Сигарев Василий Владимирович

Агасфер

Василий Сигарев

Агасфер

Драма в двух действиях

Действующие лица

АНДРЕЙ — 22 лет

ЗИНА ЦВЕТКОВА, его мать — 50 лет

БАТЯ, его отец — 55 лет

СВЕТКА, сестра Андрея — 30 лет

ГЕНА, её муж — 33 лет

ЭДИК, дядька Гены — 35 лет

ЛЁНЬКА, сын Светки — почти 7 лет

ДВА МИЛИЦИОНЕРА

Я встретил человека на улице с неприкаянным лицом. Он шел всё время прямо, никуда не сворачивая, словно двигался к определенной цели. Я догнал его и спросил:

— Кто ты? — спросил я.

— Я Агасфер, — ответил он, — Вечный жид…

— А куда ты идёшь, Агасфер?

— Я не знаю. Мне никто не сказал.

— Зачем же тогда ты идёшь куда-то?

— Такова моя судьба. Господь осудил меня скитаться по свету до конца Мира, — ответил он. И скупая, но самая горькая слеза во вселенной зародилась в его правом глазу. И покатилась вниз, бороздя пыльное лицо, оставляя грязный след на щеке. И упала. И исчезла в земле.

А Агасфер остался. Уже без слезы.

Один…

И я подумал тогда, что, должно быть, он единственный, кто желает, чтобы солнце погасло.

Или не один он такой?..

Действие первое

Квартира Цветковых. Двухкомнатная. Маленькая. Проходная. Кухня три на два с половиной. На кухне холодильник «Полюс», обклеенный переводными картинками, двухконфорочная плита, загруженная кастрюлями с въевшейся гарью, и стиральная машина размером с бочку. Здесь же навесной шкаф для посуды, над которым ничем не занавешенное окно в ванную. Впрочем, и в туалет тоже, так как санузел совмещенный. В большой комнате какие-то непонятной конструкции: шифоньеры разных цветов со съехавшими антресолями, прожженный диван, непарные кресла с расшатанными подлокотниками, серая тюль на окне, еще один холодильник и стоящий особняком на новенькой черной подставке новенький черный телевизор «КЕС».

Дверь во вторую комнату прикрыта.

Андрей и Батя сидят на диване. Андрей в белой рубахе, которая ему велика. В руке у Бати запакованный в целлофан пульт от телевизора, который он держит как самую великую ценность в мире.

Светка стоит возле шифоньера. Красится перед зеркалом на дверце. Она в халате.

БАТЯ. Во телик, да?! Всем теликам телик…

СВЕТКА. Заманал ты его уже со своим телевизором. Да, Дюха?

БАТЯ. Отвянь. Вякало. Чё ж ты старый-то не смотришь, а к нам всё бегаешь?

СВЕТКА. У нас кабеля в комнате нет…

БАТЯ. Хер на-ны! Не потому. А вот почему. (Нажал кнопку на пульте, телевизор включился. Запел Киркоров.) А!!! Как, Дрюня? Цвета, да?! А контрастность?! Фирма! Япония, поди. (Выключил.) Пускай покурит.

СВЕТКА. Пусть поёт.

БАТЯ. Кого?

СВЕТКА. Оставь Киркорова.

БАТЯ. Ни кого… Отдыхает пускай.

СВЕТКА. Чё он устал, что ли?

БАТЯ. Устал.

СВЕТКА. Ни чё он не устал. Чё ты его купил-то? Богу на него молиться?

БАТЯ. Всё. Не твоё дело. Иди свой и смотри.

СВЕТКА. Обломщик, блин.

БАТЯ. Не твоё дело.

СВЕТКА. Вот, Дюха, прикинь так вот всегда. Только чё-нибудь начнётся, он его вырубает. Или кино на самом интересном месте.

БАТЯ. Не твоё дело. Кинескоп садится. Всё. Свободна. А то Куркова её подавай…

СВЕТКА. Даун ты, папик.

БАТЯ. Не твоё дело…

Светка смеётся.

С кухни приходят Гена и Зина. Несут стол.

Гена в трико с дыркой на промежности и мокрой от пота майке. На голове у него плешня. Лоб в испарине.

Зина в мужском пиджаке.

АНДРЕЙ (встаёт). Ма, помочь?

БАТЯ. Сиди. (Встаёт, отбирает у Зины край стола. Устанавливают стол возле дивана.) Харе! Харе! Телевизор мне не разгокай!

СВЕТКА. Мамик, там Киркоров поёт. Скажи ему, чтоб включил.

ЗИНА. Скажи.

СВЕТКА. Чё трудно?

ЗИНА. Трудно. (Уходит на кухню).

Батя уходит в ванную. Уносит с собой пульт.

СВЕТКА (злобно). Жабо в трусах. (Гене, который сел в кресло.) Чё расселся-то, мерин?

ГЕНА. А чё?

СВЕТКА. В ноздрю. Иди ей помогай.

ГЕНА. Жарится еще.

СВЕТКА. Помойся тогда иди. Прёт как от козла.

ГЕНА. Успеется.

СВЕТКА. Да делай, чё хочешь… (Поворачивается к зеркалу, пудрится.)

ГЕНА (хлопнул ладонями по коленям, смотрит на Андрея). Ну чё?

АНДРЕЙ. Чё?

ГЕНА. Рассказывай.

АНДРЕЙ. Про чё?

ГЕНА. Как сидел… Про всё, короче.

СВЕТКА. Чё ты к нему прикопался? Мусор, что ли?

ГЕНА. Чё я? Просто я. Интересно…

СВЕТКА. Дуй на кухню.

ГЕНА. Жарится еще.

СВЕТКА. Порежь чё-нибудь. Давай, Котовский.

ГЕНА (встал). Я тебе говорил — не называй меня так.

СВЕТКА. Ну дак ты же Котовский у нас.

ГЕНА. Не Котовский я.

СВЕТКА. А лысый тогда почему?

ГЕНА. Я не лысый.

СВЕТКА. А какой ты? Кучерявый?

ГЕНА (пытается закрыть остатками волос плешь). Средний…

СВЕТКА. Среднелысый или среднекучерявый?

ГЕНА. Средневолосатый.

СВЕТКА. Аааа. Ну так давай, средневолосатый, дёргай на кухню. Заманал.

Гена уходит.

Ну чё, Дюха, как тебе мой кроко? Замазка, блин, оконная. Кукарача я вся смеюсь и плачу. Прорабом еще как-то работает. Трусы по две недели не меняет. Я его щас, слава богу, на раскладушке ложу. А сама с Ленькой сплю. А то вонина несусветная. Ты Леньку-то не видел еще, да? Завтра увидишь. Мы его к бабке отвели. К свекрухе. А то ж пьянка будет. Не фиг мешаться.

Входит Гена. Ставит на стол тарелку с хлебом и трехлитровую банку с морсом.

ГЕНА. Запивон.

СВЕТКА. Без сопливых…

Гена уходит.

АНДРЕЙ. А у вас уже деньги другие какие-то, да?

СВЕТКА. Чё? А. Ну.

АНДРЕЙ. Ну, я видел…

СВЕТКА (закончила краситься, повернулась). Ну как? Шик, блеск, красота?

АНДРЕЙ. Да.

СВЕТКА. Ну дак. Я еще девочка хоть куда. Хоть по вызову работай. У меня, прикидонь, одна подруженция там пашет — четыреста за ночь. Можно жить, да? Вся уже оделась вся. Косметика только Франция чисто. Комбинации всякие, грации, труселя — всё дешевле двухсот не берёт. Можно жить, да? А у меня, блин, китай-сарай всё. Гульнуть даже не в чем. А ей-то тоже уже тридцатка вся есть уже. Да я и не корявее. Так что считай.

Шумит в туалете сливной бачок.

Появляется Батя. Застёгивает одной рукой ширинку. В другой — пульт.

БАТЯ. Селёдка ваша, ити её мать!

СВЕТКА. Чё?

БАТЯ. Протащило чё…

СВЕТКА. Это у тебя лямблии.

БАТЯ. Херамблии. Говорил же — порченая она. Нет и всё. Где там маманя-то? Садится пора. (Идёт на кухню.)

СВЕТКА. И вот, прикидонь, по четыреста за ночь, да. В месяц, если без выходных… А на коё они нужны — не мешки же таскать, правильно? Так вот в месяц это у нас, знаешь, скоко получается?

Андрей жмёт плечами.

Двенадцать косарей! Круто, да? Это если даже по два косаря на хавку и так там в месяц, десятина-то остаётся. Это за год квартиру можно даром купить, правильно?

АНДРЕЙ. Наверно…

СВЕТКА. Не наверно, а точно. Так что считай…

Возвращается Батя. В одной руке у него три бутылки «греческого коньяка» по ноль-семь, в другой — три тарелки с закуской. Пульт перекочевал в карман рубахи.

БАТЯ (улыбается). Коньячок наш. Семидесятиградусный. Специально нагнали. На орешках кедровых стоял. (Ставит всё на стол, достаёт пульт, жмёт кнопку. На экране программа «Время».) «Время» уже. Давайте садится. (Выключает телевизор.)

СВЕТКА. Оставь. Пускай идёт, чё ты?

БАТЯ. Чё тебе?

СВЕТКА. Пускай идёт. Чё выключил-то?

БАТЯ. Не твоё дело. Свой купишь и гоняй.

СВЕТКА. Ой, заманал уже со своим телевизором. У тебя уже маразм, папик. (Идёт на кухню.)

БАТЯ. Не твоё дело. (Садится рядом с Андреем, демонстрирует пульт.) Не разбираешься в японском, случайно? А то тут, смотри, сколько кнопок еще всяких неизвестных. Боюсь нажимать даже — вдруг чё. Не разбираешь, значит?

АНДРЕЙ. Нет.

БАТЯ. Ладно. (Убрал пульт в карман, мечтательно.) Видак еще себе куплю скоро. Кассеты уже есть. Две целых. У наркоманов взял. Мамане только не говори. Я их прячу от неё. Там порнография вроде. Бабы на коробке голые.

Возвращается Светка со сковородой жареной картошки.

За ней появляется Гена. У него тарелка с селёдкой.

БАТЯ. Куда ты её прешь?

СВЕТКА. Чё еще?

БАТЯ. Да я ему вон. Селёдку припёр.

ГЕНА. А чё?

БАТЯ. Тухлая она.

СВЕТКА. Я ему сказала. Мы в наш холодильник уберём, раз тебе тухлая.

БАТЯ. В ваш, в наш. Моду взяли. Картошечку-то не сажали, а жрёте. (Андрею.) А повкуснее, чё купят, и себе суют. Хер угостят.

СВЕТКА. Кончай, а? Началось. Дай. (Забрала у Гены селедку, засовывает в холодильник.)

