Лиза Татл

Человек в придорожной канаве

Как только они выехали из города, стало решительно не на что смотреть. Впереди вилась бесконечная дорога, с голыми полями под низким серым небом. Местность на краю болот была абсолютно ровной и пустой, а тусклый зимний свет еще больше приглушал цвета этого безрадостного ландшафта. Правда, один раз вдалеке мелькнула разрушенная ветряная мельница, потом старая усталая кляча грустно посмотрела на них из-за изгороди, потом они проехали мимо нескольких коров, лежавших на поле, а потом — мимо мертвеца в придорожной канаве…

Увидев его, Линзи завизжала так пронзительно, что, не будь Джей Ди опытным водителем, он обязательно бы в кого-нибудь врезался. Хоть вокруг ничего интересного и не наблюдалось, встречных и попутных машин на дороге было полно, ехали они плотно и очень быстро.

— Что за хрень?!

Она увидела, как покраснело его лицо, на виске запульсировал сосуд, и ей стало не по себе. Но ведь она не просто так кричала.

— Джей, там, в канаве, лежал труп! Мертвый человек!

— Не будь дурой! — его руки крепко сжимали руль, а взгляд прыгал от зеркала заднего вида к дороге. На нее он даже не посмотрел.

— Я его видела! Мы должны…

— Что? Что мы должны?

— Я… я не знаю. Может, вернемся?

С каждой секундой расстояние увеличивалось.

— Ну и зачем? Где нам, по-твоему, развернуться? Даже если ты покажешь, где можно остановиться, все равно, открыв дверь, мы сразу попадем в канаву. И зачем? Чтобы убедиться, что твой труп — на самом деле просто засиженная мухами куча мусора?

Она теребила губу, пытаясь вспомнить то, что видела: бледное, с коричневыми пятнами тело обнаженного человека, лежащего в канаве на боку. Ей не верилось, что это был лишь обман зрения.

— Это был мертвец. Прости, что напугала тебя, но при виде трупа любой закричит.

Джей Ди вздохнул и подвигал головой, расслабляя шейные мышцы:

— Хорошо, дорогая. Все уже позади. Труп в нашей помощи не нуждается.

— Но… Мы же должны кому-то о нем сообщить?

— Кому?

— Наверное, полиции.

Он вздрогнул, и Линзи зажмурилась, как будто он ударил ее по лицу. И снова открыла глаза, только услышав, что он включил аварийный сигнал.

— Если ты его видела, значит, и другие тоже заметят, — сказал он спокойно и повернул налево по указателю, потом почти сразу еще раз налево на незаметный с главной дороги узкий проселок с единственной полосой. Теперь они ехали параллельно главной дороге в обратном направлении. Линзи, осознав, что он выполняет ее просьбу и возвращается к тому месту, где она видела труп, почувствовала, что внутри у нее все дрожит от предвкушения. Отсюда главная дорога виделась бесконечным караваном машин. От дренажного кювета их отделяла теперь лишь узкая полоска пустой земли, и он был постоянно в поле ее зрения. И почему этот проселок не был виден с главной дороги? Линзи сама не могла определить, как далеко они отъехали от того места, но надеялась, что Джей Ди знает, ведь он был профессиональным водителем.

Линзи обхватила себя руками. Как это на него похоже — ворчать и притворяться, что не станет делать, как она хочет. Не то чтобы ей очень хотелось снова увидеть этого страшного мертвеца… наоборот, она молила бог знает какие высшие силы, чтобы Джей Ди оказался прав, и ее напугал выброшенный манекен или чучело для краш-тестов.

— Вот мы и приехали, — сказал он. — Ну и как тебе?

Она посмотрела на его улыбающееся лицо и вспомнила о том, что вытеснил из ее мыслей труп.

— Пошли, — проговорил он, не дожидаясь ответа. — Позволь показать тебе окрестности нашего нового дома.

Он вышел из машины и с галантностью, которая когда-то покорила ее сердце, открыл дверь с ее стороны.

