Наталья Щерба

Чародольский браслет

Горел костер.

Плясало пламя на еловых ветках, валил густой и едкий дым. Вились к небу его серо-черные змеи, вспыхивали алые росчерки искр.

Женщина скинула платье. Зябко повела плечами. Гордо вскинув голову, бесстрашно ступила в самую сердцевину костра – казалось, привычное дело для нее, рядовой ритуал.

В тот же миг она резко подалась назад, луком изогнувшись от боли; застыли ее обращенные к небу глаза, превратившись в два лунных отражения. Дикий стонущий крик разнесся над лесом, пролетел эхом над землей. И, вторя ему, зашумели деревья, словно хотели навеки спрятать меж ветвей жуткий отголосок людского отчаяния.

Тело женщины продолжало изгибаться, пока лицо не уткнулось в пятки, творя неестественный круг. И вот оно выкатилось из костра, захватив на обод лепестки пламени, и закрутилось ярким обручем по поляне.

Казалось, дикая пляска живого кольца будет продолжаться вечно, но то вдруг замедлило страшный бег, остановилось и упало на бок. Угольные пятна на человеческой коже неожиданно подернулись серебром, зазмеились по телу тонкими мерцающими ручейками, побежали по кругу, творя идеальное переплетение… И глянули во тьму изумрудные кристаллы окаменевших глаз.

Часть первая

Браслет

Глава 1

Конверт

С некоторых пор Татьяна вела свободную жизнь.

Три года назад ее родители поддались уговорам друзей и переехали за рубеж – в Австралию. Они исполнили заветную мечту юности – жить на берегу океана, и в ближайшее время возвращаться не собирались.

Сначала Таню опекала старшая мамина сестра – тетка Анжела: она заходила почти каждый день, приносила пирожки, годные лишь для забивания гвоздей, и бутылку дешевого вина, которую сама же выпивала. Выкуривая обязательную пачку зловонных сигарет, тетка жаловалась на жизнь – мужа, трех дочерей, соседей и злобного бульдога Адольфа, покусавшего на своем веку добрую сотню людей. Она сморкалась в большой носовой платок, вслух завидовала заграничной жизни Таниных родителей, громко стенала о бесцельно прожитой молодости и быстро приближающейся одинокой старости. Насчет последнего Татьяна даже не сомневалась. Она и сама подумывала смыться к родителям в Австралию, лишь бы никогда больше не видеть несносную родственницу.

Но разве можно оставить любимые горы, знакомые с детства? Променять на дальние чужие земли красоту карпатских лесов, речек и водопадов, крутые каменные склоны, петляющие вверх и вниз тропинки, острую свежесть чистого горного воздуха? Нет, это невозможно; и Татьяне приходилось терпеть частые тетины визиты.

И вдруг случилось непредвиденное: гроза всего квартала бульдог Адольф завершил свой земной путь – в погоне за очередной жертвой не рассчитал поворот и вылетел из подъездного окна. А безутешную тетку со всей ее семьей таки забрали к себе в Австралию Танины родители.

Звонок раздался ранним утром. Телефонный аппарат сухо задребезжал, норовя развалиться на части. Надо сказать, он был старинный, в черном с позолотой корпусе, с медным цифровым диском и забавной продолговатой трубкой.

Мама всегда звонила на домашний телефон – наверняка чтобы проверить, долго ли еще продержится этот старина аппарат.

У Татьяны вчера был день рождения. Честно говоря, она отметила его так себе: пришли совсем не те, кого видеть хотелось бы. Во-первых, лучшая подруга Руслана – директор модельного агентства, деловитая, энергичная и не в меру болтливая, – укатила со своими моделями в Киев на важный показ. Во-вторых, перед самым празднованием Татьяна разорвала отношения с Толиком. Парень считался ее женихом и открыто заявлял об этом каждому встречному, хотя девушка не раз говорила, что замуж не собирается. И вообще – хотела бы в этом году поступить в институт на отделение туристического бизнеса. И вот позавчера произошло неминуемое: подгадав момент, Толик ловко надел ей золотое кольцо на палец и тут же торжественно сообщил, что теперь у нее начнется новая жизнь – в тепле и уюте его родительского дома, без институтов и прочей ненужной чепухи. Услышав такое заявление, «невеста» одним энергичным взмахом скинула подарок и заявила, что никогда не любила всех этих колец-браслетов и постоянно носить не собирается. К сожалению, сразу же пришлось распрощаться и с несколькими общими друзьями, из чего Таня сделала вывод, что рвать опостылевшие отношения все-таки лучше после дня рождения – ведь с бывшей любовью уходит часть твоей жизни, часть людей, даже часть привычек и занятий, и уходит навсегда.

Вот почему сейчас у Татьяны на душе кошки скребли; да и больше спать хотелось, чем разговаривать, поэтому смысл сказанного мамой не сразу дошел до ее сознания.

Оказывается, пока она вчера пила шампанское, в некоем Цямброне, в Карпатах, скончалась ее прабабушка, аккурат в сто и один год, и оставила в наследство ей, неизвестной правнучке, загадочное «нечто». Мама так и сообщила: нечто. Таня могла поспорить, что это какие-нибудь старые тряпки, траченные молью, в плесени и паутине. А может, книги или бумаги? Старинная Библия, альбом с фотографиями, набор фаянсовой посуды… или – девичий дневник?

Татьяна улыбнулась этой мысли: читать про молодые страсти столетней бабки? А что, интересно… Кто знает, как резвились юные девицы в начале ХХ века? И все-таки в какое-то неизвестное село ехать не хотелось. Она ведь даже не видела никогда свою дальнюю родственницу… Так что не надо ей чужого наследства. Но мать, звонившая раз в полгода, а тут вдруг второй раз за сутки, была настойчива как никогда – даже о себе ничего не рассказывала. Все твердила и твердила про поездку в горы. Рассудив, что лучше сдаться, чем так мучиться, дочка скороговоркой сообщила, что подумает, и после быстрого прощания бросила еще теплую от дыхания трубку на металлический рычаг.

Но самое неприятное – этот звонок послужил финалом ужасному сну; правда, помнила Татьяна утреннее видение обрывками – вроде бы огонь посреди леса, яркие оранжевые сполохи в ночном небе… или алые? Видение было досадным, но не более, чем разговор с мамой.

Дверной звонок зашелся соловьиной трелью.

Татьяна раздраженно отодвинула чашку со свежесваренным кофе и пошлепала открывать – и кто это в такую рань?

На пороге стояла Руслана, веселая и разрумянившаяся. От самого вокзала бежала, что ли?

– С двадцатилетием и освобождением! – Подруга извлекла из-за двери коробку, украшенную алым бантом, и большой желтый конверт.

– Уже знаешь? – встрепенулась Татьяна, взяла подарки и почему-то окончательно расстроилась.

– С детства с тобой дружу, – рассмеялась Руслана, явно игнорируя прямой намек.

– Ты что, решила меня деньгами ассигновать? – Таня повертела в руках конверт и даже посмотрела его содержимое на свет. – Надеюсь, хватит на первый год учебы в престижном университете?

– Размечталась! – хмыкнула Руслана. – Это у тебя под дверью лежало… Вроде бы.

– Так лежало или вроде бы?

Подруга как-то странно посмотрела на нее и вдруг отколола штуку: ее глаза разъехались в стороны, а после резко сошлись к переносице, как будто Руслана страдала косоглазием.

– Странно, правда? – добавила она и опять скосила глаза, но уже в одну сторону.

– Да нет, – рассеянно ответила Татьяна, немного озадаченная мимикой подруги. – Замок у нас на почтовом ящике сломан. Скорее всего, Михалыч с первого принес. Наверное, постеснялся позвонить.

Зажав конверт под мышкой, она терпеливо сварила еще одну порцию кофе – для себя и подруги. Непривычно молчаливая Руслана наблюдала за ее действиями. Наконец, когда они обе разместились в гостиной на диване, Таня позволила себе поближе рассмотреть письмо.

Бумага была плотной, не просвечивала. На ней красовались десять здоровенных марок с изображением страшноватых готических кукол и печать местного почтамта, а в левом углу значился Танин адрес. Отправитель указан не был.

– Да ты откроешь, наконец?! – не выдержала Руслана. Глаза подруги уже не косили, но опасно блестели. – Я сто лет писем не получала. Электронные – не в счет, неромантично. Кстати, в коробке – радиотелефон. Поставишь себе нормальный, а свой старинный выкинешь.

– Размечталась, – рассеянно отозвалась Татьяна и отхлебнула кофе из чашки.

– Открывай давай!

Таня изумленно выгнула бровь. На миг ей даже показалось, что это не ее подруга детства, не Руслана. Конечно, та бывала напористой, но обычно вела себя куда сдержаннее. Но нет – те же голубые глаза, короткая темно-каштановая стрижка, прямая осанка и любимая поза – руки, сложенные на коленях. Но все же… Тане даже показалось, что силуэт подруги словно бы расплывается, размываясь радужными пятнами…

Она тряхнула головой.

«Недоспала», – подумала вскользь и быстро надорвала конверт. Ей в руки упал клочок бумаги в клетку, неловко оборванный по краям, словно наспех выдранный из тетрадки:

«Пани Татьяне Окрайчик.

С прискорбием спешу сообщить Вам, что госпожа Марьяна Несамовита скончалась вчера ночью. Прошу Вас немедленно приехать в село Цямброне, улица Кривая, дом шесть, чтобы получить сундук, указанный в наследство Вам прабабушкой. Явиться надлежит немедленно».

Разобраться в корявом неряшливом почерке оказалось нелегко, но куда труднее было вникнуть в смысл. Перечитав письмо несколько раз, Татьяна взглянула на подругу.

– Смотри-ка, – передала она ей записку. – Мама звонила как раз по этому поводу. Какая-то ерунда.

– Не говори так! – с жаром воскликнула Руслана, театрально воздела руки и опять скосила глаза.

У Тани от изумления открылся рот.

– Тебе что, даже неинтересно? – вдохновенным голосом продолжала подруга, будто действительно репетировала сцену из спектакля. – Это же на-след-ство! Какая-то вещь старинная. Поставишь дома, будешь, хм… всем хвастаться. Да и недалеко это, в горах – почти рядом! Только дороги размыло, ни пройдешь ни проедешь. Тачку бы найти с полным приводом.

Татьяна машинально потерла лоб и прищурилась. Поведение подруги озадачивало. Во-первых, Руслана – ярая почитательница хай-тека и авангарда, – ненавидела антикварные вещи. Тот же Танин «царский» телефон ее всегда раздражал. Вон, даже новый подарила. Во-вторых, она в горах не бывала лет пять – аккурат с того времени, как занялась своим модельным бизнесом. Откуда знает про дороги? Да и в машинах она слабо разбирается…

– Слушай, а почему письмо так быстро дошло? – подумала она вслух. – Ведь прабабка только вчера…

– А, ну да. Так ведь курьера к тебе подослали? То есть послали, конечно… – Подружка беззаботно пожала плечами и откинулась на спинку дивана. Ее колени, обтянутые строгой длинной юбкой, разошлись в стороны, словно она была в джинсах. – Лично! Так что гордись, а не вопросы глупые задавай.

– Так нет же курьера! – Таня окинула подругу пристальным взглядом, будто «курьер» мог спрятаться где-нибудь у нее под юбкой.

– Не бери в голову, – немного с раздражением ответила Руслана. – Надо ехать – и точка.

– Слушай, а как твой показ прошел? – осторожно спросила Таня. – Удалось новые контракты заключить?

И Руслана, которой только дай зацепку поговорить о любимом деле, сказала:

– Вот давай не будем о всякой ерунде.

Но, увидев, какое сильное впечатление произвели ее слова на хозяйку квартиры, быстро добавила:

– Устала я, извини… Чемодан в коридор бросила – и сразу к тебе с подарком.

Таня, которая и сама еще толком не проснулась, облегченно вздохнула:

– Ладно, тогда еще кофе сварю.

– И сахара побольше, – деловито подсказала подруга, вновь покосила глазами туда-сюда и первой пошла на кухню.

Вразвалочку. Как простой дворовой мальчишка, а не директор преуспевающего модельного агентства. Да и кофе она всегда пила без сахара.

Через полчаса подруга все-таки ушла домой – собираться в дорогу. Таня осталась сидеть на диване, все еще не до конца понимая, как ее уговорили ехать в горы. И кто? Руслана! Подругу даже на речку пойти не уговоришь! Не то что в лес…

Но подруга ушла, пообещав, что «на крайняк достанет какую-нибудь рухлядь, которую и с обрыва спустить не жалко», и Тане не оставалось ничего другого, кроме как начать сборы.

«Ну и ладно, – подумала она, – маленькое приключение никогда не повредит». Конечно, жалко целого воскресенья, зато время на природе проведут. Да и подружке не помешает хорошо проветрить голову.

Руслана пришла ровно через час: в спортивном костюме и кроссовках, с небольшим рюкзаком за спиной.

– Тачка есть! – подмигнула она. – Один друг поделился… До вечера успеем вернуть. Даже не заметит!

Она хохотнула, явно довольная собой.

Татьяна, решив не обращать внимания на новые странности подруги, переоделась и запаслась провизией из холодильника: бутылкой минералки, двумя шоколадками и парой круглых булочек с колбасой, еще вчера гордо лежавших на праздничной тарелке. После пришлось искать старые горные ботинки. Руслана при этом цокала языком, называла ее черепахой и даже раз, подгоняя, хлопнула по заднице. Это окончательно разозлило Таню. Она прикрикнула на расшалившегося директора, что не поедет за своим, между прочим, наследством, если та не перестанет ее торопить.

Руслана обиженно прищурилась, но присмирела.

Глава 2

Цямброне

Что такое горные дороги весной? Это реки льда и грязи, куски слоистой породы вперемешку с прошлогодним травяным дерном. То и дело попадаются коряги, стволы поваленных деревьев, мелкий бурелом. Но Руслана вела уверенно, легко преодолевая подъемы и повороты, лихо объезжая препятствия, словно ездила по этой дороге много раз. На вопрос Татьяны о том, где она научилась так хорошо водить внедорожник, подруга отмалчивалась с загадочным блеском в глазах.

Но вскоре уверенности у водителя поубавилось: после очередного крутого поворота она вдруг резко притормозила.

– Дальше не знаю, – сказала она удрученно. – Надо бы местных расспросить.

И опять почудилось Татьяне, что вокруг силуэта ее подруги расплывается радужное сияние… Или это блики солнечного света играют на тонированном стекле машины?

– И где это проклятое село?! Надо же было так спрятаться! Вот же старая ведьма…

Татьяна и сама жалела о задуманном предприятии, но все же обиделась за прабабку. Дороги дорогами, а никто не просил Руслану тащиться в эти места, так что нечего ругаться.

Она уже хотела высказать подруге все, что думает, когда Руслана, одарив ее предупреждающим рассерженным взглядом, вновь нажала на газ.

Через полчаса Татьяна заскучала. Дорога стала ровнее, но места оказались глухие – ни дома завалящего, ни хоть бы одной человеческой души.

Да и погода начала хитрить: тучи сгрудились в плотную кучу, небо потемнело и в воздухе повеяло предгрозовой прохладой. А гроза в горах – не шутки. Самое время предпринять более решительные действия.

– Поворачиваем? – с тайной надеждой произнесла Татьяна.

– И не думай, – непреклонно ответила Руслана и еще сильнее нажала на газ. Но машина ответила натужным урчанием – раздался хрюкающий звук.

Вот это да! Джип заглох.

– А говорил, лучшее авто дам! – Осерчав, Руслана изо всех сил ударила по рулю ладонью.

– Кто говорил? – машинально спросила Татьяна, усиленно размышляя, как же теперь ехать назад. А если машина вообще не заведется? До ближайшей автомастерской километров пятнадцать – двадцать по пересеченной местности.

Руслана так и не ответила.

Татьяна вытащила мобильный, гадая, кому же позвонить и попросить о помощи.

– Девчата, шо ищете? – В окно машины заглянул старичок. Одет он был по-местному: в широкие мешковатые штаны, рубаху и кожух на меху, седую голову венчала помятая гуцульская шляпа с черным вороньим пером.

– Село Цямброне, – обрадовалась Татьяна. – Далеко до него?

– Так это за поворотом сразу, за горой Каменный Клык, – радостно доложил дедок. – Только машина не пройдет, там мост слабый, бревенчатый. Пешочком сходите.

– Спасибо! – буркнула Руслана. – Как-нибудь сами справимся.

Татьяна в недоумении оглянулась на подругу – та выглядела весьма хмуро.

Пока она оглядывалась, дедок исчез. Открыв дверь, Татьяна соскочила и побежала вперед, надеясь догнать его и расспросить получше.

Но вскоре она вернулась.

– И куда он пропал? – расстроенно пробурчала она, забирая рюкзак с сиденья.

– Дальше по делам рванул, – ответила Руслана и тоже вылезла из машины.

– Так уж и рванул?

– Поверь, этот дедуля – жилистый, – процедила Руслана. Она явно была не в духе. Рассерженно пнула колесо машины. – Короче, леди, дальше пойдем ножками. Знать бы еще куда.

Это стало последней каплей. Татьяна выпрямилась:

– Ты как хочешь, а я пойду домой.

– И далеко собралась? – хмыкнула подруга, продолжая изучать колеса. – Спустило шину на переднем, вот же…

– Напролом.

Видя, что она настроена решительно, Руслана схватила ее за руку:

– Стой, а тачка? Ее же теперь лошадьми надо вытаскивать. Все равно придется в село идти.

– Какие лошади? – ужаснулась Татьяна. – Ты давно вообще коня видела? Извини меня, конечно, но… Ты как-то совсем на себя не похожа! То тебя в горы не вытащишь, то строишь из себя заправского водителя.

Руслана неожиданно смутилась: выпрямилась, пригладила волосы, ощупала свое лицо, похлопала по бедрам.

– Я не выспалась, – заявила она и зевнула – очень ненатурально. – Поездка, гм… модели эти… И вот тебя еще в такую передрягу закинула.

Последнюю фразу она проговорила в полном отчаянии, и Таня смягчилась.

– Ладно, – буркнула девушка. – Пошли вперед. Найдем людей, хоть каких-нибудь, не таких жилистых.

Про себя она подумала, что не стоило им тащиться в горы, не спросив дороги. Хоть бы карту какую-нибудь раздобыли… И почему Руслана вообще в это ввязалась да еще взяла на себя роль проводника?

Девушки перешли шаткий мост над быстрой речушкой, протопали по извилистой тропке меж папоротниковых зарослей и, раздвинув густые ветви лещины, увидали наконец село Цямброне.

Оно оказалось неожиданно большим – дворов сто. И хаты были добротные, с ухоженными крышами и ставнями в ярких узорах. Во дворах мычали коровы и лаяли собаки.

Пока они искали нужный адрес, небо заполонили темные паруса туч. Где-то вдали пророкотал пока еще слабый гром. Повеял свежий предгрозовой ветер, и стало намного прохладнее.

Дом почившей прабабки нашелся на отшибе и выглядел победнее остальных: черепица на крыше во многих местах обвалилась, краска на стенах поблекла, ставни на окнах покосились.

– Ну, – Татьяна сделала глубокий вдох. – Пойдем!

Но Руслана опять взбрыкнула.

– Э-э, знаешь, что? – Ее глаза так и забегали. – Я тебя здесь подожду… Э-э, погуляю, пока погода не испортилась.

Будто в опровержение ее слов, огромная молния разрезала небо на две части. От молнии пошли лучистые ручейки, и ударил настоящий весенний гром.

На какой-то миг Татьяне стало страшно. Она тряхнула головой, борясь с тяжелыми предчувствиями, и сделала еще одну попытку:

– Давай вместе, а?

– Я же сказала – тут подожду! – вдруг рявкнула Руслана и отошла к забору.

Татьяна разозлилась, но решила оставить выяснение отношений на более подходящее время – домой-то все равно вместе добираться. Она толкнула скрипучую калитку, прошла по дорожке к дому и осторожно постучала в крепкую, обитую железом дверь.

Тишина. Девушка стукнула громче и уверенней.

Раздались медленные, шаркающие шаги, заскрипел засов, и на пороге появилась старушка. Была она сухонькая, какая-то вся маленькая, сморщенная, с испуганными недоверчивыми глазками.

– Что вам угодно? – Голос был дребезжащий, тихий. – Кто вы?

– Окрайчик, – непонятно отчего робея, представилась гостья. – Татьяна Окрайчик. Это вы мне написали? – Девушка в волнении протянула записку вместе с надорванным конвертом.

Близоруко прищурившись, старуха посмотрела на клочок бумажки:

– Да, это я писала. Проходите. Какие еще предъявите доказательства?

– Доказательства чего? – опешила девушка.

– Вашей личности, конечно. – Старуха смерила ее подозрительным взглядом.

– Это сгодится? – Поудобнее перекинув рюкзак, Таня вытащила из кармашка паспорт.

Старуха внимательно изучила документ.

– Пожалуй, все верно. Хотя паспорт и подделать можно, – изрекла она, продолжая недоверчиво коситься на гостью.

Татьяна окончательно уверовала в то, что сегодня с нее хватит чудаков, включая лучшую подругу.

– Знаете что, дорогая бабушка, – процедила она. – Как вы думаете, хотелось ли мне тащиться в неизвестное село за каким-то чертовым наследством да еще попасть в грозу?

Девушка выпрямилась, готовая к ответной тираде хозяйки дома, но та вдруг отступила, глазки ее забегали, и она пролепетала:

– Извините, пани, сразу кровь не признала.

Она скрылась в соседней комнате и тут же вернулась, неся в руках солидный темный сундучок.

Татьяна тут же приняла наследство, оказавшееся неожиданно тяжелым, – наверное, килограммов семь.

– А теперь, пани, уходите. И дорогу в наше село забудьте.

– Но… – Татьяна немного опешила. – Но мне кажется… Я ведь должна…

– Уходи немедленно! – громко прошептала бабка, опасливо оглядываясь. – Не Марьяны тебе бояться нужно, а тех, кто ее боится!

Быстро справившись с изумлением, девушка почти бегом припустила по дорожке, толкнула калитку и так рванула с места, словно за ней черти погнались.

Руслана еле поспевала за ней, но Татьяна остановилась только на вершине дальнего холма и лишь тогда оглянулась. В предвечерних сумерках село показалось ей неестественно притихшим: не было слышно ни людского говора, ни мычания коров, ни петушиного пения – будто все вымерли. Она поискала глазами домик старухи, но не нашла – все хаты казались одинаково страшными.

Руслана подошла, тронула за плечо:

– Эй, что с тобой?

– Странно все, – прошептала Татьяна, едва шевеля губами, – непонятно…

В ту же минуту дождь обрушился на них лавиной холодных тяжелых капель, безжалостно захлестал по лицу.

Девушки рванули вниз, то и дело поскальзываясь, – ноги разъезжались на вязкой болотной земле. Но все-таки обратный путь занял у них куда меньше времени.

Очутившись на переднем сиденье машины, Татьяна наконец-то почувствовала себя в относительной безопасности.

– Трогай, быстрей! – резко скомандовала она, прижимая к груди заветный сундук. Теперь, лежащий у нее на коленях, пахнущий сыростью, деревом и паутиной, он казался ей самым дорогим на свете.

Руслана беспрекословно повиновалась. Взвизгнув, машина сразу завелась, колеса вспороли пласт мокрой земли и, поднимая фонтан грязевых брызг, уверенно покатили вниз по дороге.

Глава 3

Наследство

Татьяна с детства считалась симпатичной: cветло-пепельный перелив волос, глаза необычайно яркого зеленого оттенка, курносый нос и пухлые губы немного детского очерка делали ее лицо милым и приятным. Ее жизнь складывалась из простых, но интересных дел: в основном это была учеба на разных курсах – от изучения английского до скалолазания, на которых она потихоньку искала свое дело, пользуясь деньгами хорошо зарабатывающих родителей, но все никак не находила. За добрый, приветливый нрав ее любили – рядом всегда были друзья и подружки. Да и с парнями проблем не было, разве что с Толиком, который почему-то не находил особой радости в активном времяпрепровождении, предпочитая приглашать свою девушку в рестораны или на пикники, где в окружении таких же, как он, занудных знакомых подолгу рассуждал о самых разных вещах, в которых абсолютно не разбирался.

Да, проблем особых не было, и четких целей тоже не было, и далеко идущих планов. Татьяне просто хотелось жить и радоваться. Как говорят: живи свободно, не мешая другим!

Но где-то глубоко внутри пряталось неясное ощущение, будто делает она что-то не так и жизнь ее идет не туда, неправильно, словно бы она чужую проживает, а своя без дела в чулане лежит… И ощущение это росло с каждым днем, и вот сегодня, в день получения наследства от загадочной прабабки, оно превратилось в полную уверенность – скоро все изменится.

Сундучок оказался прямоугольный, из темного дерева, с коваными уголками и резной, причудливо инкрустированной серебром крышкой. Узор на крышке изображал тонкие переплетения паутины с ползающими по ней пауками. У самого большого паука спинку заменял огромный и выпуклый мутно-желтоватый камень – по виду настоящий опал. Внутри камня светилась яркая солнечная искра, которая невольно приковывала к себе взгляд. Недолго думая, Татьяна нажала на камень, и крышка с легким щелчком отворилась.

– Откуда ты знала?! – В голосе Русланы сквозило искреннее потрясение. – Неужели прабабка успела рассказать, как он открывается?

Вопрос был непонятным, нелогичным, – ну когда бы она успела поговорить с усопшей родственницей? Но Татьяна даже не придала ему значения – все ее внимание было направлено на сундук и его содержимое.

Внутри сундука, обитого черным переливающимся бархатом, соседствовали моток зеленых шерстяных ниток, холщовый мешочек, перехваченный простой резинкой, и хрустальный флакон с темной жидкостью.

– А бабушка – шутница, – разочарованно протянула Татьяна, первым делом извлекая мешочек. Сняла тонкую резинку и вытащила нечто удивительное – браслет, выкованный из потемневшего от времени серебра.

– Шикарный! – Глаза у Русланки загорелись. – Дай поближе глянуть, а?

Но Татьяна покачала головой и надела браслет на левое запястье.

Украшение смотрелось превосходно: обвиваясь вокруг ее руки, грациозная ящерка кусала себя за хвост, поблескивая глазами-изумрудами.

– Смотри, тут еще что-то есть. – Руслана извлекла из мешочка лист бумаги, сложенный вчетверо. – На, держи.

Татьяна аккуратно развернула записку:

– «Милая Татьяна, – прочитала она вслух, – не знала ты раньше обо мне – оно и к лучшему. Но так сложились звезды над твоей головой, что придется тебе принять наш дар родовой, фамильную реликвию – браслет магический, чародейный, из поколения в поколение передаваемый. В браслете этом сила страшная, ведьминская, на жертве добровольной замешана. Как на руку его, повыше локтя, наденешь – дар и обретешь…»

Татьяна вытаращила глаза. Старушка, оказывается, того, немного не в себе была. Только сумасшедших в роду не хватало!

«…с самого рождения твой он, душенька, но так как шибко мы с твоей бабкой разругались, лишь сейчас клятву дарения приношу. Только регистрацию получить тебе надо бы у главного черта прикарпатского. Поэтому в ближайшее полнолуние слетай на шабаш – там тебе все расскажут. Для этого в полночь разденься донага, сядь на сундук, выпей вино-зелье из флакона хрустального да брось клубок перед собой. Как лунный свет на клубок попадет, крикни: «Эге-гей!», а дальше сама все поймешь. И напослед – счастья тебе всякого, ведьма. А браслет свой береги и никому не отдаривай».

Последние строки Татьяна дочитывала с растерянным выражением на лице.

– Да-а, – протянула она, – видать, совсем под старость лет спятила прабабка… Ведьмой обозвала, как тебе такое?

– Да нормально, – рассеянно отмахнулась подруга. – Родственники и похуже сказать могут… Ну что, поедешь на шабаш?

– Ты тоже рехнулась, да? – изумилась Татьяна. – Какой шабаш? Уж лучше на Казантип махнем, как ты хотела, вот где праздник!

– Я давно передумала, – мрачно произнесла Руслана. – А слетать советую… Ну, чтобы проверить прабабкино письмо.

– На сундуке слетать? – уточнила Татьяна. – Голой и пьяной?

Руслана неожиданно ухмыльнулась:

– Неужели никогда не пробовала?

У Тани глаза на лоб полезли.

– Да как-то не приходилось мне на шабаши летать, – огрызнулась она. – И не собираюсь начинать.

– Скучно живешь, – прокомментировала подруга.

Глядя на ее хмурое лицо, Татьяна в который раз удивилась переменам, произошедшим в поведении директора модельного агентства.

Руслана неожиданно встрепенулась.

– Слушай, у меня антиквар знакомый есть, ювелир, специалист по старине… – В ее глазах притаились хитрые искры. – Давай покажу ему твой браслет. Может, присоветует что… Хотя бы цену своему украшению узнаешь.

– Да зачем? – изумилась Татьяна. – Не все ли равно, сколько оно стоит? Так буду носить… наверное.

– Да неужели тебе неинтересно? – продолжала гнуть свое Руслана. – Один сундучок чего стоит… Вдруг всему этому больше ста лет? Да может, это редкость немыслимая?

– Короче, сундук забирай, – тут же сдалась Таня. Она устала от сегодняшних приключений и хотела только одного – чтобы подруга ушла. – Отнеси сундук этому ювелиру, пусть глянет… Мне все равно, если честно, сколько он стоит.

– Не беспокойся, я все сделаю! – Руслана сгребла сундук в охапку, но не удержалась – кинула жадный взгляд на браслет.

И Татьяна не выдержала:

– Ладно, ладно, все забирай! – Она стянула украшение и бросила его подруге – та ловко поймала.

– Вот теперь я иду. – Довольная Руслана бережно спрятала браслет в сундук. – Тяжелый какой! Ну пока, ведьма!

Татьяна даже не стала отвечать – просто с силой захлопнула за подругой дверь.

Спала девушка неспокойно. Летала во сне голая, сидя на собственной кровати, а вокруг нее пели непристойные песни черти и, заливаясь жутким хохотом, водили хоровод ведьмы.

На следующий день Руслана так и не позвонила. И еще через день тоже.

«Наверняка занята в агентстве», – решила Татьяна, особо не беспокоясь. Но браслет вспоминала: то и дело рисовалась в воображении серебристая ящерка с изумрудными глазами.

Впрочем, девушка была озабочена собственной судьбой – искала работу, проглядывая объявления в Интернете. Возможно, осенью она поступит в институт, а до этого времени стоило чем-нибудь заняться. Пока что ей попадались не очень лестные свободные вакансии: официантка, уборщица в супермаркете, билетерша в кинотеатре, аниматор по вызову…

Ближе к вечеру позвонила Маришка, секретарша Русланы, умная и ответственная девушка.

– Татьяна, вы не знаете, куда наша директриса подевалась? – спросила она после короткого приветствия.

– То есть как подевалась?

– У нас через пятнадцать минут ответственное мероприятие! Шоу! А ее нет!

– Может, она где-то на подходе? – осторожно предположила Татьяна. – Подождите минут двадцать.

– Нет, она всегда заранее приезжает. Документы просмотреть, ознакомиться с залом, накричать на всех, построить… А к фуршету подготовиться?! За два часа приезжает, как минимум… – Маришка неожиданно всхлипнула. – У нее мобильный не отвечает. И домашний…

– Значит, аккумулятор разрядился! – Таня рассердилась, потому что сама начала волноваться. – Вы что, совсем без нее не справитесь?

– Да справимся, – фыркнула секретарша. – Просто необычно… Может, вы к ней домой все-таки съездите? Вдруг она заболела, все телефоны выключила и просто отлеживается? Правда, подобные выкрутасы не в ее стиле.

– Хорошо, посмотрю, – тут же согласилась Татьяна. – А вы пока начинайте, не отменять же шоу.

Собираясь на ходу, она первым делом позвонила подруге на мобильный, но равнодушный голос сообщил, что абонент находится вне зоны доступа.

К домашнему телефону тоже никто не подошел.

Ну что ж, действительно придется ехать – правда, погода опять испортилась. Словно в ответ на ее мысли с улицы раздался гром: начиналась майская гроза.

Такси остановилось перед элитной многоэтажкой. Только Татьяна вылезла из машины и раскрыла зонт, – мощный порыв ветра вывернул зонт наизнанку, выхватил из рук и с невероятной скоростью понес по пустынной улице. Ругнувшись ему вслед, девушка побежала к подъезду. В какой-то момент под ногами что-то истошно заверещало – это огромный черный котяра сиганул наперерез, испугав девушку до ужаса. Трижды плюнув через левое плечо и высказав все, что думала о погоде, подругах и котах, Татьяна наконец добралась до теплого освещенного подъезда.

Поздоровавшись с консьержкой, она бегом поднялась на третий этаж, подошла к двери и позвонила.

Тишина. Девушка продолжала трезвонить до тех пор, пока не стало ясно: дома никого нет.

Сердце неспокойно заколотилось. В голове рисовались зловещие ворюги, ограбившие Русланку, пока та была у ювелира. А может, выследили ее и потом напали? Почему-то Татьяна была уверена, что подруга попала в передрягу именно из-за серебряного браслета.

Дверь так и не открылась – пришлось несолоно хлебавши спускаться обратно.

Как ни странно, такси еще не уехало.

И Тане пришла в голову отличная мысль: во время поездок Руслана иногда отдавала ключ соседям, чтобы те поливали цветы. Оставалось уговорить этих людей осмотреть вместе с ней квартиру пропавшей без вести подруги.

Таксист, молодой усатый мужчина, с любопытством смотрел на девушку, явно ожидая от нее каких-то действий.

– Подождете меня? – спросила у него та, давая сотню в залог.

– Конечно, леди, – улыбнулся таксист. – Только будьте порешительней, ладно? Я-то подожду, а время не ждет. – Он вытащил мобильник и погрузился в какую-то игру, перестав обращать на девушку внимание.

Татьяна пошла к дому, гадая, что могло бы значить такое странное высказывание. Похоже, таксист решил, что она приехала к своему парню и не решается позвонить в дверь. Ну да и черт с ним, пусть думает что хочет.

Как ни странно, на этот раз тяжелая бронированная дверь в квартиру подруги была приоткрыта.

– Есть кто? – Девушка с опаской заглянула внутрь и, поразмыслив, ступила в темноту коридора.

Привычно хлопнула в ладоши, зажигая свет. Осмотрелась.

Никого не было. В этом девушка убедилась, оглядев все двести сорок метров шикарной квартиры. Везде было чисто, убрано и все расставлено по местам – никаких следов ограбления.

Наконец Татьяна заглянула в спальню, где и нашла на туалетном столике свой заветный наследный сундучок. Ощущая неизвестно откуда взявшуюся слабость, девушка подошла, вновь нажала на паучью спинку. Крышка приоткрылась. Внутри по-прежнему лежали мешочек, записка, пузатый флакон и клубок зеленых шерстяных ниток.

Не было только браслета.

Он пропал, как и Руслана.

Татьяна решительно взяла сундучок под мышку и вышла из квартиры, хорошенько хлопнув дверью: замок был английский и сразу же закрылся.

– Леди, советую внимательно читать записки!

На лестнице, опираясь спиной на перила и держа руки в карманах джинсов, стоял паренек. На вид – лет шестнадцать, среднего роста, смугловатый. Самое интересное, глаза у него были чернющие, а волосы – белые, будто сильно выгорели на солнце. Сто процентов, что он много загорает… Если живет в таком шикарном доме, наверняка вместе с родителями круглый год по морям-океанам ездит. А глаза эти, с хитринкой, знакомые. Странно… Как будто раньше где-то его видела.

– Какие записки? – перехватывая сундук поудобнее, спросила Татьяна.

– Те самые записки, леди! Вы и так для посвящения старая, поторопились бы! Луна сегодня как раз подходящая для этого случая.

Закончив свою более чем дивную речь, парень озорно подмигнул и помчался вверх по лестнице, только Татьяна его и видела.

Девушка поставила сундук на пол, открыла крышку, извлекла записку. Перечитала прабабкино послание – все тот же бред про шабаш, луну и вино. Машинально она перевернула листок и вдруг, не веря глазам, разобрала Русланин почерк: «Танька, это работает!!!» Буквы были корявыми, написаны явно торопливо.

Мысли, словно паззлы, моментально сложились в цельную картину: подругу опоили, а после похитили, ну а вместе с ней – серебряный браслет-ящерку.

Следующим Таня выхватила из сундучка флакон и обнаружила, что он больше чем наполовину пуст. От изумления девушка громко икнула. Может, Русланка действительно улетела?!

С этой мыслью она и вернулась на лестничную площадку.

Дверь в квартиру вновь оказалась открытой. А ведь Татьяна хорошо помнила, как щелкнул замок. Неужели вернулась Руслана? А может, похитители?

Девушка судорожно схватилась за ручку двери, но войти не решалась.

Сзади послышался ехидный смешок.

Она обернулась. Опять этот парень!

– Послушайте, леди, вы долго будете туда-сюда ходить? – прищурился он. – Если вы сегодня ночью не полетите на регистрацию, то так и умрете бездарной. Вы и так, на мой взгляд, староваты для посвящения.

Вот же наглость!

– Мне послышалось или ты только что оскорбил меня, малыш? – грозно произнесла Татьяна и сдвинула брови, чтобы мальчишка знал – она не шутит.

Но тот и не думал пугаться. Наоборот, еще шире заулыбался.

– Я же сказал: если вы не поспешите на шабаш, то так и останетесь бездарной, то есть без дара, – охотно пояснил он. И, не давая девушке возможности высказаться в ответ, добавил: – Там и о подруге своей узнаете, леди.

– Что? – опешила Татьяна. – О Руслане? Что с ней?!

– А я откуда знаю? Я, что ли, главный черт прикарпатский?! – Он хохотнул, снова подмигнул и испарился.

Исчез, растворился в воздухе. После него остался лишь едва клубящийся черный дымок, да и тот вскоре рассеялся.

У Татьяны округлились глаза, перехватило дыхание и мелко задрожали колени.

Через некоторое время она справилась с собой, вбежала в квартиру и закрыла дверь на все три замка. Каким образом удалось это сделать, не выпуская сундука из рук, она так и не осознала.

Обследовав квартиру еще раз, девушка обнаружила в спальне открытое настежь окно. Не через него ли «улетела» Руслана? Ведомая этой диковатой мыслью, несчастная Татьяна прошла в комнату, где горел мягкий приглушенный свет, и села на пышную ярко-синюю постель.

Так. Мальчишка знал о даре, шабаше и исчезнувшей Руслане, причем советовал торопиться. Таксист – тот ничего не говорил о шабаше и чертях, но тоже рекомендовал поспешить.

Кажется, прабабка была непроста, ох как непроста. Сундук, браслет, черти, шабаш… Спасибо тебе, бабушка!

Не сдержавшись, Татьяна крепко выругалась: Руслана ведь пропала, черт подери! И все из-за этого сундука, из-за драгоценного браслета!

Когда положение кажется отчаянным, стоит пробовать все доступные способы, которые могут подсказать выход из трудной ситуации.

Памятуя об инструкции в прабабкином послании, Татьяна медленно разделась, немного стесняясь того, что делает. Потом прошла в ванную комнату и пустила воду. Десять минут раздумий в душе не дали никакой новой подсказки.

«Ведь не на сундуке же Русланка улетела в самом деле? – стала рассуждать она немного спокойнее, вытираясь мягким пушистым полотенцем. – Сундук же тут… Но флакон? Он ведь наполовину пуст!»

Татьяна, как была голая, села на кровать и медленно пододвинула к себе сундучок.

Вот флакон, вот мешочек, где когда-то был браслет. Девушка вытянула из него дурацкую бумажку и еще раз перечитала. Записка уже не казалась ей такой глупой, как при первом прочтении. Наоборот, словно зловещая тень упала на буквы: теперь смысл написанного предстал перед ней совершенно в другом ракурсе.

Внезапно погас свет. Ойкнув, Татьяна с силой захлопнула сундук, крадучись, подошла к окну и с опаской выглянула наружу: соседние дома тоже были темными, без единого светящегося квадратика, – кто знает, может, какие-нибудь неполадки на электростанции.

Устроившись так, чтобы оказаться освещенной луною, девушка снова раскрыла сундучок. Неисследованным остался только…

Клубок. Она осторожно взяла его в руки, повертела перед собой. И вдруг в какую-то секунду мохнатый шерстяной бок озарился мягким лунным светом.

Произошло чудо: клубок вырвался из рук и завертелся в воздухе, словно его подвесили на ниточке.

Но ниточки-то не было!

Замерев, Татьяна не сводила с него глаз, а клубок все вертелся и вертелся, танцуя.

Когда знаешь, что чего-то не стоит делать, а хочется, то лучше делать это очень быстро.

Поэтому она извлекла из сундука флакон. Жидкость в хрустальной емкости отливала мрачным багряным светом.

– Пей! – приказала себе Татьяна и разом опустошила пузырек. После этого она переместила на пол сундук и тут же взгромоздилась на него.

Что дальше? Ах да…

– Эге-гей! – залихватски выкрикнула девушка, чувствуя, как вино-зелье приятным теплом разливается по телу, прогоняя страх и неверие в чудеса. Она машинально сжала пятками острые кованые сундучные бока…

И вовремя!

Словно живой, сундук дернулся в сторону, в другую, подскочил – и вдруг со страшным скрипом вытянулся в длину. На крышке между спинами двух пауков появилась массивная кованая ручка.

Татьяна икнула от неожиданности, но тут же вцепилась обеими руками в новоявленную ручку. Сундук произвел отчаянный рывок, поднимая девушку в воздух, да так и сиганул со всего маху в раскрытое окно.

Чему быть – того не миновать, решила для себя Татьяна и почти перестала волноваться.

Сундук послушно летел за вращающимся клубком, который указывал дорогу, ловко и уверенно пробираясь между корпусами девятиэтажек; он не поднимался выше пятого-шестого этажей, очевидно, чтобы дать своей наезднице попривыкнуть.

Вскоре девушка заметила, что приближается к черте города: вот невдалеке самый крайний дом на набережной, стоящий особняком от остальных строений, а дальше за ним должна быть река. Сундук замедлил ход и плавно облетел особенно длинный, тянущийся на дюжину подъездов дом.

– Мама, смотри! – прокричал детский голос. – Летающая тетя!

Татьяна вытаращила глаза, пытаясь разглядеть остроглазого мальчугана, но в следующий миг сундук резко набрал скорость, взмывая за клубком, и вскоре она уже летела над темной водой, отсвечивающей нежным и таинственным серебристым блеском.

За рекой начинался небольшой лес. Сундук набрал такую бешеную скорость, что только ветер свистел в ушах, поэтому Татьяна пригнула голову и еще крепче вцепилась в деревянные бока, молясь о том, чтобы не свалиться. Каково же было ее удивление, когда впереди вдруг выросли вершинные пики гор, грозно темнеющие на фоне полнолунного неба.

Она летит в горы! Неужели на тот самый шабаш? Но сейчас ей было все равно. Возможно, там она узнает что-нибудь о похищении Русланы, как говорил тот мальчишка, умеющий исчезать в воздухе, а ради этого стоит потерпеть еще несколько чудес. Ну все-таки до чего же странный паренек!

Неожиданно сундук начал снижение и вскоре заскользил над землей не более чем в полуметре. Татьяна инстинктивно поджала ноги. Бедная девушка то и дело зажмуривалась, когда прямо на нее неслись голые стволы сосен, острые лапы елок и хлесткие ветви молодого орешника. Но сундук знал свое дело: он искусно огибал все препятствия, встречающиеся на пути.

Но вот он резко затормозил и вскоре замер. Татьяна медленно сползла с его деревянного бока и принялась разминать конечности, затекшие от неудобного положения во время полета.

«Да-а, – подумала Татьяна, – пожалуй, сундук – это самый неудобный вид транспорта из всего, что только можно себе вообразить. С другой стороны, как бы упростились проблемы с багажом в путешествиях, если бы люди летали на собственных сумках и чемоданах».

Немного развеселившись от этой мысли, девушка кинула взгляд на лес, да так и застыла: среди черных в ночной полутьме стволов деревьев рассыпались сотни, если не тысячи, голубовато-зеленых огоньков.

Это светились в темноте гнилушки – те самые трухлявые куски дерева, что после дождя испускают призрачное зеленоватое свечение.

Мало того, с каждой секундой их становилось все больше. Татьяна присмотрелась и поняла, что гнилушки образовывают две неровные полосы, исчезающие далеко в лесной мгле.

Внезапно ухо девушки уловило странный легкий шорох: звук шел от земли, словно тысячи лапок ворошили сухие листья, топтали мох, перебирались через коряги и ветки.

Под ногами бежали ящерицы. Их скользкие тела, покрытые голубой шкуркой, тоже светились в темноте, и вся эта масса устремлялась вперед, сливаясь с зеленоватым свечением гнилушек в одну призрачную дорогу.

И откуда взялись в лесу эти чудные ящерицы, такое скопище?! У Татьяны не было выхода: если она не побежит сейчас вместе с ними, то просто свалится и утонет в мерзкой массе, переливающейся голубым и зеленым.

Кроме того, она была умной девушкой и понимала, что подобные явления не возникают в природе просто так, а значит, следует разобраться, чем же вызвано бегство маленьких рептилий.

Сначала ящерицы бежали по ровной местности, но вскоре дорога пошла в гору, лес неожиданно расступился, и взору Татьяны открылось еще более удивительное зрелище.

Тысячи красных крестов вспыхнули в темноте, складываясь в строго очерченный геометрический узор из тонких палочек, – они слагались в отвесную стену, казавшуюся воротами в ад.

Впрочем, Татьяна подметила, что перед самыми крестами ящерицы оббегали пылающую стену, разделяясь на два потока. Она попыталась «отгрести» влево, но ящерицы неудержимо гнали ее тело на кресты, словно в этом и состоял их коварный план.

– А-а-а-а! – отчаянно заорала девушка, понимая, что столкновение неизбежно.

Она лишь успела закрыться руками, когда ее щеки опалил сухой жар, но уже в следующую секунду несчастную девушку бросило в холод – будто тысячи ледяных иголок проникли под кожу. Сразу после этого ее посетило стойкое ощущение короткого полета – и вот вслед за ним спасительная, ничего не значащая чернота.

Где она, что с ней? Кромешная темень вокруг.

– Жуткой ночи, Татьяна! – вдруг поприветствовали ее над самым ухом.

Вспыхнул яркий электрический свет, будто включился десяток прожекторов. Татьяна поморгала, привыкая, и лишь тогда огляделась.

Она оказалась посреди укромной лесной поляны, со всех сторон окруженной стволами буков и грабов. Невдалеке от нее, метрах в четырех, стоял настоящий письменный стол, причем явно из хорошей дорогой древесины, – его толстые низкие ножки наполовину зарывались в траву. За столом восседал в пухлом кожаном кресле хмурый, полноватый, нестарый еще мужчина в белоснежном костюме, резко контрастирующем с широким черным шейным платком.

По обе стороны от незнакомца стояли девушки: слева – брюнетка, а справа – рыженькая, обе с короткими одинаковыми стрижками, одетые в строгие черные платья.

Вмиг застеснявшись своей наготы, Татьяна почувствовала себя крайне неловко.

Мужчина не сводил с нее темных глаз, очевидно, ожидая ответного приветствия.

– И вам ночи… жуткой, – осторожно произнесла девушка, когда молчание затянулось. И добавила смелее: – Скажите, а это вы – главный черт прикарпатский?

Как по команде, девушки в черных платьях повернули головы и уставились на нее с некоторым изумлением, после чего тихонько ахнули и неодобрительно покачали головами.

Мужчина окинул Татьяну долгим задумчивым взглядом.

– Я президент чародейного сообщества, – сказал он. – Глава Братии. Или Карпатский Князь, но официально этот титул считается устаревшим из-за пропажи символов власти… Впрочем, вам об этом знать ни к чему.

– А-а… извините. – Девушка окончательно смутилась.

– Извиняю.

Повисла напряженная пауза. Казалось, президент выжидает.

И Татьяна не выдержала:

– Может, вы мне хотя бы скажете, какого черта я здесь делаю?!

Кто-то прыснул за спиной, подавляя смешок.

Татьяна молниеносно оглянулась, но никого не увидела. Это ее порядком озадачило, потому как лица главы Братии и его секретарш сохраняли полную невозмутимость.

Между тем мужчина сделал легкий знак рукой – из воздуха выплыло что-то блестящее, сверкнувшее зеленым огоньком. Татьяна с огромным удивлением узнала свой браслет – наследство прабабки Марьяны.

– Ваше? – осведомился президент.

Девушка обреченно кивнула.

Секретарши ахнули и покосились на Татьяну с куда большим уважением.

– В таком случае, забирайте.

Браслет поплыл к Татьяне, она схватила его двумя пальцами и тут же надела на запястье, пока тот снова куда-нибудь не исчез.

– Чуть выше локтя закрепите… – посоветовал президент и вдруг добавил строго: – Никогда браслет не снимайте и в чужие руки не давайте! В нем вся ваша сила фамильная, дар магический и, надо сказать, немалый. А теперь…

Президент сложил губы трубочкой и слегка дунул перед собой: из воздуха возник пергамент и плавно опустился перед ним.

Одна из секретарш ловко подала ему огромное лохматое перо и длинную стальную иглу самого жуткого вида.

– Палец протяните, пожалуйста, – попросил президент, хищно сверкнув глазами.

– З-зачем? – ужаснулась Татьяна, покосившись на иглу с изрядной долей сомнения.

– Да вы что, кровь из пальца никогда не сдавали? – проследил за ее взглядом президент. – Давайте палец, любой.

Татьяна протянула дрожащую правую пятерню, мужчина мигом уколол ее безымянный палец: кровь так и брызнула на пергамент.

Постаравшись сохранить невозмутимое лицо, девушка в упор смотрела на своего мучителя, молясь о том, чтобы процедура скорее закончилась.

– Подпишитесь. – Президент протянул кусок пергамента, почти весь заляпанный ее же, Татьяниной, кровью.

Буквы договора плясали перед глазами, но девушка смогла разобрать, что отныне, поставив подпись под этим документом, она становится полноправной ведьмой со всеми положенными ей по статусу привилегиями, а также вступает во владение фамильным даром.

«Ведьмой так ведьмой, лишь бы в живых оставили», – обреченно подумала она и мигом расписалась. В ту же минуту браслет жарким обручем сдавил руку, но сразу отпустил.

И вот чудеса, картина опять начала изменяться. Пропал дубовый стол, а вместо него запылал громадный, будто жерло вулкана, костер: он густо дымил и разбрасывал вокруг снопы искр.

Вокруг пламени стали появляться лица, много лиц. Наверное, столько полуобнаженных веселящихся людей вместе собиралось на пирах у императоров Древнего Рима, но Татьяна в жизни своей не видела столь необычного народного гулянья. У мужчин на бедрах болтались куски звериных шкур, а вот женщины почти все были абсолютно нагие – правда, у многих из них имелись дорогие украшения – ожерелья, браслеты, заколки из фатина, жемчуга и павлиньих перьев. В воздухе летало множество тяжелых металлических кубков, наполненных до краев приятными, судя по аромату, горячительными напитками.

У президента тоже пропала одежда, и теперь на его довольно-таки полноватых ляжках висела леопардовая шкура, украшенная поверху массивным золотым поясом в виде цепи. Но куда интереснее преобразились его секретарши: из нарядов на девушках остались только тонкие браслетики из некоего коричневатого металла.

Созерцая всеобщую наготу, Татьяна окончательно успокоилась. Одно дело, когда все одеты и лишь ты разгуливаешь нагишом, но когда голыми ходят все, это получается нормально.

– Выпьем за здоровье новой ведьмы! – провозгласил президент, поймал пролетавший кубок и, осушив до дна, хрястнул им о землю. – Жуткой ночи, господа и дамы! Жуткой ночи, Татьяна! – обратился он непосредственно к девушке. – Завтра мы пришлем к вам чертика посмышленее, а сейчас – веселитесь. Жуткой ночи всем, ура!!!

Возглас был дружно подхвачен: все пили за ее здоровье и посвящение в ведьмы – наверное, такова была в этом обществе традиция «обмывания» новоприбывших.

«Обычная корпоративная вечеринка, вот и все», – утешила себя виновница торжества и смело ухватила летающий кубок. Жидкость в нем дымилась, серебрилась и пускала разноцветные пузырьки.

«Шампанское!» – мысленно возликовала Татьяна, сделав пробный глоток. Хмель тут же вскружил голову, захотелось танцевать, петь и колдовать, хотя с последним наверняка стоило повременить.

– Чего желаете, леди? – откуда-то налетели на нее уже знакомые секретарши.

Их ноги не касались земли, девушки попросту висели в воздухе. Татьяну это не смущало: сделав еще один глоток чудесного шампанского, она тоже поднялась в воздух.

– Мы, леди, имеем честь служить вам…

– Все расскажем и все покажем, – зашептали девушки, перебивая одна другую. – В соответствии с вашим положением вы можете делать все, что хотите…

И они подхватили Татьяну под руки, осторожно подталкивая к костру, где остальные колдуны и ведьмы водили развеселые хороводы и горланили озорные песни. Вокруг стоял шум, гам и ор, поэтому приходилось сильно кричать, чтобы тебя услышали.

– А нельзя ли найти местечко поспокойнее? – проорала Татьяна черненькой девушке на ухо, косясь на некоторые пары, занятые делами, весьма непристойными для постороннего взгляда.

Они отлетели под сень огромной плакучей ивы, надежно укрывавшей от любопытных глаз. Под гибкими длинными ветвями оказалось несколько пней-столиков: на каждом стояли шарообразные светильники, внутри которых мельтешили разноцветные жуки-светлячки, – ни дать ни взять уютный ресторанчик. Правда, зал пустовал: все, кто еще мог, танцевали у костра.

– Значит, мы на шабаше? – начала расспросы Татьяна, лишь только они уселись за крайним столиком. – И часто они проходят?

– Когда как, но всегда – в полнолуние. – Рыженькая девушка поманила пальцем несколько кубков, и они тотчас подлетели к ним.

– И чем вы занимаетесь на этих праздниках?

Девушки лукаво переглянулись. Наверное, вопрос новоиспеченной ведьмы их позабавил.

– Пьем, веселимся, – уклончиво ответила рыженькая.

– И все?

– И все.

Некоторое время помолчали.

– Может, представимся друг другу? – опять начала Татьяна. – Меня зовут…

– Нет! – хором перебили девушки. В их общем возгласе послышалось настоящее потрясение.

– Мы не можем сообщить вам как полноправной ведьме свои имена, – осторожно сказала черненькая девушка. – Не поймите нас неправильно, госпожа, но если мы нарушим закон, нас так и оставят прислуживать. – Последние слова она договорила еле слышным шепотом.

– За раскрытие магического имени могут навсегда лишить оного! – запальчиво произнесла рыженькая.

– Но вы можете называть нас просто ведьмами… Мы не расстроили вас, госпожа? – видя, как поменялось Татьянино лицо, огорчилась рыженькая ведьма. – Вы можете сами придумать нам имена.

– Нет-нет, я не настаиваю, – испуганно заверила их Татьяна и поспешила сменить тему: – Но вы хоть можете мне рассказать, в чем состоит главное занятие колдунов?

Девушки вновь обменялись короткими недоуменными взглядами. Наверняка подумали: ну и недотепу им подсунули из новеньких.

– Не переживайте, госпожа, вы скоро вникнете во все тонкости, – ответила ей черненькая ведьма. – У вас будет свой учитель.

Чтобы скрыть смятение, Татьяна покивала и, вскинув руку, неловко схватила один из кубков, летающих в воздухе над их столом. Ее браслет так и полыхнул зеленым пламенем, отражая огоньки светильников.

Девушки завороженно уставились на браслет.

– А вот еще одно… Выходит, браслет – это знак моего рода? – Татьяна окинула своих прислужниц пытливым изучающим взглядом.

– Да, ваш браслет – это признак древности рода, – первой очнулась черненькая ведьма, с трудом оторвавшись от созерцания Татьяниного украшения. – Чем тяжелее браслет и искуснее его переплетения, тем старше род, а значит, весомее привилегии. И тем мощнее ваша колдовская сила – ведь многие поколения по капле собирали да складывали… И неизвестно, сколько жизней было пожертвовано, сколько силы было даровано и отнято.

– А вы случайно не знаете, что собой представляет мой браслет? – как можно невиннее поинтересовалась Татьяна. Она сделала большой глоток из кубка и тут же вернула содержимое: это была водка.

– Всякое может быть. – Черненькая ведьма легонько похлопала ее по спине, помогая прокашляться. – Но силы в нем много… Вы сможете высоко подняться с таким фамильным браслетом, госпожа. Но сначала вам придется пройти обучение и сдать экзамен – доказать, что вы вправе владеть столь мощной реликвией. Зато после вы можете потребовать приличный замок в долине, окруженной лесом и горами, и даже призраков в услужение – сейчас это модно, но так дорого! Вы получите почет и уважение… Каждый из колдунов захочет стать вашим особым другом, – голос ведьмочки перешел на тихий сладостный шепот.

Татьяна взволнованно передернула плечами: замок – куда ни шло, но слуги-призраки – от этого, пожалуйста, увольте!

– Но если вы добровольно решите подарить браслет – вся ваша фамильная сила перейдет к другому, – вдруг дополнила рыженькая ведьма. – Поэтому вам надо быть очень осторожной. Столь мощная сила – искушение для многих. – Глаза девушки хищно блеснули, но уже в следующую секунду она мило улыбнулась.

– А если украдут? – уточнила Татьяна. – Нападут и отнимут? А если потеряю?

– Нет. Он все равно вас найдет. А вот по доброй воле отдать сможете. Случайно. Вот как недавно…

Ого! Да она же совсем забыла про Руслану!

– Возможно, мой вопрос вам покажется странным, но не знаете ли вы… – Татьяна медлила, раздумывая, стоит ли рассказывать ведьмам об истинной причине посещения шабаша. – Дело в том, что у меня пропала подруга…

– Мы знаем, знаем, – одновременно заговорили девушки. – Она незаконно воспользовалась вашим браслетом и клубком, прилетела сюда на вашем сундуке и была схвачена стражами.

– Стражами?!

– Это призраки, темные духи, они следят за порядком, – охотно пояснила рыженькая девушка. – И теперь ваша подруга отбывает наказание у Мстислава Вордака, он главный Страж над духами этих лесов.

– Ну и что же делать? – Татьяна немного струхнула. – Может, поговорить с этим Вордаком и просто попросить отпустить ее?

– Вот это вряд ли, – покачала головой черненькая ведьма. – У него прескверный характер. Тех людей, что к нему попадают, не назовешь счастливчиками. В лучшем случае провинившиеся простаки отбывают наказание на его землях – на полях или в садах, и всегда на самых черных работах.

– И сколько же должно длиться это наказание?

Мысль, что Руслана, директор преуспевающего модельного агентства, будет возделывать кукурузу на полях какого-то колдуна с прескверным характером, показалась Татьяне возмутительной.

– За такой тяжкий проступок – десять лет, – ответила рыженькая ведьма. – И, конечно, полное стирание памяти по окончании исправительных работ. Иногда много стирают, вплоть до школьных лет. Чувства волшебные стирают, сильные эмоции, тягу к неизведанному и мистическому… Чтобы лишнего не болтали, естественно.

Татьяна хмыкнула.

– А не слишком ли это жестоко? – спросила она с иронией. – Зачем все стирать вплоть до волшебных чувств?

– Зачем? – Черненькая ведьма явно удивилась вопросу. – Чтобы простак больше не отважился повторить злодеяние, связанное с колдовским миром. И главное, после стирания памяти его будет воротить от всего странного, сакрального, приключенческого… Был простак, а стал пустышка!

Ведьмочки весело рассмеялись, а Татьяне еще больше стало не по себе.

– Не хотела бы я к этому Вордаку попасть, – с опаской оглядываясь, продолжила рыженькая ведьма. – Он страшный колдун. Говорят, до сих пор применяет средневековые пытки.

– Что?!

– А еще, – подхватила другая ведьма, – у него в резиденции есть подземелье, где до сих пор томятся узники.

У Татьяны свет померк перед глазами. Не очень-то хотелось встречаться с такой ужасной личностью, как Вордак.

– Кстати, а ведь он тоже прилетел на шабаш, – понизила голос черненькая ведьма. – Только в отдельных апартаментах отдыхает, конечно.

Таня решительно вскинула голову.

– Ведите меня к этому Вордаку. – Ее слова прозвучали зло и жестко, и девушки не осмелились ослушаться новую карпатскую ведьму.

Они подхватили Татьяну под руки, втроем вылетели из-под плакучей ивы и помчались в самую чащу леса – туда, где чернели сосны среди густых зарослей папоротника.

К счастью, «отдельные апартаменты» обнаружились быстро: из-за деревьев показалась покатая крыша с почерневшими балками, деревянные стены с низкими, чуть ли не над самой землей, оконцами и частокол из кривых прутьев, украшенных белыми в темноте черепами – ни дать ни взять избушка из сказки.

– Пришли, госпожа, – шепнула черненькая, поеживаясь. Девушки испуганно косились на избушку, и Татьяна тоже немного струхнула.

– Может, не сегодня, госпожа? – тихо произнесла рыженькая ведьма, умоляюще заглядывая в глаза. – Колдунов, наделенных высшей властью, опасно беспокоить во время отдыха!

Собственно, Татьяна была готова согласиться с этим утверждением, но тут вспомнила Руслану: представилось, как несчастная подруга бредет с мотыгой по кукурузному полю Вордака… Или сидит в подземелье, среди крыс и грязи…

– Ну уж нет! – воскликнула она. В один миг взлетела по кривобокой лесенке, с силой распахнула дверь и приготовилась огорошить гневной тирадой любого колдуна, какого только увидит.

Ее взору предстало эксцентричное зрелище, напоминающее оргию. В тесном помещении, большую часть которого занимала кровать, расположились мужчины и женщины – обнаженные и не слишком. Кругом были разбросаны пуфики, подушки, бутылки вина, бокалы, серебряные подносы и золотые блюда с остатками еды. А в самом дальнем углу две пары курили кальян.

– Кто из вас Мстислав Вордак? – пролепетала совершенно сбитая с толку Татьяна.

Она успела насчитать трех представителей сильного пола и около десятка представительниц прекрасного: все они смотрели на нее скорее с любопытством, чем рассерженно.

– Вордак в отдельном кабинете, – гнусаво произнес один из мужчин – настоящий бородач. Он был голым, но почему-то в полосатой кепке.

– Ах, он такой отшельник, – с придыханием добавила белокурая девушка в белом лифчике – своим телом она прикрывала бородачу бедра.

– Присоединяйтесь, – игриво произнес бородач, и его предложение поддержали дружным смехом.

Татьяна отчаянно помотала головой и, стараясь игнорировать откровенные оценивающие взгляды, двинулась вдоль кровати, пробормотав «извините» всего один раз – когда наступила на чью-то ногу, выглядывающую из-под кровати. Достигнув двери, она опрометью выскочила в коридор и лишь тогда с облегчением вздохнула.

Избушка, хотя и выглядела снаружи маленькой и тесной, внутри явно увеличилась в размерах: вдоль этого коридора тянулись два длинных ряда одинаковых дверей.

«Наверное, с помощью чар можно существенно расширить свою жилплощадь, – невольно подумала Татьяна. – И, возможно, колдунам, в отличие от людей, квартирный вопрос не так интересен».

Заглядывая в шестую дверь с левой стороны, Татьяна наконец увидела еще одного живого человека – мужчину, углубленного в созерцание очень толстой книги в кожаном переплете.

Девушка сделала шажок в комнату, и ее ноздри мгновенно уловили запах хорошего кофе: на столе стояла крохотная золотая чашка. Запинаясь, Татьяна спросила у мужчины о Вордаке.

Колдун не сразу оторвался от чтения. Пришлось повторить вопрос.

– Я и есть Вордак, – нехотя сказал он и удостоил Татьяну взглядом. Глаза у него оказались темные, почти черные: радужка почти сливалась со зрачками, и в зрачках этих таились недобрые огни. Но в общем-то Вордак производил приятное впечатление: крепкая плечистая фигура, длинные вьющиеся волосы и маленькие аккуратные усики. Вот только если бы не этот цепкий, прищуренный взгляд… Татьяна невольно опустила глаза на единственный предмет одежды Вордака – повязку-шкуру на бедрах, по верху которой шел золотой пояс из очень крупных колец.

Она смекнула, что размер пояса наверняка связан с магической силой. И припомнила, что на вечеринке столь массивный пояс видела только у президента. Это плохо: скорей всего Вордак действительно был видной фигурой в колдовском сообществе, а значит, и освобождение подруги Татьяне может дорого обойтись.

– Я вас слушаю, – холодно сказал Вордак, с недоумением проследив за ее взглядом.

Девушка спохватилась, понимая, что пристальное рассматривание пояса может быть истолковано по-всякому.

– У меня есть сведения, что моя подруга Руслана была схвачена стражами и… – Девушка запнулась, вновь растерявшись под взглядом мрачных глаз. – И направлена к вам.

– Ну и что?

Татьяна прокашлялась, чтобы голос прозвучал резче.

– Видите ли, эта девушка занимает высокую должность…

– Ну и что?

– Я уверена, она совершила проступок случайно, и поэтому прошу вас освободить ее.

– Это невозможно, – быстро отчеканил Вордак. – Если у вас все – оставьте меня.

– Но почему невозможно, в самом-то деле?! – разволновалась Татьяна.

– Хорошо! – рявкнул Вордак. – Вы дарите мне свой браслет, а я отдаю вам подругу.

– Это невозможно… – начала Татьяна и тут же испуганно замолкла.

– Вот видите, вы со мной согласны, – без тени улыбки сказал Вордак. – В мире много невозможного. А теперь убирайтесь.

Он лениво щелкнул пальцами, и Татьяну словно что-то толкнуло в грудь: она попятилась, набирая скорость, пролетела через весь коридор и тот самый холл с огромной кроватью, спиной выбила дверь и наконец приземлилась на одну из аккуратных могилок, окружавших избушку.

– Мы же предупреждали. – Рядом оказались ведьмы-прислужницы. Они помогли девушке подняться и отряхнуться. Тем не менее в их взгляде читалось восхищение.

– Ладно, – процедила Татьяна сквозь зубы, – я тебе еще припомню, урод!

– Что вы, что вы, госпожа, не надо! – Ведьмы так встревожились, что даже руками на нее замахали. – Не связывайтесь с ним, это очень опасно… Выпейте лучше, госпожа.

Рыженькая ведьма подала искрящийся пузырьками кубок, и Татьяна мгновенно осушила его: к счастью, это оказался простой лимонад.

– Идем веселиться, – мрачно сказала она и, не глядя на избушку, первой полетела в сторону костра, где, судя по шумным и озорным выкрикам, веселье не утихало.

Глава 4

Учитель

Утром Татьяна проснулась в относительно хорошем настроении.

Она тотчас же вспомнила недавние события: полет на сундуке, регистрацию у главного прикарпатского черта, короткий разговор с Вордаком и после – безумные танцы вокруг костра.

Новоиспеченная ведьма вскочила с кровати, потянулась и радостно взглянула на сундук. Что ни говори, а в ее ночном приключении была своя прелесть. Вот только мрачные глаза Вордака нет-нет да и вставали перед мысленным взором: Руслана до сих пор томится в плену у этого странного колдуна и совершенно неясно, как ее вызволять.

Сварив чашку кофе, Татьяна залезла в Интернет, надеясь отыскать хоть какую-нибудь информацию о колдуне по имени Вордак. Но вместо этого нашла кучу ссылок на безвестные сетевые библиотеки и сайты, в основном посвященные магии ролевых игр.

Расстроенная, она включила телевизор, чтобы хоть как-то отвлечься. Наверное, следовало дождаться ночи: ей же обещали прислать учителя «колдовских наук». Может, он ей подскажет, что делать дальше. А пока стоило просмотреть выпуск свежих новостей: вдруг колдуны уже захватили весь мир? А она проплясала почти всю ночь на шабаше и ничего не знает.

Таня машинально щелкала переключателем каналов, как вдруг застыла от изумления:

– А это что такое?!

С экрана на нее пялился мальчишка – тот самый наглец, что вчера вечером призывал решаться побыстрее, дабы не умереть бездарной. Сейчас он предстал в виде диктора, преспокойно рассказывающего о ценах на нефть в мире. На нем был широкий серый пиджак с длиннющими, не по размеру, рукавами и даже галстук в полоску.

Татьяна выключила, а потом вновь включила телевизор, но паренек не исчез. Наоборот, он решил вступить с ней в разговор.

– Приветик! – Диктор-самозванец радостно оскалился. – Можно к вам, леди?

– Ну заходи, – пригласила Татьяна, и глаза ее подозрительно прищурились. – От тебя ведь все равно не избавишься?

– Это точно!

Он поднялся из-за дикторского стола, обошел его и шагнул в комнату, причем сделал это настолько неуловимо быстро, что девушка не успела заметить момент перехода.

Паренек окинул гостиную оценивающим взглядом, одобрительно присвистнул и уселся в кресло – в метре от хозяйки дома. Дикторский костюм на нем успел поменяться на обычный вязаный свитер и синие, немного потертые джинсы.

– Ну и по какому, собственно, делу? – шутливым тоном спросила девушка, еще не зная, как реагировать на приход странного гостя, да еще вылезшего из телевизора.

– Меня зовут Алексей, – представился мальчишка, хитро блестя глазами.

– Татьяна.

– Да знаю я, – отмахнулся тот, развалившись в кресле с самым разнахальным видом. – Теперь вы часто будете меня лицезреть, леди. Я к вам приставлен как сопровождающий. Чтобы вы на первых порах ошибок не наделали, себя не раскрыли… Буду учить потихоньку. Самому простому, чтобы начать, втянуться… Ну а потом, когда придется специализацию выбирать, другие займутся.

– Что-то мелковат ты для учителя, – не удержалась от колкости Татьяна.

– Вам в самый раз, леди. – Алексей улыбнулся. – С даром ведь так: либо он есть, либо нет. А возраст – дело наживное… Чем заняться собираетесь?

– Погоди, а что значит – сопровождающий? – насторожилась девушка. – Ты что, теперь везде за мной ходить будешь?

– Очень надо! – Мальчишка опять заулыбался. – У меня, знаете ли, своих дел по горло. Я должен лишь слегка подсобить, направить… Вот вы, как я понял, не работаете?

– Не работаю. Но я поступать собралась, наверное, на…

– Так нельзя, – категорически заявил этот Леша. – Настоящая ведьма, наделенная таким браслетиком, как у вас… Кстати, вы его сняли? Это, я вам скажу, зря. Наденьте. Такая вещь всегда на теле должна быть.

Он замолчал.

Татьяне очень не хотелось подчиняться мальчишке. И все же под прицелом насмешливого взгляда «учителя» она потащилась в спальню, раскрыла сундук и вновь надела браслет.

– Так вот, – как ни в чем не бывало, продолжил Алексей, – настоящая ведьма, обладающая огромной, пусть и доставшейся на халяву фамильной силой, просто обязана иметь высокое положение в обществе. Какое-нибудь достойное дело. Как у нас с аттестатом?

– Не знаю, как у вас, а у меня отлично, – огрызнулась девушка. – Этим летом я хочу поступить в институт, на отделение туристического бизнеса. Дело вполне себе достойное.

Алексей подвигал бровями – по-видимому, выражая сомнение.

– А что у вас за грамота на стенке? – вдруг спросил он.

Татьяна вытаращила глаза.

– Ты что, не в первый раз у меня дома? – грозно спросила она, припоминая, что упомянутая грамота висит у нее в спальне над самой кроватью.

– Ну был один раз, – оскалился мальчишка. – Исключительно по делу зашел… Так что за грамота?

– За горный квест, – буркнула она. Ей совершенно не понравилось, что по квартире лазил несовершеннолетний колдун, да еще и «по делу». – Шли трое суток подряд, выполняли разные задания. Наша команда победила. По правде говоря, маршрут был несложный, да и с погодой повезло.

– Все равно неплохо… Да не переживайте так, никто за вами не подглядывал, – хмыкнув, добавил он. – Я просто проводил разведку, узнавал о вас. Нельзя же кому попало отдать нерядовой браслетик, даже если он и достался по наследству… Считайте, что первое тайное испытание вы уже прошли.

Но Татьяну было не так просто сбить с толку.

– А если бы не прошла, а? – с неприязнью спросила она. – Кому тогда перешел бы?

Паренек перестал улыбаться.

– Сильным мира сего, – в той же манере ответил он.

– А может, Вордаку?

– Может, и ему, – равнодушно пожал плечами Алексей. Но Татьяна успела заметить в его глазах некоторое смятение. – А вы его откуда знаете? – спросил мальчишка чуть погодя. – Ах, да… У него же подруга ваша.

– Ты про это что-нибудь знаешь? Ее можно освободить? Не знаешь, что нужно сделать? – тут же накинулась с расспросами Татьяна.

Алексей немного смягчился.

