Наталья Романова

Баба Яга

Часть первая. Апгрейд по-русски

Пролог

Погода не радовала. Стояла поздняя, промозглая, сырая осень, неся уныние и скорбь тем, кто не обладал от природы оптимизмом и способностью видеть в этом не самом приятном времени года 'багрец и золото', а также 'пышное природы увяданье'.

Редкие прохожие торопились, чтобы поскорее нырнуть в теплоту подъезда и насладиться горячим чаем со сваренным почившим в лету летом вареньем.

Близились сумерки. Одинокая старушка не спеша пересекала шоссе в совершенно не приспособленном для этого месте, на самом оживлённом из всех перекрёстков. Возмущённые водители сигналили, визжали тормоза. Один из самых нервных даже выскочил на проезжую часть, чтобы отругать неразумную пенсионерку. Однако, едва взмахнув рукой, тут же остановился, рассеянно кивнул головой, сел обратно в авто и продолжил путь. А старушка продолжила свой неторопливый вояж.

Добравшись до середины, женщина остановилась, поплотнее закуталась в клетчатую тёмно-зелёную шаль и рассеянно огляделась по сторонам. Серебристая слегка подержанная иномарка мягко подрулила к незадачливой пожилой даме, боковое стекло сползло вниз, и грубоватый женский голос произнес.

— Вам что, жить надоело? Садитесь в машину.

Старушка радостно закивала головой, торопливо забралась на сиденье рядом с водителем. Машина тронулась с места, тут же затерявшись в общем потоке автомобилей, спешивших поскорее отвезти хозяев по домам.

Ведь это была пятница! Правда, тринадцатое…

Глава 1

Я — за справедливость. Даже если меня лишают квартальной премии, молчать не стану. Ну не могу я молчать, когда восемнадцатилетнему лодырю племяннику директор платит ни за что, да ещё и за счёт премии сотрудников.

С возмущением отставив подальше от греха полулитровый бокал с остывшим растворимым кофе, и, подперев голову кулаком, я уставилась в окно, за которым уныло моросил мелкий осенний дождь.

Мимо меня на цыпочках прошмыгнула секретарша, оставляя после себя сладковатый запах живанши. 'И на что только покупает', - подумала я с досадой.

Весть о том, что всех сотрудников лишили в очередной раз квартальной премии, будоражила офис с самого утра. Настроение у всех было испорчено окончательно и бесповоротно. А огня добавила я лично, после того, как получила нагоняй ни за что от старшего менеджера. Ладно бы ещё за дело, а то…

Как всегда, в такие минуты, все проблемы скатились в большой снежный ком, норовя раздавить окончательно. Где взять денег на кредит, взятый летом для покупки машины? И вообще, как выжить на деньги, оставшиеся после оплаты коммуналки за двушку, доставшуюся после бабушки? Девушка я крупная во всех отношениях, и покушать люблю.

До кучи вспомнилась ещё одна не успевшая затянуться душевная рана. Прошлой весной пришлось принять нелёгкое решение. Закончить высшее образование на звании бакалавра. Разболелся отец и платить за обучение стало некому.

Ход мрачных мыслей за жизнь был прерван возгласом секретарши.

— Сорокина! Зайди к директору!

После этого я где-то с полчаса слушала наставления шефа и в какой-то момент видимо отключилась.

— Настасья Пална, вы меня слушаете?

Я покивала головой.

А дальше… Дальше шеф мне озвучил… просьбу, после которой нестерпимо захотелось довести до сведения некоторых малолетних лоботрясов, какой ценой сотрудникам офиса даётся их ничегонеделание. Сотрудникам, которые в поте лица ежедневно сражаются за высокие прибыли и рейтинги фирмы.

В общем, шеф весьма настойчиво попросил меня помочь его племянничку с отчётом по практике. Оказывается, наш лодырь числится студентом в каком-то институте, и никак не может сдать отчёт за прошлый учебный год. Пыхтеть и плеваться было бесполезно, а вот поговорить с нахлебничком я мечтала.

Выйдя из кабинета, я поплотнее прикрыла дверь, и с видом победительницы окинула взором притихший офис. Нашла в укромном уголке посапывающего и ничего не подозревающего горе-практиканта, и, подойдя к столу, приподняла увесистую папку и со всей силы хлопнула ею прямо перед носом.

Тот взметнулся, посмотрел на меня пронзительным карим с желтизной глазом из-под нависшей чёлки, повёл носом, расширил глаза, и… зарычал. Ну не фига себе!

— А не желаете ли обсудить ваш отчёт по практике, сударь? — предельно вежливо вопросила я, сверля наглеца глазами. Поди кроме ленты твиттера и не читает ничего, малолетка необразованный.

Пацан зевнул и ответил.

— Отчего же не обсудить. Давайте обсудим, Настасья Пална.

Ах ты ж! Как изъясняться умеет, эстет доморощенный. Ну ладно.

— И где же ваш отчёт, сударь? — голосу пришлось придать больше строгости. Пусть знает, что у меня халявы не будет.

— А нет отчёта, — нагло развел руками горе-студент, и даже не покраснел. Одновременно показалось, будто в глазах пацана заиграли искорки смеха…

— И плана поди нет?

— И плана нет, — снова развел руками юный дармоед.

— И как же вы собираетесь отчитываться за практику? — спрашиваю, а у самой аж руки чешутся. Так и хочется наглеца за длинную чёлку как следует оттаскать.

— Что-то мне подсказывает, что именно с вашей помощью, Настасья Пална, я этот отчёт сделаю горааааздо быстрее, — теперь парень ухмылялся в открытую, показывая все свои идеальные тридцать два.

— Помощь… хммм, это навряд ли. А вот надзор за вашим отчётом я обеспечу. Темку не припоминаете?

— Припоминаю.

— Отлично! Вот лист формата А4. Приступайте к написанию плана. Я потом проверю.

И я развернулась в сторону своего рабочего места, дабы больше себя не искушать желанием стукнуть гадёныша как следует. Однако, далеко уйти мне не дали.

— Ээээ, Настасья Пална!

— Мда?

— А не могли бы вы мне помочь сформулировать хотя бы первые несколько пунктов?

Несколько? Ну, несколько, я б могла, конечно. Иначе, сегодня кроме темы на этом листе ничего не появится.

Пришлось присесть рядом на стул.

А дальше так как-то получилось, что я очень быстро забыла о собственно цели нашей беседы. Незаметно от темы 'Операционные системы семейства UNIX' мы перешли на 'Особенности эксплуатации мультимедийных устройств'. И я узнала много интересного о том, как можно использовать обычный сотовый телефон в нестандартных ситуациях. В общем, общались мы часа два без перерыва, пока секретарша Наташа, выразительно глядя, не постучала издали по пустой руке, напоминая, что пора на обед.

Пока я дожидалась своей очереди в кафешке, перед глазами снова и снова возникала наивная, и в то же время хотромудрая мордаха Кирилла.

Кирилл оказался настоящей кокеткой. Разговаривая со мной, он то и дело взмахивал стильной чёлкой в пол-лица, и одновременно снимал мою реакцию. Зачем это было ему нужно, я не поняла. Но в тот самый момент карий игривый глаз юного мачо вспыхивал искрой, давая мне понять, что мой интерес к нему замечен. Кирилл знал, что мне нравится. Флиртун несчастный…

Мдаааа… И ростом пацан мне почти до середины лба… Крупный, в общем, мальчик. Да собственно есть в кого. Шеф наш тоже не из мелких.

Почему меня так рост интересует? Да потому что девушка я не стандартная. Мои метр девяносто мне самой очень даже нравятся. А вот что касается противоположного пола…

В общем, ситуация складывалась не из лёгких. А что, собственно, я переживаю? Во-первых, крутить романы с красавчиками не с моей внешностью. Да и по возрасту я ему никак не подхожу.

В общем, я постаралась забыть, а вернее, забить на всё это, и успокоиться. Вот только судьба решила иначе, и приготовила мне нежданный сюрприз.

Кирилл умудрился в меня влюбиться. В меня! И теперь надо мной потешался весь офис.

И спрашивается, чего этот малолетний соблазнитель во мне нашёл… или потерял. Непонятно.

Только вскоре я начала получать знаки внимания от тайного поклонника. То шоколадку найду в столе, то журнальчик под папочкой. Поначалу только удивлялась, а девчонки посмеивались. Мне и в голову прийти не могло связать тайного поклонника с Кириллом. Кто мог подумать, что незначительный и непродолжительный трёп может так повлиять на мальца.

Офис посмеивался, и я тоже. Но сослуживцы оказались шустрее, и поклонника моего вычислили. Чувствуя, что 'погода в доме' сменилась, я заволновалась и решила принять срочные контрмеры.

На следующий день я устроила засаду. Зная, что директор приходит на час позднее, я добыла у уборщицы ключ, и заняла местечко в первых рядах, поставив стул в кабинете шефа прямо перед приоткрытой дверью напротив собственного стола.

И что я вижу! Этот юный прохвост, крадучись и оглядываясь по сторонам, подбирается к моему столу, и, спрятавшись за чёлкой, суёт что-то в стол! Только я было собралась возмутиться, как что-то ёкнуло в груди, и осталась я сидеть как сидела, задумавшись не на шутку о том, что в дом мой порядочного мужика ни разу не заносило. И вот, уже смирившись с одиночеством, заслужила я у небес… подарочек.

Прервал мои размышления директор. Пришлось выходить из засады и объясняться. Повод нашёлся быстро. Я ещё вчера собиралась спросить у шефа, не у него ли завалялся контракт с новым клиентом.

Усаживаясь за стол, я обратила внимание, что офис как-то притих, наблюдая за мной. Видать народ решал, пойду я наглеца пороть, или примусь шантажировать его дядюшку.

Сам Кирилл глаз на меня не поднимал. Хорош был чертёнок, конечно, да не про меня. Захотелось поплакать. Назревала депрессия. Срочно требовался апгрейд. Напиться что ли? Ну нет. Помнится, в прошлый раз я чуть не отравилась, влив в себя парочку бутылок чего-то крепкого.

Попробую выбить клин клином — решила я. Необходимо перебить назревающую депрессию мышечной активностью. Тем более, что хоть до возраста Христа и есть у меня десяток лет, если подумать, не так много и остается. Пора что-то предпринять, пора. Конечно, плохо, что ориентиров женщине свыше не обозначили. Мужикам — посадить, построить и родить… Ну, как бы родить, понятно. А вот молодой женщине спортивного телосложения, 'почти зеленоглазой' брюнетке с нестандартной внешностью… Коня на скаку? Так это ей пожизненно полагается.

Пока я так раздумывала, углядела на столе у секретарши журнал 'Досуг'. В разделе с объявлениями, в основном, звали на танцы. Каких только не предлагали — и стрип на пилоне, и трайбл по-восточному, и сальсу по-испански. Было предложение заглянуть внутрь себя и развиться там с помощью медитаций. И вот почти в самом конце я наткнулась на знакомый призыв. Спортивный клуб 'Рогоз' предлагал посетить пробное бесплатное занятие по спортивному ориентированию. И самое главное, сообщалось, что занятие будет проходить в ближайший выходной в том самом городском парке.

Повздыхала я, вспомнила свой вечно перемазанный в земле и паутине спортивный костюм. И решила тряхнуть стариной.

Ещё в далекие школьные годы страстью моей стало спортивное ориентирование.

Разбудите меня ночью и спросите, в какой стороне 15 градусов северной широты — покажу пальцем и не ошибусь.

Путешествовать я и теперь люблю. В моей не очень большой жизни событий уже хватает на несколько личностей.

Однажды, в походе по горным рекам Кавказа, потеряв проводника, которому вдруг вздумалось уйти срочно по своим делам, поголодав сутки, я подняла народ, и мы бодренько так, в полном составе, вернулись на базу.

Скандалом тоже руководила я. Ну не могу я молчать, когда кто-то очень сильно неправ.

В общем, когда рабочий день благополучно подошел к концу, я сунула журнал в сумочку, твердо решив кардинально изменить жизнь к лучшему, и отправилась домой.

А у подъезда меня поджидал мой юный поклонник.

Из машины я вышла не сразу. Ну что ему сказать? Что я для него слишком взрослая? Он и так в курсе. Сердцу не прикажешь. Оно либо бьется в истерике при виде любимой, либо молчит.

Сидеть бесконечно в машине не было смысла. Парень решил со мной поговорить и никуда уходить не собирался. Пришлось сдаваться.

— Привет, Кирилл.

— Привет, Настя. К тебе можно?

Ничего себе! Отшить? Или всё-таки предложить чашку чая?

— Ну заходи, коль настаиваешь.

На кухонном столе у меня как всегда застаивалась пара немытых чашек. Ну не люблю я посуду мыть вовремя. Так что пусть юный поклонник начнет знакомиться с объектом обожания с изучения некоторых недостатков. Возможно, пыл поутихнет, и все само рассосётся.

Кирилл терпеливо ждал, пока я помою посуду и поставлю чайник.

Потом мы сели за стол, и я решила начать нелегкий разговор.

— Кир, я понимаю. Природа зовёт, и всё такое… Но… Чёрт возьми! Ответь мне, парень, на вопрос, который мучает меня с самого утра — что ты там во мне разглядел такого, чего за мои двадцать три до сих пор не разглядел никто и даже я сама?!

Слова мои и для меня оказались полной неожиданностью. Но… мне очень нужно было знать. Очень! Почему никто на меня до сих пор не позарился? И за что вдруг послали силы небесные испытание в лице подростка желторотого? Решили посмотреть, а не станет ли Настасья Пална совратительницей малолетних? Злые слёзы подкатывали к глазам и грозили затопить ситуацию самым банальным образом.

Тут мой Ромео протянул руку и погладил меня по волосам.

— Ты очень необыкновенная, Настя, — чуть слышно произнес Кирилл.

Вот оказывается где собака порылась…

— Кир, а с какой стороны ты это разглядел, а? В чём таком неведомом для меня моя необыкновенная притягательность заключается? Нет, конечно, я необыкновенная… то есть нестандартная женщина. Но…

Кирилл потер пальцем переносицу, пошмыгал носом, ухмыльнулся и сказал.

— Ты пахнешь по-особому.

Тема грозила получить нежелательное направление.

— Значит так, Кир. Мы с тобой чаю попьём, ты пойдешь домой и подумаешь. Знаешь над чем? Над перспективами наших с тобой отношений. Сразу скажу, что мне желательно сохранить с тобой дружбу и сотрудничество. Нам с тобой еще твой отчёт по практике писать. Не забыл? Я, конечно, тебе благодарна за весь шоколад и не только, но давай остановимся просто на дружеских отношениях, ладно?

Пацан вздохнул, и согласно кивнул головой.

Глава 2

В субботу, сунув в сумку, приобретенную накануне новенький спортивный костюм и кроссовки, я отправилась в городской парк. Встреча назначена у фонтана. Мимо не пройдёшь.

Еще издалека я заметила кучку юнцов, столпившуюся возле парня спортивного вида, про которого я сразу подумала — тренер. Юнцы уже вполне освоились и дружно над чем-то гоготали. У тинэйджеров это быстро. По младшему братцу знаю. Скучковались, перезнакомились и всё — готовы вместе рысить куда пошлют. Взрослая и такая серьёзная я в эту компанию не вписывалась никак. Мысль неприятно кольнула, но я её быстренько заткнула куда подальше и уверенно пошагала знакомиться.

— Привет! — бодренько крикнула я в толпу.

Тут же на меня уставились с десяток любопытных глаз.

— Привет! Ты к нам? Как звать? — единственный, кто мне ответил, был тренер.

— Настя звать. Опыт есть, — все это я произнесла довольно громко и быстро, чтобы избежать дополнительных вопросов.

Молодняк, услыхав про мой опыт, чуть поостыл. Открытое презрение в глазах тинэйджеров сменилось равнодушием.

До часа 'пи' оставалось минут пятнадцать. Юные следопыты про меня очень быстро забыли и, пошушукавшись, снова загоготали о чём-то о своём.

А я решила присмотреться к будущим соратникам повнимательнее. Весь молодняк в количестве девять состоял из шести ребят и трех девчонок. Девочки просто пришли поддержать своих тигров. Спортивное ориентирование их явно не увлекало. А из ребят особо выделялись двое лидеров. Один русоволосый, коротко стриженный, улыбчивый. А второй рыжий, смешливый, вихрастый и задиристый.

Тренер назвался Иваном. И вот он-то как раз и привлёк моё более пристальное внимание. Не прост был Иван. Чувствовалось в нём что-то харизматичное, и как-то это не сочеталось в моём представлении с образом тренера по спортивному ориентированию. Дело было даже не во внешности. Внешне Иван как раз был очень даже спортивен. Мышцы — там, где надо. Ни намёка на жировые отложения. Да и роста довольно внушительного, хотя до моего и не дотягивал. Волосы светлые, пониже плеч, сзади схвачены резинкой. Глаза серые, искристые. Одет в джинсы и куртку, на ногах кроссовки. Вроде обычные вещи, но качество… Рассматривая кожаный лейбл на джинсах, пока тренер, отвернувшись что-то объяснял ребятам, я подумала — такие в обычном супермаркете не купишь.

Вскоре настало время 'че', и мы потянулись за тренером в парк.

Тут накрыл первый сюрприз. Переодеваться негде. Раньше у нас был свой сарайчик в дальнем углу парка. Теперь на том месте темнела огромная куча мусора. В общем, понятно — бегать мы будем в чём пришли.

Ладно, я это предвидела, надела на всякий случай старенькие джинсы. Но переобуться всё-таки решила. А что? Мне мои туфельки еще пригодятся. Попробуй, купи такие — размер у меня будь здоров! А вот одной нашей барышне после сегодняшнего дефиле придётся с сапожками на каблучке сантиметров десяти распрощаться точно.

— Ну что, начнём? — Иван всех собрал покучнее и приступил к инструктажу.

— Значит так. Ваша задача разбиться на пары. Вот карты. Вот компасы. Начинаем отсюда. Цель — сосна с искривлённым стволом, помеченная на карте звёздочкой. Задание не сложное. Всё! Приступили!

Ребята загалдели, обсуждая кто с кем пойдёт в паре. А я решила подождать. По логике вещей кто-то останется без пары, а значит пойдет со мной. Я, как 'хитрая Маша', карту и компас ухватила одной из первых. Поэтому особо не переживала.

Но меня обломали. Кто-то решил пойти втроём. И уже через минуту я стояла в гордом одиночестве. Зато с картой и компасом.

Ладно. Посмотрим, кто первый. Я-то этот парк знаю, как свои пять пальцев.

Сориентировавшись по компасу, я рванула к первому обозначенному ориентиру, опережая первую группу участников забега. Надо сказать, карты как всегда были расписаны на несколько маршрутов, чтобы народ не толпился. Но тут сыграл роль стадный инстинкт и отсутствие всякого опыта. Народ кинулся за быстро обозначившимися лидерами, одним из которых предсказуемо оказался рыжий. Русый со второй группой маячил где-то справа.

Пока рыжий разбирался с первым ориентиром, я уже бодро трусила в направлении своего, чем изрядно расстроила парня, в карте у которого было немного другое направление. Первопроходец в спортивном ориентировании мои уверенные передвижения воспринял как предположительно верные. Во всяком случае, вид у него был довольно растерянный. И мне стало его жаль. Я сложила ладони рупором и прокричала:

— На меня не смотри! В картах всегда несколько маршрутов! — рыжий в ответ кивнул и уткнулся в свою карту.

Ну а я потрусила дальше. Где-то на третьем ориентире меня чуть не догнал русоволосый. Видно, этот дуб на пригорке был обозначен и у него. Ничего, бывает. Нормально.

Дальше я ушла в отрыв и очень скоро потеряла из виду и того и другого.

Настроение было прекрасным. Свежий осенний воздух — стылый, но не обжигающий как при заморозке, бодрил. Ветви на голых осенних деревьях напоминали тонкое кружево. А разноцветный ковёр из опавших листьев радовал глаз пестротой красок.

А это кто? Не птичка, нет… Белка! Белка в нашем парке? И какая хорошенькая! Рыжий мех лоснится, а черные бусинки глаз поблескивают.

Белочка словно дразнила меня, перескакивая с ветки на ветку снова и снова. Надо же! Смелая, не боится.

Зверек вдруг замер, внимательно рассматривая меня с нижней ветки дуба. Я решила подобраться поближе. О! Кажется, я знаю, чем рыжульку угостить. Осторожно расстегнув сумку, я нащупала пакет с прихваченным на всякий случай пирогом. На природе я покушать люблю.

Растерев кусочек пирога в крошки, я осторожно протянула ладошку навстречу белочке. Та заводила мордочкой, ловя запах свежей выпечки. А потом осторожно потянулась мне навстречу. А белочка-то совсем непуганая. Вот она уже опирается на мою руку, принюхиваясь к лакомству. А вот уже схватила кусочек и принялась тут же есть, усевшись на задних лапках и придерживая лакомство передними.

— Природу любишь? — кто-то произнёс совсем близко за моей спиной.

Если бы я не боялась спугнуть белочку, подпрыгнула от неожиданности. А так только сердце ухнуло куда-то вниз.

Обернувшись на голос, я увидала мужичка. Вроде и не старик, но и не молодой. Росточком мне по плечо будет, с лохматой шевелюрой незаметно переходящей в курчавую бороду. На лбу тряпица вышитая. Как ее современные любители этноса называют, не помню. Пальтецо коричневое. Поверх шарф пушистый вязаный накручен. Стильный такой дедок. На ногах сапожки на шнуровке. И тоже то ли разрисованные, то ли вышитые, не поймёшь. Опирается на палку. С такой грибники по лесу ходят. Только вот грибов в нашем парке отродясь не росло… Тут я огляделась по сторонам и обомлела. Какой парк?! В нашем вытоптанном парке никогда валежника не бывало!

— А ты, дедуль, кто? — растерянно спросила я незнакомца.

— Я-то? — Дедуля хитро усмехнулся в бороду, блеснув зеленоватым глазом. — Я — местный. Живу тута. Недалеко. А ты? Как звать?

Так. В такой форме вопрос мне уже сегодня задавали… Иван, точно. Он тоже спросил, как меня звать…

— Настя… — ещё больше растерявшись, ответила я.

— Ну а что ж ты, Настя, растерялась? — мужичок надо мной явно посмеивался. Смешливые искорки так и играли в хитрющих глазах.

— Растеряешься тут… — это были мысли вслух.

Белочка меж тем догрызла кусочек пирога и потянулась за следующим. А я только заметила, что так и стою с протянутой ладошкой.

— Заботливая. Природу любишь. Ориентируешься неплохо. Ну а сказки любишь? Как к сказкам относишься?

— Нормально отношусь. Как к сказкам.

Мужичок хмыкнул в усы, покашлял.

— Ну а как я леший если?

— Прикалываетесь, дедуля? — шучу, а внутри паника. Парк-то родимый где?

А дедуля мне в ответ.

— Да нет, не прикалываюсь, красавица. Леший я и есть.

Ну про красавицу дедуля конечно загнул. Я красавицей сроду не была.

Дедуля меж тем посмеивался все больше. Того гляди и расхохочется мне в лицо, Сусанин.

— А если я тебе работу предложу? Бабой Ягой будешь?

Тут уж стало смешно мне. Я так и прыснула. И про лес забыла. Только руку белке всё-таки держала. Та уж последнюю крошку забирала.

— Ага. А зарплату ты мне, дедуль, шишками будешь выплачивать.

Старичок посерьёзнел.

— Ну зачем же шишками… Да и не положено нам зарплаты-то вовсе. Мы на лес работаем. Лес нас кормит. Так и живём.

Хотела я уж было сказать 'Не, дедуль, меня бесплатная работа не интересует', но тут ещё голос послышался.

— Не торопись, Насть. Отказаться всегда сможешь, — обернувшись, я увидала Ивана.

— Ага. А ты… Иван Царевич?

— Кхем… Ну да. А что, не похож?

Ситуация складывалась патовая. Два маньяка на меня одну… Нет, я их конечно могу попробовать уложить, однако что-то мне внутри подсказывало, что не справлюсь. И я рванула туда, откуда пришла.

Только вот лес обратно в парк превращаться не спешил. Впереди обозначился край обрыва, а внизу речка… Откуда речка?! Я этот парк с детства истоптала вдоль и поперек! У обрыва я резко затормозила и заглянула вниз. Тут меня и накрыла паника. А сзади послышался спокойный голос Ивана.

— Насть, да вернём мы тебя, коли откажешься. Не сомневайся. Выслушай только спокойно.

Дедок тоже тут был. Из нас троих запыхалась я одна…

Похоже, выбора у меня не было.

— Ладно, говорите. Слушаю.

Старичок зыркнул на Ивана, покашлял в кулак и предложил.

— А может мы в избушке поговорим?

— Ага, на курьих ножках? — ляпнула я машинально.

— Точно, — заулыбался дедок, — в ней родимой и поговорим. Она уж поди застоялась без хозяйки-то. Соскучилася.

И Иван поддакивает.

— Ага. Тимофей жаловался — вся как есть паутиной заросла.

Ну, сказочники, ладно. И я решила выиграть время. Куда приведут, там посмотрим. Если что, буду убегать. А что остаётся?

И мы пошли. Лес выглядел необычно. То и дело среди общей привычной осенней картинки в поле зрения попадали такие островки красоты необыкновенной, что невольно хотелось остановиться и поглазеть с открытым ртом. То дерево с листьями изумрудными словно брильянтами росой окропленными, под деревом куст с такой же сверкающей на солнышке листвой. И все это гармонично растет на сочном островке из мха, по виду на нежнейший бархат похожем. И тут же гриб лезет такой, что не надо, а сорвать тянет. А то в просвете болото вдруг зазеленеет бархатистой тиной. А тина то ли мелкими цветочками, то ли камушками усыпанная. И какие камушки на тине? Вот и думай.

Шли недолго, хотя я, увлеченная загадками природы, счёт времени совсем потеряла. Наконец, вышли на полянку, а на полянке избушка. Замшелая, почти по окошко в землю вросшая. Ножек курьих не видать. Может, присела? И тут дверь со скрипом приоткрылась и из избушки нам навстречу кот чёрный вышел. Даже не кот, котище. Огромный такой. Раза в два больше любого обычного кота. Хвост трубой, идет вальяжно, неторопливо. А глаза-то! Того гляди, зелёными искрами сыпать начнет.

Подошёл котяра к нам и… заговорил. У меня челюсть и так до полу была, а тут и вовсе там застряла.

— Привели наконец-то! А я уж тут совсем измучился. Всё рассыпается без Яги-то.

Вот тут я и поверила… Только во что? Что слегка шизанулась? И теперь у меня коты-гиганты разговаривают, старички лешими представляются, а спортивные мачо Иванами Царевичами. Ох, кажется, мне сейчас плохо станет.

— Держи ее, держи, счас ить упадет, — кричал где-то рядом кот. Сильные руки подхватили меня и понесли…

Понесли? Меня?!

Глава 3

Сознание полностью возвращаться никак не желало. Все вокруг выглядело размытым и слегка покачивалось в такт движениям того, кто меня нёс на руках. Потом я почувствовала под собой твердую поверхность, застеленную мягким. Еще через какое-то время удалось сосредоточиться на деталях. Комната напоминала горницу деревенского дома, знакомую по детским воспоминаниям. Сверху нависал потолок из тёмных бревен, украшенный паутиной и тенятом. Ещё удалось рассмотреть пару окошек, которые почти сливались со стенами из-за скопившейся копоти на стёклах, деревянный грубо сколоченный стол возле окна, да лавку возле стола, отличавшуюся от первого лишь высотой.

Слева я рассмотрела занавеску в мелкий невзрачный цветочек, отгораживающей простенок между печкой и бревенчатой стеной. Из щелей на стенах свисал то ли мох, то ли истлевшая до состояния мха ткань. На противоположной стене прилепилась едва различимая полка с какими-то давно не помнившими рук человека банками и бутылками.

И они хотят, чтобы я тут осталась жить?! Маньяки глючные! Я им что, рабыня Изаура? Ну все, надо делать ноги, и как можно скорее.

— Очнулась, золотая наша! — кинулся ко мне кот, увидав, что я открыла глаза. — Вот и как такую в Яги брать? Она ж колдовать не сможет. Тута комплекцией не возьмёшь. Тута характер нужон.

В поле зрения показался давешний дедок.

— А где я тебе другую возьму? Мы и так пол-рассеи перелопатили, пока ее нашли. Единственная! И способность проходить, и белка вона ее признала. И лес пока шли сюда приветы дарил. А слабость известно от чего. В первый раз через проход кто идет — завсегда мутит.

Я меж тем горло слегка прочистила и решила спросить.

— Это про какой такой проход речь?

— Дык в карман проход, — усмехнулся дедок. — Никто до тебя пройти не смог. Ты одна и прошла.

Тут Иван обозначился. Присел возле меня на корточки и заговорил.

— Мы, Настя, в кармане обитаем. Таких карманов — у каждого этноса свой. Было время, когда люди туда-сюда запросто ходили. А теперь вот лишь единицы могут.

— Значит, вы эти… наши сказочные герои? — Мои собеседники дружно закивали головами. — Что-то не похоже, — я решила прояснить немного ситуацию. — А где одежда сказочная — кафтан там, сапожки красные узорчатые… Почему вы выглядите как современные люди?

Иван заулыбался.

— Обижаешь, Настя. Думаешь, если в реале научный прогресс, то этнос безнадежно отстал? Это не так. Мы даже учимся в ваших вузах. Я вот недавно МГИМО закончил. Факультет — связи с общественностью.

— Ага, — Так значит? Они значит к нам запросто, а мы к ним никак? — А чего ж вы тогда сюда возвращаетесь? Ну и жили бы в… реале. Пользовались бы благами цивилизации.

— А зачем? — заулыбался еще больше Иван. — Природа у нас первозданная. Да и магия, однако. Как без магии? У вас всё на бензине работает. А у нас на магии. Никакого вреда природе.

Да. Ловко устроились. И всё то у них зашибись.

— А куда ж свою Бабу Ягу дели?

Тут все трое переглянулись, завздыхали. А Иван произнёс с грустью в голосе.

— Кончились у нас Яги, Настя. Последняя почила с полгода назад. И с тех пор больше никто так и не нашёлся. Уж по всем лесам-полям-городам искали. Царь-батюшка клич кликнул. Даже из своих Василис-Елен пытались определить. Только избушка никого не принимает.

— Ну и жили бы без Яги дальше. У нас вон красная книга скоро лопнет от того, что исчезло с лица земли. Ничего. Выживаем.

Иван зыркнул на меня недобро и проворчал себе под нос.

— Вот именно что, выживаете.

Замолчали мои собеседники, стали переглядываться.

— Ну, чего мнетесь? Говорите уж всё как есть.

Дедок решился первым.

— Непорядки в лесу начались у нас, Настя. Какая-то нечисть лезет. Премудрые уж думали-думали, откуда и что. Так ничего и не решили. Есть мнение. Из соседних карманов нечисть лезет. Яги-то нет. Яга лес стережёт. Заодно за вратами приглядывает. Кому попадя бродить по лесу не разрешает. А теперь пригляду нет, ходи кто хошь.

Тут Иван решил высказаться.

— Нет, конечно, мы ж не в каменном веке живем. Премудрые давно правила выписали. Патрули назначили. Ответственный есть вместо Яги. Сейчас Премудрый Василий трудится.

И всё то у них логично. На вранье хотела поймать, не вышло. Ну и как мне быть? Ладно. Потянем время, подумаем.

— А нет ли чего поесть?

Тут что-то в печке грохнуло, зашипело и из нее повалил дымок. Серенький такой. Запах странный. На серу вроде похож…

— Ох, батюшки, — запричитал кот и бросился к печке. — Не поклонимшись, не попросимши. Так и пожару дождаться недолго.

Лапы у кота оказались довольно ловкими. Видать не первый раз заслонку в печке открывал. А как открыл, так вместе с заслонкой и присел. В печке кто-то копошился. Кто-то черный и мохнатый.

Иван кинулся вперёд, и вытащил на свет существо, смутно напоминающее барабашку из передачи про экстрасенсов.

— Ты хто? — с претензией в голосе вопросил нечто кот.

Нечто дрыгало короткими тонкими конечностями в воздухе и молчало как партизан. Тут Иван сделал свободной рукой пас, и шерстяной комок застыл в воздухе. Причем натурально. Иван обе руки убрал, а оно висело. Круто…

Дедок подобрался поближе и ткнул пальцем пришельцу в бок.

— Мягкой какой. А морда-то! Глянь! Свиная! Как есть чёрт! Шпиён!

Иван меж тем вышел в сенцы и вернулся с верёвкой. Скрутив шпиёна потуже, подёргал, проверяя узел на прочность, и снова пасанул рукой. Чёрт отмер и плюхнулся на пол, одновременно глухо крякнул.

Иван направил на пришельца острый указательный палец, на котором сверкнул фиолетовым кристалл в витиеватой оправе. Камень слегка светился изнутри.

— Ну, чертяка, говори немедля кто и зачем тебя послал.

Чёрт молчал.

— Неа, не скажет, — констатировал кот.

— А мы вот ему говорильничку счас, — дедок пошарил за пазухой, вынул тряпицу, сложенную в узелок. В тряпице оказался серенький порошок. Дедок поднес тряпицу поближе к морде супостата и дунул. Чёрт задергался, зачихал, а потом заговорил.

— Хозяин послал узнать, кого Бабой Ягой назначат.

— А хозяин кто? — решил уточнить кот.

— Высший демон, Аск Горн.

— Таааак, — протянул Иван, — понятно. Значит вон кто тут интерес проявляет. Из нижнего кармана интерес, значит? Странно… Вроде у нас договор. Ну, сами черти понятно, твари не разумные. Иногда лезут и пакостят. Но чтобы сами хозяева шпионов засылали… Это новости.

Все замолчали. Я скромно сидела на лавке и переваривала увиденное и услышанное. В голове был кавардак. Сложно всё уложить по новой, если только что твое миропредставление порушили до основания.

Ну лешие и царевичи могли как-то объясниться, но вот говорящие коты и висящие в воздухе черти… Это был перебор.

Первым общее молчание нарушил Иван.

— К премудрым надо. В столицу.

Все засуетились. Иван сгрёб чёрта в охапку и накрыл его тряпицей, найденной где-то опять же в сенцах. Да так и всего наследства лишиться можно! То верёвку, то тряпицу… Ээээ… это я о чём?

Выходя из избы, Иван обернулся.

— Настя, очень тебя прошу. Подожди пару дней. Не уходи. Сама видишь, как всё не просто складывается. Вот вернусь, и ты решишь всё окончательно. Договорились?

Ну вот и кто меня заставил головой кивнуть в ответ? Уж не колданул ли Царевич? С него станется.

Кот вышел вслед за Иваном — провожать. Последним избушку покинул леший.

— Тимофей за тобой приглядит! — бодренько так прокричал мне из двери. — Да и я быстро обернуся. Только царевича до опушки провожу.

И я осталась одна. В избушке на курьих ножках. Хотя, сильно сомневалась, есть ли они у неё вообще. Впрочем, теперь может оказаться, что есть… Дааа, дела.

А кушать-то хотелось. Чего там Тимофей причитал? Не попросимши? А никто и не предупредимши. Попробовать что ли? Торопиться некуда.

— Избушечкаааа, покушать бы чего, а?

В ответ — тишина. Ладно, по-другому попробуем.

— Так, значит. Ежели я тут остаюсь Бабой Ягой, то извольте позаботиться, чтобы я с голоду не окочурилась.

Что-то зашуршало, заскворчало и из печки вкусно запахло едой. Ну то-то! На душе стало теплее и веселее. И я потянулась к печке за вкусненьким.

Потолок для меня в избушке низковат, но я привыкла. В транспорте всегда наклоняться приходилось.

Поискала глазами вокруг, нашла тряпицу чистую, и как заправская хозяйка, прихватив горячую ручку заслонки, потянула на себя. Внутри обнаружился чугунок. И уже через минуту в горнице стоял аромат от пшенной каши. И как же давно я не ела каши, приготовленной в русской печке.

Дверь скрипнула, и в проёме нарисовалась морда кота Тимофея. Глаза у кота норовили вылезти из орбит от удивления. Я только усмехнулась. Знай наших. А то — не спросимши, не поклонившись. Вот и спросила. И кланяться не пришлось.

— Чего стоишь, давай за стол. — Тимофей запрыгнул на лавку рядом со мной, и я, по-хозяйски, подвинула плошку с кашей и протянула ложку. С ложкой кот управлялся славно.

— Значит, признала тебя избушка, — услыхала я сквозь кошачье урчание.

— Может и признала, — фыркнула я в ответ. — Лучше скажи, где посуду помыть.

— Не надо мыть. Само чистым будет.

— Это как?

— А вот так.

Только кот это сказал и ать. Все чисто. Я даже ближе к окну чугунок поднесла, чтобы на свету проверить. Чисто! Дааа… Значит, правда всё. Никакой не глюк. Сытость в желудке ощущаю. Каша была настоящая и очень вкусная.

Пока кот посуду обратно в печку запихивал, я решила попытаться получить кое-какую дополнительную информацию.

— Тимофей, а не ввёл бы ты меня пока в курс дела, а? Всё-таки знаешь, решение мне принимать серьёзное. Ответственность и всё такое. Вдруг не справлюсь?

Кот показательно вздохнул, оперся подбородком на лапу и задумчиво уставился в окно. Выглядело забавно.

— Не справишься, точно. Бабы Яги всегда друг дружке знания передавали. А тебе кто передаст? Кто научит? Думаешь, просто колдовать?

— Так может мне отказаться?

— Хм, а кто Бабой Ягой будет?

— Ну, не знаю, найдёте ещё кого-нибудь.

— Это вряд ли. Тебя карман не просто так впустил. Выбрал, значит. Первый случай за последнюю сотню лет. Видать, прикатило.

Мы ещё какое-то время посидели, глядя в окошко, повздыхали. В горнице было тепло. Куртку я сняла еще перед тем, как за стол сесть. На мне был серенький шерстяной свитер и джинсы. Ноги в сапогах уже припекало и хотелось их снять. Я поискала глазами по горнице и увидала в углу лапти. Ну что ж, лапти так лапти. Надо же, и размерчик подходящий. На носок как раз.

Лапти оказались уютными и легкими, словно сланцы. Кот на меня посмотрел, хмыкнул и сказал.

— Разве что попробовать. — И скрылся в простенке за занавеской. Потом чем-то там скрипел и шуршал. Наконец, вернулся к столу, прижимая к груди небольшой круглый подносик, словно неимоверную ценность. Как оказалось, за подносиком скрывалось большое румяное яблоко. И поднос и яблоко кот торжественно водрузил на стол.

— В общем, вот. Давай, кати.

— Что катить?

— Яблочко по блюдечку! Али сказок не читала?

— Какое же это блюдечко? Это подносик целый.

— А ты кати давай, не придирайся.

Ну я и покатила. Да не так. Надо было держать подносик в руках и качать, чтобы яблочко двигалось равномерно вдоль бортика…

Училась я долго. Кот весь изнервничался, пыхтел и плевался, пока я высунув язык, наклоняла поднос в разные стороны, иногда роняя яблоко на стол. В такие моменты мне казалось, что хвостатый готов меня порвать на ленточки. Чувствую, держится из последних сил. Пришлось утроить старания. Наконец, я приноровилась, и яблочко покатилось равномерно… само! Я осторожно поставила поднос на стол и с восторгом наблюдала за очередным чудом, происходящим у меня на глазах.

— Ну наконец-то, — кот закатил глаза и выдохнул. — Теперь смотри.

— Куда смотреть?

— В центр смотри! Куда-куда.

В центре поначалу клубился то ли дымок, то ли туман, а потом прояснилось. И мы с котом увидали Ивана, скачущего на коне.

— Тим, а почему у вас царевич по старинке на коне передвигается? Вы ж вроде как с нами сотрудничаете. Могли бы что-то посолиднее использовать.

— А зачем? — усмехнулся кот.

— Ну, скорость у коня маленькая. Автомобиль быстрее едет.

— Это у ваших лошадей скорость маленькая, а у наших ого-го какая. Вона вишь, Ванечка только что на опушке с Ефимом простился, а ужо к столице подъезжает.

— Это как?

— А вот так.

Интересно. Но кот объяснять подробности не торопился. Ладно. Ишь, эколог несчастный. Не больно-то и хотелось.

— Тим, а что этот подносик еще может показать?

— Во-первых, не подносик, а блюдечко. А, во-вторых, ты ещё нам не родная, чтобы мы тебе все секреты зараз выкладывали.

Вона как. Ну и ладно. За окном вечерело. На стенах призрачные свечечки зажглись. Я зевнула и спросила.

— А спать где? На лавке?

— За пологом, — и кот кивнул на занавеску в простенке.

Я решила осмотреть место будущего ночлега на предмет соблюдения хотя бы минимальных правил санитарии. За пологом, как его назвал кот, обнаружилась лежанка с подушкой в цветочек, накрытой стёганным лоскутным одеялом. Я осмотрелась повнимательней. Всё было хоть и простенько, но довольно чистенько и миленько. Странненько. Вроде, как и для роста моего подходяще. Я примерилась. Да, убираюсь, и даже ноги вытянуть смогу.

Я вышла в горницу и осмотрелась повнимательнее. Все как-то стало чище и приятнее глазу. Дерево на потолке, полу и стенах будто ожило, приобрело приятный коричнево-золотистый оттенок. На окошке забелели ажурные занавесочки. Откуда? Потолок как будто выше стал. Наклоняться больше не надо. На стене между полок обозначилось большое поперечное овальное зеркало в темной резной деревянной оправе. Любопытно.

Я подошла к зеркалу и произнесла заветные сказочные слова.

— Свет мой зеркальце, скажи, да всю правду доложи, я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?

Зеркало замутилось и в центре появилось лицо, напоминающее маску. Вместо глаз черные дырки. Как в мультиках. Правда всё, значит?

— Нуууу, на счёт румяна и бела не знаю… Хотя, вообще-то ничего.

Ну не фига себе.

— И на том спасибо… — задумчиво произнесла я, рассуждая про себя, какой-такой вопрос я ещё могу задать этому засранцу.

— А скажи-ка мне, зеркальце, зачем к нам чертяку заслали?

Маска в зеркале довольно долго молчала. Только слегка колыхалась в зеленоватом тумане. Думает — сказать или нет. Или ответ ищет?

Наконец, зеркало заговорило.

— Правитель подземного мира желает захватить это пространство.

Таак… Значит, правитель подземного мира прознал, что карман без присмотра оказался, и жаждет прибрать к рукам? Мдаа… Что-то мне это совсем не нравится.

— Кот, а скажи-ка мне, как с царевичем связаться?

Кот, уже устроившийся сбоку у теплой печки на низкой скамеечке на ночлег, поднял голову. Взгляд его выражал крайнее удивление.

— Никак не связаться.

— То есть ты хочешь сказать, что в век технологий, когда изобрели интернет и сотовый телефон, у вас нет двусторонней связи? Ну ты меня прямо поражаешь.

Кот посопел и сказал:

— У хозяйки свой способ связи был. Она голубей держала.

— Ага. И голуби на чердаке?

— Были… когда-то, — тут кот облизнулся.

— И что делать станем? — с угрозой в голосе вопросила я.

— Подождем, — предложил мохнатый обжора.

Ах ты ж! Ну нет. Ждать я не стану. В таких делах, кто обладает информацией, тот и царь! Так, кажется.

— А ты, зеркальце, что предложишь?

Зеркало пошло волнами. Потом выдало.

— Могу послать фантом.

Я потёрла руки.

— Отлично. Передай царевичу, что Настя тебя спросила, а ты ей сказал… сказало… Ну не важно. Главное, дальше всё чтобы слово в слово. Понял? — ло…

— Понял. — Маска… улыбнулась. Изображение заколыхалось и пропало. Передо мной снова висело обычное зеркало.

Кот виновато полизал лапу и завозился, сворачиваясь в клубок у тёплой печки. Проходя мимо, я машинально наклонилась и почесала его за ухом. Кот в ответ презрительно хмыкнул. Уже задергивая занавеску, я пробормотала, зевая.

— Спокойной ночи.

Кот ответил чуть слышно.

— И тебе, хозяйка, спокойной.

Глава 4

Я ещё дремала. Вставать не хотелось. За занавеской чуть светало. В горнице было тихо. Лишь приглушенный птичий щебет напоминал о том, что в данный момент я нахожусь в сельской местности. В полудрёме крутились мысли о приключившихся со мной необыкновенных событиях.

Не всё так просто было в сказочном царстве-королевстве. К примеру, откуда тут вообще демоны? С какого перепугу? Ни одна русская народная сказка ни о каких демонах не упоминает. А тут какой-то нижний карман… Нет, конечно я до вчерашнего дня и о верхнем-то кармане ничего не знала. Этносы… Вроде современное понятие. Но по сути ничего общего с сектой современных солнцепоклонников не имеют. Впрочем, если учесть, что эти самые этносы в нашем мире бродят как в своём, не удивительно, что и одежда у них осовремененная, и язык более близок используемому в реале.

Эх, Настя, давай, просыпайся. Чувствуется, ждут тебя великие дела. Как раз соответственно росту и комплекции.

Только было я уже решила окончательно проснуться, как за стеной завыл ветер. Ветки близ растущих деревьев застучали и заскребли о стены. Из-за занавески показалась морда Тимофея. В выпученных глазах кота читался страх.

— Вставай, хозяйка. Пришли супостаты тебя изводить.

— Какие-такие супостаты? Ты чего несешь, хвостатый?

Я кинулась к окну, на ходу натягивая джинсы и свитер. За окном творилось светопреставление. По воздуху летали ветки и мусор помельче. Все крутилось и вращалось с огромной скоростью. Сквозь сплошную завесу что-то ещё разглядеть было невозможно. А на полянке, судя по звукам, явно что-то происходило. Кроме завываний ветра, слышался скрежет и треск. Будто кто-то очень большой лупил со всей силы железом по дереву.

— Лешак сражается, — шёпотом мне в ухо доложил кот.

— Он же вроде с царевичем ушёл, — засомневалась я, стараясь почему-то тоже говорить тише.

— Вернулся уж, поспел, — ответил мне кот.

Ну вот и что делать? Сидеть и ждать, кто победит?!

— Тим, а Баба Яга чего бы сделала?

Тимофей посмотрел на меня презрительно и прошипел.

— Настоящая Баба Яга много бы чего смогла. К примеру, лес позвала бы на помощь. Но лешак уже позвал. Так что сиди и не рыпайся.

— Ну, Тим. Может я все-таки чем-нибудь смогу помочь? — не унималась я.

— Все в сундуке. Под лежанкой, — отмахнулся от меня котэ и уставился в окно.

А я пошла на поиски баб-ягинских сокровищ. Под лежанкой обнаружился большой кованый сундук из потемневшего от времени дерева, который собственно и служил лежанкой. А в сундуке том нашлось много чего диковинного. И сапоги красные, и скатерть вышитая, и гребень… Гребень!

Я схватила гребень и ринулась на выход.

— Кудаааа?! — заорал дурью Тимофей мне во след, обхватил башку лапами и зажмурился.

Входная дверь приоткрылась не сразу. А в щель моментально надуло мелкого мусора. Тем временем, я кинула гребень, и не имея ни малейшего представления о том, что делать дальше, посильнее зажмурилась и представила себе…

За дверью загудело, словно в гигантском медном тазу по стенкам возили огромной железной поварёшкой. Потом послышались неясные голоса. Будто гигант кричал в рупор, усиленный через микрофон, призывы идти вперед.

Жутко хотелось посмотреть, что происходит снаружи, но дверь открывать было боязно. Кинулась в горницу к окошку. Тимофей держал хвост трубой, загораживая обзор. Хвост слегка подрагивал от возбуждения.

— Ну что там? Получилось? — так и хотелось отогнать хвостатого от окошка. Постеснялась, однако.

— Получилось! — орал кот, потрясая хвостом. — Получилось! Наши побеждают! Урра!!!

Стало немного обидно. Как подвиги совершать, гребни в бурю метать, так мне. А как «Ура» орать, да победу праздновать, так некоторые усатые тут как тут?!

Снаружи ещё немного пошумело, и стихло. Скрипнула входная дверь и ещё через минуту из сеней послышался громкий стон. Я кинулась на звук. В сенцах, привалившись к стене, на полу сидел лешак. Видок у него был ещё тот. Одежка в лохмотьях, в торчащих в разные стороны волосах мелкий мусор, лица за грязью почти не различить.

— Дедуль, ты живой? — прошептала я, вглядываясь лешаку в лицо.

— Я тебе не дедуль. Ефимом меня зовут, поняла? — и на меня взглянули усталые, но довольно молодые пронзительные зеленоватые глаза.

— Поняла… Тебя, Ефимушка, может на лавку в горницу?

— Нееее, Настюх. Я тута маленько полежу. Небось, не помру. У нас у леших свои сроки.

И леший Ефим притих. А мне приспичило. Я открыла дверь на улицу и осмотрелась. Вслед мне полетело очередное наставление от кота.

— За избушку зайди!

Понятно, удобства на улице. Ну я и пошла. Пока шла, ворчала. И кто мне ещё тут будет про блага цивилизации втюхивать? Ни туалета нормального, ни душа.

Когда я возвращалась, окинула полянку взором и расстроилась. Вся полянка в ветках, в мусоре. Пошла искать гребешок, и… нашла! Будто сам в руки прыгнул.

Когда вернулась, Ефим все ещё отдыхал в сенцах. А в горнице кот хозяйничал, на стол накрывал.

— Давай, хозяйка, лешака зови, обедать будем.

— Ефим сказал не трогать. Пусть отдыхает. Мы ему оставим.

— Зачем? Ему свеженького, когда проснется, попросим.

На столе дымилась гречневая каша, источая сладкий аромат. Пыхтел самовар. Румяные плюшки пахли свежей выпечкой. Кот выложил кашу из чугунка в глиняные плошки. Потом достал банку с вареньем, и сунул было лапу внутрь.

— Ээээ! А ты лапы мыл?!

Кот обиженно на меня посмотрел и поставил банку на стол. Я пошарила на полке и нашла небольшую плошку. Как раз под варенье.

Пока чай пили, я решила все же уточнить.

— Тим, а у вас что, ни канализации, ни водопровода?

Кот обиженно на меня посмотрел и сказал.

— Штойто? У нас всё есть. Только некоторые по привычке на двор норовят.

— Тааак… А раньше сказать не мог?

— Не успел, — в глазах кота читалось злорадство вперемешку с ехидством. Ах ты ж подлюка! — Ну рассказывай.

Кот потянулся, зевнул.

— А что рассказывать? Вона в сенцах вход в подсобные помещения.

Я не поленилась посмотреть. И правда, в сенцах обнаружилась неприметная дверка. Избушка оказалась внутри больше, чем снаружи. Открыв дверку, я попала в небольшую комнатку. С одной стороны — лавка, а с другой — раковина и ванна. И раковина, и ванна были из… огромных перламутровых раковин. Или просто стилизованы под огромные перламутровые раковины. Как-то не верилось, что такие могут существовать в природе. В раковину по желобку откуда-то из-под потолка стекала тонкой струйкой вода. Рядышком еще дверка, за ней унитаз, бачок наверху, водичка журчит. Эти удобства мне были знакомы хорошо. Ну что ж, всё честь по чести. Я вернулась в комнатку, подставила руку под струю — холодная. Подержала подольше, вода начала теплеть. Уууу, горяченькая пошла! Повертела желобок — и в ванну налить можно. Увидала еще дверку. Заглянула — банька. С лавочкой. В углу — горстка увесистых булыжничков. Рядышком желобок и опять-таки откуда-то сверху водичка течёт. Так, жить можно. И… не принять ли мне душ? И приняла. Водичка мягонькая. На полочке мыло жидкое пахучее в плошке глиняной. Рядышком мочалочки висят. В предбаннике в шкафчике простынка мохнатая нашлась. Настроение поднялось, и я затянула любимую «Естудей». Нравилось мне эту песенку битловскую искажать на русский лад в минуты отдыха и умиротворения. Не стыдно? Да нет. Я ж не публично. В одиночку можно и поёрничать.

Когда вернулась в горницу, помытая и запахом луговых трав пропитавшаяся, Ефимка за столом кашу уплетал.

— Ну как ты, Ефимушка, отудобел?

Лешак на меня посмотрел подозрительно. Повел носом, глазом сверкнул. Запах понравился. Ухмыльнулся. Интересно, сколько ж лешаку лет? Я прищурилась, пригляделась. Не было б бороды, лет тридцать пять, сорок дала, не больше. Даааа, молодой дедок, однако ж оказался.

— Нормально, отлежался, — высказался лешак, внимательно следя, как я его осматриваю, да раздумываю. — А ты молодец, Яга. Гребешок кинуть догадалась.

Я налила себе чайку свеженького, вареньице придвинула поближе, и пристроилась на лавке с краю.

— Ага. Как гребешок увидала, так и вспомнила. В сказке какой-то в детстве читала. Там помнится, тоже гребешок кто-то за спину кидал и что-то там росло. То ли лес, то ли войско какое. Не помню. Раздумывать было некогда.

Чаёк был хорош. На травках. Некоторые я знала и могла определить по аромату — мелисса, лимонник, мята. Но была ещё примесь каких-то пахучих трав, которых я не знала.

— Настён, на полянке прибрать бы надо, — посетовал Ефим.

— Метлу что ли в руки взять предлагаешь?

— Ну зачем же метлу? — хохотнул лешак, — Ты просто выйди и скажи.

— Что сказать?

— Слова.

— Какие?

— Так. И кто это у нас только что из гребня войско вызывал?

Я вздохнула и пошла на улицу. Волосы после баньки еще не совсем просохли… Может, конечно, у них тут и аналог фена имеется. Но это потом.

На крылечке остановилась, вдохнула чистого стылого осеннего воздуха. Погода солнечная, хотя день за полдень давно перевалил и уже ощущалось приближение сумерек. О буре уже ничто не напоминало, кроме мусора. Так, ну и что же нам с мусором сделать? Попросить, чтобы сам убрался? Не послушается. Значит, попросим то, что послушается. Я прикрыла глаза и мысленно закрутила воздух перед собой, помогая для верности руками. Послышалось слабенькое завывание ветра. Я приоткрыла глаза. По полянке носились два небольших вихря вбирая в себя, словно два пылесоса, мусор из веток и мелких камней. Когда на полянке мусора не осталось, я направила вихри в лес и тряхнула руками. Вихри рассыпались. Мусор сложился в кучку. Чистенько? Ну и ладненько.

Только было я решила вернуться в дом, глядь, белочка, старая моя знакомая, к крылечку подбежала, носик в мою сторону тянет.

— Что, рыжуля, за лакомством пришла?

Пришлось идти искать остатки плюшек. Плюшки оказались съедены. Но для белки печка расстаралась еще одной.

Ближе к вечеру, кот, глядя в окно воскликнул:

— Ну вот и Ваня вернулся!

Ваня вернулся не один. Вместе с ним в избушку ввалился огромный мужик. По виду — настоящий былинный богатырь. Только без кольчуги и шлема. Странно такой фактурный герой смотрелся в тесном кафтане, плаще и шляпке, видом на тирольскую похожей. Я на что девушка крупная, но этот экземпляр меня превосходил по всем параметрам точно.

Царевич представил гостя.

— Это, Настен, Василий Премудрый. Он за вратами в реальный мир пока присматривает. Ну и так ещё кое-чем по мелочам ведает… тоже.