БАТЯ (заглядывает в холодильник). Вон, смотри. Яблочки у них там. Колбаска.

СВЕТКА. Кончай, а? Заманал. Это я Леньке купила. Витамины.

БАТЯ. Ври, ври. Когда это в колбасе витамины-то появились. Я чё-то не слыхал про такую. (Смеётся.)

СВЕТКА. Да чё тут колбасы-то! Жопа одна осталась. (Достала маленький кусок колбасы.) Смотри!

БАТЯ. Дак сожрали втихушку, ясно…

СВЕТКА. А ты так со своим телевизором! Молится на него, блин! Даун! (Подошла к телевизору, крестится.) Аминь. Аминь…

БАТЯ (привстал). А ну отойди!

СВЕТКА. Вот. Вот. Шиза-то где…

БАТЯ. Отойди.

СВЕТКА. Отошла. (Дала Гене колбасу.) На. Порежь на стол.

Гена взял колбасу, ушел.

БАТЯ. Чё совесть, да?

СВЕТКА. Транда.

БАТЯ. Во детишки! И смех и грех. Живьём в могилу загоняют.

СВЕТКА. Да тебя загонишь! Держи карман шире. Ты еще нас всех переживёшь.

АНДРЕЙ. Да ладно вам…

БАТЯ. Ладно, хорош. Дрюня уже нервничает.

СВЕТКА. А чё мне Дрюня твой. Не фиг меня позорить… Ладно. (Села.)

Пауза.

БАТЯ. Где там маманя-то у нас? Щас, сказала, и нету чё-то.

Входит Зина с рюмками и стаканами.

За ней Гена. У него крошечное блюдце с колбасой.

ЗИНА. Чё тебе маманя потребовалась?

БАТЯ. Чё долго-то? Садится пора.

ЗИНА. Сядем, никуда не денемся.

ГЕНА (кивает на Андрея). У них присаживаются…

СВЕТКА. Чё ты нему прикопался, Котовский? Сядь и прищеми.

ГЕНА. Дак я так. В шутку…

СВЕТКА. Сядь и прищеми, сказала.

Гена садится.

БАТЯ. Начнём, что ли? (Схватил бутылку, отвинчивает пробку.)

СВЕТКА. Эдик еще должен подойти…

БАТЯ. Штрафную выпьет твой Эдик. (Наливает.)

СВЕТКА. Чё он мой-то? Генкин. (Андрею.) Дядька Генкин. Фирмач. Приколист такой — умрешь. (Гене.) Насколько он тебя старше?

ГЕНА. Года на два.

СВЕТКА. Вот на два. А у него уже «волжана» тридцать первая и квартира трехкомнатная. А у тебя где? Строитель херов. Прораб…

БАТЯ (встал, поднял рюмку). Всё. Тишина.

Все затихли. Смотрят на Батю.

Так. Ну чё? Выпьем, что ли за Дрюню. Семь лет как ни как отрубил… А теперь вот вернулся… Вот. Я вон телевизор купил за это время…

СВЕТКА. И сюда вставил…

БАТЯ. Не твоё дело… Так. Ну чё? Выпьем… (Пьёт, сидится.)

Все пьют. Кроме Андрея.

СВЕТКА. А ты чё, Дюха? Самый хитрый, что ли?

АНДРЕЙ. Завтра на учёт идти становится.

СВЕТКА. Какой учёт? Суббота завтра. Пей давай.

ГЕНА. Он разучился, поди.

СВЕТКА. А тебя не спрашивали, Котовский. Пей, Дюха.

АНДРЕЙ. Я не всю. (Пьёт.)

ЗИНА. Жрите картошку-то. Остывает.

Накладывают картошку в тарелки. Едят.

БАТЯ. Как, Дрюня, тебе рубашечка?

АНДРЕЙ. Нравится.

БАТЯ. Это от нас с маманей тебе. Носи. Дорогая. От Светки подарков можешь не ждать — удавится прежде.

СВЕТКА. Так и знала! Начнется щас. Не беспокойся — мы ему тоже кое-чё приготовили. (Гене.) Тащи.

Гена уходит в другую комнату. Возвращается с пачкой сигарет.

БАТЯ. Чё такое-то?

СВЕТКА (взяла у Гены пачку). Наливай.

БАТЯ (наливает). Чё такое-то?

СВЕТКА. Сигареты. «Петр Первый». Фирменные.

ЗИНА. Да…

СВЕТКА. Транда.

БАТЯ. Во у тебя сеструха, Дрюня!

СВЕТКА. Чё сеструха?! Где у меня деньги? Мне, блин, Леньку еще в школу отправлять. Там одних тетрадей рублей на сто надо. Карандашей всяких еще. Ручек. Портфелей. А где у меня деньги? (Кивает на Гену.) Этот, что ли носит? Разбежались! Его там дурят на работе, как липку, а он и радуется! Замазка, блин, оконная! (Гене.) Чё ты глазёнками-то хлопаешь, вонючка? Всё люди как люди, а ты как хер на блюде. Говорю ему, сопри хоть чё-нибудь, что ли для приличия. А он ссыт всё. Ну и посадят тебя если, чё умрешь, что ли? Дюха вон отсидел и живой, как видишь. И ты не умрёшь. Ссыкун, блин.

ГЕНА. Чё у нас спереть там?

СВЕТКА. Да как будто нечего!

ГЕНА. Нечего. Всё уже сперли.

СВЕТКА. А ты как всегда не успел?

ГЕНА. Там без меня есть кому…

ЗИНА. Раковину нам надо на кухню.

СВЕТКА. Чё ты со своей раковиной-то всё прикопалась? Надо — купи. А я свою посуду и в ванной не плохо мою. Мне, блин, надо, что бы он машинами вывозил, а не раковину. Чё мне от этой раковины — не холодно, не жарко. Ладно. Всё. Заманали. Пьём. На, Дюха, сигареты. (Отдала Андрею пачку, выпила.)

Андрей распечатывает пачку.

ЗИНА. Курить на кухне.

Андрей убрал пачку в карман.

Едят.

СВЕТКА. Папик, включи хоть телевизор, что ли. Скукатища.

БАТЯ. Обойдешься.

СВЕТКА. Мамик, скажи ему.

ЗИНА. Возьми да скажи.

СВЕТКА. Ой, блин, куда я попала. Дюха, наливай. Нажруся как Маруся.

ЗИНА. Нажрись, нажрись.

СВЕТКА. Дюха, наливай.

БАТЯ. Коней на переправе не меняют. (Наливает.)

Пьют. Едят. Некоторые уже захмелели.

АНДРЕЙ. А я приехал когда. На вокзале когда. Вообще город не узнал. Стою такой и не знаю, в какую сторону идти. Вообще заблудился, думал. Испугался такой. Потом спросил — мне сказали. Еду на трамвае и Щорса увидел. Ну, который бутылки собирает. А он точно такой же, не изменился. По вагону ходит и под сиденья заглядывает. И я сразу, главно, всё вспомнил…

БАТЯ. А я вон телевизор купил. Япония, как пить дать.

СВЕТКА. Папик, заманал.

БАТЯ. Не твоё дело. Завидуешь вот и злишься. Тебе такой за всю жизнь не купить потому что…

СВЕТКА. Куплю, не переживай. И по круче. Дюха вон знает, где я скоро работать буду. Да, Дюха? И мамик знает. Да, мамик?

ЗИНА. Да кому ты там нужна. Два года уже собираешься, никак не соберешься.

СВЕТКА. Соберусь. А через годик свалю из вашего гадюжника. Мы с Дюхой всё уже посчитали. Да, Дюха?

ГЕНА. Чё в магазин пойдешь, что ли? Берут?

СВЕТКА. Ага. В магазин. Берут. А ты-то губу не раскатывай. Ты тут останешься. С папиком и с мамиком.

БАТЯ. На хера он мне тут нужен. Не нужен он мне. С собой забирай.

ЗИНА. Да чё ты её слушаешь? Языком она только умеет. Давно бы уже пошла. И давно бы уже квартиру купила.

СВЕТКА. А там, мамик, между прочим, и языком надо уметь работать. Вот так вот. (Взяла бутылку, облизывает горлышко.)

ГЕНА. Чё в ресторан, что ли берут?

СВЕТКА. В ресторан, в ресторан. Папик, наливай.

Батя наливает. Пьют.

Пауза.

ГЕНА. Пошли, Андрей, курнём, что ли?

СВЕТКА. Чё ты к нему прикопался?

ГЕНА. А чё я? Покурить…

СВЕТКА. Ладно. Валите.

БАТЯ. Я тоже сбегаю. Селедка ваша всё… (Уходит в туалет.)

Гена и Андрей идут на кухню.

НА КУХНЕ:

ГЕНА (взял с подоконника пачка папирос, смотрит на неё). Давай твоих, что ли покурим…

Андрей дал ему сигарету. Закурили.

ГЕНА (покачивается, положил руку Андрею на плечо). Ну чё?

АНДРЕЙ. Чё?

ГЕНА (подбоченился). Рассказывай.

АНДРЕЙ. Чё рассказывать?

ГЕНА. А чё ты грубишь? Крутой, да?

АНДРЕЙ. Нет.

ГЕНА. Ну дак, рассказывай тогда. Сидел за чё? Шапки снимал, да?

АНДРЕЙ. Нет.

ГЕНА. Чё ты врешь-то? Ты у меня шапку снял?

АНДРЕЙ. Когда?

ГЕНА. Тогда. Не помнишь, что ли? Я пьяный еще шел. В прошлый новый год. Забыл, да? А я тебя помню, козёл. Салага херов.

АНДРЕЙ. Я в тюрьме тогда был.

ГЕНА. Не надо мне! Я твою рожу хорошо запомнил. Где шапка?

АНДРЕЙ. Это не я был.

ГЕНА. Ты! Где шапка?! Я тебе щас глаз чибисом выжгу. Понял? (Подносит сигарету к лицу Андрея.) Говори! (Пауза.) Аааа! Шутка. Поверил, да?

АНДРЕЙ. Я на зоне тогда был.

ГЕНА. Да шутка, шутка. Поверил, да? Давай брататься. (Обнимает Андрея, ржёт.)

В КОМНАТЕ:

СВЕТКА. Где он жить-то будет?

ЗИНА. У вас где.

СВЕТКА. Ни фига ты даешь! У меня комнатёшка с гулькин хер и трое человек. А вы тут вдвоём жируете. Пускай, он на кухне спит.

ЗИНА. А чё ты не спишь там?

СВЕТКА. Да у меня ребенок! Он без меня не засыпает. Заманали, блин, все уже.

ЗИНА. Крокодила своего выгони.

СВЕТКА. Да? А кто меня кормить будет. Ты, что ли?

