других видов преступлений, прежде всего, по объекту посягательства. Поскольку в убийстве объектом является жизнь человека, в краже — собственность, при хулиганстве — общественный порядок и т.д.

Таким образом, все преступления, в том числе и указанные в качестве примера, различаются между собой по качественной характеристике преступлений, по характеру общественной опасности.

Степень общественной опасности зависит от тяжести преступления (ст. 15 УК), это количественная характеристика преступных деяний одного и того же характера. Одинаковые по характеру общественной опасности преступления могут отличаться по степени их общественной опасности. Степень общественной опасности зависит от размера и характера ущерба, причиненного объекту; от наличия или отсутствия ущерба; от формы вины, целей и мотива; способа совершения преступления; наличия группы; использования лицом служебного положения и т.д. Например, в одном виде преступления степень общественной опасности будет зависеть от размера причиненного вреда. Например, кража с причинением значительного ущерба потерпевшему (п. "г" ч. 2 ст. 158) и кража в крупных размерах (п. "б" ч. 3 ст. 158 УК). В другом — от способа: грабеж без применения насилия (ч. 1 ст. 161) и грабеж с применением насилия (п. "г" ч. 2 ст. 161 УК); от формы вины: умышленное или неосторожное уничтожение имущества (ст. 167 и 168 УК).

Степень общественной опасности чаще всего характеризуется объективной стороной преступления, а характер общественной опасности — объектом и субъективной стороной. При учете характера и степени общественной опасности преступления надлежит исходить из того, что характер общественной опасности преступления зависит от установленных судом объекта посягательства, формы вины и отнесения УК преступного деяния к соответствующей категории преступления (ст. 15), а степень общественной опасности преступления определяется обстоятельствами содеянного (например, степенью осуществления преступного намерения, способом совершения преступления, размером вреда или тяжестью наступивших последствий, ролью подсудимого) при совершении преступления в соучастии[94].

Однако характер и степень общественной опасности любого преступления можно учесть только на основе всех объективных и субъективных признаков, которые выявлены судом при рассмотрении конкретного дела.

Другим критерием индивидуализации наказания служит личность виновного, согласно ст. 60 УК суд обязан учитывать при избрании конкретной меры наказания данные о личности виновного лица. Обстоятельства, характеризующие личность виновного, имеют большое значение для индивидуализации наказания. Индивидуализация наказания при его назначении заключается в применении положений Общей и Особенной частей при определении конкретной меры наказания конкретному лицу с учетом степени общественной опасности совершенного деяния и личности преступника, всех обстоятельств, характеризующих конкретное деяние и конкретную личность в конкретных условиях совершения преступления[95]. Суды должны всесторонне, полно и объективно исследовать данные о личности подсудимого, имея в виду их существенное значение для определения вида и размера наказания[96].

Всесторонний учет личности виновного является залогом назначения справедливого наказания, предполагает достижение целей наказания — исправление осужденного и предупреждение совершения новых преступлений, а также восстановление социальной справедливости. Поэтому судом тщательно должны быть исследованы свойства и особенности личности виновного. В характеристику личности виновного входят его социально-демографические признаки, уголовно-правовые, социально-психологические, физические признаки; социальное проявление виновного в разных сферах жизнедеятельности и др.[97] Прежде всего надлежит учитывать социально значимое поведение виновного до и после совершения преступления: отношение к труду и учебе, образ его жизни, заслуги перед Отечеством, поведение в семье, быту, общественных местах, законопослушность и другие признаки, характеризующие его как положительно, так и отрицательно. Недопустимо назначать чрезмерно мягкие наказания лицам, ранее судимым, злоупотребляющим спиртными напитками, нарушающим общественный порядок, склонным к проявлению жестокости. И наоборот, совершение преступления лицом, ранее добросовестно выполнявшим свои обязанности перед обществом, семьей, положительно характеризующимся на работе и в быту, все это может служить основанием для смягчения наказания. О поведении его свидетельствуют характеристики, выданные с места работы, учебы, места жительства.

Для определения виновному наказания важно установить, насколько данному лицу присуща тенденция к отклонению от нормального социального поведения. Для этого судом устанавливается, повторно или в первый раз лицо совершило преступление, имеет судимости или нет, достигло лицо совершеннолетия к моменту совершения преступления или нет и т.д.

В силу принципа гуманизма уголовного права при назначении наказания учитываются и физические данные о личности, это: состояние здоровья, инвалидность, беременность, семейное положение, наличие иждивенцев и т.п. Разумеется, что эти сведения о личности виновного могут учитываться только в целях смягчения наказания. Таким образом, суд обязан рассматривать виновного не просто как субъекта преступления, а как конкретного человека с его индивидуальными признаками и качествами. Нередко бывает так, что за совершение в соучастии одного и того же преступления и при одинаковой роли, но с учетом данных о личности каждого соучастника, им может быть назначено совершенно разное наказание, как по виду, так и по его размеру и сроку. Учет признаков, характеризующих личность виновного, вовсе не означает, что в зависимости от их наличия виновному будет назначено меньшее наказание. Суд решает, является ли данное общественно опасное деяние закономерным результатом поведения подсудимого или же преступление носит для него случайный характер. В связи с этим при определении меры наказания необходимо учитывать не только положительные свойства личности, но и отрицательные, ибо личность виновного должна быть представлена в совокупности присущих ей свойств и признаков, как единое целое. Важно, чтобы суд с учетом характера и степени общественной опасности преступления, а также данных о личности виновного назначил ему справедливое наказание, которое бы в максимальной степени соответствовало целям наказания — исправлению осужденного и предупреждению совершения им новых преступлений.

Такой подход к назначению наказания позволяет выбрать оптимальный путь достижения целей наказания. Назначенное наказание (его вид и размер) должно способствовать исправлению осужденного, удерживать его от совершения нового преступления, а также содействовать возвращению к социально полезной деятельности, прививать уважение к законам, формировать навыки право-послушного поведения.

Верховный Суд РФ в своих руководящих разъяснениях по конкретным категориям дел постоянно дает указания правильно применять законодательство о назначении наказания. Так, в п. 20 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 27 января 1999 г. "О судебной практике по делам об убийстве" (ст. 105 УК РФ) сказано, что "при назначении наказания за убийство необходимо учитывать все обстоятельства, при которых оно совершено: вид умысла, мотивы и цель, способ, обстановку и стадию совершения преступления, а также личность виновного, его отношение к содеянному, обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание"[98]. Аналогичные разъяснения даны Верховным Судом РФ и по другим категориям дел[99].

В число требований общих начал назначения наказания введено новое обстоятельство — влияние назначенного наказания на условия жизни семьи виновного. Следует при этом иметь в виду, что это обстоятельство может как положительно влиять на наказание виновному, так и отрицательно. Например, виновный — единственный кормилец в семье, на его иждивении находятся больные престарелые родители, несовершеннолетние дети и т.д.; или виновный систематически пьянствует, избивает членов семьи, отрицательно влияет на воспитание детей, не работает или пропивает заработную плату и т.д.

При назначении наказания суд учитывает обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, предусмотренные ст. 61 и 63 УК РФ. Эти обстоятельства имеют двоякое значение. Они могут непосредственно не относиться к совершенному преступлению и не влиять на квалификацию преступления. В этом случае эти обстоятельства, как смягчающие, так и отягчающие, учитываются только при назначении наказания (подробно эти обстоятельства рассматриваются в следующих параграфах настоящей главы). Второе значение этих обстоятельств состоит в том, что они могут быть указаны в диспозиции статьи Особенной части УК. Тогда они являются квалифицирующими признаками состава преступления и учитываются при квалификации действий виновного. В этом случае они повторно при назначении наказания, как правило, учитываться не могут.

Все указанные требования, образующие общие начала назначения наказания, должны выполняться обязательно в их совокупности, что позволяет суду назначить справедливое наказание, обеспечивающее цели наказания и задачи, сформулированные в уголовном законе.

По-разному решается вопрос о назначении наказания уголовным законодательством других стран. Уголовное законодательство любой страны имеет свою специфику, обусловленную историческими, национальными особенностями страны, политическим устройством общества и многими другими факторами. Особенностью, например, УК Франции 1992 г. является достаточно детальная регламентация порядка и условий назначения наказания. УК закрепляет основные принципы назначения наказания, особо указывая на принцип индивидуализации наказания, что "в пределах, установленных законом, суд назначает наказания и определяет порядок их исполнения в зависимости от обстоятельств преступного деяния и личности его исполнителя" (ст. 132-24). Например, при назначении штрафа суд определяет его размер с учетом доходов и имущественных обязанностей подсудимого в равной степени. Никакое наказание не может быть применено, если суд четко его не назначил (ст. 132-17). Согласно этому принципу суд может назначить только одно из наказаний за преступное деяние, которое ему представлено на рассмотрение.

К индивидуализации уголовной ответственности и наказания УК Франции относит также: замещение наказаний (ст. 132-23), режим полусвободы (ст. 132-25, 132-26), исполнение наказания по частям (ст. 132-27, 132-28) и т.д.

Довольно детально регламентирует Кодекс вопросы замены наказания за проступки. Так, в случаях, когда проступок подлежит наказанию в виде тюремного заключения, суд может вместо него назначить труд в общественных интересах либо наказание в виде штрафо-дней.

Достаточно суровые правила назначения наказания устанавливает УК для лиц в случае рецидива, предусматривая значительное увеличение сроков заключения вплоть до пожизненного, удвоение штрафов и т.д.

Кодекс предусматривает интересный институт отсрочки от исполнения наказания и отсрочки назначения наказания. В частности, отсрочка от назначения наказания выражается в трех видах:

- простая отсрочка от назначения наказания (ст. 132-60, ст. 132-62);

- отсрочка назначения наказания с помещением осужденного в режим испытания (ст. 132-63, 132-64, 132-65);

- отсрочка назначения наказания с предписанием суда (ст. 132-66, 132-70).

В целом следует отметить, что назначение наказания по УК Франции является отражением современных демократических идей, ибо он построен на концепциях охраны прав человека и правового государства. Особенностью УК Франции является то, что в нем предусматриваются не только гибкие меры наказания, меры надзора и контроля за поведением осужденного, но и меры помощи таким лицам, в том числе и материальной.

Уголовный кодекс ФРГ в § 46 определяет "Основания назначения наказания", где прямо указывает, что основанием для назначения наказания правонарушителю является вина. При этом закон предписывает суду, какие конкретно обстоятельства должны быть учтены при назначении наказаний виновному лицу. При назначении наказания виновному суд обязан принимать во внимание такие обстоятельства, как:

- мотивы и цели правонарушителя;

- взгляды, проявившиеся в деянии, и воля, употребленная на совершение деяния;

- размер, нарушения обязанности;

- вид исполнения и виновные последствия деяния;

- прошлая жизнь правонарушителя, его личные и экономические условия, качества, а также его поведение после деяния, в особенности стремление загладить причиненный вред, а равно стремление достигнуть согласия с потерпевшим.

УК ФРГ не содержит перечня отягчающих обстоятельств, которые следовало бы учитывать при назначении наказаний, нет указания об этом и в других нормах закона. Не предусмотрен перечень и смягчающих обстоятельств, хотя закон предписывает смягчение наказания при наличии особых смягчающих обстоятельств. Достаточно широко представлена в УК ФРГ условная отсрочка наказания, основания ее применения, испытательный срок, детально расписаны обязанности и указания, которые возлагаются на осужденного при условной отсрочке наказания.

На протяжении почти всего XX века для США являлась типичной система применения назначения неопределенных наказаний. С ноября 1987 г. вступило в силу "Федеральное руководство по назначению наказаний", признанное в 1989 г. Верховным Судом США конституционным. Руководство включает в себя таблицы по определению наказания за конкретные виды преступлений. Для определения наказания по таблицам Руководства судья определяет уровень преступления (гл. 2 и 3 Руководства), после чего он приступает к оценке преступного прошлого осужденного. Вычислив уровень преступления и категорию преступного прошлого осужденного, по таблице можно установить минимальный и максимальный срок наказания в месяцах. Если, например, уровень преступления равен 16, а категория правонарушителя 11, то судья может назначить от 24 до 30 месяцев лишения свободы. Таблица по назначению наказания рассчитана на один вид наказания — лишение свободы, однако ею пользуются и при назначении других видов наказаний. Например, обычную пробацию (вид наказания, близкий к условному осуждению) можно назначить, если минимальный срок лишения в таблице равен 0, а ее верхний срок не должен превышать трех лет, при уровне преступления не выше 6. Для определения наказания в виде штрафа предусмотрена специальная таблица с минимальными и максимальными пределами штрафа в зависимости от уровня преступления.

При назначении конкретного наказания — вида и срока — суд должен учесть ряд характеристик личности виновного: возраст, образование, профессиональный уровень, умственное и эмоциональное состояние, в том числе зависимость от наркотиков и алкоголя, трудовую деятельность, семейное и общественное положение. Однако оценка этих обстоятельств производится на неформализованной основе. Руководства содержат лишь такие установки, которые должны быть положены в основу учета и оценки этих обстоятельств. Например, при учете возраста осужденного судьи должны исходить из того, что возраст, как правило, не может служить основанием ни для отступления от пределов наказания, установленного Руководствами, ни для определения вида наказания, где Руководства предусматривают такой выбор. Возраст может быть основанием назначения наказания ниже предела, предусмотренного Руководствами, если правонарушитель престарелый и немощный и если форма наказания (например, домашнее заключение) может быть в равной степени и эффективнее, и дешевле, чем тюремное заключение. Если осужденному назначается пробация или освобождение под надзор, то возраст может быть учтен при определении срока и условий этих наказаний.

Связанность суда Руководствами не абсолютна. Закон[100] устанавливает, что суд может в случае установления определенных обстоятельств выйти за пределы наказаний, предусмотренных Руководствами. К числу таких обстоятельств относятся: наступление в результате преступления смерти человека, телесного повреждения, тяжкого психического потрясения, уменьшенная вменяемость, повреждение или уничтожение имущества, использование огнестрельного оружия и др.

В 1965 г. был принят новый Уголовный кодекс Испании. В отличие от уголовного законодательства многих стран, стремящихся к установлению уголовной ответственности юридических лиц, УК Испании по-прежнему традиционно предусматривает уголовную ответственность, а стало быть, и назначение наказания только физическим лицам. Вопросам назначения наказания УК Испании посвящает главу вторую с двумя отделами. Первый из них регулирует "общие правила назначения наказания", а второй — "специальные правила назначения наказания". Общие правила (ст. 61-72) предписывают при назначении наказания учитывать: степень и тяжесть деяния, личные обстоятельства преступника, смягчающие и отягчающие обстоятельства. Предусматривает Кодекс смягчение наказания за покушение на преступление и за соучастие в преступлении по сравнению с исполнителем. Специальные правила предусматривают порядок назначения наказания при совершении множества действий или бездействий, в случаях совокупности различных правонарушений и т.д.

§ 2. Природа и роль обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание

Общие начала назначения наказания помимо общественной опасности преступления, личности виновного указывают также на необходимость учитывать обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание. Они позволяют судить о степени общественной опасности преступления, личности виновного и тем самым индивидуализировать наказание по каждому конкретному делу. Предусмотренные законом смягчающие и отягчающие обстоятельства оказывают существенное влияние, одни из них — на степень общественной опасности совершенного преступления, а другие — на личность виновного. Перечни смягчающих и отягчающих обстоятельств указаны в ст. 61, 63 УК РФ, при этом перечню отягчающих обстоятельств придается исчерпывающий характер, а смягчающих — примерный, поэтому при назначении наказания суд может признать смягчающими наказание обстоятельства, не указанные в законе.

Круг смягчающих и отягчающих обстоятельств не всегда был одинаковым, он изменялся по мере развития и совершенствования российского уголовного законодательства, и в частности — принципа индивидуализации наказания. Впервые в истории уголовного законодательства перечень смягчающих и отягчающих обстоятельств был установлен Руководящими началами 1919 г. в ст. 12, причем перечень тех и других обстоятельств был примерным. Этот примерный перечень с некоторыми редакционными уточнениями был включен УК РСФСР 1922 г.

Основные начала уголовного законодательства 1924 г. усовершенствовали перечни смягчающих и отягчающих обстоятельств, причем перечни эти были даны отдельно друг от друга (ст. 31, 32). В последующие годы перечни смягчающих и отягчающих обстоятельств совершенствовались и развивались.

УК РФ 1996 г., устанавливая перечни смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств, отошел от традиционного для российского уголовного законодательства их смыслового значения, тем самым подчеркнув их роль и влияние на назначение наказания, что ближе и правильнее их смыслу, роли и значению.

Исторически в российском уголовном законодательстве — в Руководящих началах 1919 г. (ст. 12), УК РСФСР 1922 г. (ст. 25), в Основных началах уголовного законодательства 1924 г. (ст. 31, 32), УК РСФСР 1926 г. (ст. 48), УК РСФСР 1960 г. (ст. 37, 38, 39) — эти обстоятельства, как смягчающие, так и отягчающие, именовались обстоятельствами, влияющими на ответственность.

В теории уголовного права до настоящего времени не было единого мнения относительно роли смягчающих и отягчающих обстоятельств. Одни авторы считали, что смягчающие и отягчающие обстоятельства оказывают влияние на степень вины[101], другие усматривали значение этих обстоятельств в том, что они смягчают или отягчают определяемое судом наказание[102], а некоторые высказывали мнение, что эти обстоятельства смягчают или отягчают общественную опасность деяния[103]. Такие расхождения в известной мере определялись отсутствием единого наименования этих обстоятельств в самом законе.

Отойдя от ранее действовавшей позиции, законодатель тем самым подчеркнул роль и значение этих обстоятельств, указав, что они влияют лишь на назначение наказания (смягчают или отягчают). Смягчающие и отягчающие обстоятельства, предусмотренные в ст. 61 и 63 УК РФ, следует отличать от одноименных квалифицирующих и привилегированных признаков, предусмотренных в качестве таковых в отдельных составах преступлений. Например, такое отягчающее обстоятельство, как совершение преступления группой лиц по предварительному сговору или организованной группой, предусмотрено в качестве квалифицирующего признака в составах кражи, мошенничества, присвоения или растраты, грабежа и других; это обстоятельство выступает признаком этих составов преступлений. Одновременно такое же обстоятельство отнесено законом к числу, отягчающих наказание (п. "в" ч. 1 ст. 63 УК). Аналогичное правило существует и в отношении смягчающих обстоятельств. Например, умышленное убийство при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108 УК) и одноименное смягчающее обстоятельство — совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны (п. "ж" ч. 1 ст. 61 УК). Если то или иное обстоятельство предусмотрено законом в качестве квалифицирующего или привилегированного признака состава, то оно по общему правилу не может повторно учитываться судом при назначении наказания. В противном случае лицо дважды наказывается или ему дважды снижается наказание за одно и то же по одним и тем же обстоятельствам. Подобной ситуации в принципе не должно быть, поскольку законодатель уже учел то или иное обстоятельство при конструкции санкции за преступление с соответствующим признаком. В ч. 3 ст. 61 и ч. 2 ст. 63 УК впервые закреплено положение, исключающее возможность двойного учета одного и того же обстоятельства в качестве элемента состава преступления при его квалификации и в качестве смягчающего или отягчающего наказание обстоятельства. На это же ранее обращалось внимание в постановлении Пленума Верховного Суда СССР "О практике применения судами общих начал назначения наказания", где в п. 4 указывалось: "В тех случаях, когда то или иное обстоятельство, предусмотренное в законе в качестве смягчающего или отягчающего, указано в диспозиции статьи Особенной части Уголовного кодекса в качестве одного из признаков преступления, оно дополнительно не должно учитываться как смягчающее или отягчающее ответственность при назначении наказания за это преступление"[104]. Однако в УК РФ 1996 г. этот вопрос отрегулирован не столь категорично. В частности, как в перечне смягчающих обстоятельств (ч. 3 ст. 61 УК), так и в перечне отягчающих (ч. 2 ст. 62 УК) указывается, что если смягчающее или отягчающее обстоятельство предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК в качестве признака преступления, "оно само по себе" не может повторно учитываться при назначении наказания. Следует обратить внимание на слова "сами по себе", что указывает на некатегоричную формулировку закона, а стало быть, не запрещает повторного учета при назначении наказания смягчающих или отягчающих обстоятельств в зависимости от их конкретной количественной выраженности. Выделяя статьи с квалифицирующими признаками, законодатель исходит из того, что именно эти признаки существенно влияют на степень и характер общественной опасности данного деяния, в соответствии с чем устанавливаются и определенные пределы его наказуемости. Однако в конкретном случае совершения преступления каждое из этих признаков (обстоятельств) может быть выражено в большей или меньшей степени, что, конечно, не может не учитываться при назначении наказания в пределах санкции статьи, установленной на основании этих квалифицирующих признаков.

Например, группа лиц по предварительному сговору и крупный размер являются квалифицирующими признаками кражи, но количественная степень выраженности как группы, так и крупного размера может быть разной (группа от двух человек до нескольких десятков; размер — от нескольких тысяч рублей до нескольких десятков и сотен миллионов рублей). Поэтому большая количественная степень выраженности того или иного обстоятельства обязательно должна учитываться судом при назначении наказания, независимо от того, что квалификация действий виновного проходит по одноименному признаку.

Или, например, состав убийства при превышении пределов необходимой обороны (ч. 1 ст. 108) является привилегированным, делает его таковым признак превышения пределов необходимой обороны. Избирая наказание по виду и размеру (например, в пределах двух лет лишения свободы), суд не назначает минимальное наказание, но учитывает конкретную степень выраженности превышения пределов необходимой обороны.

В юридической литературе некоторые авторы проводят классификацию смягчающих и отягчающих обстоятельств по элементам состава преступления, выделяя обстоятельства, относящиеся к объективным свойствам деяния и субъективным свойствам[105]. Указанная классификация в определенной мере весьма условна, не способствует уяснению содержания и смысла этих обстоятельств и практического значения не имеет, причем многие из обстоятельств одновременно характеризуют и объективные, и субъективные свойства совершенного преступления. В связи с этим изложение смягчающих и отягчающих обстоятельств будет проведено в том порядке, в котором они перечислены в законе.

Перечень обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, определяется в ст. 61 и 63 УК РФ. Анализ этих перечней показывает, что рассматриваемые обстоятельства относятся как к преступлению, так и к личности виновного или характеризуют преступление и личность виновного одновременно. Поэтому смягчающие и отягчающие наказание обстоятельства можно определить как находящиеся за пределами состава преступления обстоятельства, которые прямо или косвенно относятся к преступлению или личности преступника и повышают либо понижают степень общественной опасности и влияют на наказание.

§ 3. Обстоятельства, смягчающие наказание

Наличие смягчающих обстоятельств свидетельствует о меньшей степени опасности виновного и дает основание суду назначить ему менее строгое наказание, т.е. ближе к его минимуму, или же минимальное наказание в пределах санкции статьи, по которой квалифицируется преступление. Смягчение наказания может происходить в рамках одного вида наказания или же в избрании другого, более мягкого вида наказания при альтернативной санкции закона. В исключительных случаях эти обстоятельства могут служить основанием для назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено законом (ст. 64 УК), для условного осуждения (ст. 73 УК). Назначение наказания с учетом смягчающих обстоятельств определяется судом в каждом конкретном случае на основании всех материалов дела, относящихся как к деянию, так и к личности виновного.

Перечень обстоятельств, смягчающих наказание, дан в ч. 1 ст. 61 УК РФ. Обстоятельства эти будут рассмотрены в той последовательности, в какой они изложены в законе.

Совершение впервые преступления небольшой тяжести вследствие случайного стечения обстоятельств.

Это смягчающее обстоятельство представляет собой сочетание трех признаков: когда преступление совершено впервые, когда это преступление небольшой тяжести, когда преступление совершено вследствие случайного стечения обстоятельств. Все эти условия должны быть взаимосвязаны, ибо сам по себе факт совершения преступления впервые при отсутствии двух других сопутствующих условий не может рассматриваться как обстоятельство, смягчающее наказание.

Под впервые совершенным преступлением следует понимать как случаи, когда виновный никогда ранее вообще не совершал никакого преступления, так и случаи, когда виновный ранее совершал преступления, но истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности (ст. 78 УК), истекли сроки давности исполнения обвинительного приговора (ст. 83), либо судимость за ранее совершенное преступление снята или погашена в установленном законом порядке (ст. 86 УК).

Преступлениями небольшой тяжести согласно ч. 2 ст. 15 УК признаются умышленные и неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание, предусмотренное в санкциях Особенной части УК, не превышает двух лет лишения свободы. Совершение впервые средней тяжести преступления (не говоря уже о тяжком или особо тяжком) не является обстоятельством, смягчающим наказание.

Если такое понятие, как совершение преступления впервые, небольшой тяжести, определено законом, то случайное стечение обстоятельств является оценочной категорией, и она определяется судом при исследовании всех обстоятельств по делу. В то же время под случайным стечением обстоятельств следует понимать факторы как объективного, так и субъективного характера, которые побудили виновного к совершению преступления, но они не выражают линию его постоянного поведения. Например, когда преступное деяние виновного не связано с антиобщественными и аморальными качествами его, а наоборот, находятся как бы в противоречии с его основными взглядами, установками, законопослушностью.

Обстоятельства, указанные в п. "а" ч. 1 ст. 61 УК, являются смягчающими наказание, если они выступают все вместе, т.е. в их совокупности. Суды не всегда учитывают это обстоятельство. В приговорах нередко встречаются ссылки лишь на то, что преступление совершено впервые, без учета тяжести его. Однако недопустимо смягчать наказание за тяжкое преступление только потому, что оно совершено виновным в первый раз. Прежде всего — это расширительное толкование данного смягчающего обстоятельства, которое дает повод для применения более мягкого наказания за тяжкие преступления, совершенные впервые.

Несовершеннолетие виновного являлось по прежнему УК и является по УК 1996 г. обстоятельством, обязывающим внимательно выяснять возможность смягчения наказания или применения взамен наказания принудительных мер воспитательного воздействия, не являющихся наказанием. Основанием смягчения наказания являются особенности психики несовершеннолетнего. За совершение одинакового по опасности преступления нельзя наказывать несовершеннолетнего в той же мере, как и взрослого. Закон в этом случае исходит из того, что несовершеннолетние нередко совершают преступления под влиянием взрослых, из чувства подражания, нежелания отстать от других, в стремлении показаться другим, чем есть на самом деле, и т.д. Кроме того, подростки в силу недостаточной жизненной зрелости, неустоявшейся психики далеко не всегда поступают должным образом. К тому же следует учитывать и то, что для их исправления, как правило, не требуется длительного времени. Все эти обстоятельства и обусловливают смягчение наказания несовершеннолетним. Законодатель, учитывая особенности несовершеннолетних, в УК специально выделил раздел V, посвященный уголовной ответственности несовершеннолетних, где определил особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних, в частности, определив, что при привлечении несовершеннолетних к уголовной ответственности им назначаются не все наказания, которые могут быть назначены взрослым. При совершении несовершеннолетними преступлений небольшой или средней тяжести они могут быть освобождены от уголовной ответственности, к ним в соответствии со ст. 90 УК могут применяться принудительные меры воспитательного воздействия.

Таким образом, при назначении наказания несовершеннолетним смягчающим обстоятельством признается сам возраст виновного.

Признание беременности обстоятельством, смягчающим наказание, свидетельствует о реализации принципа гуманизма, об охране интересов матери и будущего ребенка. Смягчение наказания женщине, совершившей преступление в состоянии беременности, обусловлено особым психофизическим состоянием беременной женщины, повышенной чувствительностью, раздражительностью, нервозностью и т.п. Состояние беременности независимо от ее срока смягчает наказание при совершении преступления любой тяжести, различной степени и характера общественной опасности, а также безотносительно к тому, находится или не находится это преступление в какой-либо зависимости от состояния беременности.

Кроме этого при избрании меры наказания беременной женщине за совершение ею преступления небольшой или средней тяжести суд может отсрочить реальное отбывание ею наказания до достижения ребенком восьмилетнего возраста (ст. 82 УК).

Наличие малолетних детей у виновного — новое смягчающее обстоятельство в уголовном законодательстве России, ранее оно таковым не являлось и закон не рассматривал его как смягчающее обстоятельство. В то же время суды учитывали это обстоятельство при назначении наказания при анализе личности виновного. Указанное смягчающее обстоятельство должно учитываться при назначении наказания за совершение преступления не только женщинам, но и мужчинам[106]. Важно установить факт — наличие малолетних детей у виновного, участие виновного в их воспитании, материальном содержании и нахождении их на иждивении виновного. Именно эти обстоятельства дают основания для смягчения виновному наказания, чтобы он по возможности быстрее и полноценнее смог воспитывать и материально содержать детей. Малолетними считаются, как правило, дети, не достигшие четырнадцатилетнего возраста.

Указанное обстоятельство не может быть признано смягчающим, если виновный лишен родительских прав, длительное время не проживает с семьей и не занимается воспитанием детей, не оказывает им материальной поддержки, жестоко обращается с ними либо в отношении детей совершил преступные действия.

Совершение преступления в силу стечения тяжелых жизненных обстоятельств либо по мотиву сострадания: предполагает случаи совершения преступления под воздействием внешних факторов (личных, семейных, служебных), которым виновный не смог противостоять ввиду безвыходности положения.

Стечение тяжелых жизненных обстоятельств может быть самым различным. Оно может быть связано с тяжелым материальным положением из-за отсутствия работы, слишком низкого постоянного заработка, невозможностью содержания семьи, с тяжелым заболеванием самого виновного или его близких, с инвалидностью, с тяжелой обстановкой в семье, на работе, правонарушительным либо аморальным поведением кого-либо из членов семьи, неблагоприятными жизненными условиями и т.п. обстоятельствами, создающими безвыходное положение для виновного и лишающими его сдерживающих факторов. Следует, например, признавать смягчающим обстоятельством ситуацию, когда жена, доведенная до отчаяния постоянными пьянством, дебошами и издевательствами со стороны мужа, наносит ему в ссоре телесное повреждение.

Это обстоятельство может быть признано смягчающим тогда, когда оно вызвано и обусловлено преступным поведением потерпевшего, т.е. причинно с ним связано. Нельзя, например, признавать смягчающим обстоятельством при краже тяжелое материальное положение, вызванное злоупотреблением алкоголем.

Стечение тяжелых жизненных обстоятельств признается смягчающим в силу того, что оно свидетельствует, как правило, о случайности преступления, об отсутствии антисоциальных наклонностей виновного, что в целом свидетельствует о сравнительно меньшей опасности его личности.

Мотив сострадания[107] является новым понятием в числе смягчающих обстоятельств при назначении наказания. Мотив сострадания может иметь место при краже денег для приобретения дорогостоящего лекарства для тяжелобольного родственника или близкого человека, в случаях, когда иным путем нет возможности добыть эти средства, или при убийстве дача большой дозы снотворного для прекращения страданий для безнадежно больного человека по его просьбе, от принятия которого заведомо для виновного наступит смерть больного человека (так называемая эвтаназия)[108]. В подобных случаях важно установить прямую связь между фактом, вызвавшим сострадание, и совершением преступления.

Совершение преступления в результате физического или психического принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости является обстоятельством, смягчающим наказание потому, что и зависимое лицо, совершающее преступление, не вполне свободно в выборе своего поведения. На принятие виновным решения о совершении преступления оказывает влияние прямое насилие (физическое или психическое), либо страх потерять материальную поддержку, работу, возможность пользоваться жилищем или просто расположение лица, от которого виновный находится в зависимости. С большей степенью вероятности можно утверждать, что при отсутствии такого воздействия лицо не совершило бы преступления. Степень этой зависимости, характер физического или психического принуждения должны быть оценены судом. Названные обстоятельства смягчают ответственность, но не освобождают от нее, если ситуация не расценивается как крайняя необходимость (ст. 39 УК). Уголовная ответственность, а значит, и наказание, не могут наступить, если воздействие в виде принуждения ставит лицо, совершающее противоправные действия, в условия крайней необходимости. Например, кассир банка, отдавший ключи от сейфа или выдавший деньги совершившим вооруженное нападение на него и угрожавшим убить его в случае неповиновения им, не несет уголовной ответственности в силу ч. 1 ст. 40 УК, согласно которой не является преступлением причинение вреда охраняемым уголовным законом интересам в результате физического принуждения, если вследствие такого принуждения лицо не могло руководить своими действиями (бездействием). В случае принуждения путем угрозы или другим способом к совершению преступления лицо, осуществляющее такое принуждение, несет ответственность как подстрекатель (ст. 33 УК).

Принуждение может быть, как это вытекает из закона, физическим или психическим.

Физическое принуждение проявляется в насильственном воздействии на лицо различными способами: причинением ударов, побоев, сдавливанием шеи руками или удавкой, применением тока и причинением другого вреда здоровью.

Под психическим принуждением понимаются реальные угрозы, высказанные как самому лицу, так и кому-либо из близких ему лиц. Содержание угрозы может заключаться в высказывании намерения совершить в отношении указанных лиц любые противоправные действия. Угроза может быть высказана устно, письменно, жестами, выражающими намерение причинить вред (убить, избить, уничтожить или повредить имущество, унизить честь и достоинство, уволить с работы без законных оснований, отказать нуждающемуся в материальном содержании и т.д.).

При совершении преступления в силу материальной, служебной или иной зависимости следует учитывать степень этой зависимости и то, как она могла повлиять на действия виновного.

Под материальной зависимостью следует понимать случаи, когда лицо получает от склонившего к преступлению материальное содержание, средства к существованию, причем как для себя, так и для своих близких, например, детей, не имея при этом других источников для проживания. Следует рассматривать как материальную зависимость случаи склонения к совершению преступления кредитором своего должника.

Служебная зависимость определяется подчиненностью по службе другому лицу (руководителю, директору), склонившему к преступлению. При этой зависимости, например, угроза начальника уволить с работы одинокую женщину, имеющую на иждивении детей, в случае совершения ею преступления по этому основанию, является обстоятельством, смягчающим наказание. В то же время угроза начальника в отказе повысить в должности подчиненного, если он не совершит желаемого для начальника преступления, не может являться смягчающим обстоятельством, поскольку здесь отсутствует признак вынужденности.

Под иной зависимостью понимается любая другая зависимость, не подпадающая под материальную и служебную. Она может вытекать из родственных, сугубо личных отношений, отношений между учителем и учеником, между жильцами одной коммунальной квартиры, одной лестничной площадки и в других случаях, когда одно лицо чувствует себя зависимым от другого лица и обязанным ему.

В п "ж" ч. 1 ст. 61 УК "совершение преступления при нарушении условий правомерности необходимой обороны, задержания лица, совершившего преступление, крайней необходимости, обоснованного риска, исполнения приказа или распоряжения", по существу, сформулировано несколько однородных смягчающих обстоятельств, которые свидетельствуют о том, что деяния, совершенные в одном из этих состояний, по своим целям являлись правомерными. В то же время лицо, совершая эти деяния, нарушает условия их правомерности, указанные в ст. 37-39, 41, 42 УК РФ. В этих случаях уголовная ответственность не исключается, однако эти обстоятельства признаются смягчающими наказание. Обстоятельства эти признаются смягчающими, если не являются признаками привилегированного состава преступления. К таким составам относятся: убийство, совершенное при превышении пределов необходимой обороны либо при превышении мер, необходимых для задержания лица, совершившего преступление — ст. 108 УК, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью при указанных обстоятельствах — ст. 114 УК. Значит, во всех других случаях анализируемые обстоятельства являются смягчающими наказание.

Превышение пределов необходимой обороны само по себе является смягчающим обстоятельством, поскольку виновный в этой ситуации отражает неправомерные (преступные) действия нападающего, защищая при этом себя, других лиц, подвергшихся нападению, интересы общества или государства. В такой обстановке лицо утрачивает определенный контроль за своими действиями, избирает явно несоразмерные средства и меры защиты, причиняя при этом вред лицу, которое само явилось инициатором совершения общественно опасного посягательства[109].

Задержание преступника является действием общественно полезным, направленным на пресечение совершения этим лицом новых преступлений и для доставления его органам власти. Все это в конечном счете способствует борьбе с преступностью. Причинение вреда преступнику, если это необходимо для его задержания, оправдывается мотивами и целями задержания, его результатами — прекращением в дальнейшем преступной деятельности, наказанием преступника. Для признания вреда, причиненного при задержании лица, совершившего преступление, правомерным имеет значение характер и опасность совершенного преступления, опасность личности преступника, обстановка задержания, характер причиненного вреда и т.д. Причинение преступнику вреда, явно не вызывавшегося характером преступления и обстановкой задержания, не исключает уголовную ответственность. В то же время, учитывая общественно полезный характер действий, закон рассматривает это как смягчающее обстоятельство[110].

Закон признает действие, совершенное в состоянии крайней необходимости непреступным, лишенным общественно опасного характера. Оценка этого деяния одинакова с оценкой действий, совершенных в состоянии необходимой обороны и при задержании лица, совершившего преступление; оно является действием правомерным, хотя вред при крайней необходимости причиняется не тому, кто создал опасность, а интересам и правам других лиц. Однако путем причинения такого вреда устраняется более значительный вред, сохраняется более ценное благо. В то же время не может быть исключена уголовная ответственность, если действия по устранению опасности совершены с нарушением условий правомерности крайней необходимости. Например, если причиненный вред оказался не меньше вреда устраненного, а больше или даже равным, если у виновного была возможность устранить опасность другим путем, без причинения вреда или с причинением минимального вреда, а он этим не воспользовался, и т.д. В этих случаях уголовная ответственность наступает, но, учитывая правомерную направленность действий по устранению большей опасности, закон рассматривает ее как смягчающее обстоятельство[111].

Понятие обоснованного риска дано в ст. 41 УК. Риск признается обоснованным, если совершаемые действия направлены на достижение общественно полезной цели, которую нельзя достичь без определенного риска. Лицо не будет подлежать уголовной ответственности, если оно осуществляло рискованные действия с соблюдением правил и условий проведения эксперимента, но вред все же наступил. Например, при внедрении новой техники, испытании новых образцов и приборов, создании новых материалов. В медицине — для спасения жизни людей медицинские работники идут на риск, осуществляя пересадку почки, сердца, мозга и другое. Все эти действия связаны с риском и должны осуществляться в соответствии с правилами и условиями, выработанными наукой, теоретическими разработками, проведением экспериментов, опробованными практикой и закрепленными нормативными актами. Рискованные действия, проведенные с соблюдением правил и условий, установленных для них, и повлекшие причинение какого-либо вреда, ущерба, уголовной ответственности не влекут. Риск же, имеющий благородные цели, но проведенный с нарушением установленных правил и повлекший в результате вред, нельзя признать обоснованным. В этом случае уголовная ответственность не исключается, но рассматривается как обстоятельство, смягчающее наказание. Риск не может быть признан обоснованным, если он заведомо был сопряжен с угрозой для жизни многих людей, с угрозой экологической катастрофы или общественного бедствия (ч. 3 ст. 41 УК).

Исполнение приказа или распоряжения имеет место в рамках подчиненности. При совершении преступления в случае исполнения незаконного приказа или распоряжения необходимо учитывать, что приказы (распоряжения) могут иметь разную силу для подчиненного. Например, для военнослужащего приказ начальника является обязательным и должен быть выполнен беспрекословно, даже если он сомневается в его законности или подозревает, что приказ преступен, поскольку согласно ст. 332 УК РФ за неисполнение подчиненным приказа начальника установлена уголовная ответственность. Такая обязанность — исполнять даже незаконные приказы или распоряжения — на гражданское население не возлагается и поэтому любое гражданское лицо может отказаться от выполнения преступного приказа.

Приказ (распоряжение) представляет собой требование о совершении или несовершении конкретных действий, обращенное начальником к конкретному подчиненному лицу или группе подчиненных лиц. Приказ может касаться не только сферы непосредственной служебной деятельности подчиненного, но и его поведения вне службы (например, в общественных местах).

Лицо, причиняющее вред при исполнении обязательного для него приказа или распоряжения и не осознающее его незаконности, не может нести уголовную ответственность, поскольку при этих обстоятельствах его действия не являются преступными. Уголовную ответственность за причинение вреда несет лицо, отдавшее незаконный приказ или распоряжение[112].

Лицо, совершившее умышленное преступление во исполнение заведомо для него незаконного приказа или распоряжения, несет уголовную ответственность. Однако при назначении наказания суд должен учесть зависимость подчиненного от своего начальника как смягчающее обстоятельство, так как без приказа начальника подчиненное лицо не совершило бы преступления.

Противоправность или аморальность поведения потерпевшего, явившиеся поводом для совершения преступления, рассматриваются теперь как самостоятельное смягчающее обстоятельство (п. "з" ч. 1 ст. 61), независимо от того, вызвало ли оно состояние сильного душевного волнения.

УК 1996 г. расширил содержание этого смягчающего обстоятельства. Прежний УК 1960 г. содержал указание на неправомерность действий потерпевшего, вызвавших сильное душевное волнение (п. 5 ст. 38 УК РСФСР). УК 1996 г. противоправные и аморальные действия потерпевшего, послужившие поводом для совершения преступления, не связывает с возникновением сильного душевного волнения (аффекта) у виновного[113]. Теперь для смягчения наказания важно наличие факта противоправного или аморального поведения потерпевшего, что явилось поводом для совершения преступления.

Смягчение наказания виновному обусловлено тем обстоятельством, что потерпевший сам спровоцировал совершение преступления своим противоправным или аморальным поведением.

Под противоправностью поведения потерпевшего следует понимать действия, которые сопровождаются побоями, истязанием, издевательством, клеветой, оскорблением и другими действиями, носящими характер правонарушений. Под аморальностью понимаются действия, противоречащие морали, нравственности, правилам приличия. Противоправные и аморальные действия могут быть направлены как против самого виновного, так и против близких ему людей.

Вопрос о противоправности и аморальности поведения потерпевшего — вопрос факта, и всякий раз он должен устанавливаться судом, исходя из обстоятельств дела. Противоправное и аморальное поведение потерпевшего как повод для совершения преступления может носить как единичный характер, так и систематический. Например, систематическое нанесение побоев, постоянные оскорбления и унижения человеческого достоинства и т.д.

Явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления, изобличению других соучастников преступления и розыску имущества, добытого в результате преступления, предусмотренные в п. "и" ч. 1 ст. 61 УК, свидетельствуют о том, что виновный осознал противозаконность своего преступного деяния. Каждое из названных обстоятельств, взятое как отдельно, так и в их сочетании, значительно снижает опасность лица, совершившего преступление, и свидетельствует о том, что оно осознает свою вину, раскаивается и заглаживает причиненный вред. А это, в свою очередь, свидетельствует о возможности быстрого его исправления. Все эти обстоятельства по своему содержанию и значению довольно близки друг другу. Нередко они сочетаются с предотвращением виновным дальнейших вредных последствий и иными формами заглаживания причиненного вреда.

Явка с повинной заключается в том, что виновный добровольно является в правоохранительные органы либо к официальным лицам с правдивым заявлением о совершенном им (одним или в группе) преступлении и тем самым с явно выраженным намерением понести за совершенное преступление соответствующее наказание. Явка с повинной расценивается законом как одно из наиболее важных обстоятельств, смягчающих наказание[114] или даже освобождающих от уголовной ответственности за преступление небольшой тяжести, совершенное впервые (ст. 75 УК РФ). Это обстоятельство предполагает чистосердечное раскаяние виновного не только в сам момент явки, но и в процессе расследования дела или при его судебном рассмотрении.

Явка с повинной предполагает, что лицо не только добровольно явилось в правоохранительные органы, но подробно рассказало о содеянном, искренне раскаялось и осуждает свое поведение, правдиво раскрывает все известные ему обстоятельства. Только при наличии такого поведения виновного явка с повинной может иметь уголовно-правовое значение как смягчающее обстоятельство. Однако если виновный под определенным принуждением, давлением имеющихся улик подтверждает свое участие в совершении преступления, то это обстоятельство нельзя рассматривать как явку с повинной. Не будет явки с повинной и в том случае, когда виновный заявляет о совершении им преступления, заведомо зная о своем состоявшемся разоблачении.

Активное способствование раскрытию преступления заключается в том, что виновный предоставляет правоохранительным органам информацию, неизвестную им до этого, правдиво рассказывает о всех известных ему фактах, связанных с совершением преступления, оказывает помощь по выявлению и изобличению всех соучастников преступления, указывает местонахождение орудий и предметов преступления либо помогает выявить другие доказательства по делу и т.д. Активное способствование раскрытию преступления выражается также в изобличении других соучастников преступления, розыске имущества, добытого в результате преступления.

Явка с повинной и другие обстоятельства, указанные в данном пункте, помогают своевременно раскрыть преступление и пресечь дальнейшую возможность совершать новые преступления. Хотя эти обстоятельства, как правило, уже не могут устранить вред, причиненный преступлением, но они свидетельствуют о меньшей опасности преступника и подтверждают, что виновный сделал первый и, может быть, наиболее трудный шаг по пути исправления. Это, естественно, не может быть оставлено судом без внимания при назначении наказания, которое с учетом этого должно быть существенно снижено.

Оказание медицинской и иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему. Поведение виновного, выразившееся в указанных действиях, может быть вызвано различными мотивами: жалостью к потерпевшему, страхом перед грозящим наказанием, расчетом на смягчение наказания, раскаянием в содеянном и т.д. Однако каким бы мотивом он ни руководствовался, это не имеет уголовно-правового значения. На смягчение наказания влияет не мотив, а поведение виновного, направленное на устранение вообще или уменьшение вредных последствий от совершенного им преступления. Анализируемые обстоятельства свидетельствуют о меньшей степени его опасности и поэтому закон рассматривает их как смягчающие наказание.

Оказание медицинской или иной помощи потерпевшему состоит в том, что виновный после совершения им преступления (например, наезда транспортом) вызывает службу "скорой помощи", сам доставляет потерпевшего в медицинское учреждение (травмпункт, поликлинику, больницу) для оказания потерпевшему помощи, в случае госпитализации сообщает родственникам о случившемся или доставляет потерпевшего домой и т.д. Действия по оказанию медицинской или иной помощи потерпевшему должны быть совершены сразу, непосредственно после совершения преступления, о чем прямо указано в законе[115].

Добровольное возмещение имущественного ущерба может иметь место после совершения преступления и заключается в том, что виновный добровольно в результате осознания своего поведения возмещает потерпевшему или организации причиненный им материальный ущерб. Например, виновный, укравший имущество у потерпевшего, до вынесения по делу приговора возмещает стоимость похищенного или возвращает украденное имущество, или, например, должностное лицо возмещает организации материальный ущерб, причиненный им в результате злоупотребления служебным положением или халатностью. Виновный может принять участие в оказании материальной помощи потерпевшему для лечения, если вред здоровью был причинен преступлением. Под понятие имущественного ущерба следует относить и расходы на санаторно-курортное лечение, приобретение лекарства, необходимого для лечения потерпевшего. Наряду с возмещением причиненного материального вреда виновный может возместить и моральный вред, вызванный преступлением. Моральный вред выражается в причинении гражданину неимущественного вреда, например, при клевете, оскорблении, унижении чести и достоинства, а также в преступлениях с последствиями, которые заставляют потерпевшего и его родственников страдать, волноваться, переживать, т.е. так или иначе испытывать моральный вред. Моральный вред может быть устранен, например, путем публичного извинения перед потерпевшим за оскорбление, клевету. Моральный вред подлежит возмещению и в денежном выражении в зависимости от характера и степени совершенного преступления и характера моральных страданий потерпевшего.

Под иными действиями, направленными на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему, следует понимать действия виновного, направленные на устранение причиненного им вреда своими силами, за свой счет, например, ремонт поврежденной вещи или восстановление ее прежнего состояния.

Возмещение имущественного ущерба и морального вреда может иметь место на любой стадии расследования дела, как сразу после совершения преступления, так и после возбуждения уголовного дела в ходе всего предварительного расследования или судебного разбирательства, но обязательно до вынесения судом приговора. Только тогда суд может учесть его при назначении наказания как смягчающее обстоятельство.

Во всех приведенных случаях преступление уже окончено и последующие действия виновного свидетельствуют о его желании загладить причиненный вред. Подобные действия и в юридической литературе, и теперь в законе (ст. 75 УК) справедливо называют деятельным раскаянием, когда лицо после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления. Указанное поведение лица, совершившего преступление впервые и небольшой тяжести, является основанием освобождения его от уголовной ответственности. Данные смягчающие обстоятельства нельзя смешивать с добровольным отказом от преступления, когда лицо предотвращает наступление преступных последствий начатого, но еще не оконченного преступления. Добровольный отказ исключает уголовную ответственность, деятельное же раскаяние является, как правило, лишь смягчающим обстоятельством, как правило, за исключением совершения лицом преступления небольшой тяжести. Закон требует добровольного возмещения имущественного ущерба и морального вреда. Это означает, что если возмещение ущерба или вреда производится путем принудительных мер следственных или судебных органов помимо воли виновного (например, возмещение ущерба в порядке удовлетворения гражданского иска по решению суда или путем изъятия похищенного при задержании и т.д.), то это обстоятельство не может рассматриваться как смягчающее наказание.

Перечень смягчающих обстоятельств, указанных в ст. 61 УК, не является исчерпывающим. Суд при рассмотрении конкретного уголовного дела может признать в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, и другие, не указанные в законе. Такое право суду предоставляет ч. 2 ст. 61 УК РФ. При этом в приговоре должно быть указано, какие обстоятельства признаются смягчающими наказание, с обоснованием принятого решения[116]. Так, в качестве обстоятельств, смягчающих наказание, судебная практика признает состояние здоровья виновного, общественно полезную деятельность, наличие на иждивении престарелых и больных родителей, инвалидность, заслуги перед Родиной, награды за достижения, характеристики по месту работы и жительства и т.п. Однако наличие смягчающих обстоятельств не создает для суда обязанности смягчить наказание, ибо суд при его выборе учитывает не только смягчающие, но и отягчающие обстоятельства, а также характер и степень общественной опасности совершенного преступления и личность виновного. Влияние смягчающих обстоятельств проявляется в том, что суд при прочих равных условиях должен назначить более мягкую меру наказания за преступление при наличии смягчающих обстоятельств, по сравнению с аналогичным преступлением при отсутствии таковых.

Обстоятельства, указанные в ч. 1 ст. 61 УК в качестве смягчающих наказание, дают суду право назначить наказание по своему усмотрению в пределах санкции статьи за конкретное преступление с учетом всех положений Общей части УК. Вместе с тем законодатель в ст. 62 УК особо выделил степень учета обстоятельств, указанных в п. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК, при наличии которых срок и размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за конкретное преступление. Речь идет о таких смягчающих обстоятельствах, как явка с повинной, способствование раскрытию преступления, изобличение других соучастников, розыск имущества, добытого в результате преступления (п. "и"), оказание медицинской или иной помощи потерпевшему непосредственно после совершения преступления, добровольное возмещение имущественного ущерба и морального вреда, причиненных в результате преступления, а также иные действия, направленные на заглаживание вреда, причиненного потерпевшему (п. "к" ст. 61 УК). Однако это правило по максимальному учету смягчающих обстоятельств, указанных в п. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК, применяется только в том случае, если по данному делу отсутствуют отягчающие обстоятельства. Следует подчеркнуть, что поскольку на исключительность характера смягчающих обстоятельств, указанных в п. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК, есть прямое указание закона, то суд обязан в приговоре привести мотивы неприменения того или иного из этих обстоятельств, если они установлены по делу.

§ 4. Обстоятельства, отягчающие наказание

Отягчающие обстоятельства, указанные в ст. 63 УК, свидетельствуют о повышенной опасности совершенного преступления и личности виновного, что дает суду основание для усиления назначаемого наказания. При наличии отягчающих обстоятельств, влияющих на увеличение наказания, суд назначает более строгое наказание, ближе к его максимуму, или даже максимальное наказание в пределах санкции статьи, по которой квалифицируется конкретное преступление. Перечисленные в законе отягчающие обстоятельства позволяют суду индивидуализировать наказание с учетом личности виновного и совершенного им преступления.

Количество обстоятельств, отягчающих наказание, перечисленных в ст. 63 УК РФ, осталось прежним. Как и в УК РСФСР 1960 г., их предусмотрено тринадцать. Однако содержание этих обстоятельств значительно изменилось. Из их числа, прежде всего, исключены: совершение преступления из корыстных или иных низменных побуждений; оговор заведомо невиновного лица; совершение преступления лицом, находящимся в состоянии опьянения. Эти обстоятельства исключены не потому, что они не отражают повышенной опасности деяния. Обстоятельства, характеризующие мотивы действий виновного, обычно учитываются при конструкции соответствующих составов преступлений; состояние опьянения, как свидетельствует практика, не всегда связано с совершением преступления и поэтому не может быть признано отягчающим обстоятельством, оговор невиновного причинно не связан с самим преступлением. Улучшена формулировка некоторых отягчающих обстоятельств, известных прежнему законодательству. В перечень включен и ряд новых обстоятельств.

Статья 63 УК 1996 г. не содержит положения о возможности при назначении наказания учета иных отягчающих обстоятельств, не указанных в перечне. В то же время, если провести сравнение со ст. 61 УК, то в части второй ее, в отличие от ст. 63 УК, указывается, что при назначении наказания в качестве смягчающих могут учитываться и иные обстоятельства, не предусмотренные статьей. Отсюда можно сделать вывод, что перечень обстоятельств, отягчающих наказание, является исчерпывающим. По этому вопросу в специальной литературе всегда было однозначное мнение, согласно которому перечень отягчающих обстоятельств является окончательным и при назначении наказания суды не могут признавать отягчающими другие обстоятельства, не указанные в законе.

К отягчающим наказание обстоятельствам УК Российской Федерации относит:

Неоднократность преступлений, рецидив преступлений. Эти два однородных вида отягчающих обстоятельств объединены в одну группу, оба они свидетельствуют о более значительной опасности виновного, упорно не желающего вести законопослушный образ жизни даже после применения к нему мер уголовно-правового характера. В то же время закон предоставляет суду право, в зависимости от характера первых преступлений, не признавать это обстоятельство отягчающим. Обычно это бывает в тех случаях, когда и первое, и последующие преступления являются неосторожными, или хотя и умышленными, но небольшой тяжести, или новое преступление незначительно и не составляет продолжения прошлой преступной деятельности.

Наибольшую опасность представляют лица, ранее судимые за совершение умышленных преступлений (рецидив), что безусловно должно влечь повышенное наказание виновному лицу при совершении им любого преступления.

Под неоднократностью преступлений понимается совершение двух или более преступлений, предусмотренных одной статьей или частью статьи УК, или совершение нескольких преступлений, предусмотренных различными статьями Особенной части, но входящих в однородную группу преступлений, что нередко рассматривается в качестве квалифицирующих признаков[117]. К числу таковых следует, например, отнести следующие составы с соответствующими квалифицирующими признаками: ст. 158-162 или 228-231, 234 и т.д. Следует при этом иметь в виду, что если то или иное отягчающее обстоятельство предусмотрено в диспозиции соответствующей статьи в качестве квалифицирующего признака преступления, то оно само по себе не может повторно учитываться при назначении наказания. Так, по одному из конкретных дел указывалось, что при осуждении по п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ неоднократность преступлений не может учитываться при назначении наказания как отягчающее наказание обстоятельство, предусмотренное ст. 63 УК РФ, поскольку данное обстоятельство предусмотрено п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ в качестве квалифицирующего признака преступления[118].

Для признания вновь совершенного преступления неоднократным не имеет значения, было ли лицо осуждено за ранее совершенное преступление, важен сам факт совершения нового преступления. Однако неоднократности не будет, если истекли сроки давности привлечения лица к уголовной ответственности за предшествующие преступления, или истекли сроки давности исполнения обвинительного приговора, или судимость за предыдущие преступления снята или погашена. Не может рассматриваться неоднократным и продолжаемое или длящееся преступление.

Рецидив преступлений также свидетельствует о повышенной общественной опасности лица, совершившего преступление. В УК РФ теперь отсутствует понятие особо опасного рецидивиста, и поэтому законодатель не учитывает его как квалифицирующий признак каких-либо составов преступлений и как отягчающее обстоятельство. В то же время действующее уголовное законодательство дает понятие рецидива (ст. 18 УК). Под рецидивом преступлений понимается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление. При этом закон делит рецидив на три вида в зависимости от количества судимостей за совершенные преступления и их тяжести: простой, опасный, особо опасный[119]. С точки зрения обстоятельств, отягчающих наказание, любой из указанных видов рецидива может быть признан таковым.

Если предыдущие судимости у виновного сняты или погашены, то при назначении наказания за новое преступление рецидив не может быть признан обстоятельством, отягчающим наказание.

Наступление тяжких последствий в результате совершения преступления оценивается судом с учетом характера совершенного преступления и всех обстоятельств дела. На решение оказывают влияние такие обстоятельства, как важность объекта посягательства, величина причиненного вреда, наступившее увечье или смерть человека и т.д. Причинение тяжких последствий отягчает наказание не только при умышленном, но и при неосторожном совершении преступления, поэтому независимо от формы вины это обстоятельство может быть признано отягчающим. Для этого суду необходимо установить связь между совершенным деянием и наступившими последствиями. Наступление тяжких последствий во многих составах Особенной части УК является признаком преступления и в силу этого не может быть, как правило, обстоятельством, отягчающим наказание. Вместе с тем в УК имеется ряд составов преступлений, в которых тяжкие последствия не являются признаком преступления, однако в результате их совершения тяжкие последствия наступают (ст. 120, 122, 228, 258, 261 и т.д.). В этих случаях суд вправе признать отягчающим обстоятельством наступление тяжких последствий в результате совершения этих преступлений. Тяжкое последствие, как свидетельствует судебная практика, иногда может быть признано отягчающим как в случаях, когда оно охватывается признаками состава преступления, так и в случаях, когда оно выходит за пределы этого состава, как бы увеличивая степень выраженности. Так, умышленные действия виновного, повлекшие потерю зрения на оба глаза, должны быть признаны действиями, причинившими тяжкие последствия, поскольку потеря зрения на один глаз все равно относится к тяжкому вреду здоровья и охватывается признаками состава ст. 111 УК РФ. В то же время, если тяжесть последствий указана в качестве признака конкретного преступления, она сама по себе не может повторно учитываться при назначении наказания.

Тяжесть последствий существенно влияет на оценку степени общественной опасности деяния: чем тяжелее последствие, тем опаснее совершенное деяние. Но последствия должны находиться в причинной связи с деянием.

Совершение преступления в составе группы лиц, группы лиц по предварительному сговору, организованной группы или преступного сообщества (преступной организации) признано отягчающим наказание потому, что любое групповое преступление всегда повышает его общественную опасность, поскольку объединение усилий нескольких лиц в группу, группу лиц по предварительному сговору, организованную группу и тем более преступное сообщество, объективно позволяет совершать более опасные преступления, непосильные для одного преступника, дает возможность причинять более существенный ущерб, значительно облегчает совершение преступления, затрудняет его раскрытие и т.д.

Понятие группового преступления дано в ст. 35 УК РФ[120]. Напомним, что преступление признается совершенным группой лиц, если в его совершении совместно участвовали два или более исполнителя без предварительного сговора. Под совершением преступления по предварительному сговору группой лиц следует понимать такое преступление, когда в нем участвовали лица, заранее договорившиеся о его совместном совершении. Преступление признается совершенным организованной группой, если оно совершено устойчивой группой лиц, заранее объединившихся для совершения одного или нескольких преступлений. Для признания преступления совершенным преступным сообществом (преступной организацией) необходимо, чтобы оно было совершено сплоченной организованной группой, созданной для совершения тяжких или особо тяжких преступлений, либо объединением организованных групп, созданных в тех же целях.

Следует иметь в виду, что каждое из понятий, перечисленных выше и указанных в п. "в" ч. 1 ст. 63 УК, отличается друг от друга своим содержанием, степенью опасности. Например, группа лиц без предварительного сговора существенно отличается от организованной группы как более опасного формирования, где существует определенная дисциплина, устойчивость, распределение ролей и обязанностей и т.п. Различия по характеру и степени общественной опасности различных групп определяются тем, что в каждой из них — неодинаковая степень сорганизованности и совместности. Отсюда следует, что степень тяжести рассматриваемого обстоятельства при назначении наказания находится в определенной зависимости от степени сорганизованности группы: чем опаснее по содержанию группа, как обстоятельство, отягчающее наказание, тем выше и строже наказание. Совершение преступления любой из указанных групп расценивается как обстоятельство, отягчающее наказание для всех участников данной группы независимо от конкретной роли, которую в совершенном преступлении выполнял каждый участник. В то же время при избрании конкретной меры наказания виновным суд учитывает роль каждого члена группы в совершении преступления, характер и степень фактического участия лица в его совершении, значение этого участия для достижения цели преступления, его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда (ст. 67 УК).

Особо активная роль (п. "г") в совершении преступления. Об особо активной роли виновного следует говорить в том только случае, когда преступление совершается в соучастии, как при соисполнительстве, так и при соучастии в тесном смысле слова, поскольку только в групповых преступлениях должна выявляться и устанавливаться роль каждого участника преступления. Лицо, проявившее особо активную роль в совершении преступления, представляет наибольшую опасность среди других участников преступления. Следует подчеркнуть, что закон говорит не просто об активной роли лица в совершении преступления, а указывает на ее "особую" активность. Отсюда следует, что поведение виновного в совершении преступления должно выражаться не просто в каких-либо предложениях, инициативах, а отличаться, например, организаторством, сплочением других участников, поддержанием дисциплины, лидерством во всех проявлениях и т.д. Особо активная роль виновного как обстоятельство, отягчающее наказание, должна быть судом мотивирована в приговоре, с указанием конкретных действий, которые говорят об особой активности виновного.

Привлечение к совершению преступления лиц, которые страдают тяжелыми психическими расстройствами либо находятся в состоянии опьянения, а также лиц, не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность (п. "д"), признается отягчающим наказание, поскольку субъект преступления, преследуя свои цели, совершает преступление руками других лиц, привлекая для этого страдающих тяжелыми психическими расстройствами, либо находящихся в состоянии опьянения, а также малолетних, не достигших возраста, с которого наступает уголовная ответственность за конкретное преступление. Эти лица не ориентируются или не в полной мере ориентируются в жизненных ситуациях, они в силу физического или психического состояния быстро поддаются на уговоры, просьбы, искренне верят, что им "ничего за это не будет". Они, поддавшись этим уговорам, просьбам, подкупам, совершают общественно опасные деяния, иногда полагая даже, что оказывают безобидную услугу. Виновный же умышленно создает такие условия, при этом сознавая опасность совершаемых ими действий, желая поступать таким образом. В теории права такие действия носят название "посредственного исполнения", а в п. 2 ст. 33 УК РФ прямо указано, что исполнителем признается "также лицо, совершившее преступление посредством использования других лиц, не подлежащих уголовной ответственности в силу возраста, невменяемости или других обстоятельств, предусмотренных Уголовным кодексом".

Привлечение виновным в своих преступных целях категории указанных лиц свидетельствует о его повышенной опасности, и эти его действия всегда должны признаваться обстоятельством, отягчающим наказание. Такими действиями виновный причиняет огромный вред: развращает детей и подростков, отрицательно влияет на их формирование; использует болезненное или опьяненное состояние лиц в преступной деятельности, стараясь таким образом остаться в тени, уйти от ответственности. Однако не следует забывать, что лицо, привлекшее к совершению преступления психически больных лиц и лиц, не достигших возраста уголовной ответственности, является исполнителем преступления. Например, лицо, уговорившее малолетнего забраться в квартиру через форточку и совершить там кражу или психически больного — поджечь дом, является исполнителем этих преступлений, так как и психически больной, и малолетний служат лишь орудием совершения преступления и не являются субъектами преступлений.

Привлечение указанных лиц к совершению преступления может выражаться не только в совершении ими непосредственно преступных действий, но и в выполнении отдельных поручений, являющихся пособничеством. Например, спрятать или сбыть краденое имущество, отравить сторожевую собаку, чтобы потом беспрепятственно проникнуть в хранилище, снабдить вора отмычками и т.п. Термин "привлечение к совершению преступления" может включать и подстрекательство малолетних и психически больных к совершению преступления. При этом не следует смешивать "привлечение к совершению преступления" и "вовлечение в преступную деятельность". Во втором случае предполагается наличие со стороны виновного лица неоднократных однородных действий, направленных на достижение результата — вовлечения в преступную деятельность (ст. 150, 151 УК), а при привлечении к совершению преступления достаточно выполнения однократной просьбы о совершении деяния.

Совершение преступления по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды, из мести за правомерные действия других лиц, а также с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение (п. "е") охватывает несколько низменных мотивов преступлений, каждый из которых имеет самостоятельное значение при назначении виновному наказания.

Действия, направленные к возбуждению национальной, расовой или религиозной ненависти или вражды, уголовный закон относит к самостоятельному составу преступления (ст. 282 УК РФ). В некоторых составах преступлений данное обстоятельство указывается как квалифицирующий признак. Например, п. "л" ч. 2 ст. 105, п. "е" ч. 2 ст. 111, п. "е" ч. 2 ст. 112 и т.д. При квалификации указанных преступлений обстоятельство "по мотиву национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды" само по себе не учитывается как отягчающее наказание. Однако, назначая наказание, суды принимают во внимание конкретную степень низменности соответствующего мотива деяния. Безусловным отягчающим обстоятельством является не только степень выраженности, но и сам факт перечисленной мотивации в преступлениях.

В данном же случае речь идет о совершении иных преступлений, где мотив национальной, расовой, религиозной ненависти или вражды не является обязательным признаком состава этих преступлений. Сюда могут быть отнесены различные проявления неприязни к представителям других национальностей, расы, религии и совершение на этой почве преступлений. Например, оскорбление и клевета в отношении лиц другой национальности, нанесение им побоев, причинение вреда здоровью, уничтожение их имущества, хулиганство и другие преступления.

Другим отягчающим обстоятельством, включенным в эту группу, является совершение преступления из мести за правомерные действия других лиц. Под правомерными действиями следует понимать любые действия лица, не противоречащие закону и другим нормативным актам. Например, гражданин делает замечание хулигану, нарушающему общественный порядок. Действия этого гражданина являются вполне правомерными, и в случае совершения в отношении его этим хулиганом преступления по мотиву мести данное обстоятельство объективно следует рассматривать как отягчающее наказание.

Совершение преступления с целью скрыть другое преступление или облегчить его совершение является отягчающим наказание для лица, которое совершает новое преступление, чтобы скрыть первое совершенное им же преступление. Например, П. убил гражданина в его доме, после чего поджег этот дом, чтобы скрыть убийство, имитировав гибель человека при пожаре.

Кроме этого виновным может быть совершено одно преступление, чтобы облегчить совершение другого. Например, чтобы завладеть ценностями, виновный убивает собственника этих ценностей как преграду для завладения ими.

Совершение преступления в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга предусмотрено в п. "ж" ч. 1 ст. 63 УК. К лицам, осуществляющим служебную деятельность, следует относить не только представителей власти или иных должностных лиц. Это и лица, выполняющие работу по трудовому договору (контракту), заключенному с государственными, коммерческими организациями, частными фирмами, деятельность которых не противоречит действующему законодательству. Например, любой государственный служащий согласно ст. 3 Федерального закона "Об основах государственной службы Российской Федерации", частный нотариус, аудитор, охранник частной или детективной службы и т.д. Значительно шире следует понимать содержание "выполнения общественного долга". Под выполнением общественного долга понимается как осуществление гражданами специально возложенных на них обязанностей, так и совершение действий лично по своей инициативе в интересах общества или иных лиц по пресечению правонарушений, задержанию лица, совершившего преступление, и т.п.[121]

Закон указывает, что потерпевшими от преступления могут быть не только лица, которые сами непосредственно выполняли служебный или общественный долг, но и близкие им лица. К последним следует относить близких родственников — детей, супругов, родителей, братьев, сестер. Однако поскольку закон делает акцент не на "родственников" потерпевшего, а на его "близких", следует, что к ним могут быть отнесены и дальние родственники, друзья, давние знакомые и другие лица, которые дороги для лиц, выполнявших общественный долг. В этих случаях важно установить, что преступление в отношении таких лиц совершено в связи со служебной или общественной деятельностью близкого для них человека.

В ряде статей Особенной части УК рассматриваемое обстоятельство выступает как квалифицирующий признак преступления. Например, п. "б" ч. 2 ст. 105 (убийство лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга); п. "а" ч. 2 ст. 111 УК (умышленное причинение тяжкого вреда здоровью в отношении лица или его близких в связи с осуществлением данным лицом служебной деятельности или выполнением общественного долга). В этих случаях указанное отягчающее обстоятельство при назначении наказания само по себе учитываться не должно, поскольку оно учтено диспозицией статьи, а наказание заложено в ее санкции. В некоторых составах преступлений указанное обстоятельство включено в диспозицию статьи. Например, ст. 277, 295, 317 УК и др. Отягчающим это обстоятельство можно назвать лишь в том случае, когда совершение преступлений тесно связано с осуществлением служебного или общественного долга и воспрепятствованием осуществлению лицами этого долга. Опасность таких действий очевидна, и они должны признаваться обстоятельствами, отягчающими наказание.

Совершение преступления в отношении женщины, заведомо для виновного находящейся в состоянии беременности, а также в отношении малолетнего, другого беззащитного или беспомощного лица либо лица, находящегося в зависимости от виновного, предусмотрено в п. "з" ч. 1 ст. 63 УК.

Использование виновным в своих преступных целях состояния беременности женщины, малолетнего возраста, беспомощности или беззащитности потерпевшего свидетельствует об особой опасности и жестокости преступника, о наличии у него крайне отрицательных моральных качеств, что требует применения более суровых мер наказания для его исправления.

Совершение преступления в отношении беременной женщины предполагает только умышленную форму вины. Недостаточно, чтобы женщина была беременной, виновный должен достоверно знать это, поскольку закон использует термин "заведомость". При этом не имеет значения стадия беременности потерпевшей, важно что виновный об этом достоверно осведомлен, и это обстоятельство охватывалось его сознанием. По характеру совершаемые преступления в отношении такой потерпевшей могут быть самые различные: причинение вреда здоровью, истязание и побои, оскорбление, грабеж, разбой и т.д.

Малолетними по уголовному закону признаются лица, не достигшие 14-летнего возраста. Здесь следует указать, что в ряде статей, например, в п. "в" ч. 3 ст. 131, п. "з" ч. 3 ст. 132, ст. 135, ст. 150-153 и т.д. УК РФ малолетний возраст потерпевшего указан в качестве квалифицирующего признака, и в этих преступлениях данное отягчающее обстоятельство при назначении наказания не должно учитываться еще раз.

Беззащитными или беспомощными признаются тяжелобольные лица, престарелые, с психическими и физическими недостатками, лица спящие, потерявшие сознание, а также и иные, которые в силу указанных причин не способны оказать сопротивление преступнику.

К лицам, находящимся в зависимости от виновного, необходимо относить лиц при любой зависимости. Это материальная, служебная по работе, по учебе, физическая (например, инвалид зависит от лица, оказывающего ему помощь), семейная и т.д. Важно установить жизненную значимость этой зависимости для потерпевшего.

Совершение преступления с особой жестокостью, садизмом, издевательством, а также мучениями для потерпевшего (п. "и" ч. 1 ст. 63 УК) свидетельствует о повышенной общественной опасности как преступления, так и лица, совершившего его, характеризующегося цинизмом и бесчеловечностью. Наиболее часто эти обстоятельства встречаются при совершении преступлений против личности (убийства, истязания, причинение вреда здоровью), а также в преступлениях, связанных с посягательством на личность, например, вымогательство, разбой, хулиганство и др.

Преступление признается совершенным с особой жестокостью во всех случаях, когда виновный причиняет особо тяжкие или длительные физические страдания и мучения своей жертве, а также, если совершает преступление таким способом и при таких обстоятельствах, когда это вызывает особо тяжкие моральные страдания близких лиц, например, истязание матери в присутствии ее детей, или наоборот. Одним из проявлений особой жестокости является садизм, т.е. наслаждение мучениями жертвы[122]. Это проявление бессердечия к жертве. В судебной практике садизм часто имеет место при совершении половых преступлений и проявляется как половое извращение, связанное при этом с причинением боли и страдания жертве.

Издевательство над потерпевшим имеет место в случаях, когда действия виновного совершены в грубой, циничной форме и направлены на унижение человеческого достоинства, нанесение физических и моральных страданий потерпевшему.

Применяя данное отягчающее обстоятельство, суды обязаны установить, что виновный, совершая преступление, осознавал, что действует с особой жестокостью, садизмом, издевается над потерпевшим и причиняет ему мучения.

Отягчающее обстоятельство в виде совершения преступления с использованием оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ, взрывных или имитирующих их устройств, специально изготовленных технических средств, ядовитых и радиоактивных веществ, лекарственных и иных химико-фармакологических препаратов, а также с применением физического или психического принуждения (п. "к") весьма часто встречается в последнее время. В УК РСФСР 1960 г. данное отягчающее обстоятельство было представлено достаточно просто, как "совершение преступления общеопасным способом", а теперь же оно конкретизировано и расширено. Структурной чертой современной преступности в России стала ее вооруженность. Особенно широкое распространение и применение оружия, боевых припасов и других взрывных устройств наблюдается при совершении наиболее тяжких преступлений. Все это обусловило включение данного обстоятельства в число отягчающих наказание. Понятие и признаки оружия, боевых припасов, взрывчатых веществ даются в федеральном законе "Об оружии" от 13 декабря 1996 г.[123], перечень ядовитых веществ содержится в списке N 2 Постоянного комитета по контролю наркотиков[124], радиоактивные вещества и материалы определяются нормативными актами, регулирующими радиационную безопасность граждан[125].

Другое отягчающее обстоятельство в этом пункте — физическое и психическое принуждение. Физическое принуждение выражается в насилии и издевательстве над потерпевшим; в причинении ему побоев, в связывании его и других активных действиях.

Под психическим принуждением понимается угроза физического воздействия на потерпевшего, его родственников и близких ему людей. Более подробно понятия физического и психического принуждения определяются ст. 40 УК РФ и рассмотрены при анализе обстоятельств, смягчающих наказание (§ 3).

Совершение преступления в условиях чрезвычайного положения, стихийного или иного общественного бедствия, а также при массовых беспорядках (п. "л" ч. 1 ст. 63 УК РФ). В соответствии с Законом РСФСР "О чрезвычайном положении"[126] от 17 мая 1991 г. чрезвычайное положение — это особое правовое положение в стране, регионе, области, крае, вводимое на определенный период в силу исключительных обстоятельств и допускающее применение особых мер для поддержания порядка. С чрезвычайным положением обычно связано учреждение специальных органов, наделенных особыми полномочиями, введение чрезвычайных мер охраны, расширение компетенции органов административной власти и управления. Чрезвычайное положение является временной мерой и обычно вводится для скорейшей нормализации обстановки, восстановления законности и правопорядка, устранения угрозы безопасности граждан и оказания им необходимой помощи. Основаниями введения чрезвычайного положения могут быть: попытка насильственного изменения конституционного строя, массовые беспорядки, сопровождающиеся насилием, межнациональные конфликты, блокада отдельных местностей, угрожающие жизни и безопасности граждан, эпидемии, стихийные бедствия, крупные аварии, требующие проведения аварийно-спасательных и восстановительных работ. Безусловно, что совершение преступления в этих условиях представляет повышенную опасность, что и служит основанием для отнесения этого обстоятельства к отягчающим наказание.

Под стихийным бедствием понимаются стихийные обстоятельства, которые угрожают жизни и здоровью населения. К условиям стихийного бедствия относятся пожары, наводнения, землетрясения, оползни, обвалы, ураганы и т.п. явления.

Общественные бедствия — это негативные явления, возникающие в обществе, такие как военные действия, эвакуация населения, массовые эпидемии, крупные транспортные катастрофы и т.п.

Массовые беспорядки представляют собой действия, совершаемые большой группой людей и сопровождаемые насилием, погромами, поджогами, уничтожением имущества и иными действиями, сопряженными с нарушением общественной безопасности[127].

При указанных условиях население и представители власти, как правило, сосредоточивают свое внимание на борьбе с бедствиями, вызванными указанными обстоятельствами, — спасают людей, скот, материальные ценности и т.д. Поэтому использование виновным бедственного и чрезвычайного положения, массовых беспорядков облегчает совершение преступлений и, следовательно, повышает его общественную опасность. Всякое преступление, совершаемое в таких условиях, характеризуется более высокой степенью опасности, чем такое же преступление, совершенное в обычных условиях. Использование этих обстоятельств для мародерства, краж, грабежей и других преступлений свидетельствует об особой опасности лиц, которые их совершают. Такое лицо более опасно, так как преднамеренно использует особо тяжкую обстановку, при которой требуется как никогда строжайшее соблюдение порядка, дисциплины, поддержка и оказание взаимной помощи. Поэтому закон расценивает совершение преступлений в таких условиях как обстоятельство, отягчающее наказание.

Совершение преступления с использованием доверия, оказанного виновному в силу его служебного положения или договора (п. "м" ч. 1 ст. 63 УК), повышает общественную опасность личности виновного, поскольку он использует доверие, оказанное ему в силу его служебного положения или договора. При этом виновный использует свое служебное положение вопреки интересам службы либо использует свое положение по заключенному с ним договору. Виновный, совершая преступление, сознает, что, используя свое служебное положение или заключенный договор, обманывает потерпевших, вводит их в заблуждение относительно своей порядочности, добросовестности и правильности своих действий. Такие действия, особенно если они совершаются государственными служащими, дискредитируют орган государства или иной представительный орган.

Как свидетельствует судебная практика, чаще всего такие преступления совершаются в сфере государственной службы, органов местного самоуправления, в сфере экономической деятельности, например, мошенничество, лжепредпринимательство, незаконное получение кредита, уклонение от уплаты налогов с организаций и др.

Совершение преступления с использованием форменной одежды или документов представителя власти (п. "н") как отягчающее наказание обстоятельство введено в уголовный закон впервые, что обусловлено распространенностью совершения таких преступлений. В практике довольно часто появляются лжеработники милиции, лжеинспектора пожарного надзора, лжеработники социальной службы, лжеконтролеры в транспорте и т.п. Все эти лица, выдавая себя за представителей власти, имеют поддельные удостоверения и облекаются в соответствующую форменную одежду. Используя эти атрибуты, виновные беспрепятственно проникают в жилые помещения, хранилища, взыскивают штрафы, совершают грабежи и мошенничества. Совершение преступлений с использованием форменной одежды или документов представителя власти приносит вред как обществу в целом, так и отдельным гражданам. Лица, совершающие таким способом преступления, дискредитируют деятельность определенных государственных органов, определенные профессии, порождают недоверие к органам управления государственных, общественных, коммерческих и иных структур общества.

Если перечень смягчающих обстоятельств, как было указано выше, может быть расширен и суд может признать смягчающим любое из установленных обстоятельств, то перечень отягчающих обстоятельств расширительному толкованию не подлежит, и суд при назначении наказания не может признать в качестве таковых обстоятельства, не указанные в перечне ст. 63 УК.

В то же время суд, установив обстоятельство, которое негативно характеризует виновного или его действия при совершении преступления, но не входящее в число отягчающих обстоятельств, указанных в ст. 63 УК, вправе отразить их в приговоре при назначении наказания как обстоятельства, характеризующие личность виновного. Оценка особенностей личности позволяет учесть суду те обстоятельства, которые нельзя игнорировать, ибо это повлекло бы вынесение несправедливого наказания[128].

§ 5. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление

Общие начала назначения наказания устанавливают правила, которыми должен руководствоваться суд при его назначении, и предписывают избрать его в пределах, предусмотренных санкцией статьи Особенной части УК, по которой квалифицируется преступление. Из этого общего правила имеется исключение, которое допускает возможность назначения наказания более мягкого, чем предусмотрено законом. Это исключение установлено для тех случаев, когда даже минимальное наказание, предусмотренное в законе, оказывается, учитывая обстоятельства дела, слишком суровым.

Исторически российское уголовное законодательство в разные периоды и этапы своего развития устанавливало правила, при наличии которых виновному могло быть определено наказание ниже, чем предусмотрено законом за конкретное преступление.

Возможность снижения наказания устанавливало Уголовное уложение 1903 г. при наличии обстоятельств, "влияющих на вину и наказание"[129]. К числу таких обстоятельств относились, например, явка с повинной, искреннее раскаяние, прежняя безупречная служба, длительное пребывание под следствием и т.д.

Возможность снижения наказания ниже низшего предела устанавливало и уголовное законодательство советского периода. Так, постановление Кассационного отдела ВЦИК от 6 октября 1918 г. "О подсудности революционных трибуналов" и "Положение о народном суде РСФСР" от 30 ноября 1918 г. предусматривали, что для смягчения наказания ниже низшего предела требовалось лишь приведение в приговоре соответствующей мотивировки[130].

В УК РСФСР 1922 г. помимо права назначать наказание ниже низшего предела суду предоставлялось право назначать другое менее тяжкое наказание, не предусмотренное в конкретной статье УК. При этом необходимыми условиями смягчения наказания выступали исключительные обстоятельства, которые должны быть установлены в каждом конкретном случае (ст. 28 УК 1922 г.)[131]. Это правило впоследствии почти без изменений было воспринято Основными началами 1924 г., а затем ст. 51 УК РСФСР 1926 г., которая при наличии исключительных обстоятельств давала право суду "определить меру социальной защиты ниже низшего предела или перейти к другой, менее тяжкой мере социальной защиты". Особенностью положений ст. 51 УК РСФСР 1926 г. являлось и то, что наряду с назначением наказания ниже низшего предела она предусматривала также возможность полного освобождения виновного от наказания, указав, что ":когда суд признает, что обвиняемый к моменту рассмотрения дела не представляется общественно опасным, и вовсе не применит к нему мер социальной защиты"[132].

Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено законом, определялось ст. 37 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. и ст. 43 УК РСФСР 1960 г., в соответствии с которыми суду предписывалось, помимо исключительных обстоятельств дела, дополнительно принимать во внимание личность виновного. Конкретно в ст. 43 УК 1960 г. указывалось, что "суд, учитывая исключительные обстоятельства дела и личность виновного: может назначить ему наказание ниже низшего предела, предусмотренного законом за данное преступление, или перейти к другому, более мягкому виду наказания". Аналогичная формулировка содержалась и в Основах 1991 г. Статья 43 УК РСФСР 1960 г. была изменена Федеральным законом от 1 июля 1994 г., который внес в статью изменения, дополнив ее указанием на явку с повинной и активное способствование раскрытию преступления.

Несколько иначе решен вопрос в ст. 64 УК РФ 1996 г., в которой говорится: "При наличии исключительных обстоятельств, связанных с целями и мотивами преступления, ролью виновного, его поведением во время или после совершения преступления и других обстоятельств, существенно уменьшающих степень общественной опасности преступления, а равно при активном содействии участника группового преступления раскрытию этого преступления наказание может быть назначено ниже низшего предела, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части настоящего Кодекса, или суд может назначить более мягкий вид наказания, чем предусмотрен этой статьей, или не применить дополнительный вид наказания, предусмотренный в качестве обязательного".

В теории уголовного права длительное время шла дискуссия по поводу понимания природы исключительных обстоятельств, позволяющих суду назначать более мягкое наказание, чем предусмотрено законом за соответствующее преступление. Одни авторы полагали, что исключительными обстоятельствами следует считать особые смягчающие обстоятельства, не включенные в перечень обстоятельств, смягчающих наказание[133]. Другие же считали, что исключительными могут быть признаны обстоятельства, которые входят в законодательный перечень обстоятельств, смягчающих наказание, а также и те, которые не включены в этот перечень, но признаются судами смягчающими наказание[134]. Судебная практика многих последних лет устойчиво поддерживала именно последнюю толчку зрения и, назначая более мягкое наказание, учитывала смягчающие обстоятельства как указанные, так и не указанные в перечне закона. УК 1996 г. пошел по пути конкретизации понятия исключительных обстоятельств, подчеркивая, что эти обстоятельства существенно уменьшают степень общественной опасности деяния. При этом перечень смягчающих обстоятельств в законе является открытым, что дает право суду учитывать и обстоятельства, не входящие в этот перечень, о чем прямо указано в ч. 2 ст. 64 УК. В юридической литературе в процессе разработки различных проблем уголовного права было выдвинуто предложение о том, что "суд, учитывая исключительные обстоятельства дела, может смягчить категорию преступления, тем самым допустить назначение более мягкого наказания"[135]. Данное предложение является необоснованным, поскольку категории преступлений определяет только законодатель, и недопустимо отдавать решение этого вопроса на субъективное усмотрение суда. Совершенно недопустимо по усмотрению суда, а не по критериям закона, изменять категорию преступления на более мягкую, например, с категории тяжкого преступления на категорию средней тяжести или даже небольшой тяжести. Изменение категории преступления по усмотрению суда, а не по правилам закона (если бы они были установлены) может повлечь и злоупотребления, и явные нарушения закона.

Как вытекает из приведенной выше ст. 64 УК, Закон предусматривает три вида смягчения наказания:

- назначение наказания ниже низшего предела, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК;

- назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией соответствующей статьи Особенной части УК;

- неприменение дополнительного вида наказания, предусмотренного санкцией статьи в качестве обязательного.

Назначение наказания ниже низшего предела состоит в том, что наказание назначается того же вида, который определен в санкции статьи, только суд при этом может сократить его ниже минимума санкции. Например, санкция ч. 2 ст. 117 УК (истязание) предусматривает наказание в виде лишения свободы на срок от трех до семи лет. Если за это преступление суд будет назначать наказание ниже низшего предела, то он может его назначить менее трех лет лишения свободы, например, два года или один год лишения свободы, но не ниже шести месяцев лишения свободы. Суд не может смягчить меру наказания ниже минимума, установленного законом для данного вида наказания (ст. 56 УК). Это положение относится ко всем видам наказаний. Если суд придет к выводу о необходимости назначить виновному наказание ниже минимума, установленного для данного вида наказания, то он должен определить другой, более мягкий вид наказания.

При назначении более мягкого наказания суд руководствуется системой наказаний, определенной в ст. 44 УК РФ и построенной от менее строгого к более строгому наказанию. Закон не указывает на ограничение в применении более мягкого наказания, поэтому оно может быть назначено лицу, совершившему в принципе любое по тяжести преступление. Однако очевидно, что чем тяжелее и опаснее преступление, тем обстоятельства для применения более мягкого наказания должны быть более исключительными. При назначении более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией статьи Особенной части УК, суд может назначить другой, более мягкий вид наказания. Например, вместо лишения свободы в приведенном выше примере по ч. 2 ст. 117 УК (истязание) суд может назначить любой из видов наказаний, перечисленных в ст. 44 УК, находящихся по перечню выше лишения свободы. При этом более мягкий вид наказания может быть назначен и в максимальных его размерах, например, исправительные работы до двух лет, поскольку закон по этому вопросу не определяет каких-либо ограничений. Следует иметь в виду, что за многие преступления закон устанавливает в санкциях альтернативные виды наказаний, например, лишение свободы или исправительные работы, или штраф и т.д. В этих случаях нельзя назначать как более мягкое наказание одно из наказаний, альтернативно предусмотренных в санкции, поскольку в статье уже учтена возможность применения одного из перечисленных наказаний. Установив исключительные обстоятельства, суд в подобных ситуациях должен обсудить вопрос о возможности назначения наказания более мягкого, чем предусмотренные в статье, либо применить принцип назначения наказания ниже низшего предела.

Неприменение в качестве смягчения дополнительного вида наказания возможно только по тем составам преступлений, санкции которых предусматривают дополнительное наказание в качестве обязательного, а не в качестве альтернативы его применения. Например, ч. 2 ст. 162 УК (разбой) определяет в санкции наказание в виде лишения свободы с конфискацией имущества, тем самым указывая на обязательное применение дополнительного наказания. В этом случае, при наличии исключительных обстоятельств, суд, смягчая наказание, может не применять конфискацию имущества как дополнительное наказание. Подобное правило неприменимо, например, к назначению наказания по ч. 1 ст. 162 УК, где дополнительное наказание (та же конфискация имущества) указано в альтернативе, применять ее или нет, решает суд с учетом обстоятельств дела. В этом случае суд, применяя правила статьи 64 УК, может лишь либо смягчить наказание, назначив ниже низшего предела, либо назначить более мягкий вид наказания.

Назначение наказания ниже низшего предела, другого более мягкого наказания или неприменение дополнительного наказания обязывает суд указывать в приговоре, какие конкретно обстоятельства, установленные по делу, он признает исключительными и привести мотивы применения более мягкого наказания. Хотя ст. 64 УК РФ не требует, в отличие от ст. 43 УК РСФСР 1960 г., обязательной мотивировки принятого решения о смягчении наказания, тем не менее она представляется необходимой для убедительности назначенного наказания. Кроме этого Пленум Верховного Суда Российской Федерации в своем постановлении от 29 апреля 1996 г. "О судебном приговоре"[136] указал на необходимость мотивировать в приговоре выводы по вопросам назначения подсудимому вида и размера наказания.

Правила назначения более мягкого наказания, чем предусмотрено санкцией за данное преступление, распространяются на все категории преступлений, предусмотренных ст. 15 УК РФ, от небольшой тяжести до особо тяжких. Правовым основанием назначения такого наказания является наличие исключительных обстоятельств, а равно активное содействие участника группового преступления раскрытию этого преступления.

Закон не раскрывает понятие "исключительных обстоятельств", предоставляя суду право в каждом конкретном случае решать этот вопрос с учетом всех обстоятельств дела в совокупности. В то же время ст. 64 УК приводит примерный перечень обстоятельств, какие могут быть отнесены к исключительным. Это цели и мотивы преступления, роль виновного, его поведение во время или после совершения преступления и другие обстоятельства. В то же время это лишь общие указания закона, так как исключительными могут быть признаны и другие обстоятельства, например, смягчающие обстоятельства, характеризующие личность виновного, причем как указанные в законе, так и не указанные. В мотивировочной части приговора при назначении наказания судом должно быть указано, какие конкретно обстоятельства признаны исключительными и по каким основаниям. Судебная практика показывает, что основанием для назначения более мягкого наказания признается, как правило, совокупность смягчающих обстоятельств при отсутствии отягчающих обстоятельств, причем исключительными могут признаваться смягчающие обстоятельства, как предусмотренные законом, так и не предусмотренные в качестве таковых. Однако смягчающим может быть признано и какое-нибудь одно обстоятельство, но которое резко снижает степень общественной опасности совершенного преступления и личности виновного. Например, совершение беременной женщиной в отношении мужа — пьяницы и дебошира преступления, вызванного систематическим насилием последнего в отношении семьи и ее самой.

Все обстоятельства в своей совокупности или в отдельности должны существенно уменьшать как степень опасности преступления, так и самого виновного, что дает объективное основание для снижения назначаемого наказания.

§ 6. Назначение наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении[137]

Статья 123 Конституции Российской Федерации устанавливает, что "В случаях, предусмотренных федеральным законом, судопроизводство осуществляется с участием присяжных заседателей". УПК РСФСР в момент его принятия в октябре 1960 г. не содержал норм о суде присяжных. Законодательное закрепление института суда присяжных появилось значительно позже, он был введен Федеральным законом РФ от 16 июля 1993 г. Производство дел в суде присяжных в настоящее время осуществляется в соответствии с нормами УПК РСФСР. Этому, в частности, посвящен полностью десятый раздел Кодекса, начиная со ст. 420 и заканчивая ст. 466[138].

До введения в действие УК РФ 1996 г. вопрос о назначении наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении решался на основании ст. 460 УПК РСФСР "Последствия признания подсудимого заслуживающим снисхождения или особого снисхождения", из которой следует, что эта норма по существу регулирует вопрос о назначении наказания, т.е. как бы является уголовно-правовой нормой. С января 1997 г.[139] это противоречие устранено. Назначение наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении решается в соответствии со ст. 65 УК РФ[140]. Данная статья предусматривает правила назначения наказания при признании присяжными заседателями лица виновным, но при наличии вердикта заслуживающим снисхождения или особого снисхождения. Если лицо признано присяжными заседателями виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, то срок и размер наказания этому лицу не может превышать двух третей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. При этом следует иметь в виду, что смягчение наказания допускается в отношении тех их видов, которые имеют срок и размер, чего нельзя сказать, например, в отношении такого наказания, как лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград. Это же положение распространяется и на другое такое дополнительное наказание, как конфискация имущества, поскольку оно, как и лишение званий и наград, не имеет размеров и сроков, а ст. 65 УК не устанавливает каких-либо правил по применению этих наказаний при вердикте присяжных заседателей о снисхождении.

Кроме этого, если соответствующая статья УК РФ предусматривает смертную казнь или пожизненное лишение свободы, то при вердикте "заслуживает снисхождения" эти виды наказаний применяться не могут. Так, лицу, признанному виновным по любому пункту ч. 2 ст. 105 УК (или нескольким пунктам данной статьи) и заслуживающему, по мнению присяжных, снисхождения, может быть назначено наказание не более тринадцати лет и четырех месяцев лишения свободы, т.е. две третьих от двадцати лет. Если за преступления предусмотрены альтернативные наказания и вердиктом присяжных заседателей признано, что виновный заслуживает снисхождения, судья в силу ч. 1 ст. 65 УК вправе назначить менее строгий вид наказания в пределах сроков и размеров, указанных в соответствующей статье Особенной части УК РФ, либо применить наиболее строгий его вид, но не превышая двух третей максимального срока или размера такого наказания.

В тех случаях, когда лицо признано присяжными заседателями виновным в совершении преступления, но заслуживающим особого снисхождения, наказание ему назначается по правилам о назначении наказания при исключительных обстоятельствах — более мягкого наказания, чем предусмотрено за совершение данного преступления в соответствии со ст. 64 УК (см. § 5 данной главы).

При назначении наказания лицу, признанному присяжными заседателями виновным в совершении преступления, но заслуживающим снисхождения, учитываются смягчающие и отягчающие обстоятельства согласно ст. 61, 63 УК. В случаях же, когда лицо признается присяжными заседателями виновным, но заслуживающим особого снисхождения, учитываются только смягчающие обстоятельства в соответствии со ст. 61 УК, так как вынесение такого вердикта возможно лишь при отсутствии отягчающих обстоятельств.

При назначении наказания по совокупности преступлений оно назначается по правилам, предусмотренным ст. 69 УК, но, с учетом положений, указанных в ч. 1 и 2 ст. 65 УК. При этом вердикт "заслуживает снисхождения" или "заслуживает особого снисхождения" может быть учтен при назначении наказания за каждое преступление, входящее в совокупность, или за одно из них. Окончательное же наказание в виде лишения свободы при частичном или полном сложении может достигать двадцати пяти лет, согласно ч. 3 ст. 69 УК РФ, т.е. наказание определяется в пределах общей совокупности, поскольку ст. 65 УК не предусматривает снижения наказания, определенного за несколько преступлений.

При назначении дополнительного наказания, предусмотренного санкцией соответствующей статьи Особенной части УК, судья должен учитывать решение присяжных заседателей о снисхождении или особом снисхождении к лицу, признанному ими виновным в совершении преступления. При этом, если отдельные виды наказаний могут назначаться в качестве дополнительных с указанием срока или размера (например, штраф, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью), то при вердикте присяжных заседателей о снисхождении размер или срок дополнительного наказания не может превышать двух третей максимальной величины при условии, если в санкции статьи Особенной части УК предусмотрено обязательное его применение, а при вердикте об особом снисхождении — вправе не применять такое дополнительное наказание. Практика в суде присяжных в Российской Федерации весьма незначительная, отсчитывает свое начало, как указано выше, с 1993 г., более того, далеко не все субъекты Федерации в своих регионах ввели такие суды. Законодательство же и судебная практика различных государств знают устный и письменный вердикт, причем они могут быть в форме ответов на вопросы суда или в форме согласия с обвинительным актом либо его отклонения. В судебной практике США различают общий вердикт по вопросу о виновности и специальный вердикт по вопросу о доказанности определенных фактов, вывод из которых делают постоянные судьи. На основе вердикта суд выносит решение о наказании.

§ 7. Назначение наказания за неоконченное преступление

Уголовный кодекс 1996 г. содержит новую норму, содержащую правило обязательного смягчения наказания за всякое неоконченное преступление. Прежнее уголовное законодательство (ст. 15 УК 1960 г.) содержало только самые общие рекомендации об индивидуализации наказания за неоконченное преступление, указывая, что наказание за приготовление к преступлению и за покушение на преступление назначается по статьям Особенной части Кодекса, с учетом характера и степени общественной опасности действий, степени осуществления преступного намерения и причин, в силу которых преступление не было доведено до конца. Материалы судебной практики также свидетельствуют о том, что при покушении и тем более приготовлении суды, как правило, не назначали максимальное наказание, предусмотренное санкцией соответствующей статьи. Однако Верховный Суд в определениях по конкретным делам отмечал, что суд имеет право определить за покушение максимальное наказание, предусмотренное статьей, подчеркивая при этом, что отказ от назначения максимального наказания за покушение является правом, но не обязанностью суда[141].

Исторически уголовное законодательство советского периода закрепляло положение о смягчении наказания за неоконченную преступную деятельность, но при этом законодательные рекомендации всегда оставались общими, не формализованными. Решение вопроса отдавалось, как правило, на судебное усмотрение. Так, Руководящие начала РСФСР 1919 г. отмечали, что "стадия осуществления преступного намерения сама по себе не влияет на меру репрессии, которая определяется степенью опасности преступления"[142].

Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. в ст. 26 предписывал при назначении наказания и при определении его конкретной меры за неоконченное преступление учитывать "отсутствие или незначительность вредных последствий покушения", а ст. 19 УК РСФСР 1926 г. указывала, что при назначении наказания за неоконченное преступление судам следует учитывать "степень опасности лица, совершившего покушение или приготовление, подготовленность преступления и близость наступления его последствий, а также причины, в силу которых преступление не было доведено до конца".

Многолетняя судебная практика показала, что наказание за неоконченное преступление, как правило, определялось менее строго, чем за аналогичное оконченное преступление. Учитывая это, потребовалось совершенно по-новому решать вопросы назначения наказания за неоконченное преступление — покушение и приготовление. Кроме этого, учитывая опять же судебную практику и опыт законодательства других стран, уголовная ответственность (а стало быть, и наказание), согласно ст. 30 УК РФ 1996 г., наступает за приготовление не ко всем преступлениям, а только — к тяжким и особо тяжким.

Неоконченное преступление имеет две стадии: приготовление и покушение, они различаются между собой как по фактической стороне, так и по тяжести содеянного. В связи с отсутствием общественно опасных последствий эти действия признаются менее опасными, чем оконченное преступление. Поэтому законодатель дифференцированно подходит к назначению наказания за неоконченное преступление, разделяя при этом приготовление и покушение, и вводит формализованные пределы назначения наказания за них.

Прежде всего, согласно ч. 1 ст. 66 УК, при назначении наказания за неоконченное преступление учитываются обстоятельства, в силу которых преступление не было доведено до конца. Понятие неоконченной преступной деятельности (приготовления и покушения), а также их отличие от добровольного отказа подробно изложены в главе "Неоконченное преступление" (т. 1 настоящего издания), в данном же разделе эти понятия рассматриваются лишь применительно к назначению наказания за их совершение.

Приготовление к преступлению считается менее опасным действием. Поэтому закон предусматривает и более мягкое наказание по сравнению с наказанием за покушение и за оконченное преступление. Срок или размер наказания за приготовление к преступлению не может превышать половины максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей УК за оконченное преступление.

Покушение на преступление — более опасный, чем приготовление, вид неоконченного преступления, но менее опасный, чем оконченное преступление. Поэтому срок и размер наказания за покушение установлен несколько больший, чем за приготовление, но ниже, чем за оконченное преступление. Так, согласно ч. 3 ст. 66 УК РФ срок или размер наказания за покушение на преступление не может превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей Особенной части УК за оконченное преступление. При этом, в отличие от приготовления к преступлению, уголовная ответственность за покушение наступает независимо от категории совершенных преступлений.

Часть 4 ст. 66 УК запрещает применение смертной казни и пожизненного лишения свободы за приготовление к преступлению и за покушение на преступление, за которые такие санкции установлены применительно к оконченному преступлению. Этим самым законом закрепляется сложившаяся в последние годы судебная практика отказа от применения смертной казни за неоконченное преступление, хотя УК РСФСР не запрещал применение смертной казни за совершение неоконченного преступления.

§ 8. Назначение наказания за преступление, совершенное в соучастии

В ранее действовавшем уголовном законодательстве (УК 1960 г.) по вопросу назначения наказания за преступление, совершенное в соучастии, содержалось лишь общее указание на необходимость учитывать степень и характер участия каждого из соучастников в совершении преступления (ст. 17). Воспринимая в целом это указание, УК РФ 1996 г. требует конкретизации в подходе к назначению наказания соучастникам преступления. Так, ч. 1 ст. 67 УК РФ указывает, что при назначении наказания за преступление, совершенное в соучастии, учитываются: а) характер и степень фактического участия лица в совершении преступления; б) значение этого участия для достижения цели преступления; в) его влияние на характер и размер причиненного или возможного вреда.

В сложившейся в последние годы судебной практике все соучастники преступления признавались ответственными за совершенное преступление в равном объеме. Теперь же, как указано выше, закон изменил подход к назначению наказания соучастникам преступления, требуя индивидуального наказания каждому участнику группового преступления. Суд в соответствии с законом обязан учитывать роль каждого соучастника в совершении преступления, определить, являлся ли он организатором или руководителем преступления, подстрекателем, пособником или исполнителем и дать оценку роли каждого. Кроме этого суд учитывает степень активности фактического участия лица в совершении преступления, его вклад в осуществление и завершение этого преступления. Стало быть, вне зависимости от того, избирается ли наказание соучастникам в одинаковых или разных пределах санкции статьи Особенной части УК, оно в любом случае должно основываться на индивидуальном подходе к каждому из них. С учетом того, что каждый из соучастников выполняет определенную роль в совершении преступления, суд, назначая наказание, должен разграничить степень и характер общественной опасности содеянного каждым из них, определить значение его действий для достижения преступных целей, а также влияние роли и действий конкретного соучастника на характер и размер причиненного или возможного вреда. Из этого следует, что участие нескольких лиц в совершении единого преступления не исключает не только возможности разной квалификации содеянного каждым из них, но и определения совершенно разного наказания, как по размеру, так и по виду. Судебная практика показывает, что более строго наказываются исполнители и организаторы преступления. Роль же подстрекателей и пособников, по общему правилу, определяется как менее опасная, поскольку они не принимают непосредственного участия в самом преступлении, отсюда и наказание им может быть назначено более мягкое, чем исполнителю и организатору. Кроме этого, согласно ч. 2 ст. 67 УК, суд при назначении наказания обязан учесть смягчающие и отягчающие обстоятельства только тому соучастнику, к которому они непосредственно относятся. Например, лицо несовершеннолетнее или имеющее на иждивении малолетних детей, положительно характеризуется по месту жительства, учебы, работы, чистосердечно раскаялось, либо проявило при совершении преступления особую жестокость, или было ранее неоднократно судимо. Эти обстоятельства свидетельствуют о большей или меньшей степени общественной опасности личности, но не сказываются на уровне общественной опасности преступления, в том числе и совершенного совместно несколькими лицами[143]. Данные обстоятельства, связанные с личностью отдельного соучастника (как смягчающие, так и отягчающие), не могут быть судом оставлены без внимания и должны учитываться при назначении наказания только этому лицу, но не остальным соучастникам.

Таким образом, назначение наказания лицам, совершившим преступление в соучастии (причем в любой его форме), базируется на принципе индивидуализации ответственности и позволяет за одно и то же преступление избрать каждому из них как одинаковое, так и разное наказание, но оно всегда должно основываться на индивидуальном подходе.

Специальным вопросом ответственности соучастников является эксцесс исполнителя (ст. 36), понятие которого дано в главе "Соучастие в преступлении"[144]. Ответственность, а стало быть, и наказание за эксцесс (уклонение, отступление) несет только исполнитель, поскольку он выполнил действия, которые не охватывались умыслом остальных соучастников, а остальные же соучастники несут ответственность только за действия, которые изначально совместно ими планировались и охватывались их умыслом. Например, группа соучастников проникает в квартиру для совершения кражи, они расходятся по комнатам и похищают имущество. Один же из участников перед уходом из квартиры замечает в одной из комнат сидящего человека и убивает его с целью сокрытия кражи. Действия этого лица будут квалифицированы по п. "а" и "в" ч. 2 ст. 158 и п. "к" ч. 2 ст. 105 УК, и наказание будет определено в пределах санкций указанных статей по совокупности преступлений. Наказание же остальным соучастникам будет определено только по п. "а" и "в" ч. 2 ст. 158 УК.

Совершение преступления в соучастии повышает общественную опасность посягательства, поэтому закон (ч. 7 ст. 35 УК) предусматривает назначение более строгого наказания, если преступление совершено группой лиц, группой лиц по предварительному сговору, организованной группой или преступным сообществом (преступной организацией).

