Светлана Зимина

Бесконечный Танец

История первая

Танцы бесов

1

Он открыл глаза. Вокруг тишина и оглушающая белизна.

Сфокусировать зрение, проверить окружение на предмет опасности.

Анализ состояния тела.

А вот теперь можно и попробовать покопаться в памяти. Тишина вокруг этому способствовала.

Смутное воспоминание…

Изрезанное шрамами и морщинами лицо склоняется над ним. Голос, хриплый, сорванный:

– Привет, мальчик. Добро пожаловать в ад жизни. Твое имя Тамир. Я буду твоим первым наставником…

Не то…

Вторая картинка. Высокая гибкая фигура. Движется быстро, но недостаточно. Удар. Кровь. Его первая жертва. И чувство растерянности. Обязательно обтереть оружие от чужой крови.

Опять не то… Слишком далеко.

Синие-синие глаза, почти индиго. Страшно. Так страшно никогда еще не было. Он впервые видит демона. Не беса. Того, кто выше. Тот, кто станет хозяином и Господином.

Повелитель Иллюзий. Лорд Янус.

Глаза светлеют, становясь почти голубыми.

Как сквозь сон, он слышит вопросы, сосредотачивается… Отвечает Самар. Он всегда более хладнокровен, чем все выжившие из их потока.

А потом он увидел улыбку демона. Светлую, слегка насмешливую, заинтересованную, такую разную и одновременно такую спокойную. Улыбку, вмещающую в себя целый мир. Разве демоны, их хозяева умеют так улыбаться? Разве они имеют на это право?!

Словно вспышка, щелчок.

Перед ним стояла загадка, непохожая на все, что он видел до этого.

А загадка задает вопрос ему:

– Как твое имя? – демон обходит вокруг, с интересом разглядывая.

– Тамир, мой Господин.

– Ты боевой категории?

– Да, Повелитель. Просто я из экспериментальной серии разведчиков.

Он явно задумался, что-то припоминая.

– Но почему такой смазливый? – выразил он свою последнюю мысль.

– Простите, Господин, – подал голос Самар, стоящий рядом. – Экспериментальных серий разведчиков было пять десятков: смазливые, неприметные, десяток был очень уродливых, похожих на калек, десяток со специфическими развитыми способностями в различных областях, и десяток с научным уклоном мышления.

– Логично. Ты, похоже, относишься к последнему? – спросил демон.

– Да, мой Повелитель, – он поклонился. – Я – Самар.

Уже близко… близко к нужному.

Нельзя торопиться. Все нужно вспомнить последовательно. В этом суть. Он был в этом убежден.

Их называли Дикими. Разве дикие бесы могут быть верными слугами? Они непредсказуемы, их нельзя контролировать, как тех, что росли в питомниках. Тогда почему этот…

И ясные глаза смотрят в ответ без насмешки.

– Мы заключили с ним сделку. Если он позволит, ты однажды увидишь нечто совершенно необычное. Служить такому Господину для меня лучшая доля. У нас договор. Мы подписали его кровью. Ты можешь не волноваться, созданный. Я никогда не пойду против него. Он мое вдохновение. Часть моей души. Придет время, и я верну ему эту часть, завершив его гармонию. Жаль только, я не увижу его Танца после этого… Хотя кто знает…

– Танец? Что такое Танец?

Очень близко. Танец… Да, именно Танец… Он уцепился за это слово. И растворился в нем. Это путь к нужным воспоминаниям.

– Это призрачный вальс, – голос пожилого беса. – Он требует соблюдения строгого ритма и определенной дистанции партнеров. Запомните это. Не сбейтесь с ритма. Но не забывайте еще одного. Дело не в ритме, не в том, как ставите ноги, чтобы не отдавить пальцы партнеру, дело в другом. И если вы это другое уловите и поймете – тогда вы выиграете это соревнование.

– Юста, ты дашь нам подсказку? – голос Расии.

– Нет, – качает головой воин. – Я научу вас движениям, остальное вы поймете в танце. Если нет, то вам не дано понять ни Госпожу Жадеит, ни тем более её сына.

Танец это путь к пониманию демонической улыбки? Нет. Не так. Правильный Танец – путь к пониманию.

Да. Танец. Вальс под струями дождя. Он помнит это. Полуобнаженное тело Господина, обвитое живой татуировкой дракона. Индиговая бездна глаз, плавно перетекающая в светло голубые озерные омуты. Интересно, демон знает, что его глаза меняют цвет?

Два меча. Как и обещал Дикий, он вернул эту частичку души демона.

Плавный шаг по песку арены. И прозрачная гладь взгляда, где начинают заворачиваться настоящие водовороты. Разве тому демону, что стоит напротив него, не страшно? Или он не видит? Нежелающие видеть всегда умирают от руки Повелителя.

Почему он? Кто он? Почему надо разгадывать загадку его улыбки? Имеет ли демон право так улыбаться?

– Тамир, ты бы согласился стать демоном?

– Разве это возможно, мой Господин?

– Вполне. Просто немного подправить твой генетический код.

– Мой Господин, позволено ли мне будет сказать?

– Говори.

– Не распространяйтесь об этом. Даже Императору.

– Тамир?

Отчаяние:

– Вас убьют за такое, мой Господин!

Недосказанное вслух навечно поселилось в памяти… И я никогда не смогу разгадать вас…

ДА! Глаза широко распахнуты.

– Как умрет Тамир?

– Никто не узнает. Он просто исчезнет.

Вздох:

– Я согласен.

– Я это понял, – тихо ответил демон.

– Вы придумали мне имя?

– Да. Флейм.

Улыбка:

– Мне нравится.

Он впитывает в себя белизну. Его имя Флейм. Он – сын Повелителя Иллюзий.

– Привет.

Он медленно поворачивает голову в сторону точки, где треснула Тишина. Разломы бегут по стеклу, разрушается выстроенное пространство.

Он сидит рядом на стуле и смотрит внимательно. Сейчас его глаза похожи на вечернее небо, темные круги вокруг сделали их глубже, хотя раньше казалось это невозможным.

– Привет, – его собственный голос. Чересчур высокий? Ломающийся?

– Я не мог сделать тебя старше, – почти вина в голосе.

– Ничего, – губы пересохшие, язык с трудом повинуется. – Так даже лучше… Мальчишкам легче адаптироваться…

Улыбка. Облегченная, полная гордости… за него?!!

– Тебе помочь подняться?

– Д-да…

Сильная рука поддерживает его за плечи. Голова кружится от каждого движения, но он намерен встать на ноги. А голос… отца?.. объясняет:

– Твоему телу сейчас двенадцать лет. Я оставил все способности Тамира, так как ты привык к ним и тебе легче будет рефлекторно реагировать, так я буду уверен, что ты уже сейчас способен защитить себя. Однако теперь твои вариации трансформации стали совсем иными. Ты почувствуешь это… Демоны не бесы, у нас несколько иная структура… Я только убрал из твоего сознания все характерные Тамиру жесты, рефлексы, касающиеся обычной жизни, которые могли бы тебя выдать, так что тебе, скорее всего, будет некоторое время несколько некомфортно обращаться со своим телом.

– Я… смогу Танцевать?.. – вопрос срывается с губ сам собой. Его никак не получается удержать.

– Твое тело создано на основе генов моего собственного, – отзывается Повелитель Иллюзий. – Все зависит от тебя самого, – он молчит некоторое время. – Если ты захочешь этого…

– Я хочу понять призрачный вальс до конца, – признается Флейм, ему почему-то кажется это важным.

И уже знакомая странная улыбка появляется на губах демона.

– Вальс значит?