Я не удержалась и спросила:

— А вы, Василий, телосложения, я извиняюсь, богатырского. Почему в Премудрых?

Василий сверкнул весёлым васильковым глазом в мою сторону и хохотнул мне в ответ.

— Призвание у меня такое.

Мне стало стыдно. Ну вот зачем полезла? Теперь дурой и ханжой выгляжу. Они тут продвинутые, образованные. Не смотри, что сказочные. Одежда, хоть и стилизованная, но выглядит современно. Сегодня и Иван, и Василий были одеты почти одинаково — в тесноватые, видать по моде, кафтаны с вышивкой. Василия я сумела в деталях рассмотреть, как только богатырский сын скинул широким жестом походный плащ и шляпу. Вышивка на рубахе-косоворотке, и на кафтане тоже, была мелкой и ажурной. Кафтан хоть и напоминал чем-то виденные мною в старинных иллюстрациях к русским народным сказкам, смотрелся на фигуре богатыря покороче и потеснее. И цвета не пестрели как на тех картинках, а скорее сочетались. На Иване был похожий камзол темно-красного цвета с бордовой вышивкой. А на Василии синий с черной, едва приметной на синем фоне, вышивкой. На ногах небольшие и тоже вышитые узорами кожаные сапожки.

Иван заметил моё внимание и пояснил.

— Вышивка, Настён, это очень важный элемент в одежде этносов. В узоры вплетаются оберёги от всякой нечисти и злых сил.

Ну что ж, понятно.

Сели за стол. Кот подсуетился, добыл где-то квасу в высокой глиняной крынке. А пока квас пили, ужин подоспел. Щами запахло. Надо будет подсмотреть за котом, когда он из печки продукты достает. Так, на всякий случай. Горячее в печке — понятно, но одновременно холодный квас — откуда?

Первым заговорил Василий.

— Ну что, други, с боевым крещением вас. — И поднял кружку с квасом над столом, оглядывая всех с высоты своего немалого роста.

Все завздыхали, поминая утреннее нападение.

Василий продолжил.

— Настя, тебе особое спасибо. Быстро освоилась. Молодец. И про фантом сообразила.

Я было хотела рассказать про зеркало, но смолчала.

— Ефим, видел ли ты, кто за Ягой приходил?

— Видел. Демон это. Из подземного кармана.

— Значит, решили, пока Яга силу не набрала, с ней справиться? Придётся подмогу кликать. Кого звать будем? Стёпа на Смородине змея пасёт. Снова проснулся, гад трехглавый.

Дальше Иван заговорил.

— Царь-Батюшка велит Кощея звать.

И мужики принялись обсуждать подробности предстоящих дел. Поначалу я всё понимала, и старалась следить за ходом мысли, но постепенно неясностей становилось всё больше, и в какой-то момент я поняла, что могу лишь тихо слушать и внимать. Я вздохнула, и решила подумать о своём.

Ну и во что ты, Настя, вляпалась? Бабой Ягой стала? Кому из знакомых расскажи, засмеют. А ведь я и впрямь стала. Вот уже и домой не рвусь. Никто и не спрашивает. И я молчу. А почему молчу? Я что, уже решилась? Может, побыть тут за Бабу Ягу, пока всё не утрясется, а потом вернуться? А ведь не утрясётся, чует моё сердце. А ведь если удастся стать настоящей Ягой, то возвратиться и оставить свой ставший уже практически родным карман без защиты, я уже не смогу. Врожденное чувство ответственности и справедливости не позволит.

Я снова вздохнула и окинула взором горницу. Млин, мужиков-то сколько в гостях. И все как на подбор. Даже Ефимушка. Не гляди что косматый, да ростом маловат. Приглядись, так совсем молодой ещё. Глаза-то, глаза-то! Глянь. Так и стреляет. Да посмеивается ещё… Ну вот почему мне кажется, что он знает, о чём я тут сейчас подумываю, а? Лешак несчастный. Ефим и правда словно услыхал. Зыркнул на меня и усмехнулся себе в усы. Мне стало неловко. Кто их леших знает. Может и впрямь мысли читать умеют.

— Я, Настя, тут недельку поживу, — обратился ко мне Василий. — Помогу чем смогу. Но тебе все равно придётся самой учиться. Книжку я тебе привёз. Её мой отец составлял. Как знал, что труд его вскоре пригодится. Так что читай и учись. Вот.

И Василий выложил на стол небольшую книжицу в коричневом кожаном переплёте.

Ну вот тебе, Настя, и учебник по Баб-ягиной науке. Я открыла книжку на первой странице и прочла: 'Мастерство Бабы Яги'. Скупо так названо. Но, главное — понятно. Заглянула внутрь. Читать можно, написано по-русски. Уже хорошо. Правда, буковки витые, заковыристые. Но фразы сформулированы по-современному. Ну и не удивительно. Раз они в наших университетах учатся. Вон Василий тоже небось академию какую окончил. Умный. То есть Премудрый.

— Ладно, — сказал Василий, вставая из-за стола. — Скоро стемнеет. Пора шатёр ставить. Да и хозяйке отдых нужен.

Ну и слава богу. Я, честно говоря, подумывала уже над тем, как гостей разместить в моей горнице. Но как-то мысль не додумывалась до конца. А тут всё само и решилось.

— Ах да, — остановился в дверях Василий. — Отправь-ка, Настя, фантом Кощею. Пусть собирает рать свою поскорее. Чтобы к завтрашнему утру тут был.

И я осталась с Тимкой в горнице думать, как сформулировать послание Кощею, чтобы он вместо того, чтобы прийти меня защищать, не попутал чего ненароком, и не припёрся меня прикончить. Судя по моим познаниям русского фольклора, Кощей персонажем был весьма опасным и мстительным.

Встала я перед зеркалом, посмотрелась, повздыхала, волосы пригладила рукой. Эх! Что-то мужиков вокруг меня красивых много развелось. Хочется как-то соответствовать. Волосы после местной водички были мягонькими и шелковистыми на ощупь. На меня из зеркала смотрела я — обычная земная женщина возрастом чуть за двадцать, брюнетка, глаза серые с зеленью… Серые с зеленью?! Показалось? Похоже, показалось… В общем волосы по плечи, спортивное телосложение — не красавица, но и не уродина. Если бы захотела, любой умелый визажист сделал бы из меня 'почти модель'. Только я не стремилась.

Расчесав волосы, я обратилась к зеркалу:

— Свет мой зеркальце, ответь.

Поверхность пошла рябью, и маска с ехидной улыбочкой явилась мне вновь.

— Привет, красавица.

— Хм, не хочешь ли ты сказать…

— Нет, конечно, есть на свете другие… красавицы… — какое деликатное зеркало. — Но мне ты нравишься больше. В данный момент.

— Ээээ, а ты вообще кто?

— Я? Дух. Дух, заключённый в зеркало.

— И давно?

Маска как-то внезапно погрустнела.

— Давно…

— Ну, может расскажешь как-нибудь?

Маска выразила удивление, чуть приподняв левую бровь.

— Зачем?

— Что зачем?

— Зачем тебе моя история?

— Так. Интересно.

— Ааааа…

Маска приняла снова беспристрастное выражение.

— Хммм, дух а дух, а как тебя звать?

— А это зачем? Я — зеркало.

— Ну, просто зеркало, это как-то не по-человечески. Я как-то больше привыкла называть собеседника по имени.

— Тогда зови Сиротой.

— Сирота? Странное имя.

— А чего странного. Я изначальный Сирота и есть. Потом моё имя стало нарицательным. Одинокий дух. Сирота.

— Понятно. Ладно, Сирота. Давай поработаем. Надо нам с тобой фантом послать. Да не абы кому, а самому Кощею.

— Хм, Кощею так Кощею. Как скажешь, хозяюшка.

Сказал и… пропал. А через мгновение в зеркале неожиданно появился он… Кощей. Собственной персоной… Я сразу поняла, что это именно он. Лысоватый, худощавый, чёрные не очень густые волосы спускались чуть ниже плеч. Острый взгляд тёмных блестящих глаз из-под тонкой ломаной линии бровей, которые наполовину прикрывала чёрная лента с витиеватыми символами, плотно сжатые тонкие бесцветные губы… Значит у Кощея тоже своё зеркало есть? Ну и как же тогда сказочка про Сироту одинокого…

— Зззздрравствуте, — пролепетала я от неожиданности.

В ответ услыхала.

— Ты кто? — Кощей взирал на меня из зеркала зло и настороженно.

Я долю секунды вспоминала кто я, потом произнесла.

— Я ваша новая Баба Яга, Настя.

Кощей некоторое время молчал и пристально меня разглядывал. Мне было крайне неловко, и я просто не знала, куда смотреть. Смотреть на Кощея было боязно. Кощей это приметил.

— А чего в глаза не смотришь? Боишься?

Ну уж нет! И посмотрела.

— Нет, не боюсь. У меня для вас сообщение.

— Вот как? — Кощей хохотнул, блеснув искрой в чёрных как антрацит глазах. — И от кого сообщение?

— От меня, — с некоторым вызовом произнесла я. — На меня тут демон утром из нижнего кармана напал. Василий Премудрый порекомендовал к вам обратиться. За помощью.

— Ну?

— Вот, я обращаюсь.

— И чем же тебе, Яга, помочь? — Во гад. Издевается. Ну, погоди.

— Ну, я не знаю, чем вы можете мне помочь. Утром мы с Ефимом вдвоём управились. Боимся только, что в следующий раз демон не один придет, а с подмогой. И быть вам тогда снова без Бабы Яги.

Кощей призадумался. Потом спросил.

— Демон, говоришь? И как же вы это интересно вдвоём с Ефимкой управились с демоном?

— Ефимка — не знаю, ничего не видать было. А я гребешок кинула.

Кощей удивленно приподнял бровь. Потом тряхнул головой.

— Ладно, Яга, жди завтра к вечеру.

И пропал.

Я выдохнула и отправилась спать.

Глава 5

А поутру чуть свет, снова налетел ветер. Печная труба гудела со страшной силой. Крыша трещала. Того гляди, оторвется и отправится в самостоятельный полёт. Выглянув в окно, мы с Тимкой наблюдали, как трепало шатер наших защитников. Я было рванула наружу, чтобы позвать их в дом. Но Тимка заорал.

— Ты что! А кто с демонами сражаться будет?

Тут я вспомнила про гребешок. Вчерашний фокус снова удался. Кинула я его за дверь и быстренько вернулась в горницу, пристроилась рядом с котом у окна, наблюдая, как буквально из-под земли вырастает призрачное воинство. Зрелище впечатляло. Гигантские фигуры шагали стройными рядами куда-то вперед, буквально врубаясь в бушующую стихию, растворяясь в ней полностью. Самой битвы было не видать. Лишь клубился чёрный дым, и иногда в просветах можно было разглядеть чьи-то неясные фигуры.

Сражение длилось на этот раз гораздо дольше. Я даже проведала свой сундук на предмет наличия ещё чего-нибудь эдакого, чтобы помочь мужикам. Но так ничего путного и не нашла.

Наконец, дым начал рассеиваться, а шум битвы стихать. Мы снова победили. Лишь утих ветер, я выбежала наружу, чтобы поскорее найти героев. Но герои нашлись сами. Правда не сразу и не все. Первым из оседающих наземь клубов дыма, вышел Иван. Вымазанный в грязи, он брел, пошатываясь к избушке. Одной рукой тянул за собой то ли часть бревна, то ли останки палицы, которые волочились следом, оставляя глубокую борозду. Добредя до крыльца, Иван присел, выпустил обломок из рук и опустил русые кудри меж колен.

— Ванюш, может в горницу? Там лежанка есть.

Иван тяжело поднялся и, не сказав ни слова, скрылся в сенцах.

В следующую минуту я услыхала, как Иван звенит железным ковшом об обруч деревянной бадьи, которую я заготовила для бойцов, залив свежей студёной водой.

Следующим, уже из очистившегося от дыма леса, вышел Василий. Он тоже чуть стоял на ногах. Тот сразу прошёл в горницу. Глядя, как богатырь пошатывается, я решила подстраховать героя, и отправилась следом. Иван ворочался и постанывал за пологом. Я кинулась на поиски чего положить на лавку, чтобы соорудить наскоро лежанку для Василия. Но меня опередил кот, вытащив откуда-то из-за печки черную шкуру. Предположительно, волчью. Василий слова не сказал, опрокинулся на лавку и тут же захрапел. Ефим так и не нашёлся, хотя я все окрестности исходила. Звала по имени. Тимка сказал, что лешака скорее всего где-то в лесу кикиморы выхаживают. Ну что же, хорошо, раз есть кикиморы…

Я побродила ещё по поляне перед избушкой, подобрала гребешок, собрала мусор, сложила его в разметавшуюся со вчерашнего дня кучу, а затем отправилась в баню. Когда вернулась в горницу, Василий спал, и похоже позы с моего ухода не поменял. Заглянула тихонько за полог. Царевич тоже посапывал в стенку. Ну и ладно. Хорошо, что живые и невредимые.

Кот хлопотал у стола. Старался не шуметь. По горнице передвигался на цыпочках. Смотреть на это было забавно. Я похихикала, кот фыркнул в ответ. Потом я предложила поесть на крылечке, чтоб ратников не беспокоить. На том и порешили.

А после обеда я решила приступить к изучению баб-ягинских наук. Взяла книжечку заветную, пошла в баньку и там у окошечка пристроилась, подложив под бок скрученную куртку. Кот заглянул ко мне, повздыхал, поворчал что-то себе под нос. А потом притащил откуда-то подушку. Сказал, что с печки. Я поблагодарила хвостатого за заботу и углубилась в изучение науки о том, как стать Бабой Ягой.

Раскрыв книжку на первой странице, после заголовка прочла: «Никогда не злите Бабу Ягу. Яга — существо эмоционально не устойчивое и в неадекватном состоянии спонтанно может вызывать различные природные катаклизмы. Как-то — буря, ураган, смерч и прочие подобные погодные явления.» Мдааа… Неплохо было бы конечно. Особенно сегодня. Однако, в неадекватное состояние входить никак не хотелось. Помнила я, как однажды меня разозлили не на шутку. Проводку тогда порвало на куски так, что собирать её заново не стали, заменили всю на новую.

В общем, это было как бы вступление. А дальше следовала глава о сущности Бабы Яги. Подробно и обстоятельно автор изложил особенности моего вида. По его словам, выходило, что существо я магически сильное и по характеру довольно злобное. Поэтому вредить всем мне в удовольствие. Странное утверждение. Особой мстительности или кровожадности я обычно ни к кому не испытывала. Даже к тем демонам, что пытались меня убить вчера и сегодня. И тут я припомнила, что я-то как раз Яга не типичная, а пришлая.

Во второй главе автор описывал баб-ягиный быт. Самая главная помощница у Яги — избушка. А воинство у нее самое что ни на есть сильное — лес и стихии. А и не хилая из меня должна получиться волшебница!

В общем, книжка оказалась увлекательной и познавательной. Прочитав её буквально за пару часов, то есть на удивление быстро, я прислушалась к себе, и ощутила силы необыкновенные. Захотелось непременно что-то испробовать, и пошла я на полянку, поискать объект для испытаний. А там та самая огромная куча мусора, что после двух нападений образовалась. Ну вот, с неё и начнём.

Прикрыв глаза, я постояла некоторое время, настраиваясь на объект. Затем подняла кучку над землей и завертела руками, изображая мельницу. Постепенно передо мной закрутился небольшой, но довольно основательный смерч. Он вобрал в себя весь мусор, а затем прямо на моих глазах куча мусора превратилась в труху, которая опала на землю, лишь смерч закончил своё существование.

— Неплохо, неплохо, — раздался за моей спиной знакомый голос, одновременно послышались негромкие скупые аплодисменты.

Обернувшись, я увидала подъезжающего на стройном черной масти жеребце, Кощея Бессмертного собственной персоной. Кощей ухмылялся. И очень мне почему-то хотелось ухмылочку эту слегка подкорректировать.

— Эээ-эээ, потише, девушка, потише. Я ведь и рассердиться могу. Защиты-то на тебе никакой нет. — Слова Кощея прозвучали как угроза. И в следующий миг злодей пасанул, и в меня полетела сизая молния. Я инстинктивно выставила руки перед собой и с удивлением наблюдала, как передо мной вырастает ледяная стена толщиной сантиметров в десять.

— Да тебе никакая защита не нужна! — воскликнул Кощей, слезая с жеребца. — Интересно…

Мужчиной он оказался довольно высоким. Вообще, мне здесь нравилось всё больше. Почти все новые знакомые мужики, не считая лешака, были со мной схожего калибра. Кощей, правда, на мой вкус оказался худоват, однако эта природная склонность не исключала плотных мышц там, где они были необходимы. Последние хорошо угадывались под чёрным, бархатным, расшитым серебром, кафтаном. Мужик из него был бы вполне симпатичный, кабы не выражение лица. Тонкие правильные черты никак не могли укрыть презрительную ухмылку и злой прищур антрацитовых глаз.

Вообще, я заметила, что все мужики, до сих пор повстречавшиеся мне здесь, обладали очень мощной харизмой, и скорее всего поэтому казались очень симпатичными и привлекательными. Женщин я еще не встретила ни одной. Но, если судить по мужикам, они должны быть все сплошь красавицами. Кроме меня. Ну я же Баба Яга. Мне по статусу вообще полагается быть страхолюдиной. Я невольно вздохнула. Не везет… Кирилл припомнился. Вот и Кириллу мой запах понравился, а вовсе не внешность.

— Где все? — осведомился Кощей, направляясь к крыльцу.

— Царевич и Премудрый в горнице отсыпаются. А леший после нападения ещё не появлялся. Возможно, в лесу… у кикимор…

Почему-то мне стало очень неприятно дальше объясняться. Представилось вдруг, что там кикиморы с моим Ефимом вытворяют.

— Понятно, — сверкнул глазом в мою сторону Кощей и взялся за ручку двери.

В горнице слышался богатырский храп отовсюду. Старались оба потерпевших в боях за меня, Ягу.

Кощей присел у стола, потом гаркнул так, что стекла задребезжали.

— Подъём!

Храп прекратился. Василий вскинулся сразу. А царевич застонал за занавеской.

— Привет тебе, Костич. Давно прибыл?

— Только что. Вот, наблюдал, как наша новая Яга азы науки осваивает.

— Ну и как? — зевнул Василий.

— Ничего. Кое-что получается.

Я решила в разговоре не участвовать. Мало ли чего ляпнешь в таком состоянии. А состояние у меня было нервное и даже очень. Как-то мне было неуютно под взглядом Кощея. Да и отсутствие Ефима нервировало чрезвычайно. Чтобы отвлечься, я занялась обедом. Мысленно представила себе, чем бы хотела закусить, пошарила в печке. Нашла борщ и запечёную со сливками картошку в чугунках. Там же нашлась крынка с квасом. Странно. И горячее, и холодное находилось в печке одновременно. Дааа, странно, но здорово. Кот осмотрел накрытый стол и пошёл снова шарить там, где я только что выгребла всё, что было. «Шарь, шарь, усатый», — ухмыльнулась я про себя. Я-то точно знала, что ничего не осталось… Оказалось, не совсем. Котэ выудил из печки свеженькие дымящиеся пирожки. И пошёл ставить самовар.

Вскоре мы всей честной компанией приступили к обеду. Ели молча. Мужики — кто устал, а кое-кто был видимо неразговорчивым от природы.

А после обеда гости мои переглянулись, а Кощей, покашляв, произнёс.

— Осмотреться бы нужно… На местности.

Я сразу поняла, что мужики хотят посекретничать, пожала плечами, и проводила глазами гостей из горницы, ни мало о том не сожалея.

А и идите. У меня у самой есть секретные дела.

— Сирота-сиротинушка, — запела я себе под нос, направляясь к зеркалу.

Тут же в поперечном овале зеркала возникла недовольная физиономия.

— А что? Сам Сиротой назвался. Я за язык не тянула. Сказал бы как при рождении матушка назвала, стала бы так звать.

Зеркало покашляло и я чуть расслышала.

— Деодофил.

— Как? Деодофил? Даааа… Может, Федя?

— Никакой я не Федя! — ух ты, раздухарился как дух-то, того гляди, зеркало треснет.

— Окей, Деодофил. Давай-ка поработаем, — тут я призадумалась. — А скажи-ка мне, Деодофил, непросвещённому магически чайнику, как так получается, что в печке всё, что не задумаешь, появляется?

Зеркало изобразило хитрый ленинский прищур.

— Да ничего необъяснимого тут нет. У Яги давний договор с царём. А в печке прямой точечный портал в царскую кухню.

— Поняяяятно… Ладно, это я так, для общего развития.

Говоря так, я одновременно выставила на стол блюдечко с яблочком. И вот когда туман над блюдечком рассеялся, взору моему предстала такая картина.

Леший Ефим, прикованный цепями к каменной стене, бесшумно орал что есть мочи. И я бы орала, если бы меня плеткой охаживали.

— Это что ещё такое?! Кто МОЕГО лешего трогать посмел? — и я кинулась к зеркалу — Деодофил, а ну свяжи меня с этим супостатом.

Зеркало пошло рябью, а через мгновение я уже рассматривала помещение, напоминающее скорее пещеру, нежели покои. Однако, в центре высился каменный трон. И на нем восседал… рогатый мужик. Очень страшный и очень красивый одновременно. Да, бывает такое. Правильные черты лица, искаженные злобой, смешанной ещё с чем-то неуловимым, я бы сказала, с мукой, едва угадывались под пышной копной чёрных блестящих волос. Рога были у парня знатные, закрученные по обеим сторонам лохматой башки книзу. Кожа темно-красного оттенка лоснилась от пота. Жарко было в преисподней. Парень был обнажен… как минимум по пояс. Дальше было неясно. В общем, картинка меня не радовала — демон трудился над моим Ефимом, в общем, в поте лица. Гад!

Плётка посвистывала, хрипло орал мой леший, а я, вдохнув поглубже, прокричала.

— Эй, любезный! Пошто невинного мучаешь? Может, я тебе что надо вместо него скажу?

Незнакомец вскинулся, блеснув черным зрачком в мою сторону.

— Аааа… вот и новоиспечённая Яга пожаловала! — была бы моя воля, такой голос злодею я бы не отдавала. Мягкий, вкрадчивый, бархатистый. Демоницы, верно, в восторге. Настоящий злодейский мачо подземного мира.

Демон сделал знак изящной тонкой ручкой, которая странно контрастировала с остальным обликом рогатого, в сторону, и звуки избиения стихли. Лешак тихо постанывал, от чего в душе моей зрела лютая злоба, требуя немедленной мести. Демон же приблизился к зеркалу и остановился в паре шагов, с любопытством и кривой усмешкой разглядывая меня в упор.

— Так кто ты такая, Бабуся Ягуся?

Издевается, гад подземный.

— А мужчина с которым я разговариваю, не желает согласно этикету, представиться первым? — проворчала я.

— Я — Палт Ассар, — голос звучал уверенно и напористо, — Повелитель нижнего кармана.

— Ну а меня зовут Настя. Ягой прежде не была. Однако, врагам спуску не дам.

— Я уже это понял, — задумчиво усмехнулся демон.

Что-то тут было не так. Что-то мне в сложившейся ситуации не нравилось, и требовалась дополнительная инфа. Хоть и был супостат страшен, но симпатию во мне вызывал, не смотря на желание растереть в порошок. Во взгляде плескались недюжий интеллект и… усталость. Не приносили ему удовольствия муки Ефима.

А может…

— Я собственно, поговорить хотела.

— Вот как?

— Чего ты хочешь, Палт Ассар? — произнесла я, глядя на демона в упор.

Демон задумался, а потом видно на что-то решился.

— Мира я хочу.

Ответ для меня явился полной неожиданностью. С предыдущими военными действиями он никак не состыковался.

— И что же тебя заставляет, Палт Ассар, воевать со мной? Живи мирно. Кто не даёт? Я тебя знать не знаю и трогать не собираюсь… Не собиралась. И возможно, не соберусь, если мы поладим.

Демон разглядывал меня с большой заинтересованностью. Видать, решал, стоит ли вести со мной переговоры или… Наконец, лицо демона помрачнело, и он произнес.

— А ты у царя Григория спроси. Он тебе всё расскажет.

Потом взмах рукой и… нет изображения.

Значит, царя Григория спросить? А у меня под боком Иван-царевич имеется. Спрошу его для начала. А там посмотрим. Спрошу. Только одно дело сделаю.

— Деодофил! А ну-ка, друг мой, пошарь по файлам. Есть ли средство Ефима из лап демона выручить?

Зеркало долго молчало, только рябь говорила мне о том, что оно меня услыхало. Наконец, маска возникла передо мной, и я услышала ответ.

— У тебя в сундуке есть скрадень.

— Скрадень? Как выглядит?

— Ну, кружка такая жестяная.

Так, помню кружку жестяную. Еще подумала, и зачем эта железяка тут среди нужных вещей обретается?

Кружечку я нашла быстренько и Деодофил мне объяснил, что кружечка не простая — открывает точечный портал в нужном месте, создавая над объектом нечто вроде кокона. Технически — портал открывается, кружечка материализуется с соответствующими объекту параметрами, потом рраз — и кокон вместе с объектом возвращаются туда, откуда его послали.

Было страшновато, признаюсь. Всё-таки надо было точненько сработать. Увидеть Ефима без какой-то жизненно важной части, вовсе не хотелось. Поэтому, когда посреди горницы возник леший в крови и цепях, сердце моё ухнуло вниз. Я кинулась навстречу, пытаясь определить степень целости и сохранности спасённого. И только убедившись, что леший в общем-то в порядке, нашарила за собой покатившуюся в момент перемещения кружечку. Ценными предметами не разбрасываются.

А потом я выбежала на крылечко и заорала не своим голосом.

— Кто-нибудь с Ефима цепи снять может?

Мужики, стоявшие поодаль, кинулись в горницу. Только Кощей, хоть и передвигался с явно нечеловеческой скоростью, все же не бежал, а шел. И пришел первым. Потом секунду разглядывал чуть живого лешего, пасанул рукой, и цепи со звоном свалились на пол. Силён оказался Кощей. Настоящий колдун.

Тут и мы с Тимкой подоспели. Положили лешака на лавку, потом бросились к шкафчику, где по словам Тимки прежняя Яга разные полезные мази и настойки хранила. Кощей тоже сидел у изголовья и что-то колдовал своё.

— От икоты, от ломоты, от геморроя, от одышки, — перечислял, словно робот, кот. Видать учил специально. — От ран. О! То самое!

Кипяточку мы у печки попросили, тряпицы чистые в баньке нашлись. Там я два ящичка приметила. В один грязную одежку кладешь. Из другого чистую вынимаешь. Красота. Видать договор с прежней Ягой не только на кухню, но и на царскую прачку распространялся.

В общем, раны мы у Ефима обмыли. Кот бутыль с самогоном припёр для стерилизации. Потом лешака переодели и за полог перенесли. Вскоре Ефимка наш задышал ровненько и заснул, болезный. Вернее, забылся беспокойным жарким сном.

А я Ивана к столу поманила.

— Вань, а что за история с демонами? Я тут с Палт Ассаром пообщалась. Какую-такую обиду он на батюшку-царя имеет?

Иван моего вопроса явно не ожидал. Глаза серые с поволокой под ресницами чёрными густыми забегали.

— Да два года тому уж, как посольство к нам из нижнего кармана пожаловало. Только… Палт Ассар тут причём? Странно. У них повелителем Дир Анк до недавних пор был. Что-то случилось. Передрались может. Демоны — они такие. Палт Ассар демон молодой. Со мной в универе учился. Заводной, да горячий. На расправу скорый.

— Вань, а с чем послы то жаловали?

— Послы… Аааа, там какая-то катастрофа у них случилась. Царь-батюшка объяснял, что вроде как демоны потребовали свободного проживания в нашем кармане. Ну, ясное дело, демонам отказали.

Ндааа, все страньше и страньше.

— Вань, а давай с его величеством поговорим, а? Что-то то ли ты, то ли он тогда не понял. Когда я Палта этого спросила, пошто он так старается, так он мне велел с царём Григорием поговорить. А я вот с тобой предварительно решила. Тебе тут ничего странным не представляется?

Царевич смотрел на меня задумчиво. Я не мешала, пусть подумает. Наконец, мыслительный процесс у царевича завершился, и он кивнул мне.

— Давай, Настя, налаживай связь с дворцом. У царя зеркало в опочивальне есть.

Я мешкать не стала.

— Деодофил! Голубчик, свяжи-ка нас с царем Григорием, а?

Маска в зеркале чуть бровью повела, но просьбу выполнила. Своенравный дух мне достался. Как только он с прежней Ягой ладил?

Картинка, представшая перед нашими глазами, выглядела, мягко говоря, пикантно. Его царское величие предавался плотским утехам на собственном сексодроме. Я тут же рукой махнула, и царевичу сказала:

— Ничего, мы попозже заглянем.

Ушки у царевича стали пунцовыми. Ну-ну, и ты чай не мальчик поди?

— Свет мой зеркальце, а может ты нам и без царя всё расскажешь, а? О чём таком умолчал царь батюшка, когда царевичу про посольство рассказывал?

Зеркало пошло зыбью. А потом возникла картинка. Знакомая уже пещера. Только на троне сидит другой демон, седой и страшный. На голове куча наростов, асимметричное лицо в морщинах и бородавках. Ндаааа, Палт-то красавчик, однако.

Рядом с троном пониже прямо на полу сидело ещё трое демонов такой-же экзотической наружности. Первым заговорил Дир Анк.

— Ну что, ещё предложения есть? Нет? Значит, отправляем послов в верхний карман. Ты, Лод Дерн, будешь главным, тебе речь держать. Расскажешь царю Григорию, что карман наш за последние годы сократился до нескольких пещер. Демонов осталось числом около пятидесяти. Если царь не даст согласие на свободное поселение, вскоре нас вовсе не останется. Если будет выдвигать условия, соглашайся. Главное, спасти тех, кто остался. Всё.

Зеркало подернулось рябью и просветлело.

Все присутствующие некоторое время молчали, видимо пребывали в шоке от увиденного. Первым заговорил Кощей.

— Ну и чего замолчали? Лично я давно об этом знал. Нижний карман сокращается. Демоны гибнут. Повелитель нижнего кармана с большим трудом сдерживал подданных. Те уж давно к нам рвутся. А теперь, видно, власть сменилась, Палт Ассар занял место Повелителя и решил действовать по-своему.

Я покашляла и спросила.

— А я извиняюсь, почему же это вы так против миграции из нижнего кармана? Пусть они и демоны, но тоже, как и вы, имеют право на существование. Если вам они по какой-то причине не нравятся, то постарайтесь найти компромисс. Поживут где-нибудь на отшибе, народ привыкнет. А потом, может и польза какая от них будет. Я так понимаю, вы господин Кощей у нас тоже слегка демон? Вы же проживаете в нашем кармане. Ни на кого не нападаете. Вон меня пришли защищать. Может и другие демоны на что сгодятся?

Тут Василий вскинулся:

— Не сгодятся! Ни на что демоны не сгодятся. Сгинут, нам легче.

Она как… Ничего себе национализм фольклорный.

— Вась, а ты подумай. Ты ж не знаешь, от чего нижний карман исчезать начал. А ну как потом и ваш карман примется? А вам уже и узнать не у кого будет, с чего всё началось. А так, вы демонам поможете, а они помогут разобраться, проблему решить. Так вместе и выживем.

В общем, дальше началось. И страшные-то они, и сколько от них натерпелись, и кто его знает, что будет, а тут хоть какая-то ясность — читай радость извести супостатов. Ушла я от них. Заглянула к Ефиму за занавеску — не спит.

— Привет, Ефимушка, как ты?

— Твоими стараниями, Настенька, — чуть услыхала я в ответ. Мужики расшумелись не на шутку.

— Эх, Ефимушка, мала у меня избушка, однако.

Ефим с трудом краем рта усмехнулся.

— А ты её вырасти попроси. Прежняя Яга стольких гостей не принимала. Нелюдимая была. Незачем ей большая избушка была. А ты можешь хоть дворец…

— Ага, если я им дворец выстрою, они, пожалуй, тут и поселятся.

Пока я так говорила, чую, просторнее стало. Мы с Ефимкой вроде как куда-то поехали, хотя стеночка позади лежанки с места не тронулась. А когда я обернулась… Небольшая комнатка образовалась. С окошечком. Шкафчик в углу. Лавочка у стенки. И звуки спора тише вроде стали. Это за пологом дверь образовалась. Не фига себе избушка-трансформер…

В общем, посидели мы с Ефимкой немножко. Он меня за руку подержал. Я его по волосам погладила. А он притянул меня к себе и поцеловал. Нежно так, ласково. Я не сопротивлялась. Натерпелся мужик. И мне было приятно. А уж потом и вовсе подумалось, что леший очень даже ничего во всех отношениях. Ну и что, что ростом ниже. Мне не привыкать. Зато добрый, смешливый, да заботливый. А мне больше ничего и не надо. И вроде как Ефим по моим глазам все мои мысли крамольные прочёл. Вздохнул и глаза прикрыл. Ну да, не вовремя мысли-то завертелись…

— Пойду я, Ефимушка, гостей провожу. Тимку пришлю. Он с тобой посидит. Чего надо, проси, он сделает. Поправляйся, в общем.

— Угу.

И это всё? Угу? Ндаааа… А что ты ещё хотела? Ему сейчас и не до разговоров вовсе.

Гости всё спорили. Когда я дверь открыла и вошла в горницу, все притихли. Не ожидали такого архитектурно-строительного сюрприза. Но спор утих лишь на мгновение. Ничем их тут не удивишь, магов доморощенных. Иван аж вспотел весь. Спорил стоя, руками махал и глазами вращал для пущей убедительности. Василий Премудрый сидел за столом, отвернув лицо к окну, и выражал вселенское спокойствие. Реплики давал низким голосом себе под нос и сквозь зубы. Кощей расположился спиной к окну. Свет от ажурного абажура с призрачными свечками внутри отражал на лице его сетку кружева, от чего казалось, что всё его лицо покрыто сплошной беспрерывно шевелящейся татуировкой. Ишь, вояки, прям крестовый поход того гляди наладят.

— А не пора ли по кроваткам, гости дорогие? Утро, говорят, вечера мудренее.

Все подались на выход. Ефим тоже. Хоть и просила я его остаться, поковылял из горницы вместе со всеми. Лишь дверь за гостями закрылась, я позвала Тимку.

— Тим, догони-ка Кощея. Вон вишь плащ на лавке забыл.

А сама к зеркалу.

— Деодофил, а покажи-ка мне карту врат. Ага. А теперь… свяжи-ка меня, любезный, с Палт Ассаром.

Глава 6

Сбежать от кота оказалось нелегко. Усатый словно чувствовал, и никак не хотел засыпать. Всё возился на своей скамеечке у печки и… тяжко вздыхал.

Чувствовала я себя препаршиво. Словно друга предавала. Но… никакого иного выхода в обозримой видимости не наблюдалось. Поэтому приходилось импровизировать можно сказать на ходу.

Пришлось прихватить с собой плутыш. Мячик такой тряпочный. Его кинуть надо позади себя, и он будет преследователя с пути сбивать. Личный Сусанин прям. Передвигаться так, как тут передвигались местные, к примеру Иван, я еще не умела. С пространством работать непросто.

Надеюсь, они меня простят — Тимка с Ефимкой. Ну вот такая уж я поборница справедливости уродилась. Ничего не поделаешь.

Сумку заранее под подушкой на лавке припрятала. Фонарик проверила. Всегда на всякий случай носила в сумочке с собой. Взглянула на сотовый — хоть и работал ещё, сообщений и пропущенных ноль. То бишь «вне зоны доступа, мы не опознаны…»

В общем, как за полночь перевалило, потянулась я, зевнула — вроде как не спится что-то. Сумку под куртку, и на крылечко тихонечко. Вроде как подышать. Ну а там кинула за плечо плутыш, и сиганула в кусты. Отбежав подальше, вытащила из сумки и засветила фонарик, и рванула в том самом направлении, откуда и пришла.

Так, от обрыва еще чуть назад… И где же та белочка милая, что меня сюда приманила? Теперь ещё с десяток метров вперёд. Фух! Запыхалась. Не заметила, как прямо в грудь демону уткнулась. Тот от неожиданности видать растерялся и тоже застыл камнем. А мне хватило времени, чтобы ощутить бархат обнаженной теплой кожи в области солнечного сплетения. А и приятный же он на ощупь, чёрт меня подери… И ростом подходящий… Ох… Нет, не надо, не дери меня чёрт. Я отстранилась, и в слабом свечении, исходившем откуда-то из-за спины Палт Ассара, рассмотрела демона более детально.

На этот раз вид демона мне не понравился. Трудно было в этом страшном существе, озаряемом слабо светящимся красноватым ореолом, опознать рогатого красавчика с тихим бархатистым голосом. Сейчас витые рога увеличились, появился шипастый хвост, на лице проступили уродливые наросты. Странно было знать, что, не смотря на устрашающий вид, кожа демона на ощупь очень даже приятна. Я помнила по своему личному учебнику, который все-же прихватила на всякий случай с собой, что демону вторая и третья ипостась полагается. Первая — почти человек, вторую я уже видела. Теперь же по-видимому наблюдала третью, боевую. Впрочем, Бабе Яге вторая ипостась тоже полагалась. Та самая страшная старушка из детских сказок с костяной ногой и огромным крючковатым носом и есть моя вторая ипостась. Прочитав про это впервые, я пришла в начале в замешательство, потом в ужас. Успокоилась тем, что Баба Яга я не типичная, а пришлая. Ипостась менять не собираюсь. А потому постараюсь остаться и впредь такой же мягкой и пушистой. Ну разве что острыми коготками обзавестись на всякий случай.

Палт Ассар ещё раньше сказал, что чует меня безо всяких хитростей. Видно здорово на меня обозлился. И вышло из этого лишь одно преимущество — к месту назначения мы оба пришли практически одновременно.

Я от демона отвернулась, слегка отдышалась, глаза прикрыла и загудела ровно так, как было в книжке описано.

— Авуууууууу…

Вскоре кусты передо мной затрещали, и в красноватом ореоле открывшихся врат возник ещё один демон, а потом ещё….

Пока на поляну выходили демоны, Палт Ассар стоял в нескольких шагах от меня и молчал. Когда мне показалось, что все полсотни обозначились, я предложила.

— Ну что, все? Продолжим?

— Давай, — подтвердил Палт Ассар, качнув рогатой башкой, — все тут, продолжай.

Я портал закрыла, повернулась к толпе монстров спиной, прикрыла глаза, и, снова протяжно загудев, начала открывать ещё одни врата, напротив первых. Это была единственная пара врат, которая располагалась именно так, как мне нужно — друг против друга. Процесс открытия врат между этническим карманом и обычным миром людей в моей книжке был описан очень детально. Поэтому воспроизвести его мне не составило особого труда. Интересно, а могу я новые врата создавать? Надо бы потом проверить…

Было темновато, но Палт Ассар засветил пару файеров и стало светлее. Вскоре передо мной на расстоянии примерно метров пяти сформировался довольно большой вихревой поток. Поток разрастался, расплывался и постепенно превратился в легкую зеленоватую зыбь. За ней уже можно было рассмотреть редкие сосны знакомого с детства парка. Ещё через мгновение Палт Ассар дал отмашку, и демоны ринулись сквозь зелёную зыбь на ту сторону. Боже, надеюсь, я поступаю правильно. Видно, Палт Ассар заметил мои колебания, осторожно взял меня за руку и посмотрел в глаза.

— Не сомневайся, я прослежу за ними. Ты не пожалеешь о том, что сделала сейчас, никогда, — произнося это, демон гипнотизировал меня бездонными глазами цвета антрацита. И я ему, чёрт побери, верила сейчас, как себе. Или не могла не верить… А может, просто очень хотела верить… Не знаю. Разберусь с этим потом.

— Надеюсь, — пробормотала я в ответ, вздыхая.

Успокаивая меня, Палт Ассар провел рукой по волосам. И я невольно сравнила ощущения с недавними, которые испытала с лешим Ефимом. И разницы не нашла…

А демоны все шли и шли. Они были все разные — страшные, страшно-красивые, уродливые и мягкие лапушки с красноватой шёрсткой. Мелкие черти тоже путались под ногами то и дело. Палт Ассар пояснил мне, что чёрт для демона что домовой для человека. Хранитель быта и помощник в мелких делах. Или пакостях…

Разглядывать подробно демонов и их чертей не было времени. Вскоре поток иссяк. Последним во врата вошел Палт Ассар.

Перед тем как исчезнуть в темноте, демон оглянулся, улыбнулся и слегка поклонился, а затем растворился среди голых ветвей редкого паркового кустарника.

Ну что ж, а мне еще следы заметать. Портал я закрыла и отправилась искать другие врата, находившиеся поблизости. Когда всё было готово, я вступила в зеленоватый туман, оглянулась и кинула берестяную фляжку с посланием в темноту.

Вот и всё. Возможно, я больше уже никогда не вернусь. Навряд ли захотят мои новые сказочные друзья иметь Бабу Ягу, предавшую их интересы. Хотя… Предательницей я себя вовсе не ощущала. Я же не нарушила указаний царя Григория. В кармане не осталось ни одного демона. А в своей реальности я как-нибудь сама разберусь. Без их непосредственного участия.

А в реальности нас с Палт Ассаром в ближайшем будущем ожидали серьёзные проблемы. Нужно было где-то спрятать около пятидесяти демонов. По крайней мере на сутки. А дальше решить, что с ними делать! Ведь не просто определить на жительство такого уродца в мире, где ко всем демоническим уродцам относятся мягко сказать с недоверием.

Хорошо, что Палт Ассар до недавнего времени довольно долгое время жил в реале и хорошо знал правила. И видимо ночь накануне перехода провел с пользой. План у него имелся. Решено было тех, кто имеет первую ипостась схожей с человеческой, определить на постой в ближайшей заброшенной деревеньке. Для этого Палт Ассар намеревался до утра добыть пару фур и перевезти сородичей в них. Но было ещё с десяток таких, чья первая ипостась была очень и очень далека от человеческой. И эти ожидали меня во дворе в тени кустов. Моя двушка, конечно, не была рассчитана на такое количество жителей, но Палт Ассар заверил меня, что это всего на пару дней. Потом он что-нибудь придумает.

Я знала, что меня поджидают, но увидав в слабом свете ночных фонарей сразу несколько ужасного вида масок, потянувшихся ко мне из ближайших кустов, ощутила, как коленки подогнулись.

Я нашла в сумке ключи, и запустила гостей в подъезд. Мы поднялись в квартиру по лестнице на третий этаж и демоны мои, пройдя гуськом в дверь квартиры, тут же повалились в кучку в самом центре комнаты, которую я называла залом. Устали болезные, измучились. Чертей я больше не видала. Наверное, попрятались. Впрочем, я и домовых до сих пор не встречала. И, кстати, интересно, есть ли у меня мой собственный домовой в квартире?

В первую очередь, гостей нужно было чем-то покормить. Чаем напоить, так точно.

Прикрыв за собой входную дверь, я подалась на кухню. Щёлкнув выключателем, я окинула взором свои апартаменты и… наткнулась на странное существо. Существо восседало за моим столом, и вприкуску с сахаром, добытым наверняка из моих собственных закромов, причмокивая, всасывало содержимое моей любимой кружки. Росточком с небольшую на-задних-лапах-ходящую собаку, одетое в старый кусок джинсы, с космами совершенно неопределенного цвета. Глаз вообще не рассмотреть.

— Ты кто? — растерянно вопросила я.

Существо, сверкнув искрой из-под ни разу нечёсаных косм, цыкнул фиксой, и хриплым мультяшным голосом пробормотал.

— А ты кого только что видеть пожелала?

Не поняла… Это… мой домовой что ли?

У меня был шок. Раскрыв непроизвольно рот, я брякнулась напротив существа. Глаза у меня были точно по пять рублей, не меньше.

— Ну чего? — обиженно пробормотал… домовой. — Домовых не разу не видала?

Я помотала головой, совершенно забыв о том, что один личный домовой у меня уже имеется.

Две демоницы заглянули в дверь. С домовым я решила разобраться попозже. Сейчас надо устроить гостей. Я попыталась объяснить демоницам, как пользоваться благами цивилизации. Жутковато было находиться в компании натуральных монстров. Спасало то, что я постоянно помнила о том, что в сущности, они беженцы. Кто-то потерял близких. Может, они и страшненькие, но всё равно, живые существа.

Мой домовой никуда не спешил. Допив свой чай, презрительно поцыкал, и прокомментировал.

— Неа, не научишь. Луче я сам.

А дальше словно вихрь по кухне завертелся. Пришлось прижаться к стенке. Уже через мгновение, электрический чайник кипятил, скороварка варила, а из сковороды на плите доносился невероятно приятный дух от чего-то жутко мясного и давно забытого…

Ладно. Пробормотав «спасибо», имея в виду за помощь, я потянулась к дверце навесного шкафчика за чашками.

Закончив разносить чай в посуде какая нашлась в доме, я взглянула на часы. Восемь утра.

За окном уже рассвело. Я позвонила родителям, выслушала много нелестных слов, пообещала заехать и собралась уходить. Но тут в кухню просочился какой-то демонёнок, ухватил меня за край куртки и захныкал.

— Не уходи. Не уходи. Не уходи… — и так бесконечно.

Домовой, словно маленький, подвывал и поддразнивал малыша. Пришлось шикнуть. Послушался. Ну что ж, значит, поладим.

Демонёнок выл, не переставая, и я сдалась. Скинула куртку и пошла снова ставить чайник. Пока возилась, ко мне снова присоединились две давешние демоницы. Решили помочь. Ну и лишний раз поучиться пользоваться техникой. Моему домовому, впрочем, как и я сама, они, видать доверять не спешили. В общем, вскоре мы снова пили чай вприкуску с сахаром. Вместе с домовым.

Немало нелестных слов я услыхала в свой адрес от собственного домового.

И жадная-то я — никогда не угощу своего домового ни молочком, ни хлебушком. На что я ответила, что знать не знала о его существовании, а отныне торжественно обещаю заботиться о нем как о себе самой. В честь примирения, я торжественно удалилась в спальню, чтобы уже через минуту вернуться с ненадёванной банданой, приобретённой на концерте Земфиры. Бандана домовому понравилась. Он даже колданул на радостях и оказался соломенным голубоглазым блондином, подозрительно схожим с мультяшным домовенком Кузей. Назвался Фомой.

А потом я зазевала и меня отпустили спать. Гости мои так и сидели в зале кружком, заверив меня, что покои хозяйки, то бишь спальня, неприкосновенны и их должна занимать только хозяйка, то бишь я.

Ближе к обеду я проснулась окончательно. Мы с демоницами под скептичные комментарии домового Фомы проверяли мой холодильник на наличие съедобных для демонов продуктов, когда раздался звонок в дверь. На пороге стояли посланники с той стороны — Тимка и Ефим.

Те врата, через которые уходила я, их почему-то не пропустили. Так что пришлось лешаку с котом идти другими, и добираться до города на попутном транспорте, отводя глаза водителю, чтобы не обратил внимание на необычный вид пассажиров. От того и припозднились. Иначе бы и раньше припёрлись.

— Почему ты, Настя, ушла? Чем мы тебе не угодили? — этот вопрос задал Ефим, внимательно заглядывая мне в глаза.

Неужто не понял? Ну, что ж… Жаль. Глаза предательски защипало, и я отвернулась в сторону, чтобы скрыть злые слезы.

Я молчала. Отвечать не видела смысла. Зачем? Все равно не поймут.

Реакция на моего домового мне показалась странной. Словно старого знакомого приветствовали Ефимка с Тимкой моего домового Фому довольно низким учтивым поклоном. И никаких вопросов, ни удивления…

А потом в кухонную дверь просунул нос вчерашний демонёнок.

— Этто ещё что за… — удивлённо произнес кот.

А вот Ефим не удивился.

— Значит вот о чём в записке твоей было… А мы гадали… И сколько их у тебя там?

— Девять. Без этого, — проворчал под нос домовой Фома.

А я поманила демонёнка пальцем.

— Иди-ка сюда, малыш. Конфету будешь? — Мохнатый уродец закивал головой и не дожидаясь, пока я отдам ему конфету, ухватил её сам и запихал в рот прямо с бумажкой. — Ээээ, дружок, так нельзя, — испуганный малец вытащил надкусанную конфету и протянул мне. Пришлось возиться с помятым фантиком. Когда конфета была почищена и засунута за щеку, демонёнок посмотрел на меня с таким подобострастием, что стало неловко.

— И что ты собираешься с ними делать? — поинтересовался лешак.

— Ничего не собираюсь. Палт Ассар сам их определит. Я с него клятву взяла, что пока он им всем ликбез не проведёт и клятву с каждого не возьмёт, никто за ворота той деревни, куда он их свёз, не выйдет. И дальше за каждое нарушение общественного порядка и законов этого мира Палт Ассар будет нести личную ответственность передо мной. Он поклялся той самой — самой страшной клятвой.

Помолчали. Заговорил Ефим.

— Ты это, Насть, прости нас. У нас такая война с демонами была, что забыть никак невозможно. Сколько народу они тогда извели, жуть. Сущность демона — творить зло. Они так воспитаны. Как Палт Ассар собирается ими руководить, не представляю. Клятва-то о двух концах, пойми. Если кто не сдержится, оба сгорят вмиг. И нарушитель, и сам Палт Ассар. Кто тогда за оставшихся ответит?

— Я отвечу, стало быть… Фим, ты хоть представь себе, как там им жилось. Пещеры, еды в обрез. Кто хочешь озвереет. Вон Палт Ассар, в университете учился. Я с ним пообщалась. Не глупый, воспитанный. Спасибо умеет говорить. Конечно, он гад. И за тебя он мне ещё ответит. Но, план он придумал неплохой, согласись. И ответственность на себя взял, не побоялся.

— Да ихней ответственностью можно в уборной подтереться, — зашипел Тимка.

— Он клятву дал. Мы тоже, — это произнесла одна из демониц, заглянувшая в дверь, которой я пыталась объяснить, как работает водопровод, электричество и газовая плита.

Кот затих, разглядывая страшненькую демоницу, а Ефим не унимался.

— А если люди на вас охотиться начнут? Вам придется защищаться!

— Постараемся этого избежать, — это произнёс сам Палт Ассар, появившийся в дверях, потеснив демоницу. И как вошёл в квартиру, демон несчастный? И как давно тут? Слышал ли про то, как я его характеризую? — Прости, Настя, лишний раз шуметь не хотел.

На Палт Ассаре была обычная человеческая одежда — джинсы, куртка. Посмотришь, скажешь — парень как парень. Симпатичный. Ни рогов, ни хвоста. Демонскую сущность выдавали глаза. Там, где-то глубоко плескался огонь подземного мира.

— Быстро ты обернулся.

— Нашли место поближе. Этих, что у тебя, заберу сейчас. Машину подогнали прямо к подъезду. Выводить буду по-одному.

— Уверен?

— Да. Не волнуйся. Я клятвами не бросаюсь. — И демон пошёл поднимать свой народ.

В последующие полчаса самые любопытные из жильцов могли наблюдать, как один и тот же человек в куртке с надвинутым капюшоном выносит из подъезда коробку, загружает в фургон, затем возвращается в подъезд с той же коробкой. И только самые дотошные смогли бы уловить разницу в росте и комплекции. Ну и коробка была той же и кочевала туда-сюда. На всякий случай мы с Палт Ассаром подстраховались, и я вычитала в заветном учебничке заклинание для отвода глаз.

Когда за последним демоном закрылась дверь, я поняла, что устала просто жутко. Понял это, наконец, и мой организм. Так я в прихожей по стеночке и сползла. Краем угасающего сознания почувствовала, как подхватили меня сильные руки лешего. А рукой я в последний момент нащупала теплый кошачий мех. Рука непроизвольно сжалась, кот мявкнул, но стерпел. Последними словами, пойманными угасающим сознанием, были слова новоприобретенного домового Фомы.

— Осторожнее! Чай не дрова несешь!

Глава 7

С трудом разлепив глаза, я попыталась вспомнить, где я и кто я. Судя по потолку, я находилась у себя в квартире в реале. Где-то на кухне шкворчало и вкусно пахло едой. Я с трудом припомнила, что вчера, перед тем как вырубиться, распрощалась с Палт Ассаром и его демонами. Следовательно, на кухне хозяйничали Тимка с Ефимкой… Ах да, и домовой… Фома.

Права я оказалась только на две трети. Заглянув в кухню, увидала такую картину. Кот стоял возле плиты на табурете и, низко склонившись над сковородой, что-то помешивал. А домовой хлопотал у стола. Признаюсь, картинка меня впечатлила. Видно, услыхав шаги, кот бодро произнес.

— Проснулась? Счас завтракать будем.

— А Ефим где? — заволновалась я.

— Дык назад в карман подался Ефим. Меня приглядеть за тобой оставил. Ему за лесом присматривать надо. Лес без надзора оставлять нельзя.

На что домовой Фома проворчал.

— Есть тута кому за ней присматривать. Ни без глазу.

Я в ответ усмехнулась.

— А зачем вообще за мной присматривать? Я и раньше тут без присмотра жила. Не жаловалась.

Кот посмотрел на меня исподлобья и укоризненно покачал головой:

— Так, то раньше было. Ты тогда Ягой не была.

Домовой сопел молча…

Мне совсем смешно стало.

— Ну и кто теперь меня Ягу в реале тронуть посмеет?

А Тимофей мне в ответ пробурчал.

— Да уж поверь, найдутся супостаты.

Я спорить дальше не стала. Пускай думает, как хочет. А мы будем думать по-другому.

Уселась за стол. Тимка сковородку с яичницей на стол поставил. Три ложки в ящике нашарил. Домовой в чашки разложил яичницу — я не успела глазом моргнуть. Я не поленилась — свою ложку на вилку поменяла. Тимка увидал, усмехнулся, потянулся было ложкой в сковородку. Да вспомнил, видать, как я ему лапы немытые поминала, на меня зыркнул. Я повздыхала, и так ничего и не сказав по этому поводу, принялась есть яичницу. Если кот умеет готовить яичницу, то это уже не кот. Вот.

Яичницу мы прикончили быстро. А вот чаю попить не успели. В дверь позвонили. Я пошла открывать. Тимка за косяк спрятался. Домовой просто исчез.

За дверью стояли полицаи. Счетом два.

— Гражданка Сорокина? — спросил тот, кто был потощее и повыше ростом.

— Да. Она самая. Чем обязана? — бодро вопросила я парней.

Второй, ростом пониже, коренастый показал корочку с фотографией и мелкими буковками, и не дав мне прочесть ни слова, поспешно спрятал назад в карман.

— Можно зайти?

— Ну, зайдите.

Я провела нежданных гостей на кухню, смутно ощущая беспокойство и гадая про себя, чем бы это я могла заинтересовать органы. Усевшись напротив гостей за стол, решила присмотреться к ним поближе. И не напрасно. Что-то в облике полицаев мне показалось неправильным. Чрезмерная небрежность в одежде что ли. Нет, конечно, я не раз наблюдала представителей правопорядка на службе, и замечала некоторое пренебрежение к форме, но тут был явный перебор. Фуражки у обоих висели чуть ли не на ушах. Да и вообще видок был расхлястанный. Ворот расстегнут, ремень у брюк чуть не на бедрах висит… Странные полицаи. Тут и Тимка в дверях обозначился.

— Привет местным стражам правопорядка!

