Сальваторе Роберт Энтони

Тот странный меч

Роберт Сальваторе

ТОТ СТРАННЫЙ МЕЧ

«Тот Странный меч» ознаменовал новое направление рассказов, написанных мною для мира Забытых Королевств. Я не стал обсуждать продление контракта, в котором должен был продолжать писать рассказы — мне просто не хотелось брать на себя обязательства. Я решил так: если будет настроение — напишу, а если Wizards Of The Coast захотят его опубликовать — великолепно! Но в книжных сериях, где предусматривается наличие антологий, такое дозволено не всегда, поэтому при обсуждении контракта мне пришлось согласиться на пять рассказов.

Моё решение объяснялось тем, что книги про Дзирта разделились на два разных направления. Энтрери с Джарлаксом пошли по своему пути; мы даже убрали «Служителя осколка» из серии «Пути тьмы» и вставили в трилогию «Наёмники».

В связи с этим, ведя переговоры, я не мог отказаться от предложения создать рассказ-спутник. Я знал, что если бы остановился на трилогии о Дзирте, мне бы пришлось расстаться с Энтрери и Джарлаксом года на три, а то и больше, но мне очень этого не хотелось. Казалось, я наконец начинаю чувствовать Артемиса Энтрери, когда писал «Заклятие короля-колдуна». Чем больше я узнавал об этом персонаже, тем больше мне хотелось у него учиться. Как писатель, я испытывал радость, бродя по улицам вместе с героями, и они меня удивляли.

Формат короткого рассказа для Энтрери и Джарлакса на этот раз пришёлся весьма кстати. Я мог закинуть их в опасную передрягу, вынуждая действовать по обстановке. Но куда больше меня волнует вопрос о том, что они чувствуют по отношению друг к другу. Ведь ни один из них не может похвастаться ни честностью, ни бескорыстием.

Так что же на самом деле может означать их дружба? Зависит ли она от беспрерывной и наглядной взаимной выгоды, и существует ли грань, за которой их взаимоотношения перерастут в нечто более глубокое, более честное, не связанное с видимой выгодой, которая выражается в золоте или средоточии власти?

Как раз об этом и пойдёт речь в рассказе «Преданный меч». Его сюжет переплетается главным образом вокруг Энтрери и Джарлакса, изобличая связь Энтрери с Нетерезской империей, поскольку он владеет нетерезским мечом. Также мы сможем увидеть, как вампирский кинжал убийцы оказался способен пронзить шейда.

Вдобавок к этому мы увидим границы и возможности дружбы между этой непохожей друг на друга парой во время их путешествия по Королевствам. Надеюсь, этот и два других рассказа о ярком дуэте усилит кульминацию их взаимоотношений в «Дороге патриарха».

Роберт Сальваторе.

Изначально опубликован в сборнике «Королевства тени».

Wizards Of The Coast, 2002.

Год Щита (1367 год по летоисчислению Долин)

— Второй Калимпорт, ни дать ни взять, — упрямо повторил Энтрери.

По другую сторону стола Джарлакс с трудом удержался от смешка.

— И ты ещё зовешь мой народ расистами? — ответил тёмный эльф. — Мы, по крайней мере, не относимся с таким презрением к своим собственным сородичам!

— Твой длинный язык болтает глупости!

— Мой длинный язык открыл мне ворота в город, разве нет? — ответил Джарлакс, ухмыляясь своей нахальной улыбочкой.

Это было правдой. Они с Энтрери прибыли сюда, на северо-восток Фаэруна, в страну, известную как Кровавые Скалы. Здесь, по слухам, храбрецы могли сколотить состояние на ушах гоблинов и их сородичей, в изобилии обитающих на диких равнинах Ваасы, к северу от королевства Дамара и его столицы Гелиогабалуса. Приплетя и имя короля Гарета Драконоборца и напомнив страже ворот, что король-паладин Дамары известен своей терпимостью и стремлением судить о людях по их делам, а не цвету кожи, тёмный эльф убедил подозрительных стражей впустить их внутрь.

Не в последнюю очередь на охрану повлияло то, что Джарлакс был меньше всего похож на тех тёмных эльфов, о которых они слышали истории, а вживую и вовсе не видели. Одетый в вызывающе широкополую шляпу с огромным пурпурным пером, широкий синий плащ, который с тех пор успел перевоплотиться в красный, чёрную повязку, которую он передвигал с глаза на глаз, и при этом даже без видимого оружия, Джарлакс подходил скорее на роль персонажа базарных сплетен, чем опасного шпиона. Ему, как и Энтрери, несмотря на его впечатляющий меч и разукрашенный кинжал, позволили войти в город, но предупредили, что будут присматривать за каждым их шагом.