Она изобразила на лице улыбку, но он, должно быть, почувствовал, что она испытывает на самом деле, и начал оправдываться:

— Конечно, сейчас это выглядит так себе, но включи воображение. Подумай, сколько всего ты сможешь здесь посадить. Здесь полно земли. Все, что захочешь, я плачу.

Она сделала осторожную попытку объяснить свое замешательство:

— Я думала, у нас будут соседи…

— Да кому они на фиг нужны! Ты же сама говорила, что хочешь дом на природе.

— Да, да, говорила. Но я не думала, что он будет так далеко от всего…

— Это сельская местность. Не так уж и далеко, до Норвича всего двадцать минут. Ты наверняка видела указатель к деревне: в двух милях отсюда почта, паб и начальная школа!

Услышав про детей, которых они когда-нибудь заведут, она растаяла и обняла его.

— Ну что ты, дорогой, я не жалуюсь! Как я могу, ведь у меня есть ты? Просто я удивилась. Я думала, что это будет новый поселок.

— Ты же знаешь, я ненавижу эти наспех построенные халупы, — он расслабился в ее объятиях. — Не желает ли мадам совершить экскурсию?

Они пошли по влажной, но не болотистой земле, похожей на ту, что видели за окном по пути сюда. Она разглядела межевые знаки — колышки с яркими оранжевыми бирками, — и подошла к куче щебня и бетонных обломков.

— А это что?

— Все, что осталось от дома, который когда-то здесь стоял. Почему, думаешь, мы так легко получили разрешение на строительство нового?

— А что случилось со старым?

— По-моему, он сгорел. Не знаю, это было лет двадцать тому назад. А раньше здесь стояла деревня. Тут всегда жили люди. Место повыше, чем на болотах, и земля совсем другая, поэтому можно сажать что хочешь. Не нужно беспокоиться, что здесь появятся новые дома: кому придет в голову строить на болоте? Никаких шумных соседей, никаких нытиков, которые постоянно нудят, что твое дерево закрывает им вид, что им мешает твоя газонокосилка, и которые все время следят за тобой…

Слушая его самодовольную речь и глядя на унылую пустую равнину, где другая жизнь проносится мимо в ревущих автомобилях и грузовиках, Линзи почувствовала, как ее одолевают сомнения. То, на что он жаловался, было отголосками его прошлой жизни в пригороде с «лживой сучкой». Неужели он все время будет сравнивать свою нынешнюю жизнь с первым браком?

— Ты не замерзла? — спросил Джей Ди, заметив, что она погрустнела, и снова стал нежным. Он снял куртку и накинул ей на плечи. — Ветерок нынче зубастый. Нужно посадить деревья, чтобы защитить дом от ветра, и живую изгородь, чтобы разные педики не глазели на нас, когда проезжают мимо. Ладно, пошли обратно к машине.

На обратном пути она не заметила ничего необычного в канаве. В новостях на следующий день тоже ни слова не было о том, что нашли труп. Когда они в следующий раз ехали на восток по дороге А47, она уже не могла вспомнить место, где ей привиделось тело.

Очень скоро началось строительство, а через несколько недель Джей Ди съездил и сделал несколько фотографий своей недвижимости на мобильный телефон. Линзи не переставала восхищенно ахать, пока не увидела последнюю фотографию и чуть не потеряла дар речи.

— Что? Что это?

— Вид сбоку…

— Вон там, внизу, в левом углу.

Он уставился на экран:

— О чем ты говоришь?

— Это похоже на… — вдруг она поняла, что не хочет ничего говорить о трупе: лежащем на боку, высохшем обнаженном мужчине, поэтому просто ткнула туда пальцем. — Вот.

— А… Не помню. Наверное, просто груда веток или компостная куча. Свет уже ушел. Пусть зря место не занимает.

Он нажал на кнопку и стер фотографию.

Через несколько дней Линзи поехала с мужем посмотреть стройку. Ее удивило, как быстро все изменилось, насколько по-другому выглядит земля, когда в центре появился фундамент их будущего дома. А еще она немного расстроилась, увидев, какой там беспорядок. В основном это были строительные материалы и упаковка, но еще земля была усеяна пакетами, пластиковыми бутылками и жестяными банками. Здесь даже валялись предметы одежды — чья-то белая майка, один ботинок. Рабочие устроили вокруг будущего дома настоящую свалку. В сумерках действительно было очень легко принять кучу мусора за труп. Линзи забыла о своем плане найти предмет, который оставил такое жуткое впечатление на фотографии, вцепилась в руку мужа и стала слушать его разглагольствования по поводу того, как идет стройка.