В этот момент ноги внезапно подгибаются, и Янус подхватывает Флейма на руки. Прозрачно-синие глаза глядят в лицо бывшего беса:

– Император отправляет меня на Крин. Но я всегда буду рядом с тобой. Сейчас мы находимся в одном мире, где время течет несколько иначе, чем в нашей Империи. Мы подолгу сможем находиться вместе. И знаешь, что?

– Что?

– Я хочу показать тебе твои владения на эти годы.

– Владения? – а вот теперь он потрясен.

– Точно, – подмигивает ему Янус. – У моего сына очень много всего. Я также познакомлю тебя с моим другом. Его зовут Сумрак. Он станет твоим новым наставником. Я думаю, вы подружитесь.

И он толкает плечом дверь, сливающуюся со стеной… в глаза Флейма брызжут яркие солнечные лучи.

Он овладел своим угловатым подростковым телом уже к концу суток. Это оказалось не слишком сложно.

Несложно оказалось и привыкнуть к отражению в зеркале. К постоянно лезущим в глаза золотистым прядям волос, и как только отец ходит с челкой, надо будет её отрастить, чтобы не мешалась. К своей странно смуглой коже, отец объяснил это тем, что это у него от его неизвестной матери. А потом лукаво улыбнулся и мечтательно добавил, что женщина с золотыми волосами и смуглой кожей, в свое время произвела на него неизгладимое впечатление. Правда, ему пришлось её убить.

Да, он даже привык называть его своим отцом. Это оказалось тоже несложно… сложно оказалось другое. Смотреть на бесов, кланяющихся при их появлении. Какого бы ранга эти бесы не были. Заглядывать им в глаза и видеть нечто, что совсем не привык видеть по отношению к себе, но и с этим он постепенно свыкся. Хотя для этого понадобилось более трех суток.

И новое имя оказалось как влитое.

– Почему все так? – растерянный вопрос.

Янус повернул голову, отрываясь от зрелища заходящего солнца. Он понял его вопрос:

– Я выбрал тебя еще и потому, что ты великолепно адаптируешься. У Тамира была весьма гибкая психика. Усиливать этот фактор даже не было нужды, но я все же подтолкнул его еще немного. Он, конечно, был не основополагающим, однако, он сыграл большую роль. Из всей вашей пятерки, несмотря на то, что лучшим разведчиком и шпионом стал Расия, ты оказался самым адаптируемым. Даже такой маленький факт: помнишь, ты всегда не любил полусырое мясо. Но после того, как я показал тебе его истинный вкус, всего лишь через пару мгновений ты вгрызался в него, чувствуя, что нет ничего лучше этого сочащегося кровью куска…

Флейм кивнул:

– Я чувствовал, что прошел тогда какую-то проверку. Хотя ты и потерял память, но продолжал проверять.

Повелитель Иллюзий кивнул:

– Да. Потому что сына я решил выбрать себе сам очень давно. И сам проект мне помогала разрабатывать моя мать. Она была бы счастлива увидеть тебя. Своего внука.

– Она видела Тамира, – тихо ответил Флейм.

– Да, – согласился его отец. – Видела. И танцевала с ним его первый вальс. Она тогда пошутила потом, что ты мог бы стать отличным демоном. Кто бы мог подумать, как она окажется права.

Флейм вздрогнул и отвел с глаз челку:

– Хочешь сказать?..

– Ага, – улыбнулся демон, совсем как напроказивший мальчишка. – Она первая обратила на тебя внимание.

– Все-таки ты мамин сынок, – вздохнул мальчик рядом с ним. По-взрослому вздохнул.

– Эй-эй! Это уже оскорбление!

– Разве? – ехидно улыбнулся он.

Кто бы мог подумать в его прошлой жизни, что он будет сидеть и пикироваться с тем, кого звал своим Господином.

Прошлая жизнь – это сон. Тамир теперь тень в его сознании. Хорошая тень. Его хранитель. Его учитель.

– Смотри-ка, Флейм, – Янус внезапно вскочил на ноги. – Твой наставник все же решил не опаздывать на встречу с учеником.

Сын встал рядом с отцом, потрясенно глядя на багровый диск солнца, где, распахнув кожистые крылья, парил огромный дракон.

– Выпендрежник, – хмыкнул Повелитель Иллюзий. – Это и есть Сумрак, сын.

– Демон! – голос гремел над замком. – Ты посмел призвать меня?!

– Ты опоздал на две минуты, тридцать две секунды, – отозвался демон. – Выбирал момент, когда лучи уходящего солнца будут окрашивать твои крылья в багровый отсвет?

– Всегда ты испортишь весь шик появления, – недовольно понизил тон дракон.

Яростный порыв ветра, и он уцепился когтями за кровлю башни, нависая над отцом и сыном, словно темная туча.

Радужные озера глаз без зрачков и белков приблизились к демонам.

– Это худосочное создание и есть твой сын? Не слабоват ли?

Флейм усмехнулся ему прямо в морду, внезапно оказавшись у самого драконьего глаза. Кончик острого меча остановился в миллиметре от пленки, под которой сияла радуга.

– Рискуешь, дракон.

Где-то за спиной рассмеялся Повелитель Иллюзий:

– Ты опять совершил эту же ошибку, Сумрак, что и со мной. Этак, я еще передумаю отдавать его тебе в ученики. Еще выколет таки тебе глаз. А зачем мне одноглазый дракон?

– Шустрый мальчик, – вздохнул дракон. – Очень шустрый… Малец, убери эту опасную иголку.

Флейм медленно убрал меч и уже через мгновение оказался рядом со своим отцом.

Тут уже засмеялся дракон:

– А еще он сообразительнее тебя, демон! Ты в свое время не успел избежать моих когтей.

Янус оглянулся на сына и снова улыбнулся:

– Сыновья всегда в чем-то превосходят своих отцов. Это закон жизни, дракон. Тебе ли этого не знать.

Вздох был ему ответом.

А потом он обратился к самому Флейму:

– Пойдешь в ученики к старому, медлительному дракону, страдающему приступами обоснованного самомнения и превосходства над всеми остальными?

Бывший бес усмехнулся, не осознавая, что сейчас его ухмылка точно копирует такую же на лице его отца:

– Пойду.

– Тогда заключим договор, – крылья распахнулись и снова сложились на спине дракона.

Флейм вопросительно посмотрел на Януса. Тот медленно кивнул:

– Дай свою ладонь и сделай на ней надрез.

Порез моментально наполнился алой кровью. Но он почти не заметил это, так как все его внимание захватило зрелище дракона, который вытянул морду так, чтобы она оказалась вровень с демонами на обзорной площадке. Из пасти, полной острых, белых, крепких зубов, выскользнул язык, и Янус поднял нож. Быстрое движение. И небольшой надрез появился на мягкой плоти.

– Флейм.

Он понял, что должен сделать, окровавленная ладонь легла на место разреза на языке без дрожи. Их кровь смешалась. Через минуту все было закончено, и оба пореза затянулись на глазах.

– Больно, – пожаловался дракон.

Повелитель Иллюзий пожал плечами:

– Язык же. Чего ты хотел?

– Думаю, именно поэтому, мы так редко заключаем договоры, – задумчиво отозвался тот.

Демон усмехнулся:

– Да, вы очень не любите боль. Сумрак, я отдам тебе Флейма на рассвете. Мое время на исходе, и я должен возвращаться в свой мир. Там меня ждут работа и спящий в моем кресле нахальный демон. Но эту ночь я хочу провести с моим сыном.

– Хорошо, завтра на рассвете я буду ждать его у ворот замка, – дракон распахнул крылья. И, не сказав больше ни слова, сорвался с крыши свечкой.

– Он великолепен, – тихо произнес Флейм, проследив, как его наставник скрылся в небе. – Ты расскажешь, как вы познакомились?

– Обязательно, – кивнул Янус. – Но сегодня ночью наш разговор будет о другом. Ты должен кое-что знать о своей демонической натуре и силе, которую ты получил благодаря клану, в который теперь входишь.