§ 9. Назначение наказания при рецидиве преступлений

Впервые в уголовное законодательство России введена норма, которая устанавливает общие принципы назначения наказания при рецидиве преступлений. УК РФ 1996 г. определяет три вида рецидива преступлений: рецидив, опасный рецидив и особо опасный рецидив. Подробное понятие рецидива и его разновидностей дано в ст. 18 УК и рассматривается в главе "Множественность преступлений"[145]. Правила назначения наказания при рецидиве в ст. 18 УК конкретно не определяются, в ней лишь говорится: "Рецидив преступлений влечет более строгое наказание на основании и в пределах, предусмотренных настоящим Кодексом". Статья 66 УК устанавливает и раскрывает эти основания и пределы. Часть 1 указанной статьи дает перечень обстоятельств, которые учитываются при назначении наказания при рецидиве преступлений. К ним отнесены: число, характер и степень общественной опасности ранее совершенных преступлений; обстоятельства, в силу которых исправительное воздействие предыдущего наказания оказалось недостаточным, а также характер и степень общественной опасности вновь совершенных преступлений. Эти требования закона дают возможность индивидуализировать наказание с учетом всех данных о совершенном преступлении и о личности виновного рецидивиста.

Уголовный кодекс ввел формализованные пределы, которые обязан соблюдать суд, назначая наказание при каждом из видов рецидива. При этом, чем опаснее рецидив, тем выше минимальный срок назначаемого лицу наказания. Так, срок наказания при рецидиве преступлений не может быть ниже половины максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление; при опасном рецидиве преступлений — не менее двух третей; при особо опасном рецидиве преступлений — не менее трех четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление. Если лицо осуждается за несколько преступлений одновременно, то окончательное наказание по совокупности преступлений назначается по правилам, предусмотренным ст. 69 УК. Однако оно не может быть ниже пределов, которые установлены ч. 2 ст. 68 УК для каждого вида рецидива. В то же время, несмотря на установленные в ч. 2 ст. 68 УК формализованные правила назначения наказания при любом виде рецидива, в судебной практике допускаются ошибки. Так, по приговору суда Князев осужден по п. "н" ч. 2 ст. 105 УК РФ к девяти годам лишения свободы в исправительной колонии особого режима; вместе с тем в соответствии со ст. 68 УК в связи с особо опасным рецидивом преступлений срок назначенного Князеву наказания не может быть ниже трех четвертей максимального срока, предусмотренного за совершенное преступление, т.е. менее пятнадцати лет. Таким образом, указанные требования закона судом первой инстанции не были выполнены. Президиум Верховного Суда РФ, рассмотрев дело по протесту Генерального прокурора РФ, отменил состоявшиеся решения, указав на допущенную ошибку, и направил дело на новое судебное рассмотрение[146]. Рецидив не может быть установлен, если второй приговор постановляется за преступление, совершенное до вынесения приговора по первому делу. В связи с этим и наказание по правилам, установленным ч. 2 ст. 68 УК, назначаться не должно. Из установленных правил назначения наказания при любом виде рецидива закон содержит два исключения, когда они применяться не могут. Первое: если судимость лица является квалифицирующим признаком совершенного преступления, например, ч. 2 ст. 123, п. "в" ч. 3 ст. 158, п. "в" ч. 3 ст. 159 УК и т.д., в этих и других подобных случаях законодатель считает ненужным повторно учитывать факт рецидива. Законодатель исходит из того, что факт рецидива уже учтен при конструировании санкции статьи. Например, ч. 2 ст. 123 УК предусматривает ответственность за незаконное производство аборта лицом, ранее судимым за это преступление. Санкция здесь значительно выше, чем в части первой, где предусмотрено наказание за незаконное производство аборта без данного квалифицирующего признака. В этом случае наказание может быть назначено как в пределах минимального срока при установлении рецидива, опасного рецидива или особо опасного рецидива, так и в меньшем размере, если суд сочтет возможным это сделать.

Второе — если судом установлены исключительные обстоятельства, предусмотренные законом (ст. 64 УК), позволяющие назначать более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление. Данная статья дает суду право выйти за низшие пределы санкции статьи Особенной части УК. Установленные в ч. 2 ст. 68 УК формализованные правила назначения наказания при любом виде рецидива в принципе исключают применение ст. 64 УК. Однако законодатель, установив такие правила, в то же время предоставляет суду право назначить наказание при любом рецидиве с учетом исключительных обстоятельств, определив более мягкое наказание, чем предусмотрено санкцией статьи за совершенное преступление или ниже низшего предела либо не применять дополнительное наказание. Отказать в применении ст. 64 УК было бы равнозначно признанию, что при рецидиве, опасном рецидиве, особо опасном рецидиве не может быть исключительных обстоятельств. Законодатель считает это неправильным и дает суду право учитывать исключительные обстоятельства дела даже тогда, когда преступление совершено при рецидиве (в любой форме), позволяя в исключительных случаях назначать более мягкое наказание, чем предусмотрено за данное преступление.

§ 10. Назначение наказания по совокупности преступлений

В судебной практике достаточно распространены случаи, когда лицо совершило несколько преступлений, предусмотренных различными нормами уголовного закона, и ни за одно из них оно ранее не было осуждено. Кроме этого возможны и иные случаи, когда после вынесения приговора по делу устанавливается, что осужденный виновен еще в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора за первое преступление. Такие случаи образуют совокупность преступлений.

Совершение лицом нескольких преступлений свидетельствует о повышенной общественной опасности этого лица и о необходимости назначения ему более сурового наказания, чем лицу, совершившему одно преступление. Закон в этих случаях устанавливает особый порядок назначения наказания по совокупности преступлений.

Под совокупностью преступлений понимается совершение двух или более преступлений, предусмотренных различными статьями или различными частями одной статьи УК, ни за одно из которых лицо не было осуждено (ст. 17 УК РФ)[147]. При этом не учитываются преступления, за которые лицо было освобождено от уголовной ответственности в соответствии со ст. 75-78 УК РФ или в силу акта амнистии (ст. 84 УК РФ) либо помилования (ст. 85 УК).

В совокупность не могут также входить преступления, в которых содержатся несколько квалифицирующих признаков, предусмотренных различными частями одной и той же статьи УК. Например, лицо совершило одновременно грабеж в крупном размере и с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья — по признакам ч. 2 и 3 ст. 161 УК. В таких случаях действия виновного лица должны квалифицироваться как одно преступление по той части статьи, которая предусматривает более строгое наказание; в указанном примере — по ч. 3 ст. 161 УК. Однако когда одно и то же лицо в разное время совершает эти действия, то они образуют совокупность преступлений: "Каждое отдельно совершенное действие должно подлежать самостоятельной квалификации, а наказание должно определяться отдельно за каждое преступление по санкциям соответствующих статей и окончательно наказание назначается по совокупности преступлений". Например, в указанном выше случае лицо в одно время совершило грабеж с применением насилия, не опасного для жизни или здоровья (п. "г" ч. 2 ст. 161 УК), а в другое время (через несколько дней, месяцев и т.д.) — грабеж в крупном размере (п. "б" ч. 3 ст. 161 УК). Налицо совокупность двух преступлений. И наказание должно быть назначено по правилам ст. 69 УК РФ. Такого же рода случай образует реальную совокупность. Таким образом, правила назначения наказания, предусмотренные ст. 69 УК, применяются как в случаях квалификации содеянного по различным статьям Особенной части УК, так и по отдельным частям или пунктам одной статьи УК, когда такие части или пункты предусматривают самостоятельные составы преступлений и имеют свои санкции. По тем же правилам назначается наказание в случаях совершения лицом действий, из которых одни квалифицированы как оконченное преступление, а другие — как приготовление, покушение или соучастие в таком же преступлении.

Как вытекает из ч. 1 ст. 69 УК, при совокупности преступлений наказание назначается отдельно за каждое преступление. Определение наказания отдельно за каждое совершенное преступление имеет важное значение. Это положение позволяет правильно разрешить дело в кассационной или надзорной инстанции в случае изменения приговора по одному из совершенных преступлений. Раздельное назначение наказания имеет также значение для правильного применения амнистии в случаях, когда одни преступления, входящие в совокупность, подпадают под действие амнистии, а к другим преступлениям она не применяется; либо за одни преступления наказание по амнистии снимается полностью, а за другие только сокращается срок.

Суд, определяя наказание за каждое из преступлений, руководствуется общими началами назначения наказания, учитывает не только характер и степень общественной опасности совершенных преступлений, но и личность виновного и обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, и иные обстоятельства дела. Такой подход к определению наказания обусловливается тем, что личность человека, совершившего несколько преступлений, более общественно опасна, чем личность человека, совершившего одно преступление. При этом суд, определяя наказание за второе и последующие преступления, обязан учесть их в качестве отягчающего обстоятельства в соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ. Назначив наказание за каждое преступление в отдельности, суд определяет окончательное наказание за всю совокупность преступлений.

Уголовным кодексом 1996 г. предусмотрены те же принципы назначения наказания по совокупности преступлений, что было и в УК РСФСР — принцип поглощения и принцип полного и частичного сложения наказаний. Однако основания применения этих принципов существенно отличаются от прежних. Критериями применения того или иного принципа является категория преступлений. Так, если в совокупность входят преступления только небольшой тяжести, то окончательное наказание назначается путем поглощения менее строгого наказания более строгим либо путем частичного или полного сложения наказаний. При этом окончательное наказание не может превышать максимального срока или размера наказания, предусмотренного за наиболее тяжкое из совершенных преступлений. Закон не содержит рекомендаций относительно того, в каких случаях при назначении наказания по совокупности преступлений следует пользоваться принципом поглощения либо сложения. Этот вопрос суды решают исходя из обстоятельств каждого конкретного дела. Однако судебная практика показывает, что принцип поглощения суды чаще используют, когда имеется большая разница в степени общественной опасности совершенных преступлений, поскольку это означает такую же разницу в наказуемости этих преступлений.

Иной порядок назначения наказания определяется при совокупности преступлений средней тяжести, тяжких и особо тяжких преступлений. Если хотя бы одно из преступлений, совершенных по совокупности, является преступлением средней тяжести, тяжким или особо тяжким, окончательное наказание за их совершение определяется путем частичного или полного сложения наказаний. При этом окончательное наказание в виде лишения свободы не может быть более двадцати пяти лет. В судебной практике нередко встречаются случаи, когда в совокупность входят преступления, например, небольшой тяжести и средней тяжести, или небольшой тяжести и тяжкое. В таких случаях вопрос о принципах назначения наказания законом не отрегулирован, т.е. налицо — пробел в законе. Судебная практика пошла по пути старого законодательства, применяя либо принцип поглощения, например, наказание за преступление средней тяжести поглощает наказание, назначенное за преступление небольшой тяжести, либо принцип частичного или полного сложения наказаний.

При осуждении лица за совершение нескольких преступлений к основному наказанию суд может присоединить дополнительные виды наказаний, назначенные за преступления, в совершении которых лицо было признано виновным при условии, если они предусмотрены законом. Как и основное наказание, дополнительное должно быть назначено отдельно за каждое преступление, а затем окончательно по совокупности преступлений. Если дополнительное наказание не было назначено ни за одно из преступлений, входящих в совокупность, то оно не может быть назначено и по совокупности в окончательном варианте. В случаях, когда один и тот же вид дополнительного наказания назначается отдельно за два и более преступлений, окончательный его срок или размер при частичном или полном сложении не может превышать максимального срока или размера, предусмотренного для данного вида наказания Общей частью УК. При назначении за преступления, входящие в совокупность разнородных дополнительных наказаний, например, по одному — конфискация имущества, по другому — лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, каждое из них присоединяется отдельно к основному наказанию и исполняется самостоятельно. В практике нередко встречаются дела, по которым за преступления, входящие в совокупность, назначаются разнородные наказания. Сложение разнородных наказаний (например, лишение свободы и исправительные работы) не противоречит требованиям закона. В таких случаях суды должны руководствоваться правилами, предусмотренными ст. 71 УК РФ, согласно которым одному дню лишения свободы соответствуют три дня исправительных работ и т.д. (ст. 71 УК).

Такие же правила назначения наказания устанавливает закон (ч. 5 ст. 69 УК) и в случаях, если после вынесения судом приговора по делу будет установлено, что осужденный виновен еще и в другом преступлении, совершенном им до вынесения приговора суда по первому делу. В этом случае в окончательное наказание засчитывается наказание, отбытое по первому приговору суда. Например, виновный был осужден за изнасилование к четырем годам лишения свободы. После отбывания им двух лет было обнаружено, что до изнасилования виновный совершил хулиганство, связанное с сопротивлением представителю власти. Суд, осудив преступника за хулиганство к трем годам лишения свободы, применяет принцип полного сложения и определяет окончательную меру наказания в семь лет лишения свободы. В это наказание суд засчитывает два года лишения свободы, отбытые по первому приговору, и осужденному к отбытию остается пять лет лишения свободы.

§ 11. Назначение наказания по совокупности приговоров

Назначение наказания по совокупности приговоров применяется в случаях, когда осужденный после вынесения приговора по делу, но до полного отбывания наказания по нему, совершил новое преступление. Это свидетельствует о повышенной опасности виновного, допустившего рецидив совершения нового преступления, а также о том, что мера наказания за первое преступление была определена недостаточной для предупреждения совершения со стороны виновного нового преступления. Указанные обстоятельства и вызывают необходимость более сурового подхода к виновному при назначении наказания за новое преступление по сравнению с назначением наказания по совокупности преступлений.

Правила назначения наказания по совокупности приговоров существенно отличаются от правил назначения наказания по совокупности преступлений. Прежде всего при назначении наказания по нескольким приговорам принцип поглощения менее строгого наказания более строгим не может быть применен. В соответствии с законом (ст. 70 УК) при назначении наказания по совокупности приговоров может быть применен только принцип частичного или полного сложения наказаний. При этом следует отметить еще одну отличительную деталь, если при совокупности преступлений могут быть частично или полностью сложены все наказания, назначенные за отдельные преступления, то при совокупности приговоров — несколько иной подход. Так, назначив наказание за вновь совершенное преступление, суд частично или полностью присоединяет неотбытую часть наказания по предыдущему приговору. Однако, как свидетельствует судебная практика, не всегда удается избежать принципа поглощения при назначении наказания по правилам о совокупности приговоров. Такое может быть в случаях, когда за вновь совершенное преступление назначается максимальное наказание, предусмотренное санкцией статьи за это преступление. Так, например, за вновь совершенное преступление назначено пожизненное лишение свободы, а по первому приговору не отбыто определенное количество лет лишения свободы (например, три, пять, семь и т.д.). В этом (и подобных случаях) суд вынужден фактически применять принцип поглощения, поскольку пожизненное лишение свободы поглощает неотбытое наказание по первому приговору. Присоединение неотбытого наказания в подобных случаях, даже в какой-либо его части, невозможно. Именно в таких ситуациях вынужденно приходится прибегать к поглощению наказания, не отбытого по первому приговору.

Правила сложения наказаний по совокупности приговоров применяются независимо от того, отбывало ли лицо фактически наказание по первому приговору, уклонялось ли от него, осуждено условно или условно-досрочно освобождено от отбывания дальнейшего наказания. Важно то, что лицо в эти периоды совершило новое преступление, и к наказанию, назначенному за него частично или полностью, присоединяют неотбытое наказание по предыдущему приговору.

В связи с этим возникает вопрос, что считать неотбытым наказанием. В соответствии с законом неотбытым наказанием следует считать:

а) весь срок условного наказания, назначенного предыдущим приговором (ст. 73 УК);

б) срок отсрочки отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82 УК);

в) весь неотбытый срок наказания лицом, находящимся в заключении;

г) срок наказания, от дальнейшего отбывания которого лицо было условно-досрочно освобождено.

Срок наказания по нескольким приговорам исчисляется с момента вынесения приговора за последнее преступление[148].

Назначение наказания по совокупности приговоров ограничено указанными в законе пределами. Так, при сложении наказания по совокупности приговоров в виде лишения свободы окончательное наказание не может превышать тридцати лет. Например, гражданин Б. отбывал наказание сроком в десять лет в ИК общего режима за бандитизм (ч. 2 ст. 209 УК). Через два года после поступления в колонию он совершил побег с применением насилия. Во время пребывания на свободе с целью приобрести документы, одежду и деньги с ножом напал на Ф., причинив ему тяжкий вред здоровью, отобрал сумку с деньгами, снял одежду и с похищенным скрылся. Скрываясь от правоохранительных органов, Б. в одном из населенных пунктов совершил изнасилование с угрозой убийством. Через четыре месяца Б. был задержан и осужден по п. "б" ч. 2 ст. 313 УК (побег) к пяти годам лишения свободы, по п. "б", "г" ч. 2 ст. 162 УК (разбой) — к семи годам лишения свободы, по п. "в" ч. 3 ст. 162 УК — к восьми, по п. "в" ч. 2 ст. 131 УК (изнасилование) — к шести, окончательное наказание за совершенные преступления в соответствии с ч. 3 ст. 69 по совокупности преступлений путем частичного сложения Б. назначено в виде 25 лет лишения свободы. К этому сроку наказания суд частично присоединил неотбытую часть (8 лет лишения свободы) по первому приговору — пять лет и окончательно к отбыванию в соответствии со ст. 70 УК РФ определил тридцать лет лишения свободы[149]. Суд может в такой ситуации определить и меньший срок лишения свободы, но не больше тридцати лет. В случаях, если наказание менее строгое, чем лишение свободы, то окончательное наказание по совокупности приговоров не может превышать максимального срока или размера, предусмотренного УК для данного вида наказания. В то же время при назначении наказания сохраняется правило, при котором окончательное основное наказание по совокупности приговоров должно быть больше как наказания, назначенного за вновь совершенное преступление, так и неотбытой части наказания по предыдущему приговору (ч. 4 ст. 70 УК). Например, неотбытое наказание составляет 2 года лишения свободы, по новому приговору за вновь совершенное преступление назначено 3 года лишения свободы. Исходя из требований ч. 4 ст. 70 УК окончательное наказание по совокупности приговоров должно быть назначено больше трех лет лишения свободы (например, три года и шесть месяцев, четыре года, четыре года и шесть месяцев, пять лет).

Закон предусматривает порядок сложения дополнительных наказаний, назначаемых по совокупности приговоров, оно производится по правилам, предусмотренным ч. 4 ст. 69 УК. Неотбытое по предыдущему приговору дополнительное наказание полностью или частично присоединяется к такому же наказанию, назначенному по новому приговору. Окончательное дополнительное наказание определяется в пределах срока, установленного для данного вида дополнительного наказания. Дополнительные наказания разных видов исполняются самостоятельно.

§ 12. Порядок определения сроков наказаний при сложении наказаний

При применении принципа частичного или полного сложения наказаний нередко возникает необходимость сложения разных наказаний. Порядок определения сроков при сложении различных видов наказаний впервые определен в специальной отдельной норме (ст. 71 УК), которая устанавливает правило частичного и полного сложения различных наказаний. Принцип поглощения менее строгого наказания более строгим при совокупности преступлений не представляет большой сложности, в связи с чем ст. 71 УК оставляет этот вопрос без внимания. Более детально закон регулирует вопросы полного и частичного сложения разных наказаний при совокупности преступлений и совокупности приговоров. Уголовным кодексом предусмотрены виды наказаний, которые при определенном сочетании не могут быть присоединены друг к другу либо заменены одни другими. Из смысла ст. 71 УК вытекает, что во всех случаях сложения наказаний необходимо менее строгий вид наказания переводить в более строгий (например, исправительные работы — в лишение свободы, ограничение свободы), а не наоборот, чтобы сложение наказаний не приводило в итоге к его смягчению. Так, при частичном или полном сложении наказаний по совокупности преступлений и совокупности приговоров одному дню лишения свободы соответствуют один день ареста или один день содержания в дисциплинарной воинской части. Например, за совершение хулиганства (ч. 1 ст. 213 УК) лицу было назначено наказание в виде четырех месяцев ареста, а за умышленное причинение средней тяжести вреда здоровью (ч. 1 ст. 112 УК) — в виде двух лет лишения свободы. При совокупности преступлений путем полного сложения наказаний окончательно осужденному может быть назначено два года и четыре месяца лишения свободы.

При сложении наказания в виде лишения свободы и ограничения свободы, исправительных работ, ограничения по военной службе, обязательных работ — одному дню лишения свободы соответствуют:

- два дня ограничения свободы;

- три дня исправительных работ или ограничения по военной службе;

- восемь часов обязательных работ.

Основные виды наказаний, правила сложения которых не предусмотрены в законе, не складываются, а исполняются самостоятельно. Так, наказание в виде штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, а также конфискация имущества при сложении их с лишением свободы, арестом, содержанием в дисциплинарной воинской части, исправительными работами, ограничением по военной службе, ограничением свободы, обязательными работами приводятся в исполнение самостоятельно.

Исходя из смысла закона сложению подлежат только однородные дополнительные наказания. Неотбытое по предыдущему приговору дополнительное наказание частично или полностью присоединяется в качестве такового к окончательному основному наказанию либо частично или полностью складывается с назначенным по новому приговору дополнительным наказанием того же вида в пределах срока, установленного для данного вида дополнительного наказания. Дополнительные наказания превращаться в основные не могут.

В судебной практике имеют место случаи, когда лицом совершается новое преступление при отбытии им основного наказания по предыдущему приговору, но при частично неотбытом дополнительном наказании. В этих случаях к вновь назначенному наказанию присоединяется только неотбытая часть дополнительного наказания[150].

Дополнительные же наказания разных видов исполняются самостоятельно. Например, если осужденному в качестве дополнительного наказания по первому приговору была определена конфискация имущества, а дополнительным наказанием по второму приговору он был лишен права заниматься определенной деятельностью, то эти наказания присоединяются к окончательному основному наказанию, назначенному по совокупности и исполняются самостоятельно.

Порядок определения сроков наказания при сложении наказаний следует отличать от замены этих же видов наказаний другими наказаниями при злостном уклонении от их отбывания осужденными. Несмотря на кажущуюся схожесть порядка сложения наказаний и их замены — это совершенно разные основания. Соответствие лишению свободы ареста, содержания в дисциплинарной воинской части, ограничения свободы, исправительных работ, ограничения по военной службе и обязательных работ — производится в порядке назначения наказания в стадии вынесения приговора. Замена же штрафа (ч. 5 ст. 46 УК), обязательных работ (ч. 3 ст. 49 УК), исправительных работ (ч. 3 ст. 50 УК), ограничения свободы (ч. 3 и 4 ст. 53 УК) другими видами наказаний производится в случаях злостного уклонения осужденного от отбывания этих наказаний в процессе исполнения приговора.

§ 13. Исчисление сроков наказаний и зачет наказания

При сложении наказаний, при замене наказаний, а также при зачете наказаний важным является вопрос об исчислении сроков наказаний. Исчисление сроков наказаний имеет большое значение и для судебной практики, обеспечивая единый подход к назначению различных видов наказаний в указанных выше случаях. Все виды наказаний, перечисленные в ст. 44 УК, имеют свое количественное исчисление, каждый из них определяется конкретным сроком или размером. Уголовный кодекс в ст. 72 указывает, что сроки лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, исправительных работ, ограничения по военной службе, ограничения свободы, ареста, содержания в дисциплинарной воинской части, лишения свободы исчисляются в месяцах и годах, а сроки обязательных работ исчисляются в часах. Это правило относится только к назначению наказания за совершенное преступление и означает, что срок этих наказаний не может быть назначен на часть месяца, на несколько дней. В этих случаях суд имеет право назначить наказание только как целыми годами, так и годами с месяцами. Например, два года, три года и шесть месяцев и т.д. При относительно определенной санкции, где, например, исправительные работы определены на срок от двух месяцев до одного года, наказание может быть назначено только в виде целых месяцев (три, пять, восемь и так далее месяцев исправительных работ), но не шесть с половиной месяцев и т.д.

Срок обязательных работ, как указано в законе, исчисляется в часах. Отбывание этого наказания иначе как в часах невозможно, поскольку согласно ст. 49 УК отбывание этого наказания строго регламентировано и установлено к отбыванию по несколько часов в день (не свыше четырех).

При замене наказания в случае злостного уклонения от его отбывания, при сложении наказаний, а также при зачете наказания сроки указанных выше наказаний могут исчисляться в днях. Часть 3 ст. 72 УК устанавливает, что время содержания лица под стражей до судебного разбирательства засчитывается в срок отбывания наказания:

- при назначении лицу наказания в виде лишения свободы, содержания в дисциплинарной воинской части и ареста — срок содержания под стражей засчитывается из расчета один день за один день;

- при назначении наказания в виде ограничения свободы — один день содержания под стражей за два дня ограничения свободы;

- при назначении исправительных работ и ограничений по военной службе — один день содержания под стражей за три дня исправительных работ или ограничения по военной службе;

- при назначении обязательных работ — один день содержания под стражей засчитывается за восемь часов обязательных работ.

В срок отбывания наказания засчитывается все время содержания лица под стражей:

- время задержания в качестве подозреваемого в преступлении в соответствии со ст. 122 УПК РСФСР;

- время нахождения под стражей в качестве меры пресечения (ст. 96, 97 УПК);

- время пребывания в психиатрическом стационаре в связи с проведением судебно-психиатрической экспертизы (ст. 188 УПК);

- время нахождения лица в медицинском учреждении на принудительном лечении, если психическое расстройство наступило после совершения преступления, в случае его излечения (ст. 103 УК РФ). При этом, независимо от того, прерывалось ли предварительное содержание лица под стражей или не прерывалось, оно полностью со всеми прерванными сроками засчитывается в качестве отбытого наказания, назначенного виновному. В случае отмены ранее вынесенного приговора вышестоящим судом, при новом рассмотрении дела зачету подлежит все время нахождения лица под стражей как до вынесения первого приговора, так и после вынесения его до провозглашения нового приговора. Если время пребывания лица под стражей равно или покрывает назначенное судом наказание, то виновный считается отбывшим наказание.

При назначении осужденному, содержавшемуся под стражей до судебного разбирательства, в качестве основного вида наказания штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью суд, учитывая срок содержания под стражей, смягчает назначенное наказание или полностью освобождает его от отбывания этого наказания. В судебной практике в подобных случаях суды отмечают это обстоятельство в приговоре и дают ему оценку при обсуждении вопроса о назначении наказания.

В то же время закон не дает конкретных указаний по поводу зачета лицу времени содержания его под стражей до судебного разбирательства, когда в качестве основного наказания определяется штраф или лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. На этот счет закон ограничивается лишь рекомендацией о смягчении наказания либо полного освобождения от отбывания наказания. Таким образом, конкретное решение этого вопроса законом оставлено без внимания и отдано на усмотрение суда. Как правило, суды далеко не всегда учитывают общие рекомендации закона и чаще всего, проявляя свое субъективное судебное усмотрение, оставляют без внимания нахождение лица под стражей.

Разумеется, что предварительное содержание под стражей не является наказанием, однако оно содержит в себе серьезные ограничения прав и свобод, причиняет личности определенные лишения. Особенно это проявилось в последние годы, когда лица содержатся под стражей до судебного разбирательства по несколько лет в условиях огромной переполненности следственных изоляторов, при отсутствии элементарных условий содержания, что нередко ведет к серьезным заболеваниям (туберкулез, ВИЧ-инфекция и др.). Указанные обстоятельства дают основание для более конкретной правовой регламентации в законе зачета предварительного содержания с тем, чтобы лица не несли этих лишений и ограничений сверх наказания, назначенного судом.

Часть 4 ст. 72 УК рассматривает вопрос о зачете времени содержания лица под стражей до вступления приговора в законную силу и времени отбывания лишения свободы, назначенного приговором суда за преступление, совершенное вне пределов Российской Федерации, в случае выдачи лица на основании ст. 13 УК РФ. В этих случаях зачет времени содержания под стражей и времени отбывания лишения свободы производится из расчета один день за один день.

Вопрос о выдаче лиц, совершивших преступление за пределами Российской Федерации и осужденных в других странах, решается на основании международных договоров и соглашений. Со странами СНГ этот вопрос решается в соответствии с Конвенцией о правовой помощи и правовых отношениях по гражданским, семейным и уголовным делам, принятой 22 января 1993 г. в городе Минске и вступившей в действие для Российской Федерации с 10 декабря 1994 г.[151] Со странами дальнего зарубежья — на основании международных договоров и соглашений[152].

Глава V. Освобождение от уголовной ответственности

§ 1. Понятие и виды освобождения от уголовной ответственности

Освобождение от уголовной ответственности по российскому уголовному праву представляет собой освобождение лица, совершившего преступление, но впоследствии утратившего свою прежнюю общественную опасность в силу ряда обстоятельств, указанных в уголовном законе, от применения к нему со стороны государства мер уголовно-правового характера.

Освобождение от уголовной ответственности в известной мере противоречит принципу ее неотвратимости, сформулированному еще представителями классической школы в уголовном праве[153]. Вместе с тем УК РФ 1996 г. впервые в ряду своих задач ставит не только охрану личности, общества и государства от преступных посягательств, но и предупреждение преступлений (ст. 2). Профилактическая функция уголовного закона реализуется в том числе и благодаря действию института освобождения от уголовной ответственности. Так, нормы об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75) и в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76) призваны стимулировать позитивное постпреступное поведение виновных лиц, что вполне соответствует целям уголовной юстиции[154].

Итак, в ряде случаев достижение целей борьбы с преступностью возможно без привлечения виновных лиц к уголовной ответственности или же при их осуждении, но с освобождением от реального отбывания наказания. В связи с этим в уголовном праве России устанавливаются институты освобождения от уголовной ответственности (гл. 11) и освобождения от наказания (гл. 12). УК РФ посвятил этим институтам две самостоятельные главы. Таким образом, законодатель разграничивает понятия "уголовная ответственность" и "наказание". Позиция законодателя нуждается в пояснении.

Названные понятия, хотя и не являются тождественными, довольно близки по смыслу. В зависимости от различного понимания уголовной ответственности возможно и различное толкование сущности и правовой природы освобождения от нее.

В российской юридической науке понятие уголовной ответственности является дискуссионным. Одни авторы понимают ее как обязанность лица, совершившего преступное деяние, отвечать за него в соответствии с уголовным законом. Другие отождествляют уголовную ответственность с фактической реализацией названной выше обязанности, т.е. по существу с реализацией санкции уголовно-правовой нормы. Кроме того, в теории отечественного уголовного права нередко говорится и о позитивной уголовной ответственности, которая лежит в основе правомерного поведения и выражается в осознании лицом своей обязанности не совершать запрещенного уголовным законом деяния[155].

Однако специфика уголовной ответственности, по справедливому замечанию А.В.Наумова, в большей степени связана с мерами государственного принуждения, которые применяются к правонарушителю. Поэтому автор не видит серьезного противоречия между "пониманием уголовной ответственности как обязанности лица подвергнуться принудительным мерам уголовно-правового характера за совершенное преступление и пониманием ее как фактического применения этих мер"[156]. В этом вопросе с А.В.Наумовым трудно не согласиться.

Представляется, что понятие уголовной ответственности, будучи более широким, нежели понятие наказания, включает, помимо последнего, другие неблагоприятные уголовно-правовые последствия (например, судимость), которые претерпевает лицо, совершившее преступление.

Что же касается наказания, то оно, по существу — одно из непосредственных проявлений уголовной ответственности, ее выражение. Следовательно, освобождение от уголовной ответственности есть одновременно и освобождение от возможного наказания. Наказание вне уголовной ответственности немыслимо. Однако, когда законодатель говорит об освобождении от уголовной ответственности, имеется в виду, главным образом, "освобождение" лица, совершившего преступление, от осуждения со стороны государства, т.е. от вынесения обвинительного приговора судом. Освобождение от уголовной ответственности в отличие от освобождения от наказания может быть предоставлено не только судом (судьей), но и другими органами: прокурором, следователем или органом дознания с согласия прокурора. Освободить от наказания может только суд.

Как известно, наступление уголовной ответственности возможно только при наличии ее основания, т.е. при совершении деяния, содержащего все признаки состава преступления (ст. 8 УК). Следовательно, и вопрос об освобождении от уголовной ответственности возникает только тогда, когда имело место преступное деяние. Поэтому не относятся к рассматриваемым институтам освобождения от уголовной ответственности, например, случаи осуществления актов необходимой обороны, крайней необходимости, задержания преступника, случаи совершения общественно опасных действий невменяемым или малолетним, а также совершение действия, хотя формально и содержащего признаки какого-либо деяния, предусмотренного УК, но в силу малозначительности не представляющего общественной опасности. Если нет преступления, а значит, основания для наступления уголовной ответственности, то невозможно и освобождение от нее.

В проекте УК РФ, разработанном Государственно-правовым управлением при Президенте РФ, в ст. 76 предлагалось отнести добровольный отказ от совершения преступления к видам освобождения от уголовной ответственности. Это представляется неверным. Добровольный отказ исключает возможность привлечения к уголовной ответственности за то преступление, отказ от совершения которого был осуществлен в силу отсутствия ее оснований. Следовательно, нельзя говорить и об освобождении от уголовной ответственности.

В русле просветительно-гуманистического и классического направлений в зарубежном уголовном праве XVIII-XIX вв. невозможно было широкое развитие институтов освобождения от уголовной ответственности, за исключением, пожалуй, института давности. В начале XX в. ситуация изменилась. И зарубежные, и отечественные юристы начинают обдумывать возможности введения в уголовное право самых разных альтернативных мер уголовной ответственности. Известный русский профессор А.А.Жижиленко в своей речи, произнесенной в 1916 г. в Петербургском университете, отметил: "Уголовный кодекс должен ясно указывать, что борьба с преступностью не сводится лишь к применению наказаний и что наряду с наказанием или взамен его уместно применение и других мер"[157].

Другой видный отечественный юрист Н.С.Таганцев считал вполне оправданным с точки зрения христианства освободить лицо, совершившее преступление, от уголовной ответственности и наказания — при определенных условиях. "Мы, — писал автор, — наказываем во исполнение непреложных требований нравственного закона, но если внутренний судья — совесть, не всегда умирающий и в преступнике, воздал ему за совершенное сторицей тем нравственным мучением, перед которым бледнеют все казни людские?" Н.С.Таганцев также полагал, что неосвобождение от уголовной ответственности в некоторых случаях равносильно наказанию дважды за одно и то же деяние: "Мы хотим наказанием обнаружить ничтожность попытки отрицания частной волей воли абсолюта, хотим выяснить преступнику непреложность и ненарушимость велений права, а это обнаружение уже совершилось иным путем, — сам преступник торжественно заявил, что его поступок есть последствие бессильного самомнения, в чем он и приносит искреннюю повинную; когда он загладил, и может быть с лихвой, причиненный вред, восстановил по возможности нарушенный порядок. Как же будем мы говорить о справедливом воздаянии, когда при таких условиях наказание будет прямым нарушением принципа "не отмстиши дважды за едино"[158].

В теории отечественного уголовного права дореволюционного периода говорилось не о видах освобождения от уголовной ответственности, а об "обстоятельствах, устраняющих наказуемость", поскольку существовало понятие единой карательной деятельности государства, которая включала и уголовное преследование, и исполнение наказания[159]. При этом выделялись две группы обстоятельств. Первая включала такие, которые имели значение только для отдельных преступлений: взаимность обид, раскрытие соучастников и т.п. Вторая группа обстоятельств, имеющих общее значение, содержалась в разделе первом Уголовного уложения 1903 г. К этой группе относились, например, такие обстоятельства, как смерть подсудимого, давность, помилование. Ко второй группе обстоятельств можно также причислить меры, которые были предусмотрены Уставом уголовного судопроизводства: примирение с потерпевшим и добровольную уплату пени и вознаграждения.

Добровольная уплата пени и вознаграждения как обстоятельство, устраняющее наказуемость, впервые была введена в российское уголовное право в 1867 г. Законом об охране частных лесов. Согласно этому закону (с учетом последующих изменений) лицо, совершившее в казенном или частном лесу проступок, подлежащий наказанию только в виде денежного штрафа, могло быть освобождено от уголовного преследования, и производство по делу подлежало прекращению, если обвиняемый внес причитающееся с него денежное взыскание в максимальном размере, установленном в законе. Кроме того, он должен был выплатить определенную сумму лесовладельцу, а также возвратить ему похищенный или самовольно срубленный лес либо его стоимость.

Впоследствии эти положения были распространены и на другие деликты. При этом законодатель исходил из тех соображений, что если деяние признается "маловажным и облагается только денежной пеней и если совершивший его, сознавая вполне свою виновность, соглашается уплатить немедленно упадающее на него взыскание, и притом в высшем его размере, а равно и вознаградить всякий убыток, им причиненный, то производство дальнейшего расследования, в особенности же судебная процедура, представляются совершенно бесполезными для правосудия и в то же время нередко значительно отягощающими участь подсудимого"[160]. Однако эти положения были включены Государственным советом не в текст Уголовного уложения, а в Устав уголовного судопроизводства, поскольку действия обвиняемого, определенные выше, "устраняли" не применение наказания, а возбуждение или дальнейшее производство уголовного преследования.

Тенденция, наметившаяся в начале XX в., к концу его приобрела глобальные масштабы. Меры, применяемые не только в порядке замены или дополнения к традиционным наказаниям, но и в качестве полностью исключающих уголовное преследование и вынесение судом обвинительного приговора, многими современными государствами рассматриваются как одна из эффективных форм воздействия на преступность.

Эта тенденция нашла свое отражение и в международных документах. Идея внесудебного разрешения уголовно-правовых конфликтов была одобрена, например, Комитетом министров государств-членов Совета Европы. Комитет издал официальные рекомендации, в которых были зафиксированы основные модели подобного урегулирования.

Конкретные виды альтернативных уголовной ответственности мер в различных государствах довольно разнообразны.

В российской юридической литературе выделяют две основные модели системы альтернативных мер, используемых в уголовной юстиции зарубежных стран[161]. Первая модель — "нидерландско-бельгийская" — представляет собой так называемую трансакцию. Сущность этом вида освобождения от уголовной ответственности заключается в том, что органы следствия (прокуратура, полиция) отказываются от уголовного преследования лица, если последнее согласится уплатить в государственную казну устанавливаемую в каждом конкретном случае денежную сумму.

Появившись в Бельгии в 1935 г., трансакция должна была способствовать устранению судебного разбирательства по незначительным экономическим преступлениям, если обвиняемый не оспаривал своей вины.

Окончательное закрепление института трансакции в Бельгии произошло в 1984 г. С этого времени она применяется по любым преступным деяниям, за совершение которых предусмотрено наказание в виде тюремного заключения сроком до пяти лет. Трансакция допускается только на досудебных стадиях уголовного процесса. Прокуратура определяет размер денежной суммы в пределах, установленных законом, и срок ее уплаты, после чего направляет виновному лицу предложение заплатить названную сумму. В случае отказа обвиняемого внести такую сумму в казну уголовное преследование продолжается в обычном порядке.

Институт трансакции в Нидерландах практически не отличается от бельгийского, с той лишь особенностью, что она возможна по преступлениям, предусматривающим наказание в виде тюремного заключения сроком до шести лет. Данный институт применяется в Нидерландах примерно по одной трети уголовных дел, попадающих в следственные органы.

Вторая модель, получившая распространение в зарубежном уголовном праве, называется медиацией. Последняя существует в самых разных вариантах (простая, комплексная). Сущность медиации заключается в использовании посреднической процедуры для примирения потерпевшего с обвиняемым при возмещении последним причиненного вреда. Как отмечается в российской юридической литературе, важной особенностью системы медиации является то, что она предусматривает посредничество специально на то уполномоченных субъектов в примирении сторон, активные меры по урегулированию уголовно-правового конфликта, а не "пассивную констатацию наличия или отсутствия примирения"[162].

В Бельгии, например, медиация может применяться по делам обо всех преступлениях, предусматривающих наказание до двадцати лет лишения свободы. Уголовное дело может быть прекращено в случае выполнения обвиняемым следующих действий: возмещение ущерба, прохождение курса лечения, выполнение общественно полезных работ, получение профессионального образования.

В настоящее время медиация в том или ином варианте существует в ФРГ, Австрии, Португалии, Франции и других государствах.

Таким образом, во многих зарубежных странах ведутся активные поиски возможностей использования альтернативных уголовной ответственности мер. Такие меры призваны разгрузить следственно-судебную систему, снизить наполняемость уголовно-исполнительных учреждений при одновременном обеспечении прав потерпевших от преступления и интересов государства.

Глава 11 УК РФ 1996 г., регламентирующая разные виды освобождения от уголовной ответственности, включает нормы об освобождении в связи с деятельным раскаянием (ст. 75), в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76), в связи с изменением обстановки (ст. 77) и в связи с истечением сроков давности (ст. 78). Первые два вида освобождения от уголовной ответственности являются новыми.

Освобождение от уголовной ответственности возможно и в порядке амнистии, анализ которой будет дан в отдельном разделе учебника. УК РФ предусматривает также самостоятельный вид освобождения от уголовной ответственности несовершеннолетних, что также является предметом специального рассмотрения[163].

УК РСФСР 1960 г. предусматривал другие виды освобождения от уголовной ответственности: с привлечением к административной ответственности (ст. 501), с передачей дела в товарищеский суд (ст. 51), с передачей виновного на поруки (ст. 52).

Упразднение перечисленных видов освобождения от уголовной ответственности вполне обоснованно.

Согласно ст. 50 и 501 УК РСФСР 1960 г. лицо, совершившее деяние, содержащее признаки преступления, не представлявшего большой общественной опасности, могло быть освобождено от уголовной ответственности с привлечением к административной ответственности, если было признано, что его исправление и перевоспитание возможны без применения уголовного наказания, и за совершение этого преступления Кодекс предусматривал наказание в виде лишения свободы на срок не свыше одного года либо другое, более мягкое наказание.

Замена уголовной ответственности административной противоречила понятию и основанию уголовной ответственности. Если совершено преступление, то виновное лицо должно понести за него уголовную ответственность либо быть освобождено от нее в установленном уголовным законом порядке, но заменять уголовную ответственность административной, как представляется, неправомерно.

Другой вид освобождения от уголовной ответственности был предусмотрен в ст. 51 УК РСФСР. Лицо могло быть освобождено от уголовной ответственности с передачей дела на рассмотрение товарищеского суда, если оно совершило впервые какое-либо из следующих преступлений: умышленное легкое телесное повреждение или нанесение побоев, не повлекшее расстройства здоровья, распространение в коллективе ложных, позорящих члена коллектива измышлений, оскорбление, кражу малоценных предметов потребления и быта, находившихся в личной собственности граждан, — при условии, что виновный и потерпевший являются членами одного коллектива. Товарищеские суды могли рассматривать дела и по другим, совершенным впервые преступлениям, если за них в УК были предусмотрены меры общественного воздействия. Кроме того, такие суды были вправе рассмотреть и впервые совершенные деяния, содержащие признаки преступления, не представляющего большой общественной опасности, если по характеру совершенного деяния и личности виновный мог быть исправлен без применения наказания, с помощью мер общественного воздействия. Товарищеские суды имели право наложить штраф или вынести общественное порицание.

Сохранение такого вида освобождения от уголовной ответственности противоречило бы положениям Конституции РФ (ст. 118), устанавливающей, что правосудие в Российской Федерации осуществляется только судом. При этом под последним понимаются такие юрисдикционные органы, которые образуют согласно Конституции РФ судебную систему (суды общей юрисдикции, арбитражные суды, конституционные суды). Товарищеские суды, создававшиеся на предприятиях, в трудовых коллективах, к судебной системе не относились и с этой точки зрения были чрезвычайными судами. Кроме того, в них нередко входили люди некомпетентные в вопросах уголовного права, поэтому правильное и объективное рассмотрение представленного дела не всегда было возможно.

Названные два вида освобождения от уголовной ответственности были безусловными. Передача виновного лица на поруки представляла собой вид условного освобождения от уголовной ответственности. Согласно ст. 52 УК РСФСР такое освобождение предоставлялось в случае, когда совершенное лицом деяние, содержавшее признаки преступления, и само это лицо не представляли большой общественной опасности. Для освобождения требовалось ходатайство общественной организации или трудового коллектива. Передача на поруки осуществлялась в целях "перевоспитания и исправления". Общественная организация или трудовой коллектив могли отказаться от поручительства, если лицо, взятое на поруки, в течение года "не оправдало доверия коллектива, нарушило обещание примерным поведением и честным трудом доказать свое исправление", не подчинялось "нормам социалистического общежития" или оставило трудовой коллектив "с целью уклониться от общественного воздействия". В силу неконкретности оснований для отказа от поручительства освобождение от уголовной ответственности с передачей на поруки не было эффективной мерой и вело к многочисленным нарушениям прав и свобод граждан.

В 1990 г. Комитет конституционного надзора СССР в своем заключении от 13 сентября указал на то, что положения действовавшего в то время УК РСФСР об освобождении от уголовной ответственности с применением взамен нее административной ответственности или мер общественного воздействия противоречат презумпции невиновности, так как позволяют признать лицо виновным в совершении преступления без рассмотрения дела в суде и вынесения обвинительного приговора[164].

По действующему УК РФ общим основанием освобождения от уголовной ответственности для всех видов является утрата лицом, совершившим преступление, его прежней общественной опасности, хотя прямо об этом говорится только в ст. 77 (освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки). Освобождение во всех случаях обусловлено наличием ряда установленных в законе обстоятельств. Так, в ст. 76 УК РФ определено, что освобождение от уголовной ответственности применяется в тех случаях, когда виновным лицом впервые было совершено преступление небольшой тяжести и оно примирилось с потерпевшим, а также загладило причиненный преступлением вред. Все это свидетельствует об утрате лицом общественной опасности, в связи с чем необходимость в применении к нему мер уголовной ответственности отпадает.

При этом общественная опасность преступления сохраняется, поскольку те критерии, которые были положены в основу признания деяния преступным, неизменны. Освобождение от уголовной ответственности как акт правоохранительных органов не может отменить предписание закона, определяющего преступность деяния, его общественную опасность[165]. Таким образом, освобождение от уголовной ответственности возможно только в случае утраты лицом общественной опасности.

В специальной литературе высказывается и другое мнение о природе освобождения от уголовной ответственности. Так, В.П.Малков полагает, что решение об освобождении от уголовной ответственности означает досрочное снятие правовых последствий совершения преступления до истечения срока давности привлечения к уголовной ответственности[166]. Следует согласиться с автором в том, что освобождение от уголовной ответственности аннулирует все последствия преступления. Однако освобождение от ответственности не может аннулировать само преступление.

Проиллюстрируем сказанное примером. Допустим, лицо, умышленно причинившие легкий вред здоровью другого человека, было освобождено от уголовной ответственности вследствие деятельного раскаяния. Несмотря на то, что негативные уголовно-правовые последствия в виде наказания и судимости отсутствуют, само повреждение здоровья имеет место, его "аннулировать" нельзя, поскольку оно существует объективно.

Необходимо отметить и то, что освобождение от уголовной ответственности не означает прощения виновного лица (за исключением случаев амнистии и помилования). Оно, скорее, свидетельствует об оказании ему снисхождения, о возможности достижения целей уголовной юстиции без осуждения виновного лица.

Зададимся вопросом, возможно ли в действительности достижение целей наказания в случае освобождения виновного от уголовной ответственности. На этот счет существуют самые разные, подчас полярные, точки зрения.

К основным целям наказания согласно ст. 43 УК отнесены: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, предупреждение новых преступлений.

Первая цель — восстановление социальной справедливости — очевидно, может быть достигнута путем такого поведения виновного, которое свидетельствует о его деятельном раскаянии (возмещение ущерба, расходов пострадавшего, связанных с совершенным виновным преступлением, заглаживание иным способом причиненного вреда, принесение извинений потерпевшему и т.п.). Такие действия имеют своей целью, в первую очередь, удовлетворение чувств потерпевшего. Вместе с тем они могут свидетельствовать и о начавшемся исправлении лица, совершившего преступление, в особенности при его активном, инициативном поведении, направленном на максимальное уменьшение негативных последствий совершенного деяния.

Другие обстоятельства, указанные в законе, — изменение обстановки, истечение определенного срока — также могут подтверждать реализацию таких целей наказания, как исправление и предупреждение совершения данным лицом нового преступления.

Что же касается общепредупредительной цели — ее достижение применительно к случаям освобождения от уголовной ответственности нередко оспаривается российскими юристами. При этом авторы полагают, что факт освобождения от уголовной ответственности не только не способствует предупреждению преступлений со стороны других лиц, но и влечет негативные последствия, поскольку порождает в неустойчивых лицах чувство надежды на то, что уголовной ответственности вполне можно избежать.

Однако, по мнению другой части юристов, достижение цели общей превенции при освобождении от уголовной ответственности обеспечивается тем, что такое освобождение возможно, но не обязательно. Так, А.В.Наумов по этому поводу пишет, что "заложенная в законодательстве и подтверждаемая правоприменением возможность, а не обязательность принятия решения об освобождении конкретного лица от уголовной ответственности, сохраняет для него (в определенной мере) основной мотив общепредупредительного воздействия уголовно-правового запрета и наказания — чувство страха перед возможным наказанием, это позволяет считать, что при фактическом освобождении лица от уголовной ответственности в определенной мере можно говорить о достижении общепредупредительной цели"[167].

Как представляется, достижение целей общей превенции при освобождении лиц, виновных в совершении преступлений, от уголовной ответственности вряд ли возможно. Общая превенция достигается путем угрозы уголовной ответственности и наказания, обращенной к неустойчивым лицам, которых от совершения преступлений удерживает только такая угроза. Трудно говорить о том, что освобождение от уголовной ответственности способно предостеречь остальных лиц от совершения преступления. Таким образом, потери в достижении целей уголовной ответственности и, в частности, наказания при освобождении от нее неминуемы, но во исполнение принципов справедливости и гуманизма, а также с учетом возможности достижения других целей наказания закон и устанавливает освобождение от уголовной ответственности.

Оригинальна точка зрения X.Д.Аликперова, который предложил относить нормы, устанавливающие освобождение от уголовной ответственности, к "компромиссным" нормам. К нормам — "компромиссам" он причислял те, которые гарантируют лицу, совершившему преступление, освобождение от уголовной ответственности или смягчение наказания в обмен на совершение таким лицом поступков, определенных в законе и обеспечивающих реализацию основных задач уголовно-правовой борьбы с преступностью[168].

По мнению X.Д.Аликперова, целью такого компромисса является устранение (смягчение) вредных последствий преступления, обеспечение прав и законных интересов потерпевших и обвиняемых, склонение виновных к самообнаружению и сотрудничеству с правоохранительными органами, выявление латентных преступлений, повышение раскрываемости зарегистрированных преступлений, экономия уголовной репрессии, средств и времени правоохранительных органов и т.п.

Такая точка зрения нашла поддержку и среди других ученых-юристов[169].

Освобождение от уголовной ответственности может осуществляться либо судом (без вынесения обвинительного приговора), либо судьей, прокурором, а также следователем или органом дознания с согласия прокурора.

Процессуальной формой освобождения от уголовной ответственности является вынесение специального решения в виде постановления или определения о прекращении уголовного дела.

Прекращение дела вследствие изменения обстановки (ст. 6 УПК), в связи с деятельным раскаянием (ст. 7 УПК), с применением к несовершеннолетнему принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 8 УПК), за истечением сроков давности или вследствие акта амнистии (ст. 5 УПК) не допускается, если обвиняемый, считая себя невиновным, против прекращения уголовного дела возражает. Это важное процессуальное положение призвано не допустить случаев, когда невиновный гражданин освобождается от уголовной ответственности по нереабилитирующему основанию.

Возможность освобождения от уголовной ответственности не только судом, но и другими субъектами, причем на досудебной стадии, довольно неоднозначно оценивается российскими юристами. Некоторые из них усматривают в этом нарушение принципа презумпции невиновности, закрепленного в ст. 49 Конституции РФ 1993 г., согласно которой каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда. Эти авторы приходят к выводу о том, что сложившаяся система освобождения от уголовной ответственности прокурором, следователем или органом дознания с согласия прокурора противоречит Конституции РФ и ст. 5 УК РФ, ибо указанные субъекты не имеют права устанавливать виновность лиц, подозреваемых в совершении преступления. Поскольку лишь суд правомочен устанавливать виновность лица в совершении преступления, только ему и должно быть предоставлено право решать вопросы о применении уголовной ответственности или об освобождении от нее (Ю.М.Ткачевский). Кроме того, отмечается, что предоставление возможности осуществлять освобождение от уголовной ответственности не только суду, но и другим, указанным выше органам, вело к широчайшему применению этого института: освобождение от уголовной ответственности предоставлялось 40 и более процентов лиц, совершивших преступление.

Доводы этих авторов представляются справедливыми и основанными на законе. Вместе с тем следует учитывать и реальность. В действительности целый ряд институтов и норм уголовного права и процесса не могли бы функционировать, если буквально толковать и применять конституционный принцип презумпции невиновности.

Вот простейший пример. УК РФ впервые включил в свой текст положения о допустимости причинения при задержании вреда "лицу, совершившему преступление" (ст. 38). Задержание указанного лица, осуществленное при определенных условиях, отнесено законодателем к обстоятельствам, исключающим преступность деяния. При этом правом задержания наделены не только сотрудники правоохранительных органов, но и все граждане, причем не только в момент, но и непосредственно после совершения преступления. Однако признать кого-либо "лицом, совершившим преступление", согласно Конституции РФ, может только суд. Такое право не предоставлено ни гражданам, ни оперативным службам, ни следователям. Поэтому строгое следование принципу презумпции невиновности должно было бы блокировать действие данного института. Тогда, когда "лицом, совершившим преступление", признает суд, реализовать право на задержание, предусмотренное в ст. 38, практически невозможно, за исключением случаев, когда виновный после вынесения приговора совершит побег.

Если говорить о процессе расследования уголовного дела, то презумпция невиновности опровергается до вынесения окончательного обвинительного приговора судом, по меньшей мере, три раза. Так, она опровергается следователем, который предъявляет обвинение, затем прокурором, утверждающим обвинительное заключение, а потом судьей, выносящим постановление о назначении судебного заседания. На каждом из этих этапов дело может и, более того, должно быть прекращено, если обнаружится, например, что отсутствует событие преступления или отсутствует в деянии состав преступления (ст. 5 УПК). Последний, как известно, включает и вину.

Согласно ст. 143 УПК привлечение в качестве обвиняемого возможно только при наличии "достаточных доказательств", дающих основание для предъявления обвинения в совершении преступления. В соответствии со ст. 214 УПК прокурор, которому передано дело с обвинительным заключением, должен рассмотреть дело в пятидневный срок и принять одно из предусмотренных в УПК решений. Он может, в частности, "признав, что имеются основания для направления дел в суд, утвердить своей резолюцией обвинительное заключение". Если же прокурор обнаруживает основания для прекращения уголовного дела (отсутствие события преступления, отсутствие состава преступления и т.д.), он должен дело прекратить. Таким образом, прокурор вынужден решать вопросы о виновности или невиновности лица, привлеченного к уголовной ответственности.

Правом прекращения дела по нереабилитирующим или реабилитирующим основаниям наделен и судья согласно ст. 221 УПК. Он может единолично до судебного разбирательства дела решить, что в действиях обвиняемого отсутствует состав преступления, и прекратить дело, но может и сделать вывод об обратном, включая вопрос о виновности лица, и вынести постановление о назначении судебного заседания.

Таким образом, буквальное следование принципу, установленному в Конституции, сделало бы невозможным само расследование уголовного дела, предъявление обвинения и т.п. Все эти функции должен был бы выполнять суд.

Некоторое "отступление" от конституционного принципа должно быть, как представляется, компенсировано гарантиями прав обвиняемых при освобождении от уголовной ответственности. На сегодняшний день такие гарантии уже существуют. Как указывалось выше, обвиняемый, считающий себя невиновным, вправе требовать рассмотрения своего дела судом в обычном порядке и добиваться оправдательного приговора. Такие случаи в следственно-судебной практике встречаются. Так, член печально известного "ГКЧП" 1991 г. Варенников, обвиненный в измене Родине, не согласился с решением о своем освобождении по амнистии и был впоследствии оправдан судом.

Еще одна проблема связана с вопросом о том, является ли освобождение от уголовной ответственности правом или обязанностью уполномоченных на принятие такого решения органов.

Так, в ст. 75 УК РФ определено, что лица, впервые совершившие преступление небольшой тяжести, могут быть освобождены от уголовной ответственности, если после совершения преступления они добровольно явились с повинной, способствовали раскрытию преступления, возместили причиненный ущерб или иным образом загладили вред, причиненный в результате преступления. Слова "могут быть" употреблены и при регламентации освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76), в связи с изменением обстановки (ст. 77), в связи с применением к несовершеннолетнему мер воспитательного воздействия (ст. 90).

Вместе с тем в ст. 78 УК, посвященной условиям освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, законодатель в категоричной форме говорит о том, что "лицо освобождается от уголовной ответственности" при обстоятельствах, указанных в данной статье. Такая императивная форма используется и в ряде специальных норм Особенной части, в которых предусмотрено освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Например, согласно примечанию к ст. 198, лицо, впервые совершившее преступление, предусмотренное названной статьей (уклонение физического лица от уплаты налога или страхового взноса в государственные внебюджетные фонды), "освобождается от уголовной ответственности, если оно способствовало раскрытию преступления и полностью возместило причиненный ущерб".

На такое расхождение позиций Общей и Особенной частей в вопросе об освобождении от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием обращают внимание многие российские юристы. При этом нет единого мнения по поводу того, каким все-таки правилом следует руководствоваться: установленным в Общей части или в Особенной.

А.В.Наумов полагает, что при наличии оснований, предусмотренных в ч. 1 ст. 75, правоприменитель в определенных случаях "вправе и не освободить такое лицо от уголовной ответственности". Это возможно, по мнению автора, тогда, когда "послепреступное поведение, относящееся к указанным в законе разновидностям, не свидетельствует о полной реализации целей наказания в связи с освобождением лица от уголовной ответственности. Например, правоприменитель получил вполне убедительные и проверенные свидетельства, отрицательно характеризующие личность совершившего преступление с нравственной стороны"[170]. Что же касается случаев, предусмотренных в Особенной части, освобождение от уголовной ответственности при наличии указанных в соответствующей статье признаков, по мысли А.В.Наумова, является "обязательным для правоприменителя и не зависит от его усмотрения"[171].

Нередко прокуроры не дают своего согласия на прекращение уголовного дела, хотя все требования ч. 1 ст. 75 были соблюдены. Обычно такой отказ происходит тогда, когда обвиняемый был ранее освобожден от уголовной ответственности по какому-либо нереабилитирующему основанию[172] или характеризуется отрицательно.

Другие авторы полагают, что освобождение от уголовной ответственности при соблюдении всех требований, установленных в ч. 1 ст. 75, должно быть обязанностью, а не правом суда (Ю.М.Ткачевский). В противном случае будет утрачена цель института деятельного раскаяния[173]. Более того, освобождение от уголовной ответственности будет во многом зависеть от усмотрения суда.

Доводы и той, и другой стороны заслуживают внимания. Разумеется, учитывать личность необходимо в любом случае. Выше уже говорилось о том, что общим основанием освобождения от уголовной ответственности следует признать утрату лицом общественной опасности. И с этой точки зрения оба мнения не противоречат друг другу. Расхождение обозначается в вопросе о том, можно или нет считать лицо утратившим прежнюю общественную опасность, если выполнены все требования уголовного закона. Авторы данной главы полагают, что об утрате общественной опасности в данном случае говорить можно. Реализуются практически все основные цели наказания, поэтому и становится возможным освобождение от уголовной ответственности.

В связи с анализом институтов освобождения от уголовной ответственности уместно рассмотреть и такую проблему. Если лицо, освобожденное от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, примирением с потерпевшим или изменением обстановки, вновь совершает преступление, возможно ли повторное освобождение его от уголовной ответственности при наличии, разумеется, всех других оснований? Пленум Верховного Суда РФ положительно решил этот вопрос в своем постановлении[174].

Однако такая позиция разделяется не всеми авторами. Некоторые ученые-юристы полагают, что повторное совершение преступления лицом, ранее освобожденным от уголовной ответственности, свидетельствует о том, что такое лицо нуждается в применении к нему мер уголовной ответственности. Если лицо совершает новое преступление, значит цели исправления и специальной превенции достигнуты не были. Более того, в специальной литературе высказывалось и мнение о том, что привлечение к уголовной ответственности лица, ранее уже освобожденного от нее, возможно за те же самые действия при условии, что не истекли сроки давности[175].

Не соглашаясь с такой точкой зрения, А.В.Наумов отмечает, что, регламентируя институты освобождения от уголовной ответственности, законодатель "не формулирует каких-либо оснований возобновления прекращенных в результате освобождения от уголовной ответственности уголовно-правовых отношений. Таким образом, освобождение от уголовной ответственности означает полную реализацию прав и обязанностей субъектов уголовно-правового отношения, и, следовательно, преступление, совершенное после освобождения от уголовной ответственности, не может считаться повторным"[176].

Вместе с тем А.В.Наумов прав лишь отчасти. Согласно ст. 210 УПК РСФСР постановление о прекращении уголовного дела, вынесенное прокурором, следователем или органом дознания, может быть отменено прокурором "при наличии к тому оснований". О каких основаниях идет речь, УПК не уточняет. Единственным ограничением для возобновления прекращенного дела является срок давности. Если он истек, возобновление производства по уголовному делу невозможно.

Таким образом, несмотря на то, что УК не предусматривает возможности отмены решения об освобождении от уголовной ответственности, такая возможность предусмотрена в УПК. Однако если срок давности уже истек, а по преступлениям, указанным ст. 75, 76 и, частично, ст. 77, он непродолжительный (два года — для преступлений небольшой тяжести), и возобновление прекращенного дела невозможно, в случае совершения нового преступления лицо может претендовать на повторное освобождение от уголовной ответственности.

Как же должен быть решен вопрос в случае, когда срок давности еще не истек и постановление о прекращении уголовного дела может быть пересмотрено? Думается, что проблема должна быть решена путем внесения изменений в УПК и установления окончательного характера освобождения от уголовной ответственности в рассматриваемых случаях.

Множественность видов освобождения от уголовной ответственности и их различная правовая природа требуют систематизации этих видов. В юридической литературе приводятся различные классификации основании освобождения от уголовной ответственности[177].

Так, предлагается классифицировать их на общие и специальные. К первым относятся те основания освобождения от уголовной ответственности, которые предусмотрены в Общей части УК. Таких оснований шесть (если не считать предусмотренного в ч. 1 ст. 81 УК). Четыре из них включены в главу 11 (ст. 75-78), названную "Освобождение от уголовной ответственности". Самостоятельным видом освобождения от уголовной ответственности, предусмотренным в Общей части, является освобождение в связи с актом амнистии (ст. 84). Кроме того, к этой группе видов освобождения должно быть отнесено и освобождение от уголовной ответственности несовершеннолетних в связи с применением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 90).

К специальным основаниям освобождения от уголовной ответственности следует отнести те, которые закреплены в Особенной части применительно к конкретным составам преступлений. Всего в Особенной части 18 таких оснований.

Поскольку в ряде случаев освобождение от уголовной ответственности является правом следственно-судебных органов, а не обязанностью, даже при наличии всех необходимых формальных предпосылок для принятия такого решения, а в других случаях законодатель вменяет в обязанность освобождение от уголовной ответственности, основания такого освобождения предлагается классифицировать на дискреционные и императивные[178].

К дискреционным, когда освобождение от уголовной ответственности является правом, а не обязанностью органов следствия и суда, относятся четыре общих (ст. 75-77, 90 УК) и два специальных основания (ст. 337, 338 УК).

Императивные основания освобождения от уголовной ответственности предусмотрены в трех статьях Общей части (ст. 78, 81, 84 УК) и в подавляющем большинстве случаев освобождения от уголовной ответственности, предусмотренных в Особенной части.

Предлагаются и другие классификации (основные и субсидиарные, субъективные и объективные, условные и безусловные). Так, в основе деления оснований освобождения от уголовной ответственности на условные и безусловные лежит обязательность или невозможность предъявления определенных требований к поведению виновного лица после освобождения от уголовной ответственности.

К условному виду освобождения от уголовной ответственности относится только один — освобождение от ответственности несовершеннолетних с применением к ним принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 90 УК). Остальные виды освобождения от уголовной ответственности являются безусловными.

§ 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием

УК РСФСР 1960 г. не предусматривал в Общей части возможности освобождения от уголовной ответственности в случае деятельного раскаяния[179]. В первоначальной редакции Особенной части УК РСФСР была только одна статья 174, в примечании к которой предусматривалось освобождение от уголовной ответственности лица, после дачи взятки добровольно заявившего об этом. Однако вскоре Указом Президиума Верховного Совета СССР от 13 января 1960 г. "О дополнении ст. 1 Закона об уголовной ответственности за государственные преступления" было установлено, что "не подлежит уголовной ответственности гражданин СССР, завербованный иностранной разведкой для проведения враждебной деятельности против СССР, если он во исполнение преступного задания никаких действий не совершил и добровольно заявил органам власти о своей связи с иностранной разведкой". Это предписание было включено в примечание к ст. 64 УК РСФСР.

Приведенному Указу Президиума Верховного Совета СССР предшествовало несколько добровольных явок с повинной лиц, совершивших измену Родине в рассматриваемой форме. Стимулированию деятельного раскаяния способствовало освобождение таких лиц от уголовной ответственности специальными указами Президиума Верховного Совета СССР. Для упрощения такой процедуры и было принято решение о включении деятельного раскаяния в "Закон об уголовной ответственности за государственные преступления".

Учитывая положительный опыт освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, законодатель ввел в Общую часть УК 1996 г. норму о таком основании освобождения от уголовной ответственности и значительно расширил возможности применения этого института, предусмотрев деятельное раскаяние в целом ряде статей Особенной части.

Согласно ч. 1 ст. 75 УК лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, может быть освобождено от уголовной ответственности, если после совершения преступления добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления, возместило причиненный ущерб или иным образом загладило вред, причиненный в результате преступления.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием преследует цели облегчения раскрытия совершенных преступлений и, самое главное, максимально возможного возмещения или смягчения последствий преступления.

Деятельное раскаяние следует отличать от добровольного отказа. Первое возможно только после окончания преступления, в то время, как добровольный отказ от преступления заключается в прекращении лицом приготовления к преступлению либо прекращении действий (бездействия), непосредственно направленных на совершение преступления, если лицо осознавало возможность доведения преступления до конца. Если отказ доброволен и окончателен, то уголовная ответственность лица, его осуществившего, невозможна. Оно несет такую ответственность лишь в том случае, когда фактически осуществленное им деяние содержит иной состав преступления (ст. 31 УК).

Основания рассматриваемого вида освобождения от уголовной ответственности изложены в ч. 1 ст. 75 УК достаточно ясно.

Преступное деяние должно быть совершено в первый раз. Если лицо ранее уже было судимо за другое преступление, но эта судимость снята или погашена в установленном законом порядке, то совершение нового преступления признается его совершением в первый раз. Если лицо ранее уже совершило какое-либо преступление, но срок давности привлечения к уголовной ответственности уже истек, то совершение другого преступления также считается совершенным в первый раз. Если лицо за ранее совершенное преступление было освобождено от уголовной ответственности, например, в связи с примирением с потерпевшим, деятельным раскаянием, изменением обстановки, и постановление о прекращении уголовного дела не было отменено прокурором, совершение иного преступления должно признаваться совершенным в первый раз. Таким образом, во всех рассмотренных случаях лицо может претендовать на освобождение от уголовной ответственности на основании ст. 75 УК РФ.

Второе условие — тяжесть преступления должна быть небольшой. К преступлениям небольшой тяжести относятся умышленные или неосторожные деяния, за совершение которых максимальное наказание не превышает двух лет лишения свободы (ч. 2 ст. 15 УК). За совершение такого преступления может быть предусмотрено наказание, вообще не связанное с лишением свободы: денежный штраф, обязательные работы, исправительные работы и пр.

Третье необходимое условие — явка с повинной. Понятие явки с повинной в уголовном законе не определяется, но оно упоминается в п. "и" ч. 1 ст. 61 УК "Обстоятельства, смягчающие наказание", в ч. 1 ст. 75 УК "Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием". О явке с повинной говорится в УПК РСФСР в ст. 108 "Поводы и основания к возбуждению уголовного дела" и в ст. 111 "Явка с повинной".

Согласно ст. 108 УПК РСФСР явка с повинной является поводом для возбуждения уголовного дела. В случае явки с повинной устанавливается личность явившегося и составляется протокол, в котором подробно излагается сделанное заявление. Протокол должен быть подписан лицом, явившимся с повинной, и лицом, производящим дознание, следователем, прокурором или судьей, составившим протокол (ст. 111 УПК РСФСР).

Явка с повинной обычно представляет собой непосредственное обращение лица, совершившего преступление, в правоохранительные органы. Но если лицо по каким-либо причинам не может явиться в соответствующие органы для сообщения о содеянном (болезнь, увечье, не работает транспорт и т.п.), то о преступлении можно сообщить по телефону, послать телеграмму или письмо, передать через третьих лиц.

Общество и государство заинтересованы в том, чтобы деятельное раскаяние осуществлялось как можно быстрее, но таковое может иметь место по истечении любого, в границах давности привлечения к уголовной ответственности, срока.

В российской юридической литературе поднимается вопрос о том, обязаны ли правоохранительные органы, имеющие право освобождать от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием, выяснять, искренне ли раскаялось данное лицо в своем преступлении или были какие-либо другие причины сообщения о совершенном деянии.

Так, Л.В.Головко полагает, что в выражении "деятельное раскаяние" акцент следует делать на первом слове, поскольку "первостепенное значение имеют объективно выраженные действия лица, а не его субъективное отношение к происходящему"[180].

Однако высказывается и другое мнение. Например, Л.В.Лобанова считает, что искреннее раскаяние — обязательное условие освобождения от уголовной ответственности. По мнению автора, следственно-судебные органы обязаны устанавливать отношение лица к содеянному и мотивы устранения им вреда, причиненного преступлением[181].

Такая точка зрения разделяется и другими авторами. С.П.Щерба и А.В.Савкин высказывают мнение о том, что при явке с повинной "необходимо полное и правдивое признание вины в совершенном преступлении"[182].

Разумеется, правоохранительные органы, имеющие право прекращения дела, должны оценивать личность освобождаемого от уголовной ответственности лица при принятии соответствующего решения. Выше уже говорилось о том, что общим основанием освобождения от уголовной ответственности является утрата лицом общественной опасности (см. § 1 настоящей главы).

Вместе с тем, по справедливому замечанию Л.В.Головко, оценка личности и выяснение наличия реального раскаяния — не одно и то же. В действительности человек может и не раскаяться, более того, считать конкретный уголовно-правовой запрет неразумным, устаревшим и даже абсурдным, а свой поступок — естественным, но при этом из страха перед уголовным преследованием и наказанием, крушением карьеры, осуждением со стороны окружающих или по каким-либо иным соображениям совершить предписанные ст. 75 УК РФ действия. При этом он может не представлять никакой опасности для общества, поэтому в данном случае не стоит отказывать лицу в освобождении от уголовной ответственности только по той причине, что он не раскаялся чистосердечно, т.е. искренне[183]. В этом с автором трудно не согласиться.

Таким образом, мотивы принятия решения о явке с повинной (раскаяние, боязнь ответственности, стыд и т.д.) не имеют значения. Решение о явке с повинной может осуществляться по инициативе, совету или в результате убеждения иных лиц.

Четвертое условие — явка с повинной должна быть добровольной. Таковой не признается заявление лица о совершенном им преступлении, сделанное после ареста за данное преступление, либо если лицо вынуждено признать предъявленные ему обвинения и доказательства. Однако если лицо взято под стражу за совершение одного преступления, но в ходе предварительного расследования оно обращается с заявлением о совершении другого преступления, которое неизвестно правоохранительным органам или ими не раскрыто, такие действия виновного лица должны быть признаны явкой с повинной. Как явка с повинной рассматриваются и такие случаи, когда преступник установлен следственными органами, но скрылся, а впоследствии явился с повинной, имея возможность и далее скрываться от следствия и суда. Думается, правоохранительные органы не должны ограничивать право лиц, совершивших преступление, на явку с повинной.

Таким образом, явка с повинной — это добровольное обращение лица, совершившего преступление, в правоохранительные органы с заявлением о совершенном им преступлении при наличии у лица объективной возможности избежать привлечения к уголовной ответственности и наказания.

Пятое условие освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием — это способствование раскрытию преступления.

Оно означает, что лицо своими действиями оказывает активную помощь следственно-судебным органам в выявлении орудий, предметов и следов совершенного преступления, в проведении следственных действий, в установлении фактических обстоятельств, имеющих значение для дела, в обнаружении, задержании и изобличении соучастников преступления, в выяснении его причин и условий.

По УПК РСФСР подозреваемый и обвиняемый не обязаны давать показания против себя и представлять доказательства своей вины (ст. 46, 52). Поэтому оказание ими помощи в раскрытии преступления может быть только добровольным.

Как указывается в российской юридической литературе, способствование раскрытию преступления должно выражаться не только в стремлении обвиняемого участвовать в производстве конкретных процессуальных действий, но и в том, что инициатива в проведении отдельных следственно-розыскных мероприятий по сбору и фиксации доказательственной информации, направленных на раскрытие преступления, должна исходить от самого подозреваемого (обвиняемого)[184].

Если попытки виновного не привели к положительному результату, т.е., несмотря на его помощь, не удалось установить соучастников, обнаружить следы преступления, другие доказательства, то само по себе это не должно препятствовать освобождению от уголовной ответственности.

Возмещение причиненного ущерба или заглаживание иным способом вреда, причиненного преступлением, — шестое обязательное условие освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Оно заключается в добровольном, по возможности, полном устранении или смягчении негативных последствий совершенного преступления. Это может, например, осуществляться в виде выплаты денежной компенсации за поврежденное имущество или же в собственноручном его ремонте либо восстановлении, передаче денег на лечение при причинении вреда здоровью, выражаться в возмещении морального вреда путем принесения извинений за содеянное.

В юридической литературе иногда в качестве примера возмещения причиненного ущерба приводится возврат украденного имущества, уплата его стоимости, компенсация в иной форме[185]. Однако кража, подпадающая под признаки ч. 1 ст. 158 УК, относится к категории преступлений средней тяжести, поэтому лица, совершившие такое преступление, согласно ч. 1 ст. 75, не могут быть освобождены от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием. Вместе с тем для таких преступлений, как кража, самоуправство с насилием (ч. 2 ст. 330), относящихся к категории преступлений средней тяжести, освобождение от уголовной ответственности могло бы служить эффективным средством стимулирования возмещения причиненного ущерба. В связи с этим представляется целесообразным распространить положения ч. 1 ст. 75 на совершенные впервые преступления и средней тяжести. Именно такое решение было закреплено в проекте Уголовного кодекса России, представленного 19 октября 1992 г. Президентом РФ в Верховный Совет РФ. В ч. 1 ст. 70 названного Проекта говорилось о том, что "лицо, впервые совершившее преступление, не представляющее большой общественной опасности (уголовный проступок), или менее тяжкое преступление, может быть освобождено судом от уголовной ответственности или наказания, если оно после совершения преступления явилось с повинной и загладило причиненный вред". К менее тяжким преступлениям Проект относил "умышленные преступления, за которые законом предусмотрено максимальное наказание в виде лишения свободы на срок не свыше пяти лет, а также преступления, совершенные по неосторожности, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы" (ст. 10 Проекта)[186].

Возмещение причиненного вреда может быть единовременным, например, в случае, когда виновное лицо сразу же оплачивает стоимость поврежденного имущества, но может осуществляться и в несколько приемов. Реализация деятельности по возмещению вреда, причиненного преступлением, возможна как до явки с повинной, так и после явки преступника в правоохранительные органы.

Однако возмещение ущерба не всегда возможно. Трудно говорить о возмещении ущерба, т.е. восстановлении нарушенных общественных отношений, применительно к преступлениям, посягающим на здоровье человека. К таким преступлениям, например, относятся причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью по неосторожности (ст. 118), заражение венерической болезнью (ст. 121), незаконное производство аборта (ст. 123), понуждение к действиям сексуального характера (ст. 133) и т.п. Поэтому законодатель говорит о возможности заглаживания вреда иным способом.

Заглаживание вреда иным способом может выражаться в оказании медицинской и другой помощи, оплате путевки на санаторно-курортное лечение, компенсации расходов на протезирование и т.п. Самое главное, что эти действия осуществляются добровольно и направлены на максимальное "сглаживание" тех последствий, которые наступили в результате совершения преступления.

В связи с введением в Общую часть УК нормы о деятельном раскаянии как основании освобождения от уголовной ответственности в науке уголовного права и судебной практике возникло несколько проблем.

Первая связана с толкованием ч. 1 ст. 75 УК. Требуется ли наличие всех названных здесь условий для освобождения от уголовной ответственности или достаточно некоторых? В юридической литературе мнения разделились.

Так, А.В.Савкин полагает, что "два или несколько признаков деятельного раскаяния должны рассматриваться в совокупности, их единстве, взаимосвязи и взаимообусловленности. Наличие лишь одного из них понимается уже не как деятельное раскаяние, а как отдельное, смягчающее ответственность обстоятельство"[187]. Согласно такой точке зрения, если лицо только явилось с повинной и способствовало раскрытию преступления либо только загладило причиненный вред, освободить его от уголовной ответственности нельзя.

Не соглашаясь с приведенной точкой зрения, Л.В.Головко считает, что "крайняя формализация института деятельного раскаяния излишне ограничивает сферу его применения". В любом случае, как полагает автор, уголовному праву необходимо заинтересовать обвиняемого в том, чтобы помочь раскрыть преступление, загладить вред, а не отказывать ему в освобождении от уголовной ответственности только потому, что нет одного признака деятельного раскаяния, названного в законе, например, явки с повинной (часто по не зависящим от воли лица обстоятельствам)[188].

В действительности выполнение всех перечисленных в ст. 75 УК требований к поведению обвиняемого не всегда возможно. Выше уже говорилось о том, что не всегда можно возместить ущерб или загладить вред иным способом. Так, вряд ли осуществимо возмещение ущерба или заглаживание вреда иным способом при покушениях на совершение преступлений, когда имеет место лишь угроза причинения вреда, но общественно опасные последствия, названные или подразумеваемые в диспозиции уголовно-правовой нормы, не наступают. Такое преступление, как заведомо ложная реклама (ст. 182 УК), относится к категории преступлений небольшой тяжести, а значит, совершивший это преступление при деятельном раскаянии может претендовать на освобождение от уголовной ответственности. В случае же покушения на такое преступление (например, готовый рекламный ролик не был показан по телевидению по не зависящим от рекламодателя причинам) возмещение ущерба как элемент деятельного раскаяния или заглаживание вреда иным способом реализовать невозможно.

Трудно бывает реализовать и другие виды поведения, указанные в ст. 75 УК. Так, явка с повинной может быть запоздалой или вовсе не состояться в случае, когда следственные органы или другие субъекты предпринимают меры по задержанию лица непосредственно после совершения преступления. При вандализме, например, осуществляемом в общественном месте, лицо может быть задержано гражданами или сотрудниками правоохранительных органов сразу на месте совершения преступления, что само по себе исключает добровольную явку с повинной. Может ли такое лицо быть освобождено от уголовной ответственности, если признало свою вину и полностью возместило причиненный ущерб?

Другое требование — способствование раскрытию преступления — также не всегда выполнимо. Преступление может быть раскрыто путем активных и эффективных действий самих следственных органов, а совершившему преступление не удается "проявить инициативу".

В связи с этим в отечественной литературе предлагаются компромиссные решения данной проблемы.

Так, А.Чувилев полагает, что к решению этого вопроса надо подходить избирательно. Если виновный имел возможность осуществить все указанные в ч. 1 ст. 75 позитивные послепреступные действия, свидетельствующие о деятельном раскаянии, то вопрос об освобождении от уголовной ответственности нужно решать только в случае совокупности всех названных требований. По мнению автора, было бы ошибкой считать доказанным факт деятельного раскаяния, если "обвиняемый добровольно явился с повинной, но не желает по каким-то соображениям (например, из-за боязни мести) назвать своих соучастников, изобличить их на очной ставке или возместить материальный ущерб, причиненный преступлением"[189]. С другой стороны, в случаях, когда совершение того или иного действия, указанного в ч. 1 ст. 75, не зависит от воли виновного, а другие он осуществил, то, по мнению А.Чувилева, было бы неверным отказать такому лицу в освобождении от уголовной ответственности[190].

Решение вопроса об освобождении от уголовной ответственности должно быть строго индивидуальным, не осуществляться шаблонно. Но все-таки правилом следует признать требование выполнения всей совокупности условий, указанных в ст. 75 УК. В качестве исключения из этого общего правила представляется допустимым освобождение от уголовной ответственности в случае объективной невозможности виновного выполнить некоторые положительные послепреступные действия в связи с такими обстоятельствами, как смерть потерпевшего, абсолютная невозможность возместить, хотя бы частично, материальный ущерб ввиду отсутствия средств, запоздалая явка с повинной, неоконченное преступление и отсутствие реального ущерба, который мог бы быть возмещен, и т.п. Более того, эти требования должны учитываться и при освобождении от уголовной ответственности в специальных случаях деятельного раскаяния, предусмотренных в Особенной части.

Другая проблема касается вопроса о том, следует ли учитывать мнение потерпевшего при освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием последнего. Рассмотрим следующую ситуацию. Лицо, впервые совершившее преступление небольшой тяжести, добровольно явилось с повинной, способствовало раскрытию преступления и полностью возместило причиненный преступлением вред и, более того, публично извинилось перед потерпевшим. Но последний протестует против освобождения виновного лица от уголовной ответственности. Думается, что такое поведение потерпевшего не может служить основанием для отказа в применении к лицу, совершившему преступление, освобождения от уголовной ответственности в соответствии со ст. 75 УК. Все предписания закона виновным лицом осуществлены, и в принципе его судьба уже не должна зависеть от воли потерпевшего, тем более, что в ч. 1 ст. 75 УК речь идет о преступлениях небольшой тяжести.

Вместе с тем потерпевший имеет право обратиться с жалобой на постановление (определение) о прекращении уголовного дела, которым виновное лицо освобождается от уголовной ответственности (ст. 7 УПК). Жалоба на определение суда или постановление прокурора, следователя или органа дознания должна быть подана в пятидневный срок со дня получения уведомления о прекращении уголовного дела соответственно в вышестоящий суд или вышестоящему прокурору. Таким образом, потерпевший согласно УПК может влиять на решение об освобождении лица, совершившего преступление, от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием.

Часть 2 ст. 75 УК предусматривает, что лицо, совершившее преступление иной категории, нежели преступление небольшой тяжести, при наличии условий, предусмотренных ч. 1 ст. 75, может быть освобождено от уголовной ответственности только в случаях, специально предусмотренных соответствующими статьями Особенной части УК.

Не все виды освобождения от уголовной ответственности, предусмотренные в Особенной части, относятся к случаям деятельного раскаяния. Так, освобождение от уголовной ответственности допускается при терроризме (ст. 205 УК). Однако в ч. 1 ст. 205 терроризм определяется как совершение взрыва, поджога или иных действий, создающих опасность гибели людей, причинения значительного имущественного ущерба, либо наступления иных общественно опасных последствий, если эти действия совершены в целях нарушения общественной безопасности, устрашения населения либо оказания воздействия на принятие решений органами власти, а также угроза совершения указанных действий в тех же целях. Следовательно, это преступление является оконченным с момента осуществления взрыва, поджога и т.д. Но после совершения таких действий значение деятельного раскаяния существенно уменьшается. Поэтому в примечании к данной статье указано, что лицо, участвующее в подготовке акта терроризма, освобождается от уголовной ответственности, если оно своевременным предупреждением органов власти или иным образом способствовало предотвращению осуществления акта терроризма и если в действиях этого лица не содержится иного состава преступления. В данном случае следует говорить о добровольном отказе от совершения преступления, а не о деятельном раскаянии.

При самовольном оставлении части или места службы (ст. 337) и дезертирстве (ст. 338) предусмотрены свои основания освобождения от уголовной ответственности: преступление должно быть совершено впервые и в результате стечения тяжелых обстоятельств. Причисление этих видов освобождения к освобождению в связи с деятельным раскаянием также неверно.

Итак, освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием возможно в следующих 15 случаях: похищение человека (ст. 126), уклонение от уплаты таможенных платежей, взимаемых с организации или физического лица (ст. 194), уклонение физического лица от уплаты налога или страхового взноса в государственные внебюджетные фонды (ст. 198), уклонение от уплаты налогов или страховых взносов в государственные внебюджетные фонды с организации (ст. 199), коммерческий подкуп (ст. 204), захват заложника (ст. 206), участие в незаконном вооруженном формировании (ст. 208), незаконное приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение оружия, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ст. 222), незаконное изготовление оружия (ст. 223), незаконное изготовление, приобретение, хранение, перевозка, пересылка либо сбыт наркотических средств или психотропных веществ (ст. 228), государственная измена (ст. 275), шпионаж (ст. 276), насильственный захват власти или насильственное удержание власти (ст. 278), дача взятки (ст. 291), заведомо ложное показание, заключение эксперта или неправильный перевод (ст. 307).

Среди перечисленных преступлений есть относящиеся к самым разным категориям, включая преступления небольшой тяжести. К последним относятся, например, коммерческий подкуп без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 204), незаконное изготовление газового, холодного, в том числе метательного, оружия (ч. 4 ст. 223). Целый ряд преступлений относится к категории преступлений средней тяжести, в том числе участие в вооруженном формировании, не предусмотренном федеральным законом (ч. 2 ст. 208), незаконные приобретение, передача, сбыт, хранение, перевозка или ношение огнестрельного оружия, его основных частей, боеприпасов, взрывчатых веществ и взрывных устройств (ч. 1 ст. 222), дача взятки должностному лицу, совершенная без отягчающих обстоятельств (ч. 1 ст. 291), и др. Остальные преступления относятся к категории тяжких или особо тяжких.

Следует отметить, что условия освобождения при деятельном раскаянии в перечисленных нормах неодинаковые. Они исходят из специфики преступлений и возможностей загладить причиненный вред.

Что касается преступлений небольшой тяжести, по-видимому, следует признать, что законодатель связывает освобождение от уголовной ответственности в данном случае с какими-либо конкретными видами деятельного раскаяния: в случае коммерческого подкупа — с сообщением о даче предмета подкупа, в случае незаконного изготовления холодного оружия — с добровольной сдачей такого оружия.

Некоторые из перечисленных преступлений являются длящимися, поэтому акт деятельного раскаяния в данном случае ведет к их прекращению. Это характерно для таких преступлений, как хранение огнестрельного оружия, хранение наркотических веществ, участие в незаконном вооруженном формировании и т.п.

В других случаях, хотя преступление и считается оконченным, деятельное раскаяние препятствует наступлению более тяжких последствий. Так, в случае совершения действий, образующих государственную измену (ст. 275), лицо освобождается от уголовной ответственности, если оно добровольным и своевременным сообщением органам власти или иным образом способствовало предотвращению дальнейшего ущерба интересам Российской Федерации.

В газете "Сегодня" от 28 января 1998 г. было сообщено, что от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием был освобожден агент английской разведки под псевдонимом "Саша". Начав свою шпионскую деятельность в 1992 г., он систематически сообщал секретные данные, за что получал от службы SIS вознаграждение. Когда источник его сведений был исчерпан, английская служба разведки прекратила с "Сашей" всяческие связи. Лишь после этого летом 1997 г. агент осуществил "деятельное раскаяние" и в результате был освобожден в связи с этим от уголовной ответственности.

Однако в данном случае нельзя говорить о своевременности сделанного виновным сообщения о содеянном и о предотвращении дальнейшего вреда интересам Российской Федерации. Пять лет беспрерывного шпионажа и завершение этой деятельности не по собственной воле, а ввиду невозможности ее продолжения свидетельствуют о том, что вред интересам России уже причинен сполна и деятельного раскаяния нет. Перечисленные в примечании к ст. 275 УК признаки деятельного раскаяния должны быть в совокупности, только в этом случае можно говорить о деятельном раскаянии и об освобождении в связи с этим от уголовной ответственности.

Несмотря на указание, содержащееся в ч. 2 ст. 75, о том, что освобождение от уголовной ответственности по специальным нормам возможно только при наличии условий, предусмотренных в ч. 1 ст. 75, анализ положений УК показывает, что в перечисленных выше статьях Особенной части имеются значительные отступления от предписаний общей нормы.

Так, в ст. 206 УК предусмотрена ответственность за захват заложника. В примечании к данной статье указано, что лицо, добровольно или по требованию властей освободившее заложника, освобождается от уголовной ответственности, если в его действиях не содержится иного состава преступления. Вместе с тем, если освобождение заложника было осуществлено добровольно, имеет место деятельное раскаяние, если же это делается по требованию властей, деятельного раскаяния нет. Применительно к данному случаю мы должны говорить о двух случаях освобождения от уголовной ответственности: в связи с деятельным раскаянием и в связи с освобождением заложника по требованию властей.

Такая рассогласованность в данном вопросе положений Особенной части и ч. 1 и 2 ст. 75 приводит на практике к тому, что освобождение от уголовной ответственности предоставляется тем, кто выполнил лишь условия, названные в примечании к конкретной статье Особенной части. Так, в юридической литературе приводится следующий случай.

Федеральный суд г. Кронштадта освободил от уголовной ответственности за похищение человека четырех членов организованной группы, совершивших преступление при следующих обстоятельствах. Житель города У. был похищен обвиняемыми с целью принудить его подписать генеральную доверенность на имя организатора группы Б., предоставляющую последнему право распоряжаться собственностью потерпевшего, включая приватизированную квартиру. У. был вынужден подписать документ. Через семь дней он был доставлен из Санкт-Петербурга, где до этого удерживался, в Кронштадт и был освобожден. Спустя некоторое время та же преступная группа вновь похитила У. и отвезла его в отдаленную деревню Ленинградской области, которую У. не должен был покидать под угрозой расправы. Потерпевший был разыскан сотрудниками милиции. Против членов организованной группы по указанию прокурора было возбуждено уголовное дело по обвинению в похищении человека и вымогательстве. Суд признал подсудимых виновными в совершении названных преступлений, однако усмотрел основания для освобождения от уголовной ответственности за похищение человека, поскольку члены группы "добровольно освободили потерпевшего". Наказание было назначено только за вымогательство[191].

Решение суда представляется ошибочным. Суд руководствовался только примечанием к ст. 126 и не учел общее правило, установленное в ч. 1 ст. 75. Освобождение похищенного, дважды имевшее место, происходило не ввиду раскаяния, а по другим причинам. При этом никто из членов группы не явился с повинной, не способствовал раскрытию преступления и изобличению соучастников и т.д.

В подобных случаях имеет место коллизия общей и специальной нормы. Правильное разрешение коллизии зависит от понимания соотношения общего и частного. Специальная норма содержит все признаки общей нормы и одновременно свои специфические признаки, выделяющие ее из общей нормы. В связи с этим отсутствие в ряде примечаний описания деятельного раскаяния должно компенсироваться учетом общих правил, предусмотренных в ч. 1 и 2 ст. 75 УК. Проект УК России 1992 г. в данном вопросе занимал более верную позицию. В ч. 2 ст. 70 Проекта предусматривалось, что "лицо, совершившее преступление, в случаях, предусмотренных Особенной частью настоящего Кодекса, освобождается судом от уголовной ответственности или наказания, если оно после совершения преступления явилось с повинной и загладило причиненный вред".

В большинстве случаев деятельного раскаяния, предусмотренных в Особенной части, освобождение от уголовной ответственности предоставляется только тогда, когда в действиях лица "не содержится иного состава преступления".

Простая, на первый взгляд, формула в действительности вызывает определенные споры. Понятно, что в случае, когда, например, уже похищенному человеку наносятся телесные повреждения, относящиеся к тяжкому вреду здоровью, виновное в этом лицо, добровольно освободившее похищенного, будет нести ответственность за причинение тяжкого вреда здоровью по ст. 111. Однако, если такой вред причиняется в процессе похищения, можно ли освободить виновное лицо в случае последующего добровольного освобождения похищенного человека? В ч. 2 ст. 126 "Похищение человека" предусмотрено в качестве квалифицирующего признака насилие, опасное для жизни или здоровья. Если такое насилие применяется, мы не можем, строго говоря, считать подобные действия "иным составом". Проблема должна быть решена законодателем путем уточнения тех обстоятельств, наличие которых, несмотря на деятельное раскаяние, влечет уголовную ответственность. Во Франции, например, значимость для судьбы лица, похитившего людей, имеет только такое деятельное раскаяние, которое выразилось в добровольном освобождении всех удерживаемых лиц до истечения седьмых суток после похищения. При этом похищенные не должны быть подвергнуты какому-либо посягательству на свою физическую неприкосновенность, повлекшему увечье, хроническое заболевание или смерть, либо быть подвергнуты пыткам (ст. 224-1 УК Франции).

Указание российского уголовного закона на отсутствие в действиях лица "иного состава преступления" представляется излишним, снижающим профилактическую функцию УК, поскольку создает иллюзию того, что даже выполнение всех специальных условий, предусмотренных в Особенной части, не освобождает от уголовной ответственности за данное преступление. В действительности, если лицо совершило какое-либо иное преступление, то ответственность за него наступает в силу ст. 8 УК "Основание уголовной ответственности". Так, лицо, захватившее заложника и угрожавшее потерпевшему применением огнестрельного оружия, добытого незаконным путем, при последующем освобождении заложника и выполнении других требований, предусмотренных в ст. 75 УК, будет отвечать за незаконное хранение оружия, но не потому, что его деятельное раскаяние осталось без внимания, а в силу того, что незаконное хранение оружия — самостоятельное преступление, ответственность за которое наступает по общим правилам.

Следует отметить, что количество случаев деятельного раскаяния по некоторым составам преступлений растет. Летом 1997 г. ФСБ широко уведомила население России об особом "телефоне доверия", по которому лица, занимающиеся шпионажем, могут сообщить об этом по телефону. В обращении было объявлено об освобождении тех, кто воспользовался таким телефоном. К январю 1998 г. в Москве более 20 лиц, завербованных иностранными разведками, сообщило об этом в ФСБ.

Как уже указывалось, согласно УПК РСФСР процессуальной формой освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием является специальное решение (постановление или определение) о прекращении уголовного дела, вынесенное органом дознания, следователем, прокурором или судом (ст. 7). Такое основание прекращения уголовного дела считается нереабилитирующим, поэтому данное решение может быть принято только при согласии обвиняемого. Если же он, считая себя невиновным, настаивает на рассмотрении дела судом и вынесении оправдательного приговора, освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием невозможно и производство по делу продолжается в обычном порядке.

В уголовном праве зарубежных государств деятельное раскаяние, как правило, служит основанием для смягчения наказания. Однако в некоторых странах предусмотрена возможность полного освобождения от наказания в случае какого-либо позитивного постпреступного поведения виновного лица. При этом во всех случаях речь идет об освобождении не от уголовной ответственности, а только лишь от наказания. Так, согласно УК Франции лицо, принявшее участие в сговоре, направленном на подготовку какого-либо преступления или проступка, который подлежит наказанию в виде десяти лет тюремного заключения, освобождается от наказания, если оно до привлечения к ответственности раскрыло группу или сговор компетентным властям и помогло установить других участников (ст. 450-2).

Общая норма о возможности освобождения от наказания в случае деятельного раскаяния лица предусмотрена в УК ФРГ. В § 46а говорится о том, что виновный может претендовать на освобождение от наказания, если он полностью или частично возместил ущерб, причиненный деянием, и если последнее влечет наказание в виде лишения свободы на срок не более одного года или денежный штраф. Деятельное раскаяние как основание для освобождения от наказания предусмотрено и в нормах Особенной части УК ФРГ. При этом специальные нормы предусматривают возможность освобождения от наказания и в других случаях, нежели те, что указаны выше. Так, согласно § 83а лицо по усмотрению суда может быть освобождено от наказания, если после совершения действий, образующих государственную измену Федерации или Земле (субъекту Федерации), виновный затем добровольно отказывается от дальнейшего выполнения деяния и предотвращает известную ему опасность продолжения другим лицом данного деяния или существенно ее уменьшает, либо если он добровольно препятствует доведению деяния до конца другим лицом. В случае, когда опасность совершения государственного преступления была предотвращена или существенно уменьшена без участия виновного лица, для освобождения от наказания достаточно установить "добровольные и настойчивые усилия" такого лица по достижению этих целей Институт деятельного раскаяния используется в Особенной части УК ФРГ достаточно часто. Возможность освобождения от наказания в случае деятельного раскаяния предусмотрена для таких преступлений, как продолжение деятельности партии, признанной неконституционной (§ 84), агентурная деятельность в целях саботажа (§ 87), шпионаж (§ 98), создание преступных сообществ (§ 129), создание террористических обществ (§ 129а) и т.д. Во всех этих случаях решение вопросов освобождения от наказания отдано на усмотрение суда. Вместе с тем УК ФРГ иногда предусматривает в императивной форме обязанность суда освободить лицо от наказания. Это относится, например, к такому преступлению, как подготовка подделки денег или знаков оплаты. Согласно § 149 лицо не наказывается в случае, если оно добровольно отказывается от совершения подготовленного деяния, предотвращает вызванную им опасность продолжения подготовки деяния или совершения его, уничтожает, приводит в негодность средства подделки либо сообщает об их существовании правоохранительным органам или передает их последним. Поскольку в германском праве приготовление к фальшивомонетничеству образует самостоятельное преступление, в данном случае речь идет о деятельном раскаянии, а не о добровольном отказе от совершения преступления.

Обязанность суда освободить от наказания предусмотрена в УК ФРГ и в других случаях. Согласно § 261 за "отмывание" денег не наказывается тот, кто добровольно сообщает об этом деянии компетентным органам, если к этому времени преступление не раскрыто полностью или частично правоохранительными органами и исполнитель об этом знает. В соответствии с § 310 не наказывается за поджог тот, кто потушил пожар до того, как он был обнаружен, и до того, как был причинен дальнейший ущерб помимо уже причиненного поджогом.

§ 3. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим

Норма о примирении с потерпевшим как основание освобождения от уголовной ответственности была впервые включена в УК РФ 1996 г. Прежнее уголовное и уголовно-процессуальное законодательство, хотя и предусматривало отдельные положения, касающиеся примирения сторон как повода для прекращения уголовного преследования, тем не менее не знало самостоятельного института материального уголовного права.

Русское дореволюционное право и, в частности, Устав уголовного судопроизводства, в принципе исходившие из публичного характера уголовного преследования и наказания, допускали в некоторых случаях уголовное преследование по особому заявлению потерпевшего.

Такая группа преступных деяний, в свою очередь, подразделялась на две подгруппы:

1) деяния, по которым от потерпевшего зависело только возбуждение уголовного дела, а дальнейшее преследование виновного лица шло в обычном порядке;

2) деяния, в которых обличение виновных в суде возлагалось на частного обвинителя. Во втором случае закон, наделявший потерпевшего правом обвинения, предоставлял ему и право отказаться от преследования виновного лица.

В теории русского дореволюционного права справедливо отмечалось, что от мнения потерпевшего по "уголовно-частным" делам может зависеть только привлечение к суду и изобличение виновного. Однако наказание и в этих случаях налагается от имени государства, в публичных интересах, а не ради удовлетворения частных лиц. В связи с этим воля потерпевшего должна учитываться только до постановления приговора или, самое большее, до вступления приговора в законную силу. Неисполнение состоявшегося приговора возможно только в порядке публичного, т.е. исходящего от государства, а не частного помилования[192].

Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим в ограниченных пределах предусматривалось УПК РСФСР 1960 г. В настоящее время согласно ст. 27 УПК (в редакции Федерального закона от 21 декабря 1996 г.) дела о преступлениях, предусмотренных статьями 115 (умышленное причинение легкого вреда здоровью), 116 (побои), 129 частью первой (клевета без отягчающих признаков) и 130 (оскорбление) УК РФ, возбуждаются лишь по жалобе потерпевшего и подлежат прекращению в случае примирения его с обвиняемым. Примирение допускается только до удаления суда в совещательную комнату для постановления приговора.

Дела по таким преступлениям, как изнасилование без отягчающих признаков (ч. 1 ст. 131), нарушение авторских и смежных прав без отягчающих признаков (ч. 1 ст. 146) и нарушение изобретательских и патентных прав без отягчающих признаков (ст. 142), возбуждаются также только по жалобе потерпевшего, однако прекращению в связи с примирением потерпевшего с обвиняемым не подлежат. Производство по таким делам ведется в обычном порядке.

При наличии предусмотренных в УПК РСФСР исключительных обстоятельств прокурор может возбудить уголовное дело по названным выше категориям дел и без жалобы потерпевших. В таких случаях прекращение дела в связи с примирением с потерпевшим не допускается.

Вместе с тем освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим по УК РФ 1996 г. существенно отличается от традиционного процессуального основания прекращения уголовного дела по делам "частного обвинения", хотя нередко высказывается мнение о том, что эти два института тесным образом связаны между собой. Так, А.В.Наумов утверждает, что "генетически норма, выраженная в ст. 76 УК РФ, имеет процессуальное происхождение"[193]. С этим трудно согласиться.

Отличия данного вида освобождения от уголовной ответственности по сравнению с процессуальным основанием прекращения дел "частного обвинения" в связи с примирением с потерпевшим состоят в следующем. Во-первых, УК РФ предусматривает освобождение от уголовной ответственности для лиц, совершивших преступления иной категории, нежели дела "частного обвинения". В уголовном законе говорится о совершении лицом преступления небольшой тяжести. К таковым относятся, например, причинение тяжкого или средней тяжести вреда здоровью в состоянии аффекта (ст. 113), воспрепятствование законной предпринимательской деятельности (ст. 169), вандализм (ст. 214) и др. Во-вторых, уголовное дело в таких случаях возбуждается не в связи с волеизъявлением потерпевшего, что характерно для дел "частного обвинения", а в обычном порядке. В-третьих, некоторые категории дел "частного обвинения" (изнасилование, нарушение авторских прав) не могут быть прекращены, а виновное лицо не может быть освобождено от уголовной ответственности в связи с его примирением с потерпевшим, несмотря на то, что уголовное дело было возбуждено по воле последнего. Таким образом, уголовно-правовой вид освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим имеет вполне самостоятельное значение.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим согласно ст. 76 УК РФ допускается только при наличии совокупности следующих обстоятельств: а) совершение преступления впервые; б) деяние относится к категории преступлений небольшой тяжести; в) примирение виновного лица с потерпевшим; г) заглаживание правонарушителем причиненного вреда.

При примирении с потерпевшим последний должен официально уведомить суд, прокурора, следователя или орган дознания о том, что он примирился с виновным лицом, удовлетворен предпринятыми последним мерами по заглаживанию вреда и вследствие этого не возражает против освобождения правонарушителя от уголовной ответственности.

Мотивы примирения потерпевшего с лицом, совершившим преступление, могут быть различными: удовлетворение постпреступным его поведением по заглаживанию вреда, жалость, надежды на дружбу, совместную работу и т.д. Однако в любом случае решение о примирении принимается потерпевшим добровольно. В случае попыток лица, совершившего преступление, его родственников, знакомых или других лиц запугать потерпевшего с целью заставить его сообщить правоохранительным органам о мнимом примирении основания для освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением нет.

Инициатива примирения может исходить как от лица, совершившего преступление, так и от потерпевшего или иных лиц (знакомых, родителей, представителей правоохранительных органов и т.п.). Мотивы стремления к примирению со стороны лиц, совершивших преступление, могут быть различны: раскаяние, чувство стыда, страх перед грядущей ответственностью и др.

Требование заглаживания причиненного вреда предполагает полное или частичное (в зависимости от обстоятельств дела и возможностей виновного) возмещение морального, физического, имущественного или другого вреда, который претерпел потерпевший в результате совершения преступления виновным лицом.

Включение в УК РФ 1996 г. нормы об освобождении от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим обусловило внесение в текст УПК дополнительных предписаний о прекращении уголовного дела по такому основанию. Согласно ст. 9 УПК (в редакции Федерального закона от 21 декабря 1996 г.) суд, прокурор, а также следователь и орган дознания с согласия прокурора вправе на основании соответствующего заявления потерпевшего прекратить уголовное дело в отношении лица, впервые совершившего преступление небольшой тяжести, если оно примирилось с потерпевшим и загладило причиненный потерпевшему вред.

Процессуальной формой данного вида освобождения от уголовной ответственности служит определение суда или постановление прокурора, следователя или органа дознания о прекращении уголовного дела.

В уголовном праве зарубежных государств примирение с потерпевшим как основание прекращения уголовного преследования, а следовательно, и освобождения от уголовной ответственности, используется достаточно часто. Как говорилось в § 1 настоящей главы, широкое распространение в ряде зарубежных государств получила такая форма разрешения уголовно-правовых конфликтов, как медиация[194]. При этом сама медиация может выступать в разных вариантах. Так называемая простая медиация, весьма сходная с российским видом освобождения от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим, предполагает определенную посредническую процедуру с целью примирения потерпевшего и обвиняемого при возмещении последним причиненного ущерба. Этот вид медиации закреплен, к примеру, в ст. 41 УПК Франции 1958 г. (с последующими изменениями и дополнениями). В указанной статье говорится о праве прокурора "до вынесения решения по публичному иску и с согласия сторон принять решение о медиации, если он считает, что такая мера способна обеспечить возмещение вреда, причиненного потерпевшему, положить конец конфликту, ставшему следствием преступного деяния, и содействовать исправлению лица, совершившего преступление".