ЗИНА. Сама иди работай. А то сидишь всё…

СВЕТКА. Да? Санитаркой за триста рэ? Говна таскать? Сама туда иди.

ЗИНА. Кто тебе виноват? Нечего было училище бросать.

СВЕТКА. Какое училище? Токарессой всю жизнь быть — руки как подошва на кирзовых сапогах. Я не для этого родилась.

ЗИНА. А для чего?

СВЕТКА. Для того… для красивой жизни.

ЗИНА. Да ты чё?

СВЕТКА. Да я ни чё. Чушки, блин, заманали все. (Налила полный стакан, выпила, подавилась, кашляет.) Где Эдик-то? Котовский! Котовский, твою мать! (Ест колбасу, закидывая в рот по несколько кусков.)

НА КУХНЕ:

ГЕНА (висит на Андрее). Ты мне теперь братан на всю жизнь. Мы с тобой теперь всё наше СМУ обкрадём. Жить будем на Канарах на фиг. А эту всю кодлу — к едрене фене. А мы на Канарах. Девочки. Водяра. Музыка. Мороженки. Фисташки жрать будем рекой. Чё еще? О чем ты вот мечтаешь?

АНДРЕЙ. Я на санках хочу с горки покататься.

ГЕНА. На чём?

АНДРЕЙ. На санках. С горки.

ГЕНА. Пошли. Снег еще не сошёл. Я щас тебе такую горку найду. Пошли.

АНДРЕЙ. Пошли.

В КОМНАТЕ:

СВЕТКА. Котовский, твою мать! Сюда! Быстро!

НА КУХНЕ:

ГЕНА. Это меня. Котовский — это я. Плешивый потому что. Вон. (Задрал волосы.) Как жопа, да? Я ж этот… Как его? Подводник. На атомной служил. Облучение получил. Дозу. Всё. Лысею теперь. И тут кранты полные. (Похлопал себя по гениталиям.) Ни один домкрат не поднимет. Мы ж со Светкой только так, для виду живём. И сын у неё не от меня. А мне чё делать? Хоть живёт и то ладно. Правильно? Я ж до неё с тремя пробовал. Одной даже пятьдесят с гаком было. Говорит, у меня уж того скоро. Климакс. Чё я с тобой буду время терять. Выгнала. А Светка, сеструха твоя, молодец — терпит. Памятник ей надо за это. Я ж даже того… И не пробовал с бабой-то. По настоящему. Так лежал голые, щупал маленько, а этого не было. До армии думал, успею. И успел вот. Сперва знаешь, как хотел. Уууу! На стенки лез. (Смеётся.) Вешался три раза. Как вешался. Засуну голову в петлю, а с табуретки сойти боюсь. Мысли сразу — вдруг завтра лекарство придумают. До сих пор вот придумывают. Но это поначалу. А щас даже и не хочу вроде. Житуха бы была нормальная и ладно. Правильно? Как хоть оно это? Стоит?

Андрей жмёт плечами.

ГЕНА. Чё не успел еще, что ли?

Андрей машет головой.

В КОМНАТЕ:

СВЕТКА. Котовский! Котовский, чукча!

НА КУХНЕ:

ГЕНА. Пойду я, а то орать будет… (Идёт в комнату.)

Шумит слив в туалете.

Выходит Батя. Идёт на кухню.

В КОМНАТЕ:

СВЕТКА. Ты чё, тварь? Где ты бродишь?

ГЕНА. Курил…

СВЕТКА. Папирос, который прирос, что ли? Тебе только это и остаётся. Где Эдик твой?

ГЕНА. Не знаю. Дела, может.

СВЕТКА. А чё ты знаешь, тюлень драный? Плещи нам с мамиком.

Гена наливает. Пьют.

НА КУХНЕ:

БАТЯ. Ну как тебе, Дрюня, мой телик? Фирма, да? Япония, думаешь?

АНДРЕЙ. Наверно.

БАТЯ. В крайнем случае, Корея эта… Северная. Но цвета вроде больше на японские похожи. И контрастность.

АНДРЕЙ. Батя, может, завтра на рыбалку сходим. Помнишь, как раньше?

БАТЯ. Да ну её в баню. Завтра кина путёвые целый день. Дай мне лучше твою сигаретку. Попробовать хоть. (Берёт сигарету, закуривает.)

В КОМНАТЕ:

СВЕТКА. Котовский, телевизор включи. Заманалась я уже в скукатище этой. Эдик еще не идёт, блин. Включи, Котовский, телевизор.

ГЕНА. Щас. (Тянется к телевизору.)

ЗИНА. Куда ты?!

СВЕТКА. Котовский, включай!

ЗИНА. Не смей!

СВЕТКА. Котовский, врубай — из дома выгоню!

Гена включает телевизор.

Играет музыка.

Светка встаёт. Танцует.

НА КУХНЕ:

БАТЯ. Вот суки! Я вам щас! (Бежит в комнату.)

В КОМНАТЕ:

БАТЯ. Кто?!

СВЕТКА (ржёт). Котовский кто.

БАТЯ. Убью гниду! (Достаёт из кармана пульт, выключает телевизор.)

Гена забивается в угол дивана.

Зина и Светка ржут.

БАТЯ (идёт к телевизору, осматривает его). Уляпал весь, педераст! Пришибу!

В дверь звонят.

СВЕТКА. Эдик! Всё! Сели все! (Бежит открывать.)

Пауза.

Входит Эдик. Весь чистенький, гладенький, благоухающий. В лаковых туфлях. В руке у него блестящий подарочный свёрток, перевязанный ленточкой.

ЭДИК (улыбается). Батя, привет. Зина — продавец из магазина, тоже привет. Подводникам, вообще пламенный привет. (Осмотрел комнату.) А джигит где?

СВЕТКА (суетится). Дюха! Иди сюда, Дюха!

Андрей заходит в комнату.

ЭДИК. Здорово, джигит.

АНДРЕЙ. Здрасьте.

ЭДИК (жмёт Андрею руку.) Ну чё? Как оно? Освоился?

АНДРЕЙ. Да так.

ЭДИК. Держи презент. (Вручил Андрею свёрток.) Разворачивай.

Андрей развернул свёрток. Испугался. Выронил.

Эдик ржёт.

БАТЯ (выглядывает из-за стола). Чё там?

СВЕТКА. Чё? Чё? (Нагнулась, подняла то, что выронил Андрей.) Ой! Мамочка! (Бросила свёрток.)

БАТЯ. Да чё там такое-то?

ЭДИК (ржёт). Дерьмо игрушечное.

ЗИНА. Не настоящее хоть? (Подняла дерьмо, разглядывает.) Точно. Говно. Где взял-то?

ЭДИК. Где взял, там больше нет.

БАТЯ. Дай посмотрю. (Забрал дерьмо у Зины.) Ну. Правда, ведь. Придумают же. Ну. Японское, наверно.

ЭДИК. Наше. Японское тоньше.

СВЕТКА (смеётся). Эдик, садись. Папик, дай позырю.

БАТЯ. Успеется.

СВЕТКА. Дай чё. Не тебе же подарили. (Вырвала дерьмо у Бати, изучает.) Точно ведь котях. Похож, да? Ну, Эдик! Ну, хохмач! Батя налей ему штрафную.

Батя наливает. Эдик пьёт.

СВЕТКА (показывает Гене дерьмо). Котовский, это ты. Узнал? (Смеётся.)

ЗИНА. Нам-то, папаня, налей тоже.

Батя наливает. Всё пьют.

БАТЯ. Дай, посмотрю еще.

СВЕТКА. Обломайся. Ты свой телик не даёшь смотреть…

БАТЯ. Сравнила хер с ручкой.

СВЕТКА. Всё. Свободен.

БАТЯ. Придёт война — попросишь хлеба…

СВЕТКА. Не попрошу, не ссы. Свободен. (Тычет дерьмом Гене в лицо.) Котовский, моя радость, это ты. Такой же мягкий…

Смех.

ЭДИК. Анекдот по случаю хотите?

СВЕТКА. Давай.

ЗИНА. По какому случаю?

ЭДИК. Вообще.

СВЕТКА. Эдик, давай. Чё ты её слушаешь?

ЭДИК. Слухайте, короче. Мужик такой приходит к врачу. Говорит: «Доктор, чё делать, у меня стоит всё время и не падает». Доктор такой: «Ноу проблем, мужик. Вот тебе таблетки, выпьешь и всё, короче». На следующий день, короче, мужик прибегает. Доктор такой: «Ну чё, типа, упал?» Мужик: «Упал. В унитаз упал».

Светка смеётся.

ЗИНА. Ну и у кого это тут упал?

ЭДИК. Да я вообще сказал же, просто…

ЗИНА. Сложно ты.

СВЕТКА. Мамик, чё ты к нему прикопалась? Не к кому, что ли больше? Папик, налей ей.

Батя наливает. Пьют. Закусывают.

Эдик достаёт сигарету.

ЗИНА. У нас на кухне вообще-то курят…

СВЕТКА (положила дерьмо на стол). Мамик, да чё ты, ей богу? Эдик у нас и так редко бывает. Кури, Эдик.

ЗИНА. А чё ты тут распоряжаешься-то? Пожалуйста, идите в свою комнату и курите, сколько влезет.

СВЕТКА. И пойдём, а чё ты думаешь.

ЗИНА. И идите.

ЭДИК. Да ладно вам. На кухню пойдём. Вот проблем-то. (Встал, идёт на кухню.)

Светка взяла бутылку, два стакана. Пошла следом.

БАТЯ. Ну, селёдка, ити её мать… (Побежал в туалет, придерживая в кармане пульт.)

Пауза.

Гена налил себе. Выпил. Взял со стола дерьмо. Рассматривает. Лыбится пьяной улыбкой. Кусает дерьмо. Разговаривает с ним. Смеётся.

ЗИНА. Андрюш, налей мне.

Андрей наливает.

Да полный лей. Чё жалеть-то.

Андрей налил полный стакан.

Зина выпила. Молчит.

ГЕНА. Я дерьмо, а ты кто? А я говно.

ЗИНА. Да заглохни ты! Нажрался уже, крокодил Гена.

Гена переходит на шёпот

Вот так вот, Андрюш, и живём. Ты мне слово — я те два. Ты мне два — я те десять. Постарела я, да?

АНДРЕЙ. Немного.

ЗИНА. Много! А ты чё-как? Женился б ты, а? Нашел бы какую-нибудь. С квартирой что б, а? Пусть не красавица. Ну и чё. Гулял бы вон зато, как Светка, направо-налево. Не жизнь, а малина. А тут-то чё у нас? Комуналка самая настоящая. Гадюжник, как Светка сказала. Самый настоящий. Родила эта дура еще от какого-то. Потом этого крокодила еще где-то нашла, притащила. А так бы жил бы и горя не знал, а?..

