Сюзанна Карр

Любовь в главной роли

Secrets of a Bollywood Marriage © 2014 by Susanna Carr

«Любовь в главной роли» © ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

© Перевод и издание на русском языке, ЗАО «Издательство Центрполиграф», 2015

* * *

Глава 1

Тина Шарма стояла у входной двери своего дома, закрыв глаза. Она глубоко вздохнула, ощущая, как горячий, ароматный ветерок ласкает ее кожу и плотнее прижимает к телу тонкую тунику. Как она соскучилась по ночному теплу и запаху тропических цветов! Она тосковала даже по шуму и толчее Мумбаи. Когда-то ей казалось, что она больше никогда этого не увидит и не почувствует. Но вот она вернулась, и никто не заставит ее уехать отсюда.

Даже ее муж.

Неожиданно на глаза навернулись жгучие слезы, от рыдания сдавило горло. Тина резко одернула себя. Больше никаких слез. Особенно из-за мужа. Она уже достаточно настрадалась.

Ее губы и руки дрожали; от гнева, ненависти и страха скрутило живот. Она должна оставаться хладнокровной, если собирается войти в логово льва.

Ресницы Тины дрогнули, когда дверь распахнулась. Она увидела роскошные автомобили, припаркованные на проезжей части, и услышала громкую, ритмичную музыку, подходя к дому. Она заметила, что в главном зале танцуют мужчины и женщины. В доме проходила вечеринка.

Возможно, вечеринку устроили, чтобы отпраздновать ее отсутствие. Вероятно, веселье прекратится, как только она войдет внутрь. Может, так даже лучше.

– Мемсахиб! – объявил пожилой слуга, стоя на пороге.

Тина вздрогнула. Она не привыкла к тому, что ее представляют как замужнюю женщину, называя «женщина-госпожа». Хотя она замужем почти год. Полагаясь на свое актерское мастерство, Тина улыбнулась и шагнула внутрь.

– Привет, Сандип. Ты хорошо выглядишь, – обратилась она к слуге.

Она радовалась, что говорит сдержанно и дружелюбно, хотя в душе ее распирало от эмоций.

Старик посмотрел через плечо, будто стыдясь, что пышная вечеринка проходит в ее доме:

– Господин не сказал, что вы вернетесь сегодня вечером.

– Он не знал. – Она сняла темно-синий шарф с головы и надела его поверх туники.

– Ваши волосы! – воскликнул Сандип и округлил глаза от ужаса. Осознав свою несдержанность, он резко опустил голову.

– Да, я знаю. – Тина вздохнула. Она нисколько не обиделась. У нее самой была такая же реакция каждый раз, когда она видела свое отражение в зеркале. Тина взъерошила пальцами короткие пряди. – Я зря подстриглась.

Сандип осторожно поднял глаза, глядя на ее волосы:

– А… как вы отдохнули?

Тина насторожилась. Отдых? Значит, Дэв говорил, что она отправилась отдыхать? Ей стало тошно.

«Отдых» Тины больше походил на тюремное заключение. Она не забыла белые стены, едкий запах дезинфицирующего средства и гнетущее отчаяние. Она стиснула зубы.

– Я рада, что вернулась.

Слуга сделал несколько шагов назад:

– Я пойду и найду господина.

– Не нужно. – Тина подняла руку, останавливая его. – Занимайся гостями. Я сама его разыщу. Где он может быть?

Сандип виновато взглянул на нее, потом уставился на свои босые ноги.

– Трудно сказать. – Его тихие слова тонули в ритмах танцевальной музыки.

Возможно, Дэв лежит сейчас в объятиях женщины, или даже двух. Тина с горечью скривила губы.

– Не волнуйся, я найду его.

Слуга подавленно опустил плечи и выглянул за дверь:

– Я скажу, чтобы ваши вещи отнесли в вашу комнату. Где ваш багаж?

– Я без багажа. – Тина не планировала задерживаться надолго.

Сандип нахмурился, но не задал вопросов, которые, очевидно, пришли ему в голову. Он протянул руку:

– Позвольте взять вашу сумочку?

Она машинально крепче прижала к себе сумку, висящую на плече, но потом заставила себя успокоиться.

– Не нужно. Спасибо, – сказала Тина с улыбкой, проходя мимо него.

Сандип ей не враг, но она не выпустит из рук паспорт или деньги. Они – гарантия ее свободы. Она убедилась в этом на своей шкуре, когда ушла от Дэва, пока они были на съемках фильма в Америке. Сегодня она будет крепко держать даже таблоид, который лежит на дне ее сумки. На обложке таблоида красуется фотография ее мужа, а под ней – скандальная статья.

Пройдя в середину большого вестибюля, Тина огляделась. Она вдохнула запах алкоголя, пота и сигаретного дыма и узнала некоторых гостей. Это были знаменитости и актеры, чьи лица часто мелькали на рекламных щитах и постерах к фильмам. Все они выглядели великолепно, хотя их влажные волосы и одежда прилипли к коже от движений под лихорадочно-тяжелый ритм барабанов.

Прищурившись, она увидела, как двое гостей соревнуются в баре, кто больше выпьет. Именно так коротал дни ее муженек, пока она была в отъезде. Об этом даже написали в желтой прессе.

Тине стало интересно, по какому случаю устроили вечеринку. Должно быть, это связано с бизнесом. Дэв родился для того, чтобы править миром кино. Он одержим успехом и властью и чуть меньше – деньгами.

Тина прошла дальше в дом.

Ее возвращение было неожиданным для нее самой. Она не знала, что приедет к Дэву, до вчерашнего дня. Теперь ей казалось, что она поступила неправильно. Тина прикусила губу, уходя все дальше от парадного входа.

Она услышала, как группа гостей хлопает в ладоши и громко скандирует в бильярдной. Тина повернула туда, уверенная, что ее муж именно там.

Потрясающе красивый и мужественный Дэв всегда был в центре внимания.

Тина закатила глаза, услышав, какую песню поют мужчины. Это была песня из первого фильма Дэва, ставшего хитом. Она видела этот фильм бесчисленное количество раз, но знала, что ее мужу не нравится, как он в нем сыграл. Он не стал бы петь эту песню, если бы кто-нибудь особенный не попросил его об этом.

Тина вошла в бильярдный зал незамеченной. Ее простая, невзрачная туника и мешковатые джинсы не привлекли внимания.

Все стояли лицом к центру комнаты, подпрыгивая с поднятыми руками, и пели. Тина замерла, услышав резкий смех Дэва, и у нее заныло сердце.

Он кажется беззаботным и счастливым. Тина покачнулась, не понимая, как он может так себя вести после всего, что случилось. Неужели он ничего не почувствовал? Или он, наоборот, испытал облегчение?

Тина ссутулилась. Возможно, она зря вернулась, чтобы окончательно выяснить с ним отношения. Она всегда подозревала, что была Дэву обузой. Тина верила, что они страстно влюблены друг в друга, но теперь поняла – он просто посчитал, что обязан на ней жениться. Кроме того, родители Дэва были против их брака.

Хотя их сложно обвинять. Она была ему не парой. Его родители – кинозвезды Болливуда, а она – девушка из трущоб. Сначала Дэв разрушил грандиозные планы своих родителей, а потом отказался от Тины.

Все знали – это обязательно случится. Все считали, что она заставила его жениться. Они ассоциировали Тину с ролями плохой девочки, которые она играла в малобюджетных фильмах. Возможно, Дэв тоже так считал. Ведь совсем скоро выяснилось, что Тина не та женщина, о которой он грезит. Плейбой Дэв уже стал заглядываться на красоток и не собирался позволять своей жене ему мешать.

А Тина не собирается позволять ему властвовать над ней. Судорожно вздохнув, она стала пробираться через толпу. Она остановилась, и ее сердце замерло, когда она увидела Дэва, грациозно танцующего в центре зала.

У Тины сжалось сердце. Дэв Арджун. Ее первая любовь. Ее самая большая ошибка.

Она смотрела на мужа затаив дыхание, не в силах отвести от него взгляд. Дэв был худощавым и мускулистым, благодаря годам тренировок для съемок в популярных приключенческих фильмах. Тина вздрогнула, вспомнив прикосновения к его сильному и мускулистому телу. Его золотистая кожа была теплой, и Тина с удовольствием наблюдала, как подрагивает его плоский живот, пока она дразнит его своими ласками.

Она покраснела, у нее стало покалывать кожу. Но вот он закончил танец и вскинул руки, словно победитель. Дэв казался выше ростом, чем прежде.

Гости одобрительно закричали. Тина посмотрела в лицо Дэва. Только сейчас она заметила темные круги и глубокие морщины вокруг его глаз. Резкие черты его лица завораживали. Он выглядел старше своих лет и суровее.

Дэв поклонился, потом взял бокал у одного из своих друзей. Он запрокинул голову, увидел Тину и замер.

– Тина? – Он округлил глаза.

Его хрипловатый голос царапнул ее напряженные нервы. Тине захотелось сбежать. Она оказалась не готова к встрече с ним. Но было уже слишком поздно.

В зале наступила тишина. Тина не могла ни говорить, ни двигаться. Бросив бокал, Дэв кинулся к ней так стремительно, что у нее перехватило дыхание. У нее сдавило горло, а сердце едва не выскочило из груди. Внезапно Тине стало холодно.

Дэв обнял ее и крепко прижал к себе. Она оказалась в ловушке. Тина вдохнула пряный аромат его тела, на ее глаза навернулись слезы от избытка интимных воспоминаний.

Она молчала, когда он запустил длинные пальцы в ее короткие волосы. Она знала, что сейчас он припадет к ее губам в жадном и требовательном поцелуе.

Нет! Тина откинулась назад, стараясь высвободиться из его объятий. Внезапно он подхватил ее на руки. Тина испуганно закричала и схватилась за ткань его рубашки. Она чувствовала себя беспомощной.

– Что ты делаешь?

– Не волнуйся, дорогая, – сказал Дэв, от улыбки резкие черты его лица смягчились. – Ты со мной.

– Отпусти меня, – приказала она.

– Еще рано. – Его темно-карие глаза сверкнули, а улыбка стала шире.

Он понес ее из зала на закрытый двор.

Тина вытянула шею, оглядывая пышный сад. Фонтан, гирлянды с крошечными белыми огоньками на кустах и деревьях с густой листвой. Дэв шагал по каменной дорожке, вокруг не было ни души.

– Отпусти меня, – уверенно сказала она. – Твоя показуха ни к чему.

Дэв наклонил голову:

– Показуха? Я приветствую свою жену, которая вернулась домой.

Неужели он не шутит? Она взглянула на верхний этаж дома, где находилась спальня, и запаниковала. Тине стало стыдно, что, несмотря на обстоятельства, она не может скрыть возбуждения. Почему она жаждет Дэва после всего, что он ей сделал?

– Пожалуйста, отпусти меня!

Она должна остановить его до того, как произойдет то, о чем она пожалеет. Она начала отчаянно вырываться, и наконец Дэв осторожно поставил ее на землю. Тина отвернулась.

Он прищурился, смотря, как она настороженно пятится от него.

– Я не предполагал, что снова тебя увижу, – признался он.

– Я знаю, – прошептала она.

– Где ты была? – резко спросил он.

– Вероятно, я «несколько месяцев отдыхала».

Дэв нахмурился:

– А что еще я мог сказать? – Он пригладил свои короткие черные волосы. – Я не знал, где ты, и вернешься ли ко мне.

– Я ушла от тебя. По-моему, все было ясно.

Упершись руками в бедра, он уставился на нее.

Тина знала, что говорит слишком резко и воинственно.

– Где ты была? – приглушенно спросил он, начиная злиться.

Тина с вызовом вздернула подбородок:

– Не твое дело!

– Как ты можешь такое говорить? – Дэв посмотрел на нее так страстно, что она вздрогнула. – Ты моя жена. Я искал тебя.

– Зачем?

– Что значит – зачем?

Ее сердце колотилось так громко, что его стук отдавался в ушах. Но Тина не позволит Дэву увидеть, как она нервничает. Она небрежно пожала плечами.

– Да. Зачем? Ты получил то, что тебе нужно. Или ты боялся, что я появлюсь в самый неподходящий момент?

Дэв стиснул зубы:

– Ты понятия не имеешь, что мне нужно.

– Ну, жена тебе точно не нужна. – Тина крепко прижала сумочку к груди, словно щит.

Его глаза потемнели от ярости.

– Тина?..

– И сегодня, – произнесла Тина, – я постараюсь избавить тебя от себя.

Глава 2

Тина не могла отвести взгляда от Дэва. Он смотрел на нее в ярости, но не двигался с места. Напряжение нарастало. От едва сдерживаемого гнева Дэв вздрогнул.

– Ты не соображаешь, о чем говоришь, – сказал он.

Ах, как часто она слышала эту фразу!

– Ты опять пытаешься мной командовать?

Дэв закрыл глаза:

– Мне не следовало брать тебя с собой в Лос-Анджелес.

– Зачем же ты меня туда взял?

Она не желала слышать страдание в его голосе.

Тина была слишком слаба для путешествий, но Дэв настоял, чтобы она летела вместе с ним в США, где он снимал сцены для своего блокбастера. Казалось, Дэв так влюблен в нее, что не мог себе представить, как будет ночевать без нее. Но в США она едва его видела. Тина сидела взаперти одна. Порой ей казалось, что он ее наказал.

Дэв медленно открыл глаза и посмотрел на нее:

– За тобой требовался присмотр. Ты была сама не своя после выкидыша.

Их взгляды встретились, и у Тины похолодело в груди. Выкидыш. Он произнес это слово так просто, что она опешила. Она по-прежнему помнила, как ее душил страх, когда она осталась одна. Ей не помогли ни мольбы, ни молитвы. Врачи сообщили Тине, что она потеряла своего мальчика.

– Сама не своя? Откуда тебе было знать? – спросила она. – Тебя там не было. Ты очень ясно дал мне понять, что тебе больше не нужна жена. Что нам незачем сохранять наш брак.

Дэв резко вздохнул:

– Ты так считаешь?

Тина отвернулась. Она не хотела думать о том, что Дэву было наплевать на нее, особенно после того, как она потеряла ребенка.

– Ты ушел от меня. Что мне оставалось думать?

Дэв тяжело вздохнул, запустил пальцы в волосы:

– Я не бросал тебя. Ты сама меня оттолкнула. Ты не смотрела на меня, не разговаривала со мной. Ты вышла из спальни, и…

Тина повернулась к нему.

– Извини, что позволила себе погоревать! – прошипела она. Она не позволит Дэву думать, будто она слабая. – Мы не сможем вернуться к обычной жизни после потери нашего сына.

– Не надо! – Дэв шагнул в ее сторону. – Ненавидь меня, если хочешь, Тина, но не думай, что я не горевал. Но я не мог спрятаться от мира, у меня не было такой роскоши.

Его слова были как удар под дых. Тина вздрогнула и посмотрела на него широко раскрытыми глазами.

– Роскошь? – Дэв рассуждает так, словно у нее была возможность выбора. Как будто она с радостью предпочла горевать.

Дэв решительно смотрел на нее.

– Ты выглядишь здоровее, чем четыре месяца назад. – Взглянув в ее глаза, он удовлетворенно кивнул. – И сильнее.

Он не имеет понятия, как себя чувствует Тина. Она вошла в дом как королева, и противостоит Дэву как смелый воин, но на самом деле она притворяется. Четыре месяца назад она была сломлена, а равнодушие Дэва окончательно ее доконало. Она попыталась вернуть свою жизнь в нормальное русло, но вряд ли ей удастся восстановиться полностью.

– Я сама о себе позабочусь. Этим я занималась почти всю свою жизнь, – сказала Тина. Всего один раз в жизни, после выкидыша, она решила опереться на Дэва, но он воспользовался ее слабостью. – Но я приехала не за этим.

– Как ты сейчас себя чувствуешь? – спросил он.

Обессилившей. Убитой горем. Растерянной.

– Я готова жить дальше.

Дэв не двигался, но Тина ощущала его напряженность. Ее сердце забилось чаще. Она глубоко вздохнула и произнесла:

– Я хочу с тобой развестись.

– Нет.

Она удивленно уставилась на Дэва, услышав его стремительный ответ.

– Разводиться мы не будем, – объявил он и сделал еще один шаг в ее сторону. Его глаза холодно блеснули. – В этом вопросе я буду противостоять тебе до конца.

Тина смутилась, потому что не ожидала такого ответа.

– Я предлагаю тебе то, чего хотим мы оба, – прошептала она.

– Я требую объяснений. Я хочу знать, что творилось в твоей голове, пока мы были в Америке. Как, по-твоему, я себя чувствовал, когда обнаружил в номере отеля только твою записку? Куда ты уехала?

– Туда, где могла подумать в тишине. Туда, где ты не мог принимать решения за меня, – сказала она. – Мне требовалось время, чтобы решить, что делать дальше.

Дэв разочарованно всплеснул руками:

– Ты не должна была уезжать.

Но Тина уехала. Дэв был слишком властен. Она не понимала, почему он принимает за нее все решения. Иногда ей хотелось, чтобы он забыл о ее существовании.

– Ты руководил моей жизнью. – Ее голос дрожал, но она старалась сохранить самообладание.

– Я заботился о тебе, зная, что лучше для тебя, – процедил Дэв сквозь стиснутые зубы.

– Нет, ты просто не желал менять свою устоявшуюся жизнь, – сказала Тина. – Я потеряла твоего ребенка, поэтому больше была тебе не нужна.

Дэв схватил ее за руки.

– Если бы это было так, я бы не женился на тебе.

– Тебе пришлось на мне жениться. Ты не хотел рисковать своей репутацией. – Его семья тщательно и долго лепила из него образ романтического героя. Его репутация сильно пострадала бы, если бы он бросил беременную подругу. – Ты женился на мне, чтобы защитить свою карьеру от скандала. Журналисты восторженно писали о том, что ты стал семейным человеком, но они не догадывались, как ты стремился вернуться к холостяцкой жизни.

– Все было не так!

Дэв сильнее сжал ее руки. Тине казалось, что он хочет ее встряхнуть.

– В самом деле? И что же я увидела, приехав сюда сегодня? Ты развлекаешься. Сколько вечеринок ты устроил за последние четыре месяца?

– Я не развлекаюсь. Вечеринки – часть моей деловой жизни, и ты об этом знаешь.

Она знает, что Дэв Арджун живет и дышит индийской киноиндустрией. Для него кино – не работа и не повинность. Снимаясь в кино и снимая фильмы, он наслаждается каждым моментом. На съемочной площадке Дэв намного счастливее, чем у себя дома. И, судя по газетным сплетням, он предпочитает жене молоденьких актрис.

– Скольких женщин ты сюда приводил?

– Я тебе не изменял. – Он сверкнул глазами. – А ты можешь сказать мне то же самое?

Тина удивленно округлила глаза. Дэв думает, что она нашла себе любовника? Прошедшие месяцы она просто старалась выжить. А он наверняка думает, будто она ездила по миру, меняя любовников как перчатки. При мысли об этом ей стало тошно.

Она упрямо подняла подбородок:

– Я требую развода. Больше мне нечего сказать.

Дэв прищурился. Тина не ответила на его вопрос.

– Я повторяю, что развода тебе не дам.

– Я все равно с тобой разведусь, – настаивала она, высвобождая руки. – Но сначала я пойду и соберу свои вещи.

Повернувшись на каблуках, Тина зашагала по двору. Она молилась, чтобы Дэв не пошел за ней следом. Она не хотела оставаться с ним наедине в спальне. Ее и так одолевают чувственные воспоминания.

Именно в спальне Дэв демонстрировал абсолютную власть над ней. Одного его прикосновения и поцелуя было достаточно, чтобы она потеряла голову. Тина зажмурилась, пытаясь забыть, какой необузданной была во время близости с ним.

– Тина, постой! – окликнул Дэв. – Мы не сможем развестись прямо сейчас.

Тина остановилась. Ее насторожило его внезапное желание найти компромисс. Она медленно обернулась.

– О чем ты говоришь?

Дэв избегал ее взгляда.

– Я веду переговоры с инвесторами. Прошедшие месяцы у нашей кинокомпании были финансовые проблемы.

Прошедшие месяцы? А Тина думала, что финансовые проблемы длятся уже целый год. Она знала, что родители Дэва хотели, чтобы он женился на Шрее – дочери известных киноактеров Болливуда. Если бы этот брак по расчету состоялся, Дэв стал бы самым влиятельным человеком в индийской киноиндустрии. Он бы очень разбогател. Но Тина все испортила.

Дэв подошел к ней:

– Проблема в том, что они думают, будто я очень похож на персонажей, которых играю. Что я смелый и бесшабашный.

– Такое бывает, когда на съемках отказываешься от каскадеров.

– Но они думают, что женитьба меня изменила, и я стал осторожнее. – Он пожал плечами. – Если я буду семейным человеком, в меня вложат больше денег.

Ей не нравилось, куда он клонит.

– Какое это имеет отношение ко мне?

– Мы должны сохранять наш брак…

– Забудь об этом.

– …пока я не получу необходимые инвестиции.

– Я не буду этого делать.

– Подумай хорошенько, Тина, – тихо сказал Дэв, стоя напротив нее. – Я разбогатею. И в случае развода ты получишь больше денег.

Она нахмурилась. Почему Дэв постоянно старается заинтересовать ее деньгами? Как будто он знает, что она постоянно беспокоится о своих финансах.

– У меня есть профессия. Я себя прокормлю.

Дэв поднял руки, словно пытаясь ее успокоить:

– Но ты не снималась уже шесть месяцев.

– Не имеет значения. В Мумбаи ежегодно снимается почти тысяча фильмов. Я найду работу. – Она говорила увереннее, чем чувствовала. До знакомства с Дэвом ее карьера складывалась неважно.

– Ты можешь получить очень выгодную роль. Я тебе помогу, если ты останешься моей женой. У меня большие связи.

– Нет, спасибо. Я не пользовалась твоими связями, когда мы были вместе, и сейчас они мне не нужны. – Все журналисты считали, что она вышла замуж за Дэва ради карьеры. Их обвинения задевали Тину, но меньше всего она хотела, чтобы Дэв думал, что она настолько корыстна.

– Я могу найти для тебя работу на проекте, который выпускает «Арджун энтертейнмент».

– И ты будешь контролировать мою карьеру так же, как ты пытался контролировать мою жизнь? – ответила Тина.

Дэв одарил ее свирепым взглядом:

– Я могу использовать свои связи против тебя, дорогая.

У Тины перехватило дыхание.

– То есть по твоей просьбе меня внесут в черный список? – испуганно прошептала она, на ее глаза навернулись слезы. – Если я не соглашусь на твои условия, ты разрушишь мою карьеру?

Дэв ничего не сказал.

– Мне нужно работать. – Тина содержала мать и сестер. – Ты не можешь так поступить!

Ее муж остался равнодушным к ее доводам.

– Веди себя как преданная жена следующие два месяца. А после годовщины нашей свадьбы я дам тебе развод.

Дэв сразу пожалел о том, что сказал. Он ни за что не стал бы разрушать карьеру Тины. Он запретил ей работать лишь однажды – когда ее здоровье было в опасности. Хотя тогда было слишком поздно. Они уже потеряли своего мальчика.

И Тина решила, что Дэв ей враг. С тех пор как они поженились, Дэв относился к ней как к хрупкой вазе. Он не расстраивал свою беременную жену. Но она все равно потеряла ребенка, после чего они отдалились друг от друга. Настало время изменить тактику.

– Зачем ты так поступаешь? – отрывисто спросила она. – Ты мстишь мне за то, что твоя карьера пострадала, когда ты на мне женился?

– Мне нужна жена. – Ему нужна только Тина. Дэв думал только о карьере, пока не встретил Тину Шарма на свадьбе. Она танцевала как огонь. Ее движения были чувственными и завораживающими. Дэву казалось, что она танцует только для него.

Между ними закрутился бурный роман. Дэв стал первым мужчиной у Тины, но она сводила его с ума, словно опытная соблазнительница. Он всегда верил, что она любит его, пока она резко к нему не охладела. Дэв решил, что, возможно, ее любовь оказалась недолговечной.

Когда он увидел ее сегодня в бильярдном зале, решил, что у него начались галлюцинации. Он мечтал о Тине каждую ночь и каждый день. Однако он заметил, что теперь ее прекрасное лицо не выражает никаких эмоций, а ее черные волосы острижены и похожи на шипы. Невыразительная свободная одежда скрывала нежные изгибы ее тела. Потом Дэв понял, что все происходит наяву. Наконец-то Тина вернулась. Он подумал, что она хочет сохранить свой брак. Но выяснилось, что она приехала за разводом.

– Я не хочу быть твоей женой, – сказала Тина.

Дэв напрягся, ее слова пронзили его как острый нож. Он заставит ее передумать. Ему нужно снова разжечь между ними пламя страсти.

– Оставайся моей женой следующие два месяца, и я дам тебе развод, – солгал он.

– Два месяца? – Она покачала головой. – Это слишком долго.

– Прикинься преданной, обожающей женой. Для тебя это не составит труда.

Она прищурилась:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ты актриса. У тебя все получится.

Тина посмотрела на него с подозрением:

– А что ты подразумеваешь под преданной, обожающей женой?

– Мы будем вести себя как счастливая супружеская пара. – В данный момент Дэв смирится с притворством во время близости и фальшивыми улыбками. – Мы все время на виду. Нас видят слуги, общественность, коллеги. Они не должны догадаться, что мы собираемся развестись.

– То есть ты будешь изображать преданного и обожающего мужа?

Дэв нахмурился:

– Да, конечно. – Ему не придется притворяться. – Мы будем жить вместе и спать в одной кровати.

Подняв руки, Тина шагнула назад:

– С этим я не согласна.

Дэв стиснул зубы. Куда подевалась его страстная и нетерпеливая молодая супруга?

– Ты не вправе ставить условия, – сказал он.

Тина опустила голову и ссутулилась. Она ломала руки и что-то тихонько шептала. Дэв наблюдал, с каким трудом она принимает решение. Такое ощущение, что она заключает сделку с дьяволом.

Вдруг Тина подняла голову и встретилась с ним взглядом.

– Я останусь здесь на два месяца, – в ярости произнесла она. – Я буду притворяться преданной женой, но не стану заниматься с тобой сексом.

– Не нужно отвергать предложение до того, как его получила, – холодно ответил Дэв. Было время, когда она не могла к нему не прикасаться. Неужели теперь она так сильно его ненавидит? – Но мы должны ночевать в одной постели.

– Тогда тебе придется спать с открытым глазом, – притворно-сладко сказала она.

– Тина, меня ничто не испугает. – Он наклонился, и его губы почти коснулись ее уха. – А может, это ты боишься? Возможно, ты боишься не сдержаться и наброситься на меня ночью?

– Нет! – Она отскочила от него, словно обжегшись. – Так могло быть прежде, до того как я узнала, что ты не тот муж, который мне нужен.

У Дэва есть два месяца, чтобы доказать Тине, что он единственный мужчина, который ей нужен.

– Мы должны вернуться к гостям, – сказал он и взял ее за руку.

Она крепко прижала руку к груди:

– Мне не до веселья.

– Мне наплевать. – Дэв продолжал держать ее за руку.

Запустив напряженные пальцы в короткие волосы, она посмотрела на свои джинсы:

– Мне нужно переодеться.

– Нет. – Она запрется в комнате при первой же возможности.

– Дэв? – послышался во дворе знакомый голос.