Когда-то Линзи неплохо зарабатывала, танцуя в клубе. Именно там она и встретила Джея Ди, но того терзала мысль, что кто-то другой видит ее обнаженной, и теперь она работала в «Теско». Ей казалось работа с частичной занятостью будет весьма кстати, когда дети пойдут в школу. Но после свадьбы прошел год, а она до сих пор не забеременела и уже начала волноваться. Доктор сказал, что видимых причин не забеременеть в ближайшее время не видит, но если Линзи не хочет ждать, то он направит ее мужа на спермограмму. Можно представить, что ответил бы Джей Ди на такое предложение. Линзи решила испробовать другие известные способы.

Она слышала, что в Лоустофте живет женщина, которая знает старинные способы повышения рождаемости. Она гадает на картах, определяет лучшее время для зачатия, составляет специальные травяные сборы или дает список витаминов и минералов. Линзи договорилась с ней о встрече и в первый свободный вечер отправилась в Лоустофт.

Дом с террасой она нашла у большой стоянки, неподалеку от моря. Женщину звали Мейв, она была смуглой и похожей на цыганку: татуировки с кельтским орнаментом, крашенные хной волосы и множество серебряных украшений. Прежде чем отвести Линзи в захламленную, заставленную мебелью гостиную, пропахшую кошками и сандаловыми благовониями, и усадить напротив себя за маленький стол, женщина взяла с нее целую двадцатку.

— Ты хочешь ребенка, — объявила Мейв. — Ты пыталась, но так и не смогла забеременеть. Твой муж… нет, не говори мне, дорогая… старше тебя. Ты вторая… нет, третья его жена. Не говори, я сама тебе все расскажу. Ты очень хотела завести семью, а он, наверное… нет, он тоже хотел. Но его ребенок… нет-нет, конечно, у него нет никакого ребенка. Я вижу это. А почему? Давай-ка посмотрим, что скажут карты.

Она открыла деревянный ящичек, достала бархатный мешок с колодой карт и перемешала их. Потом попросила Линзи достать из колоды три карты и положить перед собой рубашками вниз.

Это были совсем не те ярко раскрашенные карты таро, которые Линзи ожидала увидеть. Каждая представляла собой блеклую черно-белую картинку, похожую на плохую репродукцию старинной фотографии. На первый взгляд рисунки не имели никакого смысла.

На одной из карт был танцор — обнаженный мужчина в одном поясе, свободно болтающемся на талии, и обтягивающей шапочке. Он был изображен в пируэте, балансировал на носке одной ноги, другая нога согнута в колене, руки сомкнуты за спиной. Он стоял с закрытыми глазами и спокойно улыбался.

На второй карте Линзи увидела женщину с собачьим телом — или беременную собаку с женской головой. Глаза пристально смотрели вперед, рот был широко открыт, словно она собиралась укусить то, что видит. Над ее головой висело большое серебряное яйцо.

На третьей карте было много ножей и окровавленное тело. Не успела Линзи разглядеть остальное, как Мейв быстро собрала карты, вернула в колоду, сняла и перетасовала, бормоча:

— Это плохо. Очень плохо.

— Может, попробовать еще раз? — кротко спросила Линзи.

Женщина бросила на нее злобный взгляд:

— Он не даст тебе ребенка.

— Вы имеете в виду Джея Ди?

— Не позволь ему себя обмануть.

— Вы говорите о моем муже?

— Ты не должна была выходить за него замуж, раз не готова хранить ему верность.

— Я ему верна! — Линзи с возмущением посмотрела на гадалку. — С тех пор, как мы с Джеем Ди впервые встретились, я ни с кем не спала!