– Наверное, можно. – Он тряхнул головой. – Конечно, если попробовать с ним договориться… Но это вряд ли.

– Послушай-ка… – У Татьяны промелькнула одна дельная мысль. Некоторое время она раздумывала, может ли доверять своему новоявленному учителю. – А этот Вордак… он должен где-то и в настоящей жизни работать, да?

– Это смотря что считать настоящей жизнью, – хмыкнул парень. – Но если вы говорите о цивилизованном мире, то да – у него есть собственное туристическое агентство «За восемьдесят дней».

– А чем конкретно это агентство занимается, не знаешь?

– Круизами, международными путешествиями, организацией туров, экстремальным туризмом – рафтингом, например… В общем, как и все подобные туристические агентства.

– Интересно, а есть ли у них вакансии? – довольно равнодушно спросила Татьяна.

Леша уставился на нее, не мигая.

– Конечно, нет, – сказал он, сверля девушку взглядом. – Да и зачем? Он не возьмет вас на работу.

– А как бы узнать, а?

– Да просто, – сказал Леша и вытащил из уха мобильник. – Алло, это туристическое агентство «За восемьдесят дней»? – гнусаво спросил он. – Скажите, а нет ли у вас свободных вакансий?.. Нет? Спасибо. – И мальчишка запихнул мобильник обратно в ухо.

– С ума сойти! Как ты это делаешь? – не выдержала девушка.

– Басом говорю? – Блеснул глазами Алексей. – Тренировался.

Ладно, не хочет говорить, ну и не надо.

– Значит, нет вакансий… Очень жаль. – Девушка печально вздохнула. У нее возникла мысль предложить Вордаку какое-то время поработать на него бесплатно… Вместо Русланы. Все-таки в нормальной фирме, а не на кукурузном поле. Да и как удачно складывается – она ведь хотела поработать в турбизнесе. А с подругой она потом рассчиталась бы… за все.

– Жаль, да, жаль. Но кое-что можно сделать. – Леша вдруг подмигнул ей. – Урок первый!

Он вскочил с кресла, крутанулся на месте и предстал в длинной черной мантии, академической шапочке с кисточкой, держа указку в руке, – Татьяна только глазами хлопнула.

Тем временем мальчишка взмахнул указкой в сторону телевизора, и тот мигом превратился в черную грифельную доску на ножках.

Девушка молчала, ожидая дальнейших действий юного колдуна. И, надо сказать, не без трепета: кто знает, а не захочется ли ему и Татьяну в какую-нибудь вещь превратить.

– Чтобы получить вакансию, – начал Алексей, – надо просто закрыть глаза и сказать три раза: «Убирайся!» – И он написал эти слова мелом на грифельной доске.

Девушка зажмурилась и послушно повторила:

– Убирайся!

– Мягковато, – заметил парень. – Нет жесткости в голосе.

– Убирайся!!! – рявкнула Таня.

– Жестче!

– Убирайся!

– Еще жестче!

– Убира-айся! – Голос у девушки сорвался, и получилось очень жалобно.

Некоторое время Леша молча смотрел на нее, а потом расхохотался.

– Ты думаешь… м-м, вы думаете, что волшебство – это так просто? Ляпнул словечко – и порядок? А браслет тебе… черт… вам зачем?

Татьяна выглядела смущенной и раздосадованной одновременно.

– Знаешь что, учитель… – процедила она. Однако паренек примирительно махнул рукой:

– Извините, больше не буду. Просто не удержался.

Татьяна молчала ровно минуту. И только потом сказала:

– Короче, так – при учебе больше никаких шуток. В остальном – сколько хочешь, но учти – я тоже люблю разыгрывать… И еще – переходим на «ты».

– Не вопрос, – охотно согласился Леша и добавил совершенно серьезно: – Коснитесь… вернее, коснись фамильного браслета и четко сформулируй желание.

– И все? – прищурилась девушка, вновь ожидая подвоха.

– Да. Таким способом ты направляешь силу магического браслета на исполнение желания. Искусство волшебства в том и состоит – в умении управлять силой. Например, брать ровно столько, сколько надобно… Но вам… тебе волноваться не стоит: твой браслет давно не использовался и наверняка переполнен силой.

– А насколько ее хватает, силы-то?

– Тебе хватит. – Леша протяжно хмыкнул – вышло как-то зловеще. – Но, конечно, следует пополнять. Способы есть разные, но об этом поговорим позже.

Татьяна коснулась браслета правой рукой, крепко зажмурилась и произнесла про себя:

«Хочу работать в турагентстве «За восемьдесят дней» на такой должности, чтобы каждый день Вордака видеть».

И открыла глаза. Алексей уже протягивал телефон:

– Говори.

Она поднесла телефон к уху.

– Турагентство «За восемьдесят дней», – прозвучал в динамике равнодушный голос.

– Я хочу у вас работать, – сообщила Татьяна. – У вас есть вакансии?

На той стороне помолчали.

– Вы знаете… удивительное дело: только что наша сотрудница, второй офис-менеджер, выиграла в лотерею большую сумму денег и сразу же уволилась… У вас имеется опыт работы секретарем?

– Три года, – прошептал Леша.

– Три года, – сообщила телефону Татьяна.

– Приезжайте немедленно! – Женщина явно обрадовалась. – И, если можно, вышлите ваши данные по электронной почте, я сразу же занесу в базу. Ох, у нас сейчас столько работы: лето на носу…

Немного ошарашенная быстрым успехом, Татьяна отдала мобильник Леше:

– Вот это да, получилось!

Мальчишка не выказал особого удивления, но посмотрел на нее с хитрецой.

– Что? – насторожилась девушка. – Давай рассказывай, что не так.

Алексей ответил не сразу.

– Странное дело, – проговорил он задумчиво. – Когда желают освободить рабочее место магическим способом, то человек либо заболевает, либо делает ошибку и его увольняют. А у тебя – выигрывает в лотерею. Я такого еще не видел. Кажется, я понимаю, почему тебя все-таки зарегистрировали, несмотря на то, что тебе уже двадцать.

– Всего двадцать, – поправила девушка с улыбкой.

– Колдовству обучаются с самого детства. – Паренек глянул на нее с большим скептицизмом. – Но ты отличаешься от других ведьмочек. Наверное, поэтому и получила шанс, хотя после восемнадцати новых магов не регистрируют. Да и браслет такой мощи все-таки подчинился. Видать, поэтому тебя и приставили к самому…

Алексей запнулся. На лице промелькнул явный испуг.

– К кому? – вкрадчиво переспросила Татьяна.

– Ко мне. – Паренек нагло ухмыльнулся и добавил: – Я всего лишь хотел сказать, что ты чудная.

Он нырнул обратно в кресло и закинул ногу на ногу. Шапочка с мантией исчезли, и мальчишка вновь оказался в привычном наряде – в джинсах и вязаном свитере, равно как и Татьянин телевизор опять стал телевизором.

– А теперь рассказывай, зачем тебе понадобилось устраиваться к Вордаку? – Леша стал чрезвычайно серьезным.

– Хочу предложить ему бартер. Как говорится, натуральный обмен.

– Ты что, совсем того?! – Лешка даже привстал от изумления. – То есть ты хочешь с ним…

– С ума сошел? – моментально вознегодовала девушка. – Ну и мысли у тебя… – Татьяна окинула его критическим взглядом, но решила не продолжать – у такого симпатичного парня наверняка все-таки есть девушка. – Короче, – буркнула она, – я буду работать на Вордака вместо Русланы.

Лешка фыркнул.

– Да зачем ты ему сдалась-то? – без обиняков спросил он. – Начинающая ведьма… Лучше браслет ему подари.

– Нет.

– Послушай, если разобраться, зачем тебе браслет? – Юный колдун прищурился. – А так и подругу спасешь, и тебя никто не тронет.

– Сказала же – нет! – отрезала Татьяна. – Попробую с ним договориться, а если не получится, то хоть разведаю, что это за человек… вернее, колдун. Чем живет, чем интересуется.

Мальчишка и на это хмыкнул:

– С такими, как Вордак, надо поосторожнее быть.

– Ну вот и научи осторожности. Ты же мой учитель, разве нет?

– В таком случае первым делом тебе следует научиться стирать свои следы.

– Какие еще следы? – не поняла девушка.

– От совершения магических действий.

– Неплохо бы сначала совершить эти магические действия, – кисло заметила Татьяна.

– Сделаем, – заверил Леша и вдруг замер, как будто к чему-то прислушиваясь. – Все, мне пора. А в турагентство сходи, не помешает. До свидания, леди.

Он насмешливо поклонился и исчез.

Глава 5

Рабочий день

Офис турагентства располагался в самом центре города – судя по всему, колдуны имели хорошие деловые возможности и в обычном мире.

В приемной девушку встретила секретарша, женщина средних лет в обычной офисной форме – черной юбке и белой блузке, но почему-то без туфель.

– Видите ли, в чем дело… – начала она извиняющимся тоном, – наш директор только что ввел новое правило: все собеседования по приему новых сотрудников будет проводить он лично. Его сейчас нет, но вы можете подождать в коридоре.

Татьяна прождала ровно три часа. К счастью, на журнальном столике оказалось большое количество красочно иллюстрированных буклетов. Поначалу она очень волновалась, живо представляя себе, как этот Вордак отреагирует на ее появление в его собственной фирме. Не слишком ли она рискует? Два раза девушка уходила, но возвращалась в твердом убеждении, что это дело надо довести до конца. Но рабочий день прошел, а начальник так и не появился. Секретарша смотрела на нее сочувствующе и попросила прийти завтра.

Но и на следующий день Вордак не появился. И в среду, и в четверг… Зато Татьяна прочитала несколько книг, предусмотрительно захваченных с собой.

Пятничным утром девушку разбудил запах свежесваренного ароматного кофе. Арабика, не иначе… Подумалось, какой замечательный сон, такой уютный, вкусный… Стоп.

Прогоняя остатки сонливости, девушка вскочила на ноги, бесшумно надела халат. Вряд ли бы кофейный запах долетал из соседней квартиры, тем более такой явственный…

Прокравшись на цыпочках в кухню, она застала у себя в гостях Лешку: поджав под себя ноги, паренек сидел на подоконнике и что-то читал с экрана мобильника.

– Представляешь, опять катастрофа на Тихоокеанском побережье. Интересно, чьих рук дело на этот раз? – Он шумно вздохнул.

На столе дымился кофе в аккуратной золотой чашке. Подобную Татьяна видела на шабаше у Вордака.

– Это из старинного семейного сервиза, – улыбнулся парень. – Пей, пока пенка не спала… Чашку потом заберу. – И он продолжил чтение новостей.

Кофе оказался очень крепким, с ярко выраженным ароматом, Татьяна такого и не пробовала.

– Ты где кофе научился готовить?

– Семейная традиция. – Лешка понажимал на кнопки, и мобильник тут же исчез. – Как дела на работе?

– Никак. – Татьяна вздохнула. – Нет никакой работы. Он просто не пришел… А Русланка черт знает где…

– Вордак знает где, – поправил Лешка, улыбаясь.

– Да это одно и то же. – Девушка махнула рукой. – Ты чего прилетел в такую рань?

– Специально пришел разбудить, чтобы ты не проспала, – мгновенно отозвался Лешка, словно давно планировал ответ. – Сегодня последний рабочий день недели, так что Вордак точно будет на месте. Во всяком случае – с утра, так что поспеши.

Мальчишка сказал правду – в приемной стояла та самая святая тишина, указывающая на присутствие начальства: тихо гудели компьютеры, аккуратно цокали клавиши – все делали вид, что очень и очень заняты.

Завидев Татьяну, секретарша ободряюще кивнула и указала на дверь директорского кабинета – темную, гладкоокрашенную, с круглой золотой ручкой. Набрав в грудь побольше воздуха, девушка с силой толкнула дверь, перешагнула высокий порог и чуть ли не столкнулась нос к носу с Вордаком.

– Прелестно, – сказал он. – Вижу, вы настойчивы.

Татьяна молчала, в спешке обдумывая дальнейший разговор. Несмотря на то, что за долгие часы сидения в коридоре турагентства она сто раз отрепетировала приготовленную речь, сейчас, при взгляде в страшные черные глаза Вордака, она позабыла все напрочь.

Тем временем колдун обошел стол, уселся в кресло и опять уткнулся носом в толстую книгу.

Девушка с тревогой озиралась по сторонам. Директорский кабинет выглядел весьма уютно: стены, обшитые дубовыми панелями, шкафы с резными вставками, стол и стулья на изогнутых ножках, диван с бархатной обивкой… Только цвета интерьера казались мрачноватыми: черный и ярко-красный, бордовый, коричневый… Из современного мира здесь нашлось место одному лишь компьютеру, ну и, пожалуй, лимонному дереву в кадке.

– А ведь я могу взять вас под стражу, – сказал Вордак, просматривая какие-то документы. – Вам это не приходило в голову?

«Вечно он что-то читает», – подумалось девушке, а вслух она спросила:

– За что?!

– За вторжение в личную жизнь. За слежку. Просто за надоедливость.

От такой наглости у Татьяны челюсть отвисла.

– Очень мне надо за вами следить! Это вы мучаете ни в чем не повинного человека… – Она замолкла, испуганная собственными словами, но уже в следующую секунду ее опять понесло: – С какой стати вы вообще взяли на себя право судить человека за кражу вещи, принадлежащей мне? Я сама разобралась бы со своей подругой. Поэтому я требую вернуть Руслану немедленно!

Вордак выслушал тираду гостьи с вежливым интересом. После чего проговорил:

– Мне кажется, вы все-таки заслуживаете наказания.

– А я думаю, ничего вы со мной не сделаете.

– Почему это? – Казалось, Вордак искренне удивился.

– Потому что я… нажалуюсь на вас.

– Кому? – Судя по всему, колдун все больше удивлялся.

– Вашему главному, – не растерялась Татьяна. – Ведь должен быть у вас высший суд? И вас самого возьмут под стражу.

Вордак сделал легкое движение рукой, и на столе появилась золотая чашка. В воздухе поплыл аромат кофе.

Пока колдун наслаждался горячим и ароматным напитком, девушка молчала и глядела на чашку. Наверное, пить кофе из золотых чашек у колдунов является своего рода традицией.

– Что вы умеете делать? – неожиданно спросил Вордак. – Вы ведь хотите работать вместо наказанной девицы, я не ошибаюсь?

– Да… А откуда вы… – Татьяна осеклась. Ну конечно, колдун читает мысли – этого еще не хватало!

– Я все могу делать, – сбивчиво продолжила она. – Если что – научусь. Я быстро учусь.

– У нас не какое-то там обычное агентство, – сузил глаза Вордак. – Мы составляем магические маршруты – сматываем дорожные клубки, делаем указатели порталов, прокладываем зеркальные переходы, намечаем ультрапрыжки… И чем вы можете нам помочь?

– Кофе могу делать, – убитым голосом произнесла Татьяна. Она поняла, что зря пришла сюда, да и зря потратила целую неделю.

– Может, у вас есть условия? – решилась спросить девушка, особо не надеясь на ответ. Ну что она может предложить этому мрачному колдуну? Ничего.

– Да. Есть одно предложение.

Татьяна, уже взявшаяся за ручку двери, удивленно обернулась.

– Подарите мне браслет, – четко, с нажимом произнес колдун. – И я тут же освобожу вашу подругу.

Некоторое время девушка молча смотрела в его черные равнодушные глаза – и вдруг все поняла.

Вордак шантажировал ее! Скорее всего Руслану специально подбили на то, чтобы она воспользовалась браслетом, и… Погодите, а разве браслет послушался бы чужого человека? Значит, Руслану схватили и теперь требуют браслет за ее освобождение. Почему-то важно именно получить браслет в подарок, а не купить, к примеру. То же самое говорили ведьмочки на шабаше.

– Вы поразительно догадливы, – с насмешкой произнес колдун, продолжающий без зазрения совести читать ее мысли. – Наконец-то до вас дошло.

Таня лихорадочно размышляла. Неужели браслет, подаренный ей прабабкой, настолько ценен?

– Не очень-то и ценен, – процедил Вордак. – Просто вам он ни к чему.

– Прабабушка просила беречь его и никому не отдавать.

– Мало ли что взбрело в голову старой карге? – невозмутимо ответил Вордак. И, окинув девушку насмешливым взглядом, добавил: – Вам терять нечего. Заберете подругу и уедете хоть на край света. В отличие от вашей прабабки Марьяны, которую вы толком и не знали, вы – не ведьма и никогда ею не станете.

– Это мы еще посмотрим.

Широко ступая, Татьяна прошла к кадке и толкнула ее изо всех сил: несчастное дерево грохнулось о паркет, земля рассыпалась, а единственный желтый лимон оторвался от ветки и укатился под стол.

– Я не отдам вам браслет, – напряженно произнесла девушка. – Не знаю, зачем он вам понадобился, но я вам не доверяю.

Она решила расспросить Лешку. По всей видимости, паренек проникся к ней некоторой симпатией, поэтому способен помочь выпутаться из беды. Как только он появится в следующий раз, она приложит все силы, чтобы разговорить его, выпытать, кто же в мире колдунов действительно силен… У Вордака наверняка много врагов, и Лешка может об этом знать… Да, он ей поможет.

Вордак молчал, не мешая ходу ее мыслей. И вдруг его глаза вспыхнули недобрым огнем – Таня даже отшатнулась. Шея колдуна стремительно покрывалась ярко-розовыми пятнами.

– Вон! – коротко произнес Вордак и повернулся к столу.

Памятуя о прошлом неприятном случае, когда она пятилась по коридорам колдовской избушки, Татьяна поспешила исполнить приказание.

На улице ей стало плохо: разболелась голова, начало ломить все тело. Выглядело так, будто она заболевала.

К вечеру стало совсем худо. Татьяна лежала на диване, накрывшись пледом, ее тело трясло, как в сильной лихорадке, а зубы выстукивали чечетку.

Она не заметила, когда и как появился Лешка, – кажется, шагнул прямо через окно.

– Что с тобой? – Он внимательно оглядел девушку, словно искал, где есть кнопка, способная остановить «тряску». – Ты заболела?

Путая слова и сбиваясь, девушка начала пересказывать разговор с Вордаком, но вскоре остановилась.

– Не напрягайся, – прошептал одними губами парень. Глаза его задвигались, будто он что-то читал. – Я и так все вижу в твоей мыслечувствующей ленте.

– Где? – слабым голосом переспросила девушка. Ей было так плохо, что она даже говорить не могла.

– Вот это да… – Татьяна видела, как у Лешки от изумления расширились глаза. – Он наложил проклятие, причем довольно сильное. Ты могла бы проваляться в кровати больше недели. А ведь накладывать проклятие на новоявленного колдуна или ведьму строжайше запрещено, и ты имеешь полное право нажаловаться… Но почему он так сделал? Неужели его разозлили твои мысли насчет… – Он задумчиво посмотрел в сторону, словно бы стал думать о чем-то другом. – Странно и глупо с его стороны. Совершенно нелогично, – заключил он.

Хотя Татьяна и соображала еле-еле, но не могла не заметить, что Лешка принял всю эту ситуацию как-то уж очень близко к сердцу … Но возможность рассуждать здраво вскоре совершенно ее покинула – девушке становилось все хуже и хуже.

Тем временем Леша метнулся на кухню – Татьяна услышала, как забурчал электрочайник, – и вскоре вернулся с большой кружкой напитка, от которого поднимался густой серый пар.

– Выпей это, – без предисловий потребовал парень. – Это отвар из демьян-травы и чабреца – лучшее средство от быстро наложенных проклятий.

После глотка душистого, но горьковатого напитка девушке действительно стало лучше. После второго глотка – еще лучше. Допив весь отвар, Татьяна ощутила небывалый прилив сил. Правда, еще немного знобило, но она явно пошла на поправку.

Лешка снова устроился в кресле, но не разговаривал с ней, думал о чем-то своем. Татьяна была рада этому, потому что усиленно размышляла, что же ей теперь делать. Вордак показал ей, что шутить не намерен и вряд ли отступится от своего желания завладеть браслетом прабабки Марьяны. Кстати! А ведь Лешка говорил, что она теперь может нажаловаться…

По всей видимости, Лешкины мысли тоже касались этого вопроса, потому что он спросил:

– Наверное, ты больше не захочешь с ним видеться? После того, как он наложил проклятие.

– Не захочу, но буду. – К Татьяне вернулась прежняя решимость. – Я не отстану от Вордака, пока он не вернет Руслану. Надо придумать способ.

– Будешь жаловаться главному? – Лешка с иронией прищурился.

– Конечно, нет.

– Нет? – Его насмешливость сменилась явным удивлением.

– Не думаю, что его сильно накажут за такую ерунду, как наложение проклятия, не правда ли? – Голос девушки прозвучал горько. – Но у меня есть одна мысль… Только мне понадобится твоя помощь.

Татьяна видела, как Лешка весь подобрался от напряжения.

– Ну-у, допустим…

– Мне все-таки надо устроиться к нему на работу. А еще хорошо бы узнать, где он живет. Ты мне поможешь?

Парень громко фыркнул и, не сдержавшись, рассмеялся.

– Что смешного? – Татьяна сузила глаза. – У тебя есть идеи получше?

– Да ничего, не обращай внимания. – Парень вновь стал серьезным. – Я что-нибудь придумаю… А пока тебе стоит обучиться некоторой защите.

– Да, вот это было бы неплохо.

– Не будем откладывать – начнем завтра с самого утра.

Глава 6

Мыслечувствующая лента

Наступила суббота. Наутро не осталось и следа от вчерашней болезни, и Татьяна мысленно поблагодарила Лешку за волшебный отвар.

Парень появился ровно в полвосьмого, терпеливо подождал, пока она выпьет огромную чашку кофе, после чего приказал одеваться.

– Сейчас пойдем гулять, – сообщил он. – Чтобы научиться защищать собственные мысли, сначала надо узнать, как их читают. Поэтому будем вытягивать и читать чужую мыслечувствующую ленту.

Утро выдалось хмурым, над городом завис купол из плотных серовато-желтых туч. Но сам урок оказался интересным: Татьяна с Лешкой ходили в толпе прохожих и поочередно заглядывали в их мысли. Заклятие мыслечтения состояло из несложных действий: колдуну следовало прищуриться, чтобы увидеть тонкую, мерцающую голубым ниточку, имеющуюся у каждого человека прямо на макушке, – похожую на витой хвостик арбуза. После чего надо было потянуть нитку на себя: она разрасталась, утолщалась, превращаясь в широкую ленту из «кадров», словно старинная фотопленка. На ней показывалась вся жизнь человека в виде живых картинок: его мысли, чувства, переживания, радости и страхи. Лешка говорил, что таким способом можно вытащить всю ленту до самого первого завитка, вплоть до момента рождения. Но тогда, в случае неосторожного обращения, этот человек может потерять память – забыть обо всем напрочь. Вот почему право вытягивать всю мыслечувствующую ленту есть только у специально обученных людей: обычно это делают в медицинских целях либо в случаях изъятия памяти у простаков, забредших в дебри колдовской жизни и набравшихся там ненужных впечатлений.

Вскоре Татьяна так ловко натренировалась извлекать ленту, что Лешкина обычная насмешливость сменилась изумлением.

– Быстро учишься! – пораженно сказал он, когда девушка вновь ловко выхватила ленту у некоего лысеющего мужика в ярких джинсах и бойко рассказала, что он сейчас идет с работы домой, а на понедельник лелеет планы подложить свинью своему коллеге, на место которого давно метит.

– Вот же гад! – тут же возмутилась она. – Может, стоит предупредить коллегу этого интригана, а? Или давай ему память подчистим… Ай!

Останавливая Татьяну, Лешка больно дернул ее за руку.

– И думать о таком забудь, – жестко произнес он. – Запомни первое правило: никакого вмешательства. Ты даже не представляешь, что можешь натворить, бесцеремонно вторгаясь в чужую судьбу. Ясно?

– Яснее некуда, – буркнула девушка. Ей было немного стыдно за свою горячность, но все же она предприняла еще одну попытку: – Но если предупредить этого коллегу, мы же спасем его…

– Нет, – перебил Лешка. – Неизвестно, что это за собой повлечет. Возможно, если того человека действительно уволят, то он найдет себе лучшую работу. Или этот лысый сам себя подставит и его уволят на радость остальным.

Против таких железных аргументов Татьяна не нашла что возразить.

Они вернулись к ней домой, выпили по кружке чая и съели целую тарелку бутербродов. Конечно, больше всего постарался Лешка. После того как исчез последний кусок хлеба с колбасой и сыром, он сообщил, что научит девушку несложной защите, чтобы она могла сопротивляться чужим проклятиям.

– Все проклятия накладываются на твою мыслечувствующую ленту, – пояснил он. – Поэтому тебе следует научиться защищать ее от чужого вмешательства… Итак, соберись и постарайся ни о чем не думать.

Татьяна кивнула, постаралась расслабиться и одновременно сосредоточиться.

– Мысленно создай вокруг себя водопад, – начал объяснять Лешка, развалившись на диване в гостиной. – Представь, что окружена сплошной стеной из падающей воды.

Татьяна попробовала. Но получалось не очень – постоянно что-то отвлекало, например, ухмылка того же Лешки. Через полчаса неимоверных усилий девушка наконец сообщила, что вроде бы ощущает вокруг себя слабый шум падающей воды.

– Теперь подумай о чем-нибудь плохом и конкретном, – таинственно улыбаясь, произнес парень. – Буду прорываться к твоим мыслям.

«Вот бы забрать у Вордака всю его колдовскую силу, – подумала Татьяна. – Интересно, можно ли украсть у него золотой пояс?»

– Невозможно, – мигом отреагировал Лешка. – Пояс силы нельзя ни украсть, ни снять с мертвого тела, ни даже подарить, как другое магическое украшение. Можно, правда, одолжить… но только с разрешения хозяина и все равно – на небольшой период времени. Кроме того, такой сильный колдун, как Мстислав Вордак, никогда не позволит отобрать свою силу, даже если это будет стоить ему жизни.

Девушке показалось, что в голосе мальчишки проскользнуло настоящее восхищение. Наверняка этот Вордак – известная личность в волшебном мире, один из сильных мира сего… И такие мальчишки, как Лешка, конечно же восторгаются его авторитетом. Только вот хорошо это или плохо? Судя по всему, Вордак не всегда действует законными методами.

– Это хорошо, – мгновенно оскалился Лешка. – А плохо то, что твоя защита совсем не работает. Напрягись, иначе так и не научишься противодействовать сильным заклятиям.

– Понятно. – Татьяна не скрывала, что расстроена. – Если Вордак так силен и опасен, то ему ничего не стоит меня пристукнуть, как только я решусь опять предстать перед ним.

– Ну ты и выражаешься, – хмыкнул парень. – Вордак не может тебя пристукнуть, потому что… – Он осекся, будто сказал лишнее.

– Так почему? – подбодрила его Татьяна.

Лешка наморщил лоб, раздумывая над ответом, и все же высказался:

– Как новопосвященная ты сейчас под особым наблюдением. Поэтому Вордак может проявить магическое вмешательство только самой слабой степени. Если он воспользуется более сильным заклятием, это станет известно в некоторых кругах, где такие вещи не приветствуются. Вообще-то он и так погорячился с твоей болезнью, так что впредь будет более осторожен. Наверное, он хотел тебя припугнуть.

Татьяна воспрянула духом.

– Ты знаешь, иногда мне кажется… – Девушка хитро прищурилась. – Будто кое-кто знает слишком много для такого обычного юного колдуна, каким хочет выглядеть.

Но парень не поддался на провокацию.

– Когда кажется – креститься надо, – сказал он, улыбаясь самым невинным образом.

Честно говоря, девушка настроилась побольше выпытать у парня, кто он такой, где учится и чем вообще занимается, но тут в квартиру позвонили.

Лешка сорвался с места, подскочил к двери и прислушался.

– Отлично, – через некоторое время сказал он. – За дверью стоит твой школьный приятель Виктор Сизов.

Татьяна с подозрением посмотрела на закрытую входную дверь. Сизов, бывший одноклассник? Да они с ним не виделись с самого школьного бала. И надо сказать, что Татьяна об этом нисколько не жалела.

– Советую заглянуть в его мыслечувствующую ленту. Заодно и потренируешься.

Удивленно посмотрев на Лешку, стремительно таявшего в воздухе, Татьяна с некоторым сомнением повернула ключ и открыла входную дверь.

На пороге действительно стоял Виктор, кареглазый блондин, полузабытый друг детства. Правда, со школьных времен он сильно потолстел, а ямочки на щеках, так нравившиеся ей когда-то, пропали. Зато появился бегающий взгляд и неприятная ухмылка.

– Почему не спросила, кто? – сказал гость.

– Знала, что ты придешь, – сказала чистую правду Татьяна.

Виктор не понял, принял за комплимент. Он не спеша разделся, повесил куртку на вешалку и, не спрашивая разрешения, прошел в гостиную. Сел в кресло, так полюбившееся Лешке, и только тогда сказал:

– Привет. Рад тебя видеть.

На это Татьяна только плечами пожала:

– Кофе будешь?

Гость рассеянно кивнул, не переставая внимательно рассматривать гостиную. От перебравшихся за океан родителей девушке достался неплохой интерьер в стиле хай-тек и много отличной техники, включая телевизор последнего поколения и систему домашнего кинотеатра.

Но, когда девушка вернулась из кухни с двумя чашками кофе, она застала Виктора возле коллекции слоников, среди которых были довольно редкие – например, индийский слоник из золота весом в сто сорок граммов.

Завидев хозяйку, гость смешался, но виду не подал – вновь уселся в кресло.

Его молчание начало раздражать Татьяну: и что же вдруг понадобилось «старому другу»?

– Как живешь? – спросил Виктор. – Одна?

Татьяна пожала плечами.

– Ну да. А ты как живешь?

– Я-то? Нормалек… – Глаза Виктора опять завращались. – Хорошо выглядишь. – Сказав это, старый друг почему-то окинул взглядом гостиную. – У меня к тебе дело.

«Ну-ну, посмотрим…» Татьяна потянула из макушки парня едва светящийся хвостик мыслечувствующей ленты. Удалось легко, ибо Виктор вряд ли подозревал, что его мысли собираются прочесть столь наглым образом. И наверняка ничего не знал о водопаде.

– Это очень выгодное предприятие, – между тем излагал Виктор. – Помнишь Киселева Сашку из параллельного? Он уже согласился вложить пятьдесят тысяч… Проценты пойдут сразу же. Деньги, можно сказать, на полу валяются! – Виктор опустил глаза на пушистый ковер, будто бы тот действительно был завален денежными бумажками. – Заработаем на пустом месте.

Татьяна молчала, всецело поглощенная чтением мыслечувствующей ленты.

– Так что думаешь об этом? – подозрительно спросил гость.

Ничего она об этом не думала, да и сам Виктор помышлял о другом. Мысли его сосредоточились на индийском золотом слонике, плоскоэкранном телевизоре и еще нескольких ценных вещах из Таниной гостиной. Сам Виктор уже шесть лет был квартирным вором и даже успел заработать три года условно.

– Так себе предприятие, – вырвалось у Татьяны. – Да и нет у меня своих денег. Даже учебу в институте родители будут оплачивать.

«Интересно, сколько у предков есть, – прочитала она у Виктора на мыслечувствующей ленте. – Живет неплохо… И симпатичная… Еще лучше стала».

Виктор постарался улыбнуться – мило и заигрывающе.

Взгляд девушки стал угрюмым. Парень струхнул: его мысли побежали быстро-быстро, и ход этих мыслей Татьяне совсем не понравился.

Не сводя мрачного взгляда со своего непрошеного гостя, она медленно закатала рукав блузки и коснулась пальцами браслета.

И конечно, школьный друг наметанным глазом выхватил блеснувшие зеленым огнем изумруды. Надо действовать быстро.

«Пусть Виктор навсегда обо мне забудет. И пусть займется честным делом – тем увлечением, о котором мечтал в детстве».

Некоторое время гость не шевелился – застыл, словно превратился в камень.

Татьяна выжидала.

– Ну, мне пора. – Виктор как-то неуклюже поднялся с кресла, прошел в коридор, быстро оделся, сам открыл входную дверь и уже на пороге обернулся: – Ты знаешь, я всегда хотел заняться балетом. Как думаешь, еще не поздно?

– Грубовато, – довольно произнес Лешка, устраиваясь в кресле вместо ушедшего Виктора. – Но сработано неплохо.

– Думаешь?

Честно говоря, злость на бывшего одноклассника улетучилась и девушка всерьез беспокоилась, как бы Виктор в самом деле не пошел записываться в балетную студию.

– Конечно, пойдет, – заверил ее Лешка. – Но с твоей кармой до психушки дело не докатится. Самое большее – посмеются над ним, да и все. А вот к иллюзиям у тебя имеется явный талант… Неразвитый, конечно.

Татьяна не слушала – размышляла о другом. Почему это Виктор вдруг заявился к ней, да еще во время урока магического вмешательства?

– Послушай, Алексей… – Девушка прищурилась. – А это не твоя работа?

– Что именно? – Парень сделал самое невинное лицо в мире.

– Что, что, – обозлилась девушка. – Ты ведь специально подстроил, чтобы этот гад пришел, да?

– Знать ни о чем не знаю, – ответил тот. – Кстати, хорошо, что не стала говорить, что ты ведьма.

– В этом не было смысла. – Татьяна фыркнула, все еще сердясь.

– Прекрасно, что ты правильно понимаешь, – произнес тот довольно задумчиво. – Это большой плюс.

Она попыталась пробраться к его мыслечувствующей ленте, однако наткнулась на глухой барьер – вокруг головы парня словно бы искрилось легкое воздушное облако, заслоняя от чужого вмешательства тонкую нитку его мыслечувствующей ленты. Девушка приложила все усилия, чтобы все-таки пробиться сквозь его защиту, но все равно потерпела фиаско.

Лешка молчал и лишь снисходительно улыбался.

Глава 7

Ночное приключение

Татьяну все-таки приняли на работу в турагентство Вордака: ей позвонила все та же секретарша и вежливо попросила прийти еще раз – мол, начальник дал согласие.

На уговоры самой себя у Татьяны ушел целый час: не очень-то хотелось вновь нарваться на лихорадку. Но мысль, что Руслана по-прежнему пропадает неизвестно где, оказалась решающей, и ровно в десять утра девушка стояла в приемной, в деловой одежде, переминаясь с ноги на ногу на неудобных шпильках.

Впрочем, к ее немалому удивлению, обувь попросили снять – секретарша вежливо объяснила, что во время совершения природных заклятий ведьмы должны ходить босиком. Сама женщина щеголяла в простом сером платье и, конечно, снова была без обуви. Смекнув, что у Вордака все-таки непростая контора, Татьяна решила как можно точнее исполнять то, что потребуют. К тому же идти босиком по теплому кафелю оказалось не в пример приятнее, чем в туфлях.

Татьяну провели в маленькую комнату, стены которой были увешаны зеркалами, где ей пришлось показать браслет некоему мужчине с мрачным взглядом. Колдун долго и пристально изучал ее магическое украшение через лупу, не прикасаясь к нему, поставил некую красную метку ей на запястье и лишь потом разрешил пройти в следующий коридор.

Новую сотрудницу провели в отдельный кабинет, сверху донизу наполненный… клубками шерстяных ниток. На столе лежала стопка бумаг и коробочки с нитками разных цветов.

У Татьяны упало сердце: неужели ей придется вязать что-нибудь необычное, подобно бедняге из сказки о двенадцати братьях, мастерившей рубашки из крапивы? Да она и вязать-то не умеет…

– Мстислав Львович приказал дать вам самые простые маршруты, – доверительным тоном сообщила секретарша. – С использованием несложных перемещений. Вам следует брать большие клубки и на специально обозначенных участках завязывать те или иные нити-маяки. Берете лист с маршрутом, – она указала на стопку, – выбираете клубок под номером таким-то, разматываете его и, проводя соответствующие обозначения, сматываете обратно. Как видите, работа несложная, обычно мы поручаем ее детям – школьникам младших классов, для практики на уроках труда.

После этого она вручила ошалевшей девушке первую бумажку.

– Да, Мстислав Львович просил вам передать следующее: если работа понравится, то он согласен взять вас на эту должность сроком на пять лет. Именно столько вам предстоит отработать взамен того, что вы у него просите.

– Пять лет?! – ахнула Татьяна. – Мотать клубки и вязать ниточки?!

Женщина не ответила, натянуто усмехнулась и оставила девушку в одиночестве.

На первый клубок под символическим номером «13» у Татьяны ушел весь рабочий день. Вначале ей было интересно повязывать нитки разного цвета на белые отметины основной нити клубка: они вспыхивали огнем, сами заматывались в сложные узлы, бантики или шишки, а еще издавали звуки, порой очень неприличные. Но к концу рабочего дня, окинув печальным взглядом остальные тысячи клубков, находившихся в комнате, девушка заметно приуныла. Даже ради Русланы она не была готова заниматься подобной рутиной целую пятилетку.

К счастью, за ней пришла секретарша и объявила конец рабочего дня. Часы мобильного показывали ровно семь вечера. Татьяна осторожно расспросила про распорядок дня в турагентстве и услышала в ответ, что работникам низшего звена обед не положен, но в туалет выходить можно – он справа, в конце коридора. В зеркальной комнате все тот же мрачный колдун смыл красную метку, сообщив неприятным скрипучим голосом, что, если этого не сделать, метка начинает жечь руку словно каленым железом.

Ночью уставшая за день Татьяна спала без снов.

На следующий день работа пошла быстрее, но скучать девушка начала намного раньше. Перед глазами пестрели узелки разных цветов, она зевала, будто не спала три дня, и в результате ошиблась с меткой – повязала красную нитку просто так. Начался кошмар: вся основная нить клубка потемнела, ее чернота стремительно разрасталась, и вскоре обуглился весь клубок. Таня попыталась спасти его с помощью браслета, но безуспешно.

В конце рабочего дня пришла та же самая секретарша. Завидев расстроенное, со следами угольной пыли на щеках, лицо девушки, она попросила взять пострадавший клубок и следовать за ней – держать ответ перед начальником за безвозвратно загубленный маршрут.

В этот раз Вордак встретил девушку сам, на пороге, любезно подхватил под локоть и даже помог усесться в кресло.

– Как вам у нас работается? – с искренним любопытством спросил он.

– Не очень. – Татьяна решила не кривить душой.

Колдун хмыкнул – по всей видимости, он пребывал в отличном настроении.

– Значит, вы не согласны проработать у меня пять лет вместо своей подруги?

– Не согласна. По крайней мере на такой должности.

– Да куда же я вас возьму? – деланно удивился Вордак. – Вы же не справились с самой простой работой – обрушили один из маршрутов. Если поставить метку поворота в неположенном месте, то человеку, путешествующему по вашему горе-маршруту, грозит смертельная опасность. Поэтому неправильно установленные маяки моментально сгорают. В вашем случае ошибка была бы роковой, потому что клубок самоуничтожился. Вот почему срок вашей работы удлиняется ровно на неделю.

– Это еще с какой стати?! – не стерпела девушка. – Может, я просто заплачу за… порчу вашего маршрута?

– Насколько я помню наш уговор, вы хотели работать на меня бесплатно, – мягко уточнил Вордак.

– Я буду на вас жаловаться! – вспылила девушка. – Вы специально провоцируете меня на то, чтобы я отказалась от работы и подарила вам браслет.

– Ни в коем разе! – В доказательство Вордак поднял руки, будто сдавался, и отрицательно покачал головой. – Я всего лишь хочу вам показать, что вы не можете стать ведьмой. Поздно… И на что вы опять собрались жаловаться? Вы ко мне пришли работать, а не я к вам.

– Завтра все равно приду, – пробурчала Татьяна и встала с кресла. От усталости и волнения ноги подкашивались и уже совсем не держали.

– Приходите, – Вордак пожал плечами. – Ваша работа будет ждать вас.

В его темных глазах затаились злорадные огоньки. Несмотря на неприязнь к Вордаку, Татьяна поймала себя на мысли, что считает этого колдуна довольно симпатичным мужчиной. В нем таилась сила, опасность, уверенность, а такие качества всегда притягательны.

Впрочем, сейчас ей стоило подумать только о себе и своем ближайшем будущем…

Пропадавший всю неделю Лешка объявился лишь вечером в воскресенье – как оказалось, единственный Татьянин выходной. Парень тут же принялся болтать о колдунах, решивших повеселиться на Лысой горе в Киеве: шутники напялили простыни и летали над обычными людьми, туристами. Конечно, те жутко испугались и двое из них даже упали в глубокий обморок и пребывают в нем до сих пор.

Поглощенная собственными проблемами, Татьяна слушала невнимательно, но тут не выдержала:

– И что им будет? Их накажут?

– Конечно, нет, – беспечно сказал Лешка. – У нас шутников любят. Членовредительства не произошло, тех двоих наверняка откачают… Только память простакам постирают – да и всех дел.

Татьяна со злостью подумала, что память следовало постирать и шутникам, чтобы не шутили так больше.

– А как они летали? – вновь спросила девушка. – Это особая магия?

Лешка уставился на нее, не мигая.

– Только не говори, что ты больше не пробовала летать, – удивленно произнес он.

– Я думала, что летать можно только в полнолуние…

– Ты же зарегистрирована! А значит, имеешь все права. Летай себе сколько хочешь. Только будь поосторожнее с людьми. Если узнают, что ты где-то посеяла панику, то тебя накажут – для острастки, как начинающую. Поэтому лучше становиться невидимым.

– Что? – Татьяна встрепенулась. – А это сложно? Я могу научиться?

Она подумала, что неплохо бы стать невидимой и пробраться к Вордаку в кабинет. Возможно, там она найдет какие-нибудь сведения о Руслане или просто отыщет компромат на несносного начальника. Размышляя подобным образом, Татьяна выстроила вокруг себя водопад, изо всех сил стараясь защититься от Лешки, – нечего ему знать о ее тайных планах.

– Ну… если быть честным, – задумчиво начал тот, – становиться полностью невидимым никто не умеет.

– Даже Вордак?

Парень презрительно фыркнул, по-видимому, выражая неодобрение Таниной неосведомленностью.

– Такие колдуны, как Вордак, умеют маскироваться – принимать образ окружающего мира в движении. Сделать это очень сложно, тратится много энергии… Правда, есть вещи, позволяющие становиться невидимыми.

– Это как?

– Скажем, они расходуют за колдуна ту силу, которую потратил бы он сам. Например, ты летишь на сундуке в шапке-невидимке, которая и колдует за тебя: «перекрашивает» твое тело под окружающий мир, так сказать, на лету.

– Эффект хамелеона, что ли?

– Вроде того, – покивал Лешка. – Но таких волшебных вещей мало, и все они наперечет. Иногда попадаются вещи очень древние, с магической душой. А вот в наше время колдуны уже не владеют самим заклятием невидимости.

– Погоди, но ты ведь можешь становиться невидимым? – спросила девушка. – Я же видела, как ловко ты исчезаешь в воздухе.

– Нет, перемещения – это одно, а долго находиться в одном месте невидимым – совсем другое… У меня плохо выходит… – Лешка слегка покраснел. – Тяжеловато… Надо постоянно работать над этим «перекрашиванием». Я вот все время про уши забываю, – добавил он с досадой.

– Понятно, – вздохнула девушка.

А про себя подумала: «Как жаль, что это так сложно».

– Еще мази есть специальные, – вспомнил Лешка. Кажется, тема невидимости его тоже сильно интересовала. – Я слышал один рецепт: надо взять обычный толченый уголь, кровь старой летучей мыши, горсть дикого винограда и горсть утреннего тумана над болотом… После чего вдохнуть немного силы – и состав готов. Но, честно говоря, я не поручился бы за эффективность этого зелья. Вот почему мне больше яды нравится делать – они всегда срабатывают в той или иной мере.

– А как можно вдохнуть немного силы? – заинтересовалась девушка. – И зачем тебе готовить яды?

Лешка вновь насмешливо сморщил нос.

– Яды интересно составлять, – начал он. – У меня дома хранится большая коллекция сухих ядовитых трав… Сложно объяснить такой непосвященной, как ты, но яды бывают разных категорий. Например, разоблачительные смеси: стоит дать попробовать такой отвар – и с человека спадают все его иллюзорные личины.

– Иллюзорные – чего?

Лешка только вздохнул:

– Проехали.

– Тогда расскажи про то, как можно вдохнуть силу, – настояла Татьяна. Ей хотелось побольше узнать про зелье невидимости.

Парень хитро прищурился:

– Все просто: снимаешь браслет с руки, проводишь над отваром – и часть силы передана. Но лучше измерять в строго отведенных пропорциях, иначе можно переборщить. Например, ты хочешь сварить приворотное зелье. Дашь меньше силы – зелье просто не сработает. Больше – человек так влюбится, что заболеет и вскоре умрет. Понимаешь?

– Все это как-то жестоко, – покачала головой Татьяна. – Выходит, при помощи колдовства можно легко вмешаться в чужую судьбу. Признаюсь, теперь мой браслет страшит меня еще больше.

Лешка одарил ее пристальным испытующим взглядом.

– Мне кажется, ты воспринимаешь подарок прабабки и все, что случилось с тобой, слишком несерьезно. – Он сделал паузу и посмотрел на Танин браслет, не скрытый рукавом ее обычной черной футболки.

– Возможно, тебе кажется, что браслет – это всего лишь кусок драгоценного металла, – продолжил он. – И ты не понимаешь, какой он наделен необычайной силой – могучей, мощной, древней. Ведь чем старее колдовской браслет – тем он ценнее, а твоему наверняка около тысячи лет.

– Сколько? – У девушки округлились глаза. Она действительно по-новому взглянула на свой браслет: интересно, сколько же ведьм носили его еще до прабабки Марьяны?

– Древняя, могучая, мощная, – повторил Лешка и вдруг помрачнел.

– Так вот почему его так хотят заполучить, – задумчиво проговорила Татьяна и невольно коснулась браслета. – Вордаку он явно пришелся по душе. Вот же гад – собрался отобрать браслет у слабого, начинающего… Это же так подло.

Лешка нахмурился.

– Пожалуй, я пойду, – внезапно засобирался он. – Засиделся.

Девушка изумленно посмотрела на него: может, чем-то случайно обидела?

Он скользнул беглым взглядом по ее растерянному лицу, но Татьяна сразу же выставила водопад и теперь держала всеми силами.

– Ты знаешь, – сказал ей парень на прощание, – сегодня я не могу пробиться к тебе. Молодец.

После того как он растаял в воздухе, Татьяна осталась сидеть на диване. Она вдруг подумала, что никогда еще не видела мальчишку таким хмурым. Веселым, насмешливым, нахальным – да, но не хмурым. Возможно, рассудила она про себя, у парня сейчас какие-то свои проблемы.

На дворе стояла теплая весенняя ночь, и Татьяна решила, что для эксперимента с полетом останется в той же одежде – футболке и спортивных штанах.

Как и в первый раз, сундук быстро удлинился, клубок завертелся, девушка сделала глоток вина-зелья – и лихо вылетела в окно.

Но как только она поднялась над родной девятиэтажкой, у нее появился спутник.

– Далеко собралась? – Лешка летел на обычном стуле, только повернув его спинкой вперед. В темноте лицо парня казалось белым, будто у призрака.

Как только прошел испуг от неожиданной встречи, Татьяна сразу же рассердилась:

– Ты что, следишь за мной?!

– Предположим, – невозмутимо ответствовал тот. – Не хочу, чтобы ты наделала глупостей… Мне ведь за тебя потом отвечать.

– Так уж и отвечать? Перед кем? Я просто решила прогуляться!

– Ну вот и я с тобой… Тоже не спится.

– Мне хочется одной! – Девушка сердилась все больше. – Да оставь ты меня в покое!

Она резко повернула вправо, в узкий проход между высотными домами, пролетела над торговым центром и свернула к большой городской площади – туда, где располагался офис турагентства «За восемьдесят дней». Между тем Лешка и не думал отставать; наоборот, он то приближался, посмеиваясь, то удалялся, позволяя девушке надеяться на мнимую победу.

Наконец парень вновь оказался рядом.

– Ну давай признавайся, что ты там задумала.

Некоторое время они летели молча.

– Ладно, – решилась девушка. – Я лечу к Вордаку в офис.

– Зачем?! – Казалось, он искренне удивился. – Ты не сможешь пробраться к нему в кабинет, это я тебе гарантирую.

– Хоть попытаюсь! – огрызнулась девушка. И добавила с отчаянием: – Я все равно не знаю, что делать!

– Почему тебя так волнует эта подруга? – спросил Лешка. – Она же получила по заслугам. Никто не просил ее надевать чужой браслет.

– Она не знала, что делает.

– Незнание законов не освобождает от ответственности.

– Я тоже много чего не знаю о ваших законах, – огрызнулась Таня. – И что же, мне теперь сразу по голове настучать?

Лешка хмыкнул и вдруг чихнул.

– Давай приземлимся вон на ту крышу и поговорим в спокойной обстановке? Я уже так замерз, что зуб на зуб не попадает.

Татьяна и сама давно цокала зубами от холода, поэтому послушно повернула.

Приземлившись, девушка соскочила с сундука и принялась размахивать руками и ногами, чтобы согреться. Все еще сердясь на Лешку, она осмотрела крышу и наткнулась взглядом на парочку: опершись о металлическую сетку парапета, парень и девушка сидели в обнимку и с ужасом взирали на новоприбывших.

Судя по всему, они видели их приземление во всей красе. Татьяна мечтала провалиться сквозь землю или исчезнуть куда-нибудь подальше.

Прабабкин браслет вдруг сильно и горячо сдавил предплечье, и Татьяне пришлось коснуться его пальцами правой руки, пытаясь ослабить боль.

Но в следующую секунду она отвлеклась: прижимающаяся к своему парню девушка вдруг заорала во весь голос. К счастью, Лешка мгновенно среагировал – он потянул из макушки несчастной нитку мыслечувствующей ленты. Приятель девушки начал скулить, но вскоре Лешка занялся и его памятью.

– Ну вот, все в порядке, – через некоторое время произнес он. – Наши нежеланные свидетели сейчас находятся в обмороке, очнутся только через десять минут… – Неожиданно он начал озираться по сторонам: – Эй! Ты где?!

– Да здесь я, ты чего?

Татьяна подняла свои руки и не увидела их. Впрочем, ее тело тоже «отсутствовало».

– Я пропала! – ужаснулась она.

Лешка повернул голову в ее сторону и прищурился, пытаясь понять, откуда идет голос.

Но Татьяна уже обрела видимость.

– Я просто исчезла! – пораженно объяснила она. – Даже не пришлось ничего загадывать.

– Вот это да! – сказал Лешка. – Твой браслет помогает тебе… Наверное, ты подумала о том, чтобы стать невидимой, и он исполнил желание ПО СВОЕЙ ВОЛЕ. Похоже, твой браслет из очень могущественных вещей. Помнишь, я рассказывал о предметах, наделенных магической душой? – Он прицокнул языком. – У-ух, если узнают, что ты обладаешь таким сокровищем, тебе понадобится серьезная защита. Даже оберег.

– А это еще что такое?

– Оберег может дать только очень сильный колдун, – пояснил парень. – Если у тебя есть оберег, то никто не посмеет посягнуть на твое наследство. – Лешка уважительно покосился на Татьянин браслет.

– Лишь бы Вордак не узнал, – подумала вслух девушка. – Тогда он точно не отдаст мне Руслану.

В следующий миг Татьяна почувствовала сильное волнение. Эмоция не была ее собственной, а пришла извне: девушку словно накрыло волной чужого страха. Она взглянула на макушку парня и увидела начало его мыслечувствующей ленты – тот момент, когда он схватил стул из ее гостиной и, оседлав его, вылетел за Татьяной в окно. Но эта картинка тут же растаяла – наконец-то сработала Лешкина защита.

– Я прошу тебя никогда больше не лезть в мои мысли, – тихо, но твердо сказал он. – И даже не пытаться. Не пробовать. Ни-ког-да.

Его глаза сузились, и в них полыхнули злые огни.

Татьяна промолчала.

На обратном пути они почти не разговаривали. Возле самого окна гостиной, когда Лешка едва кивнул на прощание и уже собирался улизнуть, Татьяна остановила его вопросом:

– А может, мне действительно подарить Вордаку браслет? За такой ценный артефакт он обязательно вернет Руслану… А без ведьмовства как-нибудь проживу… жила ведь раньше.

– Не все так просто, – процедил Лешка, почему-то отводя взгляд.

– Что ж ты на меня злишься? – не выдержала девушка. – Не хотела я к тебе в мысли заглядывать! Так, любопытно стало, не удержалась… А ты, кстати, не гнушаешься мои мысли-чувства читать.

– Мне положено! Я должен тебя обучать.

– Ну вот, значит, хорошо научил. – Таня с большим трудом сохраняла серьезность.

Лешка шумно вздохнул.

– Ладно, – пробормотал он примирительно. – В принципе я сам виноват. Дал слабину.

Он выглядел таким несчастным, что девушка не выдержала и, наклонившись к нему, крепко обняла.

– Я очень ценю, что ты тратишь на меня свое время, – отстранившись, улыбнулась она ошалевшему от неожиданных объятий парню. – Спасибо тебе за уроки.

– Ладно, пока, – пробурчал он, но вид у него был довольный.

Он помахал рукой на прощание и тут же исчез.

В эту ночь Татьяна не могла сомкнуть глаз. Она думала о браслете, прабабке Марьяне, Вордаке, Лешке. Последний, кстати, что-то недоговаривал. Интересно, где он живет, из какой семьи? Наверняка его родители – влиятельные люди в мире колдунов, в парне чувствовалось хорошее воспитание, выправка и, как принято говорить в таком случае, порода. Его наверняка с самого детства обучали магии. И вот пожалуйста, даже новичков поручают. Надо будет обязательно его расспросить…

Глава 8

Темный лес, аллея крестоносцев, дом тринадцать

В понедельник, ярким и солнечным утром, ровно в девять ноль-ноль Татьяна снова пришла в турагентство. Не говоря ни слова, секретарша провела девушку в кабинет директора.

– Итак, вы не отступитесь, – резюмировал Вордак, завидев на пороге ее сгорбленную фигурку.

– Да, буду работать, – с вызовом ответила Татьяна. – Другого выхода пока не вижу.

Колдун смерил ее долгим угрюмым взглядом.

– А я вижу, – пробормотал он. – Но в любом случае я не могу отпустить вашу подругу. Она нарушила закон.

– Верните Руслану, – тихо попросила девушка. – Я уверена, вы можете легко ее освободить.

– Как проходит ваше обучение? – внезапно спросил Вордак.

Вопрос поверг девушку в некоторое замешательство, но колдун и не ждал ответа: его глаза двигались туда-сюда, будто читали… Ну конечно, он просматривает ее мыслечувствующую ленту. Вот гад! В спешном порядке Татьяна попыталась выстроить вокруг себя водопад… Внезапно в горле пересохло, страшно захотелось пить, но все мысли о воде стали причинять невыносимые муки. Ноги подкосились, и девушка опустилась на пол. Воздух стал горячим, словно она очутилась в жерле вулкана…

Но вот все прошло так же внезапно, как и появилось.

– Не пытайтесь сопротивляться мне, – сухо произнес Вордак. – И говорите только правду.

Кажется, чертов колдун опять решил ее припугнуть. Ну почему ей не удается противостоять ему?!

– Как вы смогли стать невидимой? – между тем спросил Вордак, мрачно глядя ей прямо в глаза. – Вы исполнили то, что вам приказал магический браслет?

– Нет… – Татьяна совершенно не хотела рассказывать колдуну о происшествии на крыше, но, опасаясь новых пыток, честно сказала: – Я увидела людей на крыше и поэтому невольно пожелала стать невидимой. Браслет сделался горячим и… помог мне в этом.

– Помог? – удивленно произнес колдун. – Вы шутите?

– Да, помог, – упрямо повторила девушка.

Глаза Вордака недоверчиво сузились, но он промолчал.

– Подарите мне браслет, – произнес он миг спустя. – Это очень древняя магическая вещь. Еще более ценная, чем я думал… Подарите мне его, и ваша подруга будет в безопасности.

Татьяна медленно встала. После заклятия ее пошатывало и качало из стороны в сторону, а Вордак даже не пошевелился, чтобы помочь ей.

Этот колдун очень опасен… Значит, следует подарить ему браслет. Другого выхода Татьяна не видела: кто знает, на что он пойдет ради подарка прабабки Марьяны. Да и Руслана будет спасена.

Неожиданно браслет сильно сдавил ее руку выше локтя, как будто на мгновение превратился в раскаленный кусок железа. Девушка чуть не задохнулась от дикой боли. Складывалось впечатление, что браслет был обеспокоен ходом ее мыслей или же… не хотел, чтобы она отдавала его?

Татьяна поморщилась от боли – браслет жечь перестал, но все еще сдавливал руку.

– Что с вами? – спросил Вордак, внимательно следя за переменами настроения на ее лице.

– Я не могу подарить вам браслет, – просто сказала девушка. – А возможно, он сам этого не хочет.

Вордак даже не улыбнулся, наоборот, нахмурился еще больше. Он встал и подошел к окну.

– А почему вы не предлагаете продать вам браслет, а? – решилась спросить его девушка. – Или, скажем, обменять на что-нибудь?

Вордак тут же обернулся к ней.

– Браслет – это дар. А дар можно только подарить. Если было бы иначе, то, поверьте, с вами никто бы не церемонился.

Татьяна зябко повела плечами и не выдержала – опустила взгляд.

– Подарите ваш браслет, – повышая голос, вновь предложил Вордак. – Это вещь, которая должна находиться в более достойных руках, чем ваши. В нем заключена немалая сила, способная исполнять такие заклятия, о которых вы никогда не слышали! Да и не услышите.

Последние слова прозвучали несколько зловеще.

– Я этого не сделаю, – твердо произнесла девушка. – Тем более что мне кажется, я все-таки смогу стать ведьмой.

По шее Вордака, над самым белым воротничком, пошли крупные розовые пятна.

– Тогда приходите сегодня вечером ко мне в гости… Скажем, часам к одиннадцати. Мой адрес: Темный лес, аллея Крестоносцев, дом тринадцать.

– Так поздно? – испугалась девушка. – Зачем?

– Ну вы же готовы на все ради вашей подруги? – Вордак натянуто усмехнулся. – Вот и проверим.

Татьяна ошарашенно молчала. Речь колдуна казалась ей двусмысленной и туманной. Что значит – проверим?

– Вас никто не тронет, – скучающе произнес Вордак. – Мы просто мило побеседуем. Выпьем вина… И даже больше – вы сможете увидеться с подругой.

Но Танина подозрительность не исчезала.

– Это действительно ваш адрес?

Вордак в удивлении поднял одну бровь.

– Да, мой, – высокомерно продолжил он. – И это действительно приглашение. Просто произнесите его вслух, и ваш клубок сам выведет на правильный маршрут… Как видите, у нас все просто – для тех, кто знает и умеет. – Последнюю фразу он проговорил с явной насмешкой.

– Хорошо, я буду, – выдохнула Татьяна. Она вышла медленно, с высоко поднятой головой, но, лишь закрылась дверь директорского кабинета, изо всех сил побежала по коридору к спасительному выходу.

Дома она не могла найти себе места – все думала и думала о браслете. Как же удачно, что это магическое украшение можно только подарить. Выходит, насильно его не отберешь, и в этом ее спасение. Но как же быть с Русланой? Жива ли еще бедная директриса?

Чтобы отвлечься от мрачных мыслей, Татьяна решила заняться чем-нибудь простым и привычным – например, напечь оладий. Она быстро замесила тесто, разогрела сковородку. Но вновь задумалась, и первая порция несостоявшихся оладий бесславно погибла в огне, чаде и смраде. В сердцах девушка хрястнула сковородкой о дно мойки и нервно крутанула кран. В один миг вода смешалась с черной жирной копотью, и видимость на кухне стала нулевой.

И вот тогда, вынырнув из-за вонючей дымовой завесы, появился Лешка.

– Да-а, – насмешливо протянул он. – Я бы на тебе не женился.

– Да кому ты нужен, – проворчала девушка, широко размахивая полотенцем.

Впрочем, парень решил помочь: поводил руками туда-сюда, и кухня приобрела прежний вид, словно сегодня девушке даже и не приходила мысль заняться злосчастной выпечкой. Мало того, он «вытащил из-за спины» кастрюльку замечательного борща, котлеты, еще горячие, и даже салат из свежих огурцов-помидоров в большой салатнице. Татьяна втайне понадеялась, что он не стащил еду из ресторана поблизости.

– Не бойся, – сказал на это Лешка, – я раздобыл еду законно. Не ждать ведь, пока ты что-нибудь приготовишь. Еще отравишь. – Он оскалился.

– Да уж. – Татьяна звякнула ложкой о стол – аппетит пропал. – Послушай, – задумчиво произнесла она. – А ты не мог бы достать для меня какое-нибудь оружие?

Лешка, лихо накинувшийся на борщ, поперхнулся и закашлялся.

Девушка не без злорадства сильно хлопнула его по спине.

– Зашибешь, – прохрипел тот.

Откашлявшись, он с подозрением уставился на нее:

– Ты что, хочешь убить его?

– С чего ты взял? – Татьяна постаралась, чтобы вокруг нее тут же зашумел водопад. – Я просто хочу защититься от него… Видишь ли, сегодня Вордак пригласил меня домой.

– Во сколько? – быстро спросил Лешка.

– В одиннадцать.

– Поздновато, – неизвестно почему расстроился он.

– Будто сама не знаю… – Девушку вновь охватило сильное волнение, и ее защитный водопад слетел в один миг.

– Пистолет я тебе не дам. – Лешка тут же воспользовался ситуацией и бесцеремонно проник в ее мысли. – Ты бы даже не успела выстрелить. И знаешь, за попытку покушения на столь известного и влиятельного колдуна тебя действительно накажут… И накажут серьезно. Да у тебя браслет просто так отберут и отдадут на хранение в какой-нибудь музей ценных артефактов. Как говорится, ни нашим, ни вашим.

Татьяна потерянно молчала.

– Ладно, – смягчился парень. – Я дам тебе дротики… Простые, с парализующим ядом.

Не говоря больше ни слова, он исчез, по обыкновению растаяв в воздухе, но вскоре вернулся с небольшим пузырьком и связкой тонких игл, похожих на обычные швейные, но длиной сантиметров десять.

– Используешь, если придется совсем худо, – пояснил парень. – Они, повторяю, просто парализуют… Тем более с твоей кармой! – вдруг развеселился он. – Наш пострадавший еще сны цветные будет видеть, ха-ха… Спрячь их в астральную область…

– Куда-куда?

– Ой, долго объяснять, – покачал головой парень. – Просто прикажи браслету спрятать дротики в субастрал. А потом, если понадобится, прикажешь извлечь. И всех-то дел.

– Не люблю оружие, – покачала головой Татьяна.

– Можно любить оружие, можно не любить, но всегда лучше иметь его при себе, – глубокомысленно изрек парень. И вдруг заторопился: – Ну, желаю удачи… А мне пора.

Глядя на его покрасневшее лицо, Татьяна вдруг вспомнила одну вещь, которая с самого начала не давала ей покоя.

– Вот скажи, ты меня обучаешь, обучаешь… – проникновенно начала она и ласково взяла парня за руку. Тот мгновенно насторожился. – А что дальше? Мне придется держать ответ перед какими-нибудь колдунами на очередном шабаше?

– Конечно, все начинающие сдают экзамен, – произнес Лешка, глядя куда-то вдаль. – После чего им будет предложено либо пойти в школу, либо сразу в институт, в зависимости от уровня способностей.

– Ты почему раньше не рассказал? – удивилась Татьяна. – Я бы лучше практиковалась… И почему ты не готовишь меня к испытанию? Рассказываешь мало, урывками… Только про ленту, защитный водопад, ну про вещи немножко, которые с магической душой.

Лешка молчал, медля с ответом.

– Не хотел тебя перегружать, – наконец выдавил он. – Да и не могу я тратить на тебя много времени, уж прости… У меня и свои дела есть.

Девушка нахмурилась:

– Может, тебе надо платить за обучение? У меня есть деньги.

– Да ничего мне не надо! – неожиданно взорвался парень. – Еще неизвестно, допустят ли тебя до экзамена!

– А если не допустят, тогда что со мной будет?

– Будешь жить, как раньше, обычной жизнью. – Он не выдержал и отвел взгляд.

– Уверена, что не все так просто, – процедила Татьяна. Ее «учитель» опять что-то утаивал, и это обстоятельство раздражало. – Почему ты вечно недосказываешь?!

– Почему я вообще должен тебе что-то говорить? – ощетинился тот. – Делай что хочешь, мне вообще по барабану.

– Тогда почему ты еще здесь?

Лешкино лицо помрачнело. Он вдруг резко встал и подошел к окну:

– Ухожу как раз… Желаю удачи.

– А может, мы с тобой больше никогда не увидимся, – зло продолжила девушка и тоже встала. – Кто знает, зачем меня позвал Вордак? А ты мне говоришь «желаю удачи!»… Да какая тут, к черту, удача?! – И Татьяна с силой пнула ногой шкафчик.

Лешка шумно вздохнул и запрыгнул на подоконник. Повертелся, удобнее устраиваясь, и лишь тогда продолжил беседу:

– Ладно, я скажу, что об этом думаю… Судя по всему, Вордак решил серьезно за тебя взяться. И знаешь, что… – Он нахмурил лоб и, словно бы на что-то решаясь, произнес: – Не ходи к нему… А то замучает.

– Как это – замучает? – Татьяна моментально струхнула. – Думаешь, пытать будет?

– Да кто ж ему позволит! – хмыкнул парень. – Но запугать может. Припугнет слегка – и отдашь ему браслет.

Татьяна поникла: прав ведь парень – от этого Вордака всего можно ждать. Она заскочила к Лешке на подоконник.

– Но отказаться от встречи ты уже не сможешь, – рассуждал Лешка. – Эх, чувствую – сегодня решающий день. То есть ночь.

– Чувствует он… – Девушка легко толкнула его локтем. Тот не увернулся, еще больше нахмурился.

– Давай я пойду с тобой! – Его глаза на мгновение загорелись, но тут же потухли. – Не, почует… он хитрый. Недаром его в Стражи назначили. Ты знаешь, если он твой браслет заполучит, то может по силе магической с самим главным чертом прикарпатским сравняться. Вот почему он пристал к тебе… Я мог бы помочь тебе смыться, – вдруг вскинулся парень. – Но тогда твоей подруге несдобровать.

Да, все рушилось из-за пленения Русланы. Вот почему Татьяна знала, что никуда не сбежит… И браслет придется подарить. Но Лешке она решила не говорить – он и так слишком расстроился.

Однако тот и сам догадался. Вернее, прочитал у нее в мыслях, потому как сейчас девушка и не думала защищаться.

– Отдашь, – уныло сказал он, не спрашивая – утверждая.

Татьяна не ответила. Так и сидела рядом, закусив губу.

– И как у вас в гости ходят? – вдруг спросила она. – Надеюсь, не голыми, как на шабаше?

– Если бы! – хмыкнул Лешка. – Да как хочешь одевайся. Только обувь женскому полу не положена, конечно.

– Чудно как-то, – рассудила Татьяна. – Одно дело, когда летаешь, но даже в турагентстве этого Вордака меня попросили снять обувь у входа. Это же неправильно!

– Не согласен! Потому что ухоженные женские ступни очень красивы. Незачем портить их тесной и неудобной обувью.

Татьяна с удивлением воззрилась на него.

– И много ты знаешь о женской красоте? – не удержалась она от подначивания.

– Достаточно, – лукаво прищурился парень.

Татьяна хмыкнула, но расспрашивать не стала. Вместо этого она подумала о Вордаке и предстоящей встрече… И тут же заметила, что Лешка вновь читает ее мысли.

– Перестань сейчас же! – Девушка покраснела и оттого еще больше разозлилась.

– А ты бы не расслаблялась, леди. – Лешка улыбался, но его черные глаза стали колючими. – Помни о защитном водопаде.

– Да все я помню!

– Вордака ты не очаруешь, – неожиданно добавил Лешка. – Наоборот, если он почувствует, что ты его соблазняешь, – сам окрутит. И без всякого шантажа отберет браслет.

– Ты считаешь, я не смогу его соблазнить? – огрызнулась она, рассерженная тем, что парень прочитал самые тайные мысли, какие только могут быть у девушки в двадцать лет.

– Думаю, сможешь. – Лешка кинул на нее косой оценивающий взгляд. – Но это ничего не изменит. Ну, может, недельку поживешь у него дома… Он любит красивых баб.

Его сухой издевающийся тон неприятно резанул слух. Татьяна мигом соскочила с подоконника.

– Откуда ты про него столько знаешь? – Она вперилась в него пристальным взглядом. Но безуспешно – мысли парня скрывались за плотной стеной защитного водопада.

– Вордак знаменит. – Лешка посмотрел ей прямо в глаза – нагло, вызывающе и все с той же издевкой.

– Ну, знаешь, наш президент тоже знаменит, но я не в курсе, что он любит, а что нет!

– Я же тебя от себя самой защитить хочу, – вдруг начал оправдываться парень. – Ты же по незнанию пропасть можешь… Ни за что.

– Ясно. – Таня отступила. – В таком случае я лучше пойду отдохну, чем с тобой спорить.

– Погоди, еще одно… – Лешка замялся. – Понимаешь ли, в чем дело…

– Что? – Она окинула его подозрительным взглядом. – Я чего-то важного не знаю?

– Да – Лешка сильно побледнел. – Он убьет меня, если я проговорюсь тебе.

– Вордак?

– Да. Он же знает, кто приставлен тебя обучать… Поймет, кто сболтнул.

Татьяна молчала, выжидая.

Лешка собрался с духом и выпалил:

– Даже после клятвы дарения большая часть силы магического браслета все равно остается в человеке… И полностью сила переходит только… только после его смерти. Смерти бывшего владельца.

Значит, как только Татьяна подарит браслет – ее прихлопнут. Чудесно.

Некоторое время они молча разглядывали друг друга.

– Ну, я пошел.

– Иди.

Лешка хмуро кивнул и мгновенно исчез.

Что ни говори, эффектно у него получается, талантливый парень. Наверное, с самого детства магии да волшебству обучается. А Татьяне дар в двадцать привалил, и то отнять пытаются.

Девушка побрела в гостиную и растянулась на диване. Лежа думать легче. Все страхи отступают, кажутся нереальными, глупыми…

…Во сне к ней явился призрак прабабки Марьяны. Ведьма умоляла не отдавать семейную реликвию – силу, годами и поколениями накопленную, грозила, кричала, упрашивала. Татьяна проснулась в диком поту, совершенно ошалевшая.

На часах было десять вечера.

Пора.

Девушка надела простое короткое черное платье – и плевать, что на его фоне браслет смотрелся еще краше. Она рассеянно погладила шероховатую поверхность серебристой ящерки, глазки‑изумруды… Почувствовала, как потеплел металл.

Ну не может она подарить его, не может! И прекрасно знает, что это единственно правильное решение – не дарить фамильную реликвию…

Чтобы успокоиться, девушка еще немного походила по комнате.

Раскрыла сундучок. Все на месте: клубок, флакон с зельем, вновь наполненный до краев. Видать, пузырек имел волшебное свойство – медленно, дня за три, наполняться заново. Татьяна открутила крышечку и сделала большой глоток. Опять походила по комнате.

Как же страшно! Она действительно боится лететь к Вордаку. Кто знает, что ее там ждет? Но, может, все обойдется. Ведь сказано же – пригласили для личной беседы. Поговорить…

Все! Девушка решительно тряхнула головой. Отступать поздно, да и некуда. Она рывком открыла окно, заскочила на сундук и скороговоркой выпалила адрес, чтобы не передумать:

– Темный Лес, аллея Крестоносцев, дом тринадцать!

Сундук дернулся, мгновенно удлинился и – послушно вылетел в окно.

Глава 9

Уговор

Сундук снизился над темным сосновым лесом: невдалеке сквозь тесные просветы между стволами деревьев светились огни дома на опушке. Сундук двигался напролом, и Тане пришлось сильно постараться, чтобы вовремя уклоняться от хлестких веток. Наконец тот вылетел на открытую местность, вновь набрал высоту и приземлился у самых ворот – высоких, с кованой аркой. Татьяне открылся вид на настоящий замок. Она с удивлением вглядывалась в ряды узких башенок, темневших на фоне звездного неба. Почти во всех многочисленных оконцах и окошечках горел свет, мелькали тени. Доносилась тихая музыка. Складывалось впечатление, будто в доме проходит небольшое торжество. Неужели к Вордаку пришли еще какие-то гости?

Татьяна немного приободрилась. Только сейчас девушка обнаружила, что стоит босиком. Она с большим сомнением глянула на ведущую к дому дорожку, густо посыпанную гравием. Да, кроссовки бы не помешали. Татьяна осторожно ступила на траву, чтобы не идти по острым камешкам, и тут же отпрыгнула с криком: по обе стороны от дорожки росли низкие кустики колючек.