– Завтра ты вернешься в Империю в то же время, что и ушел?

– Да. Я в следующий раз объясню тебе некоторые особенности некоторых миров. Этот по своему временному определению уникален.

– В этом и заключается загадка, почему ты настолько просвещен и опытен, в отличие от своих ровесников?

Янус улыбнулся:

– Поверь мне, у многих моих ровесников свои тайны. Особенно у Четверки. Если бы все было так просто, я давно бы сильно выделялся среди них, однако это совсем незаметно. Правда? Мы даже не можем сказать, кто же из нас слабее. Мы слишком разные для этого.

– Я понимаю это, – отозвался Флейм. – И я опять хочу есть. Этот постоянный голод когда-нибудь пройдет?

– У тебя растущий организм, – Повелитель Иллюзий положил ему руку на плечо. – Пойдем ужинать? Солнце уже зашло, а на постепенно появляющиеся звезды можно любоваться вечно.

Тот пожал плечами:

– Может, тогда прикажем, чтобы ужин принесли прямо сюда?

Светлая бровь приподнялась:

– Хорошая идея, сын.

Флейм улыбнулся.

2

– Янус, ты не представляешь, как меня достал этот город, – Рубин сидел, подперев рукой подбородок. – Отряды не справляются, постоянно какие-то проблемы, остатки жителей окончательно распоясались, полагая, что им все дозволено.

Я взглянул на бумагу, которую он мне дал прочитать, пока жаловался на жизнь.

Н-да, очередной отчет о неудачах. Похоже, этот городок стоило просто размазать по земле. Чтоб неповадно было, да и потом забыть о нем на время.

Хм… А что если… в конце концов, я должен выяснить о Крине как можно больше, и все это должно служить во благо Империи и Императора.

– Ваше Величество, – подал я голос.

Рубин с интересом перевел взгляд из ниоткуда на меня:

– У тебя какие-то идеи, Посол?

Я потер переносицу:

– Не совсем. Идеи по этому городу у меня пока сводятся исключительно к деструктивным методам…

– То есть? – его глаза зажглись любопытством.

– Спалить к Изначальным, – честно признался я.

– Горгона уже так с ним и поступила, – вздохнул кринит. – Вот, теперь разгребаюсь. Тогда что за мысли у тебя бродят в голове?

Я аккуратно положил бумагу на стол и внимательно посмотрел на него:

– Об одном артефакте, который был утерян Империей во времена Раскола.

– Опять? – простонал Рубин. – Ты скоро опустошишь все мои запасы! Что на этот раз?

– Императорский скипетр, – тихо ответил я. – Он, кстати, мог бы решить и проблему города, если вспомнить некоторые особенности его использования.

Император Крина отвел глаза и побарабанил пальцами по столешнице. Я молча ждал. Но он продолжал молчать. И непохоже было, что он раздумывает, воспользоваться скипетром или нет.

Я вздохнул и опустил один из многочисленных щитов, настроенных нашей связью. И моментально этот же щит встал с его стороны.

Я прищурился. Интересно.

Алые глаза взглянули на меня с легкой насмешкой:

– Нет уж, господин Контролирующий. Не сегодня.

– Вот как? – я разлепил губы в легком почти оскале. – Посмотрим. Мне очень не нравится, что вы скрываете от меня столь важную информацию, Ваше Величество.

– Пользы вам от этой информации не будет никакой, – язвительно отозвался он.

– Что же вы так активно не хотите её сообщать? – азарт во мне разгорался с чудовищной быстротой.

– А чтоб помучились, – только вот почему-то его глаза совсем не улыбались в отличии от рта. Скорее пылали яростью и злобой.

Ого!

Однако не следовало забывать и об осторожности. Этот старый прожженный демон обвел вокруг пальца немало народу, среди которых были и похитрее меня. Не следовало заблуждаться на его счет. Я всегда знал, что Рубин – очень непростой демон. Но работа с ним в паре убедила меня в этом окончательно. Именно поэтому я старался не злоупотреблять нашей кровной связью, а, наоборот, с каждым прецедентом наращивал щиты. И он тоже. Это говорило исключительно в его пользу.

Что ж, следовало пойти более трудным, но более безопасным путем. Если я сниму все щиты, чтобы добраться до него, это не даст ничего хорошего.

Я откинулся на спинку стула, на котором сидел и внимательно вгляделся в демона напротив.

– Можно, я порассуждаю, Ваше Величество? – почти мягко поинтересовался его мнением. Снятый щит медленно восстанавливался.

Алые глаза прищурились:

– Умный мальчик.

– Спасибо, старик, – насмешливо поблагодарил я.

Наверное, переборщил малость, злобы в его взгляде только добавилось. Ух, мне нужно соблюдать предельную осторожность, иначе, если этот демон все же дорвется до меня, то от меня может ничего не остаться. Даже горстки пепла.

– Итак, ваше упорное и загадочное нежелание делиться информацией и еще более загадочная недогадливость воспользоваться артефактом для приведения Империи в порядок наводит на пару интересных мыслей. Можно спросить?

Он уже догадался о сути вопроса, но все же решил продолжить игру:

– Спрашивайте, Господин Посол.

– Когда именно был утерян скипетр? И кем?

Он вдруг как-то расслабился:

– И в кого вы такой сообразительный на мою голову, Лорд Янус?

– Мама постаралась, – честно признался я, выжидательно вглядываясь в кринита.

И он сдался:

– Вы абсолютно правы. Скипетр был утерян, причем именно мной, уже после отделения. Каюсь. Ситуация была сродни Хаосу. Я был безумно влюблен, опьянен и подавлен проигрышем. Хоть мне и удалось увести часть семей за собой, я все же стремился к владению Империей. Хуже всего то, что я не чурался любой помощи. Согласитесь, когда влюблен в Изначальную, которую сам же и должен запереть за Стену, уже мало что волнует. Цель достигается любыми средствами.

– И вы привлекли посторонних к войне Раскола, – кивнул я.

– О да, – он задумчиво теребил красный локон волос. – Привлек. Мы весьма вовремя обнаружили нашу пропажу. Именно когда я посчитал возможным воспользоваться скипетром, достигнув определенной точки напряжения. Проблема заключалось в том, что мои союзники договорились между собой, соответственно, кража скипетра производилась общими усилиями, но недоверие друг к другу заставили их разделить скипетр на две части…

– Психи, – позволил я себе комментарий.

– На тот момент даже мне показалось это разумным решением, – криво усмехнулся Рубин. – Те трое, кто занимался кражей скипетра, пока я воевал со своей сестрой и любовался Горгоной, сумели уйти. Но один оказался не слишком расторопен. Именно он мне и выложил весь расклад. Мы сумели отловить и второго, но мои воины тогда допустили крупную ошибку, во главе отряда стоял настоящий идиот, к сожалению, тогда еще я об этом не знал. В общем, агента они взяли, а вот скипетр упустили. Счастье еще, что и получатель его не получил, а вот с кристаллом, который несет в себе часть силы всего скипетра, сложнее. Там агент оказался шустрым малым. Вообще, очаровательный тип был, даже я не устоял перед его обаянием. Потом, правда, выяснилось, что это девица, но как маскировалась… – он мечтательно улыбнулся.

Я вскинул бровь:

– Да вы заядлый бабник, Ваше Величество. Откуда же была эта шустрая девица?

Он мрачно усмехнулся:

– Серебряный Лунар.

– Вы связались с этими бешеными женщинами?! – я цокнул языком, выражая свое восхищение его бесшабашностью.