Я было хотела шикнуть на кота, но тут сообразила, что интонация у усатого особенная. Знает мой котэ этих ухарей. Точно. И в подтверждение моих мыслей, тощий промямлил.

— А ты тут какими судьбами, Тимофей Евсеич?

Странно было слышать это уважительное обращение к моему коту. Тимка тем временем стол обошёл, на табурет взобрался, лапы на стол положил, вздохнул, и сказал худому:

— Ты, Сеня, знаешь. Я просто так в реал не хожу.

Сеня видать был за старшего. Мелкий помалкивал.

— Да ведь и я, Тимофей Евсеич, просто так по гостям не шастаю. У нас у домовых сам знаешь, дел невпроворот. Мало того, что свои обязанности забывать не след, так ведь и патруль никто не отменял. Так что мы тут не по своей воле. Послали нас. — И Сеня буквально впился глазами в меня. — Гражданка Сорокина у нас новоиспечённая ведьма. Зарегистрировать надо, проинструктировать. А заодно объяснить некоторые правила поведения. К примеру, без разрешения вышестоящего начальства проходы из кармана в реал и обратно открывать нельзя. Нельзя также приводить из кармана без разрешения как местное население кармана, так и местное население реала нельзя переправлять в карман. За нарушение правил наказание полагается.

Я поморгала невинными глазками и спросила.

— А если я не знала правил?

Тощий кивнул мне в ответ головой.

— На первый раз прощается. Но если после инструктажа будет ещё подобное нарушение, вас накажут. В этот раз ваши выкрутасы исправят.

Это меня озадачило.

— А позвольте узнать, кто и как исправлять мои так называемые выкрутасы будет?

Тощий посмотрел на меня сверху вниз.

— Начальство всё исправит. Демонов назад в ихний карман отправит.

Сердце мое ухнуло куда-то вниз.

— Как это назад? Зачем назад? Им назад нельзя! Там и от кармана-то одна пещера осталась. Для них это верная гибель.

Мелкий хранил спартанское молчание, а тощий усмехнулся.

— Значит, судьба у них такая. Ничего не поделаешь.

Тут меня прорвало.

— Да что ж вы все за нелюди, а!? Получается, если они демоны, то и жизни не достойны? Сами-то вы кто? Домовые, говорите?

Тощий выставил ладонь в мою сторону.

— А вот этого, гражданка Сорокина, не надо. Мы при исполнении и оскорблений от всяких новоиспеченных ведьм не потерпим.

Возмущению моему не было предела.

— Это кто это ведьма, а? Это я ведьма? Баба Яга я! Избушкой и вот им, — я ткнула в Тимку пальцем, — признанная. И это Я оскорблений от всяких домовых не потерплю.

Чашки передо мной на столе мелко задрожали, реагируя на моё состояние, предвещая небольшое землетрясение, как минимум.

— Требую немедленно встречи с вашим начальством!

Тощий заметно занервничал. Его сослуживец тоже заёрзал.

— Начальство с абы кем у нас не встречается, — в голосе полицая слышались обидчивые нотки. — Подайте заявку по форме и ждите.

— Кому подавать?

— Да нам можно.

— И сколько ждать?

— Сколько начальство решит, столько и ждать будете.

Тут я поняла, что с местной бюрократической нечистью бороться также невозможно, как и с обычной людской бюрократией.

Сходила я за письменными принадлежностями. Написала заявку на встречу, так и назвав сей документ. Подписала так — Настя, Баба Яга из верхнего кармана.

Пока писала, не заметила, как народу в комнате добавилось.

— И что это тут у нас происходит? — голос был знаком и не знаком одновременно. Я оглянулась… и обомлела. В простенке, небрежно привалившись к косяку, стоял мой недавний юный воздыхатель, Кирилл. Вот только взгляд у Кирилла был другим. Взрослым. Да и голос погрубел. Однако, густющие черные ресницы над смешливыми карими с желтизной глазами мне были знакомы отлично.

— Дык, Кирилл Игоревич, несанкционированное проникновение. Вот, письменное указание — разобраться, зарегистрировать, запротоколировать, — засуетился тощий.

— Настасья Пална Сорокина находится под моей опекой. Дальнейшее разбирательство я беру на себя, — сказало дитятко басом.

Как я не растерялась, про заявку не забыла? Бумажку полицаям в руки сунула. Полицаи заявку приняли. Обещали передать начальству и после быстренько скрылись за дверью. Видать небольшое землетрясение всё-таки их впечатлило.

Кирилл уходить не собирался. Сложив руки на груди, по-взрослому и спокойно прошёл к окну.

— Ну и где же ты, Настя, пропадала? Я с ног сбился, искал.

На меня Кирилл не смотрел, смотрел в окно, в котором летели первые снежные мухи.

Видно я уже устала удивляться. Вздохнула и сказала.

— Меня в карман Бабой Ягой пригласили.

Кирилл развернулся и впился взглядом в кота.

— И как же теперь быть, Тимофей Евсеич? По какому такому праву вы нашу Бабу Ягу не инициированную увели? Вы хоть понимаете, каким скандалом это пахнет?

Кот даже не дернулся. Смотрел на Кирилла в упор немигающими зелёными словно светофоры глазищами.

— Никаким скандалом тут не пахнет. У нас разрешение есть на поиски. И то, что Настю врата пропустили, тоже не последний аргумент.

Ишь ты, хвостатый. Да ты какие слова-то, оказывается, знаешь.

Кирилл кота выслушал, насупился, но промолчал. Видать, всё законно выходило.

— Однако, тогда и ответственность за несанкционированное открытие врат другая. Теперь получается, что Настасья Пална ваш резидент, и совершила по отношению к реалу строго наказуемое преступление.

Слова Кирилла мне очень не понравились. И где ж тот наивный влюбленный в меня мальчик, которого я совсем недавно отчитывала за отчёт по практике? Теперь перед Кириллом отчитывалась я.

— Но я ведь не знала никаких правил, когда врата открывала.

Кирилл точил меня взглядом, точно вода камень — с завидным упорством. Пышные ресницы нервно подрагивали под густыми чёрными бровями.

— Ваши новые наставники, Настасья Пална, должны были вам эти правила зачитать.

Я возмутилась.

— Ага, значит, если бы я не была резидентом, то вы бы меня как свою подопечную, простили? А поскольку я резидент, то и правила жестче? Получается по пословице? Закон, что дышло — как повернул, так и вышло?

Кирилл насупился и лишь громко сопел себе под нос.

— В общем, прощайте, Настасья Пална, больше я вам не наставник. И отныне вами займутся другие… органы.

С этими словами Кирилл вышел вон. Вот и вся любовь… А кто-то совсем недавно втюхивал мне, что самое дорогое в жизни — это мой запах. Фу, гадость какая. И чем же это я для него, интересно, пахну? Холодцом с хреном что ль?

Проводили мы с Тимкой местных представителей властей, и сели на кухне думу думать. Домовой тоже проявился, лишь дверь за гостями затворилась.

Я ни на шутку призадумалась. И что прикажешь делать, когда кругом такое непонимание? Демоны мои ещё ничего совершить противозаконного не успели, а их уже назад в единственно оставшуюся пещеру на верную погибель загоняют. Я как представила себе гибнущего под скалой Палт Ассара, так и застыла вся. И поняла, что не могу я этого допустить. Никак.

— Тимк, а чего это мы так тесно живем, а? Не расширить ли нам жилую площадь?

Тимка глянул на меня странно, не свихнулась ли хозяйка слегка? А Фома обиженно запыхтел.

А я встала напротив стены, у которой у меня декоративный камин собственного изготовления из картона красовался, и затянула свою мантру.

Портал открылся на этот раз быстрее, чем в прошлый. Видать частая практика давала свои плоды. В проходе обозначились знакомые очертания горницы в моей избушке.

— Ну ты, хозяйка, даёшь… — пробормотал Тимка и шагнул через врата.

Домовой демонстративно сложил на груди руки, и фыркнув, отвернулся к стене. Покидать свой, или вернее мой дом Фома не спешил.

Глава 8

В избушке никого не было. Ясное дело, хозяйки нет, нет и гостей. Выглянув в окно, я и шатров не приметила на полянке. Видать в моё отсутствие все гости разъехались по своим делам. Ну и ладно.

Я вернулась и кинула охранную паутинку на стены моей квартирки. На всякий случай. А потом подошла к зеркалу, привычно посмотрелась в него, поправляя волосы, а затем позвала.

— Деодофиил, друг мой, покажись.

Маска проявилась быстро. Черные провалы вместо глаз смотрелись устрашающе. Создавалось впечатление, будто из темноты за мной наблюдает некто невидимый, и от этого становилось совсем уж жутко. Маска молчала.

— Деодофил, а скажи-ка, друг любезный… Я ль на свете всех… глупее, или еще кто юродивее меня есть?

Маска ожила, вскинув удивленно брови над черными провалами. Губы дрогнули в улыбке.

— Глупее тебя… много кто найдется. Точно. А вот прекраснее я кажется ещё не встречал.

Ответ меня заставил в очередной раз усомниться в нормальности собеседника.

— Деодофил, я конечно понимаю. Долгое сидение в зеркале и длительное общение со злобной старушкой душевному здоровью не способствует. Однако, мне бы хотелось от тебя получить несколько адекватных ответов на несколько моих неумных вопросов.

Маска изобразила вздох и голос духа обреченно произнес.

— Задавай свои неумные вопросы.

Я почесала нос, раздумывая над тем, который из моих неумных вопросов следует произнести первым, дабы не показаться круглой дурой.

— Можешь ли ты мне, Деодофил, сказать, кто возглавляет нашу полицейскую службу в реале?

Зеркало ответило без паузы.

— Нет. У меня нет связи с реалом.

— Даже сейчас, когда врата находятся в этой же комнате?

Зеркало хмыкнуло.

— Не знаю… Надо попробовать.

Ждать пришлось довольно долго. Я успела на полянку наведаться, белочку знакомую покормить. Потом заказала печке обед. Накрыла в кухне. И только потом меня окликнул кот.

— Настя, иди скорее! Есть связь!

Из зеркала на меня взирал абсолютно лысый мужик, сидящий за огромным столом из темного дерева. Позади на стене висел портрет кого-то из вождей советских времен. Мужик сверлил меня строгим пронизывающим насквозь взглядом так долго, что мне начало казаться, что я смотрю на застывшую сцену на экране ТВ. Однако, не прошло как говорится и года, мужик пошевелился, прочистил горло и хриплым тенорком произнес:

— И кто это к нам так бесцеремонно врывается?

Я решила проявить сдержанность.

— Здравствуйте. Это Баба Яга из верхнего кармана к вам на связь прорывается. По делу.

Мужик выглядел теперь озадаченным.

— Странно… У нас вообще-то нет связи с верхним карманом… Впрочем, не важно. Так что Бабе Яге из верхнего кармана нужно от Кощея этой стороны?

Тааак… интересно. Значит в реале свой Кощей имеется? Может и Баба Яга своя где-то проживает на просторах Сибирских? Хотя, и Муромские леса у нас ещё не совсем испоганили. Была я как-то с родителями в походе, по грибы ходила. Вполне даже пригодны леса для обитания.

Ну что ж, почему бы не пообщаться с начальством ЭТОЙ СТОРОНЫ.

— Поговорить мне очень нужно. Я, конечно, очень извиняюсь за то, что не согласовала свои действия заранее… Уж простите, не знала, что в реале тоже… нечисть имеется. Поэтому спасательную операцию провела самостоятельно. В результате, были переправлены из разрушающегося нижнего кармана демоны в количестве около пятидесяти. Поселены под строжайшую ответственность их повелителя Палт Ассара в пригородной брошенной людьми деревеньке. Палт Ассар дал страшную клятву в том, что ни один из демонов не нарушит законодательство страны, в которой оказался. Все полсотни демонов также связаны с Повелителем страшной клятвой. Так что угрозы реалу они не представляют. И я прошу вас оставить их под мою ответственность. Мы с Повелителем найдем для них приемлемое занятие, дабы не сидели без дела и не искали приключений.

Пока я говорила, Кощей не проронил ни слова. Когда я замолчала, тоже молчал некоторое время, сверля меня пронзительными темными как ночь глазами.

— А почему их ваши в верхний карман на жительство не определили?

Вопрос был на миллион. Ничего не скажешь.

— Верхний карман не так велик, как реал. Это, во-первых. А во-вторых, никто не даёт гарантии, что наш карман вскоре не начнет также сокращаться, как это случилось с нижним. Боюсь, как бы через некоторое время мне не пришлось просить вас принять и нас, жителей верхнего кармана.

Лысый Кощей ещё подумал и сказал.

— Мне нужно посоветоваться. Я с вами свяжусь. Сам.

Не понравилось мне это САМ. Обычно при приёме на работу так говорят в том случае, если связываться вовсе не собираются.

Сеанс связи закончился. Передо мной была обычная зеркальная поверхность.

Я на всякий случай вышла в реал и развернула сотовый телефон.

Номер Палт Ассара отозвался длинными гудками.

Я переместилась в избушку.

— Деодофил.

— Мммм?

— Отправь-ка фантом Палт Ассару. Пусть со мной свяжется.

А потом потянулись часы ожидания. Я сначала просто ходила туда-сюда. Из квартиры в избушку и назад. Навесила маячки. Продумывала, как половчее организовать защиту. Чтобы всякие расхлястанные полицаи и неопределенно юного возраста оборотни по моей собственности не расхаживали. Средства решила поискать в любимой настольной книжечке. Но читать не получалось. Смутное беспокойство всё больше охватывало меня. И я решила всё-таки связаться с Кощеем из реала ещё раз.

— Деодофил, голубчик, давай-ка ещё раз Кощея из реала побеспокоим?

Но связи не было. То ли уже не получалось у Деодофила, то ли Кощей выполнял своё обещание — связаться со мной, когда сочтет нужным.

А меня уже душила паника.

Я схватила подносик, забежала в двушку, плюхнулась в кресло и катнула яблочко по краю, торопя волшебную диковину про себя — давай, давай скорее!

И вот смотрю я на Палт Ассара и понимаю, что, с одной стороны, есть за что ему пострадать, потому как совсем недавно он также моего Ефима мучил. А с другой стороны, опущенные долу огромные рога демона и сомкнутые веки на лице, полном страдания, говорили мне сейчас о том, что Палт Ассар оплатил свой долг сполна. Демон словно почуял, что я на него смотрю, поднял голову в мою сторону и пошевелил губами. Я не разобрала ни слова, как не старалась. Слезы задушили меня, и я разрыдалась как маленькая.

А выплакавшись, поднялась с лавки и направилась через горницу к выходу. На полянке возле избушки было хорошо. Осеннее солнышко хоть и не грело, светило ласково. Вообще, я заметила, пока я была тут, погода была замечательная. Ну, не считая конечно недавних военных действий.

Я вздохнула, потрясла кистями рук и завела свою мантру. Когда зеленоватый туман рассеялся, послышался грохот и предо мной возникла безрадостная картина. Вместо прохода в пещеру портал перекрывала сплошная каменная стена. Я подошла, потрогала теплый дымящийся камень, развернулась, и прижавшись спиной к тёплой поверхности, сползла вниз.

Все. Полное фиаско. Ни демонов, ни их Повелителя я не спасла. Плохая из меня Баба Яга получилась. На крылечке неподвижно сидел и молча смотрел на меня кот по имени Тимофей Евсеич.

Слезы катились ручьем. И чем больше я плакала, тем больше на себя злилась.

Ладно, хватит реветь, попробую спасти Палт Ассара. Я стерла рукой слезы, поднялась, закрыла портал в никуда, и зашагала в дом, искать скрадень. Я помнила, что Палт Ассар прикован к бетонной стене. Но Палт Ассар крупнее лешего. Получалось, что кружечку мне нужно вырастить довольно большую, захватив и стены немножко. Поэтому колдовать надо бы на полянке. А вот получится ли связь с полянки с реалом, я не знала. Одно дело избушка. Сама по себе — волшебная сущность. А вот с полянкой неясно. Но… ничего не поделаешь. Надо попытаться.

Пришлось вспомнить, как учили меня когда-то на курсах по медитации практике полного сосредоточения. Я села в самый центр полянки в позу лотоса, поставила перед собой скрадень, соединила пальцы рук как надо и положила руки тыльной стороной на колени. Прикрыла глаза, загудела мантру. Эта немного отличалась от той, с помощью которой я порталы открывала.

— Воууууууууууу….

В общем, долго я возилась, пока не почувствовала, как шевельнулась во мне вторая сущность. Странно было ощущать в себе сразу два сознания. Своё собственное и чужое. Вернее, даже сказать, чуждое. Второе сознание молчало, но сил при этом во мне прибавилось не меряно. Вскоре послышался грохот, дрогнула земля и, открыв глаза, я увидала Палт Ассара. Демон лежал передо мной, слегка заваленным обломками бетонной стены, но вот он зашевелился, довольно легко поднялся, стряхивая с себя обломки и обрывки цепей.

Оба мы молчали. Палт Ассар смотрел внимательно в мои заплаканные глаза, и чем дольше смотрел, тем отчетливее понимал, что я ему должна была, но очень не хотела что-то поведать. Что-то страшное. В общем, он все понял, так ни о чём меня и не спросив.

А потом из леса вышел Ефим. Подошёл к нам, попинал осколки бетона, поцокал языком, возмущаясь очередной горой мусора. А потом сказал.

— Живы они, твои демоны. Я к Кощею нашему ходил. Он договорился с Кощеем реала. В общем, пока демоны у него в замке побудут. А там царю и премудрым решать.

Никто из нас Ефиму не ответил. Я пребывала в шоке, да и Палт Ассар, видно, тоже.

Наконец я покрутила головой, приводя мозги в активное состояние.

— А не посетить ли нам баньку, господа, а? Тимофей! А ну, на стол мечи, что найдешь в печи!

Затем я затянула Естердей и под всеобщее продолжительное хихиканье, плавно переходящее в гомерический хохот, поскакала накрывать на стол.

Глава 9

В избушке всё ещё клубился туман врат в мою реальную двушку.

— Может уберешь врата-то? — ворчал кот. — Мало ли кто надумает в гости заявиться.

Я окинула взором проход в стене.

— Защиту хорошую поставлю и пусть остаются. Как никак там тоже моя личная собственность. И терять её я не собираюсь. И вообще. Я еще с родителями не повидалась. Да и дела у меня кой-какие остались. Личные.

Тимофей вытаскивал из печки очередной чугунок, да замешкался.

— Ага, так тебе там и разрешили разгуливать. Ты теперь для них резидент. О! Запомнила?

Вот и что теперь? Теперь мне под страхом смерти в свой родной мир нельзя? И я возмутилась.

— Да не собираюсь я по их законам существовать. У меня… брат младший без присмотра. Вот!

Пока так разговаривали, на столе праздничный обед появился. И кувшинчик с каким-то напитком присутствовал. Я на правах хозяйки, позвала всех уже помытых и попаренных за стол, и мы испробовали чего царь послал. Вскоре все обсуждали недавние события. А мне стало душновато. И я решила прогуляться.

Вечерело. В сумерках деревья вокруг полянки выглядели мрачновато. Но мне показалось, что именно они надежно охраняют от плохого. Чуть в сторонке обнаружился Палт Ассар. Видать, пораньше меня вышел подышать. Демон пребывал сейчас в своей человечьей ипостаси, посматривал в ту же сторону, что и я, поигрывая небольшим файером. Там, за лесом догорал малиновый закат. Я пригляделась к демону повнимательней.

— Ты как? Может тебя полечить чем?

Демон в ответ только хмыкнул.

— Насть, ну чего мне от ваших мух будет? Я бы и сам давно освободился. Просто не знал, где родня, вот и тянул. Не говорили, сволочи.

— Так значит, зря я старалась?

— Ну что ты. Конечно, не зря. — Палтасар помолчал, потом продолжил говорить. — За мной долг. Можешь на меня рассчитывать.

Я в ответ только фыркнула. Потом вздохнула. Эх, скитальцы. Сначала обустройтесь мало-мальски, а потом уж про долги поминайте. Нет, конечно, иметь демона в должниках, это может и круто. Мало ли как жизнь повернётся. Чего загадывать.

Я слегка поёжилась. Становилось прохладно. А я как-то не подумала, и сгоряча как была в своем любимом полосатом свитерке, так и выскочила.

— Замерзла? — демон подошёл ко мне со спины и приобнял. Стало тепло и… уютно. — Так лучше?

— Да. Спасибо, — поблагодарила я.

— Да не за что, — усмехнулся демон мне в макушку.

Обстановка была душевной и располагала к беседе.

— Палт Ассар, а почему у тебя такое странное имя? Я таких имен, как у вас никогда не слышала.

Демон некоторое время молчал, дыша мне теплом в волосы, потом сказал.

— Видно, придется рассказать. Хотя… скажу откровенно. Это тайна. Ваш фольклор не сохранил сказаний о нас по одной причине. Мы не отсюда. Конечно, историю эту помнят лишь самые старые из нас. Но… забывать о родине никак нельзя. А наша родина — мир Россор Кат, что в переводе на ваш язык означает «тройной мир». История умалчивает о том, как начался тот конфликт. Но в результате, наш карман закрылся, и нам пришлось искать другой выход наружу. Так мы открыли проход в ваш этнос. Потом, конечно же, мы пытались вернуться в свой мир. А потом стало совсем худо. Наши пещеры начали сокращаться. Мы, конечно, попытались договориться с вашим тогдашним царем. Но получили отказ и решили взять силой часть пространства. Война была непродолжительной, но очень кровопролитной с обеих сторон. А дальше… ты и сама всё знаешь…

Сказать в ответ я что не нашлась, поэтому сказала то, что первое прилетело в голову.

— Скажи, а как тебя называли в универе?

Демон удивленно хмыкнул.

— Тебе зачем?

— Ну, я девушка из реала. Мне сложно пока к вашим истинным именам привыкать. Все время хочется чего-то более привычного что ли.

Палт Ассар помолчал, выставил ладонь, создал еще один небольшой файер, поиграл им немного, потом подкинул в последний раз, и файер с шипением рассыпался на мелкие искры и исчез.

— Павлом меня звали.

— Павел привычнее. Палт Ассар… У тебя очень необычное двойное имя.

— Хм, побывала бы ты в моем родном тройном мире, еще не то бы сказала.

— А твой мир пригоден для таких как я?

Демон пожал плечами.

— Вполне. Состав воздуха приблизительно тот же. И температурный режим похож. Просто цветовая гамма слегка иная. Преимущественно чёрное с красным.

Ну да, кто бы сомневался… О чем бы его еще спросить? Голос Палт Ассара мне нравился очень. Век бы демона слушала. Вот ведь искушение какое. А… да. — Палт Ассар, а ты к своим когда собираешься?

— Да хоть сейчас собираюсь. Портал откроешь?

— Отчего ж не открыть. Ну ты уж только не подумай чего. Я ведь не гоню. Наоборот…

Демон на меня зыркнул. А я стушевалась. Последняя фраза прозвучала двусмысленно.

Вот только демон не растерялся. Развернул меня лицом к себе и поцеловал. Поцелуй у нас получился жаркий и долгий. И так мне было уютно в его руках… Подумалось — вот ведь угораздило. Из всех возможных кандидатур, выбрала самого невозможного. Хотя, если подумать, Кирилл был круче. В смысле невозможности, конечно.

Так мы и стояли тихонько. Пока Палт Ассар не заговорил снова.

— Мне нужно к Кощеем встретиться. На севере есть горы. Там только несколько поселений возле шахт. Хочу просить разрешения обосноваться там. В горах мы никому не помешаем. Да и меньше глаза мозолить местному населению станем.

Ну конечно, у него же демоны ещё не пристроены. Чему я удивляюсь?

— Говорят, там Горыныч обитает.

— Ничего, с Горынычем я договорюсь.

Деревья мягко шелестели пожелтевшей листвой. Вообще, я заметила — деревья вокруг полянки листву не сбрасывали, хоть и была она уже по виду готова лечь под снег. Но в реале уже первые снежные хлопья летели, а тут у меня всё ещё стояла золотая осень. Может, и зима не придёт никогда… Хотя нет, зима должна быть. Обязательно. Снежная и не очень длинная. Какую я люблю. Словно услыхав моё пожелание, мне на руку слетело несколько первых снежинок. Ну вот и порядочек, — усмехнулась я, подставляя ладонь.

Палт Ассар молча наблюдал за мной, обнимая одной рукой и поигрывая новым файером в другой.

— В гости придёшь?

— А как же, — усмехнулась я. — Я хоть страшных клятв никому не давала, без присмотра вас не оставлю. Вдруг Царю Григорию приспичит в горах новый дворец построить?

— С него станется, — хохотнул в ответ Палт Ассар.

Дверь скрипнула и в просвете показалась усатая морда Тимофея Евсеича, моего котэ.

— А не пора ли нам баиньки?

Я зевнула.

— Пора, Тим.

И я пошла готовить избушку к ночёвке.

Ефим вдруг засобирался в лес. Наверное, про своих кикимор вспомнил. Хотя, зря я так про него. Пускай и не сложилось у нас ничего серьезного, к лешему претензий у меня было ноль. Наоборот. Сплошные благодарности… Ладно, разберёмся как-нибудь.

Палт Ассар сказал, что не спит вообще никогда, и лучше прямо сейчас отправится к своим. Ну к своим так к своим. Я портал открыла, попрощалась… Демон мои руки в своих подержал. В глаза смотрел долго и внимательно. Обнял на прощание. Целовать не стал. Словно понял, что не всем это приятно будет видеть.

Когда портал за Палт Ассаром закрылся, я пошла защиту на свою двушку ставить. Так, ещё раз — маячок на вход, маячок на выход, паутинку на стены. Вроде всё. Можно и спать ложиться.

Ночь я решила провести в родной двушке, как бы на меня избушка не обижалась. Пойми, дорогая, устала я очень. А отдыхать лучше в привычной обстановке.

Глава 10

Мне снился сон. Будто мой домовой Фома бегает по комнате и повторяет.

— Да что же это такое… Да что же это такое…

Потом что-то пыхнуло, Фома заорал словно резаный и… исчез.

Открыв глаза, я поняла, что уже не дома, а где-то ещё.

Пещера была огромной. Смутно видневшиеся своды уходили куда-то в темноту. Стены тоже едва угадывались в мерцающих тенях, в свете нескольких факелов, расставленных на чугунных витых подставках вокруг центра. А в центре то ли на столе, то ли на помосте, скованная по рукам и ногам лежала я.

Мысли в голове возились едва, будто сытые мыши. Думать было лень. Я равнодушно скользила взглядом по стенам, и все никак не могла припомнить что-то очень важное. В начале подумалось, что я сплю, и мне снится и пещера, и игра теней… Однако, постепенно, мир ко мне возвращался, и в голове возник вопрос — а где я собственно нахожусь? И только потом накатила паника…

Тут же в поле моего зрения появилась гаденько улыбающаяся физиономия Кирилла. Мой бывший соглядатай долго и внимательно меня разглядывал, принюхивался. Потом хмыкнул и впился в губы быстрым и жёстким поцелуем. Я замычала, выгнулась, но особого сопротивления оказать не смогла.

— Ох, как же ты аппетитно пахнешь, — прошептал он, обнюхивая меня со всех сторон.

— Отпусти меня немедленно, оборотень несчастный, — прошипела я.

Кирилл хмыкнул.

— Догадалась? И давно?

Тут рядом обозначился кто-то ещё.

— Да не догадалась она. Тебя на понт взяла. Да ведь, Настасья Пална? Угадал?

И рядом с физиономией Кирилла обозначилась физиономия шефа.

— Хмм, — фыркнула я, — И вы туда же, Рудольф Максимович?

— А что я? — удивился шеф. — Я законопослушный оборотень, глава клана. А вот вы у нас, Настасья Пална, преступница и тайный агент той стороны.

Я молча засопела и подергалась. И внезапно поняла… что на мне ничего нет! Я… голая. Тут лежу на столе в кандалах, и бог знает кто ещё за мной наблюдает.

Кирилл понял мою реакцию правильно и манерно захохотал.

— Ха-ха-ха. Не дергайся, Настюха. Это часть твоего наказания.

Я возмущенно засопела.

— И по какому такому поводу вы во мне совесть будить решили?

Кирилл приблизил свой красивый оскал к моему уху и прошептал.

— Сейчас узнаешь.

Рядом что-то забренчало и затарахтело, и мой постамент вместе со мной начал принимать вертикальное положение. Вскоре моему взору предстал длинный стол, за которым восседало трое незнакомых мужиков. Странно, но стыда я не испытывала. Я испытывала злость. Причем чувство это во мне постепенно росло. Подумалось, что лучше мне его сейчас слегка придержать. Хотелось узнать, по какому случаю собрание.

Мужики за столом были какими-то безликими. И все пялились на меня, как один. По выражению лиц было не понятно, что они при этом думают. Не читалось в них ни вожделения, ни презрения, ни симпатии. Ничего.

Тут скрипнула где-то справа дверь и у стола появился еще один персонаж. Этот был мне знаком. Как же, Сам. Кощей Этой Стороны. Лысый, поджарый, немолодой. Цвет глаз? Наверное, седой. Я бы так сказала.

Кощей склонился над столом, мужики о чем-то посовещались. Потом Кощей слегка поклонился безликим, кивнул моим охранникам, и я вместе с постаментом медленно поплыла вперед. Остановилась шага за два до стола. Теперь меня могли разглядывать во всех подробностях. Я по-прежнему, кроме злости, ничего не ощущала.

Первым заговорил Кощей.

— Ну что ж, Настасья Пална, готовы ли вы держать ответ за свои подвиги?

Ну ты подумай! Каков наглец!

— Это какие-такие подвиги, ваше бессмертие? Что-то я не припоминаю, чтобы я кого убила или ограбила. То, что привела нечаянно демонов с другой стороны? Так я не знала ваших правил. Да и нет их уже. А если бы вы со мной сразу по-хорошему поговорили, то я бы сама все исправила. И вас не утруждала.

Кощей смотрел на меня молча, и взгляд у него был точно, как у Берии. Очков только не хватает.

— А как же портал в вашей квартире? Вам ведь объяснили, что просто так без разрешения порталы открывать нельзя.

Я закатила глаза.

— Моя квартира — моя личная территория. Моя собственность. Так что не вижу проблем.

— Зря не видите, зря… Ну да ладно, — Кощей вдруг шустро вскочил из-за стола и пасанул в моем направлении рукой. Кандалы со звоном упали на пол. А я от неожиданности чуть не упала. Поддержал меня Кирилл. А Кощей снова пасанул, и на мне оказалась легкая непрозрачная накидка. Еще пас рукой — и ко мне подъезжает неведомо откуда взявшийся стул. Я привередничать не стала. Села и сложила руки на коленях.

Стол с безликими исчез, словно и не было их тут вовсе.

Кощей присел на стул напротив меня.

— Поговорим, Настасья Пална?

— Хм, как будто я могу отказаться.

— Правильно, не можете. Поговорить придётся.

Кощей перекинул ногу на ногу и продолжил.

— Есть у нас к вам предложение.

— И кто бы сомневался, — пробормотала я себе под нос.

— А и не сомневайтесь, не надо, — ухмыльнулся Кощей. — Предложение интересное. Только для вас.

Я снова закатила глаза, но решила промолчать.

— Так вот, Настасья Пална, предложение у нас такое — стать Бабой Ягой ещё раз. Только на этой стороне.

Предложение было неожиданным.

— А что, на этой стороне тоже дефицит специалистов?

Кощей внезапно рассмеялся.

— Угадали!

Странно…

— А что же вы меня раньше не инициировали?

Кощей недобро зыркнул в сторону Кирилла.

— А проглядели мы, Настасья Пална, редкого специалиста в вашем лице. И у нас в семье не без урода. — Последнее слово было произнесено с особой интонацией. Кирилл сердито засопел и что-то забурчал себе под нос. — А ты не бурчи, хвостатый! Ишь, заигрался! Смотри у меня! Дождешься! Скажи спасибо своим прежним заслугам.

Кощей пожевал губами. Видать успокаивал нервы. А потом гаркнул.

— А ну все вон!

Тут повсюду зашуршало, и я краем глаза уловила быстрое движение множества теней, метнувшихся в стороны и слившихся со стенами.

Наши стулья с Кощеем малость разъехались и меж нами обозначился небольшой столик с бутылкой и двумя бокалами. Тут же на тарелочке возникло ассорти из порезанных на кусочки фруктов.

— Угощайтесь, Настасья Пална, — Кощей был само радушие. Тарелочку мне придвинул, вино в бокалы разлил и мне один подал, другой взял сам. — Давайте выпьем, Настасья Пална, за знакомство. Конечно, я понимаю — виделись и раньше. Но вот представиться по-настоящему у меня возможности ещё не было.

Боже, как он любезен. Флиртует что ли? Сейчас меня точно стошнит.

— Итак, Настасья Пална, я тот самый Кощей Бессмертный. В Миру Арсений Кузьмич, — а и странное имя у тебя, твоё бессмертие. Как у кузнеца. Нет, у сына кузнеца…

Разглядывая Кощея, я благоразумно помалкивала, давая возможность поделиться врагу всей имеющейся информацией.

— С сотрудниками у нас, Настасья Пална, настоящая можно сказать катастрофа. А уж Бабы Яги почитай уж как двести с лишком лет нет.

— И что же это с вашей Ягой приключилось?

— Так померла же. От старости. Почитай и так шестьсот двадцать восемь годков прожила.

Это что же, и я столько прожить могу?! Бред.

— Не могу я. Меня уж и избушка признала, и лес…

Но Кощей не унимался.

— А мы компромисс поищем. Вы вон портал открыли постоянный в своей квартире. А ну как удастся и портал из нашей избушки в вашу?

Ага. Объединим, так сказать, усилия и совершим тихую экспансию по завоеванию чужой территории. Хитро, ничего не скажешь.

Хотя… Идея была заманчивой… Но при других обстоятельствах.

То, что мне показательную моральную порку с обнажением устроили, на это я рукой махнула. Никто ж меня не тронул. А Кирилл… мне еще ответит.

Но вот то, как они поступили с демонами… Хотя, я ведь на самом деле не знаю, как было дело. Может быть все сложилось наилучшим образом, и договорённость была достигнута безо всяких колебаний с обеих сторон. Тогда выходило, что оба Кощея совершили благое дело. Но меня очень смущал один вопрос. Чего они хотели от Палт Ассара? А вот и спрошу.

— Можно вопрос?

— Хоть не один!

Я помедлила.

— Почто демона мучили? — мне показалось, или взгляд Кощея в самом деле метнулся в сторону?

Тот вздохнул.

— Ну что ж, вопрос на миллион, Настасья Пална. Палт Ассара мы хотели… завербовать.

— Ага, понятно. А теперь вербуете меня?

Кощей расхохотался.

— Ну, Настасья Пална, ну прорицательница. Ничто от тебя не скроешь.

Отсмеявшись, Кощей снова стал серьезным и продолжил с таким узнаваемым пафосом в голосе.

— Я бы не был лидером, не будь я патриотом. Конечно, есть у нас интерес к тому, что происходит по ту сторону нашей реальности. Вон подземный карман, оказывается, исчез. Почему? Не грозит ли это бедой и нам, в конечном итоге? Я должен быть дальновидным. Должен знать о грозящей опасности. Чтобы вовремя найти правильное решение.

Ах какие слова. Как ждала я этих слов тогда от Василия Премудрого и Ивана Царевича. Да не дождалась, помнится. И вот слушаю я сейчас Кощея, и… не верю ему ни на вот на столечко. Потому что там я слышала, как искренне люди спорят, стараясь найти правильное решение. Пусть даже предвзятое. А тут… так знакомо мне лгут, с помощью красивых речей. Не верю я, не верю.

Однако, а что мне делать? Ведь снова в кандалы закуют. И это в лучшем случае. Согласиться что ли… Соглашусь, а там посмотрим.

— Хорошо. Я готова рискнуть. Но может случиться так, что ваша избушка меня не примет.

— А не беда! Не в избушке сила Бабы Яги. Сила в ней самой. А избушку новую построим. Хоть многоэтажные апартаменты возведём. Не проблема.

Ух ты… Круто.

— Ну что ж, Настасья Пална, отправляйтесь пока отдыхать, а завтра с утречка поедем избушку смотреть, — говоря это, Кощей потирал ручки, словно только заключил сделку на миллион долларов.

Меня приодели. Правда, вещи были не мои, хоть и впору. Похоже, так торопились меня украсть, что не подумали о том, что назад мне придется возвращаться самостоятельно.

Без присмотра меня все же не оставили. Кирилл, плотоядно ухмыляясь, втиснулся вместе со мной в авто на заднее сиденье и сообщил, что покараулит мой сон до утра. Ага, верю я. Да, покараулит.

Портал в моей квартире никуда не делся. Однако войти я в него не смогла. Рука скользнула по поверхности, напоминавшей на ощупь стекло. Только это стекло вибрировало. Где-то в избушке на той стороне махал лапами Тимофей, пытаясь мне что-то сказать. Но зыбкий туман портала искажал изображение так сильно, что разглядеть детали было невозможно. Да и Кирилл следовал за мной буквально по пятам. Укладываясь в постель я с отвращением выслушала его предложение провести ночь вместе.

Уже отворачиваясь к стенке, кинула за спину пас. Дверь громко хлопнула. Надеюсь, Кирилл не успел выйти весь и получил по заслугам. Еще один пас, и дверь заблокирована. Правда, похитить меня им всё-таки удалось. Хиленькая из тебя Баба Яга получилась, Настасья Пална. Ну ничего. Мы еще поглядим, кто кого.

Глава 11

Минула полночь. Фонарик в сумке, а сумка в зале. Ну ничего. Жаль, что призрачные свечечки пока не научилась зажигать, хотя… Как там Палт Ассар файер зажигал? Кажется, щёлкал пальцами. Чёрт, не выходит… Ну вот, искра пошла! Давай, родимая, давай… Ну, ладно, масенький такой файерок получился. Хватит. Главное, учебник мой у меня тут где-то на полке в книжках… Неужели конфисковали? Неееет, вот она книжечка моя настольная. Так, файерок, виси тут, не уплывай. Страницу не помню, конечно, но… где-то в середине точно. Ага, вот она, глава про лунные клубочки… Понятненько.

Тут главное не нашуметь. У оборотня слух как у… оборотня. О! Так, млин, и знала.

Под дверью зашуршало, заскреблось. Потом послышался раздраженный голос Кирилла.

— Настасья Пална, а ну, открывай немедля, а то я счас дверь портить стану.

Пришлось форсировать события. Подскочила к окну, портьерку откинула, нашла месяц-луну. Скорее месяц, меньше половинки из-за тучки выглядывало. Потянула лучик, намотала клубочек. Подскочила к двери и конец нитки под щель подложила. Дунула, пошептала.

Ждать пришлось недолго. Глухой стук известил меня о том, что тело готово.

Я блок сняла, дверь потихоньку приоткрыла. Не повезло. Крилл успел перекинуться и дверь своей тушкой привалил.

Запахло псиной. Неприятно было лицезреть вторую ипостась Кирилла. Оскал не пойми чей — не волчий, не человечий. А шерсть дыбом на голове и загривке, словно пса за шкирку только что таскали. Уф, чёрт, какой же он тяжёлый, этот пёс. Или волк? Не разобрать. Рычит ещё. Я те порычу вот.

Наконец, мне удалось отодвинуть Кирилла от двери. В комнате по-прежнему висел зеленоватый туман заблокированных врат. Правда, кот уже не мельтешил. Видать, решил, что я спеклась. Не дождутся.

Из угла сверкнул глазом домовой. Живой значит? И то ладно.

Как же блок-то снять? А если этот портал закрыть и открыть новый?

Возилась я довольно долго. Но хитрость удалась. И новые врата с радостью пропустили меня в мою избушечку. Кот пялился на меня зелеными фонарищами из-за печки, когда я буквально вломилась в горницу.

— Тимка, давай скорее говори, чего тут наслучалось без меня, — возопила я нидуром.

Тимка подскочил и кинулся куда-то в сени. Попутно орал.

— Палт Ассар! Ты где? Яга вернулась!

Пока народ собирался, я врата за собой прикрыла от греха подальше.

Еще дымок не развеялся, Палт Ассар в горницу ввалился. Глаза тоже по пять рублей и огнем полыхают словно печи мартена.

— Настя, где ж ты была?

Я за стол присела, руками развела.

— А ты, Тимофей Евсеич, прав оказался. Перехитрили меня. А я была не права, извини.

Кот хмыкнул и отвернулся. А морда то довольная. Ну-ну, я ещё только учусь. Вот научусь, тогда держись у меня, Тимофей Евсеич.

— Так что тут без меня случилось плохого?

— Дык, пока ты там пропадала, опять шпиёна заслали! — завозмущался кот. — Хорошо, демон поспел. Мне бы ни за что не справиться. Ить кого нашли! Кровососа окаянного!

— Ну, и где кровосос?

Тут я заметила, что Палт Ассар позади себя мешок держит.

— Тут он, поймали, в баньке я его стерёг.

Палт Ассар выволок мешок на середину, и вытряхнул содержимое на пол.

Шпиён оказался субтильным мужиком невзрачной наружности. Ростом поменьше меня. Черты лица острые. И да, клыки хоть и не были видны, но челюсть натягивали весьма характерно. Одет был мужик в черный комбез. В таком я бы опознала как омоновца, так и электрика дядю Васю. Волосенки мужичок имел жиденькие и короткие неопределенного цвета — то ли рыжий шатен, то ли каштановый. Глаза тоже не разглядеть, то ли серые, то ли зеленые, то ли серо-зеленые. Дааа, какой-то вампир не вампиристый нам попался. А в кино все сплошь красавчики.

Мужик сидел на полу и с непривычки щурился от яркого света. Палт Ассар расстарался, пару ярких файеров повесил. И мои чудо-свечечки, которые зажглись в избушке при моем появлении, выглядели лишними.

Главный специалист по допросам, кот Тимофей Евсеич, приступил к рассказу весьма обстоятельно.

— Гляжу я, значить, а он в портал крадётся, супостат несчастный. Я тут заорал как следует. Держи его! Избушечка, не подвела, паутинку кинула — словила. Но он гад такой как начал путы резать. Я такого отродясь не видывал! И где его только етому учили, мерзавца, знать бы. И если бы демон не поспел, как есть бы упустили. Вот…

Тут дверь в горницу скрипнула и в проёме леший нарисовался.

— О! Ты как раз вовремя, Ефимушка! Заходи. Нам, кажется, твой говорильничек понадобится.

Ефим молча прошёл к столу, по-деловому осмотрелся. Шмыгнул носом, полез за пазуху, достал свой узелок с порошочком. Ну а дальше по сценарию. Дунул в нос вампирчику, тот чихнул разок и заговорил.

Оказывается, лично Кощей со странным именем Арсений Кузьмич распорядился отправить тайного агента на ту сторону через мои врата, чтобы, так сказать, изучить всю обстановку на месте. И, поскольку далеко супостату уйти не удалось, рассказывать ему особо было и нечего.

Так что, полезла я снова в учебник, искать средство, как временно удержать гада, чтобы не убег. Тут Тимка вмешался.

— Насть, да ты не мудри. Яга всегда для этого погреб использовала. Там давно все заговорено как надо.

Я оглядела горницу.

— Ну и?

— Чего? — удивился кот.

— Где погреб? — развела я руками.

— Дык это… ключ… слова надо произнести. Пока народ в горнице, не могу. Только тебе наедине скажу.

— Ладно, попрошу освободить помещение.

Народ засомневался в моих физических возможностях. А уж коту, похоже в этом вопросе и вовсе не доверяли. Ну, все-таки, надо было шпиёна в застенок определять, поэтому народ в количестве двух повздыхал и отправился в сени, подслушивать на всякий пожарный под дверью.

Как только горница опустела, мы с Тимофеем пошептались, и в полу лаз обозначился. Кот на всякий случай кочергу в лапы взял и позу, угрожающую принял.

Я за кольцо дернула, крышка поддалась, из лаза пахнуло сыростью.

Мужик заныл.

— Помилуйте, господа хорошие, я ж в такой сырости застужусь на раз.

Я возмутилась.

— Ничего себе, вампир. У вас же у всех здоровья не меряно. Чего тебе бояться? Давай, лезь. Ничего с тобой не случится.

Кот смиловался.

— На вот, шкурку с лавки возьми. Там лежанка есть. Небось не замёрзнешь.

В общем, затолкали мы вампира в погреб. Я крышку прикрыла и… лаза как не бывало. Личная секретная тюрьма прямо. Вот!

Народ видать и вправду подслушивал под дверью. Как только лаз исчез, оба проявились.

И что-то в обоих мне не понравились. Ефим все еще пребывал не в настроении. Дулся как мышь на крупу. А Палт Ассар… В общем, что-то мужики не поделили. Или кого-то. И, кажется, я догадывалась, кого.

Стыдно мне не было. Ну и что. Да, с обоими целовалась. Но ведь я женщина свободная. С кем хочу, с тем и целуюсь. Нравятся мне оба. Но сердце бьется громче, когда демон рядом. Что ж поделаешь.

И вообще, не до глупостей мне сейчас. С мужиками потом разберусь.

В общем, насупилась я на них обоих, до тех пор исподлобья молча смотрела, пока оба не осознали и за стол не уселись. Правда, кота меж собой-таки втиснули. Ну прям дети малые, ей богу.

Я еще маленько посопела для порядку и заговорила.

— В общем, украл меня Кощей тамошний. Предложил еще раз Бабой Ягой стать.

Леший рот от удивления приоткрыл.

— Это как же? А то, что тебя тут лес признал уже?

— А его как раз это очень устраивает, — ехидно прокомментировала я. — Он даже врата предложил оставить между той избушкой и этой.

Тут кот вскинулся, лапами замахал.

— Ишь, чего удумал! Снова за старое. Было дело, ему уже руки его загребущие укорачивали однажды. Так он снова за своё? Не ходи ты туда больше, Настя. И дело с концом.

Ага, не ходи. Легко сказать.

— Не смогу я, Тим. Все равно придётся. У меня там родные остались. Да и не оставит Кощей своей затеи, раз задумал. Один раз меня выкрал, и другой раз организует.

— И что же теперь?! Каждый встречный-поперечный будет туда-сюда шастать. А потом и вовсе карман к рукам приберут.

Был еще один выход из положения…

— Тим, я могу стать Бабой Ягой там. А вы другую себе найдёте… Или Василий приглядит. До сих пор ведь получалось. История с демонами благополучно завершилась…

— Не завершилась, — Палт Ассар опустил оба кулака на стол, от чего тот подпрыгнул и стукнул ножками об пол. — Я был у Царя Григория. Говорил с ним. Просил отпустить нас в горы. Царь отказал. Сказал, что, пока окончательного решения не примет, демоны останутся у Кощея. А у Кощея они в подвале сидят. Меня туда, естественно, не пустили. Пришлось по-другому связаться. Плохо там… Совсем плохо.

Я встала и пошла к зеркалу.

— Деодофил, голубчик, покажись?

Маска выражала на этот раз укор и даже некоторое презрение. Кажется, дух был мною весьма недоволен. Ну что ж, я тоже собой недовольна.

— Деодофил, а свяжи-ка меня с его бессмертием, будь добр.

Его бессмертие трапезничали. Смотреть на жующего Кощея было презабавно. Однако, мне было не до смеха.

— Ваше бессмертие, я, конечно, извиняюсь за вторжение, но дело не терпит отлагательств.

Кощей скривился, дожевал, рот салфеткой вытер. После чего ответствовал.

— Ничего сделать не могу, Настасья Пална, извиняй. Царь Григорий однозначно выразился. Покуда, решения не примет, демонов на волю не выпускать.

— А то, что они там у тебя в тюрьме как заключенные без всякой вины, это как? Вы мне тут вроде что-то про демократию рассказывали. Вроде как демократия там — демократия и тут? И где же она? Это не демократией, это уже средневековьем… да что средневековьем, рабством тут попахивает. И сильно попахивает. Вам не кажется, ваше бессмертие?

Кощей рассердился.

— Нет, Яга, мне так не кажется.

И махнул рукой, заканчивая связь.

Так значит? Ну я была зла.

— Ладно.

Где моя сумка? Учебничек? Всё тут? Всё!

Руками замахала, завыла и открыла врата аккурат в опочивальню царя Григория.

Тот как раз двери открывал, входил. И я тут как тут. Царь обомлел от наглости такой, рот открыл и глаза выпучил.

— И как это понимать прикажете? — спрашивает и руками разводит.

— А совещание срочное требуется организовать. Безотлагательно, — отвечаю и сама в опочивальне место присесть приглядываю.

Нет, я бы конечно, так не наглела, если бы у меня другое какое помещение во дворце на памяти было. Но так получилось, что знакомство с дворцом у меня случилось лишь однажды, и то при весьма пикантных для царя обстоятельствах.

Царь на меня пялится, злится, но орать пока не собирается. На всякий случай. Опытный в дипломатии, видать, мужик. Это неплохо.

— Я, царь батюшка, конечно, извиняюсь, за такой внезапный визит. Но времени на церемонии нет. Беда грозит вашему карману.

Царь поутих. Посопел, но в кресло у окна уселся. Слушать приготовился.

— Выкрали меня, царь батюшка, вчера. И выкрал Кощей. Тамошний.

Царь смотрел на меня молча и никак на мои слова не реагировал. Похоже, либо не осознавал масштабов бедствия, либо бедствием такое событие не считал. А что, подумаешь. Бабу Ягу зелёную только что инициированную выкрали. Ничего удивительного. Еще молодая и неопытная. Криминала тут пока никакого нет. Так что давай, Настасья Пална, продолжай свою пламенную речь.

— Имел Арсений Кузьмич беседу со мной. Приватную.

Снова ноль интереса. Да что ж такое? Совсем что ли ему всё равно?

— Предложил мне роль двойного агента.

Глава 12

— Вообще-то я посоветоваться хотела…

Царь глаза закатил.

— На счет чего посоветоваться? Хочешь, чтобы я тебе стать двойным агентом разрешил? Так не разрешу.

— И что же, значит, отпустите меня?

Царь изобразил хитрый ленинский прищур.

— Конечно, отпущу. А ты как думала?

— А демонов?

— Что демонов…

— Демонов тоже отпустите?

— А демоны тут при чем?

— А они под моей ответственностью находятся. Если вы меня отпускаете, то и их отпускайте со мной.

— Ещё чего! Я ещё не удумал, чего с ними делать.

— И долго думать будете, ваше величество?

— А не знаю! Как надумаю, сообщу!

Ндаааа… бесполезно. Я паузу выдержала, вздохнула и произнесла скорбным голосом.

— Ваше величество, меня это не устраивает.

А потом я встала, глаза прикрыла, и завыла дурным голосом. Сначала задрожал вокруг меня воздух, потом вибрация перешла на пол, стены и потолок. Зазвенела посуда, затренькали подвески на люстрах.

— Стой! — заорал царь где-то рядом. Я звуки уже едва различала. Так сильно диссонировало окружающее пространство с моим голосом.

Пришлось сдать малость назад. Еще немного и было бы поздно.

— Стой, погоди, Яга. Давай поговорим спокойно.

Царь осознал. Это было видно по дрожащим рукам. И то дело. Дворец-то жалко.

Я маленько подышала известным китайским методом. И приготовилась слушать конструктивные предложения.

Царь мнется, кружевной платок в руках теребит. Говорить не решается. Ну, что же поделаешь, придётся. Не надо было со мной ссориться. Баба Яга существо злобное и довольно мстительное. Так, кажется, в учебнике написано. Думаю, царь тот учебник читал точно. Может и не весь, но представление себе составил. Иначе бы так не трясся.

— Дай мне еще пару дней подумать. Я не могу вот так с бухты барахты такие вопросы решать, пойми. Демоны в горы просятся на поселение. А там Горыныч и горняки. Даже если горняки смирятся с таким соседством, а ну как демоны с Горынычем сговорятся? Представляешь, какая сила грозная под самым носом окажется. И если что не по ним будет?

Ну, свой резон в словах царя был. Однако, не слишком ли он опасается за ситуацию?

— Ваше величество, возможно, вы не совсем в курсе. Палт Ассар дал страшную клятву мне в том, что его демоны ни одного закона принявшей их стороны не нарушат. Демоны, в свою очередь, клялись также Палт Ассару. В общем, бояться нечего. Круговая порука.

Царь поёрзал. Видать, на это ответ не заготовил.

— Не верю я демонам. Они и в прошлом слов не держали. Сущность демона такова, что отдать жизнь для них раз плюнуть. Поэтому и клятву нарушить для них ничего не стоит.

Ндааа, как всё запущено.

— Ваше величество, а вам не хотелось бы изменить ситуацию? Поменять мнение? Мне казалось, что вы позиционируете себя прогрессивным монархом? Дайте им шанс. Их осталось совсем немного. Ситуация заставила их пересмотреть взгляд на жизнь. Помогите им, и вы получите новых благодарных и преданных подданных. Они впишут ваше решение как историческое в свои хроники. Вы прославитесь не только в истории своего народа, но и дадите толчок к новому историческому витку. Не это ли является заветной мечтой любого правящего монарха?

Царь слушал меня внимательно. Был ли он недалёк на столько, на сколько я его только что представила? Если был, то могло сработать. А если оскорбился? Я ведь над ним только что неприкрыто поиздевалась. Ну, значит, ещё потрясем.

— Хорошо, — согласился царь. — Завтра я дам тебе окончательный ответ.

— Ладно, ваше величество, хоть меня это и не устраивает, я пойду на компромисс. До завтра.

И я вышла из опочивальни царя. Негоже было врата в избушку прямо при царе строить. Надо было подыскать другое помещение.

* * *

Царские покои я прошла быстро, не рассматривая подробностей. А вот когда оказалась в коридоре, решила осмотреться повнимательнее. И не успела я хоть что-то разглядеть, как почувствовала крепкий захват на запястье. В следующую секунду в меня буквально впились два пронзительно синих глаза.

— Ну наконец-то! Наконец-то нам довелось познакомиться, — женский прелестный голосок, полный звенящих колокольчиков, звучал будто горный кристально-чистый ручей.

Сама хозяйка прелестного голоска оказалась симпатичной рыжеватой блондинкой с высокой замысловатой прической. Одета девушка была в сарафан поверх ажурной кофточки с высоким воротничком. И опять-таки все это выглядело на ней также стильно, как и на Василии и Иване. Узор на сарафане был затейлив, но терялся в похожем по цвету однотонном брусничном фоне. Если бы я не знала, что искать, навряд ли смогла что-то разглядеть подробно. Передний клин, стилизованный под фартук, и совсем немного отличающийся по тону и узорам при движении отлетал в сторону и открывал стройные ножки местной модницы во всей красе. Узорчатые сапожки, порезанные в стиле pop-up заканчивались выше колен. Еще выше ноги обтягивали тоненькие трико тон сарафану. Дальше воображение могло рисовать все что угодно, но я бы не стала предполагать чего-то слишком эротического. Весь костюм выглядел достаточно целомудренным, однако ничуть не скрывал девичьих прелестей.

— Я Василиса. Премудрая. Истинная. — Последнее слово было выделено особой интонацией. — Нам надо поговорить. Не здесь.

И меня потянули куда-то в боковой проход. Дальше мы шли узким извилистым коридором. Задуматься о функциональности такой необычной архитектуры мне не дали. Вскоре мы оказались перед небольшой неприметной дверью. Василиса осмотрелась по сторонам, достала откуда-то из недр своего волшебного сарафана ключ, и мы оказались в небольшой довольно уютной комнатке, декорированной в светло-бежевых тонах.