Прошло несколько часов, и пришельцы убедились, что лентяи не сдержали слова.

— Долго ты там будешь копаться? — рявкнул Энтрери через всю таверну на служанку, которая принимала у них заказы. Она не спешила возвращаться с подносом, явно робея до дрожи и каждый раз теряя дар речи при виде дроу. Девушка вспыхнула и направилась к стойке, затем развернулась, потом ещё раз, не зная, что делать. За ближайшим столом пара завсегдатаев бросила недовольные взгляды на неё и на Энтрери.

Убийца сел на стуле поудобнее. Он очень надеялся, что эти двое нападут. Его настроение в последние месяцы было неизменно ужасным с тех пор, как они с Джарлаксом уничтожили Магический Кристалл. Дорога на север была скучной и лишённой происшествий, несмотря на внешность и выходки его попутчика. Да и вся затея Джарлакса была убийце не по душе. Тёмный эльф затащил его в Кровавые Скалы, чтобы завоевать репутацию и немного золота на убийстве гоблинов. Для Энтрери это походило больше на работу для его вечного врага, Дзирта, и его «благородных» друзей.

— Ты её лишь больше запугал, — заметил Джарлакс.

Энтрери только пожал плечами.

— Знаешь, дружок, у моего народа есть примета: если знатный дроу ласков с ровней, но жесток к слугам, он воистину мерзавец. В моих кругах это был своего рода комплимент. А как здесь?

Энтрери откинулся на спинку стула и приподнял поля узкополой шляпы — которую Джарлакс называл «болеро» — так, чтобы дроу в полной мере разглядел скепсис в его взгляде.

— И не делай вид, будто тебя не задело, — подмигнул Джарлакс.

— О боги, у меня вместо совести — тёмный эльф, — вздохнул Энтрери. — До чего я докатился?

— Артемис Энтрери мог бы быть и выше того, чтобы задирать служанок, — отрезал Джарлакс, демонстративно отвернувшись.

С рыком возмущения Энтрери вскочил из-за стола и направился на другую сторону зала. Его силуэт перемещался бесшумно и грациозно, словно он парил среди столов и стульев, направляясь к официантке. Он миновал стол с двумя шумными наблюдателями, один из которых начал было подниматься, видимо, чтобы заслонить ему путь. Энтрери хватило одного колючего взгляда, чтобы изменить планы храбреца.

— Ты, — Артемис позвал девушку.

Она замерла, и вслед за ней замерло всё вокруг, смолкли разговоры. В гробовой тишине с другой стороны комнаты донеслось знакомое хихиканье.

Служанка медленно обернулась навстречу Энтрери. Тот подошел вплотную и упал на одно колено.

— Прошу прощения, юная леди, — произнес он, бросив несколько золотых монет ей на поднос.

Девушка не верила своим глазам. Энтрери поднялся с колен и продолжил:

— Мне следовало догадаться, что вы забудете, что мы заказали. Это можно понять, учитывая… — он бросил взгляд на Джарлакса, — необычную внешность моего товарища. Я повторю ещё раз, чего мы желаем, и приношу ещё раз мои извинения, что не осознал вашей проблемы раньше.

Посетители вокруг потихоньку вернулись к своим разговорам. Служанка улыбнулась с видимым облегчением. Энтрери хотел было и дальше вымаливать её прощения, но тут же бросил, не в силах заставить себя продолжать.

— Благодарю, — сказал он и повторил заказ, после чего вернулся к Джарлаксу.

— Чудеса, да и только! — прокомментировал темный эльф. — Еще годик, и можешь подавать заявку в рыцарский орден.

Глаза Энтрери опасно сузились, но Джарлакс лишь рассмеялся в ответ.

— Я уж думал, мне придется выкинуть вас обоих пинком под зад, — донесся сбоку третий голос.

Компаньоны увидели трактирщика, пожилого толстяка, большую часть тела которого составлял живот. При этом здоровяк излучал ауру уверенности. Прежде чем кто-то из них отреагировал на его слова как на угрозу или оскорбление, хозяин одарил их широкой, хотя и щербатой, улыбкой.