Российский вариант простой медиации, предусмотренный в ст. 76 УК РФ, также предполагает возмещение потерпевшему причиненного преступлением вреда и примирение с ним. Вместе с тем уголовное право России не предусматривает посреднической процедуры как деятельности по примирению сторон, осуществляемой специальными органами (субъектами). По закону российские правоохранительные органы в принципе не обязаны принимать какие-либо меры по примирению потерпевшего с обвиняемым, а должны лишь фиксировать факт такого примирения. В отечественной юридической литературе высказываются предложения о включении в российское законодательство нормы о том, что суд, прокурор, следователь или орган дознания обязаны вызвать потерпевшего и преследуемое в уголовном порядке лицо для разъяснения им права на примирение, а последнему — отдельно условий такого примирения (заглаживание вреда)[195].

§ 4. Освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки

В России освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки впервые упоминается в ст. 16 Руководящих начал по уголовному праву РСФСР 1919 г., в которой определялось, что "с исчезновением условий, в которых определенное деяние или лицо, его совершившее, представляется опасным для данного строя, совершивший его не подвергается наказанию". УК 1922 г. рассматриваемого института не знал. В ст. 6 УК РСФСР 1926 г. и ч. 1 ст. 50 УК РСФСР 1960 г. освобождение от уголовной ответственности обусловливалось изменением обстановки.

В ст. 77 УК РФ в основу рассматриваемого вида освобождения от уголовной ответственности также положено "изменение обстановки", и помимо этого оно применяется лишь к лицам, впервые совершившим преступление небольшой или средней тяжести. Следовательно, освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки по сравнению с ранее действовавшим законодательством сужено.

Если для его применения УК РСФСР 1926 г. требовал изменения "социально-политической обстановки", то согласно УК РСФСР 1960 г. и ныне действующему УК РФ достаточно простого изменения обстановки, которое возможно в масштабах страны. Так, после окончания Великой Отечественной войны в СССР отпала общественная опасность таких, например, преступлений, как хранение радиоаппаратуры.

Во время тяжелейшего землетрясения в 1989 г. в Армении имели место случаи включения в аварийные команды лиц, совершивших до этого преступления, что свидетельствовало иногда об отпадении их общественной опасности.

Изменение обстановки может иметь место в масштабах государства или на территории субъектов Федерации, а также более мелких территорий вплоть до микрорайона, населенного пункта, предприятия, учебного заведения или даже семьи.

Так, Б. — отец и два его сына были привлечены к уголовной ответственности за незаконную порубку леса в водоохраняемой зоне (ст. 169 УК РСФСР 1960 г.). Но вскоре выяснилось, что эта местность подлежит затоплению с целью создания водохранилища для гидроэлектростанции. В связи с этим возникла необходимость в спешной вырубке леса, к которой было призвано и местное население. Б. были освобождены от уголовной ответственности вследствие изменения обстановки, повлекшей отпадение общественной опасности деяния.

Изменение обстановки может выразиться, например, в призыве лица, совершившего преступление, в армию, его поступлении на работу или в учебное заведение. В новой обстановке появляется более благоприятная возможность воспитательного воздействия на правонарушителя, контроля за его поведением и проч.

Изменение обстановки, в результате чего отпадает общественная опасность деяния, как правило, совершенно очевидно, однозначно. В подобной ситуации освобождение лица, совершившего преступление, не может быть, а, по нашему мнению, должно быть применено. Представляется, что такой вывод, например, следует из вышеприведенного акта отпадения общественной опасности ряда преступлений после окончания Великой Отечественной войны.

В тех случаях, когда вследствие изменения обстановки решается вопрос об отпадении общественной опасности лица, нередко возникает необходимость в детальном изучении обстоятельств дела, характеристики виновного. Без этого невозможно определить, отпала ли общественная опасность личности в новой обстановке или же не отпала. Так, И. после совершения хулиганских действий, подпадающих под признаки ч. 1 ст. 213 УК РФ, поступил на работу в метрострой в качестве проходчика. До этого он ни в чем предосудительном не был уличен. Решением прокурора И. был освобожден от уголовной ответственности вследствие изменения обстановки. Ч., виновный в совершении аналогичного деяния, поступил на работу дворником. Адвокат Ч. ходатайствовал о его освобождении от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки. Однако суд приговорил Ч. к лишению свободы сроком на один год. Суд исходил из того, что с изменением обстановки общественная опасность Ч. не отпала, ибо в течение длительного времени он занимался бродяжничеством, злоупотреблял спиртным и употреблял наркотики.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки чаще всего персонально применяется к отдельным лицам. Вместе с тем на практике встречаются случаи такого рода освобождения нескольких лиц.

В начале марта 1998 г. заместитель Генерального прокурора РФ М.Катышев сообщил, что дело против трех подданных Японии — руководителей московского филиала японской секты "Аум сенрике" — Генеральной прокуратурой РФ прекращено с освобождением их от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки. Эти лица обвинялись в организации объединения, посягающего на личность и права граждан (ст. 143.1 УК РСФСР 1960 г.).

В приведенном случае изменение обстановки сложилось из двух факторов: запрета в Российской Федерации деятельности "Аум сенрике" и выезда двух бывших руководителей московской секции в Японию.

Освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки в УК большинства стран, предусматривающих такую возможность, допустимо при совершении преступлений небольшой и средней тяжести (см., например, ст. 77 УК РФ).

В ст. 65 УК Кыргызской Республики допускается возможность такого освобождения лиц, что, по нашему мнению, необоснованно сужает применение рассматриваемого вида освобождения от уголовной ответственности.

Необходимо подчеркнуть, что в соответствии с ч. 4 ст. 6 УПК РСФСР уголовное дело не может быть прекращено вследствие изменения обстановки без разъяснения подсудимому его права возражать против прекращения дела. В этом отношении характерно дело Ф. Судьей Курганского городского суда 21 января 1997 г. дело по обвинению Ф. в угрозе убийством (ст. 207 УК РСФСР) и побоях (ст. 116 УК РФ) было прекращено вследствие изменения обстановки. Президиум Курганского областного суда 18 августа 1997 г. по протесту заместителя Председателя Верховного Суда РФ это постановление судьи отменил, дело направил на новое рассмотрение в связи с тем, что Ф. не разъяснили его права на возражение против прекращения дела[196].

§ 5. Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности

Наличие латентной преступности предопределяет необходимость регламентации в уголовном законе института освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности.

Впервые в российском законодательстве десятилетняя давность осуждения была установлена в ст. 44 Манифеста от 17 марта 1775 г. Согласно ст. 158 Уложения о наказаниях уголовных и исправительных в редакции 1885 г. "наказание отменялось за давностью" в течение нескольких сроков, продолжительность которых определялась тяжестью преступления. Уголовное уложение 1903 г. рассматривало давность как обстоятельство, устраняющее наказание или уголовное преследование. Если лицо не совершило в течение длительного времени новое преступление, его следовало считать исправившимся. К тому же по прошествии длительного времени решение дела по существу усложнялось.

Впервые вопрос о рассматриваемой давности по уголовному праву в послереволюционной России был решен в ст. 21 и 22 УК РСФСР 1922 г., в которых были заложены достаточно прочные основы решения проблемы давности.

Суть освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности заключается в том, что по истечении определенных в законе сроков лицо не подлежит уголовной ответственности за совершенное преступление.

Чем меньше проходит времени между преступлением и наказанием, тем, как правило, выше эффективность его воздействия. И напротив, наказание лица через значительный промежуток времени после совершения им преступления по общему правилу становится нецелесообразным с точки зрения достижения целей наказания.

Со временем затрудняется расследование преступлений, в ряде случаев утрачиваются или теряют свою силу доказательства, забываются или искажаются в памяти сведения, известные свидетелям. Поэтому правильное решение дела судом во многих случаях становится или затруднительным, или даже невозможным.

Вопрос об общих основаниях освобождения лиц, совершивших преступления, от уголовной ответственности вследствие истечения сроков давности привлечения к уголовной ответственности не нашел единообразного разрешения. Ряд юристов[197] полагают, что по истечении сроков давности отпадает общественная опасность деяния. Это неверно. Общественная опасность деяния может измениться с изменением обстановки, но не в результате истечения сроков давности. Общественная опасность деяния определяется на момент совершения преступления, и истечение времени без изменения обстановки не влияет на эту оценку. До тех пор пока не изменился закон, устанавливающий ответственность за то или иное преступление, общественная опасность этого преступления сохраняется.

Относительно распространенной является иная точка зрения, согласно которой в основу такого освобождения положена нецелесообразность по истечении срока давности применять уголовную ответственность[198]. Но целесообразность мыслима при наличии каких-либо объективных критериев, положенных в ее основу, что возвращает решение проблемы к исходным позициям: что же лежит в основе применения давности?

Представляется верной иная точка зрения, согласно которой основанием освобождения от уголовной ответственности является отпадение или существенное снижение общественной опасности лица, доказанное надлежащим поведением[199].

В соответствии с ч. 1 ст. 78 УК РФ лицо освобождается от уголовной ответственности, если со дня совершения преступления истекли следующие сроки:

а) два года после совершения преступления небольшой тяжести;

б) шесть лет после совершения преступления средней тяжести;

в) десять лет после совершения тяжкого преступления;

г) пятнадцать лет после совершения особо тяжкого преступления.

Обращает на себя внимание то, что в двух вариантах ("а" и "в") сроки давности равны максимальному сроку лишения свободы, который можно назначить за преступление небольшой тяжести и тяжкое преступление.

Срок давности привлечения к уголовной ответственности на один год больше возможного срока лишения свободы за совершение преступлений средней тяжести.

Максимальный срок давности привлечения к уголовной ответственности за совершение особо тяжких преступлений равен пятнадцати годам. Вместе с тем за совершение этих преступлений возможно назначение лишения свободы на срок до двадцати лет, при совокупности преступлений — до двадцати пяти лет (ст. 69), а при совокупности приговоров — до тридцати лет (ст. 70 УК РФ).

Следовательно, возможна такая ситуация, при которой срок возможного наказания за содеянное значительно меньше срока давности привлечения к уголовной ответственности.

Представим себе, что пять человек, используя свое служебное положение, участвовали в преступном сообществе (ч. 3 ст. 210 УК РФ), за что четверо были осуждены к двадцати годам лишения свободы. А пятый остался вне поля зрения органов правосудия. Через пятнадцать лет это обстоятельство было обнаружено. Соучастники должны отбывать еще пять лет лишения свободы, а "счастливчика" привлечь к уголовной ответственности нельзя — истекли сроки давности. Налицо явная несбалансированность установленных в законе сроков давности привлечения к уголовной ответственности и сроков возможного наказания за содеянное.

Представляется, что срок давности привлечения к уголовной ответственности не должен быть короче срока того наказания, которое можно назначить лицу за совершенное преступление. Это относится не только к лишению свободы, но и к другим наказанием с учетом возможности назначения дополнительного наказания в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью (суммарно). И поэтому было бы целесообразно установить в законе максимальный срок давности привлечения к уголовной ответственности, допустим, — тридцать лет.

Как правило, в уголовном законодательстве зарубежных стран сроки давности уголовного преследования продолжительнее сроков давности привлечения к уголовной ответственности, установленных в УК РФ. Так, в § 78 УК ФРГ установлен тридцатилетний срок давности за преступления, за которые предусмотрено наказание в виде пожизненного лишения свободы, и двадцатилетний срок — за преступления, караемые наказанием в виде лишения свободы на срок свыше десяти лет. В ст. 131 УК Испании максимальный срок давности привлечения к уголовной ответственности равен двадцати годам. В п. 1 ст. 101 § 1 УК Польши срок давности равен 30 годам.

Течение срока давности освобождения от уголовной ответственности начинается со дня совершения преступления. Напомним, что в соответствии с ч. 2 ст. 9 УК РФ временем совершения преступления признается время совершения общественно опасного действия (бездействия) независимо от времени наступления последствий.

Если совершено длящееся преступление, то течение срока давности начинается со дня прекращения непрерывного процесса совершения преступления, а именно со дня явки с повинной, задержания преступника или иного обстоятельства, прекращающего совершение преступления (например, достижения совершеннолетия лицом, на содержание которого выплачивались алименты, что прекращает злостное уклонение от уплаты алиментов).

Ряд юристов считают, что при совершении длящихся преступлений сроки давности привлечения к уголовной ответственности следует исчислять с акта преступного деяния, которым начинается длящееся деяние[200]. Они свой вывод обосновывают тем, что несправедливо, например, что за побег из мест лишения свободы устанавливается пожизненный срок давности, а за более тяжкое преступление, например, за умышленное причинение тяжкого вреда здоровью — определенный срок давности. Этот довод необоснован. Он игнорирует юридическую природу длящихся преступлений. Возьмем, например, незаконное хранение огнестрельного оружия — ч. 1 ст. 222 УК РФ. Это преступление средней тяжести, срок давности привлечения за которое равен шести годам. Если согласиться со сторонниками рассматриваемой точки зрения, то через шесть лет хранение оружия станет легальным.

Длящиеся преступления наделены специфическими особенностями. Мы согласны со следующим высказыванием В.Н.Кудрявцева: "Всякое длящееся преступление начинается с акта активного преступного действия или акта преступного бездействия:, который дает оконченный состав. Однако деятельность этих преступлений (дезертирства, незаконного хранения оружия, участия в вооруженной банде и т.д.) образуется не за счет первоначального акта, а за счет последующего бездействия, продолжающегося вплоть до задержания преступника или до отпадения какого-либо из элементов состава. Сущность этого бездействия состоит в том, что виновный не выполняет конкретной обязанности — вернуться в воинскую часть, сдать оружие органам власти и т.д.[201] Особенность длящихся преступлений заключается в тем, что общественная опасность лица, их совершившего, как правило, остается неизменной в течение длительного срока.

Течение срока давности привлечения к уголовной ответственности за продолжаемое преступление начинается со дня совершения последнего действия, входящего в продолжаемое преступление.

Как это определено в ч. 2 ст. 78 УК РФ, срок давности исчисляется до момента вступления приговора в законную силу. Потому было бы правильнее говорить не о давности привлечения к уголовной ответственности, а о давности осуждения.

Если в течение срока давности лицо совершит новое преступление, то по каждому из совершенных преступлений сроки давности исчисляются самостоятельно. В ст. 48 УК РСФСР 1960 г. рассматриваемая проблема решалась иначе. В ней было определено, что если лицо, совершившее тяжкое или особо тяжкое преступление, в течение срока давности вновь совершит умышленное преступление, за которое может быть назначено лишение свободы на срок свыше двух лет, то это вызывало прерывание срока давности. Срок давности за первое преступление начинался заново одновременно со сроком давности за новое преступление. Позиция УК РСФСР 1960 г. была предпочтительней. Общей основой освобождения от уголовной ответственности вследствие истечения сроков давности является отпадение или снижение общественной опасности лица в течение этих сроков. Совершение в течение срока давности нового умышленного преступления свидетельствует о повышении общественной опасности лица, что должно, по нашему мнению, прерывать течение срока давности.

По рассматриваемому вопросу представляется верной позиция Модельного уголовного кодекса[202], в ч. 4 ст. 77 которого определено, что течение давности прерывается, если до истечения сроков давности лицо совершит новое умышленное преступление средней тяжести, тяжкое или особо тяжкое. В подобных случаях исчисление давности начинается заново со дня совершения такого преступления, а сроки давности исчисляются отдельно за каждое преступление.

Точно так же регламентировано прерывание давности освобождения от уголовной ответственности в ст. 75 УК Республики Таджикистан. В соответствии со ст. 64 УК Республики Узбекистан течение давности освобождения от ответственности прерывается совершением тяжкого или особо тяжкого преступления.

Установление порядка прерывания сроков давности привлечения к уголовной ответственности совершением нового умышленного преступления средней тяжести, тяжкого или особо тяжкого представляется необходимым.

Течение срока давности приостанавливается, если лицо, совершившее преступление, уклоняется от следствия или суда. В этом случае течение срока давности возобновляется с момента задержания лица или явки его с повинной (ч. 3 ст. 78 УК РФ).

Уклонением от следствия и суда являются умышленные действия, направленные на то, чтобы избежать уголовной ответственности.

Такое уклонение по своей юридической природе в принципе не является преступлением. Но уклонение от следствия или суда может явиться вместе с тем и преступлением, например, при побеге из-под стражи в процессе следствия.

В ч. 3 ст. 78 УК РФ не устанавливается срок, по истечении которого уклонение от следствия и суда прекращается. В ст. 48 УК РСФСР этот вопрос решался иначе. В ней был установлен пятнадцатилетний срок, после истечения которого лицо, уклоняющееся от следствия и суда, не подлежало уголовной ответственности.

Позиция ныне действующего УК РФ предпочтительней. Нет оснований освобождения от уголовной ответственности лиц, злостно уклоняющихся от следствия и суда. Общая концепция освобождения от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности вследствие отпадения или уменьшения их общественной опасности не реализуется.

Особые правила применения давности установлены для лиц, виновных в совершении преступлений, за которые по закону могут быть назначены наказания в виде смертной казни или пожизненного лишения свободы. Эти наказания возможны в исключительных случаях совершения самых тяжких преступлений. К тому же совершение преступлений, за которые возможно назначение смертной казни или пожизненного лишения свободы, свидетельствует о весьма высокой общественной опасности преступника. Все это в совокупности и предопределяет особый характер применения давности к лицам, совершившим преступления, за которые могут быть назначены смертная казнь или пожизненное лишение свободы.

В ч. 4 ст. 78 УК РФ определено, что вопрос о применении сроков давности к лицу, совершившему преступление, наказуемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, решается судом. Если суд не сочтет возможным освободить указанное лицо от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности, то смертная казнь и пожизненное лишение свободы не применяются. Следовательно, в пределах пятнадцатилетнего срока давность привлечения к уголовной ответственности каких-либо ограничений в назначении смертной казни или пожизненного лишения свободы нет. После истечения пятнадцати лет течение давности приобретает иной характер. Прежде всего она становится бессрочной. Вопрос о ее применении в подобной ситуации в каждом конкретном случае решается судом. Однако, если суд не применяет давность, назначение смертной казни или пожизненного лишения свободы после истечения пятнадцати лет невозможно. Таким образом, лицо, совершившее преступление, караемое смертной казнью или пожизненным лишением свободы, может быть привлечено к уголовной ответственности в любое время. Причем в течение пятнадцати лет уголовная ответственность обязательна, а после этого — факультативна, по усмотрению суда. При решении этого вопроса необходимо исходить из учета целей наказания (ст. 43 УК РФ) и общих начал назначения наказания (ст. 60 УК РФ). Суд, отказывая в применении давности привлечения к уголовной ответственности, в каждом конкретном случае решает вопрос о том, какое наказание в виде лишения свободы необходимо назначить за содеянное с учетом предписаний ст. 56 УК РФ — до двадцати лет (ч. 2), а при сложении сроков лишения свободы при назначении наказания по совокупности преступлений — до двадцати пяти лет и по совокупности приговоров — до тридцати лет (ч. 4).

В ч. 5 ст. 78 УК РФ определено, что к лицам, совершившим преступления против мира и безопасности человечества, предусмотренные статьями 353 УК РФ (планирование, подготовка, развязывание или ведение агрессивной войны), 356 УК РФ (применение запрещенных средств и методов ведения войны), 357 УК РФ (геноцид) и ст. 358 (экоцид), сроки давности не применяются. За первые два и последнее из перечисленных преступлений максимальным наказанием является лишение свободы на срок до двадцати лет, а за геноцид — смертная казнь или пожизненное лишение свободы. Следовательно, за совершение указанных преступлений освобождение от уголовной ответственности вследствие истечения сроков давности не предусмотрено.

Глава VI. Освобождение от наказания

§ 1. Виды и понятие освобождения от наказания

Глава 12 УК РФ посвящена регламентации различных видов освобождения от наказания.

В развернутом виде уголовная ответственность включает в себя вынесение судом обвинительного приговора, назначение и реализацию наказания и судимость. Вместе с тем УК РФ предусматривает возможность реализации уголовной ответственности при полном или частичном освобождении осужденного от отбывания назначенного судом наказания (например, при условном осуждении, условно-досрочном освобождении от наказания). Такое освобождение от отбывания наказания предопределяется нецелесообразностью или невозможностью его исполнения.

Лишь два вида освобождения от наказания носят безусловный характер: освобождение от наказания военнослужащих в случае заболевания, делающего их негодными к военной службе (ч. 3 ст. 81 УК РФ), и освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора (ст. 83 УК РФ).

Условный характер носят следующие виды освобождения от наказания:

а) условно-досрочное освобождение от отбывания наказания (ст. 79 УК РФ);

б) отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82 УК РФ);

в) освобождение от наказания по болезни (ст. 81 УК РФ).

В этот перечень необходимо включить условное осуждение (ст. 73 и 74 УК РФ), необоснованно, по нашему мнению, помещенное в гл. 10 УК РФ, посвященную назначению наказания.

В прошлом освобождение от наказания по болезни являлось безусловным и устанавливалось не в УК, а в УПК (ст. 362 УПК РСФСР). В ст. 81 УК РФ такое освобождение приобрело условный характер. В ч. 4 этой статьи определено, что в случаях выздоровления лиц, освобожденных от наказания по болезни, они могут подлежать отбыванию наказания, если не истек срок давности его исполнения.

В юридической литературе в рассматриваемый перечень освобождения от наказания включают иногда амнистию и помилование. Это необоснованно. Амнистия и помилование — специфические формы освобождения как от уголовной ответственности, так и от наказания, что предопределяет необходимость отдельного их анализа.

Уголовный закон предусматривает различные варианты освобождения от наказания, предопределенные различными обстоятельствами.

Так, условно-досрочное освобождение от отбывания наказания применимо к осужденным в тех случаях, когда суд устанавливает, что для их исправления они не нуждаются в полном отбывании назначенного судом наказания (ст. 79 УК РФ).

Возможны и иные ситуации. Так, исполнение наказания становится невозможным в связи с заболеванием осужденного тяжелой психической болезнью, лишающей его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий либо руководить ими — освобождение от наказания по болезни (ч. 1 ст. 81 УК РФ). При заболевании тяжелой болезнью в интересах гуманизма возможно освобождение от дальнейшего отбывания по болезни (ч. 2 ст. 81 УК РФ).

Достижение целей, стоящих перед уголовным правом, возможно в ряде случаев и без реального исполнения наказания. Для этого достаточно, например, условного осуждения без реального исполнения наказания (ст. 73 и 74 УК РФ).

Иными словами, при освобождении от наказания уголовная ответственность реализуется не полностью, а частично. Но этого достаточно для обеспечения уголовно-правовой борьбы с преступностью. Освобождение от наказания сужает границы применения уголовно-правовой репрессии, отвечает требованиям гуманизма.

В отличие от освобождения от уголовной ответственности, которое может осуществляться не только судом, но и прокурором, следователем, органом дознания с разрешения прокурора, освобождение от наказания осуществляется только судом. В интересах методики изучения рассматриваемой тематики анализ освобождения от наказания военнослужащих вследствие заболевания, сделавшего их негодными к военной службе, будет рассмотрено совместно с иными видами освобождения от наказания по болезни (ст. 81 УК РФ).

§ 2. Освобождение от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора

Впервые в послереволюционном российском законодательстве учет давности обвинительного приговора был регламентирован в ст. 10 Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г. В этой статье было определено: "Обвинительный приговор не приводится в исполнение, если он не был приведен в исполнение в течение десяти лет со дня вынесения приговора". Следовательно, законом устанавливался единый срок давности вне зависимости от тяжести наказания или его срока. В дальнейшем рассматриваемое предписание закона оставалось неизменным вплоть до принятия в 1958 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, в ст. 42 которых продолжительность срока давности исполнения обвинительного приговора (вернее — наказания) определялась в зависимости от вида наказания, а если им являлось лишение свободы, то от его продолжительности. В этой статье устанавливалось, что течение срока давности прерывается, если осужденный уклоняется от отбывания наказания.

В теории уголовного права широко распространено мнение о том, что применение давности исполнения обвинительного приговора базируется на отпадении или снижении общественной опасности личности в течение сроков давности[203].

В соответствии со ст. 359 УПК РСФСР 1960 г. исполнение приговора заключается в направлении копии приговора вместе с копиями определения или постановления кассационной или надзорной инстанции тому органу, на который возлагается обязанность приведения приговора в исполнение. Следовательно, исполнение приговора, о котором идет речь в ст. 83 УК РФ, заключается в реализации наказания. Именно давности исполнения — реализации наказания посвящена эта норма. И в заголовке, и в ч. 1 ст. 85 УК РФ речь идет не о давности исполнения приговора — категории уголовного процесса, а о давности исполнения наказания. Следовательно, заголовок статьи, на наш взгляд, неточен. Подчеркнем, что данный вид давности исполнения наказания является безусловным, так как носит окончательный характер. Он не связан с какими-либо обязательствами, налагаемыми на лицо, освобожденное от отбывания наказания.

Из анализа ст. 83 УК РФ следует вывод о том, что в ней установлены правила освобождения вследствие истечения сроков давности как от основного, так и от дополнительного наказания. Кстати, как показывает практика, именно дополнительное наказание чаще всего не исполняется. Так, до распада СССР, по выборочным данным, около половины лиц, лишенных прав управления автотранспортом, уклонялись от исполнения этого наказания.

В ч. 1 ст. 83 УК РФ определено, что лицо, осужденное за совершение преступления, освобождается от исполнения наказания, если истекли следующие сроки со дня вступления приговора в законную силу:

а) два года при осуждении за преступление небольшой тяжести;

б) шесть лет при осуждении за преступление средней тяжести;

в) десять лет при осуждении за тяжкое преступление;

г) пятнадцать лет при осуждении за особо тяжкое преступление.

Приведенные сроки давности исполнения уголовного наказания тождественны срокам давности привлечения к уголовной ответственности. Их продолжительность также зависит от категории совершенного преступления.

Максимальный срок давности исполнения наказания равен пятнадцати годам, если лицо не уклоняется от его исполнения. Вместе с тем в ст. 56 УК РФ установлена возможность назначения лишения свободы на срок до тридцати лет. Логика требует того, чтобы срок давности исполнения наказания не был меньше максимального срока наказания.

В связи с этим обращает на себя внимание то, что минимальный срок давности исполнения наказания равен двум годам, а максимальная продолжительность наказания в виде лишения права заниматься определенной деятельностью — пяти годам (ст. 47 УК РФ).

Сроки давности изменяются резкими скачками, что может привести к несоответствию сроков давности исполнения наказания со сроком его исполнения. Допустим, лицо было осуждено к одному году и десяти месяцам лишения свободы за преступление небольшой тяжести — срок давности исполнения наказания равен двум годам. Другое лицо совершило преступление средней тяжести, наказание за которое было назначено судом в виде лишения свободы на два года и два месяца. Срок давности исполнения наказания будет равен шести годам. Судя по наказаниям, общественная опасность преступлений почти одинакова, а продолжительность сроков давности исполнения этих наказаний различается в три раза. Это свидетельствует, на взгляд автора, о недостаточном совершенстве анализируемого предписания ч. 1 ст. 83 УК РФ.

Сроки давности исполнения наказания было бы желательно удлинить. Вполне обоснованно, например, установление максимального срока такой давности по УК Испании продолжительностью в двадцать пять лет (ст. 133 УК Испании). Точно такой же максимальный срок давности исполнения наказания предусмотрен § 79 УК ФРГ.

Отметим, что в ст. 68 Уголовного уложения 1903 г. России сроки давности уголовного преследования и сроки давности исполнения наказания были равными. Максимальный срок давности уголовного преследования был равен 15 годам (за совершение тяжкого преступления, за которое было возможно назначение смертной казни); за иные тяжкие преступления — 10 лет; за преступления, наказуемые заключением в исправительный дом, — 8 лет; за совершение иных преступлений — 3 года; за совершение проступка — 1 год. Соответствующие сроки давности устанавливались и для исполнения наказания. В соответствии с ч. 3 ст. 68 Уголовного уложения к лицам, виновным в совершении бунта против Верховной Власти и преступных действиях против Священной Особы Императора и членов Императорского дома (ст. 99), сроки давности не применялись. Но, вместе с тем, если истекал срок, равный 15 годам, то смертную казнь или каторгу назначить было невозможно. Вместо них назначалась ссылка или поселение.

Течение сроков давности исполнения наказания приостанавливается, если осужденный уклоняется от его отбывания. В подобном случае течение давности возобновляется с момента задержания осужденного или его явки с повинной. Сроки давности, истекшие к моменту начала уклонения от отбывания наказания, подлежат зачету (ч. 2 ст. 83 УК РФ). Уклонение от исполнения наказания — деятельность умышленная, специально направленная на неисполнение наказания.

Проблема совершения в течение срока давности исполнения наказания нового преступления (и в том числе даже особо тяжкого) в ст. 83 УК РФ не рассмотрена, что является пробелом закона.

Вместе с тем с момента совершения нового преступления начинается исчисление нового срока — срока давности осуждения. Так как совершение в течение срока давности нового преступления свидетельствует о сохранении или даже повышенной общественной опасности лица, то следовало бы установить в законе, что совершение осужденным нового умышленного преступления прерывает срок давности исполнения наказания, который необходимо, было бы исчислять с этого момента. Именно так предлагается решать рассматриваемый вопрос в ч. 3 ст. 83 Модельного уголовного кодекса, в котором определено, что течение давности прерывается, если до истечения указанных в настоящей статье сроков лицо совершит новое умышленное преступление. Исчисление давности в этом случае начинается заново с момента совершения нового преступления.

В ч. 3 ст. 81 УК Таджикистана предусмотрена более строгая позиция, в соответствии с которой течение давности исполнения наказания прерывается совершением осужденным любого нового (в том числе и неосторожного) преступления. Представляется, что совершение осужденным в течение срока давности исполнения наказания нового преступления, за которое суд назначает наказание более мягкое, чем лишение свободы, или лишение свободы на срок до одного года не свидетельствует о сохранении или увеличении общественной опасности этого лица. Поэтому предпочтительным, с нашей точки зрения, является решение данного вопроса в ст. 49 УК РСФСР. В ней устанавливалось, что течение давности исполнения наказания прерывается совершением лицом такого преступления, за которое суд назначает наказание в виде лишения свободы на срок не ниже одного года.

Рассматриваемая проблема удачно решена в ст. 69 УК Узбекской Республики, в которой определено, что "течение давности прерывается, если в течение установленных законом сроков давности лицо вновь совершит умышленное преступление". Исчисление сроков давности в подобных случаях начинается заново с момента совершения нового преступления. Вместе с тем наказание не может быть приведено в исполнение, если со дня его назначения прошло двадцать пять лет.

В уголовных кодексах некоторых стран предусмотрена возможность продления срока давности исполнения наказания. В этом отношении заслуживает внимания предписание § 79 УК ФРГ, в соответствии с которым суд может продлить срок давности на половину срока, предусмотренного законом, перед его истечением, по ходатайству органа, исполняющего приговор, если осужденный пребывает в местности, откуда не может быть осуществлена его выдача или доставка.

В главу 12 УК, регламентирующую различные виды освобождения от наказания, включена ст. 80, устанавливающая замену неотбытой части лишения свободы более мягким наказанием. Такая замена не освобождает осужденного от исполнения наказания, а заменяет его другим, более мягким наказанием. Поэтому она в систему освобождения от отбывания наказания не входит[204].

В ч. 3 ст. 83 УК РФ содержатся предписания об особом порядке применения давности к лицу, осужденному к смертной казни или пожизненному лишению свободы. В таком случае вопрос о применении давности решается судом. Если суд не сочтет возможным применить срок давности, то смертная казнь или пожизненное лишение свободы заменяются лишением свободы на определенный срок. Если имело место осуждение за одно преступление, то замененный срок лишения свободы не должен превышать двадцати лет (ч. 2 ст. 56 УК РФ), при совокупности преступлений — двадцати пяти лет, а при совокупности приговоров — тридцати лет (ч. 4 ст. 56 УК РФ).

Особый подход к решению вопроса о давности исполнения указанных наказаний предопределен, во-первых, тем, что их назначение свидетельствует о высокой общественной опасности содеянного и лица, его совершившего. Во-вторых, смертная казнь и пожизненное лишение свободы являются исключительными по своему характеру наказаниями. Приговор к смертной казни и пожизненному лишению свободы в течение пятнадцатилетнего срока давности подлежит исполнению. После же этого срока суд решает вопрос применения или неприменения давности.

При решении вопроса о применении давности исполнения наказания к смертной казни или пожизненному лишению свободы приговор не пересматривается. Не переоцениваются тяжесть содеянного и обстоятельства, характеризующие личность. Они уже были оценены при постановлении приговора. Оценке подлежит поведение личности после осуждения. Именно эта оценка и кладется в основу применения или неприменения давности и в размер наказания при отказе применения давности.

Исходя из повышенной общественной опасности преступлений против мира и безопасности человечества, ответственность за которые предусмотрена ст. 353 УК РФ (планирование, подготовка, разжигание или ведение агрессивной войны), ст. 356 УК РФ (применение запрещенных средств и методов ведения войны), ст. 357 УК РФ (геноцид) и ст. 358 (экоцид), в ч. 4 ст. 83 УК РФ установлено, что к лицам, осужденным за них, сроки давности не применяются.

Освобождение от исполнения наказания в связи с истечением срока давности носит безусловный характер. Поэтому лица, освобожденные от исполнения наказания в соответствии с ч. 2 ст. 86 УК РФ, не являются судимыми.

§ 3. Условное осуждение

В течение многих лет в российском уголовном законодательстве употребляется словосочетание "условное осуждение". В зарубежных странах это правовое явление именуют по-разному: пробация (ст. 66.00 УК штата Нью-Йорк), условная отсрочка наказания (§ 56 УК ФРГ), условное прекращение уголовного преследования (ст. 66 УК Польши), условное неприменение наказания (ст. 69 УК Таджикистана) и т.п.

Термин "условное осуждение", на наш взгляд, неточен. В ст. 73 УК РФ определено: "Если, назначив исправительные работы, ограничение по военной службе, ограничение свободы, содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы, суд придет к выводу о возможности исправления осужденного без отбывания наказания, он постановляет считать назначенное наказание условным". Следовательно, суд осуществляет "безусловное" осуждение, назначает наказание, которое, при наличии определенных условий, реально не исполняется, т.е. является условным не осуждение, а наказание.

При этом о безусловности осуждения свидетельствует и то, что при условном осуждении возможно назначение дополнительных наказаний кроме конфискации имущества, и эти дополнительные наказания исполняются реально. Помимо этого лицо считается судимым до окончания испытательного срока.

Условное осуждение широко применялось судами с первых лет после Октябрьской революции. Так, за первое полугодие 1918 г. московские суды приговорили к условному лишению свободы 14,1% от всего числа осужденных, а к условным принудительным работам — 1,1%. Вплоть до распада СССР условное осуждение применялось к 13-14% от общего числа осужденных.

Эффективность условного осуждения и его разновидности — отсрочки исполнения приговора, предусмотренные в УК РСФСР 1960 г., несомненна. Так, по данным В.Н.Баландина, отмена условного осуждения и отсрочки исполнения приговора в отношении взрослых составила соответственно 2,3% и 2,6%, у несовершеннолетних — 6% и 7,3%[205].

В соответствии со ст. 73 УК РФ условное осуждение заключается в том, что суд, назначив виновному лицу наказание в виде исправительных работ, ограничения по военной службе, ограничения свободы, содержания в дисциплинарной воинской части или лишения свободы, приходит к выводу о возможности достижения целей уголовной ответственности без отбывания осужденным наказания. В таком случае суд постановляет считать назначенное наказание условным, реально не исполняемым, если условно осужденный в течение испытательного срока не нарушит предъявляемые к нему законом требования.

Уголовная ответственность, как известно, шире наказания. В развернутом виде уголовная ответственность включает в себя вынесение обвинительного приговора, осуждающего лицо, совершившее преступление, и содеянное им, наказание и судимость. При условном осуждении выпадает среднее звено уголовной ответственности — исполнение наказания.

В ст. 73 и 74 УК РФ ранее существовавшие отдельно условное осуждение (ст. 44 и 45 УК РСФСР) и его разновидность — отсрочка исполнения приговора (ст. 46.1 УК РСФСР) объединены в единое условное осуждение.

По вопросу о юридической природе условного осуждения в юридической литературе нет единого мнения. Между тем правильное решение этого вопроса имеет практическое и теоретическое значение. В зависимости от того, как сформулирована юридическая природа условного осуждения, определяется решение ряда вопросов при назначении наказания по совокупности приговоров, отмене вышестоящей судебной инстанцией условного осуждения, назначенного судом первой инстанции, включении условного осуждения в систему наказаний или отказе от этого, определении места условного осуждения в системе Общей части Уголовного кодекса и т.п.

В юридической литературе наиболее распространенными являются следующие определения юридической природы условного осуждения: в качестве особого вида наказания; в качестве отсрочки исполнения наказания; как особого средства воспитания (исправления) осужденного; как особой меры общественного воздействия; как условного освобождения от исполнения (отбывания) наказания.

Юристы, считающие условное осуждение наказанием, обычно обосновывают свою точку зрения доводами, которые кратко можно сформулировать следующим образом. Во-первых, условное осуждение, как и иные предусмотренные уголовным законом наказания, является актом государственного принуждения. Суд от имени государства осуждает виновное лицо, и хотя и условно, но, тем не менее, наказывает его. Во-вторых, условное осуждение, как и все иные уголовные наказания, содержит элементы принуждения. Условно осужденный обязан вести себя определенным образом в течение испытательного срока. В-третьих, условное осуждение решает цели наказания, что свойственно только наказанию. В-четвертых, первые декреты Советской власти и первые УК союзных республик СССР рассматривали условное осуждение как наказание[206].

Приведенные доводы неубедительны. Ссылка на то, что условное осуждение — акт государственного осуждения и принуждения, не предопределяет юридическую природу условного осуждения как наказания. Решение гражданско-правового спора может также осуществляться через суд с применением принуждения, но, вместе с тем, такое принуждение не является наказанием.

Условное осуждение сопряжено с осуществлением определенных элементов принуждения. За условно осужденным в течение испытательного срока осуществляется контроль (ст. 188 УИК РФ). Помимо этого суд может наложить на него некоторые обязанности, например, не менять постоянное место жительства, учебы, работы без уведомления уголовно-исполнительной инспекции и т.п. Но это принуждение не сопряжено с покаранием. Оно вне наказания.

По мнению сторонников указанной точки зрения, в пользу того, что условное осуждение является наказанием, говорит и то, что его применение обеспечивает достижение целей наказания, установленных уголовным законодательством. Но эти цели достигаются и без применения наказания или уголовной ответственности, например, при освобождении виновного от уголовной ответственности в связи с его деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ).

Первые уголовные кодексы союзных республик СССР действительно относили условное осуждение к уголовному наказанию. Так, ст. 32 УК УССР 1922 г. в качестве самостоятельного наказания предусматривала условное осуждение. Однако с принятием Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик 1924 г. условное осуждение в числе других наказаний уже не упоминалось. Не признавалось оно наказанием и в последующем уголовном законодательстве СССР и союзных республик. И в УК РФ условное осуждение в перечень наказаний не включено. Из проанализированных нами уголовных кодексов зарубежных стран условное осуждение было отнесено к наказанию только в УК ГДР. В УК ФРГ условное осуждение регламентировано в гл. 4 как условная отсрочка исполнения наказания.

Отнесение условного осуждения к наказанию порождает проблему сравнения тяжести условного осуждения с реально отбываемыми наказаниями, допустим, условного осуждения и реально исполняемых исправительных работ. В связи с отнесением условного осуждения к наказаниям возникает и вопрос о возможности его замены одного другим, более мягким, судом второй инстанции. На недопустимость такого рода замены (например, условного лишения свободы реально исполняемыми исправительными работами) неоднократно указывал Верховный Суд РСФСР[207].

Признание условного осуждения наказанием сопряжено с тем, что в случаях его отмены за несоблюдение требований, предъявляемых к условно осужденному во время испытательного срока, исполнению должна подлежать "неисполненная" часть условного осуждения. Вместе с тем, в соответствии, например, с ч. 3 ст. 74 УК РФ, в случае систематического или злостного неисполнения условно осужденным в течение испытательного срока наложенных на него судом обязанностей суд, по представлению уголовно-исполнительной инспекции, может постановить об отмене условного осуждения и исполнении наказания, назначенного приговором суда. В данном варианте речь идет о реальной возможности исполнения всего условно назначенного наказания, а не его "неисполненной" части. Аналогичная проблема возникает и при решении вопроса о назначении условно осужденному наказания по совокупности приговоров, при совершении им преступления во время испытательного срока (ч. 4 и 5 ст. 74 УК РФ). Если условное осуждение является наказанием, то в подобном случае к наказанию, назначенному за новое преступление, возможно присоединение "условного наказания" лишь в его неотбытой части.

Верховный Суд СССР, Верховный Суд РСФСР, а затем Верховный Суд РФ многократно отмечали, что условное осуждение не является наказанием. Так, в определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда РСФСР по делу А. было указано, что условное осуждение является освобождением от наказания под определенными условиями, поэтому по своей тяжести оно не может сравниваться с реальными мерами наказания, перечисленными в ст. 21 УК РСФСР (ст. 44 УК РФ)[208].

Необходимо отметить, что упомянутые суды, подчеркивая недопустимость рассмотрения условного осуждения как наказания, относят проблемы его назначения к индивидуализации наказания. Так, в 1997 г. Верховный Суд Республики Калмыкия осудил за бандитизм Шевченко (организатора) к трем годам и пяти месяцам лишения свободы, а остальных трех членов банды — к трем годам лишения свободы условно с испытательным сроком в два года. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ своим определением от 26 февраля 1997 г. отменила приговор по мотивам мягкости назначенного осужденным наказания[209].

Приведенная терминология судебной коллегии представляется неточной. Ведь речь идет не только о необоснованном назначении мягкого наказания организатору, но и о необоснованном применении к членам банды условного осуждения, которое наказанием не является.

В юридической литературе проблема применения судом к лицу, совершившему преступление, условного осуждения зачастую рассматривается при решении вопроса о назначении виновному наказания, его индивидуализации[210].

Приведенная позиция ошибочна. При условном осуждении суд, индивидуализировав виновному наказание, приходит к выводу о целесообразности условного освобождения осужденного от его отбывания. Следовательно, на первом этапе имеет место индивидуализация наказания, а затем — условное освобождение от реального отбывания наказания. Этот второй этап представляет собой не индивидуализацию наказания, а индивидуализацию уголовной ответственности, которая складывается из осуждения и судимости, а наказание при этом назначается, но реально не приводится в исполнение при надлежащем поведении условно осужденного.

В УК РФ условное осуждение не включено в систему наказаний, но, вместе с тем, оно помещено в гл. 10 "Назначение наказания" вместо гл. 12 "Освобождение от отбывания наказания". Такого рода непоследовательность не отражает истинной природы условного осуждения. Заметим, что обычно условное осуждение в юридической литературе анализируется при рассмотрении проблем освобождения от наказания как вид условного освобождения от наказания[211].

Некоторыми авторами условное осуждение рассматривается как особый порядок отбывания наказания, при котором приговор не приводится в исполнение[212].

Эта точка зрения является разновидностью отнесения условного осуждения к наказанию. Она базируется на неудачной редакции ст. 38 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г., в которой было указано, что при установлении нецелесообразности отбывания осужденным лишения свободы или исправительных работ суд может применить условное осуждение. "В этом случае суд постановляет не приводить приговор в исполнение:". Прежде всего необходимо отметить, что приговор при условном осуждении, несомненно, приводится в исполнение. Согласно приговору осужденный, если он находился под стражей, освобождается от этой меры пресечения.

Если бы приговор при условном осуждении не приводился в исполнение, то неясно, почему условно осужденный считается судимым во время испытательного срока, на основе чего этот испытательный срок исчисляется, и т.п. При условном осуждении возможно назначение реально исполняемого дополнительного наказания. Если приговор не приводится в исполнение, то невозможна реализация дополнительного наказания.

При совершении условно осужденным во время испытательного срока нового умышленного преступления средней тяжести, умышленного тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по совокупности приговоров. Можно привести и иные доводы, подтверждающие, что при условном осуждении приговор исполняется. Вместе с тем, о каком особом порядке исполнения наказания при условном осуждении может идти речь, если оно не реализуется?

В ст. 73 УК РФ словосочетание "неисполнение приговора" отсутствует. Но по инерции в юридической литературе оно иногда упоминается при анализе условного осуждения[213].

Ряд юристов считают, что условное осуждение является отсрочкой приведения наказания в исполнение[214]. Отсрочка применения наказания предполагает, что наказание по истечении определенного срока приводится в исполнение. Именно в этом суть отсрочки и находит свое выражение. Она применяется в тех случаях, когда немедленное исполнение наказания связано с какими-либо значительными, неблагоприятными для осужденного или его семьи, или другими исключительными обстоятельствами. Условное же осуждение имеет иную задачу — добиться целей уголовной ответственности без реального исполнения наказания. Отсрочка уголовного наказания — категория уголовного процесса.

Кстати, введенная в 1972 г. в УК РСФСР ст. 46.1 именовалась "Отсрочка исполнения приговора". Вместе с тем эта норма регламентировала не отсрочку исполнения приговора (он приводился в исполнение), а более строгую форму условного осуждения с возможностью наложения на осужденного каких-либо перечисленных в законе обязанностей, с обязательным рассмотрением в суде по истечении испытательного срока результатов условного осуждения. Содержание ст. 46.1 УК РСФСР не соответствовало ее наименованию.

X.Кадари предполагал, что условное осуждение является особым средством воспитательного характера[215]. То, что условное осуждение имеет воспитательный характер, несомненно. Однако это не определяет его юридическую природу. Ведь и наказание имеет воспитательное значение.

Аналогичную позицию занимает Ф.С.Саввин. Он считает, что условное осуждение не нарушает какие-либо блага осужденного[216]. По сути дела и В.Н.Баландин придерживается такой же точки зрения. Он полагает, что сущностью наказания является кара, а условного осуждения — воспитание, что находит свое выражение в особом психолого-педагогическом воздействии на осужденного с целью его исправления[217].

Вывод о том, что условное осуждение не имеет элементов кары, ошибочен. Приговором от имени государства содеянное порицается. Условно осужденный является судимым, что, как известно, сопряжено с рядом правоограничений.

Применение условного осуждения имеет не только воспитательное значение. Оно преследует также и достижение целей общей и частной превенции. Это обстоятельство неоднократно отмечалось Верховным Судом СССР, Верховным Судом РСФСР и РФ. Так, в п. 1 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1961 г. "О судебной практике по применению условного осуждения" отмечалось, что при его назначении необходимо исходить из "целей как исправления и перевоспитания осужденного, так и предупреждения совершения преступлений осужденным и иными лицами"[218].

Добавим, что в соответствии с ныне действующим законодательством условное осуждение преследует и цель восстановления социальной справедливости.

Э.Саркисова считает условное осуждение одной из мер общественного воздействия[219]. Этот вывод вызывает самые решительные возражения. Условное осуждение определяется судом, а не общественностью, и его реализация обеспечивается государственным принуждением. Общественность может привлекаться к воспитательной работе с условно осужденным на тех же основаниях, на которых она оказывает помощь государству в деле борьбы с преступностью. Необходимо подчеркнуть, что государство по ныне действующему законодательству ответственность за преступную деятельность вверяет только суду. Поэтому, например, исключена передача дел о совершении гражданами каких-либо преступлений товарищеским судам.

Напомним, что ст. 51 УК РСФСР предусматривала освобождение от уголовной ответственности с передачей дела в товарищеский суд. Упомянутая норма противоречила ст. 49 Конституции РФ, в соответствии с которой "каждый обвиняемый в совершении преступления считается невиновным, пока его виновность не будет доказана в предусмотренном федеральным законом порядке и установлена вступившим в законную силу приговором суда".

Определяя юридическую природу условного осуждения, В.Н.Баландин исходит из того, что оно является условным видом освобождения виновного от реального отбывания назначенного приговором суда наказания и "представляет собой меру уголовно-правового воздействия второго (подчиненного) порядка"[220].

В приведенном определении обращает на себя внимание отнесение условного осуждения к уголовно-правовым мерам "второго (подчиненного) порядка". Исходя из этой позиции определение судом вида и размера условно называемого наказания является уголовно-правовой мерой "первого порядка".

А ведь может быть и наоборот. Внутренняя логика принятия решения может быть следующей: суд сначала придет к выводу о возможности применения к лицу условного осуждения, а уж потом определяет размер условно назначаемого наказания и продолжительность испытательного срока. Полагаем, что деление рассматриваемых уголовно-правовых мер на меры первого и второго порядка необоснованно и лишено практического значения.

В учебнике по Общей части уголовного права под редакцией И.Я.Козаченко и З.А.Незнамовой указано, что условное осуждение "носит исключительный характер", и поэтому оно не должно применяться к лицам, совершившим тяжкие и особо тяжкие преступления[221].

Следует отметить, что закон не устанавливает формального запрета на применение условного осуждения к лицам, совершившим упомянутые преступления, хотя такой запрет был бы желательным.

Вывод авторов об исключительном характере условного осуждения представляется ошибочным. Применение условного осуждения в соответствии с предписаниями ст. 73 УК РФ является обычным и широко распространенным явлением. В уголовном праве есть немало норм, имеющих ограничения в их применении. Так, некоторые виды освобождения от уголовной ответственности применяются лишь к лицам, совершившим впервые преступление небольшой тяжести (ст. 75 и 76 УК РФ). Указанные ограничения не придают деятельному раскаянию и примирению с потерпевшим исключительного характера. По нашему мнению, нет и не должно быть норм Общей части УК РФ, носящих исключительный характер.

Возвращаясь к вопросу о целесообразности ограничения применения условного осуждения, отметим, что в ряде стран устанавливаются формальные ограничения его применения. Так, в соответствии со ст. 72 УК Республики Узбекистан оно не применяется к лицам, совершившим тяжкие и особо тяжкие преступления, а также к ранее осуждавшимся за умышленное преступление к наказанию в виде лишения свободы.

Такое же решение рассматриваемого вопроса дано в ч. 2 ст. 73 Модельного кодекса, ч. 2 ст. 71 УК Таджикской Республики.

Еще большие ограничения применения условного осуждения предусмотрены в ст. 66 УК Испании. В этой норме указано, что условное осуждение не применяется к лицам, совершившим преступления, за которые законом предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок свыше трех лет.

Согласно УК ФРГ условное осуждение применяется к лицам, впервые совершившим преступление, при назначении им наказания в виде лишения свободы на срок свыше двух лет.

Было бы желательно и в УК РФ ввести запрет на применение условного осуждения к лицам, осужденным к лишению свободы на срок свыше трех лет, и к лицам, осуждавшимся в прошлом за совершение умышленного преступления.

Подводя итоги, отметим, что условное осуждение является одним из видов освобождения от отбывания наказания, т.е. условным освобождением от отбывания назначенного судом основного наказания.

Условное осуждение — это освобождение лица, совершившего преступление, от реального отбывания исправительных работ, ограничения по военной службе, ограничения свободы, содержания в дисциплинарной воинской части или лишения свободы с установлением при этом испытательного срока.

Заголовок ст. 73 УК — "Условное осуждение" — неудачен. Осуждение всегда безусловно: постановляется приговор, который должен вступать в законную силу. Дело в другом — основное наказание при условном осуждении не приводится при определенных условиях в исполнение. Поэтому было бы правильнее употребить словосочетание "условное неприменение наказания", как в ст. 73 Модельного уголовного кодекса.

Применяя условное осуждение, суд может назначить и дополнительное наказание, кроме конфискации имущества (ч. 4 ст. 73 УК РФ). Дополнительное наказание исполняется реально. Необходимо обратить внимание на то, что исчисление срока, назначенного в качестве дополнительного наказания при условии осуждения лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, начинается с момента вступления приговора в законную силу (ч. 4 ст. 47 УК РФ).

Являясь формой реализации уголовной ответственности (признание лица виновным в совершении преступления, его осуждение к условному неприменению основного наказания и к реальному исполнению дополнительного наказания, судимость), условное осуждение призвано решать задачи, стоявшие перед уголовной ответственностью и уголовным наказанием: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, предупреждение совершения нового преступления условно осужденными и иными лицами.

В ч. 2 ст. 73 УК РФ установлены основания, которые должны быть положены в основу решения вопроса о применении условного осуждения. Ими являются: характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность виновного, смягчающие и отягчающие обстоятельства.

Обращает на себя внимание то, что в ст. 73 УК РФ не полностью учтены установленные в ст. 60 УК РФ общие начала назначения наказания. В соответствии с ч. 3 ст. 60 УК РФ в ст. 73 УК РФ следовало бы включить то, что при решении вопроса о возможности применения к осужденному условного осуждения суд должен учитывать и влияние условного осуждения на исправление осужденного и на условия жизни его семьи.

В ст. 73 УК РФ не предусмотрены ограничения применения условного осуждения в зависимости от тяжести совершенного виновным преступления или каких-либо обстоятельств, характеризующих личность осужденного. Аналогичная позиция по рассматриваемому вопросу была определена в ст. 44 УК РСФСР. Вместе с тем в соответствии со ст. 46.1 УК РСФСР применение отсрочки исполнения приговора (разновидности условного осуждения) допускалось только к лицам, впервые осуждаемым к лишению свободы на срок до трех лет.

В п. 2 постановления Пленума Верховного Суда СССР от 4 марта 1961 г. "О судебной практике по применению условного осуждения" обращалось внимание судов на то, что "условное осуждение, как правило, не должно применяться к лицам, виновным в совершении тяжких преступлений. Суд может применять условное осуждение к отдельным участникам совершения таких преступлений лишь в тех случаях, когда установлена второстепенная роль этих лиц, а также, если данные, характеризующие личность виновного и обстоятельства, при которых было совершено преступление, дают основание считать нецелесообразной изоляцию осужденного от общества"[222].

Рассматриваемое предписание Верховного Суда СССР, обоснованное несовершенством регламентации ст. 44 УК РСФСР, следует учитывать и при применении условного осуждения, установленного ст. 73 УК РФ.

Верховный Суд РСФСР, а затем и РФ придерживаются аналогичной точки зрения. Так, в определении по делу Н. и И. судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ указала, что условное осуждение не должно, как правило, применяться к лицам, виновным в совершении тяжких преступлений. Суд может применять его к отдельным участникам таких преступлений лишь в тех случаях, когда установлена второстепенная роль этих лиц, а также, если данные, характеризующие личность виновного, и обстоятельства, при которых совершено преступление, дают основание считать нецелесообразной изоляцию осужденного от общества[223].

В определении судебной коллегии по уголовным делам Верховного Суда по делу Л. и Р. было указано, что необоснованным было применение условного осуждения к лицам, неоднократно совершавшим кражи, грабежи и разбои[224].

Условное осуждение применимо только к тем лицам, которым суд доверяет, полагая, что для их исправления нет необходимости в реальном исполнении наказания. При определенной общественной опасности лица учитывается как тяжесть совершенного им преступления, так и его поведение до совершения преступления и после него.

Как правило, нельзя применять условное осуждение к лицам, которые хотя и привлекаются к уголовной ответственности впервые, но до этого упорно в течение длительного времени проявляли себя самым отрицательным образом, злостно нарушающим правила общежития, злоупотребляли алкоголем и т.д. Степень общественной опасности лица иногда определяется и его поведением после совершения преступления. Если виновный проявляет деятельное раскаяние, то это в ряде случаев может быть учтено судом для его условного осуждения.

Помимо обстоятельств, непосредственно характеризующих преступное деяние и виновное лицо, суды, применяя условное осуждение, учитывают семейное положение виновного, наличие у него на иждивении малолетних детей, нетрудоспособных родителей, тяжкие заболевания членов семьи и т.п.

Так, С. была привлечена к уголовной ответственности за то, что она, работая кассиром, совершила присвоение имущества в крупных размерах. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ, учитывая, что С. признала вину и раскаялась в содеянном и что на ее иждивении находилось трое малолетних детей, младшему из которых было менее года, нашла возможным применить к ней условное осуждение[225].

По выборочным исследованиям не удалось обнаружить случаев условного осуждения к лишению свободы на срок свыше пяти лет. Осуждение виновного лица к лишению свободы на более длительные сроки свидетельствовало бы об очень высокой степени общественной опасности преступления и лица, его совершившего, что исключает проявление судом доверия к осужденному в виде условного осуждения.

Не исключена возможность применения условного осуждения и при совершении двух или более преступлений. Об этом свидетельствуют материалы судебной практики. В таких случаях решение об условном осуждении указывается в приговоре только после определения окончательного наказания, исходя из его вида и размера.

Как это определено в ч. 3 ст. 73 УК РФ, суд, применяя условное осуждение, устанавливает испытательный срок, в течение которого условно осужденный должен доказать свое исправление. В случае назначения наказания в виде лишения свободы на срок до одного года или более мягкого вида наказания испытательный срок должен быть не менее шести месяцев и не более трех лет, а в случае назначения лишения свободы на срок свыше одного года — не менее шести месяцев и не более пяти лет. В ч. 2 ст. 44 УК РСФСР предусматривалась возможность установления испытательного срока от одного года до пяти лет, который не дифференцировался в зависимости от вида и срока назначенного условно наказания.

Как мы видим, в соответствии с ч. 3 ст. 73 УК РФ продолжительность испытательного срока зависит от вида наказания, а если это лишение свободы — то от срока его продолжительности. В этих установленных законами границах испытательного срока определяется конкретная его продолжительность, которая в основном зависит от обстоятельств, характеризующих личность осужденного. Опираясь на анализ этих обстоятельств, суд устанавливает, в течение какого срока следует проверять, исправился ли условно осужденный или не исправился.

Продолжительность испытательного срока в установленных ч. 3 ст. 73 УК РФ границах не зависит от срока условно назначенного наказания. Он может быть меньше срока наказания, равен ему или же превышать его.

В ст. 73 УК РФ не решен вопрос о том, с какого момента начинается исчисление испытательного срока: с момента вынесения обвинительного приговора или же с момента вступления его в законную силу. В законодательстве большинства зарубежных стран определено, что исчисление испытательного срока начинается с момента вступления приговора в законную силу (см., например, ч. 3 ст. 71 УК Таджикистана, § 56-а УК ФРГ, ст. 67 УК Польши).

Надо полагать, что и в России исчисление испытательного срока следует начинать с момента вступления приговора в законную силу[226].

Интересно отметить, что начало исчисления испытательного срока при условном осуждении в соответствии с п. "а" ст. 3564 Свода законов США начинается со дня вынесения приговора. И в ст. 72 УК Узбекистана указано, что испытательный срок исчисляется со дня провозглашения приговора или принятия решения вышестоящим судом о назначении условного осуждения.

В ч. 5 ст. 73 УК РФ установлено, что суд, назначая условное осуждение, может возложить на условно осужденного исполнение определенных обязанностей: не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления специального государственного органа, осуществляющего исправление осужденного, не посещать определенные места, пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания, осуществлять материальную поддержку семьи. Суд может возложить на осужденного исполнение и других обязанностей, способствующих его исправлению.

В ст. 44 УК РСФСР 1960 г. наложение таких обязанностей на условно осужденного не предусматривалось, что существенно снижало воспитательное воздействие на условно осужденного, затрудняло контроль за его поведением. Однако некоторые обязанности можно было возложить на лицо, к которому была применена другая разновидность условного осуждения — отсрочка исполнения приговора (ст. 46.1 УК РСФСР 1960 г.).

Приведенный в ч. 5 ст. 73 УК РФ перечень обязанностей, которые суд может возложить на условно осужденного, в основном ориентирован на штатских лиц, ибо военнослужащие ограничены в возможности менять место работы, жительства и т.д., что предопределяется спецификой несения военной службы, основанной на воинских уставах.

Рассматриваемый перечень не носит исчерпывающего характера, так как суды правомочны возлагать на осужденного и иные обязанности, способствующие его исправлению. Так, суд может предписать условно осужденному в течение определенного срока поступить на работу или учебу, устранить причиненный преступлением вред и т.д. Возложенные судом обязанности на условно осужденного должны быть рациональными. Нельзя, например, обязать осужденного в двухдневный срок поступить на работу. Этот срок нереален. Невозможно также возложение на него обязанности поступить, допустим, на физико-математический факультет вуза, в театральное или художественное училище.

Возлагаемые судом на условно осужденного обязанности призваны облегчить, усилить и конкретизировать воспитательное воздействие на условно осужденного, на облегчение контроля за его поведением.

Вместе с тем возложение судом таких обязанностей сопряжено с определенными правоограничениями, усиливающими карательное содержание условного осуждения.

Контроль за поведением условно осужденного осуществляется уполномоченным на то специальным государственным органом, каковым является уголовно-исполнительная инспекция, а за военнослужащими — командованием воинской части или гарнизона.

Возлагаемые судом на осужденного обязанности действуют только в границах испытательного срока.

Суд по представлению органа, осуществляющего контроль за условно осужденными, может отменить полностью или частично или дополнить ранее установленные для осужденного обязанности.

Изложенное свидетельствует о том, что испытательный срок при условном осуждении выполняет две функции: 1) в течение этого срока осуществляется воспитательное воздействие на осужденного, а также и самовоспитание; 2) в течение испытательного срока осуществляется контроль за поведением осужденного, определяется факт достижения целей реализации уголовной ответственности в форме условного осуждения.

Статья 74 УК РФ посвящена регламентации отмены условного осуждения или продления испытательного срока.

В ч. 1 ст. 74 УК РФ установлено, что если до истечения испытательного срока условно осужденный своим поведением доказал свое исправление, то суд по представлению органа, осуществляющего контроль за поведением условно осужденного, может постановить об отмене условного осуждения и снятии с осужденного судимости. Рассматриваемые предписания закона стимулируют условно осужденных к правопослушному поведению, к исправлению. В ранее действовавшем уголовном законодательстве досрочное прекращение условного осуждения не предусматривалось.

Решение о досрочной отмене условного осуждения возможно не ранее истечения половины испытательного срока. И опять мы встречаемся с формулой "может". Осужденный доказал свое исправление, а суд вместе с тем "может" прекратить условное осуждение или же "может" и оставить его в силе. Представляется, что рассматриваемая формулировка закона неудачна. Если осужденный исправился и истекла при этом половина испытательного срока, суд обязан отменить условное осуждение. При отказе, на наш взгляд, — налицо противоречие закону.

Действующее законодательство впервые предусмотрело возможность продления испытательного срока при условном осуждении. В ч. 2 ст. 74 УК РФ установлено, что если условно осужденный уклоняется от исполнения возложенных на него судом обязанностей или совершает нарушение общественного порядка, за которое на него было наложено административное взыскание, суд по представлению органа, осуществляющего за ним контроль, может продлить испытательный срок, но не более чем на один год.

Возможность продления испытательного срока способствует более ответственному отношению осужденного к тем требованиям, тем ограничениям, которые с ним сопряжены. Роль испытательного срока в реализации условного осуждения возрастает.

В случае систематического или злостного неисполнения условно осужденным в течение испытательного срока возложенных на него судом обязанностей суд по предъявлению органа, осуществляющего надзор за ним, может постановить об отмене условного осуждения и реальном исполнении наказания, назначенного приговором суда (ч. 3 ст. 74 УК РФ). И снова мы встречаемся с формулой "может". Если действительно имеет место систематическое и при том серьезное, значительное неисполнение осужденным возложенных на него судом обязанностей, их игнорирование, то суд, по нашему мнению, обязан отменить условное осуждение, оно оказалось неэффективным. Допустим, суд обязал условно осужденного поступить на работу и пройти курс лечения венерической болезни, а осужденный, несмотря на многократные предупреждения уголовно-исполнительной инспекции, не осуществляет это в течение полугода, то отмена условного осуждения, с нашей точки зрения, обязательна. Точно так же следует поступить в том случае, когда, например, суд определил, что осужденный не может изменить постоянного места работы без оповещения об этом уголовно-исполнительную инспекцию, уезжает куда-либо на пять или шесть месяцев. Это злостное нарушение предписания суда является основанием для отмены условного осуждения.

В ст. 3565 Свода законов США предусмотрена обязательная отмена условного осуждения в тех случаях, когда осужденный владеет веществами, находящимися под контролем, или огнестрельным оружием, а также за отказ пройти тест на наркотики.

Если во время испытательного срока условно осужденный совершил преступление по неосторожности либо умышленное преступление небольшой тяжести, то вопрос об отмене условного осуждения решается (ч. 4 ст. 74 УК РФ) судом. Следовательно, такая отмена возможна, но необязательна. Применительно к совершению преступления по неосторожности предписание закона обоснованно. Что же касается возможности оставления судом условного осуждения в силе при совершении условно осужденным нового умышленного преступления небольшой тяжести, то такое решение представляется сомнительным. Если систематического или злостного неисполнения обязанностей, возложенных судом на осужденного, во время испытательного срока достаточно для отмены условного осуждения, то тем более такая отмена необходима при совершении умышленного преступления, хотя оно относится к категории преступлений небольшой тяжести. Осужденному оказано большое доверие в виде условного осуждения за совершенное преступление, и если, несмотря на это, он вновь проявляет злую волю, совершая новое преступление, повторного применения условного осуждения такое лицо не заслуживает.

При совершении условно осужденным во время испытательного срока умышленного преступления средней тяжести, тяжкого или особо тяжкого преступления суд отменяет условное осуждение и назначает ему наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК РФ. По этим же преступлениям назначается наказание при совершении условно осужденным в течение испытательного срока преступления по неосторожности либо умышленного преступления небольшой тяжести, если суд сочтет необходимым отменить условное осуждение. Следовательно, к наказанию за новое преступление частично или полностью присоединяется условно назначенное наказание.

§ 4. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания

В ст. 79 УК РФ определено, что лицо, отбывающее исправительные работы, ограничение по военной службе, ограничение свободы, содержание в дисциплинарной воинской части или лишение свободы, может быть условно-досрочно освобождено от продолжения их исполнения при наличии ряда обстоятельств, перечисленных в законе. При этом возможно частичное или полное освобождение и от дополнительного наказания.

В прошлом многолетняя практика применения условно-досрочного освобождения от наказания в основном относилась к лишению свободы. Условно-досрочное освобождение осужденных от отбывания исправительных работ и от нахождения в дисциплинарном батальоне носило единичный характер.

В ст. 531 УК РСФСР 1960 г. содержались значительные ограничения применения условно-досрочного освобождения лиц, отбывающих лишение свободы. Условно-досрочное освобождение нельзя было применять к особо опасным рецидивистам, лицам, осужденным за ряд тяжких преступлений: бандитизм (ст. 77), умышленное убийство (ст. 102, 103, п. "в" ст. 240), умышленное тяжкое телесное повреждение (ч. 2 ст. 108) и т.д. Этот перечень был обширен. Запрещалось вменение условно-досрочного освобождения к лицам, которым наказание в виде смертной казни заменялось лишением свободы в порядке помилования или амнистии, к лицам, ранее более двух раз осуждавшимся к лишению свободы за умышленные преступления, если судимость за предыдущее преступление не снята или не погашена в установленном законом порядке; к лицам, ранее освобождавшимся из мест лишения свободы до полного отбытия назначенного судом срока наказания условно-досрочно и вновь совершившими умышленные преступления в течение испытательного срока или обязательного срока работы при условном освобождении из мест лишения свободы с обязательным привлечением осужденного к труду. По формальным признакам не допускалось применение условно-досрочного освобождения примерно к 54% лиц, отбывающих лишение свободы. Тем самым были лишены важнейшего стимула к исправлению лица, более всех нуждавшиеся в этом.

По расчетам А.С.Михлина даже в колониях общего режима 5,4% заключенных не подлежали условно-досрочному освобождению от лишения свободы[227]. Не являлось ли это одной из причин того, что многие из данной категории лиц чаще по сравнению с иными осужденными злостно нарушали режим отбывания наказания?

На лиц, совершивших преступление в возрасте до 18 лет, ограничения в применении условно-досрочного освобождения не распространялись (ст. 55 УК РСФСР).

Несомненным достижением ныне действующего УК РФ является отказ от формальных ограничений применения условно-досрочного освобождения в отношении каких-либо категорий осужденных.

Вместе с тем в ряде стран условно-досрочное освобождение от наказания ограничивается. Так, § 57 УК ФРГ запрещает применять его к осужденным, которые скрыли имущество, подлежащее конфискации. В ст. 69 УК Кыргызской Республики установлен запрет на применение условно-досрочного освобождения к лицам, признанным особо опасными рецидивистами, и к лицам, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы.

В ст. 73 УК Республики Узбекистан применение условно-досрочного освобождения еще более сужено. Оно неприменимо не только к особо опасным рецидивистам и к лицам, которым смертная казнь была заменена в порядке помилования лишением свободы, но и к лицам, осужденным за умышленное убийство с отягчающими обстоятельствами, насильственное удовлетворение половой потребности в противоестественной форме в отношении потерпевшего, заведомо для виновного не достигшего 14 лет, преступления против Республики Узбекистан, мира и безопасности человечества, организацию преступного сообщества, контрабанду ядерного, химического, биологического и других видов оружия массового уничтожения, материалов и оборудования, которые заведомо могут быть использованы при его создании, а равно наркотических средств или психотропных веществ в размерах, превышающих небольшой.

В ч. 7 ст. 76 УК Таджикистана также предусмотрен широкий перечень ограничений применения условно-досрочного освобождения от наказания. Оно неприменимо к следующим категориям осужденных:

1) к осужденным, которым смертная казнь заменена пожизненным лишением свободы;

2) к осужденным, совершившим преступление при особо опасном рецидиве;

3) к организаторам, участникам организованной группы лиц или преступного сообщества (преступной организации);

4) к лицам, осужденным за преступления против мира и безопасности человечества.

Представляется, что позиция ст. 79 УК РФ предпочтительнее. Широкое ограничение применения условно-досрочного освобождения лишает значительное число осужденных стимула к исправлению и, по нашему мнению, необоснованно. Любому осужденному надо дать перспективу на освобождение от наказания. Неисправимыx нет. Есть неумные, неподготовленные представители исправительных учреждений и плохо функционирующие места лишения свободы.

Существуют различные точки зрения о юридической природе условно-досрочного освобождения осужденных от наказания.

В первой половине XIX в. в Австралии была создана марочная, или звездная прогрессивная система отбывания лишения свободы, согласно которой это наказание отбывалось в трех ступенях: одиночного заключения, совместного заключения и условно-досрочного освобождения. Последнее сопровождалось строжайшим надзором за условно-досрочно освобожденными и многочисленными ограничениями их прав и свобод.

По мнению создателя этой тюремной системы Мэконочи, это свидетельствовало о продолжении отбывания наказания условно-досрочно освобожденными. И в наше время некоторые юристы считают условно-досрочное освобождение последней ступенью исполнения наказания[228].

Эта точка зрения представляется ошибочной. Если бы при условно-досрочном освобождении продолжалось отбывание наказания, то присоединению подлежала бы только та часть испытательного срока, которая была "не отбыта".

Нельзя рассматривать условно-досрочное освобождение от наказания как внесение корректив в приговор[229]. Изменить приговор может только вышестоящий суд в порядке кассационного или надзорного производства, а не суд, вынесший приговор, или иной одноименный суд, который решает вопрос об условно-досрочном освобождении осужденного от отбывания наказания.

Условно-досрочное освобождение не колеблет стабильности приговора. К тому же ошибки при его применении могут быть исправлены отменой условно-досрочного освобождения для реального исполнения неотбытой части срока наказания.

Некоторые авторы рассматривают условно-досрочное освобождение как "субъективное право осужденного"[230]. Представляется, что приведенное словосочетание не является определением условно-досрочного освобождения. Оно лишь отмечает, что осужденный, как полагают сторонники этой точки зрения, имеет право на условно-досрочное освобождение от наказания.

В юридической литературе встречается определение условно-досрочного освобождения как поощрения[231].

Не отрицая, что условно-досрочное освобождение действительно поощряет осужденного, отметим, что приведенное определение носит излишне общий характер. Под него подпадают и условное осуждение, и замена неотбытой части наказания другим, более мягким наказанием, и т.д.

Суть рассматриваемой правовой категории заключается в досрочном прекращении отбывания наказания при условии соблюдения освобожденным в течение испытательного срока восстановленных законом требований.

В юридической литературе условно-досрочное освобождение от отбывания наказания рассматривается как единое правовое явление. Но на самом деле в ст. 79 УК РФ установлено два вида такого освобождения: полное и неполное (частичное). Полным условно-досрочное освобождение будет в том случае, когда осужденный отбывал только основное наказание. В подобной ситуации невозможно условно-досрочно освободить от части неотбытого основного наказания, а другую оставить для реального исполнения. Условно-досрочное освобождение относится к неотбытой части основного наказания в целом. Полным будет условно-досрочное освобождение осужденного от основного наказания и всего дополнительного наказания. Если же при условно-досрочном освобождении судом применяется частичное освобождение от дополнительного наказания, то его оставшаяся часть исполняется реально. Параллельно реализуется условно-досрочное освобождение от основного наказания и реальное исполнение части дополнительного наказания. Это неполное применение условно-досрочного освобождения.

Обратим внимание на то, что в законе речь идет об условно-досрочном освобождении от отбывания наказания, но возможно одновременное освобождение как от основного, так и от дополнительного наказаний. Следовательно, термин "наказание" употреблен в широком смысле. В ст. 53 и 55 УК РСФСР 1960 г. и в ст. 79 и 93 УК РФ установлено, что условно-досрочное освобождение от отбывания наказания "может быть применено" при наличии перечисленных в законе оснований. Основываясь на словах "может быть", нельзя, по нашему мнению, делать вывод о том, что осужденные не имеют права на условно-досрочное освобождение, ибо оно может быть применено или не применено по воле суда. Анализируемая терминология закона неудачна. Если наличествуют все те предписания закона, положенные в основу применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, то суд обязан применить его к осужденному. Закон предоставляет администрации органов, исполняющих уголовные наказания, право возбуждать перед судом ходатайства о применении условно-досрочного освобождения к осужденным, чье поведение соответствует требованиям ст. 79 и 93 УК РФ.

Условно-досрочное освобождение — один из видов освобождения от наказания. Суть его заключается в освобождении осужденного от дальнейшего реального отбывания наказания с условием обязательного соблюдения им ряда предписаний, перечисленных в законе и установленных судом в соответствии с этим законом — ст. 79 и 93 УК РФ.

При условно-досрочном освобождении неотбытая часть наказания не аннулируется. Ее исполнение только приостанавливается. И лишь после истечения определенного срока, равного неотбытой части назначенного судом срока наказания (испытательного срока), при соблюдении освобожденным определенных требований — возврат к исполнению неотбытой части срока наказания становится невозможным.

Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания применяется лишь в тех случаях, когда достигнут определенный в законе уровень исправления осужденного и при этом им фактически отбыта определенная часть срока наказания.

Отдельные юристы считают, что первое является основанием, а второе — обязательным условием применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания[232]. Рассматриваемая точка зрения представляется спорной. Требование отбытия осужденным определенной части срока назначенного ему судом наказания также преследует достижение определенных целей наказания: восстановление определенного уровня социальной справедливости и покарания осужденного, частичное достижение задач частной и общей превенций.

В ст. 53 и 55 УК РСФСР 1960 г. было определено, что условно-досрочное освобождение от наказания могло быть применено к лицам, доказавшим свое исправление честным отношением к труду и примерным поведением и отбывшим при этом не менее определенной части срока наказания. Первое из приведенных оснований условно-досрочного освобождения от отбывания наказания в ст. 79 УК РФ изменено. Условно-досрочное освобождение применяется в тех случаях, когда суд установит, что для дальнейшего исправления осужденного нет необходимости в полном отбывании наказания. В приведенной формулировке отсутствуют какие-либо формальные критерии, на основании которых можно было бы сделать вывод о том, что для дальнейшего исправления осужденного нет необходимости в продолжении уголовно-исправительного процесса. Эта неопределенность, несомненно, усложняет работу судов по применению условно-досрочного освобождения от наказания, вносит в их деятельность излишние элементы субъективизма.

Толкование рассматриваемого положения закона приводит к выводу, что условно-досрочное освобождение от отбывания наказания должно применяться к лицам, твердо вставшим на путь исправления. Только в подобной ситуации можно считать, что для их окончательного исправления нет необходимости в полном отбывании назначенного судом наказания, а следовательно, в дальнейшем осуществлении карательно-воспитательного процесса. На смену ему приходит воспитательное воздействие. Но если при условно-досрочном освобождении от основного наказания частично или полностью сохранено дополнительное наказание, то лицо, к которому оно было применено, должно подвергаться комбинированному воздействию: воспитательному и карательно-воспитательному[233].

На практике при решении вопроса о том, встал ли осужденный на путь исправления, учитывается его поведение, осознание своей вины и т.п. И рассматривается это применительно к режимным правилам отбываемого наказания. При отбывании лишения свободы, например, учитывается дисциплинированность осужденного, его отношение к труду, к возмещению причиненного преступлением ущерба, к общеобразовательному и профессионально-техническому обучению, к семье и т.д.

Твердое становление осужденного на путь исправления имеет различную выраженность. Именно поэтому в соответствующих случаях дальнейшее исправление осужденного возможно без дальнейшей реализации основного и дополнительного наказаний или же при частичном или полном исполнении дополнительного наказания.

Если условно-досрочное освобождение от дальнейшего отбывания наказания возможно в отношении лиц, вставших на путь исправления, то тем более оно должно применяться к лицам, доказавшим в процессе отбывания наказания свое исправление. Но в подобных случаях необходимо полное условное освобождение как от основного, так и от дополнительного наказания.

Отказ от установления запретов применения условно-досрочного освобождения каких-либо категорий лиц, отбывающих наказание, и разрешение его применения к лицам, не только доказавшим свое исправление, но и к более широкой категории осужденных — к тем из них, кто твердо встал на путь исправления, — значительно расширяет границы его применения. Условно-досрочное освобождение от наказания становится доступным для каждого осужденного, отбывающего любое из перечисленных в ст. 79 и 93 УК РФ наказаний.

Рассматриваемое основание применения условно-досрочного освобождения осужденных от отбывания наказания в законодательстве разных стран мира в основном одно и то же. Это — предположение суда о том, что осужденный не совершит новое преступление и его дальнейшее исправление возможно без продолжения отбывания наказания. Так, в § 57 УК ФРГ определены следующие требования для применения условно-досрочного освобождения: предположение суда о том, что осужденный без дальнейшего исполнения наказания не совершит новое преступление; согласие осужденного на применение к нему условно-досрочного освобождения. К тому же при решении этого вопроса суд, в частности, принимает во внимание личность осужденного, его прежнюю жизнь, обстоятельства совершенного им деяния, его поведение при отбывании наказания, условия его жизни и последствия, которые можно ожидать в результате условно-досрочного освобождения.

Вторым основанием для применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания является фактическое отбытие осужденным определенной части срока наказания, продолжительность которой зависит от категории преступления, совершенного осужденным.

В первоначальной редакции части 3 ст. 79 УК РФ устанавливалась возможность условно-досрочного освобождения осужденного после отбытия им не менее половины назначенного ему судом срока наказания за преступления небольшой или средней тяжести; не менее двух третей срока наказания при осуждении за тяжкое преступление; не менее трех четвертей срока наказания должно быть отбыть лицо, подвергнутое наказанию в результате отмены условно-досрочного освобождения от наказания. Не менее трех четвертей срока наказания должны были отбывать лица, осужденные за новые преступления, совершенные во время испытательного срока.

Исходя из опыта применения условно-досрочного освобождения от наказания законодатель пришел к выводу о необходимости сокращения той части срока наказания, после фактического отбытия которой возможно применение этого института.

Федеральным законом от 9 марта 2001 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации" рассматриваемые части сроков отбываемых наказаний сократились и составляют соответственно одну треть, половину и две трети срока наказания. Эта новация приведет к значительному расширению применения условно-досрочного освобождения от наказания. В первую очередь — к сокращению общего числа лиц, отбывающих лишение свободы.

Как мы видим, в ч. 3 ст. 79 УК РФ определено, что самую большую часть срока наказания, после отбытия которой возможно условно-досрочное освобождение от наказания, должны отбывать те лица, которые были осуждены за совершение особо тяжкого преступления, и те, кто нарушал требования, предъявляемые к ним в течение испытательного срока (см. ч. 7 ст. 79 УК РФ). И это справедливо, ибо они не оправдали оказанного им доверия.

Кстати, было бы желательно отнести к рассматриваемой категории и тех, кто, отбывая наказание, определенное им в порядке замены неотбытой части срока наказания другим, более мягким наказанием (ст. 80 УК РФ), вновь осужден за преступление. Таким лицам также было оказано доверие, которое они не оправдали.

Закон не запрещает применение условно-досрочного освобождения в третий или даже в четвертый раз. Оно возможно после истечения максимального срока наказания — двух третей его продолжительности. Но ведь повторное его применение уже имело место после отбытия этой части срока наказания. Поэтому по букве закона условно-досрочное освобождение в третий или больший раз в подобных случаях возможно сразу же после установления того, что "осужденный для своего исправления нуждается в полном отбытии назначенного судом наказания", т.е. при его твердом становлении на путь исправления. Формально такая постановка вопроса возможна. Было бы желательно указать в законе, что в рассмотренных ситуациях третье или последующее условно-досрочное освобождение от наказания допустимо после отбытия осужденным необходимой части срока наказания и дополнительной, например, еще одного года.

В законе не решен вопрос о том, какую часть срока наказания должны отбыть лица, осужденные по совокупности преступлений или приговоров за преступления, относящихся к различным категориям. Например, осужденный отбывает назначенное по совокупности преступлений наказание за преступления небольшой тяжести и особо тяжкое преступление. В подобном случае условно-досрочное освобождение возможно после фактического отбытия осужденным не менее двух третей срока наказания, назначенного судом по совокупности преступлений.

В подобных ситуациях необходимо исходить из требований, относящихся к более тяжкому преступлению, входящему в совокупность преступлений или приговоров.

В ч. 4 ст. 79 УК РФ указано, что фактически отбытый срок, необходимый для применения условно-досрочного освобождения, в любом случае не должен быть менее шести месяцев. В более короткие сроки практически невозможно установить с достаточной уверенностью факт твердого становления осужденного на путь исправления. Да и стоящие перед наказанием цели едва ли могут быть достигнуты в какой-либо мере за меньший промежуток времени.

Предписания, определяющие конкретные сроки наказания, которые необходимо отбыть для применения условно-досрочного освобождения, имеют отношение ко всем наказаниям, от отбывания которых возможно условно-досрочное освобождение.

В ст. 79 УК говорится об отбытии осужденным определенной части срока наказания как об одном из оснований применения условно-досрочного освобождения, но не указано, имеется ли в виду основное наказание или возможное сочетание основного и дополнительного наказания. Допустим, виновное лицо было осуждено за преступление средней тяжести к четырем годам лишения свободы с лишением права занимать определенные должности в течение трех лет. Это дополнительное наказание исполняется как в течение срока лишения свободы, так и в течение трех лет после его отбытия. Следовательно, суммарная продолжительность исполнения наказаний будет равна семи годам. Какая же из приведенных цифр берется в основу исчисления минимально необходимой части срока наказания, по отбытии которой возможно условно-досрочное освобождение: четыре года или семь лет? Четкого решения этого вопроса в законе нет. В ст. 79 УК РФ говорится об условно-досрочном освобождении от ряда перечисленных в законе основных наказаний, а затем содержится дополнение: ":при этом лицо может быть полностью или частично освобождено и от дополнительного наказания". Отсюда следует вывод: минимально необходимая часть срока наказания, после отбытия которой допустимо условно-досрочное освобождение от наказания, определяется с учетом только основного наказания. Это — основа, к которой может примкнуть и условно-досрочное освобождение от отбывания дополнительного наказания. Если же исходить из учета суммарной продолжительности основного и дополнительного наказания при определении той части срока наказания, отбытие которой делает условно-досрочное освобождение от наказания возможным, то это может создать ситуации, исключающие применение условно-досрочного освобождения от наказания. Допустим, лицо было осуждено к одному году лишения свободы и трем годам дополнительного наказания в виде запрета занимать определенные должности. Суммарно должно отбываться осужденным наказание сроком в четыре года. Если исходить из него, то условно-досрочное освобождение станет возможным после двухлетнего срока, но при этом лишение свободы будет уже исполненным, а от запрета занимать определенные должности условно-досрочное освобождение в соответствии со ст. 79 УК РФ невозможно.

В ч. 5 ст. 79 УК РФ определено, что лицо, отбывающее пожизненное лишение свободы, может быть осуждено условно-досрочно, если судом будет признано, что оно не нуждается в дальнейшем отбывании наказания и фактически отбыло не менее двадцати пяти лет лишения свободы. Обращает на себя внимание, что в норме повторена ранее приведенная формулировка основания применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, "если судом будет признано, что оно не нуждается в дальнейшем отбывании наказания".

Итак, в основу определения минимально необходимой части срока, после отбытия которой допустимо условно-досрочное освобождение от наказания, положены два правила.

Первое из них является основным — тяжесть преступления, за совершение которого отбывается наказание — отнесение его к той или иной категории. Второе — несоблюдение условно-досрочно освобожденным требований, предъявляемых к нему во время испытательного срока, вследствие чего условно-досрочное освобождение отменяется судом и исполнение наказания возобновляется. Освобожденный не оправдал оказанного ему доверия, что и предопределяет более жесткие условия повторного условно-досрочного освобождения лишь после отбытия таким осужденным не менее двух третей срока наказания.

Назначение пожизненного лишения свободы свидетельствует о чрезвычайно высокой общественной опасности как содеянного, так и лица, осужденного за него. Это и предопределяет возможность применения к таким лицам условно-досрочного освобождения после фактического отбытия ими двадцатипятилетнего срока наказания.

В ст. 79 УК РФ дан перечень основных наказаний, от исполнения которых возможно условно-досрочное освобождение осужденных.

В законе установлена возможность частичного или полного условно-досрочного освобождения и от дополнительного наказания, каковым может быть только лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Это единственное срочное наказание, которое может быть назначено в качестве дополнительного наказания на срок от шести месяцев до трех лет. Если осужденный был условно-досрочно освобожден от основного наказания, а дополнительное наказание было оставлено для его частичного или полного отбытия, повторно вопрос об условно-досрочном освобождении от дополнительного наказания не может быть поставлен. Условно-досрочное освобождение от дополнительных наказаний возможно лишь в совокупности с освобождением от основного наказания.

Следовательно, в законе акцентировано внимание на том, что это требование, положенное в основу применения условно-досрочного освобождения, едино для всех категорий лиц, отбывающих наказание.

Условность досрочного освобождения распространяется на оставшуюся неотбытой часть срока наказания — это и есть испытательный срок, о чем следовало бы прямо сказать в законе (ст. 73 и 74 УК РФ).

При условно-досрочном освобождении осужденного от пожизненного лишения свободы продолжительность испытательного срока не установлена. Но это не означает, что он имеет пожизненный характер. Испытательный срок может реализовываться в границах судимости. В ст. 86 УК РФ определено, что судимость при условно-досрочном освобождении от наказания исчисляется из фактически отбытого срока наказания. Максимальный срок судимости равен восьми годам. Сопоставительный анализ ст. 79 и 86 УК РФ приводит к выводу, что испытательный срок при условно-досрочном освобождении от пожизненного лишения свободы равен восьми годам. В зарубежных странах условно-досрочное освобождение от отбывания пожизненного лишении свободы допускается после отбытия осужденным длительных сроков этого наказания. Так, согласно § 3 ст. 78 УК Польской Республики этот срок равен 25 годам. Есть страны, в которых условно-досрочное освобождение лиц, отбывающих пожизненное лишение свободы, допустимо на более льготных основаниях. Так, в соответствии с § 57 УК ФРГ такое освобождение возможно по отбытии пятнадцати лет.

Закон предусматривает возможность частичного или полного условно-досрочного освобождения и от дополнительного наказания или же оставления его для реального исполнения полностью. Как в подобных случаях должна определяться продолжительность испытательного срока, в ст. 79 УК РФ не определено. Исходя из формулировки, в соответствии с которой продолжительность испытательного срока равна неотбытой части срока наказания, а в рассматриваемых случаях она будет слагаться из неотбытой части срока основного наказания и полного или части срока дополнительного наказания, каковым, как уже отмечалось, при условно-досрочном освобождении может быть срочное наказание — лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Это наказание, назначенное судом в качестве дополнительного наказания, отбывается как в течение исполнения основного наказания, так и после исполнения основного наказания (п. 4 ст. 47 УК РФ).

Из сказанного следует, что продолжительность испытательного срока при условно-досрочном освобождении от основного и частично от дополнительного наказания равна сумме неотбытой части срока основного и дополнительного наказания.

Если имело место полное условно-досрочное освобождение и от дополнительного наказания, то продолжительность испытательного срока равна сумме неотбытой части срока основного наказания и полной продолжительности дополнительного наказания.

В тех случаях, когда суд применяет условно-досрочное освобождение от основного наказания, оставляя дополнительное наказание для исполнения, испытательный срок равен неотбытой части основного наказания.

Условно-досрочное освобождение применяется с расчетом на доведение процесса исправления освобождаемого вне границ исполнения наказания. Было бы логично предоставить суду право в определенных пределах определять продолжительность испытательного срока с учетом обстоятельств, характеризующих личность осужденного в процессе исполнения наказания, и иных данных (например, отношения к семье, наличия у него жилья, возможности трудоустройства или определения на учебу и т.п.).

Рассмотрим еще одно обстоятельство: при условном осуждении предусмотрена возможность продления испытательного срока (ч. 2 ст. 74 УК РФ). Было бы целесообразно предусмотреть такую же возможность и при условно-досрочном освобождении от наказания, что усилило бы гибкость, активность воспитательного воздействия на условно-досрочно освобожденного и контроль за его поведением. Итак, продолжительность испытательного срока при условно-досрочном освобождении определяется механически — это неотбытый срок наказания. Поэтому чем сложнее проходил процесс становления осужденного на путь исправления, чем тяжелее совершенное им деяние, а следовательно, и продолжительность осуществления карательно-воспитательного процесса, тем меньше продолжительность испытательного срока. Такой метод исчисления не учитывает особенности личности условно-досрочно освобожденного. Ведь испытательный срок выполняет две функции: контроля за обоснованностью применения условно-досрочного освобождения и осуществления дальнейшего воспитательного воздействия на условно освобожденного в обычных условиях (кроме тех случаев, когда реально исполняется дополнительное наказание). Необходимо особо подчеркнуть, что в соответствии с УК РСФСР 1960 г. при осуществлении условно-досрочного освобождения лицам, доказавшим свое исправление, функция их дальнейшего воспитания практически не осуществлялась. В настоящее время подобного рода деятельность становится важнейшим звеном завершения исправительного процесса, но вне границ исполнения наказания.

Применяя условно-досрочное освобождение, суд может возложить на осужденного обязанности, перечень которых дан в ст. 73 УК РФ, регламентирующей применение условного осуждения. Основные из них прошли апробирование в процессе их применения в прошлом к лицам, в отношении которых применялась отсрочка исполнения приговора (ст. 46.1 УК РСФСР 1960 г.) — разновидность условного осуждения к лишению свободы, доказавшая свою эффективность.

Учитывая обстоятельства, характеризующие личность осужденного и совершенное им преступление, суд правомочен, применяя условно-досрочное освобождение, обязать освобождаемого в течение испытательного срока не менять постоянного места жительства, работы, учебы без уведомления специального государственного органа, уполномоченного осуществлять контроль за условно-досрочно освобожденным, не посещать определенные места, пройти курс лечения от алкоголизма, наркомании, токсикомании или венерического заболевания, осуществлять материальную поддержку семьи. Суд может возложить на освобождаемого исполнение иных обязанностей, способствующих его исправлению. Более того, в течение испытательного срока суд правомочен по представлению органа, осуществляющего надзор за условно-досрочно освобожденным, отменять полностью или частично или дополнять ранее установленные для него обязанности. Об этом прямо в ст. 79 УК РФ не сказано, но в ней содержится отсылка к ч. 7 ст. 73 УК РФ, устанавливающей перечень обязанностей, возложение которых возможно при условном осуждении. Надо полагать, правила гибкого изменения обязанностей, возлагаемых на условно осужденных (ч. 7 ст. 73 УК РФ), распространяются и на условно-досрочно освобожденных. Задачи, поставленные перед этими обязанностями, полностью аналогичны как при условном осуждении, так и при условно-досрочном освобождении. Они должны усилить воспитательное воздействие в течение испытательного срока на условно осужденных и условно-досрочно освобожденных. К такому выводу приводит толкование ст. 73 УК РФ.

Налагаемые на условно-досрочно освобожденных обязанности сопряжены с правоограничениями, принуждением, не имеющим, как об этом уже говорилось, карательного содержания. Они призваны создавать, улучшать условия для организации воспитательного процесса с осужденными, да и сами эти обязанности могут иметь воспитательное значение (например, обязанность проходить обучение в общеобразовательной школе).

В Испании при вынесении постановления об условно-досрочном освобождении суд по надзору может назначить в качестве обязательного условия освобожденному на срок до пяти лет: лечение в медицинских центрах или специальных медицинских учреждениях; обязанность находиться в определенной местности; запрет находиться в определенной местности.

В течение испытательного срока к условно-досрочно освобожденным предъявляются определенные требования, несоблюдение которых ведет к отмене условно-досрочного освобождения.

Если в течение испытательного срока условно-досрочно освобожденный совершил нарушение общественного порядка, за которое на него было наложено административное взыскание, или злостно уклонялся от выполнения обязанности, возложенной на него судом при применении условно-досрочного освобождения, суд может по представлению органа, осуществляющего надзор за условно-досрочно освобожденным, отменить условно-досрочное освобождение, в связи с чем неотбытая часть срока наказания подлежит реальному исполнению (п. "а" ч. 7 ст. 79 УК РФ).

Из рассматриваемого предписания закона следует, что не всякое нарушение общественного порядка условно-досрочно освобожденным, а только то, которое повлекло за собой применение к нему мер административной ответственности, является основанием для возможного, а отнюдь не обязательного решения суда об отмене условно-досрочного освобождения. Следовательно, в данной ситуации мы имеем дело с так называемой административной преюдицией, в соответствии с которой уголовно-правовое решение проблемы возможно только в том случае, если имеет место предшествующее воздействие на лицо административно-правового характера. Вполне очевидно, что административное взыскание может быть наложено лишь за злостное нарушение общественного порядка.

Поводом для отмены условно-досрочного освобождения от наказания может послужить злостное уклонение от наложенных судом при применении условно-досрочного освобождения обязанностей на освобождаемого. Такие обязанности могут судом назначаться условно-досрочно освобожденному или изменяться и в процессе испытательного срока.

Злостные нарушения — это, как правило, неоднократные, особенно грубые, демонстративные нарушения, не прекращающиеся после предупреждения органа, осуществляющего контроль за условно-досрочно освобожденным.

При отмене судом условно-досрочного освобождения неотбытая осужденным часть срока наказания (в том числе и дополнительного) подлежит реальному исполнению.

В тех случаях, когда условно-досрочно освобожденный во время испытательного срока совершит неосторожное преступление, суд решает вопрос об отмене или же о сохранении условно-досрочного освобождения. Представляется, что если за новое преступление суд назначает виновному наказание в виде лишения свободы или ареста, условно-досрочного освобождение необходимо отменить.

По нашему мнению, нельзя считать лицо, реально отбывающее лишение свободы или арест, успешно проходящим испытательный срок.

При совершении условно-досрочно освобожденным любого нового умышленного преступления во время испытательного срока к наказанию за новое преступление частично или полностью присоединяется неотбытая часть предшествующего наказания по правилам назначения наказания по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ)

По этим же правилам назначается наказание, если при совершении неосторожного преступления суд находит необходимым отменить условно-досрочное освобождение (п. "в" ч. 7 ст. 79 УК РФ).

По сравнению с УК РСФСР УК РФ устанавливает более льготные условия применения условно-досрочного освобождения. Поэтому в соответствии со ст. 10 УК РФ условно-досрочное освобождение от наказания в отношении лиц, осужденных до 1 января 1997 г., должно применяться в соответствии с предписаниями ст. 79 и 93 УК РФ. Однако реализация этого положения осложнена тем, что в УК РСФСР не предусматривалась категоризация преступлений. Поэтому вопрос об определении той части срока, после отбытия которой возможно применение условно-досрочного освобождения, нуждается в законодательном толковании.

Вместе с тем требования, предъявляемые во время испытательного срока к лицам, условно-досрочно освобожденным, в основном усилены. По УК РСФСР 1960 г. только совершение условно-досрочно освобожденным преступления влекло отмену этого института. Следовательно, возможность отмены условного освобождения за нарушения общественного порядка на лиц, ранее условно-досрочно освобожденных, не распространялась. На них нельзя было налагать и различного рода обязанности.

Однако при совершении условно-досрочно освобожденным до 1 января 1997 г. неосторожного преступления во время испытательного срока (ранее это являлось обязательным основанием для отмены условного освобождения) возможно в соответствии со ст. 79 УК и оставление судом в силе условно-досрочного освобождения.

К лицам, совершившим преступления до 1 января 1997 г., но осужденным после этой даты, условно-досрочное освобождение от отбывания наказания применяется без каких-либо исключений в соответствии с требованиями ст. 79 УК РФ. Условно-досрочное освобождение является льготной категорией, которая реализуется в комплексе, изъятие из которого отдельных элементов недопустимо.

Регламентация условно-досрочного освобождения должна осуществляться только уголовным законом, материальным правом. Вопреки этой аксиоме в ст. 176 УИК РФ, посвященной особенностям представления лиц, отбывающих пожизненное лишение свободы, к условно-досрочному освобождению, фактически вносятся изменение и дополнение в ст. 79 УК РФ. В ч. 1 ст. 176 УИК РФ указано, что условно-досрочное освобождение от дальнейшего отбывания наказания лиц, отбывающих пожизненное лишение свободы, применяется лишь при отсутствии у осужденного злостных нарушений установленного порядка в течение предшествующих трех лет, но подобного ограничения ст. 79 УК РФ не устанавливает. К тому же рассматриваемое предписание ч. 1 ст. 176 УИК РФ противоречит ч. 8 ст. 117 УИК РФ, в которой установлено, что если в течение года со дня отбытия дисциплинарного взыскания осужденный не подвергается новому взысканию, он не считается имеющим взыскание. Следовательно, удлинение этого срока давности до трех лет неправомерно.

В ч. 2 ст. 176 УИК РФ определено, что к условно-досрочному освобождению не представляются лица, отбывающие пожизненное лишение свободы, если они в период отбывания наказания совершили вновь тяжкое или особо тяжкое преступление. Может быть, так и следовало бы решить этот вопрос, но не в УИК, а в УК РФ. Следовательно, подобный запрет на применение условно-досрочного освобождения противоречит ст. 79 УК РФ. В ч. 3 ст. 176 УИК РФ определено, что в случае отказа суда в условно-досрочном освобождении осужденного повторное внесение представления может иметь место не ранее, чем по истечении трех лет со дня принятия судом решения об отказе. Это предписание должно быть в УПК, а не в УИК РФ. К тому же не слишком ли велик рассматриваемый срок?

§ 5. Освобождение от наказания в связи с болезнью

В УК РСФСР 1960 г. не было нормы, устанавливавшей освобождение от наказания по болезни. Она была необоснованно включена в УПК РСФСР 1960 г. (ст. 362). В первоначальной редакции этой статьи предусматривалось освобождение больных только от лишения свободы. В 1971 г. ее текст был изменен, и она стала предусматривать освобождение по болезни от отбывания всех видов наказаний.

Заметим, что в большинстве союзных республик бывшего СССР освобождение от наказания по болезни было регламентировано в УПК, и лишь в Литве, Латвии и Эстонии — в уголовных кодексах.

Статья 362 УПК РСФСР предусматривает безусловное досрочное освобождение от наказания по болезни.

Статья 81 УК РФ имеет следующий заголовок: "Освобождение от наказания в связи с болезнью". Содержание этой статьи шире ее названия. Она предусматривает не только освобождение от наказания по болезни, но и освобождение от уголовной ответственности, и замену одного наказания другим. И все эти варианты объединены одним основанием — заболеванием лица, совершившего преступление.

В ст. 81 УК РФ предусматривается освобождение лица, совершившего преступление, "от наказания". Но это не означает, что имеется в виду освобождение от всех уголовных наказаний. Невозможно освобождение по болезни от следующих наказаний: лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью; лишения специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград. Исполнение этих наказаний не зависит от наличия заболевания у осужденного. Представляется, что в законе об этом должно быть прямо указано.

Статья 81 УК РФ различает два вида заболеваний: психическое расстройство, лишающее лицо возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими (ч. 1 ст. 81), и иную тяжелую болезнь, препятствующую отбыванию наказания (ч. 2 ст. 81). Чаще всего такие заболевания являются хроническими, но могут быть и временными. В уголовном законодательстве некоторых стран такое освобождение от наказания возможно только при наличии хронического заболевания. Так, в п. 6 ст. 59 Уголовного закона Литовской Республики определено, что освобождение от наказания возможно только при наличии неизлечимого тяжелого заболевания осужденного.

Перечень заболеваний, наличие которых является основанием для освобождения от наказания по болезни, утвержден приказом министра внутренних дел СССР от 30 октября 1987 г. N 213 "О порядке представления осужденных к освобождению от отбывания наказания по болезни" (с изменениями, внесенными приказом МВД СССР от 11 апреля 1991 г. N 119). Этот приказ был согласован с Министерством здравоохранения СССР.

Как обоснованно отмечает А.С.Михлин, "регламентация этого вопроса в ведомственном акте представляется правильной, ибо успехи медицины постоянно меняют представления о тяжести и излечимости заболеваний, характере их течения и т.п., что должно приводить по мере необходимости к изменению перечня"[234].

Необходимо отметить, что перечень заболеваний не рассчитан на учет специфики вида отбываемого осужденным наказания. Хотя совершенно очевидно, что характер и тяжесть заболевания, положенные в основу освобождения от наказания по болезни лица, отбывающего, допустим, лишение свободы, должны существенным образом отличаться от характера и тяжести заболевания, наличие которого должно быть учтено при освобождении от отбывания исправительных работ. Кстати, специфика различных видов наказаний, от отбывания которых осуществляется освобождение по болезни, отражена в ст. 81 УК РФ недостаточно развернуто. В ней специально выделены только наказания, отбываемые военнослужащими, а в остальном — речь идет о безликом "наказании".

Наличие тяжелого заболевания устанавливается врачебной комиссией, заключение которой оценивается судом, решающим вопрос об освобождении заболевшего лица от отбывания наказания.

В ч. 1 ст. 81 УК РФ определено, что лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания. В рассматриваемом предписании допущены неточности.

Прежде всего такое лицо не подлежит уголовной ответственности. Поэтому об освобождении от наказания и речи быть не может. Нет осуждения — нет и наказания, от которого можно освободить лицо, совершившее преступление.

Данный вывод подтверждается сопоставительным анализом ч. 1 и 2 ст. 81 УК РФ с ее ч. 4. В последней определено, что "лица, указанные в частях первой и второй настоящей статьи, в случае их выздоровления могут подлежать уголовной ответственности (выделено нами. — Ю.Т.) и наказанию:" Совершенно очевидно, что уголовную ответственность могут нести только те лица, которые не осуждались. К тому же в ч. 4 ст. 81 УК определено, что отмена освобождения от уголовной ответственности и наказания возможна, если не истекли сроки давности, предусмотренные ст. 78 и 83 УК. Напомним, что ст. 78 УК регламентирует освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности.

В свете приведенных доводов представляется ошибочной позиция Судебной коллегии Верховного Суда РФ, которая полагает, что в подобных ситуациях осуществляется освобождение от наказания. Верховный Суд Северной Осетии — Алании, признав доказанным совершение Джанхотовым общественно опасных деяний, предусмотренных ч. 2 ст. 209, ч. 3 ст. 126 и другими статьями УК РФ, 30 апреля 1998. г освободил его от уголовной ответственности на основании ст. 19, ч. 1 и 4 ст. 81, п. "б" ч. 1 ст. 97, п. "б" ч. 1 ст. 99 УК РФ и применил к нему принудительные меры медицинского характера, назначив принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа. Заместитель Председателя Верховного Суда РФ в своем протесте поставил вопрос об отмене рассматриваемого решения в связи с неправильным применением закона. Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ 26 января 1999 г. этот протест удовлетворила, определение Верховного Суда Республики Северная Осетия — Алания отменила и дело передала на новое судебное рассмотрение. Коллегия указала, что в соответствии с ч. 1 ст. 81 УК РФ лицо, у которого после совершения преступления наступило психическое расстройство, лишающее его возможности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, освобождается от наказания[235]. Но в рассматриваемом случае лицо не осуждалось, и наказание ему поэтому не назначалось. Как можно освободить от наказания, которого не было?

Лица, о которых упоминает ч. 1 ст. 81 УК РФ, еще не предстали перед судом, ибо они не могут нести уголовную ответственность вследствие своего психического расстройства. Они были вменяемы на момент совершения преступления, но затем потеряли возможность оценивать суть уголовной ответственности и отбывать наказание, подвергаться мерам карательно-воспитательного характера. А.В.Наумов прав, отмечая, что "фактически указанные лица обладают всеми признаками, относящимися как к юридическому, так и к медицинскому критериям невменяемости (ст. 21 УК РФ)", но затем он оговаривается: ":однако они не могут быть признаны таковыми вследствие того, что, как известно, состояние невменяемости устанавливается на момент совершения лицом преступления, а указанные лица заболели психическим расстройством уже после совершения преступления"[236].