Стиль, в котором были оформлены портьеры меня не удивил. Все те же узоры. Кстати, в моем учебнике был раздел, посвященный теме оберёгов. Правда, выучить все символы мне пока не удалось.

Закрыв за собой дверь, Василиса приложила ухо и с минуту стояла, прислушиваясь. Затем повернулась ко мне и сказала.

— Анастасия, вас водят за нос. Обманывают. На самом деле всё не так, как вам рассказали.

Я решила помолчать. До сих пор, всё, что я узнавала, подтверждалось теми событиями, непосредственной участницей которых я же и являлась. Тем не менее, узнать версию оппозиции тоже было не лишне.

Видя, что я никакой реакции на её слова не проявляю, Василиса Премудрая покачала головой и скорбным тоном произнесла.

— Неужели я опоздала?

— Куда опоздала? — решила слегка подогреть собеседницу я.

— Да не куда, а почему! Вот что важно сейчас! Ты хоть знаешь, что вообще тут происходит?

— Ну, во всяком случае я точно знаю, что вы искали и нашли Бабу Ягу в моем лице. Это факт неоспоримый. А вот куда и почему вы, Василиса, опоздали, я не в курсе.

— Ах, эти условности! Лучше давай сразу на ты, хорошо?

Я кивнула.

— А опоздала я, Анастасия, предупредить тебя, что дела тут творятся тёмные. И Яга им нужна для того, чтобы дела эти провернуть как можно скорее.

В ответ я лишь руками развела.

— Ну и какие-такие тёмные дела тут творятся? Что-то я пока ничего криминального не замечала. — Про Палт Ассара и его демонов я решила пока умолчать.

— А то, что тебя ко двору не представили сразу, тебя не смущает?

Ну, это смущать меня по определению не могло, потому как правил местного этикета я не знаю.

— А что, это для меня должно быть так важно?

— А как же! Пока премудрые тебя не признают, ты не имеешь права колдовать!

— И что мне за это грозит? — вопрос мне показался актуальным в связи с некоторыми недавними обстоятельствами в реале.

Тут Василиса закатила глаза, потом изобразила жест, согласно которому мне должны были в скором времени укоротить тело на целую голову.

Странно было такое услышать. Ведь до сих пор я имела дело исключительно с представителями местной власти. И никто из них ни о каких запретах даже не намекал.

Я решила повозражать. Может, что-то и прояснится в процессе.

— Но мне прислали куратора. Василия Премудрого.

Василиса кажется была в шоке.

— Кого? Какого-такого Василия Премудрого? Уж не Ваську ли Горелого, который с Ванькой Безродным якшается? Да куратора должен Совет Премудрых утвердить. Тогда все будет законно.

— Но царь Григорий тоже ничего против меня не имеет. — Ну, конечно, в некотором смысле. — Я только что от него.

— Григорий не царь! Царь у нас Горох! Все цари Горохи. А Григорий — самозванец, захвативший власть в свои загребущие руки. — Слова Василиса произносила громко, и на последних спохватилась, зажала рот рукой и выпучила от страха глаза. Потом полушепотом закончила. — Это все Кощей. Он переворот учинил. На трон самозванца усадил. А Иван предал отца родного. Пока тот в застенке мается, Иван на посылках у узурпатора.

— А Ягу прежнюю, значит, тоже того? Не естественным путем скончалась?

Василиса вздохнула, опустила прекрасные синие глазки долу и скорбным голосом произнесла.

— Говорят, прежняя Яга жива-живёхонька. Прячется где-то в лесу.

— Тааак, а кот её не в курсе значит?

— В курсе. Только молчит. Боится хозяйку выдать.

Ну и дела… И почему же мне это как-то подозрительно всё?

— Василис, а у меня такой вопрос возник. Зачем ты мне, малознакомой неузаконенной Яге всё это рассказываешь? А если я сей же час пойду и тебя сдам властям?

Василиса поморгала густыми черными ресницами и приподняв идеальной формы бровь произнесла.

— Риск, конечно, велик. Но выхода другого у нас нет.

— У кого это у нас?

— У сопротивления.

Во как! Сопротивление, значит, тут у них имеется…

— Ладно. Допустим, я тебе верю. И ты не опоздала меня предупредить. Что дальше?

Василиса оживилась.

— А дальше надо идти в горы! Только ты сможешь разрушить эту чертову лабораторию!

— Лабораторию?

— Ну да. В которой горстка шарлатанов под руководством Васьки Горелого проводит свои чудовищные эксперименты.

Тааак, чем дальше, тем страньше и страньше… Надо ещё кое-что прояснить.

— А кто автор книжки «Мастерство Бабы Яги»?

Тут Василиса ойкнула, закатила глаза и стала задыхаться. Я кинулась к столу, на котором обнаружился графин с водой. Быстренько отхлебнула и спрыснула девушку посильнее.

Та очухалась и принялась обмахиваться руками. Я тоже помахала.

— Ох, Анастасия, плохи дела, — в звенящем голосе проявилась легкая нервная хрипотца. — Значит, Ягу поймали. Значит, больше на пути у Кощеевой банды никто не стоит.

— Но Василий мне сказал, что записи делал его отец.

— Верно, никто другой и не мог. Его отец — главный палач, Борька Бешеный.

Ну и дела… Мне нужен был тайм-аут. Срочно.

— Вот что, Василиса. Я должна сейчас вернуться к себе. Обязательно. Скажи мне, как я тебя смогу найти, и я найду. Скоро. Как смогу.

Василиса кивнула головой, пошарила где-то в недрах сарафана, и извлекла на свет небольшое зеркальце в ажурной металлической оправе.

— Вот, возьми. Позовешь меня, когда сможешь. Я откликнусь. И ещё…

Василиса критически осмотрела мой прикид и молвила.

— Тебе нужна защита.

И вышла за дверь, лишь на минуту задержавшись, чтобы проверить коридор на наличие шпионов.

Ждать пришлось недолго. Еще через минуту я оказалась счастливой обладательницей сарафана и сапог наподобие висилисиных. И да, любимого зелёного цвета.

Распрощавшись с прекрасной представительницей местного сопротивления, я решила, что в следствие открывшихся обстоятельств бродить по дворцу будет крайне неразумно. И поэтому открыла врата прямо из той комнатки с выходом у памятного дуба.

Глава 13

Пока пробиралась к избушке, из головы не шёл разговор с Василисой. Неужто всё так плохо? Ведь если всё то, что поведала мне Василиса, правда, я сама запросто могла действительно стать могущественным оружием в руках узурпаторов. Перебирая в памяти события, я тщетно искала ту неправду, которую якобы пытались от меня скрыть. Даже если Иван и Василий вместе с Кощеем на самом деле такие злодеи и заговорщики, то почему с ними сотрудничают те, кому полагалось в первую очередь уйти либо в партизаны, либо в подполье? Ведь Тимка с Ефимкой ни разу ни одного намека мне не сделали до сих пор. Почему?

Как же мне узнать истину? Может кот с лешаком молчат, потому что боятся за прежнюю хозяйку? Но они видели учебник, написанный со слов прежней Яги! Почему не отреагировали? Спросить прямо сейчас их обоих и пусть объясняются! Хотя… Скажи я им сейчас, что знаю про прежнюю Ягу правду, напугаются оба и будут молчать как партизаны.

А потом, не исключено, что Василиса сама самозванка или того хуже — сумасшедшая. И тогда меня в лучшем случае поднимут на смех. Что было бы, конечно, самым безобидным во всей этой истории. Что же делать? Деодофила спросить? Но и он может оказаться завербованным агентом узурпаторов.

На полянке царило уныние. Лешака не было — видать по делам в лес подался. А Палт Ассар с котом на пару встретили меня на крылечке. Демон в человеческой ипостаси стоял, скрестив руки на груди, облокотившись на дверной косяк. А кот сидел в ногах демона и совсем как обычный кот облизывал свою огромную для обычного кота лапу.

Демон, завидев меня издали, подался навстречу, поигрывая неизменным файером. Подошел, заглянул в глаза и всё понял. Как это у него получалось, понимать меня без слов, не знаю. Только вопросов, которые его терзали, Палт Ассар не задал. Только размахнулся и метнул очередной файер куда-то ввысь. Файер кометой пролетел над лесом и скрылся за горизонтом.

Я была ему очень благодарна. Потому что будь Палт Ассар другим, давно бы плюнул на мои китайские приседания и затеял собственную войнушку местного масштаба. А то, что у него это получилось бы, я не сомневалась. Среди демонов, которые сейчас сидели в заточении, было немало воинов. Да и тот, кто приходил тогда за мной… Как-то не верилось мне в то, что он сгинул прежде, чем я открыла портал из нижнего кармана. И это здорово усложняло дело. Демоны мне клятву давали от своего имени. Значит, на отщепенцев она не распространяется? Все равно — те, кто в данный момент скорее всего тайно бродят по верхнему карману… Эти демоны могли в любой момент начать действовать, и тогда… Думать на эту тему сейчас не хотелось.

Но видно след от мрачных мыслей отразилась на моем лице. Демон молча обнял меня, прижав к себе, и мне вновь показалось, что это и есть то самое мое любимое заветное место, которое я и искала всю вою недолгую жизнь…

Пообедали молча. А потом я сказала, обращаясь к коту.

— Тим, а не устроил бы ты мне экскурсию по лесу, а?

Кот выпучил на меня глаза, и я чуть услыхала.

— Как скажешь, хозяйка…

Лес приветствовал меня радостным постукиванием ветка об ветку. Деревья были уже совсем голые. Первый снег растаял, но уже чувствовалось, что не сегодня — завтра наступит настоящая зима. Из-за свинцовых снежных туч было сумрачно и в сложившихся обстоятельствах даже я бы сказала страшновато.

Кот плелся за мной след в след, и я спиной ощущала его недовольство. Догадывался усатый, зачем я его в лес повела.

Довольно долго я упорно шагала вперед, инстинктивно надеясь, что лес сам укажет, где остановиться. Так оно и случилось. Прямо на пути показалась низинка, окруженная кустарником с яркими красными ягодами. Посреди неё пенёк, а на пеньке то ли ветка мхом заросшая, то ли чучелко, сгнившее… Глаза только черные живые. На меня уставилось и молчит.

— Привет тебе, житель лесной. Знакомиться станем?

Чучело чуть заколыхалось, но ответа не последовало.

— Может, угостить тебя чем смогу? Или просьба какая есть?

Глаза слегка оживились. Лохмотья зашевелились, и у меня в голове послышался тихий то ли шелест, то ли шёпот…

— Спаси лес, Яга. Как Дух Леса тебя прошу.

Я покивала, за подарки прежние поблагодарила, а потом обернулась к коту.

— Ну что, Тим, поговорим? По душам?

Кот тяжко вздохнул и присев у моих ног заговорил.

— Царь Григорий пригрозил всю нечисть лесную извести, ежели мешать станем. Яга на что сильна была, и ту одолели. Я твой учебник увидал… — После этих слов кот смахнул лапой слезу, шмыгнул носом и сглотнув, продолжил повествование. — В общем, Кощей давно в своем замке всякие эксперименты ставил. В реал, говорят, специально ходил, с учеными общался… Одновременно, вел переговоры с Горохом. Уговаривал построить лабораторию в горах. Горох с Советом Премудрых поговорил и Кощею отказал. Кощей вроде как успокоился. И всё было хорошо, пока Григорий из реала не вернулся.

Дальше я рассказала коту о встрече с Василисой, а кот поведал историю царя Григория.

Родители Григория, истинные Премудрые, послали сына на обучение в реал, где тот благополучно сгинул. Такое с детьми кармана случалось редко. Все стремились вернуться на родину. Магия звала. Без магии дети кармана чувствовали себя неполноценными созданиями.

Был случай, когда одного из посланных посадили в тюрьму. Пробыв в заточении пару лет, тот сошел с ума.

Григорий не объявлялся пять лет. И родители его уже сочли сына невозвращенцем. Но тот объявился, и первым делом не в дом родной, а в замок к Кощею. Через какое-то время пополз в народе слух о том, что Григорий — приемный сын. На самом деле отцом его является ныне здравствующий царь Горох. Царь, услыхав такое, посмеялся и забыл. А слух начал распространяться всё дальше. Также говорили о том, что царь плохо правит страной, много тратит впустую средств из казны.

К тому времени из обучения вернулся царевич Иван. Невесту Ивану подобрали что надо. Из истинных Василис. Судя по описанию, та Василиса вполне могла оказаться моей недавней знакомой.

Кстати, истинными называли тех, кто прошёл так называемую проверку на профпригодность. То есть был признан Советом Премудрых.

Иван жениться отказался наотрез. Оказывается, в реале царевич встретил девушку и влюбился. Но брать в жены из реала девушек было не принято. Царь настаивал, грозился лишить наследства. А Иван сопротивлялся. И в конце концов, подружился с Василием, единственным из Совета, поддержавшим идею Кощея. Так Иван оказался у Кощея в гостях. А вскоре публично отрекся от родителя, чудесным образом признав родство с Григорием.

Судя по рассказам, Кощей готовил государственный переворот очень тщательно. И единственно, кто ещё ему мешал, была Яга. Попытка подкупить старушку успехом не увенчалась. Наоборот, после разговора с Кощеем, Яга объявила всем, что никакой смены власти не допустит.

Еще через некоторое время Яга пропала при странных обстоятельствах. Край юбки под обломками скалы — всё что нашли на месте обрушения. Как Ягу занесло в горы, тоже осталось загадкой.

Тимофей с Ефимом тогда нашли её под обломками и спрятали от Кощея. Плоха была старушка. Сильно Кощей поколдовал. Но поправлялась уже… Но ищейки нового царя нашли убежище Яги. Не успели они с Ефимом. До сих пор себе простить не могут.

А новую Бабу Ягу искать все-таки пришлось. Политика политикой, а лес беспорядка не терпит. Пришлось смириться и идти на сотрудничество с новой властью.

Про лабораторию в горах слухи ходили давно. Кощей провел среди Совета Премудрых разъяснительную работу и создал группу из членов Совета, которую запер в горах. И с тех пор в кармане творятся всякие странные вещи. То нечисть какая-то не местная лезет, то горы двигаться начинают.

— То нижний карман сокращаться… — добавила к рассказу кота я.

Вернулись мы к избушке, когда над ней уже нависали тёмные сумерки. Палт Ассар видать как сидел на крылечке, так и сидит. Меня дожидается. Приятно. Было бы ещё приятнее, если бы не было так тревожно.

— Надо бы в реал сходить.

Демон в ответ кивнул.

— Я с тобой.

Кот тут же встрепенулся.

— И я с вами!

— Ладно, пошли. Надеюсь, Ефим за хозяйством присмотрит

Ефиму я оставила вестничек — клубочек, свитый из сухих трав. Прислонишь к такому ухо и слушай. Травки все, что нашептано, повторят тому, кому послание адресовано. Деодофилу я пока доверять поостереглась.

Портал открылся быстро. Да не в квартиру, а в парк. Для моих спутников это оказалось неожиданностью. Не для меня.

Погода реала встретила нас мелким моросящим дождём вперемешку с липким мокрым снегом. Надо было найти спокойное место, чтобы поговорить. Беседка возле небольшого пруда, на котором в летнюю пору кормились утки, вполне подходила.

Внутри было холодно, как и снаружи, но хоть не промокнем. Я было попробовала повлиять на погоду, но у меня не получилось. Видно, вне леса мои способности резко шли на убыль. Нужно поиметь в виду.

Палт Ассар, глядя на мои стучащие зубы, покачал головой, притянул меня к себе, и мне снова стало тепло и уютно. Расположившись на лавочках, прилепленных по периметру беседки, мы приступили к нелегким разговорам об истинном положении дел.

Кажется, всё встало на свои места. Теперь я понимала, почему Кощей не хотел демонов в горы селить. Я рассказала Палт Ассару часть того, что узнала, а потом спросила обоих.

— Что делать станем?

Кот пожал плечами, вернее вжал голову в шею и вернул на место. Демон мой тоже тяжко вздохнул и промолчал. Картина нарисовалась безрадостная.

Демонов в горы царь Григорий, скорее всего так и не пустит. Ему лишние глаза и уши рядом с секретным объектом ни к чему. В реале их тоже не ждут.

Надеяться на какое-то возможно существующее в действительности сопротивление? Припомнилась Василиса. Глядя в наивные васильковые глаза, сияющие детской непосредственностью, с трудом верилось в дееспособность такого сопротивления.

Судя по поведению лешего и кота, эти сказочные герои тоже не бог весть чем могли помочь. Раз Ягу уберечь не смогли. Да и сама Яга… Если уж и её сумели одолеть, то мне, новоиспеченной Яге тут делать особо нечего.

Переговорив ещё раз обо всём, повздыхав, каждый из присутствующих углубился в изыскания неведомых способов одолеть могущественного врага. Молчание наше первым нарушил Палт Ассар.

— Есть у меня одна небольшая зацепка. Хотя, надеяться особо я бы на неё не стал…

Глава 14

И поведал нам Палт Ассар один из секретов политики нижнего кармана, хоть и мог смолчать. И я это оценила.

Готовя посольство в верхний карман, прежний Повелитель демонов подстраховался, и заслал агента в реал, чтобы попытаться найти убежище для своих подданных. Но события развивались столь стремительно, что вскоре стало не до того. Верхушка демонического сообщества взбунтовалась и потребовала немедленной экспансии верхнего кармана. И возглавил восстание Палт Ассар, как сильнейший. Демоны сражались за идеалы, как всегда, до конца. Палт Ассар одержал верх и по закону стал новым Повелителем.

Все это время где-то в реале работал тот самый шпион, засланный прежним Повелителем. Палт Ассар узнал о его существовании случайно. Один из приближенных прежнего Правителя рассказал о приблизительном местопребывании резидента. По словам демона, получалось, что резидент был непрост и принадлежал к правящей верхушке, одновременно был допущен к большинству секретов политики. Встреча с ним могла многое прояснить.

— Ладно, — сказала я демону, машинально погладив бархатистую кожу на горячей руке. — Отправляйся искать свой таинственный источник информации, а мы с Тимкой пойдем местную власть потрясем.

Кот вскинулся.

— Да ты что? Разве местный Кощей захочет нам помогать?

— Захочет, — процедила я сквозь зубы.

Пока я прощалась с Палт Ассаром, кот скромно ретировался в кусты. И только демон скрылся из виду, объявился.

И мы подались для начала ко мне домой, чтобы подготовиться хорошенько. А дома нас ожидал разъяренный оборотень Кирилл. Злость свою Кирилл выместил на мне самым банальным образом. Устроил бардак в квартире.

Сам Кирилл восседал перед ТВ в моем любимом кресле и жевал попкорн под какой-то дурацкий сериал. Попкорн попадал на всё вокруг, только не в рот. Гад даже не обернулся, когда я вошла в комнату.

— Ну, и где мы шляемся, Настасья Пална?

— Где надо, там и шляюсь, — устало произнесла я, смахивая со стола изрядно помятую банку из-под пива Балтика. — Давай, соединяй с начальством. Срочно.

Кирилл на меня зыркнул, хмыкнул и достал мобильник.

Еще через несколько минут в комнату, не звоня в дверь, вошел местный Кощей — не Кощей. Вот интересно, куда делся истинный Кощей реала? И действительно ли своей смертью умерла местная Яга. Теперь я имела все основания сомневаться.

— Настасья Пална пожаловали! Ну что ж, значит, накушались сказочек уже?

— Сказочников и тут, я смотрю, хватает, — проворчала я. — Да, кстати. Ваш шпион у меня в погребе сидит. Надо бы его вам вернуть.

Кощей в ответ крякнул. Видать, не ожидал такой прыти.

А потом мы сели в джип и поехали знакомиться с местной избушкой. Кирилл за рулём, рядом Кощей. А на заднем сиденье мы вдвоем с котом.

Ехали не долго. Кощей несколько раз с пространством что-то творил, колдовал. Дорога сокращалась. Я так не умела. Наконец, мы оказались в лесу. Судя по растительности, где-то в преддвериях тайги. На опушке нас встретил мужичок, чем-то неуловимо похожий на Ефима. Только старше и глаза мудрее. Хотя, у Ефима взгляд был более открытым. Эти тёмно-зелёные глаза давно не смеялись.

Мужичок пробормотал что-то вроде.

— Здравия желаю, ваше высокородие. — И низко поклонился. При этом грозно тряхнул ружьём. Словно предупреждал — при мне не баловать.

Моя голова машинально склонилась в ответ на такое приветствие.

— Привет тебе, Козьма, — сказал Кощей. Руки не протянул.

Козьма в ответ промолчал.

— Вот, привел тебе Ягу новую.

Лешак кинул на меня острый цепкий взгляд и снова промолчал.

— Давай, веди в избушку. Знакомить будем, — пробурчал под нос тот, кого называть Кощеем у меня никак язык не поворачивался. Ну не тянул этот хмырь с именем-отчеством сына кузнеца на могущественного чародея, коим должен быть Кощей Бессмертный.

Глава 15

С полчаса уже где-то мы пробирались сквозь лесные кущи в поисках местной избушки на курьих ножках. Даже для начала зимы этот лес, чернеющий голыми ветками, казался слишком густым. Невольно вспомнились милые сердцу деревца, ставшего уже родным леса в сказочном кармане, казавшемся теперь нереальным. Возможно из-за то и дело внезапно возникавших перед нами из-за кустов коряг и прочих древесных уродцев. Этот лес не хотел делиться своей первозданной красотой. Он пугал и гнал вон, словно непрошеных гостей.

Слегка согбенная спина местного лешего Козьмы маячила впереди, петляя по еле заметной тропинке. Лешак явно колдовал, сокращая путь. Хотя, не знай я что происходит на самом деле, навряд ли удивилась чуть заметному движению окружающего нас пейзажа. Обычный человек скорее списал бы стремительное движение теней и веток на перевозбуждённое состояние.

Машинально я повторяла действия местного лешака, и в какой-то момент почувствовала, что… принимаю участие в его колдовстве. Конечно, это было ещё очень далеко до самостоятельности, но зато позволило ощутить, что происходит на самом деле в тот момент, когда пространство вокруг переворачивается, словно страницы книги.

Позади меня шуршал кожаным плащом Кощей. Ни скрипа шагов, ни дыхания — словно позади меня передвигался один кожаный плащ без человека. Да и какой он собственно человек? Может, был… когда-то… Почему-то эта мысль мне показалась единственно верной. Да и чему удивляться? Сама я недавно была обычной человеческой девушкой и не представляла себе, что стану… Бабой Ягой.

Череда событий, произошедших с тех пор, не давала мне до сих пор остановиться и как следует подумать о том, что же на самом деле происходит в том и этом мире, а в том числе и со мной. Какие-такие могущественные силы ведут свои игры, в результате которых страдают люди и нелюди, что, собственно для меня с недавних пор не имеет особой разницы. Впрочем, чтобы размышлять на эту тему, я должна была обладать для начала достаточной информацией. А её-то как раз и не хватало.

Мне очень нравился демон, ушедший куда-то по своим важным делам. Никогда бы не подумала, что смогу полюбить такого, как Палт Ассар, но… Сердце мне сказало «фас» и я нырнула в омут с головой, не размышляя особо. В конце концов, я тоже с точки зрения обычного человека монстр. И это отнюдь не делает меня собственно монстром. Потому что с возможностями во мне росла и ответственность, воспитанная с детства. Я твердо убеждена в том, что буду справедливой и осторожной волшебницей, а не злющей не знающей жалости колдуньей. Уверенность в этом придавала мне сейчас сил. Без этой уверенности я бы не смогла без дрожи в коленях передвигаться в сгущающихся сумерках по сжимающемуся вокруг нас лесу.

Кот пропал ещё на опушке леса, помаячив мне пушистым как щётка хвостом. Сигналил отменно. Специально, чтобы я увидала. В общем, ушёл в разведку.

Интересно, а есть ли в местной избушке свой хранитель? Не хватает мне ещё до кучи разбираться, кто будет главным в доме.

Так, за раздумьями, мы и вышли на опушку… Ну, что сказать… Избушка замаскировалась знатно. Мало того, что в землю по самую крышу вросла, так ещё и снежком присыпалась. Во всяком случае, сугроб на крыше никак не соответствовал уровню осадков, видимых повсюду вокруг.

Подойдя к горке, в которой издали никак нельзя было опознать жильё, Козьма прочистил горло и гаркнул.

— А ну открывай ворота, мать твою!

Болезная вздрогнула от неожиданности, потеряв часть белоснежной маскировки, заскрипела, заворочалась и начала расти. Процесс меня впечатлил. Вскоре перед нами оказалась убогая избушка с черными провалами вместо окон и дверей. И что-то мне подсказывало, что все свои потери бедная получила в неравном и жестоком сражении за свободу и независимость.

Козьма сделал нам приглашающий жест и мне показалось, что во взоре его мелькнуло что-то похожее на злорадство.

— Ну что ж, Настасья Пална, принимай хозяйство, — крякнув от смущения, произнес Кощей.

Я вздохнула и мысленно потянулась к дверному проему. Сначала ничего не ощущалось. А потом повеяло пустотой и обречённостью. Я послала вперед сильную эманацию ласки и успокоения. В ответ получила кучу боли и безнадёжности. На этом наш диалог и закончился.

Я обернулась, и вопросила с особой интонацией в голосе.

— Я, конечно, извиняюсь за вопрос. Но… кто ж это тут так погулял, а? — вопрос я адресовала естественно Кощею, как главному злодею… э…. герою всей этой истории.

Кощей сердито повел кустистой брежневской бровью и пробурчал.

— Посговорчивей надо быть, — и решительно двинулся вперед, на приступ моей будущей крепости.

— Стоять! — скомандовала я, твердо решив, что отныне никто этот лес больше не обидит. Только через мой хладный труп, коего ещё нужно заслужить.

— А ты б, Настасья Пална обороты-то сбавила, а? — сверкнул тёмным глазом Кощей, прицыкнув языком. Тут мне пришла в голову мысль о том, что Кощей с именем сына кузнеца вероятнее всего сидел. И не одну пятилетку. Или не сидел… а наоборот…

А и не боюсь я тебя, сын кузнеца! Развернусь сейчас спиной к избушке, к тебе передом… и посмотрим.

Поднялся ветер, затрещали ветки. Посыпался снег с толстых ветвей, затрепетали и зашипели кусты, задрожала земля. В общем, принял меня лес, и я почувствовала, что с непрошеными гостями справлюсь на раз. Завернула указательным пальцем в воздухе закорючку и ткнула ею в Кощея. Того словно ветром сдуло, как и не было.

Ну вот, с одним разобрались, пора и другого слегка осадить.

— Ну, а ты что мне, Козьма, поведаешь?

Лешак усмехнулся.

— Крутая ты баба, Настасья батьковна, как я посмотрю.

Попинал сугроб солдатским ботинком, тряхнул ружьишко на плече, шмыгнул носом.

— Давай для начала в избушку зайдем, — и снова мне свой жест фирменный предъявил, да ещё и ножкой шаркнул. — Только после вас! — Правда, злости уже такой, какая раньше ощущалась, уже не было.

Я плечом пожала и пошла прямехонько в чернеющий впереди дверной проём.

В сенцах ещё светло было, а вот когда дверь в горницу открыла, тьма обступила, хоть глаз коли. Пришлось пальцами пощёлкать. Не сразу, но освещение появилось. Правда, свет, тусклый и зеленоватый, исходил от гнилушек, что были развешаны по стенам. Ну что ж, теперь понятно, как свечечки зажигаются. Также, как и файеры.

Рассмотреть что-либо в потемках было проблематично. Но кое-что всё-таки удалось. Как и моя прежняя избушка, эта была оформлена в стиле «готик» — повсюду свисали лохмотья из паутины, стены почернели. Печка тоже темнела ободранными боками в том же месте, где и предполагалось ей находиться. Конечно, никаких занавесочек тут не сохранилось — ни в цветочек, ни в горошек…

А кстати, где ж хранитель? Ох, вот и он… оно… Ничего себе, сюрприз! Из дальнего предположительно при жизни лучшей «красного» угла на меня взирал глазами-фонарями огромный монстр. Будь чудище поменьше размером, я бы в нем признала паука. Арахнофобией я никогда не страдала. Теперь же меня просто разбирало любопытство от того, на что же этот монстр способен. Ведь мой прежний хвостатый хранитель оказался неплохим домохозяином. И яичницу мог при желании пожарить. А тут — восемь мохнатых лап, огромные желваки, устрашающий вид. Нет, конечно, защитить меня такое чудище могло. Но мне вроде и не надо…

Я поклонилась чуть не в пол, и рукой даже махнула, как в фильмах про старину видела. Ну и сказала, конечно при этом.

— Доброго здравия вам, уважаемый… — тут в голову запоздало пришло, что паук может оказаться паучихой. Ну, извинюсь в крайнем случае. Я ж не знала. Никто не предупреждал. Реакция у арахнида оказалась замедленной и даже очень. Пришлось ждать ажно минут пять, прежде чем чудище зашевелило ногами и стало медленно продвигаться по направлению ко мне. Страшно не было. Видать, я уже привыкла не бояться. Конечно, это тоже не комильфо и может однажды сыграть со мной злую шутку. Но я как-то на эту тему не думала. Некогда было. Главное сейчас — это разобраться в сути происходящего. Буду трусить, никто мне на мои вопросы отвечать не станет.

Паук тем временем медленно прошагал на своих огромных ногах где-то с метр от стены и застыл, поводя в стороны огромными черными мохнатыми, как и все восемь ног, желваками. Тут у меня в голове зашелестело. Так, паук-телепат. Понятно.

— Ты кто?

— Кандидат я новый на место Бабы Яги, — ответила я вслух.

Паук сверкнул красными глазками и сделал еще несколько шагов мне навстречу.

— А загадки разгадывать умеешь?

Ну вот, приехали. Не хватало мне тут детских игр в загадки-разгадки.

— Умею, умею. Только времени у нас на загадки нет. Надо бы делами заняться.

В голове словно молотком тюкнули по наковальне.

— Эээ! Полегче! — я поколдовала слегка, прикрылась. Поглядим, как он вслух общаться станет.

Паук застыл и не шевелился довольно долго. Видно ко мне в голову стучался. Да не достучался. Заговорил Козьма.

— Федя прощения просит. Больше хулиганить не будет. Он иначе разговаривать не умеет.

Я хмыкнула, поискала глазами лавку, чтобы присесть для дальнейшей беседы. Лавка нашлась там же, где и предполагалась, у стола. А стол у оконного проема. Кстати, не пора ли окошечки прикрыть? Вопрос я адресовала избушке лично. Зная уже, что эти чуда от природы владеют трансформацией не хуже, чем повар поварешкой. И тут же узрела слабый блеск. Оконный проем медленно, но верно затягивался прозрачной то ли пленкой, то ли стеклом. Конечно, и прибраться бы не помешало, но я решила не давить особо на психику. Как знать, что там с этой психикой у таких чуд после военных действий случается.

В общем, присела я, заслонку в голове приоткрыла, прислушалась.

— Прости, хозяйка. Одичали мы тут, — прошелестело у меня в голове тихонько. Ну вот, другое дело.

— Ладно, Федь, проехали. Давай лучше знакомиться будем. Времени у нас не ахти. Думаю, скоро Кощей ваш опомнится, припрется права качать. А я Баба Яга еще только совсем недавно. Так что могу в одиночку и не совладать.

Паук Федя подошел совсем близко и пощекотал меня передними мохнатыми лапками по рукам, которые я вольно свесила меж колен. Прикосновение волосков арахнида мне показалось приятным.

— Ну зачем же в одиночку, — прошелестело в голове. — У нас в запасе тоже кое-что имеется.

Я повеселела. И мне даже показалось, что паук Федя мне улыбнулся в ответ.

Козьма, который до сих пор стоял в дверном проеме, тоже видно расслабился, по-хозяйски прошёлся по горнице и вольно расселся на противоположном крае скамьи, спустив с плеча ружье, которое тут же определил рядышком, прислонив к скамье сбоку. Умел местный леший обращаться с огнестрельным оружием и применял его на деле не раз.

Я пристально оглядела начавшую еле заметную трансформацию горницу, отметила обозначившиеся на уже привычном месте полочки с бутылочками, проявившуюся крышку погреба в полу и решила подождать ещё. Чтобы увидеть, как появится зеркало. Но зеркало не появилось, а паузу затягивать было нельзя.

— Ну, вот что. Не стану тратить время на подробности. Все потом. Главное сейчас обозначить «ху из ху». Поэтому хорошо бы организовать нечто вроде охранного периметра вокруг избушки. А потом и по душам поговорим.

Козьма чуть кивнул, а в голове у меня послышался тихий скрежет. Будто арахнид смеялся.

Глава 16

Следующие полчаса в избушке на курьих ножках расположился военный штаб, напоминающий по кипящим эмоциям американскую биржу. Федя метался от стены к стене, плетя призрачную паутину. Козьма то и дело появлялся из погреба, доставая очередную хреновину из арсенала. А я листала баб-ягинский учебник, вслух цитируя определения и свойства того, что мне предъявляли.

Наша посветлевшая и помолодевшая избушка готовилась стать неприступной крепостью. Из-за множества различных магических предметов, расставленных повсюду, она теперь напоминала то ли магазин антиквариата, то ли музей этнических ценностей.

В арсенале нашлось и блюдечко с яблочком, почему-то по размеру также напоминавшем больше подносик. Я уже не придиралась, привыкла. Главное, чтобы работало.

Но оно не заработало. Расставленные повсюду предметы никак не хотели включаться. Некоторое время я наблюдала, как с каждой неудачей оптимизм моих новых помощников постепенно сменяется унынием и обречённостью. Наконец, Козьма топнул ногой и произнёс какое-то заковыристое ругательство без мата. В другое время я бы попросила повторить, да и записала бы на память с удовольствием.

— Все, приехали, — сказал Козьма и сел на лавку, обхватив мохнатую головушку широкими ладонями. — Думали, что с приходом новой Яги магия в избушку вернется. Не вышло… — Помолчав и пожевав губами, лешак продолжил. — Эх, в былые времена…

Смахнул горькую слезу и уставился в стенку невидящим взглядом.

Эк их тут жизнь скрутила.

— А ну отставить! — бодро крикнула я, потрясая для собственной уверенности кулаком. — Счас мы… всё исправим.

Лешак даже не повернулся. Не поверил. Федя в углу вяло шевелил конечностями и помалкивал. Его паутина тоже оставалась паутиной паука, и никак не хотела становиться защитной сетью.

А я встала в центре и загудела…

Портал из избушки в избушку поначалу открываться никак не желал. Причем, сопротивление по моим ощущениям оказывали обе. Пришлось уговаривать. Наконец, туман заклубился, а когда рассеялся, мы нос к носу столкнулись с Ефимом, грозно целившим своей извечной спутницей — палкой грибника, прямо в нас. Видать, ждал Ефим непрошеных гостей.

Увидав меня, лешак расслабился и выдохнул.

— Фух, Настя, ну ты меня и напугала. Прихожу — никого. Ни кота, ни тебя. Думал, что случилось. — Клубочек мой Ефим заметить не успел. Или заметил, но не успел прослушать… Травяной комочек маячил посредине стола, где я его и оставляла.

Тут Ефим узрел за моей спиной интерьер, а также моих новых знакомых.

— Вот так-так… Все-таки ты решилась? Ну и как тебя теперь воспринимать? Друг ты нам теперь или враг?

Я вздохнула и пересекла границу.

— Да друг я, Ефимушка, друг. И они вот тоже друзья. Познакомься — леший Козьма и хранитель Федя.

Потом я обернулась к Козьме.

— А ну, служивый, давай сюда ваши артефакты.

Козьма лешим был сообразительным. Шустро подхватился и заметался по горнице, передавая мне всё, что мы только что красиво расставили по избушке.

Федя сообразил, что он и есть магический артефакт, и тоже шустро засеменил через портал на магическую сторону.

А в следующую минуту я с восторгом и удивлением наблюдала за тем, как исчезает созданный мною портал, а также тает стенка, соединяя две избушки в одну…

А ещё через некоторое время, вглядываясь в центр сказочного видеоэкрана, мы наблюдали, как Кощей с именем сына кузнеца истерит, размахивая руками и пиная ногами что под них попадется, норовя задеть удачно уворачивающегося оборотня Кирилла.

И почему же я, не смотря на некоторые демонстрации кощеевых возможностей, не боялась его? Не из-за имени же? Чувствовала, что сильнее. Особенно теперь, когда мои избушки объединились в одну. Как-то это было правильно. Будто изначально именно так и было. И лишь потом произошли неведомые события, разделившие избушку надвое.

Задрав голову вверх, дабы обратиться к висящему над столом вверх ногами арахниду Феде, я спросила.

— Федь, а как далеко ты можешь свою телепатию использовать? Может слегка успокоим его бессмертие? А потом и на парочку вопросов ответить попросим.

В голове зашелестело.

— Пока Кощей в лесу, могу и успокоить, и спросить. Только для этого твоя голова нужна.

Моя голова была для меня одной из самых главных ценностей, поэтому просто так её использовать, особенно для экспериментов, я не собиралась.

— А поподробнее?

Федя понятливо посигналил глазками, и я получила пояснения.

— Я вас соединяю, и вы общаетесь. Так понятно?

— Ага, как по телефону?

— Приблизительно.

Я подумала и согласилась. Уселась на лавку к столу. Для верности подперла головку руками, вздохнула и сказала.

— Давай, соединяй.

И в следующую минуту услыхала возглас Козьмы.

— Поздно! — открыв глаза я увидала в окошке, как мой пропавший котэ петляет по поляне, уворачиваясь от молний, которые метал в след Тимке с края полянки разъяренный Кощей. Вернее, Черный Кожаный Плащ — издали лысая голова Кощея будто отсутствовала вовсе.

Заскочив в горницу, Тимка прилег на передние лапы и затих. Будто самый настоящий кот.

Я тихонько позвала.

— Тим, а Тим… Ты живой?

Котэ приоткрыл один глаз, давая понять присутствующим что отсутствует не весь и не навсегда.

Тут из сказочной избушки в реальную заглянул Ефим и глядя на кота, протянул.

— Экаааа… — А затем исчез, чтобы через мгновение появиться вновь. На этот раз в руках лешака была бутыль с кроваво-красным содержимым. Подойдя к коту, Ефим добыл из-за пазухи тряпицу и вынув ртом пробку, помочил ее, а затем положил коту под морду… Кот повел носом, высунул язык, полизал тряпицу и… вскочил, вздыбив шерсть на загривке, ощерив пасть и выпучив загоревшиеся дьявольским зелёным огнем огромные глаза.

Лешак удовлетворенно хмыкнул, и в сопровождении моего внимательного взгляда, пошел возвращать бутыль на ее законное место. Я, конечно, ещё не всё в своём хозяйстве знаю, но разбазаривать имущество не позволю.

Вскоре, пришедший окончательно в себя кот, поведал народу о своих приключениях.

Обстановка нарисовалась безрадостная. Нечисти в лесу осталось чуть. Повывели почти всю. Духа Леса коту разыскать удалось, но тот сказал, что ни за что ввязываться в конфликт не станет. Он де последняя надежда и опора. Случись с ним что, лес совсем погибнет. Однако, увидав последствия объединения сил, кот сверкнул глазом и добавил.

— А может ещё и передумает Дух-то. Слышь, хозяйка, а ты часом не знаешь, отчего это местный Кощей так тебя боится?

На что у меня в последнее время челюсть от пола не отрывалась, а зачастую и не отлипала, так тут и вовсе застыла.

— С чего это ты, Тим, решил? Я с Кощеем беседу имела, страха с его стороны не приметила.

Котэ полизал лапу и бросил взгляд на печку. Я вздохнула — и я бы покушать чего не отказалась. Да как-то неудобно — враг на пороге, хотя…

— А давайте пообедаем, а? Да и пленника нашего покормить не мешает.

Котэ кинул на меня взгляд полный благодарности и кинулся к печке за обедом для нашей честной кампании. А я пошла за вампиром.

Спустившись по лесенке в погреб, я окинула взором свою личную тюрьму. Все честь по чести. И параша имеется. Водичка вон журчит. Вампир сидит себе, щурится.

— Я уж думал, вы про меня забыли.

Я фыркнула в ответ.

— Мы не вы.

Накрыли в сказочной горнице. Вампира тоже пристроили трапезничать. Не смотри что кровососущий — кашу наворачивал будь здоров.

Гости из реала завистливо вздыхали, наблюдая за появлявшимися из печи разносолами.

За столом разговоры о еде — враг рядом сидит, прислушивается.

Пока над самоваром колдовали, не взвидели как — вампир наш сбежал. Только дверь хлопнула. Мы с котэ переглянулись, друг другу подмигнули. В карман супостату я сюрприз небольшой сунула.

А потом, наливая чай, сытый котэ рассказывал.

— Прилег я, значица, в кустах рядом с машинкой ихней, и слышу, как оборотень по этой вашей штуке говорит. Мол так и так, Лысый ушел с Ягой, я на стреме. И добавляет — не выйдет у него ничего. Ну, в смысле, у лысого. Не справится он с Ягой. Потом, видать, какие-то инструкции получил, и сказал — понял. — Кот помолчал, посасывая пряник за щекой, потом закончил. — Всё.

В общем, после инфы от кота яснее ситуация не стала. Наоборот, новые вопросы появились. Даже если Кощей не так силен, как хочет казаться, то кто оборотню инструкции давал. И не окажутся ли новые таинственные враги круче Кощея. Мдаааа…

Всеобщее молчание нарушил Козьма.

— Сам я не помню. Малой был. Но лесной народ рассказывал…

В общем, дело было так. В достопамятном одна тысяча восемьсот двенадцатом году, когда Наполеон Бонапарт нацелил лыжи на Москву, обратился к лесной нечисти за помощью Кузнец Савелий, возглавлявший в этих лесах партизан. Уж не знай, чем взял, но обещание помочь и кое-что в придачу Кузнец получил. Не сладко тогда пришлось французам. Сама природа встала в ту зиму на защиту России. Зимы такой не припомнил никто из живущих. Метели и снежные бури не прекращались. Человек тонул в снегу по грудь. А морозы стояли такие, что бревна в избах трескались. В общем, французы, кто не замерз, сдавались на милость партизан без бою. А сами партизаны, словно былинные богатыри разили наповал врага десятками. А лошади не только не тонули в снегу, но будто парили над поверхностью, приводя врага в ужас уже одним этим.

В общем, французов мы победили, и народ русский зажил прежней мирной жизнью, постепенно залечивая раны.

А вот в лесу стали твориться непонятные дела. Будто лес выходил временами из себя и переставал слушаться своих хозяев. То пожар выжжет пойму реки на многие километры, то вдруг поднимется буря, и поломает лесу столько, что зверье и нечисть семьями бежит к соседям за выручкой. А потом пропала Яга. Ступу и поломанную метлу лешак в буреломе нашёл. Без Яги ни один вопрос в лесу не решался. Поэтому лесной народ делегировал лешего к более крупной инстанции — Кощею Бессмертному. Кощей жил одиноко, замок свой тщательно скрывал и никого не принимал. Непрошеных гостей выгонял, применяя грубую силу. Чтобы неповадно было. В общем, лешак ушёл и не вернулся. Пришлось Козьме малому хозяйство принимать.

А ещё через некоторое время объявился новый Кощей, заявив, что старого он сверг лично, и теперь все должны ему подчиниться. Лес конечное дело взбунтовался. Только Кощей новый оказался не промах. Воевал знатно, жалости не ведал. Избушке досталось напоследок. Привел Кощей какую-то колдунью, и велел избушке ее принять, дабы та новой Бабой Ягой стала. Избушка естественно выразила свое «фе» и послала колдунью куда подальше натуральным образом. Ту так и не нашли. А Кощей в сердцах так долбанул по избушке, что та вместе с окнами и дверями всю силу свою потеряла, зарылась в землю и припухла навсегда.

Что за чародей прежнего Кощея заменил, никто не ведал. Только прошел слух, что это сын того самого Кузнеца, что против Наполеона в подмосковных лесах сражался. И что владеет новый Кощей двумя артефактами, полученными его отцом когда-то от местной нечисти.

Выходило, что Кощей не совсем волшебник, а скорее обычный человек, которому привалила удача… Или не привалила? Почему-то пришло в голову, что раз сумел человек столько народу извести, значит мог и наследство свое получить путем не совсем праведным.

Анализируя все выше услышанное, я подумала, что у меня есть конечно шанс местного Кощея с именем сына Кузнеца победить. Правда, те два столетия, что супостат практиковался в использовании своего наследства, значительно уменьшали мои шансы на скорую победу.

В общем, дожевав пряник, я решила посмотреть на врага еще раз. Так сказать, свежим взглядом. Тем более, что на полянке уже довольно продолжительное время было подозрительно тихо.

Мать моя женщина! Лучше бы я туда не смотрела!

Я не очень разбираюсь в военной технике… Вернее, не разбираюсь вовсе. Поэтому поверила Козьме, который завернув очередной трехэтажный лингвистический шедевр, пояснил мне, что дула, нацеленные в данный момент на нас, торчащие из леса так, что кажется сам лес вооружился против нас десятком крупнокалиберных орудий, собственно им и принадлежат.

Мы все дружно кинулись на сказочную сторону. И в следующую секунду раздался дружный единый залп. И… больше ничего не случилось. Козьма, как самый ответственный за реал, вызвался на разведку… Ржал мужик от души. Так заразительно, что мы не выдержали и ринулись дружно назад в реал, встав в очередь к окошку. Когда дошла очередь до меня, я узрела такую картину. Посредине нашей полянки, прямо в воздухе висело с десяток обездвиженных снарядов носом вниз. А по периметру бегало несколько человек в камуфляже. И только Черный Плащ стоял неподвижно, словно статуя свободы, подняв одну руку вверх

Ну что сказать… Я испытала в тот момент чувство глубочайшего удовлетворения. Нарадовавшись вдосталь, мы уже думали завершить этот неоднозначный для всех день вечерним чаем с оставшимися от обеда пряниками, а потом разобрать подушки, но день заканчиваться раздумал.

С улицы донесся шум. Мы прислушались. Кто-то кричал. И судя по интонации, кого-то призывал. И скорее всего, меня. Я выглянула в окошко и узрела Черный Плащ, который махал над собой чем-то белым. То бишь, капитулировал. Первым желанием было — в аудиенции отказать и послать так далеко, как получится. Однако, списывать со счетов такого врага, как Кощей, было рановато.

Я повздыхала и пошла на крылечко. Мысленно дав добро на пропуск Кощея с обязательным последующим жесточайшим контролем, в следующую минуту я наблюдала, как Черный Плащ медленно, постоянно кидая взгляд на висящие над полянкой снаряды, продвигается по направлению ко мне. Пропустив Кощея в дверь, я оглянулась и попросила полянку вернуть чужое имущество на место. Не успела я прикрыть дверь, как избушку потряс десятикратный взрыв, возвестивший о том, что задание моё выполнено.

После чего я вернулась в горницу для обстоятельной беседы с парламентёром.

Глаза Кощея с именем сына Кузнеца в панике бегали по сторонам, то и дело натыкаясь на плоды наших усилий.

Чтобы слегка успокоить переговорщика, я поведала ему о природе взрыва, тем самым позабавив своих союзников и друзей еще раз.

Поняв, что потерпел полное фиаско, Кощей обиженно поджал губы и присел на край скамьи.

Я нашла глазами восемь глаз Фомы, и чуть мигнув, убедилась, что у арахнида всё под контролем. Затем прошла к столу и уселась напротив Сына Кузнеца.

— Ну что, Арсений Кузьмич, поговорим?

Кощей молча вскинул на меня глаза из-под мохнатых бровей и горько усмехнулся.

— Значится так, — не дождавшись ответа, сказала я. — Поскольку нападение было на лицо, отрицать злостные намерения не имеет смысла. Я, конечно, могу допустить, что военная акция против меня является только результатом личной не адекватной реакции на мои собственные действия. Но, подозреваю, что тут имеются и иные скрытые аргументы. Вот о них и прошу поведать. Сей же час. Не откладывая, так сказать.

Конечно, речь свою я могла произнести и пограмотнее. Проблем с искусством оратора я никогда не испытывала. Однако, уж очень мне хотелось дать понять этому типу, что знаю я и о его происхождении истинном, и о подвигах на собственное благо.

Кощей было скривился, словно лимон за щекой обнаружил, однако сразу же успокоился и принялся говорить. Видать арахнид свою работу знал, хоть и не практиковался долгое время.

В общем, всё было запущено донельзя. Арсений Кузьмич и в самом деле оказался тем самым сыном Кузнеца. И артефакты у отца не из рук в руки получил, а взял силой можно сказать у смертного одра.

Поначалу все шло хорошо. И даже когда сама Баба Яга сгинула следом за Кощеем Бессмертным, новоиспеченный чародей чувствовал себя на коне. Как человек от рождения недалёкий, могущество своё строил на основе материальных благ. Однако, смекалка помогла понять, что в первую очередь нужны послушные подданные. Поэтому и направил новый Кощей все свои усилия на подчинение местной нечисти. Сколотив немалое состояние при царях, понял после Революции Арсений Кузьмич, что переделанный мир без богатых его никак не устраивает. Да и подчиненные, домовые и оборотни, почуяв свободу, стали всё чаще бунтовать. Подался было Арсений Кузьмич на Запад, вот только артефакты там работать перестали. Видать, привязка была только к местной магии. Пришлось возвращаться и внедряться в ряды революционеров. Так и привела судьба Арсения Кузьмича в органы госбезопасности — и по характеру подходила работа, и власть помогла вернуть.

И только все устроилось в жизни Арсения Кузьмича, грянула Перестройка. Рушились не только устои, это он уже проходил. Хуже было то, что тайн вокруг оставалось всё меньше. И чувствовал Арсений Кузьмич, как новое поколение чародеев, появившееся будто волшебным образом, уже наступает на пятки и грозит свергнуть власть в его лице окончательно и бесповоротно.

Слушала я Сына Кузнеца и думала о своём. Ведь и я явилась как бы ни откуда. И кто я и что я? Каким образом проснулись во мне способности, позволившие занять место двух могущественных волшебниц? Да и я ли это теперь? Ведь чувствовала, как меняюсь. Как растет во мне некая сила и уверенность в том, что силу эту я вполне в состоянии использовать по назначению.

И вот раздумывая так над своей интересной судьбой, я пропустила нужный момент, и в следующий миг свет белый померк, и я провалилась в беспамятство…

Часть вторая. Быть или не быть … Бабой Ягой

Пролог

Уютный свет от торшера, оранжевый абажур которого напоминал знаменитые китайские шары с иероглифами, едва освещал комнату. Интерьер её показался бы невероятно причудливым для того, кто достиг возраста, когда внимание легко останавливается на деталях, но не хватает опыта, чтобы определить точно, пусть и интуитивно, эпоху, в которую та или иная вещь создана. Знаток назвал бы стиль, в котором обставлена комната, безвкусной эклектикой. На самом деле хозяин комнаты вовсе не стремился соблюсти какой бы то ни было стиль. Вещи, заполнявшие пространство, просто были ему дороги. Неважно, что старинная китайская ваза соседствовала с глиняной табличкой на подставке, испещренной египетскими символами. Но чаще всего встречающимся символом в этом интерьере был… человеческий череп.

Раздался звонок у входной двери, и из кресла у окна поднялся, отложив газету, мужчина, возраст которого можно было определить, как преклонный. Однако, ощущалась в нем какая-то внутренняя сила — словно скрученная до времени пружина. Высокий, худощавый, лысоватый с чёрными негустыми волосами до плеч — он мог бы сойти за представителя богемы — художника или поэта, если бы не острый цепкий взгляд черных блестящих глаз из-под ломаной линии бровей. Взглянувший в них увидал бы там бездну…

Чуть тронув один единственный запор типа 'задвижка', мужчина распахнул дверь и, окинув пришедшую с головы до ног, вздохнул, и проворчал, отступив в прихожую.

— Доигралась.

Гостья, бодрого вида старуха, укутанная в зеленую клетчатую шаль почти целиком, пробормотала в ответ.

— Ты же отказался мне помочь.

Сбросив шаль, гостья шустро проследовала на кухню, стряхивая на ходу капли с совершенно седых с голубым отливом пышных волос, и принялась хлопотать у плиты.

Включила газ, поставила на огонь закопчённый с боков чугунок с водой и принялась помешивать, изредка подбрасывая в огонь конфорки щепотку порошка из трав, отчего огонь вспыхивал то фиолетовым, то ядовито-зелёным.

Мужчина, вошедший вслед за женщиной, уселся за стол. Над столом висела акварель. Сюжет в картине как таковой отсутствовал. На полотне был изображён пёстрый фрактал, узор которого состоял из загадочных витиеватых символов. В центре выделялся чёрный с отливом, словно шлем небезызвестного Лорда Вейдера, череп со светящимися глазницами.

— Я всегда знал, чем это закончится. И тебе говорил. Не послушалась. Упрямая. Забыла, как я тебя с того света вытаскивал?

Не оборачиваясь, женщина произнесла.

— Теперь моя очередь.

Мужчина развёл руками.

— Ну и что ты намерена делать? Снова пойдешь свое воинство поднимать? Так и поднимать-то уже некого.

Женщина обернулась и сверкнула тёмным и блестящим, словно у птицы, глазом.

— Настя избушки объединила. Сам знаешь, что это означает.

Мужчина всплеснул руками.

— И теперь нужны две Бабы Яги, чтобы проход заработал. Ты хоть выяснила, где твоя подружка?

Женщина потупила взор, вздохнула и сказала.

— Догадываюсь, хотя и не уверена.

Помолчала, но тут же обернулась и горячо заговорила.

— Дело теперь не в нас, пойми! Раз Настя сумела объединить избушки, теперь она Хозяйка. Она, а не мы с Полей. Теперь только она сможет решать, кого пропустить. Вот увидишь, они очень скоро это поймут, и тогда… Только бы всё получилось…

Старушка распахнула дверцу навесного шкафчика и, покопавшись там, достала флакон причудливой формы, в котором плескалась тёмная фиолетовая жидкость, вспыхивая зеленоватыми искорками. Полюбовавшись на световые метаморфозы, старушка открыла флакон и отмерила на глаз несколько капель в кипящую на плите воду. Вода отреагировала взметнувшимся ввысь облачком пара и принялась кипеть дальше, радуя хозяйку весёлым бульканьем.

Мужчина молча наблюдал за манипуляциями, а затем вздохнул.

— Снова начнётся война. Ты вспомни, что было в прошлый раз! И чем закончилось… Пойми, эти игры с пространством очень опасны. Я это понял еще тогда… И леший погиб зря…

Женщина закатила глаза и громко вздохнула, а потом внезапно ухмыльнулась, и во взоре её одновременно вспыхнули две эмоции — задор и ехидство.

Мужчина поцокал языком.

— Вот всегда знал, что ты вредная и злая. Не живётся тебе спокойно.

В ответ женщина ядовито произнесла.

— Ну не умирать же от скуки тут с некоторыми чародеями в отставке, в которую они сами же себя и отправили.

Мужчина хлопнул ладонью по столу.

— Вот что, Яга. Я тебя в последний раз предупреждаю. Брось ты это дело. Оставь им самим решать. Разберутся.

