Берт Исланд

№ 1 в Чикаго

Глава первая

Ночной клуб на южной окраине Чикаго, там, где начинались негритянские кварталы, назывался «Морибан». В клубе было двенадцать девочек — белых и черных — и четыре костюма… на четверых. Маловато!

В этот тоскливый вечер Рони Рэсс зашел в «Морибан» не с каким-то дальним прицелом, а так — посидеть спокойно и выпить. Когда выступали герлс, Рони поворачивался спиной к стойке, лицом к маленькой сцене. Прикидывал.

Около полуночи он решился: взял столик в боковой нише и пригласил одну из девочек. Ее звали Элла. Это была длинноногая шоколадная красавица с берегов Карибского моря. Они с Рони пили калифорнийское шампанское, потом танцевали медленный танец, болтая о том, о сем. Наконец, он перешел к делу:

— Когда ты свободна?

Элла усмехнулась, сделала вид, что раздумывает — пусть считает, что у нее все вечера расписаны на десять лет вперед, — поиграла бусами из искусственного жемчуга, взяла ниточку в рот, чтобы Рони полюбовался ее ослепительными зубами.

— Если хочешь, можешь провести со мной субботу и воскресенье, — сказала она.

— Цена? — уточнил он.

— Десятая часть стоимости «кадиллака».

— Когда встретимся? — согласился Рони, утвердительно кивая.

Элла выловила из глубокого декольте маленькую записную книжечку и медленно начала листать.

— Скажем, через пару недель?

— Нет, слишком долго. Ожидание не в моем характере. Предлагаю встретиться послезавтра.

— И что ты можешь мне предложить? — Элла сощурила глаза. Густые ресницы легли на щеки.

— Придумывай, и все свершится, — похвастался Рэсс. — Мой дом на берегу озера. Яхта. Мясо на вертеле. Виски… А вечером — шоу по телевизору.

— Ну, что ж, посмотрим, — сдалась она. — А как насчет аванса?

— Исключается. Я деловой человек. Расплата наличными после доставки.

— Ладно, — согласилась девушка. Запас слов у нее был явно невелик. Договорились, что Рони заедет за ней в пятницу вечером, и он записал ее адрес.

Элла докурила сигарету и встала. Уходя, она нежно погладила его по щеке. Рэсс не распознал профессионального жеста и обрадовался.

Она прошла к сцене, подала знак оркестру и грациозно взяла микрофон. Издали казалось, будто это гвоздика на длинном стебле.

Джаз заиграл, и Элла томным голосом запела испанскую песенку. В такт песне она покачивалась и прищелкивала пальцами. Дважды она одарила Рони нежным взглядом.

Когда она захотела улыбнуться ему в третий раз, его уже не было в зале.

…Пробираясь на стоянку к своему «шевроле», Рэсс обронил небрежно наброшенное на плечи пальто. Поднял его и, распахнув дверь, швырнул на заднее сиденье, словно наказал за непослушание. И тут он обнаружил, что в машине кто-то есть.

— Добрый вечер, приятель! — раздался картавый голос. — Держись так, будто меня здесь нет. И не дергайся! Если ты хоть на секунду забудешь, что я здесь и что должен мне подчиняться, то… гроб тебе обеспечен. Трогай, дьявол тебя возьми!

У Рэсса вспотели ладони. Он включил мотор и поехал.

— Налево! — скомандовал пассажир, как только они вырулили со стоянки. Рони выполнил команду. Теперь он чувствовал себя несколько увереннее, «По существу, он не может мне ничего сделать, — подумал он. — До тех пор, пока руль в моих руках и машина слушается меня, он в моей власти. Кому охота разбиться о стену какого-нибудь дома?»

Новый приказ прервал течение его мыслей:

— Еще раз налево!

Рони бросил взгляд на незнакомца.

— Смотри на дорогу! Поворачивай!

Теперь Рони почувствовал между лопаток дуло пистолета — не меньше 45-го калибра. Дыра в спине — вещь опасная, чаще всего смертельная, и Рони повернул налево. Правда, не без возражений:

— Эта дорога ведет в Калнет-Бич.

— Точно!

От пассажира разило дешевым одеколоном. Рэсс спрашивал себя, что этому человеку нужно. Он его не знал, никогда не видел. Стал вспоминать все свои знакомства за последние годы. Прошелся по всей своей жизни — особенно придраться было не к чему. Может быть, он иногда позволял себе грубое словцо, но при этом никого не обижал. Иной раз выезжал на красный свет и немного мухлевал с налогами, так это обычное дело. Оставлял девчонок — так разве это грех?! Не было ничего, что могло привлечь внимание таких, как его теперешний пассажир…

Не может же быть, чтобы они… Нет, это не лезет ни в какие ворота. Это было бы все равно, что отменить по своей воле закон всемирного тяготения. Рони Рэсс сказал себе, что с ним ничего не может случиться.

Но эта уверенность успокоила его ненадолго. Здесь, в Чикаго, запросто расправлялись даже с ангелами.

— Теперь вдоль канала! — приказал незнакомец.

Рони помедлил, он хорошо знал эту местность — доброй репутацией она не пользовалась — и притормозил.

— Я сказал, к каналу!

Рони направил машину прямо на перила моста. Сидящий сзади, перегнувшись, тут же схватил руль:

— Ты что, спятил? Со мной эти штучки не пройдут, Рэсс! Прежде чем ты врежешься в дерево или наскочишь на перила, я продырявлю тебе в спине внушительный коридорчик!

«Он хочет взять меня на пушку, — думал Рони, — шантаж и больше ничего. Он хочет из меня что-то выжать. Из мертвого Рони выжать ничего не удастся — одни неприятности. А если его потом охомутают, электрическая грелка под задницу ему обеспечена».

— Не бери на понт, не из пугливых, — Рони снова повернул к каналу. — Хочешь выдоить из меня деньгу, но мертвая корова молока не дает. И убери наконец свою пушку!

Но незнакомец оставил слова Рони без внимания, и все время, пока они ехали вдоль черной воды канала Аббот, в спину Рони упиралось дуло пистолета.

Возле шлюза клубами поднимался туман. Выехали на пустошь размером с большой аэродром. Когда-то здесь собирались строить порт, но потом его соорудили в другом месте. Перегнувшись, незнакомец схватил ключ зажигания, повернул его и выдернул из замка.

— Останови машину и выключи свет!

Рэсс выхватил из темноты два красных кошачьих глаза — задние огни чьей-то машины, обрадовался: «Парочка, буду здесь не совсем один».

— Там мой «бьюик», — холодно объяснил пассажир, — свидетелей не будет.

— Тогда не тяни.

— Не буду… Где твой бумажник?

— Вот он.

— Оставь его, где лежал. Сколько там?

— Девяносто долларов. Держу всегда столько, сколько может понадобиться.

— Похвальная привычка. Я тоже так делаю. Кроме того, мне твои деньги не нужны.

— А что же?

— Как это ни прискорбно, твоя жизнь.

— Что в ней ценного? Ничего.

— Точно, ни-че-го.

Только тут Рэсс понял, что это не шутка. И он решил бороться. Приготовился к прыжку: левая рука нащупала ручку двери, правой он собирался нанести убийце удар по шее — ребром ладони. При этом он выдавил из себя улыбку.

— Не воображай, что куплюсь. Дешевка! Решил меня шантажировать?!

— Увидишь!

Рони слегка навалился на дверь, она чуть приоткрылась, но ветер прихлопнул ее.

Рони быстро ударил, но не рассчитал — удар пришелся по подбородку. Куда бить второй раз — не мог сообразить, в это мгновение его и сразила пуля.

Убийца выстрелил три раза. Рони Рэсс упал на сиденье. Он еще успел подумать: какая бессмысленная жизнь, какой бессмысленный конец…

Начиная с этого часа, все следы Рони Рэсса потерялись, и Элла, девушка из бара, напрасно прождала его в пятницу весь вечер.

Человек, который стоял перед дверьми, был одет элегантно, но не кричаще. Сколько Джо знал его, он всегда носил костюмы одного покроя, а ведь со дня их разлуки прошло уже десять лет. Комиссар Икс смотрел на него через глазок в двери своей нью-йоркской квартиры. И хотя лестничная площадка была освещена тусклым светом, Джо видел гостя ясно.

На посетителе был темно-серый пыльник, правая рука засунута в карман синего однобортного добротного пиджака. Безукоризненно отглаженные брюки, белая накрахмаленная рубашка с острым воротничком.

Человек был выше среднего роста, мускулистый, подтянутый, он небрежно привалился к стене. Та половина лица, которую рассекал шрам, была повернута к Джо, рот крепко сжат.

Комиссар Икс твердо знал: если появился этот, значит, снова пробил звездный час криминалистики и предстоит распутать сенсационное дело.

Посетитель выплюнул сигарету и постучал в дверь.

— Открывай, старик! Ты ведь давно меня узнал!

Джо открыл дверь.

— Действительно, я еще не ослеп.

Человек, который, казалось, состоял из одних мускулов, вошел в комнату. Они были давними друзьями, но встретились без сантиментов.

Уолкер поежился от неприятного предчувствия. Он понимал: начальник ФБР Миллер приехал просить его помощи в щекотливом деле.

Миллер подошел к окну, глянул вниз на улицу и произнес тоном учителя биологии:

— Кто щелкает орехи? Белка, потому что она к этому приспособлена. И кто она, эта белка?

— В самом деле, кто? — Джо усмехнулся.

Миллер повернулся к нему:

— Ты!

Джо хмыкнул:

— Ты забыл о ФБР. У ФБР тысячи прекрасных агентов. По всей стране. Они первоклассные щелкунчики.

Миллер придвинул стакан, хотел улыбнуться, но шрам изуродовал лицо, получилась гримаса.

— Твоя скромность граничит с бесстыдством, — обронил Миллер. — Ты кустарь-одиночка с дизель-мотором один стоишь и ФБР и полиции.

— Теперь ты преувеличиваешь.

Миллер покачал головой.

— Если бы я был не прав, то не сел в самолет и не прилетел к тебе из Иллинойса. Джо, ты мне нужен.

— «Ты мне нужен», — сказал аист и съел лягушонка. Ты мне нужен — это все равно, как если бы Генри Форд одолжил у кого-нибудь велосипед, чтобы быстрее доехать до места.

— Но случай-то особый! И потом, Джо, идея исходит из высшей инстанции, на которую мы повлиять бессильны.

— Нельзя ли яснее?

Миллер прислонился к шкафу и скрестил руки на груди.

— Все проще раздавленной клюквы. Один человек в Чикаго сел в свою машину в десять часов вечера и покинул ее в семь часов утра на следующий день. И покинув ее, превратился, по всей видимости, в дым, потому что полиция нашла машину пустой, а от него не осталось и пылинки.

— Я уже дрожу от страха, — иронически отозвался Джо. — Знакомая история: человек, как говорится, пошел в кино, он поссорился со своей женой, перестал понимать начальника и… исчез! Через пять-десять лет он объявится где-нибудь, живой и невредимый.

— Во-первых, у меня нет в запасе такого времени, — возразил шеф ФБР, — во-вторых, он не женат, в-третьих, он человек состоятельный, чтобы не употреблять затасканного слова миллионер.

— Чем он знаменит?

— Ничем.

Джо задумался, машинально погладил подбородок.

— А почему ты им интересуешься?

Миллер поморщился:

— Слушай!.. Человека зовут Рони Рэсс. Для окружающих он был просто славным малым. Дела вел успешно. Пожалуй, слишком любил женщин, но ни одну не оставил несчастной — бриллианты, золотые браслеты, полновесные чеки залечивали любую обиду…

— Короче говоря, нормальный средний американец.

Миллер кивнул и продолжил:

— Рони был владельцем ряда супермаркетов. Он приобретал их старанием и упорством, но никогда не мошенничал и не ставил подножки своим конкурентам.

— Не человек, а сокровище! Его место в Конгрессе! Почему он исчез?

Миллер прикрыл глаза.

— Боюсь, что его заставили исчезнуть.

— Пожалуй, это так, — пробормотал Джо. — Но что тебе лично мешает начать поиски?

Миллер сунул в рот сигарету. После первой затяжки он, наконец, высказался яснее.

— В Чикаго, — сказал он, — хозяйничает преступный мир. И, несмотря на ФБР и полицию, он еще долго будет существовать. Его преимущество перед полицией всегда было в том, что он знал своих противников гораздо лучше, чем полиция гангстеров. В Чикаго криминалист или агент ФБР может сравнить себя с кошкой, которой мыши во время сна привязывают на хвост колокольчик. Стоит кошке шевельнуться — раздается звон, и мыши прячутся в норы.

— Ну и что здесь нового? У преступного мира имеются списки полицейских агентов, так же как в полиции имеется картотека преступников.

— К этому я и подводил тебя, — признался Миллер.

— Не вижу связи между преступным миром и твоим Рони, образцово-показательным американцем.

— Связь есть и самая тесная.

Джо налил виски и, подняв рюмку, сказал, прежде чем выпить:

— Я знаю тебя, Миллер. И все твои хитрости. Я должен взять на себя дело Рони Рэсса, чтобы это расследование не выглядело так официально, как если бы им занялось ФБР. Отсюда я делаю вывод…

— Смелее, ты на верном пути!

— …что ФБР не хочет заниматься Рони Рэссом, потому что оно им уже давно занимается.

— Правильно, — вставил Миллер. — Но с одной оговоркой: в ФБР об этом никто не знает.

— Рони Рэсс был твоим тайным связным?

Миллер кивнул, встал с кресла и начал в волнении ходить по комнате.

— Это было необходимо, — уверял Джо начальник ФБР. — Есть вещи, с которыми иначе нельзя бороться — так они нынче распространены! Я имею в виду наркотики и шантаж. Крупные шайки — какие там шайки, целые бандитские синдикаты! — которые мы считали ликвидированными, — вновь возрождаются.

— Я знаю.

Миллер между тем продолжал:

— У Рони были широкие деловые связи. Внешне вполне добропорядочные. Но известно, что сегодня крупные гангстеры вкладывают свои грязные деньги в весьма солидные предприятия: частные банки, торговые фирмы… К тому же, что очень важно, Рони был желанным гостем во всех ресторанах. Он знал большинство дам легкого поведения на много миль вокруг озера Мичиган, и они к нему были очень привязаны. Эти дамы, в свою очередь, часто поддерживают контакты с людьми, представляющими для нас интерес. Таким образом, по мозаичным кусочкам мы составляем цельную картину, ты, конечно, догадываешься, что я имею в виду. Определенная роль здесь была отведена и Рони. И вот уже три дня, как это дело лопнуло.

Джо уже, кажется, знал, почему.

— Если надутый баллон напорется на острие иглы, то в большинстве случаев говорить о нем надо только в прошедшем времени…

Миллер сделал протестующий жест.

— Нет, Рони не был таким баллоном. До сих пор только два человека — он и я — знали то, что ему удавалось вытягивать из людей, с ним связанных. А потом, передача информации была организована так хитроумно, что догадаться было совершенно невозможно. И еще: Рони только начал на нас работать.

Джо задумался.

— Может быть, он говорил во сне или признался одной из своих любовниц?

— Исключено. Рони опытный разведчик, — возразил Миллер.

— Восемнадцать лет назад он, может быть, и был опытным разведчиком.

— Это опасение лишено оснований, — заверил шеф ФБР. — Рони ни в коем случае не мог проболтаться, неосторожным его тоже не назовешь.

— Почему же он исчез и куда?

Миллер облокотился на стол.

— Именно это я и хочу узнать. Я должен это знать. Я должен выяснить, что за этим стоит. Я должен — помочь Рони выпутаться из этой переделки. Я просто обязан для него это сделать, но сам я ничего предпринимать не могу, иначе противники раскроют наши новые методы. Опасаюсь, что у них есть подозрения. При таких обстоятельствах я не имею права засветиться. Придется, старина, тебе сделать это за меня!

— Почему бы тебе не пригласить специалиста из Техаса или Фриско?

— Для такого дела он не годится, просто не потянет. Нужен человек, у которого котелок варит собственные бульоны.

— И этим человеком должен быть я?

Джо расстегнул воротничок рубашки и снял галстук.

— Работа для сапера?! А сапер, как известно, ошибается только раз!

Миллер выпрямился.

— Ты мой номер один в Чикаго!

— Большое спасибо! Я всегда был неравнодушен к лести!

— Значит, ты согласен?

Джо глотнул виски и с отвращением отставил рюмку.

— Пошел к дьяволу!

— Ну, тогда начинай!

Глава вторая

Когда у Гари Гарнера осталось девятьсот долларов, он решил пополнить свою кассу. 125 000 долларов — не больше и не меньше — такую сумму он решил раздобыть. В тот же день он принялся за осуществление проекта. Затраты сразу же сожрали шесть сотен из его неприкосновенного запаса.

Но Гари и бровью не повел — он привык к риску, большие затраты не пугали его. Кроме того, действовать надо было быстро, если хотел заполучить намеченный куш! Во всяком случае, все пути к отступлению были отрезаны, дело раскрутилось, как карусель: Гарнер распланировал все до последней мелочи. Сара Гарнер, его жена, была его единственной помощницей.

Когда Гари под вечер приехал домой, он в последний раз поставил в гараж свой «крайслер» и вытащил из замка зажигания ключ. Потом обошел кругом зеленый деревянный дом, погладил все углы, постукал носком ботинка по кирпичному фундаменту — здесь они с Сарой прожили последние пять месяцев, — единственные жильцы этого старого дома на окраине Чикаго.

«Скоро надо опять платить за квартиру, — подумал Гари, проскальзывая на кухню. — А вот за следующий месяц они уже, наверное, платить не будут». Не иначе, как перст Божий указал Гари полгода назад на этот дом на тихой улице. Соседский участок был отгорожен густой стеной деревьев и проволочной сеткой. Граница его начиналась в двухстах ярдах к западу. Невозможно было разглядеть, что делается у соседей. Кроме того, сосед Гарнера не отличался любопытством, что было Гари на руку.

Сначала он собирался провести в этом доме только зиму, весной появлялись возможности получить ангажемент.

А тут недели две назад ему в голову пришла гениальная мысль, как вырвать из цепких лап судьбы крупное состояние.

Если быть до конца честным, то Гари должен признаться, что идея разбогатеть одним махом родилась не в его мозгу, а в голове другого. К сожалению, тот, другой, уже умер. Творец оставил Гари свою идею в старой книге, названия которой Гари уже не помнил.

Повсюду зажглись огни, начался дождь. Подгоняемый ветром, он, ярясь, хлестал по окнам. Стекла тоненько позвякивали.

Гарнер принял душ и завалился в постель, пытаясь вздремнуть. Но это ему не удалось.

Он встал и начал одеваться. Отобрал старые, но крепкие вещи: джинсы, клетчатую рубаху, армейские башмаки и куртку с подстежкой. Потом вместе с женой они выпили виски. Он всегда любил приложиться к виски, когда идет дождь.

— Твое здоровье, девочка! — сказал он.

— Дать шляпу? — спросила Сара.

— Кепку, — голос почему-то сел, перехватило дыхание. Когда он был уже готов к выходу, Сара на мгновенье прильнула к нему.

— На «крайслере» насос для воды верещит, как влюбленный кенар, — сказал он, выпуская руки. — Ну, будь здорова, дорогая!

— Я обожаю влюбленных кенаров, Гари, — улыбнулась Сара.

Он погладил ее по щеке.

— А машины почему-то не любят подобных верещаний. Надо починить.

— Мы ведь увидимся? — обронила она робко.

— Со временем… непременно…

Гари отвернулся от Сары и сошел вниз, в прихожую. Ее легкие шаги уже слышались в кухне. Она налила крепкий кофе в его старую походную фляжку, закрыла горлышко и положила фляжку в потасканную парусиновую сумку, задернула молнию. Когда Гари вошел в кухню, Сара крепко обняла его. В ее глазах блеснули слезы, Гари заметил их:

— Девочка, тебе грустно?

Она смахнула слезы.

— Да что ты! Такая актриса, как я, и паниковать?!

Потом она потушила свет.

Перед дверью они замерли, тесно прижались друг к другу.

— Ты ничего не забыла? — спросил Гари.

Гари не увидел, а почувствовал, как она покачала головой. И все равно он еще раз перечислил главные пункты плана, самые важные.

— Через сутки ты идешь в полицию и заявляешь, что я пропал. Можешь подождать с этим до послезавтра. Лучше подождать подольше, будет выглядеть убедительней. Станешь говорить, что я пошел на озеро удить. Часов через десять они меня найдут, а спустя два дня ты спокойно пойдешь в компанию «Интеральянс».

Она не обронила ни слова, ответила тихим рукопожатием.

— В «Интеральянс», прямо к кассе.

В саду и за садом хозяйничал дождь, один только дождь… Гарнер унял волнение. Закрыл дверь, прошел по мокрой траве до конца участка, где в одном из кустов заметен был просвет. Он пересек шоссе между двумя медленно идущими автобусами и зашагал на восток. Через два часа ходьбы Гари сел в автобус возле парка. Незадолго до полуночи вышел на конечной остановке, за Калмет Харвер. Это было недалеко от того места, где он обычно ловил рыбу.

…Улица слабо освещалась редкими газовыми фонарями. Гарнер прошел с милю и насчитал три машины, которые проехали мимо него. Ему показалось, что черный «бьюик» сделал это дважды. Он насторожился, но тут же успокоил себя. Ошибся, показалось…

Когда Гарнер свернул на дорогу, ведущую к берегу, он увидел уже знакомый «бьюик» в третий раз. Тот медленно проехал мимо. Шофер пристально посмотрел на Гари. Теперь сомнений не оставалось — это был тот самый «бьюик»: стекло на его левой задней фаре было более светлого цвета, чем на правой.

«Наверное, кого-то ищет, — подумал Гарнер, — но не меня, это точно. То, что сегодня ночью я здесь „умру“, знают только двое — я и Сара».

Он почувствовал песок под резиновыми подошвами. Мостки развалились. По-видимому, нет хозяина, некому привести их в порядок. Вот и порезвилась здесь непогода.

Загородившись от ветра, он закурил. Открыл сумку и сделал глоток из фляжки. Кофе был еще горячий. По телу разлилось тепло. Сара налила в кофе две столовые ложки коньяка, она знала, что он любит кофе с коньяком.

Под фляжкой лежал старый пиджак. Гари вынул его и развернул: все должно выглядеть так, будто он утонул, когда удил рыбу. Он должен намочить его, протащить по песку и положить на мостках возле воды — так, чтобы его легко можно было найти.

Рука Гари скользнула по подкладке — бумажник лежал в кармане, в нем были билет на автобус, немного денег, визитная карточка с новым адресом и удостоверение.

Будучи от природы осторожным, просмотрел все бумаги еще раз, подсветив фонариком:

— Вроде бы все в порядке… — И вдруг чертыхнулся: так и есть — перепутал документы!.. Как он этого боялся! В бумажнике оказалось удостоверение, по которому он собирался жить после своей «смерти», пока Сара не получит деньги по страховке. Гари спешно обшарил все карманы, но другого, нужного, удостоверения не обнаружил.

«Наверное, оставил дома, — подумал он, — другое просто исключается!»

Он стал лихорадочно искать выход. Без нужного удостоверения акция со страховкой летит к дьяволу. Гари взглянул на часы: половина первого. Последний автобус уже укатил, теперь до пяти часов утра отсюда не выбраться. Если бы был телефон, он позвонил Саре, а так… Можно погореть. Лучше подождать до следующего вечера, съездить домой, взять нужное удостоверение и начать все сначала. Задержка на двадцать четыре часа — что она значит в сравнении с тем счастьем, что ожидает его впереди!

«Все не так уж и плохо! — утешил он себя. — Зато повидаюсь с Сарой!»

Гари засунул пиджак обратно в сумку, но фальшивое удостоверение предусмотрительно оставил у себя, под рукой: «Вторично ошибки он не допустит!»

Гарнер выкурил одну за другой пару сигарет и стал отыскивать укромное местечко, где можно было бы отсидеться до завтрашнего вечера. Вспомнил, что дальше, там, где начинается крутой берег, есть намытые дождями и ветром пещеры, входы в них прикрыты колючим густым кустарником.

Память не подвела: он нашел удобное лежбище и заполз в него, постарался заснуть, но… промозглая сырость пробирала до дрожи. Выпил полфляги кофе, почувствовал странную тяжесть, захотелось спать. Тянуло вниз, будто к ногам привязали пудовую гирю и бросили в реку.

Он опускался все ниже и ниже, все глубже и глубже… а дна все не было. И вдруг ему показалось, что веревка, которая связывала его с поверхностью, оборвалась. Он стал задыхаться и… проснулся.

Рассвело.

Гари на четвереньках выбрался из пещеры, осторожно выглянул из-за кустов: берег был пуст.

«Бегом марш!»— приказал он себе. Но руки и ноги не слушались, суставы будто окостенели.

Гари с трудом выпрямился. Сделал, покачиваясь, несколько шагов и повалился на низкорослый кустарник. Он провалялся так довольно долго, натужно дыша, собираясь с силами. Потом открыл глаза и сказал себе: «Еще минуточку передохнешь и встанешь!» И в это мгновенье он увидел его опять.

Наверху, на шоссе, стоял черный «бьюик», тот, который он видел ночью. Гари зажмурился и снова широко открыл глаза. «На свете много „бьюиков“, — сказал он себе. — Каждый день три тысячи машин этой марки сходят с заводского конвейера в Детройте. Кроме того, я сегодня не в форме. А если все же это тот самый „бьюик“?»

Рядом с машиной стоял человек. На таком расстоянии Гари не мог разглядеть его как следует, но ему показалось, что человек смотрит в бинокль и ищет кого-то на берегу.

«Я вижу „бьюик“ в четвертый раз, — рассуждал про себя Гарнер, — человека — в первый». Инстинктивно он подался назад, понадеявшись, что его не заметят. Хотя он и чувствовал себя разбитым — ныли руки и ноги, — но чувства его обострились. Все наблюдения четко отпечатывались в мозгу, как на фотопленке. Гарнер подсознательно ощущал опасность, которая исходила от человека, привалившегося спиной к машине.

Гари прополз через колючий кустарник в пещеру и затаился.

Прошло немало времени, чтобы снять токи овладевшего им напряжения. Потом он ощупью нашел свою сумку, прикончил содержимое фляжки и сунул в рот сигарету. Внезапно опять навалилась страшная усталость, такая, что он не смог даже прикурить. Сигарета выпала из пальцев, и Гари покатился в тревожное бездонье сна.

Просыпался он бесконечно долго. Долгое время продолжал блуждать в путанице только что оставленного сна. Наконец, сознание его прояснилось, он с трудом уяснил, где находится и почему.

В берег бились и откатывались волны. Приближался вечер. Гари выполз из своего убежища, прохладный ветер освежил его. Перекинув сумку через плечо, он медленно побрел вдоль берега. «Бьюика» не было видно. Гари вдруг стало страшно. «Ты болен, — сказал он себе. — Тебе не выдержать испытания. Гари Гарнер, ты слишком поздно взялся за опасный трюк. Слишком поздно!..»

Он подумал о Саре и ему захотелось домой, только домой.

Гари поскользнулся на глине, когда прыгал с шоссе через канаву. Невдалеке находился его дом. Он пересек поле и пошел к яблонькам, росшим в саду. Света в окнах не было. «Раненько Сара легла спать», — подумал он. Гари было любопытно, какое у нее будет лицо, когда он объявится. Сначала она испугается, а потом наверняка обрадуется.

Ему надо как следует поесть, принять ванну, а потом спать до последнего автобуса. На этот раз он попадет прямо в яблочко.

А вот и входная дверь. Она открылась легко, потому что он знал, как приподнять снаружи щеколду. Дверь в кухню была, конечно, опять не заперта — Сара или забыла ее запереть или посчитала это ненужным. Того, что существуют воры, она не признавала. Даже удивительно, что она так легко согласилась помочь ему в этом деле. Что ни говори, а они пошли на обман страховой компании. Кто может понять женщину? Никто.

Кухня была насквозь пропитана запахами подгоревших тостов и стиральных порошков. Гари зажег свет в прихожей и с трудом поднялся по лестнице. Перед дверью в спальню он замер, шепотом произнес имя жены, но она не отозвалась.

Он вошел в комнату. Постель была не застлана, Сары дома не было. «Наверное, в кино умотала, — подумал он с досадой. — Ладно, хоть в кино, а не в полицию».

Приблизился к зеркалу — на подбородке темнела щетина. Он решил побриться. Сначала прикинул: когда Сара может вернуться? Он готов ждать ее до одиннадцати, даже до половины двенадцатого.

По дороге в ванную Гари прошел мимо входной двери. На полу, под щелью для почты, лежали рекламные открытки, он раздвинул их ногой и увидел письмо. Гари поднял его. Конверт был заклеен, но на нем не было ни адреса, ни фамилии отправителя, ни марки. Странно. Гари отнес письмо в ванную и вскрыл конверт пилочкой для ногтей. В конверте лежал сложенный лист, бумаги с машинописным текстом. Судя по всему, автор не умел печатать на машинке, в тексте была масса опечаток.

«Что случилось, миссис Гарнер? Где ваш старик? Я его так и не увидел! Почему вы не выполняете нашего соглашения! Вы мне указали неверное место, Сара?»