– В общем, где сейчас находится основная часть скипетра, я не знаю, – подытожил кринит. – Могу только поднять отчеты отряда и указать район поиска, а вот кристалл точно находится в сокровищницах Серебряного Лунара, и королева Электра пытается использовать его силу, даже создала новый скипетр, но явно несовершенный. Если она попытается применить хотя бы десятую часть силы кристалла с этим скипетром, то неминуемо погибнет. Она не рискует.

– Кто-нибудь из отряда, которым командовал тот идиот, еще жив? – поинтересовался я, мысленно раскладывая полученную информацию по полочкам, сортируя и анализируя.

– Нет, – почти неохотно признался Рубин. – Я тогда почти всех казнил, а парочка выживших погибла уже от рук ваших солдат. Точнее, один был заражен, а второй скончался от полученных ран на поле боя.

Приятно сознавать, что Император Крина все же отслеживал ситуацию по скипетру, раз осведомлен о жизни и состоянии на данный момент всех участников той ситуации.

– Мне нужны отчеты.

– Я так и понял, – криво усмехнулся он. – Вы их получите. Учтите, что второй стороной, с которой не сошлись в интересах ребята из Серебряного Лунара – это королевство Даймон.

– А третья сторона?

– Какая третья? – вскинул он брови.

Я покачал головой:

– Ваше Величество, зачем было мне рассказывать про ТРЕХ агентов и ДВА государства, которые похитили скипетр?

Рубин улыбнулся:

– С виду такой мальчишка, а умный и очаровательный, что сил моих нет. Лорд Янус, вы абсолютно правы, была и третья сторона, те, кого я отловил. Но можете мне поверить, толку будет мало. Это не государство.

Я удивился:

– Неужели исконные?

Демон вздохнул:

– Нет, ну почему вы не родились во времена, когда я был принцем? Я бы точно совершил гораздо меньше ошибок и, возможно, сейчас бы сидел на троне вместо Сурана.

– И? – невежливо прервал его я. – Кто из них был?

– Феи.

– КТО?!

Он кивнул:

– Я тоже был удивлен их вмешательством. Малочисленные, поддерживающие строгий и фактически вечный нейтралитет… Их склонила на свою сторону королева Лунара. Даже тогда мне хватило ума отпустить того паренька.

– Значит, у народа фей по отношению к вам есть должок, – задумался я.

– Ну, не все же вашим ребятам щеголять связями с инкубами и сиренами, – как-то печально усмехнулся он. – Но, на самом деле, должок скорее у этого паренька. Насколько я знаю, сразу после кражи народ фей разорвал все соглашения с Лунаром и его королевой. Они не любят, когда кого-то из них подставляют. Но если бы не их помощь, Электра вряд ли получила бы кристалл.

Я поднялся на ноги:

– Я все понял. В общем, я к себе в кабинет. Буду очень благодарен, если отчеты отряда и все связанные с этим свидетельства и бумаги, включая допросы, будут у меня хотя бы через час.

– Будут, – мрачно хмыкнул он. – А что нам делать с городком?

Я поправил челку, упавшую мне на глаза:

– Спалите. Это единственный выход, судя по отчету, жители зарвались не просто так. Я подозреваю, что у них сохранился какой-то источник заражения. Советую найти.

Рубин медленно кивнул:

– Действительно… я об этом не подумал. Что ж… Бумаги будут у вас через полчаса, Лорд Янус.

– Спасибо, – коротко поклонился я, скорее даже кивая, и вышел прочь, плотно прикрыв за собой дверь. Мне предстояло много работы. Хитрый старый демон довольно точно выбрал момент для того, чтобы кинуть нам еще одну косточку. Но скипетр следовало найти. Мало того, мне нужно еще запросить всю документацию по Серебряному Лунару и связаться с Сумраком. Кажется, я знал, какой экзамен должен будет пройти Флейм, чтобы завершить свое обучение у дракона.

Император Суран крутил в пальцах мой отчет, и взгляд у него был задумчивый.

– Императорский скипетр… Королева Электра оказалась довольно скрытна. Столько лет хранить у себя часть нашего артефакта…

Я молча ждал продолжения.

– Хорошая работа, Лорд Янус, – алые глаза взглянули на меня с непонятным чувством. – Вы не представляете, сколько сейчас ниточек сложились в единое целое.

– Я даже этому рад, – отозвался я. – Крина и Его Величества Рубина мне пока хватает.

Он усмехнулся:

– Лукавите, Лорд Янус. Я же знаю, как вы любите контролировать все, что в досягаемости вашего взора. Могу сказать только спасибо за такого отличного разведчика, как Расия. Хотя он и перепортил мне половину гарема, но информация, которую он добыл, просто неоценима, и теперь я начинаю понимать некоторые истоки, и частицы паутины заговора становятся все шире и более ясно видны.

– Только половину? – искренне удивился я. – Неужели он теряет квалификацию?

Император вздохнул:

– Вы послали своего лучшего разведчика в настоящий ад, мой дорогой стратег. И это не мое утверждение, а его собственное.

Я медленно кивнул:

– Тогда понятно. Но Расия действительно лучший. Другой мог и не выжить в аду.

– Это я понял особенно ясно, – он хлопнул ладонью по бумагам в руках. – Если ваш анализ верен, то я пошлю Лорда Звезд за основной частью скипетра. Ему стоит развеяться от долгого сидения за астрологическими расчетами. Тем более, скоро намечается его день рождения. Да и справится, я думаю, он лучше всех. Все-таки предсказание и поиск – это скорее по его части.

Я поклонился:

– Хороший выбор, мой Господин.

Он снова вздохнул:

– А вам, видимо, еще придется поработать, Лорд Янус. Тара проводит вас в архивы. Вся информация по Серебряному Лунару в вашем распоряжении.

– Спасибо, Ваше Величество, – я улыбнулся. – Я не подведу.

– Знаю, – очень серьезно ответил мне мой Император.

В этот момент в дверях тронной залы появилась вышеупомянутая бесовка.

– Тара, – Суран кивнул в мою сторону. – Ты поступаешь в распоряжении Лорда Януса на время. Поможешь ему в архивах.

– Слушаюсь, мой Повелитель – поклонилась она, пряча заинтересованный блеск в глазах. И повернулась ко мне. – Вы хотите пройти в архивы прямо сейчас?

– Да, времени лучше даром не терять.

– Следуйте за мной, мой Господин.

Я вновь поклонился Императору и вышел вслед за своей проводницей.

3

Максимилиан добрался до земель князя Найдёна без приключений. На пути ему встречались лишь покошенные дома простого люда. Все люди, которые попадались лорду Звезд, смотрели угрюмо и озлобленно. Эти люди не ждали от жизни ничего хорошего, и это многое говорило о хозяине этих земель. Примерно через две недели после того, как звезды открыли ему нужное место, Повелитель Звезд вступил на лесную поляну. Демон принял вид обычного странствующего воина. В этих землях были хорошо знакомы с демонами. И хотя ему ничего не угрожало, он все же решил не привлекать к себе внимания. Император Суран очень удивился, когда узнал, что нужная ему вещь забралась в своих странствиях столь далеко и в такой отсталый мир. Однако все же не решился отправить за ней кого-то рангом пониже. Все же не дело, чтобы смертные владели скипетром власти Темной Империи. Он был утерян во времена Раскола. Всегда считалось, что им владеет Рубин. Жаль, что они не знали правды раньше.

Скипетр обладал невообразимой мощью, если знать, чем владеешь. Поэтому сообщение Януса с Крина было столь шокирующим.

От воспоминаний Максимилиана отвлекли сдавленные крики и мольбы о пощаде. И, как всегда, не смог остаться в стороне – любопытно стало. А когда он увидел огромного всадника, нещадно хлещущего мальчонку, что сжался у копыт коня, у него плотно сжался рот, превратившись в узкую беспощадную полоску. Позади всадника полукругом стояли весело ухмыляющиеся пешие воины. Только люди были способны на такую бессмысленную жестокость. Зачем? Пытки нужны для чего-то, а вот так, просто развлекаться? Только время терять.