— Не разберутся, — ответствовала упрямица, — Уже не разберутся. Слишком много тайных знаний утекло. Юнцы безусые суют носы, куда попало, без разбору. Все норовят чародеями заделаться. Тьфу, смешно… Было бы смешно, если бы не было так грустно. Взгляни вокруг! Всюду хаос и беспорядок. Оборотни от рук отбились, власти захотели. Домовые! И те из повиновения норовят выйти. Ты вон своих загонял, а толку? Кто тебя принимает всерьёз? Не говоря уже о том, что двойник твой на той стороне совсем умом тронулся. Мало ему было твои эксперименты в замковом подвале продолжать, так он лабораторию в горах выстроил. Нижний карман уничтожил. Того гляди и за верхний примется. Ты, когда нас делил, не подумал, какую часть себе оставляешь, а какую отдаешь? Вот, теперь наслаждайся. Сам сидишь тут, эстетствуешь, морали читаешь, а он там твою злобу лютую никак реализовать не может, потому как уравновесить нечем. Хорошо хоть мы с Полей удачно поделились — всего в нас поровну.

— Что-то я сильно в этом сомневаюсь, — проворчал мужчина, поднялся и направился в комнату к своему любимому креслу. Усевшись поудобнее, достал сотовый телефон.

— Сеня, собирай караван.

Глава 1

Мне снился сон. Не страшный, но приятного в нём тоже было мало. Я плыла по реке. Плыла на спине — не тонула. Хотя, казалось, что вот-вот утону. За руки и за ноги меня поддерживали, и скорее всего за счёт этого я и держалась на поверхности.

Откуда-то издалека доносился то ли зов, то ли бессмысленное бормотание. Этот надоедливый звук не давал покоя, заставляя меня прислушиваться и отвлекаться от такого замечательного плавательного процесса. Временами зов становился ближе, а временами отдалялся, но в целом слышался все отчетливее, и я могла уже различить слова, смысл которых до меня пока не доходил.

— Сосредоточься. Сконцентрируйся. Ты можешь. Давай. Подумай о маме.

Мама! Я же ей так и не позвонила!

Вместе с этой панической мыслью в мой мозг ворвался целый вихрь ощущений и звуков. И ощущения были очень неприятными. Все тело ныло, словно на мне только что вспахали поле в несколько гектар. Я попыталась шевельнуться, но тут же поняла, что лучше этого делать не стоит. И глаза лучше пока не открывать, и не дёргаться сильно до тех пор, пока не пойму, что происходит. Память никак не желала возвращаться целиком, и это мучило гораздо сильнее, чем неудобство от довольно жестко и неприятно удерживаемых бедных моих затекших рук и ног.

Где-то слева раздался стон. Тут же на него среагировал чей-то очень знакомый и очень неприятный для меня голос.

— Что, Кузьмич, не ожидал? Думал, век мы под тобой ходить станем?

Раздался свист, за ним без паузы последовал щелчок и стон повторился. Кого-то били, и били уже долго.

Тут голос погрубее и постарше произнёс.

— Кир, глянь-ка, вроде как Яга очнулась.

И снова этот неприятный голос.

— Да не. Я ей больше всех вкатил. Погоди ещё и слюни пускать начнет.

Пауза. Голос мужчины постарше.

— Похоже, этот уже их пускает… Слабоват из тебя чародей, Арсений Кузьмич. Сколько не старался, а колдовать по-хорошему так и не научился.

Свист — щелчок — стон. Голос старшего.

— Да оставь ты его уже. Живого места нет. Может, ещё чего спросить пригодится.

Вместе с именами в голову вернулись лица, а за ними и события.

И так вроде выходило, что влипла я на этот раз по-крупному. И то, что вместе со мной плен сейчас делил мой враг, как-то не успокаивало.

В голове послышался осторожный шёпот.

— Очнулась? Ну наконец-то. Глаза не открывай.

Этот голос я узнала. Он принадлежал моему арахниду — хранителю баб-ягинской избушки в реале. Арахнид обладал недюжими телепатическими способностями. И похоже мои похитители об этом пока не подозревали.

— Что случилось? — спросила я мысленно, и в ответ мне прошелестело.

— Оборотни Кощея обставили. Ты и поспособствовала. Звезданула, можно сказать, от души. Пока болезный без чувств валялся, оборотни его обыскали, реквизировали волшебные цацки. Это они пушки притащили. А когда не вышло, послали Кузьмича в избушку с холодырём.

— С чем?

— Холодырь. Сущность такая. Если потормошить, выбрасывает газ типа нервнопаралитического.

Не фига себе сущность…

— Прости Хозяйка, но Кощей сам не знал, что у него в кармане. Полез за… стыдно сказать… обычным носовым платком…

— Не майся, Федь. Главное, скажи, как остальные?

— Дык мне ничего. Козьма с Ефимом в другой половине были. Как ты отключилась, так и проход закрылся… ээээ… не так. Сам-то проход есть, только черту пересечь никому не удаётся. Козьма было попытался… По носу получил знатно. Так там оба леших и остались. На сказочной стороне паника. Сам Кощей той стороны приезжал, допросы чинил. Ни один портал больше не работает. Только этот и остался… Единственно, кто… кот твой пропал… Звали, звали — так и не откликнулся.

Ну что ж, потери… скажем так, имеются. Остальное будем решать по мере возможности.

— Хозяйка, — прошелестел арахнид, — В первую очередь узнай, где тебя держат.

Ага. Счас вон у Кирилла спрошу.

В общем, картинка нарисовалась пренеприятная. Даже муки Сына Кузнеца не радовали, хоть и должны были. Получалось, что оборотни заполучили кощеевы артефакты, и теперь как это… в общем, держат шишку. И очень похоже, что знают оборотни не всё. Иначе, в первую очередь, взялись бы за меня и уже ставили свои условия.

За размышлениями я как-то забыла о том, что скованна по рукам и ногам. Звякнув металлом, я обратила на себя внимание, и глаза пришлось открыть.

Глазам моим предстало небольшое, скорее всего подвальное, помещение с бетонными стенами без окон. Я была прикована к одной стене, Кузьмич к другой. Из всей мебели — ободранный стул прямо посередине, да табурет рядом, на котором моя сумочка раскрытая — и книжечка уголочком светит… На стуле расположился мой шеф в миру, а на самом деле глава клана оборотней Рудольф Максимович. Прямо за ним, скрестив руки на груди, и препротивно ухмыляясь, стоял мой недавний поклонник и племянник шефа Кирилл.

— Вы только посмотрите, кто очнулся.

Мой голос в ответ прозвучал словно воронье карканье.

— А помещения пооригинальнее не нашлось? Все тюрьмы, да подвалы. Скучные вы люди.

Кирилл прищурился.

— Хитрая, да? Думаешь, я тебе сейчас начну все тайны выдавать? Не надейся. Я тебе не глупый герой русского народного боевика.

Я пожала плечами. Ладно. Нас в дверь, а мы в окно.

— Кузьмич, а Кузьмич, ты живой?

В ответ послышался слабый стон. Уже неплохо. Сосредоточившись, я попыталась произвести мысленную ревизию ущербов, нанесенных моему бренному телу. И… ни одного не нашла. Попыталась слегка колдануть, дёрнув пространство к себе. Получилось… Они что, никаких чар на меня не наложили? На идиотов вроде не похожи…

Кирилл бросил быстрый взгляд в мою сторону из-под чёлки в пол-лица, свёл точёные брови — пришлось прикидываться валенком и изображать на лице следы нечеловеческих усилий по преодолению неведомых магических преград. Результат сукина сына вполне удовлетворил. Кирилл криво ухмыльнулся и отвернулся в сторону стонущего беспрерывно Кузьмича.

— Ну что, Кузьмич, последний ответ на последний вопрос, и отдыхай.

Кузьмич в ответ застонал ещё громче и старательнее.

— Так я все же в прошлый раз так и не расслышал, какие буквы-цифры набирать, чтобы заветную дверцу открыть?

Кузьмич в ответ попытался изобразить обморок. Не прошло.

Как я не старалась, дальнейшего вынести не смогла. Стенки завибрировали и с потолка посыпалась крошка.

— Этто что еще за… — Кирилл кинулся в дверь, ошибочно полагая, что источник землетрясения располагается вне этого подвала. Слабоват нюх у оборотня… Шеф тоже решил проверить периметр лично, и мы остались с Кузьмичом наедине.

— Кузьмич, ты это… давай быстро соображай, пока наши тюремщики не вернулись. Хочешь, чтобы я тебя вытащила, отвечай быстро и без запинки. Вопрос номер раз. Мы где?

Кузьмич подозрительно притих, а потом как не бывало, нормальным голосом ответил.

— Это подвал моего дома.

В голове у меня прошелестело 'Понял. Я тут неподалеку. Скоро буду.', а я пока решила не терять времени даром.

— Второй вопрос. Сам понимаешь, за так я тебя вытаскивать не собираюсь. Поэтому отвечай правдиво. Что за штуковины они у тебя взяли, и что лежит за той дверью.

Кузьмич крякнул так, словно с жизнью прощался.

— Пока я в отключке был, два амулета с меня сняли. А за дверью… сейф у меня наверху, а в сейфе… Ну, сама понимаешь. Всё, чем богат, в общем.

— Понятно. Сейф твой меня не очень интересует. А вот амулеты… Амулеты надо бы забрать.

Я погудела, меняя структуру стали, и звенья, став мягкими, слегка разошлись, отсоединяя браслеты от цепей. Большего я сделать не могла. Да и времени в обрез. Ничего, хоть и тяжелы оковы, главное сейчас — выбраться наружу. А там поглядим.

И я, не забыв про сумочку с книжечкой, поманила Кузьмича на выход. За дверью вполне предсказуемо обозначился небольшой коридорчик с лестницей наверх в самом конце. Пока нам везло. Где-то наверху слышались голоса. Наши тюремщики пытались определить источник недавнего подвалотрясения.

Пройдя коридорчик, я заглянула в приоткрытую дверь и разглядела небольшое помещение со следами недавних военных действий. Самым удачливым из мебели оказался стол. Все три стула оказались поломаны, поэтому стриженый под ноль мужик угрюмого вида устроился прямо на полу у стены. Разговаривая, он то и дело тыкал указательным пальцем куда-то вперед. Ему ответствовали знакомые голоса шефа и его племянника.

— Да говорю я вам, все тут тихо. Это вы там внизу шумите. А тут тихо.

— И, хочешь сказать, ничего ты не почувствовал? — голос Кирилла.

— А что я должен был почувствовать?

— Вибрацию, болван, вибрацию! — шеф, кажется, наконец, вышел из себя.

— Ну потрясло немножко, было дело. Я думал, вы стараетесь.

Тишина. В следующую минуту мы с Кузьмичом чуть успели за дверь отступить. Оба оборотня скатились мимо нас по лесенке в подвал. Мы не растерялись, выскочили наружу. Кузьмич щёлкнул затвором на двери, а я кинулась на сидячего мужика.

Дальше все пошло не так. Я, хоть и крупная девочка, и обидеть меня, если руки не скованны, сложно, все же я женщина. И единоборствами никогда не увлекалась. Была бы возможность убежать, тут, пожалуй, как специалисту по спортивному ориентированию, мне равных нашлось не много. Но случилось так, что понадеялась я на помощь Кузьмича. И понадеялась зря. Недолго в общем моя музыка играла, и уже через минуту я поняла, что Кузьмич банально смазал, оставив меня, слабую и беззащитную, разбираться с делами самостоятельно.

А дела мои складывались весьма неудачно. Верзила, навалившийся на меня всей тушей, изо всех сил давил на горло огромными пальцами-сосисками, и сил сопротивляться уже совсем не было. Сознание начало покидать меня, когда внезапно громила выпучил маленькие глазки до пятирублевого размера и разжал руки, давая мне возможность вздохнуть. Из-за плеча громилы возникли восемь красных глаз и страшные мохнатые желваки потянулись к моему лицу.

— Ты как? — прошелестело у меня в голове.

— Нормально, — прохрипела я, и, рискуя снова уплыть в небытие, с кряхтением поднялась на ноги.

Раздумывать было некогда, надо было срочно убираться отсюда подальше. Я пошатываясь подошла к окну и осторожно выглянула на улицу. Взору моему открылся небольшой двор. У распахнутых ворот, куда в это время въезжал джип, несли службу пять мужиков, и всё их внимание сейчас было приковано к чёрному блестящему автомонстру. Медлить было нельзя ни минуты.

Я многозначительно посмотрела на Федю, подмигнула и рванула вперед. В следующую секунду мне на спину плюхнулся арахнид, вцепившись в плечи передними лапами и обвив в талии задними. Со стороны, наверное, это выглядело жутковато. Меня же мой мохнатый рюкзачок скорее позабавил.

В следующую минуту пять обескураженных оборотней могли наблюдать торнадо, которое неслось по двору с невероятной скоростью и исчезло в узком проеме закрывающихся ворот. Фактор внезапности сработал, и я получила несколько десятков секунд форы. Выскочив на улицу, я припустила во весь опор в сторону каких-то лесопосадок — видать интуитивно. Сзади слышались крики и визг тормозов. Чтобы меня не подсекли на машине, пришлось свернуть с дороги и перемахнуть через встретившийся на пути штакетник. Залаял пес, ему ответили соседские. А я метнулась к низеньким частым постройкам типа 'гараж-сарай'. Попетляв между ними, я внезапно вынырнула на широкую проезжую часть и… словно попала в иную реальность. По широкой улице, игнорируя возмущенный транспорт, следовало пестрое карнавальное шествие.

Впереди шла толпа людей в ярких костюмах. Одни трубили в трубы, другие били в барабаны, третьи жонглировали. Далее ехал открытый автомобиль, в котором за рулём сидел человек в клоунском гриме и ярком рыжем парике. За ним ехала громадная фура, на верхнем козырьке которой большими чёрными буквами в языках пламени и бегущих по контуру огоньках было написано — 'Цирк'. А дальше следовало несколько микроавтобусов с прицепами, на боках которых пестрели разноцветные картинки из цирковых афиш.

Поравнявшись со мной, человек в клоунском гриме вскинул нарисованные брови, подмигнул и показал глазами на заднее сиденье позади себя. Я не стала долго раздумывать, перемахнула через бортик и нырнула меж кресел на самое дно. Тут же послышался шорох закрывающейся крыши. Арахнид Федя разжал цепкие объятья и затих где-то рядышком.

Глава 2

Было жутко неудобно. Но шум мотора, который смешивался с шумом уличного шествия, а затем с шорохом повалившего внезапно густого снега, постепенно успокаивал нервы, и я в конце концов, кое-как сложившись на заднем сидении, вырубилась окончательно. Пришла в себя от того, что кто-то настойчиво тормошил меня за плечо.

Вынимала я себя из машины с большим трудом, удивляясь, как вообще смогла так сложиться.

Вокруг уже сгущались сумерки. Снегопад утих, и теперь с неба медленно спускались пушистые снежинки. Легкий морозец пробирал со сна до самых косточек. Курточку бы… На мне было лишь то, в чём меня в очередной раз украли — мой любимый полосатый свитерок, джинсы и кроссовки.

Кроме машины, в которой я спасалась от преследователей, никаких других не наблюдалось. Цирк уехал, не попрощавшись.

Мой спаситель в клоунском гриме терпеливо дождался, пока я разомну затёкшие конечности и жестом предложил войти в калитку. Калитка вела за низенький заборчик к обычному одноэтажному дому, каких на окраине любого города множество. Домик был чистенький. Веселенькие голубые наличники обрамляли окошечки с начищенными стеклами, за которыми белели ажурные тюлевые занавесочки. На подоконниках пестрели горшочки с комнатными растениями.

Мы прошли по двору, засаженному по обеим сторонам множеством разнообразных кустов, многие из которых до сих пор зеленели, не смотря на тонкий слой снега, уже покрывший землю и растительность, и оказались у двери с кольцом посередине, закушенным каким-то невиданным медным монстром.

Постучать мы не успели. Дверь отворилась и в ней показалось лицо пожилой женщины с седой пушистой прической.

Женщина молча отступила в темноту, приглашая нас войти. Мужчина в гриме не заставил себя ждать, да и мне похоже деваться было некуда. Тут только я вспомнила про своего арахнида. Впрочем, паук был абсолютно самостоятельным и в моей опеке не нуждался.

Пройдя сенцы с дурманящим ароматом сушёных трав, мы оказались в комнате, убранство которой подозрительно напоминало горницы моих избушек. Печка, стол у окна, лавка у стола, полка на стене и… зеркало… Таааак… а не моё ли это зеркальце? Но тогда… Ох мама дорогая, кажется я знаю, у кого в гостях…

Хозяйка заметила мою отвисшую челюсть и хрипло рассмеялась.

— Что, догадалась?

Пожилая дама кивнула мне на край лавки, а сама устроилась на скамеечке у печки. По потолку мелко протопало, и тут же сверху на колени хозяйке свалился мой арахнид. Предатель…

Мужчина в гриме клоуна, молча наблюдавший за нами от двери, шумно вздохнул и направился к стене с зеркалом, под которым стояло низенькое кресло, завитые ручки и спинка у которого находились на одном уровне. И пока он шёл, менялся прямо на глазах. Широкие клоунские штаны ужались и сменили цвет на тёмно-серый. То же произошло с ярко-жёлтой рубашкой в горошек. Вместо красной бабочки появился скромный галстук с заколкой, украшенной большим изумрудом. Грим исчез и…

Ну вот, теперь мне точно нужен психиатр… Иначе я за себя не отвечаю. Нет, я понимаю, конечно, что не все так просто в датском королевстве… Но так шокировать молодую неокрепшую психику новоиспеченной Бабы Яги… Впрочем, теперь в своем статусе я сильно сомневалась.

В общем, напротив меня под зеркалом, свободно положив ногу на ногу, сидел Сам Кощей Бессмертный Той Стороны.

— Ну-ну, — помахал на меня Сам. — Не надо так волноваться.

Я пораскрывала рот в ответ, словно рыба, выброшенная на берег, и жестом попросила чего-нибудь выпить.

Хозяйка кивнула, и ко мне со стола по воздуху направился графин с водой, а следом и стакан. Дальнейшее обслуживание я осуществила самостоятельно.

Пока пила, хозяйка внимательно меня рассматривала, машинально поглаживая, словно обычного домашнего кота, арахнида, расположившегося у нее на коленях, по спинке. Прямо сказочная идиллия, честное слово.

— И зачем же это я вам понадобилась? — этот вопрос я задала окружающему пространству, пытающемуся в данный момент свести меня с ума окончательно и бесповоротно.

Кощей кивнул старушке.

— Давай, Яга, объясни девушке, зачем ты её инициировала.

И тут припомнился мне один необычный случай из прежней несказочной жизни, после которого и стали со мной происходить вроде и не значительные, но по меркам обычного человека, довольно странные вещи. То комп внезапно заглючит, то телефон в миг разрядится… А уж сколько всего перегорело… И всё после той странной встречи на дороге со старушкой в клетчатой зелёной шали, непонятно как оказавшейся посреди опасного перекрестка…

Самое странное, я никак не могла вспомнить, где и когда высадила старушку, и как доехала домой.

Итак, я ждала объяснений.

А старушка зло зыркнула на Кощея, и что-то пробухтела себе под нос.

— Вот так и знал, что придётся вместо тебя объясняться. Вечно — кашу заварит, а мне расхлебывай, — в другое время я бы с удовольствием посмеялась, наблюдая за пикировкой этой, такой обычной с виду, пожилой пары… Не сейчас.

Кощей… был странным. Чем дольше я его разглядывала, тем больше убеждалась в том, что передо мной двойник. Этот… экземпляр вроде был помягче и подобрее что ли.

Я решила слегка форсировать события.

— Так почему я?

Ответил Кощей.

— Яга зов пустила — ты и пришла.

Тут мне припомнился день тот злополучный во всех подробностях. Как с утра все из рук валилось. И хотелось куда-то бежать. Срочно. Я тогда все списала на пятницу-тринадцатое. Теперь стало многое понятно, правда не всё.

— И всё же. Почему именно я?

Тут вскинулась старушка.

— А никто не знает почему. Почему-почему? Заладила. Потому что.

И всё. Мдаа… однако…

Кощей пояснил.

— Зов слышат только те, у кого есть способности к магии.

Что-то я у себя никаких способностей до недавних пор не обнаруживала. Кроме, конечно, способности отлично ориентироваться на местности.

Значит, меня позвали и я пришла… Тут я совершенно машинально потянулась к Кощею и как бы ущипнула что ли. Если переводить с магического на обычный человеческий. Кощей дернулся, втянул в себя воздух и сверкнул в мою сторону чёрным как ночь глазом.

— А вот этого я бы попросил не делать больше никогда, — говоря так, Кощей ткнул пальцем в мою сторону, и сквозь меня пронёсся поток ледяного воздуха, выстудив в одно мгновение тепло. Пришлось срочно вдохнуть и восстановить температуру до нормальной.

Очень я не хотела, но пришлось извиниться.

— Прошу прощения, я не нарочно. Плохо ещё контролирую себя.

Настоящий Кощей Этой Стороны оказался мужиком покладистым.

— Извинения принимаю. — при этом ткнул пальцем в мою сторону — Смотри, не забывайся впредь. При этом Кощей чуть подался вперед, и я внезапно остановила взгляд на куске ткани, пересекающей лоб чародея. В самом центре выделялся символ, напоминавший силуэт трёхрогого кактуса из какой-то американской рекламы. И почему-то символ этот мне показался очень знакомым. Конечно, я могла его видеть на другом таком же куске ткани на лбу у кощеева двойника с той стороны. Правда у того символы терялись на черном фоне. Видать поэтому и внимания не обратила. А у этого чёрные символы на сером читались вполне отчетливо. Но мне почему-то казалось, что символ этот я видела где-то ещё. Но где… Ну точно! Тоже на лбу, только у Палт Ассара! Когда он был в боевой ипостаси. На лбу у него тогда проявилось то ли клеймо, то ли тату… А что если эту тряпочку у Кощея слегка приподнять?

Чародей словно мысли мои прочел, прищурился и погрозил пальчиком. Ну и ладно. Ну и подумаешь. Да мне и заглядывать не нужно. И так понятно, даже ежу. А вот то, что мысли мои меня к Палт Ассару привели, кажется было не очень хорошо. По сердцу скребануло нехорошее предчувствие.

— Кхе-кхе. Я извиняюсь, а у вас случайно нет такого блюдечка с яблочком?

Старушка окинула меня презрительным взором.

— Ты уверена, что хочешь это видеть?

Лучше бы она промолчала.

— Да, я уверена.

Старушка хмыкнула и зарылась носом куда-то позади себя. А еще через минуту, я лицезрела копию своего сказочно-волшебного артефакта. Попросив разрешения воспользоваться чужим средством связи и получив утвердительный кивок в ответ, я приступила к ставшему уже привычным процессу. Катись-катись яблочко…

Мдааа… Лучше бы я этого не делала. В общем, все мужики… одинаковые. Сцена, которую я сейчас наблюдала, свидетельствовала о том, что наши с демоном целомудренные отношения остались в далеком прошлом. Еще бы! С такой роскошной дамой запредельной красоты любой мужик не отказался бы… провести ночку. А то и не одну…

В общем, погрустнело мне, и захотелось повыть. По-бабьи. В голос.

И если бы не моё состояние, я бы не только машинально отметила и запомнила, но и не поленилась бы проанализировать последующую сцену. Арахнид под рукой старушки дёрнулся и получил увесистый шлепок. Кощей тихонько крякнул, закатил глаза, поднялся с места и сложив руки на груди, подошёл к окошку, устремив взор куда-то в даль.

— Да не расстраивайся ты так, — удивительно и настойчиво добрым голосом произнесла старушка. — На-ка, я тебе колечко вот подарю. Волшебное.

Потом экс-Яга шустро ко мне подскочила и надела кольцо на безымянный палец левой руки. Где-то я уже такое колечко видала. Камушек сиреневый, чуть светится изнутри… Нет, не припоминается что-то… И вообще, пошло оно всё лесом…

А потом мне в два голоса пытались растолковать, как должна действовать истинная Баба Яга в сложившихся обстоятельствах. Вот только воспринимала я информацию очень плохо, или вернее, вовсе не воспринимала. Что-то застыло внутри меня. Остановилось. Словно в часах завод закончился. И о чём там сейчас так жарко спорили эти смешные старички-чародеи, меня волновало мало.

Нет, я конечно себя давно готовила к одиночеству. Моя нестандартная внешность с юных лет внушала противоположному полу страх и неуверенность в себе. И поэтому я когда-то решила просто жить и не ждать никакой-такой большой-пребольшой, которая на всю жизнь и до гроба. И если бы не встреча с демоном по имени Палт Ассар, жила бы себе спокойно Настя Сорокина. Ну, может и закрутила бы интрижку с лешим Ефимом. Сидели бы иногда с ним за столом у окошечка, разговоры там всякие с земляничным вареньем. Зимой на саночках покатались бы… лепота.

Но судьба меня словно нарочно испытывала. Вспомнился шок от памятного разговора с Кириллом. Это потом я узнала, что Кирилл вовсе не малолетний лоботряс, коим прикидывался, а матерый волчара-оборотень. А поначалу, когда этот флиртун и красавчик пытался со мной заигрывать, сердце моё пребывало в глубоком смятении. И стоило мне тогда отпустить себя… Была бы я сейчас не Бабой Ягой, а подругой оборотня Кирилла. И думаю, ненадолго. Впрочем, то от этого для меня теперь мало чем отличалось.

В мои горькие раздумья в очередной раз ворвались вопли экс-Яги.

— В первую очередь, ты обязана им всем сказать…

Я решила возразить.

— А оборотни с артефактами?

— Забудь про них. Амулеты заговорены на кровь. У самозванца кровное родство с Кузнецом, поэтому и амулеты действовали. А у оборотней ничего не получится. Забудь про них. Главное для тебя сейчас…

Ну все, с меня достаточно. Я встала и направилась на выход.

— Куда?! — завопила мне во след экс-Яга, кинув пасс в дверь, от чего та со скрежетом прогнулась внутрь, и возвращаясь в прежнее состояние, мелко затарахтела.

Я внимание на сию дешевую демонстрацию не обратила, дверь толкнула. Однако, вещи в этом доме свою хозяйку привыкли слушаться. В общем, потолкалась я в запертую дверь, и пришлось повернуть назад. Уселась на прежнее место, ручки на колени сложила. Приготовилась дальше сказочные планы с моим непосредственным участием слушать. И планов тех было громадьё.

В общем, роль, которая мне отныне отводилась, по сути своей была ролью стрелочника, то есть человека, который исполняет чужие приказы и потом за них же и отвечает. Мне следовало немедля поселиться в объединенной избушке и приступить к обязанностям стража врат. Пропускать во врата я должна была исключительно тех, кого одобрит Экс-Баба-Яга, и не иначе. При этом я так понимала, что при одобрении кандидатур старушка решила руководствоваться чисто политическими соображениями.

Очень хотелось сбежать, но было нельзя. Впрочем, какая разница. В голове пусто…

Глава 3

Мне снился Палт Ассар. Демон тянул ко мне руки из пламени, которое пожирало его снизу. На лице, испещренном узорами в виде повторяющегося символа, похожего на трехрогий кактус, читалось страдание. Мне было очень жаль демона, но главным сейчас был не он, а кольцо, которое жгло мне безымянный палец, мешая сосредоточиться. Кто-то рядом шипел в ухо.

— Да отдай ты его уже, отдай…

Голос подозрительно напоминал шипенье кота. И кот тот был мне знаком. Вспомнить бы еще… Кольцо… Снимать нельзя…

— Да что ж такое… Как приросло… Ай!

И с этим воплем я проснулась. Было темно. Где-то рядом сбоку орал мой котэ. Орал так, словно его таскали за хвост. Зелёные глаза вспыхивали и метались в пространстве, напоминая небезызвестный персонаж Льюиса Керолла. Пришлось пощёлкать пальцами. Слабенький файер осветил часть пространства, в котором возник мой котэ. Вздыбленная шерсть, выпученные глаза, в пасти — мое недавно подаренное колечко с сиреневым камушком. Камушек сильно пульсировал. Тушка кота как бы висела в воздухе, удерживаемая парой морщинистых рук. Одна рука периодически пыталась перехватить кота поперек. Одновременно другая тянулась к колечку. Кот отчаянно мотал головой и выворачивался как мог. После нескольких неудачных попыток, Тимка-таки извернулся и вонзил когти в одну из рук. Руки дернулись, выпуская добычу. Одновременно послышалось злобное шипение и знакомое старческое контральто проскрежетало.

— Куда… Верни кольцо, сукин сын.

Ну, на счет того, что мой котэ сын собаки, старушка явно ошибалась. Почему-то именно это мне показалось особенно обидным. В голове созрело решение немедленно с этим разобраться, не смотря на жуткую головную боль, ворвавшуюся в меня минутой раньше.

Я принялась щёлкать пальцами, зажигая один за другим слабенькие файерочки. Их становилось все больше, и вскоре я смогла рассмотреть помещение, в котором находилась. Комнатка мне была знакома. Похоже, я всё ещё пребывала в гостях у экс-Яги. Как спать меня укладывали, я не помнила абсолютно. И вообще ничего не помнила до момента, когда… Ах ты ж карга старая! Напялила на меня колечко в тот самый момент подходящий, когда… Память затопило болью, но мозг уже орал как оглашенный — не смей! Не смей отключаться!

Тут передо мной снова замелькал мой котэ с кольцом в зубах и старушка, проворно следовавшая за ним буквально по пятам. В голове прошелестело:

— Беги, Настя, беги!

Я пошарила вокруг, нащупала на краю лавки что-то, похожее на мой свитер и джинсы, пошлепала рукой еще в поисках сумки. Не нашла. Одновременно нащупала ногами кроссовки. Натянула одёжку, одновременно сунула ноги в кроссовки и… рванула что было сил на выход. Благо, помнила точно, где находится дверь. Сама дверь то ли растерялась, то ли не получила достаточно точных инструкций, но после некоторых усилий поддалась и выпустила меня в сенцы, через которые я выскочила в ясную морозную ночь.

Мешкать было нельзя. Я помчалась к калитке, перескочив словно спринтер, через невысокий заборчик. На мгновение замешкалась, решая в какую сторону бежать дальше. Повернула направо, и тут же попала в такие знакомые до боли жаркие объятья…

— Настя… — ах, какой все-таки у него голос. Если бы не ком боли где-то в районе солнечного сплетения…

Где-то во тьме послышалось бормотание экс-Яги, а затем громыхнуло.

Совсем рядом взвизгнули тормоза, послышался шум открывающейся двери и уверенный женский голос произнес.

— Давайте скорее!

Я наощупь забралась внутрь машины. Хлопнула дверца, рядом со мной плюхнулся на заднее сиденье демон Палт Ассар. А женщина за рулем, та самая, уже открывала переднюю боковую дверь, в которую через мгновение запрыгнул Тимка. Хлопок закрываемой двери, визг тормозов, и машина мчится прочь… в ночь… в неизвестность… в никуда… А я сижу на заднем сиденье и меня снова обнимает Палт Ассар… Ах, если бы не этот комок внутри… Впрочем…

А чего это я собственно так расстроилась?

Сидя теперь рядом с Палт Ассаром, под шорох шин, я потихоньку перебирала про себя всё, что произошло накануне в доме экс-Яги, и постепенно начинала понимать, что меня околдовали и банально развели.

Сцена, увиденная мною на экране чудо-блюдечка, теперь совсем не казалась такой, какой представилась тогда. Что я видела? Два человека, мужчина и женщина, оба очень приятной наружности, сидели за столиком в ресторане и пили из высоких бокалов вино, мило улыбаясь друг другу. Одновременно всплыл в памяти эпизод с арахнидом, дернувшимся в тот момент на коленях старушки, и получивший от неё увесистый шлепок. Хотел меня предупредить мохнатый чудик, да хозяйка запретила.

Эх, а книжечку-то жаль… И не только книжечку…

— Тим, а ты мою сумочку случайно не прихватил?

Котэ пробормотал в ответ что-то невнятное, и я поняла, что лучше сегодня его не беспокоить.

Ситуацию прояснила незнакомка.

— Он говорит, что Федя обещал прихватить.

Ах, Федя! Арахнид мой разлюбезный! Ну, с меня должок.

И я устроилась поуютнее в горячих и таких желанных руках демона. Тот прижал меня покрепче к себе, молча посопел в волосы и чмокнул словно маленькую в макушку.

Глава 4

Еще где-то с час мы мчались по ночному шоссе, а затем свернули на проселочную дорогу. И сразу лес накрыл нас плотным пологом из веток и теней. Стало уютно и спокойно. Чувство было такое, словно вернулась домой. Вскоре машина остановилась и незнакомка, продемонстрировав точеный профиль, произнесла.

— Всё. Приехали.

Мы вышли из машины и… Уж на что я в последнее время быль от сказки не отличала, а тут и вовсе застыла от удивления. Лес вокруг буквально искрился тысячами маленьких огоньков и искр, вспыхивающих и гаснущих одновременно, от чего казалось, будто мы попали внутрь картинки с мерцающим глиттером. Ночные шорохи сливались с шумом ветра и постукиванием голых веток, чуть припорошённых снегом, дополняя картинку загадочным звуковым фоном.

Нас приветствовал Лес.

Мой котэ важно пошагал вперед. За ним, раскрыв рот, топала я. Чуть поотстали от нас демон с незнакомкой.

Вскоре мы вышли на полянку, посреди которой предсказуемо обозначился пенек с нарядной гнилушкой сверху. Полянка зеленела по-летнему и воздух вокруг нас был тёплым, точно и не было вокруг первых зимних заморозков.

Дух леса приветливо сверкал зелёными глазами, а нарядные веточки мелко подрагивали. В голове прошуршало.

— Я, Дух леса, приветствую тебя, Хозяйка, от имени всех жителей лесных.

Приятно, конечно. Но я как-то не привыкла к таким церемониям. А потому молча подошла, поклонилась пониже, рукой в пол махнула и сказала:

— И вам, уважаемый, большой мой привет.

Тут из кустов Федя появился. На спине сумочка моя — ура! Я сумочку ухватила, арахнида подхватила на руки и в спинку чмокнула.

— Ну, Федь, проси, чего хочешь. Уважил-услужил.

В голове прошелестело.

— А ты бы поосторожнее с желаниями-то.

Я возразила.

— Думаю, тот, кто так предан, и в желаниях будет столь же скромен.

Арахнид потарахтел. В общем, поржал от души.

А потом на полянке появилась миловидная девушка с цветущими веточками вместо волос и в веточках вместо одежды. В руках держала сплетённый из прутьев большой поднос, на котором были разложены всякие лесные съедобные дары — ягоды, орехи, яблоки и прочие вкусности. Мой желудок возрадовался. А мне вдруг подумалось — если кикиморы такие симпатичные, то лешему Ефиму и без меня спится сладко.

Все уселись на травку перед пенёчком. И я, отведав, чем лес угостил, решила не откладывать в долгий ящик непростой разговор. Начать с чего не придумалось, поэтому я просто сказала.

— Не скажу, что всё плохо, но помощь нужна.

Тут вспомнилось, что среди нас имеется незнакомка.

— Но для начала, хотелось бы так сказать познакомиться поближе, — говоря это, я недвусмысленно посмотрела в начале на незнакомку, помогавшую нам совсем недавно меня спасать, а потом на Палт Ассара, намекнув тем самым, что пора бы немного прояснить создавшуюся ситуацию. — Я, конечно, благодарна за помощь в моем спасении. Но все же, хотелось бы знать, кому.

Палт Ассар покашлял в кулак, явно скрывая смех, а затем представил.

— Глава службы безопасности Алл Зарра — так мы называем то, что вы называли Нижний карман — Асса Кравн. Была направлена некоторое время назад с миссией в реал. Цель миссии — найти место и людей, которые согласятся принять мой народ на поселение.

Я не могла не спросить.

— Ну и как протекает миссия? Успешно?

Асса Кравн, та самая прелестная рыжеволосая дива с анимешными глазами, к которой я до сих пор так ревновала демона, рассмеялась, а потом, посерьёзнев, ответила.

— Мы нашли место. Это кусок пустыни. Повелитель джиннов Аль Сурайвен согласился помочь.

Палт Ассар продолжил.

— Теперь надо тех, кто сидит в подвалах Кощея, переправить в реал.

Ну что ж, картина ясная. Остальное — по обстоятельствам.

— Мне бы в избушку попасть. А там мне сам чёрт не брат.

Палт Ассар заливисто рассмеялся.

— Не брат, это точно.

Все немного поржали — кто не мог, веточками постучал и глазками поморгал — и мы стали мозговать, как мне в избушку попасть.

Тимка и Федя добирались зайцами, наводя морок и отводя глаза в нужные моменты. Теперь предлагали то же самое, но в обратном порядке. Получалось не быстро.

Дух точно знал местоположение избушки, и даже обещал выделить проводника, но по времени получалось опять долго. Лучше всех сворачивать пространство умел леший, но леший остался на той стороне.

Оставалось одно. Попытаться поиграть с пространством самой. Я, конечно, сомневалась в собственных силах на этот счёт, но опыт присоединения, который у меня случился, когда шла за лешим Козьмой, придавал некоторую уверенность в том, что у меня получится.

Решили не откладывать, а приступить непосредственно к исполнению. Вежливо попрощались с Духом, условившись о дальнейшем сотрудничестве. Уселись в машину. Спереди за рулем Палт Ассар и я. Позади глава службы безопасности демонов Асса Кравн и мои хранители-телохранители — арахнид Федя и кот Тимофей.

Выехали на шоссе и помчались вперед.

Я тут же начала настраиваться, вспоминать… Вспомнила… Почувствовала… И… всё. Ещё раз вспомнила, почувствовала. Решила для усиления эффекта погудеть. Для этого полистала книжечку, а Палт Ассар заботливо высветил файерок. Спасибо, милый. Снова вспомнила-почувствовала-погудела, прикрыв глаза для большей сосредоточенности… И в следующую минуту услыхала визг тормозов. Если бы Палт Ассар не подставил руку, быть мне с фингалом в пол-лица.

В общем, на дороге, перегородив проезд, нас дожидались оборотни вместе с Кощеем-Сыном-Кузнеца. Сторговались, гады. Кто б сомневался. Ладно. Лес тут, по краям дороги, значит и сила моя со мной. А гудеть я везде могу. Сейчас вот только защиту усилю. И я, похихикивая и представляя себя героиней крутой компьютерной стратегии, пошарила на дне сумочки, нашла свёрточек, в который мне Василиса Истинная Премудрая компактно свой подарочек упаковала. Обрядилась в сарафан, на ноги натянула сапожки, а на лоб повязала ленточку с оберёгами. Палт Ассар показал мне свой большой палец в знак одобрения, и мы вышли из машины.

Холода я не чувствовала, хотя выдыхаемый воздух по-прежнему парил. Видать, одёжка заговорённая и от холода спасала.

Краем глаза, я увидала, как демоны меняют ипостась на боевую. Арахнид с котом благоразумно испарились.

Увидав меня, вперед выступил Кирилл. Уперев руки в бока, присвистнул.

— Бааа, Настасья Паллна! Да какая нарядная! И с телохранителями…

Последняя половина заключительной фразы прозвучала не совсем уверенно, из чего я сделала вывод о том, что Арсений Кузьмич рассказал оборотням далеко не всё. Видимо крупная я вместе с демонами в боевой ипостаси, выглядела весьма эффектно.

Я отвечать оборотню не стала. Пусть погадает да на нас красивых таких полюбуется. А обратилась к Феде.

— Федь, соединить меня с Арсением Кузьмичом можешь?

Федя в ответ пошелестел и дал добро.

Я прикрыла глаза для большего сосредоточения и приготовилась к сеансу связи.

О том, что связь есть, узнала, когда в голове появился чужой голос. Арсений Кузьмич предавался в данный момент размышлениям о том, что означает мой этнический прикид и почему же я его совсем не боюсь. Зашелестело-зашипело, голос стал тише — мой арахнид быстро успокоил пациента, приведя его в нужное состояние. Когда голос стал едва слышимым, я дала команду.

— Иди ко мне, Арсений Кузьмич.

Чуть приоткрыла глаза и увидала, как Сын Кузнеца, чуть пошатываясь, бредёт к нам, не обращая внимания на возгласы своих подельников.

Оборотни быстро поняли в чём дело, и попытались задержать псевдокощея. Однако, Палт Ассар и шеф службы безопасности демонов среагировали вовремя и закидали преследователей файерами.

Когда псевдокощей подошел ко мне, я протянула руку и на сколько смогла вежливо попросила.

— Амулеты отдай. Хватит уже, нацарствовался.

Арсений Кузьмич медленно снял с шеи амулеты, оказавшиеся двумя небольшими деревянными пластинками-кулонами, испещренными символами, и передал мне.

— Ну вот и умница. Теперь — иди. С богом. — И чуть крестное знамение не нарисовала вслед. Вовремя опомнилась. Негоже одно с другим мешать. Бог не тимошка, видит немножко… или как там… В общем, все мы под ним ходим.

Оборотни посовещались, и шустро кинулись к своей машине. Мы тоже пошли к своей. А растерянный, только что пришедший в себя Сын Кузнеца, остался стоять на дороге в гордом одиночестве. Ничего, доберется, не маленький.

Амулеты я положила в сумочку. Верну Духу леса, как возможность представится. И мы поехали дальше, посигналив на прощанье оборотням — наше вам с кисточкой!

В общем, костюмчик от Василисы мне пришёлся по душе. Очень комфортно я себя в нём ощущала. Будто в разы сильнее стала. Маленько подышав по известной китайской методике, успокоилась. Снова вспомнила то самое состояние и загудела, прикрыв глаза и представив пункт назначения поотчетливей. Воздух вокруг завибрировал и фуух… Грохот, визг тормозов и… тишина…

— Ну ты, Настя, даёшь… — Палт Ассар смотрел на меня глазами полными восторга и… испуга? Я напугала демона? И чем?

Посмотрела вперед и узрела… избушку, зарывшуюся в свой сугроб. Это я что же, портал что ли открыла? Прямо на ходу? Ну не фига се…

— Ну… а что? Зато быстро.

Я вышла из машины и позвала.

— Избушечкааа… Душечка… Хозяйка пришла, мир-труд-май принесла… — потянулась разумом внутрь и… ничего не почувствовала. Приехали…

А в следующую минуту словно из воздуха перед нами возникли они — полу-Баба-Яга и полу-Кощей-Бессмертный-этой-стороны.

Глава 5

Лес вокруг нас напоминал переполненный стадион. Ото всюду слышался треск веток. В постоянно движущихся тенях вспыхивали то ли глаза, то ли огни. Слышалось шипение, уханье сов и сорочий стрёкот. Вопила выпь и выли волки.

А я стояла перед двумя могущественными чародеями и думала. И ничего мне путного в голову не приходило. Чуяла, что не совладаю с этой парочкой старичков, практиковавшихся в отличии от меня в магии не одну сотню лет. И договориться не получится. Уж если три сотни лет Яга ждала-таилась, пока случай представится вмешаться в события, то уж теперь своего она точно не упустит. Что же делать…

Ладно… Потянем время.

И я направилась прямиком к чародеям. Со свитой. Демоны снова трансформировались в боевую ипостась. Кот и арахнид где-то спрятались-затаились.

Яга прям светилась от радости. И ручки потирала. Кощей стоял в своей неизменной позе со скрещенными руками и взирал на нас из-под нахмуренных бровей.

Разговор начала старушка.

— Ну что, Настя, поговорим?

— Поговорим, — вздохнула я обреченно.

Дальнейшие слова чародейки меня не удивили.

— Да, собственно, о чём тут разговаривать? Колечко надень, и можешь приступать так сказать к своим непосредственным обязанностям. А мы приглядим. Рядом побудем.

— Дык нету колечка. Тимка пока нёс — потерял, — соврала я, наивно поморгав ресницами и разведя руками.

Старушка не растерялась.

— А мы сейчас новое сделаем.

И приступила к процессу создания. Я за ней не следила. Думала, как быть, и ничего путного пока в голову не приходило, кроме одного — бежать. Надо бежать. Но как? Не успеем мы развернуться, как получим по полной программе и по самое по не хочу.

Пока старушка старалась-колдовала, Кощей стоял рядом и молча наблюдал за процессом. Изредка сверлил меня недобрым взглядом. Небось просчитывал, гадал, что я задумала. Понял, что просто так не сдамся. Ну и удивился бы ты, ваше бессмертие…

Ну-ну, думай. И я подумаю. Если ничего не придумаю, придется сдаваться. А сдаваться-то так не хочется…

Прошло с полчаса. Наконец, экс-Яга сделала последний пасс рукой и в воздухе перед ней материализовалось колечко — точная копия того, что на меня обманом надели ещё сутки назад… Как-то не кстати пришла в голову мысль — а спать-то мне совсем не хочется. Я что, теперь как Палт Ассар никогда спать не буду? Погрустнело ещё больше. Поспать я любила.

Тут Яга мне колечко протянула, пришлось принять. Вот только надевать я его не собиралась.

— Я тут подумала и решила… отказаться. Нет, если, конечно, вы мне пообещаете кое-что, я может и соглашусь.

Старушка сверкнула птичьим глазом.

— Условия ставишь?

— А что? Ставлю.

На это ведьма рявкнула так, что с соседних деревьев вороны с карканьем посыпались.

— Нет! Никаких условий! Ты! Ты — никто! Я тебя создала, я же и уничтожу! Не воображай себе там невесть что. Мне тебя заставить проще простого! Так что давай сама, пока мы добрые.

Кощей рядом затоптался. Я решила использовать шанс.

— А вы, ваше бессмертие, что скажете? Может быть по справедливости поступим? Я все-таки вам свою жизнь, можно сказать, отдаю в руки. А вы мне в последнем желании отказываете.

Кощей прищурился.

— И какое твоё последнее желание?

— Демонов из казематов освободить и на эту сторону пропустить. Они в пустыню уйдут. Договоренность с Повелителем джиннов имеется.

Возникла пауза. Кощей стоял напротив меня и смотрел будто сквозь — казалось, что чародей видит то, чего мне не увидеть никогда. Наконец, взгляд его стал осмысленным и дальше я прочитала по губам — беги!

В следующую минуту чародей поднял руку и мне показалось, что над ним разверзлись небеса, затопив в одно мгновение и его и экс-Ягу потоками воды. Экс-Яга завизжала, но дальнейшее мне было не интересно. Словно у меня за последние несколько дней выработался условный рефлекс на команду 'беги!' как у собаки на 'фас!'. Я рванула в лес вместе с сопровождающей меня свитой.

Глава 6

Когда-то все было так, как мы в детских сказках читали. И няня Александру Сергеевичу нашептывала истории, которые не так далеки были от истины. Просто в век отсутствия единого информационного пространства, коим теперь является интернет, магическим существам легче было спрятаться от обычных людей, маскируясь под привычные в быту вещи. А то, что нельзя было объяснить, становилось сказкой.

Впрочем, при ближайшем рассмотрении, не так чтобы что-то сильно изменилось. Ведь большинство современных людей до сих пор не верят в существование сверхъестественных существ. И именно из-за обилия самой разной, порой противоречивой, информации им удается сосуществовать с реальным миром, оставаясь для обычных людей практически невидимыми.

Ну услышал кто-то раскат грома в ночи. Ну увидал отсветы внезапно разразившейся грозы где-то вдалеке посреди леса. И что с того? Никто ж не побежит проверять, природного происхождения та гроза или… магического? Тем более, что даже ребенку сегодня известно, что Дед Мороз — это дяденька-актёр, который изображает мифического старичка и отнюдь сам таковым не является. А как проверишь? Никак. Не изобрела человеческая наука приборы, измеряющие уровень магических воздействий на окружающую среду.

И только попав в самую гущу событий, можно поверить в то, что магия существует, либо в то, что с головой у тебя не все в порядке.

Возможно, сейчас эти философские мысли спасали мне жизнь, отвлекая от паники и страха. Потому что в данную минуту я мчалась сквозь лесную чащу наутёк в надежде на то, что внезапная помощь полу-Кощея не окажется очередной западнёй.

Бежала-бежала и выскочила на полянку…

А на полянке нас уже поджидал Сам. В своей неизменной позе со скрещенными руками. Правда, экс-Яги рядом уже не было.

Дождавшись, пока мы соберемся кучкой, чародей развернулся к нам спиной и сделал знак рукой — следовать за ним. Пришлось подчиниться.

Мы шли, и пространство вокруг менялось с бешеной скоростью. Будто мы оказались внутри гигантского старинного кинопроектора и в данный момент наблюдали за сменой кадров. Мдаааа… Так работать с пространством мог только настоящий Чародей, с большой буквы.

Пока я пыталась хотя бы понять, как он это делает, круговерть, уже начинавшая потихоньку сводить с ума, внезапно прекратилась, и мне, видавшей виды, стало понятно, что мы уже не в нашем мире, а где-то ещё.

Местность, в которой мы находились, можно было бы назвать… скалистой. Повсюду из земли торчали небольшие черные скалы с багряными отсветами огромного мохнатого ярко-красного светила, висевшего над горизонтом среди темно-серых туч с черными контурами по краям. Впрочем, тут имелась одна гора. Сейчас она возвышалась прямо перед нами, и вершина её уходила куда-то за облако, окутавшего верхушку, словно пушистый темно-серый мех на островерхой шляпе гиганта-волшебника. В очертаниях горы кое-где угадывались рукотворные изменения. Но лишь при самом тщательном рассмотрении можно было понять, что перед нами замок. Замок Кощея.

Чародей подвёл нас к скале со срубленной верхушкой. Скол был идеален и сиял, словно зеркало. Кощей встал на зеркальную поверхность и поманил нас с собой. Когда все собрались, скала под нами дрогнула, и я ухватилась за Палт Ассара. Тот в ответ успокаивающе пожал мне руку и прошептал.

— Не бойся. Кажется, я знаю, где мы.

Кощей обернулся к нам и с ухмылкой спросил.

— Неужели ещё кто-то помнит?

Палт Ассар ответил.

— Легенды гласят, что Крош Ар поглотила бездна.

Кощей ухмыльнулся снова.

— Ну что ж, именно этого я и добивался, — рука Палт Ассара странно дёрнулась в ответ на слова сиятельного арда.

На этом разговор между демонами — а в том, что Кощей тоже демон я уже не сомневалась — закончился. А мне осталось лишь гадать, почему когда-то замок Кощея под названием Крош Ар должна была поглотить бездна.

Тем временем наша скала уже подлетала к отверстию в горе, которое я в начале посчитала природным входом в одну из пещер, а при ближайшем рассмотрении оказалось, что это просто замаскированный вход в замок. Массивные двери виднелись в глубине, и они, также, как и сколы по контуру входа, были украшены незнакомыми символами.

Двери послушно распахнулись перед Хозяином, пропуская и нас вместе с ним в зал, который я бы назвала тронным. Длинное помещение с колоннами по бокам, уходящими ввысь и теряющимися во тьме, заканчивалось возвышением, на котором стоял трон. Судя по спинке, по форме напоминающей вершину скалы, трон был выточен из собственно скалы. Над троном висел штандарт, символы на котором терялись в тусклых красках старого полотна. Хозяин замка не любил вспоминать свою родословную. Об этом также говорили пустые настенные плиты в проемах меж колонн со следами висевших когда-то портретов знатных родственников.

Кощей в тронном зале не задержался, и мы вошли в боковую дверь, и оказались в зале поменьше, который я бы назвала каминным. Здесь всё было в стиле одинокого холостяка, ценящего по вечерам тепло, скромный уют и одиночество. Единственное довольно высокое окно во всю стену было завешено тёмно-красной портьерой, из-за которой слабо пробивались лучи мохнатого солнца.

В камине приветливо горел огонь. Над камином висело знакомое мне уже зеркало в витиеватой раме. Правда, эта рама была не из дерева, а из камня. Похоже, тут всё или почти все, делали из камня. У камина стояло два кресла и столик меж ними на витых ножках, на котором расположилась пузатая бутылка, одинокий высокий бокал и небольшая доска, наподобие шахматной. Однако, расчерчена она была по-иному. Несколько фигур, изображавших неведомых существ, стояли по краям. Либо хозяин играл с непьющим собеседником, либо сам с собой.

Кощей уселся в одно из кресел и жестом пригласил нас в другое. Палт Ассар кивнул мне на кресло. Асса Кравн просто уселась сбоку на ручку, обитую тканью, а демон расположился на тёмно-сером ворсистом ковре прямо перед камином.

Кощей молча наблюдал за нами, приняв вольную позу. Удостоверившись, что мы готовы его слушать, чародей закатил глаза и произнёс.

— Дети… Какие же вы ещё дети.

Выдержав паузу, продолжил.

— Ладно. Ничего уже не поделаешь. Мир изменился и этого уже не остановить. Пару тысячелетий назад, когда я открыл этот мир, он показался мне удивительным, не похожим на то, что я знал до сих пор. Зная, как быстро наши воины могут завладеть им, я скрыл своё открытие, и долгое время в одиночку исследовал его. В отличии от моего мира, этот был устроен очень странно. Магия здесь как бы вытеснялась в подпространства, которое вы называете карманами, и запиралась там. Поэтому люди вынуждены были идти по пути технического прогресса. Конечно, тайна моего открытия рано или поздно перестала бы быть секретом для правителей моего мира. Что, собственно, и случилось. И я принял решение — закрыть проход в этот мир и одновременно создать видимость гибели Крош Ар, моего родового замка и одновременно моей лаборатории, где я изучаю возможности изменения пространства.

Кощей говорил, а я с удивлением наблюдала за тем, как он меняется. Теперь передо мной сидел чародей, который был похож одновременно на обоих известных мне Кощеев. Возможно, конечно, это причудливые тени, вызванные игрой пламени в камине, меняли облик чародея постоянно, и из-за этого я терялась в догадках, пока не поняла. Это Яга с избушкой поделилась надвое. А Кощей не делился. Никогда. И замок его не делился. Просто прийти сюда никто не мог без особого приглашения от Хозяина. И легенда о делении была делом рук самого чародея.

— Яга была права в одном. Мир изменился. Мы переслали справляться с проблемами. И проблем становится все больше. Нужны помощники. Я выбрал вас.

Произнося последнюю фразу, Кощей ткнул пальцем в меня.

Я?! Опять я?! Почему не они? Они же вроде родственники? Или из меня все-таки твердо решили сделать стрелочника?

Видимо, вся гамма чувств отразилась на моём лице. Кощей глубоко вздохнул, закатив глаза, и сказал.

— Успокойся ты уже. Никто тебя не принуждает. Откажешься — отпущу. Слово даю. Мне марионетки не нужны.

Ладно. И я решила открыть рот.

— А тогда нельзя ли поподробнее… ну обо всём об этом? — для убедительности я изобразила вращательное движение рукой. Чтобы чародей понял, что при таком шквале противоречивой информации принимать серьезные решения просто невозможно.

Кощей снова тяжко вздохнул и сменил позу. Вернее, зеркально отразил предыдущую. Во взоре его отразилась обреченность.

— Спрашивай.

И вот с какого вопроса я должна начать, чтобы не показаться круглой дурой?

— Ладно. Вопрос номер раз. Где Яга? Та, которую ты топил, когда мы драпали.

Кощей оживился.

— А хороший вопрос! — и он жестом фокусника добыл откуда-то из-под галстука небольшой светящийся изнутри сиреневым кубик. Посмотрев его на свет перед собой, Кощей попросил. — Дай-ка мне свою книжечку.

Книжечка моя была мне дорога и очень, поэтому из сумки я ее добывала с большими сомнениями.