АНДРЕЙ. Я подумаю.

ЗИНА. Подумай, Андрюш, подумай. А то я тут тебе уже подыскала одну по объявлению. Тридцать семь ей. Зато квартира трёхкомнатная. Там с ней, правда, еще бабка живёт. Но бабка уж помрёт скоро, поди. Я уж и списалась с ней. И карточку твою посылала. Согласная, вроде. Встретиться хочет. Гараж у неё еще есть с «запорожцем».

АНДРЕЙ. Я подумаю.

ЗИНА. Подумай, Андрюш, подумай. Ну, налей, что ли, выпьем с тобой.

Андрей наливает. Пьют.

НА КУХНЕ:

Эдик сидит на подоконнике. Курит. Светка стоит напротив него с рюмкой в руке.

СВЕТКА. Эдик, забери меня на фиг отсюда. Не могу уже никого видеть. Опостылело всё. Этот еще прибыл. А, Эдик? Леньку я матери оставлю. Пускай ростит. А мы с тобой, Эдик. Красивая жизнь. Кабаки. Шампанское. А, Эдик?

ЭДИК (улыбается). Я подумаю.

СВЕТКА. Где ты еще такую найдешь, Эдик? Нигде. А я, блин, перед тобой половиком стелиться буду. Всё, что хочешь, буду делать. Ни в одной порнухе такого не увидишь…

ЭДИК. Всё-всё?

СВЕТКА. Всё-всё! Хочешь, прям щас начну?! (Расстёгивает ему ширинку.)

ЭДИК (убрал от себя её руки). Да щас-то не надо. Успеем еще. Значит, всё-всё, говоришь?

СВЕТКА. Всё-всё!

ЭДИК. Ну, а если я корешков, допустим, приведу. Групповушка, типа.

СВЕТКА. Веди! Сколько хочешь, веди! Все пускай, че хотят, то и делают!

ЭДИК. Ну, тогда я серьезно подумаю.

СВЕТКА. Миленький! Люблю тебя! Хочу! (Лезет к нему целоваться.)

ЭДИК (отстраняет её, суёт палец ей в рот). Палец соси, курва!

Светка сосёт ему палец, закрыв глаза. Стонет.

В КОМНАТЕ:

АНДРЕЙ. Я покурю пойду. Можно?

ЗИНА (пьяным голосом). А чё ты спрашиваешь? Иди.

Андрей идёт на кухню.

Ну чё, импотент? Вкусная говнёшка?

Гена мычит.

НА КУХНЕ:

Входит Андрей.

ЭДИК (забирает палец). О, джигит! Держи пять, джигит. (Протягивает Андрею руку.)

Андрей даёт ему ладонь.

Эдик хватает его за палец. Выкручивает.

АНДРЕЙ. Больно…

ЭДИК. Даааа? А ты поплачь.

Светка ржёт.

АНДРЕЙ. Больно.

ЭДИК. Сидел где?

АНДРЕЙ. Отпусти, больно.

ЭДИК. Скажешь, отпущу.

АНДРЕЙ. По разным…

ЭДИК. И как сидел? Нормально. Или краснопёрым был?

АНДРЕЙ. Нормально.

ЭДИК. Не петушили, случайно?

Светка ржёт.

АНДРЕЙ. Нет. Отпусти.

ЭДИК. А чё ты такой дёрганый-то? Сидеть не понравилось?

АНДРЕЙ. Нет.

ЭДИК. А ты чё хотел? Нашкодил — отвечай. А моя б воля я б вас, поросят, вообще всех на хер расстрелял бы. Деньги еще на вас тратить. Вы ж твари все. Насекомые. У вас же своёй башки нет на плечах, вот вы чужое и прёте. Согласен, что вас расстреливать надо?

АНДРЕЙ. Расстреляй.

ЭДИК. Ишь ты какой смелый. Ничего не боишься, да?

АНДРЕЙ. Не боюсь.

ЭДИК. Ну так щелкни мне, если не боишься. (Выставил лицо.) Давай…

Пауза.

Ладно. Живи. (Отпустил палец Андрея.) Чё припёрся-то?

АНДРЕЙ. Курить.

ЭДИК. Кури.

Андрей закуривает.

СВЕТКА. Дюха, дай мне твоих. (Берёт сигарету, прикуривает.)

В КОМНАТЕ:

ЗИНА. Иди, Гена-крокодил, там твой Светик-семицветик с этим ухарем трахается.

ГЕНА (держит перед лицом дерьмо, поёт). А нам всё равно — что мёд, что говно…

ЗИНА. Хоть посмотри иди, раз не могёшь.

ГЕНА. А нам всё равно — что мёд, что говно…

ЗИНА. Чё? Не пойдёшь?

ГЕНА. А нам всё равно…

Шумит вода в туалете.

Появляется Батя. Раскачивается во все стороны. Садится за стол. Наливает. Пьет. Достаёт пульт.

БАТЯ. Светка, иди, телевизор тебе включу.

НА КУХНЕ:

СВЕТКА. Засунь его себе…

В КОМНАТЕ:

БАТЯ. Не хотишь, как хотишь. (Налил, выпил, смотрит на Зину, которая уснула.) Чё расселась, бабка? Иди полы мой… А? Хер на-ны тебе?.. Ууу! Ругаешься, да? Молодеееец… Нажралааааась… Не стыдно?.. (Пауза. Смотрит на Гену.) Ты! Я тебя вот так… (Сжал кулак.) И всё. Сдохнешь, курва. (Подсел к Гене, взял его за волосы, тычет лицом в сковородку с картошкой.) Я вас вот так, чертей… Вот так… Жри! У меня телевизор… (Отпустил Гену. Тот забился в угол.) У меня телевизор… Кто сказал, что не японский?! (Налил, суёт Гене.) Пей, морда!

Гена пьёт. Занюхивает дерьмом.

Батя тоже пьёт.

НА КУХНЕ:

ЭДИК. Пошли куснём. (Идёт в комнату.)

Светка за ним.

Андрей остаётся. Садится на корточки, закрывает глаза рукой.

В КОМНАТЕ:

ЭДИК (садится, ест). Батя уже готовый, да?

БАТЯ. Хер на-ны! Щас все телевизор смотреть будите. (Включает телевизор.)

На экране ничего нет. Все программы кончились.

ЭДИК. Выруби.

БАТЯ. Хер на-ны. Всем смотреть, морды!

ЭДИК. Выруби.

БАТЯ. На-ны!

Эдик хватает пульт. Тянет. Батя не даёт. Эдик бьёт ему в лоб кулаком. Батя откидывается на диване, затихает. Эдик выключает телевизор. Бросает пульт в сковороду.

Светка ржёт. Садится Эдику на колени.

ЭДИК (засовывает руку Светке под халат, глядит на Гену). Вмажем, подводник?

Гена мычит. Прижимает к себе дерьмо.

ЭДИК (срыгивает). Чё влюбился в него, что ли?

ГЕНА. Моё…

ЭДИК. Твоё, твоё.

ГЕНА. Моё. (Прячет дерьмо под майку.)

Эдик и Светка смеются.

Просыпается Зина. Пьяными глазами глядит на Эдика.

ЗИНА. Ты кто?

ЭДИК. Конь в пальто.

ЗИНА (встаёт). А ты че, проститня, на него заперлась! У тебя муж вон! А ну слезь!

Светка ржёт.

Слезь, кому сказала! А ты пошёл! Нечего нам семью разрушать.

ЭДИК. Затухни, насекомое.

Светка заливается.

ЗИНА. Кто я?! (Взяла со стола вилку.) Порежу щас!

Эдик сталкивает с себя Светку, не вставая, пинает Зине в живот.

Зина садится на стул, бледнеет. Потом бежит в туалет.

Слышно, как её рвёт.

Эдик и Светка смеются. Светка кидает в Гену кусками хлеба.

С кухни прибегает Андрей, смотрит на них. Молчит.

ЭДИК. О, джигит!

АНДРЕЙ. Давайте-ка по домам. Лавочка закрывается.

ЭДИК. А в чем проблема?

АНДРЕЙ. Борзеть нечего.

ЭДИК. Кто борзеет? Светка, ты, что ли?

СВЕТКА. Чё я-то?

ЭДИК. Никто тут не борзеет, джигит. Держи пять. (Протягивает Андрею руку.)

Андрей не двигается.

Чё не хочешь? Ну и не проси больше. А ты чё тут вообще, джигит, делаешь? Тут и без тебя дышать нечем. Давай-ка, джигит, собирай манатки и фить. Ну чё стоишь? Не всосал, что ли? Помочь? (Встаёт, подходит к Андрею, берёт его за подбородок.) Уронили мишку на пол, оторвали мишке лапу. Всё равно его не брошу, потому что он хороший…

Светка ржёт.

Шумит сливной бочок.

Из туалета выходит Зина.

О, Зина — продавец из магазина.

ЗИНА (слегка протрезвевшая). Эдик, а ты тут как оказался?

ЭДИК. Ногами пришёл. Зинуля, где у товарища джигита вещи?

ЗИНА. А чё случилось-то?

ЭДИК. Пошёл он. Уходит.

ЗИНА. А чё случилось-то? Светка?

СВЕТКА. Бозлает много.

ЗИНА. Андрюш, чего ты ей богу? Не успел освободиться, а уже приключений ищешь…

ЭДИК. Зинуля, так где его вещи-то?

ЗИНА. Да пускай он сидит. Не будет он больше. Спать щас вон ляжет. Ложись спать, Андрюш. Вон иди в Светкину комнату.

ЭДИК. Никаких спать. Пора ему.

ЗИНА. Да, Эдик, перестань. Вот из-за пустяка начали. Мало ли чё бывает. Иди, Андрюш, спать…

ЭДИК (побагровел). Пошёл отсюда, я сказал, сучёнок! Сдриснул! (Толкнул Андрея ладонью в лицо.)

Андрей отскочил. Стоит.

Ты чё такой упёртый, чемодан?! Пошёл! Пошёл! (Пинает Андрея. Тот закрывается руками.)

ЗИНА. Эдик, перестань! Уходит он уже! (Побежала в прихожую, принесла одежду, ботинки.) Уходит он уже, Эдик! Перестань!

Эдик отошёл от Андрея.

СВЕТКА. Эдик, молодчик, блин!

ЗИНА. Одевайся, Андрюш. Погуляй иди. К друзьям сходи. Одевайся…

Андрей не двигается.

СВЕТКА. Чё стоишь, чушок?! Одевайся и пошёл отсюда! Прибыл, блядь! Жить я у вас буду! Отсоси большой и длинный сперва! Индюк в клеточку, твою мать! Пошёл отсюда, я сказала! Бичуй иди, на фиг! Зэк вонючий! Тварь опущенная! Пошёл!

Андрей одевается.