Демон одним прыжком преодолел все расстояние и перехватил руку экзекутора, поднимающуюся для нового удара. На мгновение он и всадник замерли в напряженных позах. И этого мгновения достало, чтобы его противник пришел в себя и вырвал свою руку из железной хватки богатыря.

– Кто ты такой? И как ты посмел прикоснуться ко мне, смерд?! – голос его был хриплый и очень низкий, полный клокочущей ярости.

Максимилиан спокойно заговорил, и его голос разнесся над поляной:

– Я тебе не смерд. Мое имя Светозар, сын Ратибора. Я – странствующий воин, а вот кто ты – это еще надо узнать.

Всадник надменно выпрямился:

– Я князь Найдён.

Вот повезло, так повезло. Все-таки Повелитель Звезд был одним из самых удачливых демонов в Империи. Он опустил взгляд и попытался успокоиться – надо еще попасть в замок этого смертного. Случайно его взгляд натолкнулся на мальчонку, который понял, что побои на время прекращены, и с любопытством и бесстрашием смотрел на незнакомца, спасшего его. Именно взгляд мальчика помог демону придумать план. Он поднял голову и с расчетливой холодной насмешкой произнес:

– Да ты явно привираешь, холоп, какой же князь руки свои о низших марать будет?

Тот побагровел и приподнялся в седле.

– Стража! Взять наглеца!

Когда стражники двинулись на демона, тот, не произнося больше ни слова, выхватил меч и резко подтолкнул мальчишку в сторону леса. Мальчик посмотрел на своего защитника, но, правильно истолковав молчаливый приказ, скрылся за деревьями. Макс не успел посмотреть ему вслед, около десятка воинов навалилось на него. Как огромный пес свору шаек, стряхнул он с себя навалившихся. Эти люди привыкли биться со слабыми, они привыкли грабить и отбирать, и редко встречались с настоящими воинами. Именно поэтому, почти одновременно сразу два воина упали, как подкошенные от стремительных ударов бывалого воина. Когда же демон взялся за меч, то уже после первой жертвы воины князя Найдёна отступили шагов на пять, настороженно следя за сверкающим лезвием. К сожалению, ему нужно было попасть в замок именно таким путем, скипетр просто так к себе не подпускает, а расклады звезд ясно указывали на определенный путь действий. Он, вроде как, забыл о самом всаднике, который бесшумно подобрался поближе и со всей силы опустил на голову Максимилиана рукоять своего меча. Тот упал с тихим проклятием. Это было больно. Князь несколько мгновений постоял над поверженным врагом, а потом вложил меч в ножны и хмуро приказал воинам.

– В темницу его, а этих, – он кивнул в сторону трупов. – Похороните.

И вскочив на лошадь, зло дернул поводья. Когда князь уехал, а его люди ушли, прихватив воина и похоронив своих, на поляну выбралась мальчишечья фигурка. Мальчик долго смотрел вслед, уходившим наемникам, а потом скользнул обратно в лес и тайными тропами пошел в глубь чащобы.

Флейм пришел в себя от противно заскрипевшей двери. Кто-то вошел. Он поднял голову и оскалился в улыбке, увидев, как отшатнулся стражник, незаметно начертив охранительный знак.

– Уйди, – произнес холодный, как лед, голос. Стражник торопливо поклонился и выскользнул за дверь. Только там он перевел дух и проклял в сердцах и черного колдуна, и пленного демона, который уже дважды перегрызал на его глазах железные звенья цепи. И металл ссыпался под мерной работой таких с виду безопасных белых зубов.

А в камере высокий черноволосый юноша, со стариковскими глазами, едва шевельнул губами, произнося заклятье. Цепи, словно живые, шевельнулись и начали втягиваться в стены, поднимая пленника. Когда цепи закончили движение, демон оказался распластан на стене. Руки и ноги его были крепко прикованы, так что даже пальцами шевелить было трудно. Колдун насмешливо взглянул на пленника, но за этой насмешливостью можно было увидеть… страх.

– И долго ты будешь упрямиться? Я ведь знаю, что долго без дополнительной энергии вы не живете. Сказал бы о сокровищах и таинствах драконов, отпустил бы. Да я лично донес бы тебя до лесной опушки. А молчишь, лишь силы зря тратишь. И сбежать не можешь, и сказать не хочешь.

Губы Флейма шевельнулись. Маг сделал шаг вперед, неужели он сломлен? Шепот пленника прозвучал подобно грому в тишине камеры.

– Уходить буду… подарок… оставлю.

Колдун почувствовал, как ледяные пальцы страха прикоснулись к его затылку. Это были первые слова, произнесенные демоном со дня его пленения. Маг знал, что эти создания слов на ветер не бросают, а то, как демон гостил в замке, можно было предположить, что подарок будет похуже смерти.

Внезапно дверь заскрипела, и в камеру вошел князь. Он быстро огляделся и спросил:

– Ну, Вадим, он что-нибудь сказал?

– Сказал, – колдун снова стал невозмутимым. – Да только не то, что нам нужно.

У князя на лице был написан явный интерес:

– Какая разница, за все полторы недели, что он у нас, он не сказал ни слова. А теперь вдруг что-то произнес. И мне хочется знать, что?

Вадим кивнул, словно, что-то подтверждая, и ответил:

– Он сказал, что когда будет уходить, оставит нам подарки.

Найдён побледнел. А потом почти трясущимися губами приказал:

– Пусть говорит, где сокровища. Делай с ним что хочешь, но чтоб к полнолунию заговорил. И не то, что ему заблагорассудится, а то, что нам надо.

И князь, не скрывая страха, почти выбежал из камеры. Колдун присел и начал чертить перед пленником линии, которые тут же вспыхивали зеленым пламенем. Когда рисунок был почти закончен, он вдруг услышал:

– Возмутитель.

Маг вздрогнул, нарушив концентрацию, и почти с досадой взглянул на демона, а тот вдруг улыбнулся:

– Молодой… глупый…

– Почему?

– Любой… дух… послушен…

Маг поднялся и взглянул прямо в глаза Флейму.

– Скажи мне, а можно попасть к вам в ученики?

Внезапно бесстрастное лицо закованного юноши наполнилось насмешкой:

– Нет.

– Почему? – почти выкрикнул Вадим. Сейчас он выглядел на свои двадцать лет, простым, обиженным юношей, который сбился с пути.

– Нельзя… человек… – он хотел продолжить, но внезапно силы оставили его, и демон потерял сознание.

Маг, застыв, смотрел на бледное лицо, и какая-то щемящая тоска поднималась в нем. Словно чего-то испугавшись, Вадим заглушил это чувство, понимая, что обратного пути для него нет. И если он хоть на мгновение выскажет слабость, то будет просто уничтожен. Он давным-давно выбрал этот путь. Путь черного мага, стремившегося к запретным знаниям и власти. И не собирался отказываться от него. Он повернулся спиной к пленнику и быстрым шагом вышел из камеры. В замке заскрипел ключ, теперь до завтрашнего утра никто не войдет сюда. Едва маг ушел, голова Флейма поднялась, и голубые стальные глаза со злорадством взглянули на дверь:

– Ты заблудился, Возмутитель. Но я не собираюсь тебе помогать. Надеюсь, ты сам найдешь свою дорогу к смерти, однако я не прочь помочь. Все-таки отец в свое время был прав, смертные – самые необычные существа, с ними никогда не бывает скучно.