Гари не мог читать дальше. Он привалился плечом к кафельной стене и попытался разобраться в путанице мыслей. Но ясность не приходила. Он дочитал письмо до конца.

«Вы мне указали неверное место, Сара? Всыпали ли вы ему снотворное в кофе? Если он его выпил, он должен был бы спать, как убитый. Но где? Не беспокойтесь, я все равно его найду. Просто сегодня почему-то все идет наперекосяк. Вы мне дали задаток, и я уберу вашего мужа. Я заработаю остальные деньги, но вы должны точно указать мне время и место. Его что-нибудь задержало? Случилось что-то непредусмотренное? Позвоните мне сразу же, номер моего телефона вы знаете. С.»

Гари еще раз перечитал записку с начала до конца. Из-за снотворного, которого наглотался вместе с кофе, он соображал туго. Но, осознав прочитанное, пришел в ужас.

Этот клочок бумаги мгновенно разрушил все, во что он верил, на что надеялся. Весь мир полетел вверх тормашками. И тем не менее у него хватило здравого смысла разобраться в двойной интриге…

Он прикрыл глаза: голова разрывалась от боли, словно в мозг вонзили раскаленное железо.

Глава третья

Восемнадцать часов пробыл комиссар Икс в Чикаго. Двенадцать из них он безотрывно потратил на работу. Потом пришло время ехать на первое свидание.

Оно было настолько засекреченным, что этому могли бы позавидовать агенты тайных служб, чувствующие, что находятся под колпаком. В Чикаго повсюду глаза и уши, и, если бы кто-то из них засек его встречу с Миллером, можно было считать, что дело, за которое он взялся, заранее обречено на провал.

Они встретились в музее, в отделе живописи и скульптуры XIV–XVII веков.

Когда Джо вошел, из-за деревянной скульптуры появился Миллер.

— Что за девочка? — Миллер указал глазами на юную фигурку с лицом мадонны.

— Они используют в качестве шпиков даже четырнадцатилетних детей.

— Они в качестве шпиков используют всех. Кроме того, ей все семнадцать. Посмотри на ее грудь.

— По этой части я не специалист, — повел бровью Джо.

Миллер, прикрыв лицо проспектом, усмехнулся.

— Я уже однажды сказал, что твоя скромность граничит с бесстыдством. С полицией договорился?

— Порядок! Лейтенант Брунсвик поверил всему, что я наговорил: я работаю по поручению Ллойда из Нью-Йорка, буду заниматься делом Рони и одновременно сообщать Брунсвику все, что наработаю. Будем идти рука об руку. Он почти счастлив.

— Этот лейтенант — ленивая бестия. Он только и мечтает ничего не делать, но чтобы при этом преступления раскрывались сами собой. Он дал тебе глянуть на досье?

Джо скривился.

— И это называется досье! Папка толщиной с нейлоновый чулок, два листка — и все.

— «Шевроле» Рони видел?

— Не успел еще.

— Чем же ты был занят?

— Наводил справки о Рэссе. Осмотрел его дом и некоторые из филиалов.

— И что собираешься предпринять? — Миллер нервничал.

— Заняться остальными филиалами. В каждом из них у Рэсса был небольшой кабинет. У него только крупных магазинов больше двух десятков. Так что пока я их осмотрю, пройдет много времени.

— Нашел хоть какую-то зацепку, печку, от которой можно танцевать?

— К сожалению, нет. Магазины, оптовые закупки и финансы в полном порядке. Это подтверждает ревизор. У Рэсса не пропадает ни одна банка томатного пюре, ни один цент, я бы сказал, ни один чих.

— Черт возьми! — воскликнул раздосадованный шеф ФБР. — С чего же начинать? За какую петельку зацепиться?

Джо пожал плечами.

— Если человек исчезает, на это всегда есть причина.

— А если Рони заставили исчезнуть?

— Тем более для этого должен быть серьезный мотив.

Пятьдесят пятая улица проходила через центр Даунерс Гроув в западной части Чикаго. В этот вторник движение было не слишком оживленным. Машина, прибывшая из Лайсла около семи часов вечера, возможно, ехала быстрее, чем следовало. Она подошла к перекрестку, когда горел красный свет, и резко затормозила. Водитель явно спешил, он все время порывался дать газ и откровенно нервничал.

Через двести метров, на углу супермаркета Рэсса, опять зажегся красный свет. В последнюю минуту машина успела остановиться, почти вплотную прижавшись к грузовику. Между ними оставалось не более метра.

Водитель в раздражении жевал сигару, время от времени встряхивая головой. Он видел только светофор, ничего больше, поэтому не заметил женщины, которая вышла из супермаркета. Держа в обеих руках пакеты с продуктами, она остановилась у края тротуара и посмотрела вверх, на светофор. Увидев красный свет, она шагнула на мостовую и быстро пошла мимо грузовика. В этот момент зажегся зеленый свет, но шофер грузовика наблюдал за женщиной, ожидая, пока она пройдет.

Тот, что курил сигару в лимузине, смотрел только на светофор. Еле дождавшись зеленого, он дал полный газ, не видя женщины с пакетами.

Машина сбила ее с ног, она закричала, но тут же смолкла: две тысячи килограммов сделали свое дело. По тому, как подпрыгнуло переднее колесо, водитель понял, что произошло. Тогда он затормозил и проволок несчастную женщину еще несколько метров. Это ее доконало. Водитель испугался и дал полный газ.

Когда женщину уносили, она была еще жива, но страшно изуродована.

Один из прохожих, свидетель этой сцены, сказал:

— Я ее знаю. Она живет в конце Даунерс Гроув.

— Имя пострадавшей? — спросил полицейский.

— Не знаю. Мы с ней знакомы не были.

Оказавшийся поблизости врач осмотрел пострадавшую и шепнул полицейскому:

— Дело плохо, вызывайте «Скорую помощь».

Довольно быстро, сигналя сиреной, примчалась машина с голубыми фарами. Санитары положили женщину на носилки, и тогда она еще была жива.

В приемном покое больницы Ломбарда все уже было приготовлено к срочной операции. Ведущий хирург осмотрел пострадавшую.

— Тяжелый случай, — заявил он, — перелом основания черепа, бедра и таза. Все зависит от того, справится ли сердце.

Анестезиолог уже занял свое место, хирург давал последние указания. Выходя, чтобы приготовиться к операции, он сказал:

— У нее на руке обручальное кольцо, видимо, замужняя. Надо сообщить родным. Адрес известен?

Одна из сестер открыла сумочку и стала искать записную книжку. Она рылась долго, наконец, что-то нашла.

— Миссис Сара Гарнер, актриса.

— Телефон есть?

— По-видимому, нет.

— Тогда пусть полиция сообщит семье.

Через десять минут Сара Гарнер лежала на операционном столе. Операция длилась больше часа. Хирург работал с огромным напряжением, но в конце концов анестезиолог дал знак прекратить операцию.

— Этого я и боялся — сердце! — пробормотал хирург, рот и нос которого были закрыты маской.

Когда Сару Гарнер вывезли из операционной, она все еще была жива.

Полицейские нашли Гари Гарнера в кухне его деревянного дома. Он сидел перед наполовину опорожненной бутылкой виски. Он не понял того, что ему сказали. В эти сутки на него свалилось столько, что голова отказывалась переваривать очередные вести.

Но потом, в больнице Ломбарда, сидя перед высокой кроватью, на которой медленно умирала Сара, когда ясность сознания вернулась к нему, он стал различать происходящее вокруг.

«Она скоро умрет, — думал он без всякого сожаления. — Это провидение так решило, она не сможет больше меня обманывать, ей не придется признаваться в задуманном покушении. Что я ей сделал? Сара, почему ты решила так поступить со мной?..»

Когда она умерла, он перестал ломать голову над тем, что побудило ее нанять убийцу. Он не чувствовал к ней ненависти. Больше того, когда он держал руку мертвой, она была ему почти так же близка, как вчера.

Гарнер помолился и быстро вышел из палаты. Только на улице до него дошло, что это катастрофа, что несчастья преследуют его одно за другим и что сейчас жизнь его висит на волоске, к которому приближается — острие ножа. Сары нет в живых, она умерла быстро и неожиданно, но она оставила завещание. Чудовищное завещание: она наняла убийцу, чтобы он застрелил мужа. Она заплатила за эту работу, и убийца выполнит ее заказ.

Кто он, этот убийца, Гари не знал. Но он был мужем Сары, тем человеком, который должен умереть. Гарнер смотрел на себя, как на дичь, за которой охотятся.

Он остановил такси и бросился на сиденье.

— Куда? — спросил шофер.

— Все равно, хоть к черту на кулички!

— По какой дороге? — продолжал невозмутимо допытываться шофер.

— Поезжай, куда хочешь!

Шоферу приходилось не раз встречаться с обезумевшими от горя пассажирами, и он знал испытанное средство против этой болезни.

— Свезу-ка я вас в пивную, куда вы всегда ходите, хлопните рюмочки три виски, и все как рукой снимет.

— Давай! — махнул рукой Гарнер. — Мне все равно…

В конце концов шофер выяснил, где находится излюбленная пивная этого кандидата в самоубийцы. Он высадил его у дверей бара, округлил сумму за проезд: человек, решивший отправиться на тот свет, не станет мелочиться из-за лишнего цента.

Гари, пошатываясь, вошел в душный зал. Он заглядывал сюда не редко и не часто — раз в неделю, и знал его здесь лишь хозяин.

Гарнер положил локти на высокий столик и поднял большой палец. Ему принесли двойную порцию джина. Он опрокинул рюмку одним махом. Питье показалось отвратительным, но вскоре по всему телу разлилось тепло, противная внутренняя дрожь отступила.

— Еще?

— Нет. — Он отсчитал несколько монет и, приложив руку к шляпе, пошел к выходу.

Уже в дверях хозяин окликнул его.

— В чем дело?

Хозяин держал в руках телефонную трубку.

«Телефон?! Это, наверное, ошибка, — подумал Гари. — Никто не знает, что я здесь. Единственный, кто знал, что я иногда сюда заглядываю, была Сара. Но она умерла. Вряд ли с того света можно соединиться по телефону с пивной».

Хозяин положил трубку на стойку. Гарнеру пришлось взять ее.

— Да, — произнес он с трудом.

— Значит, это ты, Гарнер? — У собеседника был отвратительный картавый голос.

— Кто вы?

— У тебя еще будет случай познакомиться со мной лично.

— Вряд ли! Что вы хотите?

Человек засмеялся, будто пролаял:

— Не могу тебе объяснить это по телефону. Я должен с тобой потолковать, Гарнер, и немедленно.

— Тогда… приходи сюда, — прикинул Гари.

— Нет, не в освещенной пивной за кружкой пива и рюмкой джина.

— Не хочешь говорить при свидетелях?

— Угадал, Гарнер. Это не каприз и не моя вина. Дело есть дело. Как Сара?

Лишь тут до Гари дошло, что он в западне. Человек, с которым он говорил, — убийца. Гари хотел спросить его, не он ли написал письмо Саре, но не спросил, чтобы не выпускать из рук этот козырь. Если он проговорится, тот сразу поймет, кто есть кто. Гари попытался повернуть острие ножа в сторону противника: убийца должен попасть в ловушку. Все это он прокрутил в голове молниеносно. Несмотря на критическое внутреннее напряжение, ответ его прозвучал вяло — так отозвался бы человек инертный.

— Сейчас, пожалуй, рановато, — раздумчиво обронил он, — конечно, рановато…

Он предоставил противнику самому назначить время и место встречи.

— Давай обговорим все в твоей хате, там нам никто не помешает.

Гари зло ухмыльнулся, к счастью, его собеседник не мог этого видеть.

— Да, согласен. Там, — Гари снова помедлил, — действительно никто нам не помешает.

— Тогда — через двадцать минут.

Это не устраивало Гари.

— У меня со вчерашнего дня во рту маковой росинки не было Надо что-нибудь проглотить, — уперся он, — это займет с полчаса. Да еще полчаса на дорогу. Приваливай ко мне через час, дверь на кухню запирать не буду, можешь не звонить.

— Ладно, значит, в половине десятого. Я буду вовремя.

Гарнер положил трубку.

— Бог не выдаст, свинья не съест, — пробормотал он, выходя из пивной.

Гари Гарнер почти бегом спустился по Мепл-стрит, запыхавшись, вошел в ближайшую телефонную будку. Поднял трубку и опустил монету. Нервничая, набрал номер полицейского участка.

Трубку взял дежурный по району.

— У меня срочное сообщение, — сказал Гари, ртом хватая воздух. Сердце колотилось так, словно собиралось вдребезги разнести грудную клетку.

— Говорите, записываю, — ответил дежурный равнодушно.

— Нет, я сам приеду.

— Зачем же звоните? — удивился полицейский.

— Это все очень сложно, я не могу вам объяснить по телефону. Мое имя: Гари Гарнер, адрес — Даунерс Гроув, 488, Фриман Роуд. Если я у вас не буду до половины десятого, пришлите, пожалуйста, наряд полиции.

— Странные у вас желания, — проворчал дежурный.

— Да, это на самом деле выглядит довольно странно, но на то есть серьезные причины. Я объясню все потом.

— Хорошо, пусть будет по вашему. Повторяю: Гари Гарнер, Даунерс Гроув, 488, Фриман Роуд, двадцать один тридцать. Будет сделано, мистер Гарнер.

Из телефонной будки Гарнер кинулся к ближайшему такси. Назвал шоферу свой адрес.

— Как можно быстрее!

— За дополнительную плату, сэр!

— Ладно, гони.

Шофер переключил на четвертую скорость. Гари впился руками в ремень — пусть поворачивает хоть на двух колесах, лишь бы побыстрее. Так он не спешил ни разу в жизни. И тут ему в голову пришла еще одна тревожная мысль: когда этот подонок упомянул имя Сары, Гарнер понял, что то дело, которое они задумывали вдвоем с женой, может знать и наемный убийца. Поэтому он, Гари, должен покончить с этим делом раньше, чем в дом заявится непрошеный гость. Только где искать бумаги? Дом большой, а Сара содержала все в фантастическом беспорядке. Гари пытался сообразить, в каком же шкафу спрятала она компрометирующий документ?

Две мили шофер пролетел меньше чем за пять минут. Гари остановил машину загодя, расплатился и поспешно вышел. Когда такси развернулось, он уже нырнул в двери своего дома.

Как и всегда, Гари прошел через кухню. Посмотрел на часы: с момента разговора в пивной прошло всего шестнадцать минут. До прихода убийцы оставалось еще сорок четыре минуты.

Начались судорожные поиски. Сначала он перевернул вверх дном гостиную и кухню, потом поднялся наверх, в спальню Сары. Здесь ему повезло: под матрацем он обнаружил клеенчатую папку с документами. Свидетельства о рождении, свидетельство о браке, о смерти дочери — все, что накопилось за долгие годы совместной жизни. Сверху лежал страховой полис на 125 000 долларов. Если бы все случилось так, как было задумано, для Сары этот полис был бы скоростным билетом в страну счастья и изобилия. Но… судьба повернула по-своему и теперь полис был ни на что не годен.

Под его собственным полисом лежал еще более старый полис — Сарин. Они оформили страховку одиннадцать месяцев назад, когда Сара летала в Мексику хоронить брата.

«Осторожность никогда не помешает, — сказала она Гари, оформляя страховку на 200 000 долларов. — Пусть у тебя будут хоть какие-то средства, если со мной что-то случится».

Да, год назад все было по-другому: тогда она думала не о том, чтобы убить его, а изыскивала способы, как помочь ему выбраться из бедности. Казалось бы, сейчас стоило задуматься над тем, почему такое произошло, найти причину, так резко перевернувшую их совместную жизнь, но он отмахнулся от этого — сейчас это было неважно!

Он быстро просмотрел полис, его предположение подтвердилось: страховка жены была еще действительна, по ней можно получить приличные деньги. Она была оформлена на год — значит, действительна еще пять недель. Вот какой разворот совершила судьба: смерть Сары сделала его состоятельным человеком. Сумма выплачивалась владельцу полиса.

Гарнер вспомнил о том, как совсем недавно они обсуждали, по какой страховке сорвать куш, она тогда сказала, что не решается исчезнуть и сыграть роль мертвой. В действительности же, она уже тогда решила избавиться от него, чтобы все денежки прикарманить себе.

Он сложил документ, спрятал его в бумажник и привел все в порядок. Потом погасил свет, спустился вниз и решил самой короткой дорогой пойти в полицию.

На кухне допил остатки джина, поглядел на часы: двадцать один час четыре минуты. До прихода убийцы оставалось целых двадцать шесть минут. Тот сам подчеркнул в разговоре, что он человек пунктуальный.

Гари погасил в кухне свет, подошел к окну и посмотрел в сад. Пробивая яблоневую изгородь, по шоссе пробегали огоньки.

Он чертовски устал, но, несмотря на это, чувства его были обострены до предела. Откинув крючок, вышел в сад и уже ощутил под ногами мягкую землю, как вдруг позади раздался картавый голос;

— Ха, ты великий комбинатор! Намылился удрать?!

Гари охватил ужас: «Он поджидал меня, чтобы прикончить одним ударом. У него есть заказ и он обязан выполнить его!»

Гарнер втянул голову в плечи, ссутулился. Он еще втайне надеялся, что пришелец хочет потолковать с ним о чем-то другом. И поэтому ляпнул первое, что подвернулось на язык:

— Но еще нет половины десятого.

— Сопляк! Догадываюсь, что ты задумал. Не воображай, что так просто от меня отделаешься!

И снова Гарнер услышал квакающий смех.

— Я повторяю: у меня солдатская пунктуальность. Я всегда готов к действию за пять минут до срока.

Гарнер медленно обернулся.

— Ты убийца?!

— Угадал.

— Тебя наняла Сара?

— И что? А сейчас иди в дом!

— Хорошо, — согласился Гарнер и глубоко вздохнул.

Он предчувствовал, что скоро ему понадобится много воздуха. Борьба предстояла трудная: Гари за пятьдесят, а убийце на вид едва перевалило за сорок. Гари не сумел разглядеть лица противника, но по фигуре определил: тот угловат и жилист. В таких людях есть что-то от кошек, они так же быстры в движениях, а в драках жестоки и беспощадны.

Гарнер прикинул: есть ли у него хоть один шанс на спасение? Попробовать убежать в глубину сада — противник наверняка нагонит, но, с другой стороны, сад давал хоть какую-то надежду ускользнуть, вывернуться из лап убийцы. Гари знал место, где в кустах есть лазейка. Но как до нее добраться? Если бы знать, как?!

У гангстеров и детективов в запасе всегда имеется какой-то маневр, благодаря которому можно выкрутиться из лап неминуемой смерти. А у него, бывшего режиссера, откуда он? Гари больше надеялся на мозг, чем на мускулы. До нынешнего дня он считал это большим преимуществом. Серое вещество весит куда больше, чем накачанные мышцы.

«Заблуждение, — с горечью подумал он сейчас. — Грубая примитивная сила в такой вот ситуации без труда подомнет под себя любой могучий дух».

— Топай живее в дом! — заорал убийца.

Гари медленно пошел впереди. И тут его озарила спасительная мысль: «Он считает дом ловушкой, в которую можно войти, но нельзя выйти. Но в доме есть черный ход!»

— Где выключатель? — спросил убийца.

— В конце коридора.

— Топай! Пошевеливайся!

Гарнер слышал, как ударяют в половицы каблуки убийцы. Посыпались проклятия: убийца наткнулся на стол. Значит, он находится метрах в четырех от Гарнера.

Гари положил было руку на выключатель, но тут же убрал ее и, с шумом рванув на себя дверь, захлопнул за собой, в одно мгновенье пересек переднюю и очутился на улице.

Убийца продолжал бушевать в доме. В темноте он натыкался на мебель, смахивал со стола посуду…

«Если он выскочит в сад через кухню, мне от него не уйти», — думал Гари, набирая скорость. Он промчался мимо гаража, завернул за угол, оказался в саду и припустил во весь дух.

А вот и спасительный проход между яблонями. Отчаянным прыжком он перемахнул через живую ограду и, хватая широко открытым ртом воздух, помчался через поле. На полдороге к шоссе он оглянулся и увидел свет в кухонном окне и своего преследователя в саду.

«Все напрасно! — с отчаянием подумал он. — Преступление догоняет меня. Это мне кара!..»

Ноги еще держали взятый темп, но боль в груди зажгла красный свет, знак того, что силы на исходе.

«На землю! — приказал себе Гари. — Здесь поблизости есть канава. Но если у убийцы имеется фонарь, тогда — конец!»

Убийца словно бы подслушал его мысли пучок света затанцевал по полю, справа, слева, впереди. Он все время приближался.

«Если доберусь до шоссе, я спасен!»— Гари был уверен, что на шоссе он оставит убийцу с носом, тот не рискнет преследовать его на глазах у возможных свидетелей.

Собрав последние силы, он стал карабкаться вверх по откосу. Наконец, ноги почувствовали асфальт.

Мимо проносились машины с зажженными фарами. Гари перебежал шоссе между двумя автомобилями и едва не угодил под колеса.

На другой стороне Гарнер повалился в темноту, на откос, лежал, тяжело дыша, и ждал. Похоже, он ускользнул от своего убийцы еще раз.

Глава четвертая

В двадцать часов того же дня комиссар Икс зашел в магазин Рэсса в центре Даунерс Гроув. Покупателей не было: магазин уже закрывался и это вполне устраивало Джо. С директором филиала можно было поговорить без помех. Молодой человек в белом халате запер за Джо дверь и произнес:

— О вашем приходе, сэр, звонили из полиции. Я к вашим услугам.

— Думаю, я задержу вас ненадолго.

— Было бы хорошо, сэр.

В магазине стоял густой запах продуктов. Джо сразу же приступил к сути:

— Речь пойдет о мистере Рони Рэссе, вашем шефе.

Его собеседник согласно наклонил голову.

— Мне потребуются сведения, которые помогут отыскать его.

— Пойдемте! — молодой человек двинулся между прилавками к стеклянной будке на возвышении. Джо последовал за ним.

Отсюда хорошо проглядывалось все огромное помещение магазина, можно было следить за ходом торговли, за продавцами и кассирами. Джо осмотрелся, снял пальто и сел.

— Чем вы занимаетесь? — начал он.

— Я в этом отделении вроде менеджера: отвечаю за все, забочусь о тысяче вещей, чтобы каждый товар всегда находился в достаточном количестве на нужной полке, удобной для покупателей. Осуществляю связь предприятия с боссом. В настоящее время эта связь прервана — из-за босса. Вы не можете объяснить причину его исчезновения?

— А вы?

— Я? Нет.

— Какие у вас с ним отношения?

— Обыкновенные. Те самые, какие бывают у молодых служащих и молодого хозяина, знающих толк в своем деле.

— Значит, товарищеские?

— Пожалуй. Но с должной дистанцией.

Джо закурил.

— О его частной жизни вы что-нибудь знаете?

— Немного. Только то, что рассказывают о нем служащие, собравшиеся на ежегодном празднике.

— И что же?

Директор филиала помедлил с ответом, подыскивая точную формулировку.

— То, что мистер Рэсс удачливый бизнесмен и что у него можно продвинуться, известно всем. Шеф хотел открыть кроме мельниц еще и фабрику мясных консервов и пекарни. И все это он собирался сделать, не беря больших кредитов. Одним словом, он — молоток. Я восхищаюсь им.

Теперь Джо решил копнуть глубже.

— Вы не замечали за ним в последние недели ничего особенного?

— Ничего.

Джо поднялся:

— Могу я осмотреть его кабинет? У него ведь и в этом филиале есть свой кабинет.

— Кабинет! Слишком громко сказано. — Молодой человек усмехнулся. — Командный пункт. Закуток с письменным столом и телефоном.

— И с записной книжкой, где отмечены даты деловых встреч?

— Да. Одна из его знаменитых книжек лежит на столе. В ней фиксируются все жалобы и претензии посетителей, причем так, чтобы каждый мог их прочесть. Так что большинство недоразумений и недостатков устраняются сразу же. Это один из приемов мистера Рэсса, он был рожден, чтобы командовать людьми!

Они спустились вниз. Дверь была открыта, в помещении еще сохранился запах виргинского табака и дорогого мужского одеколона. Джо осмотрелся.

В записной книжке было отмечено, что Рэсс недоволен использованием отходов в мясном отделе. Больше никаких записей не было. Он был здесь во вторник на той неделе.

«Не густо», — подумал Джо.

— Что вы еще можете о нем сказать?

— Смотря что вас интересует, сэр. — Директор филиала был сама любезность.

— Все: его привычки, вкусы, особенности.

Служащий рассказал все, что вспомнил. Из его рассказа выходило, что Рэсс был трудолюбив, приходил по утрам первый, но уезжал не позднее семи часов вечера.

— Он был почти скуп, как, впрочем, и все, кто начинал с нуля. Я имею в виду его стиль на предприятии.

— Приведите пример, — попросил Джо.

Собеседник пожал плечами:

— Он не позволял выбрасывать веревки, если обрывок был длиннее метра.

— Это бережливость, а не скупость, — не согласился Джо.

— Служащие должны записывать и оплачивать каждый личный телефонный разговор.

— И что? Почему он должен что-то дарить своим подчиненным?

Комиссар Икс узнал также, что Рони Рэсс был страстным яхтсменом и рыбаком.

— А что про него сплетничают?

— Обычные вещи: все, что можно сказать о закоренелом холостяке. Что касается женщин, то тут у него разбег был безграничный, ему все годилось, лишь бы новенькое. Гурманом он в этом деле не был.

— Спасибо.

Директор филиала проводил Джо до дверей. Прежде чем переступить порог, Джо спросил сопровождающего:

— Не замечали ли вы в последнее время что-либо еще?

Молодой человек задумался или сделал вид, что старается вспомнить.

— Да, и именно тогда, когда здесь бывал мистер Рэсс, — уточнил Джо.

— Нет, сэр, не замечал.

Джо показалось, что директор что-то недоговаривает.

— Может быть, вы все же что-то заприметили?

— Раз вы настаиваете, сэр, то я кое-что вспомнил.

— Не стесняйтесь!

— Это не в моем характере, сэр. Сегодня около семи часов на перекрестке переехало женщину. На наших глазах. Мне кажется, что это был «бьюик».

— Какого цвета была машина? — Джо внутренне весь напрягся.

— По-моему, черного.

— Какая модель?

Молодой человек заколебался:

— Сзади у нее торчало нечто вроде плавников.

«Значит, самое позднее, выпуск 1961 года», — запомнил для себя Джо.

— Переднее стекло сплошное?

— Не знаю… Не разглядел…

Джо решил, что не стоит больше заниматься этой машиной, не за что зацепиться, но инстинкт, привычка не упускать из виду ни одного обстоятельства, даже самого, казалось, незначительного, подталкивали к дальнейшим расспросам.

— Вы говорите, произошел несчастный случай? Как это случилось?

— Женщина с пакетами в руках переходила улицу, когда вдруг поменялся свет в светофоре. Она хотела пройти на стоянку N 2.

— Этого она не должна была делать.

— Не должна, сэр.

— Умерла на месте?

— Не сразу, как я слышал.

— Ваша покупательница? — выспрашивал Джо.

— Постоянная.

— А имя ее знаете?

— Да, случайно. Миссис Сара Гарнер.

Джо пожевал свою сигарету.

— Ага, Сара Гарнер. Скажите, молодой человек, — спросил Джо заинтересованно, — сколько у вас покупателей?

— Когда мы открыли филиал на Даунерс Гроув, их было не больше тысячи, сейчас раз в десять больше.

Джо напряженно думал.

— У вас десять тысяч покупателей. Половина из них — случайные. Из пяти тысяч постоянных клиентов вы знаете по имени, ну, скажем, пятую часть. Как же случилось, что вы сразу назвали имя и фамилию пострадавшей?

Директор филиала не понимал хода рассуждений Джо, но, по-видимому, ему нечего было скрывать.

— Случай, сэр. Я запомнил миссис Гарнер.

— Почему?

— После одного эпизода на позапрошлой неделе.

— Вы меня заинтриговали, договаривайте!

— Миссис Гарнер делала покупки и, я бы сказал, слишком долго толклась возле полок. Появился шеф и прошел мимо нее. Я видел, как она поспешно ринулась за ним.

— Дальше!

— Миссис Гарнер подошла к мистеру Рэссу и заговорила с ним. Я услышал ее имя, но не понял, о чем идет речь.

— Вы предположили, что мистер Рэсс знает эту даму?

— Наоборот, сэр.

Джо стал проявлять нетерпение.

— А потом?

— Шеф взял миссис Гарнер под руку и повел в свой кабинет. Я ждал. Через несколько минут она вышла оттуда.

— И?..

— Больше ничего, сэр.

Итак, прорезалась одна ниточка. Женщина, которую сегодня вечером сбила машина, имела разговор с Рони Рэссом как раз на той неделе, когда он исчез. Разговор происходил не в зале магазина, а в его кабинете. Видимо, они не хотели, чтобы на них обратили внимание. Но директор филиала запомнил имя и лицо этой женщины. Джо глубже засунул руки в карманы.

— Дайте мне пачку «Честерфилда», — попросил он и вынул деньги. Когда директор принес сигареты, вскрыл пачку и закурил.