В ч. 1 ст. 81 УК РФ допущена еще одна неточность. В ней идет речь о лице, не осознающем "фактический" характер своих действий. Это указание неточно. Лицо иногда может осознавать "фактический" характер своих действий. Лицо, страдающее психическим заболеванием, может, например, понимать, что если горящую спичку положить на бумагу, то она загорится ярким светом, будет тепло и весело. Еще приятнее зажечь стог соломы. Дело в другом. Такое лицо не осознает общественную опасность своих действий[237].

Рассматриваемая проблема правильно решена в УК многих стран мира. Так, в ч. 1 ст. 31 УК Республики Польша определено: не совершает преступления тот, кто из-за психического заболевания, умственной отсталости или иного расстройства психической деятельности не может во время совершения деяния понимать его значение или руководить своими действиями (выделено нами. — Ю. Т.).

Как уже отмечалось, если тяжелое психическое расстройство в рассматриваемом варианте неизлечимо, лицо, страдающее им, безусловно, освобождается от уголовной ответственности.

Другое дело, если подобное заболевание возникает у лица, отбывающего наказание. В подобной ситуации применяется освобождение от неотбытой части срока наказания.

Освобождение от уголовной ответственности или отбывания наказания лиц, у которых наступило психическое расстройство, возможно лишь в тех случаях, когда такое расстройство носит тяжелый характер, ибо не всякое психическое расстройство сопряжено с тем, что больной перестает осознавать общественную значимость своих действий или руководить ими.

В соответствии с ч. 1 ст. 101 УИК РФ в уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания осужденных организуются лечебно-профилактические учреждения: больницы, специальные психиатрические и туберкулезные больницы, медицинские части.

При освобождении от наказания лица вследствие расстройства решающее значение имеет характер заболевания, его тяжесть. Такое освобождение не связано ни с тяжестью совершенного преступления, ни с какими-либо иными обстоятельствами. Если это хроническое психическое заболевание, то каким бы ни было по своему характеру преступление, совершенное осужденным до заболевания, он уже не может отбывать наказание, не может подвергаться карательно-воспитательному воздействию.

Не имеет значения для решения вопроса о досрочном освобождении психически больного срок отбытого им наказания, его поведение, наличие нарушений режима и т.д.

В перечень заболеваний, являющихся основанием для представления осужденных к освобождению от отбывания наказания, включено 6 видов и несколько подвидов психических расстройств (ч. 4 перечня). Этот перечень начинается с шизофренических психозов и завершается расстройством личности (психопатией).

О распространенности тех или иных психических заболеваний в известной мере можно судить по результатам одного из исследований практики освобождения от наказания рассматриваемой категории лиц. Из 122 освобожденных от наказания по болезни 82 страдали шизофренией, 21 — эпилепсией, 19 — органическим повреждением головного мозга травматической этимологии[238].

Необходимо отметить, что в ряде случаев эти категории больных не подвергались в период следствия судебно-психиатрической экспертизе. В одних случаях у них отсутствовали какие-либо выраженные психопатологические проявления, в других — преступления были совершены больными в период длительной ремиссии, не исключающей вменяемости. Впоследствии под влиянием неблагоприятной ситуации, связанной с фактом лишения свободы, у них проявлялись явные признаки психического заболевания.

Суд, освобождая лицо в связи с психическим расстройством, может назначить ему принудительные меры медицинского характера (ч. 1 ст. 81 УК РФ). Выбор вида принудительных мер медицинского характера от амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра до принудительного лечения в психиатрическом учреждении специализированного типа зависит от тяжести заболевания, от опасности заболевшего для себя и других лиц (см. ст. 97-104 УК РФ).

Досрочное освобождение от неотбытой части срока наказания осужденных, заболевших после совершения преступления иной тяжелой болезнью, предусмотрено ч. 2 ст. 81 УК РФ. Этот вид освобождения от отбывания наказания имеет принципиальные отличия от освобождения от наказания вследствие психического расстройства.

Лицо, заболевшее иной тяжелой болезнью, остается в здравом уме и может подвергаться ряду мер карательно-воспитательного воздействия. В ч. 2 ст. 81 говорится о заболевании лица после совершения преступления иной тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания. Следовательно, дальнейшее отбывание наказания становится нецелесообразным и противоречащим принципу гуманизма. Какие критерии кроме заболевания положены в основу такого освобождения от отбывания наказания, в законе не указано. Вместе с тем эта проблема была правильно решена в прежней редакции ст. 362 УПК РСФСР, в которой вопрос об освобождении от дальнейшего отбывания наказания "лиц, заболевших тяжкой болезнью, кроме лиц, заболевших душевной болезнью", зависел от тяжести совершенного преступления, личности осужденного и других обстоятельств. Ныне действующая редакция ст. 362 УПК учет этих обстоятельств не предусматривает.

В ч. 2 ст. 81 Модельного уголовного кодекса также предлагалось для решения рассматриваемого вопроса учитывать "тяжесть совершенного преступления, личность осужденного, характер заболевания и другие обстоятельства". Именно такая формулировка обоснованно включена в ч. 2 ст. 79 УК Таджикской Республики, определяющую основания освобождения по болезни лица, совершившего преступление.

На практике при решении вопроса о досрочном освобождении от наказания лиц, заболевших иной тяжелой болезнью, учитывается, какую часть срока отбыл осужденный (чем больше этот срок, тем более вероятным становится такое освобождение) и его дисциплинированность.

Лица, умышленно заражающие себя тяжелыми болезнями, например, туберкулезом, занимающиеся самолечением, не могут рассчитывать на освобождение от наказания по болезни. В связи с тем, что досрочное освобождение от неотбытой части срока наказания лиц, заболевших иной тяжелой болезнью, осуществляется до окончательного достижения целей наказания, оно должно применяться особенно осторожно и обдуманно. Нельзя забывать и о том, что в системе мест лишения свободы есть специальные лечебно-профилактические учреждения, в некоторых из которых могут содержаться тяжелобольные осужденные, не утратившие свою общественную опасность.

Отметим, что в ст. 374 УПК Грузинской ССР и ст. 360 УПК Армянской ССР предусматривается запрет применения освобождения от наказания к лицам, заболевшим в результате умышленного самоповреждения.

Очевидно, что освобождение от неотбытой части срока наказания некоторых осужденных, заболевших тяжелой болезнью, может поставить их в безвыходное положение, если у них, например, нет постоянного места жительства, родных или близких и т.д. А таких лиц, отбывающих лишение свободы, немало.

В начале 90-х гг. в мужских колониях общего режима 4% осужденных не имели постоянного места жительства, в тюрьмах — 7,5%, в колониях строгого режима — 11%, в колониях особого режима — 23%. Еще хуже обстояло дело в женских колониях. В женских колониях общего режима — 15,5% осужденных не имели постоянного места жительства, а в колониях строгого режима — 33,5%[239]. Есть все основания полагать, что в настоящее время число таких лиц, отбывающих лишение свободы, увеличилось. Одним из негативных последствий вхождения нашего государства в рыночные отношения является увеличение числа бродяг, не имеющих определенного места жительства, — бомжей. В немалой мере это явление вызвано и распадом СССР, в результате которого многие россияне были вынуждены покинуть территорию республик Союза. Многие из них стали беженцами, не имеющими жилья. Имеются и иные причины, порождающие это явление.

Необходимо обратить внимание на то, что в ч. 2 ст. 81 УК РФ речь идет о лицах, заболевших после совершения преступления. Следовательно, если лицо, страдающее тяжелой болезнью, совершило преступление (болезнь не помешала этому), то оно не может рассчитывать на досрочное освобождение от наказания по болезни.

Освобождение от наказания по болезни осуществляется лишь в тех случаях, когда есть основания полагать, что освобожденный не совершит преступления вновь.

Как это определено в ч. 4 ст. 81 УК РФ, лица, освобожденные от уголовной ответственности и наказания вследствие заболевания, в случае их выздоровления могут подлежать уголовной ответственности и наказанию, если не истекли сроки давности привлечения к уголовной ответственности (ст. 78 УК РФ) или давности исполнения приговора (ст. 83 УК РФ).

Следовательно, в ч. 1 и 2 ст. 81 УК РФ установлены два вида освобождения от уголовной ответственности и наказания: безусловный при неизлечимости болезни и условный при излечении лица от заболевания.

Тем не менее, в ряде исследований рассматриваемый вид освобождения от уголовной ответственности или наказания ошибочно определяется только как условный[240]. Необходимо подчеркнуть, что в подавляющем числе случаев освобождение от наказания по болезни применяется к лицам, страдающим хроническими и в основном неизлечимыми болезнями. Поэтому чаще всего применяется безусловное досрочное освобождение от наказания по болезни.

В ч. 4 ст. 81 УК употреблен термин "могут быть освобождены" от уголовной ответственности или наказания. Следовательно, при решении подобных вопросов наличие выздоровления лица не предопределяет обязательное его освобождение от уголовной ответственности или наказания. Однако какими дополнительными критериями при решении этих вопросов должен руководствоваться суд, в законе не указано. Это осложняет реализацию судом предписания ч. 4 ст. 81 УК РФ. Напомним, что УК РФ, регламентируя все виды условного осуждения и условного освобождения от наказания (ст. 74, 79 и 82 УК РФ), устанавливает определенные требования в течение испытательного срока к поведению лиц, к которым эти институты применялись. Несоблюдение этих требований перечисленными лицами является основанием для отмены условного осуждения и условного освобождения от наказания.

Суду целесообразно предоставить право налагать на лиц, перечисленных в ч. 4 ст. 81 УК РФ, такие, например, обязанности, как не уклоняться от курса лечения, не менять без надлежащего разрешения места жительства и т.п.

В соответствии с ч. 4 ст. 81 УК испытательный срок рассматриваемых видов условного освобождения от уголовной ответственности и наказания равен сроку давности привлечения к уголовной ответственности (ст. 78 УК) или срокам давности отбывания наказания (ст. 83 УК).

В ст. 81 УК не решен вопрос о том, какие последствия должны наступить при совершении освобожденными по болезни лицами новых преступлений.

Представляется, что к наказанию за новое преступление необходимо в подобных случаях присоединять частично или полностью неотбытую часть срока наказания, от отбывания которой лицо было освобождено по болезни.

Вместе с тем представляется обоснованным предусмотреть в ст. 81 УК, как это сделано в ст. 73 УК Таджикской Республики, обязательный зачет в срок отбытого наказания времени, в течение которого к указанным в этой статье лицам применялись предусмотренные законом принудительные меры медицинского характера.

В ч. 3 ст. 81 УК РФ определено, что военнослужащие, отбывающие арест либо содержание в дисциплинарной воинской части, освобождаются от отбывания наказания в случае заболевания, делающего их негодными к военной службе. Неотбытая часть наказания может быть заменена им более мягким видом наказания.

Рассматриваемое освобождение военнослужащих от наказания безусловно. Поэтому их выздоровление не может привести к завершению исполнения наказания, о чем свидетельствует ч. 3 ст. 81 УК РФ.

Заболевание осужденных может быть и нетяжелым. Важно другое — оно препятствует несению воинской службы. Таким заболеванием, например, может быть перелом ноги, приведший к хромоте.

Основным нормативным актом по определению годности к военной службе является Положение о военно-врачебной экспертизе, утвержденное постановлением Правительства РФ от 20 апреля 1995 г. N 390 (с изменениями и дополнениями, внесенными постановлением Правительства РФ от 22 октября 1998 г. N 1232)[241].

В ч. 3 ст. 81 УК указано единственное основание для освобождения от дальнейшего отбывания военнослужащими ареста или содержания в дисциплинарной воинской части — заболевание, "делающее их негодными к военной службе". Вместе с тем, в п. "г" ч. 1 ст. 51 Федерального закона РФ "О воинской обязанности и военной службе" от 28 марта 1998 г.[242] определено, что увольнению подлежат также военнослужащие, проходящие военную службу по контракту, на воинской должности, для которой штатом предусмотрено воинское звание до старшего прапорщика или старшего мичмана включительно, или проходящие военную службу по призыву в связи с признанием военнослужащего военно-врачебной комиссией ограниченно годным к военной службе. Следовательно, как негодность к несению военной службы, так и ограничения годности к ней и сопряженное с этим увольнение с военной службы являются основаниями для освобождения лица, отбывающего арест на гауптвахте или находящегося в дисциплинарной воинской части, от наказания или замену этого наказания другим, более мягким наказанием. Лицо, не являющееся военнослужащим, лишено возможности отбывать эти наказания. Налицо коллизия между предписаниями ч. 1 ст. 1 УК РФ и ч. 3 ст. 81 УК РФ. Напомним, что в соответствии с ч. 1 ст. 1 УК РФ уголовная ответственность (а следовательно, и освобождение от нее или ее составных частей, например, наказания) регламентируется только УК РФ.

В ч. 3 ст. 81 УК РФ предусмотрена возможность как освобождения от наказания в виде ареста или содержания в дисциплинарной воинской части рассматриваемой категории лиц, так и замена неотбытой части этих наказаний другим, более мягким наказанием. В каких случаях следует применять освобождение от неотбытой части срока наказания, а в каких — замену, закон не определяет, что осложняет решение этого вопроса на практике. Вероятно, при этом необходимо учитывать то, какой срок военной службы осуществлен, качество этой службы, характер заболевания и т.д.

Военнослужащий может отбывать наказание в виде ограничения по военной службе (ст. 51 УК РФ). Однако в ч. 3 ст. 81 УК РФ о возможности освобождения военнослужащего, отбывающего это наказание, или о замене его неотбытой части срока другим, более мягким наказанием вследствие признания осужденного негодным (или ограниченно годным) к военной службе, не упоминается. Этот пробел в законе можно восполнить расширительным толкованием ч. 3 ст. 81 УК РФ. Если можно освободить от наказания заболевшего военнослужащего, отбывающего наказание в дисциплинарной воинской части, то тем более допустимо такое освобождение при отбывании менее тяжкого наказания — ограничения по военной службе. Именно поэтому в ч. 1 ст. 148 УИК РФ предусмотрена возможность освобождения и от наказания в виде ограничения по военной службе или его замены военнослужащему, увольняемому с военной службы вследствие заболевания. Эта норма уголовно-правового характера необоснованно включена в УИК РФ, ее место — в УК РФ.

Обращает на себя внимание то, что в ч. 3 ст. 174 УИК РФ определено, что осужденные военнослужащие, отбывающие наказание во время прохождения военной службы, в случае возникновения иных, предусмотренных законодательством Российской Федерации оснований для увольнения с военной службы, могут быть в установленном порядке досрочно освобождены судом от наказания с заменой неотбытой части наказания более мягким видом наказания или без таковой. В соответствии с ч. 1 этой статьи речь идет об ограничении по военной службе, аресте и содержании в дисциплинарной воинской части. Такое увольнение с военной службы может быть осуществлено, например, в соответствии с п. "е" ч. 1 ст. 51 Закона РФ "О воинской обязанности и военной службе". В этой норме определено, что военнослужащий подлежит увольнению с военной службы в связи с вступлением в законную силу приговора суда о назначении военнослужащему наказания в виде лишения свободы. К сожалению, предписание ч. 2 ст. 174 УИК РФ повисло в воздухе, в УК РФ нет такой нормы, на основании которой была бы возможна рассматриваемая замена или освобождение от наказания.

Составной частью исполнения обязательных работ (ст. 49 УК РФ), исправительных работ (ст. 50 УК РФ) и ограничения свободы (ст. 53) является участие осужденных в трудовом процессе. Вследствие этого возникает проблема освобождения лиц, отбывающих эти наказания не только при их заболевании психическим расстройством или иной тяжелой болезнью, но и при потере ими трудоспособности или при достижении ими пенсионного возраста, а также при наличии беременности у женщин.

Обратимся, прежде всего, к п. 7 ст. 175 УИК РФ, в котором определено, что в случае признания лиц, отбывающих перечисленные наказания, инвалидами I или II группы учреждение или орган, исполняющие наказание, вносят представление в суд о досрочном прекращении исполнения наказания.

Если же у женщины, отбывающей рассматриваемые наказания, наступает беременность, то согласно предписанию ч. 8 ст. 175 УИК РФ в суд вносится представление об отсрочке ей отбывания наказания со дня предоставления ей отпуска по беременности и родам. Обратим внимание на то, что рассматриваемые предписания ст. 175 УИК РФ носят уголовно-правовой характер. Им место в УК РФ.

А как решает эту проблему УК РФ? В соответствии с ч. 4 ст. 49 УК РФ обязательные работы не назначаются лицам, признанным инвалидами I и II группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, мужчинам и женщинам пенсионного возраста.

Расширительное толкование этой нормы приводит к выводу о том, что лица, ставшие инвалидами в процессе отбывания такого наказания, достигшие пенсионного возраста, а также вышеуказанные категории женщин в соответствии с ч. 4 ст. 49 и ч. 2 ст. 81 УК РФ подлежат досрочному освобождению от отбывания наказания.

Предписание ч. 8 ст. 175 УИК РФ об отсрочке беременным женщинам исполнения обязательных работ со дня предоставления им отпуска по беременности и родам противоречит ч. 4 ст. 49 УК РФ. К ним необходимо применять не отсрочку, а освобождение от отбывания обязательных работ.

Как это определено в ст. 50 УК РФ, исправительные работы состоят из обязательного выполнения осужденным в течение срока, определенного в приговоре суда, трудовых функций и удержания из заработка осужденного в доход государства в размере, установленном приговором суда в пределах от пяти до двадцати процентов. В ч. 4 ст. 42 УИК РФ указано, что в случае тяжелой болезни осужденного, препятствующей отбыванию наказания, уголовно-исполнительная инспекция направляет в суд представление об освобождении его от отбывания наказания. Вместе с тем в законе обойден вниманием вопрос об освобождении от отбывания исправительных работ лиц, ставших инвалидами I и II группы. А они не могут в обязательном порядке привлекаться к труду. Напомним, что в ч. 3 ст. 27 УК РСФСР предусматривалась замена исправительных работ штрафом лицам, признанным нетрудоспособными. Аналогичное решение предусмотрено в ч. 2 ст. 52 УК Республики Таджикистан.

В ч. 2 ст. 81 УК РФ предусмотрена возможность освобождения от наказания лиц, заболевших тяжелой болезнью, препятствующей отбыванию наказания (выделено нами. — Ю. Т.). Такой препятствующей отбыванию наказания является болезнь, приведшая к инвалидности I и II группы. Собственно говоря, это и определено в ч. 7 ст. 175 УИК РФ. Более того, по нашему мнению, "заболеванием", препятствующим исполнению исправительных работ, является также достижение осужденным пенсионного возраста. Кстати, в ч. 4 ст. 52 УК Республики Таджикистан к лицам, достигшим пенсионного возраста, это наказание неприменимо.

Вопрос о судьбе беременных женщин и женщин, имеющих детей в возрасте до восьми лет, при исполнении исправительных работ в ст. 50 УК РФ не решен. Обратимся вновь к ст. 52 УК Республики Таджикистан. В ней установлен запрет применения исправительных работ к беременным женщинам и "лицам, находящимся в отпуске по уходу за ребенком". Великолепное предписание закона.

В юридической литературе распространено мнение о том, что ограничение свободы является новым, не встречавшимся в прошлом уголовным наказанием. Вместе с тем отмечается, что предусмотренное ст. 242 УК РСФСР условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду отличается от ограничения свободы своей условностью[243].

Этот вывод ошибочен. Термин "условное" был применен в ст. 242 УК РСФСР необоснованно. Это наказание отбывалось безусловно и, по сути дела, по тем режимным правилам, которые ныне установлены (ст. 47-60 УИК РФ). Следовательно, условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду являлось по существу безусловно отбываемым ограничением свободы. От его отбывания, например, было возможно условно-досрочное освобождение, которое, как известно, применялось и применяется лишь при реальном отбывании наказания (см. ст. 53 УК РСФСР).

Как это определено в ч. 5 ст. 53 УК РФ, ограничение свободы не назначается лицам, признанным инвалидами I и II группы, беременным женщинам, женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, и лицам, достигшим пенсионного возраста, а также военнослужащим, проходящим военную службу по призыву. Следовательно, наступление у осужденного инвалидности в процессе отбывания ограничения свободы, достижение им пенсионного возраста и т.д. являются основаниями для освобождения их от отбывания наказания в соответствии с ч. 2 ст. 81 УК РФ.

Такое решение рассматриваемой проблемы предопределено тем, что ограничение свободы предполагает обязательное привлечение осужденных к труду. К тому же они отбывают это наказание, находясь на собственном обеспечении. В ч. 3 ст. 51 УИК РФ указано: одежда, белье и обувь приобретаются осужденными самостоятельно. И питание также оплачивается осужденными за счет собственных средств (ч. 4).

В соответствии с п. "а" ч. 1 ст. 58 УК РФ колонии-поселения являются местами лишения свободы. Однако в них отсутствуют два совершенно обязательных признака режима места лишения свободы, установленных в ст. 82 УИК РФ: охрана и изоляция осужденных. И вообще — режимные правила колонии поселения почти тождественны режимным правилам ограничения свободы (см. ст. 50 и 129 УИК РФ). В колониях-поселениях осужденные также находятся на своем иждивении.

Как уже отмечалось, условное осуждение к лишению свободы с обязательным привлечением осужденного к труду, т.е. к ограничению свободы, как это было установлено в ст. 242 УК РСФСР, не применялось к инвалидам I и II и III группы, к беременным женщинам, женщинам, имеющим на иждивении детей в возрасте до двух лет, и к лицам пенсионного возраста. В ст. 100.1 ИТК РСФСР предусматривалось освобождение осужденных от отбывания рассматриваемого наказания по инвалидности I и II группы.

Из приведенных данных напрашивается вывод: освобождение от отбывания наказания лиц, отбывающих наказание в колониях-поселениях, по болезни, инвалидности и т.д., следует осуществлять по тем же правилам, что и при исполнении ограничения свободы.

Согласно ч. 4 ст. 368 УПК РСФСР вопрос о досрочном освобождении от наказания по болезни разрешается постановлением судьи районного (городского) народного суда по месту отбытия наказания осужденным независимо от того, каким судом был вынесен приговор. Уголовное дело при этом не истребуется.

В работе мест лишения свободы сложилась практика, согласно которой, прежде чем передать материалы в суд о досрочном освобождении по болезни, больных помещают на стационарное лечение, которое проводится в специальных медицинских учреждениях, находящихся в ведении Минюста России, а в некоторых случаях и в медицинских учреждениях органов здравоохранения. В том случае, если это лечение не дало положительных результатов, осужденный подвергается освидетельствованию специальной ведомственной врачебной комиссией для выявления у него тяжелой болезни, препятствующей отбыванию наказания. В заключении комиссии должны быть указаны диагноз, тяжесть заболевания, результаты проведенного лечения и предполагаемый исход болезни. Кроме этого врачи должны указать, препятствует ли тяжелое заболевание возможности отбывания осужденным наказания. Для суда это будет иметь характер рекомендации[244]. Если в результате освидетельствования комиссия придет к выводу, что заболевание не предусмотрено в Перечне болезней, дающих основание для постановки вопроса об освобождении от дальнейшего отбывания наказания, об этом сообщается осужденному под расписку.

В ст. 81 УК РФ имеется серьезный пробел. В ней не решена проблема освобождения от дополнительного наказания в связи с болезнью. Этот пробел закона должен быть разрешен расширительным толкованием закона — ст. 81 УК РФ.

Совершенно очевидно, что лица, заболевшие хроническим психическим заболеванием, должны освобождаться не только от основного, дополнительного наказания. Цели, стоящие перед дополнительным наказанием, в подобных ситуациях недостижимы.

Вопрос об освобождении осужденных, заболевших иной тяжелой болезнью, от дополнительного наказания должен решаться с учетом конкретных обстоятельств дела. В ряде случаев освобождение таких лиц от дополнительных наказаний, например, от штрафа, лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью, необоснованно.

Освобождение осужденных от наказания в связи с болезнью с каждым годом приобретает в нашей стране все более острый характер. Особенно тяжелая обстановка в этом отношении сложилась в местах лишения свободы.

В уголовно-исполнительной системе РФ функционируют 119 больниц различного профиля и 64 лечебных исправительных учреждения. По состоянию на 1 января 1999 г. в учреждениях уголовно-исполнительной системы содержалось 92 тысячи осужденных, больных туберкулезом в открытой форме. Более 17 тысяч из них содержались в изолированных участках обычных исправительных колоний, а свыше 3 тысяч — находились в общей массе осужденных, увеличивая тем самым ряды больных[245]. Как отмечает А.Санников, заболеваемость туберкулезом и смертность от него в местах лишения свободы во всех странах мира обычно "многократно превышает аналогичные показатели среди всего населения"[246]. Для лиц, страдающих открытой формой туберкулеза, не хватало 10 тысяч коек в больницах мест лишения свободы и 20 тысяч коек — в исправительных колониях. Добавим к армии больных туберкулезом 4074 ВИЧ-инфицированных осужденных и немалое число страдающих иными тяжелыми болезнями.

Вместе с тем в местах лишения свободы медицинское оборудование, как правило, устарело и выходит из строя. Вследствие этого обнаружение новых больных туберкулезом зачастую опаздывает. Не хватает и медикаментов.

Только 10-12% необходимого финансирования медицинской службы мест лишения свободы обеспечивалось государством. Начальник медицинского управления Минюста РФ А.Коновец отмечает, что "недостаточное обеспечение учреждений лекарственными средствами не позволяет проводить комплексное лечение больных туберкулезом и психическими расстройствами. В учреждениях зачастую отсутствует минимально необходимый набор лекарственных препаратов. Резко снижает результативность лечебного процесса и сводит на нет усилия медицинских работников недостаточное питание осужденных, которое по калорийности значительно ниже установленных минимальных норм, что приводит к росту случаев дистрофии осужденных"[247].

§ 6. Отсрочка исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей

В 1991 г. в соответствии с Указом Президиума Верховного Совета от 19 декабря 1990 г. был проведен эксперимент по отсрочке исполнения лишения свободы в отношении положительно себя зарекомендовавших беременных женщин и женщин, имевших малолетних детей в доме ребенка, в исправительно-трудовых колониях для женщин. Эта отсрочка применялась судом по ходатайству администрации колонии и наблюдательной комиссии на срок до трех лет к дисциплинированным женщинам при наличии у них постоянного места жительства, сохранившейся семьи и наличии желания у родственников принять их. Отсрочка не применялась к женщинам, осужденным за тяжкие преступления (умышленные убийства и умышленные тяжкие телесные повреждения, разбой), имевшим более двух судимостей к лишению свободы. Если осужденная в течение срока отсрочки допускала административное правонарушение, плохо относилась к воспитанию ребенка, передавала его на воспитание иным лицам или государству, то по решению суда ее возвращали в исправительно-трудовую колонию для отбывания неотбытой части срока лишения свободы.

В 1990 г. в СССР в местах лишения свободы в домах ребенка находилось 355 детей, а в России в 2000 г. — 500.

Отсрочку в 1991 г. получили 85 женщин, имевших детей в доме ребенка колоний. Эксперимент завершился успешно. Условия отсрочки были нарушены только одной женщиной, которая была возвращена в колонию для завершения отбывания наказания. Исходя из этого Законом от 12 июня 1992 г. "О внесении изменений и дополнений в Исправительно-трудовой кодекс РСФСР, в Уголовный кодекс РСФСР и Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР" была введена отсрочка исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей, которая предусматривалась ст. 46.2 УК РСФСР.

Эта норма уникальна. Она, кроме уголовного права некоторых государств, ранее входивших в СССР, нигде не встречается (см., например, ст. 78 УК Таджикистана).

Рассматриваемая отсрочка, с внесением в нее ряда поправок регламентирована в ст. 82 УК РФ, в которой было определено, что осужденным беременным женщинам и женщинам, имеющим детей в возрасте до восьми лет, кроме женщин, осужденных к лишению свободы на срок свыше пяти лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, суд может отсрочить отбывание наказания до достижения ребенком восьмилетнего возраста. Федеральным законом от 9 марта 2001 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации" в рассматриваемую статью были внесены изменения. Прежде всего эта отсрочка стала применяться к женщинам, имеющим детей до четырнадцатилетнего возраста. Внесены некоторые изменения и в ч. 3 статьи о возможных последствиях истечения срока отсрочки для осужденной. Их анализ будет дан в дальнейшем.

Если суд при рассмотрении уголовного дела о преступлении, совершенном указанными категориями женщин, придет к выводу о нецелесообразности исполнения лишения свободы, то он может принять решение об отсрочке исполнения наказания — разновидности условного осуждения.

В тех же случаях, когда это решение принимается по отношению к женщинам, отбывающим наказание, — это разновидность условно-досрочного освобождения от отбывания лишения свободы.

Такой вывод следует из содержания рассмотренной отсрочка[248].

Прямого указания на возможность применения ее в виде условного осуждения или условно-досрочного освобождения от наказания закон, к сожалению, не содержит. Из содержания ст. 82 УК РФ можно сделать вывод, что она применяется только к женщинам, осужденным к лишению свободы, ибо продолжительность испытательного срока исчисляется до наступления ребенком четырнадцатилетнего возраста, независимо от характера и степени общественной опасности содеянного, личности виновной и т.п.

Такой испытательный срок несовместим с отсрочкой от иных, менее суровых и менее продолжительных наказаний. Поэтому представляется сомнительным мнение авторов, допускающих возможность отсрочки исполнения от отбывания исправительных работ[249].

Кстати, испытательный срок при условном осуждении, которое применимо при назначении пяти видов наказания, а не только лишения свободы, значительно короче (от шести месяцев до трех лет при наказаниях, не связанных с лишением свободы, или лишении свободы до одного года и от шести месяцев до пяти лет при назначении лишения свободы на срок свыше одного года). Помимо этого следует признать, что условное осуждение по целому ряду параметров является значительно более льготным, чем отсрочка исполнения наказаний, поэтому при совершении преступлений небольшой тяжести следует применять именно его.

Заметим, что следовало бы предусмотреть возможность сокращения срока отсрочки, досрочного ее прекращения. Это особенно важно при значительном разрыве между продолжительностью срока лишения свободы, исполнение которого отсрочено, и продолжительностью испытательного срока.

Желательно было бы внести в анализируемую норму существенные ограничения в применении отсрочки, допустим, запретив ее применение к женщинам, осужденным к лишению свободы на срок свыше пяти лет за все преступления, относящиеся к тяжким и особо тяжким, а не только за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности, как это указано в ст. 82 УК РФ.

При отсрочке исполнения наказания — условном осуждении уголовная ответственность реализуется без реального исполнения лишения свободы. В отношении осужденной выносится обвинительный приговор, и она в течение испытательного срока несет бремя судимости. Отметим, что при безусловном отбывании назначенного наказания срок судимости, как правило, был бы менее продолжителен. Так, при отсрочке исполнения наказания беременной женщины за преступление небольшой тяжести, за которое назначено наказание в виде лишения свободы на два года, испытательный срок будет исчисляться до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста, т.е. составит более четырнадцати лет. При реальном исполнении этого наказания судимость погашается через три года после исполнения наказания.

Обратим внимание и на то, что ст. 82 УК РФ, определяющая анализируемую отсрочку, может вступить в противоречие со ст. 83 УК РФ, в соответствии с которой осуществляется освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора суда (правильнее здесь было бы говорить о давности исполнения наказания). В рассматриваемом примере срок давности истекает через два года после вступления приговора в законную силу. Поскольку ст. 82 УК регламентирует более узкую норму, то она имеет приоритет перед общей нормой, установленной ст. 33 УК.

Необходимо отметить, что и при реализации условного осуждения, установленного ст. 73 УК РФ, могут возникнуть рассматриваемые коллизии со ст. 83 и 86 УК РФ (с давностью исполнения наказания и судимостью). Эти коллизии решаются в пользу более узкой нормы — ст. 73 УК РФ.

В ст. 82 УК РФ не указаны цели отсрочки исполнения наказания, но они, несомненно, те же, что и при реализации уголовной ответственности при обычном условном осуждении.

При отсрочке исполнения наказания должны достигаться цели восстановления социальной справедливости, исправление осужденного, общая и частная превенция.

Основанием применения отсрочки исполнения наказания многие юристы считают проявление гуманизма как к осужденной, так и к ребенку, причем закон не связывает ее применение с реализацией целей наказания[250]. Позиция спорная. Действительно, основой основ такого освобождения от отбывания наказания является стремление создать женщине и ее ребенку максимально благоприятные условия для жизни. Это гуманно и справедливо, но рассматриваемая отсрочка применяется не ко всем беременным женщинам и не ко всем женщинам, имеющим детей. Дело в том, что применительно к некоторым женщинам цели наказания недостижимы в процессе отсрочки исполнения наказания. Более того, нарушение осужденной условий отсрочки чревато направлением ее в орган, исполняющий наказание. Во всяком случае цель частной превенции очевидна.

Из сказанного следует вывод: применение отсрочки исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим детей до четырнадцатилетнего возраста, применяется из-за гуманных соображений, государственного подхода к таким женщинам и их детям, а также наличия возможности достижения целей наказания вне исправительной колонии или исправительного центра. Такая отсрочка способствует и укреплению семьи.

Закон запрещает применять отсрочку исполнения наказания женщинам, осужденным к лишению свободы на срок свыше пяти лет за тяжкие и особо тяжкие преступления против личности. В основном такими преступлениями являются: убийство (ст. 105 УК), умышленное причинение тяжкого вреда здоровью (ст. 111 УК), похищение человека (ст. 126 УК), разбой (ст. 162 УК), захват заложников (ст. 206 УК), посягательство на жизнь государственного или общественного деятеля (ст. 277 УК), посягательство на жизнь лица, осуществляющего правосудие или предварительное следствие (ст. 295 УК), посягательство на жизнь сотрудника правоохранительного органа (ст. 317 УК). Необходимо подчеркнуть, что отсрочка применима к женщинам, осужденным за подобные преступления, при осуждении их к лишению свободы на срок до пяти лет включительно.

Более удачной, чем положения УК РФ, по нашему мнению, является позиция, представленная в ст. 80 Модельного уголовного кодекса, в которой к женщинам рассматриваемых категорий не применяется "освобождение от отбывания наказания" при осуждении их за совершение тяжких и особо тяжких преступлений к лишению свободы на срок более чем пять лет. Аналогичная позиция содержится и в ст. 78 УК Таджикистана.

Вполне очевидно, что отсрочка исполнения наказания неприемлема к женщинам, лишенным родительских прав.

Напомним, что ст. 46 УК РСФСР допускала применение отсрочки исполнения наказания только к тем женщинам, которые имели семью или родственников, изъявивших согласие на совместное проживание с ней и ребенком либо имеющим возможность самостоятельно обеспечивать надлежащие условия для воспитания ребенка. Ныне действующее законодательство необоснованно отказалось от таких требований.

Исходя из сути рассматриваемой отсрочки ее нельзя применять к женщинам, злостно нарушающим порядок и условия отбывания наказания (режим), к женщинам, страдающим алкоголизмом, наркоманией, токсикоманией или иными тяжелыми заболеваниями (например, туберкулезом, сифилисом и т.д.), вплоть до излечения от них.

В соответствии со ст. 177 УИК РФ администрация исправительного учреждения, направляя в суд представление об отсрочке, прилагает к нему характеристику осужденной, справку о согласии родственников принять ее и ребенка, предоставить им жилье и создать необходимые условия для проживания или справку о наличии у нее жилья и необходимых условий для проживания с ребенком, медицинское заключение о беременности либо справку о наличии ребенка.

Документальное подтверждение беременности или наличия у обвиняемой ребенка необходимо и при применении отсрочки исполнения наказания при рассмотрении дела по существу.

Получив определение суда о применении отсрочки к осужденной, администрация исправительного учреждения берет у нее подписку о явке по прибытии в трехдневный срок в уголовно-исполнительную инспекцию и отправляет ее за счет государства к месту жительства.

Если женщина, к которой применяется отсрочка исполнения наказания, отказалась от ребенка или продолжает уклоняться от его воспитания после предупреждения, объявленного уголовно-исполнительной инспекцией, суд может по представлению инспекции отменить отсрочку и направить осужденную для наказания в место, назначенное в соответствии с приговором суда (ч. 2 ст. 82 УК). Как представляется, если осужденная злостно уклоняется от исполнения материнских обязанностей, то суд не "может", а должен защитить интересы ребенка и обязан направить ее в то место лишения свободы, в котором она должна отбывать наказание. Осужденная не оправдала оказанного ей доверия, что предопределяет отмену отсрочки исполнения наказания.

Возможен и такой вариант. Женщина хотя и исполняет свои материнские обязанности, но вместе с тем ведет беспорядочный образ жизни, злоупотребляет спиртными напитками, употребляет наркотики или токсические вещества или, к тому же, грубо, систематически нарушает общественный порядок, не обращая внимания на предупреждения уголовно-исполнительной инспекции.

Статьей 46.1 УК РСФСР 1960 г. в подобных ситуациях также предусматривалось прекращение отсрочки, что представляется обоснованным, вытекающим из сути отсрочки. Кстати, и в ч. 3 ст. 80 Модельного уголовного кодекса предусматривается такое же решение рассматриваемого вопроса. Отсрочка, как отмечалось выше, направлена на защиту интересов ребенка и его матери и, вместе с тем, на решение целей наказания без его реального исполнения. Эти цели должны достигаться в совокупности. В ч. 2 ст. 178 УИК РФ перед уголовно-исполнительной инспекцией ставится задача предупреждения со стороны женщины, к которой была применена отсрочка исполнения наказания, нарушений ею общественного порядка и трудовой дисциплины.

Не исключена возможность и попыток сокрытия, бегства с места жительства женщин, к которым применена отсрочка исполнения наказания. Этот вариант также прямо не предусмотрен законом.

Отсрочка имеет одинаковый срок — вплоть до достижения ребенком четырнадцатилетнего возраста.

В законе нет каких-либо указаний на то, с какого периода беременности такая отсрочка возможна. Представляется спорным вывод о том, что "при нормальной беременности отсрочка отбывания наказания осужденным женщинам должна производиться за семьдесят дней до предполагаемых родов"[251]. Как технически решить эту проблему? Должен ли суд за день до этого предполагаемого срока принимать необходимое решение?

По достижении ребенком четырнадцатилетнего возраста либо в случае его смерти уголовно-исполнительная инспекция по месту жительства осужденной обращается с представлением в суд с вариантами решения вопроса об отсрочке исполнения наказания.

При этом инспекция в соответствии с ч. 5 ст. 178 УИК РФ учитывает характер и степень общественной опасности совершенного преступления[252], поведение осужденной, ее отношение к воспитанию ребенка, отбытую и оставшуюся части срока наказания. Предложения уголовно-исполнительной инспекции носят рекомендательный характер. Окончательное решение по рассматриваемому вопросу принимает суд.

Суд может освободить осужденную от отбывания наказания (вариант уголовного осуждения) или от оставшейся части наказания (вариант условно-досрочного освобождения). Это оптимальные варианты, предопределенные надлежащим поведением женщины в процессе отсрочки. В подобных случаях женщина, к которой применялась отсрочка исполнения наказания, в соответствии с ч. 2 ст. 86 УК РФ не считается судимой.

Если осужденная не полностью оправдала оказанное ей доверие, то неотбытая ею часть срока наказания заменяется судом другим, более мягким. В ч. 10 ст. 46.2 УК РСФСР 1960 г. определялось, что в случае возобновления отбывания наказания осужденная направляется к месту отбывания наказания под конвоем. Ни в УК РФ, ни в УИК РФ этот вопрос не решается. Логика подсказывает, что позиция по этому вопросу УК РСФСР 1960 г. является верной.

Необходимо обратить внимание на то, что в настоящее время действуют три конкурирующие между собой нормы, рекомендующие отсрочку исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей: ст. 82 УК РФ, ч. 2 ст. 361 УПК РСФСР 1960 г. и ст. 177 УИК РФ.

Глава VII. Замена одного уголовного наказания другим в процессе его исполнения

§ 1. Система замены одного наказания другим

При назначении наказания лицу, виновному в совершении преступления, суд с учетом характера и степени общественной опасности содеянного, личности виновного, обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание, влияния наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи определяет вид и размер наказания, необходимого для достижения его целей (ст. 43 и 60 УК РФ).

Принцип индивидуализации наказания действует как при назначении, так и в процессе его исполнения. При исполнении наказания центральное место занимают характер и степень общественной опасности осужденного, что отражается на его правовом положении. Общественная опасность преступления остается неизменной.

Индивидуализация исполнения наказания направлена на ускорение достижения целей наказания. Она может быть реализована в границах исполнения наказания, назначенного судом (например, в случае изменения условий содержания лиц, осужденных к лишению свободы, во время отбывания наказания). Но может привести и к замене одного наказания другим, влекущей значительное улучшение либо ухудшение правового положения осужденного. Тем самым стимулируется добросовестное отбывание наказания осужденным, от поведения которого в значительной мере зависит сокращение либо усиление карательного содержания назначенного судом наказания.

Все виды замены одного наказания другим являются важнейшим элементом прогрессивной системы отбывания наказания, позволяющей изменить правовое положение осужденного, объем и характер карательного воздействия на него наказания. Причем такое изменение зависит от поведения осужденного, его отношения к отбыванию наказания.

Деятельность органов, исполняющих наказание, направлена на реализацию его целей, в основе которых лежит исправление осужденного. При нормальном течении процесса исполнения наказания общественная опасность личности, как правило, должна уменьшиться. Однако иногда наблюдается и злостное нежелание осужденного исправляться: он систематически или грубо нарушает режимные правила, нормы общежития и т.д.

Как в первом, так и во втором случае может возникнуть необходимость в изменении вида наказания в сторону смягчения режимных правил либо в сторону их ужесточения, усиления.

При замене одного наказания другим вносится изменение в приговор на стадии его исполнения. Одно наказание заменяется другим, и исполняется именно новое наказание. Следовательно, с учетом этого нового наказания необходимо решать вопрос назначения наказания по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ), об освобождении от наказания в связи с истечением срока давности обвинительного приговора (ст. 83 УК РФ) и т.д.

В УК РФ в целях индивидуализации исполнения наказания установлены следующие виды замены одного наказания другим: неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80); в случае злостного уклонения осужденного от уплаты штрафа другим, более тяжким наказанием (ст. 46); в случае злостного уклонения осужденного от обязательных работ другим, более тяжким наказанием (ч. 5 ст. 46); в случае злостного уклонения осужденного от отбывания исправительных работ другим, более тяжким наказанием (ст. 50); в случае злостного уклонения от отбывания осужденным ограничения свободы другим, более тяжким наказанием (ст. 53). Во всех перечисленных случаях реализуется прогрессивная система исполнения уголовного наказания.

В уголовном законодательстве предусматривается также возможность замены одного наказания другим в процессе их исполнения по причинам, не связанным с дифференциацией карательно-воспитательного воздействия на осужденного. Подобная замена одного наказания другим возможна:

1) при заболевании военнослужащего, отбывающего арест или содержание в дисциплинарной воинской части (ч. 3 ст. 81 УК РФ);

2) при амнистии (ч. 2 ст. 84 УК РФ); при помиловании (ч. 2 ст. 85 УК РФ). Эти виды замены одного наказания другим к прогрессивной системе исполнения наказания не относятся, поскольку они связаны с состоянием здоровья осужденного или являются актом милосердия, не ограниченного какими-либо определенными критериями.

§ 2. Замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания

В статье 80 УК РФ регламентирована замена неотбытой части наказания более мягким наказанием. Название рассматриваемой статьи шире ее содержания, поскольку в ней устанавливается возможность замены другим, более мягким наказанием, только лишения свободы.

Необходимо отметить, что в первоначальной редакции ст. 80 УК РФ замена неотбытой части срока лишения свободы другим, более мягким наказанием, была возможна только по отношению к осужденным, отбывавшим наказание за преступления небольшой и средней тяжести. Федеральным законом от 9 марта 2001 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации" ч. 2 ст. 80 была изменена. Рассматриваемая замена стала возможной при отбывании лишения свободы, назначенного за совершение любого по тяжести преступления. Осужденные к лишению свободы за преступления небольшой или средней тяжести могут заслужить замену лишения свободы другим, более мягким наказанием после отбытия ими не менее одной трети срока наказания; осужденные за тяжкие преступления — не менее половины срока наказания; осужденные за особо тяжкие преступления — не менее двух третей срока наказания.

Рассматриваемое изменение ч. 2 ст. 80 УК РФ значительно расширило круг лиц, к которым возможно применение рассматриваемой замены, что является дальнейшим развитием реализации принципов справедливости и гуманизма.

В течение рассматриваемых сроков отбывания лишения свободы в основном реализуются цели наказания: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного и общая превенция. Окончательное достижение перечисленных целей наказания должно быть реализовано в процессе отбывания иного, более мягкого наказания.

В соответствии со ст. 80 УК РФ суд может применить замену неотбытой части срока лишения свободы другим, более мягким наказанием, учитывая поведение осужденного. Каких-либо четких критериев, которые можно было бы положить в основу такого решения, закон не приводит. Сопоставим рассматриваемое предписание ст. 80 УК РФ с теми требованиями, которые положены в основу применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания. Согласно ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее наказание, может быть условно-досрочно освобождено, "если судом будет признано, что для своего исправления оно не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания". Следовательно, для применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания не требуется, чтобы осужденный доказал свое исправление, как это предписывалось ст. 53 УК РСФСР 1960 г. Из положений ст. 79 УК РФ следует, что условно-досрочное освобождение от отбывания наказания применяется к лицам, твердо вставшим на путь исправления (не имеющим нарушений режима, в течение длительного промежутка времени добросовестно относящимся к труду). Завершение процесса их исправления должно осуществиться в течение испытательного срока.

Из сопоставительного анализа рассматриваемых норм следует, что замена неотбытой части наказания более мягким наказанием должна применяться к лицам, вставшим на путь исправления, но еще нуждающимся в продолжении карательно-воспитательного воздействия, что возможно в условиях отбывания другого, более мягкого наказания. Как мы видим, четкого разграничения между требованиями, положенными в основу применения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания, и требованиями при замене неотбытой части наказания более мягким закон не установил.

В ч. 3 ст. 80 УК РФ предусмотрена возможность при замене неотбытой части лишения свободы использовать любой, более мягкий вид наказания в соответствии с видами наказания, указанными в ст. 44 УК РФ. Данное предписание неточно. Нельзя, например, заменить неотбытую часть лишения свободы наказанием, применяемым только к военнослужащим (содержанием в дисциплинарной воинской части и ограничением по военной службе), применить конфискацию имущества, лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград, лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Представляется, что и штраф при рассматриваемой замене неприменим. Такая замена явилась бы фактическим откупом от отбывания неотбытой части срока лишения свободы. Замена срочного наказания — лишения свободы — должна осуществляться другим срочным наказанием в целях продолжения карательно-воспитательного процесса. Неприменим в рассматриваемом случае и арест — краткосрочное лишение свободы в условиях строгой изоляции осужденного от общества.

В качестве заменяющего наказания могут выступать лишь ограничение свободы, исправительные работы и обязательные работы.

Обязательные работы в силу их кратковременного характера — до 240 часов (не более 4 часов в день) — едва ли целесообразно назначать взамен неотбытой части лишения свободы.

Во время действия УК РСФСР 1960 г. лишение свободы чаще всего заменялось исправительными работами.

Ограничение свободы за неосторожное преступление можно назначать на срок до пяти лет, а за умышленное — до трех лет. Практика замены неотбытой части срока лишения свободы исправительными работами в порядке, предусмотренном ст. 53 УК РСФСР 1960 г., выработала правило, согласно которому срок заменяющего наказания не должен превышать продолжительности неотбытой части срока лишения свободы. Так, неотбытую часть срока лишения свободы, равную одному году, можно было заменить одним годом исправительных работ, но не более. Не исключалась возможность более короткого срока нового вида наказания, допустим, шестимесячным сроком исправительных работ. Рассматриваемое правило относится и к новому законодательству.

Продолжительность срока наказания, назначенного в порядке замены, зависит от решения судьи, который учитывает все обстоятельства, характеризующие поведение осужденного во время отбывания наказания. При этом определяется, какой срок нового наказания необходим для завершения процесса достижения целей наказания.

Как уже отмечалось, в ст. 80 УК РФ предусмотрена замена неотбытой части наказания более мягкими видами наказания. Следовательно, сокращение указанной в законе части срока недопустимо. В части 7 ст. 53 УК РСФСР 1960 г. было определено, что при условно-досрочном освобождении от наказания или замене неотбытой части срока наказания другим, более мягким, осужденный может быть освобожден и от дополнительных наказаний в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Остальные дополнительные наказания при этом оставались в силе. В ст. 80 УК РФ принято более радикальное решение: при замене неотбытой части наказания более мягким видом наказания возможно полное или частичное освобождение и от отбывания дополнительных наказаний. На первый взгляд может показаться, что в новом УК круг дополнительных наказаний, от исполнения которых возможно освобождение, расширен. Но это не так. В законе говорится об отбываемых дополнительных наказаниях, а в этом случае отбывается в течение определенного срока только наказание в виде лишения права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью. Остальные дополнительные наказания носят одноразовый характер, исполняются сразу после вступления приговора в законную силу. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью как дополнительное наказание при замене неотбытой части лишения свободы другим, более мягким наказанием, может быть оставлено в силе, его срок может быть сокращен, либо лицо может быть полностью освобождено от него. Сокращение срока дополнительного наказания ранее действовавшим законодательством в подобных случаях не предусматривалось.

Поскольку законом предусмотрена замена только неотбытой части лишения свободы на более мягкое наказание, а содержание в дисциплинарной воинской части таковым не является, то на это наказание замена не распространяется.

По сравнению с первоначальной редакцией ст. 80 УК РФ в некоторых УК стран ближнего зарубежья предусматривались более льготные правила замены неотбытой части срока лишения свободы более мягким наказанием. Так, в ст. 74 УК Республики Узбекистан предусмотрена не только замена неотбытой части срока лишения свободы более мягким наказанием, но и возможность такой замены исправительных работ.

К тому же в этой статье допущена замена лишения свободы вне зависимости от категории совершенного преступления.

Замена наказания более мягким может быть применена после фактического отбытия осужденным:

а) не менее одной трети срока наказания, назначенного судом за преступление, не представляющее большой общественной опасности, или менее тяжкое преступление;

б) не менее половины срока наказания, назначенного судом за тяжкое преступление, а также умышленное преступление, если лицо ранее осуждалось к лишению свободы за умышленное преступление;

в) не менее двух третей срока наказания, назначенного судом за особо тяжкое преступление, а также лицу, ранее условно-досрочно освобождавшемуся от наказания или которому наказание было заменено более мягким и совершившему новое умышленное преступление в течение неотбытой части наказания.

Замена неотбытой части наказания запрещена в отношении лиц, к которым неприменимо условно-досрочное освобождение от наказания (ст. 73 УК Узбекской Республики). В частности, анализируемая замена неприменима к лицу, которому смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы, особо опасному рецидивисту, лицу, осужденному за умышленное убийство при отягчающих обстоятельствах, и т.д.

В соответствии со ст. 77 УК Республики Таджикистан предусмотрена замена лишения свободы, назначенного за любое по тяжести преступление, к лицам, к которым была применена замена наказания более мягким, применено условно-досрочное освобождение от этого замененного наказания.

В части 2 ст. 77 УК Республики Таджикистан предусмотрена замена неотбытой части лишения свободы ограничением свободы или исправительными работами, а неотбытую часть ограничения свободы — исправительными работами.

В этой статье установлен и запрет применения замены наказания более мягким к тем лицам, к которым неприменимо условно-досрочное освобождение от наказания.

Вместе с тем замена неотбытой части срока исправительных работ более мягким наказанием, как показала практика прошлых лет, нецелесообразна (ст. 53 УК РСФСР). Она почти не применялась.

§ 3. Замена неотбытой части наказания другим, более тяжким видом наказания

В интересах обеспечения исполнения наказаний УК РФ предусматривает возможность замены некоторых из них более тяжкими наказаниями. Основанием такой замены является злостное уклонение осужденного от исполнения или отбывания наказания. Подобная замена одного наказания другим сопряжена с усилением карательно-воспитательного воздействия на осужденного. Поэтому ее виды являются элементами прогрессивной системы исполнения наказаний.

В УК РФ допускается замена штрафа (ст. 46), обязательных работ (ст. 49), исправительных работ (ст. 50), ограничения свободы (ст. 53) другим, более тяжким наказанием.

Во всех статьях УК РФ, устанавливающих замену одного наказания другим, при злостном уклонении от его исполнения содержатся слова "суд может" осуществить такую замену. Формулировка "может заменить", по нашему мнению, вызывает некоторые сомнения. Представляется, что злостное уклонение от исполнения наказания — это твердо выраженное желание не отбывать его. Все способы иного воздействия на осужденного уже исчерпаны, они не помогли. Остается один: замена наказания иным, более тяжким наказанием. Но если это так, то замена наказания, от исполнения которого осужденный уклоняется, должна быть, по нашему мнению, обязательной.

В ч. 3 ст. 30 УК РФССР 1960 г. указывалось, что в случае злостного уклонения лица от уплаты штрафа, назначенного в качестве основного наказания, суд может заменить неуплаченную сумму штрафа наказанием в виде исправительных работ без лишения свободы из расчета один месяц исправительных работ за два минимальных месячных размера оплаты труда, но на срок не свыше двух лет. При невозможности уплаты штрафа суд постановлял о замене его возложением обязанности загладить причиненный вред. В приведенной норме не предусматривалась возможность обеспечения исполнения штрафа, назначенного в качестве дополнительного наказания. Порядок замены штрафа исправительными работами был прост и понятен.

В случае злостного уклонения от уплаты штрафа, согласно ч. 5 ст. 46 УК РФ, он заменяется обязательными работами, исправительными работами или арестом соответственно размеру назначенного штрафа в пределах, предусмотренных УК для этих видов наказаний. Следовательно, система замены штрафа в случае злостного уклонения от его исполнения другим, более тяжким наказанием расширена и ужесточена. Это обусловлено значительным расширением возможностей применения штрафа, усилением его роли в новых экономических отношениях. Вместе с тем закон не определяет четкого эквивалента подобных замен в зависимости от размера штрафа. Положение о том, что это необходимо делать с учетом размера штрафа в пределах, которые предусмотрены УК для наказаний, назначаемых в порядке такой замены, мало что дает для решения рассматриваемого вопроса. Допустим, виновное лицо, осужденное за клевету по ч. 2 ст. 129 УК РФ к штрафу в размере ста минимальных размеров оплаты труда, злостно уклоняется от его уплаты. Возникает вопрос, каким наказанием данный штраф должен быть заменен. Закон предоставляет на выбор три вида наказаний (обязательные работы, исправительные работы или арест). Однако каких-либо критериев для этого выбора, а также для определения продолжительности нового вида наказания, назначаемого в порядке замены, закон не содержит. Указание на то, что при подобной замене учитывается соответствие размера штрафа новому наказанию, проблемы не решает. Предположим, суд решил взамен штрафа применить обязательные работы сроком 60 часов. Закон (ст. 49 УК РФ) такой срок для обязательных работ допускает. Но тогда вместо усиления карательного воздействия получится его смягчение. Возможно и иное, диаметрально противоположное решение суда: замена штрафа арестом, допустим, на шесть месяцев. Как видим, размер штрафа один, а виды замены его разнообразны, что может значительно осложнить работу судов.

Удачно эта проблема решена в ст. 44 УК Республики Узбекистан, в которой определено, что в случае уклонения осужденного от уплаты штрафа суд заменяет назначенную сумму штрафа наказанием в виде исправительных работ, ограничением по службе или арестом. Исправительные работы или ограничение по службе назначаются из расчета один месяц за сумму штрафа, соответствующую двум минимальным размерам заработной платы, но на срок не свыше трех лет, а арест — из расчета один месяц за сумму штрафа, соответствующую десяти минимальным размерам заработной платы, но на срок не свыше шести месяцев.

Близкое по характеру решение этого вопроса дано в ст. 49 УК Республики Таджикистан.

Для решения рассматриваемой проблемы в России необходимо обратиться к ст. 71 УК РФ, в которой установлен порядок определения сроков при сложении наказания, в соответствии с которым один день лишения свободы приравнивается к одному дню ареста или содержания в дисциплинарной воинской части, двум дням ограничения свободы, трем дням исправительных работ или ограничения по военной службе, восьми часам обязательных работ. Иные наказания при сложении исполняются самостоятельно.

В соответствии с ч. 1 ст. 31 УИК РФ осужденный обязан уплатить сумму штрафа в месячный срок с момента вступления приговора в законную силу. Злостно уклоняющимся от уплаты штрафа, согласно ч. 1 ст. 32 УИК РФ, является осужденный, не уплативший штраф и помимо этого скрывающий свои доходы и имущество от принудительного взыскания в счет уплаты штрафа. Сокрытие доходов обычно заключается в уходе осужденного с работы, а о новом месте работы он не сообщает в орган, исполняющий наказание. Сокрытие имущества может осуществляться в передаче его родным, близким, знакомым и т.д. В ст. 32 УИК РФ имеются пробелы. На практике злостное уклонение от уплаты штрафа нередко заключается в передаче имущества каким-либо лицом по договорам займа или аренды и т.п. Злостное уклонение от уплаты штрафа будет иметь место и в тех случаях, когда судом его исполнение было отсрочено или рассрочено на срок до одного года, по истечении которого наказание не исполнено, а осужденный скрывает свои доходы и имущество от обращения на них взыскания. Этот вариант не учтен в ч. 1 ст. 32 УИК РФ. Следовательно, эта норма должна толковаться расширительно. Злостное уклонение от уплаты штрафа осуществляется умышленно путем действия или бездействия.

В ст. 59 Уголовного уложения России 1903 г. уклонение от уплаты штрафа каралось арестом, продолжительность которого зависела от величины штрафа. Так, неуплата штрафа на сумму до 25 рублей влекла за собой его замену арестом на срок до одной недели, на сумму от 25 руб. до 100 руб. — на срок от одной недели до одного месяца и т.д. Максимальный срок замены был равен одному году ареста за неуплату штрафа на сумму свыше одной тысячи рублей.

Замена штрафа, в случае уклонения от его уплаты, лишением свободы широко применяется во многих странах мира. Так, в ст. 53 УК Испании определено, что если осужденный не уплатит штраф, то это наказание заменяется лишением свободы из расчета один день лишения свободы за каждые две неуплаченные ежедневные квоты, что может реализоваться арестом на выходные дни.

Оригинальное решение рассматриваемого вопроса дано в п. "а" ст. 3914 Свода законов США, в котором определено, что при неуплате штрафа суд пересматривает дело вновь и определяет любое наказание, предусмотренное за содеянное санкцией нормы.

В ст. 76 УК Республики Узбекистан содержится прямое указание на возможность в порядке амнистии применять условно-досрочное освобождение от наказания.

В ст. 71 УК РФ определено, что штраф не подлежит сложению с иными наказаниями и исполняется самостоятельно. Но если лицо, осужденное к ограничению свободы или аресту с дополнительным наказанием в виде штрафа, злостно уклоняется от их исполнения, то с заменой неотбытой части основного наказания осуществляется и замена штрафа обязательными работами, исправительными работами или арестом — основными наказаниями. После этого должно осуществляться сложение замененных наказаний. Допустим, осужденный злостно уклоняется от исполнения ограничения свободы на срок три года и от девятимесячного наказания в виде штрафа в размере тридцати минимальных размеров оплаты труда. Суд заменил ограничение свободы тремя годами лишения свободы, а штраф — исправительными работами на десятимесячный срок с отчислением из заработной платы в размере 20%. В соответствии со ст. 71 УК РФ три дня исправительных работ эквивалентны одному дню лишения свободы. Следовательно, окончательное наказание в виде лишения свободы будет определено на срок три года и три месяца.

В случае злостного уклонения осужденного от отбывания обязательных работ они заменяются ограничением свободы или арестом (ч. 3 ст. 49 УК РФ). При этом время, в течение которого осужденный отбывал обязательные работы, учитывается при определении срока ограничения свободы или ареста из расчета один день ограничения свободы или ареста за восемь часов обязательных работ. В этой норме установлены эквиваленты замены неотбытой части срока обязательных работ ограничением свободы или арестом. Причем ограничение свободы приравнено по тяжести к аресту. Не противоречит ли это положениям ст. 71 УК РФ? Думается, нет. Ведь применяемая замена является реакцией на злостное уклонение от исполнения наказания.

В заголовке ст. 30 УИК РФ говорится о злостном уклонении от отбывания обязательных работ, а в тексте этой статьи речь идет о том, кто является злостно уклоняющимся от отбывания наказания, злостным нарушителем предписаний закона. Рассматриваемое определение формализовано, как и все иные определения лиц, злостно уклоняющихся от исполнения иных уголовных наказаний.

В соответствии с рассматриваемой нормой злостно уклоняющимися от отбывания наказания в виде обязательных работ являются осужденные, более двух раз в течение месяца не вышедшие на обязательные работы без уважительных причин, более двух раз в месяц нарушившие трудовую дисциплину, скрывающиеся с целью уклонения от отбывания наказания.

Перечисленные нарушения имеют различную общественную опасность. Самым тяжким является уклонение от отбывания наказания путем сокрытия, бегства осужденного. Сокрытие может выражаться в переезде в другой населенный пункт или на другую квартиру в большом городе, проживании у знакомых, в смене фамилии при вступлении в брак и т.д. Но подобного рода действия должны совершаться с целью уклонения от отбывания наказания. Менее опасным является двукратный в течение месяца, ничем не оправданный прогул, неявка на обязательные работы. К этому пункту относится и более тяжкое явление — отказ от исполнения рассматриваемого наказания, что является безусловным основанием для замены обязательных работ другим, более тяжким наказанием.

Отнесение к злостным нарушениям отбывания наказания в виде обязательных работ двукратного в течение месяца нарушения трудовой дисциплины менее опасно по сравнению с перечисленными нарушениями порядка исполнения наказания и, вероятно, в ряде случаев не может быть отнесено к злостным. Допустим, осужденный один раз опоздал на работу на 10-15 минут. В другой раз прекратил работу на 10-15 минут раньше. В подобной ситуации такой нарушитель трудовой дисциплины не является злостным нарушителем исполнения наказания в виде обязательных работ. Следовательно, нарушения трудовой дисциплины должны быть умышленными и существенными, что предполагает их анализ, оценку.

В ст. 27 УК РСФСР 1960 г. предусматривались два вида исправительных работ без лишения свободы: отбываемые по месту работы или службы либо в иных местах, определяемых органами, ведающими исполнением этого наказания. Удельный вес второго вида исправительных работ был относительно невелик (примерно 13% от общего числа лиц, осужденных к исправительным работам). В ст. 50 УК РФ данный вид исправительных работ не предусмотрен.

До распада СССР исправительные работы применялись к 22-24% лиц, осужденных за преступления. Примерно 2% из них злостно уклонялись от исполнения наказания, и оно заменялось им лишением свободы из расчета день за день.

В 1995 г. это наказание было применено к 8,9% осужденных, в 1996 — к 8,1%, в 1997 — 6,9%, а в 1998 — к 5,3%. Несмотря на значительное снижение удельного веса применения этого наказания, оно назначается относительно большому числу осужденных.

В УК РФ предусмотрены более широкие, чем ранее, возможности замены исправительных работ в случае злостного уклонения от их отбывания: ограничением свободы, арестом, лишением свободы (ч. 3 ст. 50). При этом неотбытая часть срока исправительных работ может быть заменена ограничением свободы из расчета один день исправительных работ за один день ограничения свободы, один день ареста равен двум дням исправительных работ, а один день лишения свободы эквивалентен трем дням исправительных работ. Обращает на себя внимание то, что в ст. 71 УК РФ один день ареста уравнивается с одним днем лишения свободы. Только соотношение лишения свободы и исправительных работ едино для ст. 50 и 71 УК РФ. В остальном законодатель, как и при замене обязательных работ, пошел по пути ужесточения возможностей замены в случае злостного уклонения от отбывания исправительных работ.

В ч. 1 ст. 46 УИК РФ дан перечень нарушений режима исполнения исправительных работ. Таким нарушением является непоступление без уважительных причин на работу в течение 15-суточного срока или уклонение в течение 15 суток от постановки на учет в органе службы занятости. Вероятно, такой отсчет начинается со дня вступления приговора в законную силу. Неявка осужденного в уголовно-исполнительную инспекцию без уважительных причин является нарушением режима.

Для ясности следовало бы в этой норме установить срок, в течение которого такая явка должна осуществляться. Например, не позднее 3-6 суток со дня вступления приговора в законную силу.

Нарушением режима является прогул или явка на работу в состоянии алкогольного, наркотического или токсического опьянения.

В ст. 41 УИК РФ уголовно-исполнительной инспекции предоставлено право налагать на осужденного к исправительным работам определенные запреты или обязанности совершения каких-либо действий в целях активизации воспитательного воздействия на таких лиц. При возложении рассматриваемых обязанностей учитывается характер и степень общественной опасности совершенного преступления, личность осужденного, его поведение в период исполнения наказания. При наложении обязанностей и запретов на осужденного преследуются и цели предотвращения совершения им нового преступления. Уголовно-исполнительная инспекция правомочна наложить на осужденного:

- запрет выходить из дома в определенное время (например, после 22 часов);

- запрет покидать место жительства в выходные дни или в период отпуска;

- запрет находиться в определенных местах района или города (например, на рынках, в питейных заведениях и т.д.);

- обязанности до двух раз в месяц являться в уголовно-исполнительную инспекцию для регистрации.

Перечисленные обязанности и запреты устанавливаются на срок до шести месяцев и могут быть неоднократно продлены в границах срока наказания.

Представляется, что возможность наложения на осужденных к исправительным работам предусмотренных в ст. 41 УИК РФ запретов не вытекает из сути этого наказания. Они сопряжены с элементами ограничения свободы осужденного. Налицо — противоречие между ст. 50 УК РФ и ст. 41 УИК РФ.

В п. "в" ч. 1 ст. 46 УИК РФ определено, что нарушение наложенных на осужденного запретов и обязанностей является нарушением режима исполнения исправительных работ.

В ч. 2 ст. 46 УИК РФ указано, что за нарушение режима исполнения исправительных работ к осужденному может быть применено взыскание в виде письменного предупреждения о замене исправительных работ более тяжким наказанием.

Злостным нарушением режима является и сокрытие с места жительства осужденного, местонахождение которого неизвестно (ч. 2 ст. 46 УИК РФ). Осужденный, скрывающийся с места жительства, объявляется в розыск и может быть задержан с санкции прокурора на срок до 30 суток. Собственно говоря, это злостное нарушение режима выражается в попытке вовсе уклониться от отбывания наказания.

Встречаются случаи уклонения от отбывания исправительных работ путем симулирования тяжкой болезни.

Статья 53 УК РФ ввела новое наказание[253] — ограничение свободы, которое должно отбываться в исправительных центрах. В ч. 4 ст. 53 УК РФ определено, что в случае злостного уклонения от отбывания наказания лицом, осужденным к ограничению свободы, наказание заменяется лишением свободы. При этом время отбывания ограничения свободы должно засчитываться в срок лишения свободы из расчета один день лишения свободы за один день ограничения свободы.

В ч. 3 ст. 58 УИК РФ определено, что злостным уклонением от отбывания ограничения свободы является самовольное без уважительных причин оставление осужденным территории исправительного центра; невозвращение или несвоевременное возвращение к месту отбывания наказания. В случае необнаружения в течение 15 дней осужденного, оставившего территорию исправительного центра, он объявляется в розыск. Вполне очевидно, что если имел место умысел осужденного на уклонение от исполнения наказания, то его розыск должен объявляться ранее упомянутых 15 суток.

В Общей части УК РФ не предусмотрено замены наказания в виде конфискации имущества в случае злостного уклонения от исполнения этого наказания другим, более тяжким наказанием. Способы и механизм уклонения от этого наказания во многом сходны со злостным уклонением от исполнения наказания в виде штрафа. Вместе с тем общественная опасность злостного уклонения от конфискации имущества значительно выше. Это предопределяется тем, что конфискация имущества является только дополнительным наказанием, применяемым к лицам, осужденным за тяжкие и особо тяжкие преступления, совершенные из корыстных побуждений, и может быть назначена судом только в случаях, специально предусмотренных Особенной частью УК РФ.

Несмотря на это, замена конфискации имущества в случаях злостного уклонения от исполнения этого наказания в УК РФ не предусмотрена, что является пробелом в законе.

Как уже отмечалось, замененное наказание во всех перечисленных в данном параграфе случаях приобретает самостоятельный характер, поэтому, например, в случае осуждения лица, отбывающего замененное наказание, к наказанию за новое преступление присоединяется именно это замененное наказание.

§ 4. Изменение вида и места лишения свободы в процессе лишения свободы

В ст. 81 УИК РФ установлено предписание, согласно которому осужденный к лишению свободы должен отбывать весь срок наказания, как правило, в одной исправительной колонии; тюрьме или воспитательной колонии.

Прежде всего это предписание закона подсказано уголовно-исполнительной педагогикой. Наиболее продуктивным является непрерывный воспитательный процесс, осуществляемый одним и тем же коллективом воспитателей, который имеет возможность хорошо изучить личность осужденного и наблюдать динамику ее изменений. Самая подробная характеристика, сопровождающая осужденного, не может полностью соответствовать его личности. В новом месте лишения свободы возникает необходимость в ее доизучении, на что требуется порой немалое время и затрата усилий многих работников исправительного учреждения. Да и для самого осужденного смена коллектива нередко отрицательно сказывается на его интересах и поведении.

Добавим к этому затраты государства на перевозку осужденного; могут возникнуть трудности у родных и близких осужденного с пересылкой посылок, приездом на свидание и т.д.

Вместе с тем такие переводы иногда необходимы. Перевод осужденного для дальнейшего отбывания наказания из одной колонии в другую того же режима или из тюрьмы в другую тюрьму в случае болезни осужденного или для обеспечения его личной безопасности, при реорганизации или ликвидации места лишения свободы или каких-либо иных исключительных обстоятельствах.

Закон предусматривает и более кардинальные переводы осужденных из одного вида колоний в колонию иного вида, из колонии — в тюрьму и наоборот. Применение таких переводов предусмотрено ст. 78 УИК РФ. Основаниями для рассматриваемых переводов осужденных является их поведение и отношение к труду. При этом возможны два варианта: примерное или отрицательное поведение осужденных, что предопределяет их перевод со смягчением карательного содержания наказания или же с ужесточением режимных правил, усилением покарания.

В ч. 3 ст. 58 УК РФ установлено, что изменение вида исправительного учреждения, назначенного приговором, производится судом в соответствии с УИК РФ. Это предписание уголовного закона реализовано ст. 78 УИК РФ.

Переводы первого вида, сопряженные со смягчением наказания в соответствии с ч. 2 ст. 78 УИК РФ, применяются в отношении положительно характеризующихся осужденных, отбывших при этом определенную часть срока наказания.

Каких-либо критериев для определения понятия положительной характеристики осужденного в рассматриваемой норме нет. Следовательно, в ее основу необходимо положить общее определение понятия исправления осужденного, приведенное в ст. 9 УИК РФ, каковым является формирование у осужденного уважительного отношения к человеку, обществу, труду, нормам, правилам и традициям человеческого общежития и формирование правопослушного поведения. При замене одного вида места лишения свободы на другое со смягчением условий отбывания наказания карательно-воспитательный процесс продолжается, но в более льготных условиях. Следовательно, он применим к лицам, вставшим на путь исправления. При более явно выраженном становлении осужденного на путь исправления возможна замена лишения свободы другим, более мягким видом наказания (ст. 80 УК РФ). Термины "твердое становление на путь исправления", "становление на путь исправления" прочно утвердились в теории уголовного и уголовно-исполнительного права[254].

Лицо, вставшее на путь исправления, не имеет нарушений режима и добросовестно относится к исполнению условий отбывания наказания и к труду. Это оценочная категория, сложившаяся из анализа совокупности обстоятельств, характеризующих личность осужденного, его поведение, законопослушание.

Лица, имеющие дисциплинарные взыскания, не подлежат переводу на более льготные условия содержания во всех местах лишения свободы. Тем более к ним неприменим более льготный перевод из одного места лишения свободы в другое с более мягкими условиями отбывания наказания.

Напомним, что осужденный считается имеющим взыскание в течение года после его исполнения (п. 8 ст. 117 УИК РФ).

Не подлежит сомнению, что применение рассматриваемой замены допустимо лишь в том случае, когда осужденный находится на самых льготных условиях содержания в конкретном месте лишения свободы.

Рассматриваемые переводы возможны после отбытия минимально необходимой части срока наказания, указанной в законе.

В п. "а" ч. 2 ст. 78 УИК РФ определено, что осужденный, отбывающий лишение свободы в тюрьме, может быть переведен в исправительную колонию после отбытия им не менее половины назначенного судом срока наказания. Запись нечеткая. Возникает вопрос: а не входят ли в этот срок предварительное заключение и время, затраченное на перевозку осужденного в тюрьму? Из смысла закона следует вывод о том, что в расчет берется только фактически отбытый срок лишения свободы в тюрьме. Только из него определяется та половина срока, по истечении которой возникает возможность перевода положительно себя зарекомендовавшего осужденного из тюрьмы в колонию.

В ст. 78 УИК РФ предусмотрена возможность перевода осужденного из тюрьмы в колонию, но какого вида колонию — не указано.

Очевидно, что этой колонией не может быть колония-поселение. В нее предусмотрен перевод осужденных из колоний общего и строгого режимов (п. "б" ч. 2 ст. 78 УИК РФ).

По всей видимости, невозможен досрочный перевод осужденных из тюрьмы в исправительные колонии общего режима. В этих колониях отбывают наказание лица, осужденные впервые к лишению свободы за преступления небольшой, средней тяжести и тяжкие преступления, а также лица, осужденные за совершение неосторожных преступлений к лишению свободы на срок свыше пяти лет. Направление в эти колонии лиц, осужденных за особо тяжкие преступления или при особо опасном рецидиве, недопустимо.

Вышеприведенный анализ позволяет прийти к выводу: досрочный перевод осужденных из тюрьмы возможен в исправительные колонии строгого режима и исправительные колонии особого режима для лиц, отбывающих срочное лишение свободы.

Осужденные, поступающие из тюрьмы в колонию в порядке досрочного перевода, должны направляться на общие условия содержания.

Каких-либо категорий осужденных, к которым нельзя применять досрочный перевод из тюрьмы в колонию, закон не устанавливает. Его может заслужить любой осужденный, отбывающий наказание в тюрьме.

В п. "б" ч. 2 ст. 78 УИК РФ предусмотрен перевод лиц, отбывающих срочное лишение свободы в колонии особого режима, в колонию строгого режима по отбытии ими не менее половины назначенного судом срока этого наказания. Такой перевод был установлен Федеральным законом от 9 марта 2001 г. "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс Российской Федерации, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации и другие законодательные акты Российской Федерации". Рассматриваемое предписание УИК РФ логично. Если возможен досрочный перевод осужденного из тюрьмы в исправительную колонию, то несомненна целесообразность перевода лиц, отбывающих добросовестно срочное лишение свободы в колониях особого режима, в колонию строгого режима — место лишения свободы с менее строгими режимными правилами. Возможность такого перевода является стимулом для законопослушного поведения лиц, осужденных при особо опасном рецидиве. Отметим, кстати, что в 2000 г. не хватало 10 тыс. мест для содержания этих лиц в колониях особого режима. Вместе с тем было бы целесообразно предусмотреть возможность возврата рассматриваемой категории осужденных из колонии строгого режима в колонию особого режима в тех случаях, когда они не оправдали оказанного им доверия. Такие переводы предусматривались в ст. 53 ИТК РСФСР 1970 г.

В п. "в" ч. 2 ст. 78 УИК РФ установлена возможность перевода осужденных, отбывающих лишение свободы, из исправительных колоний общего и строгого режимов в колонию-поселение.

В 1989 г. из исправительно-трудовых колоний в колонии-поселения было переведено 7% осужденных, а в 1994 — 4,3%[255].

Остановимся на анализе перевода в них осужденных из других колоний. В п. "в" ч. 2 ст. 78 УИК РФ определено, что положительно себя зарекомендовавшие осужденные, находящиеся на облегченных условиях содержания, переводятся из колоний общего и строгого режимов по отбытии ими не менее одной трети срока наказания.

Вместе с тем лица, осужденные за совершение особо тяжких преступлений или ранее условно-досрочно освободившиеся от отбывания лишения свободы и совершившие вновь преступление в течение испытательного срока, для перевода в колонию-поселение должны отбыть не менее двух третей срока наказания.

В ч. 3 ст. 78 УИК РФ приведен перечень лиц, не подлежащих переводу в колонии-поселения. Неприменим такой перевод к лицам:

- осужденным при особо опасном рецидиве;

- осужденным к пожизненному лишению свободы в случае замены этого вида наказания в порядке помилования на лишение свободы на определенный срок;

- осужденным, которым смертная казнь в порядке помилования заменена лишением свободы;

- осужденным, не прошедшим обязательного лечения, а также нуждающимся в специальном лечении в медицинских учреждениях закрытого типа;

- осужденным, не давшим согласия в письменной форме на перевод в колонию-поселение. Это требование закона предопределено тем, что в колониях-поселениях осужденные живут на собственном иждивении, некоторые осужденные не желают взваливать на себя заботу об обеспечении себя питанием, одеждой и т.д. Возможны и иные причины отказа осужденных от перевода в колонию-поселение: нежелание расстаться с другом, или коллективом, или работой по профессии и проч. В одном случае, например, такой был вызван тем, что осужденный не хотел расставаться с членами драматического кружка, с которыми он ставил спектакль о Великой Отечественной войне.

Приведенный перечень носит исчерпывающий характер и поэтому не подлежит расширительному толкованию.

К подавляющей части лиц, отбывающих наказание в колониях общего и строгого режимов, перевод в колонию-поселение возможен по отбытии ими не менее одной трети срока наказания. Вместе с тем после отбытия одной трети срока лишения свободы, назначенного осужденному за преступления небольшой и средней тяжести, в соответствии со ст. 80 УК РФ возможна замена неотбытой части срока наказания другим, более мягким наказанием "с учетом его поведения". Налицо конкуренция между основаниями переводов осужденных из колоний общего и строгого режимов в колонию-поселение и основаниями замены неотбытой части срока наказания другим, более мягким наказанием. Более льготной является замена одного наказания другим, более мягким видом наказания. Поэтому, в самых общих чертах, можно сделать вывод о том, что замена одного наказания другим применяется при более четко выраженном становлении осужденного на путь исправления. Окончательное достижение целей наказания при этом становится возможным при дальнейшем исполнении более мягкого вида наказания.

Лица, осужденные при особо опасном рецидиве, заслужившие перевод из тюрьмы в колонию строгого или особого режима, права на дальнейший перевод в колонию-поселение не имеют. Это запрещено п. "а" ч. 3 ст. 78 УИК РФ.

Те же осужденные, которые отбывали часть срока лишения свободы, назначенного им в тюрьме за совершение особо тяжкого преступления, имеют возможность заслужить дальнейший перевод из колонии строгого или особого режима в колонию-поселение. Для этого они должны положительно характеризоваться и отбыть не менее двух третей срока наказания в колонии строгого или особого режима. Следовательно, не исключена возможность последовательного досрочного перевода осужденных сначала из тюрьмы в колонию строгого или особого режима, а из этих колоний — в колонию-поселение.

Рассматриваемые переводы сопряжены со значительным изменением условий отбывания наказания в сторону их смягчения, снижения их карательного содержания, что характерно для прогрессивной системы исполнения уголовных наказаний. В тюрьме осужденные содержатся в запираемых камерах, имеют меньшее число свиданий, реже получают посылки и передачи и т.д. по сравнению с лицами, отбывающими наказание в колониях. На обычных, а тем более на облегченных условиях осужденные проживают в обычных жилых помещениях.

Еще более разительные изменения влечет за собой перевод осужденных, отбывающих лишение свободы, из колоний строгого и общего режимов в колонию-поселение. Осужденные в этих колониях проживают без охраны в общежитиях или даже на арендуемой ими жилой площади с родными и т.д.

При этом данные элементы прогрессивной системы отбывания наказания в обязательном порядке сочетаются с иными проявлениями этой системы исполнения наказания.

Так, осужденные, отбывающие лишение свободы в тюрьме, сначала должны в порядке реализации прогрессивной системы заслужить перевод на общие условия отбывания наказания, и лишь после этого у них появляется возможность перевода в колонию строгого или особого режима.

В свою очередь, переводу из колоний строгого или особого режима в колонию-поселение должен предшествовать перевод осужденного с обычных условий содержания на облегченные условия. После применения этого элемента прогрессивной системы возможен следующий шаг — перевод осужденного в колонию-поселение.

В ч. 4 ст. 78 УИК РФ предусмотрена возможность замены одного вида места лишения свободы на другое с изменением условий содержания осужденных в сторону усиления карательного воздействия наказания. Как это указано в законе, такой перевод применим к осужденным, являющимся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания (режима).

В ст. 116 УИК РФ определено, что злостными нарушениями режима осужденными к лишению свободы являются употребление спиртных напитков либо наркотических средств или психотропных веществ; мелкое хулиганство; угроза, неповиновение представителям администрации исправительного учреждения или их оскорбление при отсутствии признаков преступления; изготовление, хранение или передача запрещенных предметов; уклонение от принудительных мер медицинского характера или от обязательного лечения, назначенного судом или решением медицинской комиссии, организация забастовок или групповых неповиновений, а равно открытое участие в них; мужеложство, лесбиянство; организация группировок осужденных, направленных на совершение перечисленных видов правонарушений, а равно активное участие в них; отказ от работы или прекращение работы без уважительных причин.

Осужденный признается злостным нарушителем установленного порядка отбывания наказания (режима) постановлением начальника исправительного учреждения по представлению администрации этого учреждения одновременно с наложением взыскания.

Осужденные, отбывающие наказание в исправительных колониях-поселениях после того, как были исчерпаны все меры воспитательного характера и дисциплинарного воздействия, признанные злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания, подлежат переводу в исправительные колонии. В 1989 г. из колоний-поселений в колонии общего и строгого режимов было переведено 0,3% осужденных, а в 1994 г. — 0,4%[256]. Если перевод осужденных осуществляется из колонии-поселения для лиц, осужденных за неосторожное преступление, то они направляются для дальнейшего отбывания наказания в исправительную колонию общего режима. В тех же случаях, когда злостные нарушители режима находились в исправительных колониях-поселениях для лиц, переведенных из исправительных колоний общего или строгого режимов, то они направляются в колонию того режима, из которой осуществлялся перевод в колонию-поселение.

В законе не указано, на какие условия содержания направляются осужденные из колоний-поселений при признании их злостными нарушителями режима. Есть все основания полагать, что это должны быть строгие условия содержания.

В п. "в" ч. 4 ст. 78 УИК РФ установлена возможность перевода лиц, признанных злостными нарушителями режима, из исправительных колоний общего и строгого режимов в тюрьму на срок не свыше трех лет с отбыванием оставшейся части срока в колонии.

При этом осуществляется водворение переводимых в тюрьму осужденных на строгий режим. Необходимо подчеркнуть, что перевод женщин за злостное нарушение режима в тюрьму недопустим.

По сравнению с колониями-поселениями в колониях общего и строгого режимов диапазон мер дисциплинарного воздействия несравненно шире. Если в колониях-поселениях самым строгим взысканием является водворение в штрафной изолятор на срок до 15 суток, то в названных колониях возможно водворение злостных нарушителей режима — мужчин в помещения камерного типа на срок до шести месяцев, в единые помещения камерного типа — на срок до одного года. Осужденные женщины могут водворяться в помещения камерного типа на срок до трех месяцев.

Злостные нарушители режима в колониях переводятся на строгие условия содержания, в которых они находятся в запираемых камерах. Отбывание лишения свободы на строгих условиях во многом приближено к условиям тюремного заключения. Поэтому есть основания для прогнозирования снижения уровня переводов злостных нарушителей режима из колоний в тюрьму.

Закон не исключает двухэтапную смену одного вида места лишения свободы на другой вид лицам, признанным злостными нарушителями режима. Так, осужденный, отбывающий лишение свободы в исправительной колонии-поселении, признанный злостным нарушителем режима, может быть переведен в исправительную колонию общего режима, а из нее — в тюрьму. Возможен и такой вариант: осужденный из тюрьмы досрочно переводится в исправительную колонию, а из нее — в колонию-поселение. Затем не исключена возможность его перевода из колонии-поселения в исправительную колонию и из колонии — в тюрьму.

Возможности прогрессивной системы в той ее части, которая устанавливает переводы из одного вида места лишения свободы в другой, велики. Следовательно, и велик диапазон возможностей у осужденного изменить в ту или иную сторону условия отбывания лишения свободы. Это зависит от его отношения к условиям и порядку исполнения наказания. Стимулы к законопослушному поведению осужденных в местах лишения свободы вполне реальны. Рассматриваемые переводы сопряжены с изменением вида места лишения свободы, поэтому они осуществляются только судом (ч. 3 ст. 58 УК РФ).

Глава VIII. Амнистия, помилование, судимость

§ 1. Амнистия

В УК РФ 1996 г. впервые включена отдельная статья, посвященная порядку объявления и правовым последствиям акта амнистии (ст. 84). Правом издания такого акта согласно ст. 103 Конституции РФ 1993 г. обладает нижняя палата российского парламента — Государственная Дума Федерального Собрания Российской Федерации.

Согласно ч. 1 ст. 84 УК амнистия объявляется в отношении индивидуально не определенного круга лиц. Это значит, что в постановлении об амнистии не дается указания о ее применении к каким-либо конкретным физическим лицам. Акт амнистии рассчитан на применение к целым категориям лиц, совершивших преступления, например, к женщинам, имеющим несовершеннолетних детей, к мужчинам старше 60 лет, к инвалидам I или II группы и т.д. При этом лица, к которым амнистия будет применена, заранее индивидуально не определены. Эта особенность позволяет, в частности, отграничить амнистию от помилования, которое адресуется конкретному осужденному.

Правовые последствия амнистии могут быть различными:

1) освобождение от уголовной ответственности;

2) освобождение от наказания;

3) сокращение назначенного наказания;

4) замена назначенного наказания более мягким видом;

5) освобождение от дополнительного вида наказания;

6) снятие судимости (ч. 2 ст. 84 УК).

В истории России амнистия применялась многократно. Еще Стоглавый собор в 1551 г. предложил ввести правило, согласно которому к Пасхе следует освобождать тех "тюремных сидельцев", которые осуждены за нетяжкие преступления. К последним не относились убийство, разбой, поджог. С этого времени на Руси становятся традиционными манифесты, издаваемые русскими царями по поводу самых разных событий: восшествия на престол, болезни царя или членов его семьи, по поводу окончания войн, годовщины царствования и т.п.[257]

Однако в российском дореволюционном праве, так же, как и в зарубежном уголовном праве, зачастую амнистия рассматривалась как частный случай более широкого понятия "прощение" или помилование. При этом под прощением в российском праве понималось "устранение применения (т.е. неприменение. — Авт.) карательного закона к данному случаю в силу особого о том распоряжения главы государства"[258].

На протяжении многих лет к "прощению" как правовому явлению было самое неоднозначное отношение. Так, Ч.Беккариа относился к нему отрицательно, полагая, что "по мере смягчения наказаний милосердие и прощение становятся менее необходимыми". Прощение, по его мнению, не должно иметь места "в совершенном законодательстве, где наказания умеренны, а суд праведен и скор. Эта истина, — как полагал Ч.Беккариа, — покажется суровой тому, кто живет в стране с неупорядоченной системой уголовного законодательства. А потому в этой стране потребность в прощении и милосердии прямо зависит от нелепости законов и суровости приговоров"[259].

Ч.Беккариа выступал против закрепления института "прощения" в УК, поскольку считал, что "показывать людям, что преступления могут прощаться и что наказание — необязательное их следствие, значит порождать в них иллюзию безнаказанности и заставлять их верить, что если можно добиться прощения, то приведение в исполнение приговора непрощенному скорее акт насилия власти, чем результат правосудия"[260].

Среди противников помилования, в рамках которого первоначально рассматривалась амнистия, были не только защитники принципа возмездия, но и представители утилитарных теорий.

Дело в том, что прощение, будучи актом усмотрения, зависело подчас не только от воли главы государства, но и целого ряда посредников и промежуточных инстанций, через которые ходатайство о прощении достигало "подножия трона", поэтому злоупотребления и произвол были нередкими явлениями в XVII-XVIII вв. Широкое распространение, например, во Франции получили "письма о прощении", выдаваемые от имени короля. По этому поводу Н.С.Таганцев, в частности, отмечал, что "бесцеремонная раздача" этих "писем" королевскими любимцами и фаворитками, создавая безнаказанность самых отъявленных негодяев, сильных богатством или связями, поставила в число противников права помилования и таких сторонников реформы уголовного законодательства, как Бентам, Филанджиери и др. Так, английский юрист И.Бентам считал, что "если законы слишком жестоки, то помилование есть необходимое их дополнение; но такое дополнение есть зло, и там, где законы хороши, незачем иметь магическую палочку, пригодную для их уничтожения"[261]. Отрицательное отношение к "прощению" нашло свое отражение в УК Франции 1791 г., не включившем этот институт в свой текст.

Но не только "классики" уголовного права высказывались против института амнистии ("прощения"). Ряд современных российских юристов также оспаривают правомерность и целесообразность этого института.

Так, С.Н.Сабанин полагает, что издание актов амнистии фактически ведет к нарушению принципа справедливости, поэтому амнистия не должна иметь места ни в практике высших органов государственной власти, ни в уголовном законодательстве[262].

Другие авторы, настаивающие на упразднении института амнистии, мотивируют это тем, что она влечет всплеск преступности, т.е. ведет к росту рецидива среди лиц, освобожденных от уголовной ответственности или наказания в связи с изданием акта амнистии[263].

Отрицательно оценивается этот институт и немалой частью законопослушного населения, рядом государственных и политических деятелей. Как отмечает А.В.Наумов, "мнение рядового российского обывателя в этом отношении вполне совпадает с точкой зрения некоторых известных политических деятелей". Так, Е.Т.Гайдар на страницах газеты "Известия" от 10 февраля 1994 г. по поводу представленного в Государственную Думу РФ проекта акта об амнистии высказался следующим образом: "Когда страна находится в таком положении, гуманизм к преступникам за счет их жертв по крайней мере неуместен"[264].

Однако в целом в российской юридической литературе амнистия рассматривается как гуманная, необходимая мера. Среди положительных черт амнистии называется то, что она отвечает целям экономии уголовной репрессии, способствует корректировке наказания в сторону его смягчения и т.п.[265] Эти авторы считают необходимым для ликвидации негативных последствий амнистии перед ее применением тщательно продумывать программу ресоциализации амнистируемых. Определенный шаг в этом направлении был сделан постановлением Государственной Думы РФ от 24 декабря 1997 г. о порядке применения акта амнистии, которое в п. 16 предлагает Правительству РФ осуществить совместно с органами исполнительной власти субъектов РФ систему мер, обеспечивающих трудовое и бытовое устройство лиц, освобожденных из мест лишения свободы, а также их медицинское обслуживание.

Рассмотрим основные особенности амнистии как правового явления.

Будучи актом высшего органа государственной власти, амнистии имеют нормативный характер. Их предписания обязательны для всех органов и должностных лиц, имеющих отношение к реализации уголовной ответственности. Эти предписания распространяются на индивидуально не определенный круг лиц.

Вместе с тем вопрос о правовой природе актов амнистии является дискуссионным. Так, И.Марогулова считает, что "правовая природа актов амнистии отличается от правовой природы нормативных актов", поскольку первые не отменяют и не изменяют норм права и даже их не корректируют, правила действия уголовного закона во времени не касаются амнистии и такие акты не включаются в Свод законов СССР, в который входят только нормативные акты. По ее мнению, амнистия выступает в виде "государственного мероприятия, направленного на претворение в жизнь уголовной политики страны"[266]. Все это привело автора к выводу о ненормативном характере актов амнистии.

Однако с таким мнением трудно согласиться. Несмотря на определенные особенности актов амнистии, все же они содержат нормы права — обязательные для исполнения теми субъектами, которые в них указаны, правила поведения, установленные высшими органами государственной власти, рассчитанные на их применение к индивидуально не определенному кругу лиц. Предписания норм в данном случае реализуются в актах применения права: в решениях (постановлениях) специально на то уполномоченных органов (начальников колоний, следственных изоляторов, органов дознания, предварительного следствия, органов внутренних дел и др.).

Безусловно, акт амнистии — специфический правовой документ. Его особенности, в первую очередь, связаны с порядком действия такого акта во времени. Действие акта амнистии распространяется на деяния, совершенные до его издания. Такой принцип действия, в общем-то, не свойствен уголовным законам. Более того, действие акта амнистии ограничено небольшими временными границами. Это, скорее, "разовый" акт. Вместе с тем такие черты акта амнистии непосредственно связаны с характером и целями самой амнистии, в основе которой лежит идея "прощения" уже совершенных преступлений.

В российской юридической литературе нет единодушия и по вопросу о том, к какой отрасли права следует относить институт амнистии. Ряд авторов относят его к сфере государственного права (Дурманов, Келина), другие считают его относящимся к области уголовного права (Тищенко, Зельдова), третьи полагают, что не следует относить амнистию к какой-то одной отрасли права, поскольку она носит комплексный характер (Марогулова).

В связи с этим хотелось бы высказать ряд замечаний. Конституция РФ, относя объявление амнистии к ведению Государственной Думы, не дает каких-либо указаний о характере и содержании акта амнистии. Решение этих вопросов находится в исключительной компетенции Государственной Думы РФ. Следовательно, амнистия является скорее государственно-правовым, а не уголовно-правовым актом. Несмотря на то, что статья об амнистии включена в УК РФ, нет ни одного предписания Общей части УК РФ, которое было бы обязательно для акта амнистии. В частности, предписания последнего не зависят от соответствующих норм Общей части УК, устанавливающих различные виды освобождения от уголовной ответственности и наказания, снятия судимости и т.д. Акт амнистии может содержать и другие предписания, не относящиеся к УК. Следовательно, включение статьи об амнистии или же невключение ее в УК РФ не оказывает какого-либо влияния на характер и содержание актов амнистии, на реализацию и применение такого акта. Поэтому содержание ст. 84 УК является кратким, обобщенным содержанием общих положений, встречающихся в актах амнистии.

Акт амнистии может освобождать не только от уголовной, но и от административной ответственности. Помимо акта амнистии Государственная Дума издает постановление о порядке применения амнистии.

Преследуя различные цели борьбы с преступностью, амнистии многофункциональны. Их содержание зависит от политических и экономических особенностей развития страны, оказывающих влияние на специфику борьбы с преступностью, что отражается на характере каждого конкретного акта амнистии, масштабе и формах его применения. Так, резкое изменение социально-политической обстановки в стране вызвало необходимость принятия акта амнистии в связи с победой над гитлеровской Германией от 7 июня 1945 г.

Вместе с тем можно выделить и специфические цели актов амнистии. Чаще всего в акте амнистии декларируется гуманная цель облегчения участи лиц, совершивших относительно нетяжкие преступления, несовершеннолетних, женщин, больных и т.п. Так, акт амнистии от 24 декабря 1997 г. начинается словами: "Руководствуясь принципом гуманизма:"

В советский период акты амнистии издавались в ознаменование революционных праздников. Такой, например, была амнистия в связи с 50-летием Октябрьской социалистической революции (31 октября 1967 г.). Издание "юбилейных" актов амнистии осуществляется и в настоящее время. Такой акт амнистии был принят 19 апреля 1995 г. в связи с 50-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 гг.

В прошлом одной из причин издания актов амнистии, о которой не было принято говорить открыто, являлось перенаселение мест лишения свободы осужденными и следственных изоляторов подследственными. За последние годы в местах лишения свободы (в среднем по стране) перенаселения заключенных не было. Так, в 1996 г. лимит наполнения мест лишения свободы осужденными был равен 96,8%. Это, однако, не исключало значительного переполнения мест лишения свободы отдельных регионов. В следственных изоляторах в 1996 г. лимит наполнения был превышен на 54,2%.

23 февраля 1994 г. Государственная Дума РФ приняла постановление об объявлении политической и экономической амнистии. В преамбуле к акту амнистии указывалось, что она принимается "в целях национального примирения, достижения гражданского мира и согласия". Этот акт амнистии прекратил все уголовные дела, находившиеся в производстве следователей, и дела, не рассмотренные судом, в отношении лиц, привлекавшихся к уголовной ответственности по событиям 19-21 августа 1991 г., связанные с образованием Государственного комитета по чрезвычайному положению, с участием в его деятельности; по факту столкновения демонстрантов и работников органов внутренних дел 1 мая 1993 г. в Москве; за участие в событиях 21 сентября 1993 г. в Москве, связанных с изданием Указа Президиума Верховного Совета РФ от 21 сентября 1993 г. "О поэтапной конституционной реформе в РФ". Акт амнистии освободил от наказания лиц, осужденных за нарушение правил о валютных операциях (ч. 1 ст. 88 УК РСФСР 1960 г.), хищение государственного или общественного имущества, совершенное путем присвоения или растраты либо путем злоупотребления служебным положением (ч. 1 и 2 ст. 92 УК РСФСР 1960 г.).

Перечисленные в акте амнистии лица в прошлом были осуждены или привлечены к уголовной ответственности в соответствии с действовавшим в то время законодательством. Но с изменением политической и экономической обстановки в стране общественная опасность таких деяний отпала, что и предопределило принятие рассматриваемого акта амнистии.

Диапазон принимаемых в амнистии мер, облегчающих участь лиц, осужденных за совершение преступления или освобожденных от уголовной ответственности за них, велик. Причем он реализуется в зависимости от ряда обстоятельств: характера и степени общественной опасности преступления, вида назначенного за него наказания и ряда различных обстоятельств, характеризующих личность виновного (участие в боях при защите Родины, пола, возраста, состояний здоровья, наличия прошлых осуждений к лишению свободы, наличия злостных нарушений правил отбывания наказания и т.п.). С учетом перечисленных и некоторых иных приводимых в актах амнистии обстоятельств лицо освобождается от уголовной ответственности или наказания либо отбываемое наказание заменяется другим, более мягким наказанием, снимается судимость и т.д. Так, актом амнистии от 24 декабря 1997 г. были освобождены от отбывания наказания в виде лишения свободы независимо от назначенного срока, а также от наказаний, не связанных с лишением свободы, осужденные:

а) проходившие службу в составе действующей армии либо принимавшие участие в боевых действиях по защите Отечества;

б) награжденные орденами и медалями;

в) женщины, имеющие несовершеннолетних детей, а также беременные женщины;

г) мужчины старше 60 лет и женщины старше 55 лет;

д) инвалиды I и II групп, а также больные туберкулезом, отнесенные к I и II группе диспансерного учета.

Рассматриваемая амнистия освободила некоторые категории осужденных от отбывания наказания (например, несовершеннолетних, осужденных к лишению свободы на срок до трех лет включительно и ранее не отбывавших наказание в воспитательно-трудовых или воспитательных колониях; женщин, осужденных к лишению свободы на срок до пяти лет включительно и отбывших не менее одной трети срока и т.д.).

Амнистия прекратила уголовные дела, находившиеся в производстве органов дознания, предварительного следствия и судов, о преступлениях, совершенных до вступления в силу акта амнистии в отношении ряда категорий лиц (например, проходивших службу в составе действующей армии либо принимавших участие в боевых действиях по защите Отечества и др.).

16 марта 1998 г. военный суд Московского гарнизона приговорил генерал-майора Г., виновного в катастрофе трех истребителей С-27, приведшей к гибели четырех военных летчиков, по ст. 253 УК РСФСР 1960 г. (нарушение правил полетов или подготовки к ним), к шести годам лишения свободы. Но так как Г. имел орден "Красной Звезды" и иные правительственные награды, его, в соответствии с актом амнистии от 24 декабря 1997 г., освободили от отбывания наказания с погашением судимости.

Акт амнистии от 24 декабря 1997 г. сократил неотбытую часть срока лишения свободы некоторым категориям лиц, не подпадающим под освобождение от наказания, например, несовершеннолетним — на половину срока наказания (п. "б" ст. 8).

Рассматриваемый акт амнистии не распространялся на широкий круг лиц, осужденных за ряд преступлений, таких, например, как измена Родине (ст. 64 УК РСФСР 1960 г.), шпионаж (ст. 65 УК РСФСР 1960 г.), террористический акт (ст. 67 УК РСФСР 1960 г.), бандитизм (ст. 77 УК РСФСР 1960 г.) и др. Не попали под амнистию и лица, осужденные более двух раз к лишению свободы за умышленные преступления, а также лица, ранее осуждавшиеся к лишению свободы за преступления, о перечне которых только что шла речь (измена Родине, шпионаж и др.).

Не подлежали амнистии лица, признанные особо опасными рецидивистами или совершившие преступления при особо опасном рецидиве; осужденные, ранее освободившиеся из мест лишения свободы в соответствии с актом амнистии или помилования и вновь совершившие умышленные преступления; осужденные, являющиеся злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания (режима), за исключением лиц, проходивших службу в действующей армии, и некоторые другие категории осужденных.

Амнистия не применялась к лицам, подвергнутым принудительному лечению от алкоголизма, наркомании, а также к осужденным, больным венерическими заболеваниями, не завершившим курса лечения. К лицам, больным туберкулезом, отнесенным к I группе диспансерного учета, акт амнистии применялся только после завершения курса их интенсивного лечения.

Акты амнистии можно условно разделить на акты широкого применения, относящиеся к значительному числу лиц, и акты, относящиеся к относительно узкому кругу лиц.

К первому виду относится, например, амнистия от 24 декабря 1997 г. Она привела к освобождению 400 тыс. лиц от условного осуждения, лиц, к которым была применена отсрочка исполнения наказания, осужденных к наказаниям, не связанным с изоляцией от общества, и т.д. Многим лицам, отбывающим лишение свободы, сроки этого наказания были сокращены, а 35 тыс. осужденных были освобождены из мест лишения свободы.

Ко второму виду можно отнести амнистию от 9 февраля 1996 г. "Об объявлении амнистии в отношении лиц, участвовавших в противоправных действиях, связанных с вооруженным конфликтом на территории республики Дагестан в январе 1996 г.".

Амнистия распространяется на всех лиц, подпадающих под ее действие вне зависимости от того, согласны ли они с ней или же не согласны. Однако, если лицо, освобожденное от уголовной ответственности в соответствии с амнистией, считает себя невиновным в инкриминируемом ему деянии, оно может обратиться в суд с требованием рассмотрения дела. Однако если суд в подобном случае придет к выводу о виновности данного лица, оно все-таки освобождается от уголовной ответственности по акту амнистии. Так, генерал армии В. был освобожден от уголовной ответственности актом амнистии от 23 февраля 1994 г. Несмотря на это он в соответствии с ч. 5 ст. 5 УПК РСФСР потребовал рассмотрения дела в суде и был оправдан им. Следовательно, генерал В. был освобожден не в связи с актом амнистии, а вследствие его невиновности в совершении преступления.

При совершении продолжаемых преступлений амнистия применима только в случае, если последний акт такого преступления был совершен до принятия акта амнистии.

По общему правилу, акт амнистии к лицам, совершившим длящееся преступление, применим, если их деяние было прекращено до вступления в силу акта амнистии. Из этого правила возможны исключения, установленные актом амнистии. Так, актом амнистии от 1 ноября 1991 г. было определено, что от уголовной ответственности освобождались лица, уклонявшиеся от военной службы, которые явились к месту несения службы или в ближайшее воинское управление (приемные Министерства обороны СССР и военных округов, флота, военные комиссии), в Комитет при Президенте СССР по делам военнослужащих для применения амнистии и дальнейшего прохождения службы (ст. 9). Следовательно, рассматриваемый акт амнистии применялся к военнослужащим при их явке с повинной.

Акты амнистии по многолетней традиции не применяются к лицам, злостно нарушающим режимные правила отбывания наказания.

В постановлении Государственной Думы от 24 декабря 1997 г. о применении акта амнистии определено, что злостными нарушителями установленного порядка отбывания наказания в местах лишения свободы при применении акта амнистии следует считать:

а) осужденных, имеющих в течение года более трех взысканий, наложенных в письменной форме, не снятых и не погашенных в установленном порядке на день принятия решения о применении акта амнистии, а также осужденных, допустивших в течение года одно из злостных нарушений установленного порядка отбывания наказания;

б) осужденных, содержащихся в колониях-поселениях и направленных в исправительные колонии других видов за злостные нарушения режима, если после вынесения постановления судьи о направлении указанных осужденных в учреждения, исполняющие наказания в виде лишения свободы, они находились под стражей менее одного года на день принятия решения о применении акта амнистии. Срок наказания исчисляется со дня заключения осужденного под стражу;

в) осужденных к исправительным работам, которым за злостное уклонение от отбывания наказания неотбытый срок исправительных работ был заменен судом наказанием в виде лишения свободы, если они находились под стражей менее шести месяцев на день принятия решения о применении акта об амнистии;

г) осужденных, совершивших умышленные преступления во время отбывания наказания а также условно осужденных и осужденных, исполнение приговора которым было отсрочено;

д) осужденных, совершивших умышленное преступление в течение установленного судом испытательного срока либо в период отсрочки;

е) осужденных, которым судом отменены условное осуждение или отсрочка исполнения приговора, если после вынесения постановления суда о направлении указанных осужденных в учреждения, исполняющие наказание в виде лишения свободы, они находились под стражей менее одного года на день вступления в силу постановления об амнистии.