Дэв выругался, услышав голос Шреи Сен. Вздернув подбородок, Тина шагнула назад и свирепо на него уставилась.

– Что она здесь делает?

– Тише, дорогая. – Дэв схватил ее за руку. Тина сжала пальцы в кулак. – Ты должна вести себя как преданная жена.

– Преданная, говоришь? – резко выдохнула Тина. – О, будет тебе преданная жена. Такая преданная, что ты пожалеешь, что вообще со мной связался.

Глава 3

– Дэв, где ты? – По тропинке стучали каблуки туфель Шреи. Наконец она вышла из тени. – Я сказала, что буду хозяйкой вечеринки, но это не означает… О, Тина!

– Привет, Шрея! – Тина говорила как можно спокойнее, хотя ее распирало от злости. Хозяйка вечеринки? Именно на этой женщине Дэва хотели женить его родители.

Тина посмотрела на Дэва, требуя объяснений. Он даже не взглянул в ее сторону, а улыбнулся Шрее.

– Я не знала, что ты вернулась, – сказала Шрея, проводя ухоженными пальчиками по длинным черным волосам.

«Так я тебе и поверила», – Тина заставила себя улыбнуться. Шрея Сен была одной из красивейших женщин в мире. Тина неохотно признавала, что эта гламурная актриса поразительно хороша собой. Ей удавалось быть одновременно сексуальной и элегантной. Сегодня на ней было короткое красное платье без бретелей, которое удачно подчеркивало ее золотистую кожу и пышную фигуру.

Шрея взглянула на одежду и волосы Тины и пробормотала:

– Миленькая стрижка.

Тина сжала кулаки, чтобы не прикасаться к своим коротким прядям. Вместо этого она лучезарно улыбнулась и взяла Дэва под руку. Тина стиснула зубы, когда он накрыл ее руку своими пальцами. Она знала, что он играет, но чувствовала себя в ловушке.

– Спасибо, – хрипло сказала Тина, и ее сердце забилось чаще. – Это очень модная стрижка в США.

Она ощутила, как напрягся Дэв, глядя на нее сверху вниз. Тина догадалась, что зря упомянула США. Теперь все узнают, где она провела прошедшие несколько месяцев.

– Что ты скажешь о моем новом имидже? – обратилась Тина к Дэву.

– Мне нравится, – ответил он, и его глаза потемнели, когда он запустил пальцы в ее короткие волосы.

Тина знала, что стрижка ему не нравится.

– США? – громко спросила Шрея. – А никто даже не догадался.

– Я хотела побыть одна, пока выздоравливаю. – Тина положила голову на плечо Дэву. – В США мне никто не докучал.

– О, Тина. – Шрея цокнула языком и покачала головой. – Не надо было так далеко уезжать. Я уверена, тебе бы и в Мумбаи никто не докучал.

Тина глубоко вздохнула, когда резкие слова Шреи вонзились ей в душу, словно острый нож. Она и так знает, что ее карьера почти завершилась.

– Я не хотела рисковать, – сказала Тина.

– Не пора ли вернуться в дом? – Шрея, по-видимому, желала отказаться от роли хозяйки вечеринки.

– Да. – Дэв крепче сжал руку Тины, ведя ее в дом.

Войдя в бильярдный зал, Тина почувствовала ужасную усталость.

– Оставайся здесь, а я принесу тебе что-нибудь выпить, – сказал ей Дэв.

Тина разочарованно вздохнула, наблюдая, как ее муж и Шрея растворяются в толпе. Она не хотела пить и определенно не желала видеть, как Шрея взяла Дэва под руку, словно они больше, чем просто друзья. Тина радовалась, что не Дэв взял ее под руку, однако она заметила, что он не уклонился от ее прикосновения.

Послышался громкий визг:

– Тина Шарма!

Обернувшись, Тина увидела двух женщин, идущих в ее сторону, и стиснула зубы. Одной из них была Приша – хореограф, второй – Куши, известная плейбек-певица. Обе были очень популярны.

– Давненько мы не виделись, – сказала Тина, когда они обменялись вежливыми поцелуями. – Вы обе замечательно выглядите. – Она опять пожалела, что не надела вечернее платье.

– Спасибо. Кстати. – Приша положила руку на плечо Тины. – Прими мои соболезнования.

Тина замерла, на ее глаза навернулись слезы.

– Это такой ужас, – произнесла Приша, в ее глазах читалась неискренность, когда она подошла ближе. – Я поверить не могла, что ты потеряла ребенка на таком позднем сроке.

– Мы с Дэвом очень переживали. – Тина хотела сбежать, но не могла сдвинуться с места.

– Врачи сказали, в чем причина? – спросила Куши.

Тина закрыла глаза. Она знала, что придется отвечать на подобные вопросы, но не желала ни с кем делиться своими переживаниями.

– Нет, – прохрипела она.

Приша сочувственно похлопала ее по плечу:

– Я уверена, в следующий раз вы оба будете осторожнее.

Тина ахнула, изнемогая от боли. Отпрянув от Приши, она уставилась на нее, с ненавистью наблюдая, как та торжествует.

– Она просто посоветовала, – произнесла Куши, поднимая руки в знак капитуляции. – Если ты хочешь оставаться женой Дэва, тебе нужно поскорее забеременеть.

Забеременеть? Нет, никогда.

Тина осторожно облизнула губы, изо всех сил стараясь сохранить самообладание:

– Что ты хочешь этим сказать?

– Ну, об этом все знают. – Куши хитро улыбнулась, а потом взяла Пришу под руку. – Дэв женился на тебе только потому, что ты вынашивала наследника Арджун.

Тина не желала смотреть вслед уходящим женщинам. Она уставилась прямо перед собой, стараясь унять злобу. Тина вспомнила тот момент, когда сообщила Дэву о своей беременности. Она не знала, как он отреагирует. Ребенок изменил бы его привычную жизнь, однако она не ожидала увидеть в его глазах восторг. Потом он широко улыбнулся, крепко обнял ее и тут же предложил стать его женой.

Их брак не одобрял никто. Зрители были в ярости, считая, что соблазнительница Тина не заслужила романтического героя Дэва. Ее коллеги не думали, что девушка из трущоб достойна того, чтобы носить фамилию Арджун. Тина нарушила все правила, выйдя замуж за Дэва. Некоторые журналисты зашли так далеко, что заявили, будто она заслужила выкидыш.

Тина вздрогнула, когда Дэв сунул ей в руку высокий бокал с соком манго.

– Ты бледна, – сказал он, нахмурившись.

– Это из-за смены часовых поясов. – Она не хотела, чтобы он знал, насколько она беззащитна. – Если бы у меня была возможность накраситься и…

– Тина!

Она повернулась и увидела лучшего друга Дэва, который распахнул ей объятия.

– Где ты, черт побери, пропадала?

– Я тоже рада тебя видеть, Нихил, – искренне сказала она.

Обычно Тина старалась избегать таких людей, как Нихил Кханна. Родившись в семье болливудских актеров, Нихил был богат, образован и стал прекрасным сценаристом. Семья Тины не имела никаких связей. Тине не удалось даже окончить школу. Однако она быстро подружилась с Нихилом.

– Как долго тебя не было. – Нихил смотрел на нее в упор, его взгляд был серьезным. – Твой муж скучал по тебе.

От страха у нее скрутило живот. О чем Нихил знает? Что Дэв рассказал ему?

– А ты не скучал? – беспечно спросила она.

Нихил резко вздохнул:

– Ты даже представить не можешь, как я по тебе скучал. – Он дотронулся до ее руки, но Дэв оттолкнул его руку:

– Не забывайся, Нихил!

Тина посмотрела на Дэва. Прежде ее супруг никогда так не разговаривал с другом. Ее удивили собственнические замашки Дэва. Тина настороженно посмотрела на Нихила.

Нихил закатил глаза:

– Ну, теперь ты исправишь дурной нрав своего мужа. Он действительно скучал по тебе. – Он взял у нее из рук бокал с соком и поставил его на соседний стол. – Давай танцевать.

– Нет, нет! – Тина в ужасе шагнула в сторону и уперлась в мускулистое тело Дэва. – Не сегодня.

– Как ты можешь такое говорить? – сказал Нихил, перекрикивая ритмичную музыку. – Ты родилась, чтобы танцевать.

Эту фразу она слышала часто, годами. Танцы были ее творческой отдушиной. Она любила выражать эмоции через движения. Но однажды тело отказалось ее слушаться, а все чувства умерли. Она не могла двигаться, не слышала музыку в душе. Потеряв сына, она перестала танцевать.

– Тина танцует только со мной, – объявил Дэв, обняв жену за талию. – Но сначала она должна поздороваться с гостями.

Тина виновато посмотрела на Нихила, когда Дэв потащил ее прочь. Через несколько минут у нее ныло лицо от постоянной вынужденной улыбки, пока она здоровалась с гостями. Все они принадлежали индийской киноиндустрии, но не были ее коллегами.

– Ты дружишь со всеми этими людьми? – спросила Тина, когда Дэв провел ее в другую комнату.

– Только с некоторыми из них, – признался Дэв, кивая кому-то по пути. – Большинству наших гостей от меня что-то нужно, и они, не колеблясь, при первой же возможности воткнут мне нож в спину.

– Зачем тогда приглашать их в свой дом? – пробормотала Тина.

– Наш дом, дорогая, – мягко поправил он ее, крепче обнимая за талию. – На этот раз вечеринка устроена по случаю окончания съемки.

Она нахмурилась. Ей следовало знать, что Дэв сразу вернется к работе, будто между ними ничего плохого не произошло.

– Что за фильм?

– Римейк фильма «Меджнун и Лейли», – сухо сказал он.

Ее удивило, что он снимался в романтическом фильме, сценарий которого был основан на классической персидской истории любви. История более трагичная, чем повесть о Ромео и Джульетте. Бедняк влюбился в богатую девушку. Им запрещали встречаться, и Меджнун сошел с ума от любви к Лейли.

– Ты бы видела, как он играл, Тина! – Один из пьяных гостей внедрился в разговор и обнял Дэва за плечи. – Потрясающая игра. Никогда такого не видел. Казалось, он сойдет с ума по-настоящему.

Она посмотрела на Дэва, и у нее перехватило дыхание.

– Я не шучу, Тина, – произнес гость, не подозревая, какие страсти кипят между ней и Дэвом. – Он классно играл.

– Я не сомневаюсь, – выдавила она. У нее сдавило грудь, ей стало трудно дышать. – Извините. – Тина прижала руку к виску. – Но мне нездоровится после перелета.

– Ты должна прилечь, – сказал Дэв. – Я провожу тебя.

Тина проигнорировала протянутую им руку. Она не желала, чтобы Дэв к ней прикасался.

– Не нужно. Я просто выпью немного воды. Я сейчас вернусь, – солгала она, торопливо уходя. – Оставайся с гостями.

Ранним утром следующего дня Дэв поднял глаза от газеты, когда услышал звон браслетов Тины. Наконец-то она вышла. Тина сбежала с вечеринки вчера ночью, и он задавался вопросом, уж не собирается ли она просидеть наверху весь день.

Он отложил газету, ожидая, пока она подойдет к столу, чтобы позавтракать. Дэв поморщился, услышав ее робкие шаги. Вероятно, она замышляет новый план побега. Они так не договаривались. Он потребовал, чтобы она играла роль преданной жены, и добьется, чтобы она вела себя именно так, даже если ему придется выслеживать ее по всему дому и тащить к столу.

Тина была босиком, в бледно-розовых шальварах и просторной тунике, которые скрывали ее фигуру. Она казалась невинной и женственной и была совсем не похожа на соблазнительницу, роль которой привыкла играть в кино. Но Дэв знал, что Тина может быть иной – страстной и сексуальной.

Дэв сразу же встал и отодвинул для нее стул.

– Я думал, ты проспишь все утро.

Она слегка покачала головой:

– Я бы поспала, но из-за смены часовых поясов у меня бессонница.

– Ты перепутала комнаты. – Дэв наблюдал, как она проходит мимо стула, который он для нее отодвинул. – Ты уснула в гостевой комнате.

Опустив голову, она поспешно села за стол напротив него.

– Я легла в первой комнате, в которую зашла.

Дэв ей не поверил. Тина нарочно не пришла ночевать в их спальню.

Он сел, и Тина положила себе на тарелку овощи и яйца. Ее глаза загорелись, когда она увидела сервировочное блюдо, накрытое полотенцем.

– Это пури? – прошептала она.

– Повар приготовил эти лепешки в честь твоего возвращения, – сказал Дэв и увидел, как она улыбается. Впервые после возвращения она выглядела счастливой.

Она взяла горячий пури:

– Мне кажется, я их сто лет не ела.

Он смотрел, как она благоговейно ломает пальцами пури, потом вдыхает его ароматный пар и подцепляет им порцию пряного картофеля. Положив пури в рот, Тина закрыла глаза и простонала от удовольствия.

От ее реакции в его жилах забурлила кровь. Дэв заставил себя откинуться на спинку стула и стал рассматривать свою жену. Тина была чувственной женщиной, которая умела наслаждаться едой. Она любила готовить и любила поесть.

– Ты соскучилась по пури, – пробормотал он.

Тина покраснела и прикрыла рот рукой.

– Я соскучилась по острой пище. По индийской кухне. По хорошей еде.

– Почему ты себе не готовила?

Тина замерла:

– Дома вкуснее.

Дэв не понимал, почему она не готовила еду несколько месяцев и не танцевала, не общалась с гостями на вечеринке. Однако он заметил, что она намного лучше говорит по-английски. Где она была все это время? Что делала? И с кем?

Тина опустила голову, словно решив сосредоточиться на еде.

– Почему ты дома, Дэв? Разве тебе не нужно на работу?

Он посмотрел на часы. Ему необходимо поехать на студию «Арджун энтертейнмент» вместе с Тиной. Вероятно, еще слишком рано давать ей работу, но он боится, что она снова сбежит, пока он в отъезде.

Карьера очень важна для Тины, поэтому он использует все свои связи, чтобы ей помочь и удержать рядом с собой.

– Я поеду на работу, и ты поедешь вместе со мной. – Дэв поднял руку, не позволяя ей возразить. – Тебе нужны мои связи? Сейчас лучшее время, чтобы познакомить тебя с режиссерами и продюсерами. И потом, там нас ждут особые гости.

– Кто? – Перестав жевать, она посмотрела на него. У нее вдруг пропал аппетит. – Твои родители?

– Нет, – резко ответил он. – Твоя мать.

– Моя мама приедет на студию Арджун? – Тина вскочила. – Зачем? Когда она приехала?

Дэв думал, что Тина обрадуется, а не запаникует.

– Что не так? – спросил он.

Она прикусила губу:

– Как она с тобой связалась? Она знает, что я вернулась?

– Я сам на нее вышел. На самом деле я общался с твоей семьей с тех пор, как ты скрылась в неизвестном направлении.

Она поморщилась:

– О, ты даже не представляешь, что сделал. – Тина хлопала себя ладонями по щекам, вышагивая по комнате. – Что ты им сказал?

– То же, что и всем. Что ты восстанавливаешься после выкидыша. Они не знали, где ты. Почему ты не сказала правду своей матери?

Глава 4

Тина насторожилась, увидев разочарование в глазах Дэва. Он не имеет никакого права ее осуждать. Она отнюдь не эгоистка. Ей просто хотелось защитить себя, и она не чувствует себя виноватой за принятое решение.

– Моя мать настаивала, чтобы я с тобой не разводилась. – Она скрестила руки на груди.

Дэв внимательно на нее посмотрел:

– Поэтому ты скрылась?

У Тины сдавило грудь.

– Я сделала то, что было лучше для меня. – Она совсем не чувствовала себя виноватой. Она слишком долго заботилась о своей семье, но в тот раз просто должна была себя поберечь.

– Но ты отгородилась ото всех, – с горечью сказал Дэв. – Это тебе удалось. Однако, по-моему, не следовало поворачиваться спиной к своей семье.

Остановившись, Тина посмотрела на своего мужа:

– Я не поворачивалась к ним спиной! Ты ничего не знаешь о моей матери и сестрах.

– Я знаю, что твоя мать озадачена и обижена твоим четырехмесячным молчанием.

Тина потерла лицо руками. Ее мать, Риима Шарма, была не просто ее матерью, но и ее менеджером. В какой-то момент Тина поняла, что материнские советы основаны не на том, что лучше для Тины, а на том, что лучше для семьи.

– Я не теряла с ними контакт, – пробормотала она.

Дэв с издевкой произнес:

– Ты просто оплачивала их счета через своего бухгалтера.

– Откуда ты об этом знаешь? – Тина никогда не обсуждала свои доходы и расходы с Дэвом и радовалась, что он ни разу ее о них не спросил.

– Когда ты уехала от меня, я решил, что ты вернулась в дом своей матери. – Дэв поднялся со стула.

Простонав, Тина потерла лоб. Она вдруг представила, как богач Дэв Арджун посещает дом ее матери. Нечего и сомневаться, что все соседи вышли его поприветствовать. А Риима наверняка брала с соседей деньги, чтобы дать им возможность повидаться с Дэвом.

– Сколько денег вытащила из тебя моя семья?

– Я был счастлив помочь. – Дэв пожал плечами.

– Не надо было этого делать. Это я несу за них ответственность, – сказала Тина. Ей было противно, до чего ее мать одержима деньгами. Тина постоянно выслушивала от матери упреки в том, что из-за нее она потеряла мечты, благополучие и мужа.

Дэв взглянул на часы:

– Мы должны ехать на студию. Я сказал твоей матери, что мы приедем в девять.

Тина узнала его винтажные часы. Она подарила их Дэву, когда они только начали встречаться. Он обожал старинные вещи.

– Моя мать всегда точна. – Тина ссутулилась. Она с трудом переставляла ноги. – Она приедет ровно в девять.

Час спустя напряженная Тина сидела рядом с мужем на заднем сиденье роскошного автомобиля. Когда водитель повернул на оживленную улицу, Тина сжала кулаки и опустила голову. На этот раз она дольше настраивалась: она впервые ехала на киностудию Арджун. Дэв не приглашал ее на студию прежде, а Тина не желала к нему приезжать без предупреждения. Она всегда подозревала, что он не хочет, чтобы она встречалась с богачами Арджун. Она знала, что обязана выглядеть как жена босса. В ярко-желтом дизайнерском платье, туфлях на шпильках и темных солнцезащитных очках Тина походила на звезду Болливуда. Наряд служил ей своеобразным щитом, скрывая ее напряжение и неуверенность в себе.

Она посмотрела на Дэва. Он был в джинсах и черной рубашке. Ему не нужно наряжаться, чтобы выглядеть как кинозвезда.

– Ты не должен нас воссоединять, – пробормотала Тина.

– Я чего-то не знаю? – Дэв просматривал сообщения на телефоне. – Ты не ладишь со своей семьей?

– Мы ладим. – Водитель повернул на другую улицу, и Тина увидела эмблему «Арджун энтертейнмент» на большом современном здании. – Это твоя киностудия?

– Ее построили несколько лет назад. Она отвечает международным стандартам, – с гордостью сказал Дэв, пока Тина смотрела на зеленые насаждения вокруг белого здания. Вход представлял собой башню со стеклянными окнами. – У нас есть павильоны студий звукозаписи и танцевальные залы для репетиций. Все под одной крышей.

Тина обратила внимание на суматоху, когда вошла в вестибюль вместе с Дэвом. Молодые мужчины и женщины в футболках и джинсах метались по залу. Они переносили документы, мобильные телефоны и маленькие стеклянные чашки с чаем.

Мать Тины сидела в ярко-синем кресле в окружении произведений современного искусства, изображающих знаменитые сцены из фильмов. При виде Риимы Шарма на глаза Тины навернулись слезы. В длинной черной косе матери виднелась седина.

– Мама! – Тина вдохнула цветочный аромат духов матери, потом поклонилась ей и в знак уважения коснулась рукой ее ступни.

– Что за ужасная прическа! – воскликнула Риима, потянув короткие прядки Тины. – О чем ты думала? Ты выглядишь как мальчик, тебя не захотят снимать.

– На мальчика она совсем не похожа, – протянул Дэв, приветствуя тещу.

Тина поднялась в полный рост и посмотрела на Дэва. У нее засосало под ложечкой, когда она увидела желание в его глазах. Покраснев, она поспешно отвернулась. Как он может смотреть на нее с таким вожделением сейчас, когда она так ужасно выглядит? Никакой макияж не скроет усталость и страдание на ее лице.

– Хотите, я покажу вам студию? – спросил Дэв.

– Да! – с энтузиазмом ответила Риима.

– Где Рани и Мира? – произнесла Тина, когда они пошли по студии.

– Я сказала твоим сестрам, что мне нужно поговорить с тобой наедине. – Риима поправила дупатту[1]. – Жаль, что они сюда не приехали. Как вы думаете, мы встретим кинозвезд?

– Они будут работать. – Тина не стала уточнять, что ее сестрам наплевать на индийское кино. У них совсем другие интересы и цели, которые их мать понять не может.

– Да, но мы с боссом, – напомнила ей Риима. Она посмотрела на Дэва, потом снова на Тину. – Мы с тобой поговорим позже.

– Я ее муж, – напомнил Дэв. – Вы можете разговаривать с ней в моем присутствии.

Рииме Шарма было на это наплевать. Ее не впечатляла внешность и мужской шарм Дэва. Тина вообще не помнила, чтобы ее мать говорила что-нибудь приятное о мужчинах. Ее мать не любила, не уважала и не доверяла мужчинам с того самого дня, как муж бросил ее с тремя маленькими дочерьми.

– Все в порядке? – спросила Тина, когда они шли по переполненному людьми коридору.

– Где ты была? – Риима повысила голос.

Тина поджала губы. Она понимала, что не может никому об этом рассказать. Она посмотрела на Дэва, и от страха ее сердце забилось чаще. Он словно ждал, когда она раскроет ему свои самые сокровенные тайны.

– Я была в Калифорнии.

– В Голливуде? – У Риимы загорелись глаза. – Ты встречалась с кем-нибудь из кинобизнеса?

– С режиссером телевизионных программ, – сказала Тина, вспоминая нервную женщину, которая смолила как паровоз и постоянно пила кофе. – Я несколько раз с ней обедала.

– Это хорошо! Она предложит тебе работу?

Тина пожала плечами:

– Мы немного поговорили об этом. – Она не считала, что ей предложат серьезную работу. И потом, Тина не представляла, как будет жить за пределами Мумбаи.

– Значит, ты так долго отсутствовала из-за режиссера? – спросила Риима.

– Я восстанавливалась, – ответила Тина, игнорируя любопытный взгляд Дэва.

– Четыре месяца? – Риима покачала головой. – Ты устроила себе настоящий отпуск.

– Не имеет значения. – Тина решительно улыбнулась. – Я вернулась.

Мать продолжала настаивать:

– Ты не работала уже шесть месяцев, и никто не присылал тебе сценарии. Зрители тебя забудут. Твои поклонники отвернулись от тебя, как только решили, что ты обманом заставила Дэва жениться на тебе. Режиссеры не захотят тебя снимать после того, что ты сделала со своими волосами.

– Я найду работу. – Тина старалась сохранять самообладание, хотя только сейчас поняла, что недооценила проблемы, которые ее ждут впереди. Но она не должна показывать волнение, особенно перед Дэвом.

– Вот гримерная, – согласился Дэв, указывая на открытую дверь. – У нас их более двадцати для ведущих актеров.

Тина остановилась на пороге, пока ее мать разглядывала роскошную гримерную.

– Посмотри, Тина! – воскликнула Риима, выйдя из прилегающей ванной комнаты. – Здесь есть горячая и холодная вода.

Дэв нахмурился:

– А как обычно выглядела твоя гримерная, Тина?

– Своей гримерной у нее не было! – Мать Тины рассмеялась. – Ей везло, если удавалось попасть в гримерную к начинающим актерам и артистам подтанцовки. Можно нам посмотреть съемочный павильон?

– Конечно, – сказал Дев, ведя их вперед. – Еще у нас есть тренажерный зал, комната отдыха и специальная столовая для актеров и кинотехников.

– Ох! – Риима всплеснула руками. – Тина, ты должна будешь отвести меня в эту столовую.

– Не думаю, что меня туда пустят, – произнесла Тина. – Столовая для известных актеров.

– Ты замужем за Арджуном, – произнес Дэв. – Ты не будешь ходить в кафе или столовую вместе с обслуживающим персоналом.

Тина вздрогнула, услышав тон Дэва. Такое ощущение, будто он считает, что поспешное замужество – ее лучшее достижение в жизни. Ведь она не просилась работать с ним и не пользовалась его связями.

– Ты должна прямо сейчас вернуться к работе. Беременность могла разрушить твою карьеру. – Риима раздраженно фыркнула.

Тина зажмурилась. Она вспомнила спор с матерью после того, как сообщила, что беременна. Беременность была незапланированной, но для Тины она стала желанной.

– Ребенок был для меня важнее карьеры актрисы Болливуда. – Ее голос дрожал от волнения.

– Но ты потеряла и то, и другое. – Риима подняла руки в знак капитуляции.

Дэв коснулся ладонью плеча Тины. На этот раз она от него не отстранилась. От его прикосновения ее напряженные мышцы стали расслабляться.

– Ты должна была сразу выйти на работу. Дэв немедленно начал работать. – Риима указала на него с неохотой, но восхищаясь им. – А ты устроила себе длительный отпуск.

– Это я настоял на том, чтобы она отдохнула, – сказал Дэв.

Тина замерла. Она оказалась не готова к тому, что Дэв возьмет на себя вину. Ей больше не нужна его помощь.

Риима встала в центре оживленного коридора и от ужаса округлила глаза.

– Зачем? У Тины все меньше ролей, но все больше обязанностей перед семьей.

– Вы помните, какой она была после выкидыша, – холодно произнес Дэв. – Она горевала.

– Она быстрее пришла бы в себя, если бы не отлынивала от работы, – парировала Риима. – Я говорила, что она не должна выходить замуж.

Дэв поднял брови:

– Что вы имеете в виду?

– Если актриса выходит замуж, ее карьера заканчивается.

– Мама, перестань, – прошептала Тина.

– Ты не можешь бросить работу. – Риима повернулась к Дэву. – Она обязана содержать свою семью. Мы должны оплачивать обучение ее сестры Рани. А ее сестра Мира собирается замуж за инженера из хорошей семьи. Не мне вам рассказывать, как важно хорошее приданое.

– И по-вашему, Тина должна за все это платить?

Дэв посмотрел на Тину, и она кивнула. Она старший ребенок в семье и должна содержать своих сестер.

– Конечно, – сказала Риима. – Я не сомневалась, что Тина выберется из трущоб. После всех конкурсов красоты, шоу талантов и участий в показе мод я ожидала, что сейчас Тина будет зарабатывать намного больше. Я признаю, она не великая актриса, но многие звезды Болливуда снимаются только благодаря своей красивой внешности.

– Я оплачу свадьбу ее сестры, – объявил Дэв. – И куплю ей приданое.

Тина вздрогнула и удивленно на него уставилась, решительно прошептав:

– Не нужно этого делать.

Он проигнорировал Тину, говоря с ее матерью:

– Если вам что-то понадобится, свяжитесь с моим помощником.

– Почему вы согласились на это? – Риима бросила на него оценивающий взгляд. – Это касается только Тины и меня.

– Я не желаю, чтобы Тина волновалась, – объяснил он. – Она должна отдыхать.

– Снова отдыхать? – воскликнула Риима, повернулась и разочарованно посмотрела на дочь. – Тина, я не знала, что ты такая слабачка.