ЗИНА. Иди, Андрюш, иди…

СВЕТКА. Эдик, пошли в ванну, а? Хочу уже. Всё.

ЭДИК. Пошли.

СВЕТКА. Эй, Котовский, тормоз, мы пошли. Пойдешь зырить? (Смеётся.)

Гена закрыл глаза. Делает вид, что спит.

Смотри, Котовский. (Скинула халат.)

ЭДИК. Чё ты делаешь-то, образина?!

СВЕТКА. А чё?

ЭДИК. В очё! (Схватил её за руку, потащил в ванную.)

Закрыли дверь.

Андрей надел куртку. Стоит.

МОЛЧАНИЕ.

ЗИНА (села на стул). Сядь, Андрюш. Они щас не скоро выйдут.

Андрей садится.

Вот такие пироги, Андрюш. Не ожидал, да? Вот такие пироги. Не живём, а существуем. А я постарела, да?

Пауза.

АНДРЕЙ. Чё с вами, мама?

ЗИНА. Живём…

АНДРЕЙ. Как?

ЗИНА. Так.

АНДРЕЙ. Я думал, освобожусь, будем жить. А здесь… (Заплакал.)

МОЛЧАНИЕ.

Я на санках хочу покататься, мама. Где мои санки? Ты их не выкинула? Санки мои… В садик на которых меня возили. Где они, мама? Я на санках хочу. С горки. Быстро. Там снег еще есть. Где они? Санки, мама. С реечками. С синими и красными. Ты не выкинула их? Я щас пойду кататься, мама. Там снег. Белый. Санки, мама.

ЗИНА. Санки?

АНДРЕЙ. Санки. С реечками, мама…

ЗИНА. Санки? Здесь они. В кладовке.

АНДРЕЙ. Достань, мама. Я кататься… С горки… С ветерком… По снегу… Достань…

ЗИНА. Щас. (Встаёт, роется в кладовке, вытаскивает старые ржавые санки с красными и синими реечками.)

АНДРЕЙ. Они. Мои. Мои санки. (Обнимает их, прижимает к себе, плачет.) Они. С реечками. С горки. По снегу. С реечками. (Ставит санки на пол, садится на них, поджимает ноги, закрывает глаза.) Поехали! Поехали, мама! В садик! Поехали! Холодно! Ветер! Снег! (Дует на руки.) Поехали, мама! В садик, мама! Я варежки потерял опять! Не ругайся, мама! В садик! По снегу! Поехали! Поехали, мама!

Зина берется за верёвку, тянет. Санки скользят по полу.

Андрей смеётся детским заливистым смехом.

Зина плачет.

Поехали! Поехали, мама! По снегу! С ветерком! Быстро!

ЗИНА (везёт санки). Поехали…

АНДРЕЙ (смеётся). Вперёд! Там люк! Осторожно! Поехали!

ЗИНА (нерешительно смеётся). Поехали…

АНДРЕЙ. Вон Щорс, мама! Обгоняй его! Не уйдёшь! Обгоняй! Не уйдёшь!

ЗИНА. Не уйдёшь…

АНДРЕЙ (показывает язык). Я ему язык показал, мама! Можно?!

ЗИНА. Можно!

АНДРЕЙ. Мы тачанка, мама! Давай про тачанку!

ЗИНА. Давай!

Андрей поёт песню про тачанку.

Зина подпевает не в такт.

Смеются.

Ездят по комнате. Сбивают стулья.

Гена сползает с дивана. Вдоль стены крадётся на кухню.

Встаёт там на табурет, виснет на подвесном шкафу. Заглядывает в ванную.

Смотрит, открыв рот. Плачет. Кусает губы.

Вдруг шкаф обрывается и летит на пол.

Грохот. Звон бьющейся посуды.

Андрей перестаёт петь. Слазит с санок. Смотрит.

Зина тоже смотрит.

Гена лежит в углу кухни, обхватив голову руками. Пищит.

Из ванной выскакивает Эдик в трусах. Несется на кухню.

Появляется полуголая Светка.

ГЕНА. Они там… Мама… Я люблю её…

ЭДИК. Ты щас сдохнешь, сука! Понял?!

ГЕНА. Люблю её…

Эдик бросается на него. Пинает. Топчет. Бьёт кулаками по голове.

Гена хрипит.

Эдик достаёт у него из-под майки игрушечное дерьмо. Суёт его ему в рот.

ЭДИК. Жри, немощный! Жри! Жри, твою мать!

Андрей подбегает к Эдику. Хватает его за волосы, оттаскивает.

Борются. Перемещаются в комнату.

Светка кидается на Андрея. Рвёт ему волосы. Визжит.

Переворачивают стол. Телевизор.

Батя просыпается. Тоже бьет Андрея.

Андрей падает. Его пинают.

ЭДИК. Тебе сказали, сгинь, сука! (Рычит.)

СВЕТКА. Приехал, тварь, порядки наводить!

БАТЯ. ТЕЛЕВИЗОР ГДЕ?!

Зина тоже начинает пинать.

С кухни выходит Гена. Поднимает санки. Кидает их в Андрея.

Андрей кое-как вырывается. Бежит в прихожую.

Все за ним.

Хлопает дверь.

ТЕМНОТА

ЗАНАВЕС

КОНЕЦ ПЕРВОГО ДЕЙСТВИЯ

Действие второе

Там же. Девять часов утра.

Батя лежит на диване. Болеет. На тумбочке — телевизор с разбитым корпусом. Батя временами поглядывает на него. Стонет.

Зина чистит палас ручным пылесосом.

В ванной шумит вода — там моется Светка.

Гена сидит на кухне. Чистит картошку. Напротив него Лёнька в цветастой рубашке. У него в руке водяной пистолет, из которого он стреляет Гене в лицо. Гена зажмуривается, когда вода попадает ему в глаза, но ничего не говорит.

ЛЁНЬКА. Котовский, ты лох, да?

ГЕНА. Нет.

ЛЁНЬКА. А мамка говорит, что ты лох. (Стреляет в Гену.) Лох ты, да?

ГЕНА. Нет.

ЛЁНЬКА. А чё ты мне жопу не надерёшь, если не лох?

ГЕНА. Не умею.

ЛЁНЬКА. Значит, лох. (Подошёл к Гене, стрельнул в него в упор.) Не интересно с тобой, с лохом. (Пошёл в комнату.)

В КОМНАТЕ:

БАТЯ. Внук, сходи за пивом.

ЛЁНЬКА. Сам иди.

БАТЯ. Придет война — попросишь хлеба.

ЛЁНЬКА. А ты не дашь?

БАТЯ. Конечно, не дам.

ЛЁНЬКА. А я тебя убью и заберу. (Стреляет в Батю.)

БАТЯ. Ты чё, курва?! (Пытается подняться.) Сломаю щас твою брызгалку к едрене фене!

Лёнька отбегает. Специально встаёт Зине под руку.

ЗИНА. Уйди!

Лёнька не двигается.

Уйди, кому сказала!

ЛЁНЬКА. Я здесь прописан…

ЗИНА. Я тебе щас! (Пытается ударить Лёньку.)

Лёнька отпрыгивает.

Из ванной выходит Светка в халате и с полотенцем на голове.

ЛЁНЬКА. Ма, а бабка дерётся.

СВЕТКА (не глядя на него). Возьми стул и шмякни её. (Заходит на кухню.) Чё, Котовский, так долго-то? Руки, что ли не оттуда растут?

ГЕНА. Мелочь одна.

В это время Лёнька поднимает стул и кидает им в Зину.

Зина кричит.

Лёнька смеётся.

Светка бежит в комнату, хватает Лёньку. Лупит его ладонью по ягодицам.

Тот орёт, как резаный.

Светка вталкивает его в маленькую комнату, закрывает дверь.

ЗИНА (держится за спину). Родила выблядка! Перебьёт скоро нас всех!

СВЕТКА. Да ладно тебе, мамик.

ЗИНА. А ты тоже, змеюка, хороша! Стулом её!

СВЕТКА. Пошутила чё…

ЗИНА. Шуточки. Дошутишься…

СВЕТКА. Заглохни. Заманала. (Встаёт перед зеркалом, расчёсывается.)

БАТЯ. Сходи, Светка, за пивом.

СВЕТКА. Кого тебе?

БАТЯ. Пива.

СВЕТКА. Ссать будешь криво.

БАТЯ. Придет война — попросишь хлеба…

СВЕТКА. Отвянь. Заманал.

БАТЯ. А ты так…

Молчат.

Слышно, как в маленькой комнате воет Лёнька. Тихонько матерится. Посылает в адрес домочадцев грязные проклятья: «Я вас застрелю… Ножом глаза… Палец молотком… Бах. Бах. Будите знать. Лохи».

СВЕТКА. Заткнулся там, щегол. А то сама тебя застрелю.

Лёнька замолкает.

В дверь звонят.

СВЕТКА. Мамик, иди открой.

ЗИНА. Иди.

СВЕТКА. Котовский, иди открой!

Гена идёт в прихожую. Открывает.

ПЬЯНЫЙ ГОЛОС АНДРЕЯ. О, Котовский! Салют…

Андрей проходит в комнату. У него в руках огромные пакеты, лицо в царапинах. Стоит. Покачивается. Смотрит, то на Батю, то на Зину, то на Светку.

Пауза.

АНДРЕЙ. Я прибыл — встречайте… (Пауза.) Встречайте. Гулять щас будем. Бухать будем. Плясать будем. Танцевать будем. (Вываливает содержимое пакетов на пол.) Налетай…

Там пиво в больших пластиковых бутылках, водка, фрукты, колбаса, шоколад разных сортов, лимонад, сок.

Андрей улыбается.

СВЕТКА (подходит). Дюха, ты где, блин, был-то? Мы тебя потеряли уже.

АНДРЕЙ. На большой дороге был. (Смеётся.)

СВЕТКА. Чё ты так делаешь-то? Исчез, блин… Ну даёшь…

АНДРЕЙ. Накрывайте стол, гулять щас будем.

СВЕТКА. Котовский, стол тащи давай!

Гена идёт на кухню. Волочит стол.

АНДРЕЙ. Батя, пиво будешь?

БАТЯ (вскочил с дивана). Буду.

СВЕТКА (смеётся). Этот-то разве откажется.

БАТЯ. Не твоё дело. (Андрею.) А я ж уж помирал. Всё. А эти ж разве кто пойдёт. Сдохнешь, они пальцем не пошевелят. Звери.

СВЕТКА. А ты даун.

БАТЯ. Не твоё дело.

Гена установил стол.

СВЕТКА (сервирует). Мамик, помогай.

ЗИНА (скептически глядит на принесённое Андреем). Где взял-то?