— Спала, не спала. А оральный секс уже не считается? — с насмешкой спросила Мейв. — Меня не обманешь. Однажды ты была неверна своему мужу, и карты показывают, что ты на этом не остановишься.

Линзи почувствовала, как кровь отлила от лица, в глазах потемнело и появились светящиеся точки. Плохо. Откуда она узнала?

— Я не… Я не изменяла ему. Карты сказали вам, почему это случилось?

Мейв отложила колоду в сторону:

— Мне плевать почему. Это твоя проблема. Но я вижу будущее, а оно плохое. Очень плохо для тебя, если ты еще раз обманешь мужа, особенно с тем же человеком.

— Я не собираюсь изменять Джею Ди. Я люблю его! Я пришла, чтобы вы помогли нам завести ребенка. Разве вы не можете сделать какой-нибудь чай, прописать травы и витамины?

Мейв встала и направилась к двери:

— Я не стану помогать тебе с зачатием, пока ты не решишь проблему с мужем. Ты должна определиться — либо замужество, либо что-то еще.

Линзи сидела на стуле, как приклеенная, лишь повернула голову, чтобы видеть женщину.

— Я хотела этого замужества. И ребенка. Вы говорите, что я не смогу забеременеть? У меня не будет ребенка от Джея Ди? Он что, бесплоден? Пожалуйста, вы должны мне сказать. Я имею право знать.

Мейв вздохнула и остановилась в дверях, теребя одну из массивных серебряных цепочек на шее.

— Твой муж не даст тебе ребенка. И тот, другой, тоже.

— Что значит — другой? В моей жизни нет другого мужчины. Никого, кроме Джея Ди. Клянусь!

Женщина посмотрела на нее тяжелым презрительным взглядом:

— Уходи.

Линзи уже пришла в себя и была вне себя от возмущения. Двадцатка — за это? Так нечестно! Тогда все было не так… Это просто оскорбительно. У Мейв, конечно, есть какие-то способности, но, она все поняла абсолютно неправильно.

Это плохо. Линзи снова и снова думала над ее словами, дожидаясь промежутка между машинами, чтобы перейти на другую сторону дороги. Они никогда об этом не говорили, но то, что случилось, бросило тень на их отношения и пугало Джея Ди. Это мучило его каждый раз, когда он начинал ее ревновать без причины.

Но он не имел права ревновать. Мейв просто не поняла, зато Джей Ди отлично знал, что она ему не изменяла, когда сделала минет копу, чтобы тот не отнял у Джея Ди права. Она чувствовала его отчаяние и, так же, как и он, понимала, что это значит. Быстрая сделка без лишних слов: я сделаю тебе, а ты не тронешь его.

Он мог остановить ее одним словом или взглядом, но не стал. И он был ей благодарен, пока эту благодарность не заслонило чувство обиды. Она и не ждала, что он скажет спасибо — она предпочла, чтобы оба сделали вид, будто ничего не произошло. Почему же тогда он не может понять — когда двое любят друг друга, ни одна жертва не бывает чрезмерной?

Во сне Линзи сплетала полоски кожи в длинный крепкий канат, который захлестнулся петлей на загорелой и обветренной шее человека, одетого лишь в мягкий кожаный пояс и шапку из шкурки какого-то животного. Она проснулась, ясно представляя себе эту картину и понимая, что «танцор», которого она увидела на карте предсказательницы, был висельником.

Чем ближе подходило к концу строительство дома, тем больше расстраивала Линзи перспектива в него переехать. Дом тут был ни при чем, он оказался даже лучше, чем она представляла в мечтах. Нужно быть сумасшедшей, чтобы предпочесть квартиру, вроде тех, в которых она раньше жила, или крошечный муниципальный дом, где она выросла. Линзи не считала себя сумасшедшей. Несколько месяцев не замечала ничего похожего на труп, но черно-белая картинка на карте гадалки каким-то образом слилась в ее воображении с телом в придорожной канаве, и теперь, когда она сворачивала на дорогу А47 и направлялась к тому, что Джей Ди называл их домом, ей все время казалось, что мертвец ее где-то подкарауливает.