Однако, Кощей выхватил её у меня, раскрыл где-то посередине на чистой странице, что было странно. Перечитывала я её постоянно и пропустить чистую страницу никак не могла. Хотя, временами мне казалось, что не смотря на неизменное количество страниц содержимое книжечки меняется… Пока я так раздумывала, Кощей руки от кубика убрал, оставив висеть его в воздухе над раскрытой книгой. Некоторое время смотрел пристально, будто сквозь. И затем кубик осыпался на страницу сверкающими искрами, а в книжке проявился текст. Круто. Но… что это было?

— Ну вот, вы и встретились, — печально произнес чародей. Книжечку захлопнул и передал мне. — На, владей. Учись хорошо.

На последней фразе Кощей изобразил ленинский прищур и шутливо погрозил мне пальцем.

— А я извиняюсь спросить, что это тут сейчас было? — растерянно вопросила я.

— Неужели сама не догадываешься? Ты же у нас такая догадливая обычно.

Я помахала рукой где-то у головы в надежде на то, что мой ответ окажется правильным.

— Ну, я могу предположить… Ну нет… Но зачем?! Зачем?! Мне кажется, это очень жестокое наказание. — Тут меня снова осенило. — А Деодофил? Тоже ваших рук дело? — Тут я спохватилась, что перешла на Вы. Вот только тыкать этому мастодонту магии я уже не могла. Да я ему не только в подметки… в общем ни во что я по сравнению с ним не годилась.

Кощей рассмеялся.

— Ну вот видишь, как быстро всё поняла. Молодец.

Конечно, от такого Чародея слышать похвалу весьма приятно. Однако, вопросов у меня еще было много. И уже как-то хотелось выглядеть повежливей что ли.

— Спасибо, конечно, за похвалу. Но, боюсь, догадаться обо всем мне всё-таки не удастся. Например, имеется у меня вопрос на счёт вашего имени.

Кощей снова рассмеялся. Кажется, я его забавляла. Но обратился чародей не ко мне, а к Палт Ассару.

— Интересно, помнит ли кто еще имя хозяина Крош Ар?

Палт Ассар, уважительно поклонившись, уверенно произнес.

— Сиятельный ард Кош Шей.

Кощей — сиятельный ард Кош Шей посмотрел на меня и игриво развел руками. Дескать вот, пользуйся.

Ну и вот как теперь мне его называть? Особенно после некоторых предшествующих событий. С одной стороны, чародей спас меня от оборотней, и я ему должна быть за это благодарна. Но потом он отвез меня к экс-Яге, и сильно её поддерживал, когда зловредная старушка пыталась воплотить с моей помощью свои грандиозные замыслы. Обида ещё не прошла, и должного уважения к сиятельному арду Кош Шею я не испытывала. А посему попробуем решить одну давнюю и очень острую проблемку, а после поглядим.

— А что с демонами? Отпустите?

Чародей вмиг сбросил с себя игривость и посерьезнел.

— Нет. И не проси. — тут Кош Шей снова обернулся к Палт Ассару. — А ты ей название Алл Зарр перевел?

Палт Ассар потупил взор и заводил по ковру тонким пальцем, на котором то увеличивался, то уменьшался ноготь. Демон нервничал.

А сиятельный ард пробормотал 'понятно', а затем продолжил, обратившись ко мне.

— Алл Зарр — Под замком. Это тюрьма. Закрыли ее из-за бунта, грозившего Тройному миру великими бедами. Но свойства пространства таковы, что магия не может существовать только в подпространстве. Магия всегда ищет выход обратно в реал. Поэтому, как я не старался удержать процесс, магия Алл Зарра пробила несколько порталов-врат в магическое подпространство этого мира. И конечно же, заключённые захотели свободы. Была очень жестокая война. Впрочем, тебе об этом уже рассказывали.

Последовала пауза. Мдаааа… дела. Вот и как мне теперь относиться к тем, кого уже успела назвать своими подопечными? Не похоже было на то, что я общаюсь с преступниками. Однако, не забылись ещё и нападения, которые мы отражали тогда. Впрочем, все люди разные. И интуиция мне подсказывала, что я не ошиблась, доверившись этим двум демонам, что сидели вместе со мной у камина. Да и сам Кош Шей думаю, не стал бы с ними долго разговаривать, не имей на них свои собственные виды на будущее. Ладно, разберёмся.

— А что случилось с Алл Зарром? Почему пещеры исчезли?

Кош Шей замялся.

— Моя вина. Поторопился. Некогда было ставить эксперименты. Хотел закрыть порталы, а получилось по-другому. И все попытки исправить положение ни к чему не привели. Даже лабораторию построили для этого в горах. Чтобы так сказать поближе к изначальным условиям. Но… ничего не вышло. Может быть чужеродные магии при смешении создали эффект коллапса, может что-то еще… Не знаю. Я всегда знал, что игры с пространством до добра не доведут.

Последнюю фразу чародей произнёс с особой горечью в голосе. И после этого все встало на свои места.

— Я согласна. Что нужно делать?

Глава 7

Гулкие шаги раздавались из-под ног, а гибкие тени колыхались на стенах. Мы шли с Палт Ассаром и Ассой Кравн по полутемному коридору, освещенному небольшими тусклыми файерочками, развешенными по стенам из неизменно-темно-серого грубо отесанного камня. Если бы не чувство запустения, я бы назвала такое оформление стильным. Но рваные тени, шорохи и мусор, скопившийся у стен, постоянно напоминали о том, что хозяину замка Крош Ар давно уже нет дела до интерьеров. Кош Шей отпустил нас погулять по замку, а сам отправился в лабораторию, расположенную где-то в подвалах. На прощанье он посоветовал посетить гостевую часть, неопределенно махнув рукой куда-то вбок, и уже уходя, не оборачиваясь, бросил.

— И от рекомендованного маршрута советую не отклоняться.

Из чего я сделала вывод, что Крош Ар полон сюрпризов.

Пустынный коридор привёл нас к нескольким дверям. За первой обнаружилась вполне жилая комната и Асса Кравн заявила.

— Эта моя. — После чего захлопнула перед нами дверь.

Я вопросительно посмотрела на демона. Тот пожал плечами.

— Перенервничала. Пусть отдохнет.

И мы открыли вторую дверь. В этой комнате, также, как и в предыдущей, главной была большая кровать в белье из черного шелка под прозрачным балдахином из тонкой красной ткани. Ну что ж, видимо, это любимое цветосочетание Тройного мира. Осматривая кровать, я вздохнула. Хоть и не хотелось вроде спать, а усталость ощущалась. И прилечь на несколько часов я бы не отказалась.

Размышляя так, я почувствовала, как сзади меня обняли руки демона. Тело ответило, не раздумывая, и мы пустились в плаванье по волнам любви и страсти…

* * *

Мне снова снился Палт Ассар. Демон тянул ко мне руки из пламени, которое пожирало его снизу. В глазах читалась мука, а губы шептали «прости…» Демон был в беде, и я должна была ему срочно помочь…

Послышался грохот, и я проснулась. Тусклый свет небольших файеров играл тенями на тёмно-серых стенах. Демона рядом не было. И я уже сомневалась, что только что слышала этот страшный грохот. Возможно, он мне просто приснился.

Так. И всё же… Где любимый? Вспомнив нашу ночь страсти, я сладко потянулась и тут вспомнила сон.

В следующую минуту на ходу я уже натягивала на себя джинсы, сапожки и прочую одежку, хватала сумочку и мчалась по коридору. По пути забарабанила по двери, за которой отдыхала глава службы безопасности Асса Кравн. Та похоже тоже слышала грохот и быстро присоединилась ко мне.

Ворвавшись в каминный зал, мы никого не застали, и решили подождать, помятуя о запрете бродить по замку где попало.

Я несколько раз порывалась посмотреть сколько прошло времени, но мой сотовый давно вырубился. И сейчас я в очередной раз ругала себя за то, что за своими сказочными делами совсем забыла о семье. Как они там? Поди уже с ума сходят от неизвестности. Мой сотовый отключён. В квартире никого. Да еще бардак, который остался после Кирилла…

Внезапно боковая дверь открылась и в неё буквально влетел Кош Шей. Глаза его метали молнии.

— Дурак! Мальчишка! Молокосос! — и ещё множество нелестных эпитетов мы выслушали перед тем, как сиятельный ард немного походил перед камином, налил из бутылки, выпил залпом содержимое и наконец немного успокоился.

Наконец, чародей сверкнул чёрным глазом в нашу сторону.

— Ваш Палт Ассар решил поиграть в героя-освободителя, и попал в одну из ловушек.

Моё сердце ухнуло куда-то вниз.

— Он жив?

Кош Шей махнул рукой.

— Жив… если можно так сказать.

Паника во мне отразилась на пространстве и всё, что могло вибрировать, завибрировало, грозя разрушениями.

Кош Шей рыкнул.

— А ну, возьми себя в руки. Ещё не хватало, чтобы ты мне замок порушила.

Пришлось сосредоточиться. Вот только слёз я сдержать не смогла.

Кош Шей слёз не любил.

— Прекрати реветь! Он сам виноват! Я предупреждал!

Но я тоже была в претензии.

— А если у него там родственники? И им там плохо? Палт Ассар и так долго ждал. Надеялся на благоприятный исход. А вы в нём вчера последнюю надежду убили. Что оставалось? Если бы там сидели мои родственники, я бы тоже не удержалась.

Чародей не ответил. А я сказала.

— Я хочу его видеть. Сейчас.

Кош Шей стукнул по столу так, что тот раскололся надвое, сбросив с себя и бутылку с бокалом, и доску с фигурками. И я услышала в исполнении сиятельного арда нечто, напоминающее наш трехэтажный. Взмахнув в отчаянии руками, Кош Шей бросил нам.

— Пошли! — и не оглядываясь вышел в боковую дверь. Ту самую, в которую удалился, попрощавшись с нами вчера.

За дверью обнаружилась пустая комната с зеркальными стенами, полом и потолком из того же камня, что вчера транспортировал нас в замок. Чародей не оборачиваясь шагнул прямо в стену. Я бы в другое время не решилась последовать за ним, но судьба Палт Ассара меня беспокоила сейчас гораздо сильнее. Сразу за стеной обнаружился коридор с решетками по бокам, из-за которых сверкали множество глаз. А посреди коридора в костре горел мой окаменевший демон…

— Да сделайте что-нибудь! — крикнула я и рванула вперед. Но Кош Шей бросил пасс, и я тут же почувствовала, как наткнулась на прозрачную глухую стену.

— Ты ему не поможешь! И я не могу помочь. Как-то не рассчитывал, знаешь ли, что в ловушку попадется не враг, к которому я не испытываю снисхождения, а глупый сопливый мальчишка.

Всё во мне застыло вдруг — я поняла, что теряю своего единственного и любимого…

— Сколько ему осталось? — прошептала я и не узнала своего голоса.

— Не знаю, — ответил мне чародей.

— Надо их освободить, — продолжила я после паузы. — Всех. Они не опасны. Я точно знаю. Те, кто опасен, остались на свободе.

— Хорошо, я подумаю, — ответил мне чародей, запустив руки в волосы совсем как малолетка, только что совершивший поступок, последствия которого уже никогда не исправить.

А я подошла к костру и уселась перед ним прямо на пол. Глядя в окаменевшие глаза, я прошептала.

— Ну почему? Почему ты ничего мне не сказал? Мы бы нашли решение. Обязательно нашли. Или… пошли бы вместе… — поэтому и не сказал.

— Не мог он ждать, — послышалось из-за решетки рядом. — Мать Палт Ассара умирает. Уже… Уже умерла…

Я закрыла лицо руками. Но от боли, затопившей меня в этот миг, спрятаться не удалось. Я сжала кулаки.

— Черти вас всех побери! Всех вас! Всех, кто так любит играться в войнушку! Тех, кто плюет на всех, кто слабее и зависим от обстоятельств!

Молчание мне было в ответ. Только молчание…

Словно издеваясь надо мной, мимо протопали пара чертей. Послышался скрип отпираемой решетки. И потом я увидала, как на носилках выносят завернутое в черную ткань тело…

Я снова закрыла лицо руками и сидела так, пока не почувствовала, как безысходность во мне сменяется чувством протеста. Я машинально потянулась к сумке, висевшей на плече, достала книжку в кожаном переплете и стала бесцельно перелистывать страницы. Миновав середину, подумала — а той страницы, что появилась после манипуляций Кош Шея, я так и не увидала. Будто ничего и не было.

Тут из-за решетки послышался тихий старческий шепот.

— Есть одно заклинание. Оно обращает время вспять. Сиятельный ард должен его помнить.

Взглянув на говорившую со мной, я встретилась глазами с маской, сплошь заросшей уродливыми наростами. Видимо, чем старше становился демон, тем больше появлялось наростов на его теле.

Мешкать я не стала. Поднялась на ноги и потопала на выход. Там меня дожидались Асса Кравн и Кош Шей.

— Есть заклинание. Вы должны его помнить. Надо вернуть время назад. Кажется, так.

Чародей возразил.

— Думаешь, это так просто? Ты хоть представляешь, что для этого нужно? И чего стоит?

Я молча сверлила чародея глазами и ждала согласия. Видимо Кош Шей понял, что я не отступлю, вздохнул и произнес.

— Идем в лабораторию.

Выйдя в дверь, мы снова оказались в комнате с черными зеркальными стенами. И снова пришлось шагать за чародеем сквозь стену. На этот раз я это проделала не задумываясь.

Вышли мы в помещение, напомнившего библиотеку. Только вместо книг на полках, занимавших почти все стены, были расставлены различные предметы, о назначении большинства которых я даже не подозревала. Были тут и замысловато изогнутые колбы, и всяких форм кувшины и флаконы, а также… человеческие черепа. Середину занимал стол, на котором в беспорядке валялись книги и отдельные листы бумаги вперемешку с письменными принадлежностями.

Центр стола украшал огромный каменный куб, который как бы парил над столом, едва касаясь его одним из углов. Изнутри лился синий призрачный свет. Пройдя к столу, чародей развернулся к нам с демонессой.

— Есть еще одно заклинание. Оно подойдет больше. Но кто-то должен рискнуть. Придется отправиться в прошлое.

Я ничуть не сомневаясь сказала.

— Я пойду.

Но Асса Кравн мне возразила.

— Нет уж. Пойду я. — демонесса так на меня взглянула, что я в мгновение почувствовала свою полную и абсолютную несостоятельность. Ну да, ведь я была лицом заинтересованным, и, следовательно, могла в нужный момент напортачить. Пришлось признать и отступить.

А дальше Кош Шей проинструктировал демонессу, а затем предложил нам встать возле стола и положить руки на светящийся куб…

Глава 8

Гулкие шаги раздавались из-под ног, а гибкие тени колыхались на стенах. Мы шли с Палт Ассаром и Ассой Кравн по полутемному коридору, освещенному небольшими тусклыми файерочками, развешенными по стенам из неизменно-темно-серого грубо отесанного камня.

Пустынный коридор привёл нас к нескольким дверям. За первой обнаружилась вполне жилая комната и Асса Кравн заявила.

— Эта моя. — После чего захлопнула перед нами дверь.

Я вопросительно посмотрела на демона. Тот пожал плечами.

— Перенервничала. Пусть отдохнет.

И мы открыли вторую дверь. В этой комнате, также, как и в предыдущей, главной была большая кровать в белье из черного шелка под прозрачным балдахином из тонкой красной ткани. Ну что ж, видимо, это любимое цветосочетание Тройного мира. Осматривая кровать, я вздохнула. Хоть и не хотелось вроде спать, а усталость ощущалась. И прилечь на несколько часов я бы не отказалась.

Размышляя так, я почувствовала, как сзади меня обняли руки демона. Тело ответило, не раздумывая, и мы пустились в плаванье по волнам любви и страсти…

* * *

Очнулась я от того, что за дверью кто-то возился. Палт Ассара рядом не было, поэтому я решила проверить, что там происходит.

Отворив дверь, я увидала, как Палт Ассар и Асса Кравн в спарринге мутузят друг друга почем зря. Причем глава службы безопасности молча и уверенно пихает демона в мою сторону. При этом шипит.

— Да что ж ты такой непонятливый-то, а? Говорю тебе, все объясню. Только вернись к себе. Сейчас же. — Тут демонесса бросила на меня умоляющий взгляд и я, улучив момент, ухватила демона за край куртки и втянула его в комнату. Асса Кравн влетела следом и захлопнув за собой зверь, заперла её на задвижку. Потом приложила палец к губам и сделала большие глаза, призывая к молчанию.

За дверью послышался шум и голос Ассы Кравн из-за двери вопросил.

— Эй, у вас там все в порядке?

Асса Кравн по эту сторону закивала головой и беззвучно произнесла.

— Я всё сейчас объясню.

Я пожала плечами и громко сказала в дверь.

— Да, у нас все в порядке. Извини что потревожили.

За дверью послышался возмущенный возглас, а потом хлопнула соседняя дверь и стало тихо.

— Ну, и что это всё означает?

Асса Кравн толкнула нас с демоном к кровати.

— Времени в обрез. Рассказываю кратко. Я из будущего и встречаться мне с собой никак нельзя.

Сказать, что я была в шоке от рассказа демонессы, ничего не сказать. Поверить в рассказанную ею историю мой мозг отказывался напрочь. Однако, такого итога, который имела рассказанная история, я тоже допустить не могла. Ни за что.

Палт Ассар, выслушав всё, сказал.

— Тем более я должен идти. Постараюсь не попасть в ловушку. Вот и всё.

Ну нет, пережить то, что мне только что рассказала демонесса, я не желала.

— Нет! Мы идем к чародею, и если откажется помочь, я разнесу его сосульку к чертям собачьим.

Асса Кравн достала из-за пазухи небольшой чёрный кубик с красным отливом.

— Вот. Чародей велел себе передать. Должно сработать.

Мы вышли в коридор, и Асса Кравн взглянув на амулет, висящий у неё на шее, уверенно повела нас по коридорам, будто жила тут всю жизнь. По дороге объяснила, что амулет тоже дал чародей. Чтобы не заблудились.

Когда мы распахнули дверь в лабораторию, опешивший от нашей наглости хозяин, раскрыл рот, и это мгновение спасло нам жизнь. Потому что я успела прокричать, выставив ладони вперед.

— Это вы нам велели сюда прийти!

Одновременно Асса Кравн вытянула вперед руку с красноватым кубиком.

Недовольный чародей подошёл к нам, резко вырвал из руки демонессы кубик и вернулся к столу. Под воздействием чародея тот осыпался на стол, превращаясь в уменьшенную копию Кош Шея.

… - в общем, они конечно сукины дети, но помочь ты им должен.

Чародей, выслушав своё собственное послание, некоторое время молчал, переваривая услышанное, потом обернулся к нам.

— Вы! Сидеть всем у себя и не рыпаться! Понятно? — потом бросил куда-то нам за спину. — Проводи и проследи.

Мы было завозмущались, но тут же закивали головами, потому что чародей начал меняться. Увидеть его в боевой ипостаси мне сейчас хотелось меньше всего.

Когда дверь за Кош Шеем закрылась, Палт Ассар кинулся следом. Дорогу ему заступили демонесса и тощая фигура в сером балахоне, появившаяся буквально из стены рядом с дверью.

— Только через мой труп, — проговорила Асса Кравн сквозь зубы, обращаясь к Палт Ассару. — Я не меньше тебя хочу, чтобы мать осталась жива. Пускай она и не любила меня также, как тебя, я не держу на неё зла. И предпочитаю, чтобы вы оба остались живы. Слышишь? Оба… — тут демонесса разрыдалась. — Ты хоть представляешь, каково это — видеть вас с матерью мёртвыми? Не знаю, как там будет дальше, но сейчас жить с этим воспоминанием для меня мука. Остается надеяться, что я, исчезнув через полчаса, не вспомню, что случилось с вами там. Никогда.

Челюсть моя отпала в очередной раз. Вот так и пишутся сюжеты индийских фильмов, основанные на реальных событиях.

Асса Кравн помолчала, потом добавила.

— Пусть сделает хоть что-то.

Палт Ассар в ответ молча дёрнул плечом.

Фигура в балахоне терпеливо ожидала у двери, пока мы разберемся, затем распахнула перед нами дверь, и мы пошли к себе.

Следующие полчаса прошли весьма напряжённо. Палт Ассар ходил из угла в угол по комнате. Демонесса отодвинула портьеру и молча взирала на унылый скалистый пейзаж. А я прикинулась мышью и сидела на краю кровати, боясь себе даже представить тот ужас, который меня в данный момент пытался миновать.

Через полчаса демонесса, взяв с меня слово лечь трупом, но не выпустить брата за дверь, исчезла прямо у нас на глазах. Одновременно раздался истошный крик из соседней комнаты. Мы с демоном кинулись на звук. Войдя в комнату Ассы Кравн следом за Палт Ассаром, я увидала демонессу, сидевшую на полу. Глаза Ассы Кравн пылали безумием, а волосы были абсолютно белыми.

Позади послышался голос Кош Шея, вошедшего следом.

— Жива ваша мать, — проговорил чародей сквозь зубы, посмотрел на демонессу, а затем взорвался.

— И зачем я только с вами связался?

Глава 9

Безумие, охватившее главу службы безопасности и сестру Палт Ассара Ассу Кравн в момент, когда сознание затопило воспоминаниями о трагедии, которых удалось избежать всем, кроме неё, постепенно отступало. Несколько часов ступора сменились истерикой, а затем наступила апатия. Все это время демон обнимал и успокаивал сестру, а я поила её зельем, которое нам принес Кош Шей. Молча передав через порог флакон с зеленоватой жидкостью, чародей бросил хмурый взгляд на демонов и вышел, раздраженно хлопнув дверью.

Еще через мгновение появился обслуживающий персонал с подносом. Как раз вовремя. Кушать хотелось очень. Правда, вид еды мне не внушал доверия. Под крышкой на большом блюде лежали чьи-то пожаренные тушки размером с перепёлку, обсыпанные коричневыми кусочками чего-то. Палт Ассар пояснил, что нас угостили местным деликатесом — мясом какого-то тош-тара, приправленного специей, названия которой я не запомнила. Я не стала расспрашивать подробно, как этот зверь выглядит, когда жив. Так как кушать хотелось и очень, деликатес очень быстро закончился. На вкус… пришла в голову шутка о курином мясе. Вино в большой пузатой бутылке из темно синего то ли стекла то ли камня, как и всё здесь, оказалось довольно приятным на вкус и пахло малиной.

Ассу Кравн еще потряхивало, когда за нами пришли. Это была та же серая тощая фигура. Контуры её выглядели несколько размытыми, из чего я сделала вывод, что перед нами скорее сущность, чем существо.

Кош Шей ждал нас в каминном зале. Стол с бутылкой и загадочной игрой был совершенно цел. Видимо, был так дорог хозяину, что тот не пожалел времени на восстановление.

Кресло на этот раз я уступила демонессе. Сама присела на боковину. Палт Ассар расположился, как и в прошлый раз на ковре.

Сиятельный ард Кош Шей взирал на нас из-под насупленных бровей и молчал. Видно всё ещё злился. Наконец, тяжко вздохнул и произнес.

— Демоны поселятся в подпространстве, рядом с лабораторией. Под твою ответственность. — На последней фразе Кош Шей ткнул пальцем в Палт Ассара. — Но у меня условие. Ты должен разыскать беглых и доставить ко мне. Я сам решу, что с ними делать. Преступников и бунтовщиков нельзя оставлять без присмотра. И так мне придется договариваться с царём и его советниками, чтобы дали согласие на поселение.

Сделав паузу, чародей обратился ко мне.

— Ты идешь в избушку. Врата должны работать. Иначе, магия начнет искать выход из подпространства и никому не известно, куда откроются новые врата.

Я, хоть и планировала просить отсрочку, чтобы уладить семейные дела, промолчала. Впряглась, так вези…

* * *

Пока мы летели над ставшим уже привычным чёрно-серо-красным пейзажем, я думала о том, что же будет в моей сказочной жизни дальше… Такая жизнь мне… нравилась. Несмотря ни на что. Если бы не разлука с Палт Ассаром… Демон пойдет искать беглых преступников, а значит, снова окажется в опасности. Однажды уже демонская сущность не уберегла любимого. Следовательно… Не хочу думать о плохом!

Пока я так размышляла, скала наша подлетела к месту, с которого и началось наше путешествие по безымянному подпространству, скрывающему замок сиятельного арда Кош Шея. Конечно, как истинный патриот, я была благодарна за то, что чародей скрыл мой мир от чужеземных завоевателей. И все же, точило меня откуда-то изнутри сомнение на счёт полного бескорыстия чародея. Очень похожи были демоны по складу мышления на людей. Но для того, чтобы понять мотивы поступков, иногда и с человеком нужно пожить не один год.

Ладно, как-нибудь разберёмся. Всё равно ходу назад нет.

В эту минуту Кош Шей обернулся ко мне.

— Ну, что, Яга, покажешь своё мастерство?

Я прям опешила. Чем таким я могла похвалиться перед чародеем такого уровня, ума не приложу… А Кош Шей мне кивнул.

— Портал к избушке отсюда открыть сможешь?

Я помотала головой. Но чародей не отступился.

— Давай, попытайся. Или я зря двумя Баб-ягами ради тебя жертвовал?

Стало стыдно и пришлось поднапрячься. Поначалу ничего не получалось. Чувствовала себя будто на экзамене. А потом разозлилась. Да что ж такое? Или не я несколько дней назад портал на ходу из машины к избушке открыла? Прикрыла глаза, представила себе болезную поотчетливей, загудела погромче и… фуух! Выпала на четвереньки прямо на заветной полянке. По бокам от меня попадали демоны. И лишь чародей, посмеиваясь в кулак прошел мимо как ни в чём не бывало.

А навстречу мне бежал Тимка. Глаза по пять рублей, хвост трубой…

— Настя! А мы уж тут думали-думали, ждали-ждали…

Избушка для встречи с хозяйкой принарядилась. Черепичной крышей накрылась, окошечки начистила. На крылечке Федя глазками мигает — транспаранта с лозунгом не хватает. А так все честь по чести.

На входе Кош Шей меня первую к двери пропустил и даже шутливо поклонился. А что? Всё-таки я тут ещё пока Хозяйка.

В горнице пахло травами. На нашей половине было пусто. А вот на сказочной царила паника. Я это почуяла, едва увидала леших, кинувшихся ко мне через невидимую черту. Хорошо, что в последний момент команду избушке дала…

Козьма пролетел мимо и выскочил в дверь, что-то пробормотав на ходу нечленораздельное.

Ефим переступать черту не спешил. Кивнул во след коллеге.

— В лес подался. Уж как переживал, как переживал. Понятно. Лес-то без присмотру совсем остался. — И чуть слезу не пустил. Сильно видать сочувствовал.

Я всем, кому и так полагалось, разрешение на перемещение туда-сюда дала, и сама на сказочную сторону перешла. Тимка засуетился у печи — оголодал бедный. Кощей молча покинул избушку, пожелав всем успехов. Палт Ассар обнял меня на прощание и отправился следом за чародеем, в дверях обернулся и беззвучно одними губами произнес: «Я вернусь…» Асса Кравн ушла следом за братом, не прощаясь.

А ко мне подступил Василий Премудрый. В руках у него оказался огромный список тех, кому следовало немедля дать разрешение на проход. Увидав меня в прикиде от Василисы, Премудрый подозрительно прищурился.

Я вздохнула, сожалея, что с милым как следует попрощаться не дали, но возражать не стала, списочек взяла и, сев на лавочку к столу, углубилась в изучение.

Список, как я и ожидала, состоял из одних имен. В конце стояло несколько витиеватых закорючек и черная печать с короной. Понятно. Решили меня взять в оборот так сказать, не отходя от кассы. Да только не на ту напали. Я и в офисе, когда работала, не особо кого слушала.

Списочек отложила и предложила вначале пообедать. Тимка аж муркнул — уж так был доволен. Василий решил пойти мне навстречу, но при этом вздохнул тяжко и крякнул в голос — хотел поскорее к делам перейти.

Сели за стол. Чтобы придать обеду официальный тон, я спросила у Василия, как дела во дворце. В здравии ли его величество, а также его высочество? На что Василий дернул глазом, но ответствовал, что у его величества все прекрасно, а вот царевич приболел. Я пожелала скорейшего выздоровления, а затем перешла от официальной части к деловой.

— И кто ж сей список готовил, позвольте узнать, — обратилась я к Премудрому.

Тот закашлялся.

— Совет Премудрых готовил, — отвечает.

Я решила уточнить.

— А нельзя ли как-то пояснить дополнительно, кто в списке обозначен и с какой целью пройти желает?

Тут Василий слегка опешил.

— Дык всё уже рассмотрено-пересмотрено. Тебе пошто знать? Печать есть. Подписи — вона, все подписались.

Я вздохнула, ручкой голову подперла, мысленно к избушечке обратилась. Тимка посуду в печку посовал, а стол, за которым я сидела, потихоньку поехал к центру. Лавочка подо мной на несколько стульев с высокими спинками поделилась.

— Тим, а посмотри-ка в сундучке, нет ли принадлежностей для письма?

Тимка кинулся за занавеску и через минуту передо мной на столе лежала стопка чистой бумаги и… старинное очиненное перо без чернильницы. Я листочек потянула, перышком поскребла — пишет!

Василий поскрипел зубами и молча занял один из стульев.

Я списочек развернула и решила начать с… начала.

— Ну что ж, тут у нас под первым номером некий Силантий Сивый проходит.

Василий не возражал.

— Ну?

Я почесала кончик носа перышком.

— Окей. Давайте сюда вашего Силантия.

— Зачем?

— Как зачем? Я же должна знать, кому разрешение выдаю?

— Зачем?

Ну все.

— Зачем-зачем! А затем, что кому попало я проход не открою!

Василий аж побагровел, а затем начал синеть.

— Ну, Яга! Ну, не ожидал… Да ты… Да мы тебе такое дело доверили! От демонов защищали! А ты! — со стула вскочил и об потолок приложился… Или избушечка приложила…

Я выслушала и спокойненько так говорю.

— Значит так. Хотите быстрее, предоставьте к списочку пояснения. Кто есть кто и с какой целью идет. Или — в очередь! Иначе, никаких перемещений. Все. — и по столу — хлоп!

Василий походил, поплевался и покинул избушку, в сердцах хлопнув дверью.

А я позвала.

— Федь, поговорить надо…

Арахнид мелко протопал по потолку и свалился прямо передо мной на стол. Я погладила паука по ворсистой спинке.

— С меня должок, Федь. Проси, чего хочешь.

В голове прошелестело.

— Не забыла? Это хорошо. Просьба у меня есть. Верни мне мой первоначальный облик.

Вот это сюрприз.

— И какой-такой облик у тебя был первоначальным? Погоди, так это что ж? Значит тебя несколько раз меняли что ли? И за что ж тебе такое?

В голове пронеслось ветерком что-то вроде вздоха.

— Крутой нрав у прежней хозяйки был, и моя строптивость была ей не по душе.

Ну что ж, слово давала — надо держать. Вот только получится ли… И полезла я в сумочку за заветной книжечкой.

А с книжечкой было что-то не так. Подрагивала, будто живая. Я её открыть попыталась — не тут-то было! Это что же, бунт на корабле? Потрясла я фолиант над столом, аж пыль посыпалась — не открывается! Ах ты ж твою в корень! Подняла повыше и кееееек грохну по столу… Раскрылась, аккурат посередине… А там! Бои без правил прям! Буквы пляшут, строчки друг на друга наезжают… Я как гаркну.

— Ааатставить! — и пальцем тык. Бумага в том месте чернеть начала и дымком потянуло.

Буковки быстренько в строчечки выстроились. И… тишина.

Ну вот, другое дело. Раньше надо было воевать. Теперь моя очередь.

Я книжечку полистала. И что-то ничего путного не нашла. Понимала, что надо что-то вроде отменяющего заклинания разыскать. Наконец, наткнулась-таки на нечто похожее. Для колдовства требовалась некая Арапкина петля. Как выглядит — не нарисовано.

— Тим, а что у нас имеется похожего на Арапкину петлю?

Тишина… Я еще позвала. Арахнид прошелестел.

— Обиделся кот. Не меньше меня старался, а награда только мне досталась.

Мдаааа… не справедливо.

— Тим, вылезай давай. Твое желание следующее.

За занавеской завозилось, показался хвост. Когда котэ вылез полностью, в зубах у него имелось нечто вроде кнута.

Я артефакт приняла, кота за ушком почесала. А затем, внимательно изучив алгоритм, приступила к выполнению…

Ну сказочники! Ну волшебники! Мать вашу! Ничего получше придумать не могли. В общем, объект надо было установить так, чтобы затем его можно было с помощью кнута раскрутить. Причем, оборотов должно быть ровно тринадцать, помноженное на количество превращений. То ли арахнид уже не помнил, сколько раз его меняли, то ли я никак не могла правильно сосчитать количество оборотов… В общем, намаялись все. Наконец, кот предложил простое решение — подвесить арахнида на веревке и крутить сколько надо.

Однако, предложенное решение оказалось не так просто выполнить. Привязать можно, но за что? Отрывать хранителю конечности я не собиралась. В конце концов, Федя предложил свить паутину и повиснуть на ней. Так и сделали. Дело заладилось. Я кнутом тушку подвешенную обернула, загудела, положенные обороты отсчитала, и… обомлела. На паутине висела кошка… Белая как снег… С синими глазами…

— Федь… Федора… Тим, мне кажется, или мы точно ещё до конца не доколдовали?

Тимка подошел к даме и понюхал в щечку.

— Здравствуй, Федорушка.

Кошка висела в паутине молча, вытаращив на нас глаза. Тимка обернулся ко мне.

— Я ведь, Настя, тебя почти о том же просить хотел. Понимаешь, когда хозяйка поделилась, нам с домовушкой тоже пришлось расстаться. Я тут остался, а Федорушку на ту сторону забрали. А поскольку мы оба возмущались сильно по этому поводу, хозяйка нас наказала — наложила запрет на смену ипостаси. Уж забывать стал, как это — на двух ногах топать.

Я снова взялась за учебник.

— Значит, с обоих запрет снимать будем.

Глава 10

Жизнь… налаживалась. Если можно, так сказать. По дому хлопотали домовые, забавляя меня тем, что то и дело спонтанно превращались в котов, а потом назад… Я еле успевала морок накладывать. Особенно смущалась Федора. А Тимофей только крякал от удовольствия — стосковался по супруге.

Росточком оба домовёнка оказались мне где-то по живот. Внешне были вроде, как и люди, но в то же время и нет. Чуть больше курносые, чем надо. Чуть более коренастые. Глазки круглые, зелененькие с вертикальными зрачками. Тимофей темноволосый. А блондиночка Федора постоянно напоминала мне об Ассе Кравн, а следовательно — о Палт Ассаре.

По вечерам из развлечений — посмотреть в чудо-блюдечко на любимого. Мдааа… Что-то тут как-то не додумано у них. С обратной связью. Или это я уже плохо к концу рабочего дня соображала… Посетителей было много. Приходилось с утра до вечера принимать.

Из неприятного случилось одно — Федора потеряла свой телепатический дар. Жаль, конечно. Но что ж поделаешь. Ладно, обойдемся как-нибудь.

И мои планы из-за этого поменялись. Хотела я Федю отправить в реал, узнать — как там моя семья. Весточку передать. Но пришлось просить Тимофея.

Домовой готов был на всё, лишь бы мне угодить. Пообещал использовать старые связи. Затем чмокнул супругу в щёчку, обратился в кота, мякнул напоследок и выскочил в дверь.

А я продолжила принимать желающих перейти в реал и обратно. Василий с комментариями к списочку не спешил. Зато возле избушки выстроилась очередь из тех, кто ждать долго не мог. Пришлось расширить апартаменты, превратив сенцы в типичный предбанник. Все честь по чести — по стенам стульчики для ожидающих своей очереди. У двери цербер-секретарь за столом.

Хоть и не нравилась Федоре должность, пришлось исполнять… Поначалу Федору мало кто воспринимал всерьёз. Пришлось поработать над имиджем. Строгая блузка, юбка и очки. Правда, Федора отвоевала-таки у меня право на юбку в клетку, и очки были лишь мороком. Оставалось придать строгости чертам на лице. Пушистые волосы никак не хотели укладываться в строгую прическу, а кукольное курносое добродушное личико домовушки никак не соответствовало облику строгой неприступной секретарши. Репетировали долго. Перед зеркалом. Зеркало временами мутило, из чего я сделала вывод — Деодофил заглядывал к нам иногда без приглашения. И это было весьма неприятно.

Минуло несколько организационных дней. Хаос сменился неким подобием порядка. По вечерам мы с Федорой успевали накрутить клубочков-проводничков, а на другой день они расходились по рукам путешественников. А как же? Без клубочка от Бабы Яги назад к избушке дороги не найти. Разве только леший поможет… Так ему и так работы хватает. Попробуй-ка без лешего избушку отыщи…

Эти подробности я краем уха слышала от посетителей, ожидающих своей очереди в предбаннике. Вникать в магические технологии у меня не было времени. Поэтому кто куда и как тут попадает для меня было большой-пребольшой загадкой, разгадывать которую я не торопилась. Некогда.

В общем, всё потихоньку налаживалось, только очень скоро я поняла, что профессия таможенника — не моё. И как это Баба Яга до меня с обязанностями своими справлялась, ума не приложу. Хотя… если вспоминать наше всё — русские народные сказки, то на этот вопрос имелся один однозначный ответ — в старину так часто туда-сюда не шастали. Если надобно было Ивану царевичу пойти к Кощею за украденной невестой, шёл Иван к Бабе Яге на приём. Она его на ночлег определяла, а поутру давала клубочек-проводничок.

У меня же в очереди стояли все, кому не лень. И студенты, возвращающиеся после посещения родителей. И родители, жаждущие посетить своих детей-студентов. И торговцы… Последние во мне вызывали особые сомнения. Я долго допытывалась у самого первого — чем он торгует и почему его товар так необходимо покупать в реале и переправлять в карман. Оказалось, что некоторые вещи проще купить, чем создать. К примеру, чтобы создать бумагу, нужно производство. А зачем засорять экологию, если можно купить в реале? Возник вопрос — на какие деньги производятся закупки. Оказалось, в реале имеется фирма, доходы которой и используются на приобретение необходимых товаров. На вопрос, чем занимается фирма, я получила ответ — делает предсказания, снимает сглаз и порчу… Понятно.

В общем, прогресс отметился повсюду. И если раньше Баба Яга одна с работой справлялась, то мне, похоже, придется целый штат нанимать…

Так размышляла я, сидя у окошечка после очередного рабочего дня.

Надо что-то делать, иначе я с катушек слечу точно. Вон у прежней Бабы Яги и то кой-какие подручные средства были. Сама никого не сопровождала, кинет клубочек на дорожку и все — давай иди, не отставай. Вот и мне нужно как-то свой рабочий процесс автоматизировать. В реале у меня на рабочем месте и комп имелся, и телефон… А кстати, у меня ведь нечто похожее имеется. Точно! Зеркальце от Василисы! И, кстати, как там поживает сопротивление? Не пора ли с этим разобраться? Да и дело у меня в реале имеется. Днем Козьма забегал, ворчал — прибрать бы надо на полянке. Люди испорченную технику утащили, однако мусора после последних военных действий осталось предостаточно.

Я сумочку подхватила и на выход. Снегу навалило за день столько, что деревья по краям полянки выглядывали из сугробов лишь наполовину. Но сейчас погода стояла — как я люблю — морозец слегка пощипывал, ветра нет — тишина… Картинка была б идеальной, если бы не точащий кой-где мусор, да одинокий холмик, под которым скрылась машина Ассы Кравн. Я огляделась, вздохнула и закрутила пару вихрей, внимательно следя, чтобы ненароком машинку не задеть.

Закончив уборку, я перешла на сказочную сторону, присела на крылечко и вытащила из сумочки подаренное Василисой зеркальце. Прихорошилась — а что, вроде ничего. Волосы вьются, глазки блестят, губки пухленькие. Конечно, по канонам красоты я может и не очень, но изюминка точно имеется. Тут зеркальце слегка помутнело. Я позвала тихонько.

— Василисушка… — тишина. — Василис, это я, Настя. Поговорить надо.

В зеркальце прояснилось и на меня взглянули два синих глаза, обрамленные густыми черными ресницами.

— Настя? — особого энтузиазма в голосе представителя местного сопротивления я не услыхала. Васильковые глаза выражали недоверие.

— Да не выдала я тебя, не бойся. И из избушки ушла, чтобы поговорить.

В глазах сверкнуло сомнение.

— А пошто для супостата трудишься? Как тебя понимать?

Я вздохнула.

— Всего в двух словах не объяснишь. Встретиться бы надо. Поговорить.

— Ага. Я приду, а там стражники?

Я фыркнула.

— Да зачем мне это? Подумай. Если бы я тебя выдала, ты бы уже давно в арестантах числилась.

Наступила пауза.

— Ладно. Дай подумать. Зеркальце далеко не убирай. При себе держи. Я с тобой свяжусь.

И все. Поговорили…

И тут мне подумалось — а чего это я всюду сумку таскаю? Василиса, помнится, все откуда-то из сарафана доставала… Пошарить что ли? И я полезла под сарафан. Там обнаружила кармашек… небольшой. Залезла внутрь, пошарила… Интересно… А внутри-то как свободно, оказывается. Будто карман на сарафане есть, а меня нет… Тут я что-то нащупала, но посмотреть мне так и не дали. Потому что дверь позади меня распахнулась и Федора заорала не своим голосом.

— Гости! Гости незваные!

Я в избушку кинулась, к окошку со стороны реала припала. Там в сумерках действительно кралась чья-то тень. Затем послышался осторожный стук.

Поздний посетитель оказался тем самым вампиром, которого мы отпустили с катышком в кармане. Катышек мне сделал леший из травки и кусочка глины, а я подсунула вампиру. Ефим мне пояснил, что артефакт при любом значительном событии посылает фантомного комарика. Но ни одного вестника за всё это время ко мне не прилетело. Странно, обнаружил что ли.

Впускать непрошеного гостя в избушку я не спешила. Вампир склонил голову. Я в ответ поморгала.

— Здравствуй, Яга. Я к тебе с поклоном.

— И от кого?

Вампир растерялся.

— От себя…

Интересно.

— Надоело мне прятаться. Я ведь от тебя когда ушел, в бега подался. Не по своей воле с оборотнями связался. Словили меня.

Судя по нестандартному виду вампира, ему действительно в жизни приходилось не сладко. В этом отношении я его вполне могла понять, поскольку сама не раз сталкивалась с негативом по отношению к себе.

— И чем ты не угодил оборотням?

Вампир вздохнул и затеребил потрепанную куцую курточку-дутыш.

— Да ничем. Просто оказался не в том месте. Кормился как-то в подворотне, а тут они. Ну повязали меня… Издевались, гады… Потом велели идти шпионить…

Ну и что мне с ним делать?

— Ну а работал-то ты кем?

Вампир слегка опешил.

— До оборотней? На таможне работал… Нюх у меня хороший. И вижу лучше, чем обычный человек.

Я задумалась. Это, конечно, хорошо. И как раз кстати. Но уж больно сомнительно всё выглядит.

Тут вампир вскинулся и заговорил торопливо, норовя схватить меня за руку.

— Я не стесню — могу жить в подвале. Нет, правда, мне там даже понравилось. Никто не трогал. Спокойно.

Ох, болезный. Как же тебя жизнь-то потрепала.

— Ладно, таможня, беру тебя в помощники. Поглядим, как дело пойдет. Ну, смотри, если что, пеняй на себя.

Вампир закивал головой и кинулся целовать мне ручку… Вот еще! Я руку отодрала, вампира пропустила вперёд и легонько подтолкнула.

В горнице Федора руками всплеснула.

— Это ещё кто на нашу голову?

Я кивнула.

— Да, правильно. Давай, представься. Как звать? Ну и подробности своей биографии что ли поведай нам. А то как-то неловко получается. На работу приняли, а резюме не спросили.

И подтолкнула гостя к обеденному столу. Тот носом заводил. Глаза на чугунок со щами вытаращил.

— Да ты когда в последний раз ел по-человечески?

Вампир потупился.

— А с вами и ел. Потом жалел, что убёг. Надо было остаться, дураку, сразу.

Домовушка носом повела.

— Это как же мы в одном доме с вампиром жить станем? Он же из нас по ночам кровь пить начнет.

Тут вампир ручки к груди прижал.

— Да что вы! Я ж только у крысок кровь пью. У людей ни-ни! Ни разу! Клянусь!

Так. Пора бы мне чем-то вроде детектора лжи обзавестись.

— Федорушка, а ты по бабягиным артефактам тоже спец, как Тимофей, или как?

Федорушка уселась к столу, чашки наполнила, ложки раздала.

— А как же. Конечно. Каждый раз перебираю, да вспоминаю что зачем. Каждая волшебная вещь руки любит. Иной раз хозяйка по сто лет не вспоминает. Все равно надо в рабочем состоянии поддерживать.

Я согласно кивнула.

— Отлично. Тогда поищи-ка мне пару вещиц. Первая что-то вроде обычного зеркальца. Чтобы с таким же другим связь держать. А вторая вещица… Даже и не знаю, на что может быть похожа… В общем, предмет должен реагировать на любую ложь или неправду.

Домовушка подхватилась и кинулась за занавесочку.

— Есть такие вещицы! Сейчас принесу!

Пока домовушка в сундуке копалась, я постепенно из сумки все нужное в найденный кармашек переложила. А с добавками после разберусь.

Через несколько минут Федорушка выложила передо мной на стол то, за чем я ее посылала. Я повертела в руках зеркальце, обычное круглое. Потрогала миниатюрный сундучок. Надо бы проверить, работают ли вещицы-то?

— Давай, таможня, рассказывай свою историю.

История получалась грустной. Родион Петрович Шустриков рос мальчиком тихим и послушным в семье преподавателей. С малолетства увлекся электроникой. Когда вырос, закончил университет, увлекся программированием. Работал Родион Петрович сисадмином в одной небольшой фирме, когда приключилась с ним та ужасная история. А все потому, что девушки Родю не любили. Щупленький маленький очкарик не мог в присутствии дамы пару слов связать. И потому, когда однажды на него посмотрела с интересом та самая роскошная блондинка с глазами цвета спелой вишни, Родя не смог удержаться — набрался по самое по не хочу, а потом… Не помнил он, что было потом. Просто очнулся с жуткой головной болью в какой-то подворотне. И началось. Стали болеть от солнца глаза. А потом и в пасмурную погоду. Пришлось надеть и носить постоянно тёмные очки. От еды тошнило, и первое время Родя что только не перепробовал. Пытался есть сырое мясо. Не помогало. Пока случайно не слизнул с куска мяса каплю крови. После этого, кровь манила Родю отовсюду. Например, из артерии соседа-пассажира в общественном транспорте. А на рынке запах крови просто сводил с ума. Вот тогда и закрались в голову Роди подозрения. Начал он искать информацию о вампиризме и наткнулся на одно сообщество, в котором тусили такие же, как и он бедолаги. Правда, народ там подобрался боевой — всяк хвалился своей новой добычей. Родя терпел сколько мог, и в один из вечеров всё-таки не выдержал — пошёл на промысел. Выбрал пьяницу в подворотне и… не совладал. Мужик заорал как резаный, едва увидал Родины клыки, и помчался прочь. Родя обреченно сполз по стеночке и в это время мимо пробежала здоровенная крыса. В отчаянии, Родя кинулся вслед, поймал животинку и вонзил клыки в теплый бок. И было ему потом хорошо… А потом фирма, в которой Родя работал сисадмином, разорилась и пришлось искать работу. Случайно оказавшись на таможне, Родя помог найти наркотики. Начальник посмотрел на пса, который не смог почуять наркоту, потом на Родю… и предложил ему работу.

Мдаааа… История, однако…

Но как же проверить, работает ли сундучок? Во время рассказа вампира я то и дело бросала взгляд на артефакт, надеясь хоть на какую-то реакцию. Но реакции не было. Либо вампир не соврал ни разу, либо сундучок не работал как надо.

— А теперь что-нибудь соври.

Вампир уставился на меня, не понимая, чего от него требуется.

— Ну соври что-нибудь. Мне нужно проверить эту коробочку на работоспособность.

Кажется, дошло.

— Аааа… понял. Ну, в пятом классе у меня случился роман с девочкой по имени Ася…

Сундучок раскрылся и хлопая точно челюстью крышкой направился в сторону вампира. Так, работает сундучок. Я поймала артефакт в воздухе и поставила подальше от испуганного Роди.

А потом я достала Василисино зеркальце, а Федорушке вручила найденное в сундуке. Для чистоты эксперимента послала домовушку в предбанник. А потом, глядя в зеркальце, тихонько позвала.

— Федорушка…

Зеркальце замутилось и на меня глянули два круглых зеленых глаза домовушки. Ну что ж, осталось узнать, сколько зеркал существует. И у кого они находятся. Но как это сделать? Можно, конечно, попробовать связаться со всеми, кого знаю. Кто отзовется, тот на связи. Ладно, это потом. А сейчас надо определить вампира на постой, а потом дать отдых натруженным мозгам.

Раздумывая так, я достала блюдечко с яблочком и совершила ставший уже привычным ритуал… Мама дорогая! Кажется, мой демон снова попал в историю. И я, кажется, припоминала место действия.

Не раздумывая ни минуты, я выскочила из избушки и открыла портал…

Глава 11

Из портала полыхнуло пламя, охватив меня с ног до головы. Я опешила и застыла на целую минуту соображая, жива ли я ещё, или уже нет… По ощущениям получалось, что жива и вроде как даже здорова. А вот опыт говорил о том, что после такого обычно не выживают. Пришлось себя пощупать и похлопать. Однако я была цела. Даже волосы не подпалило.

В общем ступор закончился, и я больше не раздумывая шагнула в портал.

Я шла сквозь пламя пожара и огонь обтекал меня со всех сторон. Правда, при этом не зги не было видно, поэтому я не сразу среагировала, когда из пламени появились две руки, схватили меня и куда-то поволокли. Дальше я оказалась в сильно задымленной комнате, а потом полетела из окна…

Было больно, хотя не очень. Вокруг меня суетились люди, и пока меня осматривали и толкали в сторону как не особо нуждающуюся, я успела понять, что вылетела из окна второго этажа полыхающего дворца и поймали меня на кусок полотна, в который теперь принимали очередную жертву пожара. А занимался этим демон Палт Ассар. Вот так любимыми женщинами кто разбрасывается, а?

Тут из-за спины снова полыхнуло, народ закричал и разбежался в поисках укрытия. А я, оглянувшись, встретилась с тремя головами поджигателя. Змей Горыныч, а судя по зеленой чешуе, огромным крыльям и когтистым лапам, это был именно он, готовил новый залп. Я машинально выставила руки вперед, и пламя растеклось по ледяной стене, почти тут же ее расплавив. Ух ты! А ведь я так долго не продержусь… Тут снова полыхнуло. Я в панике зашарила в потайном кармане. Наткнулась на круглое зеркальце и дрожащим голосом позвала.

— Ваше бессмертие… Ваше бессмертие…

Снова полыхнуло, и так как защищаться пришлось одной рукой, стенка получилась тоненькой и меня снова окатило пламенем с головы до ног.

— Кош Шей, мать твою!

Тут из зеркала тоже полыхнуло. Только на этот раз из черной бездны чародейских глаз.

Я заорала.

— Тут Горыныч все пожог! Что делать-то?!

И услыхала в ответ спокойный леденящий душу голос.

— Заморозь.

И всё. В зеркале никого. А я снова наедине с разъярённым трёхглавым чудовищем. Заморозь-заморозь… А как?! Мне и книжку-то полистать некогда…

Тут снова полыхнуло, и я, выставив руки вперед, пошла на Змея.

— Уууууууу…

Воздух вокруг завибрировал, Змей посерел и застыл…

Позади снова закричал и засуетился народ, а я с удивлением осматривала плоды своего свободного творчества. Змей не замерз, он… окаменел. Тут в меня снова откуда-то полетел огонь. На этот раз я узнала снаряд — это был файер, а, следовательно, и исполнители известны. Забежав за окаменевшего Горыныча, я обнаружила двух демонов в боевой ипостаси, готовящих новые снаряды. Увидав меня, демоны оскалились и пошли на таран. Я сотворила пару закорючек и тыкнув пальцами в супостатов, отправила их за ближайший пригорок отдохнуть. Но, поскольку без присмотру нарушителей порядка оставлять было нельзя, пришлось пойти и подстраховаться, накинув на них призрачную сеть.

В этот момент из-за соседнего пригорка выполз здоровенный детина. Помят был изрядно, однако, подполз к демонам и размахнувшись, влепил ближайшему знатную затрещину. Возможно, это был тот самый Степа, который стерёг Змея Горыныча у реки Смородины. Ну и отлично — охрана демонам обеспечена.

И я вернулась на пожар. Из окна второго этажа снова показался Палт Ассар. Демон приподнял и скинул вниз очередную жертву. И был это сам Царь Григорий. Видок у самодержца был еще тот. Волосенки всклокочены, бороденка торчит колышком, одёжка порвана и кой-где прожжена насквозь. Зато корону держал в руках — не выпустил.

Увидав батюшку-царя, народ возрадовался, и когда Палт Ассар готовился выкинуть следующего пострадавшего, под окошком никого не оказалось. По инерции тело вывалилось из окна и мне пришлось колдануть, чтобы пострадавший не сломал себе чего. Мужичок в зелёном кафтане приземлившись крякнул, но встал самостоятельно и потирая ушибленные места поковылял в сторону толпы.

А любимый, замешкавшись, наконец-то встретился со мною растерянным взглядом. Не ожидал…

Я в ответ послала милому успокаивающий воздушный поцелуй, а затем изобразила жест, символизирующий дружбу народов. А потом выставила руки вперед, и загудев, пошла на огонь. Я шла, слыша, как Палт Ассар кричит мне вслед «Кудаааа…», обходя обрушившиеся конструкции, а огонь отступал… отступал… и вскоре вовсе затух…

Выйдя из остатков обгоревших конструкций с другой стороны, я оглянулась назад.

Мдаааа… Работы тут хватит надолго. Легче новый дворец построить, чем этот восстановить…

Тут я почувствовала, как сзади меня обхватили сильные руки и прижали к себе покрепче.

— Настя…

Здравствуй, любимый… И как же мне с тобой хорошо. Век бы тебя не покидала…

— Кхе-кхе… — ну вот и кайфу конец.

Со стороны пожарища, свернув на руке остатки мантии, к нам подходил его величество. Позади спешили с чудом сохранившимся троном пара здоровенных детин. Царь подождал, пока под его сиятельный зад подставят священное седалище, устроился поудобнее и приступил так сказать к своим непосредственным обязанностям.

— Я, конечно, благодарен за помощь… Однако, в ходе инцидента возникло ряд вопросов, ответы на которые я бы хотел от вас услышать. — И ткнул пальцем в нашу сторону.

Демон вздохнул, но меня из рук не выпустил, лишь развернул лицом к царю, дабы не показалось, что с нашей стороны не оказывается монарху должного уважения.

А во мне уже росло чувство протеста. Мы тут ему жизнь спасаем, а он вместо того, чтобы спросить, не надо ли чего спасателям, вопросы задавать решил. Ну ладно, твое величие, каков вопрос будет, поглядим, а там и ответ будет… соответствующий.

А царь продолжал.

— Во-первых, меня интересует, куда делся Кощей, который вместе с тобой, демон, на аудиенции присутствовал.