Тина не ответила.

– Она не слабачка, – прорычал Дэв. – Она не разрешила мне заботиться о ней, но я улажу все ее проблемы.

Риима поджала губы, будто взвешивая все аргументы.

– Спасибо, Дэв. Это меньшее, что вы можете сделать, раз Тина не работает. Я надеюсь, в будущем вы не помешаете ее карьере.

– Мама, я буду заботиться о тебе и сестрах, – пообещала Тина.

Ее мать по-прежнему стремится контролировать ее карьеру, поэтому пребывает в ярости, что этим занялся Дэв. Но все изменится. Тина откажется от услуг матери, как менеджера, и будет сама строить свою кинокарьеру.

– Судя по всему, ты даже о себе не можешь позаботиться. – Риима вздохнула. – Ты должна изменить внешний вид.

– А здесь у нас студия звукозаписи, – произнес Дэв, открывая тяжелую дверь.

Войдя внутрь, Тина изумленно открыла рот. Помещение было огромным и оборудованным по последнему слову техники.

– Тина? – прошептала Риима. – Ты должны работать для «Арджун энтертейнмент». Здесь даже в студии звукозаписи и гримерных есть кондиционер.

Тина посмотрела на Дэва и напряглась, увидев его злость.

– Значит, когда ты была беременна, у тебя не было возможности отдохнуть в комнате с кондиционером?

– Конечно, не было, Дэв. Я же не кинозвезда первой величины.

– Я этого не потерплю! – прорычал Дэв. – Отныне я позабочусь, чтобы у тебя были все удобства.

Риима улыбнулась, взяла его за руку:

– Дэв, я предлагаю поговорить.

Час спустя Тина сидела в кресле в атриуме и пила холодный чай. Дэв расположился рядом с ней, проверяя электронную почту. Мать Тины уехала.

Дэв знал, что Тина смутилась, когда Риима попросила водителя Дэва отвезти ее домой.

– С чего вдруг ты стал заботливым зятем? – сердито спросила Тина. – Почему ты предложил оплатить свадьбу моей сестры?

– Я оплачу все твои расходы. – Дэв не понимал, почему она не принимает его позицию. Он богат и может себе позволить тратить деньги. – Больше не беспокойся об этом.

Тина скрестила руки на груди и отвернулась.

– Почему ты это делаешь? Точно не потому, что она член моей семьи. Мы оба знаем, что через два месяца мы с тобой расстанемся, – напомнила ему Тина. – Я не хочу быть перед тобой в долгу.

Он рассердился:

– Причем здесь долги передо мной?

В атриуме послышалось лепетание ребенка.

Сердце Дэва сжалось, когда он увидел, как побледнела Тина. Поджав губы, она закрыла глаза.

Дэв увидел Шанти – известную болливудскую актрису, блиставшую на экране десять лет назад. Она подошла к столику, держа на руках пухлую малышку, которая восторженно махала ручками. Дэв с трудом перевел дыхание.

Он вздрогнул, почувствовав, как Тина коснулась его руки. Она встала и вынужденно улыбнулась.

– Шанти? – обратилась Тина к звезде. – Поздравляем вас с дочерью! Я так рада за вас.

Шанти лучезарно улыбнулась:

– Спасибо. Я надеюсь, вы не против того, что я принесла с собой Анджали, – сказала она, посмотрев на Дэва. – Мне нужно продублировать диалог, но я не могла оставить девочку одну дома.

– Никаких проблем. – Дэв встал и посмотрел в карие глаза ребенка. Анджали нахмурилась и засунула пальцы в рот.

– Красавица, – прошептала Тина.

– Хотите ее подержать? – спросила Шанти.

Тина напряглась. У Дэва сдавило горло, когда он увидел, как Тина осторожно берет девочку на руки. Тина быстро заморгала, чтобы сдержать слезы.

Дэв обнял Тину за талию, вдохнув аромат тела ребенка. Ситуация становилась мучительной.

Уголки рта Анджали поползли вниз – девочка почувствовала, что Тина и Дэв страдают. Внезапно Анджали расплакалась. Тина пыталась ее успокоить, но девочка плакала все громче.

Дэв погладил Тину по спине, успокаивая.

– Мне кажется, она хочет к маме. – Тина передала малышку Шанти.

Кинозвезда крепко прижала к себе девочку, начала тихо ее успокаивать и достала из коляски погремушку.

Застыв на месте, Дэв убрал руку со спины Тины. Яркая погремушка была точно такой же, какую он купил в ожидании рождения своего ребенка.

Девочка успокоилась. Тина потянулась к руке Дэва и переплела пальцы с его пальцами.

– Извините. – Шанти взмахнула погремушкой, чтобы отвлечь дочь. – Обычно Анджали довольная и спокойная.

Дэв едва слышал ответ Тины. Он с трудом сдерживал мрачные эмоции, которые угрожали его поглотить. Казалось, прошла целая вечность, прежде чем Шанти унесла ребенка из атриума. Он ссутулился, как только за ней с лязгом закрылась дверь.

– Ей не следовало давать тебе ребенка, – проворчал Дэв, крепче сжимая руку Тины.

– Все в порядке, – мягко сказала Тина, возвращаясь к своему столику. – Она хотела поделиться своим счастьем.

Дэв покачал головой:

– Ее дочь родилась в то же время, когда ты потеряла нашего ребенка. Шанти об этом знала.

Тина избегала его взгляда.

– Возможно, она решила, что мы уже успокоились.

Ее слова показались ему ударом в грудь.

– Разве? – резко прошептал он.

– А ты посмотри, как это восприняла моя семья. – Тина снова села в кресло. – Мои сестры не удосужились выразить мне соболезнования и не навещали меня в больнице. Твои родители не говорят о нашем сыне. Такое чувство, что его забыли.

– Я не хочу забывать нашего сына.

– Я тоже его не забуду. – Дрожащими руками Тина смахнула с лица непрошеные слезы. – Я буду его помнить.

– Мы будем его помнить, – хрипло произнес Дэв.

Резко кивнув, Тина глубоко вздохнула.

– А пока, – быстро произнесла она, – мне нужно найти какую-нибудь работу.

Дэв потер лицо руками. Ему хотелось сказать ей, что она не должна работать и соглашаться на первую же роль, которую ей предложат. Но он знал, что все сказанное им будет неправильным.

Теперь он понимает, почему Тина рвется на работу. Причина не в амбициях, а в обязанностях перед семьей.

– Ты не должна торопиться, – сказал он Тине. – На тебя оказывают сильное влияние. Я знаю, что это такое. Я единственный ребенок в семье и должен продолжать династию Арджун. Родители очень сильно давили на меня, требуя, чтобы я оправдал их ожидания. Если бы я не сумел… – Он вздрогнул.

– Но тебе все удалось, – утверждала Тина. – Твои родители почти всегда гордились тобой.

Почти. Вот именно. Родители не одобрили его выбор жены и не скрывали этого. Что бы Тина ни делала, как бы себя ни вела, они ее не одобряли.

– Странно, что их не было на твоей вечеринке, – пробормотала она.

– Неужели ты ничего не знаешь? – прошептал он.

Напрягшись, Тина резко повернулась и встретила его взгляд.

– О чем?

– Мой отец умер.

От шока Тина открыла рот.

– Как? Когда?

– Четыре месяца назад.

Она медленно покачала головой, будто стараясь осознать смысл услышанного.

– Когда именно? – Тина закрыла глаза и сглотнула.

– Через неделю после того, как ты от меня ушла.

Глава 5

– Дэв… Мне так жаль. – Она прижала руку к груди. Ее сердце учащенно колотилось. – Я не знала.

– Об этом сообщали в международных новостях, – сказал Дэв.

Она слышала неверие в его голосе.

– В то время я не следила за новостями, – объяснила Тина. Она не желала сообщать ему, что у нее не было доступа к телевидению и компьютеру, к журналам и газетам.

– Поминки продолжались несколько недель. Будет еще одна церемония памяти в день награждения в ближайшее время.

Вероятно, Дэв считает ее бессердечной, ведь Тины не была рядом с ним, когда он в этом нуждался. Она знала, что у него были сложные отношения с отцом.

– Что с ним случилось?

– Сердечный приступ. Мгновенная смерть, – ответил Дэв.

Тина закрыла глаза, чувствуя себя виноватой:

– Как твоя мама?

– Она в порядке, вернулась на работу, – отрывисто произнес он. – Она снимает фильм в Лондоне.

Тина уставилась на Дэва с непониманием. Даже пережив горе, члены семьи Арджун продолжают работать. Они ведут себя как роботы.

Хотя, скорее всего, Дэв заглушал боль потери, уходя с головой в работу.

– Ей наверняка очень тяжело. Она прожила с твоим отцом более тридцати лет!

– Хотя мои родители считались одной из легендарных любовных пар в Болливуде, они поженились по расчету. Каждый из них жил своей жизнью, они редко бывали дома вместе.

– Все равно, – слабо возразила Тина.

Она догадывалась, что Гаури и ее муж Викрам скорее деловые партнеры, чем влюбленные. Они вместе работали, создавая бренд Арджун. Но им удалось остаться вместе. А вот Тина была сильно влюблена в Дэва, и их брак распался в течение года.

– Они были безразличны друг другу, – произнес Дэв. – Моя мать восприняла смерть моего отца, как смерть коллеги.

Тина покачала головой:

– Значит, ты управляешь «Арджун энтертейнмент»?

Дэв кивнул и быстро взглянул на часы:

– Я опаздываю на встречу. Домой тебя отвезет водитель.

– Так вот почему тебе так нужны инвесторы, – тихо сказала она, вставая. – Они могут не поверить, что из такого бесшабашного человека, как ты, получится хороший руководитель.

Дэв посмотрел на нее с подозрением:

– Скоро они поймут, что у них нет оснований для беспокойства.

– А до тех пор ты будешь доказывать им, что у тебя в семье все безоблачно. – Она вдруг поняла смысл своей сделки с Дэвом. – Трудно притворяться примерным супругом в отсутствие жены. Мое внезапное появление тебе на руку.

Дэв сжал ее подбородок пальцами и заставил Тину посмотреть ему в глаза. Наклонив голову, он уставился на ее губы.

– Не вздумай планировать какую-нибудь каверзу, – тихо произнес он.

Она опустила глаза:

– Я не понимаю, о чем ты.

– Помни о нашем соглашении. – Он провел по ее губе большим пальцем. – Ты должна выглядеть как преданная мне жена.

Тина нахмурилась. Неужели он думает, что она причинит ему боль?

Суровые черты лица Дэва еще больше ожесточились, когда он резко опустил руку.

– У меня несколько встреч. Я вернусь домой поздно. Увидимся вечером. Будь умницей.

Тина подумала, что, вероятно, неправильно поняла Дэва. Она смотрела ему вслед. Она могла поклясться, что видела желание в его глазах, и чувствовала, как дрожит его рука.

– Дэв? Что ты здесь делаешь?

Дэв оторвался от компьютера и увидел в дверях своего кабинета Нихила. Он только сейчас заметил, что за окном темно, а в офисе тихо. Все разошлись по домам.

– Теперь это мой кабинет, – сказал Дэв.

– Тина вернулась домой, – напомнил ему друг, входя в кабинет. – Ты должен быть с ней.

Дэв указал на монитор компьютера:

– Мне нужно работать.

На работе ему было намного спокойнее. Рядом с Тиной он не мог обуздать свои чувства. Он жаждал ее обнять и затащить в постель. Но Тина не хочет быть с ним. Он подвел ее и их ребенка, и она больше не желает оставаться его женой. Он почувствовал на себе пристальный взгляд друга.

– Что? – резко спросил Дэв.

Чуть помедлив, Нихил шагнул к письменному столу:

– Я не знаю, что произошло между тобой и Тиной.

Дэв напрягся. Если Нихил заметил разлад в их отношениях, то проблемы настолько серьезные, что Дэв больше не может их скрывать.

– Ничего не произошло. – Он бросил на Нихила предупреждающий взгляд, но тот его проигнорировал.

– Неправда. Вы потеряли ребенка. Ты потерял отца. И очень скоро ты потеряешь жену.

Дэв медленно поднялся. Нихил его друг, но он пересек запретную черту.

– Ты не имеешь права…

Нихил скрестил руки на груди:

– Где вы провели медовый месяц?

Дэв нахмурился от внезапного изменения темы:

– Медового месяца у нас не было. Я работал над фильмом.

– А где ты был, когда у Тины случился выкидыш? – спросил Нихил.

Дэв закрыл глаза, ощущая растущее чувство вины. Тина была одна, и он ей не помог.

– На съемочной площадке, – сказал он.

– Снимался в очередном фильме, – добавил его друг. – А где ты был, когда Тина выздоравливала?

Шлепнув ладонями по столу, Дэв наклонился вперед:

– Я был ей не нужен. Она сама мне об этом сказала.

– И ты поверил? На тебя это не похоже, Дэв.

До того, как они поженились, Дэв жаждал помогать ей во всем. Она отказывалась. Теперь он задавался вопросом, правильно ли поступал. Ведь Тина не привыкла к бескорыстной помощи.

– Нихил, у меня нет времени на споры. Ты можешь думать, что я игнорирую Тину, но я был ей хорошим мужем.

– Неужели? – Его друг усмехнулся. – Дэв, ты великий актер. Ты хороший друг и, насколько я знаю, послушный сын. Но ты отвратительный муж.

Дэв вздрогнул.

– Это неправда. Я даю ей все, в чем она нуждается. – Нихил не понимал, что дом стал для его друга настоящим полем битвы. Тина отвергала его всякий раз, когда Дэв пытался о ней заботиться.

Но он все равно сделал для нее недостаточно. Дэв посмотрел на свои ладони, прижатые к стеклянной поверхности стола. Приехав в больницу и обнаружив, что у Тины случился выкидыш, Дэв почувствовал себя ужасно беспомощным и испугался. Он видел, как Тина отстраняется от него.

Дэв наклонил голову, вспоминая, как врач спросил, поддерживает ли кто-нибудь Тину дома. Дэв заверил его, что Тина получает лучшую медицинскую помощь, а все слуги у нее на побегушках.

Но дело в том, что его не было рядом с ней. Он любил Тину и был в восторге от того, что у них родится ребенок, но решил, что ей больше ничего от него не нужно. Якобы он дал ей все, просто на ней женившись.

Дэв поднял глаза и увидел, что Нихил смотрит на него понимающим взглядом.

– Разве тебе не нужно домой? – спросил Дэв.

Нихил наклонил голову:

– А тебе?

Сидя за туалетным столиком, Тина в очередной раз посмотрела на шкаф, заполненный ее одеждой, обувью и аксессуарами. Все было на своих местах. Даже маленькая хрустальная статуэтка танцовщицы на тумбочке.

Тина думала, что Дэв выкинет ее вещи или по крайней мере сложит их в коробки. Она считала, что он захочет избавиться от любых напоминаний о ней.

Тина подскочила на стуле, когда Дэв внезапно появился сбоку от нее и протянул руку к флакону с лосьоном.

– Дэв! – Она посмотрела на свое отражение в зеркале.

Дэв стоял позади нее, серьезно читая этикетку на лосьоне. Она взглянула на его влажные после душа волосы, заметила его мрачный взгляд, а потом уставилась на золотистую кожу его груди, где осталось несколько капель воды. Она опустила глаза и увидела, что на Дэве голубые спортивные брюки с заниженной линией талии.

– Пожалуйста, отдай, – тихо сказала она, ее щеки покрылись красными пятнами.

– Что это такое? – спросил он.

Тина встала, взяла лосьон из его рук и поставила его на столик, изо всех сил стараясь не спрятать флакон.

– Тебе не все равно?

Дэв уперся руками в худые бедра:

– Может быть.

– Чем меньше ты знаешь о том, какие процедуры для поддержания красоты делает женщина, тем лучше.

Он схватил руку Тины и повернул ее ладонью вверх. Приподняв манжет ее туники, он обнажил тонкие шрамы на ее запястье.

– Я заметил их вчера вечером, когда ты спала. – Он провел кончиками пальцев по ее шрамам. – Я не видел их раньше, потому что ты прятала их под браслетами.

Он его нежного прикосновения она вздрогнула и посмотрела на его большие пальцы на своих тонких запястьях. Тина казалась себе такой хрупкой.

Она попыталась высвободить руку, но Дэв крепко ее удерживал.

– Я больше не буду себя резать, – пообещала она.

– Когда ты это сделала? – спросил он, лаская ее запястье. – И зачем ты вообще это сделала?

– Когда мы были в Лос-Анджелесе, – призналась она, не готовая объяснить, зачем так поступила.

– Почему ты не сказала мне?

Потому что ей было стыдно. И страшно.

– Мне порекомендовали лосьон, который разглаживает рубцы, – произнесла Тина.

Она почувствовала внезапную злую напряженность в его прикосновении.

– Меня беспокоят не шрамы, – прошипел он, – а то, почему ты скрывала их от меня.

Тина высвободила руку.

– Я больше не режу себя, – повторила она, защищаясь.

– В следующий раз, когда захочешь так сделать, сообщи мне, – приказал он.

– Следующего раза не будет. – Тина отошла от него в сторону.

– Откуда ты знаешь? – Он внимательно за ней следил.

– В этом нет необходимости, – пояснила она, входя в спальню.

– Такой ответ меня не устраивает, – сказал Дэв, развернув Тину к себе лицом. – Не давай обещаний, которых не сможешь сдержать.

– Не обращайся со мной как с немощной. Я смогу позаботиться о себе и своей семье.

– Тебе не нужно этого делать, когда я рядом, – заявил Дэв.

– Поэтому ты так рано пришел домой?

Он указал на часы рядом с кроватью:

– Уже почти полночь.

– Я знаю. Как дела на работе?

– Я отказался от роли. – Он избегал ее взгляда. – Я беру отпуск.

– Что? – Тина стиснула зубы. – Почему?

Он убрал руки с ее плеч:

– Потому что моя преданная жена вернулась домой, и я хочу проводить с ней больше времени.

– Это ты скажешь журналистам. – Она подошла к кровати. – А какова реальная причина?

– Когда мы поженились, ты жаловалась, что я провожу с тобой мало времени. Теперь ты жалуешься, что я хочу проводить с тобой много времени?

– Я хочу, чтобы ты оставил меня в покое! – Тина схватила подушку и бросила ее на пол. – Ты слишком опекаешь меня после выкидыша. Я не желаю так больше жить!

Дэв ее не слушал.

– Что ты делаешь? – Он указал рукой на пол.

Тина посмотрела на белые простыни и подушки на полу:

– Я буду спать на полу. Как спала с самого детства.

Он поднял подушку и швырнул ее на кровать.

– Ты должна спать со мной.

– Ты волнуешься о том, что скажут слуги? – Она вскрикнула, когда Дэв подхватил ее на руки и бросил на кровать.

– Почему ты так стараешься сбежать из моей постели? – Он опустился на колени у нее между ног и положил руки на ее плечи, чтобы она не сбежала. – Когда мы познакомились, ты вела себя иначе.

Тина густо покраснела:

– Просто тогда я не знала, каков ты на самом деле!

– Давай-ка я расскажу тебе, какой я на самом деле. Во-первых, мое терпение не безгранично. А во-вторых, я не спал со своей женой уже четыре месяца.

У Тины сдавило грудь, когда она увидела яростный блеск желания в его глазах.

– Я не буду заниматься с тобой сексом.

– Чего ты так боишься? – спросил Дэв.

От волнения у нее скрутило живот. Ей нужно притворяться холодной и равнодушной. Ни одна уважающая себя женщина не ляжет снова в постель с мужчиной, который игнорировал ее во время брака.

– Я не боюсь, – с трудом выдавила Тина.

– Лгунья. Ты боишься, что слишком скоро мне уступишь. Сколько времени пройдет до того момента, когда я тобой овладею? – Его голос надломился. – Ты хочешь это выяснить, дорогая?

Тина смотрела на него, в ее жилах бурлила кровь. Дэв оказывал на нее такое сильное влияние, что она не могла ему сопротивляться. От желания прикоснуться к его обнаженной груди у нее чесались руки. Сквозь тонкую ткань туники она чувствовала жар его тела.

Пристально глядя в ее глаза, Дэв криво усмехнулся:

– Я уже знаю, что ты мне ответишь, Тина. А ты?

Глава 6

Тина нервно облизнулась. Дэв наблюдал за ней с такой страстностью, что у нее перехватило дыхание. Ее сердце колотилось так часто, словно она бежала от преследователя.

Дэв знает, что она с трудом ему сопротивляется. Он точно знает, какие ласки и поцелуи ей нравятся. Если Дэв будет безжалостно использовать эти знания, то Тина быстро сдастся.

– Да, – произнесла она и откашлялась. – Мой ответ – никогда.

Он опустил голову, словно пребывая в трансе.

– Ты слышишь меня, Дэв? – в отчаянии спросила она. – Между нами ничего не будет. – Она попыталась оттолкнуть его, упершись руками в его плечи. – Я лежу в твоей кровати только потому, что должна выполнять условия соглашения.

Дэв закрыл глаза и вздрогнул. Взяв эмоции под контроль, он открыл глаза.

– Я тебя слышал, – грубо ответил он, перевернулся на спину и лег рядом с Тиной.

Его движения были напряженными. Казалось, он почти разочарован ее ответом.

Тина быстро отвернулась от Дэва и легла ближе к краю кровати. Подогнув ноги, она свернулась калачиком. Она трепетала от желания, ее тело подрагивало от его прикосновений. Тина не понимала, как ей удастся противостоять Дэву ближайшие два месяца.

Дэв вдруг придвинулся к ней, обнял и коснулся ладонью ее живота. Тина так резко дернулась, что едва не свалилась с кровати.

– Что ты делаешь? – спросила она, почувствовав прикосновение его возбужденной плоти.

– Мы с тобой не занимаемся сексом.

– Я сделала свой выбор, Дэв. – Она уперлась локтем в живот Дэва, но он не сдвинулся с места. – Я не передумаю.

– Ты о сексе? Я тебе верю, – сонно сказал он. – И ты вылезешь из постели, как только я усну.

– Поэтому ты собираешься обнимать меня всю ночь?

Он крепче прижал ее к себе:

– Спи!

– Не могу, – пожаловалась она.

Большая ладонь Дэва скользнула по ее бедру.

– Я знаю один прием, благодаря которому ты становишься податливой.

Тина непроизвольно вздрогнула.

– Замерзла? – с издевкой спросил он, приблизив губы к ее уху. – Поэтому ты надела это старье? – Дэв потянул ее белую хлопчатобумажную тунику.

– Перестань, – с трудом выдавила Тина.

– В шкафу висят твои ночные рубашки. – Дэв сжал ткань туники в кулаке.

– Я знаю. – Она старалась не надевать кружева и шелк. – И еще там висит моя одежда для беременных.

Дэв замер, не ожидая, что она вспомнит ребенка. Тина не двигалась, и он погладил ее плоский живот.

– Я не хотел избавляться от этих вещей, – признался он.

На глаза Тины навернулись жгучие слезы. Она быстро моргнула.

– Почему? – прошептала она.

Он продолжал гладить ее живот, его нежная ласка усыпляла Тину.

– Я знал, что ты вернешься.

– Одежда напоминает о плохом. – Отчасти Тина была не права. Она так ждала рождения ребенка.

– Но были и приятные воспоминания, – спокойно произнес Дэв, и его рука скользнула выше. – Я помню, какую шелковую ночную рубашку ты надела в нашу первую брачную ночь.

Тина покачала головой. Она знала, что Дэв пытается отвлечь ее от мыслей о неиспользованной одежде для беременных. Однако ночную рубашку для брачной ночи Тина выбирала тщательно, ей казалось, что белый шелк символизирует надежду и вечную любовь.

– Я больше никогда ее не надену, – пообещала Тина. – Завтра я ее выброшу.

Его рука коснулась верха ее живота прямо под грудью.

– Ты наденешь ее, когда я тебя об этом попрошу.

Она усмехнулась:

– Размечтался!

Его губы коснулись ее уха.

– Когда я мечтаю о тебе, ты всегда обнажена.

Тина стиснула зубы:

– Спи, Дэв.

– Спокойной ночи, дорогая. – Он согнул напряженные пальцы, а потом неохотно убрал руку. – Оставить свет? Тебе все еще снятся кошмары?

– Нет, – призналась она. Кошмары Тины после выкидыша были настолько ужасающими, что она просыпалась с криком. Ей было ненавистно, что Дэв стал свидетелем ее страхов. – Они мне больше не снятся.

– Хорошо, – удовлетворенно сказал он и выключил свет. Комната погрузилась в темноту. – Но если тебе приснится кошмар, разбуди меня.

Она нахмурилась:

– Зачем?

Он коснулся рукой ее головы:

– Я прогоню демонов, которые тебя пугают, Тина.

Дэв обнимал Тину и смотрел, как всходит солнце. Она уснула только через несколько часов. Когда ее напряженные мышцы постепенно расслабились, Дэв понял, что все-таки победил.

Тина всегда спала очень беспокойно, но никогда ему не мешала. Она постоянно протягивала к нему руку во сне. Сегодня она потянулась к нему, неразборчиво бормоча, и успокоилась, когда коснулась его рукой.

Сейчас она лежала, свернувшись калачиком, крепко прижавшись к его груди. Тина стала сильнее. Ему не хватало ее длинных волос, которые обычно рассыпались по подушке или ниспадали вниз, как вуаль, когда Тина нависала над ним.

Скучала ли она по нему, когда они расстались? Вряд ли. Тина вернулась, чтобы просить развода. Но она его не получит. Дэв постарается доказать ей, что у них хорошее будущее, и они обязательно будут вместе.

Взволнованная Тина стояла у крошечного ларька на углу пыльной улицы. В воздухе витал аромат специй и запах мусора.

Она поправила дупатту, закрывая короткие волосы, и оглядела старый город.

– Я не могу поверить, что ты жуешь паан[2]. – Дэв с отвращением покачал головой, поправляя на носу солнцезащитные очки. – Что бы сказала твоя мама?

– То, что паан не имеет питательной ценности и испортит мои зубы. – Тина слышала это нравоучение уже много раз. Она посмотрела на Дэва. – И поэтому паан кажется мне вкуснее.

От усмешки Дэва ее сердце забилось чаще.

– Паан возбуждает мой аппетит.

– Сказать тебе, что возбуждает мой аппетит?

Она покраснела, услышав подтекст в его словах.

– Говори тише, – произнесла Тина по-английски, мельком взглянув на продавца. – Твой голос признан одним из самых узнаваемых в Болливуде.

– По-моему, его признали самым сексуальным голосом в Болливуде, – ответил Дэв по-английски.

– Я ошиблась.

Еще Дэва ежегодно называли самым сексуальным актером, во что было легко поверить. Дэв Арджун был очарователен, спортивен и привлекателен.

Тина мельком взглянула на него. Он не брился последние две недели. Темная щетина ничуть не смягчила линию его точеного подбородка и не уменьшила его мужскую красоту.

– Я думал, мы пришли в этот район, потому что ты хотела поесть чаат[3], – сказал Дэв.

– И его тоже.

– Ты точно не хочешь поесть в ресторане? – спросил Дэв, ограждая Тину от босоногого и тощего ребенка, который пробежал мимо. – Есть очень хороший ресторан на другом конце Мумбаи.

На другом конце. Она знала, что он имеет в виду элитную часть города с дорогими кварталами, в которые Тине был бы закрыт вход, если бы она не стала женой Арджуна.