Он шевельнул пальцами, и неоконченный рисунок на полу угас. Флейм закусил губу, почувствовав внезапную слабость, все-таки, где этот колдунишка откопал зачарованные полиарговые кандалы? Хорошо еще, камни здесь были холодными, с черной сердцевиной, как хозяин замка – энергию было откуда брать. Демон уронил голову, и перед его глазами появилась весьма ехидная морда наставника. Эх, не зря дракон устроил этот фарс с пленением, совсем не зря. Только вот, что он хочет добиться всем этим? На экзамен это все слабо похоже. Однако если припомнить кучу нелепых на первый взгляд вещей, которые происходили с демоном по воле дракона-наставника, почему-то в итоге всегда оказывалось, что все не так просто, как кажется сначала.

Максимилиан очнулся от потоков холодной воды, льющейся ему на голову. Он закрутил головой, пытаясь уйти от этого водопада. Поток тут же прекратился, и демон услышал насмешливый голос:

– Ну, братец, пришел в себя?

Демон что-то прохрипел в ответ, но голос видимо не нуждался в ответе, так как продолжал:

– Попал ты в переделку. За оскорбление князя тебя, скорее всего, четвертуют.

От этих слов демон мгновенно пришел в себя. Значит, он уже в подземельях. Повелитель Звезд резко сел и уставился на весело ухмыляющегося, худого мужчину.

– Кто ты? И чего это ты болтаешь?

Тот с облегчением вздохнул:

– Если пошли вопросы, значит, с тобой все в порядке, – затем, насмешливо сверкнув глазами, начал отвечать. – Зовут меня Мстислав, я такой же пленник, как и ты. А болтаю я, потому что ты вряд ли понимаешь, что натворил, назвав князя холопом.

– Ну, это мы еще посмотрим, кто кого расчленит… – хмыкнул Макс и с интересом посмотрел на смертного.

– Ты за что сюда попал? Я вот за оскорбление.

– Это долгая история, – сразу как-то погрустнев, сказал Мстислав.

– А куда нам торопиться?

– Ты прав.

Оба устроились поудобнее в маленькой камере, похожей на клетушку. Один расслабился, ему предстояло просканировать весь замок, а второй начал свой рассказ:

– Меня не всегда звали Мстиславом. Я был простым отшельником, живущим на берегу реки. Моя жена погибла во время родов. Хранителем ее была Вода – я сколотил плот и отправил мою Белену по течению реки-матери. Дочку, что родилась, назвал Голубой, и как только она смогла сама есть, ушел выше по течению и построил дом, в уединенном месте. Растил дочку и охотился. Когда Голубе исполнилось четырнадцатая осень, я отдал ей талисман-хранитель ее матери и рассказал все о Стихиях. Она выбрала Воду, как и ее мать.

Мстислав ненадолго замолчал, вспоминая, а потом продолжил:

– Вода признала ее. С тех пор Голуба сутками пропадала у воды. Часто я слышал, как она поет на реке, по утрам. Жизнь текла, дочка взрослела, а потом нашла себе жениха. Хороший был парнишка. И реку любил так же, как она. Но два года назад случилась беда. В тот день они обещали вернуться к вечеру. Я остался один, лишь мой внучек спал, умаявшись от игр. Ближе к вечеру я услышал, как река-мать начала шуметь, словно все демоны и духи подвластные Воде грозно и гневно завыли, проклиная. А тут внучек проснулся. Он разразился таким криком, что я сразу понял: случилась беда.

Рассказчик застонал:

– Я нашел их на берегу. Он лежал у самой кромки, и вода словно гладила его кудри. Она чуть поодаль. На них лицах застыл гнев и ужас. Я похоронил их так же, как и Белену. Вечером я сидел и смотрел на своего внука, оставшегося без родителей. Во мне зрела уверенность, что я найду убийц. Наутро я спустился к реке и долго слушал ее шум. Внезапно мне показалось, что все вокруг замерло и затихло, а в воздухе плывут слова: «Имя тебе Мстислав. Имя тебе Мстислав». Тут, словно с глаз упала пелена, и я увидел лицо мужчины. Он был красив. Черные кудри, серые глаза. Длинный шрам на щеке только украшал его. Но при всей этой красе, его лицо так и дышало злобой и жестокостью. Я понял, то убийца моих детей. Я поблагодарил реку-мать и собирался уходить, когда услышал: «Внука оставь. Позабочусь.» Я поклонился и, не возвращаясь домой, ушел в лес. Я убивал воинов того человека, где только мог, и иногда приходил навестить внука. За ним приглядывают духи Воды. Ему сейчас около четырех лет.

Мстислав вздохнул и закончил:

– Несколько месяцев назад меня поймали, и сейчас князь придумывает, как меня казнить. Да только и воины, которых я набрал за эти годы, не дремлют.

Максимилиан только головой покачал. Этот человек мог бы стать неплохим бесом. Но, похоже, здешние духи уже сделали его своим. Жаль, а то можно было бы забрать его себе… с другой стороны, нахмурился демон, если будет достигнута цель, то духам уже не нужен будет этот воин. Значит, всего лишь надо убить князя. И Повелитель Звезд удовлетворенно улыбнулся:

– Отомстишь. Твоя Мать-Река тебя не обманула.

– Ты так уверен в своих силах? – удивился человек. – Князь ведь даже демона смог поймать. Думаешь, почему Найдён так долго решает нашу судьбу?

– Демона-а-а? – протянул Астролог, вскинув бровь. – Ну-ка, поподробнее, если можно.

Становится все интереснее. Кто бы мог подумать.

– Молодой такой парень. С виду и не скажешь, – тихо ответил человек. – Говорят, его спящим взяли. Вроде как видели, как он на драконе прилетел, дождались, пока уснет, а там колдун князя морока нагнал, да и в полиарг заковали парня. Я сначала думал, дурь все это, а когда меня в эту камеру переводили, видел, как во дворе он в клетке бесновался, когда проснулся. Глаза светились, ругался, да все бестолку, в полиарге не развернешься… Будь ты хоть трижды демон.

Макс хмыкнул. Один его знакомый демон с этим бы точно не согласился. Янус давно изучал возможности полиарга и его странное воздействие на демонов…

– Ну, если тут демон в подземельях, да еще и злой как собака, то нам точно не стоит задерживаться в этой камере.

– И как ты думаешь покинуть эти подземелья? – вскинул бровь Мстислав.

– Есть у меня пара сюрпризов в заначке, – улыбнулся Повелитель Звезд.

– Я ведь даже имени твоего не знаю.

– Зови меня Светозаром, – отозвался Максимилиан, подходя к двери камеры.

На его ладони разгорался огненный сгусток, заворачивающийся в шар.

Флейм вскинул голову. Что за?.. Демон? Здесь?! Неужели тоже за скипетром? Совпадений не бывает, значит, точно за Императорской игрушкой явились. Эх, будет от наставника нагоняй, что так долго тут прохлаждался. Особенно будет нагоняй, если этот чужак заберет артефакт такой мощи. Если только это не тот, кто ему нужен, конечно… Но в жизни всякое бывает. Слишком часто случается, что едва зашевелится одна сила, другие словно чуют выгоду и слетаются стаями стервятников…

Стоило поторопиться.

Полиарговые кандалы щелкнули, рассыпаясь в пыль. Спасибо отцу за науку и знание. Интересно, кто этот гость нежданный? Всю игру попортил. Флейм отступил на шаг и погрузился в камень, благо он с замком был уже на «ты» за столько часов заключения. Пора было воспользоваться этим преимуществом. Камень вел его к нужному месту. Прямо в сокровищницу князя. К Императорскому жезлу.

– Тупик, – так прокомментировал Максимилиан их выход. Едва лишь слова успели прозвучать, как часть стены начала поворачиваться. Демон и его новый спутник взяли оружие на изготовку. Когда стена закончила поворот, стали видны вооруженные люди. Несколько мгновений люди разглядывали друг друга, а потом раздался крик.

– Дядя Мстислав!