Вот это сюрприз… Значит, Палт Ассар вместе с Кош Шеем были у царя на беседе, когда демоны Горыныча пригнали и пожар устроили? И темой разговора скорее всего был вопрос о поселении в горах народа Алл Зарра. И вот теперь меня тоже волновал вопрос, куда и зачем смазал чародей, оставив без контроля такую заварушку. Это ж чудо, что я случайно в блюдечко глянула в тот самый нужный момент. А если бы не глянула?

Палт Ассар слегка отстранил меня и вышел на шаг вперед.

— Ваше величество, для меня все произошедшее явилось полной неожиданностью. Клянусь Эст Горром.

Царь покашлял в кулак.

— Для меня клятвы с неведомыми словами значения не имеют. Клянись огнём.

Этто еще что за новости? Я хоть и не знала, что такое клятва огнём, предчувствия меня охватили весьма неприятные.

Демон меж тем кивнул, отошёл от меня ещё на шаг, раскинул руки и… полыхнул пламенем. Клятва огнём! Так это же самосожжение! Я заорала недуром.

— Прекратите немедленно! Иначе я вам тут не только дворец, всё остальное ваше сказочное имущество пожгу!

Царь махнул краем обгоревшей мантии.

— Хватит! Верю!

И я пассанула руками, гася пламя…

— Да что же это такое? Вы с его бессмертием давно якшаетесь, вот у него и спрашивайте, куда он девается, когда его помощь требуется. А еще не мешало бы дать отдых пожаротушителям. Думаете, так просто дворцы тушить, да дворцовую челядь вместе с вашим величием спасать? Так в следующий раз попробуйте сами управиться.

— Ладно, ладно, — замахал на меня руками царь. — Разберёмся. А пока отдохните. Стража! Взять их!

Ну не фига се… И двое дюжих детин двинулись на нас с демоном. Палт Ассар был жив, но пламя успело опалить тело и волосы. Любимому требовалась срочная медицинская помощь, и поэтому на царя хотелось срочно наплевать… Вот только… Вопрос о поселении так и останется не решённым.

— А ну стоять, — скомандовала я стражникам и, ткнув пальцем, применила ту самую фишку, что мне когда-то Иван Царевич с чертом-лазутчиком продемонстрировал.

Стражники замерли на месте, а я выступила вперед.

— Вот что, ваше величество. Я вам время подумать о поселенцах уже давала. Да и Повелитель демонов с его бессмертием, надеюсь, успели озвучить свою просьбу? Так что, пора дать ответ. Пострадавшие от ваших экспериментов не виноваты в том положении, в котором оказались. Поселение разрешите, и мы с демоном сдадимся. А нет — моё терпение не бесконечно. Не заставляйте меня пожалеть о том, что я потушила этот пожар.

Царь глазками заморгал. Понял, что я не шучу.

— Ладно. Эй, писаря сюда!

Откуда-то из кустов выпрыгнул шустрый молодой человек в коричневом кафтане с небольшим чемоданчиком в руках. В чемоданчике оказались бумага и перо. Дальше под диктовку его величества был начертан указ о разрешении на поселение демонов в количестве не более пятидесяти на территории, прилегающей к Верхнему Логу. Я проследила, чтобы указ был подписан и скреплён царской печатью. А потом дала команду страже — отмереть.

Стража кинулась исполнять высочайшее распоряжение — нас арестовать. От наручников я отказалась. Кто их знает, чего они там наколдовали. Я арестант добровольный — если что не понравится, уйду. Демона тоже в обиду не дам.

А потом встал вопрос, где арестантов содержать. Дворца-то с подвалами нет. Тут выступил Василий Премудрый, взявшийся невесть откуда, и в голове у меня возник еще вопрос — а где во время пожара был он?

— Предлагаю отвезти их в лабораторию. Там есть подходящее помещение.

Я бы могла спросить, почему не в тюрьму? Ведь есть же у них тут тюрьма? Но уж очень хотелось посмотреть на лабораторию. И я молча согласилась.

Глава 12

Уже светало. Запах гари всё ещё стоял в горле. А дым стелился над развалинами бывшего дворца. Снег вокруг превратился в грязь, а падавший сверху оседал на чёрные проплешины и тут же таял.

Вокруг останков былой роскоши ходил старик в белом балахоне с посохом и что-то бухтел под нос. Я так поняла — чистил пространство от пожара с помощью магии.

Для транспортировки таких важных арестантов, как мы с Палт Ассаром, были выделены две лошадки. Но я от верховой езды отказалась, потому как никогда не практиковалась. Тогда у случайно оказавшегося в толпе мужика с подводой, запряжённой резвой каурой лошадкой, эту самую подводу экспроприировали для государственных нужд. Мужик сильно возражал, клялся, что без подводы не проживёт, потому как это можно сказать то единственное имущество, что у него имеется. Царю на мужика было плевать, поэтому я пошарила в кармашке, вытащила небольшую чурочку на веревочке и протянула мужику со словами.

— На вот тебе подарочек от Бабы Яги. На удачу.

Мужик недоверчиво потоптался, но подарочек принял. Поклонился. А Василий добавил.

— Бери, не сомневайся.

После слов важного чиновника мужик заулыбался, спрятал подарок за пазуху и растворился в толпе зевак, собравшихся поглазеть на то, как будут арестовывать Бабу Ягу и демона.

Подошла охрана из трех крутых мужиков в темно-зелёных кафтанах при оружии, и мы уже готовились тронуться в путь. Но случилась заминка — богатырь Степа пригнал демонов. Оба были изрядно помяты, но от Степы отличались не сильно. Стража проворно подскочила к демонам и надела на шеи арестантов чёрные шипастые ошейники. Степа пошептался с Премудрым, подергал ошейники и пошатываясь ушёл.

Демонов усадили на наших лошадок, своего демона я велела положить на подводу, сама рядышком улеглась, и мы тронулись в путь.

День обещал быть солнечным и безветренным, не смотря на лёгкий морозец. Лежа рядом с любимым, я посасывала соломинку и разглядывала облака, перебирая в памяти события минувшей ночи.

Палт Ассар восстанавливался быстро. Однако, ни он, ни я о смене вида транспорта не помышляли. Хорошо было лежать рядышком и ни о чем не волноваться.

— Насть…

— Ууу…

— Как думаешь, царь слово сдержит?

— А вот и поглядим. Заодно.

На счет того, что таможня перестала работать, я не волновалась. Подумаешь, пару дней — потерпят. Тем более, что и сами государственные мужи не слишком расстроились, не задумываясь арестовав главного и единственного таможенника в моем лице. Нет, конечно, может и тут как в реале — левая нога не в курсе что делает правая. Их проблемы.

— Палт Ассар…

— Ууу…

— А где Асса Кравн?

— В гостином дворе осталась. Кош Шей ей проходную выписал. Так что не тронут. Надеюсь… Может, весточку отправишь?

— Попробую…

И я занялась созданием фантома для Ассы Кравн.

Ехали в общем мы недолго. Василий возглавлял процессию, и значит колдовал вовсю, сворачивая пространство. Я не следила.

Когда подвода остановилась, над нами нависла довольная физиономия Премудрого.

— Вылезай. Приехали.

Мы стояли у подножья невысокой горы. Дорога, по которой мы приехали, выходила из леса и терялась в темноте пещеры. Сопровождавшая нас стража повернула обратно, а Василий шутливо поклонился, приглашая арестантов проследовать внутрь.

Я пожала плечами и пошла. Палт Ассар рядом. Следом Василий подталкивал двух демонов. Все вроде по правилам, однако, грызли меня изнутри сомнения. Почему это стража не пошла с нами? А если мы сбежим? Я машинально «пощупала» пространство вокруг себя — воздух привычно чуть взволновался и затих.

В глубине входа обнаружились металлические ворота, расписанные разноцветными оберёгами. Значит, старинные. Современные росписи могли быть и однотонными, а вот раньше цветам в оберёге придавалось не меньше значения, чем форме.

Ворота со скрипом отворились и нам навстречу вышел дюжий мужик возрастом старше Василия, но чем-то неуловимо его напоминавший. Так, кажется сейчас мы познакомимся поближе с папашей нашего Премудрого, Борькой Бешеным, царским палачом. А вот интересно, чего это палач в лаборатории забыл?

Встретивший нас мужик, оглядел вновь прибывших пристально, а потом вопросительно посмотрел на Василия.

— Принимай, батяня, Ягу и ее демонов на постой.

Я было хотела возмутиться — почему это все демоны мои? Однако, ссориться сейчас не хотелось.

Мужик что-то рыкнул нечленораздельное, достал из широких портов связку ключей на огромном кольце, потряс ими перед собой в поисках нужного, а затем кивнул нам.

— Пошли.

За расписными воротами обнаружилась лестница вниз, по которой мы спустились в подземный грот.

Солнечные лучи проникали сверху в отверстия и освещали статую в середине небольшого озерка. Статуя изображала женщину, одеяниями напоминавшую мадонну. Лица не было видно. Руки, прижатые к лицу, прятали черты.

Озерцо мы обошли и оказались перед следующей дверью. На этой двери оберёги были выбиты по-современному. Черный металл прятал подробности, и я не смогла прочесть ни одного символа.

Папаша Василия Премудрого повозился с замком, распахнул перед нами дверь и кивнул.

— Заходи.

Мы зашли и оказались в огромной пещере. Справа из полуоткрытой двери светил голубоватый свет. Именно туда нам и предложили зайти… Тут же дверь за нами закрылись, подтверждая скрипом запираемого замка то, что мы заключенные.

Было темно. Я пощелкала пальцами — послышался чей-то очень неприятный смех. Потом стенки слабо засветились, и я огляделась. Комната, в которой мы оказались, была копией другой такой же в замке Крош Ар. Те же черные зеркальные стены, пол и потолок.

Я потянулась к ближайшей стене и поскребла ногтем поверхность. А затем проверила и другие стороны. Ничего. Потянула стенку на себя — не получилось… Проверила воздух — без изменений. И с хохотом по стеночке опустилась на пол.

Голос Василия Премудрого нёсся казалось отовсюду.

— Отдыхай, Настасья Пална, — я показала ближайшей стенке средний палец, на что та ответила новым взрывом хохота.

Нас перехитрили. Я думала, что именно я буду ставить условия. А вышло иначе…

Глава 13

Минуты тянулись ужасно медленно. Самое неприятное было знать, что за тобой постоянно подсматривают.

— Стенки из того же камня или мне кажется? — спросила я демона, пытаясь поудобнее сесть и хоть как-то отвлечься от неприятных ощущений.

— Похоже… Я не очень разбираюсь в горном деле. Моя семья занималась охотой. — ответил мне Палт Ассар, подставляя спину.

— Расскажи?

— О чем?

— О своей семье. О жизни там, в Тройном мире…

— Да я плохо помню — еще маленький был, когда нас изолировали.

— Как это, изолировали? В тюрьму что ли посадили?

Палт Ассар вздохнул и пожал мне руку, напоминая о том, что нас прослушивают. Я тоже вздохнула в ответ — ну вот, и не поговоришь.

Тут что-то завибрировало в районе солнечного сплетения. Я пошарила в кармашке. Вибрировало круглое зеркальце. Я выхватила зеркало, но оно тут же замолчало. Повертев в руках, я в отчаянии снова засунула зеркальце в карман. И оно снова завибрировало!

Так. И что делать? Я повозилась, устраиваясь поуютнее в руках демона, одновременно дико вращая глазами, пытаясь дать понять, что делаю это не спроста. Затем начала снимать сарафан, при этом пытаясь изобразить что-нибудь из сцен соблазнения. Оказавшись внутри сарафана, я сунула руку в карман, нашарила зеркальце и подставила к нему ухо. Послышался вздох, и знакомый голос, принадлежащий Кош Шею произнес.

— Ну что ещё у вас там стряслось?

Я сменила положение и сунула нижнюю часть лица в карман. Заговорила шёпотом.

— Нас с Палт Ассаром арестовали. Мы в лаборатории, в зеркальной комнате.

Приложив ухо, я расслышала.

— О, нет… Так я и знал, что снова влипнете в какую-нибудь историю.

— Ни какую-нибудь, а в пожарную. Я пожар затушила, а царь решил дознавание учинить. Очень его интересует, куда это ваше бессмертие во время аудиенции смазало.

— Охранная система замка сработала. С той стороны портал открылся… В общем, помощи от вас ждать нечего…

И все. Разговору конец…

Я любимому на ушко поведала, о чем был разговор и с кем, а потом переспросила.

— Так все же. За что тебя посадили в тюрьму?

Ответил мне демон тоже шёпотом на ушко.

— У нас так не говорят. Это ард так перевёл. На самом деле, тюрем в Тройном мире нет. Есть подпространства, как у вас. Там изолируют тех, кого считают лишними.

— Лишними? Ничего себе! Это ты значит будучи ребёнком оказался лишним? Но почему?

— Мой мир жесток, Настя. Ресурсы ограничены. Регулярно производится перерасчёт запасов, и если появляются лишние едоки, их изолируют. В подпространствах, конечно, трудно выжить, но… можно.

— Интересно. И как определяют, кто лишний?

— Ну, во-первых, это конечно же преступники. Но еще у нас все женщины переписаны по дате рождения. Подходит очередь по списку и семью делят — мужчин посылают воевать, а женщин с детьми изолируют.

— Жестоко…

Тут послышался голос из-за стены.

— А ну, прекратить разврат!

Вылезая из-под сарафана, мы с Палт Ассаром ржали от души. А потом… снова потянулись томительные минуты ожидания. А к моей прежней головной боли добавилось еще и беспокойство за события в подпространстве Крош Ара.

А потом мы кажется уснули…

Проснулась я от того, что во мне снова что-то вибрировало. Пришлось потолкать задремавшего Палт Ассара и повторить «сцену разврата». На этот раз меня вызывало зеркальце Василисы.

Узнав о том, что нас заперли в лаборатории, Василиса всхлипнула и заявила, что нам всё… конец, потому что отсюда ещё никто не возвращался.

Я уточнила на счет того, что означает «никто». Оказалось, и раньше кое-кого сюда отвозили. Назад никто не вернулся.

Мдааа… Делаа…

Прошло ещё немного времени, и у меня в животе снова завибрировало. Послышался тихий голос Василисы.

— Эй, вы там?

Я повторила «сцену разврата» ещё раз. Василиса, увидав меня, затараторила.

— Слушай внимательно. Мы уже давно готовили диверсию в этом месте. Но всё не представлялось подходящего случая. Вернее, вот именно сейчас и есть подходящий случай. В общем, я тебе в арсенал отправила кое-что. Просто сунь руку в карман и подумай обо мне. Удачи!

И всё…

Я повозилась, сунула руку в карман, пошарила там. Вроде ничего, кроме моих вещичек… А! Еще ж про Василису нужно подумать! Я сосредоточилась на образе Василисы и в руку мне ткнулось что-то тёплое и мохнатое. Я потянула и вытащила на свет нечто невообразимо милое и одновременно опасное как чёрте что. Потому что мохнатый ушастый комок смотрел на меня злющими янтарными глазами с вертикальными зрачками и щерил пасть с рядом острых как иглы зубов.

— Ааааааааа…, - заорала я во всё горло, выкинув чудика подальше от себя.

Из-за двери гаркнул наш сторож.

— Да прекратите вы наконец, мать вашу?! Счас вот я вам…

Заскрипел ключ в двери, а ещё через мгновение прямо из стены вышел Борька Бешеный. Палач был зол не меньше, чем пушистый комок, который в эту минуту нацелился на то, что двигалось. А именно на нашего сторожа. Увидав наш сюрприз, Борька выпучил глаза и заорал погромче, чем минутой ранее орала я, а затем кинулся назад сквозь стену. А за ним покатился мохнатый клубок.

Мы с Палт Ассаром медлить не стали и рванули тоже. И оказались снова в той огромной пещере. Раздумывать особо было некогда. Наметив цель — выход, сиявший, словно спасительная звезда где-то метрах в ста от нас, мы побежали.

Вслед нам несся душераздирающий вопль Борьки Бешеного.

У самого входа я заметила клетку и две сидячие фигуры демонов. Совершенно машинально я послала слабенький файер в замок, запиравший решетку. И уже выбегая за дверь в грот, оглянулась и увидала, как Палт Ассар дослал свой файер помощней.

* * *

Портал я открыла в лабораторию Крош Ар прямо из грота и краем глаза успела заметить движение со стороны статуи. Дождавшись демонов, мы вчетвером прошли портал, я его закрыла и только потом огляделась.

Вокруг царил хаос и разруха. Куб оказался расколот надвое, полки порушены, повсюду осколки…

Кош Шей обнаружился в углу под обломками. Поскольку я не очень была осведомлена об анатомии демонов, кинула вопросительный взгляд на Палт Ассара, склонившегося над телом сиятельного арда.

— Жив, — констатировал Палт Ассар. — Восстановится.

— Нус, знакомиться будем или снова в пинг-понг покидаем? — обратилась я к демонам, которые, пока мы были заняты хозяином Крош Ара пытались совладать с ошейниками.

Оба посмотрели на меня исподлобья и молчок. Понятно. Злость на меня не прошла, но и мстить мне вроде как уже некрасиво — всё-таки из плена спасла.

В это время где-то за дверью в лабораторию послышался грохот.

— Вот что, — произнесла я, открывая портал на заветную полянку. — Предлагаю временное перемирие и приглашаю погостить.

Тут из угла послышался слабый стон, и Кош Шей чуть приподнял руку. На большее видать сил не хватило. Мы подошли поближе, а я присела перед раненным.

Кош Шей снова застонал, приоткрыл глаза и что-то зашептал. Я наклонилась пониже.

— Иди… в избушку… портал должен работать… мы тут сами… разберемся. И еще… держи маячок… Это для реала… Бросишь — к тебе придут… — и Кош Шей сунул мне в руку черненький кубик.

Я взглянула на Палт Ассара и поняла, что он… остаётся. Понятно. Тут где-то его мама мается до сих пор. Если в лаборатории такая разруха, то встает вопрос — целы ли казематы? И не пострадали ли заключенные?

Ну что ж, надо — значит надо. И я шагнула в портал. Оглянувшись напоследок, уткнулась демону в грудь. Палт Ассар обхватил мое лицо руками, заглянул в глаза, полные слёз, и поцеловал. Поцелуй получился горьким с запахом расставания и тревоги о будущем. Обняв меня напоследок покрепче, демон шепнул.

— Не плачь, все будет хорошо.

Ах, как бы мне хотелось в это верить.

И я ушла, оставив любимого в подпространстве Крош Ар.

Глава 14

На полянке, куда я открыла портал, царило столпотворение. Желающих пересечь границу скопилось десятка два.

Навстречу нам из избушки выбежал Тимофей на двух ногах. При этом домовой смешно размахивал руками, пытаясь одновременно что-то сказать и дожевать то, что было во рту.

— Нафтя! Нафтя! С тфоими рофными профлемы!

Да что ж такое! Кругом одни проблемы! Я со злости притопнула посильней и направилась в избушку.

Тимофей бежал следом и пытался мне что-то на ходу рассказать. Поняв, что так я ничего не пойму, обернулась к домовому со словами.

— Погоди, Тим. Давай все по-порядку, ладно?

Тимофей перестал жевать и кивнул головой.

В горнице пахло свежеиспеченными пирогами. Федорушка хлопотала у печки — портал из царской кухни, понятное дело, временно не работал. Вампира нигде не было видно.

— Ну и где наш новый работник? — вопросила я, оглядывая горницу.

Федорушка сердито посмотрела и проворчала.

— Вона, в погребе сидит. Как ты ушла — залез и не вылазит. Всех крыс поди пережрал, кровосос.

Я крышку приподняла, позвала.

— Родя, выходи, леди-босс вернулась. Пора таможню открывать.

Вампир вылез из погреба, щурясь с непривычки от яркого света.

— Давай-ка мы подумаем, Родь, как нам с тобой работу организовать, чтобы наша таможня не простаивала зря.

И мы уселись за стол, я взяла лист бумаги, перо и начертила табличку.

В первой колонке просители по группам, во второй — что делать. Страждущих поделили на несколько групп. Тех, кто едет в гости или возвращается из гостей можно было пропускать без дополнительных вопросов. Достаточно проверить на детекторе лжи. Сундучок тут нам как раз сильно пригодится.

С торговцами было сложнее. Никакой дополнительной информации о запрете на ввоз каких-либо товаров я не имела. Поэтому мы наскоро составили список товаров, которые можно было ввозить без дополнительной проверки по умолчанию. В остальных случаях следовало дождаться меня.

Пока работали, домовушка подсунула нам блюдо с пирогами, да по чашке ароматного травяного чая.

Оставались проблемы со связью. Для сотовой нужно электричество. А для зеркальной может магии не хватить. Я ж в реал собралась. А они тут как бы в межмирье. На эксперименты времени нет…

Договорилась с домочадцами, чтобы с Козьмой посоветовались. Все-таки леший много лет под обычного лесника шифровался. Что такое сотовая связь и электричество знал не понаслышке. Да и вампир в кармане свой разрядившийся телефончик хранил на всякий случай. Может, генератор какой приспособят? Зеркальце я тоже на всякий случай отдала Роде кругленькое. Мало ли. Вдруг сработает.

А потом повернулась к Тимке.

— Ну, а мы с тобой в реал. Думаю, не ошибусь, если скажу, кто у столба ногу поднял?

Тимка почесал за ухом.

— Да я тоже так думал… Вот только есть одна закавыка…

Я медлить не стала.

— Пошли, Тим, по дороге расскажешь.

Однако, Тимофей замялся, затеребил край рубахи.

— Еще одно дельце тут имеется…

— Какое?

Тимофей зачесал затылок.

— Проситель к тебе… Особый.

Как не рвалось моё сердце поскорей узнать, что же случилось с моими родными, а что-то меня остановило.

— Ну, давай его сюда, просителя своего. Только побыстрей.

Домовой замялся.

— Прогуляться надо. Тут недалеко. Ефим проводит.

— Ну, пошли.

Дошли до опушки, а навстречу леший Ефим… Давно ж мы не виделись…

— Привет, Настён.

— И тебе привет, Ефимушка. Как ты?

Леший поглубже в пушистый шарф зарылся. Глазом зеленым сверкнул.

— Ничего, нормально, — потоптался маленько. — Ну что, пошли? Тут недалеко.

Ну понятное дело, с лешим хоть куда недалеко. Мне бы так… А то я все порталы открываю, где не попадя. Не помешало бы иногда и пешком прогуляться. Но… учиться некогда. Сначала надо дела неотложные решить. И мы отправились на встречу с неизвестным просителем.

Выйдя на полянку, увидали на пеньке одинокую фигуру. Я поначалу подумала, что меня снова к Духу леса привели. Но тут мне навстречу поднялся… Иван Царевич. Узнать было трудно. Одежонка потрепана, волосы сосульками повисли, глаза загнанные.

— Настя, помоги! Одна надежда на тебя и осталась…

Сказать, что я была сильно удивлена? Да не очень. Что-то мне и раньше подсказывало, что Иван Царевич не свою роль играет.

В общем, картина маслом. Возвращение в карман после окончания универа и сюрприз от родителя. Припасённая невеста. Иван в реале маленько расслабился, девочку хорошую встретил. Хотел с родителем по-хорошему обсудить. Только заикнулся — родитель в крик. Маманю — Царицу Марфу слушать не желает. Прокляну, говорит, коли Василису замуж не возьмёшь. В общем, переворот застал Ивана врасплох. Удивиться не успел, как перстенёк на пальце появился странный. И стало спокойно на душе. Царя Григория на месте родителя воспринял как должное. Про невесту боле никто не поминал. Да и дел прибавилось. Друг Василий Премудрый всё разъяснил. И про демонов, и про лабораторию, которую специально построили, чтобы порталы из нижнего кармана не открывались. Сам Царевич в той лаборатории был. Видел огромный черный светящийся куб в пещере, Кощеем сотворенный. Куб плавал по воздуху и перемещался сам по себе. И вообще много там странного происходило. И в самой лаборатории, и рядом с ней. Какие-то порталы открывались, и всякая чуждая нашему миру нечисть лезла. В лаборатории целый зоопарк составился. Пробовали в порталы людей засылать, чтобы проверить, куда ведут — никто не вернулся.

И все было хорошо, да что-то не так. А что, понять невозможно. Ночью сны странные. Просыпался с чувством вины, мучился… И тут случился пожар во дворце. Проснулся — дымом пахнет. Выскочил — ни зги не видать. Только девушка с большими глазами цвета васильков и запомнилась. Увидала Ивана и за палец хвать. Сорвала перстень с руки — тут ему и поплохело. Очнулся — все горит. Чуть вылез. Пошел прочь куда глаза глядели. А тут Василий окликнул. Как его увидал — ужас накатил. Сорвался бежать. Бежал, пока сил хватило. Потом упал. Очнулся — Ефим рядом…

Кажется, понятно, куда Василий Премудрый во время пожара бегал. Пытался Царевича поймать, да видать не вышло.

Рассказ закончился, а я смотрела на Ивана и не узнавала. Не узнавала в нем того стильного спортивного парня, что в моем родном парке устраивал для меня забег по спортивному ориентированию.

Сидел передо мной и сотрясался от рыданий сломленный жизнью человек, которого использовали в своих интересах очередные сильные мира сего.

— Ванюш, пошли-ка со мной для начала. Поможешь мне, а потом и я тебе помогу. Слово даю. Бабягиное. Веришь?

Царевич посмотрел мне в глаза и кивнул головой.

И мы пошли назад к избушке. Леший Ефим нам вслед что-то бормотал. Благословлял по-своему, по-лешиному.

Перед выходом на полянку я на царевича морок бросила, чтобы никто вопросов не задавал лишних. А как границу перешли, сразу на выход. Портал строить…

Глава 15

Пока я строила портал в мою брошенную двушку, Тимофей рассказывал подробности.

Отправившись на поиски моих родичей, Тимофей решил для начала посетить мою квартирку. Там его поджидал мой брошенный и на меня за это жутко обиженный домовой Фома. Фома рассказал, что приходила мама и сильно плакала, ругая при этом всех и вся. Фома из всего понял одно — пропал мой брат Артём. После того, как Тимофей рассказал Фоме кой-какие подробности о моём пребывании в кармане, домовой осознал значимость своей миссии по ожиданию Хозяйки и охране ее имущества и поклялся, что мимо него не проскочит и мышь.

А дальше Тимофей подался на поиски места проживания моих родителей. Судя по рассказу хранителя, связи у него в реале действительно были обширными. Найти в большом городе людей, не имея адреса, это было круто.

В общем, родителей моих Тимка нашёл. И нашёл в глубоком горе. Порадовав меня тем, что удалось поговорить с домовым, который оказывается верой и правдой служил нам с самого начала поселения. Домовой Рыка рассказал, что Артем пропал три дня назад. Не вернулся из школы. Конечно, мой шестнадцатилетний брат был уже не маленький, и мог бы просто загулять… Вот только не верила я в это. Точно также, как не поверили и мои родители. Папа сразу обошёл, обзвонил и объехал всех друзей, родственников и знакомых, а мама взяла на себя больницы и морги.

Тимка надолго у родителей не задержался, а отправился туда, где вероятнее всего и содержали моего пропавшего брата. В дом псевдокощея Арсения Кузьмича. Проникнуть внутрь не удалось. Кругом была охрана. Понятно. Ждали меня. И судя по решительному настрою, меня ожидало немало неприятных сюрпризов.

Оказавшись в своей родной комнате, я осмотрелась и пришла к выводу о том, что Настя из прошлого осталась тут, а вот я уже совсем другая Настя. Странно, вернувшись домой, я не ощутила вполне ожидаемого чувства грусти или ностальгии по той прошлой не сказочной жизни. Будто та жизнь совсем не имела значения. И была лишь подготовкой к жизни другой — полной событий и приключений.

Обернувшись к Ивану, сказала.

— Ванюш, тебе бы душ принять.

Иван молча кивнул головой и скрылся в коридоре. Через минуту я услыхала шум воды. Вот и славно. Душик примет Царевич, расслабится. И поговорим.

Усевшись в любимое кресло, я машинально закрутила небольшой вихрь, который начал аккуратненько собирать мусор после оргии, устроенной оборотнем Кириллом. Сзади послышался осторожный кашель.

— Кхе-кхе, доброго здравия, Хозяюшка.

— Привет, Фома, как тут у нас дела?

Домовой протопал мимо меня, обойдя вихрь, и примостился рядышком на подлокотник.

— Дык вещи все в целости и сохранности. А остальное поди Тимофей Евсеич рассказал.

Я вздохнула. Нащупала зарядку для сотового и воткнула в розетку.

— Рассказал… Ладно. Приглядывай тут.

Включив телефон, я получила шквал сообщений. Меня искали и меня ругали. Все, кому не лень. Понятное дело брат и мама. Потом подруги и друзья. Отвечать не имело смысла, и я все просто потерла. А вот найти по карте место обитания стаи оборотней в интернете надо.

Да и в арсенале покопаться тоже не мешает. Я уже догадалась, что арсеналом Василиса называет подпространство, которое использует сопротивление, чтобы хранить всякие вещи в секрете от посторонних глаз. Доступ — через карман сарафана.

Вспомнился Палт Ассар. Наверное, я бы не отказалась провести с ним ещё пару дней в той самой тюрьме. Прикольно было сидеть рядышком с любимым и разговаривать просто так. Не строя планов захвата стаи окопавшихся оборотней… Просто говорить самой и слушать волшебный бархатистый голос моего демона… Эх… и как они там?

Размышляя так, я нащупала свою книжечку заветную и решила полистать. Вдруг чего полезное вычитаю.

Листая машинально, наткнулась на главу под названием «Личная жизнь». Специально что ли подсунули? Ох уж эти строптивые духи… Не была лично знакома с Бабой Ягой сказочной стороны, но по знакомству с реальной было понятно, что нрава старушка была крутого. И весьма.

Итак, личная жизнь Бабы Яги…

Фу, мерзость какая! Уже через абзац я захлопнула книгу, пылая от возмущения. Потому что мне сообщили, что личной жизни Яге не полагается вообще. И детей у нее не бывает…

Чушь собачья! Неправда! У нас с Палт Ассаром такая ночь была… До сих пор бабочки в животе при воспоминании летают. Так что, не верю. НЕ_ВЕ_РЮ! И точка.

Ну да… А где мои критические дни? И я рванула в ванную. Мне навстречу вышел Иван, завернутый в полотенце. Я внимания не обратила. В ванной в шкафчике я хранила таблетки и один тест, которые периодически обновляла. Так, на всякий случай. Мало ли…

Тест был отрицательным. Это меня порадовало, но не до конца. Ладно, вернусь, разберёмся.

Вернувшись в комнату, я застала Ивана, заснувшим на моём диване прямо в полотенце. Накрыла болезного пледом и велела Фоме не будить. А как проснётся, пусть нас с Тимкой дожидается.

А потом, получив от домового всевозможные заверения в почтении, а также обещания чтить и служить верой и правдой, я покопалась в столе, и найдя ключи от машины, кивнула Тимке.

— Пошли, Тимофей Евсеич, поучим хвостатых.

Тимка в ответ крякнул и проворчал.

— Поучить можно, однако, как бы нас не поучили.

— Не боись. Артефакты-то у меня. А без них они передо мной мелочь пузатая и только.

Тимофей снова завздыхал. Обидеться что ли? Будто я уже не доказала, что сильнее этих блохастых сукиных детей.

Глава 16

Улица встретила меня метелью. Вспомнилось, что по людскому календарю уже начало декабря. Набросив легкий морок, чтобы не шокировать случайных прохожих своим этническим прикидом, я пошла на поиски своей машинки. Искомая стояла, занесенная снегом в том самом месте, где я ее оставила, приехав в последний раз с работы…

Заводиться машина не хотела никак. Техника в моем мире магии не подчинялась. Пришлось вызванивать соседа с верхнего этажа и просить помочь.

Сосед, работавший в автосервисе и не раз выручавший меня, пускай и не бесплатно, и ранее, выбежал из подъезда в куртке нараспашку через несколько минут.

— Привет, соседка. Где пропадала? Тебя тут уже разыскивали.

— Да пришлось в командировку съездить. Срочную, — соврала, не глядя я.

Сосед недоверчиво хмыкнул, но дальше с расспросами не полез. Занялся машиной. Вскоре моторчик зафырчал. И сосед, откопав колеса из сугробов, получил за труды. Подумалось — а ведь пополнить запасы людских денежных средств мне бы вообще-то не помешало. Мало ли вот что… Конечно, я могла просто поколдовать, и довольный сосед скорее всего даже бы не вспомнил о деньгах, но… Врожденное чувство справедливости мне так поступить не позволило.

Наконец, я села за руль, дождалась пока за соседом закроется входная дверь и Тимка запрыгнет на сиденье рядом со мной, и мы тронулись по заснеженным улицам на поиски моего брата Артёма… или очередных приключений на мою баб-ягинскую задницу.

* * *

Занесенную снегом глухую улочку, по которой совсем недавно удирала от стаи оборотней, я не узнала. И лишь проехав мимо приметных ворот с замысловатым вензелем, опознала цель нашей поездки. Заглушив мотор, я некоторое время прислушивалась к звукам, доносящимся с улицы. Потом Тимка, накинув легкий морок и сбросив рубаху, обернулся котом и отправился на разведку.

Вернулся довольно быстро. Заскочив в машину, поёжился и проворчал.

— Окопались, гады, — потом помолчал немного и спросил, — А ты ничего такого не чувствуешь?

Я прислушалась к себе повнимательней. Вроде всё спокойно. И только где-то очень-очень глубоко трепыхалась тревога. Обнаруженная, она вдруг вспорхнула, словно испуганная птица, и затопила меня всю. Что-то очень мрачное и тёмное было рядом. Но вот что? Я ещё раз внимательно оглядела улицу. Ничего. Тихо, спокойно.

— Ладно, Тим, теперь давай я схожу.

Котэ встрепенулся.

— Погоди! Давай ещё посидим. В гляделки поиграем. Поглядим, у кого быстрее нервы сдадут.

Я возразила.

— Нет уж, Тим. Там, возможно, мой брат. Я должна спешить.

Котэ потянулся к ручке. Я его остановила.

— Нет, Тим, ты давай обращайся и за руль. Справишься?

Котэ вздохнул.

— Был котом, пришлось раза два рулить. А домовым не доводилось.

— Ну, тут у меня автомат. Все просто.

И я потратила минут десять на инструктаж по вождению. Домовёнок конечно до педалек едва дотягивался, но ничего, вроде справлялся.

А потом я открыла дверь и вышла из машины.

Вокруг было тихо, однако чувство опасности меня не покидало. Словно из-за ворот что-то за мной наблюдало. Что-то очень злое и страшное.

Подойдя к воротам, я подергала за ручку. А потом плюнула и забарабанила по металлу кулаком. В соседнем доме залаяли собаки.

Конечно, можно было просто открыть портал в знакомый подвал, но кто их там знает, что задумали эти хвостатые… Чуяло мое бабягиное чутье, что без разведки соваться в логово врага не стоит. А поскольку в разведке я вообще мало что смыслю…

И как же мне открыть эти чертовы ворота? Может, просто снести к чёртовой матери? Шуметь особо не хотелось. Поэтому я пошарила в файлах и вспомнила, что ворота закрываются автоматически. То есть на них стоит какой-то механизм с электроприводом, управляемый с помощью электроники из дома.

В подтверждение моих мыслей сбоку сверкнула стеклом видеокамера. Вспомнилось, как горела проводка после того, как меня однажды захлестнули эмоции. Да и электроника, помнится, в моем присутствии не раз отказывала. А ну-ка, попробуем так сказать всё это воспроизвести в добровольно-принудительном порядке.

Для пущего эффекту я затянула мантру.

— Зззззззууууууу…

Послышался треск, заискрило и камера первой пыхнула, а затем взорвалась. Погасли фонари по улице, а также свет в соседних домах. А дальше потянуло дымком. Послышались голоса. Возмущенный народ спешил проверить, что случилось со светом.

Я выждала несколько минут, давая возможность окопавшимся одуматься и сдаться самостоятельно. Однако, не дождалась. Пришлось-таки надавить посильней на ворота и погудеть еще. Железо прогнулось внутрь, что-то тенькнуло, сорвалось и ворота со скрипом и скрежетом распахнулись передо мной.

Во дворе было предсказуемо пусто и безлюдно. Я прошла к входной двери, скрутила закорючку и грозно рыкнула. Дверь передо мной снесло, и я вошла в коридор.

А оборотни-то подготовились отменно. Трое из них в камуфляже и с автоматами стояли сейчас напротив меня, и я не знала, справлюсь ли, если сейчас в меня начнут стрелять.

И я подняла руки вверх, показывая парням, что сдаюсь.

Те подходить не спешили, ожидая команды босса. Боссом оказался… Кирилл.

— Ух ты! Настасья Пална! Да ты все краше и краше! День ото дня… — приговаривая так, Кирилл медленно приближался ко мне, держа над головой факел.

А я в это время под мороком сделала шаг назад и потихоньку, по стеночке отправилась в сторону ребят в камуфляже. Позади послышался голос Кирилла.

— Как же у нас с тобой так получается, Настасья Пална? Встречаемся вроде часто. А вот поговорить по душам никак не удаётся.

Ну что ж, Кирилл Игоревич, поговори-поговори. Сработала моя домашняя заготовочка. И я, не сомневаясь уже в том, что оборотни меня не видят, потихоньку скользнула в дверь. Надо спешить. Фантом вскоре развеется и мне придется импровизировать.

В следующей комнате я застала своего прежнего шефа и еще четырех ребят в камуфляже. Один из них копался в щитке, двое других заглядывали ему через плечо. Сам шеф держал в руке факел и наблюдал за процессом в паре шагов. А четвертый стоял у окна, высматривая в кромешной тьме причины неожиданного коллапса.

Я потихоньку сдвинула задвижку на двери и приоткрыла дверь, ведущую в подвал, готовая в любую минуту сотворить фокус-покус с обездвиживанием. Но на мое счастье, все участники сцены были увлечены своими делами, да и шум с улицы от разраставшейся толпы соседей маскировал мои усилия.

Скользнув в темноту знакомого коридора, начинавшегося лестницей, ведущей вниз, я прикрыла за собой дверь и прислушалась. Пока все было тихо. Я щелкнула пальцами, засветив слабенький файерочек, быстренько преодолела лесенку, пробежала коридорчик и наткнулась на Арсения Кузьмича, Сына Кузнеца, сидящего у двери сторожем.

— Привет, Кузьмич. Что, понизили в должности?

Экс-кощей растерянно глянул на меня и раскрыл рот от удивления.

— Чего рот открыл? Открывай, давай, — и я кивнула на связку ключей, которую Кузьмич держал в руках.

Кузьмич дернулся — я погрозила пальцем и поцокала языком.

— Не балуй, Кузьмич. А то я и рассердиться могу.

Кузьмич вдруг поменялся в лице, в глазах сверкнуло злорадство. Затем экс-кощей поднялся, открыл дверь и шутливым жестом пригласил меня войти.

Я хмыкнула и вошла, а дверь за мной предсказуемо закрылась. Заскрипел ключ в замке и послышался голос Кузьмича.

— Эй! Тут она! Идите сюда!

Я внимания не обратила, а на дверку дополнительно запрет бросила, засветила ещё несколько файеров. А уж потом огляделась по сторонам…

У одной стены на полу, прислонившись спиной к бетонной стене, сидел прикованный за ногу мой брат Артём. А у другой, в таком же положении, была прикована незнакомая девочка, лет четырнадцати-пятнадцати.

Увидав меня, Артем выпучил глаза, но смотрел при этом куда-то мне за спину. Я обернулась и увидала, как ползет вверх решетка, за которой находилось нечто… Нечто огромное и злобное как черте что! Огромное уродливое тело в наростах, один красный, огромный, сверкающий злобой, глаз и такие же огромные с кривыми когтями то ли лапы то ли клешни. Чудовище готовилось к нападению. А я, рискуя не успеть, дождалась, пока решетка поднимется достаточно высоко, кинула сеть. Чудище забилось, запутываясь ещё больше в путах. А я освободила сначала Артёма, потом незнакомую девочку, а потом открыла портал. Создав фантом, я повторила фокус и отступила под мороком в сторону, одновременно уничтожив на чудище сеть. Огромная туша застыла на мгновение от неожиданности, а затем рванула за фантомом, проваливаясь в портал. Я портал закрыла, а затем развернулась к пленникам.

— Ну что, знакомиться будем? — обратилась я к девочке. Девчушка была симпатяшкой. Мелкие кудряшки, забавно контрастировали с выпрямленной и чуть подвитой чёлочкой. Внимательные серые глаза смотрели на меня из-под пушистых чёрных ресниц. Аккуратненькая девочка. А Артём молодец — влюбился правильно.

Артём встал у меня на пути, заслонив подругу.

— А ты сначала объяснить не хочешь, что тут такое было?

Я вздохнула и загудела, открывая следующий портал.

— Потом, Артёмка, потом. Давайте сначала выбираться отсюда.

Нам и вправду было пора. За дверью слышались голоса. Кто их знает, сколько они ещё будут бояться войти, и сколько потребуется времени, чтобы догадались, что кроме меня тут больше никаких монстров уже нет.

Чудище я отправила в одну местность, которую запомнила по тому, как мы «со товарищи» драпали от патруля, наткнувшись случайно на какую-то жутко секретную зону. Злость за то, что никто в той местности не удосужился поставить каких-либо предупреждающих знаков, у меня не прошла до сих пор. Жалко было потерянного рюкзака с личным имуществом. Очень жалко…

Уходя в портал последней, я послала фантом Тимофею, чтобы не ждал, а дул прямо домой.

Глава 17

Портал я открыла в свою двушку. На диване, тупо глядя в светящийся экран плазмы, в моем банном халате сидел Иван.

Глянув на нас, Иван развел руками.

— А меня позвать забыла?

Я прошла на кухню, подталкивая вперед детей. В первую очередь надо напоить чаем, да побеседовать по-душам. А Ивану, обернувшись, сказала.

— Прости, Ванюш, ты вроде как не в форме был. Мы с Тимкой и сами управились.

Брат, усевшись за стол, дождался, пока подруга устроится напротив.

— А ничего у тебя дружок, сеструха. Уважаю.

— И мне твоя девочка понравилась, Тёмушка.

Брат скривился. Всегда бесился, когда я его так называла.

— Мы с Олеськой в одном классе учимся. Уроки дома у неё делали, когда двое громил ввалились. Кстати, а чего ты такого натворила, а? И что означает твой праздничный прикид?

Я разлила чай по чашкам, добыла из шкафчика запасы каких-то печенюшек и села к столу.

— Тём, мне тебе лучше сразу память потереть или договоримся?

Брат у меня сообразительный. Мы с ним до недавнего времени частенько по сети в майнкрафт рубились. Пока меня не стал быт заедать.

— И мне потрете? — голосок у девчушки был тоже ничего, приятный.

— Ну если договоримся, не потру. Тут самое главное понять, что вы видели, и какие выводы из всего сделали.

Оба вытаращили глаза, не понимая, что я имею в виду. Ну конечно, как же. Они же только что пережили незабываемые впечатления от настоящего реального боевика с элементами фэнтези с собственным участием.

— В общем так. У меня действительно неприятности. Я тут занялась спортивным ориентированием с этническим уклоном. А оказалось, что это секта. Ну, я как узнала, ходить на занятия перестала. Нашим гуру это не понравилось. Меня решили вернуть. Пригрозили репрессиями. Пришлось обратиться к друзьям за помощью. Ну а они в отместку выкрали тебя с подружкой. Пришлось идти спасать… Всё.

Артём возмутился.

— Как это всё? А то чудовище? А то, как мы через портал в твою квартиру попали?

Я глазками похлопала.

— Да ну? Как интересно… Ну-ка, ну-ка, и что ещё ты помнишь?

Артём словно рыба пооткрывал рот и… захлопнул.

— Ну да, конечно. Никто не поверит.

Я закивала головой.

— Да ещё и полечиться предложат.

Брат опустил глазки долу.

— Ладно, понял я.

Я обратилась к девочке.

— А ты, дорогуша, всё поняла?

Та закивала кудрявой головкой. Ну и умница.

— Пейте чай, а потом я вас развезу по домам.

Тут раздался звонок в дверь. Я на всякий случай по пути из шкафчика шальку достала, на плечи накинула, чтобы сарафан прикрыть, и пошла открывать.

На пороге стоял Тимка. Я одними губами прошептала.

— Давай по-тихому в спальню.

Котэ кивнул и бросился по стеночке исполнять. А я вернулась в кухню.

— Соседка проверяла, кто тут у меня шарахается. Привела кота незнакомого. Спросила, не мой ли. Конспираторша…

Судя по глазам детей, мне не поверили.

А потом мы вышли из дома, и я повезла детей по домам. Вначале завезли Олесю. Пришлось принять приглашение на чай и объяснять, где я нашла блудную дочь. Я чуток травки в чай родителям сыпанула, чтобы успокоить и вызвать доверие. И поведала историю о том, как дети оказались случайно в моей квартире взаперти и без связи. Потом я рассыпалась в извинениях. Заверила, что больше такого ни-ни — никогда в жизни не случится. И конечно же мне поверили. Мы с Артёмом простились с Олесей и её родителями и отправились домой к нашим родителям.

Артем, сидя рядом со мной на переднем сиденье, спросил.

— Интересно, что ты скажешь маме.

Я хмыкнула в ответ.

— Скоро узнаешь.

Дверь открыла мама. Глаза вспухшие и красные от слёз. Нас увидала — кинулась молча обнимать. Потом приложила палец к губам.

— Тише. У папы сердечный приступ.

— Ирина, кто там? — поздно пить боржоми. Пришлось объявиться перед родителем, но по очереди и после мамы.

Стоя за мамой, сидящей у постели больного отца, мы с братом выглядели, по-моему, одинаково. Как очень провинившиеся дети. Только я в данный момент перебирала в голове варианты защиты своих родных от неприятностей… И ничего у меня не придумывалось. Не смогу я их защитить от стаи взбешенных оборотней. Мне нужно еще кучу дел на сказочной стороне переделать. Таможня работает. Но я же не смогу спокойно жить в реале с семьей прежней жизнью. Не получится. И дела незавершенные потянут — остаётся лаборатория с её тайнами, сомнительные династические дела в семье правящей верхушки сказочного народа. Да и Палт Ассара я тоже в беде не оставлю. Все равно сердце рвется к любимому на помощь. Не говоря уже об Ассе Кравн, до сих пор ожидающей брата в гостином дворе. Хоть мы и отправили ей фантом, чую — не усидит начальник службы безопасности в стороне.

Рассуждая так, я рассеянно смотрела на стенку перед собой. По стенке были развешены фотки в рамочках, с которых смотрели на меня мы с братом, родители, бабушка Настя, в честь которой меня назвали тоже Настей…

Стоп! А ведь в нашей семье имеется одна странная история… Точно! Бабушка родила мою маму без мужа и записала отцом человека с очень странным именем Горддрей.

Эта история всегда вызывала в моей семье смех, потому что отец очень любил приколоться над маминым отчеством, коверкая его каждый раз на свой лад. Как только не называл — и Гарпеевна, и Щедреевна, и… в общем маме, Ирине Горддреевне доставалось от папы в этом смысле частенько.

И только теперь у меня сложилось имя деда в правильной транскрипции — Горд Дрей. Знакомые интонации… А не посетить ли мне бабулю?

В общем, повинилась я перед родителями. Заверила их в том, что больше не пропаду. Объяснила, что мы с Артемом поехали в гости к моему другу. А друг ушёл, запер нас и пропал — забухал. А связь там вообще никакая… И телефоны у нас разрядились… В общем, мы не виноваты. Просим прощения. Больше не будем. Брат рядом стоял с большими от удивления глазами. Потому как раньше я врать никогда так не умела. А что делать? Тут, пожалуй, и не тому научишься.

В общем, попрощалась я с родными, пообещала завтра объявиться и отчитаться, и подалась на выход.

А когда дверь за мной закрыли, тихонько постучала в стенку.

— Рыка, а ну выдь на пару слов.

Наш семейный домовой был парнем стильным. Рубаха из моей старой банданы с черепами. Черные космы очень даже сочетались с таким крутым прикидом.

Шмыгнув носом, домовой проворчал.

— Слушаю.

Я в сарафане порылась, вытащила клубочек.

— Не сердись, Рыка. Знала бы про тебя, давно бы уже одарила. И не раз. Прими вот в знак примирения.

Домовой снова шмыгнул носом, сверкнул глазом и, схватив клубочек, обнюхал его.

— Знатный подарочек, спасибо, Хозяюшка. — и Рыка поклонился мне пониже. Я тоже в ответ поклонилась.

Формальности закончились, и мы с домовым договорились, что в случае чего он от клубочка ниточку оторвет и весточку мне пошлет. На самом деле клубочек и впрямь стоил радости домового. Ниточки можно было рвать по разным надобностям. И с таким клубочком Рыка становился среди домовых рангом выше. Я об этом в своем учебничке читала. Чем больше умеет домовой, тем выше ранг и уважение.

Договорившись с домовым, я вышла из подъезда и вдохнула морозный воздух поглубже. Хорошо. Хоть и метет слегка, погода замечательная. Серые сумерки нисколько не портили впечатления от свеженалетевших сугробов и шапок на деревьях. Словно подтверждая мои слова, засветились уличные фонари, возвещая о начале вечернего времени.

Из машины позвонила бабуле Насте. Бабуля у меня была боевая. В своем преклонном далеко за семьдесят возрасте, жила отдельно от нас и была очень самостоятельной. Спать ложилась поздно, поэтому и трубочку подняла сразу.

— Это кто? — вопрос, произнесенный со знакомыми плавающими интонациями в голосе, которым мы за глаза с братом вечно дразнили бабулю.

— Бабуль, это я, Настя. Ты еще не спишь? Я заеду?

Бабуля обрадовалась.

— Настенька! Нашлась! Конечно, заезжай! Жду!

Первой реакцией бабули на мой этнический прикид был испуг. А потом бабуля тяжко вздохнула и кивнула головой.

— Не пронесло, значит…

А потом мы сидели на кухне, пили чай, и бабушка Настасья рассказывала мне свою историю.

С демоном юная комсомолка Настя познакомилась на БАМе, главной стройке страны социализма, Байкало-Амурской магистрали. Горд Дрей вышел из тайги, назвался охотником и стал похаживать в городок строителей на свидания к юной бойкой девушке Насте. Как ей завидовали подруги. А однажды парни вызвали Гордея, как он представлялся местным, на разборки. И больше уже никто не смел. Уж не знает она, чем демон тогда парней напугал, но те в один голос заявили, что с этим бугаем больше не свяжутся ни за что и никогда.

В общем, влюбилась тогда Настя в демона до умопомрачения. Даже когда признался, кто он есть на самом деле, не поверила, приняла за шутку. Тот даже ипостась сменил, пытаясь убедить её. Настя только посмеялась. Сказала, что костюмчик карнавальный на нём прекрасно смотрится. А потом демон пропал… Словно и не было его. А у Насти начал расти живот. Про контрацепцию тогда и не помышляли. До сих пор бабуля понять не может, почему ребеночка оставила. Могла ведь аборт сделать. Но не сделала. Больше того, в память о любимом, записала его отцом с почти настоящим именем — Горддрей. Конечно, очень боялась, что с дочкой что-то не так будет, присматривалась постоянно… Но, пронесло… Думала, что пронесло… А оказалось, что проклятые гены на внучку перешли.

Я бабулю заверила, что со мной в принципе всё в порядке. Ну, почти в порядке… Так, некоторые отклонения и всё.

А бабуля повздыхала и пошла искать «кое-что». И вынесла мне через несколько минут перстень с камнем, перепутать который я не могла ни с чем — тот самый черный зеркальный на сколе.

— Забирай, внучка, наследство своё.

Я перстенёк приняла. На палец надела на средний. Сомнений не осталось. Бабушкин демон, то есть мой дед, был из Алл Зара. Странно было, как мог демон расстаться с таким сокровищем. Ведь в перстень был вставлен по сути кусочек родного Тройного мира. Значит ли это, что Горд Дрей любил мою бабушку также, как я люблю Палт Ассара? И значит ли это, что я не случайно откликнулась на зов, пущенный экс-Ягой. И магия во мне была с самого рождения. Может поэтому я ответила на чувства демона? Может поэтому демон полюбил меня? Почуял родство… Ох, мама дорогая. А вдруг мы окажемся и впрямь родственниками…

Ну что за жизнь, а? Сплошная мыльная опера, ей богу…

Глава 18

Вернувшись в свою квартиру, я собрала военный совет, состоящий из меня, Тимофея, Ивана царевича и Фомы, который явился незваным и уселся на самый край дивана с моей стороны. С другой расположился Иван, а Тимка по привычке — на ковре перед нами. Только сидел не как кот, а как йог, в позе лотоса. Однако руки норовил всякий раз пристроить на пол перед собой, будто обычный кот. В другой раз меня это позабавило бы от души. Но сейчас было не до веселья.

— Ну и что мне с ними делать? — спросила я честную компанию, имея в виду надоевших и всякий раз мешавших мне оборотней.

Подал голос Фома.

— Да смети ты из с лица земли и вся недолга. Всё равно не уймутся.

Тимофей поддакнул.

— Мдааа… Не уймутся — это точно… Раньше над ними Кощей — Сын Кузнеца начальником был. Они его боялись… Из-за амулетов… А теперь им никто не страшен…

Иван молчал. Потому как у него инфы по реалу вообще почти не было. Я приуныла… И тут вспомнилось мне, что Кош Шей перед тем, как я ушла через портал из Крош Ара, дал мне кубик чёрненький. А ну-ка, где ты, подарок сиятельного арда?

Кубик нашёлся в кармашке быстро. Только руку сунула, будто ждал того, сам мне в руку прыгнул. Я кубик перед собой кинула — тот пылью рассыпался. Стали ждать. Советники мои конечно же ничего не поняли, но увидав черный зеркальный каменный кубик, каждый проникся важностью момента.

Какое-то время ничего не происходило, а потом раздался звонок в дверь. Я пошла открывать. На пороге стоял знакомый полицейский в фуражке набекрень.

— Извиняюсь, вызывали?

Я конечно догадалась что за вызов он имеет в виду. Но уж больно неожиданным был сам факт появления патрульного домового. Не верилось мне в то, что Кош Шей возложил на этого тощего нелепого человекообразного какую-то важную функцию, которая могла бы мне помочь в моём деле.

Я отступила молча в прихожую, приглашая неожиданного гостя войти в квартиру. Патрульный покашлял в кулак и как ни в чём не бывало пошагал прямо в зал, где мы совещались.

— Привет честной кампании, — поздоровался патрульный. — По какому случаю вызывали? Чем могу помочь?

Онемела не только я. Все. Однако нужно было как-то объясниться, по крайней мере…

— Кажется Сеня? — решила для начала уточнить я.

Патрульный кивнул головой, от чего фуражка слетела ему в руки. Сеня крякнул и положил фуражку на камин. Потом я пригласила Сеню присесть в кресло.

— Я, Сеня, уж не знаю, сможешь ли ты мне помочь… Но вот Кощей дал мне кубик чёрненький и велел его кинуть… Так что, если ты не ошибся, придя на зов, есть у меня одна нерешаемая задачка…

Сеня снова покашлял.

— Кубик, говоришь, Костич дал? Это, конечно, серьёзно. Значит доверяет. Значит, с вами можно откровенно…

Последовала пауза, во время которой патрульный домовой Сеня водил глазами из стороны в сторону, по-видимому решая, с чего начать.