– Настоящая индийская еда подается только в уличных забегаловках, – заявила она. – Ты когда-нибудь покупал уличную еду?

Он покачал головой:

– Моя семья считает, что это негигиенично.

– Ты должен чаще бывать в Мумбаи.

– Вообще-то я здесь родился и вырос, – напомнил он ей.

– Но ты не бываешь в том районе, где родилась и выросла я. – Простонав, Тина с наслаждением принялась за еду. – Настоящий домашний вкус.

Дэв резко отвернулся, словно не мог на нее смотреть. У Тины скрутило живот, она вдруг захотела выплюнуть паан.

– Ты не хочешь купить себе паан? – спросила она.

– Нет, – гневно ответил он. – Давай купим тебе чаат.

Тине очень не нравилась его резкая смена настроения. Это происходило постоянно уже две недели. Как только ей казалось, что они достигли перемирия, Дэв от нее отстранялся.

Она также заметила, что последние две недели он к ней не прикасался. Тина была рада этому. Она знала – наступит день, когда Дэв перестанет считать ее привлекательной.

– Мы должны поторопиться, пока нас не узнали, – сказала Тина. – Иначе тебе придется раздавать деньги нищим.

– Я не против того, чтобы подавать милостыню, – ответил он. – У меня достаточно денег.

– О, смотри! – Тина схватила его за руку и показала на стойки с журналами перед магазином DVD-дисков. – Журналы о кино!

– Я знаю, ты любишь читать это барахло. Но неужели ты веришь тому, что там написано?

– Я постоянно читала их, когда пыталась стать актрисой. – Тина повернула стойку и вдруг ахнула, увидев на обложке свою старую фотографию. – «Плохая девочка из Болливуда», – прочла она заголовок.

– Кстати, – сказал Дэв, наблюдая, как она листает журнал, – как прошла твоя встреча с агентом?

Тина поморщилась.

– Я не хочу об этом говорить. – Если бы появились хорошие новости, она сразу бы поделилась информацией с Дэвом.

– Неужели все так плохо?

– Ужасно. – Пауза. Тина посмотрела на Дэва. – Производитель шампуня отказался со мной работать из-за моей стрижки. И я лишилась роли, которую отдали родственнице режиссера.

Дэв колебался.

– Знаешь, «Арджун энтертейнмент»…

Она сразу же расправила плечи, продолжая листать журнал.

– Спасибо, Дэв, но я не могу на тебя работать.

– А на моих конкурентов ты работать можешь?

Его резкий тон заставил ее посмотреть на него.

– Я не делала этого намеренно.

– Актрисы Мумбаи выходят замуж за продюсеров и медиа-магнатов, – продолжал Дэв, – а потом работают только в кинокомпании мужа.

– Это означает, что актриса надеется удачно выйти замуж. Я вышла за тебя не ради карьеры. – Дэв не понимает. Тина должна быть финансово независимой от него. Он уже достаточно руководил ее жизнью.

На лице Дэва отразились непонятные эмоции.

– Почему ты?..

– О, вот статья! – Она очень старалась сменить тему, пока они снова не поссорились. – Похоже, я воскресла из мертвых.

Дэв нахмурился:

– Зачем читать о себе всякую чушь?

– Пишут, что плохая девочка из Болливуда пустилась в Америке во все тяжкие. Алкоголь, наркотики и куча любовников. – Она поморщилась. – Удивительно, как они не напечатали о моем аресте или моем домашнем порно.

– Не вижу ничего смешного. – Он рявкнул так, что по ее спине пробежала дрожь.

Тина похлопала Дэва по руке:

– Согласно некой инсайдерской информации, ты отправил за мной болливудскую мафию. Многочисленные источники сообщают, что я уехала из-за Шреи Сен. – Она нахмурилась. – Предполагают, что она выиграет, потому что…

Дэв выхватил журнал у нее из рук.

– Наглая ложь. – Он поставил журнал на стойку.

Тина внимательно посмотрела на него. Ей хотелось снова взять журнал и еще раз прочесть последний абзац.

– Шрея Сен получила главную роль в твоем фильме? – Тину переполнял гнев и боль. – Вы играете любовников. Ты снимаешься с женщиной, на которой должен был жениться?

– Успокойся, Тина.

Ярость едва не лишила Тину рассудка. В какой-то момент ей показалось, что она действительно потеряет над собой контроль.

– Знаешь что, Дэв? Забудь о нашем соглашении, – сказала она намеренно холодно.

– Твоя карьера…

– Закончилась. Как и наш с тобой брак. – Она изнывала от обиды. – Но я могу привлечь к себе внимание. Например, дать интервью этому журналу и сообщить, как все было на самом деле.

Дэв смотрел на нее с опаской, будто стараясь оценить степень угрозы.

– Ты этого не сделаешь.

– Я расскажу, как самый популярный и любимый романтический актер угрожал занести меня в черный список в Болливуде. Я не могу дождаться реакции твоих инвесторов!

Глаза Дэва злобно блеснули.

– Поберегись, Тина! Сейчас не время блефовать.

– Я не блефую. – Она шагнула вперед. – Я узнала, на что ты способен, и выжила. Однако ты не знаешь, на что способна я.

Глава 7

Тина ворвалась в дом и побежала вверх по лестнице. Она по-прежнему злилась. По пути домой Дэву не удалось ее разговорить и уменьшить ее ярость.

Как она могла думать, что он предпочтет ей Шрею? Разве не очевидно, что Тина его буквально заворожила? Последние две недели он страдал от невозможности к ней прикоснуться и поцеловать. Он то и дело смотрел на ее губы, вспоминая их вкус. Дэв не хотел никого, кроме Тины.

– Вам что-нибудь понадобится, господин? – спросил Сандип, закрывая дверь.

Дэв решил, что ему понадобится терпение. Потому что он может в любой момент выйти из себя.

Он покачал головой:

– Ничего. Спасибо, Сандин. Кто-нибудь звонил? – Дэв надеялся, что в офисе возникнут срочные дела, и он уедет на работу, чтобы отвлечься.

– Да, было сообщение, – сказал Сандип, взглянул наверх и понизил голос: – От Шреи Сен.

Дэв медленно выдохнул. Даже старый слуга знает, что Тина думает о Шрее. Все об этом знают, кроме него. Но Дэв не считает, что Шрея по-прежнему может разрушить его брак.

Она его коллега и друг семьи и часто обращается к нему за советом. Два года назад его родители стали договариваться с ее родителями по поводу брака. Дэв был не в восторге от их затеи, однако брак по расчету был разумен. А потом он встретил Тину.

Переговоры о браке зашли в тупик, а затем прекратились. Его родители думали, что он бунтует. Шрея решила, что им обоим нужно в последний раз развлечься, прежде чем они остепенятся. Но Дэв влюбился в Тину.

Однако он не сумел сохранить их отношения. Но теперь у него есть шанс восстановить брак с Тиной. Он заставит Тину полюбить его снова.

– Хотите, я наберу для вас номер мисс Сен, господин?

– Нет, не нужно. – Дэв пригладил волосы пальцами. – Если Шрея будет звонить, меня нет дома.

Сандип одобрительно улыбнулся и покачал головой:

– Да, господин.

Дэв поднялся по лестнице и пошел прямо в спальню. Он собрался раз и навсегда убедить Тину, что он не спал с Шреей.

В спальне Тины не было. Услышав шорох одежды, он направился в гардеробную. У него чуть не остановилось сердце, когда он увидел, что Тина бросает одежду в чемодан. Она опять уходит. Потому что она ему не верит.

– По-моему, ты реагируешь слишком эмоционально, – протянул Дэв, сдерживая растущую панику.

Тина не посмотрела на него и не ответила. Она вела себя так, словно Дэва в комнате не было.

– Перестань играть в молчанку, дорогая, – предупредил он. – Кричи на меня, говори, что у тебя на уме, только не игнорируй.

– Ладно, – сказала она. – Когда я вышла за тебя замуж, меня воспринимали как препятствие, которое помешало тебе и Шрее воссоединиться. Я стала злодейкой и соблазнительницей, которая украла тебя у любимицы публики. – Тина бросила туфлю в чемодан. – Когда я уехала, ты стал изображать мужчину, сходящего с ума от потери любимой женщины. То есть Шреи. – Она с силой швырнула вторую туфлю. – Ты хочешь, чтобы я игнорировала сплетни, но мне трудновато, когда все знают, что ты заигрывал со Шреей, а потом дал ей роль Лейли!

– Это творческое и маркетинговое решение. Ничего личного.

– В самом деле? Ничего личного? – Тина подошла к туалетному столику и открыла выдвижной ящик, откуда вытащила свернутый журнал и бросила его Дэву. Он машинально его поймал. – А как ты это объяснишь?

Он развернул журнал и увидел заголовок: «Дэв и Шрея наконец-то вместе!»

– Где ты это взяла?

– В США. Я зашла на индийский продуктовый рынок и обнаружила, что там продается этот журнал. – Взяв со стола щетку, она резко бросила ее в чемодан. – Коллеги по работе так не фотографируются. Вы снялись перед нашим домом.

– У меня не было с ней романа. Я никогда не занимался сексом с Шреей, и она мне безразлична. Я был верен тебе. – Однако фотографии были поистине убийственными. Дэв даже не знал, когда их сделали. – Ты купила это в Америке?

Она уперлась руками в бока:

– Да. И что?

– Поэтому ты приехала домой. – Бросив журнал на пол, он подошел к ней.

Тина шагнула назад и ткнулась в стену. Дэв схватил ее за запястья и поднял ее руки над головой.

– Не потому, что я за тебя волновался. Не потому, что твоя семья искала тебя. Ты приехала из-за этой лжи!

– Я должна тебе верить? – Тина вздернула подбородок, ее глаза воинственно блестели. – Шрея хочет тебя.

– Нет, не хочет. Шрея тайно встречается с женатым режиссером. – Дэв подумывал, что Шрея нарочно провоцирует рассказы об их возможной любви, чтобы обмануть журналистов.

– Ты скрывал, что она играет главную роль в фильме, – заметила Тина. – Что еще ты от меня утаил?

Дэв наклонился к Тине:

– Шрея не угрожает нашему браку. Скрывать мне нечего. Я не сделал ничего плохого.

– Нечего? Но ты должен был жениться на Шрее?

– Да, но…

– Потом ты встретил меня, и я забеременела, – резко сказала она. – Я нарушила ваши планы. Или, по крайней мере, отсрочила их.

Женитьба на Тине была лучшим событием в жизни Дэва.

– Значит, ты снова уходишь? Ты решила угробить свою карьеру? И все потому, что таблоиду ты веришь больше, чем своему мужу?

– Я просто удивлена. – Тина повысила голос. – Я ничуть тебя не ревную. Ладно, Дэв, ты выиграл, – прорычала она. – Я останусь, но у меня несколько требований.

Он медленно отпустил ее запястья и пристально на нее посмотрел.

– Ты не имеешь права ставить условия.

– На людях ты будешь делать вид, что ты без ума от меня. – Тина посмотрела на него. – Почему ты улыбаешься?

– Я улыбаюсь? – Дэв поджал губы. Отлично. Тина хочет защитить то, что ей принадлежит, и не позволять никакой другой женщине к нему приближаться.

– Я серьезно, Дэв. – Скрестив руки на груди, она наклонилась вперед. – Ты желаешь доказать своим инвесторам, что у тебя крепкая семья? Тогда не позволяй им думать, что у тебя роман на стороне.

Дэв потер ладонью подбородок, скрывая улыбку. Тина рассердится, узнав, что никаких инвесторов не существует.

– По-твоему, я буду реагировать на угрозы? – вкрадчиво спросил он.

Она прижала голову к стене и вздохнула, словно сдаваясь:

– Ты можешь, по крайней мере, сделать вид, что хотел жениться только на мне?

– Да, могу, – хрипло прошептал он. – Но взамен я хочу кое-что знать.

Тина посмотрела на него с подозрением:

– Что?

– Куда ты поехала после того, как бросила меня в Лос-Анджелесе? – Дэв должен знать правду, даже если она ему не понравится. – Кто заменял меня в течение нескольких месяцев?

Тина медлила с ответом. Она не должна ничего ему объяснять. Она хотела сохранить свою тайну. И она боялась признаться, где была все это время.

– Почему ты решил, что я была с мужчиной? – Ей осточертели его обвинения. Неужели он думает, что она такая же плохая девочка, какую изображает на экране?

– Но ведь ты думала, что я все эти месяцы был с Шреей, – возразил Дэв.

Тина прижала руку к груди:

– Не только у меня репутация любвеобильной особы. Не меня разоблачили фотоматериалами. И я была девственницей, когда мы с тобой познакомились.

Она увидела собственнический блеск в его глазах и покраснела. Дэву нравилось, что он стал ее первым любовником, и он этого не скрывал. Однако мысль о том, что он может быть не единственным ее любовником, его потрясла.

– Ты была девственницей, но не была невинной. – Он посмотрел на ее губы. Наклонившись вперед, он приготовился ее поцеловать. – Ты свела меня с ума. И как только ты почувствовала вкус удовольствия, ты стала ненасытной.

Тина покраснела.

– Ну и что? – Она не желала говорить ему, как на нее влияют его прикосновения. Как она становилась почти одержимой его телом.

Дэв стиснул зубы.

– У тебя наверняка был любовник, когда мы расстались, – прорычал он. – Ты слишком чувственная и страстная, чтобы воздерживаться от секса.

– Ты считаешь, что если я страстно отвечала на твои ласки, то я не могу сохранять верность? Где логика? – сердито спросила она.

Глаза Дэва потемнели.

– Откуда мне знать, что ты не была такой же страстной со всеми своими любовниками?

– А ты не задумывался, что я хочу быть такой страстной только с тобой? – прошипела она. – Зачем мне любовник, если у меня есть ты?

Его губы растянулись в медленной, сексуальной улыбке. В глазах Дэва вспыхнуло желание, когда он уперся руками в стену над ее головой.

– Рассказывай. Ты бросила меня. – Дэв закрыл глаза. – Нет лучшего способа отомстить мне, чем переспать с другим мужчиной.

Тина ушла от него потому, что чувствовала себя преданной и покинутой. Она решила, что Дэву вообще нет до нее дела. Однако ей совсем не хотелось ему изменять.

– Я не думала о мести, – сказала она. – Я старалась выжить.

Дэв выгнул бровь:

– Неужели тебе не хотелось найти любовника?

– Я его не искала! А даже если бы я его искала, вокруг меня было мало кандидатов.

– Где ты была?

Тина закрыла лицо руками и выпалила правду:

– В реабилитационном центре. Я провела четыре месяца в психиатрической больнице, где лечилась от депрессии.

Наступило долгое молчание. Нервы Тины были на пределе. Она не хотела видеть выражение лица Дэва.

– Почему ты не сказала мне? – рассерженно спросил он. – Почему ты скрыла это от меня?

– Потому что я не знала, поможешь ты мне или используешь эту информацию против меня.

– Я пытался тебе помочь.

Тине хотелось ему верить. Но Дэв совершил несколько поступков, которые она не понимала. Убрав руки от лица, она встретила его взгляд.

– Ты управлял моей карьерой и моими финансами, не советуясь со мной. Ты отправил меня к врачам, которые пичкали меня сильнодействующими лекарствами.

Дэв опустил голову:

– Я бы выслушал твое мнение. Я волновался за тебя и хотел, чтобы ты поскорее выздоровела. Каждый раз, когда я пытался обсудить с тобой проблему, ты закрывалась от меня. У меня сложилось ощущение, будто ты не понимаешь, что происходит вокруг тебя. Когда ты уехала, я чуть с ума не сошел от беспокойства.

– Извини, что побеспокоила тебя. Признаю, мне хотелось тебя наказать. – Тина была унижена и обижена. – Я прошу прощения за все. Прости, что тебе пришлось жениться на мне из-за ребенка. Прости, что мое тело не сохранило твоего ребенка.

– Ты не виновата, – сказал Дэв. – Мы не знаем, почему это произошло.

Она отвернулась:

– Мне кажется, я неудачница. Я даже ребенка не смогла сохранить.

– Нет, Тина. Это я во всем виноват, – покачал головой Дэв. – Я должен был быть рядом с тобой и ребенком. А я… сосредоточился не на том, на чем нужно. Я был одержим заработком денег и созданием киноимперии для моего сына.

– Ты должен был работать, – ответила Тина. – Я знаю, какова конкуренция в этом виде бизнеса.

– Это не оправдание, – настаивал он. – Я повел себя неправильно после того, как ты потеряла ребенка.

– Ты ничем не мог мне помочь, – сказала Тина. – Ничто не спасло бы нашего сына.

– Пусть я не мог спасти ребенка, но я мог спасти тебя. Ты была такой хрупкой и подавленной.

– Я просто хотела, чтобы ты был рядом со мной. Но я стала для тебя обузой.

Дэв поддел пальцем ее подбородок и заставил посмотреть ему в глаза:

– Тина, ты сильная женщина, которая боролась с депрессией. Ты никогда не была для меня обузой. – Казалось, он удивлен, что она так считает.

– Нам нужно положить этому конец.

– Хватит, – грубо сказал он. – Перестань болтать, или я заставлю тебя замолчать.

– Мы можем развестись по-тихому и…

Наклонив голову, Дэв страстно припал к ее губам. У нее задрожали колени, и она вцепилась в его плечи. А потом Тина со всей страстью ответила на его поцелуй.

Она невольно застонала, когда Дэв от нее отстранился. Она застыла от нетерпения, увидев желание в его глазах, и не протестовала, когда он подхватил ее на руки. Она обхватила его ногами за талию и жадно поцеловала в губы, пока он нес ее к кровати.

Глава 8

Тина крепче обняла Дэва, когда он уложил ее на кровать. Она не хотела его отпускать. Она жаждала прикасаться к его обнаженному телу.

Тина стянула с себя тунику, на секунду прервав жадный поцелуй. Цепляясь за его сильные плечи, она разомкнула губы, и язык Дэва скользнул глубоко в ее рот.

Кровь бурлила в ее венах, когда Дэв принялся ее раздевать. Он ласкал ее грудь, а Тина выгибала спину, стараясь сильнее к нему прильнуть. Она протянула руки к Дэву, но он схватил ее за запястья и поднял ее руки над головой. Наклонив голову, он коснулся губами ее груди.

Запрокинув голову, Тина простонала. Она слегка передвинула бедра, побуждая Дэва поторопиться. Он отпустил ее руки и пальцами прикоснулся к ее груди, и Тина запустила пальцы в его волосы.

Он ласкал ее тело страстно и собственнически. Встав на колени, он широко развел ее ноги. Тина пристально смотрела на Дэва, резко и прерывисто дыша.

Взглянув на нее, он прищурился, и она отвернулась. Тина не понимала, что вызвало его недовольство. Заметил ли он ее неуверенность? Она разомкнула губы, желая что-нибудь сказать, чтобы разрядить напряженную атмосферу. Внезапно Дэв схватил ее за бедра и перевернул к себе спиной.

Тина ахнула, встав, опираясь на руки и колени. Удерживая за бедра, он резко вошел в нее. Тина содрогнулась всем телом. Громко простонав, Дэв начал быстро и ритмично двигаться. Он ласкал ее грудь, спину и бедра. Тина замерла, почувствовав приближение бурной развязки. Громко простонав, она обмякла.

Она упала бы, если бы Дэв крепко ее не держал. Ее тело пульсировало от наслаждения, когда он осторожно уложил ее на кровать. Потрясенная, Тина медленно перевернулась на спину, и Дэв опустился на постель рядом с ней.

Тина лежала, растянувшись на кровати и закрыв глаза. Она слышала громкое биение своего сердца, свое прерывистое дыхание и тихий гул потолочного вентилятора.

Что она натворила? Еще недавно она предлагала Дэву развестись по-тихому, а потом страстно ему отдалась. Она испытывает к нему не просто страсть. Она жаждет стать его частью.

– Это ничего не меняет, – пробормотала она, паникуя.

– Это меняет все, – мягко ответил Дэв.

Она стиснула зубы, услышав удовлетворение в его голосе.

– Нет, неправда. Это сиюминутное безумие.

– Я планирую сделать это безумие повседневным, – произнес он, зевнул и потянулся. – Ежечасным. Ежесекундным.

Тина старалась сдержать дрожь предвкушения.

– Это был просто секс, – сказала она.

Дэв лениво поглаживал ее запястье согнутым пальцем.

– Умопомрачительный секс.

– Это была ошибка, – возразила она.

Он хохотнул:

– Это было лучшее решение, которое мы приняли за долгое время.

– Никакого решения мы не принимали. – Тина чувствовала себя униженной. Дэв просто поцеловал ее, а она буквально сошла с ума. – Просто так получилось.

– Потому что мы не сдержались, – равнодушно сказал он, переплетая длинные загорелые пальцы с ее пальцами. – Зачем нам сопротивляться?

– Я этого не хочу! – повысила голос Тина.

Дэв крепче сжал ее пальцы и медленно повернулся на бок. Тина хотела выпрыгнуть из постели. Он двигался легко и грациозно, а она не могла пошевелиться. Она знала, что рискует, но ее загипнотизировал запах его разгоряченного тела. Тина согнула ноги и скрестила руки на груди, понимая, что ей от него не защититься.

– Ты хочешь сказать, что я тебя заставил? – хрипло спросил он.

Тина услышала в его голосе растущий гнев и решила быть осторожнее.

– Нет. – Она избегала его взгляда. – Я просто поддалась импульсу, поэтому занималась с тобой сексом.

– Значит, ты отдалась мне случайно? – протянул Дэв. – Как такое может быть? Ты казалась мне очень страстной и требовательной. Ты точно знала, чего хочешь.

– Похоже, ты не понял. – Покраснев, Тина нащупала простыню и накрылась ею. – Мы разойдемся через шесть недель. Я не сплю с мужчиной, отношения с которым обречены.

– Нет, спишь. – Дэв резко вырвал простыню из ее рук. – Мы по-прежнему женаты и будем жить как муж и жена еще шесть недель.

Резко повернув голову, Тина встретилась с ним взглядом. Ее сердце забилось чаще, когда она увидела решимость в его карих глазах.

– А вдруг я забеременею?

Он замер. Тина наблюдала, как он бледнеет и от шока открывает рот.

– Мы не предохранялись, – прошептала она.

Дэв на миг закрыл глаза. В его взгляде отразилось то ли сожаление, то ли страх.

– Тина?..

– Может возникнуть проблема, – прошептала она, когда ее охватила паника. – Я не желаю иметь детей. Никогда.

Он стиснул зубы.

– Когда ты это решила? Тебе нравилось быть беременной, и ты не могла дождаться, когда родишь нашего ребенка. Ты всегда хотела стать матерью. Ты говорила, что жаждешь родить минимум шестерых.

Эти слова были сказаны очень давно. Когда Тина была сильной и здоровой. Когда она только-только вышла замуж за Дэва. Тогда Тина чувствовала себя защищенной и неуязвимой. Сейчас она сломленная и уставшая.

– Я говорила так до того, как потеряла ребенка.

Дэв потянулся к ней:

– В следующий раз…

Она резко села.

– Следующего раза не будет! Я не собираюсь снова переживать утрату и боль. – Тина прижала ладонь ко лбу.

Дэв сел и обхватил ее плечо своей большой рукой.

– У тебя случился выкидыш, но это не означает, что ты будешь терять ребенка всякий раз, когда забеременеешь.

Никто не может дать никаких гарантий. На самом деле теперь Тина сильнее рискует – очередная потеря ее добьет.

– Я не хочу рисковать, – сказала она.

– Если ты забеременеешь, я окажу тебе необходимую поддержку, – уверенно пообещал Дэв. – На этот раз я приложу все силы, чтобы быть рядом с тобой.

– Быть рядом со мной? – Ее голос надломился. – Как ты это себе представляешь? Мы разойдемся.

Жесткие черты его лица посуровели, он нахмурился.

– По-твоему, я брошу своего ребенка? – холодно спросил Дэв. – Наша сделка аннулируется, если ты забеременеешь. Если у нас будет ребенок, мы никогда не разведемся.

Он не даст ей развод? Только не это! Она не может оставаться его женой. Он снова будет контролировать ее жизнь, а Тина не может этого допустить.

– Но мы об этом не договаривались.

– Обстоятельства изменились. – Дэв встал с постели. – Теперь в нашем соглашении появился новый пункт.

– Я не останусь с тобой, слышишь? – Тина ударила кулаком по матрацу, переполняясь страхом. – Я не могу быть женой человека, который пытается контролировать каждый мой шаг, полагая, что я недееспособна.

– Я думал, ты меня поймешь. – Дэв потер руками лицо и резко выдохнул. – Я пытался тебе помочь. Ты не веришь, но я тоже прошел через ад.

– Ад? О каком аде ты говоришь?

Дэв опустил руки, и она увидела, что он страдает. Прикусив губу, Тина смотрела, как он опускает веки, скрывая эмоции.

– Если я говорю, что буду рядом и позабочусь о тебе, – медленно ответил он, – это не означает, что я буду держать тебя за руку и говорить правильные слова. Я буду принимать трудные решения, которые не можешь принять ты. Я стану делать то, что лучше для тебя, хотя у тебя есть право меня ненавидеть.

Тина замерла:

– О чем ты говоришь?

– Если ты забеременеешь, я сделаю все, что в моих силах, чтобы ты осталась со мной. – Дэв упер руки в бока. – Я дам тебе и ребенку все самое лучшее. Ты не будешь работать. Если понадобится, ты не выйдешь из дома и не покинешь эту кровать.

Запрокинув голову, она настороженно посмотрела на него:

– Я стану твоей пленницей?

– Я обеспечу тебе безопасность, – грубо сказал он.

– Погоди-ка! Почему, по-твоему, у меня случился выкидыш? – хрипло спросила она, от эмоций у нее сдавило горло. – Я делала все, что предписал доктор. Я не рисковала!

– Ты не виновата, – произнес Дэв. – Это я позволил тебе сниматься по много часов в день.

– Ты мне позволил? – Ей были ненавистны его слова.

– Я не подозревал, что павильоны, в которых ты работала, настолько небезопасны. Ни одна беременная женщина, а особенно моя жена, не должна работать в таких условиях. Мне следовало тебя остановить.

– Ты только что сказал, что я не виновата. Теперь ты считаешь, что моя карьера погубила нашего ребенка.

Он нахмурился:

– Я так не считаю, но я не желаю рисковать. Если ты забеременеешь, то не будешь сниматься.

– Не угрожай мне!

Атмосфера накалилась до предела. Дэв отправился в ванную комнату.

– Я тебе не угрожаю, а рассказываю о возможных событиях будущего. Если ты забеременеешь, то будешь под моим постоянным присмотром. – С этими словами он захлопнул за собой дверь.

Дэв не собирался отказываться от своего обещания. Тина убедилась в этом через несколько дней, когда искала мобильный телефон в сумочке. Она услышала визг шин и автомобильный клаксон, пока водитель вел роскошный седан по городу.

Тина набрала телефонный номер и откинулась на сиденье. Дэв, видимо, решил, что может добиться чего угодно, достаточно просто улыбнуться.

Она заметила, что он изменил тактику после того, как они переспали. Противостояние сменилось ухаживанием. Всю прошедшую неделю Дэв обращался с Тиной как с королевой днем и как с куртизанкой ночью. Она поерзала на месте, вспоминая, как он доводил ее до безумия по ночам. Она оказалась не готова к такому натиску.