На шею ошарашенному мстителю бросилась девушка с золотистыми кудрями, как у него самого. Придя в себя, он крепко обнял девушку и выдохнул:

– Аленушка!

После крепких объятий Мстислав отстранил девушку и спросил:

– Что ты здесь делаешь?

– Пришла тебя выручать.

– Но откуда ты узнала? – удивился он.

– Очень просто, – девушка кивнула в сторону своей группы. – Он сказал.

Люди расступились, и кто-то вытолкал вперед мальчишку. Максимилиан сразу признал в нем того паренька, которого избивали, когда он нашел Найдёна:

– Ну, спасибо, малец.

– Дядя, нужно уходить, нас могут засечь.

– Нет, Аленушка, – сразу став серьезным, ответил воин. – Здесь остался еще один человек, которому нужно помочь.

На недоуменные взгляды людей он ответил:

– Я потом расскажу, а сейчас нам нужно найти камеру, перед которой стражники, постоянно испуганно косятся и чертят всякие охранительные заклятья.

Такую камеру они нашли довольно быстро. Стражники были так напуганы, что не успели поднять тревогу. Они столько ждали появления злых духов, что, когда появились люди, они приняли их за демонов. Оглушенных стражников оттащили в сторону, а Макс сотворил еще один огненный шар. Его развлекали эти люди. Пойти спасать пленника, которого считают демоном. Повелитель Звезд с интересом заглянул внутрь. И брови удивленно взлетели. Кучки ржавого металла, полустертый рисунок неудачного заклинания и… он втянул в себя воздух… какой едва уловимый, но знакомый запах…

Демон повернулся к смертным:

– Мстислав, ты в курсе, что парень действительно демон? И, кажется, он очень сердит на гостеприимных хозяев этого замка.

– Тогда надо быстро уходить, – побледнел тот.

– Уходите, – кивнул демон. – А мне нужно тут кое с кем пообщаться.

Девушка за спиной воина закусила губу:

– Мстислав!

– Что? – он обернулся, чувствуя, что в голосе девушки есть что-то странное.

– Наши люди собираются атаковать замок на закате…

– С ума сошли! Почему не сказала раньше?!

– Я не могла, – она опустила глаза. – На самом деле я даже не рассчитывала застать тебя в живых… а демон, который указал нам ход, сказал, что он поможет нам на закате…

– Д-демон! Ты заключила сделку с демоном?

– Я думала, что ты уже мертв! – она почти плакала. – Я не знала, что делать и решила, что могу хотя бы отомстить! Демон сказал, что разрушит замок изнутри сразу, как солнце сядет!

– И ты продала ему душу ради мести?!

Девушка покраснела:

– Не душу…

Макс расхохотался:

– Ну, парень! Мне он уже нравиться. И если мои подозрения оправдаются, я, кажется, догадываюсь, что это за демон такой. Вам действительно стоит поспешить.

– А ты? – Мстислав выпрямился. – Ты отправляешься к Найдёну? Я с тобой.

– О нет, – покачал головой Максимилиан. – Мне не нужен этот князь. С меня хватит и его сокровищницы. Там есть кое-что, что мне очень сильно требуется забрать. И мне нужно опередить одного шустрого демона.

– Ты рискуешь, даже если обладаешь волшебной силой, – тихо ответит воин. – Демоны – страшные существа.

– Я знаю, – улыбнулся Повелитель Звезд. – Я это знаю.

Каштановые волосы растрепались, и заклинание маскировки медленно сползло, словно стекло с него. Люди испуганно отступили. Сапфирово-синие глаза смотрели задорно и насмешливо.

– Удачи в своей мести, Мстислав. Ты мне понравился своим яростным стремлением. Я бы еще развлекся, но мне нужно поторопиться. Если захочешь сменить хозяев, назови имя, которым я тебе представился. Могу взять к себе воином.

Он шагнул назад, растворяясь в воздухе камеры. И вышел уже в совсем в другом месте. Двигаться по уже проложенным путям намного легче и быстрее, чем прокладывать их.

– Привет, – поздоровался он со спиной склонившегося над скипетром демона.

Тот выпрямился и медленно обернулся, укоризненно заметив:

– Лорд Максимилиан, вам разве не говорили не подкрадываться со спины? Это невежливо.

– Но очень удобно, – улыбнулся Повелитель Звезд, разглядывая голубые глаза, точеное лицо, светлую челку, падающую на высокий лоб. – А ты вроде должен быть помладше… Лет тринадцать?

– Ну, там, куда меня отправил отец, время несколько по-иному движется, – пожал плечами тот. – А вы меня быстро вычислили, Лорд Максимилиан.

– Не так уж и быстро, – вздохнул тот. – Год пытался, а тут почти случайность… – и осекся, напоровшись на хитрую улыбку.

– Янус… – почти обреченно.

– Отец сказал, что это подарок вам на День Рождение. Мое имя Флейм. Приятно познакомиться. Кстати, у скипетра пропала одна существенная часть, и лучше её искать в королевстве, которое находится на границе с вашими землями, но думаю, Император Суран об этом знает, – демон снова улыбнулся. – А теперь я вынужден попрощаться. У меня остался еще незаконченный экзамен. Наставник будет очень недоволен… Да еще сделку я заключил…

– Видел я эту сделку, – хмыкнул Астролог.

– Прелесть, эти смертные девушки, – согласно кивнул Флейм. – До свидания, Лорд Максимилиан.

Тот смотрел на вихрь портала. Этот парень оказался совсем не таким, как он его представлял. Неужели Ян был таким же проказливым и очаровательным?

Вадим прислушался к шуму. Люди, атаковавшие замок, были либо полными глупцами, которым было все равно, либо людьми, которых поддерживала какая-то могущественная сила. Маг закусил кубу. Он догадывался, что за сила помогала людям. Демоны редко вмешивались в дела людей, но этот ушел, не оставив подарка, хотя и обещал, значит… Но дальше ему не хотелось думать. Внезапно дверь распахнулась, и в комнату влетел князь.

– Что происходит, колдун?! – заорал он, – Почему ты сидишь здесь и ничего не делаешь?!

Вадим взглянул устало:

– А зачем что-то делать? И вообще, зачем я тебе, Найдён?

Князь опешил. Но Вадим не дал ему заговорить:

– Думаешь, что здесь творится? По твоему мнению, это нападение – лишь бунт грязных холопов? Наш необычный пленник исчез. Но это не значит, что он не вернется.

Найдён пришел в себя:

– Он снова попадет к нам в руки, и тогда я выбью из него тайны сокровищ сам, без твоих жалких попыток волшбы.

Маг устало усмехнулся:

– Так иди и поймай его.

– Что ты имеешь в виду? – нахмурился князь.

Вадим подошел к окну и распахнул сворки. Шум битвы ворвался в комнату. Юноша протянул руку в раскрытое окно и произнес:

– Он там, со своим подарком для тебя.

Князь злобно выругался и вихрем выбежал из комнаты. Маг опустился в кресло и, глядя прямо перед собой, тихо сказал:

– Где ты, демон?

– Здесь, – прошелестел знакомый голос.

Вадим повернул голову и тихо шевельнул губами:

– Перед смертью я хотел бы знать, как твое имя?

– Мои подарки не всегда несут смерть, человек.

– Разве? Ведь я чувствую, что Найдён умрет.

Он согласился:

– Это так. Но это было не только мое решение. Стихии давно решили его судьбу.

– А как с моей судьбой?

– Она еще не решена.

– Когда же Стихии вынесут приговор? Чего они медлят?

– Они ждут твоего решения.

Маг вскинул голову:

– Моего?

– Да. Только когда ты возьмешь судьбу в свои руки, тогда свершится твой приговор.

– Значит, у меня есть выбор?

– Да.

– Подскажи, как его сделать?