При других обстоятельствах случай с Сарой Гарнер показался бы ему несущественным, а сейчас он ухватился за него. Как говорится, среди слепых и одноглазый король.

— Спасибо, — сказал он молодому человеку, — у меня такое предчувствие, что вы пойдете в гору!

Из ближайшего автомата Джо позвонил в полицию и попросил позвать к телефону лейтенанта Брунсвика.

— Уже напали на золотую жилу, Джо?

— Порода довольно крепкая, начальник!

Брунсвик не поверил, впрочем, он никогда никому не верил.

— Что-то ты крутишь, любезный. С вашим братом, детективом, всегда одно и то же: когда нужна поддержка полиции — пожалуйста, а информацию от вас — ни Боже мой! До чего же все погано устроено — не жизнь, а сплошная неблагодарность!

Джо знал, что характер у Марка Брунсвика не сахар, ворчливый, и постарался подобрать к нему свой ключик.

— Бруни, — доверительно сказал он, — если в этом деле вообще есть преступник, то придет день, когда я поставлю его перед тобой. Тебе останется только допросить его.

Брунсвик немного поломался, потом перешел к делу:

— Что случилось?

— Автомобильная катастрофа возле филиала Рони Рэсса на Даунерс Гроув. Вряд ли она напрямую связана с нашим делом, но я хочу пощупать ее: вдруг да и повезет! Что у вас известно по этому делу?

Джо довольно долго ждал у телефона. Лейтенант связывался с нужным отделом. Наконец, он снова взял трубку.

— Боюсь, что твой след снова затерялся. Это была некая миссис Сара Гарнер. Доставлена в больницу Ломбарда. Умерла там час назад, в семь часов пятьдесят восемь минут, вскоре после операции. Сердце не выдержало.

— У нее есть семья?

— Замужем. — Адрес?

— Наведу справки в Главном управлении, сообщу. Позвони через полчаса. — Брунсвик помолчал, потом кое-что вспомнил. — Алло, Джо, ты слушаешь? Если хочешь быстрей узнать адрес Гарнер, поезжай в участок Вестмонда. На месте тебе скажут сразу, ребята более или менее в курсе дела.

Эта мысль уже пришла в голову Джо, но он не хотел портить настроение лейтенанту — тот был человеком обидчивым.

— Спасибо за хороший совет, дружище! — поблагодарил Джо и повесил трубку.

Было ветрено и Джо поспешил в машину. Глянул на план города и выбрал самую короткую дорогу. Включил радио. Ровно в двадцать один час началась передача последних известий. Джо не слушал диктора, сосредоточенно ведя машину на большой скорости…

В шесть минут десятого он уже находился в полицейском участке Вестмонда. Однако нужную справку Джо получил только у третьего дежурного.

— Вы работаете вместе с уголовной полицией? — недоверчиво спросил сержант.

— Я вам уже говорил…

— У вас есть удостоверение?

— Лучше, если вы позвоните лейтенанту Брунсвику.

Это показалось сержанту слишком хлопотным. Он вынул записную книжку.

— Все, что вы говорите, сходится. После катастрофы мы известили мужа миссис Гарнер и отвезли его в больницу. У меня еще нет официального сообщения о том, что пострадавшая умерла. Но если в Главном управлении утверждают, значит, это факт. Между прочим, мне известно кое-что другое. От самого мистера Гарнера.

— Что же вы молчите, сержант?!

Сержант достал стенограмму сводок и сообщил Джо о странном телефонном звонке. Джо вкратце повторил.

— Гари Гарнер хотел прийти, чтобы сделать важное сообщение. Если он не придет до половины десятого, то нужно послать наряд полиции на Фриман Роуд, 488. — Вы можете это как-то объяснить, сэр?

— Нет, — сказал Джо. — Что вообще известно о Гарнере?

— Живет здесь с осени. Театральный режиссер. Один из тех неприметных людей, с которыми живешь десяток лет на одной улице и не замечаешь.

— Даже когда они умирают?

— Даже тогда, — согласился сержант.

— Значит, произошло что-то из ряда вон выходящее?!

Сержант кивнул. Он рассказал не все.

— Есть еще кое-что, сэр.

— Вы что, нарочно выдаете мне сведения в час по чайной ложке?

— Я только что вспомнил. Я просматривал дневные записи дежурного. Миссис Гарнер, которая умерла час назад, приходила сюда после обеда и сделала заявление в полицию.

— Собака у нее пропала, что ли?

— Нет, не собака — муж.

— Тот самый, который звонил?

— Одно из двух: у нее два мужа или тот, который звонил.

Джо глянул на записи дневного дежурного: обычное заявление о розыске, с указанием примет, времени исчезновения, но без каких бы то ни было предположений о причине. Гари Гарнер ушел удить рыбу на Мичиганское озеро и не вернулся.

Джо выпил в автомате стакан кока-колы и поинтересовался, как побыстрее проехать на Фриман Роуд, 488. Потом он вышел из участка. Ветер все набирал силу.

Вот и Фриман Роуд. Кварталы на окраинах — сплошные лабиринты. Не сразу он отыскал номер 488.

Дом не был освещен. Джо оставил машину около гаража и позвонил. Посмотрел на часы: девять сорок семь. Он опоздал на четверть часа. В доме ни шороха. Джо позвонил еще.

Через пару минут он потерял терпение и забарабанил в дверь. Никто по-прежнему не откликался. Тогда Джо решил обойти вокруг дома. Из окна, выходящего в сад, падал свет. Через решетчатую дверь можно было заглянуть на кухню. За столом, подперев руками подбородок, сидел человек. Вид у него был измученный.

Джо поскреб кончиками пальцев о решетку. Человек на кухне должен был его услышать. Но он не двинулся с места. Джо отодвинул решетку, вошел в кухню и остановился. Теперь их разделял только стол.

— Гари Гарнер? — спросил комиссар Икс.

— Оставь меня в покое, дьявол! Делай, что хочешь, только поскорее, — прохрипел человек за столом.

Джо внимательно посмотрел на него. На нем была пропотевшая ковбойка, заляпанные глиной до колен джинсы и тяжелые башмаки.

— Я здесь, Гарнер.

— Тогда убей меня, но больше я никуда не побегу, у меня нет сил. Мне надоело прятаться.

Человек поднял голову, и Джо смог разглядеть его лицо, — серое, с впалыми щеками. Губы потрескались будто от жажды. Под глазами — синие круги.

Джо достал из-под стола табуретку и сел.

— Гарнер, — сказал он, — как я догадываюсь, ты ждал человека, который хотел тебя убить. Поэтому ты вызвал полицию?

Гари утвердительно наклонил голову.

— Тогда я еще цеплялся за жизнь. Когда видишь, как к тебе подкрадывается смерть, начинаешь ее бояться. Но теперь мне все равно.

— Твоя жена умерла?

Маленькие глаза Гарнера округлились:

— Откуда ты знаешь?

— Я из полиции.

— Вот как! — простонал Гарнер. — Значит, так обстоят дела…

Джо напряженно думал.

— Ты принял меня за убийцу?

Гарнер безучастно кивнул.

— Значит, ты его не знаешь?

— Нет. Да и кто знает своего убийцу?! Только теперь до меня дошло, что убийца не похож на тебя.

Они помолчали. Джо первым нарушил затянувшуюся паузу.

— Гарнер, тебе не кажется, что пора бы кое-что прояснить, а?

— Что именно? Я ведь и сам плутаю в потемках.

Джо понимал, что с Гарнером надо действовать осторожно, как с обиженным ребенком. Но иногда в такой ситуации помогает шок.

— Гарнер, ты знаешь Рони Рэсса?

— Рони Рэсса? — повторил Гари. — Рони Рэсса? Нет, никогда о таком не слышал.

Джо верил Гарнеру. Если бы тот захотел солгать, то сделал это более изощренно. Театральный режиссер, он кое-что понимал в актерском искусстве.

— Я очень хочу помочь тебе, но для этого ты и сам должен помочь мне.

— Наверное, ты соображаешь быстрее, чем я, — пробормотал Гари. — Наверняка!..

«Надо выделить из этого запутанного дела отдельные линии, — рассуждал Джо, — найти составные части. И из них уже начать конструировать конечную картину. Иначе этот клубок не распутать».

Для Джо сейчас было ясно одно: Гарнер получил нокаут и в ближайшее время подняться не сможет. Он опустошен и обессилен. Его мыслями и поступками руководит страх. Джо решил сыграть именно на этой струне:

— Теперь ты в безопасности, Гарнер. — Уолкер посмотрел на ботинки и брюки Гари. — Ты что, искупался в канаве? От кого-то прятался? От того, кого ждал и кого боялся? От своего убийцы?!

Гарнер кивнул.

«Вот одна из нитей драмы, — подумал Джо. — Держась за ее конец, будем двигаться к началу».

— У кого были причины избавиться от тебя?

— Ни у кого.

— Заблуждаешься! Рядом всегда есть люди, которые с удовольствием перегрызут тебе глотку, если у них окажется такая возможность. А если к тому же примешивается еще запах чистогана, то тут и гадать нечего.

Я ставлю перед тобой довольно непростую задачу, но в ней есть логика — значит, ее можно решить.

— Одной задачей больше, одной меньше — мне теперь все равно, — равнодушно отозвался Гари.

— Итак, ты вчера вовремя не вернулся домой с рыбалки. По какой причине, мне неизвестно, но твоя жена сообщила в полицию, что ты пропал. Какие у вас были отношения?

— Хорошие, как я всегда считал. — Ответ Гари можно было истолковать по-разному.

— Считал?! Выходит, на деле было по-другому? Враждовали друг с другом?

— Что до меня, то я относился к ней великолепно.

— Может быть, твоя жена заявила в полицию, чтобы снять с себя подозрение?

Гарнер поморщился.

— Пойми меня правильно, Гарнер, если кто-то заранее пытается снять с себя подозрение в сопричастности к гибели близкого человека, то… Могла Сара предполагать, что ты погиб? Погиб от руки другого человека, с которым она была заодно? Если так, то должна быть причина.

— Но причины не было.

— Значит, я ошибаюсь?

Теперь Гари как будто успокоился, он больше не пялился в пустоту.

— Ты не ошибаешься, совсем наоборот. Она наняла человека, чтобы тот меня убил.

— У тебя есть доказательства?

Гари кивнул.

— Я обнаружил его, когда вернулся. Сары дома не было. Под дверью лежал конверт.

Гарнер с трудом поднялся и вышел из кухни. Вернувшись, он положил перед Джо письмо, подписанное инициалом «С».

Джо прочел и отметил для себя: «Еще ниточка!»

— Какой у нее был мотив? Другой мужчина?

— Не уверен.

— Могла ли Сара получить какую-то материальную выгоду от твоей смерти?

— Возможно.

— Наследство?

— Наследства никакого. Но я застраховался на случай смерти.

— Наконец-то!

— Да, наконец-то, — с усилием произнес Гарнер, который опять вдруг обмяк. — Теперь одно ясно: Сара этими деньгами никогда не воспользуется, зато и на том свете она будет ликовать: убийца жив, ему заплачено и он меня угробит!

Джо встал.

— Есть люди, которые его схватят. Он один, а за нами стоят тысячи.

— Возможно, но к тому времени я уже буду в земле!

— До этого еще не дошло, — сказал Джо. — А теперь, Гарнер, подальше от линии огня! Едем в Главное управление полиции. От допроса и протокола я тебя избавить не могу.

— Что ж, раз надо, так надо, — согласился Гарнер безучастно.

Комиссар Икс решил передать Гарнера лейтенанту Брунсвику, однако произошла непредвиденная задержка.

Когда они заперли дом и Гари расположился на сиденье «мерседеса» Уолкера, он обнаружил, что при нем нет бумажника.

— Без документов я никто, схожу за бумажником.

— Где он лежит?

— Наверху, в спальне.

Джо оглядел улицу, она была пустынна.

— Давай ключ, я принесу.

Гарнер нехотя передал ключ.

— Я пойду с тобой, один не останусь, — заявил он твердо. — Я здесь слишком хорошая мишень.

— Машина бронирована, — успокоил его Джо, — продырявить ее можно лишь из пушки. Стекла из специального пятнадцатимиллиметрового сплава. Стальные пластины на дверях. Сам обстреливал их из пистолета 44 — го калибра. В конце концов я тоже не имею ни малейшего желания умереть досрочно. Кроме того, твой убийца вообще не покажется.

Жизнь, она совсем не похожа на детективный фильм.

Слова Джо вроде бы успокоили Гарнера. Комиссар Икс показал, где закрывается дверца на специальный запор, и исчез в доме.

В передней он зажег свет, на лестнице тоже. Наверху он выключателя не нашел, наверное, тот был в самой спальне.

Первая дверь вела в кладовку, дверь напротив — в мансарду, которая была еще не достроена. Джо открыл третью дверь и повернул выключатель. На комоде лежал тонкий бумажник из потертой свиной кожи. Джо взял его и открыл. В левом отделении он увидел деньги, бумажки по десять и по три доллара, тщательно сложенные, должно быть, долларов двести, не больше. Справа лежало удостоверение личности Гарнера с отпечатками пальцев и фотографией и лист плотной бумаги, из каких изготовляются документы.

Будучи человеком профессионально любопытным, Джо развернул бумагу и присвистнул от удивления: в ней значилась сумма два раза по сто тысяч долларов.

Страхование на случай смерти Сары Гарнер, оформленное весной 1963 года, сроком на один год. Значит, по нему еще можно получить деньги. Очень интересный поворот.

Бумажник приобрел весомую ценность. Джо спрятал его и погасил свет.

Едва шагнув за дверь, он получил удар такой силы, что, казалось, голова его словно разлетелась на куски от взрыва динамита. Падая, Джо попытался ухватиться за ручку двери, но промахнулся и тяжело шлепнулся на порог. Он больно ударился подбородком и, как ни странно, новый удар отрезвил его. Привычным, отработанным движением Джо нырнул правой рукой в кобуру, выхватил пистолет и, сдернув оружие с предохранителя, шмальнул в темноту, наугад. Всякое сопротивление — лучше, чем бездействие. Пальнул еще раз…

Под чьими-то убегающими шагами противно заскрипела лестница. Он выстрелил на звук. Из дула пистолета вырвался синий огонь, тень противника скользнула по внутренней стороне лестницы. Неизвестный оказался в мертвой зоне и тратить еще один патрон со стороны Джо было бы непростительным расточительством.

Комиссар Икс сделал глубокий вдох. Он ощутил запах пороха и только теперь понял, как серьезно обернулся его разговор с Миллером. С этой минуты речь шла уже не о раскрытии уголовного дела, а о жизни и смерти его самого.

Джо прикинул: на полу он пролежал не более девяти секунд — время, через которое возобновляется поединок в боксерском матче.

Джо встал на колени, поднялся и, шатаясь, ухватился за перила. Спрятав оружие в кобуру, спустился вниз. По дому гулял сквозняк. Наружная дверь была открыта настежь, улица пустынна.

Джо еще сохранял надежду. Он рассчитывал на острое зрение Гари Гарнера — тот должен был видеть убийцу. Быстрыми шагами подойдя к машине, он взялся за дверную ручку. Неожиданно дверь поддалась. На свое несчастье, Гарнер не заблокировал ее изнутри. Чем все это кончилось, Джо понял, когда в салоне автоматически зажегся свет: Гари привалился спиной к сиденью, голова его была откинута назад, из уха капала кровь. От уха до горла тянулся багровый след от кастета.

«Срочно надо вызвать подмогу!»— подумал Джо, связываясь по радиотелефону с Главным управлением.

Дожидаясь лейтенанта Брунсвика, Джо основательно подкрепился из фляжки.

— Ты что, принимал водочную ванну? — неодобрительно обронил примчавшийся на вызов лейтенант. Рядом с его машиной остановилась еще одна с двумя полицейскими. — В служебное время?! Терпеть этого не могу!

— Лекарство от синяков и ушибов после потасовки.

— Ладно, — поморщился Брунсвик, которого Джо по телефону уже ввел в суть того, что произошло. — Что будем делать дальше?

— Что? Ты берешь на себя дом, а я отвожу Гари в полицию.

Лейтенант, пребывая в состоянии вечной обиды на окружающих, принципиально не принимал ничьих советов и всегда поступал вопреки им. Джо учел это и предложил лейтенанту противоположное тому, чего хотел добиться. И Брунсвик клюнул, заглотнул живца.

— Нет, я занимаюсь Гари, а ты пошуруй в доме. В помощь оставлю тебе двух своих людей.

Джо вовремя погасил улыбку. Развернувшись, машина лейтенанта двинулась в направлении центра.

Дом на Фриман Роуд, 488, и вокруг него обшарили ручными прожекторами. Джо все же отыскал то, на что рассчитывал, но находка оказалась малозначимой. На мягкой земле отпечатались следы двух человек: след башмаков Гарнера и модных остроносых ботинок. Они доходили до живой изгороди, затем терялись в траве.

— Вызвать собаку, сэр?

— Бесполезно. Если ветер не утихнет, а к утру насядет туман, ни одна собака не возьмет след. — Джо вообще не очень-то верил в собачью полезность при распутывании сложных дел.

…Гарнер убежал от убийцы, но тот потом вернулся. Это известно. Что сможет собака? Она прошла бы путь, которым прошел убийца, но до машины… Бумажник это не вернуло бы.

«Зачем убийце бумажник? Что он собирается с ним сделать?»— спрашивал себя Джо.

Может быть, он думал, что найдет в бумажнике письмо, подброшенное им Саре? Но его в бумажнике не было. Джо решил заняться этим письмом особенно тщательно.

Дважды обойдя дом и ничего не обнаружив, кроме следов от двух пуль из пистолета 35 — го калибра, Джо подозвал сержанта:

— Пора кончать осмотр, ничего больше не нащупаем.

— Вы тоже едете, сэр?

— Еще останусь, мною тут кое-что недоделано.

Машина с полицейскими укатила. Джо стоял позади дома, один на один с темнотой — ему хотелось прочувствовать атмосферу места действия, попробовать мысленно воссоздать картину недавнего столкновения.

«Что общего в драме столь непохожих людей, как Рэсс и Гарнер, в каком месте перекрещиваются их дороги? — Катастрофа с Сарой Гарнер приобретала все большее значение. — Не тут ли ключ ко всей этой тайне? — Джо потер лоб кончиками пальцев. — Кем же в действительности была Сара? Просто супругой Гари Гарнера или еще кем-то? Зачем она наняла убийцу? Из-за страховки мужа? Или по какой-то другой причине? Что связывало Сару с Рони Рэссом? Кем для нее являлся человек в черном „бьюике“? И кто он такой?»

Джо забыл про сигарету в зубах, и она погасла. Медленно обойдя дом, он остановился возле гаража и открыл его. Пахнуло бензином. Гараж был пуст. Джо осветил углы: две шины да бачок с черным лаком стояли в одном из них. Рядом лежало крыло от машины марки «крайслер».

Джо запер гараж и прошел по улице к соседнему дому. Было уже поздно, но его впустили. Джо предъявил удостоверение и получил ответы на свои вопросы, а их было немало:

— Вы знаете семью Гарнеров?

— Шапочное знакомство, не более, — ответил мужчина, не отрываясь от телевизора.

— Когда вы видели в последний раз миссис Гарнер?

— Спросите об этом мою жену. Она на кухне.

Вошла женщина с чайником в руках.

— Миссис Гарнер уехала на «крайслере» во второй половине дня. Она всегда в это время делает покупки.

— Когда вы в последний раз встречались с мистером Гарнером?

— Вчера он работал в саду, перекапывал грядку с укропом, если не ошибаюсь.

— Разве сквозь яблони так хорошо видно? — спросил Джо.

— Когда солнце заходит, то виден весь сад…

— А потом вы больше не видели мистера Гарнера?

Женщина задумалась.

— Если говорить правду, — сказала она, — я видела его даже сегодня.

— Когда и где?

— Уже стемнело. Он, наверное, вернулся с рыбалки. Он всегда возвращается с рыбалки через сад — это самый короткий путь с автобусной остановки. Точно, так и было. Он зажег на кухне свет и возился там.

— В котором часу это было?

— После половины седьмого.

— Не раньше?

— Он зажег свет, а до половины седьмого еще светло. «Сара попала под машину, когда еще не было семи, в это время Гари находился здесь, его видела соседка. Чистое алиби!»— удовлетворенно отметил про себя Джо.

— А что вам еще известно? Любая мелочь может оказаться для нас решающей.

— Дважды я слышала звук, который можно принять за выстрелы, — после некоторого колебания сказала она.

— И я тоже слышал выстрелы, — вставил мужчина, как и раньше не отрываясь от телевизора.

Это сходилось с тем, что установил Джо. У него оставался еще вопрос:

— Вы встречались с Гарнерами?

— Нет. Только здоровались. Они какие-то буки! У них нет даже телефона, — в голосе мужчины прозвучало презрение.

Джо откланялся.

— Может выпьете чашечку чая? — только теперь предложила хозяйка дома.

— Как-нибудь в другой раз, — поблагодарил Джо.

В Главном управлении лейтенант закончил первый допрос Гарнера. Когда вошел Джо, он набросился на комиссара:

— Он действовал заодно со своей старухой, провалиться мне на этом месте!

— Уступи мне его минут на десять.

— Пожалуйста! Но учти, его алиби весьма шатко.

— В чем ты его подозреваешь?

— В убийстве!

Джо поостерегся заявить, что располагает весьма точными сведениями, противоречащими предположениям лейтенанта: Брунсвик никогда подобного не простит.

— Что он сейчас делает?

Лейтенант открыл дверь в соседнюю комнату.

— В данный момент спит, — Брунсвик снова закрыл дверь. — Знаешь ли, когда ко мне попадает такой вот тип без документов и без алиби, я начинаю строить нелестные для него предположения.

— Он не виноват в том, что при нем нет документов, — возразил Джо. — Я не хочу его защищать прежде, чем все выяснится, но бумажник его лежал наверху, в спальне. Я взял на себя смелость заглянуть туда. Удостоверение личности было в левом отделении. В том, что бумажник пропал, его вины нет.

— Что-то ты за него слишком горячо заступаешься, — в голосе лейтенанта звучало недоверие.

— Факты, лейтенант, — упрямая вещь, а я всегда придерживаюсь только фактов. Гарнер находится в наисквернейшей ситуации, не хотел бы я быть на его месте. За эти сутки он пережил страшные вещи.

Лейтенант все еще держался за дверную ручку.

— Хочешь с ним сейчас поговорить?

— Конечно.

— Могу я присутствовать?

— Разумеется, если ты не будешь вмешиваться в нашу беседу.

Джо с трудом разбудил Гари. Он угостил его кофе и сигаретой — Гарнер не должен думать, что Джо его в чем-то подозревает.

Гарнер затянулся и сказал:

— Они не верят ни одному моему слову.

Джо кивнул.

— Похоже. Потому что твои слова можно истолковать по-разному. В них не прослеживается логики. Попробуем установить ее. Согласен?

Гарнер огляделся.

— Я сделаю все, чтобы вырваться отсюда. Допрос в полиции не легче, чем преследование убийцы. Еще неизвестно, что хуже.

— Это ты скоро узнаешь, как только выйдешь отсюда на улицу.

В глазах Гарнера блеснула надежда:

— Ты уверен, Джо, что вызволишь меня отсюда?

— Если мы вместе постараемся и вытащим правду на свет, то несомненно.

— У меня нет даже документов, они в бумажнике.

— По этому вопросу все ясно, — сказал Джо, — а теперь о другом. У тебя с финансами было туго, не так ли?

— С лета, после провала постановки «Фауста», и у меня не было постоянного заработка. Так, время от времени крохотные ролики в рекламе на телевидении, иногда выступление на радио. И все.

— И у тебя ничего не отложено?

— Все мое богатство — двести долларов в бумажнике.

Джо быстро взглянул на лейтенанта. Брунсвик сидел, привалившись к стене, и выражал свое отношение к разговору только гримасами.

— Сара хотела избавиться от тебя и наняла убийцу, — сказал Джо, — такое «развлечение» дорого стоит. «Специалисты высшей категории» меньше пяти тысяч за такие дела не берут. Откуда она их достала?

Гари нервно теребил платок.

— Я думаю, она дала только задаток. Остальное потом. Разве в письме об этом не сказано?

— Откуда Сара могла раздобыть остальные деньги?

Глазки Гарнера забегали.

— Не знаю, Джо, не имею понятия.

Теперь комиссар знал, что Гарнер сказал неправду, и не счел нужным это скрывать.

— Ты лжешь, Гари! Возьми свои слова обратно или я перестану тебе помогать!

Гарнер смотрел в пол. Вся его поза свидетельствовала о нечистой совести.

Джо встал, с шумом отодвинул стул и сделал знак лейтенанту.

Гарнер продолжал упорствовать.

— Начинай раскручивать все сначала, — сказал Джо. — Может быть, начало — это твоя поездка на рыбалку?

Гарнер покачал головой:

— Раньше.

— Со страхования жизни? — Джо имел в виду страховку Сары.

Это предположение, по-видимому, застало Гарнера врасплох, и он решил рассказать всю правду, в надежде, что теперь ему не смогут предъявить никакого обвинения.

— Вы назовете это подлогом, но до подлога дело еще не дошло, — торопливо выкладывал он. — Судьба уберегла меня от преступления. Да, на последние деньги я застраховался на 125 000 долларов. Заплатил первый взнос, денег больше не оставалось, и я решил исчезнуть. Это выглядело бы так: пошел на рыбалку и утонул в Мичиганском озере, когда ловил рыбу. Сара должна была заявить в полицию о том, что я пропал, и когда меня сочли мертвым, она получила бы деньги по моей страховке. Так было задумано.

— Но вышло иначе. Почему? Почему ты вернулся?

— Не предусмотрел мелочи — запасся не теми документами, надо было поменять удостоверения. А потом, хотел еще раз повидать Сару. Я подождал до вечера. Когда пришел домой, мне открылось истинное положение вещей: Сара наняла убийцу, который должен был меня прикончить. Тогда это был бы уже не подлог со страховкой…

— А убийство, — докончил Джо.

— Да. Но кара настигла предательницу до того, как свершилось злодеяние. Сара умерла в семь часов, а я должен спасаться от убийцы. Судьба!

Лейтенант Брунсвик не смог больше усидеть в углу.

— И ты сам сыграл роль судьбы и судьи!

Гарнер побледнел.

— Зря вы вешаете мне на шею эту смерть! Я к ней не причастен! Это был несчастный случай. В семь часов я находился дома.

— У тебя есть свидетели?

Джо хотел вмешаться в разговор, но Брунсвик был как заведенный:

— Басни, Гари, басни! — упрямо твердил он, не желая ничего слушать. — Сомневаюсь, что вообще существует убийца.

Гарнер умоляюще глядел на Джо, но тот делал вид, что ничего не замечает.

— Клянусь, я сам его видел! — заявил Гарнер.

Это для Джо явилось новостью.

— А меня ты уверял в обратном. Каждый раз, когда вы встречались, было, как ты утверждал, темно.

— Лица его я не рассмотрел. Но уже тогда, на берегу, я был почти уверен, что этот человек — мой убийца. Если бы я тогда не спрятался… Он знал от Сары о каждом моем шаге.

— Как он выглядит?

— Не имею представления. Все, что я видел, это черный лимузин, три раза один и тот же.

— «Бьюик»? — уточнил Джо.

— Возможно, — неуверенно подтвердил Гарнер.

— А человек, сидевший внутри?

— Я не мог бы его описать, он все время находился в тени. Джо понимал, что большего из Гарнера не выжать, кажется, и лейтенант это понял.

Он переменил тон.

— Все же подозрение, что ты хотел избавиться от жены, не рассеяно.

— Но почему я должен был этого хотеть?! — вскричал Гарнер, чуть не плача. — Я любил Сару.

— Может, ты получил бы наследство после ее смерти.

— У нее в кошельке не было и ста долларов.

В разговор опять вступил Джо:

— Это правда, Гарнер?

Комиссар в упор посмотрел на Гарнера. Несколько секунд тот выдерживал его взгляд, потом отвел глаза.

— Гарнер, самое главное, что нам надо установить, — существует ли человек, которому смерть Сары была бы выгодна? — продолжал настойчиво Джо. — Откуда мне знать?

— А кто в конце концов должен это знать?! Сара была твоей женой! — снова заорал Брунсвик.

В эту минуту в дверь осторожно постучали. В кабинет заглянул сержант и глазами поманил за собой лейтенанта.

Теперь Джо мог разговаривать с Гарнером без помех. Он не спеша закурил, отметив про себя, что Гари тщетно пытается бороться с паническим страхом.

— Конечно, ты выигрывал от смерти Сары, — сказал Джо, — ты, правда, оформил страховку на ее имя, потому что не хотел взваливать на нее самую рискованную часть операции. Но, с другой стороны, Сара стоила 200 тысяч долларов.

— Двести тысяч долларов, — словно эхо отозвался Гарнер, совершенно раздавленный логикой фактов.

«Не признание ли это? — спросил себя Джо. — Надо бить в одну точку».

— Я держал в руках твой бумажник, Гарнер, и нашел в нем не только твое удостоверение, но и страховой полис на имя Сары Гарнер. Брось отпираться! Фактически Сара оставила тебе целое состояние.

Гарнер не стал отрицать этого.

— И что этим доказано? — спросил он.