Дэв ответил после первого гудка:

– Уже соскучилась по мне, дорогая?

Тина поджала губы, ее сердце екнуло.

– Размечтался, – сладко сказала она по-английски и посмотрела на водителя.

– Извини, что не смог навестить твою мать, – произнес он. – У меня была важная встреча в офисе.

Тина крепче прижала телефон к уху, услышав приглушенный шорох бумаг и звон бокалов.

– Ты все еще на совещании? – спросила она. – Зачем ты взял трубку?

– Потому что позвонила ты. Чем я могу быть тебе полезен, Тина? Скажи, чего ты хочешь, и я исполню твое желание.

Сначала Тина решила, что Дэв разговаривает с ней так, работая на публику, но потом передумала. Дэву нравилось делать ей подарки, но намного больше ему нравилось ей помогать. Он любил решать ее проблемы и находить выход из сложных ситуаций. Иногда Тине казалось, что она смущает его своей благодарностью. Только в такие моменты он застенчиво улыбался, и на его скулах появлялся румянец.

– Я только что была в доме матери и узнала о подготовке к свадьбе, – сказала Тина. – Ты слишком щедр.

Дэв усмехнулся:

– Ерунда.

– Ты покупаешь Мире и моей матери все, что они хотят!

– Не все. Я не смог арендовать для невесты спортивный автомобиль, на котором она хочет приехать на свадьбу. Я не нашел ни одного автомобиля.

Тина простонала. О машине она не знала. Догадывается ли он, что они планируют украсить автомобиль гирляндами и розами?

– Ты должен научиться им отказывать. Мне ты отказываешь легко.

– Разве я отказал тебе ночью? – проворчал Дэв. – Или сегодня утром?

– Зачем ты это делаешь? – Она понизила голос и снова взглянула на водителя. К счастью, водитель не знает английского языка. – Мы с тобой разведемся до свадьбы Миры.

– Это меньшее, что я могу сделать, – серьезно ответил он. – Я не организовал для тебя свадьбу, которую ты заслужила.

– О чем ты говоришь? – удивленно спросила Тина.

– Мы с тобой сбежали, а я должен был устроить свадьбу твоей мечты.

– Мне понравилась наша свадьба, – выпалила она не подумав. Не нужно обсуждать счастливый день с мужчиной, с которым ей предстоит развестись.

– Ты заслуживаешь большего. – Дэв произнес эти слова таким тоном, что у Тины сжалось сердце. – Теперь я это понимаю. Я тогда думал…

– О чем ты думал? – спросила она, когда он умолк.

– О том, что, если я предложил тебе стать моей женой, на этом моя миссия заканчивается, – тихо и с сожалением сказал он.

– Я знаю. Но зачем ты говоришь мне об этом сейчас?

– Я пытаюсь загладить свою вину. Вернуться назад и сыграть другую свадьбу у меня не получится.

– Поэтому ты решил устроить пышную свадьбу моей сестре. Это твоя компенсация?

– Вроде того, – пробормотал он.

– Дэв, мне понравилась наша свадьба. Она была тихой и скромной, и самое главное – не пышной. – Она вздрогнула, представив, что за свадьба была бы у них, если бы они пригласили всех звезд Болливуда. – Меньше всего мне хотелось устраивать из церемонии цирк. Я хотела скромную свадьбу, и я ее получила.

Молчание затянулось, и Тина поняла, что ляпнула лишнее.

– Мне пора, – бодро и взволнованно сказала она. – Перед церемонией награждения мне нужно сходить к стилисту и визажисту.

– Я скоро буду дома, – произнес Дэв.

– Я сглупила, сказав маме о церемонии награждения. – Тина поморщилась, потому что продолжала болтать вместо того, чтобы повесить трубку. – Она смотрит все церемонии. Она считает, что я должна произвести хорошее впечатление, и надеть сари, и нарастить волосы.

– Забудь о наращивании волос, – посоветовал Дев. – Мне начинает нравиться твоя короткая стрижка. А вот сари…

Тина простонала, услышав, с каким удовольствием он заговорил о сари, и скривилась:

– Я ненавижу сари. И ты об этом знаешь. В нем я чувствую себя неуклюжей. Как будто меня запеленали.

– Но тебе нравится, когда я его с тебя снимаю и…

Тина подняла руку, словно желая его остановить:

– Хватит!

– Надень сари.

– Пока, Дэв. – Она закончила разговор, когда машина свернула на подъездную дорогу к ее дому.

Тина не понимала, как реагировать на заигрывания Дэва. Он ведет себя так, словно они впервые встретились. Он знал, как ее смутить или развеселить. Но теперь ситуация иная. Тина может забеременеть.

Помрачнев, она беспомощно выглянула в окно. Она не понимала, как расстанется с Дэвом через пять недель, если они каждую ночь страстно занимаются сексом.

Вспышки камер ослепили Тину, как только Дэв вышел из лимузина и ступил на красную дорожку. Журналисты выкрикивали вопросы из толпы. Тина решительно улыбнулась, когда Дэв протянул ей руку. Крепко взяв его за руку и выходя из машины, она взмолилась, чтобы с нее не сползло розовое вечернее платье без бретелей.

Дэв обнял ее за талию и помахал рукой своим поклонникам. Тине хотелось прильнуть к нему и насладиться его близостью.

– Дэв! Дэв! – К ним спешил репортер с микрофоном.

Тина не была на церемонии награждения раньше. Ее никогда не номинировали на премию, ей стали присылать приглашения на церемонию только после того, как она вышла замуж. К сожалению, Дэв редко ходил на подобные мероприятия.

Она знала, что Дэв должен раздавать интервью, поэтому решила отойти в сторонку. Но у ее мужа были свои планы. Он переплел пальцы с ее пальцами, крепко удерживая Тину рядом с собой.

– На вас драгоценности Арджун?

Повернувшись, Тина увидела рядом с собой телевизионную журналистку. Женщина сунула микрофон ей в лицо, разглядывая ожерелье из желтого золота на ее шее и тяжелые серьги, которые покачивались при каждом движении.

– Да, – сказала Тина, прижав кончики пальцев к ожерелью и демонстрируя дорогое кольцо с таким же орнаментом. – Дэв попросил меня надеть их сегодня вечером.

Тина опешила, когда Дэв поставил перед ней широкий плоский ящик с ювелирными изделиями. Она слышала о драгоценностях Арджун, но не подозревала, что будет их носить. Тина дрожала и смущалась, когда он помогал ей надеть ожерелье. Дэв вел себя так, словно заявлял на весь мир, что Тина – его женщина.

– Вы волнуетесь? Сегодня ваша первая церемония награждения, – тараторила журналистка. – Вы пропустили несколько церемоний!

Тина заскрежетала зубами. Теперь понятно, почему эта женщина подошла к ней. Она жаждала сенсации.

Тина не даст им возможности раздуть из мухи слона. Средства массовой информации сначала создают привлекательный образ актеров и актрис, а потом пытаются его разрушить.

– Вы даже не пришли на похороны свекра, – сказала журналистка.

– Я с нетерпением жду шанса отдать должное отцу Дэва, – ответила Тина, крепче взяв мужа за руку. – Он сделал удивительную карьеру и десятилетиями лидировал в киноиндустрии.

– У вас были хорошие отношения со свекром?

– Конечно, – солгала Тина.

Викрам Арджун не желал иметь с ней ничего общего. Их отношения были холодными и сдержанными. Он даже не выразил ей соболезнования, когда она потеряла ребенка.

Почувствовав, что Дэв дергает ее за руку, Тина извинилась и отошла от репортеров. Муж держал ее руку, пока они медленно шли по красной ковровой дорожке. Каждый журналист жаждал поговорить с Дэвом, которого номинировали сразу на несколько наград.

Оказавшись в зале, Тина осмотрелась. Вокруг было полно красивых актеров и актрис. Она слышала шепот за спиной и чувствовала на себе взгляды, но игнорировала их. Когда они подошли к своим местам, Тина увидела, что ее свекровь уже там.

Тина глубоко вздохнула. Она должна приложить все силы, чтобы сохранять хладнокровие.

Гаури Арджун не была похожа на своего сына. У нее были нежные и женственные черты лица и густые темно-каштановые волосы. Женщина была невысокой и стройной, а ее сын высоким и мускулистым. Дэв любил носить джинсы, а его мать надевала только дорогую традиционную одежду.

– Здравствуйте, матушка! – Тина наклонилась и прикоснулась к ноге Гаури. Она чувствовала себя неуклюжей, потому что все в зале смотрели на нее. – Мы так давно не виделись.

– Да, давно.

– Примите мои соболезнования в связи со смертью вашего мужа. Он…

Гаури отмахнулась от ее соболезнований взмахом руки:

– Благодарю. Я вижу, ты надела драгоценности Арджун.

– Она член семьи Арджун, – напомнил матери Дэв и жестом велел Тине присесть рядом с Гаури.

– Дэв, ты должен найти Раджиндера, – сказала Гаури. – Он хочет поговорить с тобой до начала церемонии.

Вздохнув, Дэв посмотрел на Тину.

– Я справлюсь, – произнесла она и едва заметно кивнула. Тина знала, что Гаури либо будет игнорировать ее, либо выпустит коготки, как только Дэв уйдет.

Дэв скрылся из вида, и Гаури обратилась к Тине.

– Я считаю, нужно поговорить начистоту, – заявила пожилая женщина.

Тина напряглась, потом заставила себя выпрямить спину и вздернуть подбородок.

– Ты не должна носить эти драгоценности, – сказала Гаури, мельком взглянув на шею Тины. – Ты из низшего сословия. Ты не имеешь права их надевать!

Тина прикусила язык и положила руки на колени.

– Всем известно, что Дэв женился на тебе только потому, что ты вынашивала наследника династии Арджун, – произнесла Гаури.

– Вы имеете в виду вашего внука, – тихо ответила Тина.

– Мы могли бы воспитать этого ребенка. – Гаури пожала плечами. – Если бы он унаследовал только твою внешность, но не твои актерские способности.

Тина удостоилась сомнительного комплимента. Она знала, что получала большинство ролей благодаря своей внешности и танцевальному мастерству. В киноиндустрии она достигла немногого по сравнению с остальными актерами, сидящими в зале, но она упорно трудилась и все-таки сделала карьеру.

– Теперь ты вернулась, и Дэв перестал работать. Он отказался от звездной роли. – Голос Гаури дрожал от гнева. – Я больше этого не потерплю.

– По-моему, вам лучше поговорить об этом с вашим сыном, – пробормотала Тина и, покосившись по сторонам, заметила, что гости пытаются подслушать их беседу.

– Ерунда. Ты обманом заставила Дэва жениться на тебе, чтобы он помог тебе сделать карьеру. – Голос пожилой женщины стал резче. – Но ничего не получилось. Ты исчезла, а теперь вернулась. Я желаю знать, чего ты хочешь.

Тина хотела начать новую жизнь. До возвращения в Мумбаи она думала, что проживет без Дэва. Теперь она в этом не так уверена. Уже довольно часто она подумывала остаться с Дэвом и построить полноценную семью.

– Чего я хочу? – спросила Тина, глядя на приближающегося к ним Дэва. – Я хочу, чтобы он был счастливым.

Гаури закатила глаза.

– Это произойдет только в том случае, если ты его оставишь, – решительно заявила она. – Оставишь по-хорошему.

Тина продолжала вежливо улыбаться. Она часто не соглашалась с Гаури Арджун, но на этот раз поняла, что ее свекровь права.

Глава 9

Тина вышагивала по двору, надеясь успокоиться, но ничто не могло унять ее волнения. Высокие каблуки ее туфель стучали по каменной тропинке, а браслеты позвякивали при каждом движении. В фонтанах шумела вода, повсюду разливался удушающий аромат цветов. Утреннее солнце было невыносимо жарким. Она потянула декольте своего дизайнерского платья. Тине казалось, что она задыхается.

Зачем только она на это согласилась?

– Тина?

Она обернулась на голос Дэва. Ее сердце забилось чаще, когда она увидела, как он идет босиком по тропинке. У него отросли волосы, а на подбородке и щеках красовалась короткая борода. Сегодня на Дэве была длинная синяя туника и выцветшие джинсы, однако простая одежда не умаляла его привлекательности.

Тина затрепетала, заметив желание в его темных глазах. Она отлично знала, что платье плотно облегает ее фигуру. Тина сложила руки перед собой и замерла, хотя ее сердце колотилось как сумасшедшее.

– Сандип сказал мне, что ты просила подать автомобиль. Куда ты едешь? На пробы?

Тина нервно облизнулась:

– Я еду на благотворительный обед.

– Да? – Дэв прищурился, посмотрел на ее губы и подошел ближе. – Ты должна была меня предупредить. Сегодня я кое-что запланировал для нас обоих.

– Извини. Мне сообщили в последнюю минуту.

Он ничего не сказал, а только смотрел, как на ее щеках выступает румянец.

– Что за благотворительное мероприятие? – вкрадчиво спросил он.

Она стиснула зубы. Ей не хотелось делиться с ним информацией.

– Тина? – резко позвал он ее.

Она отвела взгляд:

– Оно для матерей, у которых случился выкидыш.

Наступило молчание. Тина осторожно посмотрела на Дэва. Ей стало страшно, когда она заметила, как он посуровел. Он стиснул зубы, в его глазах промелькнула боль.

– Они хотят продвигать ресурсы, которые помогают таким женщинам. Им нужны знаменитости, чтобы о проекте написали в СМИ, – тихо произнесла она. – Я согласилась помочь. Я подумала, это хороший способ почтить память нашего сына.

– Почему ты меня не предупредила? – холодно спросил Дэв. – Ты боялась, что я захочу пойти с тобой и отвлеку на себя внимание?

Тина округлила глаза от ужаса:

– Нет, конечно нет. Это благотворительная организация для женщин. Я не думала, что тебе будет интересно.

– Правильно, потому что я ничего не знаю о выкидышах. Я не терял ребенка. – Мужчина резко повернулся и пошел к дому.

– Я этого не говорила. – Она поспешила за ним.

Дэв шел не оглядываясь.

– И не надо было. Ты снова отгораживаешься от меня. Ты решила, что должна страдать в одиночку.

– Просто так легче! – заявила она.

Дэв остановился и медленно повернулся к ней.

– Легче?

– Нет. Не легче. – Тина опустила голову и пригладила руками волосы.

Тина привыкла разделять страдания своей матери и сестер, но когда она потеряла ребенка, ей просто не хватило сил. Ей требовалась поддержка, но она ее не получила. Отсутствие Дэва показалось ей предательством. Она не желала снова оказаться в таком положении.

Но, увидев боль и разочарование в глазах Дэва, она поняла, что сама виновата в том же, в чем обвиняет его. Он столько раз обращался к ней за утешением, а она его отвергала. Она слишком сосредоточилась на собственной боли. Тина верила, что ее горе сильнее, ведь именно она потеряла ребенка.

– Я виновата в том, что у нас с тобой не было шанса пережить горе вместе. – Теперь она знает, что Дэв не был к ней равнодушен. Просто он иначе оплакивал потерю – молча. – Я хотела пережить горе в одиночку, и не смогла.

– Теперь тебе не нужна моя помощь.

– Неправда. – Ее голос дрожал, она с трудом сглотнула. – Я хочу, чтобы ты поехал со мной на благотворительный обед.

Дэв тихо вздохнул:

– Тина?..

Она подняла дрожащую руку, останавливая его:

– Я думала, что справлюсь одна, но я не могу. Я хожу кругами по двору, чтобы набраться смелости и поехать на обед.

– Ты справишься, дорогая, – тихо сказал Дэв.

Он отказывается от ее приглашения. Тина с трудом переводила дыхание, от разочарования у нее сдавило грудь. Но ей не следует удивляться. Она отстранялась от Дэва раньше и продолжает это делать.

– Ты прав, – произнесла она, проходя мимо него. – Но я думала, мы почтим память нашего сына вместе. Наверное, тебе этого не понять.

Он схватил ее за руку. Тина посмотрела на его большие пальцы на своем запястье. Подняв глаза, она увидела, до чего он мрачен.

– Я по-прежнему злюсь, что наш сын не родился, – признался Дэв. – Ты можешь делиться своими чувствами с толпой незнакомых людей, но я не готов озвучивать свою боль.

Тина поджала губы и кивнула.

– Но я пойду с тобой на благотворительный обед. – Его голос стал хриплым. – Потому что ты единственный человек, с которым я хочу пережить эту боль. Если ты намерена таким образом почтить память нашего сына, я поеду на обед ради тебя.

Губы Тины задрожали, ее переполняли эмоции. Она закрыла глаза, чтобы не расплакаться.

– А я поеду ради тебя, Дэв.

Поздно вечером Дэв стоял у двери танцевальной студии Тины. Он молчал, стараясь не мешать Тине, которая раскачивалась в такт музыке. Вернувшись из Америки без Тины, он не входил в эту студию. Он вообще не заходил в это крыло дома. Он знал, что там будет холодно и пусто.

В танце Тина полностью раскрывалась.

Дэв уже не помнил, сколько раз до поздней ночи смотрел фильмы с ее участием. Он прислонился головой к дверной раме. Следует признать, что сюжетные линии и диалоги в ее фильмах ужасны. Но как только на экране появлялась Тина, он не замечал ничего, кроме нее.

Обычно она танцевала очень чувственно. Но сегодня Тина была расстроена, и ее движения казались более резкими и стремительными.

Она стояла спиной к нему. Когда он подошел и обнял ее за талию, Тина подпрыгнула от неожиданности и повернулась к нему лицом. Прежде чем она успела отойти, Дэв схватил ее за руку и притянул к себе.

Тина посмотрела на дверь, а потом на мужа:

– И давно ты здесь? Ты за мной подсматривал?

– Всего несколько секунд, – признался он, когда они начали танцевать.

Танцы были просто частью его работы, пока он не встретил Тину. Он хотел быть рядом с ней, двигаться с ней под музыку, словно одно целое. Он старался танцевать с ней в клубах, на вечеринках и даже во дворе дома.

Тина опустила голову.

– Я не могу танцевать как прежде, – призналась она.

– Ты слишком строга к себе, – заявил Дэв, прижав руку к ее спине. – Пройдет время, и ты будешь танцевать по-прежнему.

– У меня нет времени. – Она отвела взгляд. – Мой агент сказал мне сегодня, что меня пригласили танцевать на свадьбе миллионера в следующем месяце.

У его жены должны быть предложения получше. Ей следует сниматься в кино, а не танцевать под старые песни.

– Ты подготовишься, – сказал он.

– Я не единственный их выбор, – продолжала Тина. – Одна знаменитая актриса отказалась танцевать, поэтому выбрали меня. Мой агент не говорит, кого хотели пригласить с самого начала, но у меня такое ощущение, что это кинозвезда.

– Гости об этом не узнают, – произнес Дэв обнадеживающим тоном, пока они продолжали раскачиваться под гипнотический ритм барабанов. – Им будет все равно, как только ты начнешь танцевать.

– Спасибо, Дэв, – застенчиво произнесла Тина. – Я знаю, что в Болливуде осуждают танцы на свадьбах. Там считается, что это просто еще один способ заработать деньги. Но мне нравится танцевать.

– Больше, чем сниматься в кино?

– Танцы – моя первая любовь. Я стала актрисой потому, что за съемки больше платили. – Она слегка нахмурилась. – А ты? Тебе нравится сниматься в кино?

– Меня никто и никогда об этом не спрашивал. – Дэв всегда считал, что будет заниматься семейным бизнесом.

– Ты очень хороший актер. Хотя ты хорош почти во всем. – Тина заявила об этом, словно о недостатке.

– Мне больше нравится режиссура.

– Знаю. Я видела, с каким волнением ты изучаешь новые технологии и новые рынки. Но если тебе скучно сниматься, не снимайся и сосредоточься на том, что ты любишь.

– Ты предлагаешь лишить людей короля Болливуда? – с издевкой спросил он.

– Король? – Она усмехнулась. – В лучшем случае ты принц. И не единственный.

Дэв шире улыбнулся. Тина всегда давала ему реальную оценку.

Она посмотрела на часы:

– Мне нужно подготовиться к вечеринке у Нихила.

– Тебе помочь надеть сари? – поддразнил он, когда Тина направилась к двери.

Она посмотрела на него через плечо и улыбнулась:

– Я не надену сари.

– А где преданная и обожающая жена, которая была мне обещана?

Она горько улыбнулась:

– Она давно умерла.

В танцевальном клубе Тина чувствовала себя в своей стихии. Подняв руки, она одобрительно закричала, когда ди-джей включил ее любимую песню.

Тина ощущала, что Дэв стоит позади нее. Она прислонилась к его мускулистой груди, и он обнял ее за талию. Она уже забыла, сколько удовольствия получала, танцуя с Дэвом.

Нихил пригласил на вечеринку элиту, но Тина замечала только своего мужа. А он не мог ее не обнимать. В душе она обрадовалась, увидев, как он округлил глаза, когда она надела серебристое платье. Похоже, он одобрил ее короткое платье без бретелей. Он жадно оглядывал ее фигуру и не сказал ни слова о том, чтобы она переоделась в сари.

Догадывается ли Дэв, что Тина выбрала это платье специально ради него? Она резко одернула себя. Незачем об этом думать. Она должна перестать рассуждать как жена. Ей нужно постепенно отстраняться от Дэва.

Внезапно Дэв взял ее за запястье и притянул к себе. Она вопросительно на него посмотрела, пока он уводил ее с переполненного танцпола. Дэв поджал губы и хмурился.

– Что случилось? – спросила она, перекрикивая музыку.

– Ты снова сбилась с ритма, – мрачно сказал он, подводя ее к маленькому столику в конце зала. – Садись. Я принесу тебе что-нибудь выпить.

– Я в порядке, Дев. – Тина взяла его за руку. – Я хочу танцевать.

– А я хочу, чтобы ты отдохнула.

Она всплеснула руками:

– Почему ты так меня опекаешь?

– Отчего я не могу позаботиться о тебе? – прорычал он.

– А отчего я не могу позаботиться о тебе? – ответила она.

От удивления Дэв тряхнул головой.

– Я не нуждаюсь в заботе. – Он наклонился вперед и положил руку на спинку ее стула. – У тебя был трудный год.

– У тебя тоже.

Глаза Дэва гневно сверкнули.

– Почему ты все время со мной споришь?

– Ты достаточно обо мне заботишься. – Он так сильно ей помогал, что она думала, будто никогда не сможет с ним расплатиться. – Я живу в твоем доме, я трачу твои деньги, и я не вношу никакого вклада.

– Вклад? Ты делаешь больше, чем думаешь. Когда мы ждали нашего сына, я впервые почувствовал себя семейным человеком.

У нее заныло сердце.

– Это ощущение тебе может подарить любая женщина.

– Ты удивишься, – прошептал он ей на ухо, – но любая другая женщина с радостью приняла бы то, что предлагаю тебе. А ты отвергаешь все, что я для тебя делаю.

Ее плечи напряглись, она резко повернула голову и уставилась в темно-карие глаза Дэва.

– Я тебя не отвергаю, – сказала она.

Он отвел взгляд:

– Ты отвергаешь каждый мой подарок, каждый жест, каждое действие за пределами спальни.

Тина нервно облизнулась, пытаясь вспомнить, как себя вела. Ей было неловко, когда Дэв осыпал ее подарками, а она ничего не могла подарить ему в ответ. Он облегчал ей жизнь, делая всего один телефонный звонок, а она в ответ превращала его жизнь в сущий ад.

– Я не хотела. Просто…

Он быстро повернулся к ней и посмотрел на нее в упор:

– Что?

Тина взмахнула рукой, указывая на себя и на Дэва:

– Мы с тобой не равны. У тебя есть власть, а у меня нет ничего.

От шока лицо Дэва напряглось.

– Значит, ты так это воспринимаешь?

Она наклонилась к нему:

– Как я могу принимать твою помощь, если ничего не могу дать тебе взамен?

– Ты помогаешь своей семье, – заметил Дэв, – своей матери и сестрам. И ты ничего не получаешь взамен.

– Это другое дело, потому что…

– …потому что ты все еще пытаешься откупиться за то, что была в тягость своей матери.

Тина прикусила губу и покраснела. Она чувствовала себя уязвимой. И ей очень не хотелось, чтобы Дэв об этом знал.

– И ты хватаешься за любую предлагаемую тебе работу, – продолжал он. – И оплачиваешь все счета своей семьи, потому что считаешь, что ты перед ними в долгу.

Тина хотела отвести взгляд. Она не понимала, как он обо всем догадался.

– Моя мать могла бы избавиться от меня, как только ее бросил мой отец. Она подумывала, не отдать ли меня в детский приют, – произнесла Тина дрожащим голосом. – Но она оставила меня в семье.

– И ты стала для нее финансовым бременем. – Дэв медленно покачал головой. – Ты хотя бы представляешь, сколько денег ты на них потратила?

– Дело не в том, сколько я трачу. Дело в том, во что я обхожусь тебе. Ты мог бы проигнорировать меня и ребенка. Но ты женился на мне из чувства долга. И что ты получил? Твоя карьера пострадала, как только мы поженились.

– Мне наплевать.

– Это сейчас ты так говоришь. – Вскоре он возненавидит сложности, которые Тина принесла в его жизнь. – Извини, мне нужно в дамскую комнату. Нет. – Она протянула руку, когда он встал, чтобы ее проводить. – Не волнуйся, я сама найду туда дорогу.

– Я принесу тебе выпить, – сказал он.

– Спасибо.

Тина шла в дамскую комнату, чувствуя себя немного неуверенно. Возможно, это из-за туфель на шпильках. А может, ей просто нужно выпить немного воды.

Войдя в затемненную комнату с черными раковинами, Тина увидела свое отражение в зеркале.

Выглядела она ужасно. Тяжело вздохнув, она пригладила короткие волосы и одернула платье. Войдя в кабинку, она закрыла дверь. Упершись головой в прохладную металлическую дверь, она глубоко вздохнула.

Тина нахмурилась, когда услышала, что в комнату вошли две женщины. Она хотела немного побыть в тишине.

– Ты видела Дэва и Тину?

Тина подняла голову, узнав голос Куши.

– Можно подумать, у них медовый месяц, – произнесла Приша.

Тина закатила глаза, услышав комментарий хореографа. Тина никогда не демонстрировала свои чувства к Дэву на публике. И причина не столько в кодексе поведения, принятом в Болливуде, сколько в характере Тины. Она даже не целовалась в губы с персонажами фильмов, в которых снималась, стараясь щадить чувства кинозрителей.

– Насколько я знаю, их медовый месяц закончится через пять недель, – протянула Куши. – А потом они разведутся.

Тине стало холодно. У нее пульсировало в ушах. Правильно ли она расслышала, что сказала Куши? Как она узнала о ее секретном соглашении с Дэвом?

– Что? – взвизгнула Приша. – Ты от кого об этом узнала?

– От Шреи.

Тина выдохнула, у нее задрожали руки.

– Что еще она тебе сказала? – взволнованно спросила Приша.

– Тина согласилась остаться на два месяца, а Дэв поможет ей своими связями. Я знала, что эта женщина вышла за него замуж ради карьеры. Разве я тебе не рассказывала?

Тина закрыла глаза, ей стало тошно. Они обо всем знают. И Шрея могла получить эту информацию только от Дэва.

Глава 10

Тина застыла на месте, когда до нее дошел смысл услышанного. Она с трудом переводила дыхание. Из ее головы вылетели все мысли. Ей стало тошно, у нее закружилась голова.