СВЕТКА. Всё тебе, мамик, знать надо. Где взял, там больше нет. Да, Дюха? Щас зато пить будем, гулять будем, а смерть придёт — помирать будем. Да, Дюха? Котовский, стаканы тащи. И тарелки. И нож. Жрать будем. Ну, Дюха, молодчик, блин. Ушёл вчера, ни чё никому не сказал. Мы уж в ментовку хотели звонить. В скорую. А он нарисовался… На тебе. Молодчик, блин. У мамика чуть кондратий не наступил. Всю ночь не спали. Молодчик ты, Дюха. Ну ладно. Пришёл хоть и ладно… Ну чё? Садиться давайте. Котовский, где стаканы-то, итить твою мать?

ГЕНА. Несу. (Принёс стаканы, тарелки, нож.)

Расселись.

БАТЯ. А пиво-то где?

СВЕТКА. Вон. (Вручила ему бутылку).

БАТЯ. Разливное, что ли?

СВЕТКА. Ты чё, папик, бамбук, что ли? Щас такое делают.

БАТЯ (открутил пробку, глотнул). У, какое! Фирма. (Присосался к бутылке.)

СВЕТКА. Эй, хорош!

БАТЯ. Не твоё дело.

СВЕТКА. Водяру давай пить, а это на запивон. (Отняла у Бати бутылку.) Наливай.

Батя наливает. Пьют. Едят.

ЗИНА. Где взял-то?

СВЕТКА. Мамик, чё ты к нему прикопалась? Да, Дюха? Прикидонь, Дюха, Котовский вчера батин телевизор разбил. Всё. Наглушняк. Восстановлению не подлежит. Тут вчера вообще такое было. Шоу-викторина «Счастливый случай». Нажрались все, короче, никто ничего не помнит. Но телевизор это явно Котовский расхерачил. Его работа. Он вообще пьяный — придурок с поросёнком. Папик, блин, из-за этого телевизора слёг теперь…

АНДРЕЙ. Я ему новый куплю. (Достал пачку денег, отсчитал.) На, батя.

СВЕТКА. Ни фига! Батя, делись.

АНДРЕЙ. На, сеструха, тебе тоже. На бельишко. (Сунул ей деньги.) А Котовскому на мороженки. Держи.

Гена взял деньги.

АНДРЕЙ. А это мамке. Тачанку купит пускай. (Положил перед Зиной оставшиеся деньги.) Батя, плещи.

Батя наливает, не выпуская из руки денег.

СВЕТКА. Какие Котовскому мороженки еще. Дай сюда. (Забрала у Гены деньги, считает.) Ну, Дюха, блин, брательник! Молодчик! Дай поцелую. (Целует Андрея.) Мамик, чё такая?

ЗИНА. Какая?

СВЕТКА. Недовольная. Не нужны деньги, что ли? Давай, я себе возьму… (Потянулась.)

ЗИНА. Не лапай! (Накрыла деньги рукой.)

СВЕТКА (ржёт). Папик, наливай.

БАТЯ. Налито.

СВЕТКА (взяла стакан, встала). Я щас даже тост скажу… Дюха, блин, брательник, вообще зашибись. С освобожденьем тебя. Давай щас это… Новую жизнь начинай. То-сё, му-сё. Путём чтоб у тебя всё было. Бабу чтоб хорошую нашёл. Дети чтоб у вас были. Много, на фиг. В доме чтоб всё было. В достатке чтоб. И хлеб, и всё. А на хлеб масло чтоб. И икорку. И любили чтоб друг друга. Вообще я считаю, вы, как хотите, думайте, но самое главное — это любовь. Если любви нет — всё. Приехали тогда. Ложись и помирай тогда. Правильно, я говорю? Давайте, господа, за любовь. За любовь. (Пьёт.)

Пьют.

БАТЯ. Фуфло…

СВЕТКА. Чё фуфло?

БАТЯ. Любовь твоя. И без неё можно прожить. Мы вон с маманей живём и ни чё. Помирать пока не собираемся.

СВЕТКА. Ну так вы и живёте. Как кошка с собакой.

ЗИНА. А ты как живёшь?

СВЕТКА. У меня особый случай. Да, Котовский?

ГЕНА. Наливай.

СВЕТКА. Обойдёшься. Все будут пить и выпьешь. (Считает деньги.) Ну, блин, брательник! Полтора косаря! Учись, Котовский, как жить надо. И не жужжать… А ты, блин, замазка оконная, даже раковину мамику принести не можешь. Ну, брательник! Молоток! (Разглаживает на столе деньги, увидела батину пачку.) А папику ты, Дюха, сколько дал?

БАТЯ. Сколько дал — все мои.

СВЕТКА. Ну ни фига себе. Там у телевизора только корпус заменить надо. Так-то он показывает же.

БАТЯ. Не твоё дело. Мне еще видак надо покупать.

СВЕТКА. Ну ни фига! Мне тоже много чего надо! Чё ты, папик, борзеешь-то? Делись давай.

БАТЯ. Отвянь, вякало.

СВЕТКА. Ты чё такой? Мамик, а у тебя сколько?

ЗИНА. Сколько надо.

СВЕТКА. Вы чё вообще все? Я ж щас скандалить буду и всё.

ЗИНА. Испугала.

СВЕТКА. Испугаю. Дюха, на фига, так делать-то? Одним, блин, больше, другим — вообще фигу. Пришёл, блин, всех поссорил только. На фига, так делать-то?

АНДРЕЙ (порылся в карманах, достал смятые купюры). На.

СВЕТКА (схватила деньги, разворачивает, считает). О-ба! Пятисотенная! (Сунула деньги в карман, потирает руки.) Щас пить будем, гулять будем, а смерть придёт — помирать будем. Папик, лей. А Лёнька-то где? Щас тебя, Дюха, с Лёнькой моим познакомлю. Лёнька! Лёнька, иди шоколадки жрать!

Лёнька выходит из комнаты. Весь зареванный.

ЗИНА. Явился, деспот.

Лёнька направляет на неё пистолет.

ЗИНА. Пульни только, паразит!

СВЕТКА. Чё ты к нему прикопалась? Иди сюда, моя радость.

Лёнька идёт к Светке. По пути стреляет в Гену из пистолета.

БАТЯ. Зятёк, врежь ему.

СВЕТКА. Я ему потом так врежу.

ЛЁНЬКА (снова стреляет в Гену). Лох.

Светка смеётся.

ЗИНА. Научила дурака.

СВЕТКА. Сама дура. Ну как тебе племяш, Дюха? Боевой, да? Это вот, Леонид, дядька твой. Андрюха.

ЛЁНЬКА (направляет на Андрея пистолет). А он лох?

СВЕТКА. Щас он тебе по башке даст, узнаешь.

Лёнька злобно глядит на Андрея. Потом хватает шоколадку. Ест.

АНДРЕЙ. Плещи, батя.

Батя наливает.

Андрей быстро выпивает. Встаёт, странно смеясь, идёт на кухню.

СВЕТКА. Дюха, ты куда?

Андрей не отвечает. Уходит.

СВЕТКА. Я щас. Курну пойду тож. (Направляется на кухню.)

ЗИНА. Деньги пошла вымогать, змея.

БАТЯ. А ты чё сидишь? Иди тоже. Нам его кормить, а не ей.

ЗИНА. Какие это деньги? Их отберут ни сегодня завтра. Ворованные они. Чё не понял еще, что ли?

БАТЯ. Выпьем хоть всё давай тогда. Да съедим, ити её мать. (Наливает, пьёт.)

НА КУХНЕ:

СВЕТКА. Дюх, сигареткой угости.

Андрей даёт ей сигарету.

О, какие! Ты такой, блин, богатый у нас. Ротвеллер прям. Хочешь, я тебе бабу подгоню. У меня подруженция одна, прикидонь, за сотку всё сделает. Могу щас позвонить и прискочит. Серьезная тётка. Хочешь? Соточку ей, соточку — мне. Как посреднику. (Смеётся.) Ну чё? Звонить?

АНДРЕЙ. Не надо.

СВЕТКА. Ладно. Мне полтяш. Согласен?

АНДРЕЙ. Не хочу я ничего.

СВЕТКА. Да ладно тебе. Не гони. Семь лет без бабы. На сухом пайке. Тоска. Ну чё? Звонить?

АНДРЕЙ. Не хочу я.

СВЕТКА. А чё хочешь? Меня, может, хочешь? (Смеётся.)

АНДРЕЙ. Хочу.

СВЕТКА. Ну, хохмач, блин. Я б, Дюха, с удовольствием. Ты ж у нас вон какой! Молодой, красивый. Да нам вроде как бы нельзя ж. Грех, типа. Мы ж с тобой братик и сестрёнка, типа.

АНДРЕЙ. Кто брат и сестра?

СВЕТКА. Мы. Забыл, что ли? Я твоя сестрёнка, ты — мой брат родной. Вместе мы катались с горки ледяной. (Смеётся.)

АНДРЕЙ. Не сестра ты мне. У меня сестра другая.

СВЕТКА (смеётся). Ладно. Кончай прикалываться.

АНДРЕЙ. Не сестра ты мне. (Схватил её за руку.) Пошли в ванну.

СВЕТКА. Дюха, кончай.

АНДРЕЙ. Пошли трахаться. Я тебе заплачу.

СВЕТКА (пробует освободить руку). Дюха, кончай. Заманал. Больно.

АНДРЕЙ. Пошли в ванну, шлюха!

СВЕТКА. Отвянь, я сказала!

АНДРЕЙ. Пошли в ванну!

СВЕТКА. Отпусти, сука! (Вырвала руку, побежала в комнату.)

Андрей смеётся.

В КОМНАТЕ:

СВЕТКА. Козёл, блин! Руку чуть не сломал. Трахаться ему подавай. Чморян.

ЗИНА. Сама напросилась.

СВЕТКА. Чё я напросилась?! Бабу ему предложила, а он… (Шепотом.) Крыша у него, может, съехала, а? Еще поубивает на фиг. Ему ж вчера и по голове, блин, долбили. Может, ментовку вызвать?

ЗИНА. Сиди.

СВЕТКА. Чё сиди? У меня ребенок здесь. Сиди. Котовский, иди к нему на кухню. Следи, чё делать будет. Ножи там спрячь. (Убирает со стола нож.) Заманали все…

Гена уходит на кухню.

ЛЁНЬКА (брызгает в него). Лох.

Светка бьёт Леньке по шее. Отбирает пистолет.

НА КУХНЕ:

Андрей стоит, уткнувшись лицом в угол. Всхлипывает.

ГЕНА (трогает его за плечо). Есть курить?

АНДРЕЙ (вздрагивает, оборачивается, на глазах слёзы). Чё?

ГЕНА. Курить есть?

Андрей даёт ему сигарету.

Гена хочет уйти.

АНДРЕЙ. Стоять.