В постановлении Государственной Думы федерального Собрания Российской Федерации от 26 мая 2000 г. "Об объявлении амнистии в связи с 55-летием Победы в Великой Отечественной войне 1941-1945 годов" была допущена погрешность. В ст. 2 этого постановления было предусмотрено освобождение от наказания в виде лишения свободы независимо от назначенного срока награжденных орденами или медалями СССР либо Российской Федерации и инвалидов I или II групп, а также больных туберкулезом, отнесенных к I или II группе диспансерного учета. Вопреки твердо сложившейся традиции эта амнистия не запретила применение освобождения от наказания перечисленных категорий лиц, совершивших тяжкие и особо тяжкие преступления. Рассматриваемая позиция амнистии позволяла освободить от наказания несколько тысяч убийц, бандитов, похитителей людей и т.д. Так, около 3000 лиц, совершивших тягчайшие преступления в области экономики, подлежали освобождению от наказания.

Из следственных изоляторов Москвы, например, освобождению подлежали 311 убийц и насильников.

Под амнистию подпадали лица, виновные в убийствах сотен людей, "инвалиды" Радуев и Басаев, а также "медаленосец" Масхадов, в немалой степени виновный в том, что в Чечне не прекращаются боевые действия.

28 июня 2000 г. Государственная Дума своим постановлением внесла поправку в анализируемый акт об амнистии, в соответствии с которой она не распространяется на орденоносцев и медалистов, а также на инвалидов I и II групп и больных туберкулезом, совершивших перечисленные в постановлении об амнистии тяжкие и особо тяжкие преступления.

В этой поправке определено, что она не распространяется на лиц, уже освобожденных от наказания в связи с ошибочным предписанием амнистии.

Некоторые депутаты Государственной Думы, возражая против внесения поправок в акт об амнистии, ссылались на то, что "уголовный закон, ухудшающий положение лица, совершившего преступление, обратной силы не имеет в соответствии с прямым указанием на это в ч. 1 ст. 10 УК РФ". Этот довод ошибочен, так как акт амнистии уголовным законом не является. Если бы он был таковым, то в соответствии со ст. 1 УК РФ все амнистии надо было бы включать в УК РФ.

Рассматриваемая амнистия является одной из самых массовых. В соответствии с ней из мест лишения свободы было освобождено 188,1 тыс. осужденных[267]. Это почти каждый четвертый из лиц, отбывающих наказание. По амнистии 1997 г. из мест лишения свободы было освобождено 17 тыс. осужденных[268].

К тому же по амнистии 2000 г. сократились сроки лишения свободы 43,6 тыс. осужденным. Эта амнистия освободила от отбывания или исполнения иных наказаний 399,2 тыс. осужденных. В отношении 37,3 тыс. лиц было прекращено уголовное дело.

Столь широкий масштаб амнистии 2000 г. был во многом предопределен хроническим недофинансированием государством содержания мест лишения свободы, их "перенаселением". Но подобного рода выход из сложившейся ситуации спорен. Он подрывает принцип неотвратимости уголовной ответственности, что в условиях широчайшего распространения преступности в России, несомненно, вызовет отрицательные последствия — ухудшение криминогенной обстановки в стране. Авторитет уголовно-правовых мер борьбы государства с преступностью подобного рода амнистии, несомненно, подрывают[269].

Акт амнистии определяет критерии ее применения, которые в основном не учитывают поведение осужденного в процессе исполнения наказания (за исключением злостных нарушений режима). Поэтому под амнистию подпадают нередко и лица, не вставшие на путь исправления. Такой обезличенный порядок применения амнистии является ее недостатком.

Сам по себе акт амнистии не освобождает от уголовной ответственности или наказания, не смягчает наказание и не снимает судимости. Он является нормативным основанием реализации предписаний акта амнистии, распространяясь на индивидуально неопределенный круг лиц.

Освобождение от уголовной ответственности конкретных лиц на основании акта амнистии в соответствии с уголовно-процессуальным законодательством определяется: на стадии возбуждения уголовного дела — постановлением об отказе в его возбуждении; на стадии расследования либо в отношении дел, по которым закончено расследование, но не вынесен приговор — постановлением о прекращении уголовного дела; на стадии судебного разбирательства — определением суда о прекращении уголовного дела.

Амнистия может быть реализована обвинительным приговором суда с освобождением от наказания и судимости; постановлением начальника исправительного учреждения, санкционированным прокурором, или постановлением специальной комиссии по освобождению из мест лишения свободы[270].

Подводя итоги, подчеркнем, что акт амнистии может установить:

1) освобождение от уголовной ответственности лиц, совершивших преступление;

2) освобождение от наказания или его отбывания лиц, осужденных за преступление;

3) сокращение срока наказания;

4) замену наказания более мягким наказанием;

5) освобождение от дополнительного наказания;

6) снятие судимости.

Обращает на себя внимание то, что актами амнистии судимость снимается редко. Таким исключением, например, явился акт амнистии от 12 марта 1997 г. "Об объявлении амнистии в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния в связи с вооруженным конфликтом в Чеченской Республике", в соответствии с которым судимость снималась с лиц, освобожденных от отбывания наказания, назначенного за преступления, совершенные в связи с вооруженным конфликтом, и некоторых других категорий лиц, перечень которых приведен в ст. 5 акта амнистии.

В таких случаях, когда актом амнистии не снималась судимость, таковую суды снимали в соответствии со ст. 57 УК РСФСР 1960 г. Такая же возможность предоставлена и ч. 5 ст. 86 УК РФ.

Применение амнистии может носить условный характер. Так, в ст. 4 акта амнистии в связи с 70-летием Великой Октябрьской социалистической революции (18 июня 1987 г.) предписывалось освобождение из мест лишения свободы условно с обязательным привлечением к труду осужденных к лишению свободы на срок до трех лет. Такого рода предписания встречаются относительно редко. В случае совершения таким лицом в течение испытательного срока нового преступления применяются правила назначения наказания по совокупности приговоров (ст. 70 УК РФ).

Амнистия распространяется на женщин, ранее не содержащихся в исправительных учреждениях, имеющих несовершеннолетних детей, детей-инвалидов, беременных, женщин старше 50 лет, инвалидов I и II групп, жен инвалидов, вдов и матерей-одиночек, у которых при защите Отечества погибли мужья и сыновья.

Не амнистируются осужденные за убийство, изнасилование, торговлю несовершеннолетними, терроризм, бандитизм и другие тяжкие и особо тяжкие преступления. В качестве обязательного условия амнистирования предусмотрены осознание вины и положительная характеристика в период отбывания наказания.

Под эту амнистию подпадает около 10 тыс. несовершеннолетних и 14 тыс. женщин. (Прим. ред.)

§ 2. Помилование

В соответствии с п. "в" ст. 89 Конституции РФ Президент РФ наделен компетенцией осуществлять помилование. Нет таких положений уголовного закона, которые могли бы ограничить это право Президента. Вследствие этого помилование не является реализацией уголовного закона. Включение в УК РФ ст. 85 не вводит ее в систему Общей части Уголовного кодекса.

В ч. 2 ст. 85 УК РФ указано, что актом помилования лицо, осужденное за преступление, может быть освобождено от дальнейшего отбывания наказания либо назначенное ему наказание может быть сокращено или заменено более мягким видом наказания. С лица, отбывшего наказание, актом помилования может быть снята судимость. В приведенной записи воспроизводятся наиболее распространенные варианты актов помилования.

Вместе с тем в анализируемой статье границы акта помилования необоснованно сужаются. На практике актами помилования определялось и освобождение от уголовной ответственности, и условное освобождение от наказания. Так, в 1991 г. из общего числа лиц, к которым было применено помилование, 42,2% из них лишение свободы было заменено условным осуждением.

Акт помилования в отличие от акта амнистии не носит нормативный характер. Он является актом применения права в конкретном случае.

Акт помилования имеет индивидуальный характер, так как в отличие от амнистии применяется к конкретному лицу или конкретным лицам.

Акт помилования является юридическим основанием для освобождения от уголовной ответственности, наказания и т.д.

С просьбой о помиловании к Президенту обращаются сами осужденные, их родные, близкие, администрация учреждений, предприятий, общественные организации и т.д. Если осужденный отбывает лишение свободы, то рассмотрение ходатайства может возбуждаться и администрацией места лишения свободы. Обычно это осуществляется в отношении тех осужденных, которые не имеют нарушений режима исполнения наказания, отбывших при этом более или менее значительную часть срока наказания, совершившим какой-либо значимый общественно полезный поступок и т.д. В одной исправительной колонии во время весеннего паводка осужденный Г. спас заключенного С., не умеющего плавать и тонувшего в реке. Администрация колонии обратилась с ходатайством о помиловании Г., отбывавшего наказание за умышленные тяжкие телесные повреждения. Это ходатайство было удовлетворено, и Г. был освобожден от отбывания оставшегося двухлетнего срока лишения свободы. В основу акта помилования были положены его мужественный поступок и хорошее поведение в процессе отбывания наказания.

Каких-либо ограничений, определяемых тяжестью совершенного преступления или преступлений, для применения помилования не существует. В сентябре 1991 г. Ч. был осужден Военной коллегией по уголовным делам Верховного Суда СССР за измену Родине в форме шпионажа (ст. 64 УК РСФСР) к восьми годам лишения свободы. Он с 1963 г., работая в советском посольстве в Нью-Йорке, передал 3 тысячи снимков секретного характера. Его "стараниями", например, в 70-е гг. была провалена вся наша разведывательная сеть во Франции. Он работал в фотолаборатории посольства, а затем советником по международным делам в ЦК КПСС. Ч. совершил тягчайшее преступление, причинив Родине огромный и невосполнимый вред. Несмотря на это, через пять месяцев после осуждения он был помилован Президентом[271]. Вероятно, он нашел пути заглаживания причиненного им вреда.

Ходатайства о помиловании поступают в Управление по помилованию при администрации Президента, которое подготавливает необходимую документацию для решения вопроса по существу. Для этого могут быть истребованы необходимые документы, например, приговор и определение суда, характеристика осужденного и т.д. Эти материалы направляются в Комиссию по вопросам помилования при Президенте РФ, которая предлагает то или иное решение вопроса. Эта рекомендация не имеет обязательного значения. Через администрацию Президента РФ предложенное решение поступает Президенту РФ, который и принимает окончательное решение о помиловании и его характере.

Особое место занимало в прошлом решение вопроса о помиловании Президентом РФ лиц, осужденных к смертной казни. Напомним — с августа 1997 г. смертная казнь в Российской Федерации не применяется.

Как решался вопрос о помиловании лиц, осужденных к смертной казни, указано в приведенной таблице[272].

Приведенные данные свидетельствуют об отсутствии четко продуманной политики применения помилования к лицам, осуждавшимся к смертной казни. В 1992 г. был помилован каждый третий из лиц, осужденных к этому наказанию, а приведен в исполнение только один приговор. В 1993 г. число лиц, осужденных к смертной казни и помилованных Президентом, почти выровнялось, а исполнено было только четыре приговора к смертной казни. В 1995 г. к смертной казни было осуждено 143 человека, а помиловано — только 5. Практически помилование было полностью свернуто. Вместе с тем 86 приговоров к смертной казни было приведено в исполнение — резкий скачок по сравнению с 1993 и 1994 гг. В 1996 г. 153 лица были осуждены к смертной казни, а помилование лиц, осужденных к ней, было и вовсе прекращено. В отношении 53 осужденных приговор был приведен в исполнение. Как мы видим, какого-либо четкого соответствия между осуждением к смертной казни, помилованием лиц, к ней осужденных, и исполнением этого наказания практически не было.

Необходимо обратить внимание на то, что в среднем приговор к смертной казни в СССР, а затем и в Российской Федерации приводился в исполнение в среднем через 2-3 года, а в США — через 10 лет[273]. Следовательно, помимо смертной казни осужденные к ней лица отбывали дополнительно длительные сроки лишения свободы. Это свидетельствует о неудовлетворительно действующей системе помилования и исполнения рассматриваемого наказания.

УК РФ по сравнению с УК РСФСР значительно увеличил срок отбывания лишения свободы — до 20, 25 или 30 лет. Отказ от смертной казни расширил применение пожизненного лишения свободы.

В связи с этим возрастает и роль помилования лиц, отбывающих лишение свободы в течение продолжительных сроков или пожизненного лишения свободы. Надежда на помилование — важный стимул в стремлении осужденных к исправлению.

В УК РФ предусмотрен широкий перечень различных видов освобождения от уголовной ответственности и наказания: освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75); в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76); в связи с изменением обстановки (ст. 77); в связи с истечением сроков давности (ст. 78); условное осуждение (ст. 73); условно-досрочное освобождение от отбывания наказания (ст. 79); замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания (ст. 80); отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82); освобождение от отбывания наказания в связи с истечением сроков давности исполнения наказания (ст. 83). Отсюда следует, что помилование должно применяться в исключительных случаях к лицам, его заслуживающим. Вместе с тем отмечается тенденция необоснованного роста применения помилования. В 1992 г. помилование было применено к 2726 осужденным, отбывающим наказание в местах лишения свободы; в 1995 г. — к 4988; в 1999 г. — 7418; в 2000 г. — 8650. Столь широкое применение помилования не соответствует его исключительному характеру, причем обоснованность некоторых актов амнистии для населения нашей страны непонятна, что подрывает авторитет и Президента, и правосудия. Так, Абасов Г.О. (Рязанская обл.), осужденный за растрату и вымогательство с квалифицирующими обстоятельствами к 9 годам лишения свободы, был помилован через год, 1 месяц и 24 дня. Еще один факт. Малышев М.Я. (Республика Чувашия), осужденный за квалифицированное убийство к лишению свободы на 10-летний срок, был помилован по истечении менее 2 лет. Обращает на себя внимание то, что случаи помилования лиц, осужденных за совершение особо тяжких преступлений, нередки. Так, в 2000 г. было помиловано 2680 лиц, осужденных за умышленные убийства; 2188 — за причинение тяжелого вреда здоровью; 18 — за похищение человека; 14 — за бандитизм.

По мнению многих граждан, такие помилования свидетельствуют о произволе Президента. Совершенно очевидно, что помилование едва ли может применяться к лицам, которые в прошлом отбывали лишение свободы, и тем более к тем, которые в прошлом освобождались от уголовной ответственности или наказания в соответствии с предписанием УК РФ, амнистией и помилованием. К сожалению, факты помилования таких лиц встречаются в практике применения этого института. Не менее очевидно, что применение помилования допустимо только к тем осужденным, которые ведут себя безупречно в процессе отбывания наказания. Однако встречаются случаи помилования лиц, имеющих дисциплинарные взыскания. Нетрудно представить, какое негативное влияние оказывают случаи помилования нарушителей режима на остальных осужденных.

Подводя итоги, следует отметить, что необходимость существования помилования определяется тем, что формальное ограничение различных видов освобождения от уголовной ответственности, наказания и судимости может вступить в противоречие с потребностями жизни, с целесообразностью осуществления нестандартного подхода к личности, совершившей преступление.

С амнистией и помилованием нельзя смешивать реабилитацию. Амнистия и помилование применяются к лицам, совершившим преступления, а реабилитация провозглашает невиновность несправедливо репрессированных лиц. Реабилитация применяется как к отдельным лицам, так и к большим группам лиц.

По сложившейся практике амнистии и помилования в СССР, а затем и в Российской Федерации не касались проблем погашения материального ущерба, причиненного преступлением. Это несомненный пробел в регламентации этих актов. В этом отношении верным представляется закрепление в УК Франции следующего положения: амнистия и помилование не являются препятствием для реализации права потерпевшего на возмещение ущерба, причиненного преступлением (ст. 133-8 и 133-10).

Аналогичное решение дано в примечании к ст. 82 и 83 УК Республики Таджикистан. Приведенные положения прогрессивны, так как обеспечивают охрану имущественных прав лиц, пострадавших от преступлений.

§ 3. Судимость

Широко распространенным является мнение о том, что УК РСФСР 1922 г. не регламентировал судимость, которая впервые в нашей стране была введена Декретом ВЦИК и СНК от 9 февраля 1925 г. "О дополнении статьи 37 Уголовного кодекса"[274]. Этот вывод необоснован. В УК РСФСР 1922 г. содержались отдельные элементы судимости. Так, в п. "е" ст. 24 УК РСФСР 1922 г. предписывалось учитывать при назначении наказания рецидив, который, как известно, возможен только при совершении нового преступления лицом, имеющим судимость. В ст. 37 этого же кодекса было определено, что при совершении условно осужденным в течение испытательного срока нового тождественного или однородного преступления условное осуждение аннулируется. Испытательный срок — это срок судимости.

В ст. 55 УК РСФСР 1922 г. предусматривалось условно-досрочное освобождение от отбывания наказания, испытательным сроком которого являлась неотбытая часть наказания. Этот срок являлся не чем иным, как судимостью.

В Особенной части УК РСФСР 1922 г. судимость являлась квалифицирующим некоторые составы преступления обстоятельством. Так, в п. "б" ст. 142 этого кодекса было установлено, что умышленное убийство является квалифицированным, если оно было совершено лицом, уже отбывшим наказание. Однако срок такой судимости не устанавливался. Как отмечал С.Канарский, в подобных случаях имеет место "рецидив в тесном смысле"[275].

Как уже отмечалось, Декретом ВЦИК и СНК РСФСР от 9 февраля 1925 г. ст. 37 УК РСФСР 1922 г. была дополнена указанием на то, что осужденные к лишению свободы на срок не свыше шести месяцев или ко всякой другой мере социальной защиты являются судимыми, если они в течение трех лет со дня вступления приговора в законную силу не совершат какого-либо другого преступления. Если же лицо было осуждено к лишению свободы на более продолжительный срок, но не более трех лет — срок судимости устанавливался продолжительностью в шесть лет. Следовательно, лица, осужденные к лишению свободы на срок свыше трех лет, считались пожизненно судимыми.

Обратим внимание на то, что совершение в течение срока судимости любого преступления прерывало судимость, и она становилась пожизненной.

В ст. 55 УК РСФСР 1926 г. была воспроизведена регламентация судимости, установленная ст. 37 УК РСФСР 1922 г.

Проблеме судимости в юридической литературе 1920-40-х гг. внимание почти не уделялось. Так, в учебнике Э.Я.Немировского "Советское уголовное право. Части Общая и Особенная" (Одесса, 1925 г.) не было специального раздела, посвященного анализу судимости. Даже в весьма объемном (36 п. л.) четвертом издании учебника "Уголовное право. Часть Общая" (Москва, 1948 г.) проблеме судимости уделено только две страницы (автор — профессор М.М Исаев).

В ст. 471 Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик 1958 г. впервые в уголовном законодательстве СССР была дана развернутая, подробная регламентация института судимости, которая почти дословно была воспроизведена в УК союзных республик[276].

Как это определено ч. 1 ст. 86 УК РФ, лицо, осужденное за совершение преступления, считается судимым со дня вступления приговора в законную силу до момента погашения или снятия судимости. В юридической литературе встречаются различные определения понятия судимости. Так, по мнению Г.Б.Виттенберга, судимость — это уголовно-правовое состояние, созданное для лица фактом осуждения его судом к какой-либо мере наказания за совершенное преступление[277].

А.В.Наумов полагает, что обвинительный приговор с применением наказания порождает особое уголовно-правовое последствие — судимость, определяющее особое правовое положение лица, признанного судом виновным в совершении преступления и осужденного к уголовному наказанию[278].

Судимость, несомненно, является "правовым последствием" осуждения лица за совершенное преступление, что порождает его "особое правовое состояние". Разрыв этих правовых категорий друг от друга недопустим, они органически связаны между собой.

В.В.Голина дает иное определение судимости, полагая, что это опорочивающий факт наличия у лица в прошлом отбытого наказания, дающий основание для признания его рецидивистом[279]. Достоинством рассматриваемого определения судимости является то, что она, по мнению автора, носит опорочивающий осужденного характер. Но это определение не отражает полностью суть судимости. К тому же, неясно, почему судимость относится только к прошлому. Судимость распространяется и на процесс исполнения или отбывания наказания.

В ст. 63 Уголовного закона Литовской Республики определено, что судимостью являются юридические последствия осуждения лица, совершившего преступное деяние, имеющие силу во время отбывания назначенного судом наказания, а также после его отбывания до погашения или снятия судимости в установленном законом порядке.

Если добавить к этому определению указание на то, что судимость сопряжена с определенными правоограничениями, то оно достаточно полно отражает суть судимости.

Анализ УК РФ показывает, что в нем предусмотрено четыре вида уголовной ответственности.

1. Как правило, уголовная ответственность слагается из:

а) осуждения виновного лица судом от имени государства за совершенное им преступление; б) назначенного за содеянное наказания и в) судимости.

2. Уголовная ответственность при условном осуждении (ст. 73 УК РФ) слагается из: а) осуждения судом от имени государства виновного лица за совершенное им преступление; б) назначенного условного наказания, которое при надлежащем поведении осужденного в течение испытательного срока в исполнение не приводится. В соответствии с п. "а" ч. 3 ст. 86 УК РФ испытательный срок является сроком судимости. Следовательно, при условном осуждении уголовная ответственность не включает в себя исполнение наказания.

Однако при условном осуждении возможно назначение безусловно исполняемых дополнительных наказаний, кроме конфискации имущества (см. ч. 4 ст. 73 УК РФ). В подобных случаях уголовная ответственность применительно к дополнительным наказаниям включает в себя все три перечисленные выше ее элемента (составные части).

3. В ст. 92 УК РФ предусмотрена возможность осуждения несовершеннолетних за совершенные ими преступления небольшой или средней тяжести с освобождением их от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия. В соответствии с этой нормой, уголовная ответственность реализуется только через факт вынесения судом обвинительного приговора. Судимость такой приговор не порождает.

Следовательно, судимость является элементом уголовной ответственности, но последняя возможна и без нее[280].

4. При пожизненном лишении свободы уголовная ответственность слагается из: а) осуждения виновного лица и б) отбывания наказания.

Судимость, по мнению С.И.Зельдова, состоит, как правило, из трех частей: 1) промежутка времени от вступления приговора в законную силу до начала исполнения (отбытия) наказания; 2) периода отбывания наказания; 3) промежутка времени от отбытия (освобождения от отбывания) наказания до момента погашения судимости или снятия ее судом[281].

Было бы правильнее говорить не о трех составных частях судимости, а о том, что судимость разнородна и реализуется в различных вариантах.

Возможны следующие варианты судимости.

1. Вступивший в законную силу приговор по каким-либо основаниям не приводится в исполнение. При таком варианте течение срока судимости начинается с момента вступления приговора в законную силу и завершается истечением сроков давности исполнения приговора (наказания).

2. Виновные лица осуждены к так называемому срочному наказанию (лишению свободы на определенный срок, исправительным работам и др.). Срок судимости слагается в данном варианте из двух составных частей. Она имеет место в течение срока назначенного наказания и срока судимости после его исполнения (отбывания).

3. Помимо основного определено и дополнительное наказание. В этом случае судимость распространяется на исполнение основного наказания и исполнение дополнительного наказания. Исполнение последнего этапа судимости начинается после завершения исполнения дополнительного наказания.

В ч. 1 ст. 86 УК РФ определено, что судимость "в соответствии с настоящим Кодексом учитывается при рецидиве преступлений и при назначении наказания". Это предписание закона неточно. Судимость может иметь значение и при решении иных уголовно-правовых проблем. Например, при реализации условно-досрочного освобождения от наказания (п. "в" ч. 3 ст. 79 УК РФ).

Обратим внимание и на то, что судимость имеет не только уголовно-правовое значение. Она может изменять порядок и условия исполнения некоторых уголовных наказаний. Эта проблема дифференциации и индивидуализации исполнения уголовных наказаний в связи с судимостью выпала из поля зрения юристов, занимающихся ее анализом, Так, лица, впервые осужденные к лишению свободы, содержатся отдельно от осужденных, ранее отбывавших лишение свободы (ч. 2 ст. 80 УИК РФ).

Судимость может иметь и общеправовое значение, о чем в ч. 1 ст. 86 УК РФ не упоминается.

Поэтому представляется неточным определение судимости как особого правового положения лица, которое выражается только в возможности наступления для него определенных последствий (правоограничений) определенного уголовно-правового характера[282]. Такие последствия не только могут наступить, но иногда и наступают в связи с судимостью. К тому же они могут иметь не только уголовно-правовой, но и уголовно-исполнительный и общеправовой характер.

В УК РФ суть и цели судимости не определяются.

Как уже отмечалось ранее, судимость может входить в уголовную ответственность, но последняя может быть реализована и без судимости. Вместе с тем во всех случаях назначения судом лицу, виновному в совершении преступления, наказания (в том числе и условного) имеет место и судимость.

В чем ее суть?

Прежде всего необходимо выделить судимость, связанную с уголовно-правовыми негативными последствиями, и судимость, влияющую на исполнение наказания. Суть таких видов судимости — в устанавливаемых ею правоограничениях, имеющих карательный характер.

Цели рассматриваемых судимостей те же самые, что и у уголовного наказания: восстановление социальной справедливости, исправление осужденного, общая и частная превенция. Однако несомненно, что приоритет необходимо отдать целям предупреждения преступлений.

Судимость, не связанная с дополнительными правоограничениями, имеет иную суть. Она является как бы разновидностью испытательного срока. Если во время ее течения не будет совершено новое преступление, то она погашается (или снимается) без наступления каких-либо правовых последствий. Такая судимость не сопряжена с покаранием. Ее цель — частная и общая профилактика преступлений.

Необходимо подчеркнуть, что общеправовые последствия судимости в уголовную ответственность не входят. Прав А.В.Наумов, считающий необходимым сокращение подобного рода последствий судимости[283], ибо они лежат вне сферы уголовного права.

Помимо рассмотренных возможно деление судимости и на следующие виды.

В зависимости от субъективной стороны содеянного существуют судимости за умышленные и неосторожные преступления. Как известно, в ст. 18 УК РФ установлено, что рецидив связан с совершением лицом, судимым за умышленное преступление, нового умышленного преступления.

Закон определяет деление судимостей в зависимости от категории совершенного преступления. В п. "а" ч. 3 ст. 18 УК РФ, например, определено, что рецидив преступлений признается особо опасным при совершении лицом умышленного преступления, за которое оно осуждено к лишению свободы, если ранее это лицо три или более раза было осуждено к лишению свободы за умышленное тяжкое преступление или умышленное преступление средней тяжести.

В ряде статей Особенной части УК РФ в качестве квалифицирующего преступление обстоятельства предусмотрено совершение нового преступления лицом, имеющим судимость за такое же преступление. Так, в соответствии с п. "б" ч. 2 ст. 126 УК РФ похищение человека является квалифицированным, если совершено лицом, ранее судимым за названное преступление.

В соответствии с п. "в" ч. 3 ст. 158 УК РФ квалифицированной является кража, совершенная лицом, ранее два или более раза судимым за хищение либо вымогательство. В этой норме имеется в виду судимость за однородное преступление: кражу, мошенничество, присвоение или растрату, грабеж, разбой и вымогательство.

В п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ определено, что неоднократность и рецидив являются обстоятельствами, отягчающими наказание. Неоднократность может быть выражена и в судимости (см. ч. 2 ст. 16 УК РФ).

Приведенные данные свидетельствуют о том, что уголовное законодательство определяет различные виды судимости, выполняющие специфические функции при реализации уголовной ответственности. Вместе с тем все они объединяются общими родовыми чертами, свойственными любой разновидности судимости. Они определяются вступившим в законную силу обвинительным приговором суда в отношении лица, виновного в совершении преступления.

Уголовно-правовые последствия судимости. Перечень обстоятельств, отягчающих наказание, приведенный в ст. 63 УК РФ, начинается с неоднократности преступлений и рецидива преступлений.

Как уже указывалось, рецидивом преступлений признается совершение умышленного преступления лицом, имеющим судимость за ранее совершенное умышленное преступление (ч. 1 ст. 18 УК РФ). При наличии различных комбинаций судимостей за совершение умышленных преступлений возникает опасный и особо опасный рецидив (ч. 2 и 3 ст. 18 УК РФ). Рецидив преступлений признается опасным при совершении лицом умышленного преступления, за которое оно осуждается к лишению свободы, если ранее это лицо два раза было осуждено за умышленные преступления. Рецидив преступлений признается опасным и тогда, когда лицо умышленно совершило тяжкое преступление, если оно ранее было осуждено за тяжкое преступление (ч. 2 ст. 18 УК РФ). Еще более сложные и многочисленные комбинации судимостей положены в основу признания преступления, совершенного при особо опасном рецидиве (ч. 3 ст. 18 УК РФ).

Как известно, в ст. 68 УК РФ установлены правила назначения наказания при рецидиве преступлений и судимости лица, совершившего преступление, как квалифицирующем признаке. Так, срок наказания при рецидиве преступлений не может быть ниже половины максимального срока наиболее строгого наказания, предусмотренного за совершенное преступление, при опасном рецидиве преступлений — не менее двух третей, а при особо опасном рецидиве — не менее трех четвертей максимального срока наиболее строгого вида наказания, предусмотренного за совершенное преступление.

Ограничение свободы может быть назначено лицам, совершившим умышленное преступление и не имеющим судимости (п. "а" ч. 2 ст. 53 УК РФ).

При совершении некоторых преступлений лицом, имеющим судимость, содеянное приобретает характер квалифицированного преступления. Так, обман покупателя, совершенный лицом, ранее судимым за такое же преступление, становится квалифицированным преступлением, ответственность за которое наступает по п. "а" ч. 2 ст. 200 УК РФ, предусматривающему более тяжкое наказание по сравнению с ч. 1 этой же статьи.

Лицам мужского пола, впервые осужденным к лишению свободы за совершение особо тяжких преступлений, а также при рецидиве преступлений, если они ранее отбывали лишение свободы, и женщинам при особо опасном рецидиве назначается исполнение этого наказания в исправительной колонии строгого режима (п. "в" ч. 1 ст. 58 УК РФ).

При особо опасном рецидиве преступлений, а также лицам, осужденным к пожизненному лишению свободы, определяется отбывание этого наказания в исправительной колонии особого режима (п. "г" ч. 2 ст. 58 УК РФ).

В ч. 2 ст. 58 УК РФ определено, что лицам, осужденным к лишению свободы на срок свыше пяти лет за совершение особо тяжких преступлений, а также при особо опасном рецидиве преступлений может быть назначено отбывание части срока наказания в тюрьме.

В тех случаях, когда лицо, отбывая наказание, совершит новое преступление, то правила назначения наказания по совокупности приговоров ужесточаются. В таком варианте невозможно поглощение наказания, а только его полное или частичное сложение, максимальные размеры которого при лишении свободы увеличиваются до тридцати лет (ст. 70 УК РФ).

Судимость исключает возможность освобождения от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием (ст. 75 УК РФ), в связи с примирением с потерпевшим (ст. 76 УК РФ), в связи с изменением обстановки (ст. 77 УК РФ).

Условно-досрочное освобождение от наказания возможно только после фактического отбытия осужденным не менее трех четвертей срока наказания, назначенного лицу, ранее условно-досрочно освобождавшемуся, если условно-досрочное освобождение было отменено по основаниям, предусмотренным ч. 7 ст. 79 УК РФ. Испытательный срок при условно-досрочном освобождении от наказания является сроком судимости.

Судимость и амнистия. Как правило, лица, более двух раз осуждавшиеся к лишению свободы, под действие актов амнистии не подпадают. Обычно не подпадают под действие актов амнистии и лица, осужденные в прошлом за ряд тяжких преступлений и вновь осужденные за умышленное преступление (см., например, п. "в" и "г" ст. 10 постановления Государственной Думы РФ от 24 декабря 1997 г. "Об объявлении амнистии").

Уголовно-исполнительные последствия судимости в юридической литературе по уголовному праву не нашли своего отражения. Рассмотрим некоторые из таких последствий судимости, отражающихся на правовом положении осужденного.

1. Осужденные, ранее отбывавшие лишение свободы и имеющие судимость, содержатся отдельно от иных осужденных (ч. 5 ст. 50 УИК РФ).

2. Осужденные к лишению свободы могут быть с их согласия оставлены в следственном изоляторе или тюрьме для выполнения работ по хозяйственному обслуживанию этих учреждений только в тех случаях, когда они впервые осуждаются к лишению свободы на срок свыше пяти лет с отбыванием наказания в исправительной колонии общего режима.

3. Согласно ст. 96 УИК РФ при определенных условиях осужденным, отбывающим лишение свободы в исправительных колониях и оставленным для ведения работ по хозяйственному обслуживанию следственных изоляторов и тюрем, может быть разрешено передвижение без конвоя или сопровождения за пределами исправительных учреждений, если это необходимо по характеру выполняемой ими работы. К ряду категорий осужденных такое "расконвоирование" неприменимо. В их числе лица, осужденные за совершение особо тяжких преступлений, осужденные за умышленные преступления, совершенные в период отбывания наказания.

4. Лица для отбывания наказания в исправительной колонии строгого режима, как правило, направляются на обычные условия содержания. Однако, если они были осуждены за умышленное преступление, совершенное в процессе отбывания лишения свободы, то они начинают отбывать наказание со строгих условий, в запираемых помещениях (ч. 1 ст. 122 УИК РФ).

5. В воспитательных колониях — местах лишения свободы для несовершеннолетних лиц — осужденные начинают отбывать наказание на обычных условиях, перевод из которых на улучшенные условия возможен по истечении трех месяцев. В отношении несовершеннолетних мужского пола, ранее отбывавших лишение свободы, — по истечении шести месяцев (п. "б" ч. 5 ст. 132 УИК РФ).

6. Осужденные к наказанию в виде ареста, ранее отбывавшие наказание в исправительных учреждениях и имеющие судимость, отбывают наказание отдельно от иных осужденных к этому наказанию (ч. 1 ст. 69 УИК РФ).

Наличие судимости может быть сопряжено с общеправовыми последствиями.

1. Лица, имеющие судимость, не могут выполнять определенные трудовые функции, например, работать судьей, сотрудником милиции, прокурором и т.д.

2. В соответствии с ч. 2 ст. 23 Федерального закона "О военной обязанности и военной службе" от 28 марта 1998 г. не подлежат призыву на военную службу граждане: а) отбывающие наказание в виде обязательных работ, исправительных работ, ограничения свободы, ареста или лишения свободы; б) имеющие неснятую или непогашенную судимость за совершение преступления.

3. Частью 15 ст. 13 Федерального закона "Об оружии" от 13 декабря 1996 г. определено, что лицензия на приобретение оружия не выдается гражданам Российской Федерации, имеющим судимость за совершение умышленного преступления.

4. Над некоторыми категориями лиц, имеющих судимость, устанавливается административный надзор органов внутренних дел.

5. Ряд государств устанавливают ограничения для въезда на их территорию лиц, имеющих судимость за некоторые преступления (например, США).

Законодательство СССР и союзных республик предусматривало значительно более широкий круг общеправовых ограничений судимости. Так, в постановлении СНК РСФСР "Об усилении борьбы с растратчиками и хищением в государственной и кооперативной торговле" от 31 декабря 1940 г. было запрещено принимать на работу, связанную с использованием материальных ценностей, лиц, имевших судимость за хищение и иные имущественные корыстные преступления. В прошлом устанавливались значительные ограничения в выборе места жительства, связанные с наличием судимости за ряд преступлений.

Как уже отмечалось ранее, круг общеправовых ограничений судимости, не входящих в содержание уголовной ответственности, с либерализацией правового статуса гражданина Российской Федерации должен сужаться.

Погашение и снятие судимости. Совершенно очевидно, что несудимыми являются лица, освобожденные от уголовной ответственности вследствие деятельного раскаяния (ст. 75 УК РФ), в связи с примирением сторон (ст. 76 УК РФ), в связи с изменением обстановки (ст. 77 УК РФ) и в связи с истечением сроков давности (ст. 78 УК РФ).

В действующем законодательстве реализация уголовной ответственности при освобождении от наказания осуждаемого лица предусмотрена только в ст. 92 УК РФ. В соответствии с ч. 1 этой статьи несовершеннолетний, осужденный за совершение преступления небольшой или средней тяжести, может быть освобожден судом от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия. Такой осужденный не считается судимым.

Несудимыми являются также лица, освобожденные от наказания (ч. 2 ст. 86 УК РФ). Нельзя согласиться с мнением тех авторов, которые полагают, что согласно ч. 2 ст. 86 УК РФ несудимыми считаются лица, освобожденные от наказания как безусловно, так и условно[284]. Вопрос о погашении судимости в отношении условно осужденных решен в п. "а" ч. 3 ст. 86 УК РФ, а в отношении условно-досрочно освобожденных — в ч. 4 ст. 86 УК РФ.

В ч. 3 ст. 81 УК РФ установлено, что военнослужащие, освобожденные от дальнейшего отбывания наказания в виде ареста или содержания в дисциплинарной воинской части в связи с заболеванием, делающим их негодными к военной службе, являются несудимыми. Иные лица, освобожденные от наказания по болезни, в случае их выздоровления могут подлежать уголовной ответственности и наказанию, если не истекли сроки давности (ч. 4 ст. 81 УК РФ). Поэтому представляется ошибочной точка зрения, согласно которой лица, освобожденные от наказания в связи с болезнью (ст. 81 УК РФ), являются несудимыми[285].

Как это прямо сказано в п. "а" ч. 3 ст. 86 УК РФ, в отношении лиц, условно осужденных, срок судимости равен продолжительности испытательного срока.

Согласно ч. 3 ст. 73 УК РФ испытательный срок при условном осуждении (от шести месяцев до пяти лет) определяется судом. Следовательно, его продолжительность может превышать сроки судимости, предусмотренные ч. 3 ст. 86 УК РФ. Приоритет при этой коллизии отдается специальной норме — ст. 73 УК РФ.

Особый порядок исчисления сроков судимости предусмотрен в ч. 4 ст. 86 УК РФ, в которой определено, что, если осужденный в установленном законом порядке был досрочно освобожден от отбывания наказания или неотбытая часть наказания была заменена более мягким видом наказания, то срок погашения судимости исчисляется исходя из фактически отбытого срока наказания с момента освобождения от основного и дополнительного видов наказания.

Сравнительный анализ рассматриваемой нормы и ч. 2 ст. 86 УК РФ, в соответствии с которой несудимыми считаются лица, освобожденные от наказания, приводит к выводу о том, что в ч. 4 ст. 86 УК РФ имеются в виду различные виды освобождения осужденных от наказания, применяемые после отбытия ими части срока наказания. Такими видами освобождения от наказания являются: условно-досрочное освобождение от наказания (ст. 79 УК РФ), освобождение от наказания по болезни (ст. 81 УК РФ), отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей (ст. 82 УК РФ — в случаях освобождения их из учреждений, исполняющих наказание).

В ч. 4 ст. 86 УК РФ речь идет и об определении срока судимости при замене неотбытой части срока более мягким наказанием. Некоторые авторы считают такую замену освобождением от отбывания наказания[286]. При любом виде освобождения от наказания (условном и безусловном) его исполнение прекращается. Замена же предполагает исполнение (отбытие) другого наказания. О каком освобождении от наказания в подобном случае может идти речь?

При условно-досрочном освобождении от отбывания наказания судимость слагается из срока отбывания наказания до условно-досрочного освобождения и, помимо этого, реализуется в течение испытательного срока с момента освобождения от отбывания основного и дополнительного наказания (ч. 7 ст. 79 и ч. 4 ст. 86 УК РФ).

Следует обратить внимание на то, что продолжительность сроков судимости при условно-досрочном освобождении от ограничения свободы (максимальный срок этого наказания пять лет) может превышать годичный срок судимости, установленный в п. "б" ч. 3 ст. 86 УК РФ в отношении наказаний более мягких, чем лишение свободы. Условно-досрочное освобождение от рассматриваемого наказания возможно после фактического отбытия осужденным не менее половины назначенного судом срока. Следовательно, испытательный срок при условно-досрочном освобождении, а значит и срок судимости может быть равен двум с половиной годам, т.е. более продолжительным по сравнению со сроком судимости, установленным в п. "б" ч. 3 ст. 86 УК РФ.

Вместе с тем при применении условно-досрочного освобождения при отбывании лишения свободы испытательный срок, являющийся сроком судимости, меньше срока судимости, установленного п. "в", "г" и "д" ч. 3 ст. 86 УК РФ. Так, при условно-досрочном освобождении от лишения свободы лица, осужденного за преступления небольшой и средней тяжести, при назначении судом за содеянное максимального срока этого наказания неотбытый его срок будет равен соответственно одному и двум с половиной годам, а в п. "в" срок судимости за такие преступления более продолжителен — три года.

Условно-досрочное освобождение при осуждении виновного лица к максимальному сроку наказания в виде лишения свободы за тяжкое преступление возможно после фактического отбытия им двух третей наказания — трех лет и четырех месяцев, что меньше срока судимости, предусмотренного п. "г" ч. 3 ст. 86 УК РФ — шести лет.

Аналогичная ситуация складывается и при условно-досрочном освобождении лиц, отбывающих наказание за особо тяжкие преступления. Во всех этих вариантах срок судимости меньше срока судимости, установленного в ч. 3 ст. 86 УК РФ. Эта конкуренция норм разрешается в пользу специальной нормы — ст. 79 УК РФ[287].

В ст. 82 УК РФ регламентирована отсрочка отбывания наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей. Если суд при рассмотрении уголовного дела о преступлении, совершенном указанными категориями женщин, придет к выводу о нецелесообразности исполнения лишения свободы, то он может принять решение об отсрочке этого наказания — разновидности условного осуждения. В соответствии с п. "а" ч. 3 ст. 86 УК РФ в подобном варианте судимость погашается по истечении срока отсрочки, которая исчисляется до достижения ребенком восьмилетнего возраста.

В тех же случаях, когда решение об отсрочке принимается в отношении женщин, отбывающих наказание, — это разновидность условно-досрочного освобождения от отбывания лишения свободы. Испытательный срок при этом также исчисляется до достижения ребенком восьмилетнего возраста, который и является сроком судимости.

Как видно, сроки судимости при рассматриваемых видах отсрочки более продолжительны, чем сроки судимости, установленные в ст. 86 УК РФ. И эта коллизия решается в пользу специальной нормы — ст. 86 УК РФ.

При условно-досрочном освобождении военнослужащих, отбывающих наказания в виде ограничения по военной службе и содержания в дисциплинарной воинской части за преступления небольшой и средней тяжести, сразу же по отбытии ими половины срока наказания срок судимости (испытательный срок) может быть равен одному году. Именно такой срок судимости предусмотрен в п. "б" ч. 3 ст. 86 УК РФ.

Согласно ч. 5 ст. 79 УК РФ лицо, отбывающее пожизненное лишение свободы, может быть условно-досрочно освобождено, если судом будет признано, что оно не нуждается в дальнейшем отбывании этого наказания и фактически отбыло не менее двадцати пяти лет лишения свободы. Испытательный срок при условно-досрочном освобождении от отбывания наказания равен ее неотбытой части (ч. 7 ст. 79 УК РФ). При пожизненном лишении свободы он носит также пожизненный характер и может быть снят с осужденного по истечении какого-то не определенного в законе времени. Было бы целесообразно допустить снятие судимости в подобных случаях не ранее истечения максимального срока судимости, установленного в п. "д" ч. 3 ст. 86 УК РФ — восьми лет, что соответствовало бы принципу справедливости (ст. 6 УК РФ).

При условном освобождении от наказания по болезни судимость слагается из отбытого срока наказания и последующего срока до его истечения срока давности исполнения приговора (наказания) (ч. 4 ст. 81 УК РФ).

Необходимо отметить, что, как правило, сроки судимости менее продолжительны, чем сроки освобождения от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора (наказания), установленные ст. 83 УК РФ. Так, рассматриваемый срок давности при осуждении лица за тяжкое преступление равен девяти годам (п. "в" ч. 1 ст. 83 УК РФ), а срок судимости за такое преступление — шести годам (п. "г" ч. 3 ст. 86 УК РФ), при осуждении лица за особо тяжкое преступление соответственно: пятнадцать лет (п. "г" ч. 1 ст. 83 УК РФ) и восемь лет (п. "д" ч. 3 ст. 86 УК РФ). И только при осуждении лица за преступления небольшой тяжести срок давности обвинительного приговора меньше, чем срок судимости за такое же преступление: два года (п. "а" ч. 1 ст. 83 УК РФ) и три года (п. "в" ч. 3 ст. 86 УК РФ). Рассматриваемая коллизия решается в пользу специальной нормы — ст. 83 УК РФ.

Если лицу в соответствии со ст. 80 УК РФ неотбытая часть срока наказания заменяется другим, более мягким наказанием, то срок погашения судимости исчисляется "исходя из фактически отбытого срока наказания с момента освобождения от основного и дополнительного вида наказания" (ч. 4 ст. 86 УК РФ). Приведенная формулировка закона непонятна, так как сроки судимости в анализируемой статье не зависят от сроков отбытого наказания. Рассматриваемая проблема может быть решена при сопоставительном анализе ст. 80 и ст. 86 УК РФ. В ст. 80 УК РФ предусмотрена возможность замены лишения свободы более мягким наказанием (замена иных наказаний более мягким не предусматривается). А в соответствии с п. "б" ст. 86 УК РФ срок судимости при осуждении к наказанию более мягкому, чем лишение свободы, равен одному году.

Итак, при замене лишения свободы более мягким наказанием срок судимости не зависит от фактически отбытого срока лишения свободы. Он всегда равен одному году, ибо замененное наказание всегда мягче лишения свободы.

В рассматриваемом варианте судимость имеет место в процессе отбывания лишения свободы, а затем — в течение срока отбывания осужденным наказания, а затем — в период годичного срока судимости.

При злостном уклонении от отбывания ряда наказаний УК РФ предусматривает их замену другим, более тяжким. Так, при злостном уклонении от отбывания исправительных работ они могут быть заменены ограничением свободы, арестом или лишением свободы (ч. 3 ст. 50 УК РФ). Срок судимости при назначении в порядке такой замены более мягкого наказания, чем лишение свободы, будет равен одному году (п. "б" ч. 3 ст. 86 УК РФ).

При замене штрафа более тяжким наказанием сочетание судимостей иное: годичный срок судимости после вступления приговора в законную силу, а за ней судимость в процессе исполнения замены иного наказания плюс судимость после его исполнения. Если же рассматриваемая замена осуществлена лишением свободы, то срок судимости зависит от категории совершенного преступления.

При замене наказания более тяжким судимость слагается из срока отбытия назначенного судом наказания, срока отбытия замененного наказания и собственно срока судимости.

Вполне очевидно, что проблема определения сроков судимости при замене наказания более тяжким должна найти свое решение в законе — в ст. 86 УК РФ.

Как уже отмечалось, при назначении судом осужденному лицу так называемого срочного наказания судимость слагается из срока этого наказания и из установленного ст. 86 УК РФ срока погашения судимости после отбытия осужденным наказания. Однако в двух случаях первая составная часть судимости имеет иную продолжительность. Это имеет место при совершении осужденным побега из места лишения свободы, из-под ареста или из-под стражи (ст. 313 УК РФ) и уклонения от отбывания лишения свободы (ст. 314 УК РФ). Первая составная часть судимости определяется не сроком назначенного судом наказания, а временем нахождения осужденного в состоянии побега или уклонения от отбывания лишения свободы. Такое решение рассматриваемого вопроса предопределяется длящимся характером упомянутых преступлений, прекращающих исполнение наказания. Фактически в подобных вариантах течение срока судимости приостанавливается. При ином решении данной проблемы по истечении срока назначенного осужденному наказания побег или уклонение от отбывания лишения свободы приобретали бы легальный характер, что стимулировало бы совершение этих преступлений.

Основная масса случаев погашения судимости определяется или видом назначенного судом виновному лицу наказания, а если это лишение свободы, то категорией преступления.

Поэтому в соответствии с п. "б" ч. 3 ст. 86 УК РФ у лиц, осужденных к наказанию более легкому, чем лишение свободы, судимость автоматически погашается через год после отбытия наказания. Категория совершенного преступления при этом не учитывается.

В отношении лиц, осужденных к лишению свободы за преступление небольшой или средней тяжести, судимость погашается по истечении трех лет после исполнения наказания (п. "в" ч. 3 ст. 86 УК РФ). В отношении лиц, осужденных к лишению свободы за совершение тяжкого преступления, — по истечении шести лет после исполнения наказания (п. "г" ч. 3 ст. 86 УК РФ).

В отношении лиц, осужденных к лишению свободы за совершение особо тяжкого преступления, — по истечении восьми лет после отбытия наказания (п. "д" ч. 3 ст. 86 УК РФ). По сравнению с ранее действовавшим УК РСФСР 1960 г. (ст. 57) максимальный срок лишения свободы увеличился, а максимальный срок погашения судимости при этом снизился на два года.

Необходимо отметить, что в некоторых странах сроки судимости менее продолжительны, чем сроки судимости, установленные в ст. 86 УК РФ. Так, в ст. 136 УК Испании минимальный срок судимости равен шести месяцам, а максимальный — пяти годам. В ст. 107 УК Польши минимальный срок судимости равен одному году, а максимальный — десяти годам. Такие же параметры сроков судимости предусмотрены в УК многих стран мира.

Представляется, что установленные в ст. 86 УК РФ сроки судимости обоснованны.

Установление сроков судимости носит характер уголовно-правовой презумпции — обоснованного предположения законодателя о том, что именно эти сроки достаточны для достижения целей, стоящих перед судимостью.

Такая правовая презумпция предполагает учет истории регламентации судимости в УК нашей страны и УК иных стран и анализ практики ее реализации.

В п. 4 и 8 ст. 57 УК РСФСР 1960 г. устанавливалось, что, если лицо в течение срока судимости совершит новое преступление, течение срока судимости прерывается. Срок погашения судимости по первому преступлению исчисляется заново после фактического отбытия наказания (основного и дополнительного) за последнее преступление. В ст. 86 УК РФ прерывание срока судимости необоснованно не предусмотрено.

Судимость, как это неоднократно отмечалось, является завершающим этапом реализации уголовной ответственности. Совершение в ее течение нового преступления свидетельствует о пренебрежении осужденным факта осуждения, о невыполнении судимостью воспитательного, сдерживающего от совершения нового преступления воздействия. Отказ от установления в законе прерывания судимости придает ей формальный характер, снимает ее профилактическое и воспитательное воздействие. Более того, он ведет к фактической ликвидации опасного и, в особенности, особо опасного рецидива (ст. 18 УК РФ).

Как уже отмечалось, опасный и особо опасный виды рецидива предполагают различные комбинации повторов осуждений. Так, п. "а" ч. 3 ст. 18 УК РФ определяет, что особо опасный рецидив преступлений имеет место при совершении лицом умышленного преступления, за которое оно осуждается к лишению свободы, если ранее это лицо три или более раза было осуждено к лишению свободы за умышленное преступление средней тяжести. Вместе с тем совершение осужденным в течение срока судимости нового умышленного преступления не прерывает течения срока судимости. Лицо осуждается вновь и вновь, а судимость автоматически погашается одна за другой. Возможность определения особо опасного рецидива практически исключена.

Вполне обоснованной представляется позиция Модельного УК для стран-участниц СНГ, в ч. 6 ст. 86 которого предусмотрено прерывание срока судимости совершением любого нового преступления.

Прерывание течения срока судимости предусмотрено в УК ряда стран мира (см., например, ч. 1 ст. 136 УК Испании, ч. 3 ст. 81 УК Республики Таджикистан, ч. 6 ст. 63 Уголовного закона Латвийской Республики). Было бы желательно внести порядок прерывания срока судимости и в УК РФ.

В ст. 57 УК РСФСР 1960 г. судимость у особо опасных рецидивистов и лиц, осужденных к лишению свободы на срок свыше десяти лет, не погашалась. Ее можно было лишь снять в судебном порядке по истечении восьмилетнего срока после отбытия наказания. В ст. 86 УК РФ такого ограничения для погашения судимости нет. Представляется, что позиция УК РСФСР 1960 г. по рассматриваемым вопросам предпочтительное. Осуждение к лишению свободы на срок свыше десяти лет и, тем более, совершение преступления при особо опасном рецидиве свидетельствуют о высокой степени общественной опасности как преступления или преступлений, так и лица или лиц, их совершивших. Такие лица должны заслужить снятие с них судимости. В свете сказанного представляется верным решение рассматриваемого вопроса в ст. 84 УК Республики Таджикистан, в которой судимость с лиц, осужденных за совершение особо опасных преступлений, может быть снята судом по истечении восьмилетнего срока с момента окончания исполнения наказания.

При осуждении лица по совокупности преступлений и по совокупности приговоров срок погашения судимости исчисляется за каждое из входящих в совокупность преступлений самостоятельно.

Состояние судимости начинается с момента вступления приговора в законную силу и продолжается до момента автоматического погашения судимости или ее снятия судом.

Судимости при осуждении лица за пределами Российской Федерации при определении рецидива не учитываются. Не являются они и квалифицирующими преступление обстоятельствами[288]. Вместе с тем такие судимости могут быть учтены судом при определении виновному лицу наказания.

Сроки погашения судимости для лиц, совершивших преступления до достижения ими возраста восемнадцати лет, сокращены (ст. 95 УК РФ). Они равны одному году за преступления небольшой и средней тяжести; трем годам после отбытия лишения свободы за тяжкое или особо тяжкое преступление.

Судимости за преступления, совершенные в возрасте до восемнадцати лет, не должны учитываться при признании рецидива преступлений (ч. 4 ст. 18 УК РФ). Однако это обстоятельство иногда игнорируется судами[289].

Закон предусматривает возможность досрочного снятия судимости по просьбе осужденного, если он вел себя "безупречно" (ч. 5 ст. 86 УК РФ). Причем в законе не указано, после отбытия какой части судимости можно выступить с таким ходатайством перед судом. В ст. 86 УК РФ к осужденному предъявляется явно завышенное требование — безупречное поведение. Допустим, он хорошо работает и даже поступил в вечернюю школу и вполне успевает в классе. Но при этом он курит, иногда на бульваре с друзьями распивает бутылку спиртного. Можно ли такое поведение лица считать безупречным? К тому же осужденный по истечении первого месяца после освобождения от наказания может решить, что он достиг "безупречности" и обратиться в суд с просьбой снять с него судимость. Предположим, суд отказал ему в этом. Однако освобожденный имеет право буквально через неделю вновь обратиться в суд с повторным требованием отмены судимости. И так без конца. Несомненно, что требование, предъявляемое к осужденному в течение срока судимости, надо снизить и установить, по истечении какой части срока судимости можно возбуждать перед судом ходатайство об ее снятии. В Модельном УК такой срок установлен — половина срока судимости.

В ч. 7 ст. 87 УК Республики Таджикистан предусмотрена возможность снятия судом судимости также по истечении не менее половины срока судимости.

Такое же решение следовало бы установить и в ст. 86 УК РФ. Как уже отмечалось, у лиц, условно-досрочно освобожденных от пожизненного лишения свободы, судимость следовало бы снимать не ранее истечения восьмилетнего срока судимости.

З.А.Незнамова пишет: "Судимость всегда носит персонифицированный характер, ибо в уголовном праве нет просто судимости, а есть судимость конкретного лица за совершение конкретного преступления и к конкретной мере наказания"[290]. Этот вывод спорен. Судимость не индивидуализируется, как наказание. Она дифференцируется в зависимости от вида назначенного наказания, а если это лишение свободы, — то от категории совершенного преступления. Следовательно, некие Иванов, Петров, Сидоров и т.д., осужденные за различные преступления к различным срокам лишения свободы за совершение преступлений средней тяжести, будут считаться в одинаковой мере судимыми в течение шести лет после отбытия наказания. О какой индивидуализации судимости при этом может идти речь?

Индивидуализация судимости возможна лишь в процессе ее досрочного снятия согласно предписаниям ч. 5 ст. 86 УК РФ, ибо она приемлема только к лицам, ведущим себя "безупречно". Безупречность — качество, присущее конкретной личности, оно индивидуально.

Своеобразная индивидуализация судимости связана с условным осуждением и условно-досрочным освобождением от наказания. При их реализации определяется индивидуализированный испытательный срок, по истечении которого условно осужденный и условно-досрочно освобожденный от наказания считаются несудимыми.

Для погашения судимости не требуется ни специального решения суда, ни иного документа, удостоверяющего этот факт. Погашение судимости наступает автоматически, при наличии определенных, установленных законом условий.

Судимость может быть снята актом амнистии или помилования. Вопросам судимости в актах амнистии обычно уделяют много внимания. Так, в амнистии Государственной Думы Федерального Собрания Российской Федерации от 18 июня 1999 г. было определено, что при применении рассматриваемого акта амнистии не учитываются судимости за преступления, совершенные по неосторожности, независимо от вида наказания; судимости за умышленные преступления, по которым были назначены наказания, не связанные с лишением свободы; судимости за преступления, за которые наказание назначено условно или с отсрочкой отбывания наказания либо исполнения приговора, если в последующем осужденный не направлялся в места лишения свободы для отбывания назначенного наказания: судимости лиц, отбывающих наказание за пределами территории Российской Федерации и т.д. (ст. 12).

В п. 11 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. "О практике назначения судами видов исправительных учреждений" определено: "Если во время отбывания наказания истек срок погашения судимости за одно или несколько преступлений, которая явилась основанием для назначения осужденному исправительной колонии строгого или особого режима по последнему приговору, то назначенный по приговору суда вид колонии не подлежит пересмотру, а лицо не переводится в исправительную колонию другого вида, поскольку в соответствии с частями пятой и шестой статьи 74 УИК РФ в исправительных колониях строгого или особого режима отбывают наказания лица, осужденные за преступления, которые были совершены соответственно при рецидиве, опасном рецидиве или особо опасном рецидиве"[291]. Рассматриваемая проблема решена в анализируемом постановлении Пленума Верховного Суда РФ верно. Но ссылка на ст. 74 УИК РФ необоснованна. Вопрос о выборе вида места лишения свободы и его режиме решается судом в соответствии с предписаниями ст. 58 УК РФ. Следовательно, фактически во время отбывания наказания в виде лишения свободы течение сроков судимости за предшествующие преступления как бы приостанавливается. Это обстоятельство является еще одним основанием для официального введения в ст. 86 УК РФ правила приостановления или прерывания срока судимости осуждением лица за новое преступление к лишению свободы.

Необходимо отметить, что уголовно-исполнительные последствия судимости, сроки которой истекли в процессе исполнения наказания, также не аннулируются до окончания срока исполнения наказания. Поэтому, например, не впервые осужденные к лишению свободы отбывают наказание отдельно от лиц, впервые осужденных к этому наказанию. Такой порядок сохраняется в тех случаях, когда в процессе исполнения этого наказания судимость и ранее совершенное преступление были погашены (ч. 2 ст. 80 УИК РФ).

В свете сказанного представляется неточным предписание ч. 6 ст. 86 УК РФ, в которой определено, что погашение или снятие судимости аннулирует все правовые последствия, связанные с судимостью. Последствия судимости аннулируются по истечении сроков судимости только после исполнения или отбытия наказания. Этот вывод следует из сопоставительного анализа ч. 6 ст. 86 УК РФ и ст. 18 УК РФ (рецидив преступлений), ст. 58 УК РФ (назначение осужденному к лишению свободы вида исправительного учреждения), ч. 3 ст. 60 УК РФ (общие начала назначения наказания), п. "а" ч. 1 ст. 63 УК РФ (обстоятельства, отягчающие наказание) и некоторых других норм. В этих нормах предусмотрен учет судимости при решении вопросов, возникающих при назначении наказания виновному лицу. Приговор распространяется на все время исполнения наказания вне зависимости от того, сохранились ли или погашены судимости за предыдущие преступления, учтенные в приговоре.

В ч. 6 ст. 86 УК РФ имеется в виду аннулирование последствий судимости ее погашением или снятием после исполнения или отбытия наказания.

Глава IX. Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних

§ 1. Развитие законодательства об уголовной ответственности несовершеннолетних и характеристика преступности несовершеннолетних

Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних предусматривались еще российским уголовным законодательством XIX в. В Уложении о наказаниях уголовных и исполнительных 1845 г. данной ответственности были посвящены ст. 142-150. В основном в этих статьях предусматривалась замена наказания более мягким в зависимости от возраста несовершеннолетнего. Так, согласно ст. 148, несовершеннолетние в возрасте от 14 до 21 года за преступления, совершенные по неосторожности, подвергались лишь домашнему исправительному наказанию по распоряжению родителей или опекунов[292].

Статья 6 Устава о наказаниях, налагаемых мировыми судьями 1864 г., предоставляла право мировым судьям определять несовершеннолетним в возрасте от 10 до 17 лет взамен заключения в тюрьме помещение в исправительные приюты[293].

Некоторые особенности уголовной ответственности несовершеннолетних были предусмотрены в ст. 41 Уголовного уложения 1903 г. Так, в ч. 1 этой статьи указывалось, что "не вменяется в вину преступное деяние, учиненное несовершеннолетним от 10 до 17 лет, который не мог понимать свойства и значения им совершаемого или руководить своими поступками". Очевидно, положение о возрастной невменяемости, предусмотренное ч. 3 ст. 20 УК РФ, позаимствовано с некоторыми изменениями из ст. 41 Уголовного уложения 1903 г.[294]

Советская власть вскоре после Октябрьской революции выдвинула лозунг: "Для детей нет суда и тюрьмы", который нашел свое воплощение в Декрете СНК от 14 января 1918 г. Этот декрет провозгласил отмену судов и тюремного заключения для малолетних и несовершеннолетних. Дела о несовершеннолетних в возрасте до 17 лет, совершивших общественно опасное деяние, подлежали рассмотрению комиссией по делам несовершеннолетних, которая должна была либо освобождать их, либо направлять в одно из убежищ Народного комиссариата общественного призрения соответственно характеру деяния[295].

Хотя до конца 20-х гг. законодательство об уголовной ответственности несовершеннолетних неоднократно изменялось, однако принудительным и воспитательным мерам по-прежнему принадлежал приоритет перед мерами уголовного наказания.

Тенденция к усилению уголовной ответственности несовершеннолетних наметилась в начале 30-х гг. Особенно резко она обозначилась с принятием постановления ЦИК и СНК от 5 апреля 1935 г. "О мерах борьбы с преступностью несовершеннолетних"[296]. Этот закон значительно понизил возраст, по достижении которого стала возможна уголовная ответственность. Так, начиная с 12-летнего возраста, подлежали уголовной ответственности лица, виновные в совершении краж, причинении насилия, телесных повреждений, увечий, убийстве; ст. 8 Основных начал уголовного законодательства СССР и союзных республик, предоставлявшая право применять к несовершеннолетним меры медико-педагогического характера, была отменена. 31 мая 1935 г. было принято постановление СНК СССР и ЦК ВКП(б) "О мерах ликвидации детской беспризорности и безнадзорности", которым были ликвидированы комиссии по делам несовершеннолетних[297]. В указанных актах нашла отражение господствовавшая в то время ошибочная точка зрения о принуждении как универсальном средстве борьбы с преступностью.

Начавшаяся война создала новые проблемы в борьбе с преступностью несовершеннолетних. Несмотря на необходимость напряжения всех сил и сосредоточение всех ресурсов на нужды войны, Советское государство не жалело средств для спасения подрастающего поколения. Так, уже 23 января 1942 г. СНК СССР принял постановление "Об устройстве детей, оставшихся без родителей"[298], которым предусматривались создание при исполкомах местных Советов комиссий по устройству детей, оставшихся без родителей, расширение детских приемников-распределителей и детских домов, организация Суворовских училищ для детей, пострадавших от войны, и т.д. Все это способствовало тому, что в отличие от периода начала 20-х гг. беспризорность, а отсюда и преступность подростков не получили такого широкого распространения.

В первые послевоенные годы основными криминогенными условиями, как и в годы войны, были все те же беспризорность, безнадзорность подростков, а также тяжелое материальное положение страны. Вследствие этого к несовершеннолетним правонарушителям по-прежнему широко применялись воспитательные меры. Так, постановлением Пленума Верховного Суда СССР от 17 февраля 1948 г. "О применении Указов от 4 июня 1947 г. в отношении несовершеннолетних" судебным органам предлагалось в случае совершения хищения в незначительных размерах несовершеннолетними в возрасте от 12 до 16 лет ставить на обсуждение вопрос о прекращении дела в уголовном порядке за нецелесообразностью применения мер уголовного наказания и направлении обвиняемых в трудовые воспитательные колонии[299].

Новым этапом в развитии советского уголовного законодательства об ответственности несовершеннолетних явились Основы уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик, принятые Верховным Советом СССР 25 декабря 1958 г., и уголовные кодексы союзных республик, принятые в 1959-1961 гг. Существенным отличием нового законодательства было то, что на 2 года был повышен возраст, по достижении которого наступала уголовная ответственность. По общему правилу уголовной ответственности, согласно ст. 10 Основ, подлежали лица, которым до совершения преступления исполнилось 16 лет. За некоторые преступления ответственность наступала с 14 лет.

Кроме тех изъятий, которые были сделаны для несовершеннолетних при применении к ним положений Общей части уголовного права (неприменение ссылки, высылки; лишения свободы в виде заключения в тюрьме и др.), законодательство ориентировало правоохранительные органы на преимущественное применение мер воспитательного характера, а не уголовного наказания в случаях совершения преступления, не представляющего большой общественной опасности (ч. III и ч. IV ст. 10 УК РСФСР).

Уголовное законодательство 1958-1961 гг. регламентировало широкое привлечение общественности к работе по исправлению и перевоспитанию несовершеннолетних правонарушителей, а также предупреждению совершения ими преступлений. Так, п. 6 ст. 63 УК РСФСР в качестве одной из принудительных мер воспитательного характера предусматривал передачу несовершеннолетнего под наблюдение трудового коллектива, общественной организации или отдельному гражданину либо назначение общественного воспитателя в соответствии с Положением об общественных воспитателях несовершеннолетних.

Проявлением гуманизма уголовного права явилось принятие Указа Президиума Верховного Совета СССР от 15 февраля 1977 г. "О дополнении Основ уголовного законодательства Союза ССР и союзных республик статьей 39-1", предусмотревшей основания отсрочки исполнения приговора несовершеннолетнему[300]. Согласно этой статье "при назначении наказания несовершеннолетнему, впервые осуждаемому к лишению свободы до 3 лет, судом, с учетом характера и степени общественной опасности совершенного преступления, личности виновного и иных обстоятельств дела, а также возможности его исправления и перевоспитания без изоляции от общества, исполнение приговора к лишению свободы в отношении такого лица может быть отсрочено на срок от 6 месяцев до 2 лет"[301].

Завершением развития законодательства об уголовной ответственности несовершеннолетних явилось принятие в 1991 г. Основ уголовного законодательства Союза ССР и республик, которые впервые содержали специальный раздел "Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних". Идея сосредоточить в одном разделе нормы, регулирующие особенности ответственности несовершеннолетних, не нова[302].

Но ни в Основах 1958 г., ни в уголовных кодексах союзных республик 1959-1961 гг. такой раздел не был предусмотрен. Между тем уголовные кодексы стран Восточной Европы такие разделы предусматривали (например, гл. 6 УК Болгарии). Включение аналогичного раздела в Основы являлось реализацией высказанных в юридической литературе предложений, направленных на совершенствование уголовного законодательства и рекомендаций, изложенных в "Минимальных стандартных правилах Организации Объединенных Наций, касающихся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила)". Согласно п. 1.4 этих правил "правосудие в отношении несовершеннолетних должно являться составной частью процесса национального развития каждой страны в рамках всестороннего обеспечения социальной справедливости для всех несовершеннолетних, одновременно содействуя таким образом защите молодежи и поддержанию мирного порядка в обществе"[303].

Динамика преступности несовершеннолетних в последнее десятилетие характеризуется следующими данными. В 1987 г. несовершеннолетними было совершено 116 149 преступлений, коэффициент преступлений — 1510 (количество преступлений несовершеннолетних на 100 000 несовершеннолетних в возрасте 14-17 лет)[304]. К 1993 г. количество несовершеннолетних, совершивших преступления, увеличилось на 75,5% и составило 203 826 человек (коэффициент преступлений — 2636,6 (+74,6%). В 1996 г. произошло некоторое сокращение количества несовершеннолетних, совершивших преступления: было выявлено 192 199 человек (-5,7%), коэффициент преступлений — 2295,5 (-12,9%). Существенное сокращение числа преступлений отмечено в 1997 г. Было выявлено 161 978 несовершеннолетних, совершивших преступления (-15,7% к 1996 г.), коэффициент преступлений — 2030,2 (-11,6% к 1996 г.), в 1998 г. выявлено 164 787 несовершеннолетних, совершивших преступления (коэффициент — 20,29%)[305]. Сопоставление коэффициента преступлений несовершеннолетних с общим коэффициентом преступлений приводит исследователей к выводу, что "подростки продолжают составлять наиболее криминально активную часть населения"[306].

Совершаемые подростками преступления характеризуются, как и ранее, корыстно-насильственной направленностью. Как отмечает И.С.Кон, подростковая агрессия — чаще всего следствие общей озлобленности и пониженного самоуважения в результате пережитых жизненных неудач и несправедливостей (бросил отец, плохие отметки в школе, отчислили из спортсекции и т.п.). Изощренную жестокость нередко проявляют также жертвы авторитарного воспитания, физического подавления, не имевшие в детстве возможности свободно экспериментировать и отвечать за свои поступки; жестокость для них — своеобразный сплав мести, самоутверждения и одновременно самопроверки: меня все считают слабым, а я вот что смогу![307]

Анализируя направленность преступных посягательств несовершеннолетних в 1990-1996 гг., Г.И.Забрянский отмечает, что по действующему законодательству несовершеннолетние несут уголовную ответственность за совершение более 130 видов правонарушений. Четырнадцать из них составляют основной статистический массив, доля которого равна почти 95%, а доля трех преступлений (кража, грабеж и хулиганство) — свыше 75% реальной совокупности[308]. В 1997 г. структура совершенных подростками преступлений не претерпела существенных изменений и выглядела следующим образом: кража — 59,7%, грабеж — 8,1%, разбой — 2,3%, хулиганство — 6,2%, убийство и покушение на убийство — 0,6%, умышленное причинение тяжкого вреда здоровью — 0,9%, незаконное изготовление, хранение, перевозка либо сбыт наркотических либо психотропных веществ — 5,6%, вымогательство — 1,9%, иные преступления — 14,7%[309].

Несовершеннолетние, совершившие преступления в 1997 г., характеризуются следующими данными. Из 161 978 несовершеннолетних, совершивших преступления в 1997 г. (удельный вес 11,8%), к уголовной ответственности было привлечено 144 097 человек (89,0%), освобождено от уголовной ответственности 17 881 человек (11,0%), что в два с лишним раза меньше в сравнении с 1996 г., когда было освобождено 43 775 человек (22,8%). Объясняется такое уменьшение, очевидно, тем, что новый УК не предусмотрел таких, известных прежнему УК институтов освобождения от уголовной ответственности, как передача на поруки (ст. 52 УК РСФСР), передача дела в товарищеский суд (ст. 51), освобождение от уголовной ответственности с привлечением к административной ответственности (ст. 50.1). В 1997 г. в сравнении с 1996 г. уменьшилось на 25,2% количество несовершеннолетних женского пола, совершивших преступления (было — 17 351, стало — 12 970, однако удельный вес уменьшился лишь с 9,0 до 8,0%). Сократилось с 62 569 до 45 916, т.е. на 26,6% (удельный вес соответственно — 32,6% и 28,3%), количество подростков, совершивших преступления в возрасте 14-15 лет. Менее существенно (на 10,5%) уменьшилось количество несовершеннолетних, совершивших преступления в возрасте 16-17 лет: со 129 630 — до 116 062 человек (удельный вес соответственно 67,4% и 71,7%).

Как отмечается в печати, в настоящее время наиболее остро встает проблема совершения общественно опасных деяний детьми, не достигшими 14-летнего возраста. Только по Москве состоят на учете более 14 тысяч малолетних подростков, совершивших серьезные правонарушения[310].

В 1997 г. среди выявленных несовершеннолетних совершивших преступления, учащиеся и студенты составили 74 994 человека (46,3%), не имеющие постоянного источника дохода несовершеннолетние, достигшие шестнадцатилетнего возраста, — 47 712 человек (41,1% от общего количества лиц, совершивших преступления в возрасте 16-17 лет), 30 511 несовершеннолетних (18,8%), совершивших преступления в 1997 г., ранее также совершали преступления, 103 741 несовершеннолетний (64,0%) совершили преступления в группе. В 1997 г. в сравнении с 1996 г. уменьшилось с 50 423 до 37 237 человек (-26,2%) количество несовершеннолетних, совершивших преступления в состоянии алкогольного опьянения. Одновременно увеличилось с 1121 до 1321, т.е. на 17,8%, количество несовершеннолетних, совершивших преступления в состоянии наркотического и токсического опьянения[311].

§ 2. Общие положения

Принятый 24 мая 1996 г. УК Российской Федерации знаменует собой новый этап в уголовной политике в отношении несовершеннолетних. При разработке нового УК были учтены опыт применения прежнего законодательства в этой области, достижения советской науки уголовного права, уголовного законодательства других стран. В новом УК получили дальнейшее развитие принципы виновной ответственности, справедливости, гуманизма. Это проявилось в том, что, во-первых, расширены категории преступлений, за совершение которых возможно применение принудительных мер воспитательного воздействия вместо наказания; во-вторых, произошло дальнейшее смягчение некоторых видов наказания, применяемых к несовершеннолетним (в частности, таких наказаний, как исправительные работы, штраф; кроме того, сокращены сроки давности привлечения к уголовной ответственности, исполнения обвинительного приговора и сроки погашения судимости); в-третьих, в УК впервые указано о необходимости при назначении наказания несовершеннолетнему учитывать условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц.

В новый УК впервые включена глава 14 "Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних", воспринявшая в значительной мере положения соответствующего раздела Основ 1991 г. Сосредоточение всех относящихся к несовершеннолетним норм Общей части в одной главе дает возможность показать общие принципы уголовной ответственности этих лиц и привести в систему все нормы, которые регулируют уголовную ответственность несовершеннолетних.

Глава "Особенности уголовной ответственности и наказания несовершеннолетних" содержит общие положения, характеризующие особенности уголовной ответственности несовершеннолетних (ст. 87 УК), характеристику наказаний, применяемых к несовершеннолетним (ст. 88), условия освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания с применением принудительных мер воспитательного характера и характеристику этих мер (ст. 90-92), основания условно-досрочного освобождения от наказания (ст. 93), сроки давности привлечения к уголовной ответственности, исполнения обвинительного приговора и сроки погашения судимости (ст. 94-95). Заключительная ст. 96 (гл. 14) предоставляет суду право в исключительных случаях применять положения настоящей главы к лицам, совершившим преступления в возрасте от 18 до 20 лет.

В случае, если те или иные вопросы уголовной ответственности и наказания не предусмотрены главой 14 УК, следует руководствоваться положениями Общей части УК (например, ст. 80 УК, предусматривающая замену неотбытой части наказания более мягким видом наказания).

§ 3. Система и виды наказаний несовершеннолетних

Согласно ст. 88 УК к несовершеннолетним могут применяться следующие виды наказаний:

1) штраф;

2) лишение права заниматься определенной деятельностью;

3) обязательные работы;

4) исправительные работы;

5) арест;

6) лишение свободы на определенный срок.

С учетом того, что в настоящее время обязательные работы и арест не применяются, следует признать весьма ограниченным перечень мер наказания, предусмотренных УК в отношении несовершеннолетних, что противоречит упомянутым Минимальным стандартным правилам ООН, согласно п. 18.1 которых "в целях обеспечения большей гибкости и во избежание по возможности заключения в исправительные учреждения компетентный орган власти должен располагать при решении дела широким комплексом мер воздействия"[312].

Возрастные особенности несовершеннолетних, специфика совершаемых ими преступлений делают необходимым разработку таких мер наказания, в которых акценты смещаются с карательных на воспитательные и предупредительные аспекты. Невысокая эффективность лишения свободы побуждает избегать в отношении несовершеннолетних наказаний, связанных с изоляцией от общества, и предусматривать в законе наказания, с помощью которых несовершеннолетние отвлекались бы от криминогенной среды и приобщались к общественно полезному труду.

К несовершеннолетним не могут применяться такие наказания, как ограничение свободы, предусмотренное ст. 44 УК, лишение права занимать определенные должности; назначаемые только военнослужащим ограничение по военной службе и содержание в дисциплинарной воинской части. Неприменимы к несовершеннолетним и такие дополнительные наказания, как конфискация имущества и лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина. Как и ранее, к несовершеннолетним не могут применяться исключительная мера наказания — смертная казнь, а также пожизненное лишение свободы и лишение свободы, отбываемое в тюрьме.

Штраф. УК предусмотрены пониженные размеры штрафа в отношении несовершеннолетних Это наказание, являющееся денежным взысканием, налагаемым судом в случаях и пределах, установленных законом, применяется к несовершеннолетним, имеющим самостоятельный заработок или имущество, на которое может быть обращено взыскание, и назначается в размере от десяти до пятисот минимальных размеров оплаты труда или иного дохода несовершеннолетнего осужденного за период от двух недель до шести месяцев. В 1997 г. к штрафу было осуждено 1,8% из общего количества осужденных несовершеннолетних, в 1998 г. — 1,0%[313].

Лишение права заниматься определенной деятельностью. Глава 14 не содержит каких-либо особенностей при применении этого наказания к несовершеннолетним, вследствие чего на несовершеннолетних распространяются общие правила применения этого наказания. Согласно ст. 47 УК лишение права заниматься определенной деятельностью устанавливается на срок от одного года до 5 лет в качестве основного вида наказания и на срок от 6 месяцев до 3 лет в качестве дополнительного наказания. В качестве дополнительного вида это наказание может назначаться и тогда, когда оно не предусмотрено соответствующей статьей Особенной части УК. Применение этого наказания целесообразно с целью предупреждения совершения новых преступлений в тех случаях, когда совершенное несовершеннолетним преступление связано с выполняемой им деятельностью (например, управление транспортным средством, торговля и пр.).

Обязательные работы. Эта мера наказания в настоящее время не применяется и в соответствии с Федеральным законом от 13 июня 1996 г. положения УК, касающиеся этого наказания, будут введены в действие по мере создания необходимых условий для исполнения этого наказания[314]. Согласно ч. 3 ст. 88 УК обязательные работы заключаются в выполнении работ, посильных для несовершеннолетнего, и исполняются им в свободное от учебы или основной работы время.

Выполнение несовершеннолетним обязательных работ должно исполняться только в районе местожительства несовершеннолетнего и осуществляться с соблюдением норм трудового законодательства, согласно которому запрещается применение труда несовершеннолетних на тяжелых работах и на работах с вредными или опасными условиями труда, на подземных работах, а также на работах, выполнение которых может причинить вред их нравственному развитию (в игорном бизнесе, ночных кабаре и клубах, в производстве, перевозке и торговле спиртными напитками, табачными изделиями, наркотическими и токсическими препаратами), запрещается переноска и передвижение несовершеннолетним тяжестей, превышающих установленные для них предельные нормы (ст. 175 КЗоТ РФ). Несовершеннолетних запрещается также привлекать к ночным и сверхурочным работам и к работам в выходные дни (ст. 177 КЗоТ РФ).

Обязательные работы могут назначаться несовершеннолетним на срок от 40 до 160 часов. Лицам в возрасте до 15 лет продолжительность обязательных работ не должна превышать двух часов в день, а лицам в возрасте от 15 до 16 лет — 3 часов в день.

Исправительные работы. Исправительные работы, применяемые к несовершеннолетним, отличаются от этого наказания в отношении взрослых. Максимальный срок исправительных работ, на который может быть осужден несовершеннолетний, один год, а не два года, как это предусмотрено в отношении взрослого. Минимальный срок исправительных работ для несовершеннолетних такой же, как для взрослых — два месяца.

При применении исправительных работ, так же как при применении штрафа, следует тщательно оценивать материальное положение осужденного, имея в виду, что ухудшение этих условий может оказать отрицательное влияние на перевоспитание подростка. С учетом того, что УК РФ оставил отбывание исправительных работ только по месту работы (ст. 50), а согласно ст. 173 Кодекса законов о труде РФ на работу не могут быть приняты лица моложе 15 лет, к исправительным работам могут быть осуждены лишь подростки, достигшие 15-летнего возраста. При этом в отношении них, естественно, должны соблюдаться все нормы, регулирующие особенности труда несовершеннолетних, предусмотренные КЗоТом (гл. XII "Труд молодежи"). Исправительные работы не применяются к несовершеннолетним учащимся. В последние годы применение исправительных работ к несовершеннолетним уменьшается. Так, если в 1993 г. к исправительным работам было осуждено 3,2% из общего количества осужденных несовершеннолетних, то в 1997 г. — лишь 0,7%, в 1998 г. — 0,3%"[315].

Арест. УК предусматривает такой новый вид наказания, как арест. Неэффективность кратких сроков лишения свободы (1-2 года) отмечается давно. Наказанием, призванным заменить неэффективное краткосрочное лишение свободы, является арест, который состоит в содержании лица в условиях строгой изоляции и может быть назначен несовершеннолетнему на срок от одного до четырех месяцев[316]. Арест может назначаться только несовершеннолетним, достигшим к моменту вынесения приговора шестнадцатилетнего возраста (ч. 5 ст. 88 УК). Как и обязательные работы, арест в настоящее время как мера наказания не применяется.

Лишение свободы. К несовершеннолетним возможно применение лишения свободы. При осуждении несовершеннолетнего к лишению свободы это наказание не может превышать 10 лет и отбывается в воспитательных колониях (ч. 6 ст. 88). Минимальный срок лишения свободы в отношении несовершеннолетних, как и в отношении взрослых, шесть месяцев. В "Правилах Организации Объединенных Наций, касающихся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы", указывается, что "заключение несовершеннолетнего в исправительное учреждение должно всегда применяться в качестве крайней меры и в течение минимально необходимого периода времени"[317].

Наказание в виде лишения свободы несовершеннолетние отбывают отдельно от взрослых в воспитательных колониях. В отличие от взрослых лицам, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте, не может быть назначено отбывание лишения свободы в тюрьме (ч. 2 ст. 58 УК).

В УК РФ впервые включено положение, согласно которому суд может дать указание органу, исполняющему наказание, об учете при проведении воспитательной работы особенностей личности несовершеннолетнего осужденного (ч. 7 ст. 88).

Представляется несостоятельным мнение некоторых комментаторов Уголовного кодекса о том, что предоставленное суду частью 2 ст. 69 право определять меру наказания по совокупности преступлений, если хотя бы одно из них является преступлением средней тяжести, тяжкий или особо тяжким, путем частичного или полного сложения наказаний до 25 лет, а по совокупности приговоров в соответствии с ч. 3 ст. 70 до 30 лет лишения свободы, распространяются также на несовершеннолетних. Такое расширительное толкование закона, во-первых, противоречит тенденции гуманизации ответственности и наказания несовершеннолетних как в сравнении с УК РСФСР, так и в сравнении с ответственностью и наказанием взрослых по УК РФ, и, во-вторых, лишило бы всякого смысла предусмотренное ч. 6 ст. 88 УК ограничение в отношении несовершеннолетних наказания в виде лишения свободы десятью годами, в отличие от взрослых, максимальное наказание в отношении которых по общему правилу предусмотрено в виде 20 лет лишения свободы. Г.М.Миньковский обоснованно предлагал разрешить этот вопрос законодательно[318].

Осужденные, достигшие возраста 18 лет, по общему правилу, остаются отбывать наказание в воспитательной колонии, но не более чем до достижения ими возраста 21 года (ч. 1 ст. 139 УИК РФ). Лишь отрицательно характеризующиеся осужденные, достигшие 18-летнего возраста, переводятся для дальнейшего отбывания из воспитательной колонии в исправительную колонию общего режима (ч. 1 ст. 140 УИК РФ). При этом если оставление осужденных, достигших возраста 18 лет, в воспитательной колонии производится согласно ч. 3 ст. 139 УИК РФ по постановлению начальника воспитательной колонии, санкционированному прокурором, то перевод в исправительную колонию осужденного, достигшего 18 лет, возможен в соответствии с ч. 2 ст. 140 УИК РФ лишь по решению суда.

В последние годы применение такого строгого наказания, как лишение свободы, снизилось: если в 60-70-е гг. оно применялось в 55-60% случаев, то в 1997 г. это наказание составило в отношении несовершеннолетних — 24,2%, а в 1998 г. — 25,0%[319].

Как уже отмечалось, в 1977 г. был введен институт отсрочки исполнения приговора несовершеннолетнему (ст. 46.1 УК РСФСР 1960 г.). Несмотря на то, что с 1982 г. отсрочка перестала быть привилегией несовершеннолетних, применение ее к несовершеннолетним получило еще большее распространение, особенно в последние годы перед принятием нового УК. Так, если в 1977 г. она была применена в отношении 18,0% осужденных несовершеннолетних, в 1982 г. — в отношении 32,1%, то в 1996 г. — в отношении 40,5%.

Достаточно широко в судебной практике применяется в отношении несовершеннолетних также условное осуждение — в 1996 г. в 29,9% случаев.

УК РФ предусмотрел лишь условное осуждение, объединив предусмотренные ранее последствия осуждения лица к условному наказанию и применения отсрочки исполнения приговора в один институт. В 1997 г. условное осуждение было применено к 73,3%, а в 1998 г. — 73,8% осужденных несовершеннолетних, что примерно равно доли несовершеннолетних, ранее осуждаемых с отсрочкой исполнения приговора и к условному наказанию[320].

Отличие применения этого института в отношении несовершеннолетних заключается в том, что условное осуждение возможно только при осуждении несовершеннолетних к применяемым к ним "к лишению свободы и исправительным работам, а также в том, что контроль за поведением осужденного в этих случаях осуществляется наряду с органами внутренних дел также комиссиями по делам несовершеннолетних.

§ 4. Назначение наказания несовершеннолетним

Уголовная ответственность несовершеннолетних основывается на общих принципах борьбы с преступностью: законности, равенства граждан перед законом, виновной ответственности, справедливости и гуманизма. Однако эти принципы применительно к несовершеннолетним имеют специфику, которая определяется тем, что наказание в отношении несовершеннолетних в особой степени должно быть подчинено цели исправления виновных и предупреждения совершения новых преступлений[321]. Это особенно актуально в настоящее время с учетом обнищания значительной части населения и связанного с этим ухудшения условий жизни и воспитания несовершеннолетних, растущей беспризорности подростков, ослабления общественного контроля за поведением несовершеннолетних.

Назначая наказание несовершеннолетнему, суд должен учитывать уровень его психического развития, иные особенности личности несовершеннолетнего, а также влияние на него старших по возрасту лиц (ч. 1 ст. 89 УК). Указанные обстоятельства принимаются во внимание не только при индивидуализации наказания, но и при индивидуализации ответственности. Правильно квалифицировав преступление, что является важнейшей предпосылкой индивидуализации ответственности, необходимо решить, какую форму реагирования следует избрать в качестве правового последствия этого преступления: 1) уголовную ответственность, вид и размер наказания либо принудительные меры воспитательного характера, назначаемые судом взамен наказания (ст. 92 УК), или 2) освобождение от уголовной ответственности с назначением принудительных мер воспитательного воздействия (ст. 90 УК).

Индивидуализируя наказание несовершеннолетних, суды должны отдавать предпочтение наказаниям, не связанным с лишением свободы. К несовершеннолетним имеет преимущественное отношение положение ч. 1 ст. 60 УК РФ о том, что "Более строгий вид наказания из числа предусмотренных за совершенное преступление назначается только в случае, если менее строгий вид наказания не сможет обеспечить достижение целей наказания"[322]. Между тем все еще имеются случаи назначения несоразмерно строгих мер наказания, прежде всего в виде лишения свободы. Так, суд за участие в угоне автомашины без цели хищения осудил к 3 годам лишения свободы несовершеннолетнего П., который учился в школе, преступление совершил впервые, по месту учебы характеризуется положительно, проживал вместе с родителями.

Как указано в ст. 60 УК, суд, назначая наказание, учитывает характер и степень общественной опасности преступления и личность виновного, в том числе обстоятельства, смягчающие и отягчающие наказание, а также влияние назначенного наказания на исправление осужденного и на условия жизни его семьи. Положения ст. 60 УК применительно к несовершеннолетним имеют особенность. Согласно п. 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N 40 "О практике назначения судами уголовного наказания" характер общественной опасности преступления в первую очередь зависит от объекта преступления, а также от формы вины и отнесения Уголовным кодексом преступного деяния к соответствующей категории преступлений (статья 15 УК РФ)[323]. Однако при совершении преступления несовершеннолетним следует выяснить, насколько подросток осознавал ценность объекта. Несовершеннолетние не всегда могут полно и правильно осознавать многообразные и сложные стороны и элементы общественных отношений, охраняемых законом; нередко, по их представлению, они посягают на менее ценный объект в сравнении с его действительной значимостью.

Касаясь различных форм вины, следует иметь в виду, что даже в умышленных преступлениях умысел может быть различным по степени осознанности виновным своих действий, степени предвидения последствий, времени возникновения умысла (прямой и косвенный, заранее обдуманный и внезапно возникший и т.д.). В преступлениях, совершенных подростками, в большинстве случаев умысел беднее по содержанию, чем у взрослых.

Еще сложнее дать оценку субъективной стороны неосторожного преступления, совершенного подростком[324]. Так, при совершении преступления по легкомыслию несовершеннолетнему бывает затруднительно предвидеть абстрактную возможность наступления общественно опасных последствий, а если он ее и предвидит, то нередко, преувеличивая свои возможности, самонадеянно рассчитывает на то, что ему удастся предотвратить наступление этих последствий, однако расчет оказывается несостоятельным. Аналогично и в преступлениях, совершенных подростками по небрежности, довольно часто слабо бывает выражен субъективный критерий, т.е. способность подростка по своим индивидуальным качествам (незавершенность интеллектуального развития, особенности психики, недостаточность жизненного опыта, незаконченность образования и т.д.) предвидеть наступление общественно опасного последствия.

При определении характера и степени общественной опасности преступления, совершенного подростком, большое значение имеют мотив и цель преступления. В мотивации преступного поведения отражаются, как отмечают Г.М.Миньковский и А.П.Тузов, с одной стороны, условия нравственного формирования личности и ее социально-психологические особенности, а с другой — криминогенные элементы конкретной жизненной ситуации. Изменения, происходящие в сфере мотивации несовершеннолетних, обусловлены прежде всего изменениями условий их образа жизни и деятельности[325].

В.Я.Рыбальская также отмечает, что преступность несовершеннолетних наиболее остро реагирует на изменения социально-экономических условий в стране, которые произошли в течение последних лет. Они связаны с новыми социальными характеристиками жизни, обучения и трудоустройства подростков, отразились на возможностях получения образования, организации и степени доступности досуга[326].

Вместе с тем при назначении наказания несовершеннолетним следует иметь в виду, что нередко даже по преступлениям, обязательным признаком которых являются низменные побуждения, доминирующими мотивами поведения подростка являются не низменные, а иные побуждения. Так, кражи, грабежи, разбойные нападения иногда мотивируются у подростков корыстными побуждениями в сочетании с мотивами озорства, стремлением утвердить себя в группе, желанием заполнить свободное время. Хулиганские действия, изнасилование подчас связаны со стремлением не отстать от товарищей, выглядеть взрослым, смелым, самостоятельным и т.д.

Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. N 40 "степень общественной опасности преступления определяется обстоятельствами содеянного (например, степенью осуществления преступного намерения, способом совершения преступления, размером вреда или тяжестью наступивших последствий, ролью подсудимого при совершении преступления в соучастии)"[327].

Если совершению преступления несовершеннолетним предшествовало неправомерное или провоцирующее поведение взрослых лиц, в том числе признанных потерпевшими по делу, суд, как указано в постановлении Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г., вправе признать это обстоятельство смягчающим наказание виновному. Кроме того, Пленум обратил внимание также на то, что судам следует учитывать, что согласно п. "е" ч. 1 ст. 61 УК РФ к обстоятельствам, смягчающим наказание, относится совершение преступления в результате физического или психического принуждения, не исключающего преступность деяния, либо в силу материальной, служебной или иной зависимости несовершеннолетнего, в связи с чем при выяснении факта вовлечения его в совершение преступления взрослыми следует решать вопрос о характере примененного в отношении несовершеннолетнего физического или психического принуждения[328]. По данным криминологических исследований, более трети преступлений (около 38%) подростки совершают под непосредственным влиянием взрослых[329].

Значительно понизить степень общественной опасности совершенного подростком преступления может второстепенная роль виновного в преступлении. Велико значение личностных данных в индивидуализации ответственности и наказания несовершеннолетнего. Основными элементами, характеризующими личность подростка, совершившего преступление, являются возраст, образование, семейное положение; психические особенности; потребности и интересы, отношение к нормам права и морали, отношение к родителям, к учебе или к своим обязанностям по работе, связь с антиобщественными элементами и пр.

Указание на необходимость учета личности виновного, предусмотренное общими началами назначения наказания, применительно к подросткам конкретизируется тем, что несовершеннолетие является обстоятельством, смягчающим наказание (п. "б" ч. 1 ст. 61 УК). Юридическая природа несовершеннолетия в качестве обстоятельства, смягчающего наказание, заключается как в том, что подросток нередко не представляет себе ни общественной значимости своих действий и их возможных результатов, ни тех последствий, которые могут наступить лично для него вследствие совершения преступления, так и в том, что в силу возрастных особенностей, с одной стороны, несовершеннолетние более чувствительны в сравнении со взрослыми к связанным с наказанием лишениям, ограничениям, а с другой стороны, подростки значительно легче поддаются исправительному воздействию, и потому применять к ним суровые меры наказания в большинстве случаев нецелесообразно. Возрастные и психологические особенности личности несовершеннолетнего правонарушителя, как отмечает Г.С.Гаверов, должны учитываться в связи с характером и степенью общественной опасности совершенного преступления[330].

Относительно учета смягчающих и отягчающих наказание обстоятельств необходимо прежде всего иметь в виду, что при уголовно-правовой оценке преступления несовершеннолетнего каждое смягчающее обстоятельство уменьшает наказание виновного больше, а каждое отягчающее обстоятельство повышает наказание меньше, чем это имеет место при аналогичных условиях по делам взрослых. Объясняется это тем, что в каждом деле подростка любое из смягчающих обстоятельств — уже совокупность минимум двух смягчающих факторов, где второй — несовершеннолетие[331].

По преступлениям, совершаемым подростками, чаще других встречаются такие смягчающие наказание обстоятельства, как чистосердечное раскаяние и активное способствование раскрытию преступления, совершение преступления вследствие стечения тяжелых жизненных обстоятельств; совершение преступления под влиянием угрозы или принуждения либо в силу материальной, служебной или иной зависимости. Последнее бывает, когда подростка вовлекают в преступную деятельность родители либо лица, их заменяющие, или непосредственные руководители по работе, например, бригадиры. Как и в отношении взрослых, суд вправе признать смягчающими и обстоятельства, не указанные в законе (ст. 61 УК РФ). В приговорах по делам несовершеннолетних нередко делаются ссылки на такие смягчающие обстоятельства, как наличие взрослых подстрекателей, совершение преступления под влиянием других лиц, второстепенная роль в совершенном преступлении и т.п.

При индивидуализации наказания несовершеннолетних следует очень осторожно подходить к оценке отягчающих наказание обстоятельств. Так, относительно совершения подростками преступления в группе, являющейся отягчающим наказание обстоятельством, Г.М.Миньковский и А.П.Тузов обоснованно пишут, что это и понятно, так как совместно совершаемые правонарушения — одна из форм реализации характерного для подростков стремления к общению и подчинению нормам группового поведения. Но преобладающая часть групп несовершеннолетних преступников либо не имеет четких признаков внутренней организации (скорее, речь идет о действии "скопом"), либо организуется для совершения одного преступления[332]. Очевидно, участие несовершеннолетнего в преступлении, совершенном группой лиц по предварительному сговору либо организованной группой, не следует, как правило, рассматривать в качестве отягчающего наказание обстоятельства в случае, когда подросток вовлечен в преступление взрослыми и принял незначительное участие в преступлении[333].

Суды не должны оставлять без внимания случаи, когда совершивший преступление подросток болен наркоманией или алкоголизмом. Статья 97 УК предоставляет суду право в отношении несовершеннолетнего, больного алкоголизмом или наркоманией, в случае совершения преступления наряду с наказанием применять принудительные меры медицинского характера.

Как уже отмечалось, при назначении наказания несовершеннолетнему необходимо учитывать не только указанные в ст. 61 УК смягчающие наказание обстоятельства, но и условия его жизни и воспитания, уровень психического развития, иные особенности личности, а также влияние на него старших по возрасту лиц (ч. 1 ст. 89 УК). Уголовно-процессуальное законодательство (ст. 392 УПК РСФСР) также предписывает при производстве предварительного следствия и судебного разбирательства обращать особое внимание на выяснение следующих обстоятельств:

1) возраст несовершеннолетнего (число, месяц, год рождения);

2) условия жизни и воспитания;

3) причины и условия, способствовавшие совершению преступления несовершеннолетним;

4) наличие взрослых подстрекателей или иных соучастников.

Возраст 14-17 лет — достаточно длительный период, 14-летний подросток по своему развитию существенно отличается от 17-летнего. В ходе предварительного расследования и в суде должны быть приняты меры для установления точного возраста несовершеннолетнего. Это необходимо как для того, чтобы решить вопрос, отвечает ли несовершеннолетний требованиям субъекта преступления, так и для того, чтобы при индивидуализации ответственности и наказания был учтен не только сам факт несовершеннолетия виновного, но и то, в каком именно возрасте им совершено преступление.

Большое значение имеет установление способности подростка в полной мере осознавать значение своих действий и руководить ими. Согласно постановлению Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. "при наличии данных, свидетельствующих об умственной отсталости несовершеннолетнего подсудимого, в силу статей 78 и 79 УПК РСФСР назначается судебная комплексная психолого-психиатрическая экспертиза для решения вопроса о наличии или отсутствии у несовершеннолетнего отставания в психическом развитии.

Указанные вопросы могут быть поставлены перед экспертом-психологом, при этом в обязательном порядке должен быть поставлен вопрос о степени умственной отсталости несовершеннолетнего, интеллектуальное развитие которого не соответствует его возрасту"[334].

В УК РФ появилось новое положение, согласно которому если несовершеннолетний достиг возраста, по достижении которого возможна уголовная ответственность, но вследствие отставания в психическом развитии, не связанном с психическим расстройством, во время совершения общественно опасного деяния не мог в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими, он не подлежит уголовной ответственности (ч. 3 ст. 20)[335].

Устанавливая условия жизни и воспитания, следует выяснить обстоятельства, связанные с наличием у подростка родителей, с выполнением родителями или лицами, их заменяющими, обязанностей по воспитанию подростка, его бытовое окружение и пр. Судебная практика показывает, что одним из криминогенных факторов является проживание подростков в неполных семьях. В 1998 г. из общего числа подростков, совершивших преступления, 38,9% проживали в семье с одним родителем, а 5,3% проживали вне семьи[336]. Относительно роли семьи в воспитании детей А.Б.Сахаров обоснованно отмечал, что семья — главная педагогическая арена, а родители — основные воспитатели, призванные внести необходимые педагогические коррективы в жизненные восприятия своих детей, помочь утверждению у них подлинно общественных взглядов и навыков поведения[337]. Наиболее трагично положение беспризорных детей. В настоящее время в России насчитывается два миллиона беспризорных подростков. Такое же их количество было в 1918 г. Но если тогда это стало важной проблемой для молодого государства, то сейчас, как отмечается в печати, детская тема остается в стороне[338].

Плохие условия жизни и воспитания подростка, беспризорность, так же, как и влияние взрослых, вовлекших подростка в совершение преступления, могут только смягчить его ответственность. Иначе суд решил по делу К., который был признан виновным в совершении кражи по предварительному сговору с другими лицами. Суд в обоснование наказания в виде лишения свободы указал в приговоре, что в семье нет условий для воспитания К.; мать больна, инвалид II группы, имеет кроме К. еще двух малолетних детей, воспитанию К. внимания не уделяет, отец отбывает наказание в виде лишения свободы. К. попал под влияние взрослых, ранее отбывавших наказание, с которыми совершил преступление И, оставаясь на свободе, может опять оказаться в том же окружении и совершить новое преступление. Кассационная инстанция, указав народному суду частным определением на неправильную оценку смягчающего наказание обстоятельства, применил к К. вместо наказания принудительную меру воспитательного воздействия, поместив К. в специальное профессионально-техническое училище.

Наряду с назначением необоснованно суровых мер наказания несовершеннолетним суды допускают назначение и неоправданно мягких мер наказания, не соответствующих тяжести совершенных преступлений и личности виновных, вследствие чего у несовершеннолетних возникает чувство безнаказанности за совершенное преступление.

§ 5. Освобождение несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания

Пленум Верховного Суда РФ в п. 12 постановления от 14 февраля 2000 г. обратил внимание судов на необходимость более тщательно изучать возможности применения к несовершеннолетним различных видов освобождения от уголовной ответственности: ст. 75 УК — в связи с деятельным раскаянием, ст. 76 — в связи с примирением с потерпевшим; ст. 77 — в связи с изменением обстановки. Кроме того, Пленум указал судам на недопустимость случаев применения уголовного наказания к несовершеннолетним, впервые совершившим преступления, не представляющие большой общественной опасности, если их исправление и перевоспитание может быть достигнуто путем применения принудительных мер воспитательного воздействия, предусмотренных ст. 90 УК (п. 13)[339].

Новый УК предусматривает освобождение несовершеннолетних как от уголовной ответственности, так и от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия (в дальнейшем — принудительных мер). Согласно ст. 90 УК предпосылками освобождения от уголовной ответственности являются:

1) недостижение лицом 18-летнего возраста;

2) совершение впервые преступления небольшой или средней тяжести;

3) возможность исправления лица путем применения принудительных мер воспитательного воздействия.

Освобождение несовершеннолетнего от уголовной ответственности с применением принудительных мер возможно как в ходе предварительного расследования, так и в результате судебного рассмотрения дела. Из предпосылок освобождения несовершеннолетних от уголовной ответственности видно, что новый УК предоставил органам предварительного расследования и суду более широкие права, чем были ранее: несовершеннолетний может быть освобожден не только за преступление небольшой, но и средней тяжести.

Принудительные меры воспитательного воздействия. По своему содержанию эти меры являются воспитательными. Преследуя цель исправления несовершеннолетнего, суд при применении принудительных мер воздействует на подростка прежде всего путем убеждения, доведения до его сознания понимания недопустимости совершения преступлений. Вместе с тем применяемые судом меры носят принудительный характер. Это выражается в том, что принудительные меры назначаются независимо от желания или согласия несовершеннолетнего либо его законного представителя. Исполнение этих мер обеспечивается силой государственной власти. Таким образом, принудительные меры воспитательного воздействия являются воспитательными по своему содержанию и принудительными по характеру исполнения.

Принудительные меры разнообразны по своему содержанию. Каждая мера обладает спецификой воспитательного воздействия на несовершеннолетнего правонарушителя. Статья 90 УК предусматривает следующие принудительные меры воспитательного воздействия:

1. Предупреждение (ч. 1 ст. 91 УК). Эта мера заключается в разъяснении несовершеннолетнему вреда, причиненного его деянием, и последствий повторного совершения преступления. Предупреждение рассчитано на разовое действие и имеет целью помочь несовершеннолетнему правонарушителю осознать неправильность своего поведения и необходимость в дальнейшем добровольно и сознательно соблюдать установленный порядок и правила общежития.

2. Передача несовершеннолетнего под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа (ч. 2 ст. 91 УК). Эта мера заключается в возложении на родителей или лиц, их заменяющих, либо на специализированный государственный орган обязанности по воспитательному воздействию на несовершеннолетнего и контролю за его поведением. Передача под надзор предполагает указание органа, применившего данную меру, лицам или соответствующему государственному органу о необходимости тщательного и систематического контроля за поведением подростка, устранения условий, способствующих антиобщественному поведению и т.д. Эта мера целесообразна, если родители или лица, их заменяющие, способны оказать на несовершеннолетнего положительное воздействие. Несмотря на то, что закон не требует согласия родителей или лиц, их заменяющих, на передачу им несовершеннолетнего под надзор, такое согласие судом все же должно быть получено[340].

3. Возложение обязанности загладить причиненный вред (ч. 3 ст. 91 УК). Эта мера понуждает подростка к деятельному заглаживанию причиненного вреда. Она заключается в возложении на несовершеннолетнего обязанности компенсации причиненного вреда (денежная компенсация, передача предмета, аналогичного утраченному, устранение вреда своим трудом). Применение этой меры возможно только в отношении подростков, достигших 15-летнего возраста. В случае избрания принудительной меры, заключающейся в заглаживании причиненного вреда своим трудом, необходимо наличие у подростка соответствующих трудовых навыков. При назначении в качестве принудительной меры обязанности возместить причиненный ущерб несовершеннолетний должен иметь самостоятельный заработок либо получать стипендию.

УК РФ, в отличие от ч. 4 ст. 63 УК РСФСР, не ограничивает размер вреда, заглаживание которого можно возложить на несовершеннолетнего. В литературе высказано обоснованное мнение о том, что в этих случаях целесообразно исходить из половины минимального размера оплаты труда, на которую ориентируются комиссии по делам несовершеннолетних, руководствуясь Законом РСФСР от 25 февраля 1993 г. "О внесении изменений в Положение о комиссиях по делам несовершеннолетних"[341].

4. Ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего. УК наиболее подробно характеризует эту новую принудительную меру. Согласно ч. 4 ст. 91 УК указанная мера может предусматривать запрет посещения определенных мест, использования определенных форм досуга, в том числе связанных с управлением механическим транспортным средством, ограничение пребывания вне дома после определенного времени суток, выезда в другие местности без разрешения специализированного государственного органа. На несовершеннолетнего может быть также возложена обязанность возвратиться в образовательное учреждение либо трудоустроиться с помощью специализированного государственного органа. Этот перечень не является исчерпывающим, и орган, применивший принудительную меру, может возложить на несовершеннолетнего и иные обязанности.

В некоторых случаях целесообразно назначение несовершеннолетнему не одной, а нескольких различных по содержанию принудительных мер (ч. 3 ст. 90 УК). Например, допустимо одновременное назначение таких мер, как предупреждение, возложение обязанности загладить причиненный вред и запрет посещения определенных мест.

Продолжительность применения таких принудительных мер, как передача под надзор родителей или лиц, их заменяющих, либо специализированного государственного органа, ограничение досуга и установление особых требований к поведению несовершеннолетнего, определяется органом, назначающим эти меры.

В случае, если несовершеннолетний систематически не исполняет принудительную меру воспитательного воздействия, эта мера по представлению специализированного государственного органа может быть отменена и материалы направлены для привлечения несовершеннолетнего к уголовной ответственности (ч. 4 ст. 90 УК). Под систематическим неисполнением понимается неисполнение несовершеннолетним принудительных мер более двух раз.

Наряду с освобождением несовершеннолетних от уголовной ответственности УК РФ предусматривает возможность освобождения несовершеннолетних от наказания. Такое право при совершении подростком преступления небольшой или средней тяжести предоставлено суду. При этом суд применяет к несовершеннолетнему те же принудительные меры, что и при освобождении несовершеннолетнего от уголовной ответственности (п. 1 ст. 92 УК). Кроме того, суду предоставлено право при осуждении за преступление средней тяжести освободить несовершеннолетнего от наказания, если суд придет к выводу, что цели наказания могут быть достигнуты только путем помещения подростка в специальное воспитательное или лечебно-воспитательное учреждение для несовершеннолетних (ч. 2 ст. 92). В отличие от прежнего УК суд устанавливает срок пребывания подростка в указанном учреждении, однако этот срок не может превышать максимального срока наказания, предусмотренного УК РФ за преступление, совершенное несовершеннолетним.

Если по заключению специализированного государственного органа, обеспечивающего исправление, будет признано, что несовершеннолетний для своего исправления не нуждается в дальнейшем пребывании в специальном учреждении, применение данной меры может быть прекращено. Вместе с тем в случае необходимости завершить несовершеннолетним общеобразовательную или профессиональную подготовку возможно продление пребывания несовершеннолетнего в специальном учреждении после истечения срока, установленного судом.

Помещение подростка в специальное воспитательное или лечебно-воспитательное учреждение для несовершеннолетних, связанное с изъятием несовершеннолетнего из семьи и помещением в условия специального режима, является наиболее строгой мерой при освобождении несовершеннолетнего от наказания. Вместе с тем помещение в эти учреждения не является наказанием, так как:

1) применяется в порядке замены наказания;

2) не содержится в системе видов наказания;

3) сроки пребывания в этих учреждениях не определяются судом[342];

4) не влечет судимости.

Специальными лечебно-воспитательными учреждениями являются специальные (вспомогательные) школы-интернаты и лечебные учреждения для умственно отсталых детей, либо для детей, перенесших тяжелые заболевания, которые отразились на их развитии, либо для детей, страдающих общими физическими или психическими недостатками. Эти своеобразные, свойственные только данной принудительной мере условия должны быть либо очевидны, либо установлены медицинским заключением. При этом обязательными остаются и остальные предпосылки применения ст. 90 УК РФ, в том числе и признание подростка виновным в совершении преступления.

Воспитательными учреждениями для подростков являются детские дома и школы-интернаты. Принудительное помещение в эти учреждения подростка, совершившего преступление небольшой или средней тяжести, применяется, если семейные условия не обеспечивают его правильного развития и воспитания и вместе с тем возможно пребывание несовершеннолетнего в обычном детском коллективе.

Самой строгой принудительной мерой является помещение несовершеннолетнего в специальное учебно-воспитательное учреждение. Таким учреждением является специальное профессионально-техническое училище, в которое помещаются несовершеннолетние правонарушители, нуждающиеся в особых условиях воспитания и строгом педагогическом режиме. Образовательная, воспитательная и хозяйственно-экономическая деятельность СПТУ регулируется "Типовым положением о специальном учебно-воспитательном учреждении для детей и подростков с девиантным поведением"[343]. Воспитательная работа в СПТУ сочетает общее политехническое обучение с производительным трудом. Несовершеннолетние правонарушители в этих воспитательных учреждениях должны не только повышать свой общеобразовательный и культурный уровень по программе обычных школ, но и приобретать или повышать свою профессиональную квалификацию в объеме училищ системы профессионально-технического обучения. Проведение воспитательной работы в этих училищах предполагает также осуществление целого комплекса трудового, нравственного, эстетического и физического воспитания несовершеннолетних с учетом специфических особенностей отдельных категорий правонарушителей.

В случае, если вследствие систематического неисполнения несовершеннолетним принудительной меры назначенная в соответствии с ч. 2 ст. 92 УК мера отменяется и назначается наказание в виде лишения свободы, срок пребывания подростка в специальном воспитательном или лечебно-воспитательном учреждении не засчитывается в срок отбывания наказания.

В 1999 г. в отношении 22% подростков судами были применены принудительные меры воспитательного воздействия[344]. Вместе с тем в 1995 г. в стране было лишь 15 специальных профессионально-технических училищ и 32 специальные школы, в которые помещались подростки в возрасте до 14 лет, нуждающиеся в особых условиях воспитания. По оценке специалистов, только 9% подростков, нуждающихся в особых условиях воспитания, могут быть направлены в специальные учебно-воспитательные учреждения. Недоступность для данной категории несовершеннолетних таких учреждений способствует повышению их криминальной активности. Только в 1995 и 1996 гг. за период ожидания путевок для направления в специальные учебно-воспитательные учреждения подростками было совершено 2085 преступлений[345].

Освобождение несовершеннолетнего от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия должно осуществляться таким образом, чтобы у подростка не возникло чувство безнаказанности за совершенное преступление.

Органы правосудия в обоснование решения о применении указанных институтов ссылаются на такие обстоятельства, как совершение подростком преступления впервые, признание себя виновным и чистосердечное раскаяние, положительная характеристика, ненормальные условия в семье, неблагоприятное окружение, второстепенная роль подростка в преступлении и др.

§ 6. Условно-досрочное освобождение несовершеннолетних от отбывания наказания и замена наказания более мягким

Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания (ст. 93 УК). Минимальные стандартные правила ООН, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних, рекомендуют условное освобождение несовершеннолетних из исправительных учреждений применять в возможно более широких масштабах и в возможно более ранние сроки[346]. При принятии УК РФ 1996 г. в отношении лиц, совершивших преступление в несовершеннолетнем возрасте, были предусмотрены более краткие сроки наказания по сравнению со сроками, предусмотренными в отношении взрослых, по отбытии которых возможно условно-досрочное освобождение.

Однако Федеральным законом "О внесении изменений и дополнений в Уголовный кодекс РФ, Уголовно-процессуальный кодекс РСФСР, Уголовно-исполнительный кодекс РФ и другие законодательные акты Российской Федерации" от 9 марта 2001 г. в ст. 79 УК, предусматривающую основание условно-досрочного освобождения взрослых, были внесены изменения, в соответствии с которыми условно-досрочное освобождение взрослых стало возможным при фактическом отбытии ими такой же части наказания, что и лицами, совершившими преступление в несовершеннолетнем возрасте: в зависимости от категории преступления — 1/3, 1/2, 2/3 срока наказания.

Представляется, что при таких изменениях оснований условно-досрочного освобождения взрослых было бы справедливо также понизить сроки наказания, по отбытии которых возможно условно-досрочное освобождение лиц, совершивших преступление в несовершеннолетнем возрасте.

Согласно ст. 93 УК РФ к лицам, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте, осужденным к исправительным работам или лишению свободы, условно-досрочное освобождение от отбывания наказания может быть применено после фактического отбытия: а) не менее одной трети срока наказания, назначенного судом за преступление небольшой или средней тяжести; б) не менее половины срока наказания, назначенного судом за тяжкое преступление; в) не менее двух третей срока наказания, назначенного судом за особо тяжкое преступление[347].

В случае, если несовершеннолетний отбывает наказание за несколько преступлений, срок, по отбытии которого возможно условно-досрочное освобождение, определяется по наиболее тяжкому преступлению.

В отличие от предпосылок условно-досрочного освобождения взрослых (ст. 79 УК) в отношении несовершеннолетних УК не содержит требования, чтобы судом было признано, что несовершеннолетний для своего исправления не нуждается в полном отбывании назначенного судом наказания. Однако совершенно очевидно, что указанное требование в равной мере относится и к условно-досрочному освобождению несовершеннолетних.

Контроль за поведением несовершеннолетнего, условно-досрочно освобожденного от отбывания наказания, осуществляется специализированным органом социальной защиты несовершеннолетних или профилактики их правонарушений по месту жительства несовершеннолетнего.

В случае совершения условно-досрочно освобожденным несовершеннолетним в течение неотбытой части наказания нового преступления суд назначает наказание по правилам, предусмотренным ст. 70 УК, т.е. — по совокупности приговоров. Однако, если новое преступление совершено этим лицом в несовершеннолетнем возрасте, назначенное ему по совокупности приговоров наказание не должно превышать 10 лет лишения свободы.

Глава 14 не предусматривает особенностей замены несовершеннолетнему неотбытой части наказания более мягким видом наказания. Вследствие этого к несовершеннолетним применяются общие, предусмотренные ст. 80 УК положения о замене наказания более мягким. Такая замена с учетом поведения осужденного может быть применена к лицу, совершившему преступление в несовершеннолетнем возрасте, после фактического отбытия им за преступление небольшой или средней тяжести — не менее 1/3 срока наказания; за тяжкое преступление — не менее половины срока наказания; за особо тяжкое преступление — не менее 2/3 срока наказания.

При замене неотбытой части наказания суд может избрать любой более мягкий вид наказания, указанный в ст. 88 УК. С учетом того, что наказания в виде ареста и обязательных работ до создания необходимых условий для исполнения этих видов наказаний не применяются, лишение свободы может быть заменено штрафом, лишением права заниматься определенной деятельностью или исправительными работами. Размер штрафа и продолжительность исправительных работ при замене наказания более мягким определяется ст. 88 УК. На практике лишение свободы чаще всего заменяется исправительными работами.

Администрация воспитательной колонии, внося представление об условно-досрочном освобождении несовершеннолетнего или о замене наказания более мягким, должна принять меры к выяснению возможности трудоустройства представленных для освобождения из колонии лиц.

К лицам, которым наказание заменено более мягким, может быть применено условно-досрочное освобождение по правилам, предусмотренным ст. 93 УК.

§ 7. Иные особенности уголовной ответственности несовершеннолетних

Глава 14 содержит и иные особенности уголовной ответственности несовершеннолетних.

Сроки давности. В соответствии со ст. 94 УК сроки давности при освобождении несовершеннолетних от уголовной ответственности и от отбывания наказания, назначенного приговором, сокращены наполовину в сравнении с соответствующими сроками, предусмотренными для взрослых (ст. 78, 83 УК), и составляют после совершения преступления или осуждения за преступление: небольшой тяжести — один год; средней тяжести — три года; тяжкое — пять лет; особо тяжкое — семь лет и шесть месяцев.

Положения о порядке исчисления и о приостановлении сроков давности, предусмотренные ч. 2, 3 ст. 78 и ч. 2 ст. 83 УК, распространяются также и на несовершеннолетних.

Погашение судимости. Согласно ст. 95 УК сроки погашения судимости для лиц, совершивших преступления в несовершеннолетнем возрасте, в сравнении со сроками погашения судимости, предусмотренными в отношении взрослых, ст. 86 УК сокращены и составляют после отбытия лишения свободы за преступления: небольшой или средней тяжести — один год; тяжкое или особо тяжкое — три года.

Несовершеннолетние, осужденные за преступления небольшой или средней тяжести и освобожденные судом от наказания с применением принудительных мер воспитательного воздействия — ст. 92 УК (так же, как, естественно, и несовершеннолетние, освобожденные от уголовной ответственности с применением принудительных мер — ст. 90 УК) считаются несудимыми.

Остальные положения, относящиеся к учету, погашению и снятию судимости, предусмотренные в отношении взрослых (ст. 86 УК), за исключением учета судимостей при рецидиве преступлений, распространяются и на несовершеннолетних. Так, погашение судимости в отношении несовершеннолетних, осужденных условно или к более мягким, чем лишение свободы, наказаниям, определяется п. "а", "б" ч. 3 ст. 86 УК. Судимость в этих случаях погашается соответственно по истечении испытательного срока или одного года после отбытия наказания.

Судимость несовершеннолетнего до истечения срока погашения судимости может быть снята судом не только по ходатайству самого несовершеннолетнего, но и по ходатайству его родителей, законных представителей, а также органов опеки и попечительства.

Статья 96 УК предоставляет суду право в исключительных случаях с учетом характера совершенного деяния и личности виновного применять положения гл. 14 к лицам, совершившим преступления в возрасте от 18 до 20 лет, за исключением помещения их в специальное воспитательное или лечебно-воспитательное учреждение для несовершеннолетних либо воспитательную колонию. Понятие "исключительный случай" оценочное, и суд решает этот вопрос с учетом конкретных обстоятельств совершенного преступления и личности виновного. Такими обстоятельствами могут быть, например, отставание в психическом развитии, не подпадающее под признаки возрастной невменяемости (ч. 3 ст. 20 УК), второстепенная роль в преступлении, совершенном под влиянием других соучастников, совершение преступления при случайных обстоятельствах и т.д.

Глава Х. Принудительные меры медицинского характера

§ 1. Историческая характеристика принудительных мер медицинского характера

Институт освобождения от ответственности лиц, совершивших деяния, предусмотренные уголовным законом, в состоянии душевной болезни, имеет древнюю историю.

Подобная норма существовала еще в англосаксонском праве начала XIV в. и в Уголовном уложении Карла V (1532 г.) — "Каролине".

Тем не менее неприменение уголовного наказания к психически больным лицам было скорее исключением, чем правилом.

Французский Уголовный кодекс 1810 г. содержал положение о том, что нет ни преступления, ни проступка, если во время совершения действия обвиняемый находился в состоянии безумия (demence).

Требование ненаказуемости душевнобольных, совершивших опасные деяния, было одним из прогрессивных положений буржуазного уголовного права.

Большую роль в признании недопустимости подвергать наказанию душевнобольных сыграли работы французского психиатра Ф.Пинеля (1745-1826), учение которого развилось под непосредственным влиянием французских материалистов. В результате распространения его идей во Франции были сняты цепи с душевнобольных и с ними стали обращаться не как с преступниками, а как с больными.

Первые упоминания о душевнобольных в русском законодательстве относятся к XII в. В Судном законе князя Владимира Мономаха в главе "О завещании" содержалось указание об исключении "бесных" из числа свидетелей. Соборное уложение 1649 г. и так называемые "Новоуказные статьи о татьбах, разбойных и убийственных делах" (1669 г.) признавали психически больных не ответственными за убийство, но о лечении таких лиц в законе не упоминалось[348].

Русская судебная хроника XVIII в. знает целый ряд случаев осуждения заведомо душевнобольных к смертной казни, к пожизненному или длительному тюремному заключению. Однако в России никогда преследования душевнобольных не были так широко распространены, как в Западной Европе, в связи с обвинением их в колдовстве или одержимости бесом, что влекло за собой жестокие пытки и мучительную казнь на костре.

В 1776 г. Екатерина II издала специальный указ, которым предписывалось содержать душевнобольных преступников в Суздальском монастыре не скованными и обращаться с ними "с возможною по человечеству умеренностью". Это не означало, однако, что в действительности обращение с душевнобольными преступниками стало соответствовать требованиям гуманности. Обращение с душевнобольными лицами, даже не совершившими никаких правонарушений, в "сумасшедших домах" царской России еще спустя столетие после этого указа отличалось жестокостью и было направлено не столько на их лечение, сколько на усмирение.

В последующее время правовое положение психически больных лиц, совершивших преступление, получило более определенное законодательное закрепление.

В Своде законов 1832 г. предусматривалось освобождение душевнобольных от наказания уже не только за убийства, но и за любые другие преступления. В этом же документе впервые упоминается о принудительном лечении лиц, совершивших убийство в состоянии безумия или сумасшествия. Этих лиц предлагалось содержать и лечить отдельно от других умалишенных в специальных отделениях домов для сумасшедших.

В Уложении о наказаниях уголовных и исправительных 1845 г. содержалось достаточно широкое определение понятия невменяемости. В качестве причины, исключающей вменение в вину содеянного, называлось сумасшествие, припадки болезни, приводящей в умоисступление или совершенное беспамятство. Согласно этому закону принудительному лечению — помещению в дом умалишенных — подвергались совершившие убийство, покушение на собственную жизнь и поджог лица, безумные от рождения или сумасшедшие даже в том случае, если родственники согласны были взять на себя обязанность смотреть за ними и лечить их[349]. В приложении к ст. 95 указанного Уложения был определен порядок заключения этих лиц в дома умалишенных, сроки их содержания там и основания освобождения.

Психиатрическое освидетельствование лиц, совершивших указанные преступления, проводилось в соответствии с нормами уголовного судопроизводства. Принудительное водворение лица в дом умалишенных и установление опеки над его имуществом производилось по определению Окружного суда или Судебной палаты. Срок обязательного пребывания лица в доме умалишенных составлял два года, в течение которых не должно быть признаков сумасшествия. Этот срок мог быть сокращен при отсутствии опасности больного. После освобождения лицо по решению суда передавалось на поруки заслуживающим доверие лицам.

Шаг вперед в развитии понятия невменяемости как обстоятельства, исключающего возможность наказуемости лица, совершившего общественно опасное деяние, сделало Уголовное уложение 1903 г. Определение невменяемости в этом законе максимально приближено к современному. "Не вменяется в вину, — гласит Уголовное уложение, — преступное деяние, учиненное лицом, которое во время его учинения не могло понимать свойство и значение им совершенного или руководить своими поступками вследствие болезненного расстройства душевной деятельности, или бессознательного состояния, или умственного неразвития, происшедшего от телесного недостатка или болезни". В случае, когда оставление такого лица без присмотра суд признавал опасным, он отдавал это лицо под ответственный надзор родителей или других лиц, либо помещал его во врачебное заведение. Если же лицо в состоянии невменяемости совершало убийство, весьма тяжкое телесное повреждение, изнасилование, поджог или покушение на одно из этих деяний, оно обязательно помещалось во врачебное заведение.

Уголовное законодательство России советского периода исключало возможность наказания лиц, совершивших общественно опасное деяние в состоянии невменяемости, и регламентировало принудительное лечение таких лиц.

Так, Руководящие начала по уголовному праву РСФСР 1919 г. предлагали применять к таким лицам лишь принудительные меры и меры предосторожности.

Уголовный кодекс РСФСР 1922 г. говорил о принудительном лечении как мере социальной защиты, применяемой по приговору суда.

Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. к мерам защиты медицинского характера относил принудительное лечение и помещение в лечебное заведение, соединенное с изоляцией. В отличие от дореволюционного законодательства принудительное лечение регулировалось инструкциями НКЮ (1935 г.) и Минздрава (1954 г.).

Более подробно принудительные меры медицинского характера были представлены в УК и УПК 1960 г. Здесь впервые указывались виды принудительных мер медицинского характера и условия их применения. Принудительное лечение могло осуществляться в психиатрических больницах общего или специального типа в зависимости от характера заболевания, опасности личности для общества и тяжести совершенных общественно опасных действий. Психиатрические больницы специального типа находились в ведении МВД. В 1988 г. в ст. 58 УК РСФСР 1960 г. были внесены изменения, дифференцирующие виды лечебных учреждений, осуществляющих принудительные меры медицинского характера. К таким лечебным учреждениям стали относиться: психиатрические больницы с обычным, усиленным и строгим наблюдением. Уголовный кодекс устанавливал также порядок назначения, изменения и прекращения принудительного лечения.

При применении принудительных мер медицинского характера суд в резолютивной части определения указывал конкретную принудительную меру медицинского характера, а определение больницы, где лицо должно проходить лечение, входило в компетенцию органов здравоохранения[350].

Дальнейшее развитие институт принудительных мер медицинского характера получил в разработанной советскими учеными Теоретической модели Общей части Уголовного кодекса[351]. Основные новации в этой области сводились к следующему. Авторы Теоретической модели разъединили принудительные меры медицинского характера и принудительные меры воспитательного характера, которые содержались в одном разделе УК 1960 г., поскольку эти меры отличаются по своей юридической природе, основаниям и целям применения. В Теоретической модели УК более четко, чем в действующем законодательстве, были сформулированы основания применения принудительных мер медицинского характера, к которым относились: факт совершения лицом общественно опасного деяния, предусмотренного уголовным законом; наличие у этого лица психического заболевания либо алкоголизма или наркомании; необходимость лечения такого лица вследствие его психического состояния, представляющего опасность причинения им вреда себе или окружающим. Несомненной заслугой авторов Модельного кодекса является то, что они впервые предложили закрепить цели применения принудительных мер медицинского характера в УК. К таким целям были отнесены: излечение или такое изменение психического состояния лица, при котором оно перестает быть опасным для общества, предупреждение новых общественно опасных деяний, охрана прав и законных интересов психически больных.

В Теоретической модели УК впервые упоминалось о возможности применения принудительных мер медицинского характера к лицам, совершившим преступление в состоянии ограниченной вменяемости, включающих их лечение, соединенное с отбыванием наказания в виде лишения свободы, и лечение на общих основаниях в психоневрологическом диспансере по месту жительства при осуждении к мерам наказания, не связанным с лишением свободы.

В отличие от действующего уголовного законодательства Модельный кодекс не предусматривал порядок возбуждения ходатайств о применении принудительного лечения к алкоголикам и наркоманам, совершившим преступление, и не решал вопрос о признании их ограниченно дееспособными с последующим назначением попечительства, так как эти вопросы должны решаться уголовно-процессуальным, гражданско-процессуальным и гражданским законодательством.

С учетом положений Теоретической модели Уголовного кодекса были сформулированы цели и основания применения принудительных мер медицинского характера в Основах уголовного законодательств Союза ССР и республик 1991 г., которые не вступили в силу из-за распада СССР. Определение видов принудительных мер медицинского характера, условий и порядка их применения, а также продления, изменения и прекращения были отнесены Основами к компетенции союзных республик.

§ 2. Основания и цели применения принудительных мер медицинского характера

Принудительные меры медицинского характера выражаются в принудительном психиатрическом наблюдении и лечении. Они предусмотрены уголовным законодательством и применяются судом на основании заключения судебно-психиатрической экспертизы к лицам, страдающим определенными психическими расстройствами и совершившим деяния, предусмотренные статьями Особенной части УК, а также к алкоголикам и наркоманам, совершившим преступления.

Действующее уголовное законодательство не содержит определения понятия принудительных мер медицинского характера. Поэтому в правовой литературе даются различные его определения, которые с разной степенью полноты раскрывают существенные признаки указанных мер, подчеркивая их юридическое и медицинское содержание[352].

Представляется неприемлемым определение принудительных мер медицинского характера как мер безопасности. Подобная терминология содержится в УК Республики Беларусь, где раздел IV, посвященный принудительным мерам медицинского характера, получил название "Принудительные меры безопасности и лечения".

Определение принудительных мер медицинского характера как социально-правовых и медико-реабилитационных мер безопасности имеет место и в монографии Р.И.Михеева, А.В.Беловодского и др.[353]

Подобное определение весьма пространно и нечетко. "Меры безопасности" не являются уголовно-правовым понятием. Применение таких терминов противоречит ч. 2 ст. 2 УК РФ, где в качестве средств осуществления задач Уголовного кодекса РФ наряду с наказанием называются иные меры уголовно-правового характера. Принудительные меры медицинского характера именно к таким мерам и относятся.

Авторы указанной монографии не считают меры безопасности — принудительные меры медицинского характера — мерами государственного принуждения, полагая, что эти понятия принципиально отличаются[354]. Это также нельзя признать правильным, поскольку данные меры применяются принудительно на основании определения суда.

Наконец, название принудительных мер медицинского характера мерами социальной безопасности приводит к расширению круга лиц, к которым возможно их применение, за счет ВИЧ-инфицированных, страдающих венерическими заболеваниями, больных открытой формой туберкулеза и т.д., к которым согласно ст. 18 УИК РФ применяется обязательное лечение. Эта позиция также противоречит уголовному законодательству.

УК РФ 1996 г. достаточно определенно сформулировал основания применения принудительных мер медицинского характера.

Согласно ст. 97 УК РФ такими основаниями являются: а) совершение деяния, предусмотренного Особенной частью УК, и б) определенная категория лиц. К числу таких лиц относятся, во-первых, те, которые признаны невменяемыми. Эти лица в силу болезненного состояния психики не способны осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) либо руководить ими (ст. 21 УК). Применение наказания к лицам, признанным невменяемыми, было бы несправедливым и нецелесообразным, так как своих целей — достижения социальной справедливости, исправления и специального предупреждения — наказание в данном случае не достигает. Судебная практика свидетельствует, что среди лиц, направляемых на принудительное лечение, невменяемые составляют подавляющее большинство[355].

Во-вторых, принудительные меры медицинского характера применяются к лицам, которые совершили преступление в состоянии вменяемости, а затем до суда, во время судебного разбирательства либо в период исполнения наказания заболели психическим расстройством, делающим невозможным назначение или исполнение в отношении них наказания.

Если у лица после совершения им преступления наступило хроническое (необратимое) расстройство психической деятельности, суд в соответствии со ст. 410 УПК РСФСР выносит определение о прекращении уголовного дела или освобождении этого лица от наказания и о применении к нему принудительной меры медицинского характера с указанием, какой именно. При этом после прекращения принудительного лечения вследствие изменения состояния здоровья вопрос о возобновлении производства по уголовному делу или исполнении неотбытой части наказания не ставится.

В том же случае, когда у лица после совершения им преступления наступило временное психическое расстройство, например, реактивное состояние в связи с расследованием уголовного дела и угрозой наказания, принудительная мера медицинского характера назначается до выхода лица из болезненного состояния, т.е. до восстановления способности осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) и руководить ими. При выздоровлении лица и прекращении применения принудительного лечения суд возобновляет приостановленное уголовное дело или принимает решение о продолжении исполнения неотбытой части наказания, к которому лицо ранее было приговорено.

В соответствии со ст. 103 УК РФ время, в течение которого к лицу применялось принудительное лечение в психиатрическом стационаре, засчитывается в срок наказания из расчета один день пребывания в стационаре за один день лишения свободы. К сожалению, вопрос о зачете пребывания в психиатрическом стационаре в срок наказания, не связанного с лишением свободы, в уголовном законодательстве не регламентирован.

В-третьих, принудительные меры медицинского характера применяются к лицам, совершившим преступление в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости (ст. 22 УК РФ). Такие лица подлежат уголовной ответственности и наказанию, однако их психическое состояние учитывается судом при назначении наказания и может служить основанием для назначения принудительных мер медицинского характера. Принудительное наблюдение и лечение применяется к указанным лицам наряду с уголовным наказанием. Осужденным к лишению свободы — в местах лишения свободы, а осужденным к иным видам наказания — в учреждениях органов здравоохранения, где им оказывается амбулаторная психиатрическая помощь[356].

Применение принудительных мер медицинского характера к лицам, страдающим психическими расстройствами, не исключающими вменяемость, и учет психических аномалий при назначении наказания является новацией УК РФ 1996 г. Реализация этого положения на практике позволит существенно повлиять на эффективность уголовного наказания и возможность реабилитирующего воздействия на осужденного.

В-четвертых, категорией лиц, к которым применяются принудительные меры медицинского характера, являются лица, совершившие преступление во вменяемом состоянии, но нуждающиеся в принудительном лечении от алкоголизма или наркомании. Такие лица, безусловно, подлежат уголовной ответственности и наказанию. Принудительное лечение применяется к ним наряду с уголовным наказанием[357].

Заболевание алкоголизмом или наркоманией устанавливается судебно-психиатрической или судебно-наркологической экспертизой и выражается в наличии физиологического и психического неодолимого влечения к потреблению алкоголя или наркотиков, утрате способности контролировать и ограничивать себя в этом отношении.

Поскольку токсические средства обладают всеми свойствами наркотиков и имеют общие с ними закономерности формирования зависимости[358], следует подумать о целесообразности распространения принудительных мер медицинского характера и на токсикоманов, совершивших преступление и нуждающихся в лечении. Положение о применении наряду с наказанием принудительных мер медицинского характера в случае совершения преступления лицом, больным токсикоманией, было предусмотрено в Основах уголовного законодательства Союза ССР и республик 1991 г.

Принудительные меры медицинского характера четырем указанным категориям лиц назначаются только в случае, когда психические расстройства связаны с возможностью причинения этими лицами иного существенного вреда либо с опасностью для себя или других лиц (ч. 2 ст. 97 УК РФ).

Применение принудительного лечения является правом суда, а не его безоговорочной обязанностью. Оно может применяться только в двух случаях: когда лицо, помимо совершения им общественно опасного деяния в связи с психическим расстройством (алкоголизмом, наркоманией), способно причинить еще и другой существенный вред (например, уничтожить имущество, поджечь дом, лишить жизни) или по своему состоянию и поведению представляет опасность для самого себя или других лиц (вспышки агрессивности, неуправляемость, бредовые состояния, расстройство влечений и т.п.). Таким образом, суды, решая вопрос о применении принудительных мер медицинского характера, должны исходить не только из оценки психического состояния лица в момент совершения общественно опасного деяния, но и уметь прогнозировать его поведение с точки зрения потенциальной общественной опасности (или отсутствия таковой).

Если перечисленные выше лица по своему психическому состоянию не представляют опасности для себя или других лиц, суд может принять решение о нецелесообразности применения к ним принудительных мер медицинского характера и передать необходимые материалы о состоянии их здоровья в органы здравоохранения для решения вопроса о добровольном лечении таких лиц или помещении их в психоневрологические учреждения социального обеспечения (интернаты) в порядке, установленном законодательством РФ о здравоохранении.

Так, Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ признала правильным решение районного суда г. Рязани, который прекратил дело без применения принудительной меры медицинского характера в связи с тем, что лицо по характеру совершенного им общественно опасного деяния, предусмотренного ч. 3 ст. 130 УК РСФСР (клевета, соединенная с обвинением в совершении тяжкого преступления), и своему болезненному состоянию (временное расстройство психической деятельности), не представляло опасности для общества и не нуждалось в принудительном лечении[359].

Принудительные меры медицинского характера содержат в себе два критерия — юридический и медицинский.

К юридическому относятся основания, цели, виды, порядок назначения, исполнения, продления, изменения и прекращения принудительных мер медицинского характера, которые регламентируются уголовным и уголовно-исполнительным законодательством.

Медицинский критерий определяется самим содержанием этих мер, задачами излечения нуждающихся в принудительном лечении лиц или улучшения их психического состояния, а также тем, что выводы о диагнозе психического расстройства, о наличии алкоголизма или наркомании, рекомендации по назначению и проведению лечения, профилактике психических расстройств и необходимых социально-реабилитационных мероприятий дают врачи-психиатры.

Таким образом, хотя юридический аспект в принудительных мерах медицинского характера преобладает, они по своей сути остаются медицинскими и целей уголовного наказания не преследуют.

Несмотря на то, что принудительные меры медицинского характера являются разновидностью мер государственного принуждения и назначаются судом, к мерам уголовного наказания они не относятся, поскольку применяются на основании определения суда, а не приговора, не содержат элемента кары, не выражают отрицательной оценки от имени государства общественно опасных действий лиц, страдающих психическими расстройствами, не направлены на исправление указанных лиц и восстановление социальной справедливости, длительность их применения зависит от состояния больного, они не влекут судимости.

В УК РФ 1996 г. (ст. 98) впервые в уголовном законодательстве нашей страны сформулированы цели применения принудительных мер медицинского характера. К ним относятся, во-первых, излечение лиц, совершивших общественно опасное деяние, или такое улучшение их психического состояния, при котором они перестают представлять общественную опасность; во-вторых, предупреждение совершения такими лицами новых деяний, предусмотренных статьями Особенной части УК.

Следовательно, принудительные меры медицинского характера направлены на защиту как интересов лиц, страдающих психическими расстройствами и совершивших преступление или общественно опасное деяние, излечение таких лиц или как программу-минимум — улучшение их психического состояния и социальную адаптацию, так и интересов общества — предупреждение возможных общественно опасных действий с их стороны в будущем.

В отличие от наказания суд, назначив принудительные меры медицинского характера, не устанавливает их продолжительность, так как не в состоянии определить срок, необходимый для излечения или улучшения состояния здоровья лица.

Условия и порядок исполнения принудительных мер медицинского характера определяются уголовно-исполнительным законодательством, Законом РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" от 2 июля 1992 г., ведомственными актами органов здравоохранения, к которым относится, например, Методическое письмо Минздрава России от 23 июля 1999 г. N 2510/8536-99-32 "О порядке применения принудительных мер медицинского характера в отношении лиц с тяжелыми психическими расстройствами, совершивших общественно опасные деяния (ст. 21 и ч. 1 ст. 81 УК РФ)".

Основными принципами оказания психиатрической помощи при применении принудительных мер медицинского характера являются законность, гуманность, соблюдение прав человека и гражданина.

Новое положение в уголовном законе об ограниченной вменяемости, уголовная ответственность за незаконное помещение в психиатрический стационар (ст. 128 УК РФ), Закон о психиатрической помощи, конкретизирующий и развивающий рекомендации ООН об отношении к лицам с психическими расстройствами, введение в России с 1997 г. Международной классификации болезней (МКБ-10), которая принята Всемирной организацией здравоохранения, позволяют гарантировать правовую защищенность лиц, страдающих психическими расстройствами и совершивших общественно опасные деяния, и исключить использование психиатрии в политических целях в качестве орудия борьбы с инакомыслием, что имело место в 1960-70-х гг. в СССР.

Согласно Закону РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" 1992 г. лица, помещенные в психиатрический стационар по решению суда о применении принудительных мер медицинского характера, признаются нетрудоспособными на весь период пребывания в стационаре, имеют право на пособие по государственному социальному страхованию или на пенсию на общих основаниях. Им предоставляются те же права, что и другим пациентам, находящимся там на общих основаниях: обращаться непосредственно к главному врачу или заведующему отделением по вопросам лечения, обследования, выписки и соблюдения их прав; подавать жалобы и заявления без цензуры; встречаться с адвокатом и священнослужителем наедине; исполнять религиозные каноны, иметь религиозную атрибутику и литературу; выписывать газеты и журналы; получать вознаграждение за труд, если они привлекаются к работе, и т.д. Помимо этого пациенты, госпитализированные как добровольно, так и в принудительном порядке, могут быть ограничены в некоторых правах по рекомендации лечащего врача, заведующего отделением или главного врача в интересах их здоровья или безопасности других лиц. К таким правам относятся: переписка без цензуры, получение и отправление посылок, бандеролей и денежных переводов, использование телефона и т.п.

Закон предусматривает также создание специальной службы защиты прав пациентов, находящихся в психиатрических стационарах, которая пока не функционирует.

К сожалению, действующий УК не включил в перечень целей применения принудительных мер медицинского характера указание на охрану прав и законных интересов психических больных, что имело место в Теоретической модели Уголовного кодекса (ст. 100)[360].

Необходимость включения этого положения в Уголовный кодекс обусловлена еще имеющими место на практике нарушениями прав и законных интересов психически больных лиц, о чем свидетельствуют, в частности, факты, приведенные в докладе Уполномоченного по правам человека в Российской Федерации О.Миронова "О соблюдении прав граждан, страдающих психическими расстройствами"[361].

В зарубежном уголовном праве принудительные меры медицинского характера действуют, как правило, под видом мер безопасности. Мера безопасности в отличие от наказания не преследует целей воздаяния или устрашения, а направлена на устранение "опасного состояния" лица, совершившего либо могущего совершить общественно опасное деяние.

Так, в Англии к алкоголикам, совершившим преступление, может быть применена такая мера безопасности, как содержание в специальном заведении для алкоголиков. Суд вправе направить лицо на срок до трех лет в названное заведение в том случае, если:

а) лицо осуждено за преступление, преследуемое по обвинительному акту; б) суд признает, что преступление было совершено под влиянием опьянения и сам преступник или присяжные считают, что он "привычный пьяница". По режиму такое учреждение мало чем отличается от тюремного заключения. Именно поэтому тюремное заключение может заменяться содержанием в заведении для алкоголиков. В отношении душевнобольных в Англии применяется интернирование в специальное учреждение. Применяется только в отношении лиц, совершивших общественно опасные деяния и признанных невменяемыми. Решение о направлении в такое учреждение может быть вынесено: а) до открытия главного производства решением присяжных заседателей о неспособности лица участвовать в процессе и б) в результате главного производства вердиктом "виновен, но невменяем"[362].

В США применяются аналогичные меры. По Федеральному закону США от 8 октября 1966 г. о социальном восстановлении наркоманов к преступникам-наркоманам и алкоголикам может быть применена такая мера, как принудительная изоляция и лечение. Широкое распространение в США получила и такая мера безопасности, как превентивная изоляция "дефективных правонарушителей". Например, по законодательству штата Мерилэнд таким правонарушителем признается тот, кто склонен к уголовно наказуемой деятельности и признан страдающим умственной недостаточностью либо такой эмоциональной неуравновешенностью, которая свидетельствует о его действительной опасности для общества и требует изоляции лица.

В судебной практике США нередко используется и превентивная изоляция "сексуальных психопатов", к которым относятся вменяемые лица, страдающие таким психическим отклонением, которое сопряжено со склонностью к сексуальному насилию. В этом случае осужденный помещается в специальное медицинское учреждение. В случае излечения сексуальных дефектов до истечения назначенного судом срока наказания оставшийся срок отбывается в тюрьме[363].

Во Франции также существуют меры медицинского характера, назначаемые лицам, признанным невменяемыми или ограниченно вменяемыми, к "опасным" алкоголикам, наркоманам и токсикоманам.

В УК ФРГ в перечне мер исправления и безопасности, связанных с лишением свободы, существуют и такие, как помещение в психиатрическую больницу и помещение в лечебное заведение для алкоголиков и наркоманов[364].

Помещение в психиатрическую больницу по германскому праву возможно при наличии ряда условий: а) совершение противоправного деяния (преступления или проступка) в состоянии невменяемости или уменьшенной вменяемости; б) если из общей оценки лица и его деяния следует, что от него, вследствие его состояния, можно ожидать серьезных противоправных деяний и поэтому оно опасно для общества. Таким образом, должна существовать вероятность совершения лицом противоправных деяний в будущем. При помещении в психиатрическую больницу невменяемого лица данная мера назначается без учета виновности лица, так как оно действует без вины, хотя и выполняет состав деяния, предусмотренного в УК, что характерно для германской уголовно-правовой концепции. Если лицо действует в состоянии уменьшенной вменяемости, то наказание ему может быть смягчено, и наряду с наказанием лицу назначается рассматриваемая мера.

Для помещения в лечебное заведение для алкоголиков и наркоманов необходимо наличие следующих условий: а) склонность к чрезмерному употреблению спиртных напитков или других одурманивающих средств; б) осуждение за противоправное деяние (преступление или проступок), совершенное им в таком состоянии или в результате этой склонности, либо отсутствие осуждения только потому, что лицо было в состоянии невменяемости, которая доказана или не исключена; в) имеется опасность, что вследствие такой склонности лицо способно совершить в будущем серьезные противоправные деяния[365].

§ 3. Виды принудительных мер медицинского характера

Действующий уголовный закон (ст. 99 УК) называет следующие четыре вида принудительных мер медицинского характера:

1) амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра;

2) принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа;

3) принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа;

4) принудительное лечение в психиатрическом стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением.

По сравнению с УК РСФСР 1960 г. перечень видов принудительных мер медицинского характера более дифференцирован. Указанные меры различаются степенью ограничений, вводимых для больного в зависимости от его состояния, а также интенсивностью лечения и мерами безопасности.

Критерием выбора судом вида принудительной меры медицинского характера является психическое состояние больного, определяющее его опасность для себя или других лиц, возможность повторного совершения общественно опасных поступков.

Законность и обоснованность выбора судом вида принудительного лечения обеспечивается обязательностью проведения по делу предварительного следствия и судебного разбирательства с учетом предусмотренных УПК особенностей (ст. 404-411 УПК РСФСР). Весьма важное значение имеет и заключение судебно-психиатрической экспертизы о психическом состоянии лица и прогнозе его поведения. Заключение эксперта оценивается судом в совокупности с другими доказательствами.

Верховный Суд РФ в определении по делу В. указал, что вопрос о назначении принудительных мер медицинского характера решается судом самостоятельно. Заключение судебно-медицинской экспертизы не является для суда обязательным и учитывается им при оценке всех собранных по делу доказательств. Суд может согласиться с выводами экспертов, но может на основании материалов судебного следствия принять любое другое решение в соответствии со ст. 97 УК РФ[366].

УК 1996 г. впервые предусматривает принудительную меру медицинского характера, не связанную с помещением лица в стационарное психиатрическое учреждение — амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра.

Предложения о введении такой меры неоднократно высказывались в юридической и судебно-психиатрической литературе[367].

Определенный положительный опыт применения данной меры накоплен зарубежными странами (например, ФРГ), где эти меры обычно применяются в качестве заключительного этапа стационарного принудительного лечения.

В соответствии со ст. 100 УК амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра может быть назначено при наличии оснований для применения принудительных мер медицинского характера, если лицо по своему психическому состоянию не нуждается в помещении в психиатрический стационар.

Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра может быть применено, в частности, к лицам, способным относительно правильно оценивать свое психическое состояние, соблюдать назначенный режим, имеющим достаточно упорядоченное и организованное поведение, не требующим постоянного контроля со стороны медицинских работников. Этим требованиям в клиническом отношении соответствуют, например, лица, совершившие общественно опасное деяние в состоянии временного расстройства психической деятельности, которое закончилось ко времени производства по делу и не имеет отчетливой тенденции к повторению (например, острый психоз в результате соматического заболевания); лица, страдающие хроническими психическими расстройствами и слабоумием, прошедшие принудительное лечение в стационаре с положительным эффектом, однако нуждающиеся в течение некоторого времени во врачебном контроле с целью предупреждения рецидива заболевания[368].

Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра применяется также к лицам, совершившим преступление в состоянии психического расстройства, не исключающего вменяемости, но влияющего на характер их поведения (психопатии, легкие формы олигофрении, органические поражения мозга, невротические состояния и др.), а также к лицам, нуждающимся в лечении от алкоголизма и наркомании. Спецификой лечения данной категории лиц является возможность его соединения с наказанием.

Амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра предполагает регулярное наблюдение лица врачом учреждения, осуществляющего амбулаторную психиатрическую помощь по месту жительства больного или по месту отбывания наказания.

Регулярное наблюдение осуществляется путем периодического осмотра лица врачом-психиатром, выполнения необходимых лечебных назначений и оказания социальной помощи. Если амбулаторное наблюдение не связано с исполнением наказания в виде лишения свободы, оно имеет несомненное преимущество по сравнению с принудительным лечением в стационаре, так как дает возможность сохранить привычный для больного образ жизни.

Согласно упомянутому выше Методическому письму Министерства здравоохранения РФ от 23 июля 1999 г. в случае уклонения лица от прохождения назначенного амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра и совершения им действий, затрудняющих обследование (длительное отсутствие по месту жительства, оказание сопротивления и совершение других действий, угрожающих жизни и здоровью медицинских работников, попытки скрыться от них), медицинскому персоналу предоставлено право прибегать к помощи сотрудников милиции.

В случае изменения психического состояния лица, требующего его стационарного лечения, судом по представлению комиссии психиатров может быть изменен вид этой принудительной меры на принудительное лечение в стационаре.

Принудительное лечение в психиатрическом стационаре может быть назначено лицу при наличии оснований применения принудительных мер медицинского характера, если психическое расстройство лица требует таких условий лечения, ухода, содержания и наблюдения, которые могут осуществляться только в психиатрическом стационаре (ч. 1 ст. 101 УК).

Законодательство предусматривает три варианта проведения принудительного лечения: в психиатрическом стационаре общего типа, специализированном и специализированном с интенсивным наблюдением. Вопрос о выборе типа стационара, необходимого в каждом конкретном случае, решается судом с учетом критерия обеспечения безопасности госпитализированного лица и других лиц при соблюдении его прав и законных интересов.

Подобные типы психиатрических больниц или отделений с обычной, средней или максимальной степенью безопасности и дифференцированным режимом содержания больных, совершивших общественно опасные действия, предусмотрены законодательством ряда европейских стран (Великобритании, Франции, Германии и др.).

С 1988 г. система принудительного лечения в нашей стране была приведена в соответствие с международными нормами, и с этого времени все психиатрические стационары, осуществляющие принудительное лечение, находятся в ведении Министерства здравоохранения РФ и других органов здравоохранения.

Психиатрическими стационарами общего типа являются отделения психиатрической больницы или другого медицинского учреждения, оказывающего стационарную психиатрическую помощь. Проведение принудительного лечения не является основной функцией этих отделений. Лица, которым назначено принудительное лечение, находятся там на общих основаниях вместе с обычными больными, страдающими психическими заболеваниями. Единственным условием является закрытый характер отделения (отсутствие свободного выхода, непредоставление домашних отпусков и т.д.).

Принудительное лечение в психиатрическом стационаре общего типа может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию нуждается в стационарном лечении и наблюдении, но не требует интенсивного наблюдения (ч. 2 ст. 101 УК). В психиатрическом стационаре общего типа не предусмотрено ни постоянное (т.е. непрерывное), ни интенсивное наблюдение, включающее в законных пределах меры изоляции и физического стеснения для предотвращения действий, имеющих общественно опасный характер. Поэтому состояние больного, направляемого на принудительное лечение в психиатрический стационар общего типа, должно допускать возможность его содержания без специальных мер безопасности в условиях довольно свободного режима, свойственного современным психиатрическим стационарам. В психиатрический стационар общего типа рекомендуется, например, направлять лиц, совершивших общественно опасное деяние в состоянии приступа хронического психического расстройства, в случае отсутствия выраженных тенденций к грубым нарушениям больничного режима, но при сохраняющейся вероятности повторения подобных приступов, а также при недостаточной критике своего состояния, что делает невозможным проведение лечения в амбулаторных условиях на общих основаниях.

Два других вида стационарного принудительного лечения осуществляются в стационарах специализированного типа, целиком предназначенных для проведения принудительного лечения.

Специализированность психиатрического стационара означает, что лечебное учреждение имеет специальный режим содержания пациентов, включая принятие мер по предотвращению повторных общественно опасных деяний и побегов, а также специализированные реабилитационно-профилактические и коррективно-восстановительные программы, ориентированные на особенности поступающих туда пациентов[369].

Принудительное лечение в специализированных отделениях может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию требует постоянного наблюдения (ч. 3 ст. 101 УК). Такие стационары обычно создаются в виде отделений крупных региональных психиатрических больниц.

Клинико-социальные особенности больных, содержащихся в этих отделениях, определяют специфику организации работы указанных психиатрических учреждений. Во-первых, это касается усиленных контрольно-наблюдательных мер: охранная сигнализация, изолированные прогулочные дворы, контроль за передачами и т.п. Во-вторых, это связано с проведением большого объема лечебно-реабилитационных мероприятий, трудотерапией и т.д.

Необходимость постоянного наблюдения в отношении больных, которые направляются в стационары специализированного типа, определяется характером общественной опасности этих лиц, их склонностью к совершению повторных, нередко тяжких, общественно опасных деяний, к нарушению режима (побеги, злоупотребление алкоголем), что мешает проведению лечебных и реабилитационных мероприятий в условиях стационара общего типа. Постоянное наблюдение обеспечивается дополнительным персоналом и сотрудниками создаваемой в отдельных больницах службы обеспечения безопасности.

Стационары специализированного типа с интенсивным наблюдением представляют собой самостоятельные психиатрические больницы федерального подчинения, обслуживающие территории нескольких субъектов РФ. Принудительное лечение в стационаре данного типа может быть назначено лицу, которое по своему психическому состоянию представляет особую опасность для себя или других лиц и требует постоянного и интенсивного наблюдения (ч. 4 ст. 101 УК).

Особая опасность таких лиц определяется высокой вероятностью совершения ими деяний, отнесенных УК к категории тяжких и особо тяжких, систематичностью совершения опасных деяний, несмотря на применявшиеся в прошлом меры медицинского характера, склонностью к грубым нарушениям больничного режима (нападениям на администрацию, побегам, организации групповых беспорядков). Для них характерны ярко выраженная агрессия, внезапные вспышки злобы и т.п.

Основной особенностью организации работы стационаров с интенсивным наблюдением является создание максимально безопасных условий содержания пациентов. Не только наружная охрана таких стационаров, но и надзор за поведением больных внутри отделения осуществляется силами органов внутренних дел. Начальник отдела охраны находится в функциональном подчинении главного врача стационара. Лечебная работа организуется медицинским персоналом.

Согласно судебно-психиатрической статистике России примерно 15-20% лиц, признанных невменяемыми, направляются на принудительное лечение в специализированные и специализированные с интенсивным наблюдением стационары; 40-45% — на принудительное лечение в стационары общего типа; остальным 15-20% принудительные меры медицинского характера не назначаются, они направляются на лечение на общих основаниях или под наблюдение психоневрологических диспансеров[370].

В целях предотвращения дезадаптации больного и обеспечения преемственности между стационарным и диспансерным звеньями психиатрической помощи принудительное лечение в психиатрических стационарах общего и специализированного типов, а также амбулаторное принудительное наблюдение и лечение, как правило, осуществляются по месту жительства больного, его родственников или законного представителя.

Принудительные меры медицинского характера в отношении несовершеннолетних назначаются в соответствии с приведенными критериями. Во время принудительного лечения этих лиц должны быть созданы условия для возможного продолжения их обучения и профессиональной подготовки. Несовершеннолетние, не достигшие 16-летнего возраста, в психиатрические стационары с интенсивным наблюдением не направляются.

§ 4. Продление, изменение и прекращение применения принудительных мер медицинского характера

В процессе исполнения принудительных мер медицинского характера возникает необходимость их продления, изменения и прекращения. Эти вопросы, согласно ст. 102 УК РФ, решает суд по представлению администрации учреждения, осуществляющего принудительное лечение. В УК подчеркивается ведущая роль судебного контроля не только при назначении принудительных мер, но и на протяжении всего процесса их осуществления.

Именно такой подход соответствует положениям международно-правовых документов, в частности, Принципам защиты психически больных лиц и улучшения психиатрической помощи, утвержденным резолюцией Генеральной Ассамблеи ООН N 46/119 от 17 декабря 1091 г., и положениям Конституции РФ о высшей ценности человека, его прав и свобод, отражает тенденции развития психиатрии в направлении укрепления гарантий защиты прав человека, большей гуманизации и усиления контроля со стороны общества за обоснованностью применения различных видов психиатрической помощи, особенно осуществляемых в недобровольном порядке.

В соответствии с ч. 2 ст. 102 УК лицо, которому назначена принудительная мера медицинского характера, подлежит освидетельствованию комиссией врачей-психиатров не реже одного раза в шесть месяцев для решения вопроса о наличии оснований для внесения представления в суд о прекращении применения или об изменении такой меры. При отсутствии оснований для прекращения применения или изменения принудительной меры медицинского характера администрация учреждения, осуществляющего принудительное лечение, представляет в суд заключение для продления принудительного лечения. Первое продление принудительного лечения может быть произведено по истечении шести месяцев с момента начала лечения, в последующем такое продление может производиться ежегодно.

Освидетельствование такого лица проводится по инициативе лечащего врача, если в процессе лечения он пришел к выводу о необходимости изменения принудительной меры медицинского характера либо прекращения ее применения, а также по ходатайству самого лица, его законного представителя и (или) близкого родственника. Ходатайство подается через администрацию учреждения, осуществляющего принудительное лечение, вне зависимости от времени последнего освидетельствования.

До принятия УК 1996 г. продление принудительного лечения без изменения его вида осуществлялось по решению комиссии врачей-психиатров, которая проводила освидетельствование лиц, находящихся на принудительном лечении, не реже одного раза в шесть месяцев. Поскольку максимальные сроки принудительного лечения законом не устанавливались, подобное положение приводило иногда к тому, что принудительное лечение продолжалось десятилетиями без какого-либо вмешательства суда.

Установление судебной процедуры продления принудительного лечения повышает ответственность медицинских работников за обоснованность применения к больным принудительных мер медицинского характера и является дополнительной гарантией защиты прав и законных интересов последних, поскольку определение о продлении принудительного лечения может быть обжаловано в судебном порядке.

При продлении принудительных мер медицинского характера принимается во внимание сохранение оснований назначения принудительного лечения, т.е. отсутствие существенных изменений в клинике заболевания, свидетельствующих, что в результате лечения достигнуто стойкое безопасное состояние больного для себя и других лиц.

Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ оставила без изменения постановление судьи Ростовского областного суда, признавшего преждевременным прекращение применения к лицу принудительных мер медицинского характера. Как видно из материалов дела, отказ судьи в отмене принудительных мер медицинского характера в отношении П., несмотря на наступившее улучшение в состоянии его здоровья, основан на приведенных в судебном заседании доказательствах, которые свидетельствуют о том, что П., совершивший деяния, предусмотренные п. "б", "з" ст. 102, ч. 3 ст. 206 УК РСФСР (убийство и злостное хулиганство), все еще представляет общественную опасность[371].

Изменение принудительной меры медицинского характера осуществляется судом в случае такого изменения психического состояния лица, при котором возникает необходимость в назначении иной принудительной меры медицинского характера.

Изменение принудительных мер медицинского характера возможно как в сторону смягчения, так и в сторону перехода к более строгому по ограничительным условиям виду принудительного лечения. Здесь возможно применение ступенчатой системы изменения принудительного лечения, например, после принудительного лечения в стационаре специализированного типа с интенсивным наблюдением при улучшении состояния больного переводят в стационар специализированного типа, после чего в стационар общего типа и наоборот, в условия более строгого наблюдения при изменении психического состояния больного в худшую сторону, что проявляется главным образом в повышении агрессивности. Введение амбулаторного принудительного наблюдения и лечения у психиатра делает ступенчатую систему изменения принудительных мер медицинского характера более законченной, так как позволяет использовать данную меру как заключительный этап принудительного лечения[372].

Основанием для прекращения применения принудительных мер медицинского характера, согласно ч. 3 ст. 102 УК, является такое изменение психического состояния лица, при котором отпадает необходимость в применении ранее назначенной меры. Показателем прекращения применения принудительных мер медицинского характера является прежде всего выздоровление лица. Однако в отношении лиц, страдающих психическими расстройствами, говорить о полном выздоровлении не всегда возможно. Гораздо чаще имеют место случаи такого изменения состояния больного, в результате которого психические расстройства перестают быть связанными с возможностью причинения существенного вреда либо с опасностью больного для себя или других лиц. В большинстве случаев это вызвано улучшением психического состояния больного в результате проведенного лечения или реабилитирующих мероприятий. Но нередко снижение вероятности совершения опасных деяний является следствием не улучшения, а ухудшения клинических показателей психического расстройства. Например, развитие слабоумия, утрата способности к последовательной деятельности, снижение активности и т.п. вследствие прогрессирования хронического психического расстройства, что объективно приводит к уменьшению потенциальной опасности лица. Если подобные изменения носят стойкий характер, это является основанием для постановки вопроса об отмене принудительных мер медицинского характера ввиду достижения их целей.

Прекращая применение принудительных мер медицинского характера в психиатрическом стационаре, суд может передать необходимые материалы в отношении лица, находившегося на принудительном лечении, органам здравоохранения для решения вопроса о продолжении лечения или направлении его в психоневрологическое учреждение социального обеспечения в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении.

В соответствии с уголовно-процессуальным законодательством (ч. 3 ст. 412 УПК РСФСР) ходатайство о прекращении или изменении принудительной меры медицинского характера могут возбуждать перед судом близкие родственники лица, находящегося на принудительном лечении, и иные заинтересованные лица (например, опекун).

§ 5. Принудительные меры медицинского характера, соединенные с исполнением наказания

Принудительные меры медицинского характера, соединенные с исполнением наказания, отличаются определенной спецификой. Они применяются к лицам, совершившим преступление в состоянии вменяемости, но страдающим психическими аномалиями и признанным ограниченно вменяемыми либо нуждающимися в лечении от алкоголизма или наркомании. Указанные лица могут быть осуждены к лишению свободы или к мерам наказания, не связанным с лишением свободы, например, к исправительным работам, обязательным работам, ограничению свободы.

При отбывании наказания в виде лишения свободы исполнение принудительных мер медицинского характера возлагается на администрацию и медицинскую службу исправительного учреждения. При отбывании наказания в виде лишения свободы исполнение принудительных мер медицинского характера возлагается на администрацию и медицинскую службу исправительного учреждения. В уголовно-исполнительной системе для медицинского обслуживания указанной категории лиц организуются лечебно-профилактические учреждения — специализированные психиатрические больницы и лечебные исправительные учреждения для амбулаторного лечения от алкоголизма и наркомании (см. ст. 101 УПК РФ).

Принудительное лечение при исполнении наказаний, не связанных с лишением свободы, возлагается на медицинские учреждения органов здравоохранения, оказывающие амбулаторную психиатрическую или наркологическую помощь по месту жительства (психоневрологические или наркологические диспансеры, отделения, кабинеты поликлиники).

Поскольку в соответствии с Законом РФ "О психиатрической помощи и гарантиях прав граждан при ее оказании" к этим лицам не применяются недобровольные меры психиатрической помощи, выполнение назначенного им амбулаторного режима наблюдения и лечения не может обеспечиваться медицинскими работниками. Эта обязанность должна выполняться органами, на которые возложено исполнение наказания, и также регулироваться нормами уголовно-исполнительного законодательства, которые в настоящее время отсутствуют.

В соответствии с ч. 2 ст. 104 УК при изменении психического состояния осужденного, требующего стационарного лечения, помещение осужденного в психиатрический стационар или иное лечебное учреждение (например, больница необходимого профиля для лечения соматических заболеваний, существенно влияющих на интенсивность проявления психических расстройств) производится в порядке и по основаниям, которые предусмотрены законодательством Российской Федерации о здравоохранении. Это означает, что такое стационарное лечение не является принудительной мерой медицинского характера.

Осужденные к наказанию, связанному с лишением свободы, помещаются в таких случаях в стационарные лечебно-профилактические учреждения мест лишения свободы. Госпитализация осужденных к наказанию, не связанному с лишением свободы, осуществляется в психиатрические или наркологические стационары органов здравоохранения. При этом срок отбывания наказания не прерывается. Время пребывания в указанных учреждениях засчитывается в срок отбывания наказания.

При отпадении необходимости дальнейшего лечения осужденного в указанных учреждениях выписка производится в порядке, предусмотренном законодательством Российской Федерации о здравоохранении (ч. 3 ст. 104 УК), после чего он по решению суда направляется для дальнейшего отбывания наказания.

Окончание исполнения наказания, с которым соединено принудительное лечение, не влечет автоматического прекращения принудительного лечения, назначенного в соответствии со ст. 104 УК. Для такого прекращения необходимо отпадение оснований его назначения.

Прекращение принудительной меры медицинского характера, соединенной с исполнением наказания, производится судом по представлению органа, исполняющего наказание, на основании заключения комиссии врачей-психиатров.

Анализ содержания ст. 104 УК позволяет сделать вывод о том, что изменение данной принудительной меры и продление ее применения судом, в отличие от прочих принудительных мер медицинского характера, уголовным законом не предусмотрено.

Глава XI. Уголовное право зарубежных государств

§ 1. Понятие и цели наказания

В уголовных кодексах зарубежных государств отсутствуют, как правило, нормы о понятии и целях наказания. Эти вопросы рассматриваются преимущественно в доктрине уголовного права. При этом существует великое множество самых разных концепций наказания — от теории воздаяния по принципу талиона до новейших теорий ресоциализации преступника.

В английских доктринальных источниках по уголовному праву наказание нередко определяется как "властное причинение страдания лицу за совершенное им преступление". В уголовно-правовой доктрине США под наказанием понимается определенное лишение (страдание), налагаемое решением суда за нарушение уголовного запрета. Разумеется, существуют и более развернутые определения наказания, в частности, данное Дж.Холлом: "Во-первых, наказание — это лишение (зло, муки, обесценивание). Во-вторых, оно является принудительным. В-третьих, оно налагается от имени государства; оно "санкционировано". В-четвертых, наказание предполагает наличие правил и их нарушение, а также более-менее формальное установление в судебном решении этого факта. В-пятых, оно налагается на правонарушителя, который причинил вред, а это предполагает наличие совокупности правил, с учетом которых как вред, так и наказание являются существенными с этической точки зрения. В-шестых, размер и тип наказания определенным образом зависят от причиненного вреда, т.е. они пропорциональны серьезности вреда, а также отягчаются или смягчаются с учетом личности правонарушителя, его мотивов и соблазнов"[373].

В Англии имеют хождение три основные теории наказания[374]: наказания как возмездия, как средства устрашения и как средства исправления преступника. Каждая из этих теорий распадается на ряд толкований. К настоящему времени преобладает мнение о том, что применение средств уголовной репрессии должно преследовать одновременно все три цели — воздаяния, устрашения и исправления, хотя в каждом конкретном случае назначения наказания их соотношение может быть различным.

В законодательстве ряда государств цели наказания формулируются косвенно. В Примерном УК США 1962 г., разработанном учеными Института американского права в качестве рекомендации законодателям штатов, сформулированы цели применения положений о вынесении приговоров, среди которых названы: а) предупреждение совершения новых преступлений, б) содействие исправлению и социальному восстановлению личности правонарушителей и др. (п. 2 ст. 1.02)[375].

Косвенное упоминание об основных целях наказания можно встретить и в действующем американском законодательстве. Так, в ч. II раздела 18 Свода законов США (далее — СЗ США) среди "факторов, учитываемых при определении наказания", названы: содействие уважению закона, адекватное сдерживающее воздействие в отношении преступного поведения, обеспечение защиты общества от совершения виновным преступления в дальнейшем, предоставление виновному возможности в дальнейшем получить необходимое образование, профессиональную подготовку, медицинское или другое исправительное обслуживание наиболее эффективным образом (§ 3553). УК штата Нью-Йорк 1967 г. среди общих целей уголовного закона называет следующую: ":обеспечить публичную безопасность, предупреждая совершение посягательства посредством устрашающего воздействия налагаемых наказаний, социального восстановления личности осужденных, а также их изоляции, когда это требуется в интересах охраны общества" (п. 6 § 1.05).

В целом, уголовно-правовая доктрина США испытала на себе влияние основных теорий наказания, разработанных в английском уголовном праве. В курсах американского уголовного права, в документах министерства юстиции США и других источниках нередко называются четыре основные цели наказания: воздаяние, устрашение, лишение осужденного возможности совершать новые преступления, исправление[376].

При этом воздаяние понимается как наказание виновного для того, чтобы выразить осуждение его поведения обществом. Эта цель наказания, в отличие от трех остальных, является "неутилитарной", т.е. не сопряженной с извлечением из наказания какой-либо иной "пользы" помимо покарания преступника. "Устрашение", существующее в двух разновидностях — общее и индивидуальное, направлено на предупреждение преступлений со стороны либо неопределенного круга лиц, либо самого виновного, который подвергается наказанию. Акцент в американском праве делается на общее устрашение. "Лишение возможности совершать преступления" предполагает изоляцию осужденного от общества с тем, чтобы хотя бы на время заключения в тюрьму оградить от посягательств данного лица тех, кто находится на свободе, либо, при назначении смертной казни, полностью лишить виновного такой возможности. "Исправление" означает такое изменение поведения осужденного, при котором он либо вообще отказывается от преступной деятельности, либо не столь часто совершает преступления, либо совершает менее тяжкие деяния[377].

В последние годы в США предпринимались попытки создать единую теорию наказания, которая примирила бы сторонников всех традиционных концепций. При этом указывается на то, что та или иная цель наказания может приобрести большее или меньшее значение не только в зависимости от периода времени, но и от того, какой орган исполняет наказание. В действительности законодатель может отдать предпочтение одним целям, судьи — другим, уголовно-исполнительные органы — третьим.

Различное отношение американских юристов к целям наказания имеет свое непосредственное отражение в решениях по конкретным уголовным делам. Так, на заседании комиссии Сената США по усовершенствованию судебного механизма приводился следующий пример: в пределах одного судебного округа были привлечены к уголовной ответственности два человека. Оба они обвинялись в подделке ценных бумаг стоимостью до 100 долларов, оба привлекались к ответственности впервые, оба совершили преступное деяние в связи с тяжелым материальным положением. Но один из них был приговорен к 30 дням лишения свободы, а другой к 15 годам.

Несмотря на то, что такая ситуация имеет законодательное основание, различное отношение юристов-практиков к целям наказания приводит к "размыванию" границ наказуемости одних и тех же деяний, к нарушению принципа справедливости, к существенному ограничению прав подсудимых.

Во Франции по проблеме наказания сталкиваются две основные концепции: современного неоклассицизма и новой социальной защиты. Представители первого направления настаивают на необходимости реализации двух основных целей наказания: воздаяния и устрашения. При этом тяжесть наказания должна по возможности соответствовать тяжести совершенного преступления. Эти юристы считают также необходимым исполнять наказания в точном соответствии с приговором без какого-либо последующего смягчения режима содержания, условно-досрочного освобождения, других льгот, иначе наказание утратит свое устрашающее и возмездное значение.

Представители другого направления выступают против такой трактовки наказания. В качестве основных целей наказания они называют исправление и ресоциализацию преступника. "Важно, — пишет М.Ансель, — так построить наказание, чтобы оно само по себе перевоспитывало; ...необходимо также, чтобы его функция ресоциализации признавалась главной и отличалась от простого побочного воспитательного действия неоклассического возмездного наказания. Наказание социальной защиты.... должно, причем в первую очередь, преследовать цель возвращения преступника обществу"[378].

УК Франции не содержит определения наказания и не формулирует его целей. О последних косвенным образом говорится в УПК Франции 1958 г. применительно к конкретным уголовно-правовым мерам. Так, лица, осужденные за убийство несовершеннолетнего, не достигшего 15 лет, либо за убийство, сопряженное с изнасилованием или другими преступлениями, указанными в ст. 718 УПК Франции, отбывают наказание в пенитенциарных учреждениях, позволяющих обеспечить последовательную медицинскую и психологическую адаптацию. Условное освобождение может быть предоставлено только в случае, когда появились "весомые сведения о социальной реадаптации" осужденного (ст. 729 УПК). Меры содействия, сопровождающие исполнение такого уголовного наказания, как запрещение проживать в определенных местах, "имеют целью облегчить социальное исправление осужденного" (ст. 763-3 УПК). О "социальной реадаптации" говорится и в других статьях УПК Франции (см., например, ст. 720-4, 721-1). Таким образом, французский законодатель делает акцент на такой цели наказания, как ресоциализация преступника[379].

Вместе с тем в УК Франции законодатель нередко прибегает к достаточно суровым наказаниям. В этих случаях четко прослеживается стремление к "воздаянию" за причиненное зло, а цели исправления и ресоциализации отодвигаются на второй план.

УК ФРГ не содержит понятия наказания. Доктрина традиционно определяет наказание в зависимости от его отношения к целям. По этому признаку представители германской уголовно-правовой доктрины еще с начала XIX в. подразделялись на сторонников абсолютных и относительных теорий наказания[380].

Для абсолютных теорий главной целью наказания является возмездие, для относительных — устрашение. Большое значение имеют цели превенции и ресоциализации. Наибольшей популярностью среди практиков пользуются смешанные теории наказания.

По германской уголовно-правовой доктрине наказание является регулярным правовым последствием виновно совершенного преступного деяния.

В УК Швейцарии говорится лишь о целях применения отдельных мер. Так, исполнение наказаний в виде каторжной тюрьмы и тюремного заключения "должно оказывать воспитательное воздействие на заключенного и подготавливать его к возвращению к жизни на свободе" (ч. 1 ст. 37). Кроме того, исполнение названных наказаний призвано содействовать тому, чтобы вред, причиненный потерпевшему, был восстановлен. О воспитательных целях говорится и в норме, предусматривающей возможность помещения рецидивиста в учреждение для лиц, осужденных впервые (ч. 2 ст. 37 УК Швейцарии).

Целями применения уголовно-правовых мер к психически больным, согласно УК Швейцарии, являются предотвращение или уменьшение опасности совершения такими лицами новых деяний, находящихся под угрозой наказания, а также предотвращение опасности для других лиц (ст. 43). Целью применения специальных лечебных мер к алкоголикам также является предотвращение опасности совершения нового преступления или проступка, т.е. специальная превенция (см. ст. 44 УК Швейцарии).

В УК Польши 1997 г. в главе о правилах назначения наказания и уголовно-правовых мер говорится о "предупредительных и воспитательных целях" наказания, которые "могут быть достигнуты в отношении осужденного", и о "потребностях в сфере формирования правового сознания общества" (§ 1 ст. 53). При назначении наказания несовершеннолетнему суд должен, в первую очередь, руководствоваться воспитательными целями (§ 1 ст. 54).

В УК Швеции цели формулируются применительно к отдельным видам уголовно-правовых мер. Так, конфискация "вспомогательных средств" совершения преступления осуществляется с целью "упреждения" (т.е. предупреждения) новых преступлений. Такая специфичная уголовно-правовая мера, как пробация, должна посредством надзора за осужденным и помощи ему "гарантировать, чтобы оно (лицо. — Авт.) не укоренилось в преступных привычках, а также содействовать его включению в общество" (ст. 4. гл. 26). "Включение в общество" означает ресоциализацию преступника. О последней говорится и в других статьях шведского УК. Так, в данном УК предусмотрено право суда назначить подсудимому такую меру, как содействие потерпевшему в работе, "которая может восстановить или поправить ущерб", — в случае, когда применение этой меры "могло бы помочь приобщению лица, совершившего преступление, к обществу" (ст. 5 гл. 27).

Таким образом, в уголовном праве зарубежных государств понятие наказания, как правило, не содержится непосредственно в тексте уголовно-правового акта, а формулируется и анализируется доктриной. Вместе с тем законодатель нередко определяет цели применения отдельных уголовно-правовых мер, в особенности тех, которые представляют собой альтернативу традиционным и повсеместно доминирующим по практике их применения видам наказания: лишению свободы и штрафу. При этом законодатели многих государств, в частности, принявших в последнее десятилетие новые уголовные кодексы либо новые редакции последних, делают акцент на ресоциализации преступников. Цель ресоциализации — "возвращения осужденного в общество" и его включения в социум в качестве правопослушного члена — рассматривается как прогрессивная, демократичная и в полной мере соответствующая концепции основных прав и свобод человека.

§ 2. Система наказаний

В зарубежных государствах система наказаний, как правило, не отличается большим разнообразием. Наряду с ней нередко устанавливается и система специальных уголовно-правовых мер — мер безопасности, отличающихся от первых по целям, основаниям назначения и продолжительности.

В Англии и США отдельные виды наказаний, преимущественно вспомогательного характера, можно встретить не в уголовных законах, а в других нормативных актах. В этом вопросе французский законодатель сделал существенный шаг вперед, установив в УК исчерпывающий перечень наказаний, назначаемых за преступления, проступки и нарушения. Однако в связи с введением уголовной ответственности юридических лиц французская система уголовных наказаний стала дуалистичной и включает две подсистемы: наказаний для физических лиц и наказаний для юридических лиц.

В целом, система наказаний в зарубежных государствах включает следующие основные виды: 1) лишение свободы (различные виды тюремного заключения) и 2) штраф. В ряде государств сохраняется смертная казнь. Наряду с основными видами предусматривается большое количество дополнительных (или вспомогательных) наказаний, связанных с ограничением различных прав осужденного (прав на вождение автомобиля, на ношение или хранение оружия, на осуществление профессиональной деятельности и т.п.). К числу дополнительных наказаний во многих государствах отнесена и конфискация имущества. Однако приоритет отдается специальной конфискации, а не общей, что во многом связано с повышенным вниманием законодателей зарубежных стран к защите частной собственности.

В уголовном праве Англии отсутствует деление наказаний на основные и дополнительные. Санкции бывают абсолютно определенными (смертная казнь и пожизненное тюремное заключение) и относительно определенными (тюремное заключение на срок от одного дня до 25 лет и штраф). Относительно определенные санкции в английском праве отличаются указанием только верхнего предела наказания. Санкции обычно носят альтернативный характер. Однако за умышленное убийство установлено безальтернативно пожизненное лишение свободы. Предусмотренные в санкции наказания в виде тюремного заключения и штрафа могут быть назначены вместе. Назначение максимального наказания, а также одновременно двух наказаний — лишения свободы и штрафа возможно тогда, когда преступление имеет характер "наихудшего случая" (the worst-case). К обстоятельствам "наихудшего случая" относятся, например, преднамеренность, жестокость, крупный размер причиненного ущерба и т.п.

Помимо конфискации имущества в Англии существуют и другие виды наказаний вспомогательного характера, как-то: лишение активного и пассивного избирательного права, лишение водительских прав сроком до трех лет.

В большинстве американских штатов в настоящее время система наказаний строится с учетом деления преступлений на ряд категорий, каждой из которых соответствует своя подсистема уголовно-правовых мер. Так, в штате Нью-Йорк за фелонию класса "А" суд вправе назначить тюремное заключение в пределах от 15-25 лет до пожизненного. Для фелонии класса "В" максимум лишения свободы составляет 25 лет, класса "С" — 15 лет, класса "О" — 7 лет, класса "Е" — 4 года. Минимальный срок лишения свободы по общему правилу не может быть менее одного года. В случае совершения фелонии класса "В" или "Е" суд вправе назначить определенный приговор со сроком лишения свободы в пределах одного года включительно, если сочтет, что вынесение неопределенного приговора — это слишком суровая мера для данного подсудимого.

За совершение мисдиминоров по УК штата Нью-Йорк суд должен вынести определенный приговор. При этом за мисдиминор класса "А" срок лишения свободы не может превышать одного года, за мисдиминор класса "В" не может быть более трех месяцев.

За совершение нарушения по законодательству данного штата также выносится определенный приговор. Срок лишения свободы в этом случае не может превышать 15 дней.

С категорией преступного деяния связаны и размеры штрафа, который может быть назначен вместе с лишением свободы[381].

В США, в отличие от Англии, существует деление на основные и дополнительные виды наказания. Первые представлены лишением свободы и штрафом"[382]. К основным наказаниям относится и смертная казнь, сохранившаяся в большинстве штатов. Многообразны дополнительные наказания: лишение избирательных прав; запрещение занимать некоторые должности или осуществлять определенную деятельность; конфискация имущества; запрещение пользования имуществом в течение установленного срока; арест или принудительная распродажа имущества; возложение обязанности загладить причиненный вред и др.

По федеральному законодательству за измену государству, покушение на свержение силой правительства США или использование с этой целью оружия в качестве дополнительного наказания может быть назначено лишение американского гражданства.

Некоторые штаты предусматривают назначение такого наказания, как кастрация (стерилизация), для лиц, совершивших тяжкие насильственные преступления против личности. Так, согласно § 645 УК штата Калифорния за совершение полового сношения с девочкой моложе 10 лет в качестве дополнительного наказания судом может быть предписана операция "с целью предупреждения производства этим лицом потомства".

В уголовном законодательстве США существует специальная система наказаний для юридических лиц (корпораций), основное место в которой занимает штраф. По законодательству ряда штатов организациям может быть предоставлена пробация или назначено распространение в средствах массовой информации обвинительного приговора суда.

Система наказаний во Франции строится в соответствии с классификацией преступных деяний на три группы. Преступления караются уголовными наказаниями, проступки — исправительными, нарушения — полицейскими.

Наибольшей суровостью отличаются уголовные наказания. В зависимости от их продолжительности уголовные наказания делятся на два вида: срочные и бессрочные. К срочным относятся уголовное заключение и уголовное заточение на срок до тридцати лет, к бессрочным — пожизненное уголовное заключение и пожизненное уголовное заточение[383]. Минимум срочных уголовных наказаний УК установил в десять лет. Все названные виды лишения свободы могут быть назначены только в качестве основных наказаний. Смертная казнь во Франции отменена специальным законом в 1981 г.

За совершение преступления, наряду с уголовным заключением или заточением, физическим лицам может быть назначен штраф, максимальный размер которого составляет 50 млн. франков, а также одно или несколько дополнительных наказаний.

Среди исправительных наказаний основное место занимают тюремное заключение и штраф. Максимальный срок тюремного заключения за совершение проступка составляет десять лет. В качестве исправительных наказаний могут быть назначены штрафо-дни, бесплатные общественно полезные работы, лишение или ограничение некоторых прав.

Штрафо-дни и бесплатные общественно полезные работы образуют систему альтернативных наказаний и не предусмотрены в санкциях Особенной части УК. Их альтернативный характер связан с возможностью назначения вместо тюремного заключения, предусмотренного за совершение того или иного проступка.

Система полицейских наказаний представлена штрафом и наказаниями, лишающими определенных прав или их ограничивающими. Максимальный размер штрафа за нарушение для физических лиц составляет десять тысяч франков.

В УК Франции все "составы"[384] сформулированы по принципу фиксирования лишь основных наказаний. Дополнительные виды предусмотрены в Особенной части отдельно, применительно к целым группам преступных деяний и даются в конце каждой главы.

Система наказаний для юридических лиц разработана с учетом специфики нового для Франции субъекта уголовной ответственности. Основное место в этой системе занимает штраф. Возможно назначение и других наказаний, затрагивающих имущественные интересы юридического лица: конфискации, включая общую, запрещения привлекать вклады населения или выдавать чеки, закрытия одного или нескольких заведений юридического лица, запрещения осуществлять какой-либо вид деятельности, лишения лицензии. Помимо имущественных наказаний предусмотрено наказание, касающееся репутации: распространение вынесенного судом приговора. Юридическое лицо может быть помещено под судебный надзор.

Решением палаты Трибунала большой инстанции г. Парижа от 3 ноября 1995 г. по ст. 222-20 УК Франции были осуждены два юридических лица за неумышленное причинение ранений человеку, повлекших полную утрату трудоспособности на срок свыше 3 месяцев. Оба юридических лица были приговорены к уплате штрафа[385].

Действующий УК ФРГ содержит в Общей части раздел третий, который включает в себя уголовно-правовые предписания о правовых последствиях деяния. В главе первой "Наказание" рассматриваемого раздела предусмотрено два вида наказания, которые по своей правовой природе являются основными — лишение свободы (§ 38, 39) и денежный штраф (§ 40-43). Согласно Основному закону (Конституции) ФРГ 1949 г. смертная казнь в ФРГ не применяется.

К дополнительным наказаниям отнесено одно — запрещение управлять транспортным средством (§ 44), которое назначается наряду с лишением свободы или денежным штрафом в том случае, когда преступное деяние было совершено при использовании или в связи с управлением транспортным средством, на срок от одного года до трех лет.

Кроме того, новеллой системы наказаний, предусмотренной УК ФРГ, является такое специфичное для германского уголовного права наказание, как имущественный штраф (§ 43а). Он имеет особую правовую природу. В настоящее время имущественный штраф на практике применяется крайне редко и по существу рассматривается как новый вид денежного штрафа[386].

Специфичным для системы правовых последствий деяния по УК ФРГ является и такой ее элемент, как дополнительные последствия. Дополнительными признаются такие последствия, которые наступают для осужденного без самостоятельного вынесения таких последствий в приговоре. К ним относится лишение права занимать определенные должности, права пользоваться преимуществами, полученными в результате публичных выборов, права избирать или голосовать, права быть избранным (§ 45). Такое дополнительное последствие, как поражение в гражданских правах, с 1 апреля 1970 г. исключено из УК ФРГ.

УК ФРГ различает следующие виды дополнительных последствий:

1. Лицо, осужденное к лишению свободы на срок не менее одного года, лишается на срок до пяти лет права занимать публичные должности и пользоваться правами, полученными в результате публичных выборов (абз. 1 45). При наличии соответствующих условий, указанных выше, данное дополнительное последствие, которое можно определить как утрату пассивного избирательного права, наступает автоматически. С утратой права пользоваться правами, полученными в результате публичных выборов, осужденный одновременно утрачивает соответствующие права и полномочия по должности, которыми он обладал, если иное не предусмотрено УК ФРГ. Причем не требуется специальное вынесение этого правового последствия в приговоре. Утрата права занимать публичные должности, прежде всего, касается должностей, которые выполняют публичные задачи, например, связанные с государственным управлением или деятельностью органов юстиции.

2. В определенных случаях, специально указанных в УК ФРГ (например, 358), дополнительные последствия, наступающие в связи с осуждением за определенные в этой норме должностные преступные деяния, наряду с лишением свободы на срок не менее шести месяцев суд может лишить лицо, совершившее деяние, права занимать публичные должности на срок от двух до пяти лет (абз. 2 § 45). Данное правовое последствие не наступает автоматически и поэтому требуется вынесение этого дополнительного последствия в приговоре.

3. Суд может лишить осужденного права публично избирать или голосовать на срок от двух до пяти лет (абз. 5 § 45), если это специально предусмотрено УК ФРГ. Эти дополнительные последствия предусмотрены, например, § 108с (в связи с осуждением за определенные в данной норме преступные деяния против конституционных органов, а также связанные с выборами и голосованием), § 101 (в связи с осуждением за измену Родине или угрозу внешней безопасности) и рядом других.

4. Лишение правового положения и прав действительны с момента вступления приговора в законную силу. Продолжительность утраты прав исчисляется со дня отбытия лишения свободы, истечения давности или освобождения от наказания. Определенная специфика исчисления лишения указанных прав как дополнительных последствий существует для случаев, когда наряду с наказанием в виде лишения свободы были назначены меры исправления и безопасности, связанные с лишением свободы. Тогда срок лишения указанных выше прав исчисляется со дня окончания исполнения данных мер. Целям ресоциализации служит правовое предписание § 45b о восстановлении в правах, если фактически истекла половина срока или "суд ожидает, что в будущем осужденный не совершит больше умышленных преступлений".

5. По своей правовой природе специфическим дополнительным последствием, на наш взгляд, является и опубликование приговора по уголовным делам об оскорблении (§ 200).

Специфичным институтом германского уголовного права является так называемая система мер (Massnahmen). Германский законодатель понимает их как правовые последствия виновно совершенного деяния. Меры не относятся к наказаниям, дополнительным наказаниям и дополнительным последствиям. На основании п. 8 § 11 УК ФРГ к ним относятся: "Любые меры исправления и безопасности, конфискация имущества, изъятие предметов преступления, уничтожение орудий преступления и запрещенных к обороту вещей".

Так называемое дополнительное уголовное право (Neben-strafrecht) содержит специфические меры, например, запрет содержания животного (§ 20 Закона о защите животных).

Специфичные меры предусмотрены в так называемом молодежном уголовном праве (Yugendstrafrecht). К ним можно отнести воспитательные и исправительные меры, предусмотренные Законом об отправлении правосудия по делам несовершеннолетних в редакции от 11 декабря 1974 г.[387]

Среди правоведов Германии наблюдается неоднозначное отношение к мерам исправления и безопасности. Один из комментаторов УК ФРГ К.Лакнер считает, что "в основе УК лежит двухколейная (дуалистическая) реакционная система. В ней меры наряду с наказанием образуют второй основной тип правовых последствий. В то время как наказание ограничено принципом вины и преследует превентивные цели только в ограниченном объеме, меры служат защите общества от опасного преступника:" Профессор Лакнер подчеркивает, что в настоящее время проводится широкая дискуссия о преобразовании, ограничении или, вообще, об устранении системы мер в полном объеме[388].

Профессор Н.Ф.Кузнецова также отмечает, что "система двух-колейности" претерпевает кризис по ряду оснований: "Во-первых, меры безопасности не основаны на виновности. Крайне спорен и не определен принцип констатации опасности лица вне его вины. Во-вторых, неясна правовая природа многих мер безопасности и поэтому их далеко не всегда можно отграничить от наказаний. В-третьих, многие из них более репрессивны, чем наказания"[389].

В УК Австрии (раздел третий Общей части) предусмотрена следующая система правовых последствий осуждения: 1) наказания, 2) изъятие выгоды, 3) изъятие предметов и 4) предупредительные меры.

Австрийское уголовное право не отличается большим разнообразием элементов системы наказаний. Основных наказаний два: лишение свободы и денежный штраф. В 1950 г. смертная казнь в Австрии была отменена. В УК Австрии предусмотрены и иные правовые последствия осуждения, в частности, конфискация имущества. Дополнительными правовыми последствиями осуждения являются также отстранение чиновника от должности, утрата прав, связанных с участием в выборах, с награждением или назначением на должность.

В австрийском УК предусмотрены три вида предупредительных мер (§ 21-23): помещение в учреждение для правонарушителей, имеющих психические отклонения, помещение в учреждение для правонарушителей, страдающих наркоманией или алкоголизмом, помещение в учреждение для опасных рецидивистов. Эти меры связаны, прежде всего, с изоляцией осужденного от общества путем помещения в соответствующее учреждение, специфика которого зависит как от психического или физического заболевания правонарушителя, так и от криминологической характеристики его личности. Эти меры преследуют цели предотвратить совершение новых преступных деяний данным лицом и обезопасить общество от таких преступных посягательств со стороны данного лица в будущем.

Большинство предупредительных мер может быть назначено одновременно с наказанием. Исключение составляет помещение в учреждение для правонарушителей, имеющих психические отклонения. Указанная мера применяется к лицам, совершившим деяния в состоянии невменяемости (§ 11). Очевидно, что таким лицам наказание не может быть назначено вообще.

В § 24 УК Австрии определена последовательность исполнения наказания в виде лишения свободы и предупредительных мер, связанных с лишением свободы. Последние могут исполняться как до исполнения наказания в виде лишения свободы (помещение в учреждение для правонарушителей, имеющих психические отклонения, и в учреждение для правонарушителей, страдающих наркоманией или алкоголизмом, так и после исполнения наказания в виде лишения свободы (помещение в учреждение для опасных рецидивистов). В первом случае время содержания в соответствующем учреждении засчитывается в срок лишения свободы. Предупредительные меры назначаются на неопределенное время. Их продолжительность зависит только от того, достигнуты или нет их цели. Однако УК Австрии устанавливает некоторые ограничения срока применения предупредительных мер: помещение в учреждение для правонарушителей, страдающих наркоманией или алкоголизмом, не может продолжаться более двух лет, а помещение в учреждение для опасных рецидивистов — не более десяти лет. Обязанностью суда является проверять, необходимо ли еще применять предупредительные меры. Суд же принимает решение об их отмене.

По УК Швейцарии система наказаний и мер включает пять подсистем: 1) наказания, связанные с лишением свободы, 2) штраф, 3) дополнительные наказания, 4) меры безопасности, 5) иные меры. Смертная казнь в Швейцарии не применяется. Законодательное установление такого широкого перечня наказаний и других уголовно-правовых мер наиболее полно способствует реализации принципа индивидуализации уголовной ответственности и наказания.

В швейцарском УК содержится широкий перечень дополнительных наказаний: увольнение от должности, лишение родительской или опекунской власти, запрет заниматься определенной профессией, ремеслом или осуществлять торговую деятельность, изгнание (высылка) за пределы страны, запрещение посещать конкретный ресторан лицам, склонным к алкоголизму.

К мерам безопасности отнесены: изоляция "привычных" преступников; меры, применяемые к психически больным; исправление лиц, страдающих алкоголизмом или наркоманией.

Под иными мерами подразумевается превентивный залог, два вида конфискации (конфискация опасных предметов, конфискация имущественной прибыли), компенсация потерпевшему, опубликование приговора[390].

Система наказаний по УК Испании включает основные и дополнительные виды. В качестве как основных, так и дополнительных наказаний могут быть назначены штраф, общественные работы и лишение определенных прав. Все другие — только в качестве основных. Смертная казнь в Испании отменена.

В зависимости от характера и продолжительности наказания УК делит их на три категории: строгие, менее строгие и небольшие (ст. 33). К строгим относятся: лишение свободы на срок более трех лет, абсолютное поражение в правах, лишение права заниматься определенным видом деятельности на срок более трех лет, лишение права управлять транспортными средствами на срок более шести лет и некоторые другие. Менее строгими наказаниями являются: лишение свободы на срок от шести месяцев до трех лет, специальное поражение в правах на срок до трех лет, штраф в размере более двухмесячных заработных плат, штраф, пропорциональный причиненному ущербу, арест на срок от семи до двадцати четырех выходных дней и др. К небольшим наказаниям отнесены: лишение права управлять транспортными средствами на срок от трех месяцев до года, штраф в размере от пятидневного заработка до двухмесячных заработных плат, арест на срок от одного до шести выходных дней и др.

В УК Испании установлена и система мер безопасности, применяемых в случае совершения общественно опасного деяния невменяемыми лицами, лицами, находящимися в состоянии сильного алкогольного отравления, наркотического или токсического одурманивания или абстиненции, если суд придет к выводу о возможности совершения ими нового общественно опасного деяния. Меры безопасности могут быть назначены и другим лицам. В этом случае возможно их совмещение с наказаниями[391].

Предусмотренная в УК Польши система наказаний включает следующие виды: штраф, ограничение свободы, лишение свободы пожизненное и на определенный срок. Смертная казнь в Польше отменена. Как мы видим, система наказаний в польском уголовном праве не отличается большим разнообразием. Исходя из содержания наказаний их можно представить лишь в двух видах: 1) затрагивающие экономическую сферу (штраф) и 2) ограничивающие свободу передвижения (ограничение или лишение свободы). Вместе с тем наряду с системой наказаний в польском уголовном праве существуют система уголовно-правовых мер и система мер безопасности. Самостоятельное значение имеют также институты условного прекращения уголовного преследования и отсрочки исполнения наказания.

К уголовно-правовым мерам, согласно УК Польши, отнесены: лишение публичных прав, запрещение занимать определенную должность или заниматься определенной профессией, запрещение управлять транспортными средствами, конфискация, возмещение вреда, денежная компенсация, денежная выплата, доведение приговора до публичного сведения (ст. 39). В отличие от наказания уголовно-правовые меры не предусмотрены в санкциях статей, устанавливающих ответственность за конкретные виды преступлений и проступков. Порядок назначения таких мер регламентирован в Общей части УК. К примеру, лишение публичных прав, предполагающее утрату активного и пассивного избирательного права, а также другие неблагоприятные для виновного последствия, может быть назначено тогда, когда лицо осуждается к лишению свободы на срок не ниже трех лет за такое преступление, которое совершено "по мотивам, заслуживающим особого осуждения" (ст. 40). В случае назначения наказания за совершение лицом умышленного преступления против жизни или здоровья суд вправе вынести постановление о выплате денежной компенсации "на общественные цели, связанные с охраной здоровья" (ст. 47). Таким образом, система уголовно-правовых мер по существу представляет собой систему дополнительных правоограничений, определяемых судом при назначении наказания за то или иное преступление.

Меры безопасности по уголовному праву Польши включают: 1) помещение в психиатрическое учреждение закрытого типа, 2) помещение в учреждение закрытого типа для прохождения курса лечения от алкогольной зависимости или зависимости от одурманивающих средств и 3) помещение лиц, признанных ограниченно вменяемыми, в пенитенциарное учреждение, совмещающее лишение свободы с проведением лечебно-реабилитационных мероприятий. Следовательно, меры безопасности могут как сопровождать наказание и уголовно-правовые меры, так и быть самостоятельным последствием совершения лицом общественно опасного деяния в случае признания его невменяемым.

Меры безопасности, связанные с помещением лица в какие-либо учреждения закрытого типа, могут быть назначены лишь тогда, когда "это необходимо для предотвращения совершения лицом нового запрещенного деяния, связанного с его психическим заболеванием, умственной отсталостью или зависимостью от алкоголя или другого одурманивающего средства" (ст. 93 УК Польши).

Согласно УК Швеции санкциями за совершение преступления являются: 1) наказания в виде штрафа и тюремного заключения; 2) условное осуждение ("условный приговор"); 3) пробация и 4) передача на специальное попечение (ст. 3 гл. 1). Таким образом, в уголовном праве Швеции понятие "санкция" является родовым и включает как собственно наказания, так и другие уголовно-правовые меры. Кроме того, в названном УК говорится о возможности применения так называемых "особых последствий" совершения преступления "независимо от санкции", хотя и на основании закона. К такого рода последствиям отнесены конфискация имущества, корпоративный штраф, возмещение ущерба (ст. 8 гл. 1) В случае назначения пробации выполнение неоплачиваемых общественно полезных работ может служить одной из обязанностей, возлагаемых на осужденного, выразившего согласие с применением к нему данной меры.

Смертная казнь в Швеции отменена полностью в 1972 г., в связи с чем не включается в систему санкций, установленных УК.

По УК Японии[392] система наказаний включает основные и дополнительные виды. К первым относятся смертная казнь, лишение свободы с принудительным трудом, лишение свободы без принудительного труда, штраф, уголовный арест, малый штраф. К дополнительному отнесена конфискация имущества (ст. 9 УК Японии). В УК установлена иерархия основных видов наказания по их тяжести (ст. 10).

Помимо названных в Особенной части УК Японии можно обнаружить и такое наказание, которое не упоминается в системе наказаний, установленной Общей частью кодекса. В санкциях некоторых норм Особенной части говорится о денежной пене, которая отграничивается от штрафа, малого штрафа и конфискации имущества. Денежная пеня, в частности, предусмотрена наряду с такими мерами, как лишение свободы с принудительным физическим трудом на срок до шести месяцев, денежный штраф на сумму до пятисот иен, арест за публичные непристойные действия (ст. 174 УК). Названная мера установлена и за распространение порнографических предметов, за азартные игры, за оскорбление, за погребение человека, умершего неестественной смертью, за нанесение телесных повреждений и т.д. При этом минимальный и максимальный размеры пени в Кодексе не указаны, не говорится и о порядке ее исполнения. Очевидно, определение размеров денежной пени и решение других вопросов, с этим связанных, — прерогатива суда.

В китайском УК 1997 г. подробно регламентированы вопросы, связанные с видами наказаний (§ 1-8 главы третьей Общей части) и применением наказания (глава четвертая Общей части)[393].

УК КНР делит наказания на основные и дополнительные (ст. 32). К основным наказаниям отнесены надзор, краткосрочный арест, лишение свободы на определенный срок, бессрочное лишение свободы, смертная казнь (ст. 33). Дополнительными наказаниями являются денежный штраф, лишение политических прав и конфискация имущества (ст. 34). Они же могут применяться самостоятельно. Спецификой УК КНР является то, что к совершившим преступление иностранным гражданам в качестве самостоятельной или дополнительной меры наказания может применяться высылка из страны (ст. 35). УК КНР возлагает на всех виновных лиц обязанность возместить причиненный преступлением материальный вред (ст. 36).

Если лицо совершает незначительное преступление, то к нему может не применяться уголовное наказание (ст. 37). С учетом конкретных обстоятельств дела таким лицам "может быть вынесено общественное порицание или их можно обязать облечь свое раскаяние в письменную форму, принести извинения, возместить ущерб либо компетентным административным органом на них может быть наложено административное взыскание"[394].

Надзор как вид наказания назначается на срок от трех месяцев до двух лет (ст. 38) в приговоре, вынесенном народным судом, и осуществляется органами общественной безопасности. В течение срока надзора на осужденного возлагается обязанность выполнять определенные в ст. 39 требования (например, соблюдать законы, административные правила, подчиняться надзору; запрещается покидать уезд, город постоянного места жительства или менять место жительства без санкции контролирующего органа и др.). Срок надзора исчисляется со дня вынесения приговора судом. При этом один день предварительного заключения приравнивается к двум дням пребывания под надзором.

Лишение политических прав назначается, как правило, на срок от одного года до пяти лет. Оно состоит в лишении определенных прав, перечень которых установлен в ст. 54 УК КНР. К ним относятся, например, право избирать и право быть избранным; право публично выступать, публиковаться, участвовать в собраниях, право занимать должности в государственных органах и др. Осужденные к смертной казни, бессрочному лишению свободы лишаются политических прав пожизненно. В случае отсрочки исполнения наказания в виде смертной казни с последующей заменой смертной казни бессрочным или срочным лишением свободы назначается лишение политических прав на срок от трех до десяти лет. Срок лишения политических прав начинает течь с момента окончания срока лишения свободы, краткосрочного ареста или со дня условного освобождения.

Система наказаний в мусульманском уголовном праве отличается жестокостью, наличием телесных и членовредительских наказаний, квалифицированных видов смертной казни. При этом наказания делятся на категории в зависимости от вида преступления, установленного шариатом. Так, в соответствии с делением преступных деяний на три группы — "посягательства на права Аллаха", посягательства на права отдельных лиц и иные правонарушения — наказания также делятся на три категории. Первая категория преступлений как самая тяжкая с точки зрения мусульманского уголовного права влечет строго определенное в Коране наказание — хадд. При этом никакой судья не вправе смягчить наказание или каким-либо образом его изменить или заменить. К примеру, кража, причисляемая к первой категории преступлений, наказывается отсечением руки, прелюбодеяние — преступление той же категории — совершенное состоящим в браке мусульманином, карается ста ударами палками и забиванием камнями до смерти.

Для второй группы преступлений предусмотрены наказания категории кисас, что буквально означает "воздаяние равным". Такие наказания тоже четко фиксированы в уголовном праве, однако возможна их замена другими мерами по желанию потерпевшей стороны. Убийство в силу принципа воздаяния равным должно влечь смертную казнь преступника, однако родственники и наследники убитого имеют право простить убийцу либо получить "плату за кровь" (дийа). В этом случае смертный приговор не может быть вынесен, поскольку судья связан волеизъявлением потерпевшей стороны. В последние годы шариатские суды чаще стали прибегать именно к мере "дийа", т.е. к назначению денежного возмещения вреда, причиненного преступлением. К примеру, в Судане полный размер возмещения составляет сто верблюдов или денежную сумму, эквивалентную их стоимости. Полное возмещение предусмотрено за убийство, за утрату всех пальцев на руках или на ногах, утрату всех зубов, за нарушение полностью функций мозга или органов чувств и т.п. Возмещение в половинном размере предусмотрено, например, в случае утраты одной из парных частей тела.

Третья группа преступлений влечет наказания категории тазир, которые назначаются по усмотрению суда. Исследователи мусульманского права называют от 4 до 11 видов этого наказания. Среди них такие, например, как устное порицание, молчаливое проявление осуждения, бритье головы, чернение лица, распятие на три дня без лишения жизни, телесные наказания, лишение свободы и смертная казнь. Мусульманским правом допускается применение наказания этой категории даже превентивно, если того требуют публичные интересы.

Таким образом, в уголовном праве зарубежных государств система наказаний строится, как правило, с учетом, в первую очередь, категорий преступных деяний. При этом во многих странах сохраняется дуалистичная система уголовно-правовых мер, включающая, помимо собственно наказаний, меры безопасности, применение которых не зависит от вины и основано на констатации "опасного состояния лица", которое может быть связано как с совершением преступления, так и с совершением общественно опасного деяния лицами, не являющимися субъектами преступления (малолетними, психически больными).

В уголовном праве зарубежных государств система наказаний строится также с учетом их значения для реализации целей наказания (основные, дополнительные, вспомогательные, альтернативные), сущности и содержания этих мер (имущественные, телесные и пр.), субъектов уголовной ответственности (для физических, для юридических лиц) и с учетом других критериев.

Система основных наказаний, как правило, не характеризуется большим разнообразием видов. Напротив, дополнительных наказаний, или наказаний вспомогательного характера, чрезвычайно много, и они связаны с ограничением самых разных прав и свобод осужденного, включая личные, политические и социально-экономические права.

§ 3. Отдельные виды наказаний

Смертная казнь как вид наказания к концу 1995 г. была полностью отменена в 72 странах. В Швеции смертная казнь за преступления, совершаемые в мирное время, была отменена в 1921 г., окончательно как вид наказания — в 1972 г. Последний смертный приговор в Швеции был приведен в исполнение в 1910 г. В Германии это наказание было упразднено Основным законом государства в 1949 г., во Франции специальным законом — в 1981 г. В Финляндии смертные приговоры за общеуголовные преступления не приводились в исполнение с 1826 г. За подобные преступления смертная казнь здесь была отменена де-юре в 1949 г., за все преступления — в 1972 г. В 30 государствах она фактически не применяется, хотя и сохраняется в законодательстве В 1990-х гг. от смертной казни отказались Ирландия, Венгрия, Румыния, Чехия, Словакия, Швейцария, Греция, Польша, Молдова, Италия, Испания. В 1995 г. смертная казнь была отменена в ЮАР.

Однако ряд государств, напротив, расширили сферу применения этого вида наказания. Так, в США по Федеральному закону о контроле над насильственной преступностью 1994 г. число преступлений, за которые предусмотрена смертная казнь, было увеличено до 60.

В Китае ежегодно казнят до 3,5-10 тыс. осужденных, что, конечно, неоправданно много, даже с учетом того, что население КНР составляет 1, 25 млрд. человек[395]. Всего на долю Китая приходится около 70% всех казней в мире[396].

По УК КНР смертная казнь (ст. 48) назначается за совершение тягчайших преступлений. Приговор к смертной казни может быть приведен в исполнение немедленно либо одновременно с вынесением приговора к смертной казни может быть назначена отсрочка исполнения этого вида наказания сроком на два года. Приговоры к смертной казни утверждаются Верховным народным судом, за исключением тех, которые были вынесены им самим. Смертная казнь не применяется к лицам, не достигшим на момент совершения преступления восемнадцатилетнего возраста, и к женщинам, находящимся во время судебного разбирательства в состоянии беременности (ст. 49). В случае назначения отсрочки исполнения смертной казни по истечении двух лет смертная казнь может быть заменена либо бессрочным лишением свободы, если осужденный раскаялся и изменился к лучшему, либо лишением свободы на срок от пятнадцати до двадцати лет, если осужденный не только раскаялся и изменился к лучшему, но еще и имел определенные заслуги. В противном случае, если есть основания полагать, что осужденный злостно сопротивлялся перевоспитанию, по решению Верховного народного суда либо с его санкции смертная казнь приводится в исполнение. В случае назначения отсрочки исполнения смертной казни ее срок начинает течь с момента вынесения приговора. Если смертная казнь по истечении двух лет отсрочки ее исполнения заменяется лишением свободы на определенный срок, то срок этого вида наказания начинает течь с момента назначения наказания в виде лишения свободы.

По английскому уголовному праву смертная казнь может быть назначена за совершение некоторых государственных преступлений. При этом она не применяется к несовершеннолетним и беременным женщинам. В первом случае виновный подлежит тюремному заключению на неопределенный срок, во втором случае — смертная казнь должна быть заменена пожизненным лишением свободы. Вместе с тем на протяжении многих лет в Англии смертная казнь как вид наказания не назначается и не исполняется. В 1970 г. была отменена смертная казнь за убийство человека.

В США смертная казнь предусмотрена законодательством федерации и 38 штатов. Ряд субъектов федерации то отменяли смертную казнь, то вновь вводили. Последним штатом, восстановившим этот вид наказания в 1995 г., стал штат Нью-Йорк[397].

В США ежегодно выносится около 250-300 смертных приговоров. Рекордным стал 1997 г., когда в штатах были приведены в исполнение 74 таких приговора, ровно столько, сколько было исполнено в период 1976-1987 гг.[398]

Пределы применения смертной казни весьма неодинаковы. Если по федеральному законодательству она может быть применена в 60 случаях[399] (за шпионаж, государственную измену, тяжкое убийство и др.), то по законодательству ряда штатов это наказание может быть назначено в 2-4 случаях. По общему правилу смертная казнь в штатах может быть назначена за тяжкое убийство, похищение людей с целью получения выкупа, изнасилование при отягчающих обстоятельствах, половое сношение с несовершеннолетним лицом, понуждение женщины к вступлению в брак и некоторые другие.

В США при рассмотрении дела по преступлению, за которое предусмотрена смертная казнь, суд должен установить, является ли вынесение смертного приговора оправданным, и оценить все смягчающие и отягчающие обстоятельства, которые могут повлиять на решение. В СЗ США (§ 3592) названы те смягчающие обстоятельства, которые исключают назначение смертной казни. К их числу отнесены: уменьшенная вменяемость, серьезное психическое или эмоциональное расстройство, принуждение к совершению преступления, незначительное участие в преступлении, согласие потерпевшего с преступным поведением, повлекшим его смерть, и др.

Среди отягчающих обстоятельств убийства, которые могут обусловить вынесение смертного приговора, названы: предшествовавшие данному преступлению случаи смерти людей при совершении какого-либо другого преступления, прежняя судимость за насильственную фелонию, совершенную с использованием огнестрельного оружия, жестокий или извращенный способ совершения преступления, прежние судимости за две наркофелонии, уязвимость жертвы убийства, совершение преступления в отношении высокопоставленных должностных лиц, прежняя судимость за половое нападение или педофилию.