Она уперлась руками в металлическую дверь, чтобы удержаться в вертикальном положении. Ей казалось, прошла вечность, прежде чем Куши и Приша поправили макияж и ушли. Подождав немного, она вышла из кабинки.

Тина посмотрела на свое отражение в зеркале. Она выглядела бледной и измученной. Ей хотелось верить, что Дэв ее не предавал, но она не могла найти подходящего объяснения, почему об их соглашении стало известно. Она пыталась понять, как Шрея получила эту информацию, но в ее мозгу мелькали фотографии из таблоидов.

Она медленно подошла к двери, ее движения стали неуклюжими и порывистыми. Каблуки ее туфель скользили по гладкому полу, и Тина изо всех сил старалась сохранять равновесие. И все-таки она не верит, что Дэв кому-то проболтался.

Тина зажмурилась, чтобы сдержать жгучие слезы. Она поверила Дэву, когда он сказал, что не изменял ей. Он страдал, а она вернулась к нему только потому, что увидела провокационные снимки в журнале.

Но если он не был близок с Шреей, откуда та узнала такие подробности?

Тина вышла из дамской комнаты и съежилась от ритмичной громкой музыки. Ее нервы были на пределе. Яркий и мигающий свет и резкие танцевальные движения посетителей клуба внезапно стали ей невыносимы. Она должна отсюда выбраться. Ей нужно время, чтобы подумать.

– Тина? – услышала она голос Дэва у себя за спиной. – Куда ты?

Она продолжала идти к выходу настолько решительно, словно от этого зависела ее жизнь.

– Мне нужно выбраться отсюда, – сказала она.

– Почему? Что случилось? – Дэв вдруг встал перед ней, заставляя ее остановиться.

Ей очень хотелось его оттолкнуть, но он был физически сильнее ее.

Тина не желала ничего ему рассказывать. Она не была готова к новому противостоянию. В ее глазах блестели слезы. Если Дэв предал ее, она не выживет.

Ей хотелось промолчать и таким образом защитить себя. Если она расскажет Дэву обо всем, что узнала, он найдет себе оправдание. И она поверит ему, потому что хочет верить. Ей нужно уйти до того, как он ее полностью уничтожит. Однако, если она ему откроется, ей необходимо видеть его лицо.

– В дамской комнате женщины обменивались последними сплетнями, – слабо сказала Тина, от эмоций у нее сдавило горло. – Они знают о нашем соглашении. В подробностях.

Дэв схватил ее за плечи и наклонил голову, чтобы посмотреть Тине в глаза.

– О чем ты говоришь?

– Шрея разболтала о нашем соглашении. Она знает, что мы разведемся через пять недель.

Дэв прищурился, его темно-карие глаза стали как щелки.

– Это невозможно, – прорычал он.

Разве? Дэв сказал, что у него не было романа с Шреей, но он запросто может делиться с ней своими мыслями, мечтами и проблемами. Возможно, он обсуждает с ней то, о чем не может поговорить с женой.

– Я не знаю, что она будет делать с этой информацией, – дрожащим голосом произнесла Тина.

– Что ты хочешь этим сказать? – Он крепче обхватил пальцами ее руку. – Ты по-прежнему считаешь, что у меня роман с Шреей?

– Нет, но я предполагаю, ты поделился с другой женщиной личной информацией о том, что происходит между нами.

Тина до того устала, что наклонилась вперед и положила голову ему на плечо. Она чувствовала, как напряжен Дэв. Он заключил ее в объятия и прижал к себе. Тина вздохнула, когда он обхватил ее затылок большой ладонью. На мгновение она почувствовала себя в безопасности.

– Поедем домой, Дэв, – мягко попросила она.

– Еще рано, – сказал он, гладя ее по голове. – Сначала я кое-что сделаю. Мы сделаем.

Она подняла голову:

– Что ты затеял?

– Иди за мной. – Он обхватил пальцами ее запястье и вывел Тину на танцпол.

Она сопротивлялась:

– Скажи, что ты хочешь сделать.

Он посмотрел на нее через плечо:

– На этот раз мы выступим сообща. В прошлом мы действовали поодиночке, поэтому пострадали.

Сообща. Но они не были партнерами, не действовали сообща, когда поженились.

– О чем ты говоришь? – спросила она.

– Мы с тобой муж и жена, но каждый из нас сам по себе. Мы не переживали горе вместе, мы не поддерживали друг друга после выкидыша. Теперь все изменится. Мы будем вместе противостоять этим сплетням. – Он сжал ее руку. – Ты со мной?

Тине предстояло позволить Дэву полностью контролировать ситуацию и играть ведущую роль. Ей предстояло ему довериться. Она должна верить, что он не бросит ее на растерзание толпе. Ей следует игнорировать доводы рассудка, который требует, чтобы она сбежала и спряталась.

Тина резко кивнула.

– Давай сделаем это, – произнесла она и удостоилась нахальной улыбки Дэва.

Он повел ее через танцпол. Она наблюдала, как толпа расступается перед ними. Тина напрягла плечи, когда ее муж подошел к подиуму, на котором работал диджей. Она не знала, что он собирается делать.

Сердце чуть не выскочило у нее из груди, когда Дэв протянул руку и молча указал диджею на микрофон. Диджей протянул его Дэву. Тине захотелось скрыться в толпе, но она пообещала Дэву, что будет вместе с ним. Однако она понятия не имела, до чего трудно ей придется.

– Я хотел бы посвятить танец своей жене! – объявил Дэв.

Тина замерла, когда толпа взревела, одобряя его романтический поступок. Жаль, что поступок Дэва неискренний. Она попыталась расслабиться, как вдруг Дэв прижал ее к себе. Он взглянул на нее с таким обожанием, что у нее перехватило дыхание.

– Эта женщина согласилась стать моей женой почти год назад. Она оказала мне честь. Я не знаю, что бы я делал без нее.

Тина опустила голову и покраснела. Знает ли Дэв, что его контратака на сплетников – самый драгоценный подарок, который он ей когда-либо преподносил? Заставив ее надеть драгоценности Арджун, он поступил гениально. Это создало иллюзию того, что он считает ее достойной быть членом их клана. Но нынешнее заявление мегазвезды Болливуда – нечто иное. Дэв требует от высшего общества уважать свою жену. Он говорит им, что Тина имеет власть и оказывает влияние на могущественную мегазвезду.

– Я понял, что мало признавался ей в любви. Я не показывал этой особенной женщине, как отношусь к ней каждый день. – В его тоне слышалось сожаление и искренность. – Но сейчас я исправлю эту ошибку.

Тина слышала, как несколько женщин в толпе ахнули. Она тоже ахнула, но притворно, соблюдая условия соглашения.

– Моя жена для меня самая желанная женщина. Мне не нужна другая. Я благодарен, что Тина согласилась прожить со мной до конца жизни. Поэтому я считаю, что нам нужно это отпраздновать и попрошу диджея поставить медленную песню.

Гости зааплодировали и засвистели, а Дэв вернул микрофон диджею. Свет в ночном клубе стал приглушенным с первыми звуками саксофона. Дэв вывел Тину в центр танцпола и осторожно прижал к себе.

Она заметила, что остальные гости, найдя партнеров по танцу, покачиваются в такт музыке, но ее интересовал только Дэв. Она прижалась к его мускулистой груди, а он обхватил ее за талию своими большими руками. Они легко и непринужденно двигались.

Тина не решалась взглянуть на Дэва. Он хороший актер. Он талантливее ее. Если он увидит ее глаза, то поймет, как сильно она хочет, чтобы его слова оказались правдой.

Тина прижалась головой к его груди и закрыла глаза. Она вздрогнула, когда Дэв коснулся рукой ее головы. От его нежности у нее задрожали колени. Дэв поцеловал ее в макушку. Тине хотелось, чтобы это мгновение никогда не заканчивалось.

Музыка смолкла, и Тина неохотно отстранилась от Дэва. Она ужасно нервничала и чувствовала себя очень уязвимой.

– Поедем домой? – предложила она.

Обняв, Дэв увел ее с танцпола и провел через клуб. Он не сказал ни слова, когда они вышли в вестибюль. Прижимая Тину к себе, он вызвал машину.

Тина не возражала, когда Дэв усадил ее на заднее сиденье, словно хрупкое сокровище. А потом она поняла, что он не поедет вместе с ней.

– Что происходит? – Она округлила глаза. – Ты остаешься?

– Я заметил Шрею и собираюсь выяснить, как она обо всем узнала, – спокойно сказал он, но его глаза гневно сверкнули. – Она должна уяснить, что ты моя жена, и я буду защищать твою репутацию.

– Но…

– Отвези ее домой, – приказал он водителю и закрыл дверцу.

– Черт побери, Дэв! – воскликнула она через толстое оконное стекло. Но он уже отвернулся и вошел в ночной клуб, словно воин, идущий в бой.

Тина задалась вопросом, когда Дэв осознает, что слухи будут только множиться. Что бы они ни сказали, что бы ни сделали, им ничего не изменить. Их поспешный брак и ее имидж вызвали массу пересудов. Спасти ситуацию можно, если только Дэв дистанцируется от Тины.

Решив, что ему нужно выпить, Дэв распахнул входную дверь своего дома и направился прямиком в спальню. Следует найти Тину и убедить, что он ее не подводил.

В доме было темно и тихо. Это испугало Дэва. Прошедшие четыре месяца он ежедневно входил в устрашающе тихий дом.

Он поднялся по лестнице, перепрыгивая через две ступеньки. Он заставит Тину выслушать его и поверить, что Шрея ему не нужна.

Дэв вошел в спальню и резко остановился, обнаружив, что Тины там нет. Он пришел в ярость, подумав, что она перебралась в одну из гостевых комнат. Но ни в одной комнате для гостей ее не было.

Неужели она опять его бросила? Превозмогая страх, он поспешил вниз по лестнице. Торопливо проходя через гостиную и огромную столовую, он услышал музыку. Дэв остановился и прислушался. Звучала песня из одного из любимых романтических фильмов Тины.

Повернувшись на каблуках, он направился на кухню. Увидев Тину, Дэв остановился как вкопанный. От облегчения он ощутил слабость и уперся руками в дверной проем.

Она была босиком, но по-прежнему в серебристом платье, расшитом бисером. Прислонившись к гранитному столу, она смотрела фильм. Дэв не сразу заметил на плите небольшую кастрюлю кораллового цвета. Он вдохнул аромат кичри – простого блюда из риса и бобовых культур.

Впервые после возвращения Тина приготовила еду. После выкидыша она потеряла интерес к готовке.

– Ты все еще здесь, – резко произнес он низким голосом.

Она вздрогнула и оглянулась. У нее в руках была маленькая тарелка с кичри. Взяв порцию кичри пальцами, она поднесла ее ко рту.

– А где мне быть?

В доме своей матери. В отеле. В другой стране.

Где угодно, только не здесь. Дэв медленно подошел к Тине, ему не удавалось разгадать ее настроение.

– Хочешь? – спросила она, держа кичри кончиками пальцев.

Дэв покачал головой, потому что не ожидал такого вопроса.

– Я не говорил Шрее о нашем соглашении, – сказал он. – Она подслушала нас во дворе в тот вечер, когда ты вернулась.

Тина медленно опустила руку и положила рис обратно на тарелку. Через секунду она произнесла:

– Мне следовало догадаться.

Дэв вздернул подбородок.

– Ты мне веришь? – Он думал, что ему придется ее убеждать. Встать на колени и умолять ее выслушать его.

– Да. – Она вытерла руки тканевой салфеткой. – Но скажу честно. Сначала я поверила, что ты обо всем ей рассказал.

– Я рад, что ты мне веришь. – Тина доверяла ему, поэтому осталась дома и ждала его возвращения. – Шрея получила по заслугам.

Тина подняла голову, внимательно наблюдая за ним.

– Что ты имеешь в виду?

– Она больше не работает с «Арджун энтертейнмент», – мрачно ответил он.

– Ты расторгнул с ней контракт? – Тина округлила глаза. – Зачем? Она приносит хороший доход.

– Моя студия нужна ей больше, чем Шрея нужна нам.

– Она из влиятельной семьи. Они создадут тебе массу проблем.

– По-моему, ты забыла, Тина. Шрея распространяла сплетни о моей жене. О семье Арджун. Я этого не потерплю. Скоро все поймут, что за неуважение к тебе надо платить.

Тина швырнула салфетку в сторону и уперлась руками в край стола.

– Я думаю, твое притворное обожание помогло тебе все уладить.

– Надеюсь. – Но Дэв не притворялся.

Тина нахмурилась, настороженно вглядываясь в его лицо.

– Ты был убедителен, – произнесла она. – Может, даже слишком убедителен.

– То есть? – спросил Дэв. Неужели Тина не может смириться с мыслью, что он ее обожает?

– Возникнет намного больше вопросов, когда мы разведемся через несколько недель, – сказала она, глядя в сторону. – Кто после этого тебе поверит?

– Мне наплевать. – Если все пойдет по его плану, они будут вместе.

Тина тряхнула головой:

– Спасибо, Дэв. Мне понравилось, что ты поспешил мне на помощь.

Он одарил ее неторопливой и застенчивой улыбкой:

– Я всегда к твоим услугам.

– Но в следующий раз заранее предупреди меня, что собираешься делать.

– Хорошо. – Он шагнул в ее сторону и уловил аромат ее духов.

Тина нервно облизнулась.

– Из нас получилась хорошая команда, – заметила она. – Я думаю, мы должны и дальше показывать, что мы партнеры во всем.

Дэв прищурился:

– О чем ты говоришь?

– Твоим инвесторам недостаточно знать, что у тебя стабильная семейная жизнь. Мы должны продемонстрировать, что наш брак нерушим.

Дэв не понимал, должен ли он ей верить. Не так давно она относилась к нему как к врагу.

– Почему ты хочешь мне помочь? – спросил он.

– Я хочу, чтобы ты был счастливым. – Она быстро отвела взгляд.

Тина желает ему помочь. Она хочет видеть его счастливым. Но есть только один способ сделать Дэва счастливым, однако Тина вряд ли на это согласится.

– Все изменилось, – сказал он.

Дэв прав. Тина поджала пальцы ног, стоя на холодном линолеуме. Между ними все изменилось. Дэв потребовал, чтобы его жену уважали. Он защищает ее. Сейчас это все, что ей нужно знать, пока не закончится срок их соглашения.

– Мы все равно должны спать в одной комнате. – Тина пыталась говорить спокойно, но почувствовала, что у нее не получилось. – Слуги сплетничают.

– Сандип тот еще болтун.

Она поджала губы, сдерживая улыбку.

– Значит, мы должны ночевать в одной постели.

– Если ты считаешь, что так будет лучше, – протянул Дев.

– Я так считаю, – сказала Тина и провела руками по бедрам и коснулась кончиками пальцев подола короткого платья. Она ужасно нервничала. Она торопится лечь со своим мужем в постель. Но не расценит ли он ее желание как приглашение к воссоединению?

Дэв одарил ее оценивающим взглядом, и она затрепетала от восторга.

Она не знала, что получит, соблазнив собственного мужа. Дэв так долго был ее врагом. Она месяцами пряталась от него и пыталась защититься. Но теперь она знает правду. Он не контролировал ее жизнь в наказание. Он заботился о ней. И возможно, было время, когда он ее любил.

Но Дэв по-прежнему опасен. Рядом с ним она перестает мыслить здраво, отдается страсти и грезит о вечной любви. Она жаждет остаться его женой, даже если ей придется отказаться от всего. От свободы. И от душевного покоя.

– Я хочу тебе помочь, – искренне произнесла Тина.

Она желала, чтобы у него было все, чего он хочет. Поставив тарелку в раковину, Тина напряглась, почувствовав, как Дэв смотрит на ее полную грудь. Тина медленно выпрямилась и стала мягко покачивать бедрами в такт музыке из телевизора. Дэв смотрел на нее как загипнотизированный. От его взгляда в ее венах забурлила кровь.

– Я могу сделать так, чтобы твои мечты сбылись, – сказала Тина. – Если ты мне позволишь.

Она увидела, как от желания напряглись резкие черты его лица. Атмосфера накалилась.

– Сегодня был трудный день. Я иду спать. Ты ко мне присоединишься? – невинно спросила она и шагнула в его сторону на слегка дрожащих ногах.

Дэв наклонился вперед, и Тина затаила дыхание. Сердцебиение эхом отзывалось в ее ушах, ноги дрожали. Ее словно опалило огнем, когда Дэв взялся за подол ее короткого платья.

– Ты меня приглашаешь? – спросил он, поглаживая ее бедро.

– Да-а-а.

Теперь она немного боялась, что он примет ее предложение. Боялась потому, что нынешняя ночь с Дэвом все изменит. Тина будет делить с ним постель не потому, что должна, а потому, что этого хочет.

Дэв медленно подошел к ней ближе, будто ожидая, что она передумает и убежит. Тине казалось, что она лопнет от нетерпения.

Она подняла голову. Он стоял так близко, что она ощущала жар его тела и слышала слабый аромат его одеколона.

Опустив голову, Дэв нежно и собственнически поцеловал ее в губы. Тина жаждала большего. Его мягкие поцелуи распаляли ее. Ее сердце колотилось как сумасшедшее, а кожу покалывало от желания. Разомкнув губы, Тина утонула в объятиях Дэва.

Он простонал, скользнув языком в ее рот. Его поцелуи становились требовательнее. Тина вырвалась из его рук и шагнула назад.

– Пойдем со мной, – прошептала она и повела его из кухни.

Глава 11

Закрыв дверь спальни, Тина остановилась, задаваясь вопросом, готова ли к тому, что должно произойти.

Дэв положил руки на ее бедра. Тина закрыла глаза и вздрогнула, чувствуя его горячее дыхание на своей шее. У нее замерло сердце, когда он провел пальцами по ее рукам и коснулся груди.

Тина обмякла всем телом. Ее грудь налилась, а соски напряглись. Она выгнулась в руках Дэва, когда он потянул вниз ее платье без бретелей.

Постанывая, Дэв ласкал ее обнаженную грудь. От избытка удовольствия она едва держалась на ногах.

– Что же ты со мной делаешь? – спросил он ее на ухо. – Я не могу к тебе не прикасаться.

Тине тоже хотелось его ласкать. Она целовала его стремительно и жадно, помня, что сегодняшняя ночь особенная.

– Раздевайся, – тихо произнесла она у его губ.

Его пальцы замерли на ее теле.

– Раздень меня, – прошептал он.

С плохо скрываемым усердием она стянула с него рубашку через голову. Дэв разулся, Тина игриво толкнула его, и он упал на кровать. Она удивленно завизжала, когда он увлек ее за собой.

Дэв перестал смеяться, когда она уселась на него верхом и принялась целовать и ласкать его мускулистую грудь. Ей нравилось, как от ее прикосновений подрагивает его тело, как Дэв прерывисто дышит. Тина ощущала свою власть над ним.

Она потянулась к поясу его брюк, и вдруг Дэв перевернул ее на спину. Тина приподняла бедра, чтобы он снял трусики с ее дрожащих ног. Ее желание было настолько сильным, что ей хотелось кричать.

– Скорее, Дэв!

– Не торопись, – спокойно произнес он и погладил ее между ног.

– Пожалуйста, – прерывисто прошептала она. – Возьми меня, сейчас же.

Она чуть не рыдала, когда он наконец ей уступил. Тина зажмурилась, услышав, как он раздевается, а потом распаковывает презерватив.

Затаив дыхание, Тина смотрела на Дэва. У них снова будет защищенный секс. Они не начнут отношения заново. Незачем мечтать о возрождении семьи. То, что происходит, это начало конца.

Дэв устроился у нее между ног, обхватил руками ее бедра и резко вошел в нее. Тина громко ахнула и выгнула спину. Ей казалось, что она разлетится на части от головокружительного удовольствия.

Она обхватила Дэва ногами за талию. Простонав, он начал ускорять темп. Тина тонула в море наслаждения. Она умоляла Дэва поторопиться и льнула к нему изо всех сил.

Из ее головы вылетели все мысли, ей стало трудно дышать, когда нахлынула волна оргазма. Прошло какое-то время, прежде чем Тина поняла, что Дэв ее обнимает. Она положила голову ему на грудь и услышала биение его сердца.

Тина испугалась того, что снова в него влюбляется. Хотя, возможно, она не переставала его любить. Но если она останется с Дэвом, то потеряет свободу. Он будет полностью контролировать ее жизнь и чувства.

Нельзя допустить, чтобы это повторилось.

Дэв тихонько напевал следующим утром, входя в спальню после того, как принял душ. Одно полотенце он повязал на бедра, другим вытирал волосы. Он замер, когда ему показалось, что он услышал стон.

Дэв посмотрел на постель и увидел, что Тина лежит в центре кровати, завернувшись в простыни.

– Тина? – позвал он.

Вероятно, ей приснился очередной кошмар.

Хотя она говорила, что кошмары ее больше не мучают. Дэв бросился к кровати и увидел, что Тина проводит рукой по лицу. Плохой сон ни при чем. Она выглядит так, словно у нее нет сил пошевелиться.

– Тина, что случилось?

Она поморщилась и зажмурилась.

– Я не очень хорошо себя чувствую.

– Это из-за кичри? – спросил он.

Она приоткрыла один глаз:

– Я готовлю отличный кичри.

Он улыбнулся в ответ на ее обиду. Никто не смел критиковать кулинарные способности Тины.

– Ты что-нибудь съела на вечеринке?

– Нет, – сказала она.

Дэв постарался вспомнить, где она была накануне. Тина ездила к своей матери. Дэв помнил непреложное правило: любой ценой избегать стряпни Риимы Шарма.

– Ты снова покупала уличную еду, когда поехала к матери? – спросил он.

– Конечно, покупала, – ответила она и схватилась за живот.

Он коснулся рукой ее лба. Тина была бледна, но жара у нее не было.

– Что ты ела?

Она перечислила несколько традиционных индийских блюд.

Дэв покачал головой:

– И ты еще удивляешься, почему тебе плохо? У тебя наверняка пищевое отравление.

Она открыла глаза:

– По-моему, еда тут ни при чем.

Он не знал, что еще может быть причиной ее недомогания, и решил не рисковать. Дэв знал, что слишком опекает Тину, но ему было крайне неприятно видеть ее страдания.

– Давай, – произнес он и наклонился, чтобы взять ее за руки. – Поехали к врачу.

Она вздрогнула и отшатнулась, отстраняясь от его прикосновения.

– Нет!

Он смотрел на Тину, слушая, как ее голос отражается эхом от стен большой спальни. Он увидел страх в ее темных глазах. Она снова опустила веки.

– Понятно, – произнес Дэв и медленно выпрямился во весь рост. Надежда умерла в его душе, когда он понял, что между ними ничего не изменилось.

– Я не хочу к врачу, – тихо сказала она, избегая его взгляда. – Я ненавижу больницы.

– Нет, – холодно и жестко ответил он, – ты просто не желаешь, чтобы я тебе помог.

– Неправда.

– Ты не хочешь пользоваться моими связями и принимать мою заботу. – Дэв посуровел. – Ты не позволяешь опекать тебя, даже когда ты больна.

Тина устало произнесла:

– Я не знаю, почему так тебе ответила.

– А я знаю. – Она снова отвергает его помощь. Она отвергает его. – Ты веришь мне, когда я говорю, что у меня не было романа с Шреей. Ты достаточно доверяешь мне, чтобы спать со мной. Но когда дело касается заботы о тебе, ты вообще перестаешь мне доверять.

– Это всего лишь реакция, – пояснила она. – Я сказала не подумав.

Ситуация усложнилась. Дэв стиснул зубы, стараясь побороть нарастающую волну гнева.

– Поспи, Тина, – устало произнес он, отходя от кровати. – Я прикажу Сандипу принести тебе что-нибудь поесть. Он присмотрит за тобой днем.

– Куда ты идешь? – спросила она.

– Куда-нибудь. – В любое другое время он подумал бы, что она ведет себя как внимательная жена. Но сейчас ее опасения с ним не связаны.

– Дэв?

От ее тона он смягчился. Остановившись у двери ванной комнаты, он посмотрел на нее через плечо. Тина повернулась к нему спиной.

– Что ты хотела, Тина?

После долгой паузы она произнесла:

– Останься… со мной… пожалуйста. – Она говорила медленно, словно каждое слово давалось ей с огромным трудом. – Я хочу, чтобы ты был рядом. Только ты.

Тина солгала. Она скорее свернулась бы калачиком в темном углу в одиночестве, чем обратилась за помощью. Дэв понимал, что она делает это ради него. И все же она ведет себя так, словно ждет, что он ей откажет.

– Да, дорогая. – Дэв подошел к кровати. Он не чувствовал, что выиграл. Он чувствовал, что идет по тонкому льду. Одно неверное движение или неправильное слово, и он все разрушит. – Я останусь ради тебя.

Через несколько часов Дэв отложил ноутбук в сторону и откинулся на спинку кресла. Он оценивающе оглядел Тину.

– Ты ужасный пациент.

– Об этом мне уже говорили, – ответила Тина, листая журнал о кино, который Дэв приказать купить Сандипу.

Она сидела на кровати в мягких и удобных шальварах. Живот у нее уже не болел, но на сердце скребли кошки. Она не могла забыть страдальческого выражения лица Дэва сегодня утром. Она продолжает отталкивать его, хотя на самом деле желает видеть его рядом. Тина не знала, как изменить тактику.

– Тебе не нужно сидеть со мной, Дэв, – произнесла она со вздохом, отбросив журнал в сторону. – Я просто съела что-то не то.

– Не надо самостоятельно ставить себе диагноз, – предупредил Дэв. – Ты должна показаться врачу.

– Нет, не нужно. – Тина вздрогнула от одной мысли об этом. Ей были ненавистны люди в белых халатах. – Я в порядке. Иди и посмотри матч по крикету, или еще что-нибудь.

Дэв оперся подбородком на руку. Он не торопился уходить.

– Почему ты пытаешься от меня избавиться? – произнес он.

Тина откинулась на кучу подушек за спиной:

– Мне плохо при одной мысли, что ты зря тратишь время, сидя в этом кресле в четырех стенах.

– Я делаю то, что хочу, – тихо заметил он.

– Не понимаю почему, – пробормотала Тина.

– Ты бы присматривала за мной, если бы я заболел?

Она поморщилась и отвернулась.

– Да, но это совсем другое.

– Ты просто не желаешь ни на кого полагаться, – произнес Дэв. – Ты слишком самостоятельная.

Он прав. Тина чувствовала себя не в своей тарелке, прося о помощи. Особенно у членов семьи. Она уже была в тягость своей матери. Она создала проблемы своему мужу. Но меньше всего ей хотелось знать, почему она причиняет столько неудобств.

– В следующий раз я не буду ждать разрешения, чтобы позаботиться о тебе, – заявил Дэв. – Мне нравится, когда ты от меня зависишь.

Тина нахмурилась. Очень многие люди полагаются на Дэва, начиная с ее матери и заканчивая теми, кто на него работает. Ему не нужна еще одна обуза.

– Неужели тебе нужны мои неприятности, Дэв? У тебя полно своих проблем.

– Я так не думаю, – сказал он. – Когда ты уехала от меня, я часто наведывался к твоей матери, чтобы проверить, как дела у нее и твоих сестер. Тебя не было рядом с ними, поэтому я заботился о них вместо тебя. Твоя семья – это моя семья.

– Ты ценишь семейные отношения. – Он мечтал быть частью большого, шумного семейства. А Тина не сможет реализовать эту его мечту.