Гена застывает, бледнеет.

Андрей достаёт зажигалку. Поджигает.

Гена прикуривает. Руки у него дрожат.

АНДРЕЙ. Стоять, зёма. (Берёт двумя пальцами Гену за горло.) Куда мне идти, плешивый?

ГЕНА. Чё?

АНДРЕЙ. Куда мне идти?

ГЕНА. Я не знаю.

АНДРЕЙ. Куда мне идти?

ГЕНА. Не знаю я. Ничего не знаю… (Пятится.)

АНДРЕЙ (кричит). Стоять, чертяра! Куда мне идти?!

Гена пытается вырваться. Андрей держит его.

Куда мне идти?! Где мой дом?! Куда мне идти?! Куда?! Где мой дом, суки потрошеные?! Где мой дом, суки?! Где мой дом, суки?! (Отталкивает Гену, бежит в комнату.) Куда мне идти?! Где мой дом, суки?! (Зине.) Кто ты?!

ЗИНА. Я?

АНДРЕЙ. Ты! (Бате.) А это чё за кентяра долбаный?! (Светке.) А ты кто, фуфляндия беззубая, фафлёрка обспусканая?! Встали все, козлы драные! Быстро!

Лёнька заплакал.

БАТЯ. Дрюня, успокойся. Это ж мы…

АНДРЕЙ. Быстро, я сказал! Уши отрежу! Встали!!!

Все встают.

АНДРЕЙ. Адрес это какой?! Адрес это какой, я сказал?! Быстро!

СВЕТКА. Чкалова, три, пятнадцать…

АНДРЕЙ. Не ври, мандавошка заезженная! Это мой адрес! Адрес это какой?! Быстро! Мне домой надо! Резать вас, чертей, буду! Быстро!

ЗИНА. Ты, Андрюш, дома…

АНДРЕЙ. Быстро! Меня дома ждут! У меня мать там! Быстро! Сеструха там! Быстро! Батя у меня там! Ждут! Я освободился только! Семь лет оттрубил! Быстро! Где мой дом, я сказал?! Где мой дом, суки позорные! (Заревел, сел.) Заманили меня… Я город забыл… Не помню город… Не на тот трамвай сел… А здесь улица такая же. Дом такой же. Дверь тоже. Квартира даже похожа. Мебель. Тетка сказала на двойке езжай, а надо было на седьмом. Дурак. Послушал. А там ждут. Мать, наверно, пирогов напекла. Ждёт сидит. Дурак. Послушал. Батя, наверно, уже на рыбалку всё приготовил. Лёд еще не сошёл. Щас самый клёв идёт. А я здесь. Дурак. Послушал. Ой, дурак. Мамочка. На седьмом надо было, а я на второй… Дурак. Ой, дурак. Дурак. Дурак. Дурак! (Бьёт себя по ногам.)

МОЛЧАНИЕ.

У нас рядом с домом зоопарк всегда приезжал. Мы у слона там фотографировались. Слоняра такой огромный. Во! (Показывает.) И мы возле него. Вот такие. (Показывает.) А у меня штаны-бананы с карманами на брючинах. Кооперативные. Мы с бабой Ниной платки на рынке продавали. Пуховые. И она мне купила. Платки она сама вязала. И пряла. Прялка у неё была такая деревянная с колесом… Напрядёт, навяжет и на рынок. Нет, выстирает их еще и к дивану пришивает, что бы распушились. А потом начешет чёсками такими специальными и продаёт. Вот штаны мне и купила. И я вот в них у слоняры-то. Фраер такой. (Смеётся.) Там еще аттракционы были. Мотоциклист по шару гонял. По потолку прям и не падал. Разгонится и давай. Этот еще был. Кран. Игрушки которым достают. По пятнадцать копеек тогда было вроде. Я, наверно, раз сто на нём играл. Ни разу ничего. Один раз вообще уже почти донёс, а она возьми и упади. Морской бой еще был. Охота. Этот еще… За рулём. Чего только не было. А зимой на этом месте горку строили. Ёлка там, всякие деды морозы. Все туда на фанерках идут, а я с санками. Крутой такой. (Смеётся.) Это уж потом, в классе шестом, без санок начал ходить. Девок мы там щупали. Девки едут, мы на них прыгнем и давай. Умора. (Смеётся.) Одна мне вообще валенком в нос хорошо заехала. Разбила, на фиг. А так ни чё. Нормально было. А вот где-то после девятого класса уже ничего не помню. И даже, как сидел, не помню. Всё как во сне. Всё не такое какое-то. Другое всё стало. В поезде ехал, поскорей бы домой, думаю. Как раньше что б. Зоопарк чтоб. Слон. Санки. Штаны-бананы. Кран по пятнадцать копеек. Гонщик в шаре. Газировка чтоб в библиотеке бесплатно. Мама чтоб. Сеструха. Отец-рыбак. Комары чтоб не злые. Собаки чтоб по ночами не выли. Красивое чтоб всё было. Большое. Огромное. Не темно чтоб было. Светло. Солнце. Небо чтоб. Мама была. Не бояться чтоб ничего. Не думать чтоб ни о чем. Жить просто. Жить. (Встал.) Мне идти надо. Пойду я. Ждут меня. На седьмом трамвае мне надо ехать. Чкалова улица. Дом три. Квартира пятнадцать. Ждут меня там. Все ждут. (Пошёл.)

В дверь долго и настойчиво звонят.

Андрей меняется в лице. Возвращается, садится на стул.

СВЕТКА. Пришёл кто-то…

АНДРЕЙ. Ко мне это…

СВЕТКА. Открывать-то будем?

Андрей кивает.

Котовский, иди открывай.

Гена идёт в прихожую.

Щелкает замок.

Стучат по полу сапоги.

Входят два милиционера. Один с автоматом.

Лёнька смотрит на них с восхищением.

ПЕРВЫЙ (Андрею). Ты?

АНДРЕЙ. Я.

ПЕРВЫЙ. Встал.

Андрёй медленно, устало поднимается.

ВТОРОЙ. Руки на стену, ноги раздвинул, сука! Быстро!

Андрей встаёт к стене, широко раздвигает ноги.

Второй обыскивает его. Пинает по ноге.

ПЕРВЫЙ. Деньги где, отморозок?

ЗИНА. А чё случилось-то?

ВТОРОЙ. Хлебальник закрыла! (Берёт Андрея за волосы.) Где деньги, индюк?! Не беси меня! (Тычет Андрею лбом в лицо.)

АНДРЕЙ. Нету. Растратил.

ВТОРОЙ. Не беси меня! (Бьёт локтём Андрею в спину.)

Андрей кашляет.

ПЕРВЫЙ. Герыч, хорош. (Подходит к Андрею.) Ты Андрей, да?

Андрей кивает.

Бабки-то куда дел, Андрей? Чё все семь штук растратил, что ли?

Андрей кивает.

Да ладно тебе, Андрей. Там, в магазине, сказали, бабки пусть вернёт только и всё. Заявление заберут сразу. И сиди, гуляй дальше, как ни в чем не бывало, а? Где, Андрей, деньги? Андрей…

АНДРЕЙ. Растратил…

ПЕРВЫЙ. Да не надо мне, Андрей. Ничего ты не растратил. Где бабки, Андрей?

Второй разбегается, пинает Андрею в спину.

Андрей врезается в стену. Сползает на пол.

Лёнька смеётся.

БАТЯ. Мужики… Вы не надо, мужики. Убьёте ж…

ВТОРОЙ. Чё? Хлебало закрыл, дед. (Андрею.) Встал!

Андрей поднимается. Принимает прежнюю позу.

ПЕРВЫЙ. Андрей, бабки где? Я ж тебе говорю, вернёшь и сиди, гуляй дальше. Клянусь тебе. Где бабки, Андрей, а?

АНДРЕЙ. Нету.

ПЕРВЫЙ. Чё ты, в натуре-то, как Зоя Космодемьянская. Чё нам искать, что ли? Где бабки, Андрей?

Пауза.

Второй пинает Андрею между ног.

Андрей падает. Кричит.

ВТОРОЙ. Заткнулся, сука!

Андрей замолкает. Скулит.

ПЕРВЫЙ. Чё повезли его? Там поработаем.

ВТОРОЙ. Да явно здесь они. Чё потом еще раз ехать, что ли? Сука, где бабки, говори!

Андрей не отвечает.

ПЕРВЫЙ. Герыч, хорош. (Сел на стул.) Щас я подумаю, чё делать.

Второй идёт по комнате, заглядывает в шкафы.

ПЕРВЫЙ. Кто тут хозяин?

ЗИНА. Я.

ВТОРОЙ. Головка… от часов «Заря».

ПЕРВЫЙ (кивает на Андрея). Это кто он вам?

ЛЁНЬКА. Он не лох.

Второй смеётся.

Светка бьёт Лёньке по затылку.

ЗИНА. Сын. А чё случилось-то?

ВТОРОЙ. Тройное убийство. (Смеётся.)

ПЕРВЫЙ. Да ничего страшного. Ночью он, где был?

ЗИНА. Дома…

ВТОРОЙ. Чё ты, бабуля, гоняешь-то?

ПЕРВЫЙ. Точно?

ЗИНА. Ну, выходил вроде куда-то?

ВТОРОЙ. Вроде или точно?

ЗИНА. Ну, выходил.

ПЕРВЫЙ. И сколько не было?

ЗИНА. Ой, я не помню. Я спала ж…

ПЕРВЫЙ. А пришёл когда, никакими деньгами не трёс? Типа, я там вон какой богатый, а?

ЗИНА. Да я как-то, знаете ли…

СВЕТКА. Ни чё он не трёс.

ПЕРВЫЙ. Ну-ка, ну-ка.

СВЕТКА. Не было у него никаких денег. (Показывает на стол.) Это вон и то я на свои покупала.

ВТОРОЙ. Точно?

СВЕТКА. Чё мне врать-то? Котовский, скажи.

ГЕНА. Да.

ВТОРОЙ. А почему Котовский? Фамилия такая, что ли?

СВЕТКА. Лысый потому что, как жопа. (Смеётся.)

ВТОРОЙ. Ну так чё, Котовский, были у него деньги или нет?

ГЕНА. Не было.

Первый и Второй переглянулись.

ПЕРВЫЙ. Ну чё, повезли его?

СВЕТКА. А чё случилось-то, мужики?

ВТОРОЙ. Да в магазин он ночной вчера зашёл и денег попросил. А у нас же народ добрый. Взяли и дали.

БАТЯ. Дрюня, ты чего делаешь-то? Не успел приехать, а уже влез.

ПЕРВЫЙ. Так бы, может, и не нашли бы. Да он, дуборез, справку там свою оставил. А там все координаты. Мозги-то видно совсем уж высохли. Да, Андрей?