Придется идти по гравию. Как только она сделала первый шаг, в воздухе над ее головой зажглись разноцветные фонарики, осветив великолепный сад: повсюду росли невысокие деревья с аккуратно подстриженными кронами, среди ухоженных цветников и ажурных беседок выделялись призрачно‑белые фигуры статуй мифических зверей.

Татьяна пошла по колкому гравию, вертя головой по сторонам, стараясь не упустить ничего интересного. Больше всего ей понравился небольшой пруд с желтыми и белыми лилиями: посреди черной в темноте воды возвышалась статуя прекрасной девушки из розового камня, слабо светящегося в темноте.

У кованых дверей дома, стилизованных под старинные замковые ворота, где-то на уровне глаз посетителя был приделан небольшой медный колокол. Девушка медленно потянула за шнур: раздался гулкий перезвон, отдавшийся в голове ударом набата.

Долго никто не открывал. Наконец послышался скрежет, лязг, и двери начали медленно подниматься.

Татьяна глянула в темноту приоткрывшегося проема и на миг перестала дышать.

Прямо перед ней на расстоянии вытянутой руки болтался призрак. Именно болтался: очертания его бледной фигуры во фрачном одеянии лишь смутно угадывались в неясной дымке призрачного тела.

– Жуткий вечер, госпожа, – чопорно произнес призрак голосом истинного дворецкого. – Прошу вас, леди, проходите.

Не сдержавшись, девушка от страха громко икнула.

Первым делом дворецкий принял ее сундук – тот взлетел в воздух и пропал неизвестно куда. После этого учтивым жестом предложил следовать за ним.

Миновав узкий коридор, освещаемый железными факелами на стенах, они поднялись по широкой лестнице, ведущей на второй этаж.

Девушке опять стало страшно: по коже так и побежали мурашки. Захотелось повернуться и пуститься наутек, причем бежать долго‑долго и без оглядки.

– Скажите, – пролепетала девушка, обращаясь к дворецкому, – а в доме есть гости? Я слышала музыку.

Тот ответил не сразу.

– Нет. Никого нет. В гостиной только хозяин.

Татьяна разочарованно выдохнула. Была надежда, что при других гостях Вордак ее не тронет…

Они продолжили путь по коридору, и вот дворецкий наконец-то распахнул перед ней высокие белые двери.

Несмотря на огромные размеры, эта гостиная выглядела очень уютно. Татьяна раньше никогда не видела комнату с двумя большими каминами. В обоих весело трещал огонь, а возле того, что располагался ближе, восседал хозяин – Мстислав Вордак собственной персоной.

– Вы все еще хотите освободить свою знакомую? – без всякого приветствия спросил он.

«Ну вот, – подумала девушка, – сразу к делу». Да и правильно, зачем тратиться на пустые, ничего не значащие фразы светского разговора.

– Д-да, – через силу молвила она, стараясь смотреть прямо в глаза Вордаку.

– Что ж, – произнес тот скучающим голосом, – это можно устроить.

Он взял кочергу и помешал угли в камине, поднимая целые снопы веселых искорок.

«Какой хороший камин, – неожиданно подумалось Татьяне. – Вот бы мне такой в мою квартиру. Хотя такая махина всю спальню займет… Ну почему же он больше ничего не говорит?»

И действительно, их молчание затянулось. Подошел дворецкий-призрак, неся в бестелесных руках абсолютно реальный поднос с всякими вкусностями: конфетами, печеньем, яблоками. Неизвестно откуда появились сверкающие озорным хрусталем бокалы и темная пузатая бутылка из толстого стекла. У девушки совершенно пропал аппетит и вина не хотелось, но вот сама бутылка привлекла внимание: вся в пыли, словно стояла неизвестно где много сотен лет, а на этикетке – вязь золотыми буквами то ли на французском, то ли на английском.

– Это старое церковное вино, – удовлетворил ее любопытство Вордак. – Из одного маленького аббатства на юге Франции. Я не буду говорить, сколько эта историческая вещь пылилась в погребе и у какого именно монаха, иначе вам будет страшно пробовать.

Он улыбнулся краешком губ.

Ну что ж, перед смертью ее неплохо угостят.

Вокруг девушки с новой силой зашумел мысленный водопад. Хотя конечно, вряд ли ее слабые попытки защититься станут помехой такому сильному и могущественному колдуну, как Вордак.

– Да, вы правы. – В темных глазах колдуна на миг ярко отразилось каминное пламя. – Ваши мысли и так видны как на ладони. Для этого совсем не обязательно касаться мыслечувствующей ленты. Тем более такому сильному и могущественному колдуну, как я. – Он опять усмехнулся.

«Тоже мне, граф Дракула, – раздраженно подумала девушка. – Мысли читает, живет на отшибе, в дворецких у него призрак… может, и кровь еще пьет?»

– Я не пью кровь, – одними губами прошептал Вордак. – Видите ли, мне в свое время не понравилось.

Интересно, опять шутит? Татьяна поежилась: ишь, не понравилось ему… Ладно, пора приступать к делу. Она собрала всю свою волю в кулак и выдохнула:

– Могу я увидеть Руслану? Сейчас.

Вордак одарил ее снисходительным взглядом:

– Можете.

Повисло молчание.

– Ну и? – не выдержала девушка.

– Браслет, – сказал Вордак.

Волнуясь все больше, она молча стянула браслет и положила на стол. Вордак мгновенно прикоснулся к нему, но через миг отдернул руку.

– Вы дарите мне его?

– Отдаю.

– Так не пойдет. Принесите клятву дарения.

Прав был Лешка – ничем его не проймешь.

– Вы же знаете, я не могу вам его подарить. Браслет – моя фамильная реликвия, и призрак прабабки Марьяны будет являться ко мне до самой смерти, если я подарю его другому колдуну.

Вордак криво улыбнулся, и Татьяна окончательно струхнула.

– Подарите мне его, – произнес колдун. – Зачем вам сила? Вы ведь даже не знаете, что с ней делать.

– Узнаю! – Она схватила браслет и вновь надела на руку.

Вордак проследил за ее движением заинтересованным взглядом.

– Разве вы не понимаете, что я не могу подарить вам браслет? – спросила она с затаенной надеждой.

– Почему же, понимаю, – равнодушно ответил Вордак, любуясь огнем в камине. – Понимаю также, что вы прекрасно обойдетесь и без него.

– Моя прабабка… – вновь начала девушка, но Вордак ее перебил:

– Я отлично знал вашу прабабушку, госпожа Татьяна Окрайчик. Она была сильной, жестокой, хитрой и невероятно одаренной ведьмой. У нее не было ни друзей, ни врагов: первые ее не выносили, вторые – не выживали… Но вы – это не она, – с нажимом дополнил он. – Вот почему я прошу вас подарить мне браслет, который вам абсолютно не нужен. А не подарите – я вас убью.

От такого откровенного признания у Татьяны перехватило дух. Она выпрямила спину, готовая в любую минуту коснуться браслета и в случае ухудшения ситуации вызвать иглы.

Вордак усмехнулся:

– Иглы с парализующим ядом вам не помогут… Я давно пью противоядие. Наверное, Алексей подсказал. Вот же смышленый… – Он хмыкнул.

Это хмыканье Татьяну разозлило.

– Отдайте мою подругу сейчас же! – прошипела она. – Я все равно не уйду без нее!

– Да забирайте, вот она. – Вордак указал пальцем в сторону двери.

В темном проеме стояла Руслана. Сквозь легкую тонкую ткань просвечивали очертания стройной спортивной фигуры. Глаза девушки были закрыты, а губы что-то тихо шептали.

При столь эксцентричном появлении подруги Татьяне захотелось расплакаться: никогда директор модельного агентства не выглядела так ужасно.

– Она что, под действием наркотиков?

– Ну что вы, – поморщился Вордак. – Она просто под чарами.

– Расколдуйте ее!

– Подарите браслет.

– Знаете что… – Девушка гневно сузила глаза. – Я пожалуюсь… самому главному вашему! И сообщу, что вы пытаетесь силой забрать мой фамильный браслет.

– Скажем, силой я не пытался, – не без резона заметил Вордак. – Да и как вы думаете, кто главе Братии дороже: вы – начинающая неискушенная ведьма, в руках которой оказался мощный артефакт не по силам, или я – опытный колдун с утвердившейся репутацией и заметным авторитетом? Уверен, он лишь обрадуется, подари вы мне браслет. Всегда лучше иметь возле себя надежных проверенных бойцов, чем молодняк, который еще и обучать надо.

Поняв, что с ним бесполезно спорить, Татьяна перевела взгляд на подругу – та по-прежнему стояла с закрытыми глазами и что-то шептала.

– Я без нее не уйду! – твердо сказала девушка.

– Ну так забирайте и выметайтесь, – вдруг разозлился Вордак. Перед ним появилась толстая книга в черном кожаном переплете. Страницы раскрылись где-то на середине, и колдун, больше не обращая на гостью внимания, полностью углубился в чтение.

Татьяна немного опешила от такого поворота событий, но сделала несколько неуверенных шагов по направлению к заколдованной подруге. Та вдруг повернулась и шагнула в коридор. Таня ускорила шаг – Руслана уже спускалась по лестнице. Таня коснулась рукой перил – подруга уже стояла возле входной двери. Когда она выбежала в сад, Русланина фигура в белом маячила на самом краю тропинки, за воротами – там, где чернела кромка леса.

Побегав за безмолвной подругой около часа, Татьяна наконец убедилась, что ее жестоко обманули. Руки все исцарапались, лицо исхлестали мелкие ветки, а ступни горели от усталости – непросто бегать по лесу без обуви.

– Не замерзли? – участливо спросил Вордак, когда мрачная Татьяна показалась на пороге комнаты.

– Если я подарю вам браслет, то вы убьете меня! – выпалила она без предисловий. – Чтобы вся сила, без остатка, перешла к вам. Лишь после смерти бывшего владельца браслет вступает в настоящую силу.

Вордак чуть прищурился:

– Кто вам сказал?

В спешном порядке девушка попыталась вновь защитить свои мысли, но не смогла.

– Неужели Алексей проболтался? – задумчиво произнес Вордак. – Занятно.

– Это не он.

Но, конечно, колдун прочитал опровержение в ее же мыслях.

– Его за это накажут! – Глаза Вордака зловеще блеснули в свете камина. – Он будет выпорот плетьми, лишен права колдовать, заключен под арест! Вы не должны были знать этого факта. Сильнее страха за чужую человеческую жизнь может быть только страх за собственную шкуру… Я запрещу Алексею колдовать три… нет, четыре года!

Мысленно Татьяна уже корила себя за вырвавшиеся в гневе слова. Лешка предупредил ее, рискуя собой, а она так ему отплатила. Из-за нее парень попал в серьезную передрягу. Наверняка Вордак исполнит свою угрозу…

Тем временем колдун внимательно следил за ее размышлениями. Девушке казалось, будто он вытаскивает из ее головы все-все, даже самые наипотаеннейшие мысли и чувства.

В отчаянии она стянула браслет и бросила на пол, на пушистый ковер, прямо под ноги Вордака.

– Забирайте, я дарю его вам, – сказала она дрожащими губами, но довольно решительно. – Только Лешу не трогайте, не виноват он ни в чем. Он все делал правильно.

Но Вордак не спешил брать Танин браслет в руки. Он долго смотрел ей прямо в лицо. Девушка старалась не моргать, хотя глаза начали страшно слезиться.

– Какой героизм, только подумать! – Колдун скривился, пригасив взгляд. – Алексей! – неожиданно крикнул он. – Появись, плут, ты мне нужен.

Как всегда, прямо из воздуха, непривычно растерянный и бледный, появился Лешка.

– Я потрясен до глубины души твоим умением нравиться симпатичным леди, сын.

– Твоя школа, папа. – Парень слабо и нервно улыбнулся.

Но кто был действительно потрясен, так это Татьяна.

– Папа?!

– Заберите свой браслет, леди. – Вордак осторожно поднял браслет и, морщась, словно серебристая ящерка сильно жгла ему руку, вернул его хозяйке. – Я отдариваю его назад… Есть только одно-единственное обстоятельство, которое заставляет меня иногда поступиться принципами… Конечно, это мой сын. Моя гордость.

– Теперь понятно, от кого он унаследовал свой характер, – пробормотала она.

– Пожалуй, – повел дальше Вордак, не сводя с нее пристального взгляда черных глаз, – я займусь вашим дальнейшим колдовским образованием.

Таня неопределенно передернула плечами: что-то ей не улыбалась такая идея.

– Я дам вам специальный оберег, – кисло произнес колдун и слегка нахмурился. – Он защитит вас от любого злонамеренного влияния.

Лешка сиял. Но Татьяну не покидала недоверчивость:

– Так вы точно больше не будете э-э… посягать на мой браслет?

Старший Вордак окинул ее задумчивым взглядом.

– К сожалению, есть одно важное обстоятельство, – нехотя произнес он. – Ваш браслет хочет остаться в вашем владении. Я понял это, едва коснувшись его.

Девушка потрясенно молчала, не зная, что и сказать.

– Завтра я подпишу с вами договор. Настоящий договор, – продолжил Вордак. – А пока я бы советовал вам подучиться. Как насчет небольшой ведьмовской школы?

– Возможно. Надо подумать. – Татьяна пожала плечами. Конкретных планов на будущее у нее не было, так почему бы и не стать полноправной ведьмой?

– А подругу забирайте, – добавил Вордак. – Как только она прибудет к себе домой, действие чар рассеется. Признаться, держать ее безмолвной было несколько затруднительно даже для меня… Никогда прежде не встречал такого безудержного желания говорить.

Лешка вызвался проводить Татьяну.

– Я так и знал, что все обойдется, и папа не будет убивать тебя. Ну, процентов на девяносто был уверен, – добавил он, улыбаясь во весь рот, и сразу же спохватился: – Ой, извини за откровенность. Просто мой отец не очень любит людей, которым сила достается просто так, вот как тебе. Поэтому я очень боялся… – Он покраснел и замолк.

Но Татьяну было не смутить.

– Выходит, ты с самого начала был приставлен ко мне Вордаком, то есть твоим папашей, да? Чтобы поскорее выманить браслет, а?

– Точно, – ухмыльнулся парень. – Я должен был как следует запугать тебя колдовским миром, описать все его мрачные перспективы, отвратить от волшебства и так далее.

– Так ты не должен был обучать меня волшебству? – изумилась Таня. – А как же экзамен?

– Конечно, не должен, – хитро подмигнул Лешка. – Я просто должен был следить за тобой. Вот поэтому я помог тебе устроиться к папе на работу. Понимаешь, кто-то еще мог воспользоваться твоей… гм-гм… неосмотрительностью и быстро перехватить браслетик. Считай, мы тебя даже защищали от других колдунов.

– А как же Руслана? – припомнила девушка. – Как же ей удалось воспользоваться браслетом?

– А это уже полностью моя работа. – Лешка гордо выпрямился. – Вначале я пришел к тебе в ее обличье… И даже сопровождал тебя в Цямброне.

– То-то она себя так странно вела! – ахнула Татьяна. – Ну ты даешь!

Она хотела отвесить ему крепкий подзатыльник, но парень исчез и появился в нескольких метрах от нее.

– А потом я внушил твоей подруге мысль, что ей просто необходимо слетать на шабаш…

– И знал, что ее там перехватит твой отец, Страж, – закончила за него девушка.

Лешка согласно кивнул.

– Я рад, что все так хорошо закончилось, – вдруг став серьезным, произнес он. – Уверен, ты станешь отличной ведьмой. А я позабочусь, чтобы тебя никто не обижал.

Он подошел к ней, взял за руку и вдруг очень нежно поцеловал кончики пальцев. После чего исчез с самодовольной улыбкой, оставив Татьяну в некоторой растерянности.

Руслана ничего не помнила из своего приключения, и, поразмыслив, Татьяна не стала посвящать ее в подробности.

Сама она все-таки подписала договор с Вордаком, где обязалась проучиться в некоей школе ведьмы Олеши столько времени, сколько потребуется.

Когда девушка вернулась в свою квартиру, уже светало. Она приняла душ, выпила чашечку кофе и принялась собирать вещи.

Скоро у нее начнется совсем другая жизнь.

Часть вторая

Кукушка

– Сынок, я хотел бы рассказать тебе сказку.

– С чего бы это? Не припомню такого, папа.

– Эта сказка полезная.

– Я тебя слушаю, папа.

– Жил на белом свете сильный и злой колдун…

– О, так это страшная сказка?

– Не перебивай, пожалуйста… Так вот, жил на белом свете сильный и злой колдун. Все у него было: и земли, и деньги, и большая власть. А все потому, что он стремился приумножить родовую силу… И вот раз призвал он к себе своего единственного сына…

– О, так у него сын был? Тоже злой и сильный?

– Нет, маленький и глупый. Хотя чертовски талантливый.

– А-а-а…

– И сказал тогда ему: «Сынок, помни одно: никогда не привязывайся к людям и не доверяй им. Даже тем, кого считаешь слабым, ведь даже у самого хилого из людей имеются зубы. Но особенно, сынок, не доверяй женщинам».

– Они слабые, но зубастые?

– Не совсем, сынок, не совсем… Да, они слабы и всегда так мило улыбаются нам, что их зубки кажутся неопасными и сердце наше тает… Берегись их.

– Папа, я не собираюсь в скором времени жениться.

– Я не об этом, сын.

– Тогда о чем же?

– Если тебе вдруг придется делать выбор… Между правдой слабого и правдой сильного… Знай, какую сторону выбрать.

– А если правда слабого окажется весомее правды сильного?

– Тогда выбирай тех, кто ближе тебе по крови.

– А нельзя просто оставить одну девушку в покое и приумножить родовую силу как-нибудь иначе? У других забрать?

– Никак нельзя. Если в твоих руках трепыхается журавль, незачем вертеть головой в поисках стайки синиц. Тем более что у нашего журавля, возможно, корона на голове… Я вижу, ты меня понял, сынок?

– Прекрасно понял, папа.

Глава 1

Одна золотая монета

Зима выдалась снежной.

Целыми днями носились в горах бури и вьюги, мерзла вода в ручьях и речках, лютый холод поселился в тесных комнатах домика на горе. Чтобы выйти наружу, каждое утро приходилось заново расчищать снег перед дверью, и бедная та девушка, которая не справлялась с этим вовремя – до того, как проснутся остальные обитатели.

Бывали такие времена, когда лесные ученицы по несколько суток просиживали в комнатах, прислушиваясь к завыванию ветра за окном, и часами изготавливали бесчисленные «славянки» – волшебные орнаменты из деревянных палочек и камней, требуемые для сотворения природных заклятий. Самым ловким ведьмам удавалось строить из этих знаков шаткие и хрупкие пирамиды, чтобы с их помощью призвать дождь, утихомирить бурю, повернуть ручей в сторону или вызвать огонь из-под земли.

Татьяна не была уверена, что подобные знания пригодятся ей, закоренелой городской жительнице, но послушно учила и исполняла все, что требовали. Да и, признаться, учеба давалась ей не в пример легко: стоило только представить живой огонь, охватывающий кольцо из «славянок», и Татьянин костер вспыхивал самым первым. Ей без труда удавалось вызвать ветер или закрутить водоворот в чане с водой, и все благодаря таинственному прабабкиному браслету.

А вот боевые искусства давались тяжело, с синяками да ссадинами – сказывалось отсутствие опыта. Но и здесь Татьяна достигла определенных успехов. Куда хуже она справлялась с руническим письмом-трехстрочьем, не говоря уже о жалких попытках превратиться хоть в какого-то, пусть самого мелкого зверя… Как раз из-за последней премудрости девушке грозил еще один год учебы в горах, третий по счету, потому как первые два выпускных экзамена она с треском провалила.

Приход ранней весны в домике на горе встретили с радостью: наконец-то растаяли сугробы, потекли быстрые шумные речки, появились первые подснежники, а кое-где уже проглядывали тонкие полоски молодой травы. Но самое главное – открылся проход через горы, так что вскоре ученицам обязательно разрешат спуститься в деревню, к людям, взять свежего белого хлеба и молока, не соленого, но вкусного овечьего сыра, потому как от жесткого вяленого мяса и сухофруктов давно у всех зубы сводило.

В это утро Таня проснулась от резкой боли: ее браслет вдруг жарким обручем сдавил плечо.

– Да что такое-то? – сонно пробормотала девушка, но все же села в постели.

За окошком тугой пеленой стелился туман – бледный предвестник наступающего рассвета. Остальные ведьмы спали. Еще бы! Вчера они все вместе бегали врассыпную по горам, собирали острые фигурные камни для «славянок», а еще искали и бережно срывали подснежники с десятью лепестками – эти цветы обладали особыми чарами, поэтому широко использовались для приготовления любовных зелий.

Убедившись, что браслет больше не дает о себе знать, Татьяна вновь рухнула на подушку. Надо поспать хоть немного – до того близкого времени, когда злой окрик главной лесной ведьмы Олеши, возвещающий о подъеме, не содрогнет ветхие стены их жилища.

После этого они побегут умываться, стирать одежду и готовить горький отвар из разных сушеных кореньев и полыни. Старая Олеша утверждала, что только этот напиток поддерживает зимой их жизненные силы, но, по мнению Татьяны, с этой задачей куда лучше справился бы кусок хорошо прожаренного на костре мяса или бутерброд с колбасой.

Девушка спустила с кровати босые ступни, вмиг вобравшие холод старых полусгнивших половиц, прокралась к двери, отворила жалобно скрипнувший ржавый железный крюк и осторожно выглянула в коридор.

На другой половине дома спали «старшие»: в одной комнате сама Олеша, а в двух других – наставники из города, время от времени наведывающиеся в горную глушь. Татьяна слышала от других девушек, что в тех комнатах находятся зеркала-проходы, через которые и путешествуют учителя. К счастью, в этот ранний час дверь на ту сторону была наглухо закрыта.

Крадясь по дому мимо других комнат, Татьяна невольно вспомнила, что многие из учениц живут в таких ужасных условиях по многу лет. Например, Дарья Кошкина, единственная Татьянина подруга, находилась в доме Олеши шестой год, а все потому, что тоже не могла сдать руническое письмо. Зато в природном колдовстве ей не было равных: пухленькая приземистая ведьмочка с круглым широкоскулым лицом и приветливой улыбкой очень хорошо понимала в растениях и отварах и даже могла предсказывать погоду. Последнее искусство у колдунов этого края было в особом почете, и даже старая Олеша только ей доверяла свой ритуальный градовой нож, когда в преддверии бури надо было «порубить» тучи. Но Таня подозревала, что старая ведьма специально не отпускала такую хорошую ученицу и поэтому год за годом заваливала Дашу на экзаменах.

Девушка прислушалась – снаружи не доносилось ни звука, даже за дровами дежурные еще не пошли.

Поэтому она на цыпочках прошла в сени, схватила первую попавшуюся овчинку из ряда общей ученической одежды, висевшей на крючках, вбитых прямо в балку стены, и, все-таки скрипнув входной дверью, проскользнула во двор.

В горах занималось густое и серое мглистое утро. Повинуясь злому северному ветру, толстобокие облака беспорядочною толпою неслись над верхушками деревьев – день обещал быть пасмурным.

По Таниным расчетам, не было и пяти, а занятия начинались ровно в семь утра: сначала бег через лесной бурелом, на завтрак каша и горький отвар, а дальше – руны, знаки, формулы, пирамиды…

Ее золотисто-пепельные волосы отросли ниже спины, спутались и разлохматились, а тело исхудало от постоянного недоедания. Но благодаря ежедневным физическим нагрузкам появились мышцы, выпрямилась спина, расправились плечи. Увидели бы ее бывшие друзья и знакомые – точно не узнали бы. Да и не могла Таня толком оценить все изменения в своей внешности: вот уже третий год она не видела даже простого зеркала. Даша рассказывала шепотом новой подруге, что зеркала им специально не выдают, чтобы не переговаривались с родственниками или просто не сбежали по тайным переходам – это было под силу многим из девушек, в том числе и Даше. Поэтому все ученицы умывались в ручье, где и могли полюбоваться своим отражением, там же чистили зубы, «принимали душ», стирали и сушили одежду, расчесывали волосы грубыми деревянными щетками.

Для всех друзей, и для своей семьи в первую очередь, Таня училась в одном из высших учебных заведений Лондона, на факультете международных связей. Да, знали бы родители, где их дочь пребывает на самом деле, – в глухих карпатских лесах… По колдовскому закону во время учебы о семье запрещалось даже думать, чтобы не навлечь на родных беду или проклятие. Вспомнив об этом, Татьяна переключилась на дорогу. Подняла с земли короткий сучок, быстро соорудила с его помощью нехитрую прическу, затем перемахнула через низкий плетень и побежала на высокий холм в лес. Там, среди голых кустов и островков бледного мха, вилась едва заметная тропинка, ведущая через неглубокий овражек к поляне с широким мшистым пнем в самом центре, ее любимому тайному месту.

Оказавшись на поляне, Татьяна все-таки оглянулась, но ничего подозрительного не заметила. Щелчок пальцами – вызов магической стихии ветра, затем – мысленная картинка в воображении, легкое касание браслета – и вот перед ней столь желанная чашка горячего кофе.

Сделав первый большой глоток обжигающего напитка, девушка ухмыльнулась: знала бы ведьма Олеша, что одна из ее учениц кофе тайком попивает, о-о-о… Побьет старая карга связкой тонких ивовых прутьев, а то и кочергой. Тане и так изрядно доставалось за вечную неуспеваемость по руническому письму. Остальные ученицы с самого детства знали, что будут ведьмами, поэтому еще под неусыпным присмотром родителей изучали проклятое трехстрочье. Для Татьяны же эта наука представлялась не чем иным, как мудреной китайской грамотой.

Руны, идущие в первой строчке, обозначали слова. Во второй шли знаки, символические изображения жестов: творящий заклинание должен был в точности воспроизвести нарисованное движение. В нижней третьей строчке находился эморяд – синусоида, индикатор эмоций. Только гармоничное сочетание всех трех рядов порождало правильное заклятие, но самое сложное заключалось в том, что все эти три строки нужно было производить одновременно: читать, сплетать пальцы в жест, вызывать нужное чувство – гнев, тревогу, радость, восхищение, печаль. Мало того, по-настоящему сложное заклинание могло быть расписано на десятки страниц, и при его чтении следовало ни разу не сбиться, иначе весь труд пропадал даром. Алфавит рун достигал пяти тысяч знаков только в современном толковании, а старые словари вообще предлагали запомнить от восьми до двадцати тысяч рун на древних или же давно мертвых языках.

Да, именно на рунических письменах плелись самые мудреные заклятия. Но в остальном, что касалось практики, Таня не знала соперниц – прабабкин браслет все охотнее помогал своей хозяйке, и даже сама Олеша не раз кидала на него жадные взгляды. Даша рассказывала, что среди учениц ходят самые чудные сплетни: всем интересно, как молодой и неопытной ведьмочке достался браслет столь небывалой мощи, за какие такие заслуги? Выдвигались самые различные предположения: от простых, вроде счастливого нахождения браслета в лесу под деревом, до весьма скандальных и неприличных. По этой причине Татьяна сторонилась своих товарок и не дружила ни с кем, кроме Дарьи.

Второй глоток кофе принес меньше радости: опять мало сахара положили. Чашку кофе Татьяна притягивала заклинанием выманивания; скорее всего та прилетала из ближнего города, из какого-нибудь дома на окраине. Вначале девушка испытывала угрызения совести: все-таки она забирает чужой кофе, попросту говоря – ворует! Но, во-первых, она всегда отдавала чашку назад, а во-вторых – нечасто ей удавалось выбраться из дома, чтобы попить кофейку в лесу.

Допив напиток, девушка невольно поежилась, потерев одну ногу о другую: над влажной землей низко стелился редкий туман, ветерок нес за собою снежную пыль, босые ступни совершенно замерзли. Как жаль, что во время учебы ведьмам запрещалось носить обувь: ходьба босиком по сырой земле позволяла лучше чувствовать силу природной стихии. Таня вскочила и принялась энергично размахивать руками и трясти ногами, чтобы согреться. После этого она запрыгнула на пень и строго сказала:

– Приступим!

Раз уж ей повезло выскользнуть из дома незамеченной, можно попрактиковаться в превращениях. Все ученицы Олеши умели превращаться в самых разных зверей и птиц: сову, оленя, волчицу, кошку, собаку, журавля… У той же Даши тонкий серебряный браслет толщиной не больше карандаша, позволял своей хозяйке становиться небольшой рыжей белкой. И только Татьяна оборачивалась самой обыкновенной прыткой карпатской ящерицей – зелено-бурое пресмыкающееся с чудными, золотисто-черными глазами. Но девушка себе поклялась – уже в этом году Татьяна Окрайчик сдаст треклятый выпускной экзамен, чтобы выбраться наконец из опостылевшего дома старой карпатской колдуньи!

Молодая ведьма сосредоточилась, привычно коснулась браслета, вскинула руки да так и закрутилась волчком: ее фигуру обволокло золотистое облако, и превращение свершилось.

Скосив глаза, Татьяна увидела знакомый зелено-бурый хвост и шумно разочарованно вздохнула – замелькал длинный раздвоенный язык.

Видать, и в этом году придется предстать перед экзаменаторами в обличье ящерки. «Такова твоя природа, Татьяна», – говорила ей старуха Олеша, по обыкновению скалясь в два ряда ослепительно-белых вставных зубов. Понятно, что, будучи по своей природе крупным бурым медведем, главная ведьма имела право насмехаться.

Ящерка соскользнула по шершавому боку пня и притаилась меж его корней. Превращаться обратно не хотелось, да и добраться до домика в теле пресмыкающегося будет куда сподручнее – босые ступни точно не будут мерзнуть.

Все больше светлело небо сквозь кольцо сосновых вершин. Скоро, скоро наступит новый день, полный изнурительных занятий, тяжких тренировок и нудной работы по дому. С каждым днем у девушки росла уверенность, что Мстислав Вордак специально отправил ее в «задремучье», чтобы она по собственной воле сгинула от голода, холода и постоянных физических нагрузок. Поэтому если она и в этом году провалит экзамен, то непременно сбежит. Трудность заключалась в том, что каждый год домик на горе могли покинуть только три-четыре ученицы, и всегда на их место брали столько же новеньких. И все же, пожалуй, придется вновь налечь на руническое письмо, иначе ее ждет еще один год обучения у старой карги Олеши.

Татьяна собиралась вернуть себе человеческий облик, как вдруг ее острое чутье пресмыкающегося уловило слабый шорох: кто-то возился под самым пнем. Притаившись за толстым корнем, ящерка с опаской заглянула в темноту трухлявого чрева.

Прямо в глаза ей глянула еще одна ящерица.

Завидев «сестру», она тоненько пискнула, развернулась, лишь хвост промелькнул, и пропала.

Татьяна юркнула за ней и обнаружила глубокий лаз, идущий под землю. Но все же лезть дальше она не решилась: кто знает, может, там проживает целое семейство ящерок, и вряд ли они обрадуются чужаку.

Она нерешительно проползла чуть вперед, и неожиданно ее лапки ощутили холод металла. Высунув длинный раздвоенный язык, ведьма-ящерка осторожно исследовала вещь и не нашла в ней ничего подозрительного. Помогая себе передними лапками, она выкатила находку на свет.

Оказывается, таинственная ящерица выронила нечто похожее на золотую монету: с одной стороны была выгравирована цифра «1», а с другой – красивая многозубчатая корона, похожая на герб. Интересно, что это? Маленький кусочек старинного клада, спрятанного глубоко под землей? Или потерянная неким туристом коллекционная реликвия? Надо спросить у Даши, та наверняка знает, что это может быть за монета.

Таня сильно потянулась, готовясь к обратному превращению, как вдруг встретилась с огромными и круглыми немигающими глазами. Застыв, словно вопросительный знак, на нее в упор смотрела змея – гадюка довольно крупных размеров. Сразу припомнилось, что этот вид земноводных вовсю питается ящерицами.

К счастью, Тане удалось совершить превращение: ее окатило с ног до головы привычной покалывающей болью, перед глазами замельтешили разноцветные искры. Уже через секунду она вскочила, оглядываясь в поисках змеи, и тут же была повалена на землю носом вниз да еще с заломленной за спину рукой.

Изловчившись, Таня пнула пяткой нападавшего. Неизвестный жалобно ойкнул и ослабил хватку. Девушка этим воспользовалась и быстро откатилась в сторону.

Следующие несколько секунд ей понадобились только для того, чтобы поверить в реальность: отряхивая со штанин прилипшую грязь и почерневшую прошлогоднюю хвою, перед ней нарисовался не кто иной, как сам Алексей Вордак, сын несносного карпатского колдуна Мстислава Вордака.

– Лешка! – радостно выкрикнула она.

– Привет, леди! – будничным голосом поздоровался парень, продолжая очищать джинсы. – Горазда же ты пинаться… Как поживаешь?

Вместо ответа Таня села на землю и закрыла лицо ладонями.

– Ты чего? – опешил тот. – Ничего не повредила? Я же вроде легонько, для веселья…

Но девушка уже справилась с собой. Она вновь поднялась на ноги и не выдержала – крепко обняла растерявшегося парня. Впрочем, тут же отпустила.

– А ты вырос, – прерывисто вздохнув, произнесла она. – Изменился немного… Вытянулся.

– А ты, наоборот, уменьшилась. – Лешка скептически оглядел ее исхудалую фигуру. – Тощая, растрепанная и грязная.

– А ты поживи в моих условиях, – огрызнулась девушка. – Спасибо твоему папаше.

– Да я прошел точно такое же обучение. Три года в горах мерз, с десяти до тринадцати лет.

Она глянула в черные насмешливые глаза Лешки и вдруг увидела вместо них другие – серьезные, изучающие. Такие, как у старшего Вордака. При воспоминании о последнем сердце девушки сжалось сладко и тревожно одновременно. Чтобы отвлечься, она спросила:

– Так, значит, ты в змею превращаешься? – В ее голосе проскользнула ирония.

– А ты – всего лишь в ящерицу? – поддел в ответ парень. И добавил: – Я и в других зверей могу. И в птиц. В отличие от тебя.

Таня мгновенно скисла. Да уж, Лешка прав на сто процентов, даже ответить нечего.

Уловив ее настроение, парень неловко затоптался на месте и вдруг хлопнул себя по лбу:

– О, я знаю, что тебя обрадует!

Как только он это проговорил, из воздуха выплыли два небольших плетеных стула и тонкий поднос – на нем стояли две золотые чашки кофе. От рыжевато-коричневой жидкости поднимался необыкновенный аромат: видать, Лешка по-прежнему оставался высококлассным специалистом по выманиванию. Интересно, из какой изысканной кухни он стащил этот кофей?

– Это из дома, – улыбнулся Лешка, галантно пододвигая один стул девушке, а сам уселся на другой. – Он только что лично заварил его для себя и своей новой любовницы.

– Кто – он-то? – спросила Татьяна и одним глотком ополовинила чашечку. До чего же вкусно!

– Да мой отец, кто же еще?

Ей показалось, будто сердце вновь начало биться сильнее при упоминании о старшем Вордаке. А может, это просто очень крепкий кофе…

– А тебе не попадет за это? – делая еще один глоток, поменьше и подольше, спросила она.

– Да мне и не такое с рук сходит, – улыбаясь во весь рот, отмахнулся парень. – Кроме того, мне не нравится его новая с-с-с… э-э, как это правильно? – Он поморщился. – Пассия.

– Почему?

– Потому что она хитрая, самоуверенная, вечно выпендривается… Двуличная! При отце такая милая, а как его нет, так сразу вся меняется, даже голос становится злее.

– Симпатичная? – с любопытством спросила Таня.

– Ничего так, если честно, – нехотя признал Лешка. – Очень смуглая, темные гладкие волосы и глаза классные, зеленые. Правда, не такие зеленюще-изумрудные, как у тебя… а желтоватые, – Лешка вдруг смутился. – Ну, в общем, кхм… флиртует она со всеми, и когда отца нет, даже мне глазки строит. – Парень скривился и сделал вид, будто его выворачивает.

– Да ладно?! – недоверчиво улыбнулась девушка. – Да ты же маленький… Слушай, а сколько тебе вообще-то?

– К твоему сведению, мне почти девятнадцать, – недовольно прищурился Лешка. – В мае будет, третьего…

– Да? – Таня по-настоящему удивилась. – Я думала, тебе сейчас шестнадцать-семнадцать… Просто у тебя, когда ты улыбаешься, такие милые ямочки… – Она запнулась, чувствуя, что краснеет. Ну надо же ляпнуть парню – про ямочки!

– Внешность обманчива, – хмыкнул Лешка, на миг прищурившись. – Тебе тоже за двадцать не дашь так сразу… Разве что узнав поближе.

– Понятно.

Тане вдруг пришло на ум, что у такого колдуна, как старший Вордак, и должна быть очень красивая женщина – умная, изысканная, утонченная, с хорошими манерами. Не какая-нибудь оборванка из леса. Татьяна вскинулась: собственные мысли о Вордаке-старшем ее удивили.

– Чего так расстроилась? – Как всегда, Лешка был слишком проницателен. – Ты прямо с лица спала, когда я тебе о Ружене начал рассказывать.

– Какой еще Ружене? – вскинулась девушка.

– Ах, ну да, забыл… Любовницу отца зовут Ружена. Ружена Мильтова – фу, язык сломать можно. Она из Венгрии. Профессиональная ведьма, из знатного рода. Говорят, у них в семье даже вампиры были. Теперь она с нами в замке живет.

– Смотри, чтобы не покусала вас, – мрачно сказала Таня.

– Нет, она чиста, я проверял. Окажись эта Ружена полудухом, первый бы узнал. Да и мой отец никогда не связался бы с женщиной, у которой не все в порядке с прошлым.

– Да с чего ты взял, что мне это интересно? – перебила Татьяна. Впрочем, еще один глоток кофе вернул ей спокойствие духа. – Ты лучше расскажи, как сам здесь очутился?

– А вот так. – Лешка ухмыльнулся, подарив собеседнице хитрый взгляд. – Я здесь по делу… Решил посмотреть на ваш выпуск в этом году. Конечно, вместе с отцом.

У Татьяны глаза полезли на лоб.

– Так твой папаша сюда приедет?!

– Он уже здесь, разговаривает с вашей наставницей, такой страшилой – как вспомню ее «белозубую» улыбку, так вздрогну… Сегодня вечером у вас будет экзамен.

– Уже?! – У Тани дух перехватило. – Но почему так быстро?

– А я знаю? – Лешка передернул плечами. – Может, им так удобно… Я тебя не увидел, пошел по твоему следу и… – Он замолк.

– Это что еще за след? – мгновенно насторожилась девушка. – Я про такое не слышала.

– А начинающих этому не обучают. – Лешка гордо вскинул брови и скрестил руки на груди. – И вообще, лучше о себе расскажи: значит, ты превращаешься в ящерицу, да?

Татьяна от волнения закусила губу. Ой, как не хочется остаться у старой Олеши еще на один год…

– Допустим, – мрачно произнесла она и на всякий случай проверила мысленную защиту-водопад: не хотелось, чтобы младший Вордак рассказал отцу о ее опасениях.

– Я не собираюсь докладывать отцу о твоих страхах, – сощурил темные глаза Алексей. – За кого ты меня принимаешь?

Девушка не сдержалась и издала глубокий разочарованный вздох. Сколько усилий она потратила на изучение защиты в виде водопада – и что, Лешка по-прежнему читал ее мысли без особого труда.

– Как-нибудь я раскрою тебе свой секрет, – хмыкнул на это парень. – Если захочу, конечно.

– Нечестно.

Она подумала, что наверняка сама дала слабину. Не выспалась, голодная… А тут еще экзамен вечером грядет.

– Надо идти. – Девушка решительно встала. – Мне и так попадет за самовольную отлучку… Кто же знал, что вы пожалуете.

– Не переживай. – Лешка и сам поднялся – стулья моментально исчезли. – Если отец решил приехать – значит, точно уедешь отсюда. До этого он ни разу о тебе не вспоминал.

– А сейчас почему вспомнил? – равнодушно спросила Таня, стремясь унять вдруг затрепетавшее от радости сердце.

– Да вот, как-то вспомнил, – серьезно сообщил Лешка, убирая серебряный поднос с чашками. – Сказал: надо проверить, как там поживает браслет нашей Краюшки.

– Так и сказал – браслет? – разочарованно протянула девушка. И тут же вскинулась: – Что-что? Краюшка?!

– Моя придумка. – Лешка изо всех сил сдерживал рвущийся наружу смех. – У тебя же такая фамилия – Окрайчик – грех не поиздеваться…

Не выдержав, Таня схватилась за браслет, намереваясь наслать на Лешку огонь или бурю с градом. Но, пока она раздумывала над этими двумя заманчивыми предложениями, парень успел растаять в воздухе. И даже язык успел показать!

Разозленная Татьяна и сама побежала к домику, с тревогой думая о том, что она точно опоздала на утреннее занятие. Через некоторое время девушка вспомнила о золотой монете – пришлось возвращаться и злиться еще больше, но теперь уже на себя.

Глава 2

Экзамен

Еще издали, на подходе к холму, девушка заметила сильное движение возле дома: хлипкие воротца ограды распахнули настежь, во дворе туда-сюда мелькали торопливые фигурки девчонок. Может, старой ведьме будет не до Татьяны и наказания удастся избежать…

Как только девушка ступила на порог, ее окликнула Даша.

– Где ты ходишь? – Глаза у молодой ведьмы странно блестели, а круглые щеки покрывал непривычный лихорадочный румянец. – Сегодня ночью… – Ей не хватило воздуха для сообщения всей новости целиком. – Мы улетим отсюда!

– Ты в этом уверена? – с надеждой спросила Татьяна. А вдруг все уже решено и никакого экзамена не будет? Может, за нее попросит Вордак, а подругу просто отпустят – сколько можно старой ведьме служить?

Даша не успела ответить.

– Окрайчик! Идите-ка сюда…

Татьянино сердце ухнуло куда-то вниз, в пятки. Голос старой ведьмы был слишком мягким, чтобы ждать чего-то хорошего.

К тому же рядом с Олешей стоял сам Мстислав Вордак. Как всегда, на нем был отличный деловой костюм. Колдун окинул Татьяну долгим изучающим взглядом, от которого у той сразу подкосились ноги. От девушки не укрылось, что Вордак особенно долго смотрел на левый рукав ее рубашки, под которым был спрятан серебряный браслет.

– Ты пропустила утреннее занятие, – строго сказала Олеша. – Поэтому тебя ждет уборка… А пока исчезни с глаз – сейчас будет завтрак.

– Мне кажется, вы слишком мягки с ученицами, – вдруг вмешался колдун. – За непослушание этой девушке лучше вообще не давать еды. Тем более что от нее веет ароматом свежевыпитого кофе… Очень дорогого кофе. – Его взгляд стал ледяным.

У Татьяны упало сердце: и как он почуял? Она же специально прополоскала рот в ручье, а по дороге сжевала кусок горькой и противной смолы, чтобы перебить запах. Лишь бы Лешке не попало за то, что поил ее «дорогим кофе» из дома.

К удивлению девушки, старая ведьма вдруг сильно побледнела.

– Ах да? Ну конечно… – Она явно растерялась. Судя по ее виду, подобного с ней не случалось лет сто. – Но ведь экзамен ночью? – пробормотала ведьма, глядя себе под ноги. – Ей понадобятся силы…

– Никакой еды, – жестко повторил Вордак.

– Ясно, никакой еды, – повторила наставница, все с той же опаской косясь на колдуна. Ее впалые щеки зажглись сухим румянцем: всегда собранная, волевая и жесткая с другими, старая ведьма терялась в присутствии Вордака, словно маленькая девочка.

Но колдун больше ничего не сказал – отошел в сторону, где его поджидали двое хмурых незнакомцев в пыльных дорожных плащах, а с ними – не в меру серьезный Леша. Вот негодяй, даже виду не подал, что знаком с Татьяной.

Она же, преодолев робость, устремилась за старшим Вордаком, чтобы все-таки поговорить о своей собственной судьбе, но ей помешали – старая ведьма довольно цепко схватила за запястье.

– Нельзя приставать к важным господам, – прошипела она в самое ухо.

И Олеша не посмела ослушаться высокопоставленного колдуна: Таню тут же отправили в дом – скрести закопченный пол на кухне, скоблить заслонку в печке, а после – носить ученицам, разгоряченным занятиями на свежем воздухе, нехитрый обед: вяленое мясо, пшеничную кашу и соленые огурцы. Обычно молодые ведьмы ели на улице – сидели в два ряда за длинным, из грубо сколоченных досок, столом.

Целый день девушки вспоминали природные заклятия, совершали превращения или строили «славянские пирамиды» – те вещи, которые по обыкновению показывались на экзамене. А Таня отчищала от копоти и грязи огромный котел, в котором недавно варили особо вонючее зелье из смолы и лягушачьих шкурок.

На Таню косились – за что ее в такой день наказали? Лишь Даша время от времени награждала сочувствующим взглядом. Вечером Татьяну заставили и ужин разносить – вареную картошку с настоящим сливочным маслом и белыми грибами. От вида вкусной пищи девушка чуть ли в обморок не падала. Но Олеша строго следила за исполнением приказа – и наказанной опять не дали поесть.

К вечеру, когда всем ведьмам приказали достать сундуки из-под кроватей, чтобы лететь на экзамен в город, у Татьяны еле хватило на это сил. От голода и усталости кружилась голова и подкашивались ноги, но хуже всего было осознавать, что старший Вордак зачем-то специально «ослабил» ее перед экзаменом.

Наконец все ведьмы вытащили свои сундуки во двор и, как приказала Олеша, разместили полукругом. Стали ждать первой звезды, ибо существовала старая традиция – отправляться в путь ровно с наступлением ночи.

Татьяна глянула на небо: темное, безликое, равнодушное, и ей стало страшно. Остальные девушки тоже чувствовали себя неловко, взволнованно переговаривались между собой. Олеша и сама казалась мрачнее неба: мяла в сухих скрюченных пальцах огромный дорожный клубок, но замечаний никому не делала.

Татьяна неслышно вздохнула – всеобщая напряженность угнетала.

– Боишься? – шепотом спросила Даша.

– Нет…

– Ты видела, – продолжала подруга, – сегодня с утра привезли новеньких… Пятерых!

– Ну и что?

– Как – что?! – изумилась та. – Это значит, у пятерых из нас появляется шанс вырваться из этого проклятого места!

А ведь действительно, Татьяна призабыла: сколько придет новых учениц – столько «старушек» и экзамен сдадут…

– Я думаю, – горячо зашептала ей подруга в самое ухо, – все будет отлично. Мне сон снился, будто мы с тобой летим на легком облаке, внизу – черное озеро, а впереди – красивый черный замок. Здоровый такой, огромный, жутковатый…

Таня хмыкнула с иронией. Вряд ли подобный сон можно назвать позитивным. Поэтому она лишь крепче сжала золотую монету, найденную в лесу, и загадала на нее, что никогда больше не вернется в этот домик на горе.

Только исполнится ли?

– Интересно, почему в наше время не летают на метлах? – тихо спросила одна из девушек, Тоня. – В старину же только так и передвигались…

– В старину на чем хошь летали, – ответила девушке сама Олеша, даже не поворачиваясь. – И на метлах, и на бревнах, и на сундуках. Да и просто так умели. Понятно?

Тоня встревоженно закивала.

– А в некоторых странах продолжают летать на метлах, – подала голос Ира, самая младшая из девушек и самая хитрющая. – Интересно, почему?

– По кочану! – обрезала Олеша и вдруг зычно крикнула: – По сундукам!

Таня подняла голову: в небе зажглась первая серебристая звезда. Ведьмы отпили из своих флакончиков с вином-зельем, спешно оседлали сундуки и двинулись в путь.

К всеобщему удивлению, долго лететь не пришлось: перемахнули через два горных хребта и, как только внизу показался обширный и густой сосновый лес, Олеша, летевшая впереди ведьминского клина, приказала снижаться.

Неожиданно Танин браслет потеплел – опять советовал на что-то обратить внимание. Да она и сама различила знакомые очертания дома с башнями и башенками на все той же аллее Крестоносцев, тринадцать, и широкую тропинку, вьющуюся по холму к воротам резиденции Вордаков.

Олеша первой пролетела над кованой аркой и приземлилась в саду, перед самым крыльцом, тем самым избежав ловушек, расставленных на главной садовой дорожке, – наверное, старая ведьма уже наведывалась в этот дом, и не раз.

Девушки последовали ее примеру, но кого-то из них, кажется, Тоню, все-таки занесло на садовые колючки – раздался ее жалобный приглушенный вскрик.

Тем временем Олеша подошла к высокой кованой двери и уверенно дернула за «язык» медный колокол. Послышался мелодичный перезвон, и дверь тут же открылась – перед испуганными девушками возник уже знакомый Татьяне дворецкий-призрак.

Поднимаясь вместе со всеми на второй этаж, девушка испытывала весьма смешанные чувства: кто знает, а не готовит ли старший Вордак еще одну ловушку? Но что бы сейчас не последовало на экзамене, Таня твердо решила – в горы она больше не вернется, хватит с нее ведьминского обучения.

Ученицы дружной толпой протиснулись в большой зал, все стены которого покрывали зеркала. В центре дальней стены располагался огромный камин, густо украшенный гипсовой позолоченной лепниной, в его жерле весело полыхало ярко-оранжевое кострище. Девушки столпились возле самого огня, потому как во время путешествия ощутимо продрогли.

Из ниоткуда появился длинный стол. А из настенных зеркал начали выходить люди, мужчины и женщины, и принялись рассаживаться в мягких креслах за столом, то и дело возникающих прямо из воздуха.

Таня в первый раз наблюдала зеркальное перемещение, и от этого действия у нее по спине пробежал легкий холодок.

В самом центре стола она заметила Вордака. По правую руку от него восседала красивая большеглазая брюнетка – наверняка та самая Ружена Мильтова. Ну а слева, конечно, примостился Лешка. Он нашел взглядом Татьяну и незаметно подмигнул ей. В ответ она только вздохнула.

Старший Вордак встал и после небольшого приветствия представил по очереди всех членов комиссии, среди которых оказалось пять женщин и семеро мужчин. Таня почувствовала, что ее охватывает мандраж, словно перед выходом на сцену, ведь в прошлые разы их экзаменовала сама Олеша, ну а с нею – всего лишь двое-трое из приехавших учителей…

Одна из женщин хриплым каркающим голосом попросила девушек снять все защитные приспособления, часы или украшения. Естественно, кроме колдовских браслетов.

– Я уверена, сегодня мне удастся вырваться из цепких лап старой карги, – жарко зашептала Даша, когда они шеренгой выстроились вдоль одной из зеркальных стен. – Ты посмотри, как она расстроена… Наконец-то нас будут экзаменовать другие люди! И Олеша совсем не сможет помешать! Надеюсь, в этот раз все будет по справедливости.

Таня неопределенно качнула головой: она не очень на это рассчитывала да и тревожное предчувствие, с самого утра поселившееся в душе, не отпускало.

– Не волнуйся, – заметив, что подруга непривычно бледна, быстро произнесла Дашка. – На третий год ты точно сдашь. С таким-то браслетом иначе и быть не может!

Татьяна предпочла промолчать. Она вспомнила брошенный на нее косой взгляд Ружены Мильтовой. В тот миг, когда девушка передавала ей свой оберег, тонкую косичку из серебра, красавица-венгерка спросила:

– С каких это пор у простых учениц такие сильные обереги?

Старший Вордак проигнорировал эту реплику, а вот у Татьяны под оценивающими взглядами членов комиссии уши так и запылали.

На пушистом красном ковре появились простые ученические парты – по одной на девушку. На каждой, судя по исписанному мелкими значками пергаменту, лежал свиток с заклинанием.

«Руны». Сердце у Тани бешено забилось. Вот оно, самое сложное… Девушки бросились к партам, молясь про себя, чтобы им досталось простенькое волшебство вроде отымающего заклятия или инициации огонька на свечном фитиле.

Тане удалось усесться за левую парту первого ряда – последнюю из незанятых. Краем глаза она опять поймала на себе испытующий взгляд Ружены и против воли снова покраснела.

Чтобы отвлечься, девушка уткнулась в чтение задания, и у нее чуть глаза на лоб не полезли. Трехстрочье рунического письма сообщало, что ей придется сотворить самый простой фокус, какой только может быть: всего лишь отнять заклятием чашку кофе. Но этого быть не может! Недоумевая, девушка подняла голову и встретилась взглядом с Лешкой. Тот улыбнулся и опять подмигнул, теперь уже в открытую. Таня глубоко вздохнула и медленно поднялась с места.

Что и говорить, экзамен по руническому письму она сдала успешно.

После получасового перерыва старший Вордак объявил второй этап экзамена – боевые искусства. В прошлые разы девушки демонстрировали несложные комплексы ударов и махов, после чего, согласно выбору наставников, проводили поединки друг с другом. На этом занятии можно было заработать дополнительные очки, но Татьяна, проваливаясь на руническом письме, ни разу еще не доходила до этого этапа.

Лежавший на паркете красный ковер исчез. А в центре зала, как всегда прямо из воздуха, появился Лешка. Парень бросил кусочек обычного мела через плечо, и тот, плавно приземлившись, самостоятельно очертил на полу большой четкий круг.

– Алексей, встань в правом углу, – скомандовал старший Вордак. – И сотвори-ка для начала шаровую молнию.

Парень кивнул, поднял правую ладонь: в его пальцах возник ярко-голубой светящийся шарик размером с теннисный мяч. Стенки шарика казались тонкими, словно у мыльного пузыря, но исходившая от него мощная тепловая волна давала понять, что внутри заключен опасный электромагнитный заряд.

Девушки встревоженно зашушукались между собой. Татьяне тоже стало не по себе: никто из них никогда не участвовал в настоящих магических поединках.

Первой навстречу младшему Вордаку вышла Даша – она сложила ладони вместе и, прицелившись, выпустила «болотный клубок» – комок густой грязевой жижи. Молния, моментально выброшенная Лешкой, поглотила его, а девушку ударной волной отбросило далеко за пределы очерченного круга. Но Даша не растерялась, наоборот, вскочила и «дунула» горячим ветром – не ожидавший второго нападения Лешка еле успел увернуться. Девушке тут же зачли успешную сдачу: попросили подойти к столу комиссии, а после – встать слева, возле зеркал.

Следующая из учениц, худенькая и невзрачная Тоня, сгоряча наслала на Лешку «водяной шар» – парень тут же отозвал свою молнию и покрутил пальцем у виска. Ружена Мильтова гневно нахмурилась и сделала знак девушке уйти с площадки: мог произойти большой взрыв. Тоня сильно смутилась и отошла назад к камину. Одна за другой ученицы Олеши разными способами пробовали отбивать злополучную молнию, но все безрезультатно.

Вскоре подошла Татьянина очередь: она встала ровно на черту мелового круга и постаралась сосредоточиться. Лешка ободряюще, но вместе с тем насмешливо улыбнулся ей. И вдруг, увеличив ярко-голубой шарик молнии до размеров крупного арбуза, осторожно послал его вперед. Светящийся шар надвигался на Татьяну, словно каток для укладки асфальта – медленно и неумолимо. Испугавшись, она выставила вперед левую руку с браслетом. Движение шара моментально прекратилось – он лопнул с долгим трескучим звуком. Мощная ударная волна отбросила и Лешку, и саму Таню по разные стороны круга.

– Алексей! С тобой все в порядке? – Голос старшего Вордака прозвучал спокойно и даже весело.

Порядком оглушенная, Татьяна с трудом поднялась. А Лешка давно вскочил: в его руках «зрела» новая шаровая молния! Да что ж такое?! Он вздумал ее убить?

От этого шара она просто увернулась. Тот пролетел дальше и пробил в одном из зеркал большую дыру, края которой тут же оплавились.

Тогда Лешка послал сразу два «арбуза», целясь девушке в ноги. И вот тогда случилось нечто непонятное: ее левая рука сама по себе дернулась вверх и Татьяна зависла под потолком, аккурат возле красивой свечной люстры в виде каскада из трех бронзовых колец. Глянув вниз, она увидела, что ровно на том месте, где она только что стояла, появились две лужи самого неприятного вида.

– Посмотрите, как интересно, – обратился к комиссии Вордак, – при весьма слабых показателях ведьминской силы магический артефакт производит очень достойное впечатление.

Браслет ослабил хватку, и Татьяна свалилась на пол. Здесь все силы – и обычные, и ведьминские – оставили ее, и девушка провалилась в беспамятство.

К тому времени, когда дворецкий-призрак привел ее в чувство (и чуть не послужил причиной второго обморока), экзамен по превращению подходил к концу, и Татьяна вновь оказалась последней.

Еще пошатываясь после слабости, она вошла в освещенный круг, увидала устремленные на нее внимательные взгляды – и едва вновь не лишилась чувств. Тем не менее она вскинула руки, закружилась и превратилась в маленькую ящерку с золотистыми глазами. Оглядела комиссию, высунула раздвоенный язык и вновь обратилась человеком.

Лица членов комиссии казались задумчивыми, но, к своему удивлению, Татьяна не заметила ироничных взглядов. Как ни странно, даже лицо венгерской ведьмы не выражало и тени насмешки, наоборот, Ружена казалась разгневанной и встревоженной. Вордак выглядел спокойным:

– Спасибо, вы свободны.

И Таня удалилась.

После этого всех ведьмочек начали вызывать по очереди для личной беседы с комиссией с глазу на глаз. Среди учениц ходило поверье: чем быстрее девушка выйдет – тем меньше уверенности, что она сдала экзамен.

Дашу задержали на целых полчаса – понятно, почему из экзаменационного зала она выбежала такой счастливой. Она лишь кивнула подруге издалека – тем, кто прошел беседу, подходить к очереди запрещалось.

Конечно, Таню вызвали последней.

Экзаменационная комиссия встретила появление девушки любопытными взглядами: казалось, что рукав ее простой льняной рубашки, прятавший браслет, сейчас вспыхнет от испытующих колдовских взоров.

Ружена Мильтова кашлянула и начала допрос:

– Давно у вас этот браслет?

– Несколько лет.

– По всей видимости, перешел по наследству?

– Да.

– Просто так? Без договоров, клятв, поручительств или обязательств?

– Думаю, что да.

– Может, поведаете нам, почему вам его подарили? – продолжала допрашивать венгерка. – Вам, без каких-либо способностей, обычной бездарной девчонке? – Ведьма насмешливо улыбнулась.

– Не знаю.

– То есть вам совершенно ничего не известно по этому поводу?

– Именно так.

Ехидные вопросы Ружены сильно разозлили Татьяну. Она еле сдерживалась, чтобы не нагрубить этой ухмыляющейся венгерской ведьме. К счастью, беседа закончилась.

– К вам больше нет вопросов, – скучным голосом произнесла венгерка и уткнулась в какие-то бумаги.

У Тани перехватило дыхание. По лицу главной экзаменаторши она вдруг поняла, что никогда не покинет учебу в горах, пока у госпожи Мильтовой хватит сил принимать экзамены. Девушка перевела взгляд на Вордака, но колдун принял отстраненный вид, словно происходящее вокруг перестало его интересовать.

В коридоре ее окружили девушки во главе с Дашей, но, к счастью, от вопросов Татьяну спасло появление не кого-нибудь, а самой Олеши: старая ведьма всех растолкала, молча взяла ее за руку, насильно усадила на лавку и вручила огромный бутерброд с колбасой и сыром.

– Съешь немедленно, – приказала она и тут же отошла к другим.

Вскоре всех девушек снова позвали в зал.

Глава 3

Разговор в чулане

– После весьма нелегкого совещания мы приняли следующее решение… – Ружена скосила глаза на свои бумаги, нарочито затягивая паузу. – Вынуждена сообщить, что в этом году экзамен сдали всего три ученицы, – делано печальным голосом продолжила она через некоторое время.

Среди девушек пробежали встревоженные шепотки: как и Даша, все рассчитывали, что счастливиц будет пять.

– Кроме того, – не спеша продолжила венгерка, – трое поступят на льготных условиях в знаменитый Карпатский университет.

Девушки снова заволновались. Таня расслышала отдельные слова: «кукушка», «ярус», «обряд».

Венгерка подождала, пока они успокоятся, лениво повела плечом, притворно вздохнула и лишь после этого, сделав еще одну эффектную паузу, продолжила:

– Дарья Кошкина… Высшая оценка, хороший уровень. Особая рекомендация Колдовского Европейского Совета в моем лице на прохождение Обряда Тайных Сил. И в связи с этим Дарье выдается обязательное направление в Карпатский университет.

Таня видела, как побледнела наставница, – у старухи Олеши забирали лучшую ученицу. И как засияло Дашино лицо – вот уж кому надоели горная сырость, недоедание и рубка дров. Интересно, что это за Карпатский университет такой? Честно говоря, сама Таня раньше не слышала про это учебное заведение, хотя интересовалась самыми разными вузами.

Даша прошла к столу, получила ворох бумаг, осторожно пожала протянутую венгеркой руку и даже улучила момент – скосила глаза на Татьяну, ободряюще подмигнув ей. Потом подняла глаза к потолку и глубоко, словно освобождаясь от невидимых пут, вздохнула.

Внезапно Таня почувствовала на себе обжигающий взгляд старой ведьмы: Олеша будто приценивалась к ней, в подслеповатых глазах застыло задумчивое выражение. Уж не примеряет ли она ее на освободившееся место старшей ученицы? Таня испугалась: конечно, наставница давно поглядывала на браслет, все цокала языком, приговаривая, что вещь нерядовая, диковинная. Ох, если бы не оберег, защищающий от чужого злонамеренного колдовства… Который, кстати, сейчас-то лежал на столе у ведьмы Ружены. Таня поежилась и напряженно оглядела других членов комиссии: равнодушные лица, Вордак вообще не участвует в «подведении итогов» – пролистывает какие-то бумаги.

– Александра Весенкова… – Венгерская ведьма наконец-то сообщила имя второй счастливицы. – Неплохой уровень, хорошие показатели. Разрешаем выбрать дальнейшую специализацию на свое усмотрение. Направление в Карпатский университет.

Татьяна не удержалась и фыркнула: она недолюбливала эту девушку: Весенкова постоянно насмехалась над ее «простой» родословной. А еще благодаря мощному телосложению умела отлично драться: в поединках с ней всем крепко доставалось, а Татьяне – особенно.

Осталось услышать имя третьей счастливицы. Таня видела, как напряглись лица оставшихся девушек и сжались в кулаки их ослабевшие от волнения руки. Сама она еле стояла на ногах, ее даже тошнить начало от переживания.

«Ну пожалуйста, пусть это буду я…» – думала каждая из них.

– Ирина Лисцова, – торжественно объявила Ружена. – Хороший уровень. Особая рекомендация к Обряду Тайных Сил.

Танино сердце ухнуло куда-то вниз, в пятки. Но, собственно, чего она ждала от Вордака? Вот и подтвердилось ее соображение насчет «добровольного» затворничества в горах. Сама виновата, что согласилась пройти ведьминское обучение… Как же глупо она попалась! Послушно подписала этот договор… Решила, что ей действительно доверят нечто интересное, начнется новая, увлекательная жизнь! И вот – ее ждет еще один долгий год в горах…

Тем временем Лисцова гордо прошла к столу, получила бумаги, пожала руку Ружене. Она была очень красивой девушкой: стройная, длинноволосая и кареглазая. Да и происходила из семьи с очень хорошей родословной. Поэтому никто не удивился, что Лисцова сдала экзамен после первого же года учебы в горах.

Татьяна видела, как Ира незаметно улыбнулась Лешке и тот – вот же! – улыбнулся в ответ.

Венгерская ведьма произнесла короткую заключительную речь, пожелала Даше, Ире и Алексе успехов в учебе, после чего величественным кивком разрешила удалиться остальным.

Татьяна поплелась к выходу чуть ли не последней, не замечая ничего вокруг.

Она твердо решила убежать. Как только все усядутся на свои сундуки, чтобы дружной стайкой возвратиться в горы, она резко свернет в город, к уютно светящимся девятиэтажкам и огонькам машин, ползущим по вечерним улицам… К цивилизации! Только бы ей удалось убежать… Но если нет – о, тогда ее ожидает страшное наказание. Перед тем как Таня попала в лапы к старой Олеше, был случай: сбежала одна из учениц. Беглянку вернули, но старая ведьма настолько взбесилась, что не рассчитала сил – замучила девчонку насмерть. Поэтому страшно даже представить, что ожидает Татьяну, если она попадется… Но еще один год в горах она просто не выдержит!

И вот, пока девушка обдумывала план побега, ее окликнули. И не кто-нибудь, а сам Мстислав Вордак.

– Госпожа Окрайчик, подойдите, пожалуйста, сюда.

Ну конечно, она же забыла свой оберег. Какая непростительная неосторожность!

Еле передвигая ноги, она несмело приблизилась к столу комиссии.

Вордак терпеливо ожидал, когда же она наконец подойдет. Казалось, за эти три года он вообще не изменился. Такой же колючий оценивающий взгляд, поверхностный и равнодушный, смотрящий вскользь, прямой тонкий нос, плотно сжатые губы.

«А губы наверняка мягкие и нежные», – вдруг подумалось Тане. Поэтому он сжимает их в тонкую линию, словно опасается показать свою слабость, хоть какую-то, хоть единственную.

Вордак продолжал смотреть на нее, и у Тани от страшной догадки озноб пробежал по спине: наверняка он прочел ее мысли!

Как бы в подтверждение, колдун снисходительно улыбнулся.

Стараясь скрыть смятение, девушка быстро протянула руку к своему оберегу, как вдруг на ее запястье легла изящная, но весьма сильная ладонь – просто-таки припечатала к столу.

– Не спешите, дорогая.

А ведь Таня, увлекшись разглядыванием своего бывшего начальника, упустила из виду, что рядом с ним находится Ружена, венгерская ведьма-экзаменаторша. Остальные члены комиссии давно удалились через зеркала, и сейчас в зале не было никого, кроме них троих.

– Позвольте взглянуть на ваш браслетик, милая, – мягко произнесла госпожа Мильтова.

Татьяна послушно закатала рукав рубашки, не без ужаса заметив мимоходом, что лохматый край манжеты довольно грязен. Она перевела взгляд на тонкую батистовую манжету с кружевами, на алые наманикюренные ногти красавицы-венгерки и совсем опечалилась.

Между тем ведьма с большим интересом рассматривала Татьянин браслет.

– Довольно редкая вещица, старинная. Как жаль, что… – Она не договорила, лишь цокнула языком с видимым сожалением.

Таня вся вскинулась от обиды. Ну вот, начинается! Опять она недостойна прабабкиного украшения. Нет, сегодня она точно убежит. И издеваться над собой больше не позволит.

– Позвольте мне забрать мой оберег, – сухо попросила девушка, стараясь скрыть мысли за водопадом.

– Боитесь, что отнимут? – Кажется, ведьме очень хотелось поиздеваться над девушкой. – Правильно делаете.

– Ну не вам же отнимать, – вдруг зло бросила Таня. – У вас же и свой неплохой есть.

Она успела заметить красивые рубиновые капли на плече Ружены, просвечивающие сквозь тонкую ткань батиста, – два ряда сверкающих алых огоньков.

Ведьма неожиданно резко отдернула руку:

– Ты что, видишь мой браслет?

Татьяна только рот открыла. Она поразилась, как изменился голос ведьмы. Злой, свистящий шепот, словно ветер с песком, – это после мягкого бархатного тона.

– Да, вижу, – победно произнесла она. – Насколько позволяет разглядеть ткань вашей блузки, это золотой браслет с рубинами.

Мильтова инстинктивно заслонила пальцами свое магическое украшение, но тут же, устыдившись пугливого жеста, отдернула руку. Таню же поразило другое: в тот момент, когда венгерка прикрыла свой браслет, она продолжала видеть кровавые, мрачно светящиеся камни даже сквозь ее пальцы!

– Вот об этом я тебе и говорил, – неожиданно произнес Вордак. – Эта девушка весьма непроста, хоть и производит обратное впечатление. – Уголок его рта насмешливо дернулся. – Присмотрись к ней… И позволь ей пройти свой Обряд… – Вордак взглянул на венгерку чуть прищуренно: щеки Ружены вспыхнули румянцем, но все же она ответила своему любовнику таким пламенным взором, что покраснеть пришлось Татьяне. У девушки было такое чувство, что она только что заглянула к ним в спальню.

– Если не считать браслета, у этой девчушки довольно слабенькие показатели, – венгерка не отрывала магнетического взгляда от Вордака. – Посмотри: наставница пишет в рекомендациях, что во время учебы эта ученица особо не блистала успехами. Ни в рунах, ни в боях, ни в превращении… Ах, ну да, все же есть странный факт – эта ящерица, хм…

– Забавно, да? – Вордак взял красавицу-венгерку за руку и чуть сжал ее. – Ты же училась у Марьяны… – вдруг прошептал он так тихо, что Таня еле расслышала, – и догадываешься, что это может означать… Давай сделаем для девчонки исключение?

У Тани глаза на лоб полезли: у какой такой Марьяны? Уж не на прабабку ли намекает Вордак? Так ведь она жила в глухом карпатском селе, а Ружена эта приехала из Венгрии и, если судить по ухоженной внешности, наверняка обитает в большом городе – дама явно привыкла быть на виду…

– А если испытание убьет эту дурочку? – между тем довольно игриво спросила венгерка, полностью игнорируя Танино присутствие. – Кто будет отвечать?

– Тебя пугает такая мелочь, как ответственность? Мне казалось, ты любишь рисковать. – Неожиданно Вордак широко улыбнулся и стал поразительно похож на своего сына – такое же озорное выражение лица.

– Обряд Тайных Сил не для слабых, ты это прекрасно знаешь. – Произнося это, Ружена ласково погладила кончики его пальцев. – Я соглашусь, если всю ответственность возьмешь ты.

– Хорошо, – тут же ответил Вордак, – только не убей ее сознательно.

– Не могу обещать, – игриво ответила ведьма и кокетливо закусила губу. – Сам знаешь, при совершении Обряда все может быть…

У Тани возникло чувство, что о ней просто забыли. Никто не спрашивал, хочет ли она проходить этот странный Обряд и уж тем более присутствовать при флирте двух влюбленных.

– Я не уверена, что хочу проходить этот… – начала она и осеклась: экзаменаторы, увлеченные друг другом, явно не слышали, что она им говорит.

Не отрывая взгляда от черных глаз Вордака, венгерка пододвинула ошарашенной девушке кусок картона, дорожный клубок серых ниток, тугой свиток бумаги с огромной красной печатью и наконец-то – оберег в виде серебряной косички. Не успела Татьяна сгрести в кучу все это богатство, как госпожа Мильтова слилась с Вордаком в страстном поцелуе.

У девушки глаза полезли на лоб. Ну конечно, стоит ли обращать внимание на простую ученицу? Но какая-то совесть должна быть, в самом-то деле?!

Поцелуй приобрел новые, горячие оттенки, поэтому Таня попятилась и, развернувшись перед самой дверью, быстро выбежала в коридор. Там ей стало немного легче, но чувствовала она себя настолько скверно, словно подверглась очень жестокому унижению.

Татьяна не видела, что как только за ней закрылась дверь, Вордак резко отстранился. Венгерка надула губки и поправила сползший ворот блузки, вновь прикрывая оголившееся во время поцелуя плечо.

– Так это был спектакль? – Она обиженно прищурилась.

– Почти.

– Девчонка ревновала тебя, – холодно произнесла Ружена. – Я почувствовала это, едва взглянула на нее… Признайся, ты хотел спровоцировать эту простушку? А может, ты увлекся? Увлекся настолько, чтобы…

– Я хотел спровоцировать тебя. – Вордак ухмыльнулся. – Когда ты злишься, то становишься особенно прекрасной.

– Неправда, ты никогда не поступал так раньше. – Ведьма вновь подозрительно прищурилась. – Не целовал меня при других… Признайся, что за игру ты затеял?

– Не выдумывай, прошу тебя. – Вордак устало отмахнулся. – Не скрою, мне весьма интересно узнать, что выявит ваш Обряд Тайных Сил… Но вряд ли стоит ожидать от госпожи Окрайчик особенных результатов. Да, у девчонки есть некоторые способности, но главное все то же – это Марьянин браслет… Ты же знаешь, какой тайной владела старая карга… Ты, ее любимая ученица.

– Марьяна не доверила бы простой и глупой дальней родственнице то, что не поведала даже мне! – Ведьма зло хмыкнула. – Чтобы какой-то неумехе…

– Однако браслет ей все же подарила.

– Так почему Марьяна не взяла ее на обучение с самого детства? – Ружена разозлилась не на шутку. – Если она хотела посвятить ее в свою тайну, то ввела бы в Несамовитый ковен с самого рождения. Марьяна никогда не гнушалась кражей одаренных силой младенцев… Когда‑то и я попала к ней именно таким образом… И наша Кристиночка…

– Девчонка превращается в ящерицу, – напомнил Вордак.

– Ну и что? Простое совпадение!

– Я не верю в случайности.