– Мне нравится быть старшим братом Рани и Миры, – произнес Дэв, едва заметно улыбаясь. – Мне нравится помогать твоей матери. Она относится ко мне как к сыну, а не кинозвезде. Мне нравится заботиться о тебе. Поэтому перестань сопротивляться и отталкивать меня.

– Это будет нелегко. – Однажды Тина позволила ему контролировать ее жизнь, доверилась ему, но его не оказалось рядом, когда ей требовалась поддержка. Она чувствовала себя преданной.

– Я не был рядом с тобой, когда у тебя случился выкидыш. Я не был рядом с тобой после.

Она подняла глаза к потолку:

– Я не просила тебя об этом.

– Но я был обязан остаться с тобой, даже если бы ты пыталась выгнать меня. – Дэв помолчал. – Почему ты не попросила меня? Отчего ты меня оттолкнула? Неужели ты думала, что я тебе откажу?

Что я отвергну тебя, когда ты нуждаешься во мне сильнее всего?

Тина поджала губы, на ее глаза навернулись жгучие слезы.

– Да, – сказала она.

Наступило напряженное молчание.

– Что я такого сделал, чтобы ты так думала?

– Дело не в тебе. Мой отец сбежал из семьи, когда мы нуждались в нем сильнее всего, – тихо произнесла Тина, опустив глаза. – Жизнь наказала его, и он решил, что получил по заслугам. Он долго отсутствовал, и я научилась ничего у него не просить, чтобы не разочароваться.

– Но я не сбегал от тебя. Я делал все, чтобы ты ни в чем не нуждалась. – Дэв встретился с ней взглядом. – Но я очень сожалею, что не был рядом с тобой, когда ты так во мне нуждалась. Только после того, как ты уехала, я понял, что иду по стопам своих родителей. Они занимались только своей кинокарьерой. Сандип стал мне ближе моих родителей. Я не хочу быть мужем или отцом, которого никогда не бывает дома. В следующий раз я буду ходить с тобой на каждый прием к врачу и ужинать с тобой каждый вечер.

В следующий раз. Тина закрыла глаза. Следующего раза не будет. Она знала, что из Дэва получится хороший отец. Ей бы понравилось, как он нянчится с детьми. Он бы яростно их защищал, был бы терпеливым учителем и дарил им безусловную любовь, которую не получил в детстве.

Тина открыла глаза, услышав будильник.

– Пора выпить лекарство и попить воды, – объявил Дэв, нажимая на кнопку будильника на своих современных часах, и поднялся со стула.

– Я не хочу воды. – Она покачала головой. Дэв очень ответственно исполнял роль сиделки.

– Нельзя допустить обезвоживания организма, – сказал он, обошел кровать и направился к двери.

– Осторожнее, Дэв. Я могу привыкнуть к такой заботе.

Он остановился и посмотрел в ее глаза.

– Именно этого я и добиваюсь.

Тина молча смотрела, как он выходит из комнаты, насвистывая мелодию из фильма. Она долго смотрела на дверь после его ухода. Она не знала наверняка, что он имел в виду. Дэв хочет, чтобы она осталась насовсем? Нет, не нужно тешить себя надеждой. Он намеревался сказать, что позаботится о ней в следующий раз, когда она заболеет.

Но следующего раза, вероятно, не будет. У Тины хорошее здоровье. Она и не помнит, когда в последний раз простужалась или болела гриппом. У нее давным-давно не кружилась голова и ее давно не тошнило. Хотя…

Вздох Тины эхом отразился от стен спальни. Запаниковав, она прижала руки к плоскому животу. Последний раз тошнота и головокружение мучили ее на очень ранней стадии беременности.

– Нет, – прошептала она, ее обуял страх. – Нет, нет, нет! Только не это.

Глава 12

Тина прислонилась головой к стене, выложенной кафельной плиткой, в ванной комнате и закрыла глаза. Она так разнервничалась, что ее стало тошнить.

Хлопая себя по щекам, Тина пыталась набраться смелости. Прошедшие две недели смелости ей явно не хватало. Как раз с того момента, когда она поняла, что может быть беременна. Тина по-прежнему не верила в такую возможность.

Она не желает вынашивать ребенка. Она не хочет снова переживать кошмар.

Однако симптомы беременности игнорировать уже невозможно. У нее по-прежнему кружится голова, и время от времени тошнит. У Тины усилился аппетит, а сексуальное влечение стало необузданным.

Дэв, по-видимому, этих перемен не замечал. Ему нравилось, когда она протягивает к нему руки, требуя ласк. Она с радостью полагалась на него, пока ее мир едва не рушился. Ему нравилось делить с ней еду и кормить ее с рук. Дэв ни разу не упустил возможность погладить ее губы кончиком пальца, взять ее пальцами за подбородок и поцеловать в губы.

Дэв упивался ненасытностью Тины в постели. Он словно знал, что его обнаженная грудь и запах тела сводят ее с ума.

Тина потерла глаза основаниями ладоней и простонала. Только бы она не была беременной! Они с Дэвом были осторожны, и когда занимались любовью в саду под звездами, и когда уединялись в комнате, чтобы утолить яростное желание. Дэв всегда предохранялся. Кроме одного-единственного раза.

Вероятно, она все-таки беременна. Тина поджала дрожащие губы, с трудом превозмогая страх. Она хотела стать матерью, но боялась осложнений. Что она станет делать, если у нее снова случится выкидыш? По ее щекам потекли слезы.

Дэв о ней позаботится. Ее ресницы дрогнули, когда она вспомнила его обещание. На этот раз он будет рядом с ней. Он защитит ее и ребенка. Она знала, что Дэв выполнит свое обещание.

И он будет настаивать, чтобы они не разводились. Тина покачала головой и вздохнула, чувствуя, как рассеивается надежда. Она по-прежнему любит своего мужа и хочет остаться с ним. Но не шантажируя его своей беременностью. Иначе получится, что она снова заманила его в ловушку брака.

Тина вытерла слезы со щек тыльной стороной рук и отошла от стены. Возможно, она раздувает из мухи слона. Вполне возможно, что она не беременна. Просто ее тело еще не оправилось от стресса и изменений, которые она пережила в прошлом году.

Твердя себе об этом, она осторожно подошла к раковине, взяла тест на беременность и увидела на полоске две розовые линии.

Она беременна.

Тина бросила тестовую полоску на стол, словно та обожгла ей руки, и всхлипнула, прижав ладонь ко рту. У нее задрожали ноги, и она опустилась на колени на холодный линолеум, расплакавшись. Что же ей теперь делать? Она не хочет потерять еще одного ребенка.

Тина не знала, как долго просидела на полу. В конце концов в дверь ванной комнаты решительно постучали. У нее саднило горло, глаза стали красными и опухшими. Она уже чувствовала себя сломленной, хотя все только начиналось.

– Тина?

Она вздрогнула, услышав голос Дэва, и увидела, как дергается ручка двери. Он не должен сюда входить и видеть ее такой уязвимой и растерянной.

– Со мной все в порядке, – солгала она дрожащим голосом, заставила себя подняться и посмотрелась в зеркало.

Выглядела Тина ужасно. Ее заплаканное лицо покрылось пятнами. Быстро включив воду, она брызнула на лицо холодной водой.

– Что с тобой? – спросил он.

Тина медлила. Отчасти ей хотелось во всем признаться Дэву. Она жаждала опереться на него и поделиться с ним своими страхами. Но вряд ли она поступит мудро. Вероятно, Дэв не захочет снова контролировать ее жизнь.

Она должна сохранить свою тайну. Тина схватила полотенце и насухо вытерла лицо.

Казалось, по двери стучали чем-то тяжелым.

– Тина, открой немедленно!

Оглядев ванную комнату, она увидела тестовую полоску на столе. Тина бросила полоску в мусорное ведро.

Распахнув дверь, она уставилась на Дэва. Взгляд его темных глаз был диким, черты лица ожесточились. Он возвышался над ней, она чувствовала его беспокойство. Она заметила, что он погладил плечо, словно оно болело.

– Дэв?.. – Она испуганно запнулась, когда он опустил руку и заглянул в ванную комнату.

– Почему ты сразу не открыла дверь? – резко спросил он и схватил ее за руки.

Она попыталась высвободиться, но он был слишком силен. Дэв повернул ее руки ладонями вверх и проверил запястья.

Старые шрамы на ее коже вдруг стали гореть.

– Я же говорила, что больше не стану себя резать, – пробормотала она, не желая, чтобы он видел ее слабость.

Дэв посмотрел в ее лицо, не отпуская рук:

– Почему ты плачешь?

Тина прикусила губу и отвернулась.

– В моих слезах нет ничего необычного. Просто стресс.

– Ты выглядишь так, словно рухнул весь твой мир, – грубо произнес он. Она с трудом сглотнула. – Я думаю, нам лучше остаться дома.

– Остаться дома? Нет, не нужно.

Тина моргнула, вдруг вспомнив, что они должны сегодня ехать на свадьбу. Выходила замуж дочь делового партнера Дэва, должен был состояться трехдневный праздник. Соберутся все звезды Болливуда. Хотя Тина не была готова к пышной и зрелищной церемонии, но лучше пойти на свадьбу, чем сидеть дома и уклоняться от наводящих вопросов Дэва.

Она чувствовала, что Дэв пристально смотрит на нее, его молчание было почти невыносимым. Тина старательно избегала его взгляда. Она опешила, увидев боль в его глазах. Ту же боль, которую она заметила, когда он говорил, что переживал ад вместе с ней. Она не хотела, чтобы он снова пережил эти муки.

Свадебная церемония оказалась намного пышнее, чем предполагал Дэв. Бальный зал оформили в виде богатого шатра. С потолка свисали прозрачные белые шторы и нити с крошечными бусами. Тяжелый аромат цветов не мог перебить запах острой пищи. Дэв взглянул на круглую платформу в центре комнаты. Будущая невеста сидела рядом с женихом, оба смотрели выступление танцевальной труппы.

Он заметил, что, несмотря на роскошную обстановку, невеста соблюла традиции и не накрасилась, и не надела ювелирные украшения. Ее руки и ноги были разрисованы узорами хной, на ней было простое горчично-желтое платье и темно-зеленая вуаль на голове.

На свадьбу пришли звезды Болливуда и воротилы индийской киноиндустрии. Они больше интересовались общением друг с другом, чем церемонией. Именно за это высокомерие Тина ненавидела тех, кто был из одного круга с Дэвом.

Дэв оглядел толпу, стараясь отыскать Тину. Он хотел, чтобы она была рядом с ним. Ему нравилось держать ее за руку, но Тина продолжала искать повод, чтобы от него отстраниться.

Она держала дистанцию, и он начал беспокоиться. Дэв оглядел зал. Он не понимал, почему она плакала сегодня утром. Она не просто плакала. Она рыдала так, словно ее жизнь закончилась.

Он пытался сломать дверь в ванную комнату и выяснить, что произошло. Дэв повел плечом, почувствовав боль. Он запаниковал, но решил, что на этот раз не пропустит ни одного намека.

На этот раз. Дэв нервно потянул на шее галстук. Вероятно, у Тины снова начинается депрессия. Возможно, причина ее депрессии в соглашении, которое он заставил ее заключить. Но нет. Он отказывался в это верить.

Тина может подумать, что он преувеличивает, но за последние две недели Дэв заметил, как изменилось ее поведение. Она стала вялой и постоянно смотрела куда-то вдаль. Накануне он разбудил ее, когда ей приснился кошмар, а потом успокаивал. Она уснула, но принялась болтать во сне. Он не понимал, почему она не рассказывает ему, что ее беспокоит.

Сердце Дэва сжалось, когда он увидел Тину. Она стояла в кругу друзей и смеялась, запрокинув голову. Ее смех был ему милее звона ее золотых ручных и ножных браслетов.

Она не надела сари, как он просил. Дэв считал, что в сари Тина выглядит женственно и изящно, но должен был признать, до чего она сексуальна в изумрудно-зеленом гагра-чоли[4]. Короткий топ подчеркивал загорелую кожу ее рук и гладкую кожу живота. Длинная, расшитая бисером юбка привлекала внимание к ее красивой фигуре.

Тина выглядела сильной, здоровой, элегантной и потрясающе привлекательной. Дэв ужасно гордился тем, что она его жена.

Да, он ею гордился. Она многого достигла благодаря упорному труду и настойчивости. Казалось, она не догадывается о своих способностях. Мало того, что она решает проблемы собственной семьи, так еще и старается придти в себя от горя и болезни.

Тина напряглась, подняла голову и посмотрела в глаза Дэву. Она одарила его вопросительным взглядом, а он позволил себе еще несколько секунд любоваться ее топом и обнаженным животом. Взглянув в лицо Тины, он увидел, что она покраснела.

Улыбка сошла с ее губ, когда он пошел к ней навстречу. Она что-то быстро сказала женщинам, с которыми общалась, и стремительно подошла к Дэву. Они встретились в центре банкетного зала.

– Как тебе нравится свадьба? – спросил Дэв.

Тина посмотрела на круглую платформу:

– Мне жаль невесту.

Ее слова задели Дэва. Он снова потянул галстук, чтобы ослабить узел. Неужели Тина такого невысокого мнения о браке? Возможно, она жалеет всех невест и жен.

– Почему? – произнес он.

Тина слегка пожала плечами:

– Сегодня ее праздник, но никто не обращает на нее внимания. Даже жених. Все слишком увлеченно заключают сделки.

Дэв коснулся теплой и гладкой кожи ее спины.

– На нашей свадьбе я смотрел только на тебя, – сказал он ей на ухо.

Тина вздрогнула:

– Да, но я позаботилась о том, чтобы тебя ничто не отвлекало.

Они поженились слишком поспешно. Дэв проигнорировал все ритуалы, которые следовало соблюсти после свадьбы. Он не приводил ее в свой дом и не знакомил со своей семьей. Хотя Тина женщина современная, ему следовало показать, что она достойна новой роли, и он очень ею дорожит.

– Мне жаль, что я так себя вел, – произнес он, когда они вышли из бального зала.

– В день нашей свадьбы? – Тина нахмурилась. – О чем ты говоришь? Ты был такой сосредоточенный во время церемонии.

– Я был высокомерен, когда попросил тебя выйти за меня замуж, – признался Дев. Он остановился на красной ковровой дорожке и посмотрел на световые гирлянды вокруг столбов у входа в дом. Было тихо, только слуги сновали туда-сюда. – Я не делал тебе предложения по-настоящему. Я просто заявил, что мы поженимся.

Тина встала перед ним:

– Что происходит? Ты какой-то не такой. Сколько ты выпил?

– Я не пьян. Я размышлял о том, как мы поженились. Ты была моей женой, а я относился к тебе как к гостье в моем доме и в моей жизни.

Тина взволнованно посмотрела на него и положила руку ему на плечо.

– Все в порядке, Дэв. Если бы я была против, я бы тебе сказала.

– Нет, ты ничего бы мне не сказала. Ты боялась причинить мне неудобство.

Она опустила руку и отвела взгляд.

– Ты говоришь обо мне как о трусихе.

– Ты не трусиха. – Дэв усмехнулся. – Ты хотела, чтобы все было идеально, даже если тебе пришлось бы пойти на жертвы.

Тина скрестила руки на груди:

– Я не мученица.

– Ты слишком независима, – проворчал он. – Ты не станешь просить о помощи.

– Я стараюсь исправиться. – Тина шагнула назад, и он последовал за ней.

– Почему бы тебе не попробовать сняться в одном из моих фильмов? – спросил Дэв. Ее настойчивый отказ сниматься на студии «Арджун энтертейнмент» ранил его.

– Нет! Ты опять за свое, Дэв. – Запустив пальцы в свои короткие волосы, она резко вздохнула. – От тебя все чего-нибудь ждут. Если тебя не просят, ты сам предлагаешь. Все, что угодно. Именно так ты строишь отношения.

Дэв прищурился. Разговор переставал ему нравиться.

– О чем ты говоришь?

– Ты считаешь, что должен что-то сделать, чтобы завоевать сердца людей, – сказала она, резко взмахнув руками. – Ты всегда должен был быть первым, чтобы родители тебя одобрили. Ты обязан любой ценой добиться взаимопонимания с моей матерью.

Получается, Тина считает, будто Дэв покупает расположение других людей.

– У меня есть деньги, и я хочу помогать людям, – произнес он.

– Сначала я думала, что таким способом ты контролируешь отношения с людьми. Теперь я понимаю, ты не можешь просто подарить себя кому-нибудь. Ты думаешь, людям мало только общения с тобой.

Дэв вздернул подбородок. На него нахлынули неприятные эмоции.

– Неправда.

– Ты, как и я, не желаешь просить о помощи. – Она положила руки на бедра. – Ты хотя бы понимаешь, что лишь один-единственный раз попросил меня о помощи, когда предложил остаться с тобой на два месяца?

– Ты была беременна, а потом переживала горе. – Дэв не желал думать о своих чувствах. Он просто хотел, чтобы Тина ни о чем не беспокоилась.

– Я все равно хотела о тебе заботиться. Ты был моим мужем.

– Я по-прежнему твой муж.

– Я постоянно спрашиваю твоего совета, – продолжала Тина, словно не слыша его. – Но я не хочу, чтобы ты думал, что я вышла за тебя замуж ради карьеры. Мне нужен был ты, а не твои связи.

– Ты не должна ничего доказывать, – сказал он. – Я знаю, почему ты стала моей женой.

На щеках Тины появился румянец.

– Ты знаешь?

– Ты не желала быть матерью-одиночкой.

Тина моргнула, слегка покачала головой:

– Я вышла за тебя не только потому, что была беременна.

Дэв стиснул зубы, сдерживая любопытство. Он хотел знать, почему на самом деле Тина стала его женой, но боялся, что теперь эта причина не играет никакой роли. Неизвестно, что сейчас заставит Тину сохранить брак.

– Это все из-за свадьбы, – сказала Тина, посмотрев на входную дверь. – Ты начал вспоминать свою свадьбу и решил, что все сделал бы иначе.

– Знаешь, что бы я изменил? – хрипло спросил он.

Она настороженно на него посмотрела:

– Нет, Дэв. Что?

– Я бы позаботился о том, чтобы ты не забеременела.

Его слова показались ей ударом ножа в грудь. Если бы она не забеременела, Дэв по-прежнему оставался бы холостяком, жил беззаботно и строил карьеру.

– Я знаю, – тихо сказала она. – Моя беременность все изменила, не так ли?

– Нет, дорогая. Ты неправильно меня поняла. – Дэв обнял Тину.

Она прижала руки к его мускулистой груди и почувствовала размеренное биение его сердца.

– Я бы сильнее тебя оберегал.

– О последствиях следовало думать мне, а не тебе. – Тина знала, что должна была быть осторожнее.

– Я не согласен. – Он сурово посмотрел в ее глаза. – Я должен был все предвидеть. Но я радовался, когда ты от меня забеременела.

У нее екнуло сердце. Она знала, Дэв был в восторге оттого, что у них родится ребенок. Но ей хотелось слышать, что он об этом не сожалеет.

– Ты всегда мечтал о семье, – произнесла она.

– Я мечтал только о тебе, – тихо сказал Дэв. – Я все равно попросил бы тебя стать моей женой. Ребенок просто ускорил события.

Ее сердце сжалось.

– Ты бы женился на мне, даже если бы я не вынашивала твоего ребенка? – Тина не верила, что такое возможно. Дэв идеализирует их отношения. Если бы она не забеременела, он бы бросил ее и женился по расчету на Шрее.

– Ты подарила мне то, чего у меня никогда не было.

Тина провела его пальцем по своей щеке.

– Семейную жизнь и мир за пределами киноиндустрии.

– Ты бы и сам все это получил, если бы захотел, – прошептала она, от волнения у нее сдавило горло.

Дэв усмехнулся:

– Но ты помогла мне своей настойчивостью.

Тина прижалась лбом к его груди, не в силах смотреть ему в глаза. Она чувствовала себя озадаченной и неуверенной. Возможно, она действительно старалась показать ему мир за пределами съемочной площадки, но удалось ли ей это сделать?

– Ты не просил о многом, – тихо ответила она.

– Я просил все, что хотел. И я это получил. – А потом все потерял. Дэв коснулся рукой ее макушки. – Одна ты ни о чем не просишь, – заметил он.

– Потому что я хочу попросить о невозможном.

– Я сделаю для тебя все, что ты пожелаешь.

Услышав его надменное заявление, Тина улыбнулась. Он так уверен в своих способностях, но есть кое-что, чего не способен добиться даже великий Дэв Арджун. Она хотела попросить его дать их отношениям еще один шанс и попробовать сохранить их брак. Тина желала остаться с Дэвом, но знала, что ничего не изменится. Она не может рисковать своим будущим с человеком, который лишит ее права голоса, власти и финансовой независимости, полагая, что действует для ее же блага.

– Чего бы ты желала прямо сейчас? – прошептал Дэв. – Проси.

Тина не собиралась просить достать ей луну или звезду с неба. Она не будет просить о том, чего нельзя выполнить. Она научится жить только настоящим моментом.

– Я устала от этой свадьбы. – Тина подняла голову и пристально посмотрела в его глаза. – Я хочу поехать домой и лечь с тобой в постель.

Он лукаво улыбнулся:

– Я весь твой.

Глава 13

Тина пошевелилась во сне, утыкаясь головой в плечо Дэва. Одеяло сползло на ее талию.

Ей казалось, она должна что-то вспомнить, но в памяти ничего не всплывало. Она потянулась и ощутила прилив нежности, когда ее грудь прижалась к груди Дэва, а ноги коснулись его ног.

Тина улыбнулась, проводя ступней по его голени. Она ощутила твердость его мускулов и тепло кожи. Ей нравилось просыпаться рядом с Дэвом. Они были обнажены, их руки и ноги переплетались, словно Тина и Дэв боялись отпустить друг друга во сне.

Ей придется привыкнуть просыпаться одной. Улыбка Тины померкла, когда она провела рукой по мускулистому животу Дэва. До конца срока их соглашения остается чуть больше недели.

Тина не желала об этом думать. Она попыталась выбросить из головы неприятные мысли, проводя пальцами по бедру Дэва и чувствуя, что он не шевелился под ее прикосновением. Она хотела разбудить его и заняться с ним любовью. При мысли об этом по ее телу пробежал жаркий трепет. Она не желала тратить зря ни одной минуты, пока они вместе.

Ей стало почти неловко от того, с какой готовностью она согласна остаться с мужем. Совсем недавно она искала повод, чтобы держаться подальше от брачной постели. В начале их соглашения Тина считала дни, убеждая себя, что не выдержит два месяца рядом с Дэвом. Теперь она не может смириться с мыслью, что их отношения подходят к концу и ей придется жить без Дэва.

Тина не была готова к расставанию. Она вздохнула, продолжая его ласкать. Ей очень хотелось сохранить их брак.

Ей удастся остаться его женой, если она расскажет Дэву о ребенке. Но она не может снова так с ним поступить. Она не должна заставлять его жить с ней потому, что она беременна. Тина не позволит ему взять на себя ответственность за ее жизнь. Она знает, что он женился на ней не из чувства долга, а из-за желания ее оберегать, но не готова смириться с такой участью.

Тина знала, что должна сообщить Дэву о своей беременности. Он заслуживает того, чтобы об этом знать.

Сегодня пятнадцатое число. Тина замерла, открыла глаза и в упор уставилась на Дэва. Ее сердце забилось чаще, у нее сдавило горло. Сегодня годовщина их свадьбы.

Она вспомнила. Дэв понял, что Тина не забыла о годовщине их свадьбы. У него перехватило дыхание, когда он увидел, сколько противоречивых эмоций отражается в ее глазах. Вот только радости в ее взгляде не было.

Вероятно, она по-прежнему считает, что их брак оказался неудачным. Но Дэв не был готов сдаваться. Тина единственная женщина, которая ему нужна, и он намерен убедить ее остаться.

Жаль, что она не забеременела. Ребенок крепче связал бы их. У них бы снова была семья, а за девять месяцев Дэву удалось бы исправить прежние ошибки.

Тина отвернулась.

– Что с тобой? – хрипло спросил Дэв.

Она снова повернулась к нему:

– Пора вставать.

Дэв быстро накрыл ее собой, не позволяя встать с кровати:

– Я думал…

– Сейчас раннее утро. – Она старательно избегала его взгляда.

– Давай куда-нибудь съездим. – Он поцеловал ее в шею.

– Поездка? – равнодушно отозвалась она.

– Можно съездить на пляж в Гоа, – предложил он, касаясь губами ее груди. – А можем просто погулять.

– Разве у тебя не назначены встречи в офисе? – спросила Тина и в предвкушении приподняла бедра.

– Я могу их перенести. – Дэв поцеловал ее в живот. Его сердце забилось чаще, когда он положил ноги Тины себе на плечи.

– Не надо их переносить, – хрипло сказала Тина, запустив пальцы в его волосы. – Я знаю, у тебя много дел с инвесторами. Поэтому мы никуда не поедем.

Дэв замер, не понимая, почему Тина так себя ведет.

– После поездки в Лос-Анджелес мы с тобой нигде не были, – произнес он.

Тина вздрогнула:

– Поездка оказалась катастрофой. Зачем пробовать еще раз?

– Почему нет? Давай заменим плохие воспоминания хорошими.

– Мне жаль, что я бросила тебя, – прошептала Тина. – Простишь ли ты меня?

– Уже простил, – искренне ответил Дэв.

Она натянуто улыбнулась:

– Ты был прав. Я так горевала, что оттолкнула тебя. Я думала, что ты женился на мне из-за ребенка. Я не знала, что ты ко мне испытывал на самом деле.

Дэв тоже чувствовал вину перед ней и старался ее загладить. Он хочет показать Тине, как сильно ее любит, как ею дорожит. Он жаждал подарить ей медовый месяц, которого у нее никогда не было, но решил об этом не упоминать. Тина избегала разговоров о годовщине их свадьбы, поэтому сейчас не самое подходящее время, чтобы дарить ей купленный набор ювелирных украшений.

– Куда бы ты хотела поехать? – Он наклонил голову и языком обвел ее пупок. – Европа? Австралия?

– Я хочу остаться здесь, – выдохнула она.

Он прижался губами к внутренней поверхности ее бедра:

– Я могу отвезти тебя в любую страну, а ты хочешь остаться здесь?

– Почему нет? – пробормотала она. – Разве есть что-то лучше дома?

– Нет.

Дом в Мумбаи был единственным местом в мире, где Дэв хотел бы прожить с Тиной.

– Подождите вашего мужа в его кабинете, госпожа Тина, – предложил одетый в белоснежную традиционную одежду помощник Дэва. Тина вздрогнула, увидев в кабинете мебель с золотой отделкой и манерные киноплакаты. – Совещание скоро закончится.

Тина одарила пожилого мужчину понимающей улыбкой. Дэв никогда не жил по расписанию. Ей повезет, если он появится в течение часа.

– Жаль, что он должен работать в годовщину вашей свадьбы, – сказал помощник.

– Все не так уж плохо. Дэв любит свою работу, – ответила Тина, чувствуя, что постепенно теряет мужество. – Но я подумала, нам удастся пообедать с ним вместе.

– Вы должны чаще приходить сюда. Ему это понравится. Принести вам что-нибудь выпить?

Тина отказалась от напитков. Она все сильнее нервничала, ожидая Дэва в тихой комнате. Она не представляла, как Дэв может работать в таком кабинете. Он совсем не в его стиле. Дэв предпочитает натуральный текстиль и современное искусство. А здесь все буквально кричит о кинодостижениях его семьи. Его окружает постоянное напоминание о семейном наследии.