Ну как сказать Джею Ди, что она не хочет здесь жить, ведь он так долго этого ждал, вложил в дом так много денег и сил. Когда они переехали, она убедила себя, что скоро привыкнет.

Первая неделя в новом доме была похожа на второй медовый месяц. Джей Ди взял неделю отпуска на обустройство. Они почти никуда не выходили, разве что в деревню за продуктами или пообедать в пабе. Дни проходили в приятных совместных хлопотах: они красили, шлифовали, передвигали мебель, а ночью нежно и страстно занимались любовью. Линзи еще никогда не видела своего мужа таким счастливым. Он считал, что она нервничает из-за беременности, которая никак не наступает, и все время успокаивал ее.

Когда Джей Ди был рядом, Линзи удавалось расслабиться. В новом доме она чувствовала себя в относительной безопасности; ей нравилось, когда шторы на окнах были плотно задернуты и скрывали бесконечные болота, которые окружали дом. Она переложила всю уличную работу на плечи мужа, потому что стоило ей выйти, как у нее сразу появлялось неприятное чувство, что сзади к ней кто-то подкрадывается и вот-вот нападет.

А по ночам ей снился висельник.

Иногда она плела канат, иногда накидывала петлю на его безвольную шею — до или после того как целовала его неподвижные губы. Иногда она ничего не делала во сне, просто стояла в толпе и смотрела, как он умирает, как дергаются в безумной пляске ноги и фонтаном извергается семя, падая вниз на бесплодную землю.

После того, как Джей Ди вышел на работу, Линзи пригласила свою мать на обед. Та впервые приехала в их новый дом.

— Как много света в этой комнате, — сказала мать с одобрением, — да и во всех остальных тоже. Мне нравятся большие окна. Какой шикарный вид!

Стоя за спиной матери, Линзи взглянула через ее плечо на плоское, лишенное всякой растительности пространство под голубым небом. И хотя летом оно выглядело немного привлекательнее, но все равно казалось отвратительным.

— Ты действительно так думаешь?

— А ты нет? — мать оглянулась и внимательно посмотрела на нее. — Что-то не так, Линз?

Она пожала плечами.

— Уныло как-то. Пойдем на улицу, — и быстро добавила: — В сад. Правда, там еще ничего нет, но… Мне было бы интересно узнать, что ты о нем думаешь.

Мать серьезно отнеслась к ее просьбе и изучила участок вдоль и поперек. Она даже встала на колени и потрогала землю. Линзи, прислонившись к стене, пыталась понять, не чувствует ли мать того же враждебного невидимого присутствия, но ничего такого не заметила.

Они вернулись в дом и пообедали пирогами и салатом. Мать нарисовала Линзи два варианта планировки участка.

— Посадишь несколько кустарников, и вид не будет таким скучным. А пока ты можно расставить несколько горшков с цветами и кое-какую садовую мебель, чтобы глаз отдыхал, — она отложила карандаш. — А теперь почему бы тебе не рассказать, о чем ты хотела со мной поговорить?

— Ты не чувствуешь, что здесь что-то… не так?

— Нет, я тебе уже говорила, почва очень хорошая и плодородная. Совсем не болотная, как мне казалось. Видимо, те, кто здесь жил раньше, ухаживали за ней.

— Я не это имела в виду, — Линзи сделала глубокий вдох. — Помнишь, когда я была маленькой, вы нашли нам с Тильдой няню, пошли к ней и тут же развернулись обратно? Ты тогда сказала, что не оставишь нас в этом доме, он тебе чем-то не понравился. А через несколько месяцев мы узнали, что приятель няни оказался педофилом?

— Конечно, помню.

— Ты чувствовала: в этом доме что-то не так. Что-то плохое и опасное, хотя на первый взгляд все было хорошо. Скажи, ты не ощущаешь чего-то подобного здесь?

В глазах матери появилась тревога:

— Дорогая, ты можешь прямо сейчас уехать со мной и оставаться дома столько, сколько захочешь.

— Что? Нет! — Из глаз Линзи хлынули слезы, она уставилась на мать с раскрытым ртом. — Ты что думаешь… Ты хочешь, чтобы я ушла от Джея Ди? Я так и знала! Он никогда тебе не нравился!