В СЗ США регламентировано исполнение смертного приговора. Смертная казнь приводится в исполнение на территории того штата, где федеральным судом был осужден виновный. Однако если в данном штате смертная казнь отменена, то осужденный препровождается в тот штат, где она существует, и приводится в исполнение таким способом (инъекция, газовая камера, электрический стул, расстрел, повешение), какой принят в данном штате[400].

Способы исполнения смертной казни различаются в зависимости от штата. В большинстве из них казнь приводится в исполнение посредством электрического стула. В 10 штатах используется газовая камера, в 4 штатах — инъекция снотворного и парализующего вещества. Повешение применяется в некоторых штатах и в федеральной юрисдикции за воинские преступления.

По законодательству федерации и штатов нередко допускается применение вместо смертной казни пожизненного лишения свободы или лишения свободы на длительный срок. Основанием замены могут служить как смягчающие обстоятельства, характеризующие само преступление, так и некоторые условия, связанные с доказыванием по делу или порядком вынесения приговора. Например, в законодательстве федерации и ряда штатов смертный приговор может быть вынесен только при его единодушном одобрении присяжными.

Вместе с тем смертная казнь подчас является обязательной и единственной мерой наказания. К таким случаям относятся, например, случаи осуждения за государственную измену, заведомо ложный донос, в результате которого невиновный был подвергнут смертной казни, действия, повлекшие крушение поезда и гибель людей.

В США возможно назначение смертной казни лицам, совершившим преступление в несовершеннолетнем возрасте, хотя действующее федеральное законодательство такую возможность исключает[401]. Одним из самых молодых был четырнадцатилетний У.Дарден, казненный в 1988 г. во Флориде на электрическом стуле. На июнь 1988 г. в 14 штатах ожидали исполнения смертной казни 30 осужденных, которым в момент совершения преступления не было 18 лет.

Смертная казнь в США может быть назначена и женщинам. Правда, по федеральному законодательству смертная казнь не приводится в исполнение в отношении беременной женщины, а откладывается до окончания срока беременности. Отсрочка смертной казни для беременных женщин предусмотрена и в большинстве штатов. Однако при исследовании специальной комиссии, проведенном в 1983 г., выяснилось, что в десяти штатах такой льготы не существует, хотя случаев казни беременных женщин в таких штатах не было.

Большой общественный резонанс получила казнь Карлы Таккер в феврале 1998 г. в штате Техас. Карла Таккер, бывшая проститутка и наркоманка, была привлечена к ответственности за убийство двух человек в процессе ограбления, совершенного в 1983 г. В течение 14-летнего предварительного заключения она раскаялась в совершенном преступлении, стала ревностной христианкой и в заключительном судебном заседании просила назначить ей пожизненное лишение свободы, чтобы она имела возможность проповедовать христианство среди осужденных. Несмотря на просьбу подсудимой и прошение главы католической церкви Иоанна Павла II, суд приговорил ее к смертной казни. В штате Техас это был первый случай после гражданской войны, когда смертный приговор был вынесен женщине. Губернатор штата Буш, имевший возможность отсрочить на месяц исполнение смертного приговора, не воспользовался этой возможностью. Карла Таккер была казнена в присутствии близких родственников и репортеров посредством инъекции ядовитого вещества.

В том же 1998 г. в штате Флорида на электрическом стуле была казнена Джуди Буэноано, прозванная "черной вдовой", за убийство своего мужа и сына с целью получения страховки[402].

Число вынесенных и приведенных в исполнение смертных приговоров существенно различается в зависимости от штата. По данным В.Квашиса[403], за последние 22 года на долю девяти южных штатов приходится 67% смертных приговоров и 82% казней в США. Традиционно лидируют штаты Техас и Флорида.

Практика назначения и исполнения смертной казни в США нередко имеет оттенок расизма. Дело в том, что чернокожие составляют около 12% населения страны, однако в числе приговоренных к смертной казни они составляют стабильно около 41%.

Как ни цинично это звучит, смертная казнь в условиях США достаточно "дорогостоящий" вид наказания. Это связано, в первую очередь, с процессуальными особенностями рассмотрения и обжалования дел по преступлениям, караемым смертной казнью. Американские юристы подсчитали, что, например, в Северной Каролине одна казнь обходится налогоплательщикам в 2,16 млн., в Техасе — 3,3 млн., во Флориде — 3,2 млн. долларов. Штат Калифорния ежегодно тратит на рассмотрение уголовных дел, караемых смертной казнью, и ее исполнение более 90 млн. долларов. В целом по стране стоимость одной казни в три раза выше, чем расходы на пожизненное заключение[404].

Смертная казнь как вид наказания сохраняется в Японии. Эта мера приводится в исполнение в тюрьме путем повешения. Данное наказание предусмотрено за целый ряд преступлений, в том числе за организацию мятежных действий с целью свержения правительства или отторжения японской территории; сговор с иностранным государством, приведший к применению вооруженной силы против Японии; убийство, в том числе родственника по восходящей линии, и некоторые другие.

В государствах, где действует мусульманское уголовное право, практикуется публичное исполнение смертной казни. В этих же странах используется такой мучительный способ лишения осужденного жизни, как забивание камнями. В Судане, например, этот вид наказания предусмотрен за прелюбодеяние. Коран предписывает мусульманам: "Прелюбодея и прелюбодейку — побивайте каждого из них сотней ударов. Пусть не овладеет вами жалость к ним в религии Аллаха и в последний день. И пусть присутствует при наказании группа верующих". Это предписание священной книги всех мусульман было дополнено сунной: согласно преданию Пророка, если совершившие прелюбодеяние мусульманин или мусульманка состоят в браке, то они наказываются сотней ударов и забиваются камнями до смерти, а уличенные в этом грехе лица, не состоящие в браке, заслуживают сотни ударов и подлежат высылке сроком на один год[405].

Таким образом, смертная казнь сохраняется пока еще в большинстве зарубежных государств в качестве уголовного наказания. При этом способы ее исполнения достаточно разнообразны. Несмотря на попытки некоторых развитых государств гуманизировать исполнение этого наказания путем введения наименее мучительных способов лишения жизни, эта мера продолжает оставаться самым жестоким, бесчеловечным, наиболее карательным способом наказания преступников.

Лишение свободы как вид наказания существует во всех правовых системах. В Англии после отмены каторжных работ в 1948 г. предусмотрен только один вид такого наказания — тюремное заключение, которое дифференцируется в зависимости от срока — пожизненное и на определенный срок. В английском праве установлены некоторые ограничения на назначение данной уголовно-правовой меры. Так, если лицо ранее не привлекалось к уголовной ответственности, по общему правилу лишение свободы ему не должно назначаться, за исключением случаев, когда другие меры представляются суду неэффективными. Последний, назначая лишение свободы, должен мотивировать свой выбор. Кроме того, по Закону 1982 г. об уголовной юстиции тюремное заключение не должно применяться и к лицам, не достигшим 21 года. Вместе с тем лишение свободы несовершеннолетним назначается. Это возможно по указанному Закону 1982 г. в тех случаях, когда суд придет к выводу о том, что "меры, связанные с лишением свободы, необходимы для защиты общества или в связи с тем, что было совершено серьезное преступление, и применение к виновному приговора, не связанного с лишением свободы, было бы неоправданным"[406]. Несовершеннолетние содержатся отдельно от взрослых под надзором воспитателей, прошедших специальный курс обучения для работы с подростками.

По Закону о преступлении (наказаниях) 1997 г. при решении вопроса о назначении пожизненного лишения свободы суд учитывает обстоятельства, связанные с совершенным преступлением или личностью правонарушителя. Суд вправе назначить такое наказание, если лицо осуждено за "серьезное" преступление и на момент совершения рассматриваемого преступления субъект, достигший 18 лет, имеет судимость за другое "серьезное" преступление (ч. 1 § 2 Закона). Преступление согласно данному Закону признается серьезным, если это — покушение, сговор или подстрекательство к тяжкому убийству; простое убийство; умышленное ранение или причинение тяжких телесных повреждений; изнасилование или покушение на него; половое сношение с девочкой моложе 13 лет и т.д.

В Англии и Уэльсе насчитывается около 130 пенитенциарных учреждений, исполняющих лишение свободы, в которых содержится примерно 49 тыс. человек. Женщины составляют около 4% осужденных. В английских тюрьмах организован труд заключенных, однако работа предоставляется по желанию. Осужденные имеют возможность получать образование, включая высшее, с получением национальных сертификатов по избранной специальности[407].

По примеру США, где с 1986 г. существуют частные тюрьмы, английское правительство решилось на введение таких тюрем в стране, поскольку финансировать уголовно-исполнительную систему становится все труднее. Английские тюрьмы переполнены в среднем на 7%, хотя в некоторых учреждениях эта цифра достигает 60-70%. В сентябре 1993 г. правительство заявило, что оно намерено поощрять развитие частного сектора в исправительной системе. Предполагалось заключить контракты с частными фирмами на управление около 10% тюрем в Англии и Уэльсе, а также на проектирование, строительство и финансирование новых тюрем. К настоящему времени в Англии функционируют две таких тюрьмы"[408].

В США лишение свободы является одним из самых распространенных и в законодательстве, и в практике применения видом наказания. Почти 2/3 лиц, признанных виновными в совершении фелонии, приговариваются к тюремному заключению.

Как правило, ни федеральные законы, ни законы штатов не устанавливают общих максимальных сроков лишения свободы. В связи с этим суды нередко назначают 30, 40, 50 и более лет тюремного заключения. Назначение 50 лет лишения свободы возможно, например, по УК штата Нью-Йорк по совокупности приговоров. В большинстве штатов и по законодательству федерации допускается назначение пожизненного заключения. Последнее может быть назначено при определенных обстоятельствах тому, кто был или мог быть приговорен к смертной казни; в качестве самостоятельной меры за наиболее опасные преступления; по совокупности приговоров и преступлений; лицу, имеющему несколько судимостей за фелонии.

В большинстве УК штатов сохраняется принцип, согласно которому приговор к тюремному заключению за фелонию должен быть неопределенным[409]. Это значит, что суд должен определить в приговоре минимальный и максимальный сроки лишения свободы. Реальное время отбытия наказания зависит от самых разных обстоятельств: поведения осужденного в тюрьме, усмотрения коллегии по условно-досрочному освобождению (административных, а не судебных органов) и т.д.

Всплеск преступности, отмеченный в США к 1991 г., привел к усилению уголовной репрессии в этом государстве. Если в 1980 г. в США за решеткой находилось чуть больше 300 тыс. человек, в 1985 г. — около 500 тыс., то к 1994 г. число заключенных превысило 1 млн. Рост количества осужденных к тюремному заключению произошел, как и в европейских странах, за счет увеличения сроков лишения свободы, назначаемых подсудимым. Пенитенциарная система США оказалась перегруженной. Государство было вынуждено пойти по пути дифференциации уголовной ответственности и увеличения сроков лишения свободы для преступников-рецидивистов и лиц, совершивших тяжкие преступления, с одновременным расширением перечня иных уголовно-правовых мер, не связанных с реальным отбыванием лишения свободы. Сроки лишения свободы возросли к 1994 г. в среднем на 31% и продолжают расти в настоящее время. Вместе с тем широкое распространение получили такие уголовно-правовые меры, как пробация[410] с интенсивным надзором, домашний арест с электронным мониторингом[411], шоковое заключение и другие, которые требуют меньших затрат по сравнению с тюремным заключением[412].

Разновидностью лишения свободы является такое наказание, как шоковое заключение (или исправительные строительные лагеря). Впервые эта уголовно-правовая мера стала применяться в 1983 г. в штатах Джорджия и Оклахома. В настоящее время тридцать штатов из пятидесяти и федеральная юрисдикция предусматривают эту меру. Ежедневно в среднем около 10 тыс. осужденных американцев подвергаются этой мере. После июля 1994 г. в связи с принятием специального закона она стала еще более популярной. Шоковое заключение представляет собой вид тюремного заключения на непродолжительный срок с содержанием осужденного в лагере полувоенного типа. Как правило, шоковое заключение назначается на срок от 90 до 180 дней для молодых осужденных. В таком лагере заключенные по 6-8 часов в день заняты тяжелым ручным трудом. По окончании рабочего дня они занимаются физическими упражнениями и строевой подготовкой, получают образование, необходимые консультации либо проходят курс лечения от алкоголизма или наркомании. После освобождения из лагеря лицо еще некоторое время подвергается обычной или интенсивной пробации.

Финансовые трудности вынудили администрацию США начать "приватизацию" тюрем. Попытки введения таких тюрем предпринимались еще в XIX в., но по этическим соображениям эти учреждения тогда не получили поддержки. К настоящему времени отношение к частным тюрьмам изменилось. В 1992 г. 18 частных компаний управляли 60 исправительными учреждениями для взрослых, в которых отбывали наказание около 20 тыс. заключенных[413].

Во Франции существует несколько видов лишения свободы, которые различаются как по месту отбывания, так и по режиму содержания. Лишение свободы, назначаемое за совершение преступления, традиционно делится на два вида: уголовное заключение (за совершение общеуголовного преступления) и уголовное заточение (за совершение политического преступления). К настоящему времени принципиальные различия (в форме, в особенностях быта, привлечения к труду и т.п.) между этими двумя видами исчезли в связи с общей гуманизацией уголовно-исполнительной системы. За совершение проступка назначается другой вид лишения свободы — исправительное тюремное заключение, отличающееся от вышеуказанных видов лишения свободы как названием, так и режимом содержания.

Согласно ст. 718 УПК Франции 1958 г. помещение осужденного в тюремное учреждение производится с учетом категории совершенного им преступного деяния, возраста, состояния здоровья и личности.

Особый интерес представляют такие новые формы лишения свободы, как режим полусвободы и исполнение тюремного заключения по частям. Так, при назначении исправительного тюремного заключения сроком до одного года включительно, если это необходимо для осуществления осужденным профессиональной деятельности, получения им образования, медицинского обследования, участия в жизни семьи, с целью ресоциализации суд может вынести решение об исполнении такого наказания в режиме полусвободы. Последний заключается в разрешении осужденному покидать пенитенциарное учреждение на время исполнения своих обязанностей, медицинского обследования или лечения, получения образования и т.п.

Суд может вынести решение об исполнении назначенного наказания по частям: в области проступков — об исполнении тюремного заключения, назначенного сроком не более одного года, в области проступков и нарушений — об исполнении по частям штрафа, штрафо-дней или временного лишения водительских прав — в любом случае, в течение срока, не превышающего трех лет. Необходимыми условиями для применения такой меры являются существенные причины медицинского, семейного, профессионального или социального порядка.

Единый вид лишения свободы появился в УК ФРГ с 1 апреля 1970 г. на основании ст. 4 Первого закона о реформе уголовного права. До этого предусматривалось наказание в виде каторжной тюрьмы, тюрьмы, заключения под стражу и ареста.

По УК ФРГ наказание в виде лишения свободы может быть пожизненным или на определенный срок. Низший предел наказания на определенный срок составляет один месяц, а верхний — пятнадцать лет. При этом общее наказание в виде лишения свободы, назначаемое на определенный срок при совокупности деяний, также не может превышать пятнадцати лет. Следует отметить также, что УК ФРГ содержит особые предписания о возможности назначения краткосрочного лишения свободы лишь в исключительных случаях, "когда особые обстоятельства, касающиеся деяния и личности совершившего деяние, делают неизбежным назначение лишения свободы для воздействия на это лицо или для защиты правопорядка".

Пожизненное лишение свободы может быть назначено за совершение ряда преступлений, предусмотренных в Особенной части УК ФРГ. К ним относятся, например, подготовка агрессивной войны, государственная измена Федерации, измена Родине, убийство, разбой, повлекший за собой смерть потерпевшего, особо тяжкий поджог, создание взрывоопасной ситуации при использовании ядерной энергии, злоупотребление ионизирующим излучением, наводнение, опасное для жизни, разбойное нападение на водителя автомобиля, нападение на воздушный или речной транспорт, общеопасное отравление, геноцид и тяжкое убийство При этом за последние два преступления наказание в виде пожизненного лишения свободы является безальтернативным.

Исчисление срока лишения свободы проводится следующим образом: лишение свободы на срок менее одного года исчисляется целыми неделями и месяцами, а лишение свободы на более длительный срок — целыми месяцами и годами.

По УК Австрии лишение свободы может быть пожизненным или на определенный срок. Последнее назначается на срок от одного дня до двадцати лет. Пожизненное лишение свободы не может быть назначено лицу, не достигшему на момент совершения преступного деяния двадцатилетнего возраста. Если лицо в указанном возрасте совершило преступное деяние, которое по закону карается исключительно пожизненным лишением свободы, то вместо этого наказания ему должно быть назначено лишение свободы на срок от десяти до двадцати лет. В случаях, определенных в § 37 УК Австрии, и прежде всего при совершении лицом деяния, за которое предусмотрено наказание в виде лишения свободы на срок не более пяти лет, вместо лишения свободы возможно назначение денежного штрафа.

В УК Швейцарии определены следующие виды лишения свободы: каторжная тюрьма, тюремное заключение, арест. Каторжная тюрьма — наиболее строгое наказание, которое может быть срочным (от одного года до двадцати лет) либо пожизненным в случаях, специально определенных законом. Тюремное заключение назначается на срок от трех дней до трех лет, если в законе нет иных предписаний. УК Швейцарии содержит ряд норм уголовно-исполнительного права, например, об исполнении наказаний в виде каторжной тюрьмы и тюремного заключения, в том числе и краткосрочного тюремного заключения (т.е. на срок не более трех месяцев). Условное освобождение от отбывания наказания в виде каторжной тюрьмы и тюремного заключения возможно после отбытия двух третей наказания, но не менее трех месяцев при тюремном заключении. Арест является наиболее мягким видом наказания, связанного с лишением свободы. Он назначается на срок от одного дня до трех месяцев. УК Швейцарии предусматривает возможность применения условного осуждения при назначении лишения свободы, если срок наказания не более 18 месяцев, или при назначении дополнительного наказания.

Согласно УК Испании к наказаниям, лишающим свободы, относятся тюремное заключение, арест на выходные дни, взятие под стражу за неуплату штрафа. По общему правилу продолжительность тюремного заключения составляет от шести месяцев до двадцати лет. Двадцать пять лет тюремного заключения суд вправе назначить тогда, когда лицо осуждается за совершение двух или более преступлений и при этом какое-либо из них наказывается лишением свободы на срок до двадцати лет. Тридцать лет заключения может быть назначено в том случае, когда виновный осуждается за совершение двух или более преступлений, если при этом какое-либо из преступлений наказывается лишением свободы на срок более двадцати лет. Пожизненное заключение в системе наказаний испанского УК отсутствует.

Арест на выходные дни представляет собой такой вид лишения свободы, при котором осужденный в субботу и воскресенье находится в специальном исправительном учреждении, расположенном, как правило, вблизи его места жительства. Минимальным размером этого вида наказания являются 36 часов, или два дня, максимальным — 24 выходных дня. В случае уклонения осужденного от отбывания ареста на выходные дни, если уклонение выразилось в неявке в исправительное учреждение дважды без уважительной причины, суд вправе вынести решение о том, что данное наказание будет исполняться непрерывно.

Арест на выходные дни служит также мерой замены тюремного заключения, назначенного на срок не более одного года (в исключительных случаях — не более двух лет). При этом срок ареста может превышать 24 выходных дня. Такая замена возможна лишь до начала исполнения тюремного заключения при условии, что "личные обстоятельства виновного, природа деяния, его поведение и особенно старание возместить причиненный ущерб дают основание так поступить" (ст. 88 УК Испании) Замена производится из расчета: одна неделя тюремного заключения на два дня ареста на выходные дни.

Таким образом, в законодательстве Испании допускается замена одного вида лишения свободы другим. Кроме того, тюремное заключение, назначенное на срок не более шести лет иностранному гражданину, находящемуся без законных оснований на территории данного государства, может быть заменено выдворением с территории Испании.

Взятие под стражу в связи с неуплатой штрафа назначается из расчета: две невыплаченные ежедневные квоты штрафа равны одному дню лишения свободы.

Лишение свободы по уголовному законодательству Испании возможно и в рамках применения мер безопасности. К мерам безопасности, связанным с лишением свободы, в частности, относятся помещение в психиатрический центр, помещение в восстановительный центр и помещение в специальный воспитательный центр.

В уголовном праве Швеции существует один вид лишения свободы — тюремное заключение, которое может быть пожизненным или на определенный срок. Последнее назначается на срок от 14 дней до 10 лет. В случае совершения нескольких преступлений, за каждое из которых предусмотрена возможность назначения лишения свободы, общая продолжительность тюремного заключения может превышать 10 лет, однако она не может быть больше полной суммы максимальных сроков лишения свободы, предусмотренного за отдельные преступления. Помимо этого срок общего наказания в виде тюремного заключения не должен превышать самого строгого наказания из предусмотренных за какое-либо из преступлений более чем на: 1) один год, если самое строгое наказание менее четырех лет; 2) два года, если самое строгое наказание составляет от четырех до восьми лет; 3) четыре года, если самое строгое наказание составляет восемь и более лет. В то же время шведский Кодекс запрещает назначать лишение свободы на меньший срок, чем самый продолжительный из минимальных сроков, предусмотренных за каждое преступление в отдельности (см. ст. 2 гл. 26). В случае тяжкого рецидива общее наказание в виде лишения свободы может превышать самое строгое из предусмотренных на четыре года и более.

При выборе санкций основанием к назначению лишения свободы является, помимо "уголовной значимости и природы преступления", рецидив. Тюремное заключение рассматривается как более строгая санкция, чем условное осуждение, пробация или штраф.

В случае совершения преступления лицом, не достигшим восемнадцати лет, лишение свободы может быть назначено лишь при "экстраординарных основаниях". В остальных случаях суд предписывает осуществление закрытого попечения над несовершеннолетним, которое исполняется в течение срока от четырнадцати дней до четырех лет. Закрытое попечение не применяется тогда, когда, учитывая возраст подсудимого или другие обстоятельства, суд приходит к выводу о нецелесообразности такой меры. Порядок исполнения закрытого попечения регулируется специальным нормативно-правовым актом — Законом о приведении в исполнение закрытого попечения над несовершеннолетними 1998 г.

Если в момент совершения преступления лицо достигло восемнадцати лет, но ему еще не исполнилось двадцати одного года, то тюремное заключение назначается тогда, когда "выбор такой меры оправдан" тяжестью содеянного и другими особыми причинами.

Лишение свободы на определенный срок может служить мерой замены неуплаченного штрафа. Исполнение тюремного заключения, назначенного в порядке замены штрафа, регулируется специальными нормативными актами.

По уголовному праву Швеции возможно одновременное назначение и лишения свободы, и пробации.

Пожизненное тюремное заключение предусмотрено в УК Швеции в ограниченных пределах: за совершение особо тяжких преступлений против государства (измену, призыв к мятежу и др.), за ряд воинских преступлений, совершаемых в военное время (дезертирство, несанкционированную капитуляцию и др.), за тяжкое убийство человека и за похищение человека с целью выкупа. Данное наказание не может быть назначено лицу, совершившему преступление в возрасте до двадцати одного года. Приговор к пожизненному тюремному заключению поглощает все другие санкции. В шведском УК не предусмотрена возможность условно-досрочного освобождения от пожизненного лишения свободы.

В Японии лишение свободы существует в двух видах: с принудительным трудом и без него. Лишение свободы без принудительного труда состоит в простом содержании осужденного в тюрьме. И тот, и другой вид лишения свободы может назначаться как на определенный срок, так и бессрочно. Максимум того и другого видов лишения свободы, назначенного на определенный срок, составляет пятнадцать лет, минимум — один месяц. При этом в УК Японии специально указывается на то, что бессрочное лишение свободы без принудительного труда строже, чем назначенное на определенный срок лишение свободы с принудительным трудом.

В некоторых случаях допускается увеличение срока лишения свободы до двадцати лет.

Наряду с лишением свободы в Японии применяется уголовный арест, назначаемый на срок от одного дня до тридцати дней. В системе наказаний, установленной в УК Японии с учетом строгости наказания, уголовный арест занимает промежуточное положение между штрафом и малым штрафом.

Помимо названных мер, связанных с лишением свободы, в Японии используется и такая мера, как содержание осужденного в работном доме для лиц, не уплативших полностью или частично штраф либо малый штраф. Водворение в такое учреждение производится за неуплату штрафа только по истечении тридцати дней с момента вступления приговора в законную силу, за неуплату малого штрафа — по истечении десяти дней, исчисляемых с указанного момента. Максимальный срок содержания в работном доме составляет: в случае неуплаты штрафа — два года, в случае неуплаты малого штрафа — тридцать дней.

По китайскому уголовному праву лишение свободы как основное наказание бывает двух видов: на определенный срок и бессрочное. Первый вид лишения свободы назначается, как правило, на срок от 6 месяцев до пятнадцати лет. Исключение составляют случаи, когда осужденным к смертной казни с отсрочкой исполнения приговора при наличии установленных в ст. 50 предпосылок смертная казнь заменяется либо бессрочным лишением свободы, либо лишением свободы на срок от 15 до 20 лет, или когда лицу назначается наказание по совокупности преступлений на срок до 20 лет. Срок лишения свободы исчисляется со дня вынесения приговора. При этом один день предварительного заключения приравнивается к одному дню лишения свободы.

Краткосрочный арест как самостоятельное наказание, предусмотренное УК КНР, устанавливается на срок от одного до шести месяцев. Осужденные к краткосрочному аресту находятся под непосредственным контролем органов общественной безопасности. При отбывания наказания в виде краткосрочного ареста осужденный может один-два дня в месяц находиться дома. Он может работать, получая соответствующее вознаграждение. Срок краткосрочного ареста исчисляется со дня вынесения приговора судом. При этом один день предварительного заключения приравнивается к одному дню краткосрочного ареста.

Денежный штраф является наиболее распространенным видом наказания в зарубежных государствах и нередко может быть назначен в качестве самостоятельной меры не только за совершение преступлений небольшой тяжести, но и за совершение достаточно серьезных деяний. К примеру, во Франции штраф может быть назначен в качестве единственной меры наказания за неосторожное причинение смерти; умышленные насильственные действия, повлекшие увечье или хроническое заболевание потерпевшего; сексуальные агрессии, не относящиеся к изнасилованию; незаконный оборот наркотиков (правда, в этом случае размер штрафа может достигать 50 млн. франков); оставление человека в опасности и другие преступления и проступки.

В последние годы в зарубежных странах получают развитие новые формы штрафа: штрафо-дни во Франции, имущественный штраф в Германии. Новое законодательство зарубежных стран идет по пути введения определенных льгот по уплате штрафа: рассрочки, предоставления возможности освобождения от уплаты части штрафа в случае добросовестности и т.д. Однако практически во всех странах допускается замена штрафа лишением свободы в случае его неуплаты.

В Англии штраф назначается, в среднем, за каждое третье преступление. За преступления, дела по которым рассматриваются в упрощенном порядке (суммарные), он назначается почти в 90% случаев. Штраф не может быть назначен за деяния, караемые абсолютно определенными санкциями в виде смертной казни или пожизненного лишения свободы.

Штраф может быть назначен лицу, преследуемому по обвинительному акту за совершение преступления, за которое предусмотрено строго определенное в законе наказание. В этом случае суд вправе назначить штраф вместо другого наказания (например, тюремного заключения) и в дополнение к другому наказанию, т.е. одновременно с другим. Это касается и случаев, когда за совершение данного преступления штраф в качестве наказания не предусмотрен.

Общий размер штрафа данным законом не ограничивается, хотя в приведенной статье и содержится указание на то, что суд связан ограничениями в размере штрафа, установленными "в каком-либо законодательном предписании". В нормах статутного права максимальный размер штрафа определяется применительно к конкретному виду преступного деяния. Так, за покушение на совершение преступления лицо не может быть подвергнуто штрафу большего размера, чем тот, который мог бы быть ему назначен при оконченном деянии. За нетяжкие преступления, рассматриваемые в упрощенном порядке, штраф может варьировать от 50 до 2000 фунтов стерлингов.

При назначении штрафа суд вправе установить срок для его уплаты или предписать, что уплата штрафа будет производиться частями в размере и по датам, установленным в приговоре. Суд должен определить срок лишения свободы в пределах двенадцати месяцев, который будет отбывать осужденный в случае неуплаты штрафа.

В США штраф также относится к числу самых распространенных мер наказания как по законодательству, так и по практике его применения. В большинстве случаев он предусматривается наряду с лишением свободы и может быть назначен в качестве основного наказания в сочетании с другим основным лишением свободы, а иногда и с пробацией.

Законодательство не связывает возможность назначения штрафа с характером и тяжестью преступления. Штрафные санкции предусмотрены и за преступления, направленные на извлечение материальной выгоды или повреждение имущества, и за посягательства на личность, на государственное управление и проч. Например, по УК штата Гавайи штраф может быть единственным наказанием за любое преступление, если суд сочтет, что этой меры достаточно.

По федеральному законодательству максимум штрафа для физических лиц составляет: за преступление, повлекшее смерть человека, 250 тыс. долларов, за мисдиминоры — 25 тыс. долларов. Для юридических лиц — соответственно 500 тыс. и 100 тыс. долларов. По федеральному законодательству при назначении штрафа суд должен учитывать личность подсудимого, обстоятельства совершенного преступления, но самое главное — возможности обвиняемого по уплате штрафа, исходя из его доходов, способности зарабатывать и финансовых средств. Суд должен также учитывать бремя, которое ляжет на обвиняемого в связи с уплатой штрафа, а также на тех лиц, которые находятся в финансовой зависимости от обвиняемого. Уплата штрафа должна быть произведена немедленно, если суд в приговоре не потребует уплаты к определенной дате или не установит графика уплаты по частям с указанием конкретных сроков платежа.

Лицо, которому назначен штраф, проявляющее добросовестность в его уплате, соблюдающее сроки выплаты, может в любое время подать заявление в суд о продлении графика выплаты штрафа по частям, но не более чем на 2 года. Осужденный может ходатайствовать и об отмене уплаты всей или части невыплаченной доли. Если лицо добровольно произвело реституцию (возместило ущерб потерпевшему), то суд может сократить невыплаченную часть штрафа на сумму реституции.

Примерно 45% осужденных к денежному штрафу впоследствии водворяются в тюрьму за неуплату. Замена производится из расчета: 1 невыплаченный доллар равен 1 дню тюремного заключения (по УК штата Иллинойс 5 долларов равны 1 дню тюремного заключения). Вместе с тем тюремное заключение, назначенное в порядке замены штрафа, не может превышать одного года. Подобная практика замены штрафа лишением свободы была признана неконституционной лишь в штате Нью-Йорк.

В УК Швеции предусмотрено три разновидности штрафа: 1) в форме дневных ставок (штрафо-дней); 2) суммарный и 3) стандартизированный.

Тот или иной способ исчисления штрафа определяется на основании нормы, предусматривающей уголовную ответственность за конкретное преступление. Если же форма исполнения штрафа в нормативно-правовом акте не установлена, то штраф назначается в дневных ставках. Если же количество дневных ставок не превышает тридцати, то возможно назначение суммарного штрафа — в форме единовременной выплаты денежной суммы.

Общее количество дневных ставок, согласно УК Швеции, составляет: минимум — 30, максимум — 150 дней. При этом сумма ежедневного взноса колеблется от 30 до 1000 шведских крон. Таким образом, минимальный размер штрафа в форме дневных ставок составляет 900, максимальный — 150 000 шведских крон. Вместе с тем кодекс предусматривает возможность назначения и меньшего размера штрафа, взыскиваемого по системе дневных ставок, — 450 шведских крон "при наличии особых оснований".

Скандинавским странам принадлежит первенство в установлении подобного способа исчисления денежного штрафа. Такая система впоследствии была воспринята и другими государствами, в том числе ФРГ, Францией, Испанией. Достоинства данного способа исчисления штрафа заключаются в возможности "одним выстрелом убить двух зайцев". Количество дневных ставок напрямую связано с тяжестью совершенного виновным лицом преступного деяния, а размер ежедневной ставки (выплаты, взноса) соответствует уровню его имущественных доходов и расходов. Таким образом достигается определенная индивидуализация уголовного наказания. УК Швеции обязывает суд при назначении штрафа в форме дневных ставок принимать во внимание "доход, благосостояние, обязательства перед иждивенцами и другие экономические обстоятельства" подсудимого с тем, чтобы размер штрафо-дней был разумным.

Штраф в форме единовременной выплаты (суммарный) может быть назначен в размере от 100 до 2000 шведских крон, за исключением случаев, когда нормативным актом предусмотрен штраф меньшего размера (ст. 3 гл. 25 УК Швеции). Последний вид штрафа — стандартизированный — определяется по особой системе исчисления, при этом минимум такого штрафа составляет сто шведских крон.

Шведский УК допускает замену штрафа лишением свободы в случае его неуплаты. В подобных случаях тюремное заключение назначается на срок от четырнадцати дней до трех месяцев. Порядок замены штрафа лишением свободы регламентирован специальным нормативным актом — Законом о взыскании штрафов.

По УК Швеции штраф может быть назначен в качестве единственной меры за несколько преступлений при условии, что он предусмотрен в санкции за каждое отдельное преступление. Правда, общее наказание в виде штрафа не может быть назначено за те деяния, для которых предусмотрены стандартизированные штрафы либо штрафы, не заменяемые лишением свободы.

Во Франции штраф — самый распространенный из имущественных видов наказания. УК 1810 г. не предусматривал штраф в качестве наказания за преступления, он мог быть назначен только за совершение проступков и полицейских нарушений. В действующем УК штраф предусмотрен и за преступления. Штраф не назначается за преступления против человечества, умышленное лишение жизни человека, пытки или акты жестокости и некоторые другие. В то же время штраф широко используется законодателем в качестве наказания за имущественные преступления: кражи, вымогательство, мошенничество, злоупотребление доверием; за преступления против общественной безопасности — терроризм и некоторые другие преступления. При этом размер штрафа за корыстные преступления нередко достигает нескольких миллионов франков.

Вместе с тем это вовсе не означает, что суд назначит штраф такого размера, какой предусмотрен в санкции конкретной статьи. Во-первых, при назначении штрафа суд определяет его размер с учетом как доходов, так и имущественных обязанностей подсудимого с целью индивидуализации уголовной ответственности и наказания. Во-вторых, судья во Франции может чрезвычайно варьировать наказание, в том числе и штраф. Он может назначить более мягкое наказание, чем предусмотрено законом за совершение данного преступного деяния. Штраф, назначенный в приговоре, может быть меньше того, что предусмотрен в статье.

Во французском праве существует две разновидности штрафа: обычный денежный штраф и штрафо-дни.

Физическому лицу может быть назначен штраф, максимальный размер которого составляет за совершение преступления — 50 млн. франков, за совершение проступка — 1 млн. франков и за совершение нарушения 5-го класса — 20 тыс. франков.

Наказание в виде штрафо-дней состоит в обязанности осужденного регулярно вносить в государственный бюджет определенные денежные суммы. Размер ежедневного взноса устанавливается судом с учетом доходов и имущественных обязанностей подсудимого и не может превышать двух тысяч франков. Количество штрафо-дней определяется с учетом обстоятельств преступного деяния, но не может превышать 360 дней.

Юридическому лицу может быть назначен штраф, максимальный размер которого составляет: за преступление — 250 млн. франков> за проступок — 5 млн. франков и за нарушение 5-го класса — 50 тыс. франков. В случае повторного привлечения к уголовной ответственности указанный максимум штрафа удваивается.

В случае уклонения от уплаты штрафа он может быть заменен принудительным заключением под стражу. Принудительное заключение не применяется к несовершеннолетним и лицам старше 65 лет, а также к тем, кто докажет свою неплатежеспособность, представив справку от налогового инспектора, от мэра или комиссара полиции. Нельзя назначить такую меру одновременно в отношении мужа и жены.

Денежный штраф является вторым видом основного наказания по УК ФРГ. Он назначается в дневных ставках. Минимальное их количество составляет пять полных дневных ставок, а максимальное — триста шестьдесят полных дневных ставок, если закон не устанавливает иное. Размер дневной ставки в каждом конкретном случае также индивидуален, так как суд определяет его с учетом личного и материального положения лица. При этом суд исходит, как правило, из чистого дохода, который лицо имеет или могло иметь, в среднем, в день. Могут учитываться также доходы лица, его имущество и иные источники существования. Размер дневной ставки колеблется от двух до десяти тысяч немецких марок. Таким образом, общий размер штрафа по УК ФРГ составляет: минимум (5 ставок по 2 марки) — 10 марок, максимум (360 ставок по 10 тыс. марок) — 3 млн. 600 тыс. марок

В ряде случаев возможно назначение денежного штрафа наряду с лишением свободы, что является, скорее, исключением из общего правила и не меняет правовой природы денежного штрафа как основного наказания. Согласно § 41 УК ФРГ "если лицо в результате совершения деяния обогатилось или пыталось обогатиться, то наряду с лишением свободы ему может быть назначен обычно не назначаемый или назначаемый альтернативно денежный штраф, если это целесообразно с учетом личности правонарушителя и его материального положения". Данное правовое предписание характеризуется рядом германских авторов как инородное тело в системе уголовно-правовых санкций[414]. В настоящее время оно не играет в правоприменительной практике большой роли.

Уплата денежного штрафа может быть рассрочена или отсрочена. Для этого УК ФРГ предусматривает так называемые льготные условия платежа денежного штрафа. В случае невыплаты денежного штрафа возможна его замена лишением свободы. При этом одной дневной ставке соответствует один день лишения свободы, и минимальный срок лишения свободы составляет один день.

Имущественный штраф (Vermцgensstrafe) был введен Законом о борьбе с нелегальной торговлей наркотиками и другими формами проявления организованной преступности от 15 июля 1992 г.[415] Основной целью законодателя было предоставление большей возможности для изъятия прибыли, получаемой в результате преступной деятельности организованной преступности, в том числе связанной с торговлей наркотиками, и предотвращение своеобразной реинвестиции денежных средств в организованную преступность. Законодатель ФРГ преследовал также цель лишить лицо материальных средств для продолжения преступной деятельности после отбытия лишения свободы.

После введения этой новеллы в УК ФРГ была высказана точка зрения, что в основе имущественного штрафа лежит двойственная концепция. С одной стороны, имущественный штраф должен представлять собой своеобразный вид дополнительного наказания и соответствовать принципу вины, а с другой стороны, имущественный штраф должен преследовать не зависимую от вины цель лишения лица, совершившего преступное деяние, средств для создания или сохранения организации, основанной на преступном промысле[416].

В настоящее время в доктрине германского уголовного права все чаще высказывается точка зрения о том, что имущественный штраф является лишь новым видом денежного штрафа[417].

Имущественный штраф назначается наряду с пожизненным лишением свободы или лишением свободы на срок не менее двух лет.

По УК ФРГ имущественный штраф применяется за совершение определенных нормами Особенной части УК ФРГ и совершенных бандой тяжких преступных деяний в области организованной преступности, в том числе связанной с наркотиками. Поэтому по требованию германского законодателя имущественный штраф назначается, если исполнитель действовал, являясь членом банды, которая организовалась для постоянного совершения таких преступных деяний, как, например, подделка денежных знаков, подделка знаков оплаты, подготовка подделки денежных знаков, подделка платежных карт и бланков европейских чеков, тяжкий случай торговли людьми. Кража, совершенная бандой, особо тяжкий случай кражи, совершенной бандой, укрывательство имущества, добытого преступным путем, совершаемое бандой, укрывательство имущества, добытого преступным путем, совершаемое бандой в виде промысла, отмывание денег, укрывательство незаконно полученных имущественных выгод, неразрешенная организация азартной игры и др.

Расположение нормы между денежным штрафом и запрещением управлять транспортным средством свидетельствует о том, что, по мнению германского законодателя, имущественный штраф должен был стать третьим видом основного наказания наряду с денежным штрафом и лишением свободы. Однако в настоящее время, как уже отмечалось, законодатель придает ему характер наказания особого вида, не относимого ни к числу основных, ни к числу дополнительных наказаний.

Отличие имущественного штрафа от денежного штрафа состоит в том, что первый не определяется системой дневных ставок, а представляет собой выплату государству некоторой денежной суммы, назначаемой судом. При определении размера имущественного штрафа суд исходит, в первую очередь, из стоимости имущества виновного. Поэтому верхний предел имущественного штрафа ограничивается только стоимостью всего имущества лица, совершившего преступное деяние. При этом понятием "имущество" охватывается сумма всех экономических, подлежащих денежной оценке доходов лица, совершившего преступное деяние, за вычетом обязательств виновного[418]. Именно в обнаружении имущества и определении его принадлежности заключается одна из самых тяжелых для доказывания задач. Поэтому назначение наказания в виде имущественного штрафа в настоящее время практически не применяется судами ФРГ.

Низший предел имущественного штрафа не определен вообще. При применении нормы об имущественном штрафе суд может не учитывать имущество, имеющее незначительную стоимость.

В связи с тем, что имущественный штраф по отношению к лишению свободы является дополнительным наказанием, он также должен назначаться в строгом соответствии с принципом вины и не означает расширения пределов наказания. Лишение свободы и имущественный штраф должны назначаться в пределах соответствующих наказаний, дополняя друг друга. При этом сумма, полученная в случае замены не подлежащего взысканию имущественного штрафа лишением свободы, не должна превышать высшего предела соответствующего наказания.

Абзац 3 § 43а УК ФРГ предусматривает назначение лишения свободы при замене имущественного штрафа в случае невозможности его исполнения. В данном случае лишение свободы назначается в пределах от одного месяца до двух лет.

Норма имущественного штрафа является диспозитивной нормой, не является обязательным дополнительным наказанием по отношению к лишению свободы. Назначать или не назначать имущественный штраф в каждом конкретном случае решает суд по своему усмотрению, руководствуясь нормой 43а.

Если в соответствии с принципом целесообразности наказания принимается решение о назначении денежного штрафа, то не допускается одновременное назначение наказания в виде имущественного штрафа. Такое сложение наказаний исключено.

В Австрии денежный штраф назначается в дневных ставках. В Общей части австрийского УК определен минимум денежного штрафа, который составляет две дневные ставки. Размер дневной ставки определяется, как это и принято в данной системе назначения денежного штрафа, с учетом материального положения лица. Дневная ставка устанавливается в размере от 30 до 4500 австрийских шиллингов. В том случае, если осужденный не выплатил денежный штраф, последний может быть заменен лишением свободы. При этом один день лишения свободы соответствует двум дневным ставкам.

По УК Швейцарии штраф устанавливается в размере до 40 000 франков. Если лицо действовало из корыстных побуждений, то судья вправе увеличить размер штрафа. Штраф может быть применен наряду с лишением свободы при наличии у лица, совершившего преступное деяние, корыстных побуждений. Если в санкции статьи указаны и лишение свободы, и штраф в качестве альтернативы, то суд может назначить оба этих наказания.

В Испании денежный штраф назначается по системе дневных ставок. При этом минимальный размер штрафа составляет заработок за пять дней, максимальный — за два года. Размер дневной ставки колеблется от 200 песет до 50 000 песет. Таким образом, минимальный размер штрафа по УК Испании составляет 1000 песет, а максимальный — 36 000 000 песет. В некоторых, исключительных, случаях суд вправе назначить штраф большего размера. Это возможно, например, при замене штрафом тюремного заключения небольшой продолжительности.

Размер штрафа определяется судом с учетом материального положения виновного лица, а также иных обстоятельств. Если после вынесения приговора материальное положение осужденного изменяется в худшую сторону, размер штрафа может быть уменьшен в судебном порядке.

Согласно УК Польши штраф назначается "в ставках дневного заработка путем определения количества ставок и величины одной ставки" (ст. 33). При этом наименьшее количество ставок равно десяти, максимальное — тремстам шестидесяти. При определении размера дневной ставки суд исходит из доходов виновного лица, его личных и семейных условий, материального положения и возможности получения заработка. Дневная ставка назначается в пределах от десяти до двух тысяч злотых.

По уголовному праву Польши штраф может быть назначен наряду с лишением свободы в тех случаях, когда преступное деяние было совершено с целью получения имущественной выгоды. С другой стороны, штраф может быть назначен вместо лишения свободы на срок не свыше пяти лет, предусмотренного в санкции статьи. Последнее положение, как правило, не применяется к рецидивистам.

Штраф не назначается, если суд придет к выводу о том, что виновный не сможет уплатить штраф либо штраф невозможно будет взыскать в принудительном порядке.

В Японии штраф относится к разряду основных наказаний и существует в двух разновидностях — собственно штраф и так называемый малый штраф. Максимум первого в Общей части УК Японии не определен, минимум составляет 10 тыс. иен. Размеры малого штрафа колеблются в пределах от одной тысячи до десяти тысяч иен.

Как и в других государствах, в Японии допускается замена неуплаченного штрафа лишением свободы — водворением в работный дом. Срок, на который лицо будет помещено в работный дом в случае неуплаты штрафа, определяется судом в момент назначения наказания. Это позволяет избежать повторного рассмотрения дела виновного.

По УК КНР денежный штраф заключается в выплате определенной суммы, размер которой устанавливается судом в соответствии с обстоятельствами дела (ст. 52). Существуют два основных способа выплаты денежного штрафа: он выплачивается единовременно в течение установленного судом срока либо в рассрочку. В случае невыплаты денежного штрафа в течение определенного судом времени, он может быть взыскан принудительно. В определенных случаях, если существуют непреодолимые обстоятельства, препятствующие своевременной выплате денежного штрафа, суд может принять решение о снижении размера денежного штрафа либо об освобождении от этого наказания.

К положительным чертам штрафа как вида наказания в уголовном праве зарубежных государств следует отнести следующие: воздействие на преступника без применения к нему чрезвычайных и строгих мер, к каковым относится, например, тюремное заключение; сокращение назначения лишения свободы и снижение уровня переполнения тюрем; отсутствие необходимости специальной исполнительной системы, в отличие, например, от исполнения лишения свободы; доходность для государственного бюджета.

Негативными сторонами штрафа являются: невозможность его применения в равной мере ко всем категориям населения в связи с его имущественным расслоением (существование альтернативы в виде лишения свободы и штрафа приводит к тому, что неимущим назначается лишение свободы, а состоятельным подсудимым — штраф); возможность замены штрафа лишением свободы, приводящая на практике к тому, что за малозначительные деяния лицо подвергается лишению свободы (фактически лицо может быть подвергнуто лишению свободы даже в том случае, если санкция статьи вообще не предусматривает таковое).

Конфискация имущества в Англии. Конфискация имущества может быть назначена в случае, когда лицо осуждается за совершение преступления, преследуемого с обвинительным актом и караемого лишением свободы на срок два года или более. При этом конфискации подлежит такое имущество, которое использовалось при совершении преступления либо для этого предназначалось и которое в момент задержания лица находилось в распоряжении виновного или под его контролем.

В США по федеральному законодательству уголовная конфискация может быть назначена виновному в таких преступлениях, как получение дохода от рэкетирования или путем получения незаконного долга, а также за незаконный оборот наркотиков. В этом случае конфискация является дополнительным наказанием и назначается наряду с другим (тюремным заключением, штрафом) либо с пробацией. Имущество изымается в пользу государства. Наряду с конфискацией возможна и реституция. По реституции суд вправе потребовать от осужденного возвращения приобретенного им в результате совершения преступления имущества или компенсации за причиненный ущерб, возмещение медицинских расходов потерпевшего на лечение. Конфискация и реституция не исключают по законодательству данного штата других гражданско-правовых требований.

УК Франции предусматривает как общую, так и специальную конфискацию. При этом общая конфискация носит исключительный характер и предусматривается лишь за преступления против человечества, а также незаконные производство, ввоз или вывоз наркотиков. В то же время УК содержит самые различные виды специальной конфискации: транспортного средства, оружия, вещи, предназначенной для совершения преступного деяния или служившей совершению такого деяния или которая была получена в результате его совершения, конфискацию торгового капитала.

По французскому праву конфискация может быть назначена за совершение преступления в качестве дополнительного наказания. За совершение проступка специальная конфискация может быть назначена в качестве основного наказания либо в качестве дополнительного наряду со штрафом, если проступок подлежит наказанию в виде тюремного заключения. Если проступок наказывается только штрафом, штраф и конфискация имущества вместе не могут быть назначены.

За совершение нарушения специальная конфискация также может быть назначена в качестве основного либо дополнительного наказания наряду с другими наказаниями, лишающими определенных прав или их ограничивающими.

Конфискация обязательна для предметов, отнесенных законом или регламентом к числу вредных или опасных (например, при терроризме — взрывчатого вещества или взрывного устройства).

Если вещь, подлежащая конфискации, не может быть осужденным предоставлена, конфискация предписывается по стоимости. Для взыскания суммы, составляющей стоимость вещи, подлежащей конфискации, применяются положения, относящиеся к заключению под стражу в случае неуплаты штрафа. Вещь, подлежащая конфискации, передается государству, за исключением случаев, когда она подлежит уничтожению или присуждению другим лицам.

В УК ФРГ предусмотрены конфискация имущества и изъятие предметов преступного деяния. Закон о борьбе с нелегальной торговлей наркотиками и другими формами проявления организованной преступности от 15 июля 1992 г. существенно расширил предписания о конфискации имущества. В настоящее время так называемая простая конфискация назначается за совершение преступного деяния, "если исполнитель или другой соучастник (подстрекатель и пособник) получили какую-либо имущественную выгоду от деяния или из него" (§ 73). В отличие от этого норма о расширенной конфискации (§ 73d) устанавливает, что предметы исполнителя или другого соучастника (подстрекателя и пособника) конфискуются и тогда, когда "обстоятельства свидетельствуют о том, что эти предметы были получены для совершения противоправного деяния или в результате него". Расширенная конфискация применяется также тогда, когда "предмет не принадлежал или не находился в распоряжении исполнителя или другого соучастника (подстрекателя и пособника) лишь потому, что он был приобретен лицом для совершения противоправного деяния или в результате него". В настоящее время судебные органы ФРГ назначают конфискацию имущественных выгод исполнителя или другого соучастника (подстрекателя и пособника) при совершении определенных в УК преступных деяний, если они совершены бандой или в виде промысла, а также и тогда, когда существует лишь большая вероятность того, что это имущество приобретено преступным путем. Тем самым судебная практика в определенной степени нарушает принцип "in dubio pro reo", назначая расширенную конфискацию при наличии "неограниченного судейского убеждения"[419] о преступном происхождении имущественных выгод, подлежащих расширенной конфискации.

В УК Австрии предусмотрена такая мера, как изъятие предметов. Она заключается в изъятии имущественных ценностей, которые либо получены в результате совершения преступного деяния, либо находятся в распоряжении преступной организации. Помимо этого, § 26 австрийского УК содержит норму о конфискации "предметов, которые лицо использовало при совершении преступного деяния, которые были определены для того, чтобы использовать их при совершении этого деяния, или те, которые были получены в результате совершения этого деяния"[420]. Указанные предметы должны быть конфискованы, "если они по особым свойствам представляются такими, чтобы способствовать совершению преступных деяний".

Специфичной мерой, предусмотренной УК Австрии, является изъятие выгоды. Оно назначается судом в том случае, если осужденный либо получает в результате совершения деяния имущественную выгоду, либо принимает имущественную выгоду для совершения деяния, находящегося под угрозой наказания. Изъятие выгоды заключается в выплате определенной денежной суммы, размер которой устанавливается судом с учетом полученного лицом обогащения. Эта мера весьма сходна с имущественным штрафом по УК ФРГ. Главная проблема при назначении данной меры, с которой сталкиваются австрийские суды (так же, как и германские судебные органы при назначении имущественного штрафа), заключается в том, что нередко бывает сложно определить размер обогащения, полученного виновным. Поэтому в § 20, абз. 1 УК Австрии предусмотрено, что если нельзя точно определить размер такого обогащения, то суд назначает размер выплаты по своему убеждению.

УК Швейцарии известно два вида конфискации — конфискация опасных предметов и конфискация имущественных выгод. Они являются мерами, назначаемыми судом при определении наказания в качестве специфических правовых последствий преступного деяния. Первый вид конфискации назначается вне зависимости от вида наказания, определяемого осужденному, и заключается в изъятии тех предметов, которые служили для совершения преступного деяния или были предназначены для этого, либо были получены в результате совершения преступного деяния. Обязательным условием для назначения данного вида конфискации является то, что конфискуемые предметы угрожают безопасности людей, нравственности или общественному порядку. Конфискованные предметы приводятся в негодность или уничтожаются.

Второй вид конфискации заключается в изъятии тех имущественных выгод, которые были получены в результате совершения преступного деяния, или были предназначены для его совершения, или являлись вознаграждением за его совершение. В определенных случаях (например, если третье лицо приобрело имущественные выгоды, не зная о том, что имущество подлежит конфискации, и заплатило равноценное вознаграждение) конфискация имущественных выгод не назначается. Этот же вид конфискации применяется для конфискации имущественных выгод, находящихся в распоряжении преступной организации, если лицо, совершившее преступное деяние, является членом преступной организации или поддерживает ее деятельность. Поэтому на практике часто возникают определенные трудности, связанные с установлением объема имущественных выгод, подлежащих конфискации. В связи с этим ч. 4 ст. 59 УК Швейцарии содержит следующее предписание: "Если объем конфискационных имущественных выгод нельзя установить вообще или только с несоизмеримыми издержками, то суд может сам его оценить"[421].

Конфискация имущества отнесена законодателем Швеции к особым правовым последствиям совершения преступления. Конфискации подлежат доходы, полученные от преступления, средства его совершения, предметы, которые в силу их особой природы и других обстоятельств могут быть использованы для совершения преступления, оружие, которое может быть использовано в преступлениях против жизни и здоровья человека, средства совершения преступлений против собственности, финансовая выгода, полученная предпринимателем, который может быть как физическим, так и юридическим лицом. Вместо вещи шведское уголовное право допускает конфискацию в виде уплаты ее стоимости.

Следует отметить, что УК Швеции запрещает осуществлять конфискацию в тех случаях, когда это явно "неразумно". Таковой может быть признана, к примеру, конфискация доходов от преступления при полном возмещении ущерба виновным лицом.

Конфискация как особое правовое последствие совершения преступления может затрагивать не только непосредственных исполнителей преступного деяния. Она может быть назначена тому лицу, чье положение занимал виновный при осуществлении преступного деяния, либо лицу, получившему прибыль от преступления, либо предпринимателю, получившему финансовую выгоду от незаконной коммерческой деятельности, а также некоторым другим лицам при условии, что им было известно происхождение имущества.

По японскому УК конфискация — дополнительное наказание, состоящее в изъятии в пользу государства следующих вещей: 1) предметов преступления; 2) средств совершения преступления или предметов, предназначавшихся для этого; 3) предметов, полученных в результате совершения преступления, либо вознаграждения за преступление; 4) предметов, полученных в обмен на те, что указаны в п. 3.

УК Японии, в принципе, запрещает конфисковывать предметы, принадлежащие не подсудимому, а иным лицам (родственникам, супругу и пр.). Однако в порядке исключения допускается конфискация имущества, находящегося у других лиц, если последние получили имущество после совершения преступления и знали о преступном происхождении вещей.

В статьях Особенной части УК Японии конфискация, как правило, не предусматривается. Суд вправе назначить ее за любое преступление, кроме тех нетяжких преступных деяний, которые наказываются только уголовным арестом или малым штрафом. Предметы преступления изымаются в любом случае, независимо от тяжести совершенного преступления. В Особенной части УК Японии говорится о специальном случае конфискации — конфискации взятки, полученной виновным или третьим лицом, знающим о "фактическом положении вещей", т.е. о том, что имущество составляет предмет взяточничества (ст. 197-V). При невозможности конфискации взятки взыскивается ее эквивалент.

По УК КНР конфискация имущества заключается в изъятии части или всего имущества, являющегося личной собственностью осужденного. Китайский кодекс устанавливает, что в случае полной конфискации у семьи осужденного должно остаться имущество, необходимое ей для жизни. Не подлежат конфискации также предметы первой необходимости, принадлежащие осужденному.

Таким образом, конфискация имущества предусматривается в законодательстве зарубежных государств, как правило, в ограниченных пределах и чаще в виде специальной конфискации. Она не исключает других видов имущественной ответственности (реституции, штрафа и т.п.).

Реституция, широко используемая в гражданском праве зарубежных государств как мера, направленная на восстановление нарушенных общественных отношений, нередко применяется в зарубежном праве и как уголовное наказание. Так, по УК штата Нью-Йорк суд может в порядке реституции потребовать от осужденного возвращения приобретенного им в результате совершения преступления имущества, компенсации за причиненный ущерб и убытки, возмещения расходов на лечение потерпевшего и т.п. Размер реституции по законодательству данного штата ограничен пятнадцатью тысячами долларов в случае осуждения за фелонию и десятью тысячами долларов — за любое другое посягательство. При этом реституция, используемая в уголовном праве, вовсе не исключает возможности предъявления осужденному других гражданско-правовых требований.

§ 4. Освобождение от наказания

В зарубежном праве существуют уголовно-правовые институты, позволяющие реально не применять предусмотренное за совершение преступления наказание, а при наличии определенных условий заменять его мерами уголовно-правового характера. К таким институтам можно отнести институт пробации, институты условного осуждения и условного (безусловного) освобождения от наказания[422].

Институт пробации к настоящему времени существует во многих зарубежных странах, включая Англию, США и Францию. Однако если в Англии и США данный институт функционирует на протяжении многих десятилетий, то для стран континентальной правовой системы он является относительно новым.

Пробация — это условное неисполнение назначенного наказания либо условное неназначение наказания с помещением осужденного на определенный срок под индивидуальный надзор специального должностного лица (агента, помощника, уполномоченного по пробации). Последний осуществляет контроль за поведением поднадзорного, выполнением им определенных обязанностей и условий пробации и обеспечивает проведение исправительного курса. Как правило, пробация предполагает соблюдение следующих условий: несовершение новых преступлений и выполнение обязанностей, специально определенных судом в приговоре. К их числу относятся: пройти соответствующий курс лечения, продолжить профессиональное обучение, воздерживаться от посещения запрещенных судом мест (увеселительных заведений, казино и пр.), не владеть огнестрельным и (или) другим оружием, возместить причиненный ущерб, сообщать суду о любом изменении места жительства и работы, являться в суд по вызову агента по пробации и т.д. В случае соблюдения этих условий правовыми последствиями пробации являются полное освобождение от какого бы то ни было наказания за совершенное преступление и отсутствие судимости как определенных правоограничений, являющихся следствием осуждения за преступление.

В Англии институт пробации появился в 1887 г. в связи с принятием Закона "Об испытании впервые осужденных". Благодаря изданным позднее нормативным актам (Закон "Об испытании преступников" 1907 г., "Правила о пробации" 1965 г., Закон о полномочиях уголовных судов 1973 г., Закон об уголовной юстиции 1991 г.) этот институт в английском уголовном праве сформировался достаточно полно.

По Закону об уголовной юстиции 1991 г. суд, рассматривающий дело лица в возрасте 16 лет и старше по обвинению в преступлении, наказание за которое точно не определено в законе, может издать приказ о пробации. При этом должны учитываться обстоятельства совершения преступления, личность преступника, целесообразность назначения пробации. Так, по Закону 1991 г. издание приказа о пробации возможно в том случае, когда суд придет к выводу о том, что надзор за преступником со стороны чиновника пробации "желателен" для ресоциализации виновного, либо для защиты общества, либо для предупреждения совершения им нового преступления. Испытательный срок, в течение которого осужденный должен находиться в режиме пробации, составляет от шести месяцев до трех лет. В приказе о пробации могут быть установлены требования к поведению осужденного для "обеспечения его хорошего поведения и предупреждения совершения нового преступления" (о месте проживания, другие требования по усмотрению суда).

Приказ о пробации может быть издан только в том случае, когда подсудимый выразит готовность подчиниться этим требованиям. Суд должен разъяснить ему последствия невыполнения установленных в приговоре требований или совершения нового преступления. В случае несогласия подсудимого он может быть подвергнут более строгим мерам (включая тюремное заключение).

В любой период пробации мировой судья, получивший информацию о нарушении осужденным предъявляемых требований может повесткой вызвать его или даже издать приказ об аресте. Последствиями несоблюдения условий пробации в данном случае могут быть: штраф; возложение обязанности предоставления бесплатных услуг обществу; назначение наказания за преступление, в связи с совершением которого была предоставлена пробация. В случае совершения нового преступления суд вправе назначить наказание и за новое, и за прежнее преступление.

По английскому праву возможна замена пробации условным освобождением. Если суд решит, что пробация больше нецелесообразна, он может издать приказ об освобождении осужденного под условием несовершения им нового преступления до окончания срока пробации.

В Англии допускается издание "комбинированных приказов" о пробации и предоставлении бесплатных услуг обществу. В этом случае осужденный обязан одновременно находиться под надзором чиновника службы пробации в течение срока от 12 месяцев до трех лет и выполнять неоплачиваемую работу в период времени от 40 до 100 часов. Комбинированный приказ издается в целях ресоциализации преступника, защиты общества и предупреждения совершения нового преступления осужденным.

В английском праве близки к институту пробации два самостоятельных института: условной отсрочки исполнения наказания и условного освобождения от назначения наказания.

При осуждении лица к тюремному заключению на срок до двух лет суд вправе отсрочить его исполнение под условием хорошего поведения и несовершения нового преступления в течение определенного срока. Продолжительность такого срока может составлять от одного года до двух лет. В отличие от пробации здесь работа специального чиновника службы пробации является факультативной. Осужденный передается под надзор чиновника только в случае назначения лишения свободы на срок более 6 месяцев. Совершение лицом нового преступления влечет исполнение приговора. Еще одним отличием от пробации является то обстоятельство, что судья лишь "отсрочивает" исполнение наказания, назначенного в приговоре, на определенное время. По английскому праву пробация в собственном смысле слова не предполагает назначение наказания, а служит мерой, альтернативной лишению свободы.

Условное освобождение от назначения наказания состоит в том, что лицо освобождается от наказания под условием несовершения им нового преступления в течение срока, определенного судом, который не может превышать трех лет. В этом случае надзор над лицом не устанавливается. Основаниями для предоставления такой меры являются: 1) совершение лицом преступления, наказание за которое не определено точно законом; 2) обстоятельства совершения преступления и личность виновного свидетельствуют о нецелесообразности назначения наказания; 3) приказ о пробации "не подходит", поскольку является слишком строгой мерой. При наличии указанных оснований допускается и полное безусловное освобождение от наказания. Решение этого вопроса отдано на усмотрение суда.

В США возможность назначения пробации предусматривается законодательством федерации и всех штатов в качестве альтернативы лишению свободы. Нередко пробация включается в систему наказаний, поскольку по своей строгости эта мера иногда ничем не отличается от ряда из них. Она не применяется к лицам, осужденным за преступления, караемые смертной казнью, пожизненным заключением или тюремным заключением на длительный срок. В некоторых штатах существуют дополнительные условия: отсутствие судимости в прошлом, возмещение всех судебных издержек, предусмотренное наказание не превышает десяти лет лишения свободы.

Вместе с тем, например, по УК штата Нью-Йорк пробация может быть назначена за любое преступление (за исключением фелонии класса A-I). Она может быть назначена и в случае, когда санкция предусматривает лишение свободы на срок до 25 лет (за фелонию класса В). Продолжительность пробации составляет 5 лет — для виновных в фелонии, 3 или 1 год — для остальных. При назначении пробации суд учитывает характер преступления, обстоятельства его совершения, биографию обвиняемого. Запрещено применять пробацию в случае, когда суд выносит приговор за более чем одно преступление и назначает наказание в виде тюремного заключения за любое из этих преступлений. В других случаях пробация не может быть назначена только, если это "несовместимо с целями правосудия" (к примеру, осужденный был ранее условно-досрочно освобожден и вновь совершил преступление)[423].

В последние годы наметилась тенденция назначения пробации вместе с лишением свободы. По УК некоторых штатов, в частности УК штата Гавайи, краткосрочное, до шести месяцев, лишение свободы может служить одним из условий предоставления пробации. Таким образом, предпринимаются попытки совместить совершенно разные по содержанию и целям уголовно-правовые меры.

Пробация по американскому праву предусматривает надзор специального агента (20-30 контактов со специальными службами в течение месяца), обязанность осужденного возместить ущерб потерпевшему, оплатить стоимость осуществляемого за ним контроля, выполнять определенные общественные работы, периодически проходить тестирование на наркотики и продолжать учебу или работу на постоянной основе.

Продолжительность пробации определяется в штатах по-разному. В одних штатах этот вопрос отдан на усмотрение судей, в других считается, что срок пробации не должен превышать срока тюремного заключения, к которому мог быть приговорен подсудимый, в третьих — максимальный срок установлен в 5 лет и т.д. По УК отдельных штатов допускается и пожизненная пробация.

Отсутствие единообразия в решении вопросов предоставления пробации, как представляется, существенно нарушает принцип равенства всех граждан перед законом, соответствия наказания тяжести совершенного преступления. В случае пожизненной пробации, вообще, утрачивается цель, традиционно отводимая институту пробации — исправление преступника.

По истечении испытательного срока осужденный, не совершивший нового преступления и соблюдавший все требования, считается выполнившим условия приговора и освобождается от выполнения каких бы то ни было обязательств. В случае неисполнения осужденным без уважительной причины возложенных на него обязанностей либо в случае совершения преступления суд отменяет пробацию и выносит приговор за прежнее преступление.

По социологическим исследованиям, проведенным в штате Калифорния, около 65% лиц, подвергнутых пробации, в течение 40 месяцев после осуждения вновь привлекаются к ответственности за преступление[424].

Такая неблагоприятная статистика привела американских юристов к выводу о том, что широкое назначение пробации противоречит интересам общественной безопасности. Однако "дешевизна" пробации для государства по сравнению с лишением свободы обусловила введение новых, более эффективных, способов исполнения пробации, совмещающих строгость наказаний и экономическую "рентабельность" собственно пробации. В американское право постепенно была введена пробация с интенсивным надзором.

Впервые интенсивный надзор как разновидность пробации появился и стал применяться в начале 1980-х гг. в штатах Нью-Джерси и Джорджия. Интенсивный надзор в принципе возможен не только в качестве альтернативы лишению свободы при назначении наказания, но и как мера, сопровождающая условно-досрочное освобождение. В период с 1983 по 1995 г. большинство североамериканских штатов и федеральная юрисдикция внедрили интенсивный надзор, назначаемый как при пробации, так и при условно-досрочном освобождении, в практику. К настоящему времени в среднем каждый десятый осужденный в США помещается под интенсивный надзор.

При обычной пробации агент работает одновременно со 100-250 подопечными, а при интенсивном надзоре — с 20-50. Поэтому во втором случае агент способен осуществлять более эффективный надзор за поведением осужденных и оказывать более квалифицированную помощь. Он имеет возможность чаще посещать осужденного по месту его жительства, вправе делать это даже ночью. В его обязанности входит также посещение мест, где осужденный — его подопечный — работает или проводит свободное время. При этом требования, предъявляемые к поведению осужденного, более жесткие и более ограничительные. В некоторых штатах к традиционным предписаниям, которые даются осужденному при назначении пробации, добавляют и обязанность выполнять неоплачиваемые общественно полезные работы. В других штатах осужденного обязывают подыскать работу самостоятельно. Программа работы с осужденным предполагает решение и ряда проблем, связанных с его психологическим состоянием, семейным, финансовым положением, алкогольной или наркотической зависимостью и др.

Пробация с интенсивным надзором, по мнению американских юристов, имеет больший карательный и устрашающий эффект, чем обычный надзор. Правда, временная нейтрализация преступника, на их взгляд, менее достижима, чем при тюремном заключении, однако она все же больше, чем при обычном надзоре. Что касается ресоциализации, то она должна рассматриваться, по мнению американцев, как основная цель и при обычном, и при интенсивном надзоре. Помимо этих целей применение интенсивного надзора призвано обеспечить сокращение рецидива, снижение уровня переполнения тюремных учреждений и уменьшение финансовых расходов исправительных служб.

Достигаются ли поставленные цели на практике? Анкетирование, проведенное американскими исследователями среди осужденных, подвергнутых интенсивному надзору, показало, что большая часть правонарушителей считает эту меру достаточно тяжелой, даже мучительной по сравнению с обычным надзором. В то же время общественное мнение и законодатели большинства штатов довольно благосклонно относятся к данной мере, так как она, на их взгляд, обеспечивает большую защиту общества от преступников, позволяя при этом осуществлять ресоциализацию последних.

Социологическое исследование, проведенное американскими юристами, показало, что интенсивный надзор, действительно, более эффективен, чем обычный, причем применительно и к пробации, и к условно-досрочному освобождению. Осужденные, подвергнутые интенсивному надзору, больше и лучше участвуют в выполнении предлагаемых психолого-социальных и других программ. В связи с этим рецидив среди таких лиц довольно низкий: от 15 до 20% осужденных, подвергнутых интенсивному надзору, вновь совершают преступные деяния в течение периода такого надзора. Однако в среднем от 30 до 35% осужденных этой группы направляются в тюрьму в связи с невыполнением условий интенсивного надзора. Что касается экономических издержек интенсивного надзора, то они, по оценкам американских исследователей, примерно в 2-4 раза выше, чем при обычном надзоре, однако в 5-10 раз ниже, чем при тюремном заключении[425].

В США получила распространение и такая мера, как электронный мониторинг, или электронный контроль. Эта мера предполагает обязанность осужденного не покидать свой дом в течение определенного периода времени или в определенные часы днем или ночью, за исключением рабочего времени, если осужденный работает или подыскивает работу. Исполнение указанной обязанности нередко является одним из условий пробации или условно-досрочного освобождения, что дает возможность широко использовать такую меру.

Электронный надзор в качестве общей уголовно-правовой меры был предложен еще в 1971 г. американцем Ральфом Швицгебелем и впервые стал применяться в 1984 г. в двух американских штатах — Флорида и Нью-Мексико. До этого надзор нередко осуществлялся в виде домашнего ареста без электронного контроля. Такое "тюремное заключение вне тюрьмы" применялось, например, к политическим диссидентам. С этой точки зрения такая мера не является абсолютно новой. Однако в настоящее время она применяется не только к политическим, но и к другим преступникам.

Осужденный, находящийся под домашним арестом с электронным контролем, может ходить на работу, в магазин, в клинику или совершать другие действия, но обязан возвращаться домой к определенному времени. На руку и ногу осужденного надеваются браслеты с датчиками. Сигналы, передаваемые ими, поступают через домашний телефон осужденного в центральный компьютер и тем самым позволяют контролировать местонахождение поднадзорного лица, а также выявлять тех, кто нарушает "технические" условия их пребывания на свободе (такое, например, как ограничение передвижения вне какой-либо определенной территории). Применяется и другой тип аппаратов — без телефонного реле — с использованием радио- или телеволн. В будущем предполагается использовать миниатюрные датчики, которые будут имплантированы под кожу человека.

Начиная с 1990 г. все американские штаты и федеральная юрисдикция стали использовать электронный мониторинг. Ежедневно ему подвергаются около 100 тыс. американцев. 27 штатов равным образом практикуют домашний арест без электронного надзора. Электронный мониторинг назначается, как правило, тем преступникам, которые не совершили насильственных преступлений либо если использование насилия при совершении преступления было "случайным".

Применение электронного мониторинга позволяет, по мнению американских юристов, достичь следующих целей. Во-первых, при использовании такой меры контроль со стороны государства более строгий, поэтому социальная защита более эффективна. Во-вторых, эта мера призвана сократить рецидив. В третьих, ее применение должно привести к сокращению переполнения тюрем и снижению финансовых расходов, тем более, что в некоторых штатах осужденный должен сам оплатить расходы на электронные аппараты. Преимуществом данной меры перед другими является и то, что она позволяет сохранять правонарушителя в обществе с тем, чтобы он мог продолжить свою работу, образование, пройти курс лечения, чтобы он мог воспользоваться помощью в решении финансовых, семейных и других проблем. Все это, взятое в целом, позволяет, по мнению американских юристов, достичь ресоциализации осужденного. Вместе с тем эта мера воспринимается общественным мнением как достаточно строгая, и в глазах населения преступник оказывается действительно наказанным.

Оценочные наблюдения и анкетирование лиц, подвергнутых этой мере, позволяют американским исследователям сделать вывод о том, что для осужденных электронный надзор является довольно строгой мерой, однако он предпочтительнее, чем тюрьма. Рецидив среди лиц, подвергнутых данной мере, составляет в среднем от 3 до 16% в течение периода электронного надзора. Что касается финансовых расходов, то они в 4 раза ниже, чем расходы на тюремное заключение, но в 2 раза выше, чем при интенсивном надзоре и в 4 раза выше, чем при обычном надзоре.

В последнее время в американской юридической литературе появились критические высказывания по поводу этой меры, поскольку она затрагивает права личности, частную жизнь гражданина. По мнению этих авторов, в демократическом государстве понятия "личной резиденции", "дома" являются символами этой частной сферы. Электронный надзор за преступниками может таить в себе опасность его последующего распространения на всех остальных, вполне правопослушных граждан. Думается, что эти опасения не лишены оснований. Кроме того, технология электронного надзора еще молода и нередко случаются "сбои". Возникают так называемые "позитивные ошибки" (согласно приборам лицо находится дома, в то время как на самом деле это не так) и "негативные ошибки" (согласно приборам лицо дома отсутствует, тогда как оно в действительности там находится).

Институт пробации известен и уголовному праву Швеции. При этом он имеет свои характерные особенности и в УК регламентирован весьма обстоятельно (см. гл. 28 УК Швеции). Пробация может быть назначена как самостоятельная уголовно-правовая мера в тех случаях, когда суд придет к заключению, что наказания в виде штрафа недостаточно (ст. 1 гл. 28 УК). Вместе с тем пробация как комплекс специфичных мер может сопровождать условно-досрочное освобождение (ст. 10 гл. 26 УК).

Особенностью шведского варианта пробации как самостоятельной меры является то, что она может сочетаться с целым рядом уголовно-правовых мер: выплатой штрафа, выполнением бесплатных общественно полезных работ, с краткосрочным лишением свободы — в то время, как, например, в США одновременное назначение пробации и какого-либо наказания (лишения свободы, штрафа), скорее, исключение, нежели правило.

В случае одновременного назначения штрафа и пробации первый исчисляется в форме дневных ставок, число которых не должно превышать двухсот. При этом шведское законодательство допускает совместное назначение штрафа и пробации даже тогда, когда штраф вообще не предусмотрен в санкции статьи, регламентирующей уголовную ответственность за данное преступление. Назначая штраф и пробацию одновременно, суд должен учесть "уголовную значимость и природу преступления или предыдущую преступную деятельность обвиняемого" (ст. 10 гл. 30 УК Швеции).

В качестве одного из условий пробации могут выступать безвозмездные "общественные работы" (ст. 2а гл. 28 УК Швеции). Обязанность выполнения общественно полезных работ может быть возложена на осужденного только при его согласии. Срок выполнения таких работ составляет период от 40 до 240 часов. Попутно отметим, что данная уголовно-правовая мера не предусмотрена в системе санкций, установленной в Общей части УК (ст. 3 гл. 1).

Пробация может совмещаться с тюремным заключением, продолжительность которого составляет не менее четырнадцати дней и не более трех месяцев. В этих случаях не допускается назначение штрафа или бесплатных общественно полезных работ. Совместное назначение пробации и лишения свободы разрешается только тогда, когда это, "безусловно, необходимо, учитывая уголовную значимость преступления или предыдущую преступную деятельность обвиняемого (ст. 11 гл. 30 УК Швеции)".

Исполнение пробации предполагает надзор, осуществление которого может начаться уже со дня провозглашения приговора. Надзор прекращается без специального распоряжения по истечении, как правило, одного года, если не предусматривается иное. Полный срок пробации может составлять три года (ст. 4 гл. 28 УК Швеции). В случаях, когда в течение срока пробации осужденный проходит обследование или подвергается лечению и для их завершения требуется продолжительное время, период надзора может быть длиннее, чем один год, но не должен превышать общего трехлетнего срока пробации.

Руководство исполнением условий пробации отнесено уголовным законодательством к ведению местной администрации тюрем и пробации. Эти органы назначают наблюдателя, непосредственно осуществляющего надзор за осужденным, подвергнутым пробации. Кроме того, эти же органы вправе назначить одного или нескольких помощников наблюдателю.

Содержание пробации определяется рядом обязанностей, возлагаемых на осужденного: сообщать наблюдателю о месте жительства, работы, поддерживать с ним регулярные контакты, возместить причиненный ущерб и, в целом, "вести благонравную жизнь" (ст. 14 гл. 26 УК Швеции). В случае невыполнения перечисленных обязанностей наблюдательный совет вправе объявить подвергнутому пробации лицу предупреждение; продлить время осуществления надзора за таким лицом на срок свыше одного года вплоть до окончания срока пробации. В качестве крайней меры в случаях, когда "осужденное лицо в значительной степени пренебрегает своими обязанностями" (ст. 8 гл. 28), и меры, которую вправе принять наблюдательный совет, вряд ли дадут положительный результат, предусмотрена отмена пробации. Вопрос об отмене пробации ставится перед судом государственным обвинителем по предложению наблюдательного совета.

В случае отмены пробации в связи с невыполнением ее условий суд выбирает другую санкцию, учитывая при этом те принудительные меры, которым был подвергнут осужденный в течение срока пробации. Так, суд должен принять во внимание, если это имело место, уплату осужденным штрафа, выполнение общественно полезных работ и т.п. В подобных случаях допускается назначение меньшего срока тюремного заключения, чем тот, что предусмотрен в статье за совершение конкретного преступления (ст. 9 гл. 28).

При совершении лицом, подвергнутым пробации, нового преступления суд, в зависимости от тяжести содеянного и некоторых других обстоятельств, принимает одно из следующих решений: постановить, что ранее назначенная пробация должна относиться и ко второму преступлению, однако с дополнительным назначением штрафа в форме дневных ставок, или общественно полезных работ, или краткосрочного тюремного заключения; либо назначить самостоятельную уголовно-правовую меру за новое преступление, которая будет исполняться наряду с санкциями за прежнее деяние; либо отменить санкцию по предыдущему приговору и назначить другие санкции за прежнее и новое преступления (ст. 1 гл. 34 УК Швеции). В первом и во втором случаях допускается продление срока пробации на период до пяти лет.

Самостоятельное значение в уголовном праве Швеции имеет институт условного осуждения (или "условного приговора"). С пробацией названный институт объединяет много общих черт: возможность назначения в случаях, когда штраф признается недостаточной санкцией за совершенное преступление; допустимость совмещения со штрафом и бесплатными общественно полезными работами; назначение испытательного срока; предъявление определенных требований к поведению осужденного лица и т.д. Вместе с тем существует и ряд отличий, которые позволяют считать условное осуждение автономной мерой. Так, условное осуждение не может сочетаться с лишением свободы любой продолжительности. Кроме того, испытательный срок в данном случае меньше того, что предусмотрен для пробации, и составляет два года. Течение этого срока начинается только со дня вступления приговора в законную силу, при пробации надзор начинает осуществляться уже со дня вынесения приговора. Но самое главное отличие состоит в том, что условное осуждение не предполагает работы специального должностного лица службы пробации — наблюдателя.

Во Франции существуют два самостоятельных института: отсрочки исполнения наказания и отсрочки назначения наказания, регламентированные действующим УК Франции. Первый тип отсрочки характеризуется тем, что суд, признав подсудимого виновным и назначив ему наказание, выносит одновременно решение о том, что исполнение такого наказания будет отсрочено. Второй тип отсрочки характеризуется тем, что суд, признав подсудимого виновным, наказание ему не назначает, а выносит постановление о том, что к решению вопроса о наказании он вернется через определенное время.

Отсрочка исполнения наказания представлена в трех видах: а) простая, б) с режимом испытания, в) с обязанностью выполнять общественно полезные работы. Особенностью французского уголовного права является то, что отсрочка исполнения наказания может распространяться только на часть наказания в виде лишения свободы.

Отсрочка назначения наказания представлена также в трех видах: а) простая, б) с режимом испытания, в) с предписанием.

Испытание как отличительная черта пробации предусмотрена при отсрочке исполнения наказания с режимом испытания и с обязанностью выполнять общественно полезные работы, а также при отсрочке назначения наказания с режимом испытания. Во всех названных случаях закон предусматривает работу специального агента по пробации.

К условиям предоставления отсрочки исполнения наказания с режимом испытания относятся: 1) возможность назначения ее только физическим лицам, 2) за совершение общеуголовного преступления или такого же проступка (политическим преступникам может быть предоставлена простая отсрочка исполнения наказания), 3) назначенное наказание в виде лишения свободы не превышает пяти лет, 4) установление испытательного срока, который может составлять период от 18 месяцев до 3 лет, 5) выполнение определенных обязанностей, 6) возможность воспользоваться мерами помощи.

Режим мер испытания во Франции включает следующие обязательные мероприятия: отвечать на вызовы уполномоченного по пробации, предоставлять ему сведения и документы, необходимые для контроля за средствами существования осужденного, предупреждать об изменении места жительства и работы. Помимо этого в каждом конкретном случае с учетом личности осужденного и обстоятельств совершенного преступления или проступка судья вправе возложить на него и другие обязанности, которые являются факультативными. К таким обязанностям относятся следующие: продолжить образование или профессиональное обучение, пройти медицинское обследование или лечение, возместить ущерб даже при отсутствии гражданского иска, воздерживаться от управления некоторыми транспортными средствами, не посещать места продажи спиртных напитков, не посещать других осужденных, в частности, соучастников преступного деяния, не хранить или не носить оружие и проч.

Меры помощи могут выражаться в форме помощи общественного характера, а в случае необходимости — в форме материальной помощи с привлечением любых общественных и частных организаций. Эти меры призваны обеспечить ресоциализацию осужденного.

Суд вправе полностью или частично (в последнем случае осужденный будет отбывать только часть тюремного заключения) отменить отсрочку, если 1) осужденный в течение испытательного срока совершил новое преступление или новый проступок, которые при этом не являются политическими и за которые ему назначается лишение свободы любой продолжительности без применения отсрочки, либо 2) не выполняет возложенные на него судом обязанности. Частичная отмена отсрочки исполнения наказания предоставляется только один раз. По истечении испытательного срока в случае, если отсрочка не была отменена, лицо считается несудимым.

Отсрочка исполнения наказания с возложением на осужденного обязанности выполнять общественно полезные работы предполагает безвозмездную работу осужденного в течение от 40 до 240 часов. Основания назначения такие же, как и при отсрочке с испытанием. Однако этот вид отсрочки может быть назначен только при согласии осужденного (поскольку принудительный труд запрещен рядом международно-правовых соглашений, участницей которых является Франция). В данном случае испытательный срок равен сроку выполнения общественно полезных работ, т.е. не более полутора лет по закону. Помимо этого осужденный должен выполнять те же обязанности, которые предусмотрены и при рассмотренной выше отсрочке. Этот вид отсрочки также предполагает работу специального уполномоченного службы пробации.

Отсрочка назначения наказания с режимом испытания может быть предоставлена при наличии одновременно следующих условий: 1) совершение уголовных деяний в виде проступка или нарушения физическим лицом, 2) такое лицо присутствует в судебном заседании, 3) "ресоциализация виновного на пути к достижению, причиненный ущерб возмещается и нарушения, вызванные преступным деянием, в скором времени прекратятся" (ст. 132-60 УК Франции). Суд назначает испытательный срок, который не может превышать одного года. Обязанности, которые должен исполнять осужденный, аналогичны рассмотренным выше.

По истечении указанного срока суд может либо полностью освободить виновного от наказания, либо назначить наказание, предусмотренное законом или регламентом за совершенное ранее преступное деяние, либо вновь отсрочить назначение наказания. Решение о наказании должно состояться не позднее одного года после первого решения об отсрочке.

По французскому праву другие виды отсрочки исполнения или назначения наказания не включают в качестве необходимого условия испытание осужденного. Так, условиями предоставления простой отсрочки исполнения наказания являются следующие: 1) возможность назначения как физическому, так и юридическому лицу, 2) за совершение преступления, проступка или нарушения, 3) физическое лицо в течение пяти предыдущих лет не было судимо за общеуголовное преступление или такой же проступок с назначением лишения свободы, а юридическое лицо за общеуголовное преступление или такой же проступок — с назначением штрафа, размер которого превышает 400 тыс. франков (при отсрочке за нарушение — если юридическое лицо не было судимо за преступление или проступок с назначением штрафа более 100 тыс. франков), 4) назначение испытательного срока, который может составлять за преступление или проступок пять лет, за нарушение — два года.

Физическому лицу, вообще не судимому в течение указанного срока, суд может предоставить отсрочку от исполнения: исправительного тюремного заключения сроком до пяти лет, штрафа или штрафо-дней, наказаний, лишающих некоторых прав или их ограничивающих, за исключением конфискации, закрытия заведения, принадлежащего лицу на праве собственности, и распространения обвинительного приговора ("афиширования"). Физическому лицу, судимому в течение указанного срока (например, с назначением штрафа), может быть предоставлена только отсрочка исполнения лишения свободы сроком до пяти лет.

Юридическому лицу может быть предоставлена отсрочка исполнения следующих наказаний: штрафа, закрытия одного или нескольких предприятий юридического лица, запрещения пускать в обращение чеки или пользоваться кредитными карточками, конфискации, распространения обвинительного приговора.

Физическое лицо, не совершившее нового общеуголовного преступления или такого же проступка, или юридическое лицо, не привлеченное к уголовной ответственности в течение испытательного срока, считаются несудимыми.

Во Франции лицо может быть вообще освобождено от наказания за проступок или нарушение. Суд, признав подсудимого виновным и назначив в случае необходимости конфискацию опасных или вредных предметов или веществ, вправе освободить подсудимого от наказания при условии, что ресоциализация виновного достигнута, причиненный ущерб возмещен и нарушения, вызванные преступным деянием, больше не существуют. Суд, освобождающий от наказания, может вынести решение о том, что приговор не будет упомянут в "Сведениях о судимости". Правда, освобождение от наказания не исключает возмещения судебных издержек (ст. 132-58, 132-59 УК Франции).

Такое безусловное освобождение от наказания является факультативным. Оно может быть предоставлено за любые проступок и нарушение независимо от их квалификации и санкции. По мнению французских юристов, преимуществом такой меры является то, что она позволяет индивидуализировать уголовную ответственность и "разъединить звено виновность-наказание". Освобождение от наказания в данном случае не означает оправдания подсудимого, однако предоставляет возможность не прибегать к наказанию при определенных, названных выше условиях. Во-первых, должна быть достигнута ресоциализация виновного. Французские правоведы трактуют это условие как "переоценку взглядов, ценностей". При этом такая переоценка должна быть установлена судом на основе тщательного изучения личности подсудимого. Во-вторых, обвиняемый должен возместить ущерб либо в натуральной форме, либо в форме реституции, т.е. денежной компенсации. При этом закон не требует полного возмещения. И наконец, в-третьих, должны быть устранены нарушения, вызванные совершенным деянием. Это условие, как отмечают французские юристы, наименее определимо. Они полагают, что суд должен учитывать общественный резонанс дела, мнение потерпевших, а также другие обстоятельства во избежание того, чтобы неприменение санкции к преступнику повлекло бы негативную реакцию со стороны населения.

В Германии существует понятие условной отсрочки исполнения наказания, которая может быть предоставлена судом при следующих условиях: 1) назначенное наказание в виде лишения свободы не превышает одного года, 2) констатация судом возможности осужденного "учесть приговор" и в будущем не совершать преступных деяний, что делает реальное исполнение наказания ненужным. В Германии условная отсрочка относится ко всему наказанию и не может ограничиваться его частью.

При назначении отсрочки суд учитывает личность обвиняемого, его прошлую жизнь, обстоятельства совершения преступления, постпреступное поведение, условия жизни, последствия предоставления отсрочки. Закон наделяет суд правом в исключительных случаях, при особо смягчающих обстоятельствах, отсрочить исполнение и более строгого наказания: лишения свободы сроком до двух лет.

Предоставляя отсрочку, суд определяет испытательный срок, который может составлять от двух до пяти лет. Такой срок до момента его истечения может быть сокращен до минимального размера (двух лет) или увеличен до максимального (пяти лет) судом.

Суд вправе наложить на осужденного исполнение обязанностей, при этом, как отмечается в УК ФРГ, осужденному не могут быть предъявлены заведомо невыполнимые требования. Согласно УК ФРГ суд может возложить на виновного выполнение таких обязанностей, как возмещение ущерба, причиненного преступным деянием, выполнение общественно полезных работ и т.д. Помимо возложения обязанностей суд в необходимых случаях дает осужденному "указания": о месте пребывания, работе, досуге; о явке в определенное время в суд или другое учреждение; о запрете общаться с определенными лицами; о запрете хранения предметов, которые могут быть использованы при совершении преступления, и др. Такие "указания", как лечение или помещение в специализированное учреждение, могут быть даны судом только с согласия осужденного.

В период испытательного срока суд помещает осужденного под надзор специального помощника, который наблюдает за выполнением виновным обязанностей и указаний, регулярно сообщает суду о его образе жизни, о грубых и систематических нарушениях, касающихся возложенных обязанностей, указаний, предложений и обещаний. Помощник назначается судом и осуществляет свою деятельность либо по службе, либо на общественных началах.

В случаях совершения нового преступного деяния в период испытательного срока либо грубого и систематического нарушения указаний, уклонения от надзора помощника или невыполнения обязанностей отсрочка может быть судом отменена. Если же такой отмены не последовало, лицо освобождается от какого бы то ни было наказания.

В Австрии аналогом условного осуждения является условное освобождение от наказания. Согласно австрийскому УК такое условное освобождение бывает двух видов: от всего наказания и от части наказания. Условное освобождение от наказания назначается в случае осуждения к наказанию в виде лишения свободы на срок не более двух лет или к денежному штрафу. Условное освобождение от части наказания применяется, как правило, только в случае назначения денежного штрафа.

Обязательной предпосылкой назначения условного освобождения от наказания (как от всего наказания, так и от его части) является наличие убежденности суда в том, что "достаточно одной угрозы реального исполнения наказания самостоятельно или в связи с другими мерами, чтобы предотвратить дальнейшее совершение лицом преступных деяний, и не требуется исполнения наказания для того, чтобы противодействовать совершению преступных деяний другими лицами". При назначении условного освобождения от наказания (как от всего наказания, так и от его части) суд учитывает вид деяния, личность правонарушителя, степень его вины, его предыдущую жизнь и его поведение после совершения деяния. Суд устанавливает испытательный срок продолжительностью от одного до трех лет. При условном освобождении от наказания суд возлагает на осужденного выполнение определенных обязанностей (например, "проживать в определенной местности, в определенной семье или в определенном доме, не употреблять алкогольные напитки, обучаться подходящей, по возможности соответствующей его знаниям, способностям и наклонностям, профессии или работать по своей специальности, сообщать о каждом изменении места своего пребывания или места работы и являться в суд или другой компетентный орган" и др.). В период испытательного срока указания, даваемые судом, могут быть им отменены, изменены либо суд может возложить на осужденного новые обязанности. Условно освобожденному лицу назначается помощник, в обязанности которого входит осуществление контроля за поведением условно освобожденного. Указания и помощь условно освобожденным действуют в течение срока, определенного судом, максимально до окончания испытательного срока.

В том случае, если во время испытательного срока условное освобождение от наказания по каким-либо причинам (например, совершение нового преступного деяния) не отменяется, то осужденный окончательно освобождается от наказания.

УК Швейцарии предусматривает возможность применения условного осуждения к лишению свободы, если срок наказания не более 18 месяцев, или к дополнительному наказанию. Предпосылкой для назначения условного осуждения является наличие убежденности суда в том, что в будущем осужденный не будет совершать преступления или проступки, и если осужденный по решению суда или по соглашению сторон возмещает причиненный вред. При принятии данного решения судом учитываются предыдущая жизнь и характер осужденного. Условное осуждение не применяется к лицам, которые в течение пяти лет до совершения данного преступного деяния уже отбывали наказание в виде каторжной тюрьмы или тюремного заключения сроком не менее трех месяцев за совершение умышленного преступного деяния, если данное наказание было назначено им либо швейцарским судом, либо судом иностранного государства. При условном осуждении суд определяет испытательный срок в пределах от двух до пяти лет. Суд может установить охранительный надзор, сущность которого заключается в даче осужденному определенных указаний по поводу его поведения в период испытательного срока, относительно его профессионального образования, места пребывания, врачебного наблюдения и др. Суд может установить запрет употреблять алкогольные напитки и обязать возместить причиненный преступным деянием вред в течение определенного срока. Даваемые судом указания могут быть последним отменены или изменены в течение испытательного срока.

В том случае, если осужденный "во время испытательного срока совершает преступление или проступок, действует вопреки хотя бы одному из полученных указаний, несмотря на официальное предупреждение компетентных органов, упорно уклоняется от охранительного надзора или иным образом пренебрегает оказанным ему доверием", суд может принять решение об отмене условного осуждения и исполнения наказания. Если условное осуждение все же не отменяется, то суд в более легких случаях в зависимости от конкретных обстоятельств дела может предупредить осужденного, дать ему дополнительные указания и продлить определенный в приговоре испытательный срок не более чем на половину.

Если до истечения испытательного срока условное осуждение не отменяется, то наказание считается отбытым.

В Японии существует институт отсрочки исполнения наказания. К основным условиям предоставления отсрочки относятся: 1) назначение лишения свободы с принудительным трудом или без него на срок не более трех лет, либо штрафа, размер которого не превышает пятьсот тысяч иен; 2) подсудимый ранее не был осужден к лишению свободы без принудительного труда или к более строгому наказанию, либо подсудимый хотя и осуждался ранее к лишению свободы без принудительного труда или к более строгому наказанию, но в течение пяти лет после отбытия данного наказания не был вновь осужден к лишению свободы без принудительного труда или более строгому наказанию.

Период отсрочки, согласно УК Японии, составляет срок от одного года до пяти лет со дня вступления приговора в законную силу. На этот период осужденному назначается защитный надзор, предполагающий выполнение лицом, которому предоставлена отсрочка, ряда обязанностей.

Отсрочка отменяется в случае совершения лицом, которому она назначена, в период испытательного срока нового преступления, за которое он осуждается к лишению свободы без принудительного труда или к более строгому наказанию без отсрочки, а также в некоторых других случаях, предусмотренных ст. 26 УК Японии. Если же испытательный период истекает без отмены приговора об отсрочке исполнения наказания, приговор о наказании утрачивает свою силу.

По УК Китая условное осуждение может быть назначено только в отношении краткосрочного ареста и лишения свободы на срок до трех лет. При назначении условного осуждения учитываются обстоятельства совершенного преступления и чистосердечное раскаяние виновного лица. Еще одним условием назначения условного осуждения является то, что в случае его назначения не существует опасности для общества со стороны условно осужденного лица. Условное осуждение не может быть назначено лицу, ранее признанному рецидивистом. При условном осуждении назначается испытательный срок. Его продолжительность зависит от вида наказания, назначаемого условно. Если лицо условно осуждается к краткосрочному аресту, то испытательный срок колеблется в пределах от двух месяцев до одного года сверх назначенного наказания. При условном осуждении к срочному лишению свободы испытательный срок устанавливается в пределах от одного года до пяти лет, однако он в любом случае должен быть выше, чем срок назначенного наказания. При условном осуждении испытательный срок начинает течь с момента вынесения приговора. При назначении условного осуждения суд возлагает на осужденного выполнение определенных обязанностей, перечень которых установлен ст. 75 УК КНР. К ним относятся, например, обязанность соблюдать законы, административные правила, подчиняться надзору; обязанность в соответствии с правилами контролирующего органа докладывать о своей деятельности и др. Условное осуждение отменяется, если во время испытательного срока осужденный совершает новое преступление или окажется, что до вынесения приговора им были совершены иные преступления. В этом случае наказание назначается по правилам назначения наказания при совокупности преступлений. Условное осуждение может быть отменено и в том случае, если во время испытательного срока осужденный нарушает законы, административные правила или правила органа общественной безопасности Госсовета КНР относительно надзора за условными осужденными, причем обстоятельства дела свидетельствуют о серьезности этих нарушений.

УК КНР предусматривает специфический институт смягчения наказания, которое возможно и в процессе отбывания наказания. Кодекс содержит ряд требований для такого смягчения: 1) оно возможно только в том случае, если лицо отбывает наказание в виде надзора, краткосрочного ареста, срочного или бессрочного лишения свободы; 2) во время отбывания наказания лицо действительно раскаялось или изменилось к лучшему либо у лица имеются определенные заслуги[426]. Проявлением "больших заслуг" является, например, пресечение другого тяжкого преступления, сообщение достоверной информации о тяжком преступлении, подготавливаемом в местах лишения свободы или за их пределами и др. Смягчение первоначально назначенного наказания зависит от вида наказания: "После смягчения срока наказания реально отбытый срок надзора, срочного лишения свободы не может быть ниже половины первоначально назначенного срока; бессрочного лишения свободы — не ниже 10 лет"[427].

Таким образом, уголовное право зарубежных государств довольно обстоятельно регламентирует различные виды отсрочек исполнения или назначения наказания. При этом широкое распространение как в государствах неконтинентальной, так и в государствах континентальной правовой системы получил институт пробации, сущность которого состоит в "испытании" осужденного с тем, чтобы цели исправления и ресоциализации были достигнуты в отношении виновного способом, не связанным с реальным отбыванием наказания, в первую очередь, лишения свободы.

§ 5. Досрочное освобождение от отбывания наказания

В Англии возможно как условное, так и безусловное досрочное освобождение от продолжения отбывания лишения свободы. Основаниями для безусловного досрочного освобождения являются: 1) осуждение к тюремному заключению на определенный срок, 2) отбытие не менее 2/3 назначенного судом срока, 3) "хорошее поведение" осужденного.

Для условно-досрочного освобождения (УДО) требуется отбытие не менее 1/3 срока или по крайней мере 12 месяцев лишения свободы. Условно-досрочно могут быть освобождены и те лица, которые отбывают пожизненное лишение свободы. В этом случае вопрос освобождения решается министром внутренних дел. Основанием для УДО в отличие от безусловного досрочного освобождения является не только хорошее поведение виновного, но и заключение администрации пенитенциарного учреждения о возможности осужденного вести правильную жизнь за стенами тюрьмы.

Надзор за условно-освобожденными возлагается на агента службы пробации. В случае нарушения требований, предъявляемых к поведению условно освобожденного, решение об УДО может быть пересмотрено министром внутренних дел, после чего следует водворение ранее освобожденного в исправительное учреждение для продолжения отбывания наказания.

Институт УДО в США отличается своеобразием, связанным с существованием в американской правовой системе такого понятия, как неопределенный приговор. В США институт УДО появился в середине XIX в. и получил свое окончательное оформление в законодательстве к XX в.

По сложившейся "системе УДО" большими полномочиями наделялись специальные административные органы — коллегии (советы, комиссии, бюро) по УДО. Именно эти организации в течение долгих лет решали в штатах и на федеральном уровне вопросы досрочного освобождения. Коллегии по УДО состояли из сотрудников, назначаемых губернаторами штатов из числа бывших тюремных служащих, либо из лиц, состоявших на службе в других учреждениях и выполнявших свои функции по совместительству. В некоторых штатах такие вопросы решались губернатором после консультации с состоящим при нем советом по УДО. Эти органы решали и вопросы обратного водворения в места лишения свободы, и организации контроля над условно-досрочно освобожденными.

Отсутствие в законодательстве ряда штатов четких критериев УДО, надлежащего контроля за деятельностью административных органов, решающих эти вопросы, давало последним возможность существенно корректировать судебные приговоры. Начиная с 1960-х гг. система неопределенных приговоров, в рамках которой по существу и функционировал институт УДО, серьезно критиковалась общественностью, научными и практическими работниками США[428].

В конце 1970-х — начале 1980-х гг. американская уголовная политика изменила приоритеты: на смену идее ресоциализации преступника пришла идея контроля над ним с целью защиты общества. Такая переориентация была во многом связана с непрерывным ростом преступности в США и недовольством общественности проводимой государством политикой в сфере борьбы с преступностью. Следствием этих процессов стало упразднение коллегий по условно-досрочному освобождению и в целом системы УДО. Первыми штатами, отменившими в 1976 г. УДО, были Калифорния и Мэн. Этому примеру последовали другие. Некоторые штаты то упраздняли систему УДО, то вновь вводили. Так, штат Нью-Йорк в 1983 г. отменил УДО, а в 1985 г. восстановил. Штат Флорида упразднил систему УДО в 1983 г., восстановил в 1990 г., вновь отменил в 1995 г. По данным на 1995 г., система УДО была упразднена в 12 штатах и на федеральном уровне[429].

В целом по стране количество случаев УДО сократилось почти вдвое. Если в 1977 г. в США количество заключенных, освобожденных условно по решению коллегий по УДО, составляло порядка 75% от их общего числа, то в 1994 г. — 35%.

В американской юридической литературе высказывается мнение о том, что в вопросе об отмене системы УДО интересы либеральных и консервативных кругов совпали[430]. Либералы настаивали на том, чтобы приговор был беспристрастным и справедливым, одинаковым для подсудимых, имеющих равные личностные характеристики, совершивших сходные преступления при сходных смягчающих или отягчающих обстоятельствах. По их мнению, следовало устранить неодинаковость и произвольность судебных приговоров так же, как дискреционность решений членов коллегий по УДО. В результате отмены системы УДО поставленные цели отчасти были достигнуты. Так, по оценкам американских юристов, от 80 до 95% приговоров учитывают новые правила назначения наказания. Однако дискреционность переместилась в более раннюю стадию: стадию принятия решения органами государственного обвинения, имеющими права заключать "сделки о признании вины" до вынесения судебного приговора[431].

Представители консервативных юридических кругов настаивали на идеях более строгого наказания преступников, их устрашения и нейтрализации, последовательной реализации общей и специальной превенции. По их мнению, такие цели могли быть достигнуты путем помещения правонарушителей в тюрьму на более длительный срок. И если либералы настаивали на более кратких сроках наказания с целью ресоциализации преступника, то консерваторы — на более продолжительных с целью защиты общества от преступности.

Как показали исследования, проведенные в США, средний реально отбываемый срок лишения свободы увеличился на 30-35%. Однако увеличение общей продолжительности сроков лишения свободы привело к тому, что расходы государства на исполнение тюремного заключения (и так достаточно высокие в западных странах) за 15 лет (1980-1995 гг.) в США удвоились. Хроническое переполнение тюрем стало обычным явлением.

В штатах, сохранивших систему УДО, оно допускается при наличии не менее трех оснований; 1) если закон не запрещает досрочное освобождение лица, совершившего конкретное преступление; 2) если осужденный отбыл определенный срок наказания и 3) если орган, на который возложено решение вопроса, признает, что этот заключенный "вел себя хорошо" и будет способен после освобождения выполнять специальные предписания.

Нередко УДО не подлежат лица, осужденные к пожизненному лишению свободы (в некоторых штатах для них устанавливаются повышенные сроки лишения свободы, дающие основания для рассмотрения вопроса об УДО).

По УК штата Нью-Йорк условно-досрочно не могут быть освобождены лица, осужденные за тяжкое убийство первой степени (п. 5 § 70.00). В этом штате существует несколько видов УДО. Одним из них, наиболее льготным, является УДО под честное слово. Основанием для предоставления этого вида УДО является истечение определенного срока. В случае вынесения судом неопределенного приговора для освобождения требуется отбытие минимального срока, установленного судом. Если осужденный отбывает несколько неопределенных приговоров, требуется отбытие минимального совокупного срока. Если лицо одновременно отбывает неопределенный и определенный приговоры, для освобождения требуется отбытие либо минимального срока по неопределенному приговору, либо 6/7 части срока по определенному приговору. По истечении указанных сроков УДО может быть предоставлено в любое время по усмотрению специального совета штата. УДО под честное слово возможно и по медицинским показаниям, либо в целях депортации, либо после успешного прохождения программы шокового заключения (§ 70.40 УК). УДО под честное слово не применяется, если вынесен только определенный приговор.

В штате Нью-Йорк допускается и другой, менее льготный, вид УДО. Он предоставляется при хорошем поведении осужденного в течение определенного срока, установленного в законодательстве. Так, если был назначен неопределенный приговор, период хорошего поведения должен быть равен неотбытой части максимального срока, при определенном приговоре — оставшейся части. Если осужденный одновременно отбывает неопределенный и определенный приговоры, он не может быть освобожден до отбытия 6/7 части срока, назначенного по определенному приговору. В любом случае осужденный не может быть условно-досрочно освобожден до наступления даты, дающей право на УДО под честное слово.

Во Франции вопросы досрочного условного и безусловного освобождения регламентируются УПК Франции 1958 г., согласно которому основаниями для УДО служат: 1) наличие "весомых сведений о социальной реадаптации" осужденного; 2) отбытие не менее 1/2 срока лишения свободы (для рецидивистов — не менее 2/3, для приговоренных к пожизненному лишению свободы — не менее 15 лет). УДО не может быть предоставлено в течение определенного судом периода надежности (срока, назначаемого в случае осуждения за тяжкие преступления или проступки, равного половине срока наказания или 18 годам при пожизненном лишении свободы). Срок, необходимый для УДО, в некоторых случаях может быть сокращен.