— И все и ничего, — холодно ответил Джо. — Для лейтенанта — это все.

— А для тебя? — спросил Гарнер.

Прежде чем Джо успел ответить, его тоже вызвали в коридор.

В коридоре лейтенант Брунсвик разговаривал с человеком в старомодных очках. От посетителя пахло карболкой.

— Доктор Солон, — представил его лейтенант.

Лицо доктора было бледным. «Хирург», — определил Джо.

— Паталогоанатом, — пояснил Брунсвик и попросил доктора Солона повторить свое сообщение.

— Мои коллеги из больницы Ломбарда оперировали несколько часов тому назад пострадавшую в автомобильной катастрофе миссис Сару Гарнер. Смерть наступила вследствие сердечной недостаточности, операцию пришлось прервать. Однако именно эта реакция сердца вызвала подозрения хирурга. Он считал, что пострадавшая не должна была так реагировать на наркоз и средства, регулирующие кровообращение. Он сообщил об этом главному врачу, который распорядился произвести вскрытие. В результате этого вскрытия в мышцах и волосах больной были обнаружены следы стрихнина. Джо охватило тоскливое чувство какой-то безысходности, тупика. Сообщение отбрасывало его назад, к самым истокам. Если дело Гарнера оказалось таким запутанным, то как он сможет с его помощью разрешить свою главную задачу — раскрыть исчезновение Рони Рэсса? Он угодил в боковую протоку с бешеным течением, и оно относит его все дальше от основного русла.

Какой же вывод напрашивается из того, что Сару Гарнер не только переехали, но еще и систематически отравляли стрихнином?

— Споро работаете, доктор, — сказал Джо, чтобы выиграть время на размышление.

Но лейтенант тотчас же взял разговор в свои руки.

— Теперь мы припрем Гарнера к стенке, — торжествующе объявил Брунсвик и отправился выжимать из Гарнера признание.

Джо боялся за Гарнера, — в таком состоянии человек способен наговорить на себя напраслину. Но Джо, как видно, недостаточно знал Гари — тот не дал себя запугать.

— Стрихнин? Ну и что! — возмутился он. — В состав скольких лекарств входит стрихнин, лейтенант? Больше чем в три десятка. Я не врач и не фармаколог, но даже я знаю, что стрихнин не только убивает, но и сохраняет жизнь. Это знают все, кто получил мало-мальски приличное образование. У моей жены всегда была куча таблеток на туалетном столике. Иногда счета от врачей были просто чудовищными. Я помню голубую коробочку. На крышке был написан состав, в него входил стрихнин. Я держал в руках эту коробочку совсем недавно, хотел выбросить все Сарины лекарства. Я не верю аллопатам. Лучше всего, если вы позвоните ее врачу.

Гарнер знал имя и телефон врача на память.

Разговор вел доктор Солон. Разговор длился довольно долго. Потом Солон положил трубку, протер очки и снова водрузил их на прежнее место:

— Действительно, миссис Сара Гарнер страдала болезнью сердца, хотя внешних признаков не наблюдалось. Есть кардиограммы. У нее была хроническая стенокардия. Ее лечили многими препаратами, в том числе и теми, которые содержат стрихнин и нитроглицерин. Это все объясняет.

— Следовательно, отравление отпадает? — спросил Джо.

— Конечно, — подтвердил доктор Солон.

Лейтенант надулся, а врач попрощался и ушел. Джо отвел лейтенанта в сторону.

— Брунсвик, хочу тебе кое-что сказать по секрету. Гари Гарнер получит наследство от жены. Она оставила страховку, по которой он огребет двести тысяч долларов.

— Вот видишь! — восторжествовал лейтенант. — Вот тебе и мотив!

— Не увлекайся! Не делай поспешных выводов! Я должен подтвердить алиби Гарнера, хоть это и разрушает мои собственные гипотезы. До сих пор я молчал об этом, надеясь выжать из Гарнера что-то новое, но…

— Вот именно «но»! — ухватился за конец последней фразы лейтенант.

— Но, — как ни в чем не бывало продолжал Джо, — совершенно точно установлено, что в момент катастрофы Гари Гарнер сидел за столом в своей кухне. Об этом свидетельствует соседка Гари миссис Эльгин. У нее острое — зрение, свои показания она готова подтвердить под присягой.

— Тогда у нас нет оснований его задерживать!

— Правильно, — согласился Джо, — в нашем активе остается одно: попытка Гарнера совершить подлог со страховым полисом. Но, думаю, юристы посчитают, что обвинение ему предъявить нельзя.

Лейтенант Брунсвик устал — только этим можно было объяснить его последующую реакцию:

— Тогда пусть этот проклятый Гарнер выкатывается к дьяволу!

— Для него это и хорошо и плохо, — заметил Джо. — На улице его ждет убийца. Мы обязаны его защитить.

— Истории с убийцей я так же не доверяю, как и всем остальным фактам. Пусть выкручивается сам!

— Брунсвик, ты несешь за это ответственность!

— Моя ответственность начинается с момента преступления и кончается его раскрытием. Басни — не моя специфика!

Брунсвик подписал протокол и протянул его Гари Гарнеру.

— Подпишите полным именем и можете уходить!

— Свободен?! — Гари не верил своим ушам. Джо сунул руки в карманы, пожав плечами.

— Похоже на то. Но, Гари, справишься ли ты со своей свободой?..

Глава пятая

Комиссар Икс попытался связаться с Миллером. Он позвонил в ФБР, но у Миллера никогда не было твердого распорядка дня, он, как и Джо, жил, сообразуясь с требованиями своей беспокойной профессии.

В ФБР шефа не нашли. Джо позвонил на одну, на вторую, потом на третью квартиру, но… безуспешно. Затем опять в служебный кабинет. Наконец, он решил разыскать его по секретному номеру — как договорились, — которым можно было пользоваться только в случае крайней необходимости.

Но и там никто не отозвался.

И тут Джо взорвался: вызвал кельнера и заказал: «Бочку виски и кувшин содовой! И кучу сэндвичей!»

— Может быть, и ростбиф? — осведомился кельнер.

— Неси все, что можно съесть и выпить, — проворчал Джо.

Сбросив пиджак и развязав галстук, он развалился в кресле и прикрыл глаза. Вскоре кельнер вкатил тележку с выпивкой и закусками. Джо жил в отеле, который славился хорошим обслуживанием. Еды на тележке было столько, что она утолила бы голод целой роты таких, как Джо, а вот о воде кельнер не позаботился.

— Сейчас мы это исправим, — виновато произнес он и быстро вышел.

Джо набросился на еду. В это время кто-то постучал в дверь, но, занятый обильной трапезой, он не расслышал стука. Дверь за спиной Джо беззвучно открылась и закрылась. И тут Уолкер услышал хорошо знакомый голос:

— Ты хотел меня видеть?

Джо повернулся: улыбающийся Миллер стоял на пороге с бутылкой минеральной воды в руках.

— Удивляешься?

— Я уже ничему не удивляюсь, — признался Джо.

— Таких уникумов, как мы с тобой, вряд ли что может удивить, даже если Земля начнет крутиться в обратную сторону, — пошутил Миллер.

— Это заведение тоже в твоих руках? — уточнил Джо.

— Не совсем, — хитро прищурился начальник ФБР, — но кельнер — наш человек.

Миллер уселся в кресло и придвинул к себе фужер.

— Звонил в Управление?

— Но управленцы не знали, где ты находишься.

Миллер засмеялся:

— Но я знаю, где находится Управление. За здоровье Рони Рэсса!

— За твое здоровье, — предложил Джо. — Рони от нас еще дальше, чем был до сих пор.

— А я надеялся, что ты начнешь разговор с него.

— Нынче важнее поупражняться в искусстве делать быстрые и точные умозаключения. — Джо неодобрительно отозвался о виски, отставил рюмку и кратко пересказал события, участником которых он оказался. Начальнику ФБР не надо было разжевывать очевидные истины.

— Кто убийца? — спросил он. — Человек в черном «бьюике»?

— Его инициал начинается с буквы «С», но пока не уточнено, относится это к имени или фамилии.

Потом Джо попытался нарисовать портрет убийцы. Портрет получился нечетким.

— И этого типа нам надо заполучить в свои руки? — поморщился Миллер, недовольно покачивая головой.

— Я вам помогу, но мне нужна самая полная картотека преступников мира. Где она может находиться?

— В ФБР, — неохотно отозвался Миллер. Он понимал, куда клонит Джо.

— У нас есть шанс выудить этого фрукта из тумана, но для этого мы должны знать чуточку побольше, чем знаем.

Джо тем временем продолжал уничтожать бутерброды.

— Глубокое умозаключение! — иронически усмехнулся он. — Моя покойная бабушка иногда выдавала такие же вот откровения. «Мучного червя, — говаривала она, — надо сначала увидеть, только потом его можно выбросить». Она брала сито и просеивала муку. Дай мне сито, Миллер, и я поступлю, как моя бабушка.

Миллер досадливо отмахнулся:

— Дай мне точку опоры и я переверну Землю.

— Архимед, — констатировал Джо, поднимаясь с кресла.

— Образованный, — сыронизировал Миллер.

— Будем надеяться, что моего образования хватит на то, чтобы распутать этот дьявольский клубок интриг и убийств. — Джо расхаживал по комнате, продолжая отчаянно бороться с горой сэндвичей. Вдруг он остановился: — Имеется еще один шанс поймать убийцу. Он не отлипнет от Гарнера, пока не уничтожит его. Надо высчитать — откуда он будет стрелять в Гари. Так как мистер «С» не сообщит нам об этом, придется и денно и нощно следить за Гарнером, прикрывать его.

— Это же прямая дорога на кладбище, — съязвил Миллер.

— По которой мне и придется топать, раз у ФБР нет другого способа изловить мистера «С». Миллер, ведь вы ни «ты» со всеми выдающимися уголовниками, неужели не можете навести справки через них?

— Бели бы я мог воспользоваться этим каналом, мне не понадобился бы Рони Рэсс и я не нарушил бы твой покой в Нью-Йорке!

Джо остановился и перестал жевать.

— Боюсь, что со мной ты промахнулся. У меня такое чувство, что я никакой не номер один в Чикаго, а начинающий детектив, никому не известный Икс.

— Правильно. И, главное, самокритично. И дальше действуй в том же духе, глядишь, полегчает, — согласился Миллер, поглядывая на часы.

— Как действовать? — взъерошился Джо.

— Так, как считаешь нужным. Если мы поймаем убийцу, которого наняла Сара, чтобы укокошить своего мужа, мы разрешим и дело Рэсса. Я в этом убежден.

— Ты гений, старина.

— Согласен, — вздохнул Миллер, — но и гении не могут опаздывать на деловые свидания. Извини, мне нужно спешить.

Оставшись один и еще раз проанализировав весь разговор с шефом ФБР, Джо пришел к мысли, что Миллер знает куда больше, чем делает вид. Почему он вдруг прервал разговор и так быстро ушел? Может быть, он решил скрыть от него опасность, которая теперь поджидает Джо на каждом шагу?!

Джо откатил к двери столик с едой, у него вдруг пропал аппетит. Не раздеваясь, он прилег на кровать и попытался уснуть.

Внизу, в баре, пела скрипка.

Солнце уже стояло высоко, когда Джо сел в машину и направился в Даунерс Гроув. В настоящее время лишь там он мог продвинуться в своем расследовании хоть на миллиметр. Его мучил один вопрос, на который он должен был получить немедленный ответ у Гари: «Почему Сара хотела его прикончить?»

Улицы были забиты машинами, и Джо пришлось продвигаться в час по чайной ложке. Но за Бервином, где движение было односторонним, он прибавил газу и вскоре оставил за собой Керма-стрит. Кончились высотные дома, машина миновала центр… В тоннеле Хагвей, перед поворотом на юг, замигал световой сигнал на его радиотелефоне.

«Кто бы это мог быть? — подумал Джо. — Телефон его известен только Миллеру и Брунсвику. — Кто же?»

— Соединяю, — сказала девушка на станции. — Вас вызывают из Скоки.

Скоки — один из районов в центральной части города. Джо ехал, держа трубку у уха.

— Привет, начальник, — услышал он. — Это из ФБР!

Говорил не Миллер — кто-то другой.

— В чем дело? — спросил Джо.

— Это ФБР, ты что, не понимаешь? — уже не так уверенно повторил его собеседник.

— Дальше что?

— Ты же знаешь, по какому поводу мы тебя вызываем.

Это показалось Джо подозрительным.

— Не имею ни малейшего представления, — заявил он.

Тогда его собеседник переменил тактику.

— Паршивая гнида, ты, конечно, связан с ФБР!

— Тогда вам известно больше, чем мне. С какого потолка вы взяли эти сведения? И кто ты вообще?

На другом конце провода рассмеялись.

— Это тебя интересует, не правда ли? Узнаешь в свое время, скоро узнаешь!

Джо хотел положить трубку, но не положил: «Кто же это его прощупывает?»

— Поберегись на поворотах, приятель, — сказал Джо. — Я что — встал тебе поперек дороги?

— Подумай! Подумай, голова два уха, и отваливай, пока не поздно! Если наши дороги пересекутся еще хоть раз, пеняй на себя: те, кто купил тебя, понесут большие убытки, я сделаю из тебя покойничка!

— Не могу что-то разобраться. Прошу растолковать на пальцах, в чем дело?

— Приятель, ты не настолько глуп, каким хочешь казаться, — продолжал незнакомец уже не столь свирепо, — ты соображаешь — будь здоров! Но я тебе разъясню, чтобы ты не считал все это шуткой. Дело с Сарой и Гари Гарнерами — моя работа. Да и тебе вчера на лестнице я дал возможность понюхать, что стоит мой удар. При этом возьми поправку на то, что двинул я тебя левой, а правая рука у меня вдвое сильнее. Стреляю я тоже прилично: из ста возможных все сто кладу в цель.

Предположения Джо подтвердились.

— Слушай ты, заглавная буква «С», не дери глотку, не трепись попусту! Даю слово, маску с тебя мы сдернем!

— Запомни, Джо, мой новый удар будет таким, что ты от него скопытишься.

— Не пудри мозги, — ответил Джо, — лучше забудь навсегда, что в этом городе есть двое людей по фамилии Гарнер.

— Не есть, а были. Гарнер откинет копыта так же, как и его Сара. А потом на очереди ты! Мне все равно, кто из вас первый попадет мне на мушку, того и хлопну. Уолкер, считаешь небось, что я тебе баки забиваю? Как бы не так! Усеки хотя бы то, что я тебя знаю, а ты меня нет. Ты охотишься за моей жизнью, а я ее очень ценю. Так что… Я действую быстро и мне помогает много глаз в этом городе.

Ты не забыл, как было вчера? Одним ударом за три минуты я сбил три фигуры. А этот разговор — так… разминка, я надеялся, что мы сможем договориться.

— Я не веду переговоров с привидениями, — ответил Джо, — но я благословляю нашу будущую встречу. Прощайте, сэр, до скорого свидания!

Джо повесил трубку и тут же крепко выругался.

Джо не сомневался, он разговаривал с наемным убийцей. Тот увидел номер его радиотелефона на табличке с приборами в тот момент, когда напал на Гари Гарнера, сидевшего в машине Джо.

Мгновение и — зафиксировал! Видно, у него зоркий глаз и крепкие нервы. «Противник опасный, — отметил про себя Джо, — с ним надо быть начеку!»

Джо закурил. Тихое солнечное — утро уже не радовало его, не казалось таким упоительным. Через двадцать минут он притормозил машину возле деревянного дома Гарнеров.

«Крайслер» Гари стоял около гаража, хозяин мыл машину. Увидев Джо, он прервал работу, выпрямился.

— Ты жив еще?! — поприветствовал Уолкер.

— Тебе за это спасибо, — ответил Гари. — Что тебе предложить в благодарность за то, что ты сделал для меня? Виски? Пива? А может, вымыть машину?

— Ответь на мои вопросы — и будем квиты, — полушутя сказал комиссар Икс.

Гарнер опять принялся за мытье, бубня себе под нос:

— Все время только вопросы и ответы! Купите патент на игру «Да» и «Нет».

Он присел на корточки и поливал из шланга крылья машины.

— Выкладывай свои вопросы!

— Когда похороны Сары?

— Послезавтра. Очевидно, у кладбищенской стены. Ведь Сара была неверующая. Но меня на похоронах не будет.

— Сара получит приличное место, не беспокойся.

— Это все, что ты хотел спросить?

— Как тебе сказать, — Джо смотрел на Гари сверху вниз. — Ты не замечал за собой никакой слежки?

— Нет. Этот человек провалился как сквозь землю… Может, насовсем?

— Может быть. И тем не менее, будь осторожен.

Гарнер вздрогнул.

— Да ты не паникуй. Лейтенант позаботился о твоей безопасности, а он в своем деле знает толк.

— По мне, пусть его люди хоть на хвосте у меня висят, лишь бы остаться в живых. — Гарнер посмотрел на Джо. — Как считаешь, выплатят мне страховку, если полис похищен, а?

— Могу засвидетельствовать, что полис был, — твердо сказал комиссар Икс. — Я помогу тебе. Как обходиться со страховыми компаниями, я знаю, можешь не паниковать.

— Спасибо, дружище, — Гарнер принялся драить бампер. — Теперь, Джо, можешь задать мне еще один вопрос.

— Хочу спросить тебя о мотивах поступка Сары, — осторожно начал Джо. — Была какая-то причина, которая толкнула ее к убийце?

Джо деликатно отвернулся, давая Гари время на то, чтобы справиться с волнением.

— Сара поступила так не из-за денег, она получила бы их в любом случае, не отправляя меня к праотцам. Все мной было продумано до мелочей. Я бы исчез, и ни одна собака не вышла бы на мой след, а Сара через три месяца отхватила кругленькую сумму. Так что тут ею двигало что-то другое. А вот что — я и сам не пойму.

Джо закурил. Он стоял, привалившись к машине, и выпускал дым колечками. Дым сразу же рассеивался — Мичиганское озеро славится тем, что ни одного часа не может прожить без ветра.

— Н-да, Сара, что же тебя толкнуло к наемному убийце? — Гарнер горестно вздохнул.

— Гари, ты ведь знаешь, чем можно смертельно оскорбить женщину. Признайся, Сара проведала о чем-нибудь таком?

— Что ты имеешь в виду? — Гарнер выжал губку прямо себе на ноги.

— Что? Хорошенькую подружку, ни больше ни меньше. Ты же режиссер и знаешь тысячи примеров из классических драм.

— Любовь, предательство, ненависть и смерть?! Нет, это не из нашего семейного арсенала!

«Он знает! Точно, он знает, но молчит, — сказал себе Джо. — Как же его расположить к откровенности?!»

— Я об этом думал всю ночь, ни на мгновенье не сомкнул глаз, — казалось, Гарнер действительно не знает причины необъяснимого вероломства жены.

Джо задумчиво поглядел на небо.

— Скверно, Гарнер, очень скверно. Я хотел тебе помочь, но ты упрям, как буйвол. Как ты собираешься попользоваться деньгами, когда за каждым углом тебя может подстеречь убийца? Ты в опасности, пока он жив или не пойман. Я не смогу выйти на него, не зная истинных причин вашей семейной драмы. Помозгуй об этом, Гарнер!

— Спасибо, что напомнил об убийце, Джо, но я и так о нем не забываю. Потому и улепетну отсюда. Буду мчаться быстрее ветра до тех пор, пока не затеряюсь среди далеких пространств.

— Исчезай, — пожал плечами Джо, — только не выражайся так высокопарно. Тошнит от твоей наигранности!

Джо засунул руки в карманы и неспешно побрел вокруг дома. Он слышал, как Гари насвистывал какой-то бравурный мотивчик, вытирая насухо машину. Джо невольно подумал о мышке, которая резвится в когтях у кошки, когда та играет с ней перед тем, как задушить.

Потом свист прекратился. Джо пересек сад и остановился возле кустарниковой изгороди. Он раздвинул ее в том месте, где кусты росли реже, перемахнул через канаву и оказался в поле. Никаких следов он там не обнаружил, но увидел на западе пролетавшие по шоссе машины. Он пересек шоссе и пошел вдоль него. Это было то место, где, по описанию Гари, тот прятался от убийцы. Все в желтой глине, той самой, что прилипла к башмакам Гари.

Джо попытался восстановить события прошлой ночи. Когда Гари вернулся домой, он не видел черного «бьюика», не слышал и шума подъезжающей машины. Как видно, убийца поставил ее на западной стороне и потом проник в сад со стороны шоссе. Судя по всему, после столкновения на лестнице он убежал тем же путем, потому Джо и не заметил его на Фриман Роуд.

Примерно в четверти мили Уолкер увидел небольшую насыпь, которая упиралась в шоссе. Тут вполне можно было укрыть машину. Джо решил хорошенько осмотреть эту насыпь. В ста ярдах от нее он увидел небольшое коричневое пятно в мокрой траве. Сначала ему показалось, что это клочок бумаги. Но когда он подошел ближе, то, к своей радости, обнаружил бумажник Гари. Бумажник был пуст, в нем лежал только страховой полис Сары.

«Типично для такого типа гангстеров, — подумал Джо. — Этим молодчикам всегда нужны деньги. Может пригодиться, конечно, и удостоверение. А полис — к чему он? Денег по нему не получишь. Вот и избавился от лишней улики!»

Джо сунул бумажник в карман. «То-то удивится Гари, — подумал он. — Теперь у него не будет трудностей при оформлении страховки».

Джо поднялся на насыпь, она была покрыта гравием, а на гравии, как известно, следов не остается. Насыпь была довольно широкой, на ней могли разминуться две машины, если ехать по самому краю. С одной стороны он обнаружил следы шин. Это могли быть следы «бьюика», а, может быть, и какой-то другой машины. На всякий случай Джо зарисовал и измерил их профиль.

Поискав еще, он вернулся на Фриман Роуд. Гари уже не было. На дверях гаража была прикреплена записка: «Больше ждать не могу. Привет. Гари».

«Трусишь, милый мой, — усмехнулся Джо, — хотя и стараешься этого не показывать!»

Убедившись, что дом заперт, комиссар сел в машину и отправился в город.

…До обеда Джо провел время вблизи гавани, в здании Центральной полиции, в лаборатории.

— Понимаю, что анализ дождевой воды сделать куда проще, чем исследовать кожу бумажника, но… тут, я подозреваю, остались следы убийцы. К сожалению, своими силами я этого установить не могу.

— Сначала пощупаем страховой полис, — возразил начальник лаборатории. — У меня такое впечатление, что это не липа, а настоящий документ. Видны водяные знаки и подписи не вызывают сомнения.

— Можно это установить и проще: сделать звонок в страховую компанию.

— Я уже просил об этом помощника, но… хочу проверить подлинность химическим анализом. В конце концов сумма не малая и риск надо свести до минимума.

— Не беспокойтесь, компания проверит не раз, а десять, — Джо знал, что говорит.

— К страховым компаниям я особой нежности не испытываю, по мне, так я бы пустил им кровь на полную железку, но порядок есть порядок! Кстати, на полисе тоже есть отпечатки пальцев.

Джо кивнул:

— Отпечаток женского пальца.

— След какого-то жира, сала или крема.

— На пальце Сары Гарнер, наверное, был жирный крем, когда она в последний раз брала бумагу в руки. Давность отпечатка, по-видимому, установить нельзя, я не ошибаюсь?

— Ошибаетесь. Давность жирного отпечатка с точностью устанавливается до года, а тут — всего одиннадцать месяцев.

— А что можно выжать из страховки?

— «Документ подлинный, — начальник лаборатории стал читать записи в своем блокноте. — Номер серии совпадает также как и другие данные. При выплате задержек не будет».

В комнату вошел лаборант. Двумя пинцетами он держал бумажник, пропитанный какой-то жидкостью, окрасившей кожу в темный цвет. На фоне его ясно виднелись отпечатки пальцев.

— Здесь, — лаборант показал на края бумажника, — старые отпечатки, по ним ничего нельзя определить. Зато тут, — он развернул бумажник, — несколько свеженьких, разной формы и размера.

Джо посмотрел в лупу и улыбнулся:

— Вот опечаток моего пальца, вчера бумажник побывал в моих руках, брал без перчаток, очень спешил. А вот этот нам может очень пригодиться — ведь бумажник потом побывал в руках убийцы.

Джо передал лупу лаборанту:

— Капилляры четкие?

— К сожалению, только в верхней части.

— Ничего, мы изобличали преступников, имея всего десять квадратных миллиметров дактилоскопии.

— Хорошо, сейчас обработаем отпечатки, — заверил начальник лаборатории, — потом сверим с картотекой…

Большего Джо не мог сегодня и ожидать. Шерстяные нитки, найденные в бумажнике, вряд ли что могли дать.

— Ну, успехов вам, — сказал Джо, покидая лабораторию, — если что — я у Брунсвика!

— Когда будем разрезать торт? — спросил лейтенант, который, против обыкновения, выглядел сегодня не слишком обиженным.

— Он пока еще не в духовке, — ответил Джо, — готовлю тесто, надо добавить и того, и другого, и третьего.

— И какие продукты ты используешь, чтобы пирог получился съедобным?

— Сахар, соль, жир, муку, инжир и орехи, — пробормотал Джо, не выходя из прострации.

— Брось дурачиться! — Брунсвик посмотрел на него с недоверием: «Не смеется ли надо мной Уолкер? — подумал он. — Да нет, не похоже. Впрочем, кто его знает?!»

— Такой уж у меня веселый характер, — Джо словно бы проникал в мысли лейтенанта, — когда тошно, лишь шутка спасает меня.

— Ладно, Джо, а теперь выкладывай все на полном серьезе!

— Как на духу, — подтвердил комиссар. — Чем мы на сегодня располагаем? Кусочком резины, металлом и буквой «С», отпечатками ботинок и маленькой формулой.

Прежде чем лейтенант, взбеленившись, полез на стену, Джо объяснил более подробно:

— Пока удалось установить следующее: имя убийцы начинается с буквы «С», он ездит на черном «бьюике», год выпуска не установлен. Теперь, когда я натолкнулся на след шины, могу утверждать, что модель запущена в серийное производство в 1961 году. Мною точно установлено, что преступник носит итальянские туфли, размер 42,5. И формулу отпечатков его пальцев мы через некоторое время тоже получим.

Настроение лейтенанта явно поднялось, хотя бы уже потому, что, как надеялся Брунсвик, он лучше любого другого детектива распутает это дело. Но открыто он этого не признал бы никогда.

А Джо между тем продолжал:

— А торт мы разрежем в день моего рождения.

— А когда тебя нужно поздравлять?

— Летом.

Брунсвик выплюнул сигарету на пол и раздавил ее:

— Для цельной картины мозаики у нас пока маловато. Вообще, мне твой замысел кажется сомнительным. Ведь ты приехал сюда не на охоту за убийцей Гари Гарнера, а для того, чтобы найти Рони Рэсса. И что же получается? Не тянешь ли ты пустышку?

— Между этими делами прямая взаимосвязь!

— Это только твои личные догадки, Джо.

— Пари на бутылку «Белой лошади», — предложил комиссар Икс.

В эту минуту вошел курьер, держа в руке голубую папку. Лейтенант расписался, раскрыл ее и углубился в чтение, время от времени роняя многозначительное «ага».

Однако он не сказал Джо ни слова, о чем идет речь, так что тому пришлось, напрягая зрение, читать текст вверх ногами. Когда лейтенант соизволил проинформировать комиссара, тот уже все знал.

— Они не могут нам дать заключение на основании отпечатков пальцев?

— Откуда тебе это известно?

— По выражению твоего лица.

Хотя лейтенант в этом усомнился, но подтвердил, что в центральной картотеке данного отпечатка не значится.

— У них есть отпечатки, верхняя часть которых соответствует отпечаткам на бумажнике, но, во-первых, они не совсем уверены, а, во-вторых, это мертвые отпечатки, как мы их называем.

— Мы их тоже так называем, — согласился Джо. — Это отпечатки пальцев, найденных на месте преступления, но сам преступник найден не был.

— Выходит, наш подшефный не новичок в своем деле, а крупный специалист. Так где же он впервые оставил свою визитную карточку, в Иллинойсе?

Брунсвик еще раз заглянул в бумаги.

— В Калифорнии, а не в Иллинойсе, в обменной картотеке Фриско. И в Чикаго его не сыскать! — Брунсвик резко поднялся с кресла. — Остается надеяться на одно: он обнаружит себя снова. Придется обшаривать каждый черный «бьюик». Правда, на это может уйти десяток лет.

— Да, но, я думаю, у тебя есть и другие дела. У твоих людей тоже. И кроме того, согласись, у тебя нет десяти лет в запасе. И у меня их тоже нет. Не говоря уже о том, что этот молодчик может сменить свой персональный транспорт. Впрочем, для него это элементарно, он, судя по всему, способен и не на такие игры.

Брунсвик засунул руки за ремень и уставился на Джо:

— Что будем делать, господин учитель музыки?

— Играть на флейте, — усмехнулся Джо.

— А если конкретнее?

— Что касается меня, — Джо стал серьезным, — то я намереваюсь осмотреть «шевроле» Рони Рэсса. Кстати, где стоит его телега?

— В гараже, под прокурорским замком.

— Нашли в машине отпечатки пальцев?