– Ну что же, тогда я докажу тебе, что случайности все-таки бывают. – Венгерка приобрела равнодушный вид. – Она не пройдет Обряд, только и всего. Возможно, покалечится. А виноват будешь ты… Да, и послушай, – вдруг с жаром добавила она, – а не думаешь ли ты, что Марьяна специально подставила свою неопытную родственницу-простушку? Мол, пускай браслет достанется тому, кто сможет окрутить девчонку, выманить фамильный подарочек, а? Марьяна любила пошутить. Я до сих пор холодею от страха, вспоминая некоторые ее шалости… Девчонка наверняка не знает, какой стервой была ее прабабка.

– Думаю, что нет. – Вордак порывисто обнял свою любовницу и подчеркнуто нежно поцеловал в батистовое плечо. – Если честно, она вообще ничего не знает.

– Легкая добыча? – снисходительно улыбнулась венгерка. – Ага, так вот в чем твой интерес? Но послушай, зачем же ты сам защитил ее от себя – дал оберег? И довольно сильный.

– На это были причины… Кроме того, на браслет могут положить глаз и другие. Что касается легкой добычи… Хм-хм, как раз и узнаем.

– Ты хитрый и расчетливый тип, Мстислав. – Казалось, Ружена успокоилась совершенно. – Любишь губить невинные души.

– И не невинные тоже. – Вордак вновь наклонился к соблазнительному плечу и, покрывая его осторожными поцелуями, бросил: – Завершай свои учебные дела и приходи ко мне… я буду ждать.

– Хорошо… я мигом.

Татьяна быстро бежала по коридору, стремясь охладить пылающие щеки.

Какой ужас! Бесстыжий поцелуй, казалось, навсегда проник в ее память. Девушке хотелось на воздух, вдохнуть аромат ночной свежести, забыть неприятную сцену… Но хуже всего было понимание, что этот Вордак странно волновал ее душу… Девушка со страхом призналась себе, что приревновала отца Лешки к венгерской красавице.

Неожиданно дорогу преградила огромная тень: кто-то сильно и быстро прижал Татьяну к стене и, схватив за горло, крепко зажал ей рот рукой.

– Надо поговорить, дорогая ведьмочка.

Татьяна с ужасом узнала голос Олеши. Не успела она испугаться еще больше, как старая ведьма одним усилием взвалила ее на плечо, словно связку прутьев, толкнула какую-то боковую дверцу и протиснулась в низкое помещение, похожее на чулан.

Здесь пахло пылью, старым воском и березовыми вениками.

– Кричать не будешь? Поговорить надо.

Девушка отрицательно покачала головой. Поняв, что ведьма не собирается ее убивать, она успокоилась. И даже была заинтригована.

Хватка тут же ослабла.

– Боюсь, что услышат нас, и тогда мне несдобровать. – Глаза ведьмы приблизились, и Татьяна с ужасом разглядела в их зрачках яркие алые огоньки. – Охотятся за тобой… А ты так беспечна. – Старуха зло сплюнула себе под ноги.

– Кто охотится? – осторожно спросила Таня, стараясь отодвинуться от наставницы – та явно собиралась сплюнуть еще раз.

– А я почем знаю. – Ведьма скинула капюшон плаща, так напугавшего Татьяну в коридоре. – Только след на тебе есть… И сильный.

– Да кому это надо-то?! – Таня с отчаянием тряхнула головой, словно хотела сбросить этот невидимый «след».

– У браслетика спроси. – В темноте блеснули жуткие белые зубы Олеши. – Вдруг расскажет?

Не сводя глаз с ухмыляющегося лица старой ведьмы, Таня коснулась пальцами прохладного серебристого металла.

«Есть ли след на мне?»

«Оберег надень», – пришел быстрый ответ.

Не мешкая Татьяна разжала левый кулак и тут же надела серебряную цепочку‑косичку на шею.

– Ишь ты, – хрипло произнесла старая ведьма, – значит, все-таки подсказывает.

Девушке стало жутковато: как она раньше не догадалась, ведь без оберега Олеша могла попытаться отнять…

– Правильно ты за браслет переживаешь, – неожиданно сказала ведьма, будто прочитав ее мысли. – Правда, в нем заинтересованы столь высочайшие личности, что шушере вроде меня опасно и пытаться… – Она рассмеялась хриплым каркающим смехом, испугав девушку еще больше. – Прикончили бы старуху, а я жить хочу. Даром что мне третья сотня пошла.

– Какая?!

– А ты думала, – усмехнулась ведьма. – Признаюсь, твой браслет – лакомый кусочек… Сила в нем есть немалая. А еще темная метка стоит – значит, тайна имеется. И тайна нерядовая, большой секрет. Так что готовься к великим приключениям, девочка.

Татьяна чуть не взвыла: только тайны большой ей не хватало!

– И вот какое дело – скоро в нашем краю главу нового выбирать будут, – продолжила ведьма. – Силой, значит, мериться. Аккурат в первую майскую ночь… И тот, кто прислал тебя ко мне и велел за тобой присматривать, самый что ни на есть претендент на трон колдовской, на карпатский.

– Вордак?! – Сердце у Тани замерло. Вспомнила массивный золотой пояс на леопардовой шкуре. И то, что, завладев ее браслетом, отец Лешки запросто может сравниться по силе с самим нынешним главой.

– Обряд Тайных Сил не спеши проходить. – Олеша наклонилась к ней близко-близко. – Способности у тебя есть, да… пусть и не проявленные толком. Но знай, что Обряд этот всю твою душу наизнанку вывернет, а Вордак знать будет, чем тебя взять… И почему браслет тебя для своей тайны выбрал, ясно? Не спеши Обряд проходить…

– А зачем ему знать, чем меня взять? – Таня старалась говорить спокойно, будто бы слова ведьмы совсем ее не испугали. – Он же и так мог забрать у меня…

– Не забрал бы, – охотно пояснила Олеша. – Выманенный хитростью браслет может отомстить за своего прошлого хозяина. Вот поэтому Вордак хочет узнать, почему браслет тебе подчиняется. Уж поверь, он постарается это выведать… Да еще с такой помощницей, как госпожа Мильтова, ой-ей…

– А зачем вы мне это все рассказываете, а?

– Предупредить хочу. – Красные глаза сузились. – Тебя приняли в Кукушку, да. Но не расслабляйся, ведьмочка.

– Куда‑куда приняли? – У Тани появилась мысль, что старая ведьма просто обезумела.

– Кукушка – это Карпатский университет интеллектуального волшебства, «КУИВ» или «КУ» сокращенно. Школа для цивиллов… В Карпатах, видишь ли, много волшебства схоронено, полно силы в горах нерастраченной, престижно здесь волшебству обучаться. Но своих редко на учебу берут, лишь самых лучших, – менталитет у нас такой, вроде как многое для иностранцев.

Таня решила не спорить со старой ведьмой. Но на всякий случай уточнила:

– Про поступление в эту «Кукушку» мне никто ничего не говорил.

– Скажут, – отмахнулась Олеша. – И вот тебе мой совет: откажись. Лучше тебе у меня еще попрятаться.

Против воли девушка хмыкнула.

Отказаться, чтобы опять в горы вернуться?! Ну уж нет.

– Почему вы решили, что я поверю вам? – встрепенулась она. – Кто знает, может, вы тем самым Вордаком и подосланы? Чтобы напугать меня еще больше?

Олеша не сразу ответила.

– Когда-то в далекие времена, – медленно начала она, – похожий браслет был и у меня… Только обманули по молодости да наивности, выжали и использовали, а после выбросили, как ненужную тряпку. А я ведь такие надежды подавала, лучшие из лучших были у моих ног… Но влюбилась по глупости и доверилась сверх меры… Отдала ему браслетик свой. А он, бывший возлюбленный мой, не оставил меня – школой в горах дал заведовать… Приходил ко мне на первых порах для жарких ночей, для разговоров задушевных…

Голос старой ведьмы перешел на еле слышный шепот, будто она уходила все глубже в воспоминания, все более и более отдаляясь от реального мира. Таня глянула в красные глаза старухи, и вдруг стало ей неимоверно жалко наставницу – когда-то всеми покинутую, брошенную любимым женщину, вынужденную прозябать в диких горах.

– Только разве такой жизни хотела я? – очнувшись, продолжила старая ведьма. – Нет. И тебе не советую сдаваться. Поэтому – откажись. Замучают тебя, и отдашь украшение свое… А тому, с кем сегодня утром в лесу тайно встречалась, не доверяй. Он тебе следящую петлю на шею накинул, ведь свеженькая. Ну пойду я. Счастья тебе и удачи, ведьмочка. Береги себя… Да, а разговор наш я заблокирую. Чтобы никто, даже опытный колдун, не смог прочитать его в твоей ленточке… А ты больше над защитным водопадом работай – вон, еле шумит…

Сказав это, ведьма махнула рукой и, сгорбившись, вышла, тихо прикрыв за собой дверь.

Татьяна осталась в чулане. Так и просидела некоторое время, ни разу не шелохнувшись.

В мозгу билось, словно раненая птица, одно имя: Лешка. Кроме него, некому… Вот и доверяй этим Вордакам – что старшему, что младшему.

Спустившись по лестнице, Татьяна вышла во двор через открытые услужливым дворецким-призраком двери.

В саду было тихо и спокойно, над орхидеями витал резкий и сладостный пахучий аромат.

Возле мерно журчащего фонтана со статуей красивой девушки из розового камня стояли все сдавшие экзамен ученицы: Ира, Алекса, Даша. А с ними, кажется, Тоня… Даша увидела подругу и тотчас помахала ей рукой:

– Таня! Иди же к нам! – Она вся светилась от счастья. – Я же говорила, сегодня удачная ночь!

Татьяна едва пожала плечами. Она так совершенно не считала.

– Ты скажи, на какой тебя ярус определили? – не отставала Дашка. – Второй или третий?

– Ты про что? – не поняла та.

Алекса не сдержалась и презрительно хмыкнула. Ира почему-то хихикнула, а Тоня только вздохнула.

– Ты же направление получила? – поинтересовалась Даша. – О зачислении на факультет в Кукушку… Признавайся, мы все знаем. Олеша с остальными только что отбыла… Я тебя среди них не увидела и поняла, что ты тоже остаешься с нами!

Она не сдержала чувств и кинулась Татьяне на шею.

Стараясь вырваться из ее объятий, Татьяна вспомнила, что венгерка, целуясь с Вордаком, всучила ей картонку и свиток бумаги с красной печатью.

Она достала свиток, сломала печать и прочла вслух под услужливо вспыхнувшим в Дашиной ладони огоньком:

– «Приказ о зачислении Татьяны Окрайчик в Карпатский университет интеллектуального волшебства с целью получения высшего колдовского образования. Третий ярус (особо рекомендовать к ОТС). Заведующая приемной комиссией, госпожа Ружена Мильтова». Ну и ну, – протянула Татьяна, тут же вспомнив слова Олеши. – А что такое ОТС?

– Обряд Тайных Сил, – процедила Весенкова. – Только вряд ли ты пройдешь это испытание даже со своим браслетом.

Татьяна одарила Алексу ледяным взглядом, но решила не связываться. Сейчас у нее и без Весенковой проблем хватало.

– Помолчала бы ты, Алекса, – вступилась за подругу Даша. – Ты злишься, потому что тебе такой рекомендации не назначили… И ярус ты хотела повыше.

– Я злюсь? – Весенкова чуть ли не подскочила на месте. – Да ясно, что эту простушку взяли только из-за ее браслета! Так что Обряд ее браслетик будет проходить, а не она сама.

– Главное, что нас вообще приняли, – подала вдруг голос Лисцова. – Даже Тоню, хотя она экзамен не сдала.

– Потому что наша Тоня богатенькая девочка, правда? – чуть ли не пропела Алекса. – Вряд ли ее родители захотели бы еще один год держать дочурку в горах.

– Да, мама с папой наверняка заплатили, – вздохнула простодушная Тоня. – Я знаю, я почти бездарная.

– Просто глупая ты, – не унималась Алекса, – вот и все дела. Так и будешь учиться на третьем ярусе… Как и все вы, – она посмотрела на Таню. – Я же перейду на пятый еще в первом семестре!

– Тебе придется хорошо потрудиться, чтобы на пятый ярус подняться, – произнесла Дашка, – комплекция тяжеловата.

– На себя посмотри!

Алекса зашипела и схватилась за браслет. Даша тоже коснулась своего браслета и встала в оборонительную стойку.

К счастью, их ссоре помешали: из дома выпорхнула легкая тень Ружены Мильтовой.

– Поздравляю, девочки. – Ведьма пребывала в отличном настроении. – Удачи на занятиях.

Все, кроме Татьяны, низко склонили в поклоне головы.

– Надеюсь, вы понимаете, какой чести удостоились, – продолжила венгерка. – Да, кстати, в следующем месяце я буду у вас проводить лекции по психологии магического влияния… Так что вскоре встретимся. А сейчас, прошу извинить, у меня много неотложных дел. – И венгерка таинственно улыбнулась.

– А нам теперь куда? – решилась задать вопрос Таня.

Госпожа Мильтова мгновенно к ней обернулась: на ее губах заиграла надменная улыбка.

– Как – куда? – насмешливо произнесла она. – Домой… Отмоетесь, причешетесь наконец – некоторым совсем не помешает.

Венгерка хлопнула в ладоши. Послышалось громыхание, дверь распахнулась, и во двор выскочили все пять сундуков девчонок. После этого госпожа Мильтова помахала им рукой и растворилась в дымке легкого серебристого облака.

Татьяна подумала, что следует непременно этому научиться – выглядит очень эффектно.

Алекса одним махом опорожнила свой флакон с вином, вскочила на сундук и, не прощаясь, взмыла в небеса. За ней в полнейшем молчании последовали Ира с Тоней.

– Вот и кончилась наша дружба с Алексой, – вздохнула Дашка, растерянно глядя им вслед. – А я-то еще помогала этой гадине…

– Из‑за меня так вышло, – расстроилась и Таня.

– Да пошли они все, – махнула рукой подруга и вдруг спросила: – Ну что, идем ночлег искать? Пока можно устроиться на какой-нибудь крыше, а в институте общежитие дадут. В крайнем случае можно и в лесу переночевать.

Таня, уже запрыгнувшая на сундук, изумилась:

– У тебя что, дома нет?

– А у тебя есть? – Дашка тут же смутилась. – Ой, извини…

– Поживешь у меня, – обрадовалась Татьяна. Почему-то ей было страшно возвращаться одной в свою старую квартиру.

– А твои родители не заругаются?

– У меня собственная квартира, – мигом утешила та. – А родители живут далеко.

Глава 4

Разрыв

Ключ от квартиры по-прежнему лежал в сундуке, в холщовом мешочке, куда его положила перед «учебой» Татьяна. Кто знал, что хозяйка вернется в квартиру только через три года!

Гостиная не изменилась: все тот же диван и телевизор, коллекция слоников в шкафу, старинный телефон. В квартире пахло пылью и запустением, словно бы и не родной дом. Поэтому, пока Даша счастливо нежилась в душе, Татьяна немного прибралась. Как же было приятно вернуться домой! Даша наконец-то освободила ванную и решительно прошла на кухню, сообщив, что сейчас сварганит что-нибудь съестное.

Помывшись и расчесав свои длинные, сильно отросшие золотистые волосы, Татьяна запахнулась в халат, глянула на себя в зеркало – на свое бледное, худое, но довольное лицо, и поняла, что совершенно счастлива. Она втянула носом идущий из кухни запах яичницы и усмехнулась: все больше бледнели в памяти горы и полные недосыпа ночи в горах, и даже казалось, что никакого колдовства вообще не было…

Браслет потеплел, напоминая о себе, и Таня вернулась в действительность, словно крепкий подзатыльник получила. Не стоило сокрушаться, ведь колдовской мир еще раскроет перед ней свои тайны. Главное – суметь сохранить прабабкин браслет. Вот она немножко подучится, и все будет хорошо. Стоило подумать о самых неотложных вещах… Например о том, где же достать денег?

Да и, судя по всему, Дашина яичница пригорала.

– Слушай, отвыкла я от газовой плиты, – извиняясь, произнесла подруга, как только Татьяна вбежала в кухню. – А мне так хотелось самой яичницу приготовить, вот я и решила десяток яиц приманить.

– Давай-ка я что-нибудь приманить попробую, – вздохнула хозяйка и быстро коснулась браслета.

– «Грибной суп!»

Не успела Таня представить себе эту роскошь, как прямо ей на колени бахнулся настенный календарь, раскрытый на картинке с отличным фото: большой черный котелок на треноге, из-под крышки которого выбивался пар.

Да-а, удружил браслет, ничего не скажешь!

– Хех, – разочарованно протянула Дашка. – Красиво, конечно.

– Пора научиться сосредотачиваться, – произнес знакомый голос. – И больше чувств вкладывай в заклинание, ощущений, а то придется нам всем жевать картон.

В проеме окна показалась голова младшего Вордака.

Татьяна не ответила. Она обрадовалась ему и в то же время, вспомнив слова старой Олеши о следе, разгневалась.

– Вот это да! – Как ни в чем не бывало, парень привычно устроился на подоконнике. – Две девчонки на кухне и толком ничего приготовить не могут.

Через мгновение на столе появились две тарелки ароматного грибного супа, большое блюдо с жареной курицей, густо обложенной печеной картошкой и маринованными огурцами, кетчуп, майонез и даже горчица.

– Вот это высший класс! – восхитилась Даша и даже руками всплеснула от восхищения.

– Ну и что ты здесь делаешь? – Как Таня ни старалась, ей не удалось скрыть неприязнь в голосе.

– Да просто зашел проведать. Да вы ешьте, после поговорим. – Лешка обезоруживающе улыбнулся.

Во время еды все они молчали. Дашка кидала на парня любопытные взгляды, но ничего не спрашивала. Таня ела медленно, опустив глаза, но вдруг не выдержала и остро глянула на парня. На секунду его черные глаза оказались очень близко:

– Ты что, не рада меня видеть?

– Не выдумывай. – Девушка вымученно усмехнулась, изо всех сил работая над защитным водопадом.

– Не утруждайся, – ровным голосом произнес Лешка. – Я не собирался читать твои мысли… Может, познакомишь с подругой?

– Это Даша… Кошкина.

– Очень приятно, – кивнул тот. – Алексей Вордак.

– Кто же не знает семью Вордаков, – усмехнулась та. – Говорят, твой отец может стать следующим президентом.

Татьяна нахмурилась.

«Ты чего злишься? – словно легкий ветерок, пронесся у нее в голове голос Лешки. – Давай отвечай, только мысленно».

От неожиданности Таня закашлялась, подавившись картошкой. Лешка услужливо хлопнул по спине. Хорошо так приложил.

– А ты где учишься? – спросила Даша, поплотнее заворачиваясь в Танин синий халат. Ее круглое лицо раскраснелось от сытной еды, она выглядела разомлевшей и сонной.

– В Кукушке, где ж еще, – улыбнулся ей парень, – на пятом ярусе… Насколько я знаю, всех вас определили на третий – для начала совсем неплохо.

– А сколько там всего ярусов? – спросила Татьяна, невольно прислушиваясь, не появится ли снова в ее мыслях Лешкин голос.

– Пять и есть, – ответила за парня подруга. – Считай, первые два года мы у Олеши прошли, общий курс… а теперь в университете пройдем еще три. Эх, до сих пор не верится! Старая карга осталась далеко в горах, и мы ее больше никогда не увидим.

Лешкина улыбка быстро угасла, будто он почувствовал резкую головную боль. Таня сразу насторожилась.

– Дарья, а почему ты никогда не рассказывала мне о Кукушке? – спросила она, не переставая следить за парнем.

– Откуда же я знала, что тебе про нее ничего не известно? – изумилась та. – Конечно, ты еще недавно совсем не знала о колдовстве, и все же это ведь Карпатский университет! Про него все знают… Это лучшее учебное заведение интеллектуального волшебства в мире.

– Наверное, тяжело там будет учиться?

– Конечно, тяжело! – Даша не скрывала восторга. – Зато как здорово! Все студенты учатся вместе, но получают задания разной сложности, да, Алексей?

Парень, улыбаясь, кивнул:

– Если будете хорошо учиться, быстро дойдете до пятого… Там и задания поинтереснее, и особые привилегии имеются. Например, за проживание пятиярусников сам университет платит. А вот тем, кто на нижних находится, придется общежитие подыскивать.

– Мы будем жить у меня, – решительно заявила Таня.

– Ой, ну если ты не против! – Дашины щеки вмиг порозовели.

– Нам вместе веселее будет!

– Вот за этим не станет, – заверила подруга.

– Да вы и так быстро на пятый перейдете, – заверил девчонок Лешка. – Будете жить в университете. Там условия получше, чем в этой квартирке. – Он обвел кухню насмешливым взглядом.

– Скорее бы! – не дав Татьяне огрызнуться, мечтательно воскликнула Даша. – Вот бы мне сразу на пятом оказаться… Но придется учиться.

– Так ты сразу с пятого начал? – холодно осведомилась Таня. – Папочка пристроил, наверное?

– Мне кажется, я уже говорил тебе, что три года в горах учился, – снисходительно отозвался тот. – Еще до нашего с тобой знакомства. А вот сейчас пятый ярус для меня низковат… Скоро выше пойду, в академию.

Хм, академик. Не сдержавшись, Таня фыркнула. Как-то не вязался у нее образ вечно насмешливого парня с академической солидностью.

– Не уверен, что хочу рассказывать тебе про КАР, – ухмыльнулся парень. – Тебе бы университет закончить.

Но Даша решила поддержать подругу:

– Если нашей Тане подучиться по-настоящему, то она сможет соперничать силой с самыми лучшими колдунами!

Лешкина ухмылка Тане абсолютно не понравилась.

– Если браслет у меня останется, – процедила она.

Парень промолчал, только взглянул на нее повнимательнее.

«Ну что, – вновь послышался его голос в мыслях у Татьяны, – ты уже не будешь едой давиться? Привыкла к связи?»

У девушки перед глазами проплыла красноватая дымка.

«А как это вообще работает?»

«Просто».

Опять дымка, только теперь желто-черная, полосами.

«Что это за цвета такие перед глазами?»

«Помехи, не обращай внимания».

«Так ты меня слышишь?»

«Еще как! Только губами не двигай, иначе твоя подруга решит, что ты с ума сошла».

Но Даша пустилась в мечтания о будущей учебе и ничего не замечала.

«Это режим «Неслышимый». Потом я тебе подскажу правильное заклинание на трехстрочье… Так со всем миром колдовским можно разговаривать…»

«Мне твоей помощи не надо, спасибо».

«Слушай, ты чего такая злая? Дергаешься постоянно, закидала меня синими искрами… На что дуешься?»

«Есть причина!»

«Говори или полезу в твою мыслечувствующую ленту…»

«Я тебе полезу, не смей!»

– В интернате никто не верил, что я когда-нибудь поступлю в Кукушку… – разглагольствовала Дашка, попивая зелено-желтый сок, вновь доставленный парнем неизвестно откуда. – Но вот послезавтра моя мечта исполнится… Как будто и не было этих семи лет у Олеши…

«Ну и?»

«Что – ну и?»

«На что злишься?»

«Ты меня предал».

«То есть?!»

– Чего желаете на десерт, леди? – холодно осведомился вслух Лешка.

Даша, не сдержавшись, хмыкнула.

– Шоколадку желаем, – вальяжно ответила она. – Или две.

– Может, вина? – предложил Лешка.

– Нет! – тут же запротестовала Таня.

– Да! – произнесла Дашка одновременно с ней.

Девушки посмотрели друг на друга.

– Ну пожалуйста! – взмолилась Даша. – Я сто лет не пробовала вина!

– Ну ладно, – пожала плечами Татьяна. – Если тебе хочется…

«Что ты имела в виду? – вновь раздался Лешкин голос. Парень явно сердился. – Быстро говори!»

«Я знаю про след».

– Красного или белого?

– Старинного церковного, – не удержалась Таня, – с юга Франции. Там еще буковки золотые на этикетке.

– Хороший выбор, – насмешливо произнес Лешка и сложил брови домиком. – Любимое вино моего отца… Пьется легко, действует нежно… Тогда погодите немножко, его не так просто достать.

«Откуда знаешь про след?»

«Сорока на хвосте принесла».

«Твоя сорока уже наказана».

«Как это?!»

«А вот так, – обозлился Лешкин голос, а перед ее глазами протянулась синяя дымка, – нечего было с кем попало шастать по лесам».

«С кем это?!»

«Кроме того, отец уже знает, что ты разговаривала с Олешей».

На столе появилась темная, пузатая и пыльная бутылка с красивой этикеткой, украшенной золотой вязью.

– Вот это да! – восхитилась Дашка. – Что за редкость? Откуда?

– Не могу сказать. – Лешка даже глазом не моргнул. – Но раньше оно точно стояло в подвале святой инквизиции.

– Ужас! – Дашка содрогнулась и отодвинулась от бутылки. Но вина в бокал налить позволила.

– Хорошо, – кивнул Лешка. – И печенек… Или сыр? О, с плесенью? Мой отец обожает такой… Леди, ты сыр любишь?

«Засунь ты этот сыр себе в… куда хочешь».

Лешка сердито нахмурился.

– Тань, ты чего все молчишь? – высказалась Даша, наблюдая, как помрачневший парень разливает вино по чистым хрустальным бокалам. – Спать хочешь?

– Да, я очень устала. – Девушка выразительно посмотрела на Лешку.

– Выпьем разок, и я ухожу, – равнодушно произнес тот. – За вашу успешную сдачу экзамена!

– И за новоселье! – поддержала Дашка.

– И за доверие! – не удержалась Таня.

– Отличный тост, – кивнул Лешка. – За доверие в самый раз выпить.

Он осушил бокал одним махом и бросил за плечо – тот исчез, не долетев до пола.

Дашка восхищенно цокнула языком и последовала его примеру: кинула бокал на пол. Но тот разбился о губительный кафель – лишь покатилась по полу обезглавленная ножка. Лешка не сдержал насмешливой улыбки:

– Ай-ай-ай.

– Раньше у меня получались подобные фокусы, – пролепетала Даша. – Но сейчас я ос-слабла. – И она растерянно захихикала.

– Ой, кажется, твоя подружка очень устала, – принимая озабоченный вид, произнес Лешка. – Я проведу ее в гостиную… на диван уложить, да?

Таня машинально кивнула.

– Из-звините меня… П-пойду-ка я отдыхать.

Парень ловко подхватил Дашу за плечо и талию, разместив руку чуть пониже, чем следовало, и повел в коридор.

Когда он вернулся, Татьяна мрачно оглядела его с головы до ног:

– Даша – твоя работа? Я тоже сейчас упаду?

– Ну ее, эту астральную связь, – серьезно произнес тот. – Ты не упадешь, потому что я на тебя морок не наводил… Ну что, поговорим начистоту?

Татьяна тут же вскинулась:

– Зачем ты на меня повесил след?

– Может, кофейку попьем для поднятия настроения?

– Не поможет.

Но парень не стал слушать, и через некоторое время Танин любимый напиток дымился в знакомых золотых чашечках.

– А ты вообще знаешь, что такое след, а? – Отпив глоток, Лешка не сдержал снисходительной ухмылки. – Это такое заклинание-ловушка, – продолжил он, видя, что Таня молчит и даже не смотрит на кофе. – На шею человеку накидывается магическая петля. На саму жертву она никак не действует, а вот сила браслета слабеет.

– Но я же смогла обороняться на экзамене? – не выдержав, изумилась девушка.

– Да, и это стало для всех нас большой неожиданностью, – подтвердил Лешка. – Отец специально приказал не давать тебе еды, чтобы посмотреть, как вся твоя энергия будет работать с петлей на шее. Как среагирует твой браслет. Вот почему тебя не перетруждали на рунах.

– Ясно.

– В общем, – продолжил Лешка, – твой браслет не только на петлю наплевал, а наоборот, его сила возросла, словно бы он увеличил сопротивление… Сначала мы думали, что это оберег так подействовал, но нет, он тут ни при чем.

– Кто это, мы да мы? – зло прищурилась Таня. – Твой отец с любовницей и ты? Классная семейка, ничего не скажешь.

– Вот и не говори, раз сказать, кроме ерунды, нечего, – ощерился Лешка. – Лучше подумай о том, что после экзамена оберег твой ослабел, надо новый просить.

– Ничего я просить не буду, – тут же огрызнулась Таня. – И плевать мне на всякие там петли.

– Очень зря. Потому что неизвестно, кто за этим стоит. – Лешка опять нахмурился. – Отец говорит, кто-то пытался сломать защиту оберега… Выходит, твой браслет оценивали, силу его проверяли. И наверняка поняли, что браслет только тебе послушен… Эх, вот мне бы такой! Да пошутил я… – Лешка широко улыбнулся, видя, как тут же вскинулась Таня. – Вот почему у меня к тебе вопрос: кого ты видела утром в лесу до того, как повстречалась со мной?

– Никого, – пожала плечами девушка. Она скосила глаза на золотую чашку и не удержалась – быстро взяла в руки и отпила глоток.

Парень подавил быструю улыбку.

– Против такого кофе трудно устоять. – Невольно расслабившись, Татьяна сделала еще один глоточек. – Так, значит, это не ты на меня петлю повесил? А чем докажешь?

– Болтал бы я с тобой о петле? – Тут же прищурился тот. – И почему-то я уверен, что про след тебе старая Олеша разболтала.

Татьяна не решилась противоречить:

– Допустим.

– О чем еще говорили? – равнодушно произнес Лешка.

– О Кукушке говорили, – резко произнесла Таня. – О том, что мне не следует доверять кому попало.

– И мне тоже?

Татьяна скосила взгляд, делая вид, что рассматривает грязную посуду в мойке. Конечно, ей бы очень хотелось доверять ему, но… Что-то здесь не складывается. Парень вдруг появляется в день экзамена, помогает отцу в проведении, а теперь – пришел и «обрабатывает» насчет разговора с Олешей. Что эти Вордаки опять затеяли? С другой стороны, разве Лешка не доказал ранее, что ему действительно можно верить?

– Так что, ты с кем-то разговаривала утром? – напомнил о себе Лешка. – Может, случилось что-то? Странное, необычное…

Вместо ответа Таня поднялась, прошла мимо Лешки в гостиную (Дашка спала на диване сном младенца) и вскоре вернулась с золотой монетой.

– Вот это я нашла сегодня утром… под пнем, после того, как превратилась в ящерицу. И, что удивительно, забрала у настоящей ящерицы… Можешь посмотреть, если хочешь.

Но парень монету брать не спешил.

– А ну, положи сюда, на стол.

Когда девушка разместила монету прямо меж двух золотых чашечек, Лешка придвинулся, чтобы получше разглядеть Танину находку.

Некоторое время он молчал, не отрывая глаз от монеты, будто хотел передвинуть ее взглядом.

– Прости, ну и сглупила же ты, – неожиданно зло произнес он.

– Что-о?!

– Тебя мама не учила гадости всякие на улице не подбирать? – Лешка выглядел очень рассерженным. – Еще и носила при себе целый день… Это же самая настоящая ловушка! Даже я не смогу ее обезвредить, тут нужен серьезный специалист вроде моего отца.

– Я хотела ее исследовать. – Татьяна немного струхнула. – А тут как закрутилось…

– Иногда я просто поражаюсь твоему простодушию. – Парень покачал головой. – Вот что значит вырасти среди людей, обделенных волшебным даром.

– Да уж, – мрачно произнесла девушка. – Не всем везет вырасти в точную копию папочки-эгоиста.

– Надеюсь, это был комплимент, – холодно произнес Лешка. – Мой отец – великий колдун… А вскоре, возможно, будет самым великим.

– Если наберет достаточно силы!

Некоторое время они молча обменивались угрюмыми взглядами.

– Короче, берешь монету в свои ручки и дуешь к нам в гости, – первым произнес Лешка.

– Никогда.

– Будешь и дальше ходить с петлей на шее?

– Я устала, – хмуро, но твердо произнесла Таня. – Если твой отец так хочет – пусть сам придет.

– Ты рехнулась? – фыркнул парень. – Чтобы будущий глава Братии пришел сам к какой-то начинающей ведьмочке? В эту квартиру два на два?! Никогда такого не будет.

– Будущий глава? Ну конечно, ведь твой отец давно уже метит в президенты!

– Да он самый первый кандидат! – вскинулся Лешка. – Основной! До выборов осталось всего ничего.

– И у него достаточно силы? – съехидничала Татьяна, понимая, что бьет по больному месту. Но ее уже понесло: – А если не успеет накопить до этих ваших выборов? Вот это будет провал.

– Накопит, не переживай, – процедил парень. – Есть у него идеи, откуда взять.

– Знаешь что, – не выдержала девушка. – Вали-ка ты из моего дома со своим отцом и его идеями! Браслет он мой никогда не получит – раз, и еще… я хочу разорвать этот чертов договор. Надоело мне. И плевать на последствия. Видеть вас больше не желаю. И тебе я больше не доверяю, ясно?

Некоторое время Лешка молча смотрел на нее.

– Так вот что тебе Олеша наболтала, – тихо сказал он. – Старая ведьма будет за это серьезно наказана.

– Ты опять мои мысли читаешь?! – разъярилась Татьяна. – Да как ты можешь!

– К счастью, еще не разучился, – сузил глаза Лешка. – Как только я наткнулся на секретную область в твоих мыслечувствах, то сразу понял, что это дело рук опытного колдуна… Кроме того, отец давно подозревал, что твоя бывшая наставница на другую сторону перебежала. Только вот к кому – неизвестно. Поэтому давай заворачивай монету в салфетку и едем к нам в гости.

– Не поеду.

– Никогда не похищал девушек, но придется, видать, – сказал Лешка без тени улыбки.

– Я сказала – не поеду! – Правая рука Татьяны давно лежала на браслете.

– Драться будем? – Младший Вордак не сдержал ехидной усмешки. – Ты хорошо подумала?

Она медленно встала. На самом деле девушка трезво оценивала свои силы и понимала, что с Лешкой, конечно, не совладает. Но зато она может убежать от него, превратившись в быструю маленькую ящерицу. В любом случае к старшему Вордаку она не поедет.

– Успокойся, – примирительно произнес Лешка. – Поговорим нормально.

– Уходи.

– Ты поедешь со мной, потому что иначе…

– Пошел вон, ясно?!

Парень вспыхнул от обиды – по его шее пошли розовые пятна, совсем как у отца.

– Так вот ты как, – зло процедил он. – Значит, новых покровителей завела? Наверное, Олеша тебя с ними свела… Да они же браслет у тебя хотят выманить!

– А вы чем лучше? – огрызнулась девушка. И вдруг выпалила: – Я вам больше не доверяю!

– Ну ты и… – Лешка запнулся, не найдя подходящего слова. – А я тебя так… так защищал перед отцом… А ты! Переметнулась на другую сторону…

Лешка глянул так зло, что Тане стало совсем не по себе.

– Ничего я не переметнулась, – обеспокоенно произнесла она. – Так, вырвалось.

Но парень уже не верил. Выпрямился, сощурился. Таня насторожилась, готовая к любым его действиям.

– Послушай, – Лешка вдруг вновь перешел на умоляющий тон, – ты ведь можешь отказаться еще… Расскажи, кто за тобой стоит. Я все устрою, если перестанешь чудить и будешь меня слушаться.

– Не хватало еще сопляка слушаться! – зло выкрикнула Таня и метнулась в коридор.

Но Лешка мгновенно провел подножку – девушка тут же растянулась на полу.

Не дав Тане опомниться, он подскочил и сильно сдавил ей предплечье: ее запястье обожгла резкая боль, кровь закапала в ловко подставленный парнем крохотный пузырек. Все поплыло перед глазами, но Лешка не дал ей потерять сознание: резко дернул за волосы – в его руке осталось несколько золотистых волосинок. После чего сорвал с крючка кухонное полотенце и завернул в него всю добычу, не забыв прихватить со стола золотую монету.

– Сами разберемся, – холодно сказал Лешка, наблюдая, как его жертва в изумлении разглядывает окровавленный осколок бокальной ножки, которым он только что порезал ей руку. – Разберемся, – повторил он словно бы для себя и, распахнув окно, шагнул на подоконник.

– Знаешь, ты очень изменился, – тихо сказала Таня.

– Да, повзрослел. – Лешка не выдержал, обернулся. – Если ты об этом.

– Нет. – Девушка помотала головой. – Жестоким стал.

– Я таким и был, ясно? – Лешка вдохнул полной грудью чистый ночной воздух.

– Нет, не был. – Она отрицательно покачала головой. – Раньше ты мне нравился, а теперь – нет.

– Да мне все равно, – произнес он и тут же растаял в воздухе.

Глава 5

Гость

Воскресенье прошло в заботах. Во-первых, Таня сделала осторожный звонок Руслане, чтобы одолжить немного денег. Выдержав двухчасовую пытку в кафе, состоявшую из прослушивания историй модельного бизнеса и советов по его дальнейшему процветанию, Таня получила двадцать баксов в бессрочный кредит. К счастью, про ее жизнь Руслана не спрашивала, целиком увлеченная рассказами из собственной.

С большим облегчением распрощавшись с подругой, Татьяна послала Даше сообщение по астральной связи. Переговариваться мысленно оказалось довольно просто: надо было скрестить пальцы и прочертить ими в воздухе косой крест, а затем произнести пароль. После этого следовало как можно четче представить лицо собеседника – и пожалуйста, общайся с ним сколько хочется. Но желательно, чтобы он находился поближе, иначе могли быть цветовые помехи из-за чужих мыслечувств.

Таня продала в магазин своего любимого золотого слоника из коллекции и получила небольшую компенсацию в виде трех сотен долларов. Если прибавить одолженную двадцатку, то выходила неплохая сумма на некоторое время. К родителям Татьяна решила не обращаться, чтобы не впутывать их в свои неприятности. После ссоры с Лешкой она начала серьезно опасаться за свою жизнь.

Вот почему, просидев всю ночь на полу в кухне, Татьяна твердо решила не поступать в эту чертову Кукушку с ее интеллектуальным волшебством. Оставалось дождаться ночи. Ночью Татьяна уйдет из дома навсегда, оставив подруге ключ, все равно в ближайшее время квартира не понадобится.

Возвратившись домой, Татьяна застала Дашу в самом прекрасном расположении духа: скрестив ноги на столе, ведьма пила свежесваренный кофе и, судя по всему, вовсю наслаждалась жизнью. Впрочем, подруга тут же спросила, куда делся этот симпатичный Вордак и почему у самой Татьяны перебинтована левая рука. Понимая, что волей-неволей подвергает Дашу смертельной опасности, Татьяна все ей рассказала: про прабабку, про браслет, про Вордаков – старшего и младшего.

Даша безоговорочно поверила в ее историю.

– А я все думаю, – призналась она, – почему никто не пытается отобрать твой браслет? А про золотую монету могла бы и раньше рассказать.

– Не успела, – вздохнула Таня. – Да и не хотела тебя в это впутывать.

– Зря. Понятно, если я дружу с тобой, то знаю больше других, так что я уже впутана.

Неожиданно Даша вскочила и, вплотную приблизившись к Тане, осторожно приложила пальцы к ее серебряной цепочке‑косичке на шее. Замерла, прикрыв глаза.

– Наврал тебе парнишка, – через некоторое время произнесла она. – Оберег работает в полную силу. А вот если бы ты сняла его по доброй воле – якобы на новый обменять, то вся его защита улетучилась бы.

– Понятно.

Татьяна глубоко вздохнула, стремясь поскорее пережить новое подтверждение Лешкиного предательства.

– Но я бы не советовала отказываться от учебы, – продолжила Даша. – В Кукушке ты будешь на виду, среди студентов. Вряд ли кто-то посмеет вредить тебе в открытую. Даже сам Мстислав Вордак.

Таня рассеянно покивала: она-то уже приняла решение… Но Даше говорить ничего не будет, чтобы после ее не допрашивали с пристрастием. Оставит короткую записку, и все.

Чтобы заглушить чувство вины за свое вынужденное молчание, Татьяна решила подарить подруге что-нибудь из своей одежды, ведь надо же в чем-то ходить в эту Кукушку.

Но Даша отмахнулась, сообщив, что благодаря полученной на экзамене картонке в университете им выдадут новую форму.

Вечер пролетел незаметно: они провели остаток дня перед телевизором, болтая о разных глупостях, никак не связанных с предстоящей учебой. Даша рассказала о своей несчастной первой любви – симпатичном рыжеволосом колдуне, которого встретила еще в интернате. И как решила сбежать от него в горы к старой Олеше… И как жалела об этом долгие шесть с лишним лет. В результате девушка замолкла, погрузившись в давние переживания.

Невольно Татьяна вспомнила горячий поцелуй, свидетельницей которого стала, и тоже расстроилась. К счастью, пора было укладываться спать, и девчонки разошлись по комнатам – Таня направилась в спальню, а подружка вновь устроилась на диване в гостиной. Вскоре послышалось легкое посвистывание носом – Даша заснула.

Выждав еще какое-то время для верности, Татьяна тихонько поднялась с постели, быстро собрала нехитрые вещи: паспорт, расческу, кое‑что из белья, половину оставшихся денег… С трудом закрывая потолстевшую сумку на магнитную застежку, девушка лихорадочно раздумывала, что же написать Даше: убегаю? ухожу? смываюсь, потому что так надо?

Она прокралась в коридор, не спеша обулась, поправила волосы, оттягивая момент написания записки. Все-таки она поступает нечестно, оставляя подругу совсем одну. Ведь Дашу будут расспрашивать о Тане, еще как будут…

И тогда позвонили в дверь.

– Кто там? – хрипло прошептала девушка, пугаясь собственного голоса.

Но ее услышали.

– Откройте, – попросил мягкий баритон, который она сразу узнала. – И ничего не бойтесь.

Укоряя себя за неосторожность, девушка покорно повернула ключ в замке, справедливо полагая, что от старшего Вордака ей все равно не скрыться, даже через окно не успеет вылететь.

На пороге действительно стоял он – спокойный, собранный, одетый в неизменный деловой костюм.

– Можно?

– Заходите… – Татьяна совершенно растерялась.

Вордак вошел, разулся, оставшись в черных носках, и мягкой, кошачьей походкой проследовал на кухню.

Все эти манипуляции произвели на девушку сильное впечатление. Уважаемый и могущественный колдун, владеющий настоящим замком, пришел в ее маленькую квартиру и ведет себя как обычный смертный? А Лешка еще утверждал, что его отец никогда не соизволит прийти к ней самолично… Выходит, причина для столь позднего визита весьма серьезная.

У Татьяны все похолодело внутри, но она прошла в кухню за своим гостем и даже постаралась принять равнодушный вид.

– Чаю? – спросила она, чувствуя себя донельзя неловко.

– Если можно, кофе, – вкрадчиво попросил Мстислав Вордак. – У вас есть арабика?

Девушка машинально кивнула: кофе у нее дома был всегда. Может, не такой хороший, как вордаковский, но после инцидента с нарисованным грибным супом не хотелось больше экспериментировать с приманиванием. Тем более сегодня Даша рассказала ей, что в городе запрещено пользоваться выманивающим волшебством. Разве что по своим каналам, как делал Лешка, то есть перетаскиванием вещей из собственного дома.

Пока Таня варила кофе, Вордак с интересом разглядывал кухонную утварь. Девушка терпеливо ожидала, когда же гость начнет разговор.

– Как вы уже догадались, госпожа Окрайчик, Алексей передал мне ваше приглашение, – наконец вежливо произнес он. – Я слышал, что у вас произошел небольшой конфликт? – Он глянул на ее забинтованное запястье.

– Да что вы, ерунда, – не сдержалась Таня. – Мелочи жизни.

– Ваш сарказм понятен, – покивал Вордак. – Конечно, это совсем не мелочи. – Он встал и мягким жестом взял Таню за руку: – Вы позволите?

Девушка кивнула, чувствуя, что начинает слабеть от прикосновения его пальцев. Между тем Вордак с едва заметным нажимом провел ладонью по бинту, и тот нехотя пропал, обнажая спекшийся рубец, наспех замазанный зеленкой. После чего еще раз провел подушечками пальцев по всей руке, впрочем, не касаясь браслета: девушка почувствовала небольшое покалывание, жжение… рубец начал съеживаться, уменьшаться, пока вовсе не исчез.

– Вот это да! Спасибо…

Вордак коротко кивнул, вновь уселся на табуретку и даже облокотился рукой о стол, по всей видимости, ожидая кофе. Но пока Таня лихорадочно искала чистые маленькие чашки, вода в турке закипела и пролилась на варочную панель.

– Давайте лучше я, – с легкой улыбкой произнес гость и щелчком пальцев материализовал на клетчатой скатерти хорошо знакомые Татьяне золотые чашки. Неудачливая хозяйка уныло опустилась на табуретку. Вордаковский кофе, как всегда, пах изумительно.

Несколько минут они молча наслаждались напитком.

– Итак, – начал Вордак, – вы собрались бежать.

От столь точной характеристики ее состояния Татьяна чуть не поперхнулась.

– Да нет, конечно… – слабо запротестовала она. – С чего вы взяли?

– Мне кажется, между нами возникли небольшие недоразумения, – продолжил Вордак и снова взял девушку за руку, едва прикасаясь подушечками пальцев к ее коже. Взгляд его черных глаз проникал в самую душу, хотелось раствориться в нем навсегда.

– В связи с этим я хотел бы сделать вам подарок…

Пальцы Вордака вновь проскользнули по ее коже, и Таня ощутила в своей ладони кусок плотной бумаги. Недоумевая, она еле оторвалась от созерцания волнующе-притягательных глаз гостя и увидела, что держит открытку. Вернее, если верить надписи, приглашение. Приглашение на еще один колдовской праздник.

– Ваше посвящение не было настоящим шабашем, – охотно пояснил Вордак. – Почти все, что произошло с вами в ту ночь, было мороком. Например, вы не имели чести разговаривать с нашим главой Братии.

– А кто же это был тогда? – изумилась девушка.

– Я.

– Ах вот как…

Вордак позволил себе легкую улыбку:

– Понимаете, существует особый круг людей, так называемый высший свет, для которых устраиваются совершенно иные мероприятия. Вскоре, через одну субботу, состоится весьма любопытный Апрельский бал. Настоящий волшебный праздник, одно из тех чудес, что позволяют увидеть колдовскую жизнь в самом привлекательном свете… На это торжественное событие вам надлежит явиться в подобающем наряде и, разумеется, с подобающим кавалером. Приглашение на двоих, выберете кого-нибудь из учащихся в Карпатском университете… Бал состоится тридцатого апреля, то есть через три недели… У вас будет время подружиться.

В следующий миг Вордак придвинулся и приложил пальцы к серебристой цепочке на Таниной шее, точь‑в‑точь как делала Дашка. Девушка напряглась: кто знает, что взбредет в голову этому колдуну?

– Кажется, Алексей ошибся, ваш оберег действует, – произнес гость. – Только больше не снимайте его ни под каким предлогом. Он вам еще очень пригодится.

Невольно кровь ударила Татьяне в голову: да уж конечно, пригодится.

Вордак словно проник в ее мыслечувства, потому как тут же отстранился.

– Теперь перейдем к главному, – произнес он. – Вы решили бежать, и это неоспоримый факт. Но куда? Неужели к родителям?

– Нет, – вскинулась девушка.

Втайне она даже обрадовалась, что родители находятся так далеко, в Австралии.

– Предлагаю поговорить без недомолвок, – продолжил Вордак и улыбнулся: – Когда еще такой случай представится? Вы и не подозреваете, что эти три года я оберегал вас как мог… Да-да, не смотрите на меня удивленными глазами, я защищал вас от других охотников, желающих присвоить ваше богатство. Видите ли, принимая прабабушкин подарок, вы сами подписали себе, хм-хм… некую участь, – так сказать, взвалили бремя великой ответственности. Поэтому теперь извольте нести его как подобает.

– Я и несу, – нахмурилась Татьяна. – Только вот надоело…

– Что надоело? – тут же откликнулся Вордак. – Жить?

– Хватит меня пугать. – Обозлившись, она вперилась в гостя гневным взглядом. – Это мне тоже надоело!

– А я не пугаю, – прищурился Вордак. – Я предупреждаю… Кстати, возможно, вам будет интересен тот факт, что Олеша… да-да, ваша бывшая наставница сбежала. Переметнулась к моим… скажем так, конкурентам. Поэтому не стоит принимать ваш с ней недавний разговор всерьез. Думаю, что не стоит. А вот опасаться встречи с нею и теми, кому она давно служит, как оказалось, я бы посоветовал.

– Она ничего мне не говорила… – пробормотала девушка, но Вордак неожиданно перебил ее:

– А теперь слушайте меня внимательно, госпожа Окрайчик. – Длинное и скуластое лицо колдуна посерьезнело и от этого стало темнее и старше. – Карпатский университет – это огромный шанс для вас. Вы сможете научиться необыкновенным вещам: умению распознавать иллюзии, астральным поединкам, перемещению в пространстве, наведению чар и защите от злого колдовства. Интеллектуальное волшебство – тонкая наука… Поэтому советую большое внимание уделять учебе и наконец-то доказать всем нам, что столь могущественный браслет достался вам по праву.

– Возможно, мне хотелось бы учиться в вашем университете. – Девушка глянула на колдуна исподлобья. – Но, раз мы так откровенны, разрешите задать вопрос: зачем мне проходить Обряд Тайных Сил?

– Чтобы выяснить, почему ваш браслет вам подчиняется, – мгновенно ответил Вордак.

Татьяна опешила от столь прямого и честного ответа.

– Неужели вам самой не интересно узнать, почему ваш браслет считает, что вы можете стать одной из самых сильных ведьм в Карпатах?

– А он действительно так считает? – невольно вырвалось у девушки.

– Ну он же подчиняется вам?

Татьяна не нашлась с ответом. Зато продолжил Вордак:

– Возможно, что вскоре я расскажу вам одну тайну, которой владела ваша прабабушка… Мне кажется, вы немного связаны с этим, да и ваше странное превращение озадачивает… Вот почему вам необходимо пройти ОТС – Обряд Тайных Сил. Если выяснится, что никаких способностей у вас нет, то знать эту тайну вам совершенно незачем.

– Ружена Мильтова говорила, что это опасно для жизни, – процедила девушка и почему-то покраснела.

Некоторое время колдун наблюдал за ней.

– В жизни нас всех на каждом шагу подстерегают опасности, – наконец произнес он. – Но это не значит, что нужно стоять на месте и никуда не двигаться, верно? Кроме того, не воспринимайте слишком серьезно то, что говорит и еще скажет вам госпожа Мильтова, хорошо?

Таня машинально кивнула, хотя сразу же спохватилась:

– А что, я с ней часто буду видеться?

– Возможно, госпожа Мильтова будет вести у вас лекции по некоторым предметам. – Вордак рассеянно качнул головой. – Просто примите как совет.

– Странные у вас советы, – пробурчала девушка.

– Надеюсь, я убедил вас поступить в Карпатский университет, – продолжил Вордак. – Поверьте, это куда лучше, чем шататься ночью по улицам, полагаясь на сомнительное в таких обстоятельствах везение… В университете вы получите шанс чему-нибудь научиться, а если пройдете Обряд Тайных Сил с хорошим результатом – узнаете прабабушкину тайну, которая многого стоит.

Татьяна хмыкнула.

Интересно, проходил ли Обряд Тайных Сил его собственный сын?

– Алексей прошел Обряд еще в прошлом году, – тут же ответил Вордак, явно прочитав ее мысли. – Причем с весьма любопытным результатом. Кстати, он знает о тайне вашей хитрой и коварной прабабушки. Видите ли, в свое время она оставила сильных и могущественных колдунов с большим носом… Надеюсь, вы не будете брать с нее пример.

Вордак вновь усмехнулся. Что-то он в подозрительно хорошем настроении… Татьянины мысли закрутились вокруг Лешки. Чем он там занимается? Переживает из-за ссоры или нет?

– Уж простите, но вас с Алексеем я мирить не буду, – отозвался на это Вордак. – Честно говоря, я вообще предпочел бы, чтобы в дальнейшем он держался от вас подальше.

«Ну конечно, – подумала с грустью Татьяна, – хочет оградить сына от неприятностей». Она так обозлилась, что не заметила лукавую улыбку на лице старшего Вордака.

Впрочем, улыбка так же быстро пропала, как и появилась.

– Вы должны пообещать мне, что больше не будете делать глупостей.

Девушка вздохнула:

– Хорошо, договорились. Я не буду никуда убегать и завтра пойду с Дашей в эту вашу Кукушку.

– Вот и правильно, – кивнул гость. – Кстати, побольше доверяйте вашей подруге, очень талантливая ведьма… А теперь мне пора. – Он встал. – Спокойного остатка ночи и приятных сновидений.

Вордак исчез. Так же эффектно, как и его сын. А у Тани еще долго не сходил румянец со щек, даже когда она уснула…

Глава 6

Наваждение

В понедельник девушки проснулись с рассветом. Когда солнце поднялось над крышами и осветило самые потаенные уголки улиц, Татьяна варила уже третью порцию кофе – сказывалось ночное бодрствование. Дашка себе места не находила: металась по квартире, хваталась за какие-то вещи, включала и выключала телевизор. Татьяна же, наоборот, впала в глубокую задумчивость, ведь ей было о чем поразмыслить. Она сидела в кресле и делала вид, что читает книгу.

Когда часы пробили полдень, Даша не выдержала – предстала перед Таней в виде более чем решительном.

– Нам пора! – со значением произнесла она. – Пока дойдем, пока зарегистрируемся. Лучше пораньше прийти. Успеем погулять по коридорам, познакомимся с кем-нибудь, понаблюдаем. В общем, выходим.

Таня медленно кивнула. Приближался роковой час, и она все больше волновалась. Кто знает, что за люди там собрались, под крышей знаменитого университета.

Даша ловко закинула свой серый дорожный клубок в черный полиэтиленовый пакетик: тот дернулся и затолкался в кульке, словно живой.

– Послушай, разве мы не полетим на сундуках? – удивилась Таня.

Даша пожала плечами:

– Идти нам недалеко… Да и как мы полетим среди бела дня? Этот клубок – простой, он не сделает нас невидимыми.

– Понятно.

– Жаль, что нам не выдали особые клубки, – вздохнула Даша. – Представляешь, становиться невидимой, когда захочешь?! А еще существуют особые «прыгающие» клубки, способные прокладывать дорогу в пространстве…

– Послушай, – перебила ее Таня, – так эта хваленая Кукушка находится в нашем городе? А недалеко?

Не сдержавшись, Даша хитро улыбнулась:

– Увидишь.

Спрятанный в пакете клубок давал едва заметный белесый след, указывающий нужное направление. Девушки прошли через мост, соединяющий Танин район с центральным, долго петляли между магазинчиками на улице Независимости, преодолели огромный городской парк и наконец-то вырулили на широкий проспект.

Перед ними возвышалось здание Прикарпатского педагогического университета. Тане оно было знакомо: здесь учились несколько ее друзей и даже бывший парень, Толик.

Даша подхватила ее под руку и рванула вверх по ступенькам, прокладывая дорогу среди спешащих на лекции студентов.

– Это же просто Прикарпатский педагогический университет! – Татьяна не скрывала своего изумления. – Неужели здесь обучаются колдовству?

– Почему бы и нет? – хмыкнула подруга. – Где же, по-твоему, приличные люди должны обучаться интеллектуальному волшебству? Как и все, они ходят на лекции по философии, изучают историю, литературу и психологию.

– Значит, утром идут обычные лекции, а вечером – колдовские?

– Именно так, – подтвердила Даша, не забывая работать локтями в шумном вестибюле. – К счастью, мы с тобой попали в весенний выпуск и пойдем на обычную учебу с сентября… Ты какую специализацию выберешь? Я пойду на психологию, – не дожидаясь ответа, продолжила Даша. – И тебе тоже советую.

Но Татьяну, еле поспевающую за подругой, интересовало другое:

– Послушай, неужели магические лекции не вызывают у простых студентов, скажем так, некоторый интерес?

– Да ты что? – фыркнула Даша. – Конечно, о вечерних лекциях никто из обычных студентов не знает.

– Как это так – не знает? – изумилась Таня. – Никто не замечает нескольких десятков ведьм и колдунов?!

– Нескольких сотен, – снисходительно улыбнулась Даша. – На твоем месте я бы поинтересовалась историей такого замечательного университета, как наша Кукушка. Не забудь потом сходить в библиотеку… И вообще, почему ты решила, что Кукушка размещается в этих стенах? Здесь – только вход.

Таня решила больше не спрашивать – и так сейчас все сама увидит.

Вместе с небольшой группкой студентов они вошли в лифт. Терпеливо подождав, пока все выберут свои этажи, Даша энергично нажала на кнопку последнего тринадцатого.

– Я думаю, у вас очень красивое и необычное имя, леди.

Таня, мысли которой были заняты предстоящим знакомством с колдовским университетом, обернулась.

Оказывается, на десятом вышли почти все студенты и в кабине лифта их осталось трое: она с Дашей и беловолосый парень с добрыми смеющимися глазами. Даша игриво хмыкнула, выводя подругу из задумчивости.

– Мне кажется, мы где‑то встречались. Я вас точно видел… – Незнакомец широко улыбнулся.

Таня пригляделась: среднего роста, довольно крепкий. Лицо приветливое и смешливое, волосы короткие, светлые… Глаза серые… Симпатичный парень, но точно незнакомый.

Лифт дернулся и затих.

– Так где же я вас видел? – Парень явно хотел продолжить знакомство. – А может, вы новенькие? С первого яруса или со второго?

– Не угадал, – вскинула брови Даша и потащила растерявшуюся подругу вон из кабины.

– Неудобно получилось, – укорила ее Татьяна. – Взяли и ушли просто так.

– Если он тебе очень понравился, то позже разыщем его на занятиях… – Дашка зорко осматривалась по сторонам. – О, нам туда!

– Верно, он же спрашивал про ярусы… Выходит, мы только что видели одного из учащихся Кукушки, да?

Таня оглянулась, чтобы украдкой посмотреть на самого настоящего колдуна-студента, но тот уже исчез.

– Так он же вместе с нами вышел. Кнопку тринадцатого этажа видят только те, у кого браслет на предплечье или цепь на поясе.

– Послушай, – тут же заинтересовалась Татьяна, – а все мужчины носят цепь на поясе?

– А где же еще? – удивилась вопросу Даша. – Разницы-то нет, все равно магическое украшение не причиняет неудобства, хоть его на шее в три ряда накрути… Вот у нашего главы Братии самый массивный пояс – много он чужих браслетов да поясов себе переплавил.

– А что, легко браслет на пояс переплавить? – Таня смутилась под пристальным взором подруги.

– Легко, – чуть помолчав, ответила та. – Новый хозяин приказывает вещи поменять форму, и все. Правда, у таких древних браслетов, как твой, хорошо попросить надо… Не каждому ведь подчинится. – Она бросила косой взгляд на подругу. – Неважно, в какой форме содержится сила. Главное, что она есть, понимаешь?

Татьяна покивала, хотя и не выяснила до конца, что хотела.

Они прошли абсолютно безлюдным коридором и остановились у пыльного зеркала в старой кованой раме.

– Давай-ка ты первая, а то потом не решишься еще… – И Дашка сильно толкнула ее в плечо. Татьяна закричала, ожидая удара о зеркальную гладь, но ничего не произошло: она пролетела сквозь зеркало и мягко приземлилась на пол.

Помещение оказалось тесным и слабо освещенным. Внезапно стало прохладнее. Татьяна глянула на себя и обнаружила, что вся ее одежда исчезла! Почти в то же мгновение чьи-то невидимые руки ловко завернули девушку в некую широкую хламиду, пахнущую мылом и травами. Еще через миг она вновь очутилась в обычном коридоре.

Рядом появилась Дашка в широком темно-синем балахоне.

– Как тебе процедура перехода? – спросила она довольным голосом. – Говорят, пятиярусникам небольшой массаж еще делают.

– Ой, а где наши вещи? – переполошилась Таня. – Документы, свиток, картонка… где моя сумка?

– Забрали, – беспечно махнула рукой Даша. – Не переживай, все хранится в общем астрале… Ты лучше посмотри, какая необычная форма!

Подруга подбежала к большому зеркалу, и Таня нехотя последовала за ней. Вдоль коридора тянулись ряды одинаковых зеркал. Между ними стояли светильники, стилизованные под старинные железные факелы. Сама стена казалась составленной из камней выпуклой формы – девушки словно очутились в галерее древнего замка.

Рассматривая удивительный интерьер, Таня ненароком глянула в зеркало и тут же тоненько вскрикнула. Ее шея выглядывала из поистине странного одеяния, отдаленно смахивающего на широкую накидку, подпоясанную веревкой ослепительно-белого цвета. Из-под плаща выглядывали рукава белой блузки. В принципе смотрелось неплохо, только необычно.

– Классно, да? – Даша повертелась в разные стороны. – Мне нравится.

– Неплохо… Только обувь опять не дали. – Татьяна вытащила из-под формы босую ступню.

– Наверное, нервничаешь? – вдруг спросила Даша.

– Ужасно, – призналась та. – Много странного… Все никак не могу привыкнуть.

– То ли еще будет, – хихикнула Дашка и припустила по коридору – лишь засверкали босые пятки.

Выбравшись из-под мрачных каменных сводов, девушки очутились в обычном коридоре – светлом, просторном, с большими окнами. По гладкому полу из дубовых досок было приятно идти босиком. Навстречу им шли студенты в точно таких же хламидах, подпоясанных веревками разных цветов, и Татьяна как-то сразу успокоилась. Даша на ходу пояснила, что на самом деле в Кукушку студенты прибывают со всей страны и даже из соседних государств.

Вскоре они нашли доску объявлений с висевшими на ней несколькими листками черной бумаги. На самом большом из них было выведено следующее:

«Только для новичков! Все занятия начинаются с аудитории № 1».

– Наверное, следует узнать подробное расписание? – В поисках оного Таня обшарила взглядом всю доску объявлений, но, кроме вышеозначенной информации, ничего полезного не нашла: почти все объявления просили вернуть потерянные ключи, клубки, книги и даже форму.

– Надо идти в аудиторию номер один. – Дашка счастливо вздохнула. – Подумать только – мы поступили в Кукушку! Вечером надо серьезно это отметить.

Только Татьяна хотела спросить, что значит «серьезно», как перед ними возник большой клубок толстых красных ниток. Он немного повертелся в воздухе, дернулся и медленно поплыл по коридору. Кончик нитки искрился, словно тающий бикфордов шнур.

– Это направляющий клубок, – мигом сообразила Даша. – А ну, за ним!

Подруга схватила Татьяну за руку, и они поспешили за клубком. К счастью, бежать пришлось недолго: клубок исчез за большими дверями, обитыми лакированной красной кожей. На дверях значилась скромная табличка с цифрой «1».

Аудитория оказалась огромной и круглой, с очень высоким куполообразным потолком. В чем-то помещение походило на театр. Наверное, такое впечатление создавалось из-за люстры колоссальных размеров, подвешенной на потолке, – великолепного каскада из чередующихся в узоре черных и белых стеклянных подвесок. Сияние вставленных между ними свечей дарило залу таинственные переливающиеся блики, усиливающие необычность помещения. Внизу размещалась небольшая арена, а над ней кольцами тянулись гладкие черные столы, расположенные в несколько ярусов, друг над другом. Между столами тянулись обыкновенные ступеньки лестниц, выкрашенные в ярко-желтый цвет.

В аудиторию уже набилось много народу, стоял неимоверный галдеж, поэтому на еще двух вошедших девушек никто не обратил внимания. Таня с Дашей без труда уселись на первом ярусе, самом низком. Потому как остальные ряды, особенно верхние, были плотно забиты колдунами и ведьмами.

Рядом с Дашкой оказалась темноволосая девушка с весьма хмурым и сонным лицом. Она лишь окинула подруг неприязненным взглядом и отвернулась, отбив всякую охоту знакомиться. Таня сидела с краю, возле нее оставалось всего одно свободное место у самого прохода. Второй ряд столов находился слишком высоко, и общительная Дашка только вздохнула и устремила долгий грустный взгляд на тех, кто оказался напротив, за территорией арены.

Сама арена оказалась покрыта мягким настилом из обыкновенных спортивных матов, словно ковер для борьбы. Это что, спортзал? Тогда почему на потолке висит такая торжественная люстра? А если взять парты, украшенные затейливой инкрустацией завитушек по краю и «кабинетного вида» входные двери, получалась чудовищная эклектика.

– Ну и странная комната, – высказалась вслух девушка.

– Это Зал Трансформаций, – неожиданно шепнул в самое ухо мягкий и приятный голос. – Сейчас он находится в бездействии, поэтому здесь собраны части всех учебных залов.

Девушка повернула голову и встретилась глазами с тем самым парнем из лифта, – оказывается, он незаметно присел рядом.

– Меня зовут Александр Михалев. Для своих просто Саша… Татьяна, ты меня точно не помнишь?

Вначале девушка отрицательно покачала головой, но вдруг действительно вспомнила:

– Ты ходил на скалолазание в физкультурный колледж, да?

– Именно, – улыбнулся парень. – Так ты ведьма? А я не знал… Почему же тогда еще не призналась?

– Я не знала, что буду ведьмой, – смутилась девушка. – Только недавно стала…

– Сила в наследство перешла? – изумился старый знакомый. – Или за колдуна замуж вышла?

– Первое.

– Таня, ты бы не болтала про свою силу, – вдруг шепнула ей в ухо Даша. – Пусть думают, что ты ведьма с самого рождения… А то увидят твой браслет, и сразу дурные мысли появятся… – и громче добавила: – Познакомь нас, пожалуйста.

Таня спохватилась – представила их друг другу, после чего Саша предложил перейти на пятый ярус, чтобы присоединиться к его компании. Тем более что на первом ярусе всегда сидят новички, которые часто становятся жертвами заклятий, брошенных в спину. После таких откровений Таня с Дашей быстро поднялись с мест и вслед за Сашей пошли вверх по желтой скрипучей лестнице.

На пятом ярусе их встретили любопытными взглядами. Таня сразу приметила Лешку, а рядом с ним – Иру Лисцову. Возможно, он тоже пригласил ее с нижнего яруса. Саша представил девушек, а затем по очереди назвал остальных: Миша, Олег, Марьяна, Леша, Ирина, Костя… Лешка коротко кивнул, не глядя, а после принялся оживленно болтать с Ирой, которая даже не соизволила глаза поднять на бывших соучениц. Даша подмигнула Тане: ну и задавака, мол…

Александр принялся рассказывать о том, как некогда они с Таней лазили по скалам, и тут же завязалась оживленная дискуссия: оказалось, многие ходили в горные походы, а один из ребят, Костя, вообще оказался профессиональным альпинистом.

Лешка участия в беседе не принимал. Татьяну это почему-то разозлило. Она уже не сердилась на него, хотя стоило, – ведь это он полоснул ее стеклом по руке, а не наоборот. Неожиданно девушка перехватила его взгляд: в нем читалось столько злости и ненависти, что она поспешила первой отвести глаза.

К большому своему удивлению, Таня увидала в соседнем блоке Алексу, которая, по всей видимости, давно за ней следила. Рядом с Весенковой сидела очень красивая девушка с эффектной огненно-рыжей шевелюрой и, не стесняясь, тоже разглядывала Татьяну.

Но тут свет в зале на мгновение погас, а затем вновь воссиял тревожными огнями канделябров, осветивших весь потолок.

Арена из спортивных матов исчезла, и на ее месте возник прозрачно-голубой шар, похожий на гигантскую елочную игрушку.

Шар покрутился на месте, внутри него что-то оглушительно треснуло, и его оболочка раскололась на тонкие равные части. Из центра образовавшегося «цветка» вышла женщина необыкновенной красоты: у нее были длинные и густые белоснежные волосы, ниспадавшие до самого пола, точеное лицо с большими черными глазами в длинных ресницах и потрясающее платье, будто скованное из тысячи осколков черного и голубого льда.

– Опять старая карга прикалывается, – кто-то снизу хихикнул.

– Да-а, знатная иллюзия, – шепнул Саша, слегка касаясь губами Татьяниного уха, будто случайно. – Старая ведьма отлично ведет лекции, а вот на экзамене ей лучше не попадаться.

Таня с удивлением оглянулась на него: какая старая ведьма? Женщина казалась олицетворением молодости и красоты, была совершенной во всех отношениях. Вот она сделала грациозный шаг, изящно подхватив подол платья, и…

– Приветствую вас, лентяи и лодыри! – низким голосом проскрипела волшебная красавица и превратилась в тощую старушонку, одетую в длинное черное платье с белым кружевным воротничком. На жидких седых волосиках крепко устроилась шляпка-таблетка, чуть сдвинутая набок: ну вылитая Шапокляк, только что без крысы.

– Здравствуйте, Ольга Шизовна! – прокричал нестройный хор.

– Шисумовна! – видать, привычно поправила старушка. – Мой отец носил гордое имя Шисум, проклятые балбесы.

– Это Шиза, главная ведьма по иллюзиям и превращениям, – тут же прошептал Саша. – Она прикольная, только ее частенько заносит.

– Так это была иллюзия? – сообразила Таня. – Вот это да! Впечатляет.

– В прошлом году она в дракона превращалась, – громко произнес Лешка, обращаясь к Ире. – Эффектней было.

– Вордак прав, – поддакнул Саша. – Дракон тогда получился что надо… На первых рядах началась паника, было так весело.

Таня не ответила, вся обратившись вслух.

– Я вижу, весеннее пополнение добавило неучей на наши учительские головы, – продолжила Шиза.

– Мы не неучи! – обиженно воскликнул кто-то с первого ряда.

– Ну конечно! – мигом отпарировала ведьма. – Многие из вас не умеют даже свои мысли защитить! К примеру, ты, балбес, думаешь о том, вкусный ли здесь подают обед, вот это рыжая со второго – ответит ли ей взаимностью сидящий с ней рядом толстяк… А вон та ведьмочка с пятого ряда переживает за свой браслет, доставшийся ей в наследство от прабабки… Кстати, вы не спуститесь ко мне, а, красавица?

Увидев, что ведьма смотрит прямо на нее, Таня похолодела. Этого еще не хватало!

Сидящие поблизости ученики начали переглядываться, кого это Шиза выбрала себе в жертвы, а Саша удивленно прошептал:

– Это ведь к тебе Шиза обращается?

Ответом ему стал злорадный Ирин смешок.

– Таня, вперед! – шепнула ей Даша с другой стороны. – Не бойся, не съест же.

Словно в кошмарном сне, чувствуя на себе десятки внимательных любопытных взглядов, девушка медленно спустилась по лестнице и подошла к старой ведьме.

– Ну, смелее, – подбодрила ее Шиза. – Покажите нам ваш браслет, интересно ведь!

Неожиданно у нее в голове пронеслась яркая стремительная мысль: «Не показывай!», – и была эта мысль явно чужая, будто бы сообщенная по астральной связи. Таня повертела от удивления головой, но не смогла понять, кто же мог послать ей такое сообщение.

Она отступила на шаг и сказала:

– Мне не хочется показывать.

– Я же не подарить вас прошу, дорогуша, – не смутилась Шиза. – Покажите нам эту вещь, за которую вы так переживаете.

– Но я не хочу вам показывать свой браслет, – дрожащим голосом возразила девушка.

Шиза прищурилась: ее внимательные глаза почти скрылись под морщинистыми мешочками век.

– Почему это? – Ведьма раздраженно поправила свою плоскую шляпку.

– Не хочу. – Девушка решила бороться до конца. – Имею право не показывать, разве не так?

– А я имею полное право просто вас выгнать, – злорадно отчеканила ведьма.

– Ну так выгоняйте, – пробурчала девушка.

– Пожалуйста! – Шиза любезно указала на дверь. – Идите вон!

Таня вытаращила глаза.

– Идите вон, – вежливым тоном повторила ведьма.

На верхних ярусах послышались смешки, повсюду зашелестели взволнованные шепотки: ученики с интересом следили за тем, что будет дальше.

– А за что вы меня выгоняете? – Таня не хотела так просто сдаваться.

Шиза изобразила на лице милую улыбку – впрочем, ей это совсем не удалось.

– Потому как ты не ведьма, дорогая, – охотно пояснила она. – И тебе здесь не место… Даже с украшением Марьяны Несамовитой.

– Откуда вы знаете?!

– Твои мысли читаю, – охотно пояснила ведьма. – Ну так что же, еще раз повторить?

Сгорая от стыда, девушка круто развернулась, быстро пересекла зал и с силой толкнула дверь.

Коридор пустовал: ни единой души. Неужели все до последнего на занятиях? Да в этом университете железная дисциплина!

Чувствуя себя потерянной, Таня уселась на подоконник, поджала колени к подбородку и уставилась в окно, выходящее во внутренний двор.

Оказалось, что внутри университета находилась аккуратная площадка, вымощенная широкими каменными плитами бледно-голубого цвета. Там стояли деревянные кадки, в которых росли странные зеленые деревья с изогнутыми стволами. По всему второму этажу тянулась просторная веранда с перилами, увитыми ярко-зелеными виноградными листьями.