Право условного освобождения принадлежит судье по исполнению наказаний и министру юстиции. Если осужденному назначено лишение свободы на срок до 5 лет, то решение принимает судья, если же назначенный срок превышает 5 лет, УДО предоставляет министр юстиции. Но и в последнем случае предложение об УДО составляет судья с учетом мнения комиссии по исполнению наказаний, а затем все необходимые документы направляются министру. В любом случае запрашивается мнение префекта того департамента, в который осужденный намеревается отправиться после освобождения. Если истек установленный срок, отбытие которого может служить основанием для УДО, "положение дел каждого осужденного исследуется не реже одного раза в год" (ст. 730 УПК).

Предоставление УДО сопровождается "особыми условиями", "мерами содействия и контроля", "призванными облегчить и подтвердить возвращение освобожденного к нормальной жизни" (ст. 731 УПК). Эти функции возлагаются, в первую очередь, на судью по исполнению наказаний, а также комитет по пробации и содействию освобожденным. Срок применения таких мер определяется в решении об УДО. Он не может быть меньше неотбытой части наказания и превышать ее более, чем на один год. Для освобожденного от исполнения пожизненного лишения свободы такой срок составляет от 5 до 10 лет.

Решение об УДО может быть отменено "в случае нового осуждения, ставшего известным дурного поведения", нарушения условий освобождения, специально установленных решением об УДО. В случае отмены УДО в силу совершения лицом нового преступления к наказанию за это преступление присоединяется неотбытый срок предыдущего осуждения. Если же в течение установленного срока условное освобождение не было отменено, освобождение становится окончательным. Наказание считается отбытым со дня условного освобождения.

В Германии УДО от отбывания лишения свободы может быть предоставлено судом, если 1) осужденный отбыл 2/3 наказания (в любом случае не менее двух месяцев); 2) можно ожидать, что лицо и без дальнейшего отбытия наказания не совершит уголовно наказуемого деяния и 3) осужденный на это согласен.

В некоторых случаях суд вправе условно-досрочно освободить осужденного и при отбытии меньшего срока — половины наказания. Такое возможно в случае, когда лицо отбывает лишение свободы впервые, либо когда назначенное наказание не превышает двух лет, либо когда существуют особые обстоятельства, характеризующие личность и совершенное деяние.

На условно освобожденного распространяются все правила, относящиеся к выполнению специальных обязанностей и указаний, которые предусмотрены при предоставлении отсрочки исполнения наказания. Это касается и назначения испытательного срока от двух до пяти лет, и помещения освобожденного под надзор специального помощника.

В Германии УДО возможно и при пожизненном лишении свободы. Основаниями такого освобождения служат отбытие пятнадцати лет лишения свободы, вывод суда о том, что дальнейшее отбывание наказания не является необходимым, существование иных предпосылок, требуемых для УДО (согласие осужденного и др.).

Согласно УК Австрии[432] для назначения условно-досрочного освобождения от отбывания наказания в виде лишения свободы необходимо наличие следующих предпосылок: 1) отбытие заключенным половины срока наказания в виде лишения свободы, назначенного в приговоре суда или установленного в порядке помилования, но не менее трех месяцев; 2) наличие убежденности суда в том, что для предотвращения совершения данным лицом преступных деяний в будущем не требуется исполнения неотбытой части наказания. При принятии решения об УДО от отбывания наказания учитываются и иные обстоятельства, такие, например, как личность правонарушителя, его предыдущая жизнь, его поведение во время отбывания наказания и др. УДО от отбывания наказания в виде пожизненного лишения свободы может быть предоставлено только в том случае, если осужденным фактически отбыто не менее пятнадцати лет лишения свободы и существуют рассмотренные выше предпосылки.

При принятии решения об освобождении от отбывания наказания устанавливается испытательный срок продолжительностью от одного года до трех лет. Если неотбытая часть наказания, от отбывания которой осужденный условно освобождается, составляет более трех лет, то испытательный срок равен пяти годам. При УДО от отбывания пожизненного лишения свободы испытательный срок составляет десять лет.

При УДО от отбывания наказания осужденному даются определенные указания и на период испытательного срока назначается "помощник" (ст. 50-51). Эти правовые институты регулируются теми же нормами УК Австрии, что и при условном осуждении, рассмотренном выше.

Если УДО не отменяется, то оно считается окончательным.

По УК Швейцарии условное освобождение от отбывания наказания может быть назначено тогда, когда заключенный отбыл не менее двух третей наказания в виде каторжной тюрьмы или тюремного заключения, причем в тюрьме не менее трех месяцев. Предпосылками условного освобождения являются также хорошее поведение осужденного во время отбывания наказания и предположение о том, что лицо будет хорошо себя вести на свободе после освобождения.

В том случае, если осужденный отбывает пожизненное лишение свободы в каторжной тюрьме, то он может быть условно освобожден только по отбытии пятнадцати лет. При принятии решения об условном освобождении от отбывания наказания назначается испытательный срок продолжительностью от одного года до пяти лет, во время которого условно освобожденный находится под охранительным надзором. Условно освобожденному даются указания по поводу его поведения в период испытательного срока, которые могут касаться его профессионального образования, места пребывания, врачебного наблюдения и др. Могут быть установлены запрет употреблять алкогольные напитки и обязанность возместить причиненный преступным деянием вред.

Условное освобождение от отбывания наказания, как правило, отменяется, если: 1) во время испытательного срока осужденный совершает преступное деяние, за которое он осуждается к лишению свободы на срок свыше трех месяцев и которое не назначается условно; либо 2) условно освобожденный "не выполняет хотя бы одно из полученных указаний, несмотря на официальное предупреждение компетентных органов, упорно уклоняется от охранительного надзора или иным образом пренебрегает оказанным доверием". В остальных же случаях, если условно освобожденному за совершение нового преступного деяния назначается более мягкое наказание или если оно назначается условно, условное освобождение от отбывания наказания может и не отменяться. В этом случае компетентный орган может предупредить условно освобожденного, дать ему новые указания и продлить испытательный срок не более, чем на половину первоначально установленного срока.

В том случае, если условно освобожденный до истечения испытательного срока хорошо себя ведет, то он освобождается от наказания окончательно.

По УК Швеции УДО от отбывания лишения свободы возможно после отбытия осужденным 2/3 срока тюремного заключения, в любом случае — не менее одного месяца.

УДО не применяется в тех случаях, когда краткосрочное лишение свободы сопровождает пробацию, и тогда, когда тюремное заключение назначено в порядке замены невыплаченного штрафа.

УДО может быть отложено на более поздний срок по просьбе самого осужденного либо тогда, когда заключенный "серьезно нарушает условия отбывания наказания". В последнем случае срок, на который откладывается УДО, не может превышать пятнадцати дней.

В течение срока, соответствующего неотбытой части наказания в виде лишения свободы, освобожденный подвергается пробации, при этом продолжительность последней не может быть менее одного года. УК Швеции допускает установление над освобожденным специального надзора, аналогичного тому, что устанавливается над лицами, которым пробация назначается вместо наказания в качестве уголовно-правовой санкции за совершенное преступление. В зависимости от поведения освобожденного решается вопрос о сохранении или прекращении надзора, при этом надзор, как правило, прекращается автоматически по истечении одного года.

В целях ресоциализации освобожденного предусмотрена возможность возложения на такое лицо дополнительных обязанностей и предъявления определенных требований к его поведению. Так, при необходимости прохождения курса лечения от алкоголизма освобожденному может быть предписано пройти полный курс такого лечения и при этом его могут обязать предоставлять образцы "крови, мочи, дыхательных испарений" для осуществления "контроля того, что он не находится под воздействием вещества, вызывающего зависимость". Для того, чтобы освобожденный получил возможность возместить имущественный вред, причиненный совершением преступления, ему могут быть созданы необходимые условия для работы, занятия предпринимательством или образования.

Следует отметить, что "набор" требований и обязанностей, сопровождающих УДО, суд может варьировать. Изменение условий досрочного освобождения зависит от поведения освобожденного лица. С одной стороны, перечень обязанностей может быть увеличен, с другой — сокращен. В наиболее серьезных случаях невыполнения обязанностей возможно приостановление УДО на срок не более пятнадцати дней.

В случае же совершения нового преступления в течение срока, соответствующего неотбытой части наказания, "условно предоставленная свобода" или ее часть могут быть объявлены утраченными. При решении вопроса об отмене УДО суду надлежит учесть такие обстоятельства, как тяжесть вновь совершенного преступления, время, прошедшее с момента совершения прежнего преступления, и др. К примеру, если новое преступление является менее тяжким по сравнению с первым, то возможно сохранение "условной свободы" (см. ст. 4 гл. 34 УК Швеции).

Если "условно предоставленная свобода" не объявляется утраченной, то по истечении испытательного срока наказание считается полностью отбытым.

УК Швеции не знает УДО от пожизненного лишения свободы. В Японии условное освобождение из тюрьмы допускается тогда, когда лицо, осужденное к лишению свободы с принудительным трудом или без него, "проявляет подлинное исправление" и отбыло треть срока при лишении свободы, назначенном на определенный срок, или десять лет — при бессрочном лишении свободы (ст. 28 УК Японии). Условное освобождение по японскому УК предоставляется не судом, а административными властями.

УК КНР также предусматривает возможность условно-досрочного освобождения от наказания. Оно возможно после фактического отбытия осужденным определенного срока наказания: половины и более срока при срочном лишении свободы, десять и более лет при бессрочном лишении свободы. Еще одной предпосылкой для УДО является то, что осужденный раскаялся и исправился. Причем УДО допускается только в том случае, если лицо не представляет опасности для общества. К определенным категориям осужденных (рецидивистам, лицам, осужденным за преступления, приведшие к смерти людей, взрыву, ограбление, изнасилование, похищение людей и другие насильственные действия, если они осуждены к наказаниям в виде срочного лишения свободы на срок более 10 лет или к бессрочному лишению свободы) условно-досрочное освобождение не применяется.

При условно-досрочном освобождении устанавливается испытательный срок. Его продолжительность различна и зависит от вида наказания: десять лет для осужденных к бессрочному лишению свободы, до окончания общего срока наказания для лиц, осужденных к срочному лишению свободы. Испытательный срок исчисляется со дня условно-досрочного освобождения. На условно-досрочно освобожденного возлагается соблюдение определенных правил, перечень которых установлен ст. 84. Условно-досрочное освобождение может быть отменено в тех же случаях, что и условное осуждение.

Таким образом, законодательству зарубежных стран известен институт досрочного освобождения от отбывания наказания. При этом существуют как условные, так и безусловные виды освобождения. Правом предоставления УДО наделяются не только судебные (Франция), но и уголовно-исполнительные органы (Англия, США, Япония). В ряде стран, например, во Франции и США, наметились тенденции к сокращению оснований УДО и сужению сферы применения этого института. Это связано с продолжающимся ростом преступности, с определенными изменениями в уголовной политике названных государств, с ориентацией последних на ужесточение ответственности.

§ 6. Основные направления и школы в уголовном праве

В истории уголовного права российские и зарубежные юристы выделяют, как правило, ряд направлений, характеризующихся разными подходами к пониманию основных уголовно-правовых институтов. Выделяются три основных направления: просветительно-гуманистическое, классическое, антрополого-социологическое[433]. Внутри уголовно-правовых направлений существуют самостоятельные школы (теории, доктрины). Например, в рамках классического направления образовались неоклассическое направление французского уголовного права сизо (Ортолан, Шаво-Эли), германская нормативная школа (Биндинг, Белинг, Франк, Биркмайер) и русская классическая школа (Таганцев, Сергеевский, Кистяковский).

Исторически первым сформировалось просветительно-гуманистическое направление в уголовном праве. Оно возникло как реакция на средневековое беззаконие. Заслугой представителей просветительно-гуманистического движения было то, что они выдвинули требование замены системы правосудия, основанной на жестокости и произволе, новой системой, строящейся на принципах справедливости, гуманизма, равенства всех перед законом. Видные представители этого направления, просветители-гуманисты Монтескье, Руссо, Вольтер, Беккариа предложили конкретную программу реформы уголовного права и судоустройства, которая впоследствии послужила основой преобразований правовых систем многих государств.

Одним из наиболее ярких представителей данного направления был Шарль Луи Монтескье (1689-1755), французский писатель, философ, юрист, социолог, государственный деятель. Его перу принадлежит широко известный труд "О духе законов" (1748), над созданием которого он работал двадцать лет. Им впервые были высказаны идеи о законности привлечения к уголовной ответственности, о соответствии наказания преступлению, об экономии уголовной репрессии и неотвратимости ответственности. Эти идеи были впоследствии развиты Ч.Беккариа, другими философами и юристами. Как отмечал Ф.М.Решетников, Монтескье "сыграл исключительно важную роль в истории уголовного права: он первым приступил к разработке программы уголовно-правовых реформ, которые должна была осуществить грядущая антифеодальная революция"[434].

Несмотря на всю значимость идей Монтескье, он все же не ставил перед собой цели глубокого и всестороннего исследования уголовно-правовых проблем и институтов. Вопросы уголовного права и уголовной политики рассматривались им наряду с другими проблемами государства и права. Первым же значительным трудом, в котором непосредственно исследовались уголовно-правовые явления и понятия, стала книга "О преступлениях и наказаниях" (1764) итальянского юриста Чезаре Беккариа (1738-1794). Его книгу Н.С.Таганцев назвал "бессмертным вкладом в гуманистическую литературу"[435]. Ч.Беккариа не ограничился критикой общественных порядков, системы правосудия и действующего законодательства, а предложил позитивную программу уголовно-правовых реформ, которая опиралась на два исходных принципа: гуманизма и законности. Первый нашел свое выражение в предложениях автора ограничить круг деяний, рассматриваемых в качестве преступлений, уменьшить карательность уголовных наказаний, сократить, насколько это возможно, число случаев применения смертной казни. Второй — в положениях, согласно которым преступление и наказание могут быть установлены только законом, а издавать и толковать законы вправе только сам законодатель, а не судья.

В книге Беккариа можно найти весьма важные для уголовного права положения, актуальность которых сохраняется и сегодня. Например, о социальной направленности и антисоциальности любого преступления. "Настоящим мерилом преступлений, — писал Беккариа, — является вред, причиненный им обществу. Это одна из тех очевидных истин, для познания которой не требуется ни квадрантов, ни телескопов и которая доступна любому заурядному уму"[436].

Беккариа одним из первых четко сформулировал основные цели наказания: "Цель наказания: заключается не в чем ином, как в предупреждении новых деяний преступника, наносящих вред его согражданам, и в удержании других от подобных действий. Поэтому следует применять такие наказания и такие способы их использования, которые, будучи адекватны совершенному преступлению, производили бы наиболее сильное и наиболее длительное впечатление на души людей и не причиняли бы преступнику значительных физических страданий"[437]. Мыслитель выступал за неотвратимость и незамедлительность уголовных наказаний. Он привел весомые аргументы в пользу отмены смертной казни.

Идеи Ч.Беккариа были положены в основу французского УК 1791 г.[438] В частности, члены Учредительного собрания решили отказаться от квалифицированных видов смертной казни (сожжения, колесования и т.п.), пожизненного лишения свободы и членовредительских наказаний. Они решились также на декриминализацию религиозных преступлений: ереси, колдовства, магии и ряда других. Главные теоретические положения, сформулированные Беккариа, стали отправной точкой в последующей разработке основных начал уголовного законодательства и уголовно-правовых институтов не только в континентальной Европе, но и в других частях света. По справедливой оценке Ф.М.Решетникова, "история уголовного права не знает книги, равной произведению Чезаре Беккариа "О преступлениях и наказаниях" по силе своего воздействия на современников и последующие поколения"[439].

Просветительно-гуманистическое движение в уголовном праве заложило основы для разработки уголовно-правовых проблем представителями классического направления, которое возникло в конце XVIII — начале XIX в. Их философской основой послужили самые разные школы, теории, доктрины, в частности, учения Канта и Гегеля. "Классики" придерживались принципа формального равенства всех перед законом. Этот принцип, заимствованный у просветителей, устранял сословные и т.п. суды, что было выгодно молодому классу буржуа, поскольку ставило его на одну ступень с представителями феодального сословия. "Классики" горячо ратовали за принцип законности, который нашел свое закрепление в виде запрета наказывать за действия, не объявленные законом преступными. Большая часть представителей классического направления анализирует уголовно-правовые проблемы в их отрыве от сущности и причин преступности, личности самого преступника. Они, в отличие от просветителей, главное внимание уделяли абстрактно-доктринальной разработке отдельных институтов уголовного права.

Так, философские постулаты И.Канта в области уголовного права были подхвачены и развиты Паулем Иоганном Ансельмом Фейербахом (1775-1833), наиболее видным представителем классического направления. Он создал собственную уголовно-правовую теорию, которую сумел отразить в проекте баварского УК 1813 г.

Бесспорной заслугой Фейербаха отечественные и зарубежные юристы признают формулирование основных принципов уголовного права: "nulla poena sine lege", "nulla poena sine crimen", "nullum crimen sine poena legali". Впоследствии эти формулы были сведены в одну: "nullum crimen, nulla poena sine lege". Она легла в основу создания уголовных кодексов многих стран и в настоящее время рассматривается как составная часть принципа законности.

Исходя из этих принципов Фейербах дал формальное определение преступления как такого деяния, которое запрещено законом. Это означало на практике запрет привлечения к уголовной ответственности за деяние, признаки которого не определены в уголовном законе, а определялись, к примеру, в нормах обычного права. Фейербах считал также обязательным установление уголовной ответственности за конкретные, объективно совершенные действия, а не мысли, убеждения, взгляды.

Целью наказания составитель баварского УК считал предупреждение преступлений путем устрашения населения. При этом акцент делался на общую превенцию. Видный юрист считал, что заключенная в уголовном законе угроза наказанием должна психологически воздействовать на потенциального преступника, устрашить его грозящим суровым наказанием и тем самым предотвратить совершение им преступления. Фейербах настаивал на установлении в УК определенных санкций, поскольку возможный преступник должен иметь четкое представление о том, что его ожидает в случае нарушения уголовно-правового запрета. Наказания он делил на две группы: наказания угрожаемые и наказания причиняемые. Цель первых — отвращение страхом, цель вторых — демонстрация действенности закона.

Главной заслугой Фейербаха является то, что он создал теоретическую основу для разработки таких важнейших институтов уголовного права, как вина, покушение, состав преступления, соучастие и др. Именно он указал на необходимость различать объективное (преступное деяние, запрещенное уголовным законом) и субъективное основание уголовной ответственности. Он разграничивал умысел и неосторожность как основные формы вины, которые в свою очередь делятся на различные виды.

Собственную теорию наказания разработал английский ученый Иеремия Бентам (1748-1832). В своих многочисленных работах Бентам развил идеи Монтескье и Беккариа о необходимости соразмерности наказания, попытавшись найти конкретный способ определения такой соразмерности. Исследователь создал модель преступника и процесса принятия им решения перед совершением преступления. По мысли Бентама, человек, прежде чем совершить преступление, оценивает положительные и отрицательные последствия нарушения правовой нормы. В зависимости от того, чего преступление принесет больше: хорошего или плохого, человек решает, совершить преступление или нет. Эти взгляды Бентама перекликаются с теорией Фейербаха о превентивной функции наказания.

Бентам составил "таблицу удовольствий и страданий", на основе которой ему удалось вывести ряд принципов назначения наказания преступникам: 1) "зло наказания" должно превосходить выгоду от преступления; 2) чем менее неминуемость наказания, тем более должна быть строгость его; 3) чем важнее преступление, тем более можно решиться на наказание жестокое для вящей надежды предупредить преступление; 4) одинаковые наказания за одинаковые преступления не долженствуют быть налагаемыми на всех преступников без изъятия (следует учитывать обстоятельства, влияющие на чувствительность)[440].

Вместе с тем он был противником смертной казни. Бентам писал, что наказание не может применяться в тех случаях, когда оно безосновательно (отсутствует вред, который оно способно предотвратить), неэффективно (не способно воздействовать таким образом, чтобы предупредить вред), неприбыльно или слишком дорого (вред, причиняемый наказанием, больше того вреда, который оно должно предотвратить) и, наконец, когда наказание нецелесообразно (вред может быть предотвращен и другим способом, не связанным с наказанием, т.е. более дешевым путем). Таким образом, Бентам выступал за проведение "экономной" уголовной политики. Эти взгляды Бентама, несмотря на их очевидный прагматизм, современными зарубежными государствами признаются весьма актуальными, поскольку на содержание пенитенциарной системы они расходуют огромные бюджетные средства. В США, например, даже вынесение смертных приговоров и их исполнение — чрезвычайно дорогостоящее мероприятие в силу существующих процессуальных и технических моментов.

По словам видного современного французского юриста, профессора Жана Праделя, УК Франции 1810 г. преимущественно вдохновлялся идеями утилитарной теории Бентама. При установлении ответственности составители УК руководствовались главным принципом этой теории: в качестве наказания должно быть выбрано такое средство, чтобы для преступника выгоднее было бы воздержаться от совершения преступления, чем действовать. Именно этими идеями, по мнению Праделя, было продиктовано включение в УК положений, в которых покушение приравнивалось по своим последствиям к оконченному деянию, действия соучастника — к действиям главного исполнителя, в которых было значительно увеличено число преступлений по природе (по сравнению с проступками и нарушениями) и случаев смертной казни, предусматривалось клеймение, выставление в железном ошейнике у столба, калечение[441].

Классическое направление получило поддержку в России. Однако особенности взглядов и концепций русских "классиков" позволяют рассматривать их как представителей самостоятельной школы, сложившейся в рамках классического направления в уголовном праве. Среди русских "классиков" видное место занимают В.Д.Спасович, взгляды которого во многом основывались на концепциях гегельянца Бернера, А.В.Лохвицкий, издавший Курс русского уголовного права (1867), Н.А.Неклюдов, создатель книги "Общая часть уголовного права" (1875), А.Ф.Кистяковский, автор "Элементарного учебника общего уголовного права" (1875), Н.Д.Сергеевский, написавший пособие к лекциям "Русское уголовное право" (1887), В.В.Есипов, автор "Очерков русского уголовного права" (1894).

Особое место в когорте русских "классиков" занимает Н.С.Таганцев (1843-1923), доктор права, профессор императорского училища правоведения и Санкт-Петербургского университета, государственный и общественный деятель, автор проекта общей части Уголовного уложения России, большого количества трудов по уголовному праву, в том числе одного из лучших в отечественной науке курсов уголовного права.

Таганцев считал для себя неприемлемым анализировать уголовно-правовые институты и категории только лишь на основе абстрактного метода, ограничиваться комментированием правовых норм без учета судебной практики, что было свойственно западным "классикам". Уже в своей магистерской диссертации "О повторении преступлений" (1867) автор широко использует социологический, сравнительно-правовой методы исследования, опирается на материалы судебной практики. В своих работах ученый дал анализ понятиям гражданской и уголовной "неправды", сформулировал цели наказания. По мнению Таганцева, наказание, с одной стороны, должно устранять нарушения общественного порядка, а с другой — содействовать обществу в достижении материального и духовного благосостояния. При этом исследователь делал акцент на предупреждении преступлений и предлагал целый ряд экономических преобразований. При выборе вида и определении размера наказания, по мысли ученого, следует учитывать, во-первых, удовлетворение чувства справедливости в обществе, а во-вторых, уничтожение, подавление в преступнике тех причин и мотивов, которые поставили его в разлад с общественным строем, и развитие тех, которые могут примирить его с обществом[442]. Таганцев выступал за отмену смертной казни, считая этот вид наказания юридически и нравственно несостоятельным.

По словам Ф.М.Решетникова, русскую классическую школу всегда отличало стремление учитывать при анализе правовых проблем практические потребности законодательной и судебной деятельности.

В 70-80-х гг. XIX в. в зарубежном уголовном праве появилось новое направление, названное позитивистским, которое в российской юридической литературе обычно именуется антрополого-социологическим. Появление этого направления было связано с ростом преступности и неспособностью классической школы предложить необходимые меры для борьбы с ней. Название этого направления связано с использованием исследователями "позитивного" метода, сущность которого хорошо определил Э.Ферри: ":применение экспериментальных исследований при изучении преступлений и наказаний в целях оживления абстрактной юридической техники свежими наблюдениями, проводимыми антропологией, статистикой, психологией и социологией"[443].

Антропологическая школа уголовного права (именно ее чаще всего в зарубежной литературе и называют позитивистской) первоначально возникла в Италии. Основоположником данной школы считается итальянский тюремный врач-психиатр Чезаре Ломброзо (1836-1909), автор работы "Преступный человек" (1876).

Ломброзо предпринял попытку основать новую науку — уголовную антропологию[444]. Стремясь доказать, что преступность имеет, в первую очередь, биологические причины, Ломброзо осуществил огромные по своему объему исследования. Как отмечает российский юрист С.М.Иншаков: "Слава этого ученого вполне заслужена — его научные выводы основываются на изучении 383 черепов умерших, 3839 черепов живых людей, всего им обследованы и опрошены 26 886 преступников, которые сравнивались с 25 447 студентами, солдатами и другими добропорядочными гражданами. Причем Ломброзо изучал не только современников, но и исследовал черепа средневековых преступников, вскрывая их захоронения. Не каждый исследователь имеет такой научный багаж"[445].

Таким образом, в центре исследований Ломброзо находится не норма права, не какой-либо уголовно-правовой институт или принцип, что было свойственно классическому направлению, а человек-преступник. "Изучайте личность этого преступника, — призывал Ломброзо на страницах своей книги, — изучайте не отвлеченно, не абстрактно, не в тиши вашего кабинета, не по книгам и теориям, а в самой жизни: в тюрьмах, больницах, в полицейских участках, в ночлежных домах, среди преступных обществ и шаек, в кругу бродяг и проституток, алкоголиков и душевнобольных, в обстановке их жизни, в условиях их материального существования. Тогда вы поймете, что преступление есть не случайное явление и не продукт "злой воли", а вполне естественный и наказанием не предотвратимый акт. Преступник — существо особенное, отличающееся от других людей. Это своеобразный антропологический тип, который побуждается к преступлению в силу множественных свойств и особенностей своей организации. Поэтому и преступление в человеческом обществе также естественно, как во всем органическом мире"[446].

"Своеобразный антропологический тип", о котором первоначально говорил Ломброзо, наделен, по мнению этого ученого, от природы совокупностью свойств (стигматов), делающих его легко узнаваемым. К таким стигматам Ломброзо отнес особенности черепа (глубокие лобные пазухи, объемистые скулы, большие глазные орбиты, многочисленные затылочные углубления, птицевидный тип носового отверстия и т.п.), лица (отвислые уши, косые глаза, кривой нос, скошенный лоб, узкие губы и т.п.). Ломброзо создал типологию преступников (убийцы, воры, изнасилователи, мошенники), в которой отдельные типы различаются строго определенными стигматами[447].

В более поздних работах понятие "преступный человек" было заменено им на "прирожденный преступник". Он также отказался от признания всех преступников без исключения прирожденными, согласившись с Ферри, который делил их на пять типов: душевнобольные, прирожденные, привычные, случайные и преступники по страсти. Ломброзо был вынужден также признать, что даже не все диагностированные "прирожденные преступники" впоследствии совершают преступления. При благоприятных внешних, социальных, семейных и прочих факторах преступные склонности человека могут и не проявиться.

Меры воздействия на преступность, предложенные Ломброзо, были аналогичны мерам, применяемым к больным.

Активным сторонником использования позитивного метода в науке уголовного права был Энрико Ферри (1856-1928). Для взглядов Ферри характерно рассмотрение преступления как результата взаимодействия трех групп факторов: физических, антропологических и социальных. Физические факторы, к которым ученый относил климат, погодные условия, время года, географическое расположение местности, по его мнению, влияют на всех преступников в равной мере. Антропологические факторы доминируют в деятельности преступников прирожденных, помешанных или по страсти. Что касается социальных факторов, их роль велика в поведении случайных и привычных преступников.

Разработанная им концепция о факторах преступности позволила Ферри выдвинуть идею о качественном пересмотре уголовного права. Уголовное право, по его мнению, следует из права, карающего за моральную вину, преобразовать в право социальной защиты. С этой целью общество должно разработать ряд мер для нейтрализации лиц, находящихся в "опасном состоянии". Такие уголовно-правовые меры, как лишение свободы и ссылка, по мнению Ферри, должны сохраниться, но их цель — не устрашение или перевоспитание, а изоляция опасного лица и лишение его возможности причинять вред обществу. При этом срок применения таких мер не должен определяться судом точно, их фактическая продолжительность будет зависеть от психоантропологического изучения арестанта руководством заведения, в которое он направлен.

Объяснение преступности с позиций откровенного антропологизма итальянцами Ломброзо, Гарофало и их последователями привело к появлению социологической школы уголовного права, представители которой попытались дать иное объяснение причин преступности и предложить свое видение принципов и задач уголовного права.

Взгляды "социологов" бельгийца А.Принса, немца Ф.фон Листа и голландца Ван Гамеля в вопросах о факторах преступности были весьма схожи с идеями Ферри. Эти ученые также выделяли несколько групп факторов, влияющих на совершение преступления. Как правило, к таким факторам относились индивидуальные, физические и социальные факторы.

А.Принс основное внимание уделял анализу влияния на преступность различных социальных явлений, как-то: нищета, бродяжничество, урбанизация и т.д. При этом автор использовал социологический подход. В книге "Преступность и репрессия" (1886) Принс подчеркнул, что преступность есть явление не индивидуальное, а социальное. В более поздних работах к этому определению он добавил и указание на то, что преступность — вечное явление, изначально присущее человеческому обществу.

Принс обосновал необходимость проведения широкомасштабных социальных реформ. При этом ученый определил три основных направления преобразований: общесоциальные мероприятия, судебные и пенитенциарные. При разработке пенитенциарных мер основное внимание уделялось организации такой системы, которая учитывала бы категорию преступника — исправимый или неисправимый.

В последующем Принс вынужден был констатировать, что предложенные им мягкие и гуманные меры социальных реформ не привели к сокращению уровня преступности, и пришел к выводу о том, что в "основе материальной нищеты лежит нищета физиологическая, умственная и нравственная"[448]. Он обратился к идее Гарофало о приговорах с неопределенным сроком и его концепции "опасного состояния" личности, согласился он и с теорией Ферри о социальной защите.

Другой известный "социолог" Ф.фон Лист выразил несогласие с идеей замены уголовного права уголовной антропологией (Ломброзо) или уголовной социологией (Ферри). Он настаивал на сохранении уголовно-правовой доктрины и системы уголовного правосудия. Более того, он выдвинул идею о существовании единой науки уголовного права, которая включает помимо уголовно-правовой догматики криминологию и уголовную политику.

К наиболее значимым положениям учения Листа относится его теория о целях наказания. По мысли Листа, главная цель наказания — предупреждение преступлений посредством применения репрессии. Всех преступников Лист делил на две категории: случайных и постоянных. Постоянные, в свою очередь, делились на ряд подгрупп: способные к исправлению, неисправимые, прирожденные. Меры, предложенные Листом, ориентированы на тот или иной тип преступника.

Цели общей и специальной превенции, по Листу, реализуются по-разному к представителям той или иной выделенной им группы. Для случайных преступников приоритетной должна стать цель устрашения, для постоянных — обезвреживание. При этом под обезвреживанием Лист понимал их надежную изоляцию, которая лишит их возможности совершения нового преступления.

"Антропологи" и "социологи" сходились в своем критическом отношении к классическому направлению. В частности, и те, и другие считали бесполезным существование в уголовном праве понятий преступления, наказания, вины, вменяемости и др. По мнению представителей этих школ, определение сущности преступлений и их дифференциация на виды, с принятием их уголовно-правовых взглядов, утрачивает смысл, поскольку факт совершения какого-либо преступления является лишь симптомом "опасного состояния" лица. В данном случае становится неважным, какое именно преступление совершил человек. Отрицая принцип индивидуальной вины, эти ученые считали несущественными и различия преступлений по формам вины. Основанием уголовной ответственности, таким образом, по мнению этих исследователей, должно служить не совершение преступления, а констатируемое специальной комиссией состояние опасности лица. При этом пределы "социальной" ответственности будут зависеть не от тяжести совершенного, а от степени исходящей от лица опасности. Вместо классификации преступлений, которая при таком подходе становится излишней, они предложили различные классификации (типологии) преступников. Концепции "антропологов" и "социологов" фактически вели к разрушению основных понятий и институтов уголовного права, разработанных классиками.

Представители антропологической и социологической школ предложили новую систему мер воздействия на преступность, включая меры социальной защиты (или меры безопасности). Именно они впервые высказались за вынесение приговоров с неопределенным сроком, что стало широко практиковаться в США с 70-х гг. XIX в.

К заслугам социологической школы следует отнести их предложение о введении системы специальных судов для несовершеннолетних, что получило поддержку во многих странах, о разработке мер, дающих возможность индивидуализировать уголовную ответственность, в частности, условного осуждения и условно-досрочного освобождения. Вызывает поддержку и критическое отношение этих ученых к краткосрочному лишению свободы.

После Второй мировой войны в науке уголовного права возникает новое направление, получившее название движения новой социальной защиты, которое в зарубежном уголовном праве обычно представляется в виде двух школ: итальянской (Ф.Граматика) и французской (М.Ансель).

Движение новой социальной защиты, названное М.Анселем "гуманистическим"[449], поставило целью пересмотреть основные положения уголовного права и процесса с тем, чтобы выработать рациональную уголовную политику. При этом представители новой социальной защиты в принципе отказались от большого числа теоретических конструкций антропологического, социологического и неоклассического направлений. Вместе с тем сторонники нового движения признали концепцию социологов о социальной защите и согласились с их отказом от классического понимания наказания как ответственности за "нравственную" вину. Однако они не уставали подчеркивать существенное различие между первым вариантом "социальной защиты" и "новой социальной защитой". Последняя пытается, по выражению Анселя, найти равновесие между обществом и личностью.

Почему же движение получило название "новой" социальной защиты? Это связано с тем, что сторонники нового движения наряду с защитой общества, о чем заявляли еще представители социологической школы в уголовном праве, настаивали на защите прав преступника.

Классики и неоклассики обвиняются представителями новой школы в том, что дают преступлению формальное, чисто юридическое определение, не учитывая при этом личности исполнителя преступного деяния, а наказание считают единственно возможным и справедливым видом реакции со стороны государства. Сторонники нового направления не согласны с пониманием преступника как некой абстрактной личности, имеющей чисто юридический характер. Вместе с тем они отрицают и сформулированное антропологами понятие о "преступном типе".

Основным лозунгом новой социальной защиты стала "деюридизация". В отличие от позитивистов Ломброзо, Ферри и других, требовавших полного отказа от уголовного права, сторонники нового движения согласны с сохранением уголовного права, но при определенных условиях. В вопросе о том, какие положения должны быть сохранены, а какие нет, мнения сторонников новой социальной защиты разошлись. Самые радикальные ее участники, возглавляемые итальянцем Ф.Граматикой (итальянская школа), предложили заменить уголовное право правом социальной защиты, а не модифицировать первое путем внесения в него идей второго, на чем настаивали представители второй группы ученых, руководимой М.Анселем (французская школа). Граматика и его сторонники отвергали такие понятия, как "вина", "ответственность", "наказание", "преступник", считая их принадлежностью традиционного уголовного права. Взамен ими были предложены новые понятия. К примеру, не "субъект преступления", а "лицо, отклоняющееся от нормы", не "уголовная ответственность", а "ресоциализация" и т.д. Основанием для вмешательства государства должна служить обнаруженная "антисоциальность" лица. Что касается санкции, то она является мерой социальной защиты, которая должна определяться в каждом конкретном случае, а не на будущее. Отсюда следует необходимость установления санкций с неопределенным сроком.

В своей книге "Принципы социальной защиты" (1961) Граматика писал о том, что государство не имеет права наказывать преступника, оно должно его "социализировать", другими словами — устранить его "антисоциальность" посредством превентивных, воспитательных или лечебных мер.

М.Ансель и его сторонники возражали против замены уголовного права правом социальной защиты, отмечая при этом, что концепция Граматики об "антисоциальности" мало чем отличается от теории "опасного состояния" социологов конца XIX в.

Центральное место в теориях как итальянской, так и французской школ новой социальной защиты занимала идея ресоциализации преступника. Процесс ресоциализации, по мнению приверженцев этих школ, является процессом новой, вторичной социализации лица, совершившего преступление. Это процесс возвращения его в общество "нормальных" людей.

Для успешной ресоциализации, согласно данным теориям, требуется всестороннее изучение личности преступника. Исходя из этого сторонники нового движения предложили оформлять на каждого человека, совершившего преступное деяние, специальное досье. Эта идея, высказанная Граматикой, была поддержана и Анселем. В такое досье, по их мнению, должны были заноситься все сведения о лице, совершившем преступное деяние, которые могут повлиять на ресоциализацию преступника, включая данные о биологической конституции, психических реакциях, социальном положении и т.д.

Участники движения новой социальной защиты предложили включить в систему наказаний систему мер безопасности, предложенных еще "социологами". Однако поскольку законодательство не выработало точных критериев "опасного состояния", меры безопасности следует применять только к некоторым "предделиктным" видам поведения: попрошайничеству, бродяжничеству, проституции и т.п. — при соблюдении прав личности.

Судья, по мысли французских сторонников новой социальной защиты, должен быть наделен большим объемом прав по индивидуализации уголовно-правовых мер, в частности, в сторону их смягчения при назначении наказания. Большие задачи возлагались на французского судью по исполнению наказания. Он должен был получить право корректировать процесс ресоциализации преступника в ходе отбывания им наказания, а также приобрести право на применение самых различных мер индивидуализации, таких, как условно-досрочное освобождение, изменение режима содержания, разрешение покидать пенитенциарное учреждение и др.

Против основных положений теории новой социальной защиты выступили представители современной французской неоклассической школы (Левассер, Мерль, Сойе, Расса и др.). Полемизируя с теоретиками новой социальной защиты, эти юристы не могли согласиться с необоснованным, на их взгляд, расширением льгот для преступников, со сложившейся системой санкций, которая по сути стала неограниченной с той лишь оговоркой, что судья не мог назначить наказание выше предусмотренного законом максимума. Более того, современные неоклассики сделали вывод о крахе концепции новой социальной защиты на практике. По словам Расса, практический эксперимент, проводимый под эгидой новой социальной защиты, закончился полным провалом. Претворение в жизнь этой концепции, базирующейся на приоритете превенции, не смогло, по ее словам, воспрепятствовать ни значительному росту преступности, ставшей во Франции массовой, начиная с 1960-х гг., ни, в частности, росту рецидивной преступности, достигшей стабильного уровня 55%. Не менее значительный "провал", по мнению французских неоклассиков, был отмечен и в области исполнения наказания. Они полагали, что вследствие уголовной политики, проводимой под воздействием идей новой социальной защиты, наказания утратили свою "остроту", желание "понять" преступника и отказ от вынесения ему "морального осуждения" (другими словами — отказ от ответственности за "нравственную вину") привели к непростительному пренебрежению основами уголовного права.

Следует отметить, что новый УК Франции, введенный в действие в марте 1994 г., является результатом компромисса между сторонниками новой социальной защиты и неоклассиками. С одной стороны, УК широко опирается на понятия и институты, выработанные классическим направлением. Это касается традиционной для французского права классификации преступных деяний, вопросов вины, невменяемости, акцессорной природы соучастия, покушения, существования в системе наказаний таких видов, как пожизненное лишение свободы и многомиллионные штрафы. С другой стороны, УК учитывает и предложения сторонников новой социальной защиты. Обращают на себя внимание институты, позволяющие максимально учесть личность виновного: различные виды отсрочек исполнения и назначения наказания, режим полусвободы, возможность исполнения наказания по частям, разрешение покидать пенитенциарное учреждение для выполнения определенных обязанностей или лечения, условно-досрочное освобождение (даже для приговоренных к пожизненному лишению свободы) и т.д. При назначении наказания судья фактически связан лишь его верхним пределом. Даже при установленной кодексом санкции в виде пожизненного лишения свободы судья вправе с учетом личности и обстоятельств совершения преступления назначить лишение свободы на определенный срок, который, правда, не может быть ниже двух лет. Предусмотрена возможность назначения альтернативных наказаний вместо тех, что установлены в санкции статьи, наказывающей совершение данного преступления. Таким образом, французский законодатель попытался учесть все, что, по его мнению, является лучшим и прогрессивным как в классическом (неоклассическом), так и в социологическом (в теории новой социальной защиты) направлениях уголовного права.

Примечания

1

Законодательство Древней Руси. Т. 1. М., 1984.

2

См.: Артемов В.Ю. Мусульманское уголовное право - пережиток средневековья//Российская юстиция. 1977. N 11.

3

См. подробнее: Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Уголовное право современных зарубежных государств. М., 1997; Преступление и наказание в Великобритании, Франции, ФРГ, США и Японии. Общая часть. М., 1989; Малиновский А.А. Уголовное право зарубежных государств. М., 1998.

4

См.: Митфорд Дж. Тюремный бизнес. М., 1978.

5

См. подробнее: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. В 2-х т. Т. 1. М., 1994. С. 19-36.; Шаргородский М.Д. Наказание по советскому уголовному праву. Ч. 1-2. Л., 1958.

6

См. подробнее: Соломон П. Советская юстиция при Сталине. М., 1998.

7

См.: Уголовное наказание в вопросах и ответах. М., 1998.

8

Иная позиция высказана А.С. Молодцовым. См.: Уголовное наказание: понятие, признаки, правовые последствия//Юридические записки Ярославского государственного университета. Вып. 2. С. 256-260.

9

См.: Уголовное наказание в вопросах и ответах. М., 1998.

10

См.: Тарбагаев А.Н. Понятие цели уголовной ответственности. Красноярск, 1989. С. 36-40; см. также: Похмелкин В.В. Социальная справедливость и уголовная ответственность. Красноярск, 1990.

11

См. подробнее: Хачатуров Р.Л., Ягутян Р.Г. Юридическая ответственность. Тольятти, 1995.

12

В § 6 гл. VI тома 1 настоящего учебного курса изложено иное понимание уголовной ответственности.

13

Щедрин Н.В. Введение в правовую теорию мер безопасности. Красноярск, 2000.

14

Михеев Р.И., Беловодский А.В., Воробей В.А., Михеев О.Р. Принудительные меры медицинского характера в уголовном праве: социально-правовые и медико-реабилитационные меры безопасности. Владивосток, 2000.

15

См.: Жижиленко А.О. Наказание. Его понятие и отличие от других правоохранительных средств. Петроград, 1914; Принс А. Защита общества и преобразование уголовного права. Москва, 1915.

16

См. критику в книге: Кузнецова Н.Ф., Вельцель Л. Современное уголовное право ФРГ. М., 1980.

17

Михеев Р.И. и др. Указ. соч. С. 24.

18

Цит. по: Никифоров А.С., Решетников Ф.М. Современное американское право. М., 1990. С. 72.

19

Aнсель М.М. Новая социальная защита (гуманистическое движение в уголовной политике). М., 1970. С. 506-508.

20

См. подробнее: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. В 2-х т. Т. 1. М., 1994; Шаргородский Н.Д. Указ. соч.; Пионтковский А.А. Курс советского уголовного права. Т. 3. Наказание. М., 1970; Полубинская С.В. К вопросу о целях наказания//Проблемы совершенствования уголовного закона. М., 1984.

21

Никифоров А.С., Решетников Ф.М. Указ. соч. С. 71-74; Tapio Lappi Seppala. Regulating the Prison Population. Helsinki, 1998.

22

Дуюнов В.К. Проблемы наказания в новом уголовном праве России. Белгород, 1998. С. 11.

23

Там же.

24

Дуюнов В.К. Проблемы уголовного наказания в теории, законодательстве и судебной практике. Курск, 2000. С. 66-67.

25

Козлов А.П. Механизмы построения уголовно-правовых санкций. Красноярск, 1998. С. 252.

26

См.: Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 413; Уголовное право России. Т. 1. Общая часть. 1998. С. 376.

27

См. подробнее: Козлов А.П. Указ. соч. С. 241.

28

Комментарий к Уголовно-исполнительному кодексу Российской Федерации. М., 1997. С. 19.

29

См.: Уголовное право России. Т. 1. Общая часть. М., 1998. С. 375-376.

30

Правомерно считать их самостоятельными целями наказания. Тогда целей наказания оказывается четыре.

31

См.: Записки криминалистов. Вып. 1. М., 1993. С. 220.

32

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 1.

33

Дуюнов В.К. Указ соч. С. 48-50.

34

См. подробнее: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. В 2-х т. Т. 2. М., 1994. С. 268-270.

35

История советского уголовного права (1917-1947 гг.)/Научный ред. А.А.Герцензон. М., 1948. С. 132.

36

См.: Преступность и правонарушения. Статистический сборник. М., 2000. С. 160.

37

Вряд ли можно согласиться с учеными, полагающими, что при назначении штрафа невозможно достижение такой цели наказания, как исправление осужденного. Применение штрафа как вида наказания в практике судов свидетельствует о том, что правильное применение штрафа способно оказывать серьезное психологическое воздействие на осужденного.

38

Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 327.

39

См.: Уголовно-исполнительный кодекс РФ 1996 г., установивший "Перечень имущества, не подлежащего конфискации по приговору суда".

40

См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 150-152.

41

См.: Дуюнов В.К. Проблемы уголовного наказания в теории, законодательстве и судебной практике. Курск, 2000. С. 188.

42

См.: СЗ РФ. 1998. N 13. Ст. 1475.

43

См.: Положение о почетных званиях, утвержденное Указом Президента РФ от 30 декабря 1995 г.//СЗ РФ. 1996. N 2. Ст. 64.

44

См.: СЗ РФ. 1995. N 31. Ст. 2990.

45

См.: СЗ РФ. 1999. N 2. Ст. 269.

46

Применение этого вида наказания в настоящее время отсрочено.

47

См. например, инструкцию НКЮ от 19 декабря 1917 г. "О революционном трибунале, его составе, делах, подлежащих его ведению, налагаемых им наказаниях и о порядке проведения его заседаний".

48

См.: Преступность и правонарушения. Статистический сборник. М., 1999. С. 163.

49

Исаев М.М. Основы пенитенциарной политики. М., 1927. С. 165.

50

Меньшагин В.Д. О принудительных работах по месту работы//Социалистическая законность. 1938. N 12.

51

Минимальный размер удержаний из денежного содержания военнослужащего законом не определен.

52

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 159-163.

53

Применение этого вида наказания в настоящее время отсрочено.

54

См.: Человек и тюрьма. Сб. информационных материалов/Сост. В.Абрамкин. М., 1998. С. 44.

55

Применение этого наказания в настоящее время отсрочено.

56

См.: Положение о дисциплинарной воинской части, утвержденное постановлением Правительства РФ от 4 июня 1997 г. N 669//Российская газета. 1997. 18 июня.

57

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 103 и далее.

58

Более подробно см. § 9.

59

См.: Преступность и правонарушения. М., 2000. С. 160.

60

См.: Законность. 1997. N 1. С. 49.

61

См.: Дуюнов В.К. Проблемы уголовного наказания в теории, законодательстве и судебной практике. С. 265.

62

См.: постановление Пленума Верховного Суда РФ от 11 апреля 2000 г. "О практике назначения судами видов исправительных учреждений"//Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 6. С. 1-4.

63

Уголовное уложение не включало ссылку в систему наказаний.

64

Преступность и правонарушения. Статистический сборник. М., 2000. С. 160.

65

О жизни и деятельности Ч.Беккариа см.: Решетников Ф.М. Беккариа. М., 1987.

66

Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М., 1939. С. 314.

67

Исторический анализ назначения смертной казни см.: Шишов О.Ф. Смертная казнь в истории России//Смертная казнь: за и против/Под ред. С.Г.Келиной. М., 1989. С. 10-96.

68

См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 105.

69

Там же. С. 107.

70

О "лестнице наказаний" см. подробнее: Таганцев Н.С. Лекции по русскому уголовному праву. Часть Общая. СПб., 1892. С. 1223-1234.

71

См. подробнее: Шишов О.Ф. Смертная казнь в истории Советского государства//Смертная казнь: за и против/Под ред. С.Г.Келиной. М., 1989. С. 97-130.

72

Так же, как и в Основных началах 1924 г. и Основах уголовного законодательства 1958 г.

73

Михлин А.С. Смертная казнь вчера, сегодня, завтра. М., 1997. С. 53.

74

См.: Человек и тюрьма Сб. информационных материалов/Сост. В.Абрамкин. М., 1998. С 26; Преступность и правонарушения. М., 2000. С. 160.

75

См.: Когда убивает государство: Смертная казнь против прав человека/Под ред. С.Г.Келиной. М., 1989. С. 411.

76

Квашис В.Е. Смертная казнь и общественное мнение//Право и политика. 2000. N 1.

77

Российская газета. 1997. 4 марта.

78

Российская газета. 1999. 10 февр.

79

Дуюнов В.К. Указ. соч. С. 323.

80

Кистяковский А.Ф. Исследование о смертной казни. Тула, 2000. С. 270.

81

См.: Российское уголовное право. Курс лекций. Т. 2. Наказание. Владивосток, 1999. С. 129-132.

82

Таганцев Н.С. Лекции по русскому уголовному праву. Часть Общая. СПб., 1892. С 1422.

83

Беккариа Ч. Указ. соч. С. 310, 373.

84

Уголовное уложение 1903 г. СПб., 1903.

85

Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 1996. С. 398.

86

См.: Келина С.Г., Кудрявцев В.Н. Принципы советского уголовного права, М., 1988. С. 87; Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1. 1999.

87

Осипов П.П. Теоретические основы построения и применения уголовно-правовых санкций. Л., 1976. С. 99.

88

См.: Сахаров А.В. О принципах социалистического уголовного права//Правоведение. 1969. N 4. С. 57; Ковалев М.И. Введение в уголовное право. Курс лекций. Свердловск, 1971. С. 134; Якуб М.Л. О понятии принципа уголовного права и уголовного процесса//Правоведение. 1976. N 1. С. 62.

89

См.: Брайнин Я.М. Уголовный закон и его применение. М., 1967. С 193; Малков В.П. Совокупность преступлений. Казань, 1974. С. 222-223; Гаверов Г.С. Общие начала назначения наказания по советскому уголовному праву. Иркутск, 1976. С. 7.

90

Люблинский П.И. Техника, толкование и казуистика уголовного кодекса. Пг., 1917. С. 42.

91

Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1952 гг. М., 1953. С. 20, 23, 28, 31 и др.

92

Отказ от термина "наказание" не отражал каких-либо принципиальных изменений во взглядах на задачи уголовного права; он был чисто терминологическим, словесным, и содержание института наказания в уголовном праве от этого не изменилось, на что указывали исследователи, называя отказ недостатком Основных начал, ошибкой и т.д. Например: Исаев М.М. Основные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик. М.-Л.: Госиздат, 1927; Дурманов Н.Д. Обзор изменений Основных начал//Социалистическая законность. 1938. N 4; Герцензон А.А. О проблеме наказания//Сов. государство и право. 1960. N 1.

93

Более подробно понятие этих категорий рассмотрено в главе "Понятие преступления и виды преступлений"//Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1. 1999.

94

Пункт 1 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. "О практике назначения судами уголовного наказания"//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 8. С. 2.

95

Карпец И.И. Индивидуализация наказания в советском уголовном праве. М., 1971. С. 12.

96

Пункт 2 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. "О практике назначения судами уголовного наказания".

97

Более подробно о криминологической характеристике личности преступника см.: Криминология. М., 1986. С. 187-193.

98

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 3. С. 5.

99

См., например: пункт 15 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 17 января 1997 г. "О практике применения судами законодательства об ответственности за бандитизм"//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 3. С. 2; п. 16 постановления от 4 июля 1997 г. "О некоторых вопросах применения судами Российской Федерации уголовного законодательства об ответственности за уклонение от уплаты налогов"//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 9. С. 3.

100

Свод законов США. Раздел 18. Ч. 1. Гл. 1 § 3553 (b).

101

Курс советского уголовного права. Т. 3. М., 1970. С. 136.

102

Кузнецова Н.Ф., Куринов Б.А. Отягчающие и смягчающие обстоятельства, учитываемые при определении меры наказания//Применение наказания по уголовному праву. М., 1958. С. 101.

103

Карпец И.И. Наказание: социальные, правовые и криминологические проблемы. М., 1973. С. 159. Кругликов Л.Л. Смягчающие и отягчающие обстоятельства в советском уголовном праве. Ярославль, 1979. С. 68-69.

104

Бюллетень Верховного Суда СССР. 1984. N 4.

105

Герцензон А.А. Уголовное право. 1958. С. 458; Карпец И.И. Отягчающие и смягчающие обстоятельства в уголовном праве. М., 1979. С. 38-103.

106

В литературе иногда дается неправильная оценка этого смягчающего обстоятельства, предлагается учитывать его при назначении наказания лишь женщинам. Закон не делает каких-либо ограничений в его применении как в отношении женщин, так и в отношении мужчин. См.: Российское уголовное право. Учебник. Общая часть. М., 1977. С. 312.

107

Сострадание - жалость, сочувствие, вызываемое чьим-нибудь несчастьем, горем. См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1973. С. 691.

108

Внимание к эвтаназии российское уголовное законодательство проявляло еще в первые годы Советской власти. В примечании к ст. 143 УК РСФСР 1922 г. было сказано: "Убийство, совершенное по настоянию убитого из чувства сострадания, не наказывается". Однако через три месяца после вступления в действие УК это примечание было исключено ввиду недопустимости нарушения принципа неприкосновенности личности.

109

Условия правомерности и понятие превышения необходимой обороны даются в ст. 37 УК РФ.

110

Условия правомерности причинения вреда при задержании лица, совершившего преступление, и понятие превышения этих мер даются в ст. 38 УК РФ.

111

Условия правомерности и понятие превышения пределов крайней необходимости даются в ст. 38 УК РФ.

112

Условия причинения вреда при исполнении приказа или распоряжения даются в ст. 42 УК РФ.

113

В учебной литературе по этому вопросу продолжает высказываться мнение, которое отражает старые установки уголовного законодательства 1960 г., что "противоправное или аморальное поведение потерпевшего, явившееся поводом для преступления, связано, как правило, с состоянием аффекта виновного лица. Внезапно возникшее сильное душевное волнение может быть вызвано насилием, издевательством или тяжким оскорблением со стороны потерпевшего:" и т.д. См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть/Под ред. Ю.И.Скуратова и В.М.Лебедева. М., 1996. С. 162.

114

Так, согласно ст. 62 УК РФ, при наличии смягчающих обстоятельств, предусмотренных п. "и" и "к" ч. 1 ст. 61 УК, и при отсутствии отягчающих - срок и размер наказания не могут превышать трех четвертей максимального срока или размера наиболее строгого вида наказания, предусмотренного соответствующей статьей УК.

115

В некоторых случаях неоказание помощи признается самостоятельным преступлением (ст. 128, 265 УК).

116

Пункт 4 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. "О практике назначения судами уголовного наказания"//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 8.

117

Понятие неоднократности дано в ст. 16 УК РФ.

118

См.: Определение N 25-099-24 по делу Ночевнова и Паниота//Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 7. С. 14-15.

119

Понятие рецидива преступлений и его виды даны в ст. 18 УК РФ.

120

Более подробно см.: Курс уголовного права. Общая часть Т. 1. 2001.

121

В специальной литературе понятие выполнения потерпевшим своего служебного или общественного долга относят применительно лишь к делам об убийстве, что не в полной мере отражает судебную практику См., например: Бородин С.В. Ответственность за убийство: квалификация и наказание по российскому уголовному праву. М., 1994. С. 72-74.

122

В русском языке слово "садизм" употребляется в двух значениях. Первое - как половое извращение, при котором половое чувство удовлетворяется причинением физической боли другому лицу; второе - как извращенная и изощренная жестокость. См.: Ожегов С.И. Словарь русского языка. М., 1973. С. 637.

123

См.: СЗ РФ. 1996. N 51. Ст. 5681.

124

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. N 10.

125

См.: Закон РСФСР "Об охране окружающей природной среды" от 19 декабря 1991 г.; Закон РФ "Об использовании атомной энергии" от 21 ноября 1995 г.; Закон РФ "О радиационной безопасности населения" от 9 января 1996 г.

126

См.: ВВС РФ. 1991. N 23. Ст. 923.

127

Ответственность за массовые беспорядки предусмотрена ст. 212 УК РФ.

128

Пункт 6 постановления Пленума Верховного Суда РФ от 11 июня 1999 г. "О практике назначения судами уголовного наказания".

129

Уголовный кодекс. Практический комментарий. Общая часть. М., 1925. С. 75.

130

Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1952 гг. М., 1953. С. 35, 41.

131

Швеков Г.В. Первый советский Уголовный кодекс. М., 1970. С. 181.

132

Уголовный кодекс РСФСР 1926 г. М., 1953. С. 15.

133

Брайнин Я.М. Принципы применения наказания по советскому уголовному праву. Киев, 1953. С. 227.

134

Карпец И.И. Отягчающие и смягчающие обстоятельства в уголовном праве. М., 1959. С. 111-112; Шаргородский М.Д. Курс советского уголовного права. Часть Общая. Т. 2. 1970. С. 359-361.

135

Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования. М., 1987. С. 171.

136

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 4. С. 23.

137

В России до революции 1917 г. существовал суд присяжных, он был введен в результате судебной реформы 1864 г. Присяжные заседатели всегда подбирались или назначались с соблюдением определенных цензовых условий, например, высокий имущественный ценз, их благонамеренность, образование. Присяжным заседателям предоставлялось право облегчать положение виновного при выборе наказания, ограничивая тем самым судейское усмотрение.

138

См.: Ведомости СНД РФ и ВС РФ. 1993. N 33. Ст. 1313.

139

С января 1997 г. вступил в действие УК РФ.

140

Порядок формирования и производства в суде присяжных по-прежнему регулируется уголовно-процессуальным законодательством.

141

Опр. СК ВС РФ по делу Л.//Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1991. N 9. С. 7; Опр. СК ВС РФ по делу К.//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 11. С. 12 и т.п.

142

См.: Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1952 гг. М., 1953. С. 20, 27, 29, 31, 35 и т.д.

143

Карпец И.И. Наказание. Социальные, правовые и криминологические проблемы. М., 1973. С. 159-163.

144

См.: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1. 2001.

145

См.: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1. 2001.

146

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 7. С. 14.

147

Более подробно о понятии совокупности, ее видах излагается в главе "Множественность преступлений". См.: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 1. 2001.

148

В теории уголовного права есть и другое мнение - с момента избрания меры пресечения по первому делу, с момента вступления приговора в законную силу. См., например: Курс советского уголовного права. М., 1970. Т. 3. С. 171-173. Однако с таким мнением согласиться нельзя. Так, если осужденному в связи с совершением нового преступления была избрана мера пресечения в виде содержания под стражей, то этот срок, а также срок после осуждения до вступления приговора в законную силу не будет засчитываться в срок наказания, что влечет нарушение принципа законности.

149

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 11.

150

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1995. N 5. С. 11; 1999. N 8. С. 7.

151

Международные акты о правах человека. Сборник документов. М., 1998. С. 694-719.

152

Условное осуждение (ст. 73), вопросы отмены условного осуждения или продления испытательного срока (ст. 74 УК) рассматриваются в гл. 12 "Освобождение от наказания".

153

Принцип неотвратимости уголовной ответственности и наказания не был закреплен в УК РФ 1996 г. Однако Модельный УК 1996 г., разработанный для государств-членов СНГ, включил его в ряд других важнейших уголовно-правовых принципов. Статья 7 названного УК "Принцип неотвратимости ответственности" гласит:

"(1) Лицо, совершившее преступление, подлежит наказанию или иным мерам воздействия, предусмотренным УК.

(2) Освобождение от уголовной ответственности и наказания возможно только при наличии оснований и условий, предусмотренных законом".

154

См.: Кузнецова Н.Ф. Профилактическая функция уголовного закона//Уголовное право. 1998. N 1. С. 11-20.

155

См: Астемиров З.А. Проблемы теории уголовной ответственности и наказания. Махачкала, 1987; Звечаровский И.Э. Уголовная ответственность. Иркутск, 1992; Козаченко И.Я. Уголовная ответственность: мера и форма выражения. Свердловск, 1987; Огурцов Н.А. Правоотношения и ответственность в уголовном праве. Рязань, 1975; Таргабаев А.Н. Ответственность в уголовном праве. Красноярск, 1994.

156

Наумов А.В. Указ. соч. С. 244-245.

157

Цит. по: Головко Л.В. Современная практика освобождения от уголовного преследования в Шотландии//Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1998. N 2. С. 74.

158

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 67-68.

159

Там же. С. 4-15.

160

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 336.

161

См.: Головко Л.В. Новые основания освобождения от уголовной ответственности и проблемы их процессуального применения//Государство и право. 1997. N 8 С. 77-83.

162

Там же. С. 79-80.

163

См.: Вестник Верховного Суда СССР. 1991. N 1. С. 45-46.

164

Прямо противоположная позиция существует во французском уголовном праве по вопросу об освобождении от уголовной ответственности в связи с актом амнистии. Считается, что такой акт устраняет саму преступность совершенного лицом деяния. В связи с этим освобожденному возвращаются даже те суммы, что были им уплачены в порядке возмещения судебных издержек, и аннулируются все сведения о том, что лицо привлекалось к уголовной ответственности (См.: Pradel J.Droit. Т. 1. Editons Cujas. Paris, 1997).

165

Малков В.П. Квалификация повторных преступлений, совершенных освобожденными от уголовной ответственности//Советская юстиция. 1967. N 20. С. 5-33.

166

Наумов А.В. Указ. соч. С. 441.

167

См.: Аликперов X.Д. Преступность и компромисс. Баку, 1992.

168

См.: Келина С.Г. Освобождение от уголовной ответственности как правовое последствие совершения преступления//Уголовное право: новые идеи. М., 1994. С. 68 и далее; Наумов А.В. Указ. соч. С. 442 и далее.

169

Наумов А.В. Указ. соч. С. 448-449.

170

Там же. С. 449.

171

Чувилев А. Указ. соч. С. 12.

172

Там же. С. 15.

173

См.: Сборник постановлений Пленумов Верховных Судов СССР и РСФСР (РФ) по уголовным делам. М., 1995. С. 168.

174

См.: Гальперин И.М. Взаимодействие государственных органов и общественности по борьбе с преступностью. М., 1972; Келина С.Г. Теоретические вопросы освобождения от уголовной ответственности. М., 1974.

175

Наумов А.В. Указ. соч. С. 447.

176

В теории уголовного права о деятельном раскаянии говорилось как об обстоятельстве, смягчающем ответственность. В перечне смягчающих обстоятельств, предусмотренном в ст. 38 УК РСФСР, в частности, назывались: предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления, добровольное возмещение нанесенного ущерба, устранение причиненного вреда (п. 1); чистосердечное раскаяние или явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления (п. 9).

177

Головко Л.В. Прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием//Законодательство. 1999. N 1. С. 74.

178

Лобанова Л.В. К вопросу о соответствии наименования и содержания ст. 75 УК РФ//Вопросы юридической техники в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве. Ярославль, 1997. С. 32.

179

В теории уголовного права о деятельном раскаянии говорилось как об обстоятельстве, смягчающем ответственность. В перечне смягчающих обстоятельств, предусмотренном в ст. 38 УК РСФСР, в частности, назывались: предотвращение виновным вредных последствий совершенного преступления, добровольное возмещение нанесенного ущерба, устранение причиненного вреда (п. 1); чистосердечное раскаяние или явка с повинной, активное способствование раскрытию преступления (п. 9).

180

Головко Л.В. Прекращение уголовного дела в связи с деятельным раскаянием//Законодательство. 1999. N 1. С. 74.

181

Лобанова Л.В. К вопросу о соответствии наименования и содержания ст. 75 УК РФ//Вопросы юридической техники в уголовном и уголовно-процессуальном законодательстве. Ярославль, 1997. С. 32.

182

Щерба С.П., Савкин А.В. Деятельное раскаяние в совершенном преступлении. Практическое пособие/Под общей ред. С.П.Щерба. М., 1997. С. 17.

183

Головко Л.В. Указ. соч. С. 74.

184

См.: Щерба С.П., Савкин А.В. Указ. соч. С. 19.

185

Наумов А.В. Указ. соч. С. 449; Щерба С.П., Савкин А.В. Указ. соч. С. 22.

186

См.: Преступление и наказание. Комментарий к проекту УК России/Под ред. Н.Ф.Кузнецовой, А.В.Наумова. М., 1993.

187

Цит. по: Головко Л.В. Указ. соч. С. 75.

188

Там же. С. 76.

189

Чувилев А. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием//Уголовное право. 1998. N 2. С. 12-15.

190

Там же. С. 13.

191

Чувилев А. Указ. соч. С. 15.

192

См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 338.

193

Наумов А.В. Указ. соч. С. 452.

194

См., например: Головко Л.В. Новейшие течения во французской уголовной политике//Журнал российского права. 1997. N 9. С. 140-147.

195

См.: Головко Л.В. Новые основания освобождения от уголовной ответственности и проблемы их процессуального применения//Государство и право. 1997. N 8. С. 82.

196

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. N 5. С. 15.

197

См.: Трайнин А.Н. Уголовное право. Часть Общая. М., 1929. С. 488; Фефелов П.А. Критерии установления уголовной наказуемости деяний//Сов. государство и право. 1970. N 11. С. 105.

198

См.: Фефелов П.А. Понятие и система принципов советского уголовного права. Свердловск, 1970. С. 40-47.

199

См.: Филимонов Д.О. О давности уголовного преследования по уголовному праву//Ученые записки Томского университета. 1957. N 33. С. 108; Никифоров Б.С. Освобождение от уголовной ответственности и наказания//Социалистическая законность. 1960. N 6.

200

См.: Дурманов Н.Д. Давность и погашение судимости. М., 1939. С. 8.

201

Кудрявцев В.Н. Объективная сторона преступления. М., 1960. С. 94.

202

Здесь и далее имеется в виду рекомендательный законодательный акт для Содружества Независимых Государств, принятый 17 февраля 1996 г.

203

См, например: Мшвениерадзе П.Я. Давность в советском уголовном праве. Тбилиси, 1970. С. 196; Ткачевский Ю.М. Давность в советском уголовном праве. М., 1978. С. 79.

204

Отметим, что в юридической литературе обычно замену лишения свободы другим, более мягким наказанием, включают в раздел об освобождении от отбывания наказания. См., например: Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 437.

205

Баландин В.Н. Эффективность освобождения от отбывания наказания при условном осуждении и отсрочке исполнения приговора. Свердловск, 1998. С. 13.

206

См., например: Гельфер М. Условное осуждение в СССР//Проблемы социалистического права. 1939. N 2. С. 42; Карпец И.И. Индивидуализация наказания. М., 1961. С. 27; Ривман Д. В. О юридической природе условного осуждения и участии общественности в перевоспитании условно осужденных//Вестник Ленинградского университета. 1965. N 23. Сер. 4. С. 142.

207

О самом раннем по времени решении рассматриваемой проблемы Верховным Судом РФ см.: Справочник по вопросам судебной практики в 1937 г. М., 1938. С. 255.

208

См.: Сб. постановлений Пленумов Верховного Суда РСФСР и определений судебных коллегий. 1964-1972. М., 1973. С. 122.

209

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 1. С. 22.

210

См., например: Российское уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 330.

211

См., например: Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 445.

212

См., например: Ефимов М.А. Условное осуждение и условно-досрочное освобождение от наказания. М., 1963. С. 6.

213

См., например: Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 445.

214

См., например: Советское уголовное право. Часть Общая. М., 1962. С. 384-395.

215

Кадари X. Условное осуждение в советском уголовном праве. Ученые записки Тартуского университета. Вып. 44. Таллин, 1966. С. 193.

216

Саввин Ф.С. Условное осуждение как мера воспитания осужденных в современный период//XXII съезд КПСС и вопросы государства. Свердловск, 1962. С. 351.

217

См.: Баландин В.Н. Указ. соч. С. 7.

218

Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда СССР. 1924-1986. С. 489.

219

Саркисова Э. О воспитательной работе с условно осужденными//Социалистическая законность. 1963. N 12. С. 48.

220

Баландин В.Н. Указ. соч. С. 4.

221

Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 448.

222

См.: Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда СССР. 1924-1986. М., 1987. С. 489.

223

См.: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1989. N 5. С. 10.

224

Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 447.

225

См: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1993. N 6. С. 14.

226

Некоторые юристы считают, что испытательный срок необходимо исчислять с момента вынесения приговора.

227

Михлин А.С. Общая характеристика осужденных. М., 1991. С. 58.

228

См., например: Беляев Н.А. Цели наказания и средства их достижения в исправительно-трудовых учреждениях. Л., 1983. С. 141.

229

См., например: Андреев В. Как исполняется приговор//Известия. 1987. 3 янв.

230

См., например: Улицкий С.Я. Некоторое теории юридической природы условно-досрочного освобождения в советском праве. Ученые записки ДВГУ. Владивосток, 1968. Т. 14. С. 89.

231

См., например: Михлин А.С. Проблемы досрочного освобождения от наказания. М., 1982. С. 26.

232

См.: Куцева Э.Ф. Исполнение приговора. М., 1960. С. 18.

233

Напомним, что в ст. 53 УК РСФСР было предусмотрено условно-досрочное освобождение лиц, доказавших свое исправление, но при этом не исключалась возможность частичного или полного реального отбывания дополнительного наказания. Налицо противоречие: если лицо исправилось, зачем подвергать его карательно-воспитательному воздействию?

234

Михлин А.С. Досрочное освобождение от отбывания наказания. М., 1982.

235

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 9 С. 14. Аналогичное решение приняла Судебная коллегия по уголовным делам Верховного Суда РФ и по делу Нарова//Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 12. С. 14-15.

236

Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. М.: БЕК, 1999. С. 471.

237

Такая же неточность допущена и в ч. 1 ст. 21 УК РФ, регламентирующей невменяемость.

238

Рыбкин П.М. Вопросы применения статьи 362 УПК РСФСР//Материалы конференции (20-22 декабря 1971) ЦоТКЗНИИ судебной психиатрии им. проф. В.П.Сербского. М., 1971. С. 96.

239

Михлин А.С. Общая характеристика осужденных. М., 1991. С. 38-39.

240

См., например: Уголовное право. Общая часть. М.: Инфра-М-НОРМА. 1997. С. 445; Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права. М., 1999. С. 238.

241

СЗ РФ. 1995. N 19. Ст. 1758; N 45. Ст. 4334; 1997. N 51. Ст. 5803; 1998. N 44. Ст. 5464.

242

СЗ РФ. 1998. N 13. Ст. 1475.

243

См., например: Курс уголовного права. Общая часть. Т. 2. М.: Зерцало, 1999. С. 47.

244

Петрухин И. Освобождение от отбывания наказания по болезни//Соц. законность.

245

См.: Преступление и наказание. 1999. N 7. С. 9.

246

Санников А. Медико-социальные проблемы в уголовно-исполнительных системах различных стран//Преступление и наказание. 1999. N 3. С. 66.

247

Коновец А. Необходима полнокровная медицинская служба//Преступление и наказание. 1999. N 7 С. 10-11.

248

См.: Уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 458.

249

Встречается и иное мнение. Так, авторы учебника по уголовному праву России (Часть Общая. М., 1989. С. 429) полагают, что рассматриваемая отсрочка применима и от отбывания исправительных работ.

250

См.: Российское уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 374.

251

См.: Российское уголовное право. Общая часть. М., 1997. С. 375.

252

Оценка характера и степени общественной опасности преступления является исключительной прерогативой суда.

253

Применение которого в настоящее время отсрочено.

254

См.: Ткачевский Ю.М. Замена уголовного наказания в процессе исполнения. М., 1982. С. 44; Михлин А.С. Проблемы досрочного освобождения от отбывания наказания. М., 1982. С. 93; Ткачевский Ю.М. Замена одного уголовного наказания другим в процессе их исполнения//Вестник. Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1996. N 6. С. 5.

255

См.: Михлин А.С. Осужденные. Кто они такие? М., 1996. С. 100.

256

Михлин А.С. Указ. соч. С. 96.

257

См.: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть Общая. В 2-х т. Т. 2. М., 1994. С. 385.

258

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 358.

259

Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М., 1995. С. 243-244.

260

Там же.

261

Цит. по: Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Т. 2. М., 1994. С. 363.

262

Сабанин С.Н. Амнистия и помилование в уголовном законодательстве России//Государство и право. 1995. N 11. С. 81.

263

См.: Амнистия: благо или зло?//Юрид. вестник. 1992. N 5. С. 12-13.

264

Цит. по: Наумов А.В. Российское уголовное право. Общая часть. Курс лекций. М., 1996. С. 478-479.

265

См.: Марогулова И. Амнистия и помилование: актуальные проблемы//Уголовное право. 1997. N 4. С. 55-58.

266

Марогулова И. Указ. соч. С. 57.

267

Ведомости уголовно-исполнительной системы. 2001. N 1. С. 46.

268

Зубков А.И. Карательная политика в России на рубеже тысячелетий. М., 2000. С. 38.

269

Конституционный Суд РФ 5 июля 2001 года вынес постановление с таким заключением: "Постановление Государственной Думы от 26 мая 2000 года в связи с неадекватностью отдельных его положений целям объявленной амнистии изменено постановлением Государственной Думы от 26 июня 2000 года и в этой части не может рассматриваться соответствующим Конституции Российской федерации, а его положения в новой редакции, как противоречащие Конституции Российской Федерации, не имеют юридической силы в отношении законно не освобожденных от уголовной ответственности и наказания, указанных в подпунктах "б" и "д" пункта 2 акта об амнистии, которым вменяется совершение в его пункте 12 деяний, восстанавливается действие уголовного закона". (Прим. ред.)

270

Государственная Дума РФ 30 ноября 2001 года приняла постановление "Об объявлении амнистии в отношении несовершеннолетних и женщин". Освобождению подлежат несовершеннолетние в возрасте до 16 лет, осужденные к лишению свободы до шести лет, молодые преступники от 16 до 18 лет, также осужденные до шести лет лишения свободы, если прежде они не отбывали наказание в воспитательных колониях.

271

См.: Известия. 1992. 6 марта.

272

См.: Михлин А.С. Смертная казнь. Вчера, сегодня, завтра. М., 1997. С 114.

273

В январе 1998 г. в США был приведен в исполнение приговор к смертной казни Джеки Таккер через 13 лет после его вынесения.

274

См., например: Российское уголовное право. Общая часть. М.: СПАРК, 1997. С. 378.

275

Канарский С. Уголовный кодекс советских республик. Текст и постатейные материалы. Государственное издательство Украины, 1924. С. 338.

276

В редакцию этой статьи Основ были внесены некоторые изменения Законом от 11 июля 1969 г., Указом Президиума Верховного Совета СССР от 8 февраля 1977 г. (Ведомости Верховного Совета СССР. 1969. N 29. Ст. 249; 1977. N 7. Ст. 116; 1977. N 8. Ст. 137).

277

Виттенберг Г.Б. Некоторые вопросы практики применений Указа Президиума Верховного Совета СССР от 27 апреля 1953 г. "Об амнистии". Иркутск: Изд-во Иркутского ун-та, 1955. С. 127-139.

278

Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. М.: БЕК, 1996. С. 481-482.

279

Голина В.В. Погашение и снятие судимости по советскому уголовному праву. Харьков: Вища школа, 1979. С. 7.

280

В некоторых работах наказание и судимость ошибочно рассматриваются как обязательные элементы уголовной ответственности. См., например: Уголовное право. Общая часть. М.: НОРМА, 1997. С. 466.

281

Зельдов С.И. О понятии судимости//Правоведение. 1974. N 2. С. 66.

282

См., например: Уголовное право. Общая часть. М.: НОРМА, 1997. С. 460.

283

Наумов А.В. Уголовное право. Общая часть. М.: БЕК, 1996. С. 483. См. также: Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования. М., 1987. С. 203-204.

284

См., например: Иногамова-Хегай Л.В. Конкуренция норм уголовного права. М., 1999. С. 254. Отметим, что в дальнейшем автор правильно решает вопрос о судимости условно осужденных.

285

См., например: Российское уголовное право. Общая часть. М.: СПАРК, 1997. С. 382.

286

См., например: Иногамова-Хегай Л.В. Указ. соч. С. 255.

287

Иногамова-Хегай Л.В. Указ. соч. С. 256-257.

288

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 4. С. 8.

289

См., например: бюллетень Верховного Суда РФ. 1998. N 8. С. 16; 1999. N 8. С. 4.

290

Уголовное право. Общая часть. М.: НОРМА, 1997. С. 466.

291

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 6. Верховным Судом РФ допущена неточность: опасный рецидив не влияет на выбор вида исправительной колонии (см. ст. 58 УК РФ).

292

См.: Российское законодательство Х-XX веков. Законодательство первой половины XIX века. Т. 6. М., 1988. С. 203.

293

См.: Российское законодательство Х-XX веков. Судебная реформа. Т. 8. М., 1991. С. 395.

294

См.: Российское законодательство Х-XX веков. Законодательство эпохи буржуазно-демократической революции. Т. 9. М., 1994. С. 284.

295

См.: СЗ РСФСР. 1918. N 16. Ст. 227.

296

См.: СЗ СССР. 1935. N 19.

297

См.: Сборник документов по истории уголовного законодательства СССР и РСФСР. 1917-1952 гг. N 7. М., 1953. С. 383, 384.

298

См.: СП СССР. 1942. N 2. Ст. 26.

299

См.: Сборник постановлений Пленумов Верховного Суда СССР. 1924-1952 гг. С. 17.

300

См.: Ведомости Верховного Совета СССР. 1977. N 8. Ст. 137. Указом Президиума Верховного Совета РСФСР от 11 марта 1977 г. в УК РСФСР была включена соответственно ст. 46.1//Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1977. N 12. Ст. 255.

301

Отсрочка исполнения приговора оказалась достаточно эффективным средством в борьбе с преступностью, и поэтому Указом Президиума Верховного Совета СССР от 26 июля 1982 г. этот институт был распространен и на совершеннолетних//Ведомости Верховного Совета СССР. 1982. N 30. Ст. 572; см. также: Указ Президиума Верховного Совета РСФСР от 3 декабря 1982 г.//Ведомости Верховного Совета РСФСР. 1982. N 49. Ст. 1821.

302

Еще в 1927 г. М.М.Исаев отметил в качестве недостатка Основных начал 1924 г. отсутствие такого раздела (см: Исаев М.М. Основные начала уголовного законодательства СССР и союзных республик с приложением текста "Основных начал и материалов". М., Л., 1927. С. 94).

303

См.: Минимальные стандартные правила Организации Объединенных Наций, касающиеся отправления правосудия в отношении несовершеннолетних (Пекинские правила), приняты на 96-м пленарном заседании ООН в 1985 г.//Советская юстиция. 1991. N 12. С. 23.

304

См.: Преступность и правонарушения. 1991. Статистический сборник. М., 1992. С. 36, 39.

305

См.: Преступность и правонарушения. 1998. Статистический сборник. М., 1999. С. 50, 54.

306

См.: преступность несовершеннолетних в России (1993-1997 гг.) М., 1998. С. 2.

307

См.: Кон И.С. Психология ранней юности. М., 1989. С. 240-241.

308

Забрянский Г.И. Социология преступности несовершеннолетних. Минск, 1997. С. 9.

309

Преступность несовершеннолетних в России (1993-1997 гг.). С. 14.

310

Меркушов А.Е. О некоторых вопросах судебной практики по делам о преступлениях несовершеннолетних//Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 6. С. 19.

311

Преступность несовершеннолетних в России (1993-1997 гг.). С. 18-19.

312

Минимальные стандартные правила ООН//Советская юстиция. 1991. N 14. С. 23.

313

См.: Преступность и правонарушения. 1998. Статистический сборник. С. 166.

314

См.: Федеральный закон "О введении в действие Уголовного кодекса Российской Федерации" от 13 июня 1996 г.//Российская газета. 1996. 18 июня.

315

См.: Преступность и правонарушения. 1998. Статистический сборник. С. 166.

316

Нам представляется, что арест по своим негативным последствиям (ослабление социально полезных и приобретение социально вредных связей, утрата страха перед наказанием, связанным с изоляцией от общества, невозможность в краткий срок оказать существенное воспитательное воздействие на несовершеннолетнего и т.д.) мало чем будет отличаться от кратких сроков лишения свободы. А повышенный элемент кары в сравнении с лишением свободы ничего, кроме дополнительной озлобленности у несовершеннолетнего, вызвать не может.

317

"Правила Организации Объединенных Наций, касающиеся защиты несовершеннолетних, лишенных свободы" (приняты Конгрессом ООН по предупреждению преступности и обращению с правонарушителями в 1990 г.); Уголовно-исполнительный кодекс Российской Федерации с приложениями, указателем судебной практики с сопоставительной таблицей/Сост. В.Л.Коняхин, И.В.Феоктистов. М., 1997. С. 236.

318

См.: Миньковский Г.М., Магомедов А.А., Ревин В.П. Уголовное право россии. М., 1998. С. 149.

319

См.: Преступность и правонарушения. 1998. Статистический сборник. С. 166.

320

См. там же.

321

Г.С.Гаверов предлагает разработать общие начала назначения наказания несовершеннолетним. См.: Гаверов Г.С. Проблемы назначения наказания несовершеннолетним//Проблемы борьбы с преступностью. Омск, 1978. С. 30-31.

322

На это ориентирует также постановление Пленума Верховного Суда РФ от 14 февраля 2000 г. N 7 "О судебной практике по делам о преступлениях несовершеннолетних", согласно пункту 12 которого "суд вправе принять решение о назначении несовершеннолетнему наказания в виде лишения свободы лишь тогда, когда исправление его невозможно без изоляции от общества". (Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 4. С. 11.)

323

Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 8. С. 2-3.

324

Не случайно в УК РФ, в отличие от УК РСФСР, исключена ответственность за неосторожные преступления несовершеннолетних, не достигших шестнадцатилетнего возраста. Вопрос о том, не следует ли в связи с акселерацией понизить возраст, по достижении которого возможна уголовная ответственность, был решен отрицательно. Как отмечается в литературе, темпы развития научно-технического прогресса более высокие, чем процессы совершенствования психофизических качеств личности. (По вопросу об акселерации и возрасте наступления уголовной ответственности несовершеннолетних см.: Примаченок А.А. Проблемы борьбы с преступностью несовершеннолетних. М., 1980. С. 64-70.)

325

Миньковский Г.М., Тузов А.П. Профилактика правонарушений среди несовершеннолетних. Киев, 1987. С. 41, 43.

326

См.: Рыбальская В.Я. Проблемы борьбы с преступностью несовершеннолетних. Иркутск, 1994. С. 26.

327

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 8. С. 13.

328

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 4. С. 11.

329

См.: Меркушов А.Е. Указ. соч. С. 21.

330

Гаверов Г.С. Проблемы наказания несовершеннолетних преступников. Иркутск, 1986. С. 19.

331

См.: Бабаев М.И. Индивидуализация наказания несовершеннолетних. М., 1968. С. 42.

332

Миньковский Г.М., Тузов А.П. Указ. соч. С. 156.

333

Статьей 150 УК РФ предусмотрена ответственность за вовлечение несовершеннолетнего в совершение преступления, а ст. 151 - за вовлечение несовершеннолетнего в совершение антиобщественных действий.

334

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 4. С. 11.

335

Следует отметить, что указанное положение не согласовано с другими положениями УК. В частности, при одинаковой формулировке (лицо не могло в полной мере осознавать фактический характер и общественную опасность своих действий (бездействия) или руководить ими) при возрастной невменяемости (ч. 3 ст. 20 УК) лицо не подлежит, а при ограниченной вменяемости (ст. 20 УК) подлежит уголовной ответственности. Кроме того, в ч. 3 ст. 20 УК излишним является указание: ":не связанном с психическим расстройством". Получается, что если отставание в психическом развитии несовершеннолетнего было усугублено психическим расстройством, к нему неприменима ч. 3 ст. 20 УК, и он подлежит уголовной ответственности. Абсурдность такого положения очевидна.

336

Преступность и правонарушения. 1998. Статистический сборник. С. 164.

337

См.: Сахаров А.Б. Правонарушение подростка и закон. М., 1967. С. 61. Прав был А.С.Макаренко, считавший поведение отца и матери, бросивших семью, отказавшихся от своих родительских обязанностей, преступлением перед детьми, которое стоит ниже границы человечности (см.: Макаренко А.С. Соч. Т. 4. С. 114).

338

См.: Василькова Е. Плачь - не плачь, красавица, губернатору не до тебя//Российская газета. 1998. 12 мая.

339

Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 4. С. 11.

340

См.: Mepкушов А.Е. Указ. соч. С. 22-23.

341

См.: Уголовный кодекс Российской Федерации. Постатейный комментарий. М., 1997. С. 176.

342

Вместе с тем, как указано в ч. 2 ст. 92 УК, срок фактического пребывания в указанных учреждениях не может превышать максимального срока наказания, предусмотренного УК за преступление, совершенное несовершеннолетним.

343

См.: Типовое положение о специальном учебно-воспитательном учреждении для детей и подростков с девиантным поведением. Утверждено пост. Правительства РФ от 25 апреля 1995 г. N 420, с изменениями и дополнениями, внесенными пост. Правительства РФ от 8 января 1997 г. N 19//СЗ РФ. 1995. N 18. Ст. 1681; 1997. N 2. Ст. 250.

344

См.: Меркушов А.Е. Указ. соч. С. 22.

345

См.: Забрянский Г.И. Указ. соч. С. 166.

346

См.: Советская юстиция. 1991. N 14. С. 25.

347

Проект УК предусматривал также условно-досрочное освобождение несовершеннолетних по отбытии трех четвертей срока наказания, назначенного судом за особо тяжкое преступление, посягающее на жизнь. Однако законодателем это положение принято не было.

348

См.: Полное собрание законов Российской империи Т. 1. СПб., 1830. С. 441.

349

См.: Свод законов Российской империи. 1910. Книга четвертая. Т. XV. С. 11-12.

350

См: Бюллетень Верховного Суда РСФСР. 1990. N 5. С. 5.

351

См: Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования/Под ред. В.Н.Кудрявцева и С.Г.Келиной. М., 1987. С. 206-223.

352

См., например: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Под ред. А.В.Наумова. М., 1996. С. 240; Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации/Под ред. Н.Ф.Кузнецовой. М., 1998. С. 206; Галиакбаров Р.Р. Уголовное право. Общая часть. Краснодар, 1999. С. 408.

353

Михеев Р.И., Беловодский А.В. и др. Принудительные меры медицинского характера в уголовном праве - социально-правовые и медико-реабилитационные меры безопасности. Владивосток, 2000. С. 24; см. также: Российское уголовное право. Курс лекций. Т. II. Владивосток, 1999. С. 412.

354

См.: Михеев Р.И. и др. Указ. соч. С. 29.

355

По данным статистики Минюста России, в 1999 г. принудительное лечение было применено к 10 136 лицам, признанным невменяемыми, что на 16,9% превышает соответствующий показатель за 1997 г. и на 5,7% за 1998 г. (Аргунова Ю.Н. Характер общественно опасных действий лиц с психическими расстройствами//Независимый психиатрический журнал. 2000. N 4. С. 35).

356

В 1999 г. амбулаторное принудительное наблюдение и лечение у психиатра наряду с наказанием было назначено судом 912 лицам, страдающим психическим расстройством, не исключающим вменяемости, что в 3 раза превышает аналогичный показатель 1997 г. (См.: Аргунова Ю.Н. Указ. соч. С. 35).

357

В 1997 г. такое принудительное лечение было применено к 21 657 лицам, признанным алкоголиками, и к 10 752 лицам, признанным наркоманами (ф. 102).

358

См.: Судебная психиатрия/Под ред. А.С.Дмитриева, Т.В.Клименко. М., 1998. С. 243.

359

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1999. N 7. С. 11.

360

См.: Уголовный закон. Опыт теоретического моделирования/Под ред. В.Н.Кудрявцева и С.Г.Келиной. М., 1987. С. 210.

361

См.: Российская газета. 1999. 2 авг.

362

См.: Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Уголовное право зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии). Изд. 2. Учебное пособие. М., 1998. С. 173-175.

363

См.: Нерсесян А.А. Вопросы наказуемости в уголовном праве ФРГ и США. М., 1992. С. 196-198.

364

См.: Уголовный кодекс ФРГ. М., 1996.

365

См: Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Указ. соч. С. 179-180.

366

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 1997. N 12. С 6-7.

367

См., например: Протченко Б.А. Принудительные меры медицинского характера. М., 1976. С. 21-22.

368

См.: Комментарий к Уголовному кодексу Российской Федерации. Общая часть/Под ред. Ю.И.Скуратова и В.М.Лебедева. М., 1996. С. 282-283.

369

См.: Комментарий к законодательству Российской Федерации в области психиатрии/Колл. авторов. Под общей ред. Т.Б.Дмитриевой. М., 1997. С. 311.

370

См.: Судебная психиатрия/Под ред. проф. Б.В.Шостаковича. М., 1997. С. 123-124.

371

См.: Бюллетень Верховного Суда РФ. 2000. N 7. С. 11.

372

См.: Комментарий к законодательству Российской Федерации в области психиатрии/Колл. авторов. Под общей ред. Т.Б.Дмитриевой. М., 1997. С. 321.

373

Цит. по: Нерсесян А.А. Вопросы наказуемости в уголовном праве ФРГ и США. М.: Наука, 1992.

374

См.: Уголовное право зарубежных государств. М., 1975. Вып. 4.

375

См.: Примерный Уголовный кодекс США. М., 1969.

376

См.: Никифоров Б.С., Решетников Ф.М. Современное американское уголовное право. М.: Наука, 1990. С. 71.

377

См.: Никифоров Б.С., Решетников Ф.М. Указ. соч. С. 71-72.

378

Ансель М. Новая социальная защита (гуманистическое движение в уголовной политике). М., 1970. С. 267-268.

379

В этом слышен отголосок идей школы новой социальной защиты. Социальная реадаптация понимается сторонниками данного направления как приспособление преступника к условиям жизни в обществе, его "возвращение" в социальную среду. Вместе с тем законодатель обходит молчанием цели применения таких наказаний, как пожизненное лишение свободы, многомиллионные штрафы в качестве наказания за корыстные преступления и т.п.

380

См.: Уголовное право зарубежных государств. М., 1972. Вып. 2. С. 23-24, 31-33.

381

См.: Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии). Сб. законод. материалов/Под ред. И.Д.Козочкина. М.: Зерцало, 1998. С. 141-143, 172-174.

382

Некоторые штаты к основным наказаниям относят также пробацию в ее различных вариантах (с обычным или интенсивным надзором, с электронным мониторингом и т.п.) и домашний арест. Однако по своему содержанию эти меры, хотя и весьма сходны с наказанием, являются, скорее, видами освобождения от него, поэтому будут рассмотрены в следующем параграфе.

383

В соответствии с традиционным делением преступлений на общеуголовные и политические лишение свободы возможно двух видов: как общеуголовное наказание (заключение пожизненное или на срок) и как политическое (заточение пожизненное или на срок). При равной продолжительности уголовное заключение считается более строгим наказанием, чем уголовное заточение. Политические наказания обычно исполнялись в специальных пенитенциарных учреждениях, призванных нейтрализовать осужденного без применения к нему специфических методов принуждения. Такие осужденные никогда не привлекались к труду, не носили тюремной одежды, пользовались различными льготами. Вместе с тем, по мнению ряда французских юристов, в связи с общей гуманизацией пенитенциарной системы, осуществляемой в последние годы, такая дифференциация режимов лишения свободы утрачивает смысл. Попутно отметим, что к политическим французский УК относит ряд государственных преступлений (измену, шпионаж, действия, способные причинить вред национальной обороне, и др.), преступления и проступки, направленные "против Конституции" (например, мошенничество во время выборов), а также некоторые другие правонарушения (Подробнее см.: Крылова Н.Е. Основные черты нового Уголовного кодекса Франции. М.: СПАРК, 1996. С. 34-37).

384

Употребление термина "состав" здесь условно, поскольку понятия такового французский УК не содержит.

385

См.: Крылова Н.Е. Уголовная ответственность юридических лиц во Франции: предпосылки возникновения и основные черты//Вестник Моск. унта. Сер. 11. Право. 1998. N 3. С. 69-80.

386

См., например: Strafgesetzbuch, 31. Auflage. Mьnchen, 1998. S. 21.

387

Подробнее см.: BGBI. I S. 3427.

388

Цит. по: Крылова Н.Е., Серебренникова А.В. Уголовное право зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии). Изд. 2-е. Учебное пособие. М.: Зерцало, 1998. С. 178.

389

Преступление и наказание в Англии, США, Франции, ФРГ, Японии. Общая часть уголовного права. М., 1991. С. 112.

390

Подробнее о системе наказаний в УК Швейцарии см.: Серебренникова А.В. Уголовный кодекс Швейцарии: основные черты книги первой//Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1997. N 6. С. 52-60.

391

Подробнее о системе наказаний и мер безопасности в УК Испании см.: Кузнецова Н.Ф., Решетников Ф.М. Основные черты нового Уголовного кодекса Испании//Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1998. N 2. С. 65-74.

392

Здесь и далее текст УК Японии приводится по изданию: Уголовный кодекс Японии/Под ред. и с предисл. проф. А.И.Коробеееа; Пер. с япон. Владивосток: Изд-во Дальневост. ун-та, 2000.

393

Подробнее см.: Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. Владивосток, 1999.

394

Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. С. 17.

395

См.: Кузнецова Н.Ф., Цзян Хуэйлинь. Реформа уголовного законодательства Китая//Вестник Моск. ун-та. Сер. 11. Право. 1998. N 4.

396

См.: Квашис В. Смертная казнь и общественное мнение//Уголовное право. 1998. N 2. С. 115-123.

397

См.: Козочкин И.Д. Проблема смертной казни в США//Вестник РУДН. Сер. "Юридические науки". 1997. N 1. С. 50; Квашис В. Смертная казнь и общественное мнение. С. 116.

398

См.: Никифоров А.С. США: Закон о контроле над насильственной преступностью//Государство и право. 1996. N 3. С. 131.

399

Так, в § 3596 СЗ США установлено, что для исполнения смертной казни, назначенной федеральным судом, "Генеральный атторней передает осужденного к смертной казни федеральному судебному исполнителю, который должен осуществлять контроль за исполнением приговора способом, предписанным законодательством того штата, где был вынесен приговор. Если законодательство этого штата не предусматривает исполнения смертного приговора, суд определяет другой штат, законодательство которого предусматривает исполнение смертного приговора, и приговор приводится в исполнение в этом штате способом, предписанным его законодательством". Способы исполнения смертной казни различаются в зависимости от штата. В большинстве из них казнь приводится в исполнение посредством электрического стула. В 10 штатах используется газовая камера, в 4 штатах - инъекция снотворного и парализующего вещества. Повешение применяется в некоторых штатах и в федеральной юрисдикции за воинские преступления.

400

В § 3591 СЗ США говорится о том, что смертная казнь не может быть назначена лицам, совершившим преступление в возрасте до 18 лет. Это правило, однако, не является обязательным для судов штатов, в силу чего там смертные приговоры несовершеннолетним выносятся и исполняются.

401

Малиновский А.А. Уголовное право зарубежных государств. М.: Новый юрист, 1998. С. 27.

402

Квашис В. Указ. соч. С. 117.

403

Там же. С. 119.

404

Нелигитимный Уголовный кодекс Чеченской Республики Ичкерия 1996 г. позволяет шариатским судам выносить приговоры со смертной казнью. Статья 27 говорит о способах ее исполнения: отсечение головы, побивание камнями, либо таким же путем, каким преступник лишил жизни свою жертву. (Подробнее о мусульманском уголовном праве см.: Сюкияйнен Л.Р. Мусульманское право. Вопросы теории и практики. М., 1986).

405

Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии). Сб. законод. материалов/Под ред. И.Д.Козочкина. М.: Зерцало, 1998. С. 1011.

406

См.: Михлин А.С., Ноянова О.Е., Яковлева Л.В. Отбывание наказания в тюрьмах Англии и Уэльса//Государство и право. 1996. N 4. С. 133-141.

407

Там же.

408

Никифоров Б.С., Решетников Ф.М. Указ. соч. С. 83.

409

Пробация - условное неисполнение или условное неназначение наказания с помещением осужденного на определенный срок (реже - пожизненно) под индивидуальный надзор специального должностного лица службы пробации. Данная мера предполагает возложение на осужденного ряда обязанностей, неисполнение которых может повлечь ее отмену с назначением (исполнением) реального наказания, как правило - тюремного заключения.

410

Домашний арест с электронным мониторингом состоит в ограничении свободы передвижения осужденного лица с одновременным осуществлением надзора. Лицо может посещать учебное заведение, поликлинику, место работы и т.п., но обязано находиться дома в определенное время суток. Мониторинг (наблюдение) осуществляется либо посредством телефонных аппаратов, либо посредством прикрепления к запястьям осужденного специальных миниатюрных датчиков.

411

Подробнее об этих мерах см. § 4 настоящей главы.

412

По некоторым данным, число исправительных учреждений такого типа по состоянию на ноябрь 1998 г. составляло 37.

413

Коhler М./Beck W. Gerechte Geldstrafe statt konfiskatonscher Vermцgenssanktion//Juristenzeitung. 1991. S. 797.

414

BGBI. I. S. 1302.

415

Lackner К. Strafgesetzbuch. 20. Auflage. Mьnchen, 1993. § 43a.

416

Strafgesetzbuch. 33. Auflage. Mьnchen, 1999.

417

См.: Trцndle Н./Fischer Т. Strafgesetzbuch und Nebengesetze. 49. Auflage. Mьnchen, 1999. § 43а; Серебренникова А.В. Имущественный штраф как вид наказания по УК Германии//Вестник МГУ. Сер. 11. Право. 1996. N 1. С. 59-64.

418

BGHSt 40, 371.

419

Уголовный кодекс Австрии. М., 2001. С. 21.

420

Уголовный кодекс Швейцарии. М., 2000. С. 29.

421

В данном параграфе будут рассмотрены лишь те виды освобождения от наказания, которые не связаны с досрочным условным или безусловным освобождением от продолжения отбывания наказания. Вопросы досрочного освобождения рассматриваются в § 5 настоящей главы.

422

Уголовное законодательство зарубежных стран (Англии, США, Франции, Германии, Японии). Сб. законод. материалов/Под ред. И.Д.Козочкина. М.: Зерцало, 1998. С. 135-136.

423

Normandeau A. Bilan criminologique de quatre poiitiques et pratiques penales americaines contemporaines//Rev. Sc. Crim. (2), avr.-jurin 1996. P. 333-334.

424

Normandeau A. Op. cit. P. 333-334.

425

Подробнее см.: Уголовный кодекс Китайской Народной Республики. С. 28.

426

Там же.

427

См. об этом: Лешо И.Я. Реформа системы назначения наказания в США//Советская юстиция. 1991. N 4. С. 30-32.

428

Упразднение системы УДО не следует понимать как полное устранение возможности досрочного освобождения. Штаты, отменившие систему УДО, и федеральная юрисдикция, предпринимая этот шаг, стремились, в первую очередь, ограничить дискреционные полномочия членов коллегий по УДО по принятию ими решений об освобождении. Отныне в этих штатах УДО предоставляется автоматически по истечении определенного, более высокого срока при условии хорошего поведения осужденного.

429

Normandeau A. Op. cit. P. 333-336.

430

"Сделка о признании вины" представляет собой соглашение между стороной обвинения и стороной защиты по характеру и объему обвинения, условием которого является признание обвиняемым своей вины. Такие "сделки" практикуются достаточно широко (до 90% дел, расследуемых федеральной юрисдикцией).

431

Под термином "Entlassung", используемым в австрийском уголовном праве, понимается, прежде всего, освобождение от отбывания наказания в виде лишения свободы или от отбывания предупредительной меры, связанной с лишением свободы. Применительно к лишению свободы оно, прежде всего, условно-досрочное. Что же касается предупредительных мер, то освобождение от их отбывания может быть как условным, так и безусловным.

432

См. подробнее: Решетников Ф.М. Уголовное право буржуазных стран. Вып. 1. Просветительно-гуманистическое направление в уголовном праве. М., 1965. С. 3.

433

Решетников Ф.М. Указ. соч. С. 7.

434

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая. В 2 т. Т. 1. М.: Наука, 1994. С. 19.

435

Беккариа Ч. О преступлениях и наказаниях. М.: Стелс, 1995. С. 91.

436

Там же. С. 105-106.

437

См.: Решетников Ф.М. Указ. соч. С. 57-59.

438

Там же. С. 17.

439

См.: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 27.

440

Pradel J. Droit penal. T. 1. Introduction general. Droit penal general. 11 ed. Paris, 1997. P. 112.

441

Таганцев Н.С. Русское уголовное право. Лекции. Часть общая. В 2-х т. Т. 1. М.: Наука, 1994. С. XVII-XVIII (вступит. статья Н.И.Загородникова).

442

Решетников Ф.М. Указ. соч. С. 64.

443

См.: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 62.

444

Современные теоретики французского уголовного права относят уголовную антропологию к числу основных "действующих" криминологических наук наряду с уголовной социологией и уголовной психологией и психиатрией.

445

Цит. по: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 47.

446

См. там же. С. 50.

447

См. например: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 52.

448

Цит. по: Иншаков С.М. Указ. соч. С. 87.

449

См.: Ансель М. Новая социальная защита (гуманистическое движение в уголовной политике). М., 1970.

Content

Коллектив авторов Курс уголовного права в пяти томах. Том 2. Общая часть: Учение о наказании

Глава I. Понятие и цели наказания

§ 1. Понятие наказания

§ 2. Цели наказания

Глава II. Система наказаний

Глава III. Виды наказания

§ 1. Штраф

§ 2. Лишение права занимать определенные должности или заниматься определенной деятельностью

§ 3. Лишение специального, воинского или почетного звания, классного чина и государственных наград

§ 4. Обязательные работы

§ 5. Исправительные работы

§ 6. Ограничение по военной службе

§ 7. Конфискация имущества

§ 8. Ограничение свободы

§ 9. Арест

§ 10. Содержание в дисциплинарной воинской части

§ 11. Лишение свободы

§ 12. Пожизненное лишение свободы

§ 13. Смертная казнь

Глава IV. Назначение наказания

§ 1. Общие начала назначения наказания

§ 2. Природа и роль обстоятельств, смягчающих и отягчающих наказание

§ 3. Обстоятельства, смягчающие наказание

§ 4. Обстоятельства, отягчающие наказание

§ 5. Назначение более мягкого наказания, чем предусмотрено за данное преступление

§ 6. Назначение наказания при вердикте присяжных заседателей о снисхождении

§ 7. Назначение наказания за неоконченное преступление

§ 8. Назначение наказания за преступление, совершенное в соучастии

§ 9. Назначение наказания при рецидиве преступлений

§ 10. Назначение наказания по совокупности преступлений

§ 11. Назначение наказания по совокупности приговоров

§ 12. Порядок определения сроков наказаний при сложении наказаний

§ 13. Исчисление сроков наказаний и зачет наказания

Глава V. Освобождение от уголовной ответственности

§ 1. Понятие и виды освобождения от уголовной ответственности

§ 2. Освобождение от уголовной ответственности в связи с деятельным раскаянием

§ 3. Освобождение от уголовной ответственности в связи с примирением с потерпевшим

§ 4. Освобождение от уголовной ответственности в связи с изменением обстановки

§ 5. Освобождение от уголовной ответственности в связи с истечением сроков давности

Глава VI. Освобождение от наказания

§ 1. Виды и понятие освобождения от наказания

§ 2. Освобождение от наказания в связи с истечением сроков давности обвинительного приговора

§ 3. Условное осуждение

§ 4. Условно-досрочное освобождение от отбывания наказания

§ 5. Освобождение от наказания в связи с болезнью

§ 6. Отсрочка исполнения наказания беременным женщинам и женщинам, имеющим малолетних детей

Глава VII. Замена одного уголовного наказания другим в процессе его исполнения

§ 1. Система замены одного наказания другим

§ 2. Замена неотбытой части наказания более мягким видом наказания

§ 3. Замена неотбытой части наказания другим, более тяжким видом наказания

§ 4. Изменение вида и места лишения свободы в процессе лишения свободы

Глава VIII. Амнистия, помилование, судимость

§ 1. Амнистия

§ 2. Помилование

§ 3. Судимость

Глава IX. Особенности уголовной ответственности несовершеннолетних

§ 1. Развитие законодательства об уголовной ответственности несовершеннолетних и характеристика преступности несовершеннолетних

§ 2. Общие положения

§ 3. Система и виды наказаний несовершеннолетних

§ 4. Назначение наказания несовершеннолетним

§ 5. Освобождение несовершеннолетних от уголовной ответственности и наказания

§ 6. Условно-досрочное освобождение несовершеннолетних от отбывания наказания и замена наказания более мягким

§ 7. Иные особенности уголовной ответственности несовершеннолетних

Глава Х. Принудительные меры медицинского характера

§ 1. Историческая характеристика принудительных мер медицинского характера

§ 2. Основания и цели применения принудительных мер медицинского характера

§ 3. Виды принудительных мер медицинского характера

§ 4. Продление, изменение и прекращение применения принудительных мер медицинского характера

§ 5. Принудительные меры медицинского характера, соединенные с исполнением наказания

Глава XI. Уголовное право зарубежных государств

§ 1. Понятие и цели наказания

§ 2. Система наказаний

§ 3. Отдельные виды наказаний

§ 4. Освобождение от наказания

§ 5. Досрочное освобождение от отбывания наказания

§ 6. Основные направления и школы в уголовном праве

Примечания