— Только хозяина машины, Рэсса. Но… попытай счастья, глядишь, да и выудишь что-то еще. В помощь получишь пару ассистентов. — Лейтенант нажал на кнопку.

«Он излишне подозрителен, — подумал Джо. — В нашем деле это особенно нежелательно. Недоверие — величайший тормоз в сыске».

Глава шестая

Убийца в отличном настроении въезжал в город с западной стороны. Двойное виски еще больше добавило уверенности. Он был доволен собой: хитроумный план, составленный им и продуманный в мельчайших подробностях, выполнялся тютелька в тютельку. Надо и в дальнейшем строго придерживаться этого плана, и удача у него в кармане! Он получит все, что должен получить. Его противники у него в кулаке, он сделает с ними все, что захочет.

Каждая составляющая этого плана — вроде кирпичика для постройки единого здания. А он сам — конструктор и архитектор, тонко знающий свое дело. До сих пор он радовался тому, что так ловко устранил неувязку — когда Гари Гарнер ускользнул от него.

Убийца остановил машину на городской окраине, выше озера Тейлор, и нырнул в телефонную будку. Нет, он не намеревался снова связываться с комиссаром Иксом, но задался целью определить место, где сейчас находится Джо. Он позвонил в отель, возле которого видел ночью «мерседес» комиссара, и представился телефонистке на коммутаторе под именем Гари Гарнера.

— Говорит Гари Гарнер, — сказал он, — не будете ли вы любезны ответить, проживает ли у вас мистер Уолкер из Нью-Йорка?

— Да, он живет здесь.

— Пожалуйста, соедините меня с ним.

Девушка назвала номер Джо, убийца терпеливо ждал.

— К сожалению, мистер Уолкер не отвечает, — извиняющимся тоном сказала телефонистка. — Передать что-нибудь?

— Спасибо. Я сам зайду попозже. Кстати, в каком номере он живет, я что-то запамятовал.

— В сто семнадцатом…

Убийца лениво повесил трубку, обошел вокруг «бьюика», ощупал его со всех сторон придирчивым взглядом и успокоенно сказал: «Чисто, никаких следов глины».

Он неспешно сел в машину и покатил к Лонг Гроув. Затормозил у магазина «Все для туризма». Еще издали он засек сияющую белым и красным светом вывеску. Припарковав «бьюик» в удобном месте, он вылез из машины и зашагал по дорожке, усыпанной мелким гравием, к магазину.

У встретившегося рабочего он спросил, где продаются походные палатки.

— На втором этаже, в конце зала, — объяснил тот.

Убийца встал на эскалатор, поднялся на нужный этаж и завернул налево. Миновав отдел, где были выставлены палатки, направился к окну, заставленному портативными кухнями, посудой, плитками. Темных очков не снял.

— Плитку, пожалуйста, — обратился он к продавщице.

— Газовую или на бензине?

Хотя он точно знал, что ему нужно, но разыграл из себя человека неопытного.

— А какая удобнее?

— Конечно, газовая. С бензином наверняка у вас будут трудности, а использованные газовые баллончики везде можно обменять на новые. Они очень просты в обращении: привинтил, открыл кран и зажигай!

— А если ветер? — поосторожничал убийца.

— Смотря какой, — возразила девушка. — Да и кто ставит палатку, когда надвигается буря?

— Может быть, мне захочется остановиться в дождь.

— Плита «Эверот» не боится дождя!

Она видела, что покупатель все еще колеблется.

— А это, наверное, опасно, — продолжал выламываться убийца, — моя жена, знаете ли, невероятная трусиха, она опасается отравления.

— Помилуйте, газ в баллончиках не ядовитый. Именно это убийца и хотел услышать.

— Итак, вы даете гарантию, что в один прекрасный день все, кто ехал со мной в машине, не окажутся мертвецами?

— Что вы, сэр! — рассмеялась девушка, — такого никогда не произойдет!

Убийца поднялся на третий этаж. Там он долго толкался возле полок, на которых были выставлены всевозможные средства для уничтожения насекомых. Он искал самую большую упаковку с сильнодействующим веществом.

— Видите ли, — пояснил он пожилой продавщице, — я собираюсь во Флориду, в болотистую местность. Москитной сетки там недостаточно, нужно полное снаряжение, как для джунглей. Там полно насекомых: скорпионов, комаров. Что вы мне посоветуете?

— Хотя бы вот это. — Продавщица протянула большую бутылку с распылителем. — Здесь литр жидкости на бензольной основе.

Убийца внимательно изучил этикетку.

— Но это не совсем то: жидкость эффективна лишь тогда, когда попадает на насекомое. Мне надо более действенное средство.

— «Эрдеф»— самое сильное средство из всех имеющихся, изготовлено на эфирной основе, — женщина протянула новую бутылку. — Им можно защититься даже от стада буйволов. Они моментально заснут. Крокодил и тот станет на колени.

— А люди?

На лице продавщицы появилось неодобрение:

— Разумеется, люди тоже, сэр.

— Это, пожалуй, не понравится моей жене.

Продавщица выразила сожаление.

— Придется выбирать, сэр, между мухами в супе и желанием вашей супруги.

Покупатель помедлил еще немного, а потом сдался:

— Ладно, беру!

Продавщица запаковала бутылку, на этикетке которой над стаей мух была изображена мертвая голова с перекрещивающимися внизу костями. Покупатель заплатил четыре доллара девяносто центов и забрал бутылку с собой. Выйдя из магазина, он осмотрелся — полицейских поблизости не было. Потом сел в свой «бьюик» и покатил прочь. Оставив за спиной четыре мили, он свернул в боковую улицу и остановился возле ресторанчика в парке.

Тут его знали, встретили улыбками и поклонами: он всегда был щедр на чаевые. Он прошел на свое излюбленное место, наверху, куда редко заходили посетители. Выходя из машины, убийца завернул бутылку с ядом в пальто, а пальто сунул под мышку.

Сев в ресторанчике пару сосисок и выпив кружку пива, он на такси отправился в гавань.

Комиссар Икс вместе с сержантом из отдела Брунсвика прошел в закрытую часть двора, где находился гараж.

— Вот она, — сержант кивнул головой в сторону машины Рэсса и протянул Джо связку ключей.

— А вы с чистой совестью можете пойти и выпить пива, сержант!

— Я тоже так считаю, — ответил полицейский, — но босс думает иначе.

— Тогда оставайтесь здесь, — пожал плечами Джо.

Он не хотел, чтобы ему мешали при осмотре машины. Тщательно облазив багажник и заглянув под капот, Джо с лупой в руках сантиметр за сантиметром начал обследовать колонку и приборный щиток, рылся в ящиках и поднимал подушки на сиденьях.

Сержант стоял, облокотившись о дверцу, и некоторое время молча наблюдал за действиями Джо. Потом ему это надоело, он широко зевнул и, прищурившись, посмотрел на небо.

— Все уже давно осмотрено и записано, сэр.

— Я знаю.

— Пусто, как в бутылке, которую клоун держит на носу, сэр.

— Возможно. Но вы не имеете понятия, сколько можно надоить капель из будто бы пустой бутылки, сержант.

— Имею, сэр: ни одной.

— Сверните промокашку, суньте ее в горлышко пустой бутылки и увидите, что наберется еще капель пятьдесят.

— Попробую в следующий раз, сэр. Однако, для вашего сведения, фокус с промокашкой мы уже испробовали на этой машине, выражаясь фигурально, сэр.

Джо кивнул, вылез из «шевроле» и, когда сержант уже думал, что комиссар закончил осмотр, тот опять влез в машину и начал обнюхивать рамы на окнах и сиденья. Джо подумал, что на Рони Рэсса кто-то напал в машине и, следовательно, должны были остаться следы борьбы.

Сержант скептически ухмыльнулся, сунул в рот сигарету и удалился.

Джо продолжал искать. Через несколько минут сержант снова вернулся и постучал по крыше автомобиля:

— Сэр, кто-то хочет вас видеть.

— Кто?

— Какой-то странный посетитель. По-моему, он не совсем в себе.

Джо засунул ковер под переднее сиденье, встал с колен и выглянул наружу.

Он увидел «крайслер» старого образца, а рядом с ним человека. Это был Гари Гарнер.

— Гари, ты?!

Гари выглядел измотанным. Он медленно подошел к машине.

— Эй, сюда нельзя! — рявкнул на него сержант.

— Не паникуй, сержант, — вмешался Джо. — Пригляди-ка лучше за машиной, чтобы никто не увел.

Затем обратился к Гарнеру:

— Что случилось, Гамлет?

— Удивлен, Джо? Да, играл я когда-то и Гамлета, пока не выбился в режиссеры. А сейчас с Шекспиром у меня порваны все контакты!

— Так в чем же дело?

— Думал, что покидаю эту страну навсегда, а вот опять пришлось встретиться, и так скоро.

— Ну!

— Завтра похороны Сары. А у нее кроме меня — никого. Сводный брат в Мексике почти год тому назад умер…

Джо удивленно уставился на Гари.

— Ты приехал сюда только для того, чтобы сообщить мне об этом? Тебе, наверное, непросто было отыскать меня?

— Не совсем, Джо. Футболиста всегда найдешь рядом с мячом, повара — у плиты, зубного врача — у бормашины. Вот что я хотел сказать…

Гарнер молча открыл крышку багажника своего «крайслера». Затем, не говоря ни слова, вытащил лежавшее там запасное колесо. Резина была довольно потертая, особенно с правой стороны.

— У тебя сход колес, — определил Джо.

Гарнер нажал большим пальцем на покрышку: воздух был спущен. Потом он показал на белый бок колеса.

Джо увидел дырочку и пощупал противоположную сторону. Там тоже было небольшое отверстие.

— На гвоздь не похоже!

Гарнер покачал головой.

— Пуля? Выстрел? — предположил Джо.

— Угу, — подтвердил Гарнер.

— Как все это произошло?

— По дороге в Южную Кеношу, недалеко от берега, мили через две после развилки, я увидел в зеркале, что меня кто-то нагоняет, потом собирается перегнать. И вдруг выстрел. Моя машина закачалась. Еще немножко и она скатилась бы в воду. Я успел затормозить, развернулся и миль пять проехал на пробитой покрышке, думал, что сломаю ось. Тот преследовал меня. К счастью, мой старый «крайслер» не выдал. Если бы не полицейский патруль, все закончилось трагично. Я остановил полицейских, и он отстал. Они помогли мне сменить колесо. А преследователь тем временем скрылся.

Джо слушал внимательно и строго, нахмурив брови и стиснув зубы.

— Тот человек ехал на черном «бьюике»? — спросил он.

— Да, модель 1961 года. Внутри сидел тип, фигура похожа на твою. Шляпа с широкими полями была надвинута чуть ли не на нос.

— Тип с моей фигурой?! — сердито переспросил Джо.

— Извини, я не хотел тебя обидеть!

— Чушь собачья! Я и не собирался обижаться. Номер машины заметил?

— В спешке я об этом не подумал. Разволновался…

— Ничего, Гари, не горюй, — Джо обнял его за плечи. — Радуйся, что опять оставил убийцу с носом.

— Другого не остается.

— Больше он за тобой не погонится.

— Будем надеяться, — вздохнул Гарнер, — мне так не хочется возвращаться домой. Нигде не чувствуешь себя в безопасности.

— Надо что-нибудь придумать, Гари, чтобы с ним расквитаться!

Джо открыл багажник и тут же закрыл опять.

— В чем дело, Гари? Почему у тебя в багажнике потоп?

— Это часто случается. Попал под дождь. И не так долго лило, а все промокло. Резиновая прокладка старая и пропускает воду, как решето. Я уж думал, не пробить ли дырку в полу, чтобы вытекало.

— Где шел дождь? — удивился Джо. — Небо ясное.

— На обратной дороге, возле Водсворта, — сказал Гари. — Но сюда он не дошел, пролился над озером.

— Ну, что ж, — Джо бросил запаску в багажник и захлопнул крышку. — Теперь задача: не промокнуть под дождем на пути в Чикаго. Нам надо придумать какой-то хитрый ход.

— Теперь я буду делать все, — согласился Гарнер, — все, что ты мне посоветуешь, только это не должно дорого стоить, деньжонок у меня маловато. Мой кошелек тяжело болен двусторонним воспалением легких!

— Расходы, Гари, я пока беру на себя, — придет время, сочтемся. А теперь я выведу тебя из-под огня.

— Куда?

— Во второй эшелон.

— С радостью подчиняюсь приказу, майор. Если задуманное удастся, я буду называть тебя фельдмаршалом.

Джо посадил своего подопечного в машину и попросил сержанта присмотреть за «крайслером».

Машиной Рони Рэсса Джо решил заняться позднее.

Гостиница, в которой Гари получил номер, размещалась в узком доме в старой части города. Задняя сторона дома выходила на набережную канала. Запахи, витавшие здесь, назвать благовонными было никак нельзя. Гарнер получил номер с ванной.

Комиссар Икс осмотрел и выстукал стены, проверил замки и окна. Задняя сторона дома была гладкой — пожарной лестницы не поставили, скорее всего, из-за близости воды. Джо внимательно осмотрел эту стену: вверх взобраться нельзя. Гарнеру сказал:

— Здесь ты будешь в относительной безопасности. Не думаю, что он разнюхает, куда я тебя увез, но если даже и узнает, все равно проникнуть к тебе не сможет, разве что по веревочной лестнице с крыши. На всякий случай держи окна закрытыми и, прежде чем включить свет, задергивай шторы.

Джо еще раз заглянул в ванную. Там не было окна, только маленькая вентиляционная форточка, и та забрана частой решеткой. В двери английский замок и задвижка.

— Изнутри закрываешься на задвижку, а ключ оставляешь в замке, бородкой кверху? Запомнил? — Джо требовательно поглядел на Гари.

— Усек, дружище! А дышать разрешается?

— Дышать обязательно, но… не у окна…

Потом Джо обследовал телефонный провод. Фарфоровая розетка обозначала место, где он исчезал в стене, в коридоре проводка была скрытая. Найти и перерезать его практически было невозможно.

Джо снабдил Гари еще несколькими дельными советами и заказал для него обед в номер.

— Я буду звонить тебе каждые два часа, а ночью приеду проведать. Откроешь дверь только на условный стук. — Джо постучал один раз согнутым пальцем, потом после паузы поскреб ногтями и опять постучал пальцем. — Запомнил?

— У меня хорошее чувство ритма, — заверил Гари. Джо остался доволен таким ответом.

В Главном управлении полиции Джо снова принялся за «шевроле» Рэсса. На этот раз он мог работать без наблюдателя. Сержант Брунсвика передал ключи привратнику, ему, видно, надоело ждать комиссара.

Джо искал очень старательно, но никаких следов не обнаружил; до него полицейские облазали все уголки машины. Под конец Джо стал нажимать на приборном щитке все кнопки подряд без всякого плана, чисто механически. Сначала заработало отопление, потом зажегся задний свет. Когда он нажал третью кнопку, на переднее стекло брызнула вода и несколько раз вправо и влево передвинулись дворники. Четвертая кнопка откинула сиденье, а когда Джо нажал пятую, сначала ничего не произошло, но потом включилось радио и на крыле выросла антенна.

«Красиво сделано!»— подумал Джо. Но технические совершенства ни на шаг не приблизили его к решению проблемы. И вдруг глаза Джо сузились — на антенне висело красное бумажное кольцо, шириной в два пальца. Не притрагиваясь к нему, Джо прочел: «Стоянка „Морибан“. Ночной клуб, который доставит вам много удовольствия».

— Они все так заявляют, а потом подсовывают двух перезрелых блондинок, — пробормотал Джо.

И тем не менее кольцо его насторожило. Он попробовал убрать антенну, для чего снова пришлось поиграть с кнопками. Наконец, он напал на нужную.

«Сколько времени это кольцо висело на антенне? Был ли Рони Рэсс в „Морибане“ в тот самый вечер, когда исчез?»

Чем сильнее Джо ломал голову над вопросами, которых становилось все больше, тем тверже укреплялся в предположении, что — был. Рони Рэсс держал для обслуживания своих предприятий целый парк машин. Естественно, был у него и автомеханик, который в первую очередь обязан заботиться о машине шефа. «Шевроле» Рэсса наверняка ежедневно чистили, мыли и проверяли исправность мотора. Почему же квитанция от «Морибана» не была сорвана? Только потому, что машины больше не касалась рука механика.

Джо запер автомобиль и с чистой совестью доложил Брунсвику о том, что ничего из нее не выудил. И будто между прочим спросил лейтенанта:

— Про клуб «Морибан» ты что-нибудь слышал?

Тот почесал за ухом:

— Слышать слышал, но… в этот клуб приличный человек не заходит, знакомится с ним только снаружи.

— Кого имеешь в виду под «приличным человеком»? Уж не полицейских ли?

— Именно.

— А чем занимаются в «Морибане»? Там держат девочек?

— Красоток, которые танцуют в чем мама родила.

— Как Ева перед грехопадением?! Бесстыдство! Невозможно себе такое представить! — Джо произнес эту тираду с пасторским пафосом. — Мы непременно должны там побывать!

Лейтенант чувствовал, что его дурачат, но не знал, как на это реагировать.

— Я тебе не советую совать нос в этот вертеп. Клуб находится на границе с негритянским кварталом. Хлопнешь рюмку и наживешь себе такое, от чего не избавишься всю остальную жизнь.

— Судишь по своему опыту, лейтенант, а?

— Я женат! — возмутился Брунсвик.

— Потому я тебя — и спрашиваю. Если соскучишься, найдешь меня в «Морибане» после девяти.

— А лучше не придумал? И без того сидим в луже с розыском Рэсса.

Джо пожал плечами.

— Профессиональный интерес, сэр, — Джо пододвинул к себе телефон, набрал номер, а когда ему ответили, назвал еще один.

— Привет, Гари, — сказал он, — как обед?

— Спасибо, все съедобно, во всяком случае, не отравили. Сейчас закажу себе бутылочку минеральной воды.

— Осторожнее с кельнером!

— Ладно. Потом завалюсь спать.

— Порядок. В десять опять позвоню. Кстати, Гари, если на тебя нападут, ты сможешь защищаться?

Гари выругался:

— В театральном училище мы занимались джиу-джитсу и фехтованием. Джиу-джитсу я так и не овладел, а рапиры под рукой нет. Зато под подушкой у меня старый пистолет.

— Это лучше, чем ножка от стула, — сказал Джо и повесил трубку.

В комнату вошел сержант, в руках он держал что-то вроде спасательного круга. Джо сразу узнал покрышку из багажника «крайслера» Гари Гарнера.

— Я был в лаборатории. — Сержант показал на отверстие в покрышке. — Стреляли с расстояния пяти метров из оружия 45 — го калибра, пуля со стальной манжетой.

— Значит, пистолетная.

— Думаю, из кольта-автомата. Иначе шину не пробьешь с двух сторон. На раме машины я повреждений не обнаружил.

— Спасибо, сержант, — сказал Брунсвик.

— Таким образом, — заметил Джо, — мистер «С» стреляет из кольта самого крупного калибра, какой существует в продаже.

— Но это пока из разряда предположений, все подлежит тщательной проверке.

— Ты прав, лейтенант, как всегда, — вздохнул Джо. — После девяти я в «Морибане». Если не услышишь обо мне до одиннадцати, считай, что они со мной расправились. Тогда у тебя будет повод посмотреть на заведение изнутри.

— Только ради тебя, — заверил лейтенант. — Только потому, что мы коллеги.

Джо знал, что Брунсвик не из тех, кто может нежно любить кого-то.

Девушки, выпорхнувшие на сцену в «Морибане», предстали во всем блеске: все напудрены с ног до головы, все кроме одной — карибской красавицы, кофейная кожа которой, казалось, насквозь пропиталась ароматными маслами. Не успел Джо рассмотреть красавицу, как перед ним вырос дюжий детина с перебитой переносицей: администратор, смахивающий на вышибалу. По его виду вряд ли можно было догадаться, что эту травму он получил в исповедальне, поскользнувшись на вощеном полу.

— Вы хотели потолковать со мной? Не то виски подали?

— Так это было виски? — засмеялся Джо.

Теперь ухмыльнулся и вышибала, усмехнулся недобро, с откровенной злобой в глазах.

— Речь не о виски, а о белых порошках, тех, что продают кое-кому в задней комнате ресторана.

— На каком основании мистер это утверждает? — огрызнулся администратор.

— Своими глазами видел, — сказал Джо. — Научите персонал работать более тонко. Впрочем, наркотиками занимается не мой отдел…

— Пусть только полиция сунет сюда нос! Пусть только попробует!

— Не советую связываться с полицией.

— Да что вы, собственно говоря, хотите? — «боксер» решил прекратить препирательства. — У меня нет времени на бессмысленную болтовню.

— Я пришел к вам по другому поводу. Дело довольно щекотливое, но вы к нему не имеете никакого отношения. — Джо был уверен, что служащие из бара всегда имеют отношение к какому-нибудь противозаконию. Но решил вести себя вежливо. — Присаживайтесь, пожалуйста. Совсем необязательно обращать на себя внимание, когда разговариваешь на деликатную тему.

Детина с фигурой и повадками вышибалы сел. Стул под ним заскрипел. Джо достал бумажник, и первое, что увидел вышибала, была пачка пятидолларовых бумажек. Это настроило его на более миролюбивый лад, хотя деньги и предназначались в уплату за выпивку.

Из другого отделения Джо достал фотографию. На ней был запечатлен человек с малопримечательной внешностью: у него был широкий нос и детский рот, с которыми дисгармонировали мешки под глазами. Модная прическа. Темные волосы.

— Знаете его?

Вышибала мельком взглянул на фотографию:

— Нет.

— Не освежите ли память, если я дам гарантии, что у вас не будет неприятностей? Особенно в том случае, если вы его опознаете?

Администратор побагровел:

— Что это значит?

— Этот человек был здесь в среду на прошлой неделе. Спросите свой персонал. Это очень важно!

Вышибала еще раз поглядел на фотографию Рони, лежащую на столе.

— Его здесь никто не видел.

Джо намеревался уже было прекратить разговор, но в это время заиграл оркестр, и стройная темнокожая девушка, почти голая, взяла микрофон. Она держала его, как цветок, и томным голосом запела песенку, пританцовывая в такт.

— Материя нынче дорого стоит, — сказал Джо, состроив комическую гримасу. — А вы как считаете? — обратился он к администратору.

Детина хихикнул:

— Это наш коронный номер!

— Согласен! — Джо поспешил воспользоваться минутным взаимопониманием. — Кстати, мы не подумали о девушках. Они могли видеть этого человека!

— Это не моего ума дело. Частная жизнь наших герлс меня не интересует. Они работают до двух ночи, каждую вторую субботу и воскресенье свободны. От их личных заработков я не имею ни цента. Предприятие у нас солидное.

— Кроме виски, которое вы гоните из табуретки. Администратор передернул плечами:

— Каждый блюдет свой интерес: чем меньше градусов в виски, тем больше его выпьют, а значит — в кассе осядет больше долларов! А вы где стрижете купоны, сэр?

— Тоже блюду свой интерес.

— Так насчет девушек, сэр. Я не возражаю, если вы с ними переговорите, только не здесь, конечно.

Джо взглянул на часы: без нескольких минут десять, пора звонить Гарнеру. «Двенадцать девушек, чтобы потолковать с каждой, потребуется уйма времени, за этот срок дело Рэсса покроется не только паутиной, но и тиной».

Телефон был в гардеробе. Гари на вызов не ответил. Когда через несколько минут он опять не снял трубку, Джо решил, что сейчас ему важнее всего услышать голос Гари, и поспешил в гостиницу.

Гари неукоснительно выполнил все указания Джо: комната была заперта, ключ торчал бородкой вверх. В щель просачивался сладковатый запах. Джо попросил второй ключ, но открыть дверь не смог: не пускал ключ, торчавший в замке изнутри.

— Нужен карандаш с резинкой на конце, — обратился Джо к хозяину отеля.

— Попробуем найти, — ответил тот.

Пока искали карандаш с резинкой, Джо, обеспокоенный тем, что запах из номера Гари усилился, попробовал вышибить дверь плечом, но безуспешно. Вторая попытка оказалась удачной. Окна в номере были закрыты, шторы задернуты. Гари не было.

— Вызывайте полицию, — Джо обернулся к хозяину отеля и продиктовал номер телефона.

Секунды, которые он стоял у закрытой двери, показались ему вечностью. Он вернулся к столу, смочил платок водой и, прижав его плотно к лицу, рывком распахнул дверь в ванную. Гари лежал на полу на животе, корчась в судорогах. Он был без сознания. Подхватив его одной рукой под мышку, Джо стал пятиться к двери. Внезапно послышалось шипение, затем глухой удар; такой удар бывает, когда лопается футбольная камера.

Джо понял: захлопнулась дверь ванной. Еще днем он обратил внимание на то, что дверь эта захлопывается сама — у нее перекошены петли. Но днем с внутренней стороны была кнопка, с помощью которой можно было открыть английский замок. Теперь этого рычажка не было.

«Попал в капкан! — ужаснулся Джо. — Пока хозяин отеля дозвонится до полиции и догадается подняться сюда, пройдет немало времени, вполне достаточно, чтоб задохнуться. А Гари так и вовсе отдаст концы до прихода спасителей, он уже достаточно долго дышал этой отравой.» — Джо попытался отыскать то место, откуда раздавалось шипение, но сознание начало меркнуть — газ все сильнее проникал через мокрый платок.

Уолкер открыл кран душа, подставил лицо под струю и обнаружил то, о чем уже подозревал: снаружи, над вентилятором, висело на бечевке что-то вроде термоса. Жидкость разбрасывалась из горлышка через решетку и оседала в ванной комнате в виде тумана. Джо попытался добраться до решетки, но струя ядовитого газа отбросила его назад, в глазах защипало, запершило в носу, в горле. Его стошнило. Прислонившись к стене, он плакал, плевался и стонал. И в то же время мозг продолжал лихорадочно работать. «Что это за газ? — думал он. — Раздражает кожу и усыпляет. Яд для насекомых! Очень сильный! Через полминуты можно считать себя покойником!»

Джо попытался выбить дверь, но она не поддавалась: то ли потому, что крепко держалась на своих основах, то ли Уолкер уже настолько ослаб, что ему не по плечу были такие запоры.

В последний момент просветления взгляд его упал на железную табуретку. Потребовалось немалое усилие, чтобы поднять ее и ударить по двери. Одна из планок треснула. Кашляя и чихая, Джо продолжал колотить в спасительную щель, пока не образовалось приличное отверстие. Джо просунул в него руку и, открыв замок, вывалился наружу.

Теперь он мог дышать. Он открыл настежь окно. Рядом с ним, однако вне пределов досягаемости, висела бутылка, распыляющая газ. Джо бросился в ванную, выволок Гарнера через порог и помчался наверх. Запыхавшись, он вбежал в пустой номер, расположенный над комнатой Гари. В ванной, в вентиляционном отсеке была привязана веревка. Но убийца и здесь опередил его: конец веревки свободно раскачивался на ветру, бутылка исчезла.

…Когда Гарнеру дали кислородную подушку, он открыл глаза, у него началась рвота. Сознание трудно возвращалось к нему. Джо отделался намного легче: несмотря на зуд и боли в желудке, голова, как всегда, работала четко, и он сразу же приступил к расследованию.

— Что приключилось? Почему вовремя не доложили?! — на лице Брунсвика, которого вызвал Джо, читалась неприкрытая обида.

— Гари не отвечал, — объяснил Джо, — и я поспешил к нему. Кстати прикатил, его ванная уже превратилась в газовую камеру. Я с трудом выволок его оттуда, хотел найти бутылку, из которой распыляли газ, но, увы! Ее выбросили в реку.

— Значит, для нас она утеряна навсегда? — нахмурился лейтенант. — И какой газ?

— Средство против насекомых.

— Это не ответ. Их десятка два наименований, не меньше!

— Согласен на все сто. Зато убийца — того же сорта, что и раньше. Тот самый!..

— Кто живет в номере над Гарнером? — обратился Джо к хозяину гостиницы.

— Никто. Номер пустой, гостей сейчас мало.

Уолкер потребовал портье.

— Входил ли кто из посторонних в гостиницу?

Портье помедлил:

— Хотя у нас всего сорок номеров, сэр, постоянно кто-то приходит и уходит. Потом в гостинице есть еще черный ход.

Тогда Джо насел на Гари.

— Слушай внимательно, постарайся вспомнить, как получилось, что кнопка от английского замка в ванной комнате исчезла?

Гарнер наморщил лоб, напрягся:

— Знаю одно: она сидела в гнезде не плотно, ее держала чека. Но сама по себе она отвалиться не могла. Когда я входил в комнату, дверь всякий раз захлопывалась сама собой. Однако когда она исчезла, я оказался как в тюрьме.

— Когда это было? В котором часу?

— Около десяти. Я проспал три часа и хотел освежиться, потому что очень боялся и решил бодрствовать всю ночь.

— Ну-ну, — подталкивал его Джо.

— Потом зазвонил телефон, я хотел подойти, но не смог. Минуту спустя звонок повторился, но тут что-то зашипело…

— Потом?

— Потом я уже ни о чем не думал… Я упал…

— Его счастье, — сказал Джо лейтенанту, — иначе был бы уже покойником.