Наверное, где-то рядом находится дверь, ведущая на веранду. Может, пойти прогуляться? Таня приметила наверху здания череду необычных круглых башен из прозрачного стекла, через которое проглядывала самая настоящая зеленая листва, – и ей захотелось рассмотреть их поближе.

Она соскочила с подоконника и чуть не налетела на синий клубок, возникший неизвестно откуда. Огонек на конце нитки шипел и потрескивал, из чего девушка сделала вывод, что это один из направляющих клубков. Интересно, куда он приведет? Девушка очень надеялась, что не к директору сего заведения. Первый день – и пожалуйста, сразу выговор! Клубок плавно полетел по воздуху, и она устремилась за ним. Синий искрящийся хвостик долго блуждал по коридорам и залам, пролетая вдоль бесчисленных рядов одинаковых дверей, пока не привел девушку к необычной лестнице – металлической, витой и узкой, пропадающей далеко внизу. Пришлось идти дальше, потому что клубок уже скакал по ступенькам. Светильники на стенах давали слабый свет, поэтому Татьяна спускалась очень осторожно, вглядываясь в каждую следующую ступеньку. Вскоре она потеряла счет минутам, а лестница все не заканчивалась. Несколько раз она хотела повернуть назад, но хвостик клубка издавал громкое сердитое шипение – приходилось подчиняться и продолжать путь.

Наконец ее ноги ступили на ровную площадку. Таня подняла глаза и встретилась со своим отражением в зеркале. Она хотела испугаться, но не успела: зеркало вдруг расширилось в размерах, прыгнуло на нее и поглотило.

Татьяна очутилась в обычном школьном классе с тремя рядами парт. На подоконниках стояли аспарагусы в горшочках, а на стенах висели портреты ученых бородачей со злыми одинаковыми лицами. На одной из стен располагалась школьная доска, старая и исцарапанная, а за учительским столом, неестественно выпрямившись, восседала Руслана.

Татьяна только рот открыла.

– Ты что здесь делаешь? – изумилась она.

– Когда браслет дашь поносить?! – Вместо ответа прокричала Руслана и запустила в нее толстым классным журналом.

Татьяна увернулась, спрятавшись за одну из парт. Осторожно выглянув из укрытия, она увидела, как на доске белый кусочек мела сам по себе дописывает фразу: «Галерея личных страхов».

У Татьяны все похолодело внутри: да что же это за университет такой? Что происходит?

Тем временем за партами начали появляться люди – незнакомые, разного возраста. Девушка с ужасом вглядывалась в их лица и узнавала: вот это злая продавщица из хлебного магазина, постоянно грубившая покупателям; а вот, за второй партой слева – учитель географии, которого в школе Татьяна боялась больше всех… Сразу за учителем восседала прямо на парте тетка Анжела со своим бульдогом Адольфом – собака не сводила с Татьяны угрюмого взгляда.

– Совсем распустилась! – взвизгнула тетка, а бульдог зарычал.

Татьяна попятилась к двери и, нащупав спасительную дверную ручку, увидела старшего Вордака. Он стоял в самом углу помещения и, скрестив руки на груди, наблюдал за девушкой с насмешливой миной на лице.

Таня повернулась и с силой дернула ручку двери.

– Помогите! – отчаянно выкрикнула она.

Дверь нехотя поддалась, и девушка выскользнула из страшного класса. В глаза ударил яркий слепящий свет, но тут же угас. Зажглись обычные светильники. Поморгав, Татьяна увидела, что рядом с ней стоит сама Ольга Шисумовна.

– Поздравляю, дорогая, у вас получилась весьма интересная иллюзия. – Ведьма ухмыльнулась. – Не знаю, каким-таким образом, но вы провернули нешуточное искривление пространства: поначалу у вас появилась жуткая лестница, зеркальное отражение и классная комната, полная призраков прошлого и будущего. Пожалуй, сегодня я только вам поставлю двенадцать баллов. Но не расслабляйтесь, дальше будет труднее. Особенно с таким браслетом, как у вас. Поверьте, он еще не раз удивит вас подобными сюрпризами.

– Так это было… наваждение? – изумилась Татьяна. – Урок? Постойте, но вы же меня выгнали?

– Ох, да за кого вы меня принимаете, дорогуша? – честно возмутилась Шиза. – Я выгнала каждого из присутствующих! Для хорошей иллюзии нужны сильные чувства. Нужна злость, обида или самобичевание как минимум.

– Но как же это возможно?!

– Ваше счастье, что я не беру своих слов обратно, – покачала головой ведьма. – В нашем деле, милая, все возможно. Мало того, это первый закон любого волшебства: в этом мире возможно все! Каждый из студентов показал свою иллюзию, но ваша оказалась самой любопытной. Никогда еще я не видела воочию «галерею личных страхов», м-да… И знаете, а ведь дело не только в вашем браслете. Иллюзию вы сами создали.

Татьяна ошарашенно молчала. По всему выходило, что учительница сначала выгнала ее, а теперь хвалит!

Шиза хмыкнула. Наверное, выражение Таниного лица было достаточно удивленным.

– А теперь, милая, идите домой и отдыхайте, – приказала она. – Да, я вас определила на четвертый ярус… Во-первых, у вас действительно есть некоторые способности, а во-вторых – за вас попросил уважаемый человек. В любом случае платить за учебу вам не придется.

Таня нахмурилась: конечно же, старший Вордак попросил! С другой стороны, хоть какая-то от него польза.

– Идите домой, – повторила Шиза. – Завтра все занятия начинаются в три, как обычно.

Ведьма кивнула на прощание и растаяла в воздухе, Татьяна даже моргнуть не успела.

Перед ней возник новый клубок, на этот раз ярко-зеленый, и она послушно поплелась за ним.

Глава 7

Криста

Клубок долго вел ее вверх по лестнице, ступеньки все не кончались. Таня очень устала, поэтому сейчас больше всего на свете мечтала выйти к обыкновенному лифту и покинуть здание нормальным способом. Ей не терпелось обсудить первый день учебы с Дашей, а кроме того, она страшно проголодалась.

Лестница завершилась огромным прямоугольным зеркалом. С опаской Таня коснулась гладкой поверхности и нашла ее довольно твердой. Обычное зеркало, отражающее ее саму и ступеньки.

Неужели это тупик? Тогда почему клубок дергается и шипит, словно желает и дальше продолжать путь? Мало того, шерстяной шарик вообще «озверел» – стукался об зеркало, словно бы хотел передвинуть его собственными силами.

Невольно девушка коснулась рукой браслета и тут же почувствовала подсказку: «Поверь в зеркало».

Час от часу не легче… Да разве она не верит в него, вот же оно! Ровное, гладкое, немного пыльное, с отпечатками грязных пальцев по краям… А может, следует поверить в то, что в нем отражается? Попытаться представить, что лестница продолжается и за зеркалом? Вопреки отражению…

Не успела девушка так подумать, как поверхность зеркала стала прозрачной и лестница по ту сторону «зазеркалья» действительно продолжилась.

Тане показалось, что она сходит с ума: всегда странно себя чувствуешь, когда привычные вещи вдруг становятся непривычными. Преодолевая робость, она перешагнула через преграду и быстренько пошла наверх за радостно устремившимся клубком.

Пушистый зеленый шарик остановился у больших зеркальных дверей, повертелся на месте и пропал.

– Опять зеркала! – укорила Таня свое отражение. Но тут же мысленно настроилась, чтобы поверить и в эту преграду, вернее, в ее преодоление, – глубоко вздохнула, с усилием нажала на дверь…

И очутилась на улице.

В лицо пахнуло свежим весенним ветерком. Вечерело, зажглись первые уличные фонари, прохожие бодро сновали по тротуарам, а за спиной девушки стояло все то же безразличное многоэтажное здание Прикарпатского педагогического университета.

Татьяна глубоко вздохнула, дыша полной грудью. Ах, как же это, оказывается, хорошо – очутиться на обычной улице, лишенной колдовских иллюзий, побыть среди простых, обыкновенных людей.

Она шла по тротуару, засунув руки в карманы курточки, вновь сменившей ученическую одежду, и все думала о Шизе, наваждении, четвертом ярусе и странных зеркалах. Но потом вспомнила, что очень сильно проголодалась, и решила оставить «пространственный» вопрос на потом, – попросит Дашу разъяснить… Таня надеялась застать подругу дома: утром она вручила ей запасной ключ от входной двери.

Уже на лестничной площадке Таня почувствовала неладное.

Ее опасения подтвердились: как только она открыла дверь, на нее обрушилось невообразимое сочетание громкой музыки, веселых голосов и пьяных выкриков. Казалось, в маленькую квартирку сбежалась половина посетителей популярного ночного клуба или где‑то отменили киносеанс, а в качестве бонуса устроили праздник в Таниной квартире. Некоторое время девушка созерцала флотилию из нескольких десятков пар обуви, заполнившей коридор, после чего с опаской заглянула в гостиную и окончательно растерялась.

Потому что у нее в квартире кто-то действительно устроил вечеринку. Парни и девушки танцевали, пили вино из Таниных любимых чашек, обнимались, целовались, спорили и даже дрались.

– Таня! – Из кучи веселых незнакомых лиц появилось счастливое Дашкино.

– Идем к нам, мы в «ассоциации» играем, – зашептала она, держа под руку виновато улыбающегося Костю – того самого профессионального альпиниста.

– Даша-а! – взвыла хозяйка квартиры. – Откуда столько людей?!

– Это я пригласила. – Подруга рассмеялась звонким заливистым смехом. – Костик помог собрать… Ты расслабься, выпей… – Дашка указала на длинный ряд бутылок, выстроившихся вперемежку со слониками из коллекции. В наполовину опустошенных сосудах мрачно плескалось нечто темно-зеленое.

– Я п-позже. – Татьяна испуганно замотала головой. – Слушай, а это надолго затеялось?

– Да не переживай, еще часа два-три – и расходимся, – успокоила подруга. – Познакомимся с ребятами…

Даша еще что-то говорила, но Таня уже не слышала: ее крепко обнял невысокий парень с хитрющими голубыми глазами и потащил к танцующим. К счастью, минуты через три медленная музыка сменилась зажигательным хитом, и Татьяне удалось не только вырваться от голубоглазого, но даже выскользнуть из гостиной.

На кухне ее ожидало большое разочарование. И дело было даже не в трех целующихся спина к спине парочках. Куда больше девушку расстроил холодильник, распахнутый настежь, из которого исчезли все продукты, даже баночка консервированных огурцов, купленная еще три года назад. Вздохнув, Татьяна прошла в спальню, наткнувшись сразу на две целующихся парочки. На цыпочках она прокралась к платяному шкафу и достала из тайника немного денег. Она очень хотела есть, но решила не пользоваться браслетом, потому как боялась, что ее хватит удар от нарисованных котлет или бутербродов.

На улице она увидела, что впопыхах потянула из тайника всего лишь двадцатку. М-да, этого хватит на сто граммов колбасы и хлеб, что, впрочем, очень даже неплохо.

Настроение испортилось. С одной стороны, она понимала Дашу, которой захотелось повеселиться после шестилетнего заточения в горах. Но, с другой стороны, можно было предупредить. Тем более, ей хотелось обсудить первый день в университете, узнать, какая у подруги вышла иллюзия и на каком она теперь ярусе. Видать, придется подождать до утра.

Завернув за угол, Таня побрела к освещенному зданию супермаркета, но вдруг вспомнила, что если пройти дальше по этой улице, то можно попасть в хорошее кафе, в котором всегда делали очень вкусные пончики. Посыпанные пудрой, с маковой начинкой, политые медом… Она не хотела возвращаться в квартиру, а кроме того, в кафе можно было выпить чашку вкусного кофе.

Приняв решение, она свернула на боковую улочку, намереваясь срезать путь до кафе как минимум на четверть, и встретилась нос к носу с Алексой.

Та своей мощной фигурой полностью загородила дорогу. В ладони Весенковой трепыхался крохотный черный клубок. Она дунула на него, и тот распался кучкой пепла.

Таня сделала шаг влево, чтобы обойти нежданное препятствие, но Алекса передвинулась. Попытка обойти справа тоже не увенчалась успехом.

– Говорят, у тебя сегодня вышла неплохая иллюзия, – заявила Алекса. – Не хочешь на еще одну посмотреть?

Она помолчала, но, так и не дождавшись ответа, продолжила:

– Знаешь, ты мне никогда не нравилась…

– Взаимно, – откликнулась Татьяна. – Ну а теперь, раз мы все выяснили, дай пройти.

Но Алекса даже не сдвинулась. Редкие прохожие с удивлением косились на двух девушек, меряющих друг друга презрительными взглядами.

– С тобой хочет поговорить одна важная особа, – наконец с кислой миной заявила Весенкова. – Я должна провести тебя к ней… Кажется, она хочет пригласить тебя в наше сообщество. Правда, все наши девчонки учатся на пятом ярусе. У тебя могут быть проблемы. – Она ехидно усмехнулась.

– Ты что, попала на верхний ярус? – не сдержала изумления Таня.

– Да, и живу на самом Чердаке. – Алекса чуть ли не светилась от счастья. – У меня шикарная комната с камином и телевизором, на полу ковер… Но самое необыкновенное – это стеклянный потолок, через который ночью так красиво светят звезды… На Чердаке есть три ресторана, закрытый и открытый бассейны, фитнесс-центр и магазин. Если ты понравишься Кристе, то вскоре тоже окажешься на Чердаке.

– О, так вот как ты попала на пятый ярус? – не удержалась от язвительной реплики Таня.

– Не твоего ума дело! – тут же вскинулась Алекса. – Уверена, Криста хочет познакомиться с тобой, потому что желает взглянуть на твой браслет. Короче, вот тебе направляющий клубок, и решай сама.

Она подкинула на ладони красивый серебристый шарик и запустила им в собеседницу – Татьяна едва успела его словить.

– Советую не отказываться, иначе Криста обидится.

И Алекса медленно испарилась в воздухе – последним исчезло ее лицо, перекошенное кривой ухмылкой.

Татьяна только рот раскрыла: надо же, Весенкова научилась перемещаться в пространстве! Никто из Олешиных учениц, даже Дашка, не мог этого делать. И пожалуйста, Алекса владеет этим заклятием!

Таня лишь покачала головой: как жаль, что она поссорилась с Лешкой, вот кто наверняка обучил бы подобному фокусу… Но постойте… Татьяна прищурилась. Ведь вначале она видела у Алексы черный клубок – в тот момент, когда ведьма так внезапно появилась посреди улицы. Может, это один из тех самых прыгающих в пространстве клубков, про которые рассказывала Даша? И этот клубок тоже дала Алексе та самая загадочная Криста?

Неожиданно на конце нитки клубка засветился яркий огонек.

– Веди! – приказала серебристому шарику Татьяна, с любопытством ожидая, что же произойдет дальше.

Клубок завертелся, после чего несколько раз облетел вокруг девушки. И тотчас пропали дома, поделенные на светящиеся квадратики окон, исчезли люди, деревья, фонари и машины. Татьяна очутилась в густой туманной взвеси, словно бы вдруг попала в облако. Но вскоре туман рассеялся, и она увидела ярко освещенную разноцветными фонариками витрину с неоновой вывеской: «Вавилон». Честно говоря, Татьяна не бывала здесь раньше, поэтому не могла даже предположить, куда же привел ее серебристый клубок. Немного помедлив, она толкнула узкую стеклянную дверь – звякнул колокольчик, – и очутилась в небольшом уютном кафе.

На круглых столиках, накрытых изумрудным бархатом, стояли прозрачные полусферы светильников с плавающими огоньками свечей. Откуда‑то с потолка лился неяркий призрачный свет, из бара долетала тихая, ненавязчивая музыка. Худая смуглая барменша с острым лицом и длинными спутанными волосами недобро глянула на пришедшую и тут же скрылась из виду не хуже Алексы.

Посетителей почти не было, поэтому Татьяна сразу приметила тесный кружок из девчонок.

Кристу она увидела сразу. Та выделялась на фоне остальных: огненно-рыжие волосы девушки хищными кольцами закручивались до самой талии, тесная блузка из черного атласа, застегнутая всего лишь на одну пуговичку, выгодно облегала фигуру, а большие, чуть раскосые глаза смотрели приветливо и оценивающе одновременно. И этот взор показался Татьяне знакомым… Ну конечно! Та самая рыжая девушка, следившая за ней, пока она знакомилась с ребятами.

По всей видимости, первый тест новоприбывшая все-таки прошла: Криста сделала вялый приглашающий жест, девчонки нехотя подвинулись, а одна из них – невысокая блондинка с модной короткой стрижкой принесла еще один стул. Таня сняла курточку, повесила ее на спинку, присела на краешек сиденья и тогда уже ответила Кристе таким же испытующим взглядом.

Некоторое время царило молчание. Таня втайне обрадовалась, что в помещении было темно: щеки начали пылать от любопытных взглядов. Захотелось попробовать заглянуть в мыслечувствующую ленту кого-нибудь из девушек. Однако существовал риск обратного эффекта, и Таня не знала, сможет ли защищать свои мысли от сильного чужого вмешательства, – ведь удавалось Вордакам как-то читать ее «думы».

Подошла официантка, принесла большую чашку капучино для девушки: на белой пене шоколадом было выведено сердечко.

Чувствуя себя все более неловко, девушка сказала «спасибо» и отпила большой глоток. Напиток оказался крепким и безумно вкусным.

– Меня зовут Криста, – наконец молвила рыжая. – Криста Соболь. – Она сделала ударение на втором слоге. – Это я пригласила тебя к нам.

– Татьяна Окрайчик.

Криста лениво кивнула: известно, мол.

– Познакомься… Это Аника, Мариша, Тина, Люци, – начала она представлять девушек. – С Алексой ты уже знакома… А вот наша милая Тонечка, ты ее тоже знаешь, конечно… а вот Саша и Женя, они близнецы.

Все девушки ограничились легким кивком, когда их называли по имени, только близняшки расцвели одинаковыми хитрыми улыбками.

– В общем, так. Я предлагаю вступить тебе в наше тайное сообщество. – После такого ошеломляющего заявления Криста медленно откинулась на спинку стула и заложила ногу на ногу, покачав носком туфли. У Тани возникло подозрение, что Криста репетирует наперед каждое свое движение – настолько грациозно у нее выходит.

Эта девушка обладала воистину магическим обаянием: когда она улыбалась, ее лицо словно бы начинало светиться изнутри, а глаза, которые при ближайшем рассмотрении оказались темно-карими, излучали мягкое магнетическое тепло и дружелюбие, – такому человеку хотелось верить без оглядки.

– И что это за сообщество? – угрюмо осведомилась Таня, отпивая еще один глоток. Из-за капучино чувство голода усилилось. Мало того, даже в животе заурчало.

Криста вновь усмехнулась:

– Не подумай ничего такого, но у меня к тебе небольшая просьба. Не могла бы ты показать свой браслет?

– Зачем это? – Таня с неприязнью взглянула на рыжую красавицу. Криста напомнила ей венгерку – госпожу Мильтову: то же изящество движений, вкрадчивый тон… И надо же – та самая просьба.

– Простое любопытство, – беззлобно отозвалась Криста. – Если хочешь, то взамен я покажу тебе свой.

В доказательство она едва шевельнула левой рукой: из рукава блузки выскользнул и плавно съехал по руке на стол массивный золотой браслет.

– Вот, посмотри поближе.

Не устояв против подобного искушения, Татьяна осторожно приняла драгоценную вещь. Браслет имел красивый и сложный узор. Девушка провела пальцем по выпуклым синим камешкам – серединкам жемчужно-белых цветов, по шероховатому переплетению золотых листьев. Помимо прочего, браслет оказался приятно тяжелым.

Вздохнув, Татьяна вернула ведьмовское украшение и, стянув с руки собственный браслет, молча отдала Кристе.

Та приняла его очень осторожно, двумя пальчиками, после чего долго и пристально рассматривала переплетение узора. Так долго, что Таня даже забеспокоилась.

– Настоящий, – наконец выдохнула Криста. – Дикий.

– Почему это – дикий? – удивилась Таня.

– Можно девочкам посмотреть? – не отвечая на ее вопрос, осведомилась Криста.

– Пожалуйста.

Танин браслет пошел по рукам: до сих пор молчавшие девушки заахали, зацокали языком, зашептались, открыто выражая восхищение, но почти не касались его, словно тот стал горячим. Криста задумчиво наблюдала за передвижением браслета и вдруг спросила у Татьяны:

– Почему ты его не продашь? За клятву дарения, разумеется. Ведь тебе он не нужен, разве не так? А ты, насколько я знаю, небогата… Кроме того, я слышала, ты стала ведьмой случайно и не очень охотно учишься нашему ремеслу.

И рыжая ведьма посмотрела на Алексу.

– Верните мой браслет.

Несмотря на Татьянины опасения, ее просьбу тут же выполнили. Девушка глубоко вздохнула, чтобы не выдать раздражения, и произнесла:

– Приятно было с вами посидеть, но мне пора. Сколько я должна за капучино?

– Погоди, не обижайся.

Ладонь Кристы легла поверх ее ладони, мешая встать и уйти. Этот жест вновь напомнил Татьяне госпожу венгерку.

– Погоди, – повторила Криста и немного ослабила хватку. – Разве ты забыла – у меня к тебе серьезное предложение… Вначале выслушай, а потом уже делай выводы.

Видя, что Таня больше не предпринимает попыток уйти, рыжая продолжила:

– Я расскажу тебе историю… Наверняка ты почти ничего не знаешь о карпатском ведьмовстве, не правда ли? Так вот… Видишь ли, ни для кого не секрет, что в горах время течет по-другому. Даже самый обычный человек, не приспособленный к волшебству, чувствует на себе магическое влияние горной природы. А все потому, что в горах находится много миросплетений.

– Каких таких миросплетений?

Татьяне неловко было признаться, что она действительно раньше не слышала об этом.

– Миросплетения – это пути между мирами. – Криста выгнула одну бровь – то ли недоумевая, то ли удивляясь неосведомленности девушки. – Вопреки исторически сложившемуся мнению, колдуны и ведьмы никогда не жили бок о бок с людьми. В древние времена у нас был свой мир, разделявшийся с этим обычным зеркалом.

– Был?

– Да, проход между мирами закрылся, – подтвердила Криста. – Никто не может отыскать новый путь в древние земли Чародола… Поэтому наш колдовской мир решил приспособиться, стать цивилизованным. Колдуны превратились в цивиллов. – При этих словах Криста поморщилась. – Но некоторые из нас решили остаться в горах, среди дикой природы, где и сейчас находится много истинной, нерастраченной магической силы. Цивиллы называют таких дикими, почти презрительно…

– Тайные школы в горах стали редкостью, – продолжила она. – Колдуны и ведьмы больше не хотят учиться у природы. Они предпочитают ходить в университеты и магические школы, изучать интеллектуальное волшебство.

– Хм, да разве это плохо? – не сдержала удивления Таня. Долгие холодные ночи в горах были еще свежи в ее памяти.

Ответом ей стало изумленное молчание.

– Да-а, – протянула одна из девушек, кажется, Тина. – Слышала бы тебя твоя прабабушка!

– Прокляла бы! – хихикнула девчонка с короткими каштановыми кудряшками – Люци.

– Вы что, были знакомы с Марьяной Несамовитой? – Татьяна подозрительно оглядела всех по очереди. У нее создалось впечатление, будто бы ее решили разыграть, пользуясь тем, что она мало знает о карпатской ведьмовской жизни.

– Я тоже училась в горах, – блеснув глазами, проговорила Криста. – И не у кого-нибудь, а у твоей прабабушки. Она была очень сильной дикой ведьмой.

– Дикой ведьмой? – Подозрение о розыгрыше крепчало.

– Как я уже говорила, дикие – это волшебники, ратующие за природную форму магии. – Криста глубоко вздохнула. – Волшебники, не признающие ни технической цивилизации, ни интеллектуального волшебства, разумеется. Те, которые считают, что самая сильная магия идет от природной стихии, а не из старых и пыльных методических книжек… Конечно, дикие и цивиллы недолюбливают друг друга… Надеюсь, ты это понимаешь? – В последнем вопросе прозвучала неприкрытая ирония.

– Яснее некуда, – холодно отозвалась Таня. – Дикие тяготеют к природе, цивиллы – к удобствам цивилизации. Ну и за кого же из них выступает ваше сообщество?

Все девушки как одна уставились на рыжую.

– Твой дивный браслет, исполненный в виде серебряной ящерки с изумрудными глазами… – Криста на мгновение остановилась, выдержала долгую, эффектную паузу и продолжила: – Этот браслет принадлежал древнему Чародолу… Там его сотворили.

– Ты в этом уверена? – не сдержала изумления Татьяна. На самом деле ей было немного неприятно, что какая-то девчонка, пусть и побывавшая у прабабки Марьяны в ученицах, знает о ее браслете больше, чем она, законная хозяйка.

– Такого рода браслеты изготавливаются весьма непросто… – скучающе пояснила рыжая, будто бы потеряв к беседе некоторый интерес. – Обычно дело происходит так: вначале украшение мастерит искусный ювелир – он подбирает металлы и камни, найденные на землях Чародола. После того как работа ювелира завершена, магический браслет три года закаляют в водах горной реки, прижав ко дну среди больших камней… Еще три года выдерживают в колдовском костре, огонь которого никогда не затухает, и еще три года его носит на запястье самая сильная ведьма – так он вбирает часть ее силы.

– Прабабушка написала мне, – вмешалась Таня, – что сила браслета замешана на добровольном жертвоприношении.

Криста выгнула одну бровь:

– Это правда?

– Зачем мне врать?

– В таком случае эта вещь еще древнее, чем я думала. – Невольно Криста перевела взгляд на Танино левое плечо. – Еще с тех прекрасных времен, когда браслеты умели наделять магической душой… Возможно, в твоем украшении хранится большая тайна…

Таня вдруг почувствовала, как браслет резко потеплел – мало того, почти что обжег руку. Она насторожилась: по-видимому, таким образом браслет пытался сосредоточить ее внимание на теме разговора.

– Что, жжет небось? – неожиданно спросила Криста.

– Откуда ты знаешь? – Неприязнь Татьяны к этой рыжей все росла.

– Ну уж я-то знаю, как действуют настоящие магические браслеты, – хмыкнула Криста и легким изящным движением поправила волосы. – И точно знаю, когда волшебная вещь чует, что говорится о ней или о том, с чем она крепко связана. Браслет теплеет. Ну а если начинает невыносимо жечь руку – о, на сказанные слова стоит обратить особое внимание.

Жар от браслета усилился, и Тане даже захотелось стянуть его, чтобы избежать ожога. Криста зло усмехнулась: наверное, ее забавляли Танины попытки делать вид, что ничего особенного не происходит.

Чтобы отвлечь Кристу, а заодно и браслет, Таня спросила:

– И как же такие украшения попадают в наши края, если путь в Чародол давно утерян?

– Конечно же в тот мир можно перейти по междумирным путям. – Криста изящно пожала плечами, мол, как ты не понимаешь? – Вернуться с помощью древних магических вещей, если суметь правильно распознать знаки, которые они подают… Некоторым это удавалось. Например, Марьяне. Как же все-таки странно, что ты ничего не знаешь о своей знаменитой прабабке.

При этих словах Алекса громко и насмешливо хмыкнула. Ее поддержали ехидными улыбками и другие девушки.

– Если я так мало знаю, зачем ты приглашаешь меня в свое дикое сообщество? – К Тане вернулось спокойствие духа – браслет перестал жарить, словно вдруг охладел к происходящему.

– У нас просто сообщество, – мягко поправила Криста. – Буду с тобой откровенна, мы принимаем к себе только самых талантливых ведьмочек. И только тех, кто прошел через учебу в горах. Или тех, кто владеет интересными вещами, свойствами, вернее – способностями…

Таня нахмурилась: Криста явно намекала на «способности» ее браслета.

– Наша цель проста и сложна одновременно, – продолжила рыжая ведьма. – Мы ищем междумирный проход в Чародол.

– Мне это неинтересно.

Криста не сдержала разочарованного вздоха. Она казалась искренне опечаленной.

– Сейчас ты не осознаешь, насколько привлекателен для ведьм и колдунов Чародол, потому что не владеешь информацией. – В голосе рыжей проскользнули холодные нотки. – Но с таким браслетом ты просто обязана быть с нами. Пока что я не знаю о его скрытых магических свойствах, но чувствую, что он связан с древней чародольской землей… Ведь твоя прабабка Марьяна владела секретом перемещения между мирами, но не желала делиться им даже с лучшими своими ученицами… Я хочу, чтобы ты знала: далеко не каждому мы делаем предложение вступить в наше сообщество. И только один раз.

– Я сама слышала, как Шиза хвалила тебя перед остальными учителями, – добавила она спустя некоторое время. – Говорила, что у тебя вышла хорошая иллюзия, достойная четвертого яруса… Возможно, с такими темпами ты скоро окажешься на Чердаке, с лучшими из лучших. Это очень хорошо, потому что я не принимаю в сообщество тех, кто не учится на верхнем ярусе. Но у тебя особый случай… – Криста бросила взгляд на браслет Татьяны, скрытый рукавом рубашки. – Я готова сделать исключение. Так что решай – с нами ты или нет. Мы не заставляем. Конечно, нет.

Все девушки уставились на Татьяну в ожидании ее ответа.

– Понятно, – пробормотала она. – А почему в вашем сообществе одни девушки?

– У ребят свое сообщество, – тут же откликнулась Криста. – Но мы часто видимся… для обмена опытом.

Лица девушек расцвели таинственными улыбками.

– Погодите, но вы же все учитесь в Карпатском университете? – продолжила Таня. – Обучаетесь интеллектуальному волшебству… Это не противоречит вашим принципам?

– Цивиллы сейчас у власти, – почти пропела Криста. – Они сильны, и мы должны им подчиняться. Но в мире все так быстро меняется.

Внезапно лицо рыжей омрачилось: в глазах появились недобрые огоньки.

– Мы ждем твоего ответа! – грубо произнесла Алекса. Она тоже заметила перемену в поведении главной ведьмочки.

– Ира Лисцова тоже будет с вами? – вдруг вспомнила Таня. – Она ведь обучалась в нашей школе и ее семья… в общем, подходит вам.

– Конечно, – кивнула рыжая, вновь расслабляясь. – Чтобы мы не приняли девицу из столь древнего колдовского рода? Она не пришла с нами, потому что у нее важное свидание.

– С Алексеем Вордаком, – подтвердила Алекса. – Она говорила, что в клуб пойдут.

– Я его знаю, он такой симпатичный, – неожиданно вмешалась Тина. – Он сын самого Вордака, который, как я слышала, в этом году может стать главой Братии.

– Он встречался с Милой, моей подругой, – поддержала разговор Люци. – Она еще рассказывала, что Вордак никогда не приводит девушек домой. Очень жаль, ведь говорят, будто он живет в шикарном замке.

– Да мы же сдавали там экзамен, – поддакнула Алекса. – Большущий дом, в саду очень красиво, и в прислугах – настоящие призраки! Да Ира там и приметила младшего Вордака.

Почему-то известие о сближении Лисцовой с Лешкой стало для Татьяны неприятным. Она вспомнила о том, как же они глупо поругались, и окончательно расстроилась.

Девушка нахмурилась, что не ускользнуло от Кристы.

– У вас с Ирой конфликт? – с любопытством спросила она. – Ты с ней в ссоре?

– Конечно, нет. – Таня равнодушно пожала плечами и поспешила сменить тему: – А как же Даша Кошкина, моя подруга? Ее вы тоже приглашаете? Она почти семь лет провела в той самой горной школе, которую вы считаете уникальной. – Она не сдержала кривой усмешки.

– Кошкина не подходит, – ответила за рыжую Алекса. – С ее браслетиком она еще долго будет учиться на третьем ярусе. Да, Криста?

Рыжая ведьма величественно кивнула:

– У Кошкиной плохие показатели: мало силы в браслете и, что уж скрывать, плохое происхождение.

– Ясно. – Татьяне окончательно расхотелось вступать в сообщество этих снобистских ведьм. Она мучительно раздумывала над тем, как ей лучше всего покинуть кафе: может, якобы пойти в туалет? Или просто решительно встать и уйти? А если для возвращения понадобится клубок? Кто знает, где она сейчас находится…

– Вы уверены, что найдете путь в Чародол? – спросила Таня, чтобы не молчать.

– Да, – резко ответила Криста. – Мы сделаем все, чтобы вернуться к дикой жизни.

– К дикой? – ошарашенно переспросила та. – Это как так?

Рыжая ведьма раздраженно поморщилась:

– Вернуться к волшебству. Не к интеллектуальному, а к истинному. Жить без цивилизации и технических штучек. Вернуть Темные века.

– Темные?

– Послушай, хватит на сегодня вопросов, – неожиданно обрубила Криста, достала мобильник и посмотрела на часы. Таня не сдержала улыбки: рыжая ведьма, хоть и ратует за возращение к дикой истинной жизни, время узнает по элементарному «цивилизованному» мобильнику.

Криста заметила ее насмешливый взгляд.

– Пока что мы вынуждены жить по законам этого мира, – холодно произнесла она. – И, конечно, пользуемся его удобствами. И все же вернемся к нашему вопросу. Каково твое решение? Ты что-то медлишь. Между тем в нашем сообществе для тебя открываются очень хорошие перспективы: под моим крылом тебе не будет ничего грозить, а ведь я слышала, у тебя уже есть некоторые неприятности? Мы в состоянии обеспечить надежную защиту.

Тане очень хотелось спросить, откуда Криста знает про ее неприятности, но она сдержалась – по всему было видно, что рыжей надоели вопросы.

– Мы вместе мстим нашим врагам, устраиваем им веселую жизнь. – Карие глаза рыжей полыхнули таинственным пламенем. – Если возникает конфликт, то мы собираем совет и совместно принимаем решение. Конечно, у меня в таких делах решающий голос. Да, кстати, – в ее взгляде опять появился интерес, – у тебя же рекомендация к ОТС? Это еще один плюсик к твоей кандидатуре. – Рыжая усмехнулась. – Так ты с нами? Знаешь, мне уже надоело тебя спрашивать и не получать ответа.

– Честно говоря, мне все-таки хотелось бы подумать.

Татьяне абсолютно не нравилась Криста, не нравилась Алекса и уж точно не нравилось это мрачное переглядывание остальных «сообщниц»: по-видимому, когда говорила рыжая предводительница, остальным полагалось просто помалкивать.

– Скажем так – у нас нет больше времени, а у тебя нет выбора. – Криста вновь мило улыбнулась, удачно скрывая свое раздражение. – Мы посвятили тебя в тайну нашего существования: ты или с нами, или против нас. Мы не прощаем отказа.

– Ладно, я согласна, – сдалась Таня.

Что-что, а приобрести еще одного сильного врага в виде Кристы она не желала.

Сейчас больше всего на свете ей хотелось поесть и чтобы в квартире уже закончился Дашин праздник. А об этом сообществе и что с ним делать, она после подумает.

– Вот и чудесно. – Рыжая одобрительно покивала. – Тогда протяни, пожалуйста, руку.

Не успела Таня сообразить, что к чему, как Алекса схватила ее за правое запястье – в свете ламп блеснул тонкий нож, – и быстро резанула по коже.

– Что ты делаешь?! – возмутилась Таня, мгновенно слабея от вида собственной крови. – Отпусти меня!!!

– Так надо, – улыбнулась Криста. – Это одна из самых древних клятв верности.

И Алекса еще крепче стиснула Танино запястье.

Девушки по очереди прижимали пальчик к ранке, а после аккуратно слизывали кровь. Татьяне стало дурно: огоньки светильников на столе как‑то странно задрожали и медленно двинулись в левую сторону, образуя хоровод расплывчатых пятен.

– Тихо, тихо, – успокаивающе произнесла рыжая, – сейчас все пройдет…

И действительно, стало легче: Таня увидела, как Криста последней аккуратно надавила на ранку – тут же потекла кровь, и медленно слизнула с пальчика большую каплю.

– Вот и весь ритуал, – улыбнулась она и протянула ошалевшей от обряда девушке небольшую пластиковую карточку. – Наш адрес в Интернете и пароли для астральной связи… И там, и там будут появляться сообщения об экстренных сборах.

– Счет, пожалуйста, – уже громче произнесла Криста.

– Девчонки, с каждой по тридцатке за капучино, – требовательно проговорила Люци и вдобавок тряхнула кудряшками – поскорее, мол.

Девушки будто по команде почти одновременно достали деньги. А Таня вспомнила, что у нее в кармане всего лишь двадцатка – на пончики бы хватило… Откуда она знала, что окажется в кафе, где несчастное капучино стоит три червонца?

Между тем девушки выжидающе уставились на нее – одна она не протянула деньги.

– Понимаете, – смущенно пробормотала Таня. – У меня всего двадцать.

– Не волнуйся, – мгновенно произнесла Криста. – Будешь мне должна.

– Ладно, – покраснела та. – Буду должна.

Рыжая торжествующе улыбнулась.

Неожиданно Татьяне стало как-то неловко: ее поразила неприятная, словно бы сгустившаяся вокруг тишина и быстрая злая усмешка Алексы. И вдруг, улыбаясь самым наглым образом, Криста вновь приложила палец к ранке на Таниной руке и мгновенно слизнула с него кровь.

– Ну что ж, – беспечно добавила рыжая, рассеивая этим создавшуюся неловкую паузу, – девочки, готовимся к перемещению… Раз, два, три!

Глава 8

Астральный поединок

– Три, – сонно повторила Таня.

– Вста-а-вай! – весело пропели над ухом. – Уже полвторого!

Понемногу соблазнительный запах кофе разбудил ее: Татьяна сладко потянулась, вспоминая, где она находится и что ей сегодня предстоит сделать, и вдруг резко села в постели – вспомнила вчерашнее знакомство с Кристой. Удивительно, однако девушка абсолютно позабыла, как же она вчера вернулась домой.

На кухне ее ожидал сюрприз: на табуретке сидел в одних трусах Костя и намазывал масло на хлеб. Возле плиты весело хлопотала Даша, и благодаря ее стараниям на сковородке аппетитно скворчала яичница из десятка яиц как минимум. Татьяна втянула носом воздух: запах еды волновал не хуже кофе – ведь она вчера вообще не ела!

– Прошу извинить, – произнес Костя, со смаком отхлебывая из Таниной любимой ярко-синей кружки. – Так уж случилось, что вынужден был заночевать у вас, – и подмигнул Даше.

А та, виновато пряча глаза, пододвинула подруге большую чашку кофе, тарелку с яичницей и ломоть белого хлеба с маслом.

Таня мигом разделалась с едой. Жизнь сразу показалась веселее, и даже отвратительно сваренный кофе не испортил ей настроения.

– Когда вчера закончилось-то? – спросила она как можно радостнее.

– В два часа уже никого не было, – отчиталась Дашка. – Извини, что без предупреждения… А ты сама куда ходила? Гляжу – тебя нет. А после к тебе в комнату заглянула, а ты уже спишь. И постель почему-то не разобрана…

– Не поверишь, – задумчиво произнесла Таня. – Но вчера я познакомилась с одной странной ведьмой по имени Криста и ее не менее странными подружками.

– Неужели рыжая красотка пригласила тебя в свой кружок? – Костя уважительно присвистнул. – Значит, ты зачем-то ей понадобилась.

– Ты что, знаешь про их сообщество? – изумилась девушка. – Она мне все уши прожужжала, что их сообщество тайное…

– Все тайное становится явным. Кроме того, когда-то я, м-м-м… – Костя виновато глянул на Дашу, – ну, дружил с Люци, одной из девушек. Ну а кроме того, в Кукушке все знают про знаменитый «Кристалл».

– Как-как?

– «Кристалл» – с двумя «л». Расшифровывается как «Криста любит лучших». – Костя улыбнулся, видя, как сильно изумилась аббревиатуре Таня.

– М-да, если бы я знала… – Девушка поморщилась.

– Не переживай, – успокоил парень. – Ты правильно сделала, что согласилась – теперь о тебе все наше учебное заведение будет болтать… Послушай, а разве они принимают девчонок с третьего яруса?

– Да, – кивнула Таня. – Криста что-то об этом упоминала. Жаль, мол, что ты с четвертого яруса.

– У тебя четвертый?! – Даша так удивилась, что у нее даже нижняя губа отвисла. – Откуда? Когда?! Почему ты мне не сказала? И про сообщество тоже…

Таня хотела сказать, что из-за вчерашнего праздника у нее вряд ли была такая возможность, но сдержалась. Да и сейчас в квартире царил идеальный порядок – наверное, Даша прибрала с утра. Поэтому она сказала:

– Шиза похвалила мою вчерашнюю иллюзию и сразу же сказала о четвертом ярусе.

– А-а, – протянула Даша. – А что это за сообщество такое?

– Честно говоря, не очень понятно, – призналась Таня. – Кажется, они одержимы некоей высокой идеей… весьма сомнительной… А еще они защищают друг друга от неприятностей. Представляешь, там все наши девчонки: Алекса, Тоня, Ира… – Она запнулась, видя, как мрачнеет Дашино лицо.

Возникла неловкая пауза.

– Я не хотела вступать в их сообщество, – решила оправдаться Таня. – Вышло как-то само собой… Хочешь, я попрошу эту рыжую пригласить и тебя?

– Не надо мне приглашения! – резко произнесла Даша. Ее лицо сильно покраснело. – Мой браслет наверняка слишком тонок для вас!

– Я-то при чем?! – вскипела Таня. – Если бы знала, что ты так отреагируешь, то ничего бы не рассказывала!

– Ты сразу и не рассказала!

– И сейчас не стоило!

– Девушки, не ссорьтесь, – благодушно вмешался Костя. – Да было бы из-за чего, в самом деле? Ну подумаешь, Криста не взяла в свою банду… прости, Таня, сообщество. Я бы и не советовал вам общаться с этой рыжей девицей… Она слишком властолюбива и эгоистична, а такие не ценят дружбу.

Пока они собирались, Даша ни словом не перемолвилась с Таней.

Костя провел их по особому пути для пятиярусников, прямиком через обычное зеркало в ванной. Татьяна невольно подметила, что у высшего яруса очень много привилегий: и живут на этом сказочном Чердаке, и особыми путями для перемещений пользуются, и сообщества создают… А Костя еще успел им рассказать, что на общих лекциях пятиярусники первыми получают задания.

Как только прошла не совсем приятная процедура перехода, Таня увидела, что ее веревка, подпоясывающая школьную накидку, стала красной. Неужели пояс что-то символизировал? Костя любезно разъяснил, что красный пояс – это знак четвертого яруса, а синий пояс – пятого. Все учителя, преподававшие в Кукушке, носили черные веревки, а ректор и деканы факультетов – желтые. У Дашки веревка оставалась идеально белой, и это обстоятельство не добавило ей хорошего настроения.

На доске объявлений появилось расписание – большой лист белой бумаги. Возле него толпились ученики и громко обсуждали свои предметы:

– Опять мне иллюзии поставили!

– А мне придется снова тащиться на картографию!

– Лучше карты рисовать, чем разбираться в особенностях превращения людей в полудухов…

Таня удивилась их выкрикам, потому что сама она видела в расписании только один предмет – ненавистное руническое трехстрочье.

Костя сообщил девушкам, что на этом листе каждый видит только одному ему предназначенное расписание. А еще он узнал от ребят, что вечером пройдут астральные поединки, на которые обычно собирается весь университет. Костя очень рекомендовал пойти. Таню это устраивало, так как она хотела все-таки помириться с Дашей. Но вечером следовало вернуться домой пораньше, чтобы позвонить родителям. Придется сказать им, что она теперь учится в Прикарпатском университете на факультете этнографии, потому что Татьяна обнаружила у себя в сундуке свидетельство, подтверждающее этот факт.

Даша с Костей в обнимку прошли в Зал Трансформаций. Таня решила задержаться, чтобы еще раз взглянуть на расписание, но тут прозвучал длинный мелодичный звонок.

Коридоры моментально опустели, причем многие из учеников исчезали прямо в воздухе.

Таня на своих двоих поспешила в Зал Трансформаций и, как только ступила на порог, свет в аудитории погас. Ей пришлось быстренько присесть возле самого входа на первом ряду, – к счастью, он был почти пуст.

Посреди зала возник знакомый серебристый шар, но в этот раз он остался целым. Вскоре по нему, словно по экрану телевизора, забегали кадры. Изображение выглядело четким и объемным: вот небольшая горная речка прокладывает путь через камни, слышится журчание воды… Вот шумит ветер в листве буков и лиственниц, раскачивает тонкие и ровные сосновые стволы… А вот бежит в зарослях папоротника настоящий серый заяц. Только Татьяна собралась с духом встретить любые проявления грядущего волшебства, как обнаружила, что сама уже находится на природе. Приятный весенний лес, небольшая светлая полянка, похожая на ту, любимую, с пнем посередине… Здесь тоже нашелся пенек, и на нем лежала книга. Девушка подошла и осторожно взяла ее в руки, перевернула несколько страниц, но все листы оказались чистыми.

– Ну что, нравится? – раздался за спиной насмешливый голос. – Довольно сносное место для скучного рунописания.

Таня быстро обернулась и увидела Ольгу Шисумовну. Преподавательница щеголяла все в том же наряде, правда, теперь у нее на голове возвышался узкий и длинный колпак ярко-красного цвета.

Шиза ощупала колпак и укоризненно произнесла:

– Ну и наворотили же вы мне, девушка. Прошу вас относиться ко мне более почтительно в своих иллюзиях.

Как только она это произнесла, на ее голове возникла черная ведьмовская шляпа в лучших традициях Хеллоуина.

– Ну это получше остального будет, – вздохнула Шиза. – Итак, ваше сочинение, надеюсь, готово?

– Сочинение? – Таня окончательно растерялась. – Какое такое сочинение?

– Ясно, домашнее задание вы не выполнили. – Шиза неодобрительно покачала головой, на которой почему-то появилась новая шляпа – черный котелок с желтым цветком. – Мало того, – преподавательница повысила голос, – что ваша сегодняшняя иллюзия весьма непостоянна… – Она сильно щелкнула по котелку – цветок закачался и стал малиновым. – Так вы и вчерашнюю не описали!

– Простите меня, – прошептала девушка, изо всех сил стараясь сохранять спокойствие.

– Простить? Никогда. – Шиза в доказательство передернула плечами. – Пишите, милая, сочинение… И чтобы рунами в три строки, очень вас прошу. А то я начинаю жалеть, что так быстро повысила вас.

Приблизительно через час трудно дающейся писанины Татьяна начала подозревать, что с нею рядом находится не настоящая Ольга Шисумовна, а только ее образ – иллюзия. Когда девушка решилась показать ей язык, преподавательница никак не отреагировала: она продолжала и дальше разгуливать по поляне, мурлыча под нос известную песенку про мамонтенка из старого мультика.

Наконец Шиза «очнулась», объявила конец занятия, после чего посоветовала сходить поесть в столовую и растворилась в воздухе. Таня с облегчением потянулась, разгибая затекшую спину, да так и застыла: она со страхом вспомнила, что не умеет просто перемещаться в пространстве.

Весело пели птицы над головой, лениво подрагивали ветви деревьев, нежась под ласковым весенним ветерком, а Таня сидела на пне, подперев ладонями подбородок, и размышляла. Она боялась воспользоваться браслетом, ведь неизвестно, как поведет себя в этом случае ее украшение. А если закинет в какой-нибудь нарисованный мир? Вот если бы сундук был рядом! Но где же его взять? Да и можно ли выбраться из иллюзии подобным способом?..

В животе заурчало, очень захотелось есть. Ладно, была не была, попробуем! И девушка решительно дотронулась пальцами до браслета: «Хочу переместиться в Зал Трансформаций».

Уши прорезал тонкий свист; он нарастал и нарастал, после чего перешел в нестерпимый пугающий визг. Стволы деревьев искривились, словно стали резиновыми, земля под ногами задрожала, будто палуба готовой сорваться с места моторной лодки, и вдруг все прекратилось.

Над головой пролетела черная ворона, каркнула и уселась на ветку. Вздохнув, Таня и сама опустилась на пень. Дело принимало опасный оборот. Либо вернется Шиза и расскажет, как ей следовало выйти из иллюзии, наверняка поставив плохую оценку. Либо Татьяна навсегда останется в этом лесу, если так и не найдет способа выбраться.

И вдруг ей пришло в голову: так ведь она уже в Зале Трансформаций! И поэтому не может переместиться туда, где уже находится.

«Хочу попасть в университетскую столовую».

В этот раз деревья остались прямыми, только их силуэты побледнели, словно в подступающей вечерней тьме. Наконец белый свет померк на мгновение и вновь воссиял. Таня очутилась среди большой толпы учеников, радостно снующих по залу с нагруженными едой подносами.

Машинально девушка протиснулась к прилавку, на котором лежали ряды аппетитных булочек, и уже собиралась ухватить одну с подноса, как была окликнута:

– Татьяна, вот ты где! А я тебя ищу по всей Кукушке!

Рядом возник улыбающийся Александр.

– Нашла куда переместиться! – Он решительно взял девушку за руку. – Ты что, не знаешь, как правильно выходить из иллюзии?

Таня промолчала, справедливо полагая, что вряд ли могла этому научиться за два дня пребывания в Кукушке.

Но парень тут же пояснил:

– Любая учебная иллюзия появляется сама по себе, наша любимая Шиза ловко умеет их наводить. А выйти из иллюзорного наваждения легче простого: четко произносишь «нет», чертишь в воздухе крест, и все.

– Понятно, – буркнула Татьяна. – Кто бы мне об этом раньше сказал.

– Да это всем известно, – улыбнулся парень. – Видно, что ты обучалась дикому волшебству.

– Насколько я помню, у нас это называлось истинным волшебством, – не удержалась Таня.

– Ты не думай, что обучение в горной школе здесь не ценится, скорее наоборот. Но… – Александр приблизил губы к самому уху девушки. – Конечно, настоящих диких в Кукушке не очень любят. Тех, кто живет в лесах и выступает за природный образ жизни с полным отказом от благ цивилизации. У диких странная философия: я слышал, они хотят открыться обычным людям и поработить их. Хотят, чтобы волшебники правили миром открыто… Не понимаю, зачем такие сложности. Маги и так думают, что правят миром, только тайно, и люди тоже думают, что сами правят миром… Все довольны и никто не воюет. Что ни говори, в отличие от диких, у цивиллов есть голова на плечах.

– Послушай, – осторожно перебила увлекшегося друга Таня, – а как же Криста Соболь? Она говорила, что долгое время училась у диких, а теперь посещает университет интеллектуального волшебства.

– Да-да, я уже слышал, что тебя приняли в «Кристалл», – усмехнулся парень. – Поздравляю… Если Криста тебя приметила, то далеко пойдешь. – В этих словах Татьяне послышались иронические нотки, но она не подала виду. – На самом деле в Кукушке учатся цивиллы, – помедлив, продолжил тот. – Ты посмотри на Соболь и ее девушек, они же все интеллектуалки до кончиков ногтей!

– У меня сложилось впечатление, что им по душе дикое волшебство, – осторожно ввернула Таня. – Ну вот та же Криста училась в горной школе.

– Еще бы! – присвистнул парень. – Только самые уважаемые колдовские семьи могут позволить себе обучать детей в настоящих горных школах. Это очень престижно. Мало того, в Кукушку принимают не каждого… Вот почему ты с подругами представляешь для «Кристалла» определенный интерес. Как говорится, объект для изучения… Конечно, в самом лучшем смысле. К тому же наверняка им понравился твой браслет, ведь это очень ценная вещь, да? Криста никогда бы не прошла мимо такого лакомого кусочка, как ты.

В ответ на его многозначительную улыбку Таня тоже постаралась улыбнуться, чтобы хоть как-то скрыть вспыхнувшее раздражение.

– Вот отец Алексея, Мстислав Вордак, – продолжил парень, не заметив перемен в настроении девушки, – давно вынашивает идею объединения дикого и интеллектуального волшебства. Нас мало, надо держаться вместе, а не порознь: одни засели в городах, другие – в лесах. Но Лютогору – предводителю диких – это не нравится.

– Почему?

– Он считает, что Вордак наметил стать не только главой Братии, но и хозяином обоих кланов – цивиллов и диких. Ну а такие люди, как Криста, не любят диких: считают их опасными, темными и необразованными колдунами… Это не мешает им ценить столь интересные вещи, как твой браслет. Вещи истинного волшебства, с магической душой. И знаешь что, – посерьезнел Александр, – ты все-таки поосторожнее с Кристой… Ходят слухи, что ей твоя драгоценность по нраву пришлась. Она жадная, эта девчонка, хитрая, злопамятная и мстительная. Да, – сказал он как бы для себя, – отомстить может только так.

– Послушай, откуда ты про Кристу столько знаешь, а? – с недоверием спросила Татьяна.

– Когда-то я дружил с… Люци. – Парень смутился и отвел глаза.

– Как Костя? – ехидно уточнила Таня. По-видимому, эта Люци была очень «дружелюбной» девушкой.

– Как все, – отпарировал тот. – Люци симпатичная, веселая и общительная… Даже слишком общительная, из-за чего мы, собственно, и разошлись. Впрочем, как раз после разрыва с ней я подружился… – Саша заметил насмешливый взгляд Тани и нехотя добавил: – Ладно, будем называть вещи своими именами. Да, некоторое время я встречался с Кристой. Так вышло, понимаешь, ведь она очень красивая девушка… но мы быстро поссорились. Соболь слишком властная и все время хотела командовать.

Таня онемела. Такое впечатление, что девушки из «Кристалла» даром времени не теряют… А Криста, оказывается, была еще и девушкой Александра, а до нее он встречался с Люци, вот незадача… А парень только-только начал ей нравиться.

– Пользуясь случаем, хочу пригласить тебя в кафе, – торопливо произнес Саша, почувствовав неладное. – Но нам следует поспешить, ведь полчаса осталось.

– Нет, спасибо, – буркнула Таня. – Я не хочу есть.

– Тогда давай я провожу тебя в Зал Трансформаций. – Александр если и был расстроен, то виду не подал. – Сейчас начнутся астральные бои, это очень интересно. Говорят, пригласили настоящих знаменитостей из профессионального Бойцового Круга.

Таня вздохнула. Пожалуй, придется идти – неудобно отказывать во второй раз. Она послала Даше мысленный вызов, но та не ответила. Неужели так обиделась? В любом случае домой идти рано.

– Я не прочь сходить.

И, чтобы окончательно загладить отказ от похода в кафе, Татьяна легко оперлась на предложенный парнем локоть. Александр посветлел лицом и без всяких прыжков в пространстве повел девушку по коридорам и лестницам университета, – наверное, чтобы продлить прогулку.

…Посреди Зала Трансформаций располагалась круглая спортивная площадка, тесно покрытая мягкими кожаными матами. Когда они с Сашей разместились на пятом ряду парт, в центре круга уже находились двое бойцов. На каждом из них была широкая черная одежда, похожая на ученическую, только рубаха и штаны были укорочены на четверть.

Неожиданно погасла громадная люстра в центре потолка. Зрители остались сидеть в полумраке, при слабом свете настенных светильников.

– А почему на площадке так темно? – шепотом спросила Таня. – Как же нам увидеть бой?

– Погоди немного, – тут же ответил парень. – Сейчас они выйдут на первый астральный уровень и перестанут быть видны для нас… Тогда включатся специальные лампы, и мы вновь их увидим, уже в астральной проекции. И вот тогда начнется поединок.

– А чем отличается астральный бой от обычного? Наверняка есть особые отличия?

– Конечно, – подтвердил Александр. – В астрале они смогут драться одной лишь магической силой, не причиняя друг другу особого вреда. Кстати, если тебе будет интересно, ты тоже сможешь принять участие в астральном поединке. После сражений профессионалов будут учебные тренировочные бои. На площадку выходят все желающие, делятся на две команды, и начинается игра: побеждает тот, кто останется на астральном уровне дольше всех.

– Похоже на детскую игру «вышибалы», – догадалась Таня.

– Да, наверное… Все, начинается, смотри!

И действительно: из ламп, похожих на софиты, ярким потоком хлынул зеленоватый переливающийся свет, образуя плотный сферический купол. Таня затаила дыхание, ожидая, что же последует дальше.

– Сейчас произойдет окончательный переход, – раздался рядом шепот Саши. – Смотри внимательно.

Купол тяжело всколыхнулся и нехотя приподнялся над землей, переливаясь с одного края на другой, словно густой кисель, да так и завис на расстоянии трех метров над площадкой.

«Странно, и зачем надо было стелить внизу мягкие спортивные маты? – подумалось Тане. – Разве бой будет происходить не внутри купола?»

Через некоторое время ей все-таки удалось разглядеть борцов – внутри купола появились две безликие расплывчатые тени. Они медленно двинулись по кругу, словно бы прицениваясь друг к другу. Зрители замерли в напряженном ожидании.

Приглядевшись, Таня смогла различить более четкие контуры фигур и даже то, что бойцы передвигались мягкими, стелящимися шагами, а руки, сжатые в кулаки, держали возле головы, как боксеры. В тот же миг тени метнулись друг к другу и завихрились под куполом – зал восторженно взревел. Внутри замелькали синие, зеленые, черные молнии – похоже, происходило реальное сражение.

И вот, когда у Тани от череды ярких вспышек зарябило в глазах, стену зеленого купола вдруг прорезало неприятного вида темное пятно. Во все стороны от него пошли, все более удлиняясь, ломаные зигзаги, и вскоре оно треснуло: через образовавшуюся дыру вылетело крупное человеческое тело и, широко раскинув руки, глухо шмякнулось на маты.

– Вот это да! – ошарашенно произнесла Таня.

Ее голос потонул в реве толпы. Кажется, это был конец поединка.

– Какой удар! – донесся сквозь рев зрителей восторженный голос Сашки. – Нокаут!

И действительно, выпавший не поднимался. Через несколько секунд его тело просто исчезло.

– С ним все в порядке? – встревожилась девушка.

– В полном, – заверил Александр. – Просто в результате потери сознания он не может вернуться из астрального уровня без посторонней помощи.

Поединки шли целый час. Вначале гасла люстра, возникал купол, произносились имена бойцов, среди которых были и девушки. Потом один из сражающихся выпадал на радость зрителям, его тело исчезало, и толпа еще восторженней приветствовала появлявшегося на площадке победителя. Сам поединок в виде теневой круговерти внутри купола Татьяне не понравился. Правда, зрители на трибунах это мнение совсем не разделяли: студенты выли, визжали и кричали, не переставая. Из чего девушка сделала вывод, что наверняка что-то недопонимает. Может, надо что-то сделать, чтобы видеть происходящее внутри купола. Путем осторожных расспросов она выяснила это у Александра: чтобы видеть весь астральный бой, зрителям следовало самим выходить на некий загадочный астрал.

Наконец объявили общий бой для учеников. По рядам пошли преподаватели, приглашая желающих, но ученики и так спешили к площадке: многие вставали и тут же исчезали с места, видимо, чтобы первыми успеть записаться.

– Сейчас будет большое сражение, – принялся пояснять Александр. – Сначала составят две команды. Участники будут драться между собой, пока не останется десять человек. После небольшого перерыва эта десятка будет биться до тех пор, пока не выбьют всех, кроме троих-четверых. И вот тогда начнется сражение до последнего, то есть до того момента, пока не останется один абсолютный победитель.

Татьяна пожала плечами: кто-кто, а она пас. Не очень-то хочется лететь вверх тормашками из купола, а потом еще не суметь выйти из астрала без посторонней помощи.

И вдруг перед ней появилась Алекса. Татьяна даже отшатнулась от неожиданности. Закралась шальная мысль, что появление Весенковой ничего, кроме неприятностей, предвещать не может.

– Иди, Окрайчик, – нахально улыбаясь, произнесла Алекса. – Все новенькие из «Кристалла» должны хотя бы раз пройти астральный бой… Иначе как выяснить, что ты за ведьма?

– Да ты что?! – честно изумилась Таня. – Я же не пробовала никогда!

– У Олеши дралась же? – не отставала та. – А теперь иди поучаствуй в настоящем магическом поединке.

– Честно говоря, не особо хочется.

– Ты что, не смотрела? Обычный бой, просто проходит в другом измерении. Никакой физической силы, только магия. Иди, не бойся. Браслетик поможет.

– Она не пойдет.

Лешкин голос раздался откуда-то из-за спины.

– Татьяна никогда не пойдет драться, – с обычной насмешкой продолжил он. – Она слишком… добра.

– А ты слишком зол, – огрызнулась девушка, даже не оборачиваясь.

– Я помню, ты уже говорила, – усмехнулся младший Вордак. – К слову, разве ты не хочешь мне отомстить за тот вечер?

Девушка не выдержала и все-таки обернулась.

– За что отомстить? – удивился за нее Александр. Вокруг них уже собралась небольшая толпа зевак.

– Таня знает за что, – сообщил ему Лешка. – Мы с ней поспорили о добре и зле.

– Это был не спор! – обозлилась девушка. – Не надо меня подначивать, я все равно не пойду.

– А я пойду. – Лешка пренебрежительно хмыкнул. – Я-то не боюсь. – И растворился в воздухе.

– И я пойду! – Тут же вскочил Александр. – Если Вордак участвует, будет интересно… – И тоже исчез.

– В астральном бою главное – это уметь защищаться, – быстро произнесла Алекса. – Прикажи браслету держать защиту, и все будет в порядке… А если получится, сама ударишь силой, облеченной в меч или нож, стрелу, дротик.

Таня, все больше злясь, отрицательно покачала головой:

– Я же сказала – нет!

– Тут еще одна хочет! – вдруг зычно крикнула Алекса, обращая на себя внимание. – Давай, Окрайчик, мы будем за тебя болеть.

– Да я не хочу, – запротестовала та, но было поздно. На нее устремились любопытные взгляды, и один из преподавателей, находящихся неподалеку, сделал энергичный приглашающий жест. Делать нечего: она встала и нехотя поплелась к лестнице.

– Там и Криста будет, – донеслось ей вдогонку. – Удачи!

Только этого еще не хватало.

На площадке собралось человек пятьдесят, не меньше. Но и сама арена стала больше – скорее всего, пространство увеличили неким таинственным способом.

Вновь погасла люстра, и Татьяна не смогла разглядеть лица присутствующих. По краю купола заструились мерцающие зеленоватые сполохи. Девушка ощутила, что ее тело стало намного легче и устремилось куда-то вверх. Ее даже немного затошнило, как при быстром подъеме на карусели. Казалось, будто уши обволокло толстой ватой, а легкие сжались до размеров горошины каждое, отказавшись принимать кислород. Она беспомощно барахталась в мутном белесом тумане, не представляя, как же отсюда выбраться.

И вдруг все прекратилось.

Это была она, только легкая и невесомая, как пушинка, – необычное, но довольно комфортное ощущение. Волнуясь, Таня сделала быстрый шажок в сторону и отлетела на три метра, натолкнувшись на некоего парня. Тот мигом посоветовал ей лететь куда подальше, причем в конкретном известном направлении. Татьяна собралась возмутиться, но в этот же миг возле нее пролегла тонкая ветвистая молния и прошила тело обидчика насквозь – парень исчез с диким криком.

Татьяна предусмотрительно отлетела в сторону и лишь тогда огляделась. Все участники поделились на две команды: одни светились пронзительно-синим, другие – ярко-красным, причем к последним принадлежала и сама Таня. Внутри купола царил полумрак, но среди лиц участвующих девушка смогла различить лицо Александра. Парень тоже «краснел» мягким переливающимся светом и был занят собственной защитой: он находился в центре купола, поэтому в него кинули сразу несколько ярких молний.

Не теряя больше времени, Таня приказала браслету защитить ее, и вовремя: как только магия браслета покрыла ее тело мелкой серебристой сеткой, от ловко направленного удара огромным синим шаром эта же сетка с мелодичным звоном разлетелась вдребезги, словно была создана из хрусталя. Тогда девушка вновь приказала браслету соорудить защиту, и в этот раз сетка продержалась дольше десяти секунд, пока сама девушка была занята тем, что уворачивалась от синих молний, шаров и секущих предметов самой диковинной формы.

У нее появилось стойкое ощущение, что она попала внутрь яркой и сложной компьютерной игры, где царил истинный хаос схватки. То и дело рядом исчезали люди с такими ужасными криками, что казалось, их поочередно пожирает некое чудовище. Таня, хоть и пребывала в состоянии острой паники, как только слышала мелодичный звон, не забывала сооружать защиту и была занята лишь тем, чтобы прятаться за спинами окружающих ее «красных». Девушка остро сожалела, что ввязалась в такую бойню, но и сдаваться, подставившись под удар, не хотелось, тем более что проигравшие исчезали с душераздирающими воплями. Наконец раздался долгий пронзительный свисток: чей-то механический голос объявил минутный перерыв.

Участников поединка осталось не больше десяти. Татьяна видела, как ведьмы и колдуны спешно наращивают вокруг себя защиту – у некоторых участников сетка не хотела появляться полностью, покрывая только ноги, руки или голову: по всей видимости, во время первого тура эти бедняги растратили все силы.

Первым, кого она разглядела из «синих» противников, был Лешка. Он тоже увидел ее и удивленно покачал головой – мол, а ты-то что здесь делаешь? Татьяна не выдержала и скорчила ему гримасу. Вордак насмешливо фыркнул, но промолчал. Кажется, во время перерыва участникам запрещалось разговаривать друг с другом.

Таня демонстративно перевела взгляд на других участников и сразу же заметила Кристу: ее лицо и фигура в аккуратной ученической накидке тоже светились бледно-синим. Ведьма улыбнулась Тане как старой знакомой, но не без привычного превосходства. Оказалось, что и Саша выдержал первый поединок: он заметил Танин взгляд и обрадованно кивнул в ответ. Наверняка не ожидал ее увидеть… У «красной» команды было преимущество: Таня насчитала шесть человек своих, а вот противников оказалось всего лишь четверо – Лешка, Криста и двое незнакомых парней, по виду угрюмых и очень напряженных.

Свет мигнул: наверное, стоило приготовиться ко второй части боя.

Раздался свисток, и тут же замелькали красно-синие молнии. Таня привычно бросилась в сторону, каждую секунду ожидая услышать хрустальный перезвон. Но сейчас, когда не было беспорядочной схватки, стало намного легче уклоняться от разрядов. Ей даже удалось «вытянуть» из браслета тонкий дротик и запустить его в одного из «синих». Тот отбил не глядя, послав взамен длинный и острый меч, чуть не разделавший девушку напополам. Разозленный неудачей, парень зашел сбоку и послал стаю тонких стрел. Татьяна инстинктивно прыгнула вперед рыбкой, перекувыркнулась и оказалась нос к носу с Лешкой.

Мгновенно раздался хрустальный звон. Понимая, что шансов у нее почти нет, Таня вновь «подняла» защиту – благо у браслета силы не иссякали, но Вордак уже выпустил в нее нечто пузырящееся, темно-бордовое, похожее на шаровую молнию. Неожиданно откуда-то сбоку возник Александр и тут же прыгнул, прикрывая девушку своим телом: она не успела даже вскрикнуть, как парень растворился в воздухе.

Вновь раздался свисток и мигнул свет.

Под куполом остались Лешка, Татьяна и Криста. Парень выглядел невозмутимо, словно знал, что так или иначе войдет в последнюю тройку, а вот Криста казалась рассерженной и сосредоточенной – она больше не улыбалась.

Лишь вновь мигнул свет, Криста с Таней одновременно послали в Лешку по два разряда: к их обоюдному удивлению, тот даже не сопротивлялся – молча исчез.

Девушки принялись друг за друга. Некоторое время для Тани все шло гладко: она легко уклонялась от ярко-синих змеистых молний, раз за разом насылаемых Кристой, а если та вдруг попадала, то успевала быстро «натянуть» новую защитную сетку. Но вот сама Татьяна атаковать не успевала, даже маленький дротик послать – и то не получалось! Она и в Лешку метнула какую-то мелочь… Да, если с защитой браслет справлялся, то вот с атаками не спешил помочь.

Силы были на исходе, она все чаще ошибалась и действовала неуклюже. Вот почему роковой удар Татьяна приняла почти безропотно. Казалось, будто ей в грудь метнули кусок синей глины – тот быстро растекся, проникая под кожу, опаляя огнем внутренности, заполоняя вены. Девушка закричала, но не от боли, а от ужаса – страшного, жуткого ощущения, что собственное тело перестало ей принадлежать.

Она еще видела озадаченное лицо Кристы, без всякого торжества наблюдающей за ее муками… Странно, но тело явно не спешило исчезать, как ранее происходило с другими учениками. Татьяна ощущала, что проваливается в нечто чужеродное, густое, мерзкое и колышущееся, как холодный кисель.

– Та-а-аня, – тонкой нитью проскользнуло в ее сознании, – Окрайчи-ик… Загляни в свой сундук… Открой второе дно…

Татьяну охватил настоящий ужас. От зябкого шелеста этих слов у нее мурашки побежали по коже: создалось впечатление, будто бы голос доносится с того света… Ее паника усиливалась мрачной атмосферой пространства, где она ненароком оказалась. Девушка хотела побежать, но шаги давались тяжело и растянуто, неторопливо, как будто время здесь замедлилось. Откуда-то издалека доносились шорохи, трески, голоса – обрывки слов, смеха, пение, словно кто-то терпеливо крутил ручку старого радиоприемника, ища нужную радиостанцию. В этом чудном месте были разбросаны клубки самого разного вида – от здоровых, как валуны, шаров до крохотных, размером с орех, с едва светящимися хвостиками… Некоторые из них валялись в куче, другие катились сами по себе; были среди них яркие, а были тусклые; цветные, пестрые и однотонные…

Неимоверным усилием Татьяна подняла правую руку и коснулась браслета, намереваясь переместиться. И тут же к ней вернулось мерзкое и неприятное, некомфортное ощущение, будто она очутилась в одном из подзабытых детских кошмаров, когда в сны веришь более, чем в реальность.

И снова послышался далекий голос:

– Ва-ажно!.. Очень ва-ажно… Там будет листо-ок… Сожги его…

Этого Татьяна не выдержала: перед глазами закружился хоровод из клубков разной величины и девушка провалилась в небытие.

…Из-под матового зеленого абажура блеснул огонек.

– Где я?

– Добро пожаловать в дикие горы славного Чародола, ведьма! – произнес кто-то басом.

– Куда? – Таня ошалело оглянулась, но из-за нечеткого зрения лица присутствующих показались ей расплывчатыми пятнами. – …Чародол?

– Очень смешно, Костя, – послышался откуда-то сбоку раздраженный голос Александра.

– Да что такого-то?

– Перестань, я сказал.

– Правильно-правильно, – вмешался Дашин голос. – Она и так столько пережила… Не бойся, Таня, ты уже дома.

– А что такого? – продолжал недоумевать Костя. – Пошутить нельзя, какие все нервные стали… Видите, с ней все нормально.

– Да, я в порядке, – тут же подтвердила Таня. Зрение нормализовалось, но голова еще кружилась, да и перед глазами все еще плыли полупрозрачные сероватые пятна. – Но со мной случилось что-то непонятное: я побывала в очень странном месте, и вряд ли это был Чародол… – Она сокрушенно вздохнула. – Так что со мной произошло, вы не знаете?

– Ты наверняка войдешь в историю Кукушки. – Александр подошел ближе и присел к ней на постель. – Как победитель, который… Собственно, почти победитель, потому что в результате все-таки выиграла Криста. Но я не припомню случая, чтобы кто-то падал в обморок во время поединка. Вначале мы решили, что Криста нокаутировала тебя, но потом…

– Ты просто исчезла из астрального купола, – подхватила Даша. – Я так испугалась…

– Все переполошились, – кивнул Александр. – Тебя не было целую минуту.

– А Кристу на совет вызвали, – добавил Костя довольным тоном. – Наверное, будут спрашивать, почему это она такими сильными заклятиями швыряется… Хотя простят ей, она же известная особа. Да и ты жива, так что…

– А что же с тобой случилось, как думаешь? – перебивая парня, поинтересовалась Даша. – Почему тебе стало плохо?

Ее глаза заблестели от любопытства – видимо, она уже долгое время хотела задать этот вопрос.

– Не знаю. – Таня обессиленно упала на подушки. Зрение возвращалось, и она с облегчением узнала очертания родной спальни. – Я оказалась в одном странном месте… В очень странном и неприятном, нереальном. Там было довольно шумно, слышались чьи-то разговоры, смех и даже… – Девушка замолкла – вспомнила таинственный голос.

– В общем, там было очень… как-то страшно, – сбивчиво дополнила она. – Серо, уныло. Идешь, словно в жидком цементе вязнешь.

Некоторое время все молчали, только переглядывались между собой.

– Такое впечатление, Татьяна, – наконец произнес Костя, – что тебя затянуло на более тонкий уровень, субастральный.

– Это еще что такое? – огорченно спросила девушка, припоминая, что вроде бы уже слышала это название. – Надеюсь, это не параллельный мир?