Голубоглазый демон качнул головой:

– Я могу лишь сказать, чтобы ты следовал зову сердца.

На несколько минут в комнате воцарилось молчание. Потом Вадим посмотрел в глаза демона и спросил:

– Кто ты?

Он подошел к окну и втянул в себя воздух:

– Демон.

– Скажи, – молодой маг заколебался. – Твой народ действительно пришел из других миров?

– Это так, – Флейм наклонил голову, прислушиваясь к звукам битвы. Он на мгновение прикрыл глаза, а потом встряхнулся. – Пора прощаться, маг. Ищи свой путь, делай выбор.

Вадим резко вскочил и повернулся к нему лицом, но в комнате никого не было. Сзади послышался шелест, но теперь молодой маг повернулся медленно. На глаза ему сразу попался кусочек глины, которого раньше не было. Юноша аккуратно взял его в ладонь и ощутил тепло. Комочек пульсировал, будто живой. Вадим долго смотрел на подарок, и решение зрело в его груди.

Мстислав взглянул на Алену:

– Что за подарок?

Та вытянула руки, ладонями вверх. Людям показалось, что зажужжал ткацкий станок и раздались отдаленные удары кузнечного молота. На ладонях девушки стальным светом сверкнул клинок меча. Она протянула его Мстиславу:

– Этот подарок. Сначала я думала, что он для меня, но демон на самом деле хотел, чтобы я отдала его тебе.

Пораженный, он осторожно взял в руки клинок. И едва его руки коснулись меча, как в его сердце запели души воинственных предков. Внезапно через это пение и пелену упоения он услышал голос Алены:

– Этот меч убьет лишь однажды, а потом твои предки снова вернутся на крыльях Стихий в свой дом. Так сказал демон.

– Предки? – повторил он.

Она вздохнула и повторила:

– Так сказал демон.

– Что ж… ты многим пожертвовала ради моей мести, – Мстислав взглянул на девушку. – Давай закончим все это, милая.

– Хорошо, – наставник приоткрыл глаза. – Тебе уже пора подбирать себе свиту. Этот мальчик станет неплохим бесом. И верным слугой.

– Если сделает свой выбор, – Флейм подбросил камешек в воздух.

– Сделает, – дракон шевельнулся. – Пришла пора выполнить часть договора, заключенного с этой смертной?

– Да, – молодой демон улыбнулся. – Ты – старый дракон, наставник, а все еще любишь разрушать.

– Я – дракон, – пророкотал тот. – И этим все сказано, мальчик мой. Повелитель Звезд ничего не заподозрил и не узнал в тебе прежнего?

– Нет. Я для него сын Януса. И только его сын. Я не видел отражения Тамира в его глазах.

– Хорошо, – дракон поднялся на лапы. Шевельнулись крылья. – Он сможет многому тебя научить.

Люди Алены и Мстислава прорвались во двор замка, и бой теперь кипел везде, где только могли сражаться люди. Пока что защитники замка не позволяли нападавшим ворваться во внутренние покои, но их защита с каждой минутой слабела.

Внезапно среди них появился сам князь. Он врубился в самую гущу схватки, и его бойцы ликующе закричали. Появление князя заставило их сражаться с удвоенной силой. Нападающих начали теснить. Но не только среди защитников замка раздались крики, когда появился князь. Мстислав, увидев Найдёна, издал боевой клич и тут же принялся прорубать себе дорогу к нему. Враги испуганно отступали от этого пылающего яростью седовласого мстителя. Дар демона, переданный Аленой, устроился у него за спиной, Мстислав чувствовал, что пока его трогать нельзя.

Наконец, он оказался лицом к лицу со своим заклятым врагом. Люди продолжали бой, но почти в самом центре битвы небольшой клочок земли был словно очерчен невидимой линией. Мстислав резко отбросил короткий меч и выхватил волшебный, он понял, что время пришло. Найдён узнал Мстислава и зловеще улыбнулся. Князь был жестоким, злобным, коварным человеком, но мужества и силы ему было не занимать. Никому еще не удавалось выстоять против него.

Мечи отозвались звоном, когда скрестились. Начался смертельный танец двух тел. Танец, который не имеет правил, танец, победителем из которого выходит лишь один, или же проигрывают оба. Для бойцов перестала существовать иная битва, они как бы выпали из потока времени.

Мстислав начал уставать, князь уже два раза прочертил царапины на теле мстителя. Внезапно, человек, выбранный Стихиями, почувствовал, как силы вливаются в него. Рукоять меча начала тихо пульсировать в его руке в такт ударам сердца. В душе Мстислава проснулись голоса, они пели свою песню – песню победы. Это пение он слышал тогда, в первый раз, когда взял в руки протянутый дар.

Мстиславу показалось, что сотни воинов поселились в его теле. Эти воины пробудили в нем знание. Его глаза вспыхнули, и жаждущий мести воин начал атаку, окрашенную чистой яростью. Самоуверенная, насмешливая улыбка начала сползать с губ Найдёна, сменяясь удивлением, а затем яростью. Но эта ярость не смогла помочь ему. Перед глазами князя последний раз мелькнул свет стали, его затухающее сознание успело уловить последние слова убийцы:

– Это дар демона.

Мстислав устало смотрел на тело у своих ног. На лице жестокого князя застыло выражение крайнего ужаса, когда тот понял, что его ждет вечное скитание души, которая не сможет остановиться никогда. Волшебный клинок постепенно рассеялся, превратившись в тонкий солнечный луч, который растворился в воздухе.

После гибели своего князя, его люди быстро сдались. Мстислав смотрел на складывающих оружие воинов, когда к нему подошла Алена и сообщила:

– Замок взят, и мы можем передохнуть.

– Не совсем.

– Что ты имеешь в виду? – удивилась юная воительница.

– Остался колдун.

– Я не причиню зла вам, – раздался тихий голос. Оба воина резко повернулись. Перед ними стоял юноша в черных одеждах, в его глазах тлел какой-то странный колдовской огонь. Мстислав настороженно спросил:

– С чего это ты стал таким добреньким?

Юноша улыбнулся светлой, почти мальчишечьей, улыбкой:

– Я сделал свой выбор.

Он раскрыл ладонь. Зеленой прохладой сверкнул треугольный камешек, ничем не напоминая кусок глины, которым был ранее. Колдун поднял его и приложил ко лбу. Когда он опустил руку, камень остался. Он словно врос в кожу чуть выше переносицы. Юный волшебник спросил:

– Теперь вы мне верите?

Алена испугано прошептала:

– Ты выбрал очень трудный путь. И страшный… стать слугой демона…

– Я знаю, – серьезно кивнул головой Вадим. – Но это то, что я хочу. Другие миры, другие возможности… А сейчас вам лучше уйти и увести людей.

– Что?!

– Солнце садится, – кивнул колдун в сторону заходящего багрового диска над горизонтом.

Огромные крылья затмили тускнеющий свет солнца.

– О боги, – прошептал Мстислав и закричал. – Отступаем! Немедленно отступаем!

Максимилиан усмехнулся, бросая последний взгляд на дракона, парящего над замком. Надо пообщаться с Яном. Сделать наставником своего сына дракона… и как он только смог с ним договорится?

Демон искренне понадеялся, что Мстислав и та смертная девочка, влюбленная в старого воина, выживут. Сын Повелителя Иллюзий создал сейчас на этой земле настоящую легенду. Жаль, если его усилия пропали впустую.

Повелитель Звезд подбросил в руке жезл и шагнул в портал перехода. Все-таки, надо отдать игрушку Императору, да и слова мальчика еще предстоит проверить.

4

Буквы и цифры, они уже расплываются перед глазами. Янус устало отодвинул бумаги от себя и сжал пальцами переносицу.

– Устали? – голос за спиной заставил демона на какую-то долю секунды замереть. Он действительно заработался