— Он меня все равно отправит на тот свет, — выдохнул Гари безнадежно, — и очень скоро.

Брунсвик вывел Гарнера в коридор.

— Что с ним теперь делать?

— Отправим в Управление. Пусть побудет там. Я сегодня не в состоянии бдительно охранять своего подопечного и, кроме того, по горло срочной работы.

Двое полицейских отвезли Гарнера в Управление. Джо сделали укол и он почувствовал себя бодрее. Вместе с лейтенантом они осмотрели помещение.

— Убийца мог войти, пока Гари дрых, — предположил Джо.

— Должно быть, он двигался бесшумно, как привидение.

Джо проверил замок в ванной и исследовал каждый сантиметр пола, но нашел только чеку, придерживающую кнопку, а самой кнопки не обнаружил.

Брунсвик поднял кусок штукатурки и растер его между пальцами.

— Он вынул решетку и подвесил бутылку с ядом на веревку. Но как он исхитрился распылять газ в течение длительного времени? Обычно весь газ из бутылки выходит за две-три минуты.

Джо тоже ломал голову над этой загадкой: «Видимо, он заклеил клейкой лентой распылитель и спустил бутылку на веревке до заранее отмеченного узелка».

Брунсвику так понравилась эта версия Джо, что он тут же присвоил ее авторство.

— Но как я определю яд, который он распылял? — насупился лейтенант.

— Посредством анализа осадков.

— Тогда я смогу выйти на магазин, в котором его продают, и сцапаю убийцу.

Джо кивнул:

— Если повезет.

— Везет всегда тем, кто очень старается…

— Тогда дело за малым: ты должен лишь постараться! Взбодренный приятной перспективой Брунсвик развил бурную деятельность. Он занялся записной книжкой Гари, лежавшей на ночном столике. Джо обратил на нее внимание, как только вошел в комнату. Пока лейтенант придирчиво изучал страницу за страницей, Джо успел выкурить две сигареты.

— Есть что-нибудь интересное?

— Имя, адрес, группа крови, номер машины. Кого известить в случае смерти. Несколько адресов: портного, агента, парикмахерши Сары, день рождения сводного брата Сары, того, что умер в Мексике, день рождения его племянницы.

Лейтенант захлопнул книжку и швырнул на одеяло:

— Дарю тебе это старье — календарь позапрошлого года.

— Большое спасибо, — поблагодарил Джо, — постараюсь посмотреть на досуге.

Они еще немного поговорили, изредка сдабривая невеселую беседу подначками, словно стремясь с их помощью выместить друг на друге собственную неудачу за долгие безрезультатные поиски.

Лейтенант вернулся к себе в Управление, а Джо, собрав пожитки Гарнера, отправился в южную часть Чикаго.

В клубе «Морибан» сейчас только и начиналось настоящее веселье. И Джо это было на руку. Во всяком случае, он решил для себя — и решил твердо, — что на этот раз должен взять реванш за прежние неудачи.

Глава седьмая

— Опять вы? — удивился вышибала. — А теперь за каким дьяволом пожаловали?

— Что, нежеланный гость? — на этот раз Джо не склонен был идти на компромиссы.

— Не смею разуверять, сэр. — Человек с перебитой переносицей нагло ухмыльнулся. — Если вы доверите мне номерок от пальто, я готов помочь вам одеться. Мы любим всех гостей, кроме тех, которые пытаются совать свой нос в чужие дела!

Джо в ответ улыбнулся:

— Готов воспользоваться вашим предложением, но… через час.

По-видимому, молодчик уже успел кое-что узнать о нем: чего проще, телефон всегда под рукой.

Многие клубы такого рода были повязаны одной веревкой, конец которой уходил в гангстерское подполье. Все они прикрывали друг друга, исчерпывающе делились любой известной им информацией.

Джо посчитал возникший было конфликт снятым и отошел к столику, оставленному им три часа назад. За это время воздух в зале стал тяжелым, душным, пропитался винными парами, духами и человеческим потом. Оркестр старался вовсю, от грохота ударника, казалось, вот-вот лопнут перепонки, немыслимо заливались трубы и кларнеты. Тусклый свет с трудом пробивался сквозь клубы испарений.

Джо сделал знак кельнеру, однако тот не спешил откликнуться на зов. Он неохотно приблизился к нежеланному клиенту, словно тот зависел от него, а не наоборот.

— Двойную порцию виски, — заказал Джо, — и со льдом!

— Сожалею, сэр, но виски нет. — Кельнер не смотрел на Джо, глаза его скользили по танцующим парам, словно его и впрямь интересовало, кто кого прижимает и тискает.

Джо понимал, что его хотят выставить из «Морибана», но при этом делал вид, что ничего сверхъестественного не происходит. Предложенная игра была ему по вкусу.

— А как насчет бутылки «Поммери» за тридцать долларов?

— Увы, сэр!

— И оно кончилось? Надо же — раскупили?!

— Нет, сэр, не раскупили — мне просто не велено вам подавать ничего из спиртного.

Джо знал: когда клубная обслуга объявляет обструкцию, надо примириться с неудачей и уносить ноги подобру-поздорову, иначе выкинут силой. «Что делать? Жаль терять время понапрасну, но… что же предпринять?»— размышлял он.

Музыканты начали новый номер — «мэдисон». И в это время Джо увидел блондинку. Она шла, опытным глазом оглядывая одиноких посетителей, угощавшихся дорогими винами. На девице было платье с разрезом до бедер, а декольте спереди и сзади было столь глубоким, что Джо с усмешкой подумал: «И зачем ей эта видимость футляра?!»

Когда блондинка, вызывающе покачивая бедрами, поравнялась с ним, Джо схватил ее за руку и усадил за стол.

— Какой грубый! — прошептала она кокетливо.

— Не прикидывайся, ведь грубияны тебе по вкусу?

— Может быть, — ее глаза говорили больше слов. — Что мы пьем, миленький? Ты меня угощаешь?..

Джо вынул бумажник и показал ей фотографию Рэсса.

— Сначала дело! Я человек щедрый и за ценой не постою. Расскажи мне все, что ты знаешь об этом человеке, и мы подружимся.

Боковым зрением Джо засек, что вышибала с перебитым носом подошел к парню такой же комплекции и, по-видимому, той же профессии. Они о чем-то зашептались.

Джо снова обратился к блондинке:

— Что же ты мне скажешь, красавица? Ты его помнишь? Она кивнула: — Мне кажется, он здесь бывал.

— Давно?

— С неделю назад, если не ошибаюсь.

— Почему он тебе запомнился? Много пил? Швырял деньгами?

— Нет, другим. Он явно положил глаз на Эллу.

— Твоя подруга?

— Да, подруга. Мулатка с Ямайки.

— Та, у которой кожа, как молочный шоколад?

— Точно.

Джо затылком почувствовал надвигающуюся опасность. Он обернулся: три мрачных субъекта боксерского вида вместе с вышибалой двигались к его столику.

Джо сунул в руку блондинке десятидолларовую бумажку и шепнул:

— Мне необходимо поговорить с Эллой, сегодня же! Сейчас начнется потасовка, подождешь снаружи, за дверью.

Они были уже рядом. Джо оценивающе с головы до ног оглядел каждого.

— Исчезни, Дайси, и побыстрей, — бросил вышибала блондинке.

Та съежилась и поспешно ушла. Джо растянул губы в улыбке.

— Босс, теперь ты можешь подать мне пальто!

— Теперь поздно. Теперь ты на своей шкуре сможешь убедиться, как далеко вылетают на мостовую не желательные здесь посетители.

— Этот дом нуждается в ремонте? Тогда начинайте!

— Мальчики, выкиньте его!

Рука самого шустрого потянулась к Джо, но тот увернулся и нанес нападавшему молниеносный удар в челюсть. Глаза тяжеловеса будто выкатились из орбит, он покачнулся и грохнулся на пол.

Джо сдернул скатерть и вместе с посудой швырнул ее в лицо вышибале. Увидев, что прибывает подкрепление, Джо перемахнул через барьерчик и ринулся в узкий проход между столиками.

Он был уже возле двери, ведущей в гардероб, когда его настигли двое преследователей. Один из них было схватил Джо за плечо, но… тотчас отлетел, как бильярдный шар от точного удара кием. Его товарищ последовал за ним с разбитой челюстью.

Кто-то громко выругался, но все потонуло в шуме оркестра. Жизнь в баре опять покатилась по накатанным рельсам.

Джо вышел.

Швейцар был наготове: пальто и шляпа Джо лежали на барьере. Джо схватил свои вещи и хотел уже выйти на улицу, когда из зала появился вышибала. По боксерской привычке он потирал левой ладонью правый кулак.

Он был один, без свиты.

— Послушай, выкладывай двадцать долларов за разбитые рюмки, и мы с тобой разбегаемся навсегда. Идет?

— Сожалею, — возразил Джо, — однако не я первый начал.

— Ты забываешь, что я здесь командую. Я вправе выставить любого, кто мне не по вкусу. Ты мне не нравишься. Я предложил тебе уйти, но ты не подчинился. Значит, тебе возмещать убытки. Джо приоткрыл входную дверь.

— Так не пойдет, Уолкер. Ты сам себе роешь могилу.

— Моя могила давно вырыта, — Джо рассмеялся. — Похороны интересны лишь тогда, когда хоронят целую компанию. Как я понял, ты даже знаешь мое имя.

— И потому получу с тебя то, что мне причитается.

— Если ты знаешь, кто я, ты должен знать, что я не меняю своих решений.

Человек с перебитым носом сощурил глаза.

— Мы в Чикаго, а не в Манхеттене. Своим упрямством ты добьешься одного: сломаешь себе шею. Это я тебе гарантирую.

— Ладно, — сказал Джо, — завтра я пришлю сюда одного знакомого, он наведет здесь порядок. Лейтенант Брунсвик из отдела по особо тяжким преступлениям прямо-таки горит желанием познакомиться с твоим борделем.

Кажется, это сообщение не произвело на гангстера никакого впечатления.

— Заранее рад приятному знакомству.

Джо повернулся и вышел на улицу. Все обошлось не так уж и плохо. Рони заглядывал в ресторан. Его не тронули. Нашлась и девушка по имени Элла.

«Кому, однако, „Морибан“ служит прикрытием? — спросил себя Джо. — Имеют ли темные дела администратора какое-то отношение к исчезновению Рони Рэсса? Или же это простое совпадение? Ведь наверняка все здешние служащие замешаны в каких-то делишках!»

Джо успел заметить, как одному из посетителей втихую сунули маленький пакетик. Конечно, администратор и его парни будут утверждать, что это порошок от головной боли.

Наркотики на данном этапе не интересовали Джо, он был занят другим…

Джо втиснулся в машину и почувствовал себя в большей безопасности: пуленепробиваемое стекло многого стоит!

«Что ж, посмотрим, куда меня вывезет кривая! — философски подумал он. — Кому суждено быть повешенным, того не утопят!»

Джо попробовал связаться по радиотелефону с Миллером. Того, как обычно, на месте не оказалось.

Выкурив подряд три сигареты, Джо глянул на циферблат: второй час ночи. Блондинка так и не появилась. «За десять долларов она не станет рисковать», — подумал комиссар Икс. И тут у него возникла новая идея: сейчас у девушек последнее выступление — оно длится минут десять. Потом они вернутся в свои уборные, переоденутся и разбредутся кто куда.

Джо попытался через коммутатор радиотелефона связаться с «Морибаном». Трубку взяла какая-то женщина.

— Это Мак-Мэнор, недавно я был у вас и разговаривал с одной вашей девушкой. Ее зовут Элла. Могу я попросить ее к телефону?

— К сожалению, нет, — ответила она. — Если хотите поговорить с Эллой, вам надо приехать сюда. Мы не подзываем девушек к телефону.

«Осторожничают», — подумал Джо.

— Мне очень неприятно, — продолжал он, — я договорился встретиться с Эллой, но обстоятельства изменились. Я не хочу, что бы она ждала напрасно.

— Это вы должны сказать мисс Мурейре сами. Личная жизнь герлс нас не интересует.

— Но как я смогу это сделать, если я не знаю ее адреса.

— Приезжайте сюда! — служащая была отлично вышколена.

— Но я болен, — продолжал канючить Джо.

— Если так, то вам остается одно: подождать, когда выздоровеете.

Джо уже было совсем смирился с поражением, но природное упрямство заставило его предпринять еще попытку. Он рассыпался в комплиментах служащей, которая четко и неукоснительно исполняет свои обязанности.

— Хорошо, — сказал он, — если вы не можете подозвать к телефону Эллу, то будьте любезны сообщить ей о нашем разговоре.

— К сожалению, и этого сделать не смогу, сэр.

— Может быть, это сделает Дайси? Относительно Дайси у меня нет никаких намерений, но она подружка Эллы и передаст ей мои пожелания.

— Ну и нервы у вас, мистер Мэнор!

— Мак-Мэнор, с вашего позволения, — поправил ее Джо. — Пожалуйста, очаровательная мисс!

— Минуточку! Посмотрю, если она переоделась, то…

— О, как вы любезны!

Ждать пришлось довольно долго, но вот в трубке раздался голосок Дайси.

Джо был предельно краток.

— Милочка, я тот человек с серыми глазами, я ждал, как мы договорились. Где Элла?

— К сожалению, она уже ушла.

— Ее адрес?

Через несколько секунд Джо знал, где она живет.

— Счастливо, ангелочек! — сказал Джо, вешая трубку. Он развернул план города и отыскал на нем квартал Эрдмор. Включил мотор и помчался по спящему городу с предельной скоростью.

Табличка с указанием номеров квартир и фамилиями жильцов освещалась тусклым светом. Список был довольно длинным. «Э. Мурейра» значилась в середине столбца, примерно на четвертом этаже.

Прежде чем нажать кнопку, Джо отошел шагов на десять от подъезда и посмотрел вверх, на окна. В одном из них на четвертом этаже горел свет. Шторы неплотно задернуты, за ними мелькала женская тень. Джо вернулся в парадное и остановился перед внутренним телефоном, раздумывая, как убедить девушку, чтобы она впустила его в столь поздний час. И тут обнаружил, что дверь в подъезде не заперта. Он вошел, зажег свет на лестнице и поднялся на лифте на четвертый этаж. Квартира Эллы была рядом с лифтом. Джо позвонил. Сразу же свет в щели под дверью исчез. Погасло и электричество на площадке. Уолкер ждал. За дверью молчали. Позвонил снова. В ответ ни звука. Нажимал кнопку еще и еще — и вдруг услышал, как на дверь надевают цепочку. Значит, Элла Мурейра все это время стояла рядом, их отделяла друг от друга всего лишь фанерная перегородка. Если он заговорит с Эллой, она, конечно же, услышит его. Но как убедить девушку впустить его в квартиру?

И тут Джо осенило: ведь Элла родом с берегов Карибского моря, ее родной язык — испанский. Джо прилично говорил на этом языке. Если он заговорит по-испански, Элла наверняка почувствует доверие к нему.

— Элла, — произнес Джо с каталонским акцентом, — откройте, пожалуйста, мне необходимо поговорить с вами.

Как и прежде, ответом было молчание, но Джо был уверен: Элла его слышит. И он продолжал все так же мягко:

— Элла, откройте, прошу вас! Клянусь мадонной, я не причиню вам зла. Речь идет о спасении моей жизни. Может быть, и вашей.

Это подействовало:

— Что вы хотите? Вы мой земляк? — тихо спросила она.

Этого Джо утверждать не мог. Как только Элла откроет дверь, сразу же увидит, что он солгал, и тогда уже ничто не поможет наладить оборванный контакт.

— Поймите, этот разговор прежде всего в ваших интересах.

— Что в моих интересах? — уточнила она осторожно. Профессия научила ее не доверять тем, кого не знает, но и не отметать с порога людей, которые в дальнейшем смогут пригодиться.

— Громко об этом говорить опасно… У вас на двери цепочка, приоткройте дверь хотя бы немножко.

Видимо, она наконец решилась.

— Откуда ты такой настырный взялся? — он явно начал ей нравиться.

— Разве это важно? — Джо прислонился к косяку.

«Он, пожалуй, симпатичный, — подумала Элла, разглядывая Джо в щель. — И весьма!»

— Поверь, Элла, разговор очень важный!

Она поглядела ему в глаза и, будто прочитав его тайные мысли, плавным движением руки откинула цепочку.

Джо вошел в комнату и мотнул головой от одуряющего запаха духов. Элла, проходя мимо, задела его бедром. Включила музыку и, поджав ноги калачиком, устроилась в кресле. Джо поднес зажигалку к ее сигарете.

— Элла, тебе Дайси что-нибудь говорила?

— Что?

«Значит, ничего не сказала», — подумал Джо.

— Ну? — в голосе Эллы послышалось нетерпение.

Джо сразу же начал с самой сути, хотя осмотрительнее было, наверное, начать издалека.

— В последнее время у тебя были новые знакомства?

— А почему бы им не быть? — передернула плечиками девушка. — Я люблю пообщаться с интересными людьми.

— Я имею в виду определенного человека — Рони Рэсса.

— Кто это?

— Бизнесмен, миллионер.

— У меня несколько таких поклонников. Но деньги для меня не самое главное.

— Его имя Рони Рэсс, — раздельно повторил Джо. Элла задумалась.

— Нет, что-то не припоминаю.

Джо встал, раскрыл бумажник и протянул ей фотографию Рони.

— Я имею в виду его.

Элла, не отрываясь, пристально вглядывалась в фотографию. Ноздри ее задрожали, волосы упали на глаза, она не сказала ни слова.

— Мне холодно, — наконец произнесла девушка после долгого молчания, — ты вытащил меня из постели.

— Это Рони Рэсс, — продолжал настойчиво Джо. — Ты знакома с ним?

— Нет! — Инстинкт самосохранения, как видно, подсказывал ей, что нельзя сознаваться в этом знакомстве.

— Но многие видели, как ты разговаривала с ним!

— Ну и что? Подумаешь, «разговаривала»! Разве запомнишь каждого, кто ехал с тобой в метро?

Джо спрятал фотографию и собрался уходить. «Ничего путного тут не добьешься», — с горечью подумал он.

Недокуренную сигарету Джо оставил в пепельнице. Элла прошла вперед и открыла перед ним дверь.

В отеле Джо снова принялся названивать Миллеру, но безуспешно. Тогда он постарался уснуть. Однако и это ему не удалось, одолевали тревожные мысли. Около четырех часов он встал, зажег свет и принялся анализировать факты по Рони Рэссу. Сначала они выстраивались в логический ряд, но после ответов Эллы все рассыпалось. «Нужно узнать об Элле побольше», — решил он.

В шесть часов Джо принял попеременно горячий и холодный душ и попытался отвлечься. Взял дорожную сумку Гари Гарнера, которую прихватил с собой из злополучного номера, и открыл «молнию». Сверху лежали туфли. В одном из них торчала записная книжка. Джо перелистал ее. Тут были сведения о Гари: группа крови, год рождения, адрес. Адреса и номера телефонов. Против некоторых — имена, на отдельной страничке два номера без всяких пометок.

«А что, если тут что-то интересное?»— Джо пододвинул аппарат к кровати и попросил коммутатор отеля соединить его со справочной. Ответили довольно быстро.

— Работы у вас много? — спросил Джо ночную дежурную.

— Хватает!

— Чтобы вы не скучали, попрошу вас узнать имена абонентов следующих номеров.

Девушка записала.

— Подождете, сэр?

— Конечно!

Уолкер достал сигарету, закурил. Томительно шли минуты. Наконец из справочной позвонили:

— Записывайте, сэр! Первый номер — мистер Виндмилл. Институт массажа с сауной в Ист-Данди.

— Спасибо! Дальше!

— Второй номер — мисс Элла Мурейра, танцовщица, Эрдмор.

— Премного благодарен! — Джо был словно в столбняке. — Достаточно. — И повесил трубку.

Ему потребовалось не менее десяти минут, чтобы переварить полученную информацию. «Вот это сюрприз! И чего на свете на бывает! Гари Гарнер и Элла Мурейра?! Чудеса, да и только!»

Он погасил свет, потому что в полумраке лучше думается.

Глава восьмая

Когда Джо утром прибыл в Управление, его встретили там без всякого энтузиазма.

— Как Гарнер? — коротко спросил Джо сержанта.

— А что ему сделается, сэр? — страж порядка с трудом подавил зевок. — О нем так пекутся — даже завидно, обо мне бы кто-нибудь так хлопотал!

Гари был в одном из кабинетов наверху, бодрствуя на кожаном диване, который приспособили под постель.

Детектив и его подопечный обменялись приветствиями.

— Хорошо выглядишь, Гари, небось, отоспался на год вперед, а я и глаз не сомкнул.

— Я тоже, Джо, всю ночь играл в жмурки с проклятой бессонницей.

— Совесть замучила?! Хочу спросить тебя, Гари, о не очень-то для тебя приятном.

— Ты только тем и занимаешься, что копаешься в моих старых ранах, хоть бы порадовал когда чем-нибудь!

— Я и с этим пришел. Решил сделать тебе маленький подарок.

— Уж не цветы ли собираешься преподнести? Так учти, только не розы, не выношу их дурманящего запаха.

— А как ты посмотришь на букет из долларов в двести тысяч?

— Ах, Джо, не шути так жестоко над нищим режиссером!

— Упаси меня Бог! Я только что из страховой компании. По предъявлении свидетельства о смерти Сары страховка тебе будет выплачена незамедлительно. Полис уже проверен, твое алиби будет бесспорно. Вчера вечером объявился человек, который совершил наезд на твою жену. Впрочем он тоже невиновен, как и ты.

Гари рывком сбросил с себя одеяло и вскочил с дивана. В мгновение ока он влез в штаны, натянул рубашку и вытянулся перед Джо.

— Это точно? Ты меня не разыгрываешь, Джо? Но ведь у меня нет удостоверения личности! Правда, я могу предъявить свидетельство о рождении и свидетельство о браке.

— Ничего не потребуется, только полис.

Гари плюхнулся на стул и стал осторожно массировать грудь, понемногу успокаиваясь и приходя в себя от ошеломляющей вести.

— Но это наверняка будет стоить кругленькую сумму, а? Я готов в пределах разумного выложить любые деньги!

Джо вытаращил глаза.

— Я хочу сказать, что должен буду заплатить — и готов это сделать с радостью, клянусь Шекспиром! Скажем, пять процентов, получатель — Джо Уолкер, Нью-Йорк, Да-да-да, ты получишь пять процентов, Джо! Это — десять тысяч, цент в цент!

— Не швыряйся деньгами, Гари они еще тебе ой как пригодятся!

— Не спорь, Джо, с состоятельным человеком! Решено: пять процентов твои! Без тебя бы мне этой кучи денег не видать как своих ушей без зеркала!

— Ну, хорошо, хорошо, Гари, принято. Считай, что тут мы обо всем договорились.

— Но… — Гари вдруг помрачнел, на лбу его вытянулась гармошка из морщинок. — А как быть с проклятым «С»? Он же не даст возможности истратить мне денежки так, как нравится. Он пойдет на все, чтобы выкинуть меня из этого беспутного, но приятного мира…

— А это уж моя забота, Гари. Твой преследователь входит в те пять процентов, что ты мне жертвуешь, старина.

— Вот и ладненько! Скажу тебе как на духу: это только днем я себя чувствую невероятно храбрым. Сколько мне еще торчать в этой дыре?

— Разве тебе тут надоело, Гари? Сыт, в тепле и уюте…

— Да, но нынче похороны Сары, ты разве забыл?

— Хочешь обязательно проводить ее в последний путь?

— Само собой.

Джо погасил сигарету и подошел к двери.

— Ну, да, конечно же, ты ее так любил! И как я об этом запамятовал?!

От Гари не ускользнула интонация в голосе комиссара.

— Ты мне не веришь? Почему?

— А почему я должен верить?

Гари приблизился к Джо вплотную и впился глазами в его лицо.

— В чем дело? Давай начистоту!

— Почему Сара хотела тебя прикончить, Гари? — Джо сделал вид, что смутился.

— Ее скоро зароют в землю и все кончится и забудется. Но этот вопрос — почему она желала твоей смерти, Гари, — не уйдет вместе с ней. Если ты, конечно, обо всем честно не расскажешь.

Гарнер отошел к окну и бездумно уставился в пространство. Солнце уже начало свой ежедневный путь.

— Смелей, Гари! — Джо встал позади Гарнера и выпустил свой главный снаряд. — Кто такая Элла Мурейра?

Гари резко обернулся, губы его слегка подрагивали.

— Откуда ты… это… знаешь? Откуда?

— Держи! — Джо протянул Гари его записную книжку. — Я обязан отрабатывать каждый след. Элла выдает себя за танцовщицу, но она не только танцовщица. Что ж, Гари; понять тебя можно: она соблазнительная женщина.

— Да, я знал ее, — Гари выглядел по-настоящему подавленным. Больше он не думал таиться и все рассказал Джо. — Но как об этом узнала Сара? — спросил он под конец своей исповеди. — Никак в толк не возьму! Может быть, ты, Джо, мне это объяснишь? — В голосе Гарнера слышались боль и раскаяние.

— Возможно, из записной книжки, а скорее всего, интуитивно. Женщина в этом деле чувствительней радара. Сара, наверно, была оскорблена до глубины души.

— Это ты точно подметил, Джо. Она затаила обиду глубоко в сердце, хотя внешне и не выдала себя ни словом, ни жестом. Знаешь, это в Сарином характере. Теперь-то я понимаю, что нанесенная мною обида оказалась для нее сильным душевным потрясением и наконец захватила ее всю. Но клянусь тебе, дружище, по-настоящему я Сару никогда не обманывал. Связь с Эллой не имеет ничего общего с любовью. Буйство плоти, не более. Ты меня понимаешь?

— Понимаю, — кивнул Джо, — я с ней познакомился.

— Ты ее видел?! — Гари переменился в лице. — Остерегайся ее, Джо, она очень опасна!

— Я всегда держу ухо востро. — Уолкер улыбнулся. — Что будем делать с твоим телохранителем?

— Отправь его домой. Я ведь трушу только по ночам, днем я — лев, а не заяц!

— Ну, что ж, договорились.

Джо решил снова выйти на Миллера. Вот уже сорок часов, как он не разговаривал с ним. Однако, все его отчаянные попытки связаться с шефом ФБР, как и прежде, оказались безуспешными. — «Удивительно, — думал Джо, терпеливо накручивая диск, — Рони Рэсс был другом и тайным помощником Миллера. Как могло случиться, что его не уберегли?»

Расписавшись в своем бессилии отыскать Миллера, он было уже повернул в восточную часть города, когда его вызвали по радиотелефону на условленной волне. Лейтенант Брунсвик просил срочно приехать в Главное управление. Джо тотчас же изменил маршрут.

Едва он переступил порог кабинета Брунсвика, как услышал его торжествующий возглас:

— Теперь он у нас в руках! — Кто?

— Убийца, кто же еще!

— Где он?

Лейтенант был вынужден дать задний ход, хотя и продолжал пребывать в прекрасном расположении духа.

— Установлено: человек, который пытался отправить на тот свет Гарнера посредством яда для насекомых, купил бутыль с распылителем в супермаркете «Все для туризма». Лабораторный анализ следов яда показал, что данный состав продается только в этом магазине. Теперь что скажешь?

— Изюминка в наш общий пирог.

Брунсвик довольно хмыкнул:

— Мы не пожалели усилий. Было задействовано двадцать четыре человека. — И лейтенант восторженно поведал, как его агенты проверяли каждую лавчонку, каждый магазинчик, пока не наткнулись на нужный.

— И как его опознали? — спросил Джо с подчеркнутым восхищением. Брунсвик раскраснелся от удовольствия.

— Яд для насекомых весной покупают довольно редко, особенно в таких количествах. По описанию продавщицы мы вычислили его. Рост примерно метр восемьдесят, стройный, лицо худое. К сожалению, на нем были большие темные очки.

— Как он был одет?

— Темно-серый однобортный костюм.

— Какое произношение? Голос? Прическа? Особые приметы?

Лейтенант пришел в замешательство.

— Говорит без акцента, цвет волос и прическа неизвестны — на нем была шляпа. Продавщица говорит, что на висках у него седина.

— Она так считает? — в голосе Джо уже не было ни восторга, ни интереса.

Лейтенант удивился перемене, которая произошла с Джо. Уолкер тем временем объяснил, что по таким данным, что они наскребли, вместо преступника с продавщицей мог разговаривать любой обыватель. А убийца мог запастись ядом и несколько недель тому назад или в другом штате.

— Ну, знаешь ли, так можно усомниться во всем на свете! — надулся Брунсвик.

— Да я не к тому, что твои ребята плохо поработали, наоборот, — успокоил лейтенанта Джо. — Пока не доказано противоположное, будем исходить из версии, что мистер «С» — убийца и что это именно он купил бутылку с ядом в супермаркете «Все для туризма». Теперь мы знаем, как он одет: темно-серый однобортный костюм, шляпа, большие солнечные очки.

— Я передам эти данные во все районные отделения. Пусть начинают розыск на своей территории. — Лейтенант встал. — Всеобщая мобилизация! Акция начинается!