ЗИНА. А чё теперь будет-то?

ВТОРОЙ. От семи.

БАТЯ. Ну, Дрюня, молодец. Чё ты делаешь-то? Я ж с тобой на рыбалку собирался, а ты и дня дома не побыл.

ВТОРОЙ. А когда он освободился-то?

ЗИНА. Двадцать второго.

ПЕРВЫЙ. Чё-то быстро он домой-то прибыл. Обычно они еще гудят в дороге по месяцу. Чё так домой хотелось? К маме, да? К папе? А, Андрей? Ну, повидался теперь, посмотрел. Теперь еще на десяточку поедешь. Понравилось, видно, а?

ВТОРОЙ (подошёл к Лёньке). Дай стрельнуть.

ЛЁНЬКА. Бери. Вон в того можешь стрелять. (Показывает на Гену.) Он лох.

ВТОРОЙ (смеётся). Да я в другого буду. (Подошёл к Андрею.) Встал.

Андрей поднимается.

Лицом ко мне.

Андрей повернулся.

Где деньги? (Брызгает Андрею в лицо.)

ЛЁНЬКА (смеётся). Лох! Лох!

Второй брызгает до тех пор, пока не кончается вода.

ЛЁНЬКА (подбегает ко Второму). Давай, я заряжу.

ПЕРВЫЙ. Герыч, хорош. Давай его в кандалы и повезли.

ВТОРОЙ (достаёт наручники). Руки.

АНДРЕЙ. Я в туалет можно схожу?

ВТОРОЙ. Чёёёё?

АНДРЕЙ (держится за живот). Протащило. И пнул еще.

ВТОРОЙ. Кто тебе пнул? Я, что ли? Ну, ты молодец! Саныч, слыхал, да? У него вообще, по моему, крышак плотно съехал. Так кто тебе пинал-то, юноша? У нас методы физического воздействия запрещены. И уже очень давно. Хотя зря. Да, Саныч? А это ты, наверно, американских боевиков насмотрелся. Это у них там крутой Вокер. Кстати, Саныч, смотрел тут недавно, кино-то было? Как же оно называется-то? Сюжет, в общем, такой: там мужик был, у него бабёха придурочная. Смотрел?

ПЕРВЫЙ. Нет.

ВТОРОЙ. Зря. Ни чё фильмец такой. Так кто тебя пинал-то, душа моя?

АНДРЕЙ. Никто.

ВТОРОЙ. Уже лучше. Давай ручонки.

АНДРЕЙ. Мне в туалет надо.

ВТОРОЙ. В камере сходишь.

АНДРЕЙ. Я не доеду.

ВТОРОЙ. Доедешь.

ПЕРВЫЙ. Да пускай идёт. Еще машину обделает. Не убежит, поди. Через очко, если только. (Смеётся.)

ВТОРОЙ. Ну иди, шельма… Побежал!

Андрей уходит.

Пауза.

СВЕТКА. Мужики, может, пива с нами выпьете?

ПЕРВЫЙ (с улыбкой). На службе не употребляем.

ВТОРОЙ. Да давай, Саныч, по стакашку тяпнем.

ПЕРВЫЙ. По стакашку, да?

ВТОРОЙ. Ну.

ПЕРВЫЙ. Ну лейте.

Светка наливает им пива.

Первый и Второй подходят к столу. Пьют.

ПЕРВЫЙ. Кучеряво, я гляжу, живёте. Стол как в лучших домах Лондона и Парижа.

СВЕТКА. Дак у меня Котовский не плохо зарабатывает. Прорабом.

ВТОРОЙ. И чё платят, что ль прорабам-то?

СВЕТКА. Платят.

ВТОРОЙ. Тоже, что ль пойти? (Смеётся.)

ПЕРВЫЙ. Да приворовывает еще, наверно, хорошо.

СВЕТКА. Он-то? Дождёшься от него. Замазка, блин, оконная. Раковину вон на кухню принести не может. Да трусы по две недели не меняет.

Первый и Второй ржут. Светка тоже.

ВТОРОЙ. Саныч, прикинь, менты такие к тебе пришли и твоя им рассказывает такое? Прикинь, да?

ПЕРВЫЙ. Да я б убил её сразу.

ВТОРОЙ. Я б тоже. Как его? Котовский, да? Котовский, ты чё бабу-то манерам не научишь? Это ж вообще. Финиш.

Гена не отвечает.

ЛЁНЬКА. Он лох.

Первый и Второй снова смеются.

ВТОРОЙ. Ну, блин, семейка Адамс! Помрёшь тут с ними. Чё, Котовский, серьезно, что ли?

Гена не отвечает.

Менты смеются.

ПЕРВЫЙ. Ладно. Хорош. Чё-то не к добру ржём. Где там этот-то, деятель? Поторопи его иди.

ВТОРОЙ (подходит к двери туалета, толкает). Закрылся, блин, смотри-ка. Все удобства. (Стучит.) Давай скорее, Капоне!

Пауза.

ПЕРВЫЙ. Чё он там?

ВТОРОЙ. Чё я Пушкин, что ли? (Сильно стучит.) Дверь открой! Эй! (Стучит.) Быстро, я сказал, сука! Быстро!

ПЕРВЫЙ. Чё он?!

ВТОРОЙ. Не знаю. (Долбит.) Я щас стрелять буду! Понял?! Открыл!

Первый бежит на кухню. Встаёт на посудный шкаф, заглядывает в окно.

ПЕРВЫЙ. Дверь ломай! На змеевике он! Удавился на фиг!

Второй пинает в дверь.

Лёнька смеётся.

ЗИНА. Господи!

Первый помогает Второму.

Дверь распахивается.

Они вбегают в ванную.

ГОЛОС ПЕРВОГО. Срезай его!

ГОЛОС ВТОРОГО. Чем?!

ГОЛОС ПЕРВОГО. Нож тащите!

ЗИНА (мечется по комнате). Нож им! Нож!

БАТЯ (ищет на столе). Здесь же был!

ЗИНА. Светка спрятала! Где?!

СВЕТКА. Чё я помню, что ли?!

ЗИНА. Ищи, тварь!

СВЕТКА. Не ори на меня!

ГОЛОС ВТОРОГО. Нож тащите!

Гена бежит на кухню, приносит нож.

Крики. Мат.

Первый и Второй выносят Андрея из ванной. Опускают на пол.

Первый бьёт ему по щекам. Давит на грудь.

Лёнька бегает вокруг них. Истерически смеётся.

Зина, Светка и Батя стоят, как вкопанные. Зина кусает руку.

Долгая пауза.

Вдруг Андрей начинает кашлять. Открывает глаза.

ПЕРВЫЙ. Очухался, камикадзе? (Разгибается, вытирает пот со лба.)

ВТОРОЙ. Сука! У меня чуть матка из-за тебя не выпала. (Легонько пинает Андрея.) Вставай.

АНДРЕЙ (севшим голосом). Щас.

ВТОРОЙ. Умереть хотел, да? Не получится. Жить будешь. Вечно.

БАТЯ. Дрюня, ты чего, в самом деле, её богу, как маленький? Я ж уж всё думал…

ВТОРОЙ (надевает на Андрея наручники, поднимает его). Всё. Прощайся. Пошли.

ЗИНА. Андрюшенька, мы ждать тебя будем…

СВЕТКА. Дюха, не грузись давай. Всё путём будет. И пить будем, и гулять будем. Лёнька, скажи чё-нибудь дядьке.

ЛЁНЬКА. Лох.

Светка бьёт Лёньку по шее.

БАТЯ. Дрюня, мужиком будь, не бабой. В другой раз приедешь, а у меня уже видак будет. Посмотрим с тобой. Кассеты-то мои, помнишь? (Подмигивает.)

Пауза.

ПЕРВЫЙ. Чё все высказались?

ВТОРОЙ. Котовский еще, по моему, не говорил. (Смеётся.) Котовский, будешь речь толкать?

Гена не отвечает.

ПЕРВЫЙ. Не будет он. Пошли.

ВТОРОЙ (Андрею). Давай, двигай.

Повели Андрея к выходу.

Гена поднимает с пола водяной пистолет. Направляет на них.

ГЕНА. Стоять!

Первый и Второй оборачиваются.

ВТОРОЙ. Котовский, ты чё? Голос, что ли прорезался?

ГЕНА. Стоять! Я стрелять буду!

СВЕТКА. Котовский, не смеши людей.

ГЕНА. Вы не люди! Вы звери! Вы любить не умеете. Забыли, как любить надо. Самое главное забыли. Всё забыли. Ненавидеть только можете. Всё вокруг ненавидите. Ничему не радуетесь. И детей своих ненавидеть учите. И их же ненавидите. Чернота одна вокруг вас. Черти чёрные. Неба не видно. Солнца. В темноте живёте. Черноту едите, чернотой дышите, черноту выдыхаете. И всё больше её и больше. И кругом одна чернота уже. И остановиться как, не знаете. И не хотите останавливаться. И будущее уже всё чёрное уже. И нету его уже для вас. Потеряли вы его. И вернуть уже не сможете, если сейчас не одумаетесь. Не вспомните, что любовь такое есть. Для чего она. Зачем и почему нам дана. Остановитесь же! Вспомните, наконец! Умоляю вас!

Светка смеётся.

Первый и Второй тоже.

Зина и Батя улыбаются.

ВТОРОЙ. Всё, Котовский? Закончил проповедь?

ГЕНА. Стоять! Стрелять буду!

ВТОРОЙ. Стреляй.

ГЕНА. У них все деньги! Он им всё отдал!

СВЕТКА. Ты чё, импотент, гонишь?! Я тебя щас урою чморя! (Идёт на Гену.)

ГЕНА. Стоять! Стрелять буду!

СВЕТКА. Вешайся, лысая тварь!

ГЕНА. Стой!!! (Жмёт на курок.)

Выстрел.

Еще один. Еще. Еще. Еще. Еще. Еще…

Светка хватается за сердце и падает. Падает Зина. Падает Батя. Падает Лёнька. Падает Первый. Падает Второй. Падают наручники с рук Андрея. Падают стены. Падают дома. Падают деревья. Падают горы. Падают реки и моря. Небо падает. Земля падает. Солнце. Падает водяной пистолет из рук Гены. Всё падает…

И вдруг становится неимоверно светло. Страшно светло. Жутко.

И посреди этого света стоят Андрей и Гена. Стоят и не жмурятся.

И со всех сторон к ним люди какие-то идут. Женщины. Мужчины. Дети. Идут и не жмурятся.

И всё светлее и светлее становится.

Другой начинается Мир. Новый.

Лучший, я думаю…

ТЕМНОТА

ЗАНАВЕС

КОНЕЦ

Content

Сигарев Василий Владимирович Агасфер

Василий Сигарев Агасфер

Действие первое

Действие второе