— В общем, Кузьмич — Кощей не настоящий. Настоящий Кощей — Костич, или Константин Константинович Константиновский, как его в миру называют. А Кузьмич для нас просто прикрытие. Чтобы всякие органы официальные к нам не приставали. В последнее время особенно. Лезут везде со своей экстрасенсорикой. Духов, домовых и других… многих распугали. Пришлось вот патруль создавать, учет вести, глаза отводить чересчур любопытным. Костич уж замучился сам и нас загонял. Везде не поспеваем.

— А что тебе, Сень, про оборотней известно? — решила спросить я.

— Про оборотней? А что оборотни? За ними сам Кузьмич приглядывает. Специально не суёмся. Пока не нарушали вроде…

Я вздохнула, и поведала патрульному домовому правду…

Выслушав подробности, патрульный домовой завелся не на шутку.

— Ничего себе… Вот обнаглели, оказывается… До какой степени… Это как же… Да их надо… их надо… В общем, надо Совет Трех звать, — и Сеня рубанул субтильной ручкой по воздуху.

Интересно. А это еще кто? Всплыли в памяти трое безликих дядек, присутствовавших при моем наказании… Но Кузьмич тогда как-то не очень уважительно по отношению к ним себя вёл… Значит, этот самый Совет для него не авторитет? Придется уточнить.

— А что за Совет, Сень? Что-то мне не верится, что какой-то Совет может стаю взбешённых оборотней призвать к порядку.

Сеня оскорбился прямо.

— Да ты что?! Это же… Это же самые сильные. Самые-самые…

Я не впечатлилась.

— Самые сильные кто? Кто они, Сень? И что они могут?

Сеня не отступился.

— Да всё! Всё могут! Они… они… ну в общем если бы мы сейчас рассуждали как люди, то их можно было бы назвать богами. Вот.

Вспомнилась парочка имен из пантеона славянских языческих богов.

— Это кто-то вроде Велеса или Сварога что ли?

— Ну да…

Ниче се…И кто б смог подумать… Ну, если боги, то конечно… Кто такая Баба Яга против Велеса? Никто. Блоха…

— И как созвать Совет Трех?

Сеня шмыгнул носом.

— Да просто. Позовем и придут, — тут патрульный задышал часто, глазки закатил и… свалился в обморок… А в комнате у потолка громыхнуло и прямо из воздуха возникли три фигуры в балахонах с капюшонами. Прямо средневековье какое-то, ей богу…

Пришельцы стояли молча, ожидая по-видимому от нас каких-то действий. Все смотрели на меня. Ну что ж, я просила Совет Трех созвать — мне и ответ держать. Я встала с места и отвесила поклон пониже. Следом за мной моему примеру последовали все остальные, кто не был в обмороке или в ступоре. Я продолжила.

— Здравствуйте, уважаемые. Не желаете ли присесть? Может чаю? Кофе? Коньяк…

Гости не двигались и молчали. Ну что ж, было бы предложено…

— Простите, что побеспокоила. Но есть у меня жалоба. Серьёзная. На оборотней. И на Кузьмича… Кощея бывшего. В общем, очень прошу рассудить по справедливости.

Дальше поведала суть проблемы и замолчала, ожидая вердикта.

Тут Сеня в себя пришёл. Вскочил, закланялся. Потом огляделся и открыл рот. Я приложила палец к губам, призывая к молчанию. Сеня понял и затих.

Молчание длилось недолго. Потом послышался глас с небес.

— Сама справишься.

Потом гром и… все. Фигуры исчезли, и мы снова остались при своём. Вот тебе и Совет Трех.

— И что? — вопросила я в панике. — Что мне делать? Как с ними справляться? Убить что ли? Так никого я убивать не хочу. Я не убийца. Они хоть и портили мне жизнь, никого ещё не убили. Так за что же я их убивать стану?

Кажется, приближалась её величество Истерика. Предметы вокруг меня мелко задрожали. Тимка встрепенулся.

— Тихо-тихо. Погоди ты так волноваться, Настя. Боги просто так ничего не делают и не говорят. Значит, есть способ решить проблему по-твоему.

Я подышала малость, успокоилась. Голос подал Сеня.

— Прав Тимофей Евсеич. Боги нерешаемых задач не задают. Значит, тебе дали особое разрешение. И способ наказания ты можешь выбрать сама.

А и правда, что это я? Я ведь могу этих хвостатых наказать. Точно! Я ж Баба Яга! Или кто?

Я воспряла духом и встала с места, чтобы немедля приступить так сказать к исполнению наказания. Но меня остановил Иван. Я на царевича глянула — вроде ничего, пришёл малость в себя. Морок на одежонку наложил.

— Погоди, Настя. Сначала меня выслушай.

Я присела на диванчик.

— Говори, Ванюш, слушаю.

В общем, Царевич на поиски своей девушки решил отправиться. Ну что ж, дело хорошее. Я не возражала. Помощь царевичу не требовалась. У него в реале и жилье было, и связи… В общем не пропадет. Но всё равно. Договорились, в случае чего созвониться по сотовому, пока я в реале. А там может и к избушке генератор приставим.

Попрощавшись с советниками, я открыла портал прямо в тот самый подвал.

В подвале было пусто. Дверь нараспашку. Я портал прикрыла, прислушалась — тихо. Достала клубочек загодя заготовленный и, размотав нитку подлиннее, оторвала и пустила зов. Ну вот, теперь только ждать остаётся. Я уселась на обшарпанный стул и сложила руки на груди.

С полчаса прошло, зато эффект был именно таким, каким я его и задумала — все девять оборотней и Кузьмич вошли гуськом, словно крысы на зов волшебной дудочки Ганса, бешено вращая глазами.

И вот стоят гады предо мной и хочется мне им навалять так, чтобы сесть долго не смогли. И особенно — Кириллу. Ан нельзя. Чую, что не просто так мне боги местные карт-бланш выдали. Будто экзамен сдаю, чесслово.

И что же мне с ними сделать такого, чтобы неповадно было впредь?

А чего тут думать? Они ж по сути псы. Вот пусть псами и поживут.

Я в карман залезла, Арапкину петлю достала. А потом каждого оборотня по очереди разок крутанула — благо, практика недавняя помогла — и запрет на обращение наложила. Вскоре на меня весело тявкали ровно девять прелестных карликовых пудельков.

А потом я обратилась к Кузьмичу.

— А к тебе, Кузьмич, у меня вопрос посерьезнее. Скажи-ка мне, друг любезный, откуда взялась та тварь одноглазая, а? Советую отвечать чётко и честно. Обманешь — накажу сурово. Будешь сотрудничать — так и быть, пожалею, — и дала команду отмереть.

Кузьмич от неожиданности на колени рухнул. Но гордости не растерял, поднялся и руки на груди сложил, хоть и подрагивали руки-то.

— Из кармана тварь, из зоопарка. Контрабандой переправили.

Интересно.

— И каким-таким путём, если не секрет?

Кузьмич было замялся, однако отвечать пришлось.

— Через фирму ихнюю. «Рогоз» называется. Расплачивался в долларах.

Ну и как все это понимать? Мало коррупции в реале, так она и в карман словно ржа просочилась. Впрочем, чему удивляться? Чтобы хорошему выучиться, усилий много требуется, а дурное дело не хитрое — всегда легче даётся. Однако, придется фирмой заняться вплотную.

— Адресок не запомнил?

Кузьмич замялся.

— Я сам не ездил. Представитель от них приезжал. Все через него, — ещё подумал и продолжил. — Крупный мужик. Я таких не встречал. Кажется, Василием представился.

Понятно.

— Ладно, Кузьмич, усилия твои зачту. Однако, положенное отработаешь. Будешь вместе с собачками к этому месту привязан ровно двадцать лет. Радиус — пять километров. Думаю, достаточно, чтобы себя и собачек обслужить?

Кузьмич презрительно хмыкнул. Не поверил. Ну, его дело. А мне пора…

И совсем уж было уходить собралась, да вспомнила.

— Ах да, и еще. Я тут пока за вами по городу бегала, поиздержалась. Пошарь-ка в закромах. В качестве так сказать возмещения нанесенного ущерба.

Ничего, этот точно не обеднеет.

Глава 19

Вернувшись в родную обитель, я застала двух грустных домовых, дожидавшихся меня с задания. Завидев меня, оба обрадовались.

Проходя мимо камина, я заметила обрывок какого-то текста, поверх которого коряво было выведено «Везитка Сеня — дамавой…» и дальше номер сотового телефона. Ну что ж, модно, стильно — настоящий hand made — ручная работа. Я визитку домового взяла и набрала номерок.

— Сень, а ты часом не знаешь адресок фирмы под названием «Рогоз»?

На том конце помолчали, посопели.

— Как не знать, знаю. Наша это фирма. Все расчеты за услуги через неё проходят.

Адресок я записала, а патрульному домовому наказала пока помалкивать. А чтобы оценил оказанное доверие, вкратце поведала о своей миссии. Сеня во время рассказа все время поддакивал, цокал языком. Напоследок заверил меня в почтении, уважении и прочая. Велел в случае чего звать и обращаться в любое время. Я домового в свою очередь поблагодарила за оказанную услугу и попрощалась.

Тимка с Фомой притихли. Ревновали. Да ладнааа…

— В общем, пустила я зов…

Ржали мы долго и от души. Видно, скопившееся напряжение требовало выплеска наружу.

А вот когда дело дошло до допроса Кузьмича, домовые снова приуныли. Не по ним задачка, понимаю. Придется самой решать.

Попрощавшись с Федей, я открыла портал к избушке.

На полянке горело несколько костров. Я подошла, спросила народ, по какому случаю фестиваль. Мне пояснили, что тут очередь. Последний вон тот парень в бейсболке.

В избушке, не смотря на поздний час, столпотворение. Бедный Родя с пеной у рта пытался доказать какому-то мужику в ушанке, что разрешение ему может выдать только сама Яга. А Яги на данный момент… Тут Родя и остальные увидали входящую меня. Возникла короткая пауза, а затем на меня обрушился целый шквал различных претензий.

До утра я принимала просителей с той и с этой стороны.

А утром решила, что всё, больше не могу. Надо искать кого-то ещё в помощники.

К завтраку подошли оба леших. Пока чай пили, я вздыхая поведала о проблемах нехватки кадров. Козьма ворчал, поминал моих посетителей недобрым словом из-за мусора на полянке. Ефим только вздыхал и закатывал глаза. Но тоже чувствуется был не доволен.

Ну что же делать прикажешь? Где же мне разместить ожидающих своей очереди? Хоть гостиницу строй… А зачем строить-то? Можно и не строить! Можно договориться с хозяином и открыть прямой портал… И проблема с сотовой связью решится.

Козьма мое предложение подхватил и сказал, что имеется у него в ближайшем городке с гостиницей знакомый домовой, который может за порталом приглядеть.

Ну а в карман мне и самой сходить надо.

Дальше мы с Козьмой отправились искать место для портала. Домовой, живший при гостинице, сказал, что в подвальном помещении имеется подходящий чуланчик. Чуланчик мы осмотрели. Вроде подходит. Я на дверку сеточку невидимости кинула и портал открыла прямо в сени избушки, чтобы удобнее было Федорушке посетителей принимать. А домовому выдала клубочек. Чтобы почаще защиту от лишних глаз обновлял. А также разрешила и для личных надобностей использовать. Домовой заулыбался, рассыпался в благодарностях. Почувствовал свою значимость — плечи расправил и грудь колесом. Это хорошо. Значит, расстарается.

А я поманила Тимофея и мы вышли из избушки на сказочную сторону.

Я открыла портал во дворец. Вернее, в то место, где раньше был дворец, а теперь находились его останки. Другого более близкого места в кармане к населению я не знала.

Вслед мне кинулась Федорушка.

— На-ка вот надень, — и подала мне серый плащ с капюшоном из тонкой прозрачной ткани. — Не простой плащик. Лишние глаза отведет.

Я спасибо сказала, плащик накинула, и мы с Тимофеем пошли искать ответы на свои нелегкие вопросы.

Глава 20

Выйдя из портала в том самом месте, где ранее располагались покои его царского величества, я осмотрелась. Пожарище уже довольно плотно было укрыто снегом. Сбоку, также припорошенная снежком, возвышалась окаменевшая фигура Змея Горыныча. И тут, посмотрев вниз, я впервые увидала город.

Первое, что бросилось в глаза, изобилие башенок с луковичными куполами. Казалось, всяк в этом городе стремился построить свою башенку лучше, чем у соседа. Каждый из куполов венчал ажурный флюгер. В основном это были различные резные петушки. Рассмотреть подробности построек мешал снежный покров, а также легкая дымка тумана.

С холма в город вела сохранившаяся после пожара широкая лестница, заканчивающаяся небольшой площадкой. У основания лестницы по бокам сидели две каменные химеры. Проходя мимо, я заметила, как глаза каменных изваяний вспыхнули на мгновение красным огнем.

Улицы города лучами разбегались от дворца, поэтому встал вопрос, по какой идти.

— Тим, а как город называется?

Тимофей, который в данный момент был котом и важно вышагивал рядом, ответил.

— Никак не называется. Столицей иногда называют, а иногда Стольным Градом и все.

— Это как? — вроде как я помню несколько названий… — Ээээ… Лукоморье, Китеж-град, Азгард… Аркаим…

Котэ закашлялся.

— Вот поэтому на последнем расширенном заседании Совета Премудрых и постановили — город никак не называть. Столица и все.

Ну вот, политики и тут потоптались.

Котэ меж тем продолжал искать оправдания.

— Понимаешь, карман — такое место, которое географии как таковой не имеет. Карт никто никогда не составлял. Бесполезно. Все меняется. Был вчера лес — глядишь, сегодня уже степь. Или озеро — было и ушло под землю. Стабильность только в центре, где город, и на границах. К границе на востоке подойдешь — впереди ещё горы, а под рукой воздух пружинит и не пускает. То же и с других сторон. На севере — море, на юге — лес, на западе — степь. Так и живем. Привыкли уж.

Ндааа… Чудеса чудесатые…

— Тим, по какой улице пойдем?

Тимофей хмыкнул.

— А по какой не пойди, туда куда надо и придёшь.

Удобно. И мы пошли. Прохожие встречались редко. Тимофей пояснил, что сказочный народ вообще редко пользуется обычным пешим ходом. Модно ходить точечными порталами. Костюмы — не смотри, что под крестьян косят. На самом деле это мода такая нынче. Потому и этносами сами себя зовут.

Пока шли-разговаривали, дошли до площади. И тут мне стало всё ясно. Все улицы чудесным образом стекались именно на площадь, на которой располагались все муниципальные постройки. Самым высоким зданием оказался дом-дворец с царскими штандартами. Стало понятно, где в случае чего искать его величество.

Через пару домов от резиденции монарха обнаружилась цель нашей экспедиции — гостиный двор, о чем возвещала весёленькая вывеска — заковыристые буковки были обрамлены витиеватым узорчиком по краям. Здесь Асса Кравн остановилась несколько дней назад и должна была ждать нас с Палт Ассаром.

Из распахнутых дверей заведения доносился то ли чей-то то ли вой, то ли визг. Хоть уши затыкай. Мы вошли и огляделись. В зале было пусто, и лишь за ближайшим к барной стойке столом спиной к нам сидела демонесса в гордом одиночестве.

Тут снова по залу разнёсся тот самый звук, похожий на визг. Теперь ясно, кто тут так старается. На самой высокой ноте послышалось «теньк» и перед демонессой разнесло в крошку один из стеклянных фужеров, стоявших в ряд. Ряд этот уже по-видимому прорежался не однократно. Повсюду валялись мелкие осколки стекла.

Мы с Тимкой подошли к столу и сели по обе стороны от главы службы безопасности. Асса Кравн была пьяна в стельку и в данный момент готовилась к новой атаке.

— И как называется то, чем ты развлекаешься тут в одиночку? — спросила я Ассу Кравн.

Демоница скосила на меня взгляд с поволокой и с трудом произнесла.

— Я пою. Вообще-то я мастер ультра-класса по пению, чтоб ты знала.

И глава службы безопасности наметила новую цель, ткнув в неё пальцем. А потом завизжала, концентрируясь на третьем фужере слева.

Сказать, что я была удивлена? Да нет. Меня в последнее время вообще мало что удивляло. Как один из чемпионов по подставлению ушей под медвежью лапу, я вообще могла запросто составить демонессе кампанию, если бы не необходимость спешить.

И я вскинула глаза в немом вопросе, обращаясь к Тимке. Что делать будем?

Тимка в ответ подмигнул и скрылся за барной стойкой. Через минуту показался не один, а с хозяином, который по-видимому отсиживался под ценной витриной из лучших образцов винного запаса, чтобы в случае чего попытаться сохранить хоть что-нибудь.

Хозяин нёс стопку на подносе. Содержимое стопки подозрительно напоминало обычную беленькую сорокаградусную.

— Ээээ… А вы когда-нибудь демонов уже поили своим… лекарством? Или это будет очередной эксперимент?

Хозяин был зол.

— Эксперимент проводили надо мной. — И обиженный хозяин кивнул на изрядно подпорченный интерьер. — Эти красномордые её как компот хлещут.

Я засомневалась.

— Так хватит ли тогда стопки?

Хозяин мне подмигнул.

— С озверинчиком-то? Хватит!

И сам ловко подскочил к демонессе и, закинув ей голову, одним точным движением влил содержимое стопки в глотку. Асса Кравн всхлипнула и уронила голову на стол.

Я кинулась было на помощь. Однако, хозяин велел не трогать и подождать несколько минут. А сам скрылся из виду, чтобы появиться снова с подносом, на котором стояли тарелки с разносолами.

— Благодарю за спасение.

И дальше хозяин рассказал, каких убытков ему стоило пребывание демонессы в стенах его заведения в течении этих проклятых трех дней.

Мы с котом поблагодарили за угощение и заверили, что как только гостья очнется, так нас тут же не будет. Однако, слово пришлось нарушить, поскольку входная дверь открылась и к нам через зал поплыла точёная фигурка Василисы Премудрой Истинной, на которой был такой же прозрачный серый плащик, как у меня.

— Здравствуй, Настя. — Коту моему красавица лишь чуть кивнула и это меня несколько задело. Накинув на нас легкую защитную сеточку, я ответила.

— А, привет сопротивлению!

Василиса округлила глаза, зашикала и махнула рукой, создавая вокруг непроницаемый купол. Знатно работает волшебница. Мне еще учиться и учиться.

Усевшись на свободное место напротив меня, кудесница продолжила.

— Прошу соблюдать конспирацию. Повсюду шпионы царя.

Я кивнула в знак согласия. Приготовилась слушать. А Василиса ручки сложила и говорит.

— Остальных подождем.

Ооо… кажется я сейчас познакомлюсь с полным составом? Интересно.

Глава 21

Совсем скоро я познакомилась с полным составом Сопротивления, состоявшим из Елены Прекрасной Премудрой Истинной, Варвары Красы Длинной Косы Премудрой Истинной, Марьи Моревны Премудрой Истинной и знакомой мне уже Василисы Премудрой Истинной.

Все четыре были настоящими красавицами, явились одна за другой и каждая при появлении одним взмахом руки увеличивала наш стол на одно место для себя.

Последняя, Марья Моревна, представилась, отмахнула для себя местечко и уселась рядом с Василисой. После чего очередное расширенное заседание Сопротивления начало свою работу. Председательствовала Василиса.

— Уважаемые коллеги, думаю, вам новую Ягу представлять не нужно. Все в курсе. Предлагаю не терять зря время, а обсудить насущные проблемы. Вопрос на повестке дня один — уничтожение лаборатории.

Далее Василиса в подробностях описала диверсию, произведенную при моем с Палт Ассаром непосредственном участии. С помощью проверенной обслуги удалось узнать, что Борька Бешеный пострадал изрядно. И в данный момент выведен из строя надолго, что позволяет Сопротивлению действовать более решительно. И далее последовало предложение — взорвать к едреней фене лабораторию, чтобы и следа не осталось.

После чего участницы Сопротивления проголосовали — все «за», то бишь единогласно.

Технически предполагалось отправить меня порталом непосредственно в лабораторию и взорвать её изнутри при помощи специально созданной магической бомбы.

Я послушала, похлопала глазками и спросила.

— А что потом?

Сопротивление удивилось.

— Как что? Существование такого места, как лаборатория, это позор для нашего магического подпространства! Ирландский и скандинавские представители уже направили нам не одну ноту протеста.

Как интересно. У них тут что, и дипломатические корпуса от других карманов имеются?

Я решила внести свое предложение.

— А не лучше ли добыть доказательства этого, так сказать, позора и созвать Совет Премудрых? Совет постановит прикрыть лабораторию и создать комиссию по расследованию.

Марья Моревна в ответ сверкнула бирюзовым глазом и ткнула пальчиком в стол для большего впечатления.

— Постановление такое уже давно имеется. Только вот выполнять его никто не торопится. — После паузы, вздохнув, красавица продолжила. — Мы большие надежды возлагали на наследника престола. Но… мы не знаем, где он сейчас находится.

Ну я-то знала, конечно, где наследник, однако… Тут во мне завозились некоторые сомнения.

— А в составе Совета Премудрых, я извиняюсь, кто?

Тут возопили все.

— Мы! Мы — Истинные Премудрые! Остальные — самозванцы!

И началось… Сопротивление помнило все — и дискриминацию по половому признаку, и тайные и явные гонения на Истинных Премудрых, и полное игнорирование мнения Совета, и роспуск Совета Истинных Премудрых, и незаконное создание нового Совета…

Все ясно…

Я подождала малость, пока эмоции улягутся и решила, что расширенное заседание пора заканчивать.

— Хорошо. Я обдумаю ваше предложение и сообщу решение в ближайшие дни.

По глазам Сопротивления было ясно, что слова мои не понравились. Но сохранить лицо для сказочных красавиц оказалось важнее.

Попрощавшись, Истинные Премудрые одна за другой покинули зал совещаний. Василиса уходила последней.

— Василис, а откуда у вас тот чудик страшненький взялся, а?

Премудрая, оставшись без коллег, помягчела нравом и ответила.

— Дрок-то? Из лаборатории. Их вначале в зоопарке держали, а потом они в городе появились. Крыс пожрали, и если бы не магическая защита, давно бы на домашних животных и людей перекинулись.

Ну да… У этносов есть магическая защита, а вот что делать людям в реале, если эта гадость туда проникнет?

Проводив сопротивление, я договорилась с хозяином гостиного двора на создание портала. Сторговалась за один артефакт, который зачем-то мужику позарез был нужен. С помощью артефакта можно было вызывать различные иллюзии. Может быть хозяин таким образом собирался разнообразить досуг своих клиентов?

Потом я растолкала похрапывающую Ассу Кравн. Демонесса вскинула голову, похлопала анимешными глазами и молча кивнула мне головой. Кажется, сестра Палт Ассара в порядке.

Я открыла портал, кинула запрет на обычные перемещения и попросила хозяина присматривать за порталом, чтобы кто попадя не рвался. И мы с демонессой отправились в избушку.

А со стороны реала меня ожидал жутко расстроенный Иван Царевич.

Наследник был то ли пьян, то ли не в себе. В серых глазах читалось то ли отчаяние, то ли безумие… Оказалось, что девушка, ради которой он поссорился с родителями, вышла замуж за другого. Я Царевича как смогла успокоила, чаем с травками отпоила и предложила заняться делом. Пора было трон вернуть законным наследникам. На Сопротивление, я так поняла, надежда небольшая. Хотя…

— Вань, есть одна группа поддержки, которая очень нуждается в некотором… руководстве с твоей стороны.

И я связалась через зеркальце с Василисой, обрадовав ее новостью о том, что престолонаследник нашелся и очень хочет трон вернуть. И посему очень нуждается в помощи Сопротивления. Обрадованная Василиса, глазки которой заискрились весьма подозрительно при упоминании имени престолонаследника, заверила меня, что Царевича они до поры укроют и всяческую поддержку окажут…

Прекрасно. А мне еще с фирмой «Рогоз» разбираться… Да и по Палт Ассару я уже очень соскучилась…

Глава 22

Первое, что я сделала, вернувшись в избушку, попыталась связаться с любимым. Но связи с подпространством, в котором я оставила Палт Ассара разбираться с демонскими делами, не было. Я перепробовала все. И блюдечко с яблочком, и зеркала… Портал пыталась открыть. Ничего. Будто такого места отродясь не бывало. После десятой попытки я развела руками, глядя в расстроенные анимешные глаза сестры Палт Ассара.

— Ну я не знаю, что там могло произойти… Пойду пока в реал. Надо с одной фирмой разобраться. Ты со мной?

Асса Кравн кивнула, и мы отправились в мою двушку, чтобы начать расследование.

Пока Асса Кравн приводила себя в порядок в ванной, я прошлась по ссылкам в интернете. Фирм под названием «Рогоз» в нашем городе нашлось аж семь штук. Четыре не подходили по адресам, а три шифровались. Я на всякий случай записала контактные телефоны. И совсем было уж решила закончить поиски, как взгляд зацепился за необычное объявление «Экзотические животные. Только у нас. Подарки с незабываемыми впечатлениями». Ндааа… действительно, с незабываемыми. Вспомнив одноглазое чудище, я поёжилась.

А потом мы сели в мою машинку и отправились по адресу, продиктованному домовым Сеней. На фасаде отдельно стоящего одноэтажного здания типа «барак с евродизайном» мы прочли — Спортивный клуб «Рогоз». На двери белел листочек формата А4, заложенный в прозрачный файлик и приклеенный к двери скотчем: «Администрация приносит клиентам свои извинения. Клуб временно закрыт по техническим причинам. Контактное лицо по вопросам…» — дальше телефон. Я циферки сверила и предсказуемо уткнулась носом в номер с экзотическими животными.

На звонок ответила девушка с довольно приятным голосом.

— Фирма Рогоз. Вас приветствует администратор Рита Кротова. Чем могу помочь?

Я усмехнулась.

— Мне ваш адресок в интернете знакомая прислала. Хочу папочку порадовать в день рождения необычным подарком. Папа очень животных любит. Экзотических.

На том конце прыснули.

— Да без проблем… Порадуем вашего папу. Когда день рождения?

— Завтра.

— Что-нибудь милое и нежное, или ваш папа предпочтет в подарок хищное животное?

— Хищное подойдет.

— Отлично. Назовите адрес, и к вам приедет наш представитель.

Вот черт. Хотя… Я назвала адрес, и мы условились, что завтра утром ко мне приедет представитель с образцами. Расплатиться можно наличными прямо с представителем. Ага… натурой… В голове возникла картинка в духе Стивена Кинга, после чего шутка перестала казаться шуткой.

Адрес дома экс-Яги я запомнила, потому что давно собиралась посетить. Негоже было оставлять такое место без присмотра.

Домик экс-Яги встретил меня пустыми глазницами окон и совсем замерзшими под снегом растениями. Проходя по тропинке к двери со знакомой ручкой в виде невиданного монстра, закусившего медное кольцо, я махнула рукой, послав тепла чахлой и замерзшей зелени, и остановилась в нерешительности. Ну что ж, для начала можно… поговорить.

Потянувшись разумом к домику, я ощутила лишь холодную враждебность, а в следующую секунду моя голова взорвалась от боли…

Ах вы ж менталисты, мать вашу!

Я взялась за кольцо и еле успела отдернуть руку, потому что кольцо начало стремительно сжиматься.

Ну и что делать… Ладно, раз с домушкой договориться не получается, попытаюсь договориться с хозяйкой.

Я присела на крылечко, добыла книжечку и раскрыла прямо посерединке. Там, где Кош Шей кубик в буковки превратил. Прочитав текст внимательно, я поняла, что заключенный дух обязан правдиво отвечать на все вопросы того, кого чародей назначит хозяином книги. А поскольку хозяйкой назначили меня…

— Я хочу знать немедленно, как войти в этот дом! — произнося слова громко и отчетливо, я целила пальцем в страницу, надеясь, что духи вспомнят прошлый опыт, и не станут артачиться.

Буковки на страничке скривились, а затем сложились в некий алгоритм действий. Мдааа, фантазии видать у старушки хватило не на многое.

Я с крылечка поднялась, потопала, похлопала, постучала и произнесла пару непереводимых на русский слов. Дверь передо мной распахнулась, обдав запахом выстывшего нежилого помещения.

В сенцах всё ещё пахло сушёными травами, правда теперь больше отдавало отсыревшим сеном.

Я засветила файерок и без проблем открыла дверь в горницу.

Внутрь я входила не без опаски. Старушка жила тут довольно долго. Не удивлюсь, если меня за печкой поджидает хранитель или домовой с кочергой наизготовку.

Но в горнице было тихо. Я файерочков побольше засветила и в первую очередь решила проверить средства сказочной связи.

После нескольких попыток я поняла, что зеркало сегодня останется зеркалом.

Ничего не показало и блюдечко, которое я отыскала в заветном сундуке.

Зеркальце Василисы тоже молчало. Мдааа… осталось надеяться, что это средства связи не работают по какой-либо причине, а вот те, кто остался в Крош Ар, живы и здоровы.

Ну что ж… Подождём… А пока, займусь-ка я защитой домика. Старую снимать не стану, потому как до мастерства экс-Яги мне как до небес. Еще тянуться и тянуться. А вот себя обозначить как-то нужно. Да и парочку сюрпризов для гостей приготовить тоже не мешает.

Подготовив место действия, я забрала демонессу, открыв портал прямо из домика экс-Яги, и мы стали ждать.

Утром, ровно в десять, как и договаривались, к дому подрулил темно-вишневый фургон, из которого как ни в чем не бывало вышел Василий Премудрый в деловом тёмно-сером костюме при галстуке. Видать, костюмчик-то шил на заказ. Тот сидел на фигуре богатыря как влитой.

Странно, однако. Что-то не помню я, чтобы Василий через таможню проходил…

Дверь Премудрому открыла Асса Кравн. Войдя в горницу и увидав меня, сидящей под зеркалом, Василий вначале вроде растерялся, а потом усмехнулся и, сложив руки, присел на край лавки.

— Вычислила, значит? Ну и что делать станешь?

— Сдам кому следует.

Василий развёл руками.

— Кому? Подумай. Кощея нет. Царь против меня не пойдет. Это я его на трон посадил.

— Ну я могу и не сдавать. Просто ты исчезнешь и всё. Так, пожалуй, для всех лучше будет.

Василий некоторое время сверлил меня глазами, и кажется поверил в то, что я не шучу. И ещё, кажется, Премудрый испугался. Я решила закрепить успех.

— На вопросы отвечать будешь, или героем помрёшь?

Премудрый потупил взор и тяжко вздохнул.

— Спрашивай.

Ну я и спросила.

В общем, ещё будучи присматривающим за вратами, Василий в тайне ото всех сумел пробить сквозной портал через подпространство, в котором обитал Кощей. Этот портал сохранился и после того, как все иные позакрывались. Так что, получив от меня полный отлуп, Василий не очень расстроился, а стал пользоваться тем, сквозным. Да ещё и приторговывать начал правом контрабандного прохода. В последнем Василий сознался весьма неохотно. Под давлением с моей стороны.

А потом мы вышли на улицу посмотреть товар.

В фургоне, за стальной решеткой находилось животное, размером с собаку, но внешне весьма похожее на давно вымершего на земле саблезубого тигра. Причем, зубы-сабли животного источали желтовато-зеленоватую жидкость. И подозреваю, что жидкость эта могла вполне оказаться ядовитой.

— Ну и как предполагалось радовать именинника? — спросила я, внимательно рассматривая пятнистое тело. — С помощью созерцания? Или непосредственное знакомство тоже планировалось?

Василий закашлялся, из чего я сделала вывод, что окажись мы с демонессой обычными девушками, это утро для них стало бы последним.

Тварь из фургона я обездвижила и порталом отправила в специально подготовленный погреб в доме экс-Яги.

А потом мы поехали в фирму «Рогоз». На двери по-прежнему висела табличка. Однако, Василий открыл дверь ключом, и мы вошли в помещение. Из-за стола нам навстречу поднялась миловидная девушка и представилась.

— Рита Кротова. Чем могу быть полезной?

Я решила, что Рита Кротова действительно на данный момент мне полезней Василия Премудрого, и кинула на супостата сеточку помощнее. Да ещё на всякий случай обездвижила.

Потом представила нас с демонессой Рите, и мы отправились проводить инспекцию помещения.

За следующей дверью был размещён класс для новоинициированных. Занятия вел седовласый старичок. Состав был разновозрастный. И я подумала, что фирму Рогоз прикрывать рановато.

Мы обошли ещё несколько помещений. Поговорили с бухгалтером. Выходило, что фирма вполне легальная. Функции свои выполняет исправно. И, следовательно, ей ещё работать и работать. А ответственность за действия некоторых излишне ретивых сотрудников пускай эти самые сотрудники и несут.

В самой дальней комнате за решёткой находилось несколько тварей монструозного вида, оставлять которых я по соседству с учебным помещением не решилась. Поэтому тварей обездвижила и открыла портал в погреб домика экс-Яги.

Глава 23

В избушке меня ожидали важные новости. Леший Ефим, сидя за столом с чашкой дымящегося чая в одной руке и с румяной плюшкой в другой, с энтузиазмом рассказывал моим домовым и лешему Козьме о том, как Иван Царевич в сопровождении четырех сказочно прекрасных амазонок явился во временную резиденцию царя и учинил переворот.

Увидав меня, Ефим взмахнул плюшкой.

— Настя! А я как раз…

Заметив входящего следом за мной Василия, все притихли. А я как ни в чем не бывало запросила для нас с демонессой чаю с плюшками.

— А Родя где?

Федорушка насупилась.

— Да где ж ему еще быть? Вона, в подвале сидит.

Тут же в полу появилась щель, потом глаза, а потом и весь вампир робко оглядываясь по сторонам, явился на свет. Я домовушку журить не стала. Пусть Родя сам от комплексов избавляется.

Ефим, пока нас чаем с плюшками наделяли, рассказывал.

Появление престолонаследника в сопровождении сказочных валькирий было весьма эффектным. Царь Григорий был застигнут в собственных покоях при предсказуемо пикантных обстоятельствах. Успеху немало поспособствовало весьма удачное стечение обстоятельств. Практически, оказывать сопротивление сопротивлению было не кому. Кощей сгинул. Василий завяз в разборках со мной. А Совет Премудрых в последнее время состоял из одного человека и человеком этим был Василий. Поэтому бывший разогнанный Совет быстренько встал на сторону восставших. После ареста и формального отречения от престола, бывшего царя Григория для удобства следствия отправили в лабораторию. Прежний Совет Премудрых в полном женском составе был восстановлен в правах. И сразу же была учреждена комиссия по вопросу о лаборатории. Возглавил комиссию наследник престола.

А потом Ефим, сверкая зелеными глазами и постоянно подмигивая, поведал о том, что скорее всего сразу после коронации состоится свадьба… Я не удивилась.

После этого Ефим торжественно передал мне свиток, подписанный лично Иваном Царевичем, в котором мне предписывалось немедля отправиться в лабораторию и учинить дознание.

Ух ты, быстро Царевич освоился. Ну, я еще никому, кроме Кош Шея, беспрекословно не подчинялась. А посему, торопиться не станем. Надо мысли в порядок привести. Да в очередной раз попытаться с Крош Ар связаться…

Вечером мы, посовещавшись с Ассой Кравн, решили попытаться воспользоваться порталом, открытым Василием для контрабанды.

Частично отмерший арестант, услыхав озвученную мною идею, замотал головой. А когда я сняла запрет на речь, забубнил.

— Не получится, портал сквозной. Я это понял, когда первый раз пошел. Длинный он, длиннее любого другого в два раза. А вот выскочить из него в промежуточное подпространство удастся навряд ли.

Я решила проверить… Не получилось. Была там щель, но проскочить в неё не удавалось. И вообще, куда эта щель вела… Почему это Василий решил, что в Крош Ар? А может во что иное? Особо в этом заставило меня усомниться свечение жёлто-зелёного оттенка, проникающее сквозь щель. Цвета в Крош Аре другие. И я с экспериментами решила повременить.

Прихватив арестанта, я отправилась в лабораторию.

Грот встретил нас тихим журчащим звуком льющейся воды. Статуя все также закрывала лицо руками. Только вот двери в пещеру и на выход были распахнуты настежь…

Взглянув на Василия, я поймала его злую мстительную ухмылку.

Накинув на пленника призрачную петлю и тем самым привязав его к себе, я, больше не обращала внимания на неохотно следовавшего за мной, Василия.

Выйдя из пещеры, я услыхала скатывающиеся с горы мелкие камушки, и оглянувшись, застала двоих охранников, разместившихся на верхнем уступе скалы, прямо над входом в пещеру. Колющее оружие валялось у самого входа, брошенное ратниками в спешке.

— Эй, молодцы, а почто вы туда забрались?

Молодцы молчали, глядя куда-то мне за спину испуганными и затравленными глазами.

Оглянувшись, я увидала два глаза, внимательно разглядывающих меня на расстоянии пары метров. Василий, почуяв неладное, но не в состоянии оглянуться, начал потихоньку перемещаться мне за спину.

Чудовище мне показалось разумным. И прежде чем махать руками, захотелось пообщаться. Я показала на себя и сказала.

— Я — Настя. А ты? — палец мой показал на мохнатую грудь, на которой висело что-то вроде амулета. Распознать было сложно. Мешала то ли примитивность обработки, то ли специальный дизайн вещи… Может, у нас этнос в моде, а у них первобытность…

Собеседник ещё мгновение рассматривал меня вполне разумными глазами, а потом взревел по-звериному, вскинув волосатые руки вверх вместе с дубиной, ещё некоторое время назад звавшейся стволом дуба.

Жаль… пришлось заморозить парня. Ладно, попозже поговорим…

Поверившие в меня охранники слезли с козырька, подобрали оружие и повели меня смотреть зверинец, разместившийся чуть в стороне от пещеры.

Вскоре глазам моим открылась площадка у скалы, огороженная частоколом и металлическими решетками. А внутри… мама дорогая. Уж на что я вроде много чего экзотического повидала. Но от вида того, что ухало, бросалось на меня и гремело когтями и зубами, становилось плохо. Но еще хуже стало, когда я заметила, что клетки то открыты и найти выход для чудовищ — дело времени.

Охранники было пытались бежать, но углядев, как я бесстрашно кинулась закрывать двери, ребята, надо отдать им должное, прониклись и усовестились.

А потом, я вошла в пустую клетку и, собравшись с силами, пустила зов, создав предварительно свой фантом. Было ли мне страшно? Было… Очень… А что делать? Закрыться в пещере и сидеть там, стараясь не думать о том, как бесчинствует озлобленная стая в городе?

Собрав в клетку кого сумели, мы с охраной пошли в пещеру. Там нашлись ещё четыре человека, и один из них был старшим по званию. Я это определила, потому как до него ни у одного из парней не возник вопрос о том, почему тут так раскомандовалась бывшая заключенная.

Я грамоту, врученную мне Ефимом, предъявила. Однако, мне не поверили. Пришлось открывать портал на площадь и идти к Ивану Царевичу за новыми гарантиями.

Наконец, все формальности утрясли, и я вместе с охранником снова отправилась в лабораторию.

А там мы поменялись местами, потому как охрана обладала самой обширной информацией о том, что тут и как.

Ну что ж, картина была — яснее некуда. Созданный Кош Шеем артефакт летал по пещере сам по себе и творил что хотел. При попытке уничтожить — уничтожал вознамерившихся. Спонтанно открывал порталы и из них лезло всё, что там обитало. Когда места в зверинце стало не хватать, Кош Шей вступил в сговор с Василием Премудрым и некоторые экземпляры начали переправлять в реал. После этой инфы мне очень захотелось пообщаться с хозяином Крош Ар.

Очень меня интересовало, куда делись представители правящей династии — царь с царицей. Василий нехотя поведал, что царь пропал сам, заскочив в куб — проглядели, ироды! Иродами Василий назвал охрану, а вот охрана засомневалась. И я засомневалась тоже.

Ну а дальше было получше. Девушка в фонтане оказалась царицей Марфой, которую я немедля расколдовала и отправила порталом к сыну — приходить в себя и готовиться к свадьбе.

Отправив фантом Царевичу, я поручила охране присматривать за порядком, а потом уже решила, что и о любимом подумать время пришло. Хотя, ещё одно неотложное дело у меня осталось…

И я занялась санитарией. Надо было подчистить за коммерсантами в реале. Так называемых экзотических животных было продано через фирму немало. И в большинстве случаев это были далеко не безобидные образцы.

Конечно, я понимала, что за один раз все не вычистить. Но если проводить санитарные мероприятия периодически…

И я отправилась в фирму договариваться о профилактических мероприятиях.

Вскоре передо мной лежал список бывших клиентов Василия с адресами. Оставалось надеяться, что Василий свою чёрную бухгалтерию не поделил на просто чёрную и очень чёрную.

Пришлось звать на помощь Сеню.

Домовой явился по первому зову и заверил, что патруль займётся моим списком тотчас же. Как говорится, не извольте беспокоиться.

А я снова отправилась в дом экс-Яги. Если в прошлый раз дом встретил меня темными провалами окон, то на этот раз фасад мне показался более веселым. Во всяком случае, верткий резной флюгер в виде петушка на месте конька на крыше, весело тарахтел, приветствуя новую хозяйку.

Открыв погреб, я осмотрела его на предмет вместимости. По дну, скрытые прочной решеткой, бродили несколько тварей монструозного вида, переправленных ранее из помещения фирмы «Рогоз».

Приоткрыв решетку, я кинула обездвиживающую сеть на копошащийся внизу комок живых тел, а затем пустила зов. В эту ночь особо внимательные и страдающие бессонницей жители города могли наблюдать, как к домику на окраине, словно повинуясь дудочке сказочного Ганса, стекается всякая монструозная нечисть.

Под утро я открыла портал в лабораторию. А оттуда ещё один, соединив зоопарк с погребом экс-Яги.

Окинув взором клетки, призадумалась. Мдааа… И что мне с вами делать, горемыки горемычные…

Глава 24

Поздним вечером мы сидели вместе с Ассой Кравн за столом в избушке и думали, что же ещё предпринять, чтобы пробиться в Крош Ар. Попытки проникнуть в щель портала не увенчались успехом. Зеркала не работали. А душа болела всё сильнее.

Домочадцы разбрелись по углам, готовясь ко сну.

Избушку пришлось просить увеличить площадь проживания ещё на пару комнат. Для домовых и демонессы. Но Асса Кравн как-то незаметно перебралась в мою двушку, портал в которую я открыла из сеней избушки, и комнатка сократилась до чулана, в котором копились конфискованные вещи.

Я отставила свой полулитровый бокал в сторону и уже было собралась вставать из-за стола, когда рядом со мной затарахтело зеркальце. На связь вышел Иван Царевич. Выглядел серьезно.

— Настя, приветствую тебя. Как дела на таможне?

Я решила не ёрничать, хотя… так и хотелось сказать что-нибудь эдакое по старой памяти.

— Доброго здоровья, ваше высочество. Таможня работает исправно. Как здоровье матушки?

— Поправляется.

Царевич покашлял и продолжил.

— Вот решил тебя лично известить о дне коронации. Свадьбу и коронацию решили из кхем… некоторых соображений объединить.

Ну что ж, молодец царевич. После великих потрясений экономика государства нуждается в некоторых… мерах.

— Спасибо, буду.

Уже практически попрощавшись, царевич спросил.

— Как там со связью?

Я в ответ лишь молча помотала головой.

Не везло карману с властью. То Бабы Яги лишатся, то Кощея Бессмерного. Может, от того и перевороты так часто случались?

Отложив зеркало в сторону, я повздыхала и тут… обратила внимание на то, что зеркало на стене рябит… Я, боясь вспугнуть, позвала тихонько.

— Деодофил… Ты там?

В следующие несколько минут зеркало пыталось настроиться на связь. Поверхность шла волнами. Наконец, маска, чуть видимая, возникла в зеркальной глубине. И с ней что-то было не так.

— Деодофил? Что у вас случилось? Ты меня видишь? Слышишь?

Маска криво и как-то знакомо ухмыльнулась.

— Я не Деодофил. Я — зеркало…

Я устало вздохнула.

— Окей, зеркало, соедини меня с хозяином Крош Ар.

Маска снова криво ухмыльнулась, и ухмылочка эта мне кого-то напомнила…

А в следующую минуту на меня уже смотрел хозяин замка… Знакомые и успевшие стать дорогими черты неузнаваемо изменил откровенно враждебный взгляд. Тёмно-серый костюм хозяина Крош Ара, изумруд на галстуке, на лбу кусок ткани с начертанными символами Тройного мира…

И тут… он мне подмигнул… Подмигнул? Подмигнул?!

— Палт Ассар…

Сзади подскочила Асса Кравн.

— Что у вас там произошло? Все живы?

Демон в зеркале нахмурился.

— Не все… Но живы. Настя, портал пробить сможешь?

Я кивнула.

— Постараюсь.

В следующие минуты я пыталась сосредоточиться, но мне никак не удавалось это сделать, потому что все, кто до этого тихо и молча готовился ко сну, внезапно начали собираться за моей спиной.

Асса Кравн шипела и гоняла особо любопытных по углам, однако шума от этого меньше не становилось.

Домовым вдруг срочно понадобилось заглянуть на ночь глядя в печь. И даже Родя скрипнул дверкой погреба.

Наконец, мои усилия увенчались успехом и из открывшегося портала мне навстречу шагнул мой демон…

Некоторое время нас никто не трогал… Как же я соскучилась по его жарким объятиям.

Оторвавшись от меня, Палт Ассар поймал вопросительный взгляд сестры и кивнул. Глава службы безопасности медлить не стала, слегка улыбнулась, сделала ручкой и исчезла в зеленоватой дымке.

А мы сели к столу и Палт Ассар поведал о том, что произошло в замке Крош Ар…

Глава 25

Сиятельный ард Кош Шей умирал.

Он знал, что рано или поздно с ним это случится. Они назвали его Бессмертным! Конечно, по меркам этого мира он Бессмертный. А вот в своём мире…

Изгнанник. Отщепенец. Предатель. Каких только имён не давали ему, когда он отказался открыть тайну голубого мира под названием Земля. Но он решил этого не делать.

Была причина! Они уже забыли, а он помнил, как любимая жена Найт Шей с тремя детьми уходила в подпространство Алл Зарр.

После этого ему разрешили продолжать исследования. Вот только исследования его отныне были направлены только на то, чтобы найти способ освободить семью.

Столетия ушли, чтобы пробить портал в Алл Зарр из подпространства Земли. Но когда удалось, оказалось, что спасать больше некого…

И тогда он решил уйти. Вот только ему не позволили. Словно малые дети, земляне вновь и вновь придумывали новые сказки о могущественном чародее Кощее Бессмертном и шли искать правду к нему в замок. Зачем только не приходили. За потерянными невестами, за волшебными артефактами, иногда просто за советом…

В конце концов, он решил взять в помощницы одну из местных ведьм. Страшная была женщина. Однако, народ сумела приструнить. Хождения почти прекратились. Да и те, кто шёл, теперь попадали сначала к Бабе Яге, а потом уже к нему.

Шли годы. Он уже стал забывать про Алл Зарр. Но Алл Зарр взбунтовался и стал прорываться в голубой мир самостоятельно.

Зная, какие это может иметь последствия, Кош Шей попытался обратить процесс вспять. Для этого построил лабораторию в горах. Однако, что-то пошло не так. Синий куб взбунтовался против создателя. И вместо того, чтобы закрыть порталы к Земле, начал сокращать Алл Зарр и открывать порталы в иные неведомые миры.

Куб он мог уничтожить. Но исследователь внутри него сопротивлялся и нашёптывал о том, что нужно найти другой способ.

И он принес Алл Зарр в жертву науке. Позволил ему практически исчезнуть. Горстка спасшихся его интересовала мало. Однако, девочка по имени Настя заставила передумать и заняться проблемами беженцев.

Странная девочка Настя заинтересовала его ещё тогда, на поляне перед избушкой. Когда практически пожертвовала собой ради горстки заключенных. Именно тогда и шевельнулась где-то внутри совесть, заставившая его заняться судьбой своих бывших соотечественников.

И если бы не она…

Открыв портал в замок из дворца по зову Стража, Кош Шей с удивлением наблюдал, как открывается портал в Тройной мир. И как появляются один за другим его жители. В глазах нежданных гостей полыхали отчаяние и паника. А ещё через мгновение из портала хлынула толпа, охваченная безумием.

Он успел открыть портал из замка, а дальше стоял и смотрел… Смотрел, как вместе с разумными керрами из портала появляются жители недр. Стоял и гадал, что могло их вынудить подняться на поверхность.

И в какой-то момент уловил далёкий взрыв. С ужасом наблюдая, как издали через портал прямо на него надвигается огненная волна, Кош Шей в последний момент послал навстречу огню куб, чудесным образом не сметенный со стола лаборатории обезумевшей толпой. Одновременно вложил всё, что было в резерве, чтобы закрыть портал. Портал закрылся, куб отскочил и раскололся на части, а сам Кош Шей был отброшен к стене. Лишённый сил, он понял, что это… конец.

Когда, очнувшись, он увидал лицо Палт Ассара, в первый момент ему показалось, что он смотрится в зеркало. Однако, понял, что показалось…

А потом сквозь вязкий тягучий туман небытия прорвался крик.

— Не смей умирать, слышишь? Не смей!

И в последний миг, когда он был готов сделать шаг на ту сторону, что-то заставило его прошептать: «Зеркало…»

Глава 26

Он поклялся, что никогда не назовёт его отцом. Сестра сделала то же самое, едва сиятельный ард покинул тронный зал. Найт Шей вернулась в покои Повелителя.

Когда Повелитель вызвал их всех и сообщил, что сиятельный ард желает найти свою семью, душа Палт Ассара запела от радости. Но Повелитель объявил, что по законам Алл Зарра, Найт Шей теперь не является супругой Кош Шея. Однако, справедливости ради, Повелитель пойдёт навстречу и даст возможность семье воссоединиться. Если сиятельный ард узнает свою бывшую супругу.

Официально было объявлено, что Повелителю не известно, жива ли Найт Шей. Алл Зарр пережила немало бунтов и голодных лет. Возможно, среди жителей и помнит кто-то о семье Кош Шея. Искать семью ему разрешили. Однако, не сообщили о том, что имя Найт Шей отныне в Алл Зарре запрещено упоминать под страхом смерти…

— Не смей умирать, слышишь? Не смей! — шипел Палт Ассар тормоша уже безжизненное тело сиятельного арда Кош Шея.

— Зеркало… — чуть расслышал он, ловя слабое движение губ.

Палт Ассар кинулся искать зеркало. Точно бог Лол сам вёл его по коридорам. Войдя в ту самую комнату с камином, Палт Ассар схватил зеркало со стены и побежал назад.

Вернувшись в лабораторию, он поднёс зеркало к телу как можно ближе.

Долгое время ничего не происходило и Палт Ассар уже начал терять надежду…

Наконец, призрачный сизый дымок вырвался из губ сиятельного арда и плавно перетёк на поверхность зеркала. Зеркало пошло рябью, потом из глубины взглянула знакомая маска духа, которого Настя почему-то называла Деодофилом. Имя это ему казалось нелепым и смешным, однако необычная девушка по имени Настя, неизвестно чем покорившая его сердце, никогда не позволяла себе неуважительных интонаций, произнося имя духа.

Сейчас дух выражал удивление. Видимо заметив сизый дымок на поверхности зеркала, Деодофил сморщился, и Палт Ассару почудилось, что в тёмном провале глазниц блеснула влага.

— Наконец-то… — прошептала маска, задрожала, и вдохнула дымок в себя. А затем постепенно растаяла в глубине зеркальной поверхности.

Палт Ассар ждал, сколько мог. Пока те двое, что пришли с ним, не обратили его внимание на крики снаружи.

Выглянув из окна, Палт Ассар понял, что, если не вмешается, от толпы, спасающейся от чудовищ, не останется никого.

Шли дни. Жизнь в замке и вокруг него налаживалась. Вот только порталы открывать было некому. Зеркало висело на стене, не подавая ни малейших признаков жизни. Маленькое зеркальце, подаренное Настей, тоже молчало.

Настя… девушка, покорившая его своей внутренней силой, способностью не сдаваться ни при каких обстоятельствах. Такая хрупкая и нежная в его руках и одновременно сильная и независимая при решении проблем… Когда она ушла, часть его души ушла вместе с ней. Он тосковал по ней так, как не тосковал по единственной сестре, выжившей вместе с ним вопреки всему, что выпало на долю их семьи.

В тот вечер Найт Шей зашла проведать сына. Палт Ассар сидел за столом в лаборатории и перебирал записи отца. Она подошла к сыну и, вздрогнув, оглянулась на стену.

— Ты слышал?

— Что?

— Кажется, он меня зовёт…

Палт Ассар прислушался, но ничего не услыхал.

— Он зовёт меня, повторила Найт Шей и подошла к зеркалу.

Поверхность зеркала пошла волнами и откуда-то из глубины стала проступать знакомая маска.

— Найт Шей… Прости меня…

Эпилог

Торжества по случаю коронации престолонаследника начались на месте бывшего дворца, а теперь небольшого стадиона, подаренного нами Царевичу Ивану на свадьбу и коронацию.

Нами — это… нами. Перечислю всех по порядку, чтобы кого не забыть.

Во-первых, я, дух Кош Шея, заключённый теперь в зеркало вместо Деодофила и Палт Ассар. Нам досталось самое трудное. Достаточно вспомнить, как Кош Шей орал на сына из зеркала «Да правее, оболтус!» Или как я пыхтела, стараясь не переколдовать, когда сортировала мусор и перемещала статую Змея Горыныча на постамент…

Затем, Совет Премудрых в неполном составе в тайне от невесты украшал стадион всякими волшебными прибамбасами.

Ну и все прочие домовые, то и дело попадавшиеся под ноги, получающие ни за что и терпеливо сносящие меня, нервную и злую, потому что в зоопарке никак не находился подарок на свадьбу лично от меня. Но раз я что задумала…

В общем, когда празднично украшенный стадион с нависшим сверху словно Хранитель, Змеем Горынычем, возликовал, встречая престолонаследника с новобрачной, навстречу сладкой парочке по зелёному травяному ковру вышла ужасно красивая я в сопровождении двух абсолютно одинаковых белоснежных грифонов. Грифонов я выловила из куба буквально накануне вечера и чаровала под неусыпным контролем Кош Шея, который взялся учить нас с Палт Ассаром премудростям чародейства.

Сам Палт Ассар с Ассой Кравн и Найт Шей стоял чуть поодаль и держал в руках зеркало, с которого взирал на всё с неизменной кривоватой ухмылочкой бывший хозяин Крош Ара, а ныне дух зеркала и мой Учитель Кош Шей.

Подойдя к новобрачным, я махнула рукой в пол и поманила нарядного мужичка, державшего атласную подушку с короной.

Речь я готовила, но… в последний момент передумала и, надевая корону на голову царевичу, торжественно произнесла.

— Носи с честью.

Потом я отдала амулет подчинения новоиспечённому монарху, и грифоны плавно перетекли на сторону молодых, встав по бокам.

Полюбовавшись на красивую картину маслом, я решила было пустить слезу, но потом передумала и пошла искать Палт Ассара, с которым не виделась… примерно сутки.

Мдаааа… а похоже, что вечность…

Content

Наталья Романова
Баба Яга

Часть первая. Апгрейд по-русски

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Часть вторая. Быть или не быть … Бабой Ягой

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Эпилог