— У меня есть маленькое добавление, — произнес Джо, мысленно одобрив распоряжение Брунсвика. — Надо устроить засады возле преступных троп. Одной из них является клуб «Морибан» и его окрестности. Я все более начинаю верить, что дело Рэсса и дело Гарнера связаны друг с другом. Рони в ту трагическую для него ночь проходил через вращающуюся дверь «Морибана». Я бы продолжал заниматься этим сам, как и прежде, но лицензия частного детектива для них не убедительна, полицейский жетон вразумит их больше…

— Эти типы из ночных баров ведут себя нагло, ну, да мы их переплюнем, — твердо заверил Брунсвик. — А чем ты займешься, Джо?

— Дамой, которой Рони подарил свою последнюю любовь! — очень серьезно ответил комиссар Икс.

Глава девятая

На другой день Джо предстал перед полуодетой Эллой Мурейрой.

— Ты?! — удивилась она. — Вот уж кого не ожидала!

— Это почему же?

— А то ты не догадываешься. Принимала тебя вчера не совсем вежливо.

— Брось, не переживай! — успокоил ее Джо. — Вот если бы я попросил чашечку кофе, тогда…

Элла рассмеялась:

— Наберись терпения, сейчас приготовлю! — Она быстро сварила кофе, достала сливки, сахар.

— Пожалуй, надо одеться по-настоящему, — спохватилась она, запоздало демонстрируя застенчивость.

— У тебя, что, есть приличные платья? — фамильярно подыграл Джо.

— А как же! — она восприняла его вопрос очень серьезно. — Имей только терпение!

— Этого товара у меня навалом, — согласился Джо. Он был действительно терпелив. К тому же, с одетыми дамами вести разговор для него было куда проще.

Элла выскользнула в соседнюю комнату, оставив дверь открытой. Джо сидел так, что мог наблюдать каждое движение девушки. Она перемерила несколько платьев, отбрасывая их в сторону, пока, наконец, не остановилась на одном — нежно-желтого цвета, из тонкой шерсти.

— О-о! — притворно всплеснул руками Джо. — Королева из волшебной сказки, да и только!

— Еще чашечку кофе? — она прямо-таки таяла от комплимента. — Хочешь послушать мою последнюю пластинку? Говорят, что мой голос нельзя спутать ни с каким другим. И я дала себе клятву…

— Какую? — без нажима в голосе поинтересовался Джо, потому что Элла, оборвав себя на полуфразе, погрузилась в музыку и звуки собственного голоса.

— Что? Ах, да! Я поклялась, что как, только будут проданы первые пятьдесят тысяч пластинок, так сразу же брошу все свои дела и стану только петь.

Джо почувствовал, что Эллу относит от темы, ради которой он и пришел к ней, и решил деликатно ввести разговор в нужное русло.

— Ты замечательно поешь, — похвалил он. — Я знаю Карибское море, Ямайку и соседние с ней острова. Твое удивительное пение сразу же перенесло меня в неповторимый райский уголок. Это не под силу ни книгам, ни кинофильмам. Когда вернусь в Нью-Йорк, обязательно куплю твою пластинку. Если, конечно, я смогу туда когда-нибудь вернуться.

— Хочешь, я тебе ее подарю?

— Конечно! Впрочем, — он зажмурился, словно мысленно рисовал какую-то картину, — пусть лучше будет так: если я снова попаду на Бродвей, то зайду в магазин и попрошу твою пластинку. Мне будет приятно вспомнить эти минуты. Я буду любоваться твоей фотографией, вспоминать Чикаго и думать с благодарностью, что ты однажды мне очень помогла в довольно трудной ситуации.

Элла слушала не перебивая.

Теперь, при дневном свете, он хорошо рассмотрел лицо девушки: безжалостная рука жизни уже успела набросать возле уголков глаз и крыльев носа первые нестираемые черточки. Черточки становятся резкими, если беды и заботы не уменьшаются, наоборот, благополучие может их на какое-то время заретушировать.

— Элла, вчера алкоголь немного затуманил твою хорошенькую головку, да и я тоже был не в себе. А тут — такое деликатное дело. — Он перевел дыхание, прикидывая, насколько подходящ такой монолог для нее. — Ты добрая девушка, — Джо решил, что настало время действовать более прямолинейно, — и тебе, я думаю, не безразлично, что случилось с тем человеком, карточку которого я тебе показывал. Другую, наверное, это бы не тронуло, но ты артистическая натура. Вероятно, и сама мучаешься, желая рассказать о нем всю правду, но что-то удерживает тебя. Но я… с тобой.

Она глядела на него как завороженная.

— Начнем сначала, — предложил Джо. — Человека на фотографии зовут Рони Рэсс. В последний раз его видели с тобой и больше ни с кем. А потом он исчез.

— Я ни в чем не виновата, — в голосе ее послышались слезы. — Клянусь, ни в чем!

— Знаю. Но после того, как Рэсс вышел из «Морибана», след его оборвался. Машину нашли возле канала — пустой! Ты признаешь, что была с ним?

Она замахала руками:

— Да, но не в том смысле. Он несколько часов сидел в «Морибане», потом пригласил меня к своему столику. Один раз мы с ним потанцевали, и он ушел.

— Это все так, Элла? Ты ничего не скрываешь?

Она закрыла глаза и прошептала:

— Он со мной расправится.

— Тебя запугали?

— Меня предупредили, что я не должна говорить ни слова о том, что условилась встретиться с Рони.

— Когда именно?

— Мы договорились провести вместе конец ближайшей недели. — Голос Эллы от волнения сделался хриплым. — Он не скупился, принял все мои условия.

— Чем он пытался охмурить тебя? Насколько я понимаю, реклама ему необходима, не такой уж он красавец, чтобы девушки, такие, как ты, Элла, клевали на него без приманки.

Элла согласно наклонила голову:

— Он говорил о своем доме на берегу озера, о прогулке на яхте, мясе на вертеле…

— Вот как… — Джо был благодарен ей за откровенность. Элла дала ему кое-какие полезные сведения. — И больше ты его не видела?

— Рони должен был заехать за мной в пятницу, но не приехал. Я удивилась, он вроде бы не из тех, кто не выполняет своих обещаний. Потом я о нем почти совсем забыла.

— Как понимать это «почти»?

— Через четыре дня мне позвонил мужчина.

Джо казалось, что он слышит, как пульсирует жилка у нее на шее.

— Что он сказал?

— Я буду помнить его картавый голос всю жизнь: «Молчание — серебро, слова — смерть. Если ты кому-нибудь вякнешь о Рони Рэссе, считай, что ты подписала себе смертный приговор. Ты его не знаешь, ни разу не встречала в „Морибане“. Молчание — серебро, слова — смерть! Повторяю, чтобы ты лучше запомнила!»

— Что было еще?

— Клянусь, больше ничего!

Джо притушил сигарету в керамической пепельнице. Поднялся, подошел к стеллажу и стал рассматривать выставленные на нем фотографии Эллиных темнокожих друзей и подружек. И когда она уже думала, что все позади, он вдруг резко повернулся и спросил:

— Ты знаешь Гари Гарнера?

— Гарнера? — она растерянно соображала.

— Да, режиссера.

— Как будто, нет.

— А точнее?

— Нет, — отрубила она.

И сколько Джо ни пытался вытянуть из нее что-нибудь о Гарнере, она продолжала твердить одно: «нет», «нет» и «нет»! На прощание Джо сказал ей:

— Элла, меня ты можешь не бояться. Поверь, я постараюсь обезвредить его раньше, чем он о тебе вспомнит. Чертовски жаль, конечно, что я мало знаю о нем.

Элла стерла остатки губной помады и задумчиво расправила бумажную салфетку.

— Будь здорова, — попрощался Джо.

— Да, вот еще что… — вырвалось у нее.

На лице Джо не дрогнул ни один мускул. Он ждал.

— Да, Элла…

— Видеть я его не видела, но… как ты знаешь, слух у меня отличный. Так вот, когда он позвонил по телефону, то машинально пробормотал свое имя…

Джо, взявшийся уже за ручку двери, отпустил ее и спросил взволнованно:

— Как он назвался? Это страшно важно, Элла!

— Не то Смарк, не то Старк. Скорее всего, Старк!

— Ты прелесть, чернушка! — Джо поцеловал ее в щеку.

Джо отыскал по телефону лейтенанта Брунсвика и спросил, размножили ли уже описание примет преступника.

— Сейчас запускаем в машину.

— Выбрось матрицу и составь новый текст.

— Выйдет задержка на целый час.

— Зато кое-что уточнится. Имя убийцы или Смарк или Старк. Он звонил Элле Мурейре и, представляясь, автоматически произнес свое имя. Наверняка оно настоящее!

— Ладно, дополню текст, — на удивление быстро согласился лейтенант. И добавил: — Если и теперь мы его не поймаем, значит, мы с тобой или слепые или… идиоты!

— В нашей сети еще много дыр, попробую заштопать одну из них. Я еду к Рони Рэссу.

— На его виллу?

— Надеюсь, твое разрешение на обыск еще в силе? Преисполненный сознанием собственной власти Брунсвик важно ответил:

— Смотря что ты там собираешься делать?

— Для нас сейчас особенно важны вещественные доказательства…

Брунсвик второсортные, мелочные дела всегда старался переложить на плечи другого. И сейчас он милостиво снизошел к просьбе Джо:

— Ладно, осматривай, разрешаю…

В середине дня Джо въезжал в фешенебельный квартал, расположенный на берегу озера. Рэсс построил здесь свой особняк лишь год назад. Это был огромный куб, размером около 400 квадратных метров. Рони не поскупился: все в доме было отделано по высшему разряду. Все здесь было автоматизировано. Джо никогда не протестовал против электроники, но принимал ее в разумных пределах. А тут?! Электрическая зубная щетка! Кому она нужна?

Джо как почетный гость вошел в дом с парадного входа. Ключ ему не понадобился: электронную задвижку — абсолютную гарантию от взломщиков (так говорилось в рекламе) — он открыл быстрее, чем простой замок.

Бесшумно работали кондиционеры, ковры и специальные устройства на стенах поглощали шум шагов. Минуя ажурные перегородки, он прошел во внутренний дворик. Там, в узких клетках, занимавших всю левую часть, щебетали на искусственных деревьях экзотические птицы. Он продолжил экскурсию по дому. Справа из дворика был вход в кабинет Рэсса, за кабинетом — спальня. В ванной комнате была двойная ванна, ее края лишь на два дюйма выступали над полом.

«Откуда начать осмотр? — прикидывал Джо. — Где вернее всего могут храниться документы и деловая переписка Рэсса? Не в кабинете ли?»

Одну стену кабинета занимали полки с редкими книгами, другая была из цветного стекла, а третья, пластиковая, соседствовала с ванной комнатой.

Кожей спины и затылком Джо чувствовал, что где-то неподалеку находится еще кто-то. Это настораживало. Но где все-таки искать проклятый сейф или тайник?

По словам Миллера, Рони был разведчик. Значит, он понимал, что в обычных местах — за книжной полкой или под ковром, где сплошь и рядом устраивают тайники, — устанавливать их не годится. Тогда где же?

«Почему Миллер ничего не сказал мне об этом доме? — думал Джо. — Случайно ли это?»

Он все стоял между массивным письменным столом и стеной с книжными полками, размышляя, с чего же начать поиски.

Для начала Джо все-таки скатал ковер и стал простукивать паркет. Одна из дощечек прикрывала пустое пространство, это он определил сразу. Джо приложил ухо к полу и услышал скрип. Он пытался определить направление, откуда исходил шум, подошел к стене, надавил. Нет, бесполезно.

Вдруг ему снова послышался шорох, будто чиркнула спичка. Уолкер затаил дыхание.

Он осмотрел сверху донизу самую толстую стену, но ничего подозрительного не обнаружил. Потом через спальню прошел в соседнюю комнату и стал обследовать заинтересовавшую его стену с другой стороны. Почти во всю ее длину стоял капитально сработанный шкаф. На одной створке стеклянной двери отражался свет, не солнечный, нет, — электрический: значит, шел он изнутри. Такая вычурность, как видно, была во вкусе Рони Рэсса.

Оглядев сооружение со всех сторон, Джо пришел к выводу, что между шкафом и стеной должно быть полое пространство. Строитель искусно скрыл его.

Комиссар Икс открыл дверцу. Сквозь костюмы, висящие на плечиках, проникал свет. Пахло сигаретами «Виргиния».

Джо сдвинул костюмы и увидел, что часть задней стенки шкафа отодвинута в сторону. Узрел он и спину мужчины.

Человек стоял, согнувшись над маленьким столиком возле сейфа. На столе лежала кипа папок и бумаг, дверца сейфа была широко распахнута.

Мужчина наверняка почувствовал присутствие постороннего, но как ни в чем не бывало продолжал работать. Джо прошел в тайник, и тут человек обернулся.

— Рад приветствовать высокое начальство, — комиссар Икс был несколько ошарашен.

— Хорошо, что тебя не прошиб холодный пот от страха, — флегматично отозвался Миллер.

Убийца надел очки и опустил поля шляпы почти на глаза. Потом он прикурил от горящей сигареты новую и щелчком выбросил через приспущенное стекло окурок.

«Если ты сейчас не затянешь петлю на их шеях, они тебя сцапают, — подсказывал внутренний голос. — Даже и без пророчества гадалки когда-нибудь тебя все же схватят. А теперь… теперь спасение только в оперативности».

Он был человеком быстрых решений и столь же быстрых действий. Потому до сих пор и не значился в полицейских досье. Кое-какие сведения о нем у полиции были, но столь незначительные, что ничего определенного по ним составить было нельзя.

Он понимал это и очень этим гордился. Прежние успехи давали уверенность в настоящем, но не делали его безрассудным.

Он точно рассчитал, как дальше будут развиваться события, и поступал согласно ранее разработанной программе. Оставалось выполнить последние два-три пункта, и тогда он ударит и скроется.

Убийца ухмыльнулся и посмотрел в зеркало заднего обзора: приближался катафалк. Сначала он двигался довольно быстро, потом замедлил ход. Катафалк правым передним колесом вмял окурок в асфальт. «Добрая примета! — сказал себе убийца. — Пора действовать!»

Еще раз взглянув в стекло, убийца увидел гроб и сзади серебряный крест с серебряными лавровыми листьями. «Это везут Сару Гарнер». — Он посмотрел на часы.

Кто придет проводить ее в последний путь? Проповедник ее общины? Этот Джо Уолкер в качестве соглядатая? Просто любопытные?

Убийца хмыкнул и перекинул языком сигарету в другой угол рта.

Проехал полицейский патруль. Полицейские что-то уж излишне долго и пристально рассматривали его машину. «Неужели о чем-то догадываются? — тревожно подумал он. — Или объявлен розыск с указанием его примет?»

Убийца почтительно поприветствовал полицейских. Они кивнули ему в ответ. «Надо осторожно разнюхать, что они знают и о чем догадываются, но как?»

Небо было безоблачным. Вовсю светило солнце. «Жаль, что нет дождя, при дожде похороны проходят быстрее».

Вдруг он выругался, торопливо дал газ и покатил. На большой скорости проскочил перекресток, свернул в ближайший переулок и въехал в пустой двор транспортной конторы. Поставил «бьюик» в самом дальнем углу и дал сторожу гигантские чаевые.

— Машину возьму через час-два.

Он решил не искушать судьбу, хотя никаких видимых причин для этого не было. Патрульная машина замедлила ход — ну и что? Полицейские собирались задать ему какой-то вопрос — опять ничего страшного. А может, их вопрос его совершенно не касался?!

Добравшись до шоссе, убийца снял очки и шляпу. Это его совершенно преобразило. На остановке он купил в киоске газету, сел в подошедший автобус и доехал до кладбища. Изрядно поплутав между могилами, он притаился за большим памятником. Отсюда он видел всех, а его никто.

Прошло какое-то время, прежде чем Джо свыкся с мыслью, что перед ним живой Миллер, из плоти и крови. Шеф ФБР ободряюще улыбнулся:

— Ты отыскал меня за семь минут сорок секунд. Хорошее время! И прекрасное место для встречи, как ты считаешь?

— А если бы вместо меня появился кто-то другой? — спросил Джо. — Что тогда?

— Другого бы я арестовал.

— Извини, но откуда бы ты узнал, кто есть кто? Интуиция?

— Интуиция тут не при чем, а при чем вот эта дырочка. — Миллер вынул одну дощечку из деревянной панели. Под ней оказался специальный кирпич со стеклом, через которое можно было наблюдать шоссе и подъезд к дому. Снаружи глазок был незаметен.

— Подобные штуки наводят на мысль, что Рони был не совсем в себе!

— Ошибаешься, — возразил Миллер. — Ты рассуждаешь так потому, что не знал его. У него врожденные способности к шпионажу.

— Ты здесь случайно или ждал меня? — спросил Джо.

— Я здесь намеренно. Кроме того, я рассчитывал, что ты непременно заглянешь сюда. Ты же собирался осмотреть виллу Рэсса, так? Не спрашивай, как я узнал об этом: слухами земля полнится. К тому же в ФБР работают отнюдь не бездельники. Еще я подумал, что встретиться здесь куда безопаснее, чем в музее. При условии, конечно, если не видели, как один из нас вошел в этот дом.

— Ты думаешь, за нами следят?

— А ты другого мнения? Считаешь, что не приглядывают?

— Полагаю, что у убийцы есть дела и поважнее.

— Я в эти дни был очень занят, — Миллер перешел на другое, — потому и не вышел на тебя. Я рассчитывал, что ты меня найдешь: на сейфы у тебя верный глаз. Впрочем, и на девушек тоже. А уж про ночные клубы я и не говорю.

— Откуда тебе все известно? — Джо был поражен и не скрывал этого.

— Служба обязывает, — ответил начальник ФБР и попросил подробно рассказать о происшедшем за последние дни.

Джо коротко перечислил события, участником которых он оказался. Потом спросил Миллера, почему тот оказался у Рони.

— Вспомнил, что у Рони имеется дом, который мы еще не осмотрели.

— У меня возникла та же мысль, и вот я на берегу Мичигана.

— Благодаря широким знакомствам Рони нашей организации стала известна разветвленная сеть наркомафии, — сейчас Миллер сказал то главное, что объясняло все его поступки. — Возможно, он стал жертвой одного из таких знакомств. Но это следует еще доказать.

— Ты имеешь в виду Эллу Мурейру?

— Я не думаю ни о какой конкретной женщине, — ответил Миллер и в свою очередь спросил: — Торопишься ехать на виллу? Будь осторожен!

— Я должен присутствовать на похоронах Сары Гарнер, но еще сегодня хочу осмотреть участок возле Кеноши. Судя по тому, что говорила. Элла, там дом с большим парком, и лодочной пристанью. Надеюсь, что ты сам здесь все приведешь в порядок?..

После похорон Сары Гарнер, таких унылых и сиротских, каких не бывало, наверное, и со времена вселенского мора, Джо с Гарнером поехали в страховую компанию.

— Хватит, Гари, думать о прошлом, начинай жизнь заново. Теперь у тебя все будет по-другому.

— Ты забываешь о моем возрасте, Джо!

— Да тебе больше сорока не дашь, Гари!

— Ошибаешься ровно на десять лет, приятель. Меня учили тому, чтобы внешность не выдавала истинный возраст. Я же профессиональный актер. Но здесь, — Гарнер постучал двумя пальцами по груди, как это делают врачи, — старый, отработанный мотор. Все свистит, хрипит, работает с перебоями.

— Тогда не включай его на полную мощь, и он еще долго тебе послужит.

Гарнер безнадежно махнул рукой.

— Не унывай, он еще поработает. И с хорошей отдачей!.. Продолжая разговор, они подъехали к высотному зданию страховой компании, поднялись в лифте на нужный этаж и в течение десяти минут выполнили все формальности. После подписания бумаг начальник отдела спросил:

— Как желаете получить деньги? Чек? Перевод? Или наличные?

Гарнер посмотрел на Джо, спрашивая у него совета. Потом ответил:

— Счета в банке у меня нет, сэр, так что…

— Значит, наличными. Сейчас узнаю, есть ли нужная, сумма в кассе.

Деньги были.

— Куда ты собираешься положить бумажки?

— В карманы. У меня семь карманов.

— Неподражаемая беспечность! Это же целая куча денег!

— Если по сто долларов, то ровно две тысячи бумажек. Уместятся.

Гарнеру выплатили страховку разными купюрами, получился внушительных размеров пакет. Он взял его под мышку.

— Так еще лучше, — Гари был на седьмом небе, когда они покинули страховую компанию. — Выглядит так, будто я купил себе колбасы и хлеба на ужин.

— Ну, а что теперь? — спросил Джо.

— Мне бы хотелось посоветоваться с тобой, как незаметнее уйти под воду, пока он за мной охотится. У тебя в этом деле есть опыт.

— Об этом мы еще поговорим, — сказал Джо.

— Лучше всего у меня дома.

Джо посмотрел на часы.

— Сейчас половина четвертого. Мне нужно кое-что сделать, пока еще светло. Как только освобожусь, сразу позвоню твоей соседке, миссис Эльгин.

Гари приложил два пальца к шляпе:

— Пока!

— И донеси свой ужин до дому в целости!

Гари засмеялся:

— Не волнуйся, к такому оборванцу, как я, не подойдет даже нищий, потому что в моих карманах ничего нет, пустота.

…Джо позвонил Брунсвику, тот уже ждал его донесений:

— Ничего нового, существенного, — сказал Джо. — Сару похоронили, Гари получил свои деньги и поехал домой. Я собираюсь заглянуть в особняк Рони Рэсса за городом, попробую отыскать там что-нибудь стоящее.

— Ты оптимист! Знаешь анекдот о молодом человеке, получившем от дяди наследство из семи чемоданов? Он открыл шесть чемоданов, рассчитывая найти в одном из них по меньшей мере бриллианты, но они оказались пустыми. В седьмом были старые газеты…

— Бывает, — невозмутимо отреагировал Джо на этот с подковыркой примитив. — Ты, что же, советуешь не открывать седьмой чемодан?

— Удивительно устроен человек: надеется до последнего вздоха!.. — В этот момент лейтенанта прервали. Когда он снова заговорил, его голос стал серьезным: — По-моему, видели Старка.

— Где? Когда?

— Поблизости от кладбища «Эдисон». Раскатывал в черном «бьюике». Его засек патруль, и он нахально поприветствовал ребят. Пока до них дошло что к чему и они повернули обратно, его и след простыл. Он сориентировался молниеносно.

— Тогда это был, видимо, не он.

— Да, они сами не очень уверены, но у меня такое чувство, что мы наступили ему на хвост.

— Посмотрим, — односложно сказал Джо. — А теперь я попытаюсь открыть последний чемодан. Я позвоню.

Комиссар сел в машину и выехал из Чикаго в северном направлении. Загородный дом в Кеноше, купленный Рони Рэссом, будто железным магнитом властно притягивал к себе комиссара. Каким-то шестым чувством Джо внутренне сознавал, что именно там, в Кеноше, его поджидает что-то таинственное, необычное, способное разрешить загадку, над выяснением которой он бьется уже столько времени. Хотя, если бы его сейчас спросили, что это может быть, он затруднился бы с ответом. Но не зная точно, с чем может столкнуться в Кеноше, он в то же время твердо знал, что именно здесь для него мелькнет луч света в темном тоннеле, по которому он идет почти ощупью уже не один день.

Глава десятая

К берегу озера примыкала большая ровная площадка, на ней возвышался дом внушительных размеров. Вокруг стеной стоял довольно густой смешанный лес. Внизу, возле пристани, был отчетливо виден деревянный сарай для хранения лодок. Все окна в доме, кроме венецианского, снаружи были забраны решетками.

Джо не очень рассчитывал на результаты внешнего осмотра дома, но ему повезло: он нашел подходящий ключ и отпер массивную дубовую дверь. Слуг в доме не было, Рони Рэсс хотел чувствовать себя здесь свободно. За порядком в доме, очевидно, наблюдал кто-то из приходящих жителей Кеноши.

Обстановка оказалась типичной для загородных домов подобного типа: массивные кожаные кресла, пестрые ковры соседствовали с простой деревенской утварью. Шкаф. Еще телевизор… Казалось, все вещи собраны здесь случайно.

Бегло осмотрев комнаты, Джо вышел из дома и направился к лодочной станции. И здесь удача повернулась к нему лицом: он снова увидел знакомый след: модный узконосый ботинок с резиновым каблуком и гладкой подошвой. Джо раскрыл блокнот и сравнил запись — все в точности совпадало с размерами следа, оставленного убийцей в саду Гарнера. Комиссар Икс попытался определить, как давно обнаруженный им только что след оставлен, и пришел к выводу, что убийца побывал здесь два дня назад, а, возможно, и позднее.

Между деревьями, где земля была влажной, отпечаток остался более четкий. Цепочка следов привела его в конце концов к деревянному сараю для лодок. Следы терялись около мостков. «Что он искал возле воды?»— подумал Джо, открывая сарай. Помещение состояло из двух отсеков: передний, без пола, с возвышающимися над водой сваями, и второй, где хранились лодки, снасти. Под потолком была подвешена на блоках моторная лодка, возле стены стоял мотор, рядом красный ящик с батареями и проводами. На воде покачивалась яхта.

Джо решил осмотреть сначала задний отсек. Пахло лаком и пропиткой. На полу темнели пятна смолы, стояло несколько больших бидонов с краской, бочки с бензином. В углу громоздились паруса и канаты. На крюке, вбитом в стену, висели спасательные жилеты и штормовки. В сторонке — стоптанные туфли, сломанный румпель, удочки и сети, затканные паутиной.

На балке рядом с огнетушителем Джо увидел телефон. Он поднял трубку и нажал белую кнопку — раздался гудок. Джо положил трубку на рычаг и направился было к двери. Половицы излишне пружинили при каждом шаге, а тяжелые бидоны, стоящие у стены, покачивались. Это насторожило его. Он задумался.

Сдвинув бидоны, он обнаружил, что доски под ними подпилены. Проверил доски с другого конца и увидел то же самое. След был свежий, на дереве отчетливо сохранились следы зубьев пилы. Джо вынул одну из досок, из подполья пахнуло керосином. Было темно, и Джо зажег лодочный фонарь. Потом приподнял вторую доску и заглянул вниз. Вначале ему удалось рассмотреть только темно-коричневые мешки. Они были пропитаны какими-то дезинфицирующими химикалиями. Джо опустился на колени и, просунув руку, с трудом отодвинул один из мешков: из-за него показался ботинок и мужская нога с задранной брючиной в черном шелковом носке. Второй мешок прикрывал верхнюю половину тела и голову.

Теперь Уолкер уже не сомневался. Он нашел труп Рони Рэсса. Рядом лежал еще один тюк. Джо поднял третью доску и обомлел: возле трупа Рони находился еще один — мужчина с искаженным от страха лицом и выпученными глазами. Казалось, они о чем-то молили Уолкера.

Покинув сарай, Джо побежал к дому и позвонил в полицию.

— Брунсвика! — потребовал он у сержанта. — Срочно!

— К сожалению, его нет в Управлении.

Джо зло выругался:

— Ну вот, всегда так. Когда он нужен позарез, его нечистый где-то носит! Записывай!

— Я готов.

— Открыл последний чемодан…

— Записал.

— Содержимое: два трупа.

— Два — чего?! — закричал сержант.

— Один — Рони Рэсс. Труп другого установить трудно. А теперь разворачивай на всю катушку, достань Брунсвика хоть из-под земли и пришли ко мне! Боюсь, что мы вот-вот опоздаем, я чувствую, что-то должно произойти в ближайшие минуты.

Джо повесил трубку, вынул из пачки сигарету. В эту минуту раздался телефонный звонок. Джо вздрогнул. «Миллер или Брунсвик? — машинально подумал он. — Только им двоим известно, где я нахожусь». Он схватил трубку.

— Уолкер, говорит Старк! Теперь ты от меня не уйдешь!

Трубку положили.

В долю секунды Джо оценил ситуацию: Старк выследил его. Он видел его в сарае, значит, он сам в это время был там и знает, что Джо нашел трупы.

Джо посмотрел через большое окно, но ничего подозрительного не обнаружил. Вынул пистолет, висевший в специальной петле под мышкой, снял его с предохранителя и положил возле телефона. Видимо, на что-то решившись, взял пистолет и подошел к двери. Он с силой надавил на ручку и понял, что оказался в ловушке. Ключ оставался снаружи, и, воспользовавшись этим, Старк запер его.

— Любым способом надо выбраться отсюда, — сказал себе Джо. — Когда в капкан попадается слон, даже ему крышка!

Джо взглянул на окна. Решетки были прочные, не выломать. Венецианское окно прикрывали лишь жалюзи. Он хотел поднять их, но в этот момент снова раздался звонок.

— Я слежу за каждым твоим шагом, — картавый голос звучал угрожающе и злобно, — и вижу все, что ты предпринимаешь. Если рискнешь выбраться в окно, я уложу тебя и ты станешь третьим трупом. Учти это!

— Старк, мне начинают надоедать твои фокусы и я уже сообразил кое-что.

— И что именно?

— Ты мелкий хвастун и мошенник самого низкого сорта…

— Не заедайся, Джо! Сейчас я вколочу в твою поганую глотку твои же слова! — Раздался щелчок. Это Старк бросил трубку на аппарат, висевший на балке.

«Что он может предпринять?»— Джо еще не додумал ответ на вопрос, как инстинкт самосохранения бросил его на пол. Венецианское стекло тихо тенькнуло от выстрела. Пуля врезалась в панель рядом с тем местом, где только что стоял Уолкер. Джо убедился, что из ловушки выскочить так просто не удастся и решил блефовать.

Он на четвереньках одолел пространство, отделявшее его от телефона, и, сняв трубку, одновременно нажал на кнопку. В ту же секунду трубку поднял Старк. Как видно, нажатием кнопки устанавливалась двусторонняя связь между домом и лодочным сараем.

— Полный порядок! — насмешливо сказал Джо. — Теперь я знаю, что твое убежище — сарай. Я тебе гарантирую, Старк, что ты в такой же западне, как и я. Если мне суждено погибнуть здесь, ты погибнешь там!

— Возможно, так бы и случилось, будь у тебя такое же оружие, как у меня, — убийца снова обнаружил свою изумительную осведомленность. — У тебя пистолет 38 — го калибра, что ты можешь сделать с такой пукалкой? На сто ярдов у тебя уже нет прицельной точности. Не теряй время — пиши завещание, осталось всего пять минут. Старк шутить не привык! — и он, хохотнув, снова бросил трубку на рычаг.

В сарае был только внутренний телефон. Джо понимал, что убийца ничего не сможет предпринять, если он сейчас поднимет тревогу.

Уолкер набрал номер телефона дежурного по отделу происшествий, но одновременно с первым гудком раздался резкий голос Старка:

— Джо, не будь ослом, не трать понапрасну усилий, я перерезаю провод.

И вмиг оборвалась единственная ниточка, связывающая Уолкера с жизнью. Телефон был мертв, как Рони Рэсс и неизвестный, чей труп лежал рядом с его телом.

В течение последующих пяти минут было тихо. А потом в тревожную хрупкую тишину ворвался рев полицейской сирены.

— Я ехал к тебе, когда ты звонил сержанту, — Брунсвик буквально ввалился в комнату. — Весь день меня не покидала тревога… Где трупы?

— Там, — Джо рукой указал через окно на сарай.

Прежде чем заглянуть в сарай, они обшарили весь участок — от убийцы можно было ожидать любой неожиданности, — но не обнаружили ничего подозрительного.

Они приблизились к сараю, где хранились лодки.

— Если из сарая выйдет кто-нибудь, — приказал лейтенант Брунсвик полицейским, — стреляйте без предупреждения! Но только по ногам — он нам нужен живым.

— Уверен, сегодня стрелять не придется, — отозвался Джо.

— Он теперь далеко отсюда. Он знал, что вы уже на подходе…

— Ты хочешь сказать, что мы его спугнули?

— Ни в коем случае, — быстро ответил Джо. — Ты меня не просто выручил, Бруни, а спас. А Старк ушел раньше, до вашего прибытия. Если бы не ты, он обязательно вернулся, а я оставался беспомощным, как баран на привязи.

Джо резким ударом ноги распахнул дверь в сарай и отпрянул в сторону.

— Эй, Старк, выходи! — крикнул лейтенант.

Он дважды повторил свой приказ, но безрезультатно.

Уолкер зажег фонарь и нырнул в темноту. Внутри сарая почти ничего не изменилось: доски, вынутые Джо, так и стояли, прислоненные к стене. Телефонная трубка болталась на шнуре. Уолкер заглянул в подпол и не поверил своим глазам: там лежал лишь труп Рони Рэсса, а другой — неизвестного — исчез.

— Но тут только один?! — подоспевший Брунсвик был по-настоящему озадачен. — А ты говорил, два! А где другой?

Джо недоуменно пожал плечами:

— То, что я еще жив, можно объяснить лишь одним: у Старка оказалось более срочное дело, чем расправа с Джо Уолкером. Ему нужно было время, чтобы избавиться от второго трупа. Это было для него важнее всего.

— Или все так, как ты говоришь, или… тебе второй труп лишь померещился, — с мудрым видом изрек Брунсвик.

Лейтенант осторожно взялся за телефонную трубку носовым платком и направил на нее сильный свет, чтобы рассмотреть отпечатки пальцев.

— Напрасный труд, Бруни, он наверняка работал в перчатках. Он всегда опережает нас на один шаг. Но теперь мы этого ему не позволим.

В Чикаго Джо поехал один, по дороге он завернул в контору дорожного надзора. За столом сидел пожилой служащий. Джо выкурил с ним сигарету и завязал непринужденный разговор.

— Вы, наверное, получаете сообщения обо всем, что происходит на территории вашего участка?

— Для того здесь и нахожусь, — важно сказал старик. — Мы отмечаем в журнале не только аварии, связанные с транспортом, но и атмосферные явления, состояние дорог.

— Интересно, — похвалил Джо. — Тогда вы можете сказать, когда здесь в последний раз прошел дождь.

— Минуточку, — старик вынул тетрадь и полистал ее.

— Позавчера, сэр. Начался в 18 часов 10 минут, окончился в 23 часа 40 минут.

— С тех пор дождя в Чикаго и его окрестностях не было?

— Здесь нет, а где-то в другом районе, возможно, и был…

— А могла ли гроза разразиться над небольшим пятачком?

— Могла, но ее не было, мы фиксируем все, что происходит на нашем участке: автоматическая станция также работает на нас, каждые шесть часов мы получаем исчерпывающие сведения.

— Очень интересно! Спасибо. Чего только не бывает на свете!

— Выпьете со мной, сэр? — предложил довольный старик.

— И рад бы, но надо ехать!

Джо приехал в управление полиции в отличном расположении духа. Лейтенант Брунсвик уже вернулся из Кеноши.

— Есть новости? — спросил он лейтенанта, поигрывая сигаретой.

— Отпечатки ботинок около сарая полностью совпадают с отпечатками из сада Гарнера.

— Так я и думал. А пуля, попавшая в стену?

— Бельгийская, для охотничьего ружья, калибр 9 миллиметров.

— Быстро определили, — похвалил Джо, — баллистикой у вас занимается знающий человек.

— Этим знатоком является мой сержант, — Брунсвик не думал скрывать своей гордости. — Мы достали труп Рони Рэсса и обнаружили рядом с ним пистолетную гильзу. Когда Старк стрелял в тебя из сарая, она угодила в отверстие в полу. Искать он ее не стал, наверное, нутром почувствовал наше приближение.

— Вообще он подозрительно много чувствует, даже слишком, — Джо не мог сказать ничего более определенного. — Старк сделал ошибку и эту ошибку ему срочно надо исправить, даже с опасностью для собственной жизни.

— Ты имеешь в виду второй труп?

— Да. Старк привез его в лодочный сарай недавно, он считал, что там трупы никто не обнаружит. И ошибся. Он постарается исправить оплошность, и тут мы его застукаем.

Лейтенант не понял рассуждений Джо, но сделал вид, что обо всем догадывается.

— Только пророки работают без вознаграждения, — сказал Джо. — Рабочий на автозаводе гнет спину над станком за четыре доллара восемьдесят центов в час, а наемный убийца Старк — за двести тысяч долларов.

— Ты думаешь…

— Не только думаю, а знаю точно. Старку ведомо, на какую сумму была застрахована Сара Гарнер. Эта сумма, и только она, до сих пор удерживает Старка в Чикаго. Но прежде чем эти денежки перекочуют к нему в карман, они должны побывать в руках Гари Гарнера.

— Тогда почему он пытался отравить его вчера ночью? — спросил лейтенант.

Уолкер, помедлив, убежденно ответил:

— Тут сделан ход конем: он пытался отравить не Гарнера, а меня. А, возможно, потому, что еще вчера Старк не знал, что Гари может получить деньги без особых хлопот. Или тот вариант или другой — оба близки к истине. Как хочешь, так и думай, Бруни, но о Гари мы должны позаботиться. Ему нынче трудно придется. Твой сержант у него?

— Нет, его отозвали.

— «Крайслер» Гари еще во дворе?

— Кажется, Гари забрал его. — Лейтенант выругался: — Дьявол побери, Гарнер с его двумястами тысячами долларов является неплохой добычей для Старка!

Джо погасил сигарету и потянулся к телефону. Абонент не отвечал.

— Я договорился с Гари, но может статься, что уже поздно: новые события перечеркнули уговор.

Чутье подсказывало лейтенанту, что с этой минуты он должен держаться рядом с этим детективом из Нью-Йорка. Чтобы потом с полным правом утверждать, что при задержании преступника он, Брунсвик, был первой скрипкой. В то, что Джо вышел на горячий след, лейтенант теперь уверовал.

— Я отправляюсь с тобой, — вся фигура Брунсвика выражала теперь решимость к немедленному действию. — Не возражаешь?

— Наоборот, рад! Я обмяк, как кожа на старом барабане.

— Тогда в путь! — голос Брунсвика потеплел.

— Мы сейчас так измотались, что в каждом из нас по полчеловека. Твоя помощь, Бруни, просто необходима, — проникновенно сказал Джо.

…Через сорок минут они были на Фримен Роуд. Джо остановил машину неподалеку от дома N 488, они тихо приблизились и открыли калитку. Крадучись, подошли к деревянному дому. Ни души.

Вернувшись в машину, Джо решил связаться с Эллой Мурейрой.

— Она, наверное, в «Морибане», — он посмотрел на часы. — Сейчас там начинаются выступления герлс. Звони в бар и побыстрее!

Брунсвик так волновался, что не заметил повелительного тона комиссара.

Лейтенанта соединили с баром тотчас же, но подошедшая к телефону девушка была так же сдержанна и холодна, как и накануне с Джо. Это привело Брунсвика прямо-таки в неописуемую ярость:

— Я хочу знать, где сейчас находится Элла Мурейра, в своей уборной или на сцене? — рявкнул Брунсвик. — Если через минуту мне членораздельно не доложат о том, где она, я закрою ваш мерзкий притон. Понимаете, — за-кро-ю! Так и доложите своему шефу. Я жду!

Брунсвик взглянул на Джо и подмигнул ему.

— Расшибется в лепешку, но все сделает, — подтвердил Уолкер. — Нужное слово, нужный тон в нужный момент — и любая проблема решается мгновенно!

Лейтенант оказался прав, ответ он получил быстро. Хотя и не тот, на который надеялся.

— Эллы Мурейры сегодня не было в «Морибане», она не явилась на представление и не сообщила причины.

Лейтенант повесил трубку на приборный щиток и стукнул себя кулаком по колену:

— Жми, Джо, на полную железку! Гони эту телегу во весь дух! Забудь сейчас, что есть на свете красный свет, если что — я отвечаю!

Через четверть часа машина застыла у дома, где жила Элла.

— Быстрее вертолета примчались, — похвалил Брунсвик.

— Вертолету надо было бы приземляться.

Джо поднял глаза вверх, в окнах квартиры Эллы горел свет.

— Может быть, ничего еще не произошло, просто у нее гость, — подумал вслух лейтенант.

— Тогда это, должно быть, очень важный гость, — возразил комиссар. — К своим обязанностям Элла относилась очень ревностно.

— Посмотрим! — перепрыгивая через две ступеньки, Брунсвик подбежал к лифту. Они поднялись без остановок.

В квартире Мурейры гремела музыка, звонок утонул в ней. Брунсвик нажал кнопку и не отпускал ее несколько минут.

— Что за пластинка? — спросил лейтенант.

— Ее запись, — ответил Джо. Он достал из внутреннего кармана пиджака стальную пластину и вставил в замок.

— Ключ в замке? — поинтересовался лейтенант. Джо закусил губу и отрицательно покачал головой:

— У нее привычка закрывать дверь на цепочку. Если цепочка на месте, значит, все в порядке.

Джо открыл пластиной дверь, цепочка не была накинута. Джо почувствовал недоброе. Но действительность оказалась куда страшнее, чем все его предположения. Элла лежала на полу, она, наверное, принимала душ, когда вошел убийца. Теперь она лежала на купальной простыне, в которую поспешно закуталась, когда поняла, что в доме посторонний. На ее коже еще блестели капли воды. Даже мертвой она оставалась красивой.

— Удар точно в сердце, — констатировал Брунсвик.

— Трижды, — уточнил Джо и огляделся. Он и сам не знал, зачем он это делает, — этот убийца никогда не оставлял после себя следов.

Брунсвик вызвал полицию. Джо понял, что ему надо уйти и побыть одному. Он сейчас совершенно вышел из формы.

Пластинка продолжала вращаться, мягкий глубокий голос продолжал петь грустную песню.

Глава одиннадцатая

Когда комиссар Икс сел в свою машину, он увидел, что в правом кресле кто-то сидит, согнувшись, вроде бы дремлет. Хлопнула дверца, сидящий поднял голову.

— Элла Мурейра мертва, — прохрипел Джо.

— Знаю, — ответил Миллер.

— Знаешь?! Откуда?

— Для этого имеются разные каналы плюс работа серого вещества, — начальник ФБР постучал пальцем по лбу.

— Почему же твое серое вещество не сработало раньше, — вскипел Джо, — до того, как девушку отправили на тот свет?

— Жаль, но… убийца оказался более проворным. Очень жаль.

Они молча закурили. Узнав, что Миллер располагает некоторым временем, комиссар Икс предложил ему проехать с ним на 55-ю улицу. Включив мотор, Джо начал рассказывать:

— Дело Рэсса раскрыто. Здешняя мафия не виновата в его смерти. Его беда в том, что в силу случайности он оказался на орбите Гари Гарнера. Как известно, Сара Гарнер наняла убийцу…

— Старка?

— Его самого. Что ее толкнуло на этот шаг? Думаю, обида, отчаяние и безумная ревность. Ревностью своей она довела и себя, что называется, до точки кипения. Будучи неврастеничной по натуре, она начала ненавидеть мужа и решила покончить с ним. Каким-то образом вышла на Старка, несколько раз встречалась с ним. Накануне убийства Сара захотела еще раз увидеться со Старком, уточнить кое-какие детали. А может, в ней заговорила совесть, теперь это уже не установить. Адреса Старка она не знала, только номер телефона. И позвонила ему.

— И что? А Рони-то тут при чем? — Миллер все еще не улавливал связи между двумя событиями.

— При том! Сара, повторяю, была созданием с неуравновешенной психикой, мысль о встрече со Старком пришла ей в голову в тот момент, когда она находилась в супермаркете Рэсса. Она попросила разрешения позвонить и обратилась к Рони, тот любезно разрешил ей воспользоваться телефоном, провел ее в свой кабинет, откуда Сара и связалась со Старком.

У Рэсса, как известно, была привычка записывать каждый телефонный разговор любого из своих служащих и брать за это соответствующую плату. Не отступил он от правила и на сей раз. Сама Сара не придала этому никакого значения, но Старк, видимо, выпытал у нее, откуда она звонила и не присутствовал ли при этом кто-либо. Сара сказала, что при разговоре был Рони, и это решило его судьбу.

Старк — убийца сверхосторожный, он решил убрать возможного свидетеля. Стал следить: повсюду ездил за ним на своем черном «бьюике», тут он мог догадаться о тайных делах Рэсса — прихватил его в ту ночь, когда Рэсс выходил из клуба «Морибан». Он застрелил его и спрятал в подполе сарая дома Рони в Кеноше. Он рассчитывал, что никто не догадается искать труп здесь.

Ну, а потом Старк постарался отвести подозрения от сарая с лодочными принадлежностями. Ведь о загородном доме Рэсса никому не должно было быть известно. Поэтому-то он звонил Элле и угрожал ей. Скорее всего, он присутствовал при разговоре, когда Рони договаривался с Мурейрой о свидании.

— А почему он ее убил? — спросил Миллер заинтересованно.

— Это уже другая история, — сказал Джо. — Ты доволен информацией?

— Пожалуй, я буду доволен лишь тогда, когда ты скажешь, куда мы едем.

— В Даунерс Гроув, на 55-ю улицу.

— А там куда?

— В супермаркет Рони Рэсса.

— Но он давно закрыт.

— А разве подобное когда-нибудь нас останавливало? Конечно, когда на то была веская причина.

— И на сей раз она имеется?

— А разве не веская причина, что я хочу съесть банку ананасового компота, — ответил Джо с нарочитой серьезностью.

Двери всех магазинов Рони Рэсса имели специальные замки, которые при любой попытке открыть их начинали трезвонить, как сумасшедшие.

— Не стоит терять два часа на переговоры с директором филиала, — сказал Джо, боявшийся опоздать.

— Что ты предлагаешь? — сухо спросил Миллер.

— Под торговым залом есть подвал. Товары с грузовиков бросают на транспортер, для которого сделано специальное отверстие в стене, и с него грузы сваливаются в подвал. Наверху он закрыт железной форткой — она наверняка не присоединена к сигнальной системе.

— Где эта фортка? Пошли!

В темноте он не разглядел довольной улыбки Джо.

— Мы стоим на ней.

Миллер посветил, и Джо мгновенно открыл замок. Откинув крышку фортки, Уолкер нагнулся, лег на ленту транспортера, крепко ухватившись руками за края.

— Я съеду первый. Не забудь поберечь голову! — И комиссар исчез в дыре.

Миллер благополучно проследовал за Джо. Они вышли в торговый зал, а оттуда — в кабинет Рони. Уолкер задернул шторы. Миллер включил свет.

— Ищи лучше!

— Зачем? Я знаю, где искать, — спокойно ответил Джо, перелистывая записную книжку Рэсса.

Среди многочисленных записей он нашел нужную: «Миссис Сара Гарнер, Майвуд, 60-62-51». Джо поднял трубку и попросил справочную:

— Я хотел бы уточнить адрес абонента номера 60-62-51.

Справочная подозрительно долго молчала.

— Сожалею, — ответила наконец телефонистка, — это секретный номер, мы не можем сообщить фамилию и адрес абонента.

— Я буду жаловаться! — вскипел Джо. — У кого в Чикаго можно получить справку о секретном номере?

— У ФБР, — невозмутимо обронил Миллер.

Через десять минут Джо знал все, что ему требовалось. «Номер Майвуд 60-62-51 был зарегистрирован недавно по адресу Медисон-стрит, 117. Владелец — Эдмунд Старк».

— Эдмунд Старк! Если бы мы узнали об этом три дня назад, многое сложилось бы по-иному!

Джо позвонил на квартиру Эллы Мурейры и переговорил с Брунсвиком.

Они выключили сигнальную систему у выхода и покинули супермаркет через заднюю дверь…

В доме N 117 по Медисон-стрит помещался магазин, а в верхнем этаже сдавались квартиры.

— Узнаем, дома ли хозяин, — сказал Миллер, когда машина остановилась, — а там будем действовать по обстановке.

— Свет только в крайнем окне слева. Я зайду в парадное и позвоню, — сказал Джо. — Если он ответит, я скажу ему: «Привет, Джек, это Слим. У меня в кармане бутылка виски, как ты насчет того, чтобы выпить?» Тогда он что-нибудь вякнет, выругается, как на забулдыгу, который перепутал квартиры.

Джо объехал дом, поставил «мерседес» во второй ряд так, чтобы его сразу нельзя было заметить.

— Вернусь через десять минут, — сказал Миллер.

Джо подошел к доске с фамилиями жильцов, против одного звонка фамилии не было. На эту кнопку Джо и нажал. Он ждал, но никто не откликнулся, никто не открыл входную дверь. Это не обескуражило Уолкера, он потянул ручку на себя, навалился плечом на раму и вышиб дверь из петель.

Не зажигая света, он ощупью дошел до лифта и поднялся наверх. Луч карманного фонарика выхватил визитную карточку, прикрепленную ко второй по коридору двери: «Эдмунд Старк. Ревизор».

За дверью была полная тишина.

Джо нащупал в кармане металлическую пластинку — их у него был целый набор. Вдруг он вздрогнул и отпрянул назад — в глаза ударил луч света и тут же погас. Если бы это был Эдмунд Старк, с Джо было бы покончено.

— Так, — сказал Брунсвик, — открывай дверь, у тебя это ловко получается.

— Ты что, на крыльях прилетел? — с облегчением спросил Джо.

— Чудеса тут ни при чем, — важно вымолвил Брунсвик, — надо учитывать технический прогресс. У меня в кармане коротковолновый передатчик. Внизу, возле дома, дежурят два моих сотрудника. Если бы не их сообщение, ты лежал бы сейчас на операционном столе.

— Организовано все блестяще, — похвалил Джо.

— В нужную минуту мы всегда наготове!

Джо попробовал несколько своих знаменитых пластинок, подобрал нужной толщины и дверь открылась:

— Прошу вас, сэр!

Джо прошел через гостиную, опустил жалюзи и включил свет.

Приступили к обыску. Лейтенант заглянул на кухню, в ванную и вернулся в гостиную.

— Пусто. Может быть, он и без нашей помощи отправился на тот свет?

— Нет, — Джо стоял перед раскрытым ящиком гардероба. — Взгляни-ка сюда!

Лейтенант подошел к Уолкеру:

— Нижнее белье?!

— А это что?! — Джо приподнял стопку вещей.

— Деньги?! — глаза Брунсвика сузились. — И много денег!

— Ровно двести тысяч. Наверняка он не собирался пожертвовать их в фонд детских приютов. Он за ними вернется.

— Это деньги Гари Гарнера?

— Его.

Приемник в кармане лейтенанта стал подавать сигналы.

— Кто-то идет к дому, — сообщил полицейский снизу. — Среднего роста, даже маленький. Крадется вдоль стены. Исчез в доме. Задержать, сэр?

Уолкер показал жестом: не стоит.

— Пропустить! — отдал распоряжение Брунсвик.

— Старк не маленький, не меньше метра восьмидесяти, — сказал Джо.

— Откуда ты знаешь? Это твое предположение?

— Нет, точные данные.

— Ты его видел?

Джо кивнул. Он рассказал лейтенанту то, что недавно рассказывал Миллеру, преднамеренно упустив многое.

— Все равно непонятно, где и когда ты его встречал.

— В большом городе каждый встречает когда-нибудь другого, только не фиксирует этого до поры до времени.

— Отговорки!

— Тише! Гаси свет! Я слышу, как подъехала машина! — торопливо выпалил Джо.

Лейтенант погасил свет. Джо раздвинул шторы и поднял жалюзи… Было слышно, как машину внизу поставили на стоянку. Мотор продолжал работать.

Из приемника раздался голос:

— «Бьюик», сэр! Черный.

— Дальше что, сержант?

— Человек вошел в дом, сэр.

— Немедленно обыщите машину! Опишите вошедшего!

— Высокого роста, сэр.

Они ждали, затаив дыхание. С шумом остановился лифт.

— Это он, — прошептал Брунсвик, — лифт не дошел до верхнего этажа. — Как мы его встретим?

— Спрячемся за креслами, он окажется как раз напротив нас. Как только включит свет, сразу же увидит два пистолета, направленные на него. Две дырки в груди для него вполне достаточно!

Послышались шаги.

Раздался сигнал передатчика, голос сержанта захлебывался от волнения:

— В багажнике маш… шины, сэр…

— Что в багажнике? — прошипел зло лейтенант.

— Труп мужчины!

— Дьявол его возьми! Выключи прием! — и лейтенант снова выругался.

Он выключил аппарат.

— Труп!.. Кто же убитый?

— Тот, кто лежал рядом с Рони Рэссом в сарае для лодок и кого Старк вытащил сегодня вечером.

— Может быть, это Гари Гарнер? — пробормотал Брунсвик.

— Гари? — в голосе Джо был вопрос.

— Нет, Гарнер вряд ли, еще сегодня он обедал. Но если не Гарнер, то кто же?

— Потерпи еще немножко, и через пару минут Старк сам все расскажет.

Осторожные шаги были совсем рядом. Джо понял, о чем сейчас думал самолюбивый лейтенант, и тут же услышал его вопрос:

— Зачем Старк прикончил Эллу Мурейру, она же его не знала?

— Она его один раз видела, — прошептал Джо чуть слышно.

Потянуло сквозняком, они поняли: Старк вошел в квартиру. Зажегся свет — он стоял в пяти метрах от них.

— Руки вверх! — закричал лейтенант.

Убийца поднял руки. Вдруг резким движением он опустил ладонь на выключатель. Из темноты раздался хриплый лающий смех, но грохот выстрелов заглушил его. Пистолет Брунсвика выплевывал бело-голубое пламя. Пули летели вдогонку убийце, но с каким успехом — неизвестно.

— Ушел! — прохрипел лейтенант, бросаясь вдогонку за Старком. Вдруг они услышали выстрелы — стреляли на лестнице. Звук был глухой и низкий. Это был кольт.

— Кольт! — закричал лейтенант.

— Да, калибр 49, модель ФБР, — спокойно сказал Джо и зажег свет.

На площадке стоял невысокий человек. В нейлоновом пальто, в синем однобортном костюме, с аккуратно заглаженной складкой на брюках. В правой руке он держал кольт, левой поправлял галстук.

— Попадание в голову, — пробормотал Миллер. Лейтенант изумленно посмотрел на Джо, потом на шефа ФБР.

— А-а, тут сам Миллер! — и, обращаясь к Джо, добавил: — Оказывается, ты распутываешь это дело не один.

— Нет, не один и не только ради страховки Гари Гарнера.

— Но ты мне раньше ничего не говорил об этом. Разве так поступают с друзьями?

Брунсвик подошел к мертвому, повернул его на спину и вдруг отпрянул.

— Невозможно! — наконец вымолвил он.

— Почему невозможно? — спросил Джо, прикидываясь простачком. — Ты его знаешь?

— Конечно, это — Гарнер. Кто бы подумал!

— Я, — сказал Джо. — Вся штука в том, что это не Гарнер.

Они втроем закурили, и Джо пояснил — больше для Брунсвика:

— Мы считали его Гарнером, потому что не знали настоящего Гари. Это убийца Эдмунд Старк, а настоящий Гари, театральный режиссер, лежит там, в машине. Он мертв уже довольно давно. Гари Гарнер-первый умер за несколько минут до того, как я узнал Гари Гарнера-второго.

Теперь мы знаем, почему Старк уничтожил Рэсса. Он застрелил его из-за неосторожности Сары — ее телефонный звонок из кабинета Рони чуть не сорвал его план. Смерть Сары внесла в этот план некоторые поправки. Он, видимо, узнал о страховке.

Выследив Гарнера, Старк напал на него в темноте, а когда я впервые вошел в дом, передо мной сидел не терзаемый страхом Гари, а его убийца. Старк не видел для себя другого выхода, как только сыграть роль Гарнера. Когда я взял его в машину и оставил подождать меня, а сам отправился в дом за документами Гарнера, он выскользнул из машины и напал на меня в темноте, чтобы забрать из бумажника удостоверение Гари. Потому что по единственной фотографии, наклеенной в нем, мы могли бы установить, что Старк не Гари. На следующий день он подбросил бумажник на шоссе, чтобы я мог найти его, а он, завладев страховым полисом, получить деньги.

Потом Старк продолжал играть роль Гарнера так хорошо, как не смог бы профессиональный актер Гари.

— Старк, — прирожденный талант, — вставил Миллер.

Джо не дал сбить себя.

— В полиции Старк блестяще вышел, казалось бы, из пикового положения, он сказал, какие таблетки принимала Сара и даже назвал адрес ее врача — он видел таблетки и рецепт в ящичках и воспользовался этим.

— А яд для насекомых? Зачем это ему понадобилось? — снова задал вопрос лейтенант.

— Очевидно, хотел сыграть роль преследуемого. Старк лежал на полу и яд не мог причинить ему серьезного вреда. Потом, когда я искал убийцу на верхнем этаже, он вынул вентиляционную форточку, сорвал с веревки бутылку с ядом и выбросил ее в реку — еще одно очко в пользу Старка!

Брунсвик постепенно начал разбираться в этом запутанном клубке.

— Теперь я понимаю, почему он убил Эллу: она знала настоящего Гарнера, одно время он был ее любовником. Элла Мурейра была единственным человеком, который мог нам сказать: «Послушайте, этого человека я не знаю, это не Гарнер!»

— Теперь ясно и то, почему Старк вытащил труп Гарнера из сарая, — мы могли бы его разоблачить. Признаюсь, с этого момента я начал разгадывать его игру, хотя убийца так правдоподобно разыграл комедию исчезновения Гарнера.

— Подозрение у тебя закралось только сегодня? — Миллер взглянул на Джо.

— Нет, еще вчера, когда я увидел простреленную покрышку «крайслера» и мокрый багажник. Сегодня, когда я уточнил в конторе дорожного надзора, что в Кеноше накануне дождя не было, я нашел объяснение мокрому багажнику: Старк мыл его после того, как отвез труп Гарнера в сарай. И покрышка была пробита из его собственного пистолета.

— Еще есть вопросы, джентльмены?

— Не сразу, — сказал лейтенант, который, очевидно, не мог переварить за один прием информацию Джо, — не в данную минуту.

Мертвый убийца выглядел так ужасно, что Брунсвик достал газету и прикрыл лицо Старка.

— Насильственная смерть никого не украшает, — сказал Миллер, — тем более отпетого негодяя. — И тихо, обращаясь к себе, добавил: — Для этого мерзавца — смерть справедливое возмездие.

Джо швырнул сигарету на плиточный пол и вздохнул с облегчением:

— Уж теперь-то он больше ни для кого не опасен!

Content

Берт Исланд
№ 1 в Чикаго

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвертая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Глава девятая

Глава десятая

Глава одиннадцатая