— Но я рад, что вы осчастливили мою маленькую Китси, — он взял кресло из-за другого столика и опустился в него, опершись толстыми локтями на стол. — Ну-с, что привело такую милую парочку, как вы, в Гелиогабалус?

— Лично мне просто было интересно, что за город могли назвать таким идиотским именем, — процедил Энтрери. Трактирщик охнул и хлопнул себя по бёдрам.

— Мы наслышаны о славе и богатстве, которые куются в этом краю, — сказал Джарлакс с убийственной серьезностью, — теми, кто достаточно силен и отважен, чтобы быть их достойными.

— И себя вы считаете такими?

— Почему бы и нет, — пожал плечами эльф. — Можешь вообразить, как трудно представителю моего народа добиться признания. Такую возможность стоит хотя бы попробовать.

— Дроу-герой…

— Может быть, ты слышал о Дзирте До'Урдене? — невинно спросил Джарлакс. Однажды он уже с успехом назвался этим именем, произведя впечатление на двух поселян, которые оказались наслышаны о невероятном дроу, страже Долины Ледяного Ветра. Энтрери наблюдал этот театр одного актёра с холодной яростью, догадываясь, к чему тот клонит. Джарлакс был разочарован невозможностью стать Дзиртом-самозванцем, или, вернее, бесполезностью играть роль того, о ком никто слыхом не слыхивал. Но если этот толстяк знает о Дзирте, то Джарлакс снова может принять эту роль, и его положение в пищевой цепи Гелиогабалуса станет на уровень выше.

— Дзиррит Дуудден? — неверным эхом отозвался трактирщик, скребя в затылке. — Неа, не помню такого. Ещё один дроу?

— Ещё один покойник! — вставил Энтрери, пронзая Джарлакса злым взглядом. Хватит тому уже прятаться за чужим именем.

Артемис покончил с Дзиртом. Не только с живым дроу, которого убил при последней встрече — не без помощи мага-псионика, впрочем, — но и, главное, с демоном внутри себя, вечной жаждой снова и снова вставать лицом к лицу с тёмным эльфом.

— Неважно, забудь, — махнул рукой Джарлакс, правильно оценив взгляд и вернув разговор в прежнее русло.

— Так ты здесь, чтобы завоевать себе имя, ага? Я думаю, вам надо идти дальше, в Ваасу.

— А я думаю, ты задаешь многовато вопросов, — проворчал Энтрери, на что уже Джарлакс пригвоздил его взглядом.

— Ты весьма любопытен, дружок, — перешёл дроу обратно на спокойный тон.

— Ну, так, это ж мне для дела! — признался трактирщик, — Народ будет расспрашивать о такой чудной парочке, а мне найдётся, что сказать.

— Чудной? — переспросил Энтрери.

— Не каждый день у нас темный эльф обедает!

— Что правда, то правда.

— Так вот, если расскажете мне свою историю, вам же меньше хлопот, — продолжил толстяк.

— Городской глашатай, — сухо констатировал Джарлакс.

— Такая у меня работа.

— Ну, что ж, вот мы о себе и рассказали! — ответил дроу. — Меня зовут Джарлакс, а мой друг — Артемис Энтрери.

Трактирщик ответил традиционным «Приятно познакомиться», а Артемис сурово нахмурился на тёмного эльфа. Он не мог поверить своим ушам, что Джарлакс только что с легкостью выдал их имена. Трактирщик тоже представился, хотя Энтрери пропустил его имя мимо ушей, а затем начал рассказывать байки о наёмниках, отправившихся в Ваасу, на которые Энтрери и вовсе было наплевать. Вскоре толстяка позвали за стойку, он извинился и был таков.

— Ну что? — спросил Джарлакс у угрюмого Энтрери.

— Ты так легко выдаешь наши имена!

— А почему бы и нет?

Судя по выражению лица Энтрери, очевидное не следовало даже объяснять.

— За нами никто не гонится, друг мой. Мы не заслужили влиятельных врагов — по крайней мере, не в этой стране. Разве в Калимпорте ты скрывал, что ты — Артемис Энтрери? Не надо стыдиться своего имени!

Энтрери покачал головой, откинулся в кресле и приступил к бокалу вина. Всё это приключение по-прежнему было для него полным безумием.

Наступила ночь, харчевня опустела, и трактирщик снова вернулся к парочке.

— Итак, когда отправляетесь в Ваасу? — спросил он.

Энтрери и Джарлакс понимающе переглянулись: слова были сказаны тоном наводящего вопроса.

— Скоро, я полагаю, — ответил Джарлакс, грызя косточку. — Наши финансы уже показывают дно.

— Ага, значит, вам нужна работа уже сейчас, — заключил трактирщик. — Будете рубить гоблинов? Ну, гоблинов, орков там, я имею в виду. Или вы охотитесь на более крупную дичь?

— Сколько предположений, — заметил Энтрери.

— Верно, но вы же не хотите сказать, что вы бойцы в чистом поле. Или нет?

— Хочешь на себе проверить? — предложил Энтрери.

— Не-не, я в тебе не сумлеваюсь! — улыбнулся толстяк. Он поднял свои толстые лапы, осаждая столь опасного собеседника. — Но вы выглядите как люди, которые могут делать работу лучше и за хорошие деньги, если понимаете, о чем я…

— А если нет?

Трактирщик захлопал глазами на Энтрери.

— Если мы не понимаем, о чём ты, — перевёл Джарлакс.

— А, ну, в Гелиогабалусе полно работы, — пояснил трактирщик. — Для ловких ребят, если вы понимаете, о чём я. Все большие шишки теперь в Ваасе, дерутся с чудовищами на стенах. А в городе бросили полно граждан, которым не к кому обратиться…

Энтрери даже не пытался скрыть ухмылку. Болтовня этого толстяка заставила его почувствовать себя как дома. Гелиогабалус, в конце концов, не так уж отличался от Калимпорта: законы государства и законы улиц писались на разной бумаге. Ему, правда, казалось странным, что его и Джарлакса нашли так быстро — ведь у них пока не было репутации здесь; но он старался об этом не думать. Похоже, большинство здешних вояк ушли на север, и среди них основная масса тех, кто делал деньги на поддерживании порядка на улицах. Каким бы этот порядок ни был.

— И ты знаешь об этой работе? — поинтересовался Джарлакс.

— Ну, это ж мой хлеб! — ответил трактирщик. — По правде, мне сейчас нужна кой-какая помощь, а мой друг просил меня найти работников.

— А почему ты решил, что мы подойдем для такой работы? — продолжил Джарлакс.

— Если б ты занимался этим делом столько лет, сколько старый Фипан, ты б не спрашивал! — ответил тот. — Я видел, как вы ходите, как поднимаете стаканы. Как у вас глазки бегают, высматривая, что творится вокруг. Я даже думаю, эта работёнка будет слишком легкой для ваших талантов, но надо же с чего-то начинать, — он замолчал и с надеждой посмотрел на собеседников.

— Что ж, расскажи нам об этой работе, — сказал Джарлакс, выдержав драматичную паузу. — Если в ней нет ничего такого, что нарушало бы законы этой замечательной страны, разумеется, — добавил он традиционную для любого уважающего себя вора или убийцы отмазку.

— Не-не, конечно, — засмеялся Фипан. — Назовём это восстановлением справедливости, только и всего.

Джарлакс и Энтрери снова обменялись взглядами — это был традиционно-вежливый ответ. Обычно это означало, что кого-то надо убить или как минимум ограбить.

— У меня друг есть, и он хочет вернуть идола, — продолжил трактирщик, переходя на таинственный шёпот. — И он хорошо платит, да-да! Сотня золотом за работу на одну ночь. Ну, как оно вам?

— Продолжай, сказал Джарлакс.

— Похоже, у них не лады из-за небольшой статуи. Её украл один малый, что живет неподалеку. Мой друг хочет её обратно.

— И с чего ты решил, что мы подходим для этой работы? — спросил Энтрери.

— Я ж тебе говорил, что умею читать по своим гостям, разве нет? Для вас это должна быть пустяковая работа. Правда, этот вор, Рорли, тот ещё мерзавец…

— Тогда сотни может и не хватить, — вставил Джарлакс.

Трактирщик пожал плечами:

— Мне сказали, дают сто золотых. По мне, так хорошая плата. Я, конечно, могу спросить ещё…

— Сперва расскажи детали, — перебил его Артемис. — Нам ещё предстоит покупать запасы на дорогу на север.

Трактирщик улыбнулся и придвинулся ближе. Он рассказал им всё, что знал о Рорли, вплоть до адреса. Его дом оказался неподалёку. Затем, по просьбе компаньонов, толстяк оставил их наедине.

— Мы можем погибнуть, или нам придется убить этого Рорли.

Тёмный эльф безразлично пожал плечами.

— Сотня золотом потянет на милостыню, — сказал он, — но дороже будет репутация, которая нам хорошо послужит потом.

— Тогда дай мне сотню сейчас, чтобы купить инструменты для работы, — настоял Энтрери.

Широко ухмыляясь, Джарлакс запустил ладонь в свой худой кошель и извлёк несколько монет, затем ещё, и ещё, уже гораздо больше, чем должно было помещаться в его кошеле — если только в ней не было межпространственного кармана — и так продолжал до тех пор, пока перед Энтрери не выросли две сотни монет.

— И мы будем потеть за сотню? — усмехнулся Артемис.

— Но инструменты, которые ты купишь, не одноразовые, так ведь?

— Конечно.

— Тогда, считай это вклад в будущее.

Энтрери казалось, что его спутник слишком уж забавляется. По его опыту следовало ждать беды. Но всё же он пожал плечами и сделал знак трактирщику подойти.

Ловко и бесшумно орудуя воровскими верёвками, которые он укрепил «кошкой» на коньке крыши, Энтрери вскарабкался на двухэтажное здание и устроился на карнизе под окном второго этажа. Согласно его наблюдениям, это была спальня Рорли. Быстрая проверка показала, что по эту сторону стекла ловушек нет. Сохраняя восхитительное равновесие, вор извлёк свои новые инструменты, прилепил присоску в центр стекла, затем установил на неё ручку с алмазным резаком. Вычертив идеальный круг, он осторожно потянул. Вырезанный кусок поддался не сразу.

Джарлакс бесшумно парил за его спиной.

— Какое любопытное изобретение для того, кто не умеет левитировать, — заметил тёмный эльф об альпинистской упряжи коллеги.

— Так и живём, — проворчал Энтрери.

— Но вся эта трата денег на чёрные одежды… — продолжил дроу, со вздохом качая головой. — Я же тебе дал куда более полезный плащ, и кроме того, шляпу.

Энтрери уже привык не удивляться ничему, что Джарлакс мог предложить из магических трюков. Плащ, который ему пришлось надеть, был, очевидно, вариацией знаменитого пивафви, плаща-невидимки дроу. Но вот замечание насчёт шляпы застало его врасплох.

— Шляпа? — переспросил он, свободной рукой хватаясь за узкие поля своего болеро.

— Сдвинь её на левый бок, и она защитит тебя от любопытных глаз.

Энтрери послушался, и немедленно ощутил, как его обдало холодом, пуская мурашки по всему телу.

— Вот так! — объявил Джарлакс. — Когда почувствуешь тепло, можешь снова поправить её обратно.

— Я чувствую себя, как покойник.

— Лучше чувствовать, чем вправду им стать, верно?

Энтрери поправил шляпу, мысленно соглашаясь. Вздрогнув ещё раз, он вернулся к своей работе с окном, на сей раз, выдернув круг из стекла.

— Туго идет, — сухо заметил Джарлакс.

Убийца кольнул его злым взглядом и снова поёжился. Осторожно, почти нежно он просунул руку сквозь стекло и начал обшаривать подоконник в поисках ловушки.

— Сколько труда, надо же, — протянул Джарлакс.

Дроу запустил руку в свою бескрайнюю шляпу и вытащил небольшой чёрный платок. Энтрери лишь со вздохом покачал головой при виде этого. Он знал, что сейчас будет.

Джарлакс развернул свой лоскуток, и тот стал значительно шире. Затем дроу приложил его к стене — и вся часть здания, которую он покрывал, попросту исчезла. Типичная переносная дыра — редкий и полезный инструмент, создающий межпространственный карман. Но Джарлакс не носил предметов, которые можно было назвать типичным. Его дыра, с одной стороны, могла создавать либо карман, либо, приложенная другой стороной, создавала на время дыру в любой поверхности, на которую опускалась. Джарлакс с будничным видом прошествовал в помещение и втянул дыру за собой, возвращая стене плоть.

Энтрери был так взбешён, что рванулся следом через подоконник и лишь в последний миг заметил небольшой выступ, выдававший на нём ловушку. Взяв себя в руки, мужчина снова заставил свои пальцы двигаться отточенными движениями. Несколько секунд спустя ловушка была обезврежена и даже раскрыта — внутри оказалась игла, без сомнения, отравленная. Артемис вынул её и положил себе в браслет. Завершив осмотр подоконника, он щёлкнул замком и вошёл в комнату.

— После меня, хотя бы, стена осталась целой, — подколол Джарлакс, указывая на стеклянный круг в руке Энтрери.

Взмах руки убийцы — и стекло ударилось об пол, разбившись на тысячи кусочков.

— Восхитительная бесшумность, — саркастически заметил Джарлакс.

— Может, я сегодня в настроении кого-нибудь убить, — ответил Энтрери, пристально глядя на назойливого эльфа. Джарлакс пожал плечами.

Энтрери оглядел помещение. Напротив окна в левом углу была дверь, рядом с ней — открытый чулан. Справа от окна стоял платяной комод высотой по плечо Артемису. Кровать и ночной столик дополняли обстановку. Энтрери принялся за комод, а Джарлакс направился к чулану.

— Какая безвкусица! — донёсся возмущённый голос тёмного эльфа. Убийца оглянулся и увидел Джарлакса, копошащегося в висящих одеждах, в основном бурого и серого цвета.

Энтрери покачал головой и открыл нижний ящик. Там было несколько простыней, а под ними — горстка монет, которая тут же скрылась в его кармане. Во втором было то же самое, а в третьем валялись вперемежку предметы туалета, включая красивый костяной гребень с перламутровой ручкой, который Энтрери также присвоил себе.

Самое интересное оказалось в верхнем ящике: несколько баночек с мазями, и три флакона с зельями разного цвета. Энтрери понимающе кивнул и покосился на подоконник, затем захлопнул ящик и направился к постели.

— Ага, тайник! — обрадовал Джарлакс из шкафа.

— Дай мне проверить его на ловушки.

— Не утруждайся, дружок, — ответил тёмный эльф, выходя из чулана.

Он извлёк серебряный свисток, который прежде висел у него на цепочке на шее, и дважды дунул. Раздался хлопок и вспышка, и дверца тайника волшебным образом открылась.

— У тебя на любой случай есть ответ, — процедил Энтрери.

— Поэтому я ещё жив, — кивнул Джарлакс. — А ну-ка, давай посмотрим, что у нас там.

Мгновение спустя дроу вышел из чулана, бережно неся статуэтку: необычную фигурку мускулистого мужчины, наполовину чёрную, наполовину белую.

— Что ж — назад в трактир за наградой? — спросил Джарлакс.

И тут идол в его руках расхохотался в ответ.

— Не думаю, что ты отсюда выйдешь, Артемис Энтрери! — провозгласил он. То, что он обращался к Артемису, а не Джарлаксу, поразило обоих, и вызвало подозрение, что речь была записана заранее.

— Хм… — произнёс Энтрери.

Дверь в комнату распахнулась, и Джарлакс метнулся назад к окну. Энтрери отступил влево, к кровати. В комнату вошёл здоровенный мужчина со смугло-серой кожей, в длинной чёрной мантии с зубчатыми полами. На голове вошедшего был шлем с гребнем. За его спиной мелькала свора крупных серых и чёрных псов; они выскакивали из тени и возвращались назад, словно были с темнотой одной природы.

Энтрери почувствовал, как задрожал на поясе Коготь Харона, его меч. Но на сей раз, это была не жажда боя, напротив, меч как будто радовался встрече старого друга.

— Я так понимаю, нас ждали в гости, — спокойно констатировал Джарлакс, вертя в руках статуэтку.

— Отдай мне вещь без боя, и увидишь, что мы можем быть выгодными союзниками, — предложил здоровяк.

— Я ещё не успел её полюбить, — ухмыльнулся Джарлакс. — Так что, если ты готов обсудить цену…

— Мне нужен не этот бесполезный идол!

— Может, меч?! — догадался Артемис.

— И перчатку, — подтвердил смуглый.

Энтрери скривился:

— Они мне более ценные союзники, чем ты.

— О да, но могут стать и такими опасными врагами, как мы.

— Мы? — встрял Джарлакс. — Так кто же вы, называющие себя во множественном числе?

Смуглый человек и Энтрери покосились на дроу с удивлением.

— Меч, который носит твой спутник, принадлежит не ему, — объявил великан.

— Ты что, убил прежнего владельца? — поинтересовался дроу у Артемиса.

— А ты как думаешь?

Джарлакс кивнул и перевёл взгляд на высокого человека.

— Это его меч…

— Это меч Нетерила!

Энтрери слабо понимал, что это значит. Но он увидел, что глаза Джарлакса округлились так, будто перед ним вырос, по меньшей мере, тот дракон, с помощью которого они уничтожили Магический Кристалл, и понял, что дело плохо.

— Нетерезы… — повторил дроу. — Народ, которого нет уже много веков…

— Народ, который скоро вернётся, — отрезал смуглый. — Народ, воскрешающий свою былую славу и возвращающий то, что ему принадлежало.

— Ну что ж, это самые весёлые новости для мира за последнее тысячелетие, — саркастически процедил Джарлакс.

Хозяин дома расхохотался в ответ:

— Я послан забрать наш меч. Я мог бы просто убить вас обоих и не тратить время на разговоры. Но думаю, парочка авантюристов вроде вас может хорошо послужить Тен… моему народу. А мы — выгодные союзники для вас.

— Выгодные, говоришь? — переспросил Джарлакс с явным интересом.

— А если я стану вашим союзником, оставите мне меч? — вставил Энтрери.

— Нет, — отрезал смуглый человек.

— Тогда и мой ответ — нет!

— Не спеши с ответом, — шикнул на него дроу.

— Тут и так всё ясно, — ответил Энтрери.

— Мне тоже, — подтвердил смуглый. — Значит, по-хорошему не хочешь. Будет по-плохому!

Он отступил в сторону, и свора псов из тени ворвалась в комнату с диким лаем и воем. Белые клыки сверкали в черноте их ртов.

Энтрери пригнулся, готовый отпрыгнуть, но Джарлакс держал ситуацию под контролем. Он швырнул на пол перед собаками свою чёрную дыру, с помощью которой попал в дом. Лай превратился в визг, и твари провалились сквозь пол в нижнюю комнату. Джарлакс немедленно подхватил дыру, запечатав пол.

— Надо бы мне завести такую, — заметил Энтрери.

— Если заведёшь, не пытайся пронести её через мою, — предупредил Джарлакс. Энтрери посмотрел на него с недоумением.

— Разлом… в астральный уровень… а впрочем, не забивай себе голову, — объяснил дроу.

— Ладно, — махнул рукой убийца. — Итак, что у нас?

— Противник, до которого вам ещё далеко! — провозгласил смуглый человек.

С хохотом он шагнул вбок и растворился в тени — так быстро, что Энтрери показалось это обманом зрения. Но убийца успел метнуть иглу, и по сдавленному стону понял, что его снаряд достиг цели.

— Любишь темноту, дроу? — спросил хозяин дома, погружая комнату в непроглядный мрак.

— Обожаю! — подтвердил Джарлакс и трижды свистнул в свисток: короткий сигнал, длинный и снова короткий. Энтрери услышал, как захлопнулась дверь.

Действовать приходилось быстро и опираясь на инстинкты. Убийца выхватил меч и кинжал, и встал спиной к кровати, прикрывая спину. На всякий случай он наклонил шляпу влево, хотя и понимал, что в этой магической темноте не может видеть даже тот, кто владеет инфразрением. И всё же это спасло его: вслед за холодком, пробежавшим по коже, комнату наполнил жар магического огня.

Артемис успел спрятаться под кроватью за мгновение до того, как над его головой вспыхнул матрац.

— Он колдун! — закричал Энтрери.

— Серьёзно? — усмехнулся Джарлакс в ответ.

— Серьёзно, — подтвердил невидимый хозяин. — И мне не страшны ваши жалкие уколы!

— Да ну? — усомнился Энтрери. Продолжая разговаривать, он перемещался по комнате, чтобы голос не выдал противнику его положения. — Даже иголка из твоей собственной лову…

Он не успел договорить последнее слово, как вся комната погрузилась в тишину. Заклинание безмолвия погасило все звуки, даже заткнуло собак, гавкавших этажом ниже. Энтрери понял, что это работа Джарлакса: обычный трюк тёмного эльфа против опасных волшебников. Без возможности произносить вслух заклинания, репертуар чародея резко сокращался.

Но у Энтрери были другие заботы. Его волшебный меч начал борьбу с хозяином, пытаясь повернуть его руку против него самого, уговаривая пролить собственную кровь. Однажды Энтрери уже одолел упрямый меч в поединке воли, но здесь, в присутствии одного из своих создателей, клинок как будто пылал новым гневом. На руке убийцы была перчатка, уменьшавшая воздействие Когтя Харона, и она пока позволяла ему кое-как держать верх над нетерильцем.

Энтрери с трудом осознавал, где именно в комнате он находится. Ему уже удался меткий бросок, но упустить возможность для нового означало окончательно испортить ситуацию. Он стал ориентироваться по жару, исходящему от горящей кровати. Повернувшись, как ему казалось, перпендикулярно окну, он сделал три осторожных шага, на ходу убрав в ножны непослушный меч.

И затем Артемис нанес один быстрый, точный удар, его высасывающий жизнь кинжал вонзился прямо в спину смуглого колдуна.

Голова Энтрери закружилась, когда кинжал начал вкачивать в него жизненную силу умирающего. Он пошатнулся, упал на пол и лежал так довольно долго, пока не услышал лай собак внизу.

— С ним покончено! — объявил он, чтобы Джарлакс не погрузил комнату снова в безмолвие.

Вскоре рассеялась и темнота. Лежащий на полу Энтрери нашел глазами своего напарника. Тот с комфортом разлёгся прямо на потолке, подложив руки за голову. Артемис отметил, что ореол сажи от огненного шара, обугливший стены и потолок, огибает тёмного эльфа кругом. Как будто некий щит закрывал дроу от магии, или, по меньше мере, от огня.

Убийца даже не удивился.

— Прекрасная работа! — похвалил его Джарлакс, медленно опускаясь на пол. Энтрери тоже встал на ноги, отряхиваясь. — Без зрения, без слуха! Как же ты догадался, где он стоит?

Энтрери бросил взгляд на покойника. Он лежал на верхнем ящике комода, который вытащил и поставил на пол. Вокруг валялись склянки с зельями.

— Я сказал ему, что ранил его иглой из его собственной ловушки, — объяснил он. — А в одной из этих баночек должно было быть противоядие. Я догадался, что под покровом темноты и тишины он попытается вылечить яд.

— Потрясающе! — воскликнул Джарлакс. — Я начинаю понимать, почему таскаю тебя с собой!

Энтрери покачал головой.

— Насчёт меча он не соврал, — вздохнул он. — Меч был предан ему. Я это почувствовал, когда клинок повернулся против меня!

— Нетерильский клинок… — промурлыкал Джарлакс. Он взглянул на Энтрери с неожиданным удивлением, а затем сверкнул широкой улыбкой. — И как теперь относится к тебе твой меч?

Энтрери пожал плечами и осторожно извлёк оружие. От меча исходила аура преданности, близости, куда большей, чем раньше. С удивлением он поднял глаза на Джарлакса.

— Похоже, он считает, что теперь ты больше похож на его прежних хозяев, — объяснил дроу. Когда брови Энтрери подпрыгнули ещё выше, он добавил, глядя на мертвеца. — Это был неординарный человек.

— Я тоже так думаю.

— Он был Шейдом. Созданием, состоящим из теней.

Энтрери пожал плечами — ему это ни о чём не говорило.

— А ты ведь убил его своим вампирским кинжалом, так?

Энтрери снова пожал плечами, начиная злиться. Джарлакс рассмеялся и протянул ему зеркальце. Взглянув в него, Энтрери даже в тусклом свете разглядел, что его кожа приобрела темно-серый оттенок.

— И ты поглотил частицу его сущности, мой друг, — заявил дроу.

— Что это значит? — испугался убийца.

— Значит, что ты только что продвинулся в своём ремесле, приятель, только и всего! — рассмеялся Джарлакс. — Насколько сильно, покажет время.

Энтрери пришлось удовлетвориться этим объяснением — ничего более конкретного от его загадочного друга не приходилось ожидать. Он нагнулся и поднял брошенного идола, с которого всё началось.

— Пора забрать наши деньги у трактирщика, и… — начал он.

— И?… — переспросил Джарлакс.

— И прирезать этого борова за то, что втравил нас в это дело.

— Это может не понравиться властям Гелиогабалуса, — возразил Джарлакс.

Ответ Энтрери был столь характерным, что Джарлакс прошептал его в унисон с убийцей:

— А мы им не скажем!

Content

Сальваторе Роберт Энтони Тот странный меч

Роберт Сальваторе ТОТ СТРАННЫЙ МЕЧ