Тина прикусила губу и огляделась. Она старалась не сравнивать свой скромный успех с достижениями семьи Арджун. Она совершила немало ошибок и следовала неправильным советам. Хотя она никогда не станет мегазвездой Болливуда, Тина делает все, чтобы полностью контролировать свою карьеру.

Но иногда нужно отказаться от работы. Именно сейчас Тине следует сосредоточиться на своей семье, а не на карьере. Нужно сообщить Дэву о ребенке. Он обрадуется, как и в прошлый раз.

Только в прошлый раз он не предполагал, как все обернется. Ни он, ни она не думали о плохом. Тина медленно присела на диван, убеждая себя в том, что обязана сообщить Дэву о ребенке.

Почему бы не сделать это сейчас, на годовщину свадьбы? Дэв заботится о ней, и она научилась ему доверять.

Тина одернула розовый сари и скривилась. Она ненавидит сари, но Дэву нравится, когда она носит традиционную женскую одежду.

Она посмотрела на пачку свежих журналов о кино на журнальном столике напротив нее. На одних обложках был портрет семьи Арджун в память о долгой карьере Викрама. На других обложках красовалась фотография обнимающихся Дэва и Шреи. При виде них у Тины сжалось сердце.

Почему эти фотографии и статьи опубликовали в день годовщины ее свадьбы? Сколько еще ей придется страдать, читая заголовки «Это скоро закончится» или «Неприятности в раю»?

Тина протянула руку к журналам, но потом отдернула ее. Она не хочет ничего знать. Она не будет читать статьи и заголовки, потому что это ни к чему не приведет. Если она продолжит читать сплетни, то просто перестанет доверять Дэву. Если он сказал, что у него не было романа с Шреей, значит, так и есть. И Тина не станет требовать от него доказательств и клятв.

– Тина?

Тина закрыла глаза, услышав голос свекрови.

Она неохотно обернулась и увидела, что мать Дэва входит в кабинет. Пожилая женщина потрясающе выглядела в ярко-зеленом сари. Волосы ниспадали ей на плечи. Тина, не сдержавшись, пригладила свои короткие волосы. Мать Дэва всегда заставляла ее чувствовать себя неловкой и незначительной.

Тина поднялась и вежливо поздоровалась со свекровью.

– С какой стати ты собралась в Голливуд? – спросила Гаури. – Это недопустимо. Семья Арджун – лицо индийской киноиндустрии. Если ты поедешь в Лос-Анджелес, то предашь наше наследие и нашу культуру.

Тина округлила глаза:

– Кто сказал, что я собираюсь в Голливуд?

– Ходят слухи, что ты будешь сниматься в телевизионном шоу. Арджун на американском телевидении! – Гаури вздрогнула.

И тут Тина вспомнила лакомый кусочек информации, которой поделилась со своей матерью. Тина не подписала никаких контрактов, но Риима, по-видимому, создавала иллюзию, что ее дочь пользуется большим спросом.

– Сейчас не подходящее время для обсуждений, матушка, – тихо сказала Тина и нервно сжала руки.

– Мой сын не поедет в Голливуд, – прошипела Гаури. – Его судьба здесь.

Тина нахмурилась:

– А кто говорит, что он собирается в Голливуд?

– Ты его жена. Он поедет за тобой. Если… – Она запрокинула голову. – Что ты сказала?

– По-моему, она заявила, что меня не приглашали, – протянул Дэв. Тина повернулась и увидела, что Дэв стоит, прислонившись к дверному проему. Ее сердце замерло, когда она увидела холодный блеск в его глазах. – Поздравляю с ролью!

Почему он решил, будто она получила роль?

Неужели он считает, что она поедет в Голливуд, не поговорив с ним? Тина обязательно переговорила бы с ним, если бы получила приглашение сниматься. Однажды Тина бросила Дэва, но теперь все изменилось.

– Дэв, я сейчас все объясню, – произнесла Тина.

– Не вижу в этом смысла, – сказал он, подходя к столу.

Его лицо оставалось бесстрастным, но Тина заметила его резкие движения и поджатые губы. Дэв едва сдерживал гнев.

– Ты будешь делать карьеру, как всегда хотела. И ты оставляешь своего мужа, который тебе больше не нужен. Или я чего-то не понял?

Глава 14

Напряженное молчание воцарилось в кабинете после того, как мать Дэва ушла. Дэв с трудом сдерживал ярость и удивлялся, почему до сих пор его тело не разлетелось на части от напряжения. Тина использовала их брак как стартовую площадку для построения собственной карьеры. Он никогда не предполагал, что Тина его предаст.

Он уперся кулаками в стол и заставил себя смотреть на свою жену.

– Мой рекламный отдел в панике, – сказал Дэв. – Похоже, твоя мать распускает громкие слухи.

– Моя мать?

– Повсюду болтают о том, как ужасно я к тебе относился и до чего я хорош в постели. И еще обсуждают причину твоего таинственного исчезновения.

– Я впервые об этом слышу, – выпалила она. – Ты же знаешь, я ни за что не стала бы об этом рассказывать.

– Разве я об этом знаю? – язвительно и вкрадчиво спросил Дэв. – Но ведь совсем недавно ты угрожала обо всем рассказать журналистам. Тогда я тебе не поверил. Я не подозревал, что ты замышляешь.

– Когда я такое говорила? – Тина наклонила голову, размышляя. – Погоди, ты имеешь в виду тот день, когда я узнала, что Шрея играет роль Лейлы? Я сказала это в гневе, но я не стала бы выдавать информацию прессе. Я бы пострадала точно так же, как и ты.

Дэв уставился на нее. Если бы Тина дала сенсационное интервью прессе, то погубила бы свою карьеру и должна была уехать из Мумбаи. Но теперь она готова все бросить и уйти. Она не желает спасать их брак.

Дэв получил ошеломляющий удар. Он сделал для Тины все, что мог, а она собирается его бросить. Зря он поверил, что изменит ее мнение. Ведь она ни разу не заговорила об их совместном будущем.

– Скажи что-нибудь, – прошептала Тина, настороженно смотря на него и заламывая руки.

– А ты не такая уж посредственная актриса, – сказал Дэв и оттолкнулся от стола. – Я тебе поверил.

Она нахмурилась, нервно одернула сари:

– О чем ты говоришь?

– Ты отказалась носить мою фамилию, потому что не желала, чтобы кто-то обвинил тебя в корысти и заявил, что ты вышла замуж за Арджуна ради карьерного роста. – Он расставил ноги и скрестил руки на груди, словно приготовившись к бою. – Ты отказалась работать со мной и «Арджун энтертейнмент». Ты постоянно отвергала мою помощь, потому что не хотела чувствовать себя обязанной мне.

– Я была не права, – сказала она. – Я не знала, что мои решения тебе навредят.

Правду ли она говорит? Или Тина изображала преданную жену по другой причине? В Болливуде полно начинающих актрис, жаждущих стать частью клана Арджун. Они были воспитаны в старых традициях, имели отличную родословную, но ни одна из них не интересовала Дэва. Возможно, Тина знала, как его соблазнить. Вероятно, она такая же хитрая, как персонажи, которых она играет.

Ее карьера стремительно пошла бы вверх, если бы она не исполняла роль покорной жены. Непристойные сплетни, правдивые или ложные, привлекли бы к ней больше внимания. Но это краткосрочная стратегия. Если бы она играла по правилам, то получила бы деньги и славу, как всегда хотела.

– Я так понимаю, ты видела обложку журнала со мной и Шреей.

– Мне на нее наплевать.

– Не ври мне, дорогая. Я знаю, сегодня ты была у адвоката по разводам.

Несколько минут назад он увидел любительские снимки Тины, размещенные в блоге, когда зашел в рекламный отдел. Фото появились как раз на годовщину их свадьбы. Дэв был ошеломлен. Он словно получил удар острым кинжалом в сердце. Все это время он думал о примирении с Тиной, а она не могла дождаться, когда начнется бракоразводный процесс.

Тина ахнула:

– Адвокат по разводам? О чем ты говоришь?

– Ты наверняка побежала к нему, увидев эти журналы. – Она поклялась, что бросит Дэва, как только появятся доказательства его измены. – Или ты заранее назначила встречу у адвоката два месяца назад, когда мы договаривались о нашем соглашении? Или гораздо раньше? В тот день, когда ты ушла от меня? В ночь после того, как мы поженились?

– Ты меня неверно понял, Дэв.

Он пытался не обращать внимания на ее удивленное лицо.

– Ты вышла за меня замуж, чтобы сделать карьеру в индийском кино. Теперь ты собралась в Голливуд, и тебе не нужна моя помощь.

Тина шагнула в его сторону:

– Я вышла за тебя замуж потому, что любила тебя.

Дэв ответил с издевкой:

– Я не верю ни одному твоему слову. Если ты и любила меня, твоя любовь была очень слабой. Она погибла, как только мы столкнулись с проблемами.

– Неправда! Я всегда тебя любила. – Расправив плечи, Тина уперлась руками в бока. – Знаешь ли ты, как унизительно любить человека, который женился на тебе по необходимости? Знаешь ли, до чего больно любить того, кто заставляет тебя чувствовать себя нежеланной и недостойной его внимания?

– Совсем недавно ты заявляла, что меня ненавидишь, – сказал Дэв.

– Я ненавидела то, что ты со мной сделал. – Ее подбородок дрожал, в глазах блестели слезы. – Я ненавидела то, что у тебя была полная власть, а у меня ее не было. Мне было ненавистно, что я продолжаю тебя любить, несмотря ни на что.

О какой власти она говорит? Рядом с Тиной Дэв становится беззащитным.

– Убирайся, – тихо и хрипло произнес он.

Тина замерла:

– Что?

– Ты меня слышала. Убирайся. – Он указал на дверь. – Уходи из этого кабинета. Убирайся из моего дома. Убирайся из моей жизни.

Сложив руки, она посмотрела на него с мольбой:

– Дэв, я не была у адвоката.

– Выметайся из моего дома и отправляйся в Америку. – Пусть уезжает подальше. Ему станет легче дышать, если они больше никогда не увидятся.

– Но… но… – Тина посмотрела на дверь, а затем на Дэва. – Как же твои инвесторы?

Дэв горько усмехнулся и потер ладонью лицо. Однажды он чувствовал себя виноватым за то, что солгал Тине. Он знал, что она рассердится, когда обо всем узнает.

– Нет никаких инвесторов, – сказал он.

– Что? Я не понимаю. Что случилось?

– Их никогда не было. Я солгал, Тина. – Дэв наблюдал, как до нее доходит смысл его слов. – Я солгал, чтобы ты осталась. У меня возникла сумасшедшая идея, что если ты проживешь со мной несколько месяцев, то влюбишься в меня, и мы начнем сначала.

Тина закрыла глаза:

– Почему ты ничего мне не сказал?

– Ты слишком впечатлительная. Ты сбежала бы от меня, узнав, что я затеял.

– Дэв, ты должен мне поверить. Я ничего не делала у тебя за спиной. Я хочу…

– С меня хватит! – Проблема в том, что он хотел ей верить. Он хотел верить, что заблуждается. Что Тина невиновна. – Убирайся!

Она пристально смотрела на него. Он чувствовал, что в ее душе бушуют страсти.

– Я не шучу, Тина. – Дэв заметил, как она вздрогнула в ответ на его угрозу. – Если ты сейчас же не уйдешь, я тебя вышвырну.

– Но… – Она мельком взглянула на дверь. – Что делать, если я беременна?

Ее слова больно задели его чувства.

– Не смей даже шутить по этому поводу.

– Я говорю серьезно. Что произойдет, если я вынашиваю твоего ребенка?

– Жизнь не может быть со мной такой жестокой.

Тина ахнула и отпрянула от Дэва. Он знал, что оскорбил ее, и ему стало тошно.

– Если бы ты забеременела, мы остались бы в браке, – сказал он. – Но мы бы жили отдельно, на разных континентах, и каждый жил бы по-своему. Так жили мои родители. Почему я должен предпочесть иные отношения?

– Нет. – Она покачала головой. – Ты не хочешь таких отношений. Я знаю тебя, Дэв.

Однако так было прежде. До того, как выяснилось, что Тина не желает сохранить семью.

– А ребенок остался бы со мной, – сказал Дэв. Он не мог вообразить, что Тина будет ставить условия, вынашивая наследника Арджун.

– Ни один суд не позволит такого!

Он не понимал, почему они спорят по этому поводу. Тина ясно заявила, что больше не хочет вынашивать детей. А именно, его детей. И Дэву было ужасно обидно.

– Как ты собираешься бороться против моего влияния и моих денег? – спросил он.

Тина моргнула и покачнулась. Она схватилась за спинку стула, ее начало трясти.

– Ты не посмеешь, – прошептала она.

Дэв тоже сомневался, что осмелится отобрать ребенка у Тины, но в данный момент он не мог рассуждать, что правильно, а что неправильно. Ему было плохо, он страдал.

– Не испытывай мое терпение, – предупредил он. – Ты не беременна. И на этот раз я тебя бросаю. Теперь я требую развода. Убирайся из моей жизни, Тина. Я больше не хочу, чтобы ты была моей женой.

Тина кружилась по сцене в быстром танце под барабанный ритм. Она растворялась в нем. Ей было трудно дышать, ее ноги дрожали, она с трудом боролась с головокружением.

Музыка смолкла. Тина улыбнулась и подняла руки под гром аплодисментов. Она хотела насладиться моментом славы. Сегодня она выступает в последний раз. Однако реакция гостей на свадьбе не уменьшила ее печаль.

Тина поклонилась и сразу же покинула сцену, не обращая внимания на просьбы станцевать на бис. Она помахала рукой богато одетым гостям и глубоко вздохнула.

– По-моему, ошибки никто не заметил, – предположила ее мать, одетая в роскошные шальвары и расшитую золотом дупатту. Она дала Тине бутылку воды и полотенце для рук, чтобы вытереть пот. – А что случилось в конце? Ты споткнулась? У тебя снова кружилась голова?

– Это пройдет, – произнесла Тина. Ей нужно несколько минут, чтобы придти в себя.

Риима посмотрела через плечо Тины, словно оценивая настроение аудитории.

– После сегодняшнего выступления тебя завалят предложениями танцевать на свадьбах, – сказала она.

– Мне наплевать. – Тина пыталась откупорить бутылку с водой.

Риима вздохнула:

– Ты не должна отказываться сразу. Я понимаю, почему ты отказалась от откровенного интервью. Соглашусь, это была не лучшая моя идея.

– Поэтому ты больше не мой менеджер, – напомнила Тина. – Ты должна была меня предупредить о своих планах.

– Проще просить прощения, чем разрешения, – сказала Риима. – Жаль, что тебе не предложили работать на американском телевидении.

– Меня вообще не собирались туда приглашать, мама.

– Об этом никто не должен знать, – пояснила Риима. – Но это не означает, что ты обязана отказаться от кинокарьеры.

– Нет смысла начинать сниматься снова только для того, чтобы прекратить съемки на ближайшие несколько месяцев. – Тина коснулась руками живота. – Я буду думать только о ребенке.

– Ты и дальше будешь скрывать беременность от мужа? – спросил Риима.

– Ты знаешь, почему я скрываю от него свое положение, – натянуто произнесла Тина.

Переехав к матери и сестрам, она рассказала им, что обращалась за помощью в лечении депрессии. Тина надеялась найти поддержку, но их ответы оказались неуверенными и неуклюжими. Время от времени она жалела, что поделилась с ними своим секретом.

– Я думаю, он должен знать, – ответила Риима, поспешно поправляя дупатту. – Он должен о тебе заботиться.

– Я сама о себе позабочусь. Я под присмотром лучших врачей. И потом… – Тина умолкла, заметив, что ее мать снова посмотрела через плечо. – Что происходит?

– Ты о чем? – визгливо спросила мать. – Ничего не происходит.

– Что ты сделала? – спросила Тина, увидев виноватое выражение лица матери.

Риима с вызовом вздернула подбородок:

– Я пригласила его на свадьбу Миры. Он по-прежнему оплачивает все счета после всего, что произошло. И я не могла не сообщить ему…

Тина в ужасе ахнула. Дэв узнал о ребенке.

– Нет! – Она резко повернулась, и у нее закружилась голова. Моргнув, она уставилась в темно-карие глаза Дэва.

Ее сердце екнуло, когда она увидела, что он разъярен. Он возвышался над ней, сжав кулаки. Дэв был в темном костюме и галстуке и выглядел устрашающе. Тина хотела одновременно броситься в его объятия и сбежать далеко-далеко.

– Это правда? – Его голос прорезал напряженную атмосферу.

– Я… – Тина нахмурилась, у нее перед глазами поплыли темные круги.

– Просто скажи мне правду. – Он схватил ее за плечи. – Ты беременна?

Внезапно Тине стало очень холодно.

– Дэв? – позвала она, запрокинула голову и потеряла сознание.

Тина не хотела просыпаться. Впервые за прошедший месяц она чувствовала себя в тепле и безопасности. Крепче прижавшись к подушке, она вздохнула. Кровать показалась ей знакомой. Она была роскошнее, чем в доме ее матери. И шум потолочного вентилятора тоже был ей знаком.

Она заставила себя открыть глаза и посмотрела на вентилятор. У нее сдавило грудь. Тине не хватало смелости взглянуть по сторонам. Она помнила, что упала в обморок на свадьбе и очнулась в сильных руках Дэва. Тина изо всех сил старалась держать глаза открытыми, но это ей не удалось. Когда она открыла их снова, то была в машине, по-прежнему в объятиях Дэва.

Теперь она лежит в постели Дэва. Что происходит?

Тина вздрогнула, услышав громкий голос своей матери в коридоре. Риима жаловалась и раздавала приказы.

– Я хотел отвезти тебя в больницу.

Тина замерла, услышав голос Дэва. Черт побери.

Она набралась храбрости, повернула голову и увидела, что Дэв сидит, развалившись на стуле, рядом с кроватью. Он снял пиджак и ослабил узел галстука. Его волосы были взъерошены, словно он постоянно теребил их. Но Дэв все равно был невероятно красив.

– Но я знаю, как ты относишься к больницам, – продолжил он. – Я вызвал врача на дом, он скоро приедет.

– Мне не нужен врач. – Она должна выбраться из дома Дэва Арджуна.

Дэв нетерпеливо прищурился:

– Не заставляй меня сожалеть об этом решении, дорогая. Я не отвез тебя в больницу только потому, что ты боишься больниц.

– Я не боюсь больниц, – настаивала Тина. Она ходила по врачам с тех пор, как ушла от Дэва месяц назад. – Просто они возрождают плохие воспоминания.

– Ты не ответила на мой вопрос, – напомнил он ей. – Ты беременна?

Дэв обо всем знает. Когда Тина была впервые беременна, она тоже плохо себя чувствовала. Ему не нужны подтверждения, так почему же он ее об этом спрашивает?

– Мой ответ тебе не понравится, – сказала она.

– Ты не знаешь, что мне понравится.

– Я знаю, что ты хочешь прогнать меня из своей жизни. Ты сказал, жизнь не может быть настолько жестокой, чтобы я снова от тебя забеременела. Но я не понимаю, почему ты, тот, кто хотел поскорее со мной развестись, не подал на развод. – Его бездействие удивило и озадачило Тину. Она лелеяла надежду, что еще есть шанс наладить отношения с Дэвом.

– Потому что я не хочу с тобой разводиться. И никогда не хотел.

Она усмехнулась:

– Ты хотел развестись, когда решил, что я наболтала лишнего журналистам. Ты решил, что я тебя предала. Ты думал, что я обидела тебя, чтобы сделать карьеру.

Он склонил голову в знак согласия:

– Мне стало обидно, и я резко отреагировал. Мне следовало сказать, что я хочу, чтобы ты осталась моей женой.

Тина слишком поздно услышала это признание, но оно все равно не оставило ее равнодушной.

– Не трать время и не копайся в прошлом, – прошептала она. От сожаления у нее сдавило грудь. – Ты говоришь это только потому, что думаешь, будто я беременна.

– Я тоже хочу этого ребенка. – Дэв наклонился вперед и оперся руками о колени. – Я желаю, чтобы у меня была семья. Настоящая семья. Ты подарила мне мечту, и я от нее не откажусь.

– Но мне нужно кое-что другое, – сказала Тина, повысив голос. Дэв говорит то, что она жаждала услышать, и это ее пугает. Ее сердце отчаянно колотилось. Тина удобнее устроилась в кровати, хотя должна была бежать из дома. – Я собираюсь в Голливуд, помнишь?

– Никуда ты не собираешься, – тихо ответил он. – Я обо всем знаю. Когда ты отказалась поехать в Лос-Анджелес, твоя мать пришла ко мне в панике. Она решила, что я снова пытаюсь руководить твоей карьерой.

Тине захотелось закричать от разочарования. Она не подозревала, что ее мать разоткровенничается с Дэвом. Тина хотела, чтобы Дэв думал, что она уехала в США, и больше не вмешивался в ее жизнь.

– Ты ведь не веришь, что у меня был роман с Шреей? – спросил он.

Тина нахмурилась, придумывая объяснение, которое не слишком раскрывало бы ее чувства.

– Я знаю, что между тобой и Шреей ничего не происходит. – Журнальные заголовки беспокоили ее потому, что она знала правду. Она не любила лжи, которую распространяли о Дэве, потому что он достоин любви и уважения.

– Я был уверен, что ты аннулируешь наше соглашение в день годовщины нашей свадьбы, – сказал Дев. – Я думал, ты мне не доверяешь. Получается, я поспешил с выводами и все испортил.

– Я доверяю тебе, Дэв, – прошептала Тина.

– Если ты беременна, то тебе не удастся от меня избавиться, – произнес он, пристально глядя в ее глаза. – Я буду рядом с тобой постоянно.

– Ты не должен проходить через это снова, – произнесла Тина. – Уходи сейчас, пока можешь уйти.

– Я не желаю никуда уходить, – проворчал Дэв. – Я хочу заботиться о тебе и оберегать то, что мне принадлежит.

– Я не твоя. – Тина моргнула, сдерживая слезы. – Ты отказался от меня, помнишь?

– Мне казалось, я единственный, кто пытается сохранить наши отношения. Я хотел, чтобы ты боролась за наш брак вместе со мной. Но ты ушла.

Тина глубоко вздохнула:

– Я устала бороться.

– Поэтому я буду продолжать бороться за нас обоих, – поклялся Дэв, смотря на нее в упор. – Просто позволь мне быть рядом с тобой и заботиться о тебе.

Тина очень хотела, чтобы Дэв был частью ее жизни. Она должна опереться на него, если что-то пойдет не так.

– Однажды ты прошел через это, – сказала она. – Почему ты хочешь пережить это снова?

– Так вот почему ты ни о чем мне не говоришь? Ты защищаешь меня? Или ты боишься, что я отниму у тебя ребенка?

– А это имеет значение?

– Да, это имеет значение! – Дэв выругался, потом понизил голос. – Я люблю тебя и хочу тебя опекать. Почему ты не можешь с этим смириться?

– Ты любишь меня? – изумленно повторила Тина.

– Да, я всегда любил тебя. – Он смущенно отвернулся. – Я пытался тебя разлюбить, но не смог. Я думал, моя любовь настолько сильна, что ее хватит на двоих. Я ошибался. Я хочу, чтобы ты любила меня, доверяла мне, нуждалась во мне.

Тина медлила с ответом. Ей казалось, что она стоит на краю большого утеса.

– Дэв, тебе интересно, зачем я приходила в твой офис месяц назад? – спросила она.

– Я решил, что ты вернулась от адвоката и намерена требовать развода.

От волнения ее кожу словно опалило огнем.

– Я приходила, чтобы попросить тебя позволить нам сохранить наши отношения.

Он поморщился:

– Правда?

– В тот день я надела сари, Дэв. Это должно было стать тебе подсказкой, что я собираюсь говорить о чем-то важном.

Дэв откинулся на спинку стула, потер глаза руками:

– Ты хотела сохранить наш брак, а я тебя выгнал.

– Я хочу, чтобы ты оставался моим мужем, – сказала Тина. Ее сердце колотилось так часто, что едва не выскакивало из груди. Если сейчас он ее отвергнет, она не выживет. – Но не на определенное время. Я желаю быть с тобой до конца жизни. Если ты этого не хочешь, так и скажи.

– Тина, ты самая желанная для меня женщина. И я буду доказывать это тебе каждый день.

Эпилог

Четыре года спустя

Тина Шарма Арджун подошла к входной двери своего дома. Горячий ароматный ветерок растрепал ее волосы длиной до плеч. Она склонила голову, услышав громкую и ритмичную национальную музыку.

– Мемсахиб! – приветствовал ее Сандип, стоя на пороге.

– Похоже, вечеринка уже началась, – сказала она с улыбкой.

– Они во дворе. – Слуга взял ее сумку. – Как прошла съемка?

– Замечательно! – ответила Тина. Она чувствовала себя бодро даже после целого дня съемок. Она всегда хотела быть «добавленной девушкой» или «атомной девушкой», которая появляется в фильме в одном танцевальном номере. Когда она случайно упомянула об этом при Дэве, он позаботился о том, чтобы она получила такую роль в его последнем блокбастере.

Хотя Тина любила находиться в окружении творческих людей, которые радовались возможности с ней работать, она обожала быть дома. Пройдя через дом в сторону закрытого двора, она заметила, что слуги готовят столовую для званого обеда. Тина и Дэв планировали отпраздновать пятую годовщину свадьбы с близкими друзьями.

Она остановилась, слушая музыку, идущую с улицы. Это была песня из первого успешного фильма Дэва. Он исполнял ее только по особым поводам. Тина поспешила на улицу и торопливо зашагала по каменной тропинке, чтобы посмотреть, что происходит.

Она прошла мимо деревьев, и ее сердце замерло, когда она увидела, как ее прекрасный муж танцует, прижав к груди сына. Маленький Танвир ритмично размахивал ручками и пронзительно смеялся. Дэв улыбнулся, его резкие черты смягчились, когда он завершил танец.

– Еще раз! – потребовала их дочь Лакшми, подпрыгивая на месте.

Тина наблюдала, как Дэв терпеливо обучает Лакшми сложным танцевальным па. Тина обожала такие моменты. Она положила руку на живот, радуясь, что скоро в их семье снова будет прибавление. Она нервничала каждый раз, когда беременела, но верила, что Дэв поддержит ее во всем. Он сделает все, чтобы защитить ее и их детей.

Дэв повернул голову и посмотрел на нее в упор. Его глаза потемнели от любви и желания, а Тина покраснела, увидев его лукавую улыбку. Дети заметили ее и завизжали от восторга. Переполняясь радостью, Тина подняла руки и принялась танцевать вместе с любимым мужем и обожаемыми детьми.

Примечания

1

Дупатта – длинный широкий шарф.

2

Паан – листья бетеля, которые жуют с кокосовой пудрой, сахаром, камфарой или другими пряностями и добавками.

3

Чаат – собирательный термин, используемый для описания пикантных уличных блюд в Индии.

4

Гагра-чоли – традиционная одежда женщин Раджастхана и Гуджарата. Гагра-чоли – это сочетание лехенги, чоли и одхани (вуали). Лехенга – длинная украшенная юбка со складками. Чоли – кофта с короткими рукавами и глубоким вырезом.

Content

Сюзанна Карр
Любовь в главной роли

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Эпилог

Примечания