Мама всплеснула руками:

— Ничего такого я не говорила! Это ты начала…

— Я говорила о предчувствии чего-то нехорошего. Ты тогда сказала, что поняла это, как только переступила порог дома. Мне стало интересно…

— Чувствую ли я что-то подобное здесь? Нет. А почему ты спрашиваешь, раз у тебя все хорошо?

— Я что-то ощущаю… Джей Ди тут ни при чем. Просто тут какое-то страшное место. Эта земля… — Все это действительно могло кого угодно расстроить: то мертвец в канаве, то фотография, расстроенные чувства, несбывшиеся мечты… — Мне кажется… Нет, я уверена, что много лет назад здесь убили мужчину, повесили и похоронили — как будто принесли в жертву. По-моему, присутствие его духа я чувствую.

Мать вздохнула, выпрямила спину и посмотрела на встроенные в духовку часы:

— Почему ты меня об этом спрашиваешь? Я никогда в жизни не видела привидений.

— Ты же чувствуешь атмосферу. Ты знала, что мы с Тильдой не будем в безопасности с той женщиной, и позже даже сказала, что в ней было что-то дьявольское!

— Да, сказала. По телефону она мне показалась совершенно нормальной, у нее были хорошие рекомендации, но когда я вошла в тот дом… — мать замолчала. — Что-то не так было в ней самой. Но она же человек, живой человек. Чем может тебе навредить мертвец? Будь он трижды хорош или плох при жизни, после смерти он уже ничего не может сделать.

— Ты не веришь в привидения?

Мать постаралась ответить как можно более уклончиво:

— Я этого не говорю. Не знаю, что ты видела, но вот что я тебе скажу: никогда не слышала, чтобы привидение кого-то убило. Иначе было бы слишком страшно жить.

— Считаешь, здесь безопасно?

— А что думает по этому поводу Джей Ди?

Она повернулась и снова посмотрела на часы.

— Он его ни разу не видел.

Мать встала, Линзи тоже.

— Останься повидаться с Джеем Ди.

— Не могу, мне уже пора. Сегодня вечером у меня встреча. Линзи, что бы тебя ни беспокоило…

— Я просто хотела рассказать это тебе.

— …поделись с Джеем Ди. Вот мой совет. Ни один из моих браков не закончился удачно, но я точно знаю: если у одного из супругов неприятности, это так или иначе влияет на другого. Если ты не выговоришься, станет только хуже.

И все-таки Линзи не прислушалась к совету матери. Она разозлилась, когда та сказала, что мертвые не могут навредить живым. Ей не хотелось, чтобы Джею Ди стало так же страшно, как и ей. Его способность ничего не замечать как будто защищала ее. Однажды вечером, проходя мимо кухонного окна, она заметила краем глаза за кучей гравия ту же скорчившуюся фигуру. Линзи остановилась и уставилась в окно. К ней сзади подошел Джей Ди.

— Что ты там увидела?

— Не знаю… Посмотри сам, там, за гравием, видишь?

— Это большое или маленькое?

Она вытянула руки в стороны:

— Большое.

— Я ничего не вижу.

Как только он это сказал, видение исчезло.

Но ощущение присутствия чего-то страшного все равно осталось, и даже усиливалось по мере того, как дни становились короче. Каждый раз, когда Линзи приезжала домой и выходила из машины, ей казалось, что сейчас на нее нападет убийца. Но как только она добегала до дома и запирала за собой дверь, это чувство немного ослабевало. Она позволяла себе расслабиться.

То, что муж не видел мертвеца и не чувствовал его присутствия, немного успокаивало Линзи. Ей казалось, что рядом с ним она в безопасности. Единственное, чего она опасалась, — остаться в доме ночью одной.

Очень скоро ей это предстояло.

Два раза в месяц Джей Ди уезжал в длинные рейсы с ночевкой. Ночевка была обычной практикой, чтобы водители не превышали разрешенный лимит времени за рулем. Раньше все водители, включая Джея Ди, игнорировали правила, но после недавней катастрофы со смертельным исходом работодатель начал за этим строго следить.