– Почти. – Костя заинтересованно присел на корточки, отчего его голова оказалась вровень с Таниной. – Субастрал – это наш мир, но, как бы это сказать… более тонкий слой. Вот почему тебе, как объекту материальному, было так трудно перемещаться в нем. Говорят, на субастральном уровне даже призраков можно услышать – голоса людей, которые давно умерли. И самому спросить у них все, что пожелаешь.

– А я слышала, что на субастральном уровне все вещи оживают, – неожиданно произнес Александр. – Может заговорить колдовской браслет. Пояс силы. Нож или книга, часы… любая вещь.

Татьяна воззрилась на него с немалой степенью изумления:

– Ты правду говоришь?

Потусторонний голос и дальше звучал у нее в ушах: она четко запомнила каждое слово. А вдруг это прабабкин браслет разговорился? Или даже сама прабабка решила поболтать со своей непутевой внучкой?!

– Я тоже об этом слышал, – между тем подтвердил Костя. – Надо бы сходить на субастрал и спросить у моего мобильника, куда я задевал его зарядное устройство…

– Кишка у тебя тонка по астралам шастать, – не сдержался Саша. – Лучше бы порядок в комнате соблюдал, тогда и вещи бы не пропадали.

– Да у меня все чисто, – возмутился Костя. – Сами ко мне ходите и мусорите…

– Да у тебя уже дверь не открывается, столько мусора насобиралось!

– Это правда – про вещи? – вмешалась в их перебранку Таня. – В этом субастрале вещи действительно могут говорить четким голосом?

– Да, именно так, – ответил Костя. – На тонком уровне можно увидеть и услышать, как оживают любые предметы… А если повезет, то даже клубки увидеть.

– Клубки людских жизней, – уточнил Саша. – У каждого человека есть свой клубок, который катится за тобой в астрале, куда бы ты ни направился здесь, на материальном уровне. По его виду можно многое определить. Например, от его размера зависит, сколько тебе отмерено лет в этой жизни. Говорят, лучшие гадатели могли спокойно выходить на субастральный уровень и уже там, по клубку жизни человека, по голосам вещей, которые его окружают, предсказать всю его судьбу.

Таня резко села в постели.

– Я видела эти клубки, – отрывисто произнесла она.

Воцарилось ошеломленное молчание.

– А ты не заливаешь? – первым высказался Костя. – За такой переход могут сразу пятый ярус дать или даже послать в академию Золотого Орла, где учатся особо одаренные.

Даша дернула головой, словно хотела ему возразить, но ничего не сказала.

– Я видела там целую кучу клубков, – продолжила Таня. – И все они были очень разные: одни лежали, другие катились, словно камни… Честно говоря, они производили жутковатое впечатление.

– Короче, надо срочно рассказать Шизе, – заключил Костя. – Но сделать это следует очень осторожно, иначе решат, что ты просто немного тронулась умом при переходе между уровнями. Назначат больничный режим, начнут обследовать, мыслечувства просматривать. В общем, потом не выпутаешься.

– Ой, тогда лучше не говорить, – испугалась девушка. – Возможно, мне действительно привиделось.

– Как же привиделось, если ты раньше не знала о субастральном уровне? – возразил Костя. – Или нет? Даша вроде рассказывала, что ты из простых…

– Ребята, вам пора домой, – перебила его излияния подруга. – Дайте Тане отдохнуть.

– Да-да, мы уходим.

Александр вдруг наклонился над Таней, осторожно поцеловал ее в щеку, а после – в краешек губ, очень нежно. И сразу исчез, оставив девушку в полном смятении.

– Ты знаешь, а ведь он к тебе серьезно неравнодушен, – хмыкнула Даша, когда ее Костя исчез после очень жаркого поцелуя. – Ты бы ему больше позволила, что ли? Смотри, как парень страдает.

– Не страдает. – Таня раздраженно мотнула головой. – Мне нет дела до всего этого.

– Да ладно, до этого всегда должно быть дело. – Даша снова хмыкнула, присела рядом и протянула ей зеркало. – На, полюбуйся.

– Откуда?! – ужаснулась Таня. На правой щеке багровел огромный синяк.

– Когда ты выпала из астрального купола, то приземлилась далеко за площадкой, почти у первого ряда зрителей, – пояснила Дашка. – Как раз щекой протянуло… Тебя намазали целебной мазью еще в университетском лечебном корпусе, а после сказали три дня отдыхать как минимум.

– И на учебу не ходить?

– Размечталась. – Даша ухмыльнулась. – Правда, от рунописания освободили.

– Ну хоть что-то полезное, – вздохнула Таня. – Послушай, Даша… Я давно хотела тебя спросить, что означает цвет клубка… Тогда, в первый день, перед иллюзией, передо мной возник клубок синего цвета, а вечером – зеленый. Между ними есть какие-то отличия?

– Все очень просто, – покивала Даша. – Смотри: красный клубок обычно указывает аудиторию, зеленый – выход из здания, черный – что-нибудь официальное, синий или сине-черный цвет обозначает, что это клубок неизвестный, за ним лучше не ходить… Потому что у него нет определенного направления или оно специально скрыто.

– Кто бы раньше это сказал, – проворчала Таня. – А если серебристый? Светящийся?

– О, это редкие и очень дорогие клубки, – покачала головой Дашка, – их сматывают из тонких нитей… Такие клубки указывают быстрые переходы или, как их называют, ультрапути – с их помощью можно мгновенно перемещаться в пространстве. А почему ты спрашиваешь? Видела такой?

– Угу. С помощью похожего клубка мы с Алексой переместились в кафе к этой рыжей – Кристе Соболь.

– А-а, ясно. – На лицо подруги легла тень. – Ты же теперь в «Кристалле» состоишь. Круто, ничего не скажешь.

Таня с удивлением взглянула на Дашу:

– Мне все больше кажется, что в этом как раз ничего хорошего. Мне не нравится Криста Соболь. И знаешь, там, под куполом, эта рыжая приложила меня сознательно… Надеюсь, она не хотела меня убить.

– На глазах у всех? – фыркнула Даша. – Не выдумывай. Да и зачем ей?

– А я знаю? – Таня поморщилась: при разговоре щека болезненно саднила.

– Ладно, ты сейчас отдыхай, – нарочито беспечно произнесла Даша и поднялась. – А я пойду приготовлю что-нибудь съестное. Я купила в магазине мясо и картошку.

– Откуда у тебя деньги? – удивилась Таня.

– Стипендию выдали, – неожиданно грубо произнесла Дашка. – Не забывай, я сирота, – мне кое-что положено… Так что проживем.

– Да ты чего злишься? – Таня села в постели. – А ну, давай начистоту.

Подруга потопталась на месте и вдруг вскинула подбородок.

– Знаешь, – медленно произнесла она, глядя прямо на Таню. – Ты меня извини за откровенность… Но с тобой связано много непонятного. Да, твой браслет тебе помогает. Но посмотри: экзамен ты почти провалила, но тебя все равно приняли. Возможно, тебе помогло знакомство с Вордаками… – Видя, что Таня хочет возразить, она подняла ладонь. – Потом ты делаешь супериллюзию. Кстати, действительно ли такую хорошую? Но этого достаточно, чтобы тебя перевели на более высокий ярус. Бац! И четвертый. – Дашка, переводя дух, шумно вздохнула. – Ради которого надо прилежно учиться год, а то и два… И вот ты ввязываешься в астральный бой и… побеждаешь!

– Ты же слышала Костю – победила Криста, – возразила Таня. – А я, к твоему сведению, только защищалась, поэтому так долго и продержалась.

Даша наградила подругу тяжелым взглядом.

– Нет, – медленно произнесла она. – Я внимательно наблюдала за боем. Если бы не Саша, который тебя прикрывал, ты бы вылетела еще в первом туре… Он постоянно отводил от тебя молнии.

– Ну возможно. – Таня раздраженно пожала плечами. – Ты же сама говоришь, что он ко мне неравнодушен. Ну и что с того…

– Ладно, Саша мог защищать тебя из благородных побуждений, – не дослушав, перебила Дашка. – Но дальше еще хуже – ты вдруг попадаешь на субастральный уровень! А это уже нерядовое совпадение. Или ты действительно обладаешь уникальными способностями наряду с невероятным везением… Или кто-то тебя сознательно провоцирует: бросает из огня да в полымя, чтобы с тобой всегда что-то происходило.

– Что за странные мысли? – недоверчиво протянула Татьяна. – Кому это надо?

– А я знаю? – Даша развела руками. – Может, кто-то хочет раскрыть твои способности. А может, ввести в некое бессознательное состояние, чтобы ты добровольно браслет отдала… Разозлить, ослабить? Не знаю… Но столько уникальных событий подряд просто не бывает. Я не удивлюсь, если завтра тебя выведут на пятый ярус. Допустим, за успешный бой. Тебе не кажется, что за этим всем кто-то стоит, а? У тебя ведь имеются довольно высокопоставленные знакомые, с которыми шутить не стоит.

– Если ты про Вордака, – начала Таня, – то сама подумай: почему бы ему сразу не ввести меня на пятый ярус? С самого начала учебы. Но зачем ему помогать мне? Кроме того, он ведет себя довольно вежливо: вон, даже на Апрельский бал пригласил… Оберег мне дал, на который я как раз очень надеюсь. А еще, кстати, говорил, что Кукушка поможет мне приобрести хорошие колдовские умения.

– Может, это и не он все подстраивает, – задумчиво произнесла Даша. И, вновь присев на край постели, вдруг прошептала: – А что, если это те таинственные люди, о которых ты говорила? Те, что подбросили тебе золотую монету? Может, это они тебе подкидывают такие… необычные обстоятельства? Я спрашивала у Кости, и он подтвердил: никогда ученик не терял сознания внутри купола для поединков… Поэтому нельзя все списывать на случайность. Кто-то помог тебе войти, хм… в другую дверь. В обратную сторону. Не на материальный уровень, а наоборот – на более тонкий, на субастральный!

– Но кто? – чуть не взвыла Татьяна, чрезвычайно встревоженная ее рассуждениями. – Криста?

– Для этого необязательно находиться рядом, – рассудила Даша. – Можно было ведь и раньше чары на тебя навести… Хотя это явно сделал человек, пребывающий внутри купола… Но кто?

– Погоди, – помотала головой Таня, – я запуталась. Ты хочешь сказать, кто-то меня специально на этот субастральный уровень выкинул?

– Именно так.

– Но зачем?!

– Послушай… – Дашка прищурилась. – А с тобой ничего такого прям вообще особенного не произошло? Может, что-то видела там, слышала? Нечто совсем необычное?

– Ну да… – Таня встала с постели и направилась к сундуку. – Кое-что я слышала, причем отчетливо.

– Ой, не вставай! – забеспокоилась Даша. – А то вдруг опять плохо станет? Врач сказал, чтобы ты обязательно полежала в постели до завтра. А если не станет лучше, то вообще не шла на учебу.

– Ну вот еще. – Таня присела возле сундука, пытливым взором оглядела крышку и осторожно нажала на паучью спинку. – Да со мной все нормально.

Крышка моментально откинулась, и девушка заглянула в сундук. Теперь там лежал серый клубок – пропуск в Кукушку, граненый флакон с зельем для полетов, холщовый мешочек, пергамент, свидетельствующий о поступлении, и приглашение на Апрельский бал. Таня осторожно извлекла эти предметы по очереди и лишь затем ощупала дно сундука.

– Как думаешь, здесь может быть тайник? – спросила она у Даши.

– А в чем дело? – По всему было видно, что подруга очень заинтригована.

Таня поведала вкратце о том, что слышала. Она даже не удивилась, когда ее браслет начал теплеть: значит, догадка оказалась верной – на субастрале она слышала реальное указание, поэтому следовало найти в сундуке двойное дно.

После часа безуспешных попыток расколдовать сундук, чтобы обнаружить хоть какое-то второе дно, девушки сдались.

– Возможно, тебе просто привиделось, – сокрушенно вздохнула Даша, впрочем, весьма заинтересованная «секретом от прабабки». – Я о субастрале ничего не знаю, а жаль… Возможно, там вещи действительно болтают, но всякую ерунду.

– Может, так и есть. – Таня мрачно мотнула головой. – Ладно, давай спать – как говорится, утро вечера мудренее.

О том, что браслет пек ей руку не переставая, она решила умолчать. Может, следовало искать второе дно как-то иначе… Ничего, завтра на свежую голову разберется.

Глава 9

Поцелуи

На следующий день Таня чувствовала себя отлично и даже пошла вместе с Дашей на лекции. К счастью, никто не знал, что за девушка так неудачно выпала во время астрального боя и, кроме нескольких знакомых, никто к ней не приставал с расспросами о самочувствии.

Зато Шиза вместо обычного рунописания учинила девушке настоящий допрос. И вот уже второй час вдвоем с Таней они плыли на лодке по тихой озерной глади. Погода стояла летняя, на берегу лениво шевелили зеленой листвой молодые березки, а в воде мелькали спинки серебристых рыбок. Ольга Шисумовна была весьма каверзна в вопросах и сыпала ими, не переставая. Девушка вскоре уверилась, что перед ней сама преподавательница, а не ее иллюзорный образ.

Татьяне пришлось подробно рассказать Ольге Шисумовне о клубках, голосах и тресках. Обо всем, кроме странного послания. В конце концов, это ее, Татьянино, личное дело. Шиза будто чувствовала, что девушка что-то недоговаривает, однако настаивать на откровенном разговоре не стала.

Две недели пролетели незаметно, и вот настала пятница – день накануне долгожданного Апрельского бала. За эти дни как-то незаметно для себя Татьяна втянулась в учебу, и даже рунописание теперь не вызывало у нее привычного содрогания. Ей нравилось создавать иллюзии под бдительным присмотром Шизы, изучать историю магии в мире и географию современных колдовских держав. С Дашей они помирились: подруга перестала дуться сразу же после того, как узнала, что Таню все-таки не перевели на пятый ярус. Наладились хорошие отношения и с другими учениками, особенно с Александром, который все чаще бывал у девушек в гостях. Парень не переходил границу дружеских отношений, и Татьяну это устраивало. Почти каждый вечер они вчетвером – Таня, Саша, Даша и Костя ходили на обед в кафе «Мафия» по соседству с университетом.

Татьяна так и не виделась с младшим Вордаком, и была этому даже рада. Впрочем, Александр сообщил, что Лешка куда-то уехал по семейным делам. По слухам, в связи с предстоящими выборами сын помогал отцу в поисках новой силы. Между тем несносная Ира Лисцова вовсю хвастала, что Лешка уже пригласил ее на Апрельский бал, где должны были собраться лучшие колдуны и ведьмы со всей страны.

Сегодня, когда Татьяна, как обычно, встретилась с друзьями в кафе, речь зашла о приближающемся празднике. Апрельский бал оказался действительно грандиозным событием в карпатском колдовском мире. Пока друзья вспоминали, кто из университета побывал на прошлом балу, Татьяна обдумывала, как бы пригласить Александра составить ей компанию на этом. Дашка давно хитро поглядывала на подругу, кося глазами на парня, но случая поговорить с тем наедине не представлялось.

И вот, лишь только она собралась с духом рассказать, что тоже приглашена на этот Апрельский бал и ей так нужен достойный кавалер, как вдруг двери кафе громко звякнули и в помещение вошел паренек. Он быстро огляделся, словно кого-то искал, встретился глазами с Таней и направился прямо к их столику.

– Вы – Татьяна Окрайчик? – деловито спросил новоприбывший.

– Ну я… А что?

– Вот, Алексей Вордак просил передать. – И паренек сунул в руки изумленной Тане небольшой пакет, перевязанный куском бечевки. – От его отца, – поспешно добавил он, словно призабыл часть послания.

– Чего же Алексей сам не передал? – вскинулась девушка. – Боится на глаза показываться?

Парень деликатно промолчал.

– Передай ему, что он трус, – не унималась та. – Трус, каких мало…

– Да что мне, жить надоело? – Паренек насмешливо хмыкнул, кивнул на прощание и ушел быстрым шагом.

– Кто это такой? Не видел его раньше, – неприязненно заметил Саша, следя через витрину, как посланец от Лешки неторопливо пошел по улице. – И почему Вордак сам не передал?

– Мне кажется, лучше не открывать, – вмешался Костя, хотя глаза его заблестели от любопытства. – А вдруг это какой-то розыгрыш? Я тоже никогда не видел этого мальчишку.

Таня повертела пакет в пальцах, но через толстый слой бумаги ничего не прощупывалось.

Решившись, девушка развязала бечевку и быстро развернула бумагу.

От резкого движения из пакета выскользнуло что-то блестящее и брякнулось на пол. Приглядевшись, Таня с удивлением узнала свою золотую монету.

Что это значит? Ни письма, ни маленькой записки в пакете не было. Может, старший Вордак обезвредил монету и приказал сыну отнести ее Тане? А Лешка просто не захотел с ней встречаться. Наверняка все еще дуется.

– Даша, дай салфетку, – попросила она.

– На, держи. – Костя протянул ей салфетницу.

Девушка взяла сразу три, сложила их вместе и лишь тогда, пользуясь ими как перчаткой, подняла с пола монету и аккуратно завернула в тугой комочек из этих же салфеток.

– Ты не знаешь, в какой комнате на вашем Чердаке живет Вордак? – мрачно спросила она у Сашки. – Мне надо с ним поговорить. Срочно.

– Ты что его, бить собралась? – в недоумении поднял брови Александр. – Успокойся… Может, расскажешь нам, в чем дело?

– Нет, это личное.

Таня встала и, не сказав больше ни слова, вышла.

– Что это с ней? – удивился Костя.

Дашка дипломатично пожала плечами, а вот Саша почему-то нахмурился.

…Александр догнал ее только возле Зала Трансформаций: крепко сжимая салфетки в руке, Татьяна раздумывала, в какую сторону ей лучше направиться.

– Чердак находится под стеклянным куполом. – Он крепко взял девушку за руку. – Там живут только те, кто учится на пятом ярусе и поэтому располагает особыми привилегиями.

– Я знаю, – огрызнулась девушка, все еще пребывающая в плохом настроении.

– Давай лучше я проведу тебя.

– Спасибо. – Она смущенно улыбнулась. На самом деле ей не очень хотелось самой разыскивать, где же находится этот пресловутый Чердак. Да и кто знает, какие иллюзии могут встретиться на пути.

– Наверняка ты не знаешь, что вход на Чердак надежно защищен, – как будто в ответ на ее мысли произнес Саша. – Вот почему ты могла бы попасть в ловушку и просидеть до утра, пока дежурные тебя не спасли бы… Каждое утро по пять человек находят, иногда больше.

Таня сузила глаза, но ничего не сказала.

– А как же мы пройдем на этот Чердак? – спросила она.

– Видишь ли, я тоже там живу, – улыбнулся парень. – Да и с Вордаком мы немного знакомы. И покажу, в какой комнате он живет. Не знаю, что у вас за вражда, но в целом он хороший парень.

– Угу.

Таня вспомнила, как Лешка поранил ей запястье ножкой от бокала. Да уж, отличный парень, просто молодец.

Александр взял Таню за руку и, почти сразу свернув в боковой проход, повел узким, незнакомым коридором. Они прошли вверх по красивой витой лестнице с мерцающими изнутри стеклянными ступеньками. На миг Тане показалось, будто она идет по серебристому воздуху, сотканному из мельчайших капель утренней росы. Когда эта чудесная, но невероятно длинная лестница закончилась, они попали в просторный холл с прозрачными стенами, переходящими в купол крыши. В этом помещении весь пол покрывали клумбы с цветами и кадки с деревьями, для передвижения оставались лишь узкие проходы-дорожки. Посреди уютного сада журчал фонтан с огромным ярко-зеленым цветком посередине. Цветок светился изнутри и казался живым, Татьяна чувствовала исходивший от него тонкий аромат чего-то мятного, свежего и душистого.

– Какая сказка! – невольно вырвалось у нее.

– Ты угадала, это действительно сказка. – Александр окинул цветок привычным равнодушным взором. – Помнишь легенду о каменном цветке? Эта скульптура – напоминание студентам о стремлении к живому искусству. Подделки рушатся и забываются, а подлинное искусство живет веками. Тебе нравится?

Таня не ответила, во все глаза разглядывая удивительную скульптуру… только вот скульптуру ли?

– Послушай, но разве это не иллюзия?

– Молодец, распознала. – Парень одобрительно кивнул. – Настоящая иллюзия тоже должна быть живой, исполненной от сердца, – продолжил он. – Только из чистого, искреннего стремления рождается настоящее волшебство… Понимаешь?

– Да, – кивнула Таня и выдохнула: – Удивительно красивый цветок!

Александр глянул на нее и вдруг нежно сжал запястье.

– Ты сама как цветок, – улыбнулся он. И, словно спохватившись, быстро добавил: – Вордак живет в третьем номере, позвать его?

– Нет, я сама, – покачала головой Таня. – Мне надо поговорить с ним наедине. И она сжала в свободной руке синий комочек салфеток.

– Тогда я тебя здесь подожду, чтобы потом обратно отвести. – Сашка отпустил ее руку и, ободряюще кивнув, направился к ребятам, сидевшим на одной из кованых ажурных лавочек, окружавших фонтан.

Роскошная, обитая красной кожей дверь с цифрой «3», выгравированной на сияющей золотой табличке, нашлась сразу. Таня не обнаружила звонка или чего-то похожего, чтобы можно было предупредить о своем приходе, поэтому просто повернула блестящую золотую ручку и немного надавила на дверь.

Перед ней развернулась весьма неожиданная сцена: полулежа на кожаном диване, младший Вордак горячо обнимался с Ирой Лисцовой, причем его руки довольно смело изучали тело подружки под кофточкой. Завидев вошедшую, они оба подскочили и отлетели к противоположным диванным подлокотникам, но при этом бывшая соученица выглядела раздосадованной, а вот Лешка – не в пример спокойным, будто ожидал, что Татьяна заявится.

– Нам надо поговорить, – с нажимом произнесла девушка. Как назло, голос немного сорвался. Не говоря больше ни слова, она выскочила в коридор. Ее щеки пылали жарким огнем – ну это ж надо было ввалиться в такой неподходящий момент!

Через некоторое время вышел и Лешка.

– Тебя не учили стучаться в двери, перед тем как войти? – спросил он, усмехнувшись. Он явно находил создавшуюся ситуацию забавной.

– Извини, что помешала, – процедила Таня, стараясь не глядеть парню в глаза. – Что это такое? – И девушка протянула ему синий комок салфеток.

– Похоже на мятые салфетки.

Татьяна молча развернула комок: сверкнула монета. Лешка оценил.

– Сама догадалась или кто-то подсказал? – ехидно произнес он.

– Зачем ты вернул ее? – Таня пропустила грубость мимо ушей. – Мне кажется, ты не вложил в пакет записку с пояснением.

– Точно, я же забыл передать, – насмешливо произнес парень. – Папа просил сообщить тебе, что эту монету ты должна взять с собой на Апрельский бал.

– Зачем?

– Чтобы найти того, кто дал ее тебе, – равнодушно пояснил Лешка. – Когда ты будешь проходить мимо этого человека, монета станет горячей… Поэтому держи ее в руке, чтобы вовремя почувствовать и узнать, кто же на тебя охотится.

Не выдержав, девушка хмыкнула:

– Так, значит, об этом я тоже должна была догадаться?

– Ты бы и так пришла просить объяснений. – Он осклабился. – Стоило ли напрягаться, записки еще писать? Да и небезопасно… А так – пожалуйста, ты здесь. Как видишь, я все продумал.

– Ты мог бы просто подойти и сам сказать.

– У меня много дел, – пожал плечами парень и, оглянувшись, добавил: – Как ты уже видела, я и сейчас несколько занят.

Таня заметила, что Лисцова нетерпеливо поглядывает через щель в дверном проеме, явно недовольная вмешательством бывшей соученицы.

– Мне все равно, чем ты там занят. – Девушка смерила его презрительным взглядом. – Мне не нравится, что вы с папашей опять что-то недоговариваете.

– Отец давно обезвредил твою ловушку. – Лешка ответил таким же взглядом. – Ты думаешь, почему он тебя пригласил на Апрельский бал? Там будут люди высшего ранга, самые сливки колдовского общества… Возможно, на кого-то из этих людей монета среагирует. Надеюсь, теперь все ясно?

– Нет, не все ясно! – обозлилась Таня. – Меня удивляет, почему это ты столь резко поменял ко мне отношение? Это я должна обижаться на тебя за то, что ты напал на меня!

– Я не нападал на тебя! – прорычал Лешка, одним махом растеряв показное равнодушие. – Это ты повела себя глупо!

– Если тебе так нужна была моя кровь, мог бы просто попросить! – Таня чуть не задохнулась от ярости.

Проходившая по коридору студентка с опаской оглянулась на Лешку и ускорила шаг. Тот заметил это и вскипел с новой силой:

– Мне просто надоело тебя уговаривать! И вообще, – добавил он тише, – не порть мне репутацию… Вон Вацлав идет… А его отец дружит с моим.

Таня в недоумении вскинула брови.

– Еще секунду, – ласково произнесла она, шагнула к парню и, толкнув его к стене, прильнула губами к его губам.

Казалось, прошла целая вечность. Лешкины губы оказались неожиданно мягкими, теплыми и податливыми. Таня чувствовала, как бьется жилка на его шее… Неожиданно для себя она поняла, что совсем не прочь простоять так как можно дольше. За ее спиной раздалось ехидное покашливание – наверное, это не кто иной, как Вацлав, подтверждал только что состоявшееся ухудшение Лешкиной репутации.

Решив, что поцелуй затягивается, девушка отстранилась. Лешка так и остался стоять прижатым к стене, будто время для него остановилось.

– Ты что делаешь? – наконец выдавил он.

– Порчу тебе репутацию, – широко усмехнулась Таня. – Но знаешь, вообще-то глупо обижаться на то, что я всего лишь раз или два назвала тебя сопляком.

– Никто не обижается, – процедил Лешка, понемногу приходя в себя. – И знаешь, Краюшка, ты совсем не в моем вкусе. Слишком худая и бледная.

– Почему же ты тогда покраснел? – улыбаясь, спросила Таня.

В следующий миг произошло нечто странное: ее будто накрыло волной чужих ощущений… Отчаяние, злость, даже гнев, и – слабость, надежда, страх, желание – мысли и чувства перемешались в кучу, словно разноцветные стекла в поломанном калейдоскопе, никак не желая складываться в правильный геометрический узор. Подобное произошло тогда же, когда…

Лешка отскочил в сторону, будто ужаленный:

– Не приходи сюда больше!

– Если бы не ты, я бы и не пришла. – Татьяна вновь подступила к нему. – Ты хотел со мной поговорить, поэтому и прислал монету без записки.

На смуглом лице парня вновь проступил легкий румянец.

– Не придумывай! Про монету отец сам расскажет. Наверняка снова к тебе зайдет, – с горькой усмешкой произнес он.

Тане показалось, что Лешка снова над ней издевается, и она этого не стерпела:

– Да вы с отцом меня уже достали! Я вас обоих ненавижу!

Взгляд черных глаз потемнел. Татьяне даже почудилось, что сквозь черты сына проступил облик Вордака-старшего.

– Да если бы не мой отец, ты бы уже давно мертва была, – прошипел парень. – Дикие только и ждут, чтобы схватить тебя и отобрать браслет! Ты разве не поняла, что мы тебя охраняем? Оберегаем от других? До того момента, пока ты не пройдешь этот чертов Обряд Тайных Сил.

Выговорившись, парень недоуменно покачал головой, словно не одобрял собственной словоохотливости.

– Вы не говорили мне про диких, – тихо произнесла Таня.

– Слушай, все вопросы – к моему отцу, ясно?

– А ну признавайся! – Она перешла в отчаянное наступление и вновь чуть не прижала парня к стене. – Ты вынудил меня на этот субастральный уровень попасть?

– Я.

Таня, не ожидавшая такого прямого ответа, отступила. Как же все-таки они с отцом похожи! Ведь старший Вордак тоже любил озадачивать таким образом.

– Да, я… – повторил Лешка, принимая обычный самоуверенный вид. – Чтобы помочь тебе переговорить с браслетом. Ведь разговорчик состоялся, верно?

– Не скажу, – огрызнулась Таня.

– А мне и неинтересно, – пожал тот плечами. – Отцу расскажешь, если жить захочешь.

– Ах так?! Значит, ты все время по его приказу действовал.

– Возможно.

Татьяна размахнулась и изо всей силы залепила ему пощечину.

У него непроизвольно отвисла челюсть. На щеке ярким малиновым цветом проступал довольно четкий отпечаток ладони.

В глазах у Лешки уже плясали злые огоньки.

«Ну давай же, рассердись… – с какой-то мрачной веселостью мысленно умоляла Таня. – Дай мне повод».

Но огоньки погасли.

– Слушай, просто уйди отсюда, – сухо произнес он. – И все.

Но в девушку словно бес вселился.

– Ты не можешь прочесть мои мыслечувства, – заявила она. – Странно. Ведь ты наверняка не прочь узнать о том, что я услышала в субастрале… И кстати, где ты пропадал столько времени? Может, восстанавливал силы после того, как перекинул меня на субастрал? Я слышала, это очень трудно сделать, даже такому талантливому сопляку, как ты.

Лешка зло вспыхнул, открыл было рот, чтобы огрызнуться, но передумал. Только глаза вновь недобро сузились.

– Так где ты был? – продолжала настаивать девушка. – Или ты после поцелуя язык проглотил?

– Я путешествовал с отцом, ясно? – не выдержал тот. – И с чего ты решила, что я должен постоянно читать твои мысли? Я уже сказал, что теперь тобой будет заниматься только отец.

– Ну он хоть не будет делать глупостей, – не сдержалась Таня. – Во всяком случае, открыто нападать – это уж точно не в его стиле.

Лешка развернулся и шагнул на порог своего номера. В проем глянуло рассерженное Иркино лицо и тут же исчезло.

– У нас с тобой разные цели в жизни, – обернувшись в дверях, вдруг произнес он. – Так что лучше не попадайся мне лишний раз, потому что я могу серьезно разозлиться и наплевать на бывшую дружбу. Тем более из-за тебя мне придется мириться с Лисцовой, – добавил он шепотом, – а я хочу пригласить ее на Апрельский бал.

Вот это да! Ира уже всем рассказывает, что пойдет с ним на бал, а он ее даже не пригласил.

– Лучше пригласи, а то выйдет конфуз. – Таня фыркнула, игнорируя недоуменный взгляд парня. – А вот я на Апрельский бал не пойду. А еще скажу твоему отцу, что в этом ты виноват.

Таня развернулась и пошла по коридору в стеклянную залу – Александр, наверное, заждался уже… Сейчас она пригласит его на этот чертов бал, на который, ну конечно же, пойдет. Просто Лешке зачем об этом знать? Пусть поволнуется.

Вскоре она с большим удовольствием услышала позади себя торопливые шаги.

– А ну остановись! – выкрикнул Лешка. И вдруг перешел на мягкий тон: – Таня, пожалуйста.

– Ну, что опять?

– Ты должна пойти, – через силу выдавил он, отводя взгляд. – Отец страшно рассердится, если не придешь.

– Это еще почему? – не сдавала позиции Татьяна.

– Он хочет узнать, кто же охотится за твоим браслетом. Да и… – Парень прищурился, – разве ты сама не хочешь это выяснить? Тебе не надоело жить под вечным наблюдением?

Девушка раздумывала. О да, разумеется, она хочет выяснить! Но все равно лучше поторговаться.

Она окинула парня серьезным, вдумчивым взглядом:

– Хорошо, я пойду на бал, если ты научишь меня исчезать в воздухе.

– Зачем тебе? – искренне удивился Лешка. – Ты же и сама можешь становиться невидимой. – Он кивком указал на ее браслет.

– Это не одно и то же. Я хочу научиться быстро перемещаться в пространстве.

– Ладно, договорились. – Лешка нетерпеливо оглянулся (наверняка Ира страшно злилась). – Я приду к тебе завтра, после бала… С самого утра.

– Да? – Татьяна неловко потопталась на месте. Глубоко вздохнув, она добавила: – Ну приходи… И это… – Еще один вздох. – Надеюсь, ты не сильно сердишься из-за пощечины? Как-то сгоряча получилось.

– Ну-ну, – хмыкнул Лешка, невольно поднося руку к пострадавшей щеке. – По мне, если уж сердиться, так это на поцелуй. Сухой какой-то…

– Сухой?! – изумилась девушка. – Много ты вообще понимаешь!

Лешка усмехнулся, и в его глазах заплясали знакомые Тане озорные огни.

– Моя очередь показывать.

Не дожидаясь согласия, он шагнул к ней, молниеносно заключил в кольцо рук и осторожно, но крепко поцеловал. Впрочем, одним поцелуем не ограничился: его язык моментально проник ей в рот и провел очень нежное исследование ее языка. Таня хотела оттолкнуть парня, но ее ладони предательски ослабли. Впрочем, вскоре он сам отстранился, хотя продолжал держать девушку за талию, крепко прижимая к себе. Таня слышала, как сквозь футболку громко бьется его сердце. Оба тяжело дышали, не в силах справиться с собственными чувствами.

– Ты что творишь? – ошарашенным шепотом спросила она. – Сейчас же отпусти меня.

– Да, что-то заболтались. – Лешка облизнул губы, словно они пересохли. – А теперь извини, меня девушка ждет. – Он подмигнул ей с самым наглым видом и скрылся за дверью своей комнаты.

Порядком озадаченная Татьяна побрела по коридору назад, к фонтану с цветком. Уши у нее пылали: вот тебе и поговорила с младшим Вордаком. Но самое удивительное – поцелуй ей понравился: и первый, и второй. И она до сих пор чувствовала странную слабость.

…Вечером Дашка пришла не одна, а «с парнем из четвертого яруса». Таня решила не спрашивать, что же случилось с Костей, потому что подруга делала недвусмысленные намеки не говорить лишнего. Нового парня звали Артур, был он высокий и довольно симпатичный. Они с Дашей сразу же заперлись в Таниной спальне, а сама хозяйка, рассудив, что не стоит мешать парочке, решила немного полетать на сундуке возле дома, освежить собственную голову.

К счастью, новая Дашина любовь вскоре испарилась: когда Таня, разгоряченная полетом, влетела обратно через окно в кухню, сама Даша заваривала чай и что-то напевала при этом.

– Слушай, а как же Костя? – первым делом спросила Таня, принимая кружку с ароматным травяным напитком. – Вы что, поссорились?

– Ты что, конечно нет, – вскинула брови подруга. – И прошу тебя, не проговорись ему… Ребята из разных ярусов обычно между собой не общаются, поэтому вряд ли раскроют… мой маленький секрет. Ах, этот Артур такой симпатичный, что просто… я просто не удержалась. – Девушка виновато хлопнула ресницами.

Таня предпочла промолчать. Зато Даша тут же накинулась с расспросами:

– Ты поговорила с Вордаком? Что он тебе сказал? Что это был за сверток?

– Долго рассказывать… – Таня расстроенно цокнула языком. – В общем, я его поцеловала. Это вышло случайно.

У Даши посветлело лицо.

– Ну наконец-то ты с кем-то! – победно воскликнула она. – Правда, мне казалось, что тебе больше нравится Александр. Да и послушай, разве с Вордаком наша Лисцова не встречается? Об этом вся Кукушка трубит.

– Я же сказала – это вышло случайно, – сердито перебила Таня. – Тем более что я его потом ударила.

– Зачем?! – честно изумилась Даша. – Неужели так плохо целуется?

– Нет, целуется он прилично, – признала Таня. – Я влепила ему пощечину, но почти сразу же извинилась. Ударила за грубость.

– А он? – Даша сгорала от любопытства.

– Он меня тоже поцеловал, – со вздохом завершила Татьяна, понимая, что следует либо все рассказывать, либо молчать. Но она не хотела передавать подруге весь их разговор.

– Тоже случайно? – уточнила Даша.

– Нет, намеренно.

Они помолчали, каждая думала о своем.

– Слушай, так тебе он нравится, что ли?

– Кто?

– Черт в кимоно. – Дашка хмыкнула. – Вордак этот. Иркин парень.

– Нет, конечно! – Татьяна изо всех сил помотала головой, словно бы старалась убедить саму себя. – Он же младше меня… Кроме того, он сын Мстислава Вордака.

Вспомнив о старшем Вордаке, Татьяна совсем приуныла.

– Нашла предлог, – передернула плечами Даша. – А вот я думаю, что ты ему очень нравишься… Это еще тогда было заметно, когда мы праздновали поступление в Кукушку. Он такими глазами на тебя смотрел, будто съесть решил. Или что-то совсем другое, из более приятных вещей. – Она ухмыльнулась.

– Наверное, съесть и решил, – помрачнела Татьяна, вспомнив, насколько неудачно закончился тот вечер. – Честно говоря, я думаю, мне стоит держаться подальше от их семьи.

– Да, папаша у него тоже ничего. – Дашка оценивающе прищелкнула языком. – Такой взгляд! А еще эти усики, хм…

– Да, очень даже ничего, – рассеянно поддакнула Таня.

– Слушай, а может, тебе старший нравится? – Даша прищурилась. – Ты сейчас порозовела даже.

– Ты знаешь, меня как-то странно тянуло к старшему, – вдруг разоткровенничалась Татьяна. – Он сильный, властный, красивый… мужественный. Но в то же время он меня отталкивает. Как будто я желаю его, но это не совсем мое желание, понимаешь? Я даже приревновала его, когда он целовался с этой венгеркой, потому что он такой… интересный, что ли…

– Ты видела, как он целовался с госпожой Мильтовой? – изумилась Дашка. – И не рассказала мне?!

– Лучше бы не видела, – горестно вздохнула Таня. – И знаешь, давай спать, что ли? Завтра куча дел.

Таня решила отдать спальню Даше, а сама постелила себе в гостиной на диване. В конце концов, подруге спальня, видать, нужнее. Татьяна невольно улыбнулась, вспомнив о сегодняшних поцелуях, и тут же постаралась прогнать все фривольные мысли, иначе так и пролежит всю ночь, не смыкая глаз.

– А младший Вордак все-таки очень хорош! – донесся лукавый голос из спальни. – Только ты с Иркой поосторожнее… Не простит.

Через некоторое время послышался легкий свист – Даша заснула.

Глава 10

Апрельский бал

Таня все-таки улучила подходящий момент и предложила Александру сопровождать ее на Апрельский бал. Как она и ожидала, парень принял ее приглашение двусмысленно и некоторое время просто глупо и счастливо улыбался.

«Ну и ладно, – подумала Таня, – пусть так и будет. Может, и повстречаемся немного…»

Александр обещал заехать за ней где-то в одиннадцать вечера, чтобы они попали на торжественное открытие ровно в полночь.

Сборы были волнующе-приятными: Таня съездила к Руслане и решилась попросить у нее одно из тех чудесных платьев, которые дарят директору агентства хитрые дизайнеры, желающие получить моделей для своих показов почти бесплатно. Подруга была в отличном настроении, поэтому без уговоров вытащила на свет нечто длинное, струящееся, с дымчато-зеленым переливом. Платье очень подошло Татьяне, а вместе с цепочкой-оберегом и браслетом смотрелось просто чудесно: изумруды сверкали ярче прежнего и прекрасно шли в тон к наряду.

Легкий макияж, незатейливая прическа в виде косы – и все. Даша предупредила Татьяну, чтобы та не вздумала надеть туфли, потому что на балах обувь тоже не полагалась: колдуны ценили природную красоту босых женских ножек.

Все было хорошо, кроме горестных охов подруги, желающей побывать на торжестве в сто раз больше всех приглашенных, вместе взятых, как она сообщала уже который раз. Ну что поделать, ведь не было у Тани двух пригласительных!

Ровно в десять вечера над приглашением появился маленький клубок золотисто-серых ниток. Завидев переливающийся шар, Даша помрачнела и пошла на кухню заваривать себе чай.

Около одиннадцати за окном что-то просвистело и громко стукнулось о внешнюю стену дома, даже перегородки в квартире задрожали. Татьяна распахнула оконные створки – в проеме тут же появилось виноватое лицо Александра. Раскинув руки в стороны, парень балансировал на довольно странном предмете, похожем на ковер, и явно с управлением не справлялся.

– Я хотел взять машину, – оправдываясь, пояснил он. – Но подумал, что на ковре тебе будет интереснее.

Таня покивала, потому что действительно предпочла бы прокатиться на летающем ковре, чем просто на машине.

Девушка окинула Александра оценивающим взглядом: классический серебристо-серый костюм, белая рубашка, туфли. Видимо, на мужчин правило отсутствия обуви не распространялось.

– Выглядишь потрясающе, – восхищенно произнес Александр, предложил Тане руку, и она легко перешла с подоконника прямо на ковер. Ткань летающего средства была толстой, с длинным ворсом, словно мягкая шелковистая овчинка. Девушка уселась на самом краю, свесив ноги, отчего подол ее платья заструился на легком ветру.

Она осторожно глянула вниз:

– Нас не будет видно?

Двор под ними полнился людьми, все-таки суббота: мальчишки играли в футбол, не спеша прогуливались парочки, всюду бегали и орали дети под присмотром болтающих мам.

– Конечно, не будет, – подтвердил Александр, пряча улыбку. – Простая иллюзия, любой начинающий такую сможет… С твоим браслетом ты могла бы делать невидимыми сотни таких ковров.

– Надо потренироваться, – улыбнулась Татьяна. – Вот наведу на тебя чары, будешь знать.

– Я уже давно под твоими чарами, – улыбнулся Саша и ласково обнял ее за плечи.

Поддавшись его нежности, она невольно наклонила голову, парень этим воспользовался и поцеловал ее в шею.

Он забрал у Татьяны дорожный клубок и тут же подкинул его в воздух: ковер мягко тронулся с места, набрал высоту и не спеша заскользил над крышами.

На полпути, когда Сашка вознамерился поцеловать ее более решительно, Таня вспомнила, что забыла самое важное. То, ради чего ее и пригласили на такое торжественное мероприятие.

Пришлось возвращаться за монетой. Окно в кухню открыл незнакомый парень, благожелательно сообщив, что Даша находится в ванной. Таня решила не вдаваться в подробности, рассудив, что подруга имеет право делать что хочет. Александр узнал его и представил как Юру с пятого яруса. Пока ребята разговаривали между собой, девушка разыскала злополучную монету и быстро спрятала за лифом платья. Через минуту они с Сашей продолжили путешествие.

Когда ковер начал снижаться над лесом и они полетели над самыми пиками елей, Татьяна из-за очередного маневра летающего средства покрепче прижалась к Саше. Он снова поцеловал ее. Вышло неожиданно и как-то неловко: но все же девушка ответила на поцелуй довольно горячо. Но перед глазами вдруг выскочило лицо старшего Вордака, довольно ехидно улыбающееся, а за ним – озадаченное лицо младшего… Вспомнилась Ира с оголенным плечом и Лешка с ней рядом. Таня отогнала дурацкие видения и попыталась сосредоточиться на поцелуе. Тем более что парень был готов перейти к более решительным действиям: его пальцы, игнорируя ткань платья, давно скользили по лифу и могли обнаружить спрятанную монету. Пришлось мягко, но все же отстраниться, коря себя как за холодность, так и за горячность. Впрочем, парень и так выглядел довольным, а Таня лишь порадовалась, что он не знает, о чем она вообще думала и продолжает думать.

Из-за неудачного возвращения за монетой, а также из-за долгого поцелуя, когда ковер просто блуждал над деревьями, они опоздали на торжественное открытие. Но Тане хватило и восторженного разглядывания экстерьера: местом для празднования торжества послужил огромный, удивительный пантеон с круглой танцевальной площадкой посередине, выложенной черно-белой мозаикой. На площадке кружились пары – многие летали прямо в воздухе, почти не касаясь ногами пола, в результате чего девушка и поняла, почему на балах ведьмы появлялись без обуви.

С краю, на небольшом возвышении, разместился духовой оркестр: звучала медленная и возвышенная музыка. Правда, мелодия казалась немного печальной и даже унылой, но исполнялась великолепно. Вокруг танцевальной площадки жались друг к другу аккуратные круглые столики, их окружали плотным кольцом колонны, уходящие вершинами далеко в небо. За колоннами широким кольцом шла веранда из белого мрамора: ее перила увивали гирлянды сияющих фонарей.

Все это великолепие Таня рассматривала с большой высоты: Александр направил ковер по кругу, видимо, желая доставить удовольствие своей спутнице. Отсюда бальный зал походил на гигантскую корону с зубцами, расцвеченную самоцветами праздничных огней.

Наконец они подлетели к одному из столиков, Александр помог Тане сойти на площадку, а сам занялся ковром. Приложив руку к талии, где у него наверняка размещался пояс силы, парень что-то пробормотал, и ковер исчез.

– Полежит пока в моем личном астральном хранилище, – объяснил он, перехватив недоуменный взгляд девушки. – У каждого есть такая особая область… Произносишь пароль на руническом и складываешь туда все необходимые вещи, а потом так же забираешь. Очень удобно.

Александр пустился в подробные рассуждения, а Таня высматривала хоть кого-нибудь знакомого, но пока не преуспела в этом. Все столики оказались заняты, на веранде народу было еще больше; судя по оживленным репликам, все ждали некоего грандиозного фейерверка.

Поочередно оглядывая присутствующих, Таня заметила группу людей, одинаково одетых в темное. Они сгрудились вокруг какого-то человека, выделявшегося среди гостей высоким ростом, грозным видом и длинными седыми волосами, собранными в хвост.

– Что это за мрачный тип? – с интересом указала на него Таня.

– О, так это сам Лютогор Мариус! – Александр уважительно цокнул языком. – Особый гость. Опасная личность. Предводитель диких.

– Тех диких, которые ищут путь в Чародол?

– Все ищут путь в Чародол! – заметил парень. – А дикие почему так прозываются? Потому что живут в диких местах и на дух не выносят цивилизации и всякого волшебства, относящегося к интеллектуальным искусствам.

– Интересно, так цивиллы, получается, серьезно враждуют с дикими? – Таня спешно припоминала разговор с Кристой.

– Разумеется, враждуют, – усмехнулся парень и, пользуясь моментом разговора, приобнял Таню за талию. Впрочем, девушка не препятствовала. – Хорошо, что пока не воюют, – охотно продолжил он. – По слухам, Лютогор, как и Вордак, собирается выставить свою кандидатуру на пост Карпатского Князя. Вернее, из-за утери символов власти этот титул заменяется более современным – глава Братии. Если это произойдет, то, боюсь, все магические школы интеллектуального волшебства позакрывают.

– Почему?

– Да потому что у диких свои взгляды на жизнь. – Александр незаметно поглаживал открытую спину девушки. – Они считают, что колдовскому обществу нельзя жить в одном мире с простыми людьми… И, конечно, пользоваться их техническими изобретениями. Мол, это вредит истинному волшебству, рождающемуся от природных стихий.

– А нельзя ли попытаться объединить дикое волшебство с интеллектуальным? – с любопытством спросила Татьяна. Признаться, нежные поглаживания Александра мешали ей сосредоточиться на теме колдовской политики.

– Таня, этого никогда не случится. – Парень презрел приличия и вновь нежно обнял ее за плечи. – Кто же согласится поделиться властью? Когда сталкиваются враждебные силы такого масштаба, вряд ли кто-либо из них пойдет на компромисс. Тем более что по преданию главным в Карпатах станет тот, кто первым отыщет Карпатский Венец.

– Что-что?

– Неужели ты не слышала? – Александр воспользовался ее податливостью и вдруг, приблизившись, прошептал: – Это же невероятно увлекательная легенда, лучшая из всего курса по истории.

– Вот и расскажи. – Девушка подарила ему кокетливый взгляд, но чуть отстранилась.

– Ладно, так уж и быть. – Парень был доволен и тем, что она позволяет поглаживать ей спину. – Когда-то все маги жили в Чародоле – так принято называть землю, на которой обитали колдуны и ведьмы в старые времена. И вот в результате долгой эволюции самые умные из них захотели жить вместе с цивилизацией людей – стали цивиллами. А дикие так и остались дикими, хотя из-за той роковой ошибки ушли из Чародола… По легенде, они отправились искать лучшую землю, а нашли худшую. Захотели вернуться, но не тут-то было…

– Ясно, – кивнула Таня, припоминая разглагольствования Кристы.

– И царствовал над всеми Карпатами… – Александр вошел во вкус и повысил голос: – Один колдун, обладатель трех символов власти, коими всегда были Венец, Скипетр и Держава.

– Как у царей? У настоящих?

– Этот древний Карпатский Князь тоже был настоящим, – снисходительно усмехнулся Александр. – Но в результате внутреннего военного переворота он погиб, а власть разделили два главных его советника: один из них взял Скипетр, другой – Державу. И только Венец они не получили – потому что он был наделен магической душой и не хотел подчиняться ни одному из убийц своего хозяина. Тогда советники просто поделили землю на две части и стали править в свое удовольствие, а Венец заперли в сундук. Но однажды, когда новоявленные владыки устроили большой пир, к ним пришла ведьма-пророчица, которую позвать забыли и вообще не любили, потому что она всегда говорила правду.

– Ой, как прозаично! – не сдержавшись, фыркнула Татьяна. – Дай угадаю: она прокляла обоих.

– Да что ей, жить не хотелось? – ухмыльнулся Александр. – Ведьма сказала им следующее: «Вы не князья истинные, доколе никто из вас не надел Карпатский Венец на чело…» – Эти слова парень произнес сиплым басом.

– Конечно, за это ее наказали?

– Не успели! Ведьма коснулась своего магического браслета на предплечье и исчезла. Говорят, в те времена мало кто умел становиться невидимым.

– И что дальше?

– Один из Князей, который был пьянее, приказал принести Карпатский Венец, чтобы надеть его… Второй ему не позволил, началась шумиха, переросшая в серьезную свару. В результате этого переполоха сам Венец таинственно исчез. И по сей день не знают, где он. Говорят, ведьмы из особого ковена охраняют его из поколения в поколение. И лишь только кто-нибудь выйдет на след Венца – символ власти тут же перепрятывают. Так что если бы древняя корона отыскалась, то начался бы новый переполох. Видишь ли, тот, кто наденет Венец, возьмет в руки Скипетр и Державу, станет обладать запредельной властью, сверхчеловеческой, неведомой и сильной. Люди думают, что такой Князь укажет путь в Чародол, и все чародеи вновь будут жить на своей старой обетованной земле. Но мне кажется… – Александр так увлекся, что даже перестал поглаживать Татьяне спину. – Мне кажется, эти три вещи правильно разделили. Плохо, когда вся власть находится в руках у одного человека.

– Но если бы этот единый Князь нашел путь в Чародол? Колдуны получили бы свою землю. А так им приходится жить с людьми.

– Ты говоришь, как настоящая дикая, – улыбнулся Саша. – Они-то как раз и ратуют за возвращение в свой мир. Но цивиллы считают иначе: люди изобрели много интересных штук, чтобы облегчить свой труд. Они пашут, сеют и жнут – трудятся, одним словом. Людям кажется, что они главные на Земле… а на самом деле колдуны – высшая раса, потому что обладают магией. Видишь, все довольны.

Невольно Таня подумала, что взгляды диких на жизнь не в пример честнее – они хотя бы не скрывают, что хотят властвовать над простыми людьми.

– Мы же делимся с людьми нашим волшебством, пусть и тайно, – словно проглядев ее мыслечувства, заявил Александр. – И принимаем их такими, какие они есть. Так что не думай, будто цивиллы хуже диких. Тем более что последние ненавидят людей… Мы же их защищаем.

Таня хмыкнула про себя: как всегда, каждый считает, что прав.

– Какой символ власти находится у главы Братии? – спросила она. – Наверное, Скипетр?

– Угадала, – кивнул парень. – Я слышал, обычно в начале Апрельского бала проходит торжественная процессия – Скипетр выносят на алой шелковой подушке, играет оркестр, поет хор, все в восторге… Наверное, красиво. Жаль, что мы опоздали, тебе было бы интересно посмотреть на Скипетр – это самая необычная магическая вещь нашего края.

– Это все из-за меня, – виновато произнесла Таня. – Если бы не возвращались…

– Да ладно, на самом деле ничего особенного, – весело отмахнулся парень. И вдруг предложил: – Хочешь выпить шампанского?

– Очень.

Александр поманил к себе летающий поднос и взял с него два фужера с искрящимся напитком, пускающим разноцветные пузырьки. Таня припомнила подобное шампанское на первом шабаше и решила пить осторожно.

– Да, я же не рассказал тебе конец этой истории, – припомнил парень. – Говорили, что некая бабка из глухого прикарпатского села оказалась одной из ведьм-хранительниц и даже успела снова перепрятать Венец. За ней бегали по всем Карпатам. Такие слухи ходили… Я как раз в тот год поступал в Кукушку, тоже сразу на третий ярус прыгнул… хорошее было время. – Он прищурился, припоминая нечто приятное и счастливое.

– И куда же та бабка делась? – с любопытством спросила Таня.

– А умерла, – закончил парень. – Три года назад. Говорят, аккурат в сто и один год, вот чудно, правда?

Таня, сделавшая глоток шампанского, с усилием проглотила жидкость, едва не подавившись.

– А может, – беспечно добавил Александр, – ее разыскали да и замучили. В таких делах начинают пытать по малейшему подозрению.

– Да-а? – Таня еще раз сглотнула. Ей вдруг стало нехорошо. – А как звали эту ведьму-хранительницу, не помнишь?

– Не знаю… Но говорят, она успела передать свою тайну по наследству. Ну и проклятие – охранять легендарный Карпатский Венец… И теперь секретные агенты цивиллов и диких летают во тьме ночи, пытаясь найти наследницу чертовой бабушки.

Таня охнула, не заметив, что парень явно начал говорить уж слишком таинственным голосом.

– Почему это наследницу? – замирая от нехорошего подозрения, спросила она. – Может, наследника?

– Не‑е-ет, – прошептал Александр, делая страшные глаза. – По легенде, ведьмой-хранительницей может стать только особа женского пола. Иначе нет смысла.

– Нет смысла?

– Ну конечно. – Парень не выдержал и заулыбался. – Ведь иначе никто не будет бояться и верить в них, как ты сейчас. Да на тебе просто лица нет – так побелела.

– Так, значит, ты пошутил?

– А ты поверила?

– Откуда мне знать, – немного раздраженно ответила девушка. – Мне многое неизвестно.

– Ты знаешь, на самом деле современные колдуны верят в эту старую легенду. Особенно старшие… Видишь, даже гоняются за якобы существующей ведьмой-хранительницей по всему краю.

– А ты не можешь больше рассказать о них? – как можно небрежнее попросила Таня. – Об этих ведьмах.

– А что рассказывать? – удивился тот. – По преданию, они обязаны охранять Карпатский Венец. И в решающий момент должны вручить его истинному Карпатскому Князю, тем самым подтвердив его титул.

– А если такая ведьма сама наденет Венец?

– Зачем бы ей? – вновь удивился парень. – Разве что она сама захочет править мистическими Карпатами.

– А это возможно?

– Конечно – всего лишь пристукнуть двух самых сильных колдунов, хозяев Скипетра и Державы. – Александр важно покивал и, не выдержав, рассмеялся.

– А если бы эту ведьму нашли вместе с Венцом? – не обращая внимания на его смешливое настроение, вновь спросила Таня. – Что было бы с ней?

– Наверняка убрали бы, – страшным шепотом произнес Александр. – Прервался бы род охраняющих ведьм, и Карпатский Венец навеки достался бы тому, кто его заполучил. Хотя вряд ли Лютогор, предводитель диких, отдал бы свою драгоценную Державу даже обладателю легендарного Карпатского Венца.

– С чего ты решил, что Венец достался бы цивиллам? – почти с неприязнью спросила Таня.

– Потому что цивиллами вскоре начнет править Вордак, а он умный политик. Хитрый и дальновидный. Даже как-то приятно, что мы учимся с его сыном в одном университете.

– Выходит, Мстислав Вордак ищет Карпатский Венец. – Таня помрачнела. – Интересно, с каким успехом…

Александр воззрился на нее с большим удивлением.

– Нет, конечно! – осознав, что она и не думает шутить, воскликнул он. – Таня, ты что, все на веру приняла? Это же сказка! Одна из жутко таинственных, но глупых легенд. И слухи вокруг них такие же дурные, хоть и загадочные.

Таня нахмурилась и не ответила. Она вспомнила слова Вордака про большую тайну прабабушки. А что, если…

– Слушай, ну их, эти старые легенды. – Парень уловил ее переменившееся настроение. – Давай лучше выпьем за… нас!

Таня глубоко вздохнула и улыбнулась.

– Да ты наверняка все выдумал! – поддела она друга. – Сказочник.

– Ну, скажем, легенда все-таки есть, – улыбнулся тот. – Да вот давай спросим у… О, смотри-ка, кто там! – вдруг обрадовался он. – Леша, Вордак! Можешь подойти на минуту?

Младший Вордак как раз забирал два бокала шампанского с летающего подноса. На нем не было костюма, обычного для таких празднеств, но даже в темно-красной рубашке он выглядел солиднее, чем обычно, и уж точно не в пример серьезнее. Услышав оклик, парень лениво оглянулся, помедлил секунду, но все же подошел.

– Представляешь, Таня не верит, что легенда о Карпатском Венце – выдумка! – без предисловий заявил ему Саша.

Лешка помолчал, словно бы раздумывая о чем-то. Таня подозревала, что оклик Александра нарушил какие-то его планы.

– Вот скажи ей, – не отставал тот.

– Правильно делает, – медленно произнес Лешка и посмотрел Татьяне прямо в глаза. – Ведь, по слухам, это ее прабабка украла Венец и продала за границу… Говорят, за это ее и пристукнули. А теперь извините, меня девушка ждет.

И он удалился быстрым шагом.

– Это что он тут наговорил? – Саша оторопело глядел ему вслед. – Как папа в высшие чины наметился, так сразу загордился… – Парень нахмурился.

– Ты не знаешь, есть тут просто вода, а? – грустно спросила у него Таня.

– Сейчас мигом найду. – Александр кивнул и тут же скрылся, видимо, все еще пребывая под впечатлением от сказанного Вордаком. У Тани возникло подозрение, что на самом деле он бросился требовать у него подробностей.

Чтобы отвлечься от неприятных мыслей, Таня вновь пробежалась глазами по залу, разглядывая гостей, и невольно опять выделила среди них высокую фигуру предводителя диких. Только слепой мог не заметить Лютогора: все-таки этот колдун был огромного роста и не в меру плечист – как видно, жизнь на природе давала хорошие результаты. Настоящий дикарь, если не считать прищуренных светлых глаз – глубоко посаженных, под тонкими седыми бровями вразлет, что придавало гостю вид настороженный, но все же аристократичный. Заметив, что Татьяна его рассматривает, Лютогор неожиданно повернулся и ответил не менее внимательным взглядом.

Зазвучала тихая приятная мелодия. Таня оторвалась от созерцания Лютогора и, неловко повернувшись, вдруг встретилась с карими глазами Кристы. На рыжей ведьме было надето ярко-алое атласное платье, отделанное черным кружевом, что придавало ей сходство с некой мистической и довольно соблазнительной дьяволицей. Из-за ее плеча выглядывали Алекса и Люци, словно сговорившиеся оттенять свою предводительницу простыми черными нарядами. Таня невольно подметила, что появление Алексы – точно дурное предзнаменование.

– Ты получила приглашение? – вкрадчивым голосом спросила Криста. – Поздравляю… А почему ты здесь, а не в кругу танцующих? Неужели никто не приглашает?

– Я с другом, – буркнула Таня.

– С Александром? Да, он хороший и нежный… друг. – Красивые тонкие брови рыжей со значением взметнулись вверх.

Алекса с Люци тут же поддержали ее насмешливым фырканьем. Татьяна не выдержала – смутилась и отвела глаза.

– Не переживай, мы не против того, чтобы ты встречалась с ним. – Криста по-своему расценила ее смущение.

За спиной рыжей ведьмы возникла черная тень.

Таня подняла глаза и чуть не села на пол. Видя ее изумление, три девушки почти одновременно обернулись да так и застыли на месте.

– Разрешите пригласить вас? – Предводитель диких смотрел на Татьяну.

Голос у Лютогора, под стать внешности, оказался весьма аристократическим: мягким, низким, с приятной хрипотцой.

Таня медленно кивнула, позволив обнять себя за талию, и они вошли в круг танцующих.

Казалось, взгляды всех колдунов и ведьм, собравшихся в этом зале, обращены только к ним. Еще бы! Лютогор в своем длинном черном плаще с темно‑красной меховой отделкой по низу казался по крайней мере графом Дракулой, прилетевшим из близкой Трансильвании. Группа «черных» людей, его телохранителей, явно пристроилась ближе, но теперь каждый из них тоже танцевал с партнершей.

– Наверное, вам уже наговорили обо мне много плохого? – тихо произнес Лютогор. – Что я дик, неотесан, груб и необразован?

От смущения Таня лишь мотнула головой, стараясь, чтобы ее руки не дрожали на его могучих плечах. Она не ответила на вопрос. Да и что она могла сказать: о персоне Лютогора девушка узнала всего несколько минут назад. Но зачем разочаровывать столь высокого гостя, который наверняка привык, что все о нем говорят.

– Так вот, – криво улыбнувшись, произнес Лютогор, – все так и есть.

Таня промолчала и в этот раз, мучительно раздумывая над тем, что бы такого сказать этому человеку.

– Вы боитесь меня? – видя, что она не отвечает, продолжил предводитель диких. – Я не кусаюсь и опасен для врагов, а не для милых девушек.

Судя по улыбке, появившейся на его лице, Лютогор был опасен для всех.

– Нет, я вас не боюсь, – наконец выдавила Таня и честно добавила: – Просто я совершенно не представляю, о чем с вами говорить.

Лютогор кивнул и продолжил:

– Вам наверняка уже растолковали, какой же редкий по силе достался вам магический браслет.

Внезапно он переместил руку и ласково дотронулся пальцами до изумрудных глаз змейки. Неожиданно браслет потеплел, приятно щекоча ей кожу.

Таня была шокирована. Казалось, браслет узнал этого человека и обрадовался ему, словно старому знакомому.

– Я отлично знал ведьму, которая пожертвовала собой ради этого браслета, – задумчиво произнес Лютогор, не забывая медленно кружить девушку по залу. – Хотите узнать, как он был изготовлен?

Некоторое время она оценивающе смотрела прямо в его водянисто-голубые глаза. Держать прямой взгляд удавалось с большим трудом.

– Да… хочу.

– Тогда сожмите покрепче золотую монету, которая находится в вашей левой ладони. Сожмите, – жестко произнес Лютогор и вдруг, резко сбрасывая Танину руку с плеча, сжал своей ладонью ее кулачок так, что у девушки от боли хрустнули костяшки.

Татьяна почувствовала, как ожила монета, зажатая меж пальцев, и, пульсируя, резко обожгла кожу.

Девушка вскрикнула и попыталась оттолкнуть своего кавалера, но тот держал ее крепко. Неожиданно из круговерти лиц танцующих выплыло бледное Лешкино: парень выглядел непривычно растерянным. Воспользовавшись тем, что она отвлеклась, Лютогор сделал резкий поворот. У девушки сильно закружилась голова, перед глазами замелькали ало-черные искры, и бальная зала уплыла куда-то вдаль, под звуки стихающей музыки…

– Что вы со мной сделали?!

Девушка вертела головой по сторонам, медленно отступая к стене: помещение, где она оказалась, напоминало низкий темный подвал с каменной кладкой на потолочных сводах. Кроме них с Лютогором, больше никого не было.

– Пожалуй, вы самая красивая ведьма-хранительница, которую я встречал, – между тем произнес Лютогор.

Его ухмылка девушке не понравилась.

– Вы ошибаетесь, – дрожащим голосом возразила ему Таня. – И наверняка знаете, что меня точно будут искать.

– Вы так к себе требовательны? – усмехнулся Лютогор. – Искать вас не будут, – добавил он. – Иллюзия нашей пары все еще кружится по залу… А дело, ради которого я вас позвал, займет всего лишь несколько минут. Я хочу вам кое-что показать. – И предводитель диких распахнул плащ, аккуратно извлекая на свет нечто, завернутое в мягкую ткань.

Таня, ожидавшая увидеть что угодно, ахнула. Лютогор держал в руке красивый золотой шар с ромбовидным навершием в виде камня, похожего на очень большой рубин, оправленный в тонкую золотую сетку.

– Подойдите ближе и посмотрите, – мягко произнес Лютогор. – Клянусь, я не причиню вам вреда.

Понимая, что выбора у нее все равно нет, девушка опасливо приблизилась. Шар оказался изготовлен из чистого золота: по его стенкам вились серебристые побеги с вкраплениями алых рубиновых точек – красивая и тонкая ювелирная работа.

– Это Держава, если вы еще сами не догадались.

Таня, в голове которой еще вертелась легенда о трех символах власти, замерла в нехорошем предчувствии.

– Дотроньтесь до нее. – И Лютогор протянул девушке шар.

Таня боязливо помотала головой.

– Дотронься или ты никогда не покинешь этот подвал, – вдруг прошипел колдун. – Поверь мне, уж я постараюсь, чтобы твои кости гнили здесь очень долго… Дотронься или умрешь!

Его лицо сделалось таким страшным, что у Тани от ужаса затряслись все поджилки: она быстро приблизилась и осторожно прикоснулась к золотой Державе одним пальцем.

Но и этого хватило, чтобы испытать приступ невероятно сильной боли – дикой, страшной, притупляющей сознание. Казалось, ее тело прошила насквозь раскаленная сеть из тонких стальных нитей или это кровь на миг превратилась в металл, причинив столь невероятную боль.

– Еще раз, – приказал Лютогор. – Я должен знать наверняка.

– Нет!!!

Он размахнулся и изо всей силы ударил девушку по лицу.

Татьяна потеряла равновесие и упала. Левую щеку обжигала сильная пульсирующая боль, и все же эта боль не шла ни в какое сравнение с той, запредельной, полученной от прикосновения к Державе.

– Так, значит, это правда, – глухо произнес Лютогор, мрачной тенью зависнув над ней. – Ну что ж… я не буду столь милосерден, чтобы позволить тебе и дальше жить безнаказанно… Ты расскажешь мне, куда старая ведьма спрятала Карпатский Венец, и только тогда я пощажу тебя.

– Она не знает, – раздался за его спиной спокойный голос. – Неужели старая карга Олеша тебе не рассказала об этом?

Лютогор быстро развернулся и встретился лицом к лицу со старшим Вордаком. Девушка воспользовалась этим: она постаралась встать на ноги и тихо отойти как можно дальше к стене. Неожиданно из-за спины отца вышел Лешка. Он был бледен, но взирал на предводителя диких с неприкрытой неприязнью.

– Я вижу, у тебя методы все те же? – мягко произнес старший Вордак. – Или у тебя тайное увлечение – мучить девушек в родовых подвалах?

– Как ты прошел сюда? – холодно осведомился Лютогор.

– По следу этой милой леди. – Вордак, не глядя, кивнул в сторону Тани. – Не ты один гоняешься за хорошенькими девицами. – Он усмехнулся.

– И ты видел?

– Как прореагировала? О да. Но я и так об этом знал.

– Но решил проверить? На всякий случай? – Лютогор едко хмыкнул. – Иначе бы ты вмешался раньше, не так ли?

– К Державе нельзя прикоснуться не только особо отмеченной ведьме… Символ власти может соответственно среагировать при разных обстоятельствах. Например, при особой неприязни к диким.

– Да, это так, – согласился Лютогор. – Но это просто проверить, не так ли? Ведь есть еще один могущественный предмет.

– Да, можно и так проверить.

Со стороны выглядело, будто идет непринужденный светский разговор: два друга рассуждают о проблеме, слегка подзадоривая друг друга колкостями. Татьяна не преминула заметить, что Держава куда-то исчезла из рук предводителя диких, – наверное, у него тоже имелась астральная область для хранения особо ценных вещей.

– Но я сразу узнал браслет, – повел дальше Лютогор. – И он тоже признал меня. Возможно, девушка согласится подарить мне его… Не так ли? – Он обернулся к Тане и наградил ее тяжелым взглядом.

– Думаю, вряд ли у тебя получится. У браслета есть цель. Поэтому отпусти девушку и поговорим как цивилизованные люди.

Некоторое время мужчины оценивающе приглядывались друг к другу. Лешка попытался переместиться ближе к Тане, но Лютогор так зыркнул на парня, что тот замер на месте, словно заколдованный.

– Эта ведьма останется здесь, – жестко произнес предводитель диких. – У меня есть способы заставить заговорить и ее, и наследный браслет.

– Нет, она у тебя не останется.

– Хочешь попытаться поспорить? – Лютогор прищурился. – Или подашь жалобу в высшие инстанции?

– Боюсь, Международный Совет будет рассматривать мою жалобу слишком долго. – Вордак вздохнул. – Отпусти госпожу Окрайчик, иначе я тебя заставлю это сделать.

И вдруг произошло неожиданное: Лютогор бросился на старшего Вордака и провел блестящий удар ему в лицо. Тот пошатнулся, но вернул удар противнику почти мгновенно. Завязалась драка! Таня даже на миг позабыла о себе, увлекшись зрелищем: странно было видеть двух здоровых мужчин, азартно дерущихся, словно обычные мальчишки. Мало того, соперники подкрепляли свои тумаки довольно крепкими ругательствами. Тем временем Лешка воспользовался ситуацией: кинулся к Тане, крепко обхватил ее и совершил резкий поворот: очертания подвала пропали, пронеслись серые, клубящиеся, будто перед грозой, тучи. Таня чувствовала рядом лишь учащенное дыхание парня…

Глава 11

Чашечка кофе

Когда Даша проснулась, часы показывали двенадцать. Она глянула на пустое место в кровати и вздохнула: где же Юра? Может, пошел в магазин, чтобы купить чего-нибудь к завтраку, или же просто ушел, не попрощавшись?

Когда девушка вошла в кухню, чтобы сварить кофе, то испытала настоящий шок: как ни в чем не бывало на подоконнике сидел Лешка и читал что-то с экрана смартфона.

– Привет, – бросил он ей, не глядя. – Сделай одолжение – разбуди подругу, у меня времени нет. Да, твой очередной друг просил попрощаться за него.

Не успела Даша обдумать, не следует ли ей разозлиться на это «очередной друг», как из коридора послышались шаги – показалась взлохмаченная невыспавшаяся Татьяна с огромным синяком под глазом.

У Даши глаза полезли на лоб.

– Кто это тебя так?!

– Без комментариев.

– Заживет. – Лешка беспечно пожал плечами. – Подумаешь, ветками зацепило… Леди, кофе будешь?

Девушка кивнула, вздохнула и пошла умываться. Даша потопталась на месте, раздумывая: с каких это пор ветки оставляют синяки на пол-лица? После чего схватила кусок хлеба, колбасу, масло и со всем этим прошествовала в гостиную к телевизору, правильно рассудив, что будет мешать разговору. И вообще, с этим Вордаком лучше не связываться.

Чудесный аромат кофе витал над чашечкой и бередил душу. Таня вспомнила, как же здорово они раньше дружили с Лешкой, и вдруг остро почувствовала, что ей не хватает его общества. Гоня прочь дурацкие мысли, она присела на табуретку и сделала первый восхитительный глоток.

– А спасибо? – Оторвавшись от чтения, Лешка глянул на нее и насмешливо скривился. – Совсем разучилась вежливости.

– Кто бы говорил, – хмыкнула Татьяна. – После вчерашнего происшествия мне вообще положено быть в шоковом состоянии.

– А мне кажется, ты выглядишь довольно спокойной, – заметил парень. – Даже странно.

– Привыкла уже к сюрпризам, – вяло огрызнулась та. – Как твой отец, в порядке?

Лешка спрыгнул с подоконника и переместился на табуретку – сел напротив.

– А что ему сделается? Здоров и в хорошем расположении духа.

– Почему это? Из-за вчерашней драки с Лютогором?

– А то как же, – подтвердил парень. – Всегда приятно набить морду личному врагу.

– Мне кажется, физиономия твоего отца тоже порядком пострадала, – съехидничала Таня.

– На себя посмотри, – отпарировал Лешка. – Лучше кофе пей, времени мало. Если ты еще не передумала прыгать.

– Прыгать?

– Ну да. – Вордак скучающе вздохнул. – Исчезать из одного места и появляться в другом. Ультрапрыжок называется… Есть не советую, а то с непривычки вытошнит как следует. И неизвестно где, между прочим… если по пути, тогда вообще плохо.

– Ясно. – Девушка отпила еще один глоток и зажмурилась от удовольствия. Ну как можно уметь готовить такой кофе! И спросила: – А как там этот… Лютогор? Что мне теперь с ним делать? Он не нападет на меня больше? Твой отец сможет защитить от него?

– А я все жду, когда же ты спросишь. – Черные глаза прищурились, гася озорные огни. – Надо же быть такой беспечной – совсем о безопасности не думать. Ну так вот, передаю: папа очень доволен. Потому что он догадывался, что за этим всем стоит предводитель диких… но доказать не мог. Когда же Лютогор попытался тебя выкрасть, то подставил себя по самое не хочу. Это же почти открытое объявление войны.

– Войны?

– Ну или вооруженного противостояния. – Лешка хмыкнул.

– Я одного не пойму – зачем Лютогору мой браслет? – Она с подозрением взглянула на Лешку. – Твой отец, кстати, тоже обещал его не забирать!

– Обещал – значит, не заберет, – мгновенно подтвердил парень. – Просто теперь ясно, что за твоим браслетом, раз в нем заинтересован сам Лютогор, стоит та самая большая тайна.

– И твоему отцу не терпится узнать, что же это за тайна? – зло уточнила Таня.

– Конечно! – нисколько не смутился Лешка. – Еще как интересно. Сначала его предает старуха Олеша, потом эта золотая монета появляется, что ты по глупости подобрала… Ладно‑ладно, не смотри на меня так… Получается, теперь все ясно. – Он подмигнул девушке. – Можешь сказать спасибо прабабке, которая впутала тебя в такое большое дело. Вот же старая карга! – вдруг выругался он.

Таня онемела от изумления: Лешке-то чем прабабка не угодила?

– Леди, ты знаешь легенду о Карпатском Венце? – задушевно спросил тот.

– Кое-что, – уклончиво ответила Таня. – Сашка как раз на балу рассказывал… а что?

– А-а, я уже слышал, что вы стали так близки. – Лешка насмешливо скривился. – Поздравляю, наконец-то у тебя кто-то появился.

– Что значит «кто-то»? – Таня разозлилась. – Я, знаешь ли, придирчива. Это тебя любая девчонка в два счета окрутить может. Думаю, уже весь «Кристалл» на тебя нацелился.

– Не волнуйся так за меня, я в курсе, что Ире больше всего нравится во мне то, что мой отец богат и влиятелен, – спокойно ответил Лешка. – Хотя, конечно, судя по ее мыслечувствующей ленте, я ей очень даже нравлюсь… Да и мне ее чувства никак не мешают делать с ней все, что я захочу.

– Ой, так ли все? – поддела Татьяна, которую начали раздражать откровения парня.

– Все, – насмешливо подтвердил он. – Даже то, чего, признаюсь, я раньше не знал. Представляешь, она языком может делать восьмерку и одновременно…

– Я не хочу этого слышать! – Таня закрыла уши и замотала головой. – Мне вообще все равно, что ты там с ней делаешь.

– Ну и зря. – Парень мотнул головой, пряча улыбку, но тут же серьезно добавил: – Просто мог бы тебя просветить… вдруг тебе тоже пригодится?

Девушка не выдержала: вскочила, пытаясь отвесить ему еще одну пощечину, но Лешка перехватил ее руку, – толчок! Резко свистнуло в ушах, тело опалило жарким огнем, словно они прыгнули через пылающий обруч… Но уже в следующее мгновение подул, приятно освежая, легкий ветерок.

Девушка осторожно раскрыла глаза и увидела, что стоит на крыше огромного высокого здания. Внизу раскинулись серо-зелеными шатрами крыши домов поменьше, между ними кое-где проступали пики высоких старинных башен. Где они? В другом мире?..

– Мы находимся на обычной городской ратуше в историческом центре одного хорошего города, – тоном экскурсовода произнес Лешка. – Для первого раза довольно долгое перемещение – километров сто пятьдесят. Я могу и на пятьсот – семьсот передвигаться, но тогда между прыжками должно хотя бы два часа пройти, иначе сил не хватает.

– Ого! – только и сказала Таня.

– «Ого» будет, когда ты переместишь нас обратно, – ухмыльнувшись, произнес Лешка. – А то опоздаешь на лекции, а сегодня у нас будет любопытный урок… Тем более что отец лично просил, чтобы ты посетила сегодняшнюю лекцию. О, смотри, отсюда даже оперный театр видно!

Таня глянула в ту сторону, куда указывал Лешка, но увидела только золотой блеск над головой самой высокой статуи девушки, украшавшей крышу здания. Наверное, это статуя богини или какого-нибудь мифического персонажа.

– А что сегодня за лекция?

– Да потом узнаешь… ты сейчас о моем уроке думай!

– Ну так как же перемещаться-то? – От волнения ей даже горло сдавило. – Научил бы сначала! Сто пятьдесят километров, ужас! Да я не смогу!

– У тебя что, истерика? – хохотнул парень. – Успокойся, расслабься… представь что-нибудь яркое со своей кухни… Ну, скажем, золотую чашечку, которую ты опустошила. Или даже монету свою обезвреженную.

Таня, косо глянув на парня, нахмурилась. Она вспомнила, как Лешка на той же самой кухне отобрал у нее монету и при каких обстоятельствах.

– Эй, ты поосторожнее с воспоминаниями, – предупредил он. – Так можно и в прошлое переместиться.

– Да?!

– Если событие того стоило, – жестко произнес парень и вдруг зло сощурился.

У Тани промелькнула мысль, что Лешка вновь без зазрения совести читает ее мысли. И правда: защитный водопад еле шумел, что-то она совсем расслабилась. Надо срочно домой!

Лешка продолжал держать ее за локоть – возле самого браслета ухватил. Чувствуя из-за этого легкое волнение, девушка захотела высвободить руку, но парень пояснил:

– Я направлять буду, если ты нас куда-нибудь занесешь… Кто тебя знает? Не волнуйся, не укушу.

Подозрение о чтении ее мыслей крепчало.

– Да, я же забыл сказать тебе самое главное! – Парень хлопнул себя свободной рукой по лбу. – Алгоритм перемещения нетруден: представляешь предмет из того пространства, в которое желаешь переместиться, и произносишь что-то вроде: ух! раз! эгей! вжик! Ну и подобное. Нужна короткая и четкая команда для перемещения. За браслет держаться необязательно, потому что магия ультрапрыжка – интуитивная… Ну давай пробуй, я уже замерз.

– А у тебя какое слово? – полюбопытствовала девушка.

– Не твое дело! – вскинул брови Лешка. – Может, тебе еще пароли все мои отдать? Пробуй любое! Но чтобы емкое и короткое. Давай быстрей, холодно же… иначе мне придется к тебе прижаться, чтобы согреться.

– Еще чего!

– Это была бы крайняя мера, – продолжал издеваться парень. – Но если ты не поторопишься…

Таня сосредоточилась. Хорошо сказать – попробуй, а как? Она закрыла глаза и представила золотую чашечку – яркую, с небольшим блюдцем и тонкой серебристой ложкой, прислоненной к нему… Пшик! – первое слово, что пришло Тане в голову.

Резко свистнул ветер в ушах, тут же отдавшись в барабанных перепонках неприятным звоном. Вновь – огненный жар, а за ним – холод. Очень странные ощущения.

Лешка отпустил руку девушки.

– Ну знаешь… – изумленно сказал он.

Таня осторожно открыла глаза и, обомлев, тут же ослабла в ногах, шлепнувшись на мягкий диван, к счастью, оказавшийся рядом. Возле нее тут же примостился Лешка.

– Может, это я сбил направление? – задумчиво произнес он.

На аккуратном кофейном столике стояли две маленькие золотые чашечки. На их круглых боках весело искрились дрожащие змеистые отблески, отбрасываемые пламенем из двух ну очень больших каминов.

– Хорошо, что здесь никого нет, – продолжил парень. – Вот тебе и «пшик».

Да, эту гостиную Таня очень хорошо помнила: ведь когда-то именно здесь ей угрожала смертельная опасность! Перед мысленным взором проступило безжизненное лицо зачарованной Русланы. Темный Лес, аллея Крестоносцев, дом тринадцать – вот где она находится. И как только ее занесло сюда…

– Наверное, ты вспомнила не ту чашку, – размышлял между тем Лешка. – В любом случае давай выбираться, и быстро! Хотя он и так увидит, что мы здесь были… Все равно придется мне отмазываться. – Парень скривился, как от зубной боли.

Таня виновато огляделась. И вдруг заметила любопытную штуку: возле стены стояла стеклянная витрина, очень современная на вид, ярко освещенная, но как-то не вязавшаяся с остальной мебелью – будто бы ее недавно поставили. Внутри, на одной из прозрачных полок, что-то ярко и золотисто блестело. Девушка подошла поближе и увидела красивый жезл, лежавший на куске алого бархата. Основание жезла покрывали вьющиеся друг за другом продолговатые зубчатые листья, в навершии сиял огромный изумруд, оправленный в золотую сетку. Очень занятная вещица…

– Это Карпатский Скипетр.

Браслет так сдавил Тане руку, что она чуть не задохнулась, пытаясь подавить рвущийся наружу крик.

– Знак власти цивиллов, – добавил Лешка, принимая ужас на лице девушки за недоумение. – Мой отец уже получил его, так как вскоре станет самым главным. Правда, это пока что тайна, но все и так знают… Или догадываются. И раз тебя сюда занесло… Между прочим, Скипетр изготовлен из чистого золота, а эти листья – папоротниковые… Тебя что, браслет мучает?

– Нет! – выдохнула Таня. Она быстро закрыла глаза и представила одного из слоников своей коллекции – синего и печального, с обвислыми ушами… Такого бедняги точно ни у кого нет. Лешка понял, что она хочет переместиться, и быстро схватил ее за руку.

Они появились в гостиной ее квартиры почти одновременно – слово «пшик» отлично работало. Браслет перестал жечь руку, и Таня немного успокоилась. Ну и чего браслет так разволновался в гостях у Вордака? Хозяина же не было.

Часы показывали ровно два – скоро начнутся занятия. Вон, Дашка ушла. А может, сегодня пропустить? Все-таки вчера был Апрельский бал.

– Нельзя пропустить, – возразил Лешка, насмешливо глядя в глаза. – Сегодня важный урок. А пока вот, на… витаминку.

И он протянул ей ярко-зеленую горошину.

– Экстракт из мяты и гуараны, – доверительно сообщил он. – Сам делал. Я люблю всякие такие штуки, химикаты…

– Что-о? – ужаснулась Таня, успевшая отправить горошину в рот.

– Эта витаминка поможет снять сонливость, – успокаивающе произнес парень. – А заодно и нервы успокоит. Классная штука, точно говорю! Я люблю настойки готовить… Необычные ингредиенты добывать в лесу. Травы при луне сушить. Воду заговаривать, минералы искать. В общем, это очень интересно, у меня в башне под самой крышей много всякого наготовлено. Если бы папа знал… – Лешка хмыкнул. – Тем более что некоторые особо сложные настоечки я у него позаимствовал. Ну так, в мирных целях, состав изучить.

Таня, не сдержавшись, заулыбалась – как-то странно было видеть парня столь увлеченным. Он говорил с таким жаром! Ни следа обычной насмешки. Лешка подметил ее интерес и неожиданно смутился.

– Ладно, давай я тебя в Кукушку перемещу по старой дружбе, – сухо сказал он.

– Почему ты так заботишься обо мне? – Девушка подошла к нему ближе и заглянула в глаза. – Опять по папиному приказу?

Лешка тут же вскинулся:

– Может, и по личному желанию.

Таня задумчиво рассматривала его лицо. У нее возникла мысль. Этот Скипетр, а вчера – Держава… Все это выглядело очень странным: только вчера она узнала о существовании Карпатского Венца, который, возможно, и вправду всего лишь легенда, как тут же увидела и два других символа власти.

– Слушай, а ты случайно не подстроил, чтобы мы у вас дома оказались? – Таня оценивающе прищурилась. – Вы ведь с папой тоже думаете, что я какая‑то там хранительница, верно?

– Возможно.

– Так вот, я ничего об этом не знаю, ясно? – Девушка начала закипать. – Мне прабабка ничего об этом не писала… А уж наверняка должна была бы написать, верно?

– Верно, – в той же манере ответил Лешка. – Может, легенда о Карпатском Венце и выдумка. И даже если он есть, все равно не обладает столь необыкновенной мощью, какую ему приписывают.

– Но отыскать его хотелось бы, да?

– Да! Но ты тут, возможно, и ни при чем.

– Так что ж вы все ко мне пристали?!

Лешка раздраженно цокнул языком.

– Хочу вновь тебе напомнить, – процедил он, – что если бы не мой отец, ты бы сейчас сидела взаперти у диких. Я вижу, ты вообще не ценишь ту помощь, которую тебе оказывают… Помощь, что весьма дорого обходится моему отцу… А у некоторых занимает все личное время, между прочим.

– Я тебя ни о чем не просила! – выкрикнула девушка. – Между прочим, у меня ваши дела тоже все время занимают… Не скрою, учиться в Кукушке очень интересно, да… – Она перевела дух и вновь продолжила с не меньшим жаром: – Только уж больно опасно! То на какой-то субастральный уровень закинут, то приглашают на бал, а потом чуть ли не пытают…

Будто очнувшись, Таня села на табуретку и закрыла лицо руками. Ей было неловко, что она сорвалась на крик. Да, Вордаки защищали ее, хоть и непонятно с какой целью. Но именно поэтому она не хотела быть у них в долгу. Может, ей просто стоило бы где-нибудь спрятаться? Переждать, пока о ней забудут.

– Не выдумывай, – тут же ответил Лешка. – Какой смысл? Лучше разобраться с этим раз и навсегда, чем вечно бояться, что в любой момент тебя обнаружат. И… знаешь, ты все-таки можешь мне доверять. В общем смысле, конечно.

Некоторое время они изучающе смотрели друг на друга.

– Я тебе больше не верю, – наконец вздохнула Таня. – Не думай, что я не заметила – ты опять читаешь мои мысли… почему так?

– Меньше знаешь – крепче спишь, – мгновенно отреагировал Лешка. – Если не хочешь, могу больше тебе не помогать, – добавил он. – Вот только перемещу в Кукушку, и все. Если опоздаешь сегодня – туго придется. Ружена Мильтова тебе не простит.

– Что-что?

– А то, – перекривил парень. – Если пропустишь ее лекцию – она тебя точно накажет. Ты ей сразу не понравилась, разве не заметила?

– Заметила, – огрызнулась девушка. Вот только неприятностей с Руженой Мильтовой не хватало!

– Да, и еще одно, – неожиданно произнес Лешка и покрепче ухватил девушку за руку. – Ты двойное дно в сундуке хорошо искала?

Часть третья

Карпатский венец

Глава 1

Два гуся

– Откуда тебе это известно? – спросила Таня, едва они переместились в знакомый коридор, ведущий к Залу Трансформаций. – Откуда?!

– Оттуда, – огрызнулся Лешка. – Скажи, ты хоть на что-то внимание собираешься обращать? Знаки понимать?

– О чем ты говоришь? – растерялась девушка. – Какие знаки?

– А такие, – окончательно разозлился парень. – Нельзя жить в колдовском мире, просто плывя по течению! Ты поступаешь безрассудно, пропуская сквозь пальцы все знаки, которые тебя окружают… Например, если твой браслет начинает жечь – значит, ты непременно должна обратить на что‑то внимание. Разве тебе не интересно, почему твое украшеньице так взволновалось при виде Скипетра? И при виде Державы, виденной тобою в логове у Лютогора… Но главное, – зло продолжил парень, – ты пропустила мимо ушей все то, что сообщил тебе браслет, когда ты пребывала в тонких сферах. Ты даже толком не пыталась открыть свой сундук! Не искала тайник… Между прочим, выкинуть твое тело в субастрал мне стоило больших трудов.

– Я искала! – вспылила Таня. – И знаешь что, я не просила тебя выкидывать мое тело на субастрал! Мог бы сначала хоть предупредить об этом!

– Слушай, ты что, жить не хочешь? – Леша разозлился не на шутку: подступил ближе, сжимая кулаки. Глаза его горели гневом. – Тебя не оставят в покое, пока не разгадают тайну твоего браслета! И Лютогор, и мой отец знают, что твоя игрушка неслабо реагирует на две самые могущественные вещи в Карпатах… Что из этого можно предположить, а?

– Не пугай меня! Надоел уже со своими загадками! Откуда я знаю?

Татьяна хотела ускорить шаг, чтобы оторваться от Лешки, но он придержал ее за рукав учебного одеяния.

– Как только венгерская ведьма пригласит тебя на Обряд – все, это объявление твоего приговора, – произнес он зловещим шепотом. – Из озера живой ты не вылезешь.

– Из какого озера? – У Тани мороз пошел по коже: судя по всему, младший Вордак не шутил.

– Слушай, твоя прабабка сыграла с тобой злую шутку, – быстро оглянувшись, не подслушивает ли кто, произнес Лешка. – Она подставила тебя под серьезные неприятности… Я бы советовал тебе обязательно найти тайник в сундуке, и уже сегодня, потому что завтра может быть поздно… И еще, ты хорошо плаваешь под водой?

– Ну плаваю немного. Смотря что ты имеешь в…

– А нырнуть надолго сможешь? – нетерпеливо перебил Лешка. – Сколько можешь дыхание задерживать?

– Да я не знаю! Минуту? Может, и меньше…

– Вот ты где! – чуть не оглушил Татьяну радостный голос подруги. – А я все жду, когда вы появитесь.

Даша бросила на младшего Вордака кокетливый, но вместе с тем вызывающий взгляд.

– Она спешит на лекцию, – насмешливо сообщил ей Лешка, одновременно указывая Тане на дверь первой аудитории. – Для пятого и четвертого яруса… остальные отдыхают.

И, игнорируя вмиг помрачневшее лицо Даши, исчез.

…Казалось, Ружена Мильтова выглядит еще ослепительнее прежнего: бархатный брючный костюм темно-зеленого цвета необыкновенно шел ей. Кошачьи глаза венгерки цепко оглядели аудиторию, отыскали Танино лицо и прищурились.

– Нехорошо опаздывать, – проворковала она.

До этой реплики девушка была уверена, что сумела проникнуть в Зал Трансформаций незаметно, но, как видно, это оказалось иллюзией.

– Идите сюда, Окрайчик, – продолжила госпожа Мильтова. – Поможете мне провести опыт.

Все присутствующие в аудитории студенты повернулись к Тане, и ей ничего не осталось, как выйти из-за стола и пройти к венгерке. Впрочем, после Лешкиных слов о лекции она и так ожидала, что госпожа Мильтова вплотную займется ее персоной.

На возвышении стояли два пустых стула. Таня решила, что один из них точно приготовлен для нее, когда неожиданно из воздуха объявилась Криста и, буквально через секунду, Лешка.

Их совместное появление произвело на Татьяну неизгладимое впечатление.

– О, наконец-то! – произнесла венгерка. – А вот и два моих ассистента, наши лучшие ученики… Ребята, присаживайтесь. А вы, девушка, идите сюда. Встаньте рядом со мной… И ближе, я не кусаюсь.

Таня подошла, по-прежнему недоумевая, что за цирк затеяла венгерка. Ее немного насторожило, что Лешка ничего не говорил о своем непосредственном участии в «любопытном уроке». Хотя лучше бы он вообще поменьше говорил.

– Сейчас мы проведем наглядное применение на практике той теории, о которой я вам поведала несколько минут назад, – хорошо поставленным голосом произнесла венгерская ведьма. – О том, как совершается иллюзия особого свойства… Иными словами, мы сейчас попробуем навести чары на человека.

Лица на трибунах заметно оживились. Чтобы отвлечься, Таня искала среди них знакомых, но не нашла. Александра тоже нигде не было видно, – может, отсыпается после вчерашнего… Интересно, как он прореагировал на исчезновение Тани? Странно, что даже не зашел.

– У этой молоденькой ведьмы, – донесся до нее голос венгерки, – находится древний и могущественный браслет. Мы попробуем воспользоваться им, чтобы сотворить по-настоящему сильную иллюзию. К счастью, эта студентка не обладает большой внутренней силой, иначе сейчас мы такого натворили бы… Нам всем пришлось бы срочно исчезать в пространстве.

На трибунах засмеялись. Таня помрачнела, поняв, что госпожа Мильтова решила в открытую поиздеваться над ней.

– Снимите ваш браслет, милочка, – мягко обратилась к ней венгерка. – Не бойтесь, никто здесь не попросит его подарить.

При этих словах Криста насмешливо скривилась, чуть ли не повторив гримасу венгерки. Таня заподозрила, что эти две особы состоят в родственной связи – так они были похожи.

Между тем девушка послушно стянула браслет, в любую минуту готовая отказать, если венгерка захочет «посмотреть поближе».

– А теперь наведите ваш браслет на этого симпатичного молодого человека. – Она указала на младшего Вордака. – И взгляните на него через кольцо… Как будто вы смотрите через увеличительное стекло.

Таня, чувствуя себя донельзя глупо, повернула браслет и посмотрела сквозь кружок на Лешку. Тот, не скрываясь, вытаращился в ответ.

– Взгляд сквозь колдовской браслет очень опасен, – учительским тоном повела венгерка. – Браслет фокусирует магический луч, посылаемый в виде мозгового сигнала через радужку глаза, и множит его с неимоверной силой. И чем сильнее браслет, тем больше сила вашего колдовского влияния. Таким образом, направляя силу воздействия через призму ведьмовского браслета, можно не только загипнотизировать человека, но и, скажем, увидеть любую вещь в новом свете, обнаружить ее тайные свойства. Сейчас эта девушка, так мило согласившаяся помочь нам, проведет какое-нибудь несложное действие… скажем, заставит господина Вордака встать со стула.

«Скажем, – пронеся у Тани в голове голос Лешки, – кто-то посмотрел бы таким образом на свой сундучок и увидел бы все, что хотел…»

Нахально скалясь, парень глядел на Танин правый глаз через «окошко» браслета. Госпожа Мильтова также смотрела на нее с нескрываемым интересом, а уж Криста просто буравила взглядом. Да что они все к ней пристали?!

– Давай, Окрайчик, произведи хоть какие-то манипуляции, – развязно поторопил Вордак. – Мы тут с ума сойдем, ожидая, что же ты с нами сотворишь… если сможешь.

Таня не ответила. Она испугалась. Казалось, напряжение в аудитории уплотнило воздух, ей стало тяжело дышать. Как назло, ничего толкового не приходило в голову, только крутилась старая, почти забытая детская песенка.

– Что-то не получается, – подзадоривая, гоготнул Лешка. – Пожалуй, пора прекратить эксперимент.

– Алексей, – мягким укоризненным тоном произнесла венгерка. – Ведите себя достойно… Госпожа Окрайчик, вы действительно не в силах справиться с собственным браслетом?

И все трое насмешливо посмотрели на Таню.

Неожиданно улыбка у парня погасла. Он резко встал, подошел к ничего не подозревающей Кристе и сел ей на колени. От неожиданности рыжая ведьма широко распахнула глаза, и лицо ее чуть ли не впервые в жизни приняло растерянный вид.

Таня перевела фокус браслета таким образом, чтобы они двое уместились в «кадр».

– Жили у бабуси два веселых гуся… – начал нараспев Лешка, причем довольно неплохо, и Криста, обняв его за шею, тут же подхватила:

– Один серый, другой белый… – У нее получилось слишком пискляво, но парень спас положение, звонко допев:

– Вот такие гуси!

Некоторое время царило изумленное молчание, но через миг зал взорвался громким хохотом.

Таня, воодушевленная неожиданным успехом, натянула браслет обратно на руку.

Венгерка медленно повернулась к ней и произнесла сухим голосом:

– Спасибо за столь убедительную демонстрацию, вы свободны.

Девушка не верила, что так легко отделалась, и поспешила покинуть трибуну, однако голос венгерки догнал ее:

– Завтра состоится экстренный выезд… На природу. На священное место, где будет проходить Обряд Тайных Сил, если вы помните, что вас рекомендовали к нему… Прошу вас подготовиться психологически и, кроме того, сегодня ничего не есть, только выпить чай, и все.

Лешка, который уже пришел в себя, обиженно поджал губы и, хмуро глянув на Таню, тут же исчез. Криста была вся красная и смотрела на девушку почти с ненавистью.

Венгерка вызвала еще несколько добровольцев, но лишь у одного парня получилось заставить Кристу поднять руку, – да и, кажется, та просто подыграла ему. Когда венгерка объявила о завершении лекции, Таня поспешила первой исчезнуть из аудитории. Правда, некоторые студенты ее останавливали, жали руку и говорили, что никогда не видели такой смешной иллюзии, особенно в исполнении этих заносчивых гордецов Вордака и Соболь.

Похоже, что Татьяна нанесла парню, да и этой Кристе серьезный удар по репутации. Но она тут же успокоила себя, рассудив, что немного «побыть в дураках» этим двоим явно не помешает. Для профилактики снобизма.

Когда она появилась дома с помощью уже отработанного «пшика», подруги еще не было. Тогда она прошла в ванную, умыла лицо. Принялась расчесываться, чтобы хоть как-то отвлечься от тревожных мыслей. Таня чувствовала себя немного виноватой за то, что обидела Лешку, – все-таки он научил ее ультрапрыжку, хотя и заманил с его помощью к себе домой, – наверняка, чтобы показать этот злосчастный Скипетр.

При воспоминании о прикосновении к Державе Таню передернуло. Хорошо, что хоть младший Вордак не заставил девушку прикоснуться к Скипетру: что-то подсказывало ей, что это действие тоже было бы очень и очень неприятным… Все-таки цивиллы действительно ведут себя более цивилизованно. Но толку от этого? Если цель у всех одна и Таня – всего лишь маленькая фигурка на их поле… А что, если легенда о Карпатском Венце – правда? Ведь существуют же Скипетр и Держава?

Браслет снова потеплел – может, в ответ на мыслечувства, бушевавшие в ее душе. Непроизвольно она погладила его, думая о том, что зря переживает из-за случившегося: Лешка явно работает на своего отца… Так что дружить они все равно не смогут. Но как же здорово они целовались… При одном только воспоминании по телу прошла сладкая судорога. Александр целовал ее совсем по-другому: долго и медленно, пусть и нежно, но не вызвал в душе ответных чувств… А вот Лешка…

Таня поежилась и кинула недовольный взгляд на себя в зеркало: да о чем она думает! Все больше и больше вокруг нее сужается кольцо довольно неприятных тайн и все более досадных обстоятельств. А она о поцелуях думает! Лучше бы еще раз попытаться отыскать «второе дно», пока Даши нет дома. Что-то подсказывало – подруга опять будет дуться неизвестно за что…

Помня рекомендации венгерки, Таня не стала ничего есть и только заварила себе кружку чая. Она понесла напиток в спальню, где возле окна стоял сундук.

Отпив большой глоток из кружки, девушка навела браслет на сундук таким образом, чтобы он весь поместился в «окошке». Как только она это проделала, паучок с опалом на спинке сундука побежал по крышке и соскользнул по боку, застыв почти у самого пола. Продолжая смотреть на паучка через браслет, девушка приблизилась, встала на колени и осторожно нажала на его опаловую спинку. С тонким жужжанием крышка сундука открылась.

С опаской заглянув вовнутрь, Таня не сдержала удивленного возгласа: вместо ее вещей – клубка, мешочка, флакона и университетских бумаг – в сундуке лежал обгоревший клочок пергамента. Мало того, цвет бархатной обивки поменялся с черного переливчатого на густой темно-красный. Таня навела браслет на пергамент, ожидая, что бумага тоже запрыгает и заскользит, как паучок, но обгоревший обрывок даже не шелохнулся. Тогда девушка подхватила его двумя пальцами и принялась рассматривать просто так, без браслета.

Но лист бумаги оказался абсолютно чистым. Таня хорошо помнила произнесенные в субастрале слова: «Сожги листок». Но ведь перед тем, как сжечь, неплохо бы прочитать, что там написано. Иначе зачем сжигать?

Полчаса экспериментального разглядывания через браслет, просто на свет и даже с помощью старой кварцевой лампы, специально вытащенной для этой цели из шкафа, ничего не дали. Браслет пульсировал и обжигал плечо, но, к сожалению, ничего не говорил.

Через два часа бесплодных поисков Татьяна сдалась. И только она положила листок в кармашек халата, как ключ в замке повернулся, дверь открылась и на пороге появилась шатающаяся фигура подруги. Даша была бледна, расстроена и, похоже, сильно пьяна.

– А вот и наша гениальная ведьма! – заплетающимся языком произнесла она, непонятно кого имея в виду. – А я вот зашла по дороге… в кафе.

– Да ты с ума сошла! – Таня попыталась увести подругу в гостиную, но та вдруг вырвалась.

– Не трогай меня, зараза, – заплетающимся языком произнесла она, – ненавижу тебя… все для тебя… А я? Что я! – Она вдруг горестно взвыла. – Я обречена жить где-то внизу, одинокая и…

– Пьяная, – подсказала Таня.

– И пьяная, – легко согласилась Даша. – Потому что тебе все помогают, а меня только используют… Только бы время им со мной хорошо провести и… все.

– С Костей поссорилась? – догадалась Таня.

– Да-а! – Дашка ухватилась рукой за коридорную вешалку. – Кто-то наболтал ему… Сказал, что я сплю с другим… другими… А, неважно! Послушай, – в глазах подруги промелькнуло осмысленное выражение, – а это не ты случайно сдала меня? Кроме тебя, никто не знал.

– Да кому я стану болтать?! – рассердилась Таня. Она подумала, что Лешка да и Александр видели у Даши в гостях других ребят и запросто могли передать эту информацию Косте.

Подруга, раскачиваясь, пыталась сфокусировать на ней взгляд.

– Даш, – мягко сказала Таня, – тебе надо поспать… и долго.

– Какое такое поспать? – удивилась Дашка и, неловко поскользнувшись, растянулась на полу. – Завтра ОТС, такое событие… – произнесла она, не спеша подниматься. – Хотя что оно даст мне? Я буду вечно на третьем ярусе… – Девушка широко зевнула. – И никогда у меня не будет такого браслета, как у тебя. Невезучая я… – сонно добавила она, уронила голову на руки и захрапела: тоненько и длинно, со свистом.

Кое-как затащив спящую Дашу в гостиную, Таня уложила ее на диван, раздела и накрыла одеялом, после чего вернулась в спальню. На улице вечерело, поэтому пришлось включить свет. Сундук так и стоял возле окна: девушка присела возле него на полу, вновь достала загадочный листок и внимательно рассмотрела.

Но он действительно был чист – старая пожелтевшая бумага с обгоревшими краями.

Наверное, все ждут, чтобы она сама разгадала эту тайну.

Ну что же ей делать?! Сжечь листок, как советовал браслет? А если ничего не получится и вместо ценной информации Татьяне достанется лишь горстка пепла?

Аккуратно держа листок на вытянутой ладони, девушка пошла на кухню и взяла коробку спичек. Браслет радостно полыхнул теплом, но тут же охладел. Таня подметила, что начинает понемногу различать «чувства» своего браслета: когда он особо желает указать на какой-то факт, то нестерпимо жжет плечо, а когда она делает верный ход – согревает теплом… Все-таки это очень древняя вещь, с магической душой. Вот и сейчас он наверняка показывает ей, что хозяйка поступает правильно.

«Правильно?»

Браслет опять едва затеплился.

Значит, правильно. И Таня подожгла листок.

От бумаги потянулась тонкая серая струйка и завихрилась под потолком. И вдруг этот дымок, словно живой, стал чертить по воздуху ровные круги – один за другим, укладывая их аккуратными витками, пока не намотался целый клубок.

Застыв от изумления, Таня наблюдала, как медленно догорел листок, превратившись в горстку пепла на кухонном столе. Зато дымовой клубок ожил: дернулся его сизый струящийся хвостик, и «нитка» начала разматываться в обратную сторону. Вот она легла в одну линию, затем – в другую: раз за разом плотно укладывались дымные витки, будто кто-то решил соткать ковер.

Когда уложился последний виток, поверхность «ковра» подернулась рябью, по ней прошла едва заметная судорога… Перед Таней открылась некая картина, довольно четкое изображение, словно она смотрела фильм по телевизору.

…По дну, купаясь в густом иле, ползли толстобрюхие рыбы. Повсюду росли длинные пучки серебристых водорослей, несколько необычные для речного пруда или озера. Они поднимались со дна, как диковинные живые змеи, и плавно колыхались, повинуясь движению подземных родничков. Неожиданно вода стала прозрачной, и Таня заметила легкую тень, скользящую по дну. Девушка подняла взгляд: плыл какой-то человек. Мгновение, и с той стороны экрана приблизилось ее собственное лицо: глаза прищурены, рот плотно сомкнут. У девушки мурашки пробежали по коже – жутковато видеть себя, плывущую в мутной озерной воде. Тем временем Танин двойник крутнулся вокруг себя – раз! – и дальше поплыла маленькая юркая ящерка, рассекая воду тонкой серебристой стрелкой.

Замерев, настоящая Таня продолжала наблюдать, как ящерка шмыгнула в самую гущу серебристых водорослей и скрылась там. На миг изображение приблизилось, будто происходящее снимали на камеру; экран мигнул, и перед Таней предстал небольшой грот. В нем девушка вновь увидела себя в человеческом облике: она стояла перед небольшим каменным возвышением, на котором сияла огненными зубцами великолепная золотая корона, отделанная по верху черно-зелеными камнями. Легкое движение – и «вторая Таня» взяла корону в руки, указала пальчиком на внутреннюю поверхность обода и посмотрела на Таню настоящую. Затем надела корону себе на голову и исчезла.

Экран погас. Нитка начала разматываться, как будто распускали неудавшееся вязание, и тогда в полной тишине городской квартиры прозвучал голос:

– Ты не увидишь меня, и не пытайся… – Этот голос был ломким, сухим, надтреснутым, но слова произносились четко. – Наш разговор рассеется как дым и не запечатлеется на твоей мыслечувствующей ленте…

– Кто вы? – с ужасом спросила девушка, отступая в коридор и одновременно вглядываясь в зловещий клубок из дыма, нить которого продолжала распускаться.

– Меня зовут Кара, – продолжил голос. – Когда-нибудь мы обязательно познакомимся ближе, я в этом уверена… А сейчас просто слушай и запоминай. Твоя прабабка Марьяна Несамовита была хранительницей Венца. Наверняка ты уже знаешь, что собой представляет Карпатский Венец… Уверена, что те, кто помог открыть тебе тайну сундука, отлично осведомлены, что я дам тебе наставления… И уверена, что тебя подведут, так или иначе, к ритуальному купанию в Черном озере… Какой-нибудь обряд или празднество… – Голос смолк.

Таня открыла рот от изумления: экран размотался почти наполовину, комнату заполнил сизый дым, в воздухе витал густой и крепкий запах лесного костра.

– Браслет поможет тебе добраться до Карпатского Венца… – вновь раздался голос, только теперь он стал тише, словно доносился издалека. – Лишь только черная вода озера сомкнется над твоей головой, плыви туда, где мерцают серебристые водоросли.

Голос стих, будто бы хотел дать шанс запомнить и осмыслить сказанные слова.

– Тебе надо сделать все, чтобы перепрятать Венец, – со значением продолжил голос. – Не уничтожить… Ни в коем случае! Если ты сможешь это сделать, то станешь новой ведьмой-хранительницей Карпатского Венца. Сделай так, чтобы Венец не искали некоторое время, это очень важно… Обратись маленькой ящеркой – ты сможешь проскользнуть в узкий ход под камнем, и попадешь в пещеру, где лежит, надежно скрытый от людских глаз, Карпатский Венец. Следуй указанию, и все будет хорошо…

Голос умолк. Экран, почти истаявший дымком, продолжал медленно разматываться, и неизвестная ведьма вновь заговорила:

– Поезжай в соседний город, в старинный центр… на проспект Свободы, дом номер три, квартира шестнадцать. Запомни: проспект Свободы, дом номер три. В квартире ты найдешь дальнейшие указания. Но помни: до этого ты должна разобраться с Венцом – надежно спрятать его. Твои враги – и я уверена, ты знаешь, о ком я, – ждут того момента, когда ты поднимешь Венец из озерных глубин. Ни одна женщина не сможет помешать тебе… Но проживешь ты ровно до тех пор, пока…

Неожиданно через форточку ворвался ветер и обдул Танино лицо. Весь сизый дым ринулся на улицу.

– У тебя что, пожар?

Окно открылось, и на подоконник легко спрыгнул Александр. Таня успела заметить край знакомого пушистого летающего ковра.

– Ты куришь, что ли? – немного натянуто произнес он и принялся усердно размахивать руками.

Открыв рот, Таня с ужасом наблюдала, как последние сгустки дыма исчезают под силой свежего воздуха… Как же неудачно появился ее друг! Как раз в тот момент, когда голос из дымного клубка рассказывал о том, что ей грозит…

– Я принес тебе клубок от госпожи Мильтовой, – быстро и как-то сухо произнес Александр, подметив, что Таня совсем не в духе. – Попросили передать… Насчет завтрашнего Обряда…

Девушка вздохнула, печально оглядев остатки пепла на столе.

– Будешь кофе или чай? – спросила она убитым голосом.

Как же все-таки он не вовремя!

– Нет, наверное, нет… я ненадолго. – Парень заторопился, отводя глаза. – Только вот отдать, и все. – Он протянул ей клубок.

Таня тоже чувствовала себя неловко: со вчерашнего злополучного торжества она парня еще не видела. Да и не искала… Впрочем, он ведь тоже не искал ее.

– Так ты не останешься? – растерялась Таня. – Мы же не виделись после бала.

– Ну и что? – вдруг обозлился тот. – Только не говори, что скучала.

– Ну-у, собственно…

Вообще-то она хотела сказать ему, что ничего у них не получится… Что ей сейчас не до этого… Но, кажется, он опередил ее.

– А почему госпожа Мильтова именно тебя ко мне отправила?

– Не знаю, – все больше хмурясь, ответил Александр. – Остановила меня сразу после своей лекции, где ты так успешно выступила. Ну ладно, я пойду…

– Так ты был на лекции? – изумилась девушка. – А почему не подошел ко мне?

– Не успел, – раздраженно ответил тот, не глядя на девушку. – Тем более, я же сказал, меня подозвала госпожа Мильтова… Все, поручение исполнено. Я свободен, не так ли? До свидания.

– Саша! – выкрикнула Таня. – Ты ведешь себя как дурак! Немедленно объясни, в чем дело.

Парень, уже повернувшийся к ней спиной, резко крутанулся на месте:

– Я и есть дурак. Ба-а-льшой дурак.

– То есть? – опешила Татьяна.

– Я знаю, что ты с Вордаком спуталась, – зло заявил он. – Никогда бы не подумал… Ишь, замахнулась.

– Что?! – У Тани глаза на лоб полезли. – Ты что говоришь такое?!

– Что вижу, то и говорю, – буркнул парень, собираясь покинуть кухню таким же образом, как и вошел – через окно. – Сказала бы сразу, что ты с ним, я бы и близко не подошел. Мне не надо неприятностей. А я еще думаю, откуда у тебя такой мощный браслет? Наверное, он и подарил, все-таки любовница.

– Да ты с ума сошел! – вознегодовала Таня. – Да, мне он симпатичен, но как друг! Ну может, немного больше…

Девушка прикусила язык: вряд ли стоит рассказывать, что она целовалась с Лешкой.

– Значит, думала, что в секрете останется? – не унимался парень. – А я так удивился, когда увидел, что ты с самим Лютогором танцуешь… Может, ты и с ним успела?

– Да ты бы знал, что за тип этот Лютогор! – вскипела Татьяна. – Как ты вообще смеешь строить такие предположения?!

– А ты, оказывается, с самим Вордаком, – продолжил Саша, будто и не слыша ее. – Такие связи! То-то ты с его сыном дружишь…

– Что‑о‑о?!

У Татьяны отвисла челюсть.

Парень вспрыгнул на подоконник.

– Знаешь, – вдруг обернулся он к ней, – никогда бы не подумал, что ты… ты такая милая на вид, такая искренняя… А ты – за деньги. Ну, может, и по любви. – Он скривился.

– Да неправда это! – разозлилась Таня. – Кто тебе такое сказал? Да хоть у того же Лешки спроси!

– Да он сейчас заперт, – холодно ответил Александр. – За какую-то провинность… А я сам все слышал… Слышал, как госпожа Мильтова говорила об этом Кристе. И о том, что ты любовница Вордака… Да неважно! Надеюсь, ты пройдешь Обряд блестяще! – жестко добавил он. – И больше не появишься в Кукушке. Пойдешь выше, сразу в Карпатскую академию равных… с такими-то связями.

– Ты просто идиот! – вырвалось у Тани. – Разве неясно, что Мильтова соврала! Не знаю, зачем ей это, но она недолюбливает меня с того момента, как только увидела…

– Еще бы! – Парень мстительно хмыкнул. – Ты же у нее любовника увела.

Это было уже слишком. Таня набрала в грудь воздуха и выпалила:

– Знаешь, что? Да, я не хотела с тобой встречаться! И теперь понимаю почему!

Окно захлопнулось – даже стекла задрожали.

Чувствуя себя самой несчастной на свете, девушка села прямо на пол и расплакалась. Не могла больше сдерживаться.

В гостиной что-то стукнуло. Девушка вскочила с пола, быстро вытирая глаза, – не хотела, чтобы подруга почувствовала ее настроение.

На кухню вошла Даша. Выглядела она не очень, но, по всей видимости, короткий сон прогнал из ее головы большую часть хмеля.

– Я в порядке, – тут же подтвердила подруга. – Только вот сейчас поем что-нибудь и вообще в норме буду.

Таня не придумала ничего лучше, как просто кивнуть. Она гадала, помнит ли Дашка, что наболтала спьяну?

– Как твоя суперлекция? – хмуро спросила та, намазывая огромный бутерброд с маслом. – Было что-то интересное?

Таня рассказала вкратце, как все прошло, и даже про то, как ей удалось заставить петь Лешку и Кристу.

Даша молча выслушала, ни разу не перебив, и вдруг спросила:

– А ты не боишься так над Кристой издеваться? А что, если она тебе отомстит?

– Соболь мне не нравится, – честно призналась Таня. – Я чувствую, что и я ей совсем не по душе. А так, за что тут мстить? Это же просто шутка.

Даша неловко повернулась, включила электрочайник. Принялась готовить чай.

– Ладно, я в душ пойду, – сказала ее спине Таня после затянувшегося молчания. – А потом спать.

– Это верно, завтра же Обряд, – мрачно произнесла Даша, не оборачиваясь. – Мы вылетаем с самого утра. На сундуках.

– Переживаешь? – спросила у нее Таня.

Даша резко обернулась.

– Мне‑то что переживать? – вдруг прошипела она. – Это от тебя все чего-то ждут… необыкновенного.

– Кто – все? – опешила Татьяна. Пожалуй, она никогда не видела у Даши такого злобного выражения лица.

Подруга не ответила. Неожиданно ее взгляд скользнул по Таниной шее и задержался на серебристой цепочке.

– Ты вроде в душ собиралась? – холодно спросила она. – Так не забудь снять оберег – у тебя вся шея черная от серебра… Не стыдно?

Таня почему-то смутилась:

– Но ведь это оберег! Его никогда не снимают.

– Завтра такой ответственный день, а ты этого вообще не понимаешь! – взорвалась подруга. – Этот Обряд может перевернуть всю твою жизнь. Возвысить или наоборот. Извини, – внезапно сникнув, пробормотала она, – я просто нервничаю перед завтрашним испытанием. А оберег все же сними – хочешь, я даже почищу его – потемнело ведь серебро.

Даша села за кухонный стол, обхватив голову руками. Таня подала ей чай, все еще удивляясь, до чего подруга бывает непредсказуемой, сняла оберег и положила рядом с чашкой.

– Пойду в душ, – просто сказала она. – А потом сама почищу… Все-таки украшение. – Она примирительно улыбнулась.

Ответная улыбка Даши вышла какой-то кислой. Списав этот факт на расшалившиеся нервы девушки, Таня закрылась в ванной. Она специально очень долго мылась, вытиралась полотенцем, сушила голову феном, давая Даше возможность хоть немного поднять себе настроение. И вот тогда им лучше поговорить без всяких недомолвок.

Татьяна с самым решительным видом вошла в кухню и тут же застыла как вкопанная: ее ожидали сразу четыре гостьи. Кухонный стол был вытащен на середину, прямо под колпак зеленой люстры на потолке. За столом восседали Криста, Алекса, Люци, Ира и, чуть в отдалении – Даша. Последняя сидела красная, как вареный рак, и явно хотела смыться из этого общества. Но самое обидное – в руках у Кристы сверкал, явно почищенный Дашиной заботливой рукой, Танин оберег.

– С легким паром! – Криста чарующе улыбнулась.

Таня не ответила, втайне радуясь, что хоть браслет догадалась с собой в ванную взять.

– Я немного расстроена сегодняшним днем, – еще раз мило улыбнувшись, продолжила рыжая ведьма. – Ты же понимаешь из-за чего?

– Извини. – Таня изо всех сил старалась скрыть волнение. С другой стороны, не говорить же Кристе, что та просто под руку подвернулась? А досадить Татьяна хотела Лешке…

– Ты сделала это намеренно, – вмешалась Алекса. – Ты что, решила отомстить нам?

– Нет, конечно! – опешила Таня. – Все дело в Вордаке, – со вздохом призналась она.

Глаза Иры сузились в недобром прищуре. Она сделала шаг к Татьяне и даже хотела что-то сказать, но Криста остановила ее легким жестом.

– Ты помнишь, что должна мне, Окрайчик? – неожиданно спросила она. – Так вот… во-первых, я хочу сломать твой оберег. В долг.

В доказательство Криста рванула серебристую цепочку на две части: раздался тихий дребезжащий звон и две половинки упали на пол, обернувшись серебристыми змейками. Таня в ужасе наблюдала, как змейки, словно живые, поползли по кафелю, а затем исчезли в воздухе, изойдя серым дымком. И как этой рыжей ведьме удалось такое проделать?! Ведь этот оберег мастерил сам Вордак…

– Да как ты смеешь?! – не помня себя от гнева, вскричала Таня. Она подскочила к рыжей и залепила ей звонкую затрещину.

Судя по растерявшимся лицам девушек, никто не ожидал от Тани такой прыти. Все смотрели на предводительницу, ожидая ее реакции.

Криста медленно встала. Ее лицо перекосило от бешенства, и куда только делось обычное милое выражение?

– Долг не засчитывается, – не скрывая злорадного торжества, процедила она. – Если ты поклялась на крови, то должна… Нет, просто обязана – отдать первое, что у тебя попросит давший тебе в долг. Это старый колдовской обычай… Но ты обидела меня, выразила возмущение… а значит, долг не засчитан.

Все еще тяжело дыша, Татьяна оглянулась на Дашу, ожидая, что та хоть разъяснит, что происходит. Но подруга опустила взгляд на столешницу, делая вид, что абсолютно не заинтересована в происходящем.

– А сейчас нам пора, – произнесла Криста и поднялась со стула. – Ира, ты вроде бы что-то хотела сказать Татьяне? Впрочем, пусть за тебя выскажется Алекса.

В следующую секунду на голову Татьяны обрушился целый мир: перед глазами завихрилась воронка из зеленых люстр, врезалась в потолок, рассыпаясь на черные и золотые искры… Пол ушел из-под ног, и девушка провалилась в темноту.

Татьяна очнулась от сильной боли: правый висок судорожно пульсировал. Даша молча обтирала ей лицо неизвестно откуда взявшейся водкой.

– Где они? – спросила Таня, пытаясь оглянуться.

– Исчезли, – буркнула подруга. – Ну что, встать сможешь?

Девушка кивнула и медленно, опираясь на плечо Даши, кое-как поднялась на ноги.

– И зачем я эту иллюзию с гусями проделала?! – Она осторожно потрогала висок, мгновенно отреагировавший тупой болью. – Ведь получила почти заслуженно!

– Ирка поссорилась с Вордаком, – нехотя произнесла Даша. – Все думают, из-за тебя… Вот они и пришли.

– Но это же неправда! – возмутилась Татьяна.

– Забудь, – невесело хмыкнула Дашка. – Могло быть и хуже… Думаю, ты и вправду с самого начала им не понравилась.

– Постой, а как же мой оберег! – ахнула Таня. – Криста же… И зачем я сняла его!

– Ты тоже хороша, такими клятвами разбрасываться, – торопливо перебила Даша и укоризненно покачала головой. – Как ты могла дать так провести себя? Клятва долга на крови… Теперь, что бы она у тебя ни попросила, ты должна это отдать. Подарить… Даже браслет. – Она со значением выгнула бровь. – Так что после Обряда лучше не попадайся ей на глаза… может, и пронесет.

– Да откуда же мне было знать про такое?! – снова взволновалась Таня. – Завтра столь важный день, а я без оберега!

– Думаю, он тебе завтра не понадобится, – Даша вздохнула. – Все равно его попросили бы снять… Помнишь, как на выпускном экзамене?

– Ты просто не знаешь… – Таня умолкла. Почему-то не хотелось рассказывать о найденном потайном дне в сундуке. И уж тем более – о Карпатском Венце.

– Давай спать. – Подруга делано зевнула. – Ты в порядке, а это главное. С утра поговорим.

Таня, которая от ноющей боли в виске еще плохо соображала, махнула рукой и поплелась в гостиную. Там она, не раздеваясь, упала на диван и тут же забылась.

Она не видела, что подруга так и не пошла к себе в спальню, а просидела за кухонным столом до самого рассвета.

Глава 2

Обряд тайных сил

Татьяна проснулась от стука: кто-то надоедливо барабанил в стекло. Оказалось, это клубок, на хвостике которого сверкал тонкий серебристый наконечник – видать, он и издавал столько шума.

– Пора уже, клубок прилетел! – В спальню заглянула Даша. Она выглядела утомленной, но решительной. – Есть нельзя, поэтому летим сразу… – И тут же скрылась, не давая возможности ответить.

Таня умылась, быстро оделась, причесалась, перетащила сундук на кухню. Огляделась: стол по-прежнему находился посередине кухни, табуретки разбросаны, полный бардак… Почему-то возникло чувство, что она сюда больше не вернется… Никогда в жизни.

Чтобы отогнать накатившую грусть, Таня быстро выпила зелье из флакона и, оседлав сундук, послушно вылетела через распахнутое окно, – Дашка давно поджидала снаружи.

Клубок быстро набрал скорость – сундуки девушек еле за ним поспевали. Далеко позади остались крыши городских многоэтажек, внизу серебристо-розовой змеей промелькнула речка, и вот уже поплыли под ногами пышно цветущие сельские садики.

Когда впереди замелькали вершины гор, Таня приободрилась. А вдруг все не так уж и страшно… Может, и не надо будет никуда нырять – всем известно, что в Карпатских горах озера и речки в основном мелковаты.

Вскоре ведьмы снизились, их сундуки заскользили над самым лесом, распугивая мелких птичек, вздумавших полетать над деревьями в эту раннюю пору. Перед ними открылся вид на широкую долину, где под высоким хребтом горы Туркул раскинулось небольшое, иссиня-черное с высоты и гладкое, как зеркало, знаменитое карпатское озеро Несамовите, или, как его иногда называли в народе, – Черное озеро.

Таня припомнила, что когда-то она бывала здесь, еще в школьном походе с одноклассниками: они проходили мимо озера, направляясь на Черную гору, где на самой вершине высились руины старой обсерватории, столь любимые туристами. Кто бы мог подумать, что озеро, овеянное легендами, слухами и сказками, на самом деле колдовское и в его водах раз за разом проходит древний Обряд Тайных Сил.

Таня с удивлением заметила, что неожиданно перестала бояться: страх исчез, как только она увидела Черное озеро. Браслет приятно согревал руку, но девушка и сама знала, что приближается ответственный момент: тайна прабабкиного наследства вот-вот должна раскрыться… и так даже лучше. Она достанет эту чертову корону со дна, а там… оставалось надеяться, что прабабка продумала не только путь новой ведьмы-хранительницы к спрятанному сокровищу, но и варианты их общего с Карпатским Венцом спасения.

Когда они снизились над поляной, их тут же встретили, помогли приземлиться, куда-то отогнали сундуки. На берегу озера уже стояло несколько десятков девушек в одинаковых серых купальниках, почти сливавшихся по цвету с незагорелыми по весне телами. Все ведьмы выстроились в линию: пробежавшись взглядом по их лицам, Таня с нескрываемой досадой увидела среди них даже Кристу! Рядом с ней стояла Лисцова. Завидев их с Дашей, та посмотрела довольно злобно. А вот Криста наоборот – приветливо помахала рукой, будто и не было вчера неприятного события. Таня быстро перевела взгляд и чуть ли не упала на землю: невдалеке от них стоял Лютогор, окруженный свитой довольно крепких с виду людей в пыльных дорожных плащах. А на другой стороне поляны, чуть в отдалении от всех, девушка заметила старшего Вордака с телохранителями. Лешки с ним не было, и Таня расстроилась. А вдруг она его больше никогда не увидит! Да и, возможно, он мог бы помочь советом, подсказать правильное решение.

Среди лютогоровского окружения девушка с удивлением заметила Олешу: старая ведьма окинула ее тяжелым взглядом и тут же отвернулась, кутаясь в широкий темный плащ. Глядя на бывшую наставницу, Таня вдруг подумала, а не Лютогор ли тот таинственный возлюбленный, что выманил у Олеши браслет в молодости? Ведь все могло быть…

Между тем к Тане с Дашей подошла сама госпожа Мильтова – даже обычный спортивный костюм сидел на ней великолепно.

– Опаздываете, – мягко произнесла венгерка, расцветая фальшивой сочувствующей улыбкой. – Мы вас так заждались, девушки… Немного переживали, не побоялись ли вы прилететь… Идите переоденьтесь в палатке, там для вас приготовлены купальники. Выходите, как только будете готовы, пойдете последними. Хотя нет, погодите, останьтесь на минуту, я скажу несколько слов.

Ружена взошла на небольшой помост, метра на полтора выступавший над озером, и произнесла короткую официальную речь: что-то о важности Обряда с самых древних времен, о неизученных силах и нераскрытых способностях молодых ведьм. По ее словам, Обряд представлял собой простую процедуру: каждой из девушек предстояло нырнуть в озеро и достать со дна хоть какую-нибудь вещь. Вроде как волшебные воды озера отдавали ведьмам и колдунам предметы, наиболее ярко характеризующие их магическую сущность. Ведьмы должны были прыгать с помоста по пять человек, а выныривать им предстояло на другом краю, где их уже поджидали люди с большими пушистыми полотенцами. Госпожа Мильтова огласила список участниц: Дашино имя прозвучало в третьей пятерке, а Танино – в последней, четвертой.

Все больше волнуясь, Таня выступила вперед.

– А если кто-то из нас ничего не вытащит? – неожиданно громко спросила она.

Как ни странно, ее услышали почти все, кто находился на поляне. Даже Лютогор заинтересованно прищурил светлые глаза.

На миг стало очень тихо. Все, кто находился возле озера, будто перестали не только говорить, но и дышать. Лишь по-прежнему беззаботно пели птицы да шумел, путаясь в молодой траве, легкий утренний ветерок.

– Думаю, вам не стоит волноваться, милая, – раздался приятный бархатистый голос венгерки, разрывая накатившее на всех оцепенение. – Вы обязательно что-нибудь достанете. Главное – постарайтесь при этом не утонуть.

Татьяна мгновенно сникла. Стремясь скрыть замешательство, она оглянулась в поисках палатки для переодевания и сразу увидела ее – шатер расположился в нескольких десятках шагов, на самом открытом месте. Даша перехватила ее взгляд и направилась в ту сторону.

– Интересно, почему Криста присутствует на испытании? – удивилась Таня, когда они начали переодеваться. – Разве она не проходила Обряд раньше? Ведь она явно не новичок… Как думаешь?

Дашка сделала вид, что не услышала вопроса. Таня сделала вид, что этого не заметила, хотя немного обиделась. И что это происходит с подругой?

– Очень волнуешься? – спросила она.

– Нет.

– Зато я волнуюсь, – вздохнула Таня. – Ума не приложу, как можно по доброй воле нырнуть в это холоднющее озеро, мне страшно… Хотя оберег все равно бы забрали перед обрядом…

Девушка вдруг подумала: а сможет ли она превратиться в ящерку? Ведь не пробовала еще в воде… а вдруг захлебнется? Вдруг не получится?

Она и не заметила, как последнее предложение произнесла вслух.

– Слушай, хватит всякое придумывать! – неожиданно разозлилась Даша, отвлекая подругу от тревожных мыслей. – Ты простая обычная ведьма. Да и, пока ты не подарила свой крутой браслет Кристе, тебе вообще не стоит волноваться.

Таня застыла от изумления – Дашино лицо изменилось до неузнаваемости. Что-то в нем появилось чужое, странное, непривычное… Да и никогда еще та не была так взбудоражена, даже в первый день учебы.

Будто бы в ответ на ее мысли подруга нервно поправила прядку волос – на предплечье сверкнул браслет из рубинов в один ряд.

– Ого! Откуда это у тебя?!

Даша словно очнулась.

– А это… – Она просияла глупой, но счастливой улыбкой. – Госпожа Мильтова мне выдала.

– Что, просто так? До Обряда? – изумилась Таня. – Но почему? За что?

– А что такого? – угрюмо поинтересовалась Даша. – Она сказала, что верит в меня и мои способности. Ты ведь знаешь, как я мечтала о хорошем браслете, так что ничего особенного здесь нет.

– Да я тебя поздравляю. – Тане стало неловко за свои вопросы. Она быстро и как-то неуклюже обняла подругу. – Почему же ты мне не рассказала, не похвасталась?

Неожиданно ее браслет-ящерка стал горячим.

– Ой!

– Что, печет? – тут же отстранилась Даша. Она кинула косой взгляд на Танин браслет. – Чего это он? Или из-за потери оберега волнуется? Ведь теперь он беззащитен как бы, да?

– Да при чем тут… – Таня запнулась. Ей не понравились быстрые испуганные огоньки, промелькнувшие в глазах у подруги. А еще она вдруг вспомнила, что Криста наотрез отказывалась принимать Дашу в свое сообщество, потому что у нее низкое происхождение.

Таня выпрямилась:

– Наверное, тебя и в «Кристалл» уже приняли, да?

Дашка неловко отвернулась и не ответила.

– Интересно, когда тебя приняли, – задумчиво произнесла Таня. – До вчерашнего вечера или как раз после него, а?

– На что ты намекаешь? – окрысилась девушка, невольно оглядываясь. При этом выражение ее глаз стало таким испуганным и жалким, что у Тани от внезапной догадки сердце ухнуло куда-то вниз.

Она вдруг вспомнила со всей ясностью, что именно Даша попросила ее снять оберег перед походом в ванную, а потом она же впустила в квартиру девчонок из «Кристалла».

– Но все-таки, – осторожно продолжила Таня. – Почему тебе выдали этот браслет? Это ведь наверняка нерядовое событие… И еще – почему он состоит из рубинов, как у самой Мильтовой?

– Это значит, что теперь я ее ученица, – тихо произнесла Даша, снова отвернувшись. – Теперь буду учиться на пятом ярусе.

Однако Таня заметила, что подруга вот-вот расплачется.

– Даша… Ты мне ничего не хочешь рассказать?

– Нет!

– И все же…

– У меня не было выбора! – вдруг вскричала девушка. – Тебе этого не понять, ясно?!

И, громко всхлипнув, она выбежала из палатки.

Перед глазами у Тани все поплыло. На негнущихся ногах она подошла к полотняному входу и замерла. Кажется, обряд уже начался: слышались приветственные возгласы, ободряющие выкрики, словно на озере шли обычные соревнования по плаванию.

Таня вздохнула. Почему-то было страшно сделать последний шаг – выйти наружу, под испытующие взгляды всех этих колдунов и ведьм… Девушка помотала головой, ибо совсем запуталась. Но она точно знала, что, пока не найдет этот Венец, никто от нее не отстанет.

И Таня, машинально разгладив руками свой светло-серый купальник, словно слившийся с кожей, вышла из палатки.

В лицо ударил яркий радостный свет: это солнце пригрело сильнее и осветило всю долину. Таня поискала глазами Вордака-старшего и вдруг увидела Лешку. Он тоже заметил ее и даже сделал движение, чтобы подойти. Но его мгновенно остановил отец – крепко схватил за рукав и что-то рассерженно шепнул на ухо. Парень тут же сник и растворился среди толпы. Зато к Тане направился сам Мстислав Вордак. Девушка заметила, что Лютогор проследил его путь ревнивым недоверчивым взглядом.

– Как настроение? – Колдун мило улыбнулся девушке и даже предложил ей руку.

В легком изумлении Татьяна дала увести себя к небольшому деревянному помосту, выступающему над черной водой озера.

– Ваша подруга почувствовала себя неважно, – продолжил Вордак, – пришлось увести ее с испытания… Но не волнуйтесь, с ней все будет хорошо.

– А я и не волнуюсь, – спокойно ответила Таня. – Даша и так уже получила то, что хотела.

Вордак скупо улыбнулся на это и выпустил ее руку.

– Сейчас ваша очередь, – произнес он. – Мы очень ждем, что вы всех нас удивите… Только не делайте глупостей, хорошо? Даю слово, вам ничего не будет грозить. Просто достаньте то, что должны.

Таня не удержалась и смерила Вордака угрюмым взглядом:

– А почему вы уверены, что у меня выйдет?..

– Потому что знаю: вы уже получили тайные указания, – ответил он. – Как видите, я с вами предельно откровенен.

– Тогда скажите, за что вы наказали своего сына Лешу?

– За то, что он пытался вас выкрасть. – Не сдержавшись, мужчина насмешливо улыбнулся.

– Да? – Таня растерялась. – Ах вот как…

– Наверное, интуиция мне подсказала, – Вордак неожиданно скривился, – что в мыслечувства сына следует заглядывать куда чаще.

– И вы узнали, что… что он хочет меня спасти? – У Тани перехватило дыхание. Вордак вздохнул и поднял глаза к небу. Однако вышло это у него донельзя фальшиво.

– Вам ничего не угрожает. Если вы будете послушны и…

– Я тоже буду с вами предельно откровенна, – перебила его Таня. – Если мне действительно удастся заполучить этот Венец, я вам его не отдам.

– А кому отдадите? – тут же спросил Вордак.

– А никому.

Некоторое время будущий глава Братии раздумывал над ответом.

– Ну что ж, поживем – увидим, – наконец сказал он, слегка поклонился ей и отошел.

Впрочем, долго скучать Тане не пришлось: перед ней будто из-под земли выросла госпожа Мильтова.

– Готова? – спросила она, неожиданно переходя на «ты». – Прыгаешь первой из пятерки.

Венгерка окинула ее самодовольным прищуренным взглядом. Если до этого Таня еще сомневалась, угрожает ли ей опасность, то теперь все худшие предположения подтвердились: казалось, Мильтова была готова убить ее посредством зрительного контакта. Таня даже обрадовалась, что венгерка не смотрит на нее через кольцо своего рубинового браслета.

И девушке вдруг захотелось смалодушничать: развернуться и убежать – куда-нибудь далеко, в сторону леса, укрыться за деревом, спрятаться в овражке… Но было поздно: со всех сторон ее окружали люди, и девушка, ежась от усилившегося свежего ветерка, взошла на доски помоста.

Прыжок в воду получился легко: она рыбкой скользнула в черную податливую воду, открыла глаза и поплыла, всматриваясь в густые заросли темных водорослей. Кто знает, насколько ей хватит сил не дышать – надо действовать быстро. Девушка крутнулась вокруг себя, совершая превращение, и краем глаза приметила рядом странную нечеткую тень, но, когда обернулась ящеркой, поблизости никого не было. Даже рыбы куда-то делись… Где-то вверху светило яркое весеннее солнце, через толщу воды казавшееся бледной предрассветной луной.

Подгребая лапками, Таня-ящерка пристально вглядывалась поверх илистого дна, и наконец ей все-таки удалось различить далеко слева слабый серебристый отблеск.

Узкий, едва различимый в иле лаз меж сияющих в мутной воде серебристых водорослей Таня-ящерка заметила ровно в тот момент, когда ей перестало хватать воздуха. Секунду она боролась сама с собой, но все же из последних сил скользнула в круглый зев норки. Быстро и бесстрашно проплыла по узкой каменной кишке и, когда тоннель кончился, ринулась наверх, повинуясь инстинкту самосохранения, – к желанной поверхности, к целительному глотку воздуха…

Выбравшись на небольшой, словно бы насыпанный из разноцветного каменного крошева островок, девушка долго не могла надышаться. Если бы она знала, что придется так долго задерживать дыхание, то хотя бы потренировалась в ванной! Хорошо, что прабабка додумалась спрятать сокровище в гроте, а не в какой-нибудь подводной пещере на дне океана…

На скалистой стене, на уровне глаз, выделялся четкий выступ – в неровную природную поверхность словно бы всадили с неимоверной силой кусок каменной глыбы. Там и находился Карпатский Венец – золотой обод короны в сиянии острых и тонких зубцов, увенчанных каплями изумрудов. Прошла минута, другая, а Таня все не решалась подойти к нему.

Как же все это удивительно! Еще минуту назад Карпатский Венец был легендой, и вдруг вот он – настоящий.

Ковыляя от усталости, она несмело подошла к нему. В центре украшения мрачно сверкал ромбовидный камень черного цвета, похожий на обсидиан. Таня осторожно коснулась пальчиком одного из острых зубьев.

Ничего не произошло – ни единого всплеска боли. Тогда девушка осторожно взяла Венец в руки и внимательно оглядела внутреннюю сторону.

Надпись нашлась сразу, и была она, конечно же, написана рунами. Коря себя за вечное недопонимание этих волшебных символов, Таня напрягла все умственные силы, чтобы прочесть загадочную надпись, но разобрала только отдельные слова: «сотворить» или «иллюзия», «надеть», «Венец»…

Ну что ж, наверное, надо надеть Венец, как она видела на «дымном» изображении, только и всего. Но едва она подняла руки, как некто сзади положил ей ладони на плечи. Таня так и замерла с воздетой над головой короной древних карпатских князей.

– Не смей надевать Карпатский Венец себе на голову, – прошептал ей в ухо голос Кристы. – Это не твое право!

В тот же миг очертания грота исчезли, перед глазами заклубился густой серый туман – началось пространственное перемещение.

Глава 3

Должок

– Кристиночка, ты просто молодец.

– Почти… – откуда-то издалека пришел голос рыжей. – Ей удалось спрятать Венец… Я думаю, в личном астрале…

– Это ничего, сейчас все узнаем.

Таня почувствовала, как ей заломили руки за спину, – кажется, ее привязывали к спинке стула.

– Дай ей воды, – продолжила другая говорившая, и Таня наконец узнала мягкую бархатистость голоса венгерской ведьмы. – У нее полная расфокусировка зрения, надо плеснуть в лицо… Какие чары ты навела на нее?

– Только защитные, – фыркнула Криста где-то за спиной Татьяны. – Подумала, вдруг успеет напасть.

– Зря боялась, – хохотнула венгерская ведьма. – Несмотря на Марьянин браслетик, эта ведьма вряд ли сильна в заклятиях.

– Зато иллюзии у нее неплохо получаются, – жестко заметила Криста и вдруг отвесила Тане крепкий подзатыльник.

Девушка слабо вскрикнула, открыла глаза, поморгала. Венгерка воспользовалась этим и плеснула ей в лицо стакан воды. Как ни странно, после этого действия зрение Татьяны действительно прояснилось.

Перед ней, примостившись на двух одинаковых стульях с высокими спинками, восседали Ружена Мильтова и Криста Соболь. Обе они скрестили руки на груди и, заложив ногу на ногу, глядели на Таню с одинаковым выражением на лице, в котором презрение и враждебность поразительно сочетались с любопытством.

Некоторое время все молчали, оценивая друг друга.

– Ну что же… – первой нарушила тишину госпожа Мильтова. – Ты же понимаешь, что находишься в наших руках… Вот почему тебе стоит задуматься, как выйти из этой ситуации с наименьшими потерями. – Она доброжелательно улыбнулась. Даже ободряюще.

– Отдавай Венец! – не сдержалась Криста.

Но у Татьяны тоже были вопросы.

– Как ты очутилась там, под водой? – произнесла она, еле ворочая языком. – Как ты смогла попасть в пещеру?

Криста переглянулась с венгеркой:

– Показать?

Та равнодушно пожала плечами.

Криста изящно поднялась, крутанулась вокруг себя и превратилась в маленькую ящерицу с большими красными глазами. Высунула раздвоенный язык, погонялась за хвостом и вновь вернулась в собственное тело.

– Марьяна хотела передать свою тайну Кристе, – неожиданно сказала венгерка. – А потом вдруг передумала. Наверное, потому что не доверяла мне. – Она самодовольно хмыкнула. – И правильно делала.

– В результате, – продолжила венгерка, – она отдала браслет и право на тайну тебе, и опять просчиталась.

– Я не отдам вам ни браслет, ни Венец, – сухо произнесла Таня.

– Не отдашь нам – отдашь ему, – терпеливо пояснила венгерская ведьма. – Считай, что мы сейчас просто мило беседуем. Тянем время, пока Вордак пытается убедить всех, что ты лежишь бездыханная на дне озера. Не справилась с задачей, возложенной на тебя Марьяной Несамовитой.

– Потому что сама захотела Венец на голову надеть, – добавила Криста. – Даже Лютогор в это поверил.

– Но зачем?! – возмутилась Таня. – Мне Венец не нужен.

– Да кто об этом знает, что он тебе не нужен? – Венгерка обезоруживающе улыбнулась. – Даже твоя близкая подруга поверила, что ты хочешь стать самой сильной ведьмой в Карпатах. Идешь по головам… И сразу же согласилась нам помочь.

– И за это предательство вы сделали ее ученицей? – хмуро уточнила Таня.

– Ученицей? – удивленно переспросила Криста. – Будет у нас в доме прислуживать… Пока еще поймет, что к чему.

– Кто предал раз, предаст второй, – мило улыбаясь, подтвердила венгерка. – Нам такие не нужны.

Несмотря на то, что худшие опасения насчет Даши подтвердились, Тане стало жалко бывшую подругу. Вот уж действительно: с чертом свяжешься, от него и нахлебаешься.

– Зачем вы Саше всякую ерунду наболтали? – вдруг вспомнила девушка. – Неужели тоже из-за Карпатского Венца?

– С ним Алексей разговаривал, – хитро улыбаясь, сообщила венгерка. – Причем по собственной инициативе. Мы немного волновались, что твой бедный парень будет совать нос не в свои дела, под руку подворачиваться… И так на Апрельском балу с ног сбился, тебя разыскивая, всех нас замучил.

– Мне кажется, нашей Татьяне больше нравится младший Вордак, – осклабившись, произнесла Криста.

Венгерка оценивающе прищурилась, наблюдая за тем, как цвет лица пленницы медленно приобретает розовый оттенок.

– Так вот почему Мстислав сына в Круглой башне запер и никуда не выпускает, – развязно произнесла она. – Он его от ведьмочки оберегает… А что, интересный парень. Такой милый, но такой хитрющий, чертенок. К сожалению, я ему совсем не нравлюсь в качестве будущей мачехи. – Она притворно вздохнула.

– Зато мне он симпатизирует. – Криста захихикала.

Татьяна промолчала и на это. Да и что она могла сказать?

– Вот мы все болтаем, – голос венгерки стал жестче, – а мне кажется, что госпоже Окрайчик пришло время вернуть долг.

– Даже если вы заберете мой браслет, он все равно вам не подчинится, – с вызовом ответила ей Татьяна.

– А вот посмотрим. – Ружена мягко улыбнулась. – Кому-нибудь да подчинится… Но с чего ты решила, что мы намерены забрать браслет? Нам нужен Венец. Криста?

– Ты мне должна, – четко произнесла рыжая, становясь перед пленницей. – Отдай Карпатский Венец.

Таня хлопнула глазами, заерзала на стуле – руки совсем затекли, а спина от неудобного положения ужасно ныла. Неужели проклятым ведьмам удастся забрать Венец из ее личного астрала?

Судя по разочарованному выражению лиц «тюремщиц», что-то шло не по плану.

– Послушай, моя милая девочка, – задумчиво произнесла венгерка, – а она успела надеть Венец на голову?

– Хм… нет. – Глаза у Кристы растерянно забегали. – Когда я ее перемещала, он был у нее в руках…

– Так он ей не принадлежит! – тонко и пронзительно взвизгнула венгерка. – Что ты наделала! Дура!

– Я же не знала, – вмиг делаясь пунцовой, пролепетала рыжая и стала похожа на маленькую провинившуюся девочку. – Я думала, что если он у нее в руках, то уже…

– Нет!!! – вновь взвизгнула Ружена Мильтова. – Теперь нам придется еще заставлять ее напяливать Венец на голову! Черт, Мстислав ужасно разозлится… Такой блестяще продуманный план – и русалке под хвост! Он будет в гневе. Что же нам теперь делать?..

Рыжая сникла, венгерка чуть ли не волосы на голове рвала, а Таню все это, наоборот, начало забавлять.

– А ты не улыбайся, – вдруг повернулась к ней венгерка и тут же приказала Кристе: – Браслет!

– Ты мне должна, – торопливо повторила Криста, вновь становясь перед пленницей. – Отдавай браслет.

Таня надеялась, что и сейчас ничего не произойдет, но ее серебряный браслет дернулся, мягко сполз вниз и застыл, пульсируя, на запястье – не мог соскочить с руки из-за веревок.

– Черт, да развяжи ее! – устало бросила венгерка. – Все равно без браслета ее нечего бояться.

Криста бросилась исполнять приказание, – наверное, чувствовала вину за свою оплошность в подводном гроте, и через некоторое время завладела браслетом.

– Вот так вот, милая, – ухмыльнулась венгерка, видя, как омрачилось Танино лицо. – И учти – мы тебя пытать не будем, а вот он… Малой кровью тебе не удастся отделаться… Ты сейчас посиди здесь, подумай, а потом с ним поговоришь, когда он захочет.

У Тани противно засосало под ложечкой. Она уже не сомневалась, что старший Вордак не будет с ней таким милым и обходительным, как в последнее время. Разве что она безропотно отдаст ему Венец, а он даже руку ей, возможно, поцелует, перед тем как убить. Девушку невольно передернуло.

Венгерка заметила это и усмехнулась.

– Да, и еще, – вкрадчиво произнесла она. – Знай, что ты не сможешь вернуть Венец озеру – Несамовите теперь хорошо стерегут. Лютогор знает, что вещь, отданная озеру во второй раз, больше не поднимется с его дна… Так что не надейся вновь спрятать Венец.

Таня подумала, что вот этого она как раз не знала, но, конечно, ничего не сказала вслух.

– Ой, он печет! – вдруг вскрикнула Криста и стала перекидывать браслет с руки на руку, будто горячий блин.

– Этого еще не хватало! – Венгерка возвела глаза к потолку. – Перемещайся ко мне, разберемся… Заодно подумаем, что нам делать, когда Мстислав вернется.

И они почти одновременно исчезли. Таня, которая до этого не решалась даже встать со стула, быстренько поднялась и подошла к двери.

Закрыто. После часа безуспешных попыток открыть дверь или хотя бы окно она сдалась. Комната оказалась ничем не примечательной: простой деревянный пол, три стула и платяной шкаф, тоже запертый. Девушка села на пол, опершись на боковину шкафа, и замерла, подтянув колени к подбородку. Вскоре она заснула: сказались долгое напряжение и усталость.

…Когда Татьяна открыла глаза, в комнату уже проникли первые лучи солнца – начинало светать. Эх, сколько же она проспала?

Девушка торопливо поднялась с пола, разминая затекшие от неудобного сна руки и ноги, а заодно пытаясь таким образом согреться, и вновь подошла к двери.

Прислушалась.

Ни звука.

Тогда она снова села на пол и сосредоточилось. Вскоре перед ней появился Венец.

Некоторое время Татьяна пристально разглядывала острые золотые зубцы с изумрудами. Надо сделать всего лишь одно движение – надеть корону, и все, она примет на себя обязанность, возложенную на нее прабабкой. Может, оставить его, а самой убежать? Но как? Ультрапрыжок не получался – Таня еще со связанными руками пробовала, при браслете…

Неожиданно Венец взмыл вверх и застыл где-то в метре над полом. От удивления Татьяна, вместо того чтобы ловить его, наоборот, отшатнулась.

За Венцом тут же появилась ухмыляющаяся Криста.

– Неужели ты думала, что тебя оставят без присмотра? – Рыжая ведьма злорадно усмехнулась. – Как просто тебя обхитрить… Марьяна явно поспешила, доверив тебе тайну Венца.

Таня медленно встала на ноги, абсолютно не зная, что предпринять. Ну надо же, как легко она попалась на уловку Кристы! И уже во второй раз…

– Так, посмотрим. – Явно наслаждаясь моментом, рыжая ведьма перевернула Венец, заглядывая на внутреннюю сторону обода.

– «Венец уничтожат иллюзии чары», – легко прочитала она и хмыкнула: – Странная надпись для княжеской короны… Что это значит, а? Ты знаешь?

Таня промолчала. Сколько она ни прикидывала свои шансы против Кристы, у которой на плече сиял золотой браслет, а в руках – Карпатский Венец, выходило плохо.

– Теперь я буду охранять Венец, – неожиданно произнесла рыжая. – Ты не успела надеть его, я знаю… И я буду самой могущественной ведьмой в Карпатах.

– С ума сошла? – изумилась Таня.

– На себя посмотри, – тут же огрызнулась ведьма. – Ты даже не представляешь, что тебя ждет, когда сюда придет Ружена… Я уже послала ей вызов.

И, победно взглянув на девушку, Криста водрузила на голову Венец.

Тонкий вскрик, и рыжая ведьма свалилась без чувств: Венец покатился по полу, словно простая медная жестянка, и замер перед Таней. Она осторожно взяла его в руки.

И вовремя, потому что дверь открылась. Венгерка сразу разобралась в ситуации: пальцы ее правой руки тут же метнулись к браслету – и Танино левое плечо обожгло огнем. Неужели дротик? Девушка вскрикнула от боли, но Венец из рук не выпустила, – наоборот, взяла колдунью в обзор обода, словно по наитию.

Как ни странно, это действие произвело на Ружену сильное впечатление.

– Не делай глупостей!

– Попрошу без резких движений, – четко сказала ей Таня. Она размышляла, получится ли у нее иллюзия через обод Венца. И если – да, то какой силы она будет. – Иначе тоже потеряешь сознание, – грозно предупредила девушка.

Венгерка прищурилась, но к браслету больше не притронулась – ее правая рука медленно опустилась.

Только тогда Таня заметила, что в левой руке венгерка сжимает небольшой хрустальный флакон.

– Что это?

Госпожа Мильтова жестко усмехнулась, но не ответила. И Таня приняла решение.

В пространстве, разделяющем двух женщин, замелькали серебристо-серые кольца, а между ними – тонкие черные стрелки.

– Что ты делаешь?! – завопила венгерка, но как-то сразу ослабла.

– Что у тебя в руке? – чеканя каждое слово, спросила Татьяна.

Глаза у Ружены Мильтовой расширились от ужаса, но в следующую секунду она покорно произнесла:

– Это настойка – малефикарум. Выпытывает самое тайное… Стоит дать выпить чуть больше, и человек может умереть. А потом можно сказать, что испытуемый не выдержал его действия.

– Кому сказать?

– Ему… Мстиславу.

– Он знает, что я здесь?

– Не знал… Но я только что послала ему мысленный вызов. Он придет и быстро с тобой разберется. – Даже под чарами венгерка не сдержала торжествующей усмешки.

– Вам нельзя здесь оставаться, – спокойно произнесла Таня и добавила: – Я же улетела! В Карпаты… спряталась в лесу… Надо срочно меня разыскать! Иначе Карпатский Венец пропадет, и Мстислав очень будет злиться. Он и так разгневается, что вы хотели забрать Венец себе… Да, и не забудьте отпить немного вашей настоечки… Ну вы же знаете, сколько надо, чтобы не умереть. А ему передайте, что сейчас все хорошо.

Венгерка дернула рукой. Быстро откупорила флакончик и сделала несколько глотков. Ее глаза вдруг заметались по комнате, разыскивая что-то… После она резко повернулась и выбежала вон.

– Будем надеяться, что иллюзия вышла неплохой… – задумчиво произнесла Татьяна. Она внимательно оглядела Венец, окинула критическим взглядом продолжавшую лежать без сознания Кристу, вдруг крутнулась на месте и… исчезла.

Глава 4

Встреча

Проклятый дождь все усиливался, Таня продрогла до самых костей. Но ей ничего не оставалось, как терпеливо ждать.

И вот, когда черный автомобиль Вордака скрылся за верхушками деревьев, девушка наконец-то решилась вылететь из укрытия и постучать в узкое окно башни. Острое желание увидеть Лешку хотя бы еще разок боролось в ее душе с чувством самосохранения: а вдруг младший Вордак, увидев беглянку, вернет отца с полдороги?

Окно моментально распахнулось – Таня еле успела увернуться от его створок; в проеме возникла знакомая фигура.

– Это точно ты? – внимательно изучая ее лицо, спросил Лешка.

– А что, я так изменилась? – привычно огрызнулась девушка. – Можно войти?

Парень кивнул и посторонился. Судя по всему, он был растерян.

Они обменялись одинаковыми оценивающими взглядами. Таня была настороже и следила за каждым его движением. Лешка это заметил, иронично усмехнулся:

– Ты похожа на заблудившуюся русалку.

Конечно, видок у Тани был еще тот: мокрая, грязнющая – вода продолжала стекать на пол. Зато в руках она держала золотую корону – тоже мокрую, но самую настоящую.

– Это Карпатский Венец?

– А ты как думаешь? – мрачно осведомилась девушка. Три часа под дождем сделали ее очень злой. – Можно при… при… – Она не сдержалась и оглушительно чихнула.

– Можно. – Лешка хмыкнул. – Так и продолжаешь разгуливать в казенном купальнике? Честно говоря, он тебе совершенно не идет.

Таня не ответила.

– Поставь где-нибудь, пожалуйста. – Она протянула ему Венец.

– Нет, если это действительно он, то я его в руки не возьму, – по-настоящему испугался Лешка и, недобро покосившись на гостью, добавил: – Неужели ты так мне доверяешь?

– Да. – Таня хмуро взглянула на него. – Разве не поэтому я здесь?

Вновь возникло неловкое молчание.

– Послушай, а как ты смогла попасть сюда? – Лешка наконец снова обрел возможность удивляться. – Ведь наш замок окружен сильной защитой: сундуки и прочие летающие предметы охрана и за километр не подпустит… Да и на улице такая гроза! Попробуй долети…

– Да я просто переместилась. – Не сдержавшись, Татьяна широко улыбнулась. – Ультрапрыжки получаются у меня все лучше. Особенно в ваш замок, где я бывала уже несколько раз.

– Не забывай, что твои успехи в перемещении – это в какой-то мере моя заслуга, – усмехнулся и Лешка. – Но все-таки, как ты смогла убежать от Ружены?

– Так ты знал?! – К Татьяне вновь вернулась подозрительность.

– Что знал?

– Что меня выкрали, вот что!

– Не кричи, – осадил ее Лешка. – Отец только вчера рассказал. А о том, что ты от них убежала, я узнал недавно. Папа даже обыскивал мою комнату… Полчаса назад. – Он хмыкнул.

– Ну и как, не выдашь меня? – Она постаралась, чтобы вопрос прозвучал иронически, а не жалобно.

– Нет, конечно.

– Я переместилась к тебе с помощью Венца, – объяснила Таня, смягчаясь. – Оказывается, с ним можно летать. Удивительное ощущение… Я просто приказала ему отнести меня в Круглую башню – и вот я уже здесь. Вначале я переждала на крыше, но как только твой отец уехал, решила к тебе постучаться. В общем, – она прерывисто вздохнула, – Карпатский Венец – это действительно могущественная вещь.

– Даже получше всякого браслета, – сказал Лешка и почему-то сокрушенно вздохнул.

– Да нет уже браслета! – воскликнула Таня, чуть не плача. – Я отдала его Кристе, по клятве этого дурацкого долга.

– Да я уже в курсе. – Парень одарил ее насмешливым взглядом. Он хотел что-то добавить, но промолчал.

– Да, я просчиталась. – Таня по-своему истолковала его молчание. – Но с этим уже ничего не поделаешь.

– Криста очень хитрая, – кивнул Лешка. – Хитрая и коварная ведьма. Правда, довольно симпатичная.

Он ухмыльнулся, видя, как гневно вспыхнули глаза девушки.

– Можно ванну принять? – спросила она чуть ли не с вызовом. – Мне кажется, за последнее время я обросла тиной, словно прожила год в канализации.

– Да уж, тебе не помешает горячая вода, – снова заулыбался Лешка и вдруг серьезно сказал: – Ты знаешь, я действительно очень рад, что ты здесь… Что ты не побоялась прийти ко мне.

Таня растерялась. Неровным шагом она прошла к камину и водрузила Карпатский Венец на маленький кофейный столик: в свете каминного пламени блеснул золотой обод, украшенный каплями изумрудов, и остро сверкнул в навершии центрального зубца черный ромбовидный камень.

– Пусть пока здесь постоит, ладно?

Лешка не ответил. Подошел к стене, присел и откинул край ковра, скрывающего крышку люка на полу.

– Ого! – изумилась девушка. – Здорово придумано.

– Да уж как есть. – Парень кинул быстрый взгляд на корону, потом на Татьяну, после чего исчез в проеме люка.

Вскоре где-то внизу послышался шум льющейся воды.

Пользуясь отсутствием хозяина, Таня внимательно оглядела комнату: вдоль всей стены шел книжный шкаф, прерывающийся в одном месте камином и небольшим шкафчиком над ним. Полки шкафа завершались под самой крышей, куда можно было забраться по узкой приставной лесенке. Конус крыши с внутренней стороны был густо увешан мешочками разного размера, сетками, крюками с поддетыми на них пучками трав, метелками… Таня рассмотрела даже стеклянные сосуды в веревочных петлях, привязанных к самой верхней балке. И что же там такого Лешка хранит? Неужели те самые яды, к которым так неравнодушен?

Возле камина стояло большое мягкое кресло, подле него – низкий овальный столик, на котором, мрачно поблескивая изумрудами, покоился Карпатский Венец. А на полу лежал пушистый ярко-зеленый ковер с длинным блестящим ворсом, будто сотканный из настоящей лесной травы. Интересно, а где Лешка спит? Наверное, это всего лишь одна из его комнат?

– Иди, готово! – донесся снизу его глухой голос. Таня даже вздрогнула от неожиданности.

И, конечно, тут же поспешила спуститься.

В круглой ванне из черного мрамора она наконец-то смогла хоть немного расслабиться. Хорошо все-таки добраться до воды, окунуться в душистую пену, просто помыть голову. Правда, рана на плече, оставленная проклятой венгеркой, открылась, кожа вокруг рубца набухла и даже посинела. Таня поморщилась: саднит-то как…

Она медлила выходить из ванной комнаты: долго стояла, не спеша вытираясь пушистым ярко-красным полотенцем. На аккуратном изогнутом крючке висели чистая разноцветно-полосатая рубашка и смешные черные трусы, похожие на боксерские. Лешкино? Его, наверное… Рубашка длинновата, а вот трусы прикольные. В любом случае придется воспользоваться его одеждой.

Таня боялась признаться даже самой себе, как ей тяжело подняться по этой лестнице обратно в комнату, высунуть голову из люка, пройти по пушистому ковру, подойти к столику и… увидеть его пустым. Если, конечно, у нее будет шанс это сделать. Если она вообще успеет что-то предпринять.

– Проверяла меня, да?

Лешка сидел, развалившись в кресле, и смотрел на нее хоть и пристально, но без злобы. Наоборот, показалось, что на дне глаз блестят знакомые веселые искорки.

Карпатский Венец, как и прежде, стоял на столике.

Таня присела на краешек кресла, подогнула под себя ноги, чтобы выглядеть более прилично: рубашка еле доставала до середины бедра.

– Я у тебя одежду взяла, ничего? Не хочется и дальше щеголять в страшном купальнике.

– Да я же специально оставил. – Лешка насмешливо улыбнулся. – Была мысль стащить у Ружены комплект какого-нибудь красивого белья…

Таня дернула головой:

– Нет уж, спасибо. – Она скривилась, стремясь отогнать образ злобной венгерки. – Надеюсь, я тебя не смущаю?

– Меня?! – рассмеялся парень. – Я и не такое видел… Ирка вообще любила голой сидеть, и ничего.

– Лисцова? – Таня вскинула брови.

– Нет, не она… Моя самая первая девушка. – Лешка ничуть не смутился. – Да ты не волнуйся, это давно было.

– Я не волнуюсь, – фыркнула Татьяна и устроилась в кресле поудобнее, подвернув ноги под себя.

– Давай, рассказывай, – продолжил парень. – Какие у тебя планы?

Он опустился на ковер, усевшись возле самого столика, и теперь взирал на девушку снизу вверх.

Но она промолчала. Лешка терпеливо ждал.

– Хочешь вина выпить? – неожиданно произнес он. – Того самого, с юга Франции.

– Можно. – Таня улыбнулась. – И чего-нибудь поесть.

Возле древней княжеской короны появилась знакомая пузатая бутылка и два бокала, точь-в-точь такие же, что когда-то возникли на кухне Таниной квартиры в ту ночь, когда они с младшим Вордаком крепко поссорились. Девушка будто воочию вспомнила осколок бокальной ножки, окровавленный…

Как видно, Лешка тоже это вспомнил. Он тут же скосил глаза, с особым усердием разливая вино по бокалам. Одновременно с этим на столе продолжали появляться разные вкусности: огромное блюдо с тушеной курицей, салат из зеленых листьев, сыр, оливки…

Пока Таня ела, они молчали. Лешка делал вид, что увлечен появлением на тарелке все новых кусочков сыра – вскоре на блюде высилась большая сырная горка.

– Ну что, за тебя? – Он протянул ей бокал. – Чтобы ты поскорее выпуталась из всех этих неприятностей.

Смутившись от его взгляда, Таня быстро отпила глоток, а затем еще один, еще…

– Может, тебе лучше сок налить? – Лешка с любопытством наблюдал за ней. – Тебя явно мучает жажда.

Она помотала головой.

– Ну что, будешь рассказывать? – продолжил он.

– А что рассказывать? – Таня раздраженно передернула плечами. – Даша предала меня, Саша обозлился за то, что ему наболтали про меня всякой ерунды… – Она одарила парня подозрительным взглядом. – А Криста сломала мой оберег, пользуясь клятвой долга.

– Я был в курсе, – помедлив, произнес Лешка. – Это отцовская идея… Он узнал, что ты должна Кристе, и решил отнять у тебя и браслет, и корону.

– Вот же гад! – только и выдохнула Таня.

– Вообще-то я хотел тебя предупредить, – виновато произнес Лешка. – Но понимаешь, отец и об этом догадался. Запер меня в моей же башне.

– Угу.

– Кстати, – встрепенулся парень. – Как ты оказалась должна Кристе? Ты что, с ума сошла, с ней клятву кровью подписывать?

– Все не так просто было, – Таня вздохнула. – О клятве речь не шла. Я сказала: «Буду должна», имея в виду десятку за капучино. Теперь я знаю, что эта фраза стала моей роковой ошибкой.

– Это было с твоей стороны очень неосмотрительно.

– Да я знаю! Знаю. Поздно уже сокрушаться.

– Ладно, не злись. – Лешка шумно вздохнул. – Криста на самом деле очень хитрая… Недаром ее Ружена выделяет, ведь Соболь – ее племянница. Ты вот лучше расскажи, как тебе удалось выбраться?

– Я обманула их, – спокойно ответила Татьяна. – С помощью Венца сотворила сложную иллюзию… И теперь госпожа Мильтова ищет меня в карпатских лесах. – Она не выдержала и усмехнулась: – Наверное, твой отец полетел ей на помощь?

– Откуда ты знаешь?

– Я видела его машину.

– Думаю, он быстро поймет, в чем дело, – забеспокоился Лешка. – Давай лучше подумаем, как тебя спрятаться.

– Я не буду прятаться.

Услышав это, Лешка поперхнулся вином:

– Что-о?!

Таня отставила бокал, глубоко вздохнула и лишь тогда произнесла:

– Я хочу сдаться твоему отцу. Не могу больше так жить.

Некоторое время они молчали. Наконец Лешка встал во весь рост и, сложив руки на груди, произнес:

– Теперь уже поздно. Надев Венец на свою голову, ты закрепила за собой определенное право. Теперь ты не можешь его передать, потому что стала очередной ведьмой-хранительницей!

Татьяна промолчала. Она решила пока что не рассказывать Лешке, что еще не надевала Венец на голову. Вначале надо поговорить с его отцом…

– Ты должна понимать, – тихо продолжил парень, по-своему расценив ее молчание. – Теперь ты охраняешь корону, пока… пока тебя не убьют.

– Вот как?! – Татьяна вновь помрачнела. – Как мило.

Лешка неожиданно шагнул к ней и завладел ее ладонями. Испугавшись, Татьяна попыталась вырваться, но не преуспела в этом: тот держал крепко.

– Только не кипятись… – На его щеках появились ямочки – верный знак того, что он нечто задумал. – Ружена отдала отцу твой браслет… Да не дергайся ты! Слушай. Она сказала, что дарит его в обмен за некий промах Кристы… В чем у них дело, я так и не понял – отец сейчас со мной немногословен. Но понимаешь, браслет не захотел подчиниться отцу… А мне… мне подчинился.

– Да?!

Несмотря на ошеломляющую новость, впрочем, не сулившую ничего хорошего, Таню по-настоящему изумило то, что браслет подчинился младшему Вордаку.

– Отец отдарил его мне… Как раз перед твоим приходом. – Лешка белозубо улыбнулся. – За то, что я принял его сторону… Но самое главное – я теперь хозяин твоего браслета. Уникальная ситуация, да?

Таня неопределенно мотнула головой. Ничего уникального она в этом не видела. С ума сойти! Лешке принадлежит ее любимый браслетик… Который, возможно, он переплавит на звено уже своего пояса силы.

– Отец уверен, что отнимет у тебя Венец раньше, чем Лютогор, – продолжил объяснения Лешка и, видя, как изменилось лицо девушки, покрепче сжал ее запястья. – Вот почему он передарил мне браслет, считая, что я уже вышел из игры и больше не буду пытаться тебе помочь.

– Поздравляю, – не сдержалась Таня.

Она тяжело дышала. Зачем, зачем она совершила такую глупую ошибку? Сама сдалась…

– Не скрою, завладей я сейчас короной, – медленно произнес Лешка, глядя ей прямо в глаза, – отец был бы очень доволен. И знаешь, я бы так и сделал. Да, так бы и сделал, – жестко повторил он. – Если бы не знал, что отец убьет тебя, потому что ты стала ведьмой-хранительницей.

– И что ты думаешь предпринять? – Таня сделала еще одну попытку освободиться, но напрасно.

Не ослабляя хватки, Лешка оглянулся на Венец.

– Отцу будет лучше без этой короны, – очень серьезно сказал он. – А я не хочу, чтобы он ввязался в войну с этим идиотом Лютогором. И браслет твой мне точно не нужен.

Таня, собравшая все силы на то, чтобы наконец вывернуться из его цепких рук, замерла. Она почти физически почувствовала, как перестал шуметь ее мысленный водопад. В то же время она ощутила знакомую волну чужого беспокойства, защита Лешки тоже не работала… Возможно, он специально открылся перед ней? Или опять только кажется?

Не сводя с нее пристального взгляда, Лешка убрал руки, не забыв с самым невинным видом нежно провести по ее ладоням.

– У тебя рана на плече, – вдруг прошептал он и осторожно коснулся рукава рубашки: на полосатой ткани расползалось алое пятно от удара волшебным дротиком венгерки. – Я, конечно, не умею, как отец, но могу помочь… если доверяешь.

– Честно говоря, побаливает.

Не сводя с него подозрительного взгляда, Татьяна медленно закатала рукав рубашки, но до ранки не достала. Помедлив, она расстегнула верхнюю пуговицу и осторожно оголила раненое плечо.

Лешка насмешливо наблюдал за ее действиями.

– Закрой глаза, если так переживаешь, – хмыкнул он. – Я тебе не причиню никакого вреда… Закрой глаза.

Таня чуть нахмурилась, но послушно смежила веки и откинулась на спинку кресла.

Она почувствовала осторожное касание его пальцев и легкий ветерок на коже – кажется, парень медленно дул на ее плечо.

Ранка мгновенно перестала саднить. Таня чувствовала себя так хорошо и расслабленно, что ей вообще не хотелось открывать глаза: сидеть бы вот так – и чтобы Лешка придерживал ее за руку и тихо дул на плечо…

Пауза затягивалась. Парень не отпускал ее руку, наоборот, нежно провел пальцами по плечу, будто убеждаясь, что ранки больше нет.

Она затаила дыхание.

Момент наступил. Вот если бы только немного повернуть голову, приоткрывая шею, медленно и глубоко вздохнуть, придвинуться к нему ближе, прикоснуться губами к его шее, почувствовать его дыхание…

Но она не стала.

– Рассказать тебе, как я убежала? – спросила, не открывая глаз.

– Конечно. – Лешка тут же разочарованно отпустил ее. – Налить еще вина?

– Нет.

Девушка выпрямилась, вновь поджала под себя ноги. Краем глаза она успела заметить, как Лешка быстро отвел взгляд в сторону и закусил губу. Все понял… или ей опять просто показалось? В любом случае она правильно поступает… Да о чем тут думать! Они даже дружить не могут, не то что…

– В общем, так. – Таня прокашлялась, чтобы голос звучал увереннее. – После того как Соболь упала без чувств, венгерка пригрозила, что напоит меня жутким волшебным отваром… Какой-то древней семейной настойкой, неприятное такое название.

– Малефикарум, – машинально подсказал Лешка и тут же смутился под взглядом девушки. – Ну да, это наша, отец подарил ей флакончик на день рождения… Погоди, так она тебя поила этим зельем?! Оно очень опасно, с ума свести может.

– Не успела, – нахмурилась Таня. – Потому что я навела на нее чары.

Лешка в удивлении выгнул бровь:

– Без браслета?

– С помощью Венца. Тем самым способом магического обзора, которому она меня и научила… В общем, именно поэтому она сейчас летает где-то над Карпатами, уверенная, что гонится за мной и вот-вот схватит.

– Да, я знаю, – кивнул Лешка. – Мой отец поехал ее разыскивать. Но знаешь, теперь он ей меньше доверяет. Даже думал, что Ружена хотела сама завладеть Венцом. – Лешка хмыкнул. – Представляю: Ружена надевает Венец на голову, забирает у Лютогора Державу, у отца – Скипетр и становится Княгиней великой единоправящей…

– А что, это возможно? – прищурилась Татьяна.

Лешка прикусил язык.

– Ну вот, – спустя мгновение изумленно произнес он. – Кажется, я проболтался. Ты меня совсем расслабила!

– Я и так знала, – пожала плечами Таня. – Да и вообще, я пришла совсем по другому делу… Но теперь это неважно!

Лешка медленно поднялся и встал перед ней.

– Как я раньше не догадался… Ты пришла за браслетом. – Лицо младшего Вордака стало жестким и словно посерело от гнева.

Видя, как резко переменилось его настроение, она тоже поднялась.

– Нет, я не знала, правда. – В доказательство она несколько раз отрицательно помотала головой.

– И заодно проверить, дотронусь ли я до короны? – безжалостно уточнил Лешка.

– Если бы ты соблазнился на корону, это было бы… – Она смутилась и стала говорить тихо: – Ну, предсказуемо, что ли… Но хотя бы избавило меня от такого трудного и важного…

Таня замерла с открытым ртом, поняв, что тоже почти проговорилась. Но Лешка уже все понял.

– От чего бы тебя это избавило, а, леди? – с холодной вкрадчивостью спросил он. – От решения? Ты что, подставить меня захотела? Так ты его что, даже не пробовала надеть?

Он подошел к столику и вдруг осторожно, но быстро взял Венец в руки.

Девушка в один прыжок метнулась к нему, но тот словно ожидал. Легко увернулся и напал сам: снова поставил подножку и провел ловкий аккуратный прием. Таня растянулась на пушистом зеленом ковре. Лешка мигом вскочил на нее сверху, придавил к полу и, не выпуская из левой руки Венца, правой осторожно, но довольно ощутимо схватил Таню за горло.

– Я всегда хотел поразговаривать с тобой в таком положении, – насмешливо произнес он. – Ну и какие теперь будут оправдания?

Видя, что Таня молчит, да еще и яростно вырывается, он продолжил, не ослабляя хватку:

– Значит, надо меня разжалобить, воспользоваться моим хорошим к тебе отношением и через меня же выманить браслет у моего отца. Все же лучше, чем попасть в лапы к Лютогору, да?

Таня не ответила, лишь стала яростнее сопротивляться. Вордак насмешливо наблюдал за ее безуспешными попытками.

– И еще одно. – Его голос вдруг посерьезнел. – Еще одно обстоятельство… Ой, папа так разозлится, но я должен это сделать. Возможно, это будет не очень правильно… В любом случае я этого захотел сам.

– Что? – От изумления Таня даже перестала бороться. – О чем ты вообще говоришь?

– Говорю, что давно хотел сделать то, что сейчас сделаю. – Лешка наклонился так близко, что его губы почти соприкасались с Таниными. – Конечно, я бы начал с поцелуя… Но увы, увы.

Таня была ошарашена настолько, что даже не могла ничего произнести.

– Не шевелись, солнышко, – ехидно прошептал Лешка в самое ухо. – У нас примерка.

И вдруг с силой натянул ей что-то холодное от запястья до самого плеча.

Руку Тане сжал знакомый горячий обруч.

– Я дарю тебе его. – Вордак стал абсолютно серьезным. – Он твой по праву.

Девушка скосила глаза и – встретилась взглядом с глазами-изумрудами серебряной ящерки.

– Вот так просто отдаешь?

– Ну и Венец давай примерим. – И Лешка быстро нахлобучил ей на голову Карпатский Венец. – Ведь ты его, как я понимаю, даже не надевала? – как ни в чем не бывало продолжил он. – Вот почему Кристу отключило. Венец должна надеть та ведьма, которая его охраняет, а до этого на нем защитные чары… Те чары, которая еще твоя прабабка, видать, накладывала. Так что на тебя эта коронка настроена была. Теперь это абсолютно ясно. Слушай, а тебе идет, – парень ухмыльнулся, – ты прямо как сказочная принцесса.

– Ты подарил мне браслет? – Таня не скрывала изумления. – Вот так вот просто?

– Ну я еще подумаю, что бы такого попросить взамен. – Лешка заулыбался, но тут же добавил абсолютно серьезно: – Браслет бы мне не подчинился… Возможно, он принял бы меня на время, потому что чувствует, как я к тебе отношусь.

– Но зачем ты дал мне Венец? – горько продолжила она. – Теперь я опять связана с этой чертовой тайной.

– Ты уже и так влипла в эту историю, – возразил Лешка. – Я думаю, твой браслет давно связан с Венцом… Даже заполучив его, тебя не оставили бы в покое, – тихо продолжил он. – Ведь он, как я уже сказал, настроен на тебя. Так захотела твоя прабабка. Но, пока сила Венца тебя защищает, мы что-нибудь придумаем…

– Мне кажется, я уже знаю, что делать, – хмуро произнесла девушка. – Прабабка поступила со мной очень жестоко, доверив свою тайну о Черном озере. Но с помощью Венца она раскрыла мне еще один секрет, подсказывающий, как можно избавиться от короны в случае крайней необходимости.

– Как? – мгновенно спросил Лешка.

– Как надо. – Таня состроила ему насмешливую гримасу. – Конечно, это очень тяжелая задача.

Лешка прищурился:

– Тогда зачем ты мне это рассказываешь? Если папа проведает, что ты знаешь способ уничтожить Венец… О, это будет совсем плохо для тебя.

– А ты уже собрался разболтать?

– Не зли меня. – Лешка многозначительно поднял одну бровь. – Я теперь для тебя самый важный человек, от которого все зависит… Лучше скажи, что же ты все-таки будешь делать с Венцом? Должен предупредить тебя – Черное озеро теперь охраняют.

– Я знаю. Ружена проговорилась. Послушай, ты так удобно устроился… – Таня сделала еще одну попытку скинуть парня. – Не хочешь слезть?

– Ты меня еще не поблагодарила. – Лешка наклонился над ней и добавил тише: – Я же все-таки помог тебе принять верное решение.

– Верное ли… – Таня запнулась, не в силах отвести взгляд от черных глаз, на дне которых заплескались знакомые озорные искорки. – Не смей, – предупреждающе произнесла она. – Иначе будет еще хуже…

– Да мне уже все равно.

Лешка прикрыл глаза и вдруг прижался щекой к ее щеке, потом ласково ухватил губами за мочку уха, скользнул к шее.

Он перестал сдерживать ее, но теперь Таня сама обвила его шею руками, провела ноготками по затылку. Не открывая глаз, он усмехнулся и принялся нежно целовать ее губы, будто пробовал на вкус любимое мороженое: сначала исследуя верхнюю, а потом долго-долго – нижнюю.

Полностью отдавшись воле нежных движений его рук, девушка подумала, что больше бы никогда не выходила из этой башни. Так бы и лежала здесь всю жизнь, с Лешкой, на коврике из зеленой шелковистой травы…

– Прекрасно, – вдруг раздался спокойный высокомерный голос. – Я ловлю опасную преступницу, а он с ней развлекается.

Лешка мгновенно откатился в сторону, и они с Таней одновременно вскочили на ноги: красные, взъерошенные, перепуганные.

– Отец, послушай… – горячо начал парень. – Она не виновата!

– Позволь мне об этом судить. – Вордак холодно взглянул на сына. – Ружена сейчас лежит в беспамятстве после ее… иллюзии.

– Да я просто заставила ее выпить собственную настойку, – запальчиво возразила девушка. – Которую, между прочим, она предлагала мне! Ма… малефикарум…

– Вы применили запретные чары. – Отец Лешки оглядел девушку с головы до ног и вдруг вперился гневным взглядом в ее левое плечо. Глаза его широко раскрылись. – И будете за это наказаны!.. О-о-оба, черт тебя подери!!!

Таня мигом сообразила, что Вордак разглядел под рукавом ее рубашки прабабкин браслет.

– Алексей?! – прорычал Вордак и обернулся к сыну. Девушка поняла, что больше не может медлить, и карпатская корона легко скользнула в руки.

– Какой Алексей? – мягко произнесла она. – Это часы, итальянские, напольные. Ружена Мильтова, любовь ваша, подарила вам. Хотела сделать сюрприз, а вы нашли. Ой, как нехорошо…

Перед глазами возникли и поплыли в разные стороны серо-серебристые кольца, и зазмеились между ними длинные черные стрелки – начала твориться иллюзия.

Лешка изумленно наблюдал за тем, как отец с глупой улыбкой ощупал его за подбородок и плечи, сказав при этом «хороший корпус», но только глубоко вздохнул.

– Ой, а где же пояс, на месте ли? – неожиданно произнесла Таня. – Надо проверить.

Вордак послушно расстегнул пиджак, вытащил из штанов нижний край рубашки и продемонстрировал свой массивный золотой пояс, в несколько раз обернутый вокруг талии.

– Всегда хотела иметь такой пояс, – чуть ли не пропела Таня. – Подарите мне его?

– Жалко, – честно сказал Вордак. – Но как скажете.

– Таня, перестань, – сердито вмешался Лешка. – Ты заходишь слишком далеко.

– Неправда, – не оборачиваясь, откликнулась девушка. – Пока он бессилен, я смогу убежать… А пояс я оставлю тебе.

– Он сможет прочитать про это в моих мыслечувствах, как только очнется, – невесело хмыкнул парень. – Но вообще-то, ему пойдет на пользу немного побыть без пояса.

– Что-то мне нехорошо, – пробормотал старший Вордак, протяжно вздохнул и, ослабев, опустился на пол.

– Никогда не видел отца таким покорным, – задумчиво произнес Лешка. – Таня, он тебе этого не простит.

– У меня нет другого выхода, – возразила девушка, пряча Венец в астральное хранилище. – Да ты не переживай: наверняка иллюзия рассеется за несколько минут.

– Я за тебя волнуюсь больше, улетай быстрей.

– Хорошо. – Лешка опустился на корточки перед отцом и повторил: – Прошу тебя, улетай. И поскорее.

Девушка вскочила на подоконник. Ей было немного обидно, что младший Вордак даже не спрашивает, куда она направляется. Конечно, она бы и не сообщила, но все же…

– Ну, прощай.

– Не забудь, что Лютогор тоже не мешкает… Разберись с Венцом как можно быстрее.

– Попробую.

Она распахнула створки и ловко запрыгнула на подоконник.

– Знаешь, Таня, – произнес Лешка у нее за спиной. – Ты все-таки изменилась… Стала жестче, что ли.

– Неправда. – Таня не выдержала и обернулась. – Это вы все вынуждаете меня такой быть.

– Может, ты просто становишься ведьмой, – улыбнулся он.

– Может. – Таня тоже усмехнулась.

– Подожди! – Видя, что она собирается исчезнуть, Лешка резко встал. – Еще одно… У меня скоро день рождения… через неделю.

– Да? – Таня неловко потопталась на месте. – Я тебя поздравляю тогда…

– Заранее? – Тут же скривился он. – Ну спасибо…

– Я не знаю, где буду через неделю.

– Папа, как всегда, устроит праздник, – продолжил Лешка. – Понимаешь, будет много гостей, и защиту с дома снимут… Все будут заняты. Ты могла бы прийти. Тайно, конечно.

– С ума сошел? – округлила глаза девушка. – Твой отец после этого, – она указала пальцем на старшего Вордака, продолжавшего в недоумении хмурить лоб, – если увидит меня…

– Я бы очень хотел. – Лешка смутился, но посмотрел ей прямо в глаза. – И очень бы этого ждал. Чтобы ты пришла.

– Извини, но я не смогу… – Таня опустила глаза. – Думаю, я буду очень далеко.

– Ладно, я понимаю… Забудь.

– Правда?

– Да, честно… – Лешка покивал. – Уходи. Мне надо отца в порядок привести после твоих… фокусов. – Он улыбнулся, но как-то вымученно.

– Ну, прощай…

И девушка исчезла.

– Что-то не так, что-то не так, – тут же забормотал старший Вордак и часто заморгал глазами. – Не так что-то…

Лешка подошел к лестнице, взобрался на самый верх и дернул какой-то мешочек, привязанный за ниточку к одной из балок. Потом вытащил из него маленький черный флакон и вернул мешочек на место.

– «Антииллюзион» ему поможет, – пробормотал он. – А вот кто мне потом поможет – неизвестно.

Глава 5

Лютогор

Однокомнатная квартира на проспекте Свободы оказалась маленькой, но чистой и ухоженной. Когда Таня пришла по названному таинственным голосом адресу, ее ожидали. Хозяин, худой насупленный старичок, тут же отдал ей ключи и удалился, так и не сказав ни слова. Решив, что молчаливый хозяин – это не повод для беспокойства, а совсем наоборот, Таня огляделась. В комнате стоял телевизор, возле него – два плетеных кресла и стеклянный столик с овальной столешницей. У стены притаилась огромная кровать, застеленная рыжим плюшевым покрывалом, и небольшой трельяж с пуфиком. На окнах висели плотные шторы, полностью затенявшие дневной свет.

Впрочем, окна оказались большими. Из них открывался вид на старинную площадь, где находилось здание уже знакомого девушке оперного театра, украшенного красивыми каменными скульптурами.

С утра Таня варила себе кофе и любовалась из окна крылатой богиней, державшей в руках золотую пальмовую ветвь. Она прожила здесь целую неделю и пока что никуда не спешила. Ей так нравился утренний свежий ветерок, мерный шум улицы и маленькая чашечка кофе на подоконнике – легкое, но подлинное ощущение комфорта и полной безопасности.

Никто не будет искать ее здесь. Во всяком случае Татьяна очень на это надеялась. Вот если бы распустить слух о том, что Карпатский Венец уничтожен… А саму корону спрятать в надежном месте – легкодоступном, но тайном. И чтобы в случае чего его могла найти не только Татьяна. Это место должно быть символическое…

Таня подошла к окну и в задумчивости оглядела площадь. В сумерках оперный театр красиво подсвечивался огнями со всех сторон, а на его крыше, в зеленоватом свете прожекторов, застыла в горделивой позе каменная богиня, вознесшая над головой чудесную сверкающую ветвь… Прекрасный старинный город.

И вдруг девушка встрепенулась, ей в голову пришла необычайно яркая мысль. Она внимательно осмотрела Карпатский Венец, лежавший на столике трельяжа, после чего перевела взгляд на статую. Через минуту Таня исчезла из квартиры – совершила ультрапрыжок в неизвестном направлении.

…Младший Вордак пребывал в самом скверном расположении духа. С Ружены быстро сошла Танина иллюзия, но венгерка так налеталась по горам, что еще долго пролежала в постели.

И вот даже в этот прекрасный весенний вечер старший Вордак вновь пришел к сыну для очередного серьезного разговора.

– Разве я не предупреждал?! – в который раз восклицал он, нервно меряя пространство комнаты перед сыном, сидящим в кресле с самым мрачным видом. – Видишь, до чего все дошло? Карпатский Венец утерян! Кто бы мог подумать – на вид такая простая и милая девочка, мухи не обидит. А оказалась вся в прабабку!

– Да, Таня всех вас оставила с носом, – невольно улыбнулся Лешка.

– И тебя! – мгновенно парировал отец. – Ты же мог соблазниться на корону – Венец был здесь, в твоей комнате! Вместо этого ты соблазнился на нечто другое…

– Папа, я бы тебя попросил, – нахмурился тот. – Я же не спрашивал, где ты нашел такую вредную и стервозную бабу, как Мильтова.

Старший Вордак смерил его самым уничижительным взглядом, на какой был способен.

– Да, признаюсь, госпожу Окрайчик я недооценил, – сухо продолжил он. – Поэтому и действовал не в полную силу. А ведь следовало забрать у нее браслет еще в самом начале, как мы – повторяю: мы! – с тобой и планировали.

Сын потупил взгляд и словно целиком вжался в спинку кресла. Но отец, неумолимо зависнув над ним, продолжал вещать:

– Да, не скрою, я редко встречал подобные экземпляры женщин в этом мире – необыкновенно чистое сердце… Но я бы не стал с ней церемониться, если бы знал, что браслет подобной силы будет мне подчиняться. А он этого не хотел. Он был настроен на нее! На госпожу Окрайчик. Подумать только, старая ведьма Марьяна отдала браслет не своей лучшей ученице – Ружене, и даже не Кристе – лучшей ученице своей лучшей ученицы… а кому? Далекой родственнице, ничего не понимающей в магических традициях. Признаться, это сначала сбило меня с толку: я подумал, что это не тот браслет. У Марьяны имелось много хороших магических вещиц… Сильная была ведьма… И хорошо, что была.

– Если бы ты отобрал у Тани браслет, то не узнал бы его тайны, – возразил Лешка. – Хотя я часто думаю, что и к лучшему.

– Ты еще не в том возрасте, чтобы делать правильные, логичные выводы. – Старший Вордак почти прорычал эту фразу. – Я придумал отличнейший план, просчитал нашу партию на несколько ходов вперед! Я был терпелив и ждал, пока она проучится в школе, – три долгих года. Затем заставил поступить в Кукушку, где ненавязчиво и вполне официально подвел к Обряду Темных Сил – вывел прямехонько к Черному озеру. Оставалось дождаться, когда она вынырнет с Венцом и…

– И – пшик! – Лешка не сдержал наглой усмешки. – Надеюсь, Таня спрячет его куда надежнее, чем прабабка. Или вообще уничтожит.

– Мне кажется, я слишком доверял тебе все это время. – Вордак задумчиво оглядел сына. – Слишком ответственную роль тебе поручил. А ты оказался моим слабым звеном.

– Если бы один из вас завладел третьим символом власти, – медленно произнес тот, не глядя на отца, – это привело бы к войне. Лютогор никогда тебе не подчинится. Ты бы его убил или он тебя… И тогда дикие и цивиллы перегрызли бы друг другу глотки.

– Что теперь рассуждать? – Вордак тряхнул головой. – Могущественная вещь просто невероятной силы оказалась в руках слабой и взбалмошной девчонки… И, между прочим, ты в этом виноват! Кроме того, – видя, что сын не собирается комментировать, продолжил Вордак, – я всегда знал, что она тебе нравится. Ну и что, думал я, обычное увлечение юности… У тебя же всегда были девушки, много, и ты даже встречался с несколькими сразу…

– Ты что, следил за мной?! – возмутился Лешка, вскакивая с кресла и сжимая кулаки.

– Иногда, – невозмутимо отпарировал отец. – В целях твоей же безопасности. Должен я знать, чем мой сын занимается в свободное время? Но признаюсь, я даже подумать не мог, что ты настолько потерял голову именно из-за этой девчонки. Даже после того, как нашел ее фотографию у тебя на столе. Которую ты, кстати, нагло украл из ее дома.

– Папа!!!

– Не кричи. – В голосе отца прозвучали ледяные нотки. – Ты еще мальчишка и обязан мне подчиняться. Поэтому я требую, чтобы ты рассказал все, что знаешь.

– Ты же сто раз смотрел в моей ленте, – процедил Лешка, вновь усаживаясь в кресло и принимая угрюмый вид. – Хочешь еще покопаться в моих мыслях? А заодно и в чувствах?

– Не дерзи. Ты знаешь, насколько это для меня важно.

– Лучше бы следил за своей венгеркой, – с ненавистью ответил парень. – Она тебя чуть ли не предала! Сама захотела завладеть короной!

– Я это предвидел и не допустил. – Вордак безразлично пожал плечами. – Ружена не знала, что Венцом завладеть не так-то и просто… Правда, у Карпат действительно может быть Княгиня, вздумай госпожа Окрайчик забрать у меня Скипетр, а у Лютогора – Державу.

– Она на это не пойдет.

– Еще бы! – хмыкнул Вордак. – Кишка тонка.

– Да она просто не захочет! – запальчиво откликнулся Лешка. – Ей этого не надо, как ты не понимаешь!

– Я вижу, ты совсем потерял голову. – Вордак жалостливо оглядел сына с головы до ног. – Как же ты еще глуп!

– Много ты сам понимаешь, – огрызнулся тот. – Если тебе не везло с женщинами, то исключительно из-за того, что ты выбираешь себе одних стерв. Ну, кроме мамы, конечно… Маму ты любил, хотя и погубил своим отношением к ней. Она тебя месяцами дома не видела.

Вордак потемнел лицом и рванулся к сыну, вновь нависнув над его креслом. Но тот не испугался: смотрел спокойно и даже с любопытством.

– Мне кажется, я давно тебя не наказывал, – произнес Вордак свистящим шепотом. – Ты слишком разбалован и много дерзишь. Думаю, придется серьезно тобой заняться.

– И что? – насмешливо произнес Лешка. – Ты опять запрешь меня в башне? Напугал.

– Неделю под домашним арестом, – глухо произнес старший Вордак. – До дня твоего девятнадцатилетия. И только этот факт спасает тебя от более серьезного наказания. Не бойся, я распоряжусь, чтобы тебе раз в день приносили еду.

– Если тебе от этого легче, то пожалуйста. – Лешка равнодушно пожал плечами.

Отец пытливо, будто не узнавая, оглядел сына с головы до ног.

– И когда ты вырос? – неожиданно удивился он. – Еще недавно в компьютерные игры играл, а теперь свои взгляды на жизнь, свои дела, любовь.

Лешка закатил глаза и вздохнул.

– Папа, я никогда не любил компьютерные игры… Ты даже этого не знаешь. – Он усмехнулся. – Мне больше по нраву настоящие приключения.

– Все равно ты здорово подвел меня, сын. Ты больше всех виноват, что она сбежала. – Вордак осуждающе покачал головой. – Ты как последний дурак отдал ей браслет и не воспользовался тем, что она сама предлагала тебе – забрать мощнейший символ колдовской власти… Но как ты мог! – Старший Вордак с сожалением прищелкнул языком. – Вместо того чтобы поить девчонку малефикарумом – ты добровольно надел ей на голову Венец… И она не смогла бы провернуть такие сильные иллюзии! – Вордак вдруг как-то шумно выдохнул и отвел глаза.

Лешка тоже отвернулся, пряча улыбку. Ну ясно, отец еще долго будет переживать, что его заставили принять собственного сына за напольные часы. А также на несколько минут забыть, кто он вообще есть такой. О да, отец долго будет это помнить…

– Должен признаться, – добавил старший Вордак, – она довольно ловко околдовала тебя… Впрочем, иллюзорные чары ей действительно удаются. Возможно, именно поэтому она так вскружила тебе голову.

Лешка нахмурился:

– Пап, я хочу отдохнуть, если можно… тем более если ты не шутил насчет ареста. Мне надо подумать, как убежать.

Старший Вордак шутки не принял.

– И не надейся на это. Я теперь буду тебя хорошо контролировать, поэтому больше никаких поблажек. Но все же подумай на досуге, куда может направиться госпожа Окрайчик. Она называла какое-нибудь место, а? Сынок, это серьезно. Будет очень неприятно, если она что-то плохое надумает с Венцом.

– Поздно, Мстислав.

Заслышав этот мягкий хрипловатый голос, Вордаки одновременно развернулись и с немым удивлением уставились на говорившего.

– Как вы проникли? – Лешка неприязненно оглядел высокую фигуру гостя. – Отец, что он здесь делает?!

– Я разрешил прийти, если сведения будут важные. – Вордак остро глянул на сына. – Как ты понимаешь, у нас теперь есть общее дело.

– Я не хочу его здесь видеть.

– Извиняюсь, что ввалился без особых церемоний, – холодно произнес Лютогор. – А новости и вправду интересные… Полчаса назад девчонка утопила Венец в озере.

– В Несамовитом?! – изумился Вордак. – Но зачем?

– Утопила в озере, – скучающе повторил Лютогор. – Не забыв при этом произнесли клятву дарения.

– Где Таня? – Лешка побледнел и сжал кулаки.

Лютогор не удостоил его ответом.

– Надеюсь, это известие тебя печалит так же, как и меня… – обратился он к старшему Вордаку. – Давай покумекаем, где найти эту ведьму. Вместе мы быстро ее отыщем.

– Так, значит, она убежала? – задумчиво резюмировал старший Вордак.

– Нырнула в озеро, – нехотя подтвердил Лютогор. – Сразу за Венцом. Следует разыскать ее и допросить. Может, она знает способ, как достать Венец из черной воды… Конечно, она могла утонуть, но не думаю, что все повернулось так хорошо.

– Ты же прекрасно знаешь: невозможно достать из черной воды Несамовитого два раза одну и ту же вещь. Поэтому Марьяна, последняя из ведьм-хранительниц Венца, и спрятала его в этом месте.

– Спрятала?! – вдруг прошипел Лютогор. – Спрятала и передала право хранения какой-то простушке! Самую могущественную вещь, единственный символ власти, способный объединить цивиллов и диких?

– Никогда Венец не объединит нас вместе, – тут же возразил Вордак. – Этот символ способен лишь возвысить одного над другим… Единственную корону не могут носить две головы одновременно.

– Все равно глупо потерять Венец! – настаивал на своем Лютогор. – Предыдущая ведьма-хранительница перепрятала Венец, и мы плутали по ее следу двадцать лет! Теперь же, когда Венец вновь утерян, я не собираюсь ждать столько времени. Девчонка должна ответить за свою глупость. Ты со мной или нет – вот что я хочу спросить?

– Если ты не возражаешь, дорогой владыка диких лесов, переместимся ко мне. – Вордак сделал короткий приглашающий жест. – В гостиную. Дело к ночи, хороший бокал вина не помешает.

Лютогор нервно кивнул и тут же исчез.

– Мне пора… Надеюсь, – Вордак порывисто обернулся к сыну, – ты осмыслишь всю важность происходящего. Ей грозит опасность, большая опасность.

– Я знаю.

– Для нее же будет лучше, если первым найду ее я, а не Лютогор. Ты же понимаешь, что она натворила? И кто же ее надоумил? – Вордак в задумчивости пошевелил губами. – Неужели прабабка оставила еще какие-то указания… Как жаль, что сие невозможно узнать.

– Да какая разница! – Лешка безразлично пожал плечами. – На мой взгляд, хорошо, что Венец теперь принадлежит озеру.

– Несамовите никогда не отдает вещь два раза, – вздохнул Вордак. – И откуда об этом узнала Татьяна, а? Скажи мне, Алексей.

– Об этом я тоже не знал, – смерив отца снисходительным взглядом, произнес Лешка. – Я бы хотел, чтобы Карпатский Венец принадлежал тебе, даже несмотря на то, что разразилась бы война… Если бы точно знал, что ты не убьешь Таню, чтобы владеть им безраздельно.

– Клянусь, если ты поможешь ее найти, я не причиню этой хитрой миловидной особе ни малейшего вреда, – заверил Вордак, но его усмешка вышла какой-то двусмысленной. – Но если первым до нее доберется Лютогор… Твоя пассия получит свое с лихвой. За все бездумные проделки.

– Папа, я устал. – Лешка раздраженно поджал губы. – И хотел бы просто нормально поспать. А завтра подумаем об этом. Я обещаю.

– Хорошо, Алексей. – Вордак взял сына за плечо и чуть сжал. – Хорошо, отложим до завтра. Пока же я приму меры… Кроме того, о домашнем аресте я не шутил.

И, неопределенно махнув рукой, он тоже исчез.

– Ну что ж, попробуем переместиться, – тихо произнес Лешка и прикрыл глаза.

Ничего не произошло.

– Уже запер, – с досадой произнес он и выругался. – Ну ладно, папа, посмотрим, кто кого.

Глава 6

Пальмовая ветвь

По возращению в квартиру на площади Свободы Татьяну ждал сюрприз – записка на плотной старинной бумаге, украшенной в углу витиеватым тиснением некоего герба. Послание, написанное изящным каллиграфическим почерком, гласило: завтра в девять утра к ней прилетит особый клубок и девушка должна быть готова переместиться в Англию. Там ей предложат помощь, защиту и покровительство. Подписи не было.

Татьяна сварила себе небольшую чашечку кофе и присела возле распахнутого окна, чтобы поразмыслить, что же ей делать дальше. В который раз она довольно оглядела всю площадь и особенно – здание оперного театра, в лучах заходящего солнца казавшегося особенно красивым и сказочным.

Татьяна пробралась к озеру на рассвете, когда по всей долине стелился густой молочно-белый туман. Там она сотворила копию Венца, как две капли воды похожую на настоящий. После этого она переместилась на помост, где ее сразу заметили. И вот лжевенец, сияя изумрудами на золотых зубцах, аккуратно ушел под воду на глазах у всей охраны. Таня громко, чтобы ее все слышали, принесла клятву дарения и сразу же нырнула вслед за «подарком», очень надеясь, что браслет вновь поможет ей отыскать потайной ход. Все прошло даже проще, чем она думала: обернувшись ящерицей, она юркнула в тот самый потайной лаз, выскочила на островок в подводной пещере, а потом с помощью ультрапрыжка переместилась сюда, на проспект Свободы.

Допивая уже третью чашку кофе, Татьяна наконец определилась с решением.

Завтра она уедет в Англию. Как ни крути, а другого выхода у нее нет. Оставалось только придумать, как увидеться с Лешкой, ведь именно сегодня его день рождения. Татьяна даже купила ему маленький подарок…

В дорогу она не собиралась, решила ехать без вещей. Вряд ли ей дадут возможность забрать хоть что-нибудь из своей квартиры. Время до вечера тянулось очень медленно. Наконец наступило десять часов. Таня съела бутерброд и, все больше волнуясь, выпила еще одну чашку кофе.

Наверное, Лешка начинает принимать гостей. Интересно, пригласил ли он Иру Лисцову? Кристу? А старший Вордак наверняка с сына глаз не спускает.

Таня достала из кармашка джинсов небольшой камешек: на гладкой блестящей поверхности была выгравирована серебристая ящерка. Она увидела сувенир во время прогулки – на обычном фолк-базарчике, располагавшемся за оперным театром.

И вот, любуясь подарком, который, возможно, так и уедет вместе с ней в другую страну, девушка приняла решение.

Меж темных стволов деревьев скользил густой синий туман, поднимавшийся из глубоких оврагов. Таня оставила свой сундук под низкими лапами ели, а для пущей маскировки притрусила сухим хворостом. Последние несколько сотен метров до черного замка Вордаков она решила преодолеть пешком: если поменьше использовать магические вещи, то есть надежда пробраться в дом незаметно.

Еще издали девушка приметила, что замок ярко освещен, – судя по всему, веселье пребывало в разгаре.

Вздохнув, она шепнула браслету: «Невидимость» – и ускорила шаг.

По случаю праздника ворота были распахнуты настежь. По пышному, благоухающему в вечерней темноте саду разгуливали гости, играла легкая бальная музыка. Татьяна осторожно ступала по тропинке: босые ноги остро покалывал гравий, но, памятуя о колючках, она не сворачивала с главной тропинки.

Девушка помнила, что Круглая башня, где жил младший Вордак, находилась в левом крыле замка. Таня проберется к нему в комнату, оставит подарок и уйдет. Она твердо решила больше не видеться с Лешкой, иначе у него будут еще большие неприятности. Наверняка ему и так досталось за помощь «преступнице».

Проходя мимо двери в дом, девушка испытала острый соблазн зайти внутрь и еще раз посмотреть на Лешку хотя бы издалека: кто знает, увидит ли она его вновь?

Как бы в ответ на ее мысли дверь распахнулась и наружу высыпала большая толпа гостей: многие из них смеялись, переговаривались, некоторые пели громкими фальшивыми голосами. За людьми, толкая друг друга, вылетели подносы с напитками и закусками. Скорее всего старший Вордак и вправду снял защиту с дома, вон сколько народу пригласили.

Неожиданно Таня увидела Иру Лисцову да не одну – в обнимку с Александром. Оба выглядели пьяными и веселыми. Кажется, парень продолжал изучать представительниц «Кристалла» лично. Они прошли в метре от Тани, мгновенно отступившей к зарослям орхидей, явно с желанием уединиться от посторонних глаз. А вот Лешки нигде не было видно. Все же интересно, где он сейчас?

И Таня решилась. Пропустив мимо себя какого-то хмурого толстяка в сером костюме, больше похожего на телохранителя, чем на праздношатающегося гостя, она проскользнула в коридор и направилась по лестнице прямо в гостиную.

На верху лестницы она еле подавила изумленный вздох, потому что чуть не сбила с ног самого Мстислава Вордака. Колдун был одет в классический черный костюм и выглядел довольно спокойным: заложив руки за спину, он пристально смотрел куда-то в зал. Девушка проследила за его взглядом и наконец увидела того, кого хотела: Лешка сидел во главе большого праздничного стола, заставленного множеством блюд, и о чем-то переговаривался одновременно с двумя девушками.

Неожиданно старший Вордак поманил сына рукой. Таня тут же отступила к стене. Прошло некоторое время, но Лешка все не шел – старший Вордак раздраженно повторил жест. Наконец в проеме дверей гостиной показалась знакомая фигура.

– Ну и что случилось? – равнодушно спросил парень. – Что-то срочное?

– Я должен повторить несколько раз, чтобы ты соизволил выйти? – Старший Вордак выглядел раздраженным.

– Папа, не видишь, я занят? – ответил тот. – Могу я хоть сегодня отдохнуть от твоей опеки, а?

– Я рад, что ты хорошо развлекаешься, – ухмыльнулся отец. – Так, значит, она не появилась, да?

Татьяна видела, как у Лешки заходили желваки по скулам.

– Кто?

– Ты знаешь, о ком я. – Старший Вордак усмехнулся. – Выходит, госпожа Окрайчик действительно не смогла найти выход из Черного озера.

– Папа, я уверен, что это не так. – Лешка насмешливо взглянул на отца. – Я думаю, она сейчас далеко… ну, возможно, не выехала из Европы…

– Это лишь слухи, не подкрепленные фактами.

– Папа, мне это неинтересно.

Таня видела, как парень опять скривился.

– Я устал от всего этого, – добавил он. – Ты можешь просто оставить меня в покое?!

Вордак внимательно оглядел сына с головы до ног.

– Хорошо, не будем возвращаться к этой теме, – кивнул он и вдруг добавил: – Но признаться, я рассчитывал, что она здесь появится… Что ты ей настолько нравился, чтобы рискнуть.

На лице Лешки появилась крайняя степень раздражения: казалось, еще немного, и он кого-то убьет. Кто ближе.

– Ну так не снимал бы защиту с дома, – процедил он. – А вдруг она где-то прячется?

– Не думаю, – мгновенно ответил Вордак. – Просто я знал, что она не придет.

– Еще бы ты не знал! – неожиданно сорвался Лешка. – Ты с самого начала ее сгубить хотел! Она не придет, потому что боится за свою жизнь, и не без оснований… Иногда, – сын мстительно взглянул на отца, – я тебя просто ненавижу.

Вордак приблизился к сыну и порывисто положил ему руку на плечо: Лешка дернулся, но не отстранился.

– Ты знаешь, я все делаю ради твоего блага, – произнес Вордак‑старший, и в его голосе прозвучало легкое волнение. – Все для тебя. Ты просто выбрал не ту девушку. Обреченную. Ей с самого начала была уготована печальная судьба… Забудь о ней. Просто переверни эту страницу.

Парень смолчал, лишь вновь заходили желваки на скулах.

– Если ты не против, я вернусь к тем девицам, которых ты мне подослал. – Лешка вздохнул. – Все равно больше делать нечего.

Он хотел уйти, но старший Вордак остановил его.

– Как узнал? – довольно спросил он.

Лешка опять вздохнул, всем видом показывая, что ему не хочется объяснять очевидное.

– Они так громко шептались об этом, что мне даже в ленту не пришлось заглядывать.

– Понятно, – хмыкнул Вордак. – Но вообще, это Ружена попросила девочек составить тебе компанию, все-таки день рождения.

– Я сам позабочусь о своей компании, – огрызнулся Лешка, развернулся и побежал по лестнице вниз, подальше от отца.

Старший Вордак еще раз хмыкнул, на этот раз не так весело, и не спеша направился в гостиную.

Таня решила, что более удобного случая посетить башню не представится: Вордак в зале, а Лешка – в саду. Надо найти вход в башню, и все… А может, попробовать переместиться, раз защиту действительно сняли?

Ультрапрыжок прошел отлично: только представила балку, увешанную мешочками, под узкой конусной крышей, – «пшик», и готово.

В комнате никого не было, но в камине догорали угли.

Возможно, хозяин скоро придет, если гости его отпустят, поэтому надо действовать быстро.

Оглядевшись, Татьяна решила положить подарок на столик – на самое видное место. Напоследок она не удержалась: погладила камешек, словно бы вбирая в легкое прикосновение воспоминание о том, кому этот подарок предназначался.

В следующую секунду она почувствовала, что в комнате кто-то есть, – еще до того, как он подошел и осторожно обнял ее за плечи.

– Я знал, что ты придешь, – прошептал Лешка, обдавая горячим дыханием ее затылок.

– Я ненадолго. – Она немного отстранилась, чтобы повернуться к нему. – Просто хотела тебе что-нибудь подарить.

– И все? – В его голосе послышалось явное разочарование. – Ты что, даже не хотела меня увидеть?

– Я боялась встретить твоего отца, – честно сказала Таня. – И не хотела, чтобы у тебя снова из-за меня были неприятности.

– Не бойся, он не придет, – быстро сказал Лешка и обнял ее крепче, будто боялся, что девушка сейчас исчезнет. – Я сообщил ему через мысленную связь, что пойду в душ освежиться… А неприятностей я не боюсь, ты же знаешь.

Таня еле нашла в себе силы оторваться от взгляда его черных глаз. Она невольно поймала себя на мысли, что если тут же не уйдет…

– Так ты уезжаешь… – Лешка еще немного притянул ее к себе. – Надолго? Куда?

– Ты же знаешь, что я не скажу.

– Не доверяешь мне?

– Ни капельки. – Таня не выдержала и заулыбалась.

– Ну вот и правильно!

Некоторое время они молча глядели друг на друга.

– Ты знаешь, – Лешка вновь перешел на шепот, – я тебя когда в первый раз увидел, то сразу обалдел: ты была такая растерянная, беззащитная, и совсем не похожа на обычную ведьму… И поэтому сразу мне понравилась. Очень.

– Ты мне тоже понравился. – Таня улыбнулась, делая неохотную попытку высвободиться из кольца его рук. – Смешной такой, и глаза…

– Красивые?

– Хитрющие такие.

– Я сразу понял, что не дам тебя в обиду, – продолжил Лешка. – Даже если отец будет против.

Он хотел коснуться губами ее шеи, но девушка вдруг дернулась. Он не ожидал этого и отпустил ее.

– Тогда почему ты на меня напал? – холодно спросила она. – Осколком ранил…

Лешка шумно и рассерженно выдохнул:

– Ты меня тогда очень разозлила! Да я тебя почти возненавидел… Но сейчас это совсем неважно!

– А что важно? – передразнила Таня. – Что твой отец может застать меня здесь и тогда нам обоим точно несдобровать.

– Нет, не застанет.

– А может, ты специально меня задерживаешь? – бросила она. – Ждешь, когда отец подоспеет…

Лешка вспыхнул. Он повернулся к ней спиной, отошел к камину, после чего с размаху плюхнулся в кресло.

– Можешь идти куда хочешь, я тебя не неволю. Спасибо за камешек.

– Это не просто камешек!

Таня растерялась. И зачем она его обижает? Если бы Лешка послал сигнал отцу – тот давно бы уже примчался.

– Ладно, ты извини меня, пожалуйста. – Таня подошла к нему и опустилась рядом на ковер. – Просто я очень волнуюсь. – Она виновато улыбнулась.

Лешка промолчал, но его глаза неотрывно изучали ее лицо.

– Не смотри на меня так.

– Как – так?

– Ну так… слишком так.

– Хочешь узнать, как я твои мысли читал? – вдруг произнес Лешка.

– Ну и как? – Таня настороженно вглядывалась в его лицо, пытаясь понять, в чем подвох.

– Кофе, – сказал он и натянуто улыбнулся. – Я придумал, кстати… Сказал отцу, что ты больше всего на свете любишь кофе, поэтому можно подсыпать тебе особой корицы, ослабляющей мысленный водопад.

Таня ошарашенно вскинула брови.

– То есть, – медленно произнесла она, – ты специально приходил, чтобы…

– Чтобы раз за разом подсовывать тебе напиток, приготовленный по уникальному рецепту, – безжалостно дополнил тот. – И всегда знать, о чем ты думаешь.

Тане показалось, будто уши ее обманывают. Такого же просто не может быть! А она-то считала, что младший Вордак по-настоящему ей симпатизирует… И поэтому так часто приходит в гости… Она же сердцем чувствовала… Так жестоко ошибиться!

Таня вскочила на ноги. Лешка тоже мгновенно поднялся и встал напротив нее.

– Давай без глупостей, – произнес он, видя, что разозленная девушка уже коснулась браслета. – Если бы я этого не делал, папа отстранил бы меня от наблюдения за тобой намного раньше… И приставил бы, хм… скажем, Сашку этого недоделанного. – В глазах Лешки полыхнули рассерженные молнии. – И я бы не смог помогать тебе. Вот, например, ультрапрыжку, который ты сейчас собираешься сделать, я тебя обучил по собственному желанию. Отец даже не знал об этом.

– Ага, и сразу после обучения ты блестяще подвел меня к Скипетру, – процедила Таня. – Представляю, как твой отец был доволен. Молодец, сынок, – произнесла она басом, копируя голос старшего Вордака, – все правильно сделал, предусмотрел…

– Да что ты только плохое вспоминаешь?! – рассердился и Лешка. – Я тебя всегда перед ним защищал!

– Ну-ну. – Таня все больше распалялась. – А зачем ты Саше глупостей наболтал?

Глаза у Лешки округлились от изумления.

– Что наболтал?

– Ты сказал ему, будто я любовница твоего отца! Ружена сообщила, мол, ты сам вызвался…

– Да ты больше верь ей! – Лицо у Лешки перекосило от гнева. – Я бы в жизни до подобного не опустился! Как ты вообще про меня такое подумать могла?!

Таня немного растерялась, не зная, что сказать.

– К тому же я… – начал Лешка, запнулся, но продолжил: – Именно я попросил отца, чтобы он не наводил чары… В общем, соблазнить тебя не пытался. Только тогда, я сказал, что буду за тобой наблюдать… Что этого с лихвой хватит…

– Ну спасибо! – Она чуть не задохнулась от возмущения и вдруг выпалила: – Ты мне нравился. Очень нравился! А оказалось, ты такой же, как твой отец, даже еще хуже!

Татьяна резко крутнулась на месте, намереваясь совершить ультрапрыжок, но все же замешкалась, и парню удалось поймать ее за запястье.

Их выбросило на какой-то пустырь за городом, почти заросший бурьяном и осокой. Здесь было темно и тихо. В какой-то миг Татьяна сообразила, что изо всех сил прижимается к Лешке.

– Хотела убежать от меня! – обвиняюще произнес он и, больше не тратя времени на слова, прильнул к ее губам – нежно, но настойчиво, не принимая возражений.

И ее возмущение угасло в один миг. Татьяна прижалась к нему еще сильнее, удивляясь, насколько же долго она ждала этого момента. Она обхватила его за талию, и ее пальцы скользнули за пояс его джинсов. Робея от происходящего и наслаждаясь им, она позволила уложить себя на траву…

Но трава исчезла. Вместо этого пошел дождь – теплый, частый, – забарабанил по крыше мелкой капелью. Лешкины губы заскользили по ее мокрой шее, он стянул зубами край блузки с ее плеча… А джинсы вдруг поползли вниз сами. Таня удивилась этому и будто бы очнулась.

– Что это? – Девушка изумленно оглянулась. – Где мы?

– Я не знаю, – прошептал Лешка, вновь привлекая ее к себе. – Наверное, это из-за нас так… мы это делаем…

В следующий миг они уже летели на ковре с теплым пушистым ворсом, приятно щекотавшим обнаженную кожу. Как же было хорошо, крепко ухватив Лешку за мокрый затылок, просто наслаждаться тем, как он ласкает ее грудь… Его запах – резкий, терпкий, чувственный – так сильно будоражил, что ей хотелось только одного: прильнуть губами и пробовать каждую клеточку его тела. Давно сдерживаемое желание прорвалось наружу: Татьяна покрепче обхватила его ноги своими и невольно застонала, когда их тела вновь переплелись в едином объятии.

Мир опять изменился – они оказались в озерной воде, посреди густого ночного леса, но не прекратили своей бурной игры. Их тела, изгибаясь, несколько раз погружались под воду, где они продолжали дарить друг другу поцелуй за поцелуем. Из-за столь неслыханного нарушения привычного спокойствия озеро волновалось и раз за разом выплескивало на них возмущенные волны, но от этого их танец был только слаще.

Таня перестала ощущать, где она находится: мир вокруг них менял краски, словно в калейдоскопе. Ей хватало только одного – быть с Лешкой и чувствовать только его прикосновения, нежное дыхание на своей щеке, касание губ, вкус кожи на кончике языка… и видеть, как он иногда прикрывает глаза, словно готов потерять сознание…

Она даже не заметила, когда они вновь очутились в его комнате, в Круглой башне отцовского дома. Они просто лежали на ковре, обнявшись, словно боялись – отпустят руки, и произошедшее окажется иллюзией.

– Послушай, леди… – Лешка скосил глаза, отчего взгляд его стал хитрющим. – Ты действительно утопила Венец, а? Зная тебя, не думаю, что ты так легко уничтожила прабабкино сокровище.

– Нет, я его съела. – Девушка улыбнулась. И вспомнила о мысленном водопаде. Кофе она не пила, но все же…

– Ладно, я просто спросил. Из чистого любопытства.

Он потянулся к ней, пальцем разгладил ее нахмурившийся лоб и мягко укусил за ухо.

– Не уходи пока… ладно? Побудь еще немного… Отец не придет.

– А если…

– Не придет.

Вместо ответа ее пальцы скользнули по его плечу – он мигом перехватил руку и привлек девушку к себе, вновь завладев ее губами. Она горячо ответила ему и вдруг, ухмыльнувшись, перекатилась через его бок, усаживаясь сверху.

– Ты сейчас похожа на настоящую ведьму. – Лешка улыбнулся, стараясь вновь притянуть ее к себе.

Она позволила и сама принялась горячо целовать его. Ведь до рассвета осталось так мало времени…

Большой черный клубок с острым золотым наконечником на конце нити появился ровно в девять.

Таня вздохнула, уселась на свой сундук, бросила последний взгляд на крылатую каменную статую в проеме окна и вдруг подмигнула ей:

– Береги его!

Через некоторое время квартира на проспекте Свободы опустела.

…Небо хмурилось. И вдруг яркое солнце тонким лучом разорвало темную тучу и осветило золотую пальмовую ветвь статуи. Лишь на миг блеснул на голове у каменной богини тонкий золотой обод и остро проглянул черный ромб в окружении изумрудных огней… А может, это широкая пальмовая ветвь дала иллюзорный блик на венец прекрасной крылатой статуи, наградив невидимой людскому оку короной… Во всяком случае ведьма Татьяна отдала много сил этой иллюзии, скрывающей от чужих глаз легендарный Карпатский Венец.

Content

Наталья Щерба
Чародольский браслет

Часть первая Браслет

Глава 1 Конверт

Глава 2 Цямброне

Глава 3 Наследство

Глава 4 Учитель

Глава 5 Рабочий день

Глава 6 Мыслечувствующая лента

Глава 7 Ночное приключение

Глава 8 Темный лес, аллея крестоносцев, дом тринадцать

Глава 9 Уговор

Часть вторая Кукушка

Глава 1 Одна золотая монета

Глава 2 Экзамен

Глава 3 Разговор в чулане

Глава 4 Разрыв

Глава 5 Гость

Глава 6 Наваждение

Глава 7 Криста

Глава 8 Астральный поединок

Глава 9 Поцелуи

Глава 10 Апрельский бал

Глава 11 Чашечка кофе

Часть третья Карпатский венец

Глава 1 Два гуся

Глава 2 Обряд тайных сил

Глава 3 Должок

Глава 4 Встреча

Глава 5 Лютогор

Глава 6 Пальмовая ветвь