Линзи пыталась вести себя спокойно, но все равно знала, что он заметит ее нервозность. За день до его отъезда, возвращаясь из магазина, она увидела у дома грузовик мужа. Он приехал на целый час раньше обычного. Линзи позвонила ему, чтобы сказать, что она тоже приехала.

— Я ездил в магазин, — сказал он, — и купил тебе сюрприз, кое-что для дома. Мне показалось, что это тебя обрадует.

Ставя свою машину рядом с машиной мужа, Линзи чувствовала себя счастливой — пока не увидела нечто ужасное: дверь в дом была широко открыта.

Бросив сумку, телефон и пакеты с продуктами в машине, она, вбежала в дом, громко выкрикивая имя мужа.

— Что случилось? — Джей Ди был на кухне. Повсюду валялись обрывки упаковки, а на столе стоял какой-то прибор.

— Ты оставил дверь открытой!

Стиснув челюсти, сжав кулаки, она пыталась взять себя в руки.

Он подошел к ней и обнял:

— Да что такое? Ты поцарапала машину?

— Нет, с ней все в порядке. И со мной тоже. Просто я… Я увидела открытую дверь и подумала… что кто-то вошел в наш дом…

— Ну и что? Ты же знала, что я тут. Я разговаривал с тобой минуту назад.

Линзи пыталась придумать правдоподобное объяснение. Не хотела говорить о своем ужасе, ведь мертвец, которого она видела сначала в канаве, а потом ближе, почти рядом с домом, теперь находился внутри. Она знала, что это правда. Чувствовала, что хрупкая безопасность дома уничтожена старым призраком.

— Скажешь мне, что случилось? — голос у Джея Ди был мягким и совсем не сердитым.

— Не знаю, — ответила она едва слышно и прижалась к нему. — Просто я увидела, что дверь открыта, и испугалась.

— Ух ты. Тогда сегодня я правильно сделал, что купил это.

Она притворилась, что ей интересно. Он сказал:

— Я тебе все покажу, но только после того, как мы хорошенько обыщем дом и убедимся, что кроме нас тут никого нет.

Конечно, в их просторном, светлом, не заставленном мебелью доме почти не было мест, где мог бы спрятаться взрослый человек, но Линзи знала, что незваный гость умеет становиться невидимым. Ей было непонятно, почему она получила проклятую способность видеть его. Ей захотелось, чтобы и Джей Ди хоть раз заметил мертвеца, тогда бы он узнал, что ей пришлось пережить, и они смогли бы обсудить, как себя вести, если в твой дом проник призрак.

Но никто из них не увидел ничего необычного, и Линзи сделала вид, что успокоилась. А Джей Ди продемонстрировал ей новейшую модель системы видеонаблюдения. Снаружи были установлены камеры, и, глядя на экран телевизора в спальне, Линзи могла следить за участком и всеми подъездами к нему. Теперь, если она услышит снаружи какой-то посторонний шум, ей не нужно ни выходить, ни даже выглядывать в окно, чтобы узнать, лиса это, порыв ветра или деревенские подростки, заглянувшие покурить травку или заняться любовью. Линзи постаралась как можно искреннее поблагодарить мужа, ведь он хотел сделать как лучше. Джей Ди не знает, что современные технологии бессильны против того, чего она боится.

Должно быть, он все-таки заметил, что сигнализация не совсем ее успокоила, поэтому предложил на время своего отсутствия пригласить ее мать. Его отношения с тещей были натянутыми, поэтому предложение выглядело очень благородным. Но она все равно отказалась.

— Затевать такую канитель каждые две недели? Ну уж нет! Мне нужно привыкать проводить ночи в одиночестве. Сегодня и начну, — сказала она ему, обняв и поцеловав на прощанье.

День прошел довольно спокойно. Под музыку канала «Радио 1» она красила стены в комнате наверху, где они собирались устроить детскую. Светло-желтая краска — хороший выбор для ребенка любого пола, но одну стену она обязательно оклеит обоями, а рисунок выберет, когда будет точно знать, кто у нее родится.

Часов в восемь вечера она поговорила с Джеем Ди по телефону и заверила, что вполне справляется. Он пообещал перезвонить позже, но если у него не получится, пусть она сама ему позвонит, когда будет ложиться. Она согласилась, хотя и не представляла, как будет засыпать без него. К десяти вечера она порядком устала, но, подумав о том, что ей предстоит ночь в одиночестве, спустилась вниз, допила бутылку вина и стала смотреть по телевизору какой-то дурацкий фильм, пока чуть не уснула прямо на диване. Поднявшись в спальню, Линзи забылась тревожным сном.

Она проснулась от звука, который спящий мозг не воспринял как угрозу. Она совсем не испугалась, скорее была озадачена. Который сейчас час? Рядом с ней в постели кто-то лежал. Но если Джей Ди дома, кто тогда открывает дверной замок внизу?

Приподнявшись на локоть, она погладила того, кто был рядом, по плечу:

— Джей Ди! Дорогой, просыпайся!

По знакомому пиканью внизу она поняла, что кто-то отключает сигнализацию. Кому еще известен код? Может, это кто-то из обслуживающей компании, но…

— Дорогой? — ей по-прежнему не было страшно, она просто не понимала. Линзи потянулась к выключателю и услышала на лестнице чьи-то шаги.

— Джей Ди! — позвала она громко и требовательно, включила лампу и, прикрыв от света глаза, отдернула простыню, в которую он завернулся с головой. — Дорогой, просыпайся.

Когда она увидела, что лежало рядом в позе эмбриона — с обнаженной коричневой ссохшейся кожей, в обтягивающей шапке и с безмятежной улыбкой на мертвом лице — крик застрял у нее в горле. В тот момент, когда Линзи потеряла сознание, она успела заметить стоявшего в дверях мужа. Но смотрел он не на нее.

Через несколько секунд она очнулась и смогла, наконец, закричать, очень громко закричать. В ужасе выскочив из кровати, она вдруг увидела, что в ней никого нет.

Уже у двери она снова оглянулась. Кровать была не просто пустой, но еще и смятой лишь с той стороны, где лежала она сама. Никакой вмятины на подушке Джея Ди, которая бы свидетельствовала о том, что на ней лежала чья-то голова, не было. Она выглядела такой же нетронутой, как и утром, после того, как Линзи убрала ее. Но Джей Ди видел его, она заметила направление его взгляда, и, что гораздо важнее, выражение его лица, которое до конца жизни не забудет.

— Джей Ди? — окликнула она, но голос был не громче шепота.

Где он? Ее муж исчез так же внезапно, как и тело призрака. А вдруг все это — просто лишь ночной кошмар, и она только что проснулась?

Войдя в гостиную, Линзи почувствовала сквозняк. Она включила свет, входная дверь была распахнута настежь. Еще на лестнице она услышала хорошо знакомый звук двигателя — кто-то завел машину Джея Ди, резко сдал назад и, шурша колесами по гравию, рванул прочь от дома.

Она еще раз зачем-то позвала мужа по имени, сбежала по ступенькам, потом снова вверх за телефоном, представляя, как покраснело его лицо, забилась вена на виске, на полных бешенства глазах выступили слезы. Как он вдавливает в пол педаль акселератора, как будто скорость может излечить его от ревности.

Он думает, что видел в ее постели другого мужчину. Почему он не остался, почему не начал на нее кричать, не набросился с кулаками? Нужно догнать мужа, объяснить ему все, убедить его, что он ошибается…

Но в трубке звучал голос автоответчика. Линзи нетерпеливо слушала инструкции, готовясь оставить сообщение, когда вдруг услышала визг тормозов и лязг металла. Она поняла, что произошла авария. Сердце забилось где-то в горле, она схватила ключи и босиком, в ночной рубашке, побежала к своей машине, думая лишь о том, что нужно ехать к нему, помочь, спасти. Эта мысль не оставляла ее до того самого момента, когда она подъехала к месту аварии на перекрестке с главной дорогой и увидела в придорожной канаве его выброшенное через лобовое стекло тело, лежащее на боку, со сломанной шеей.

Content

Лиза Татл
Человек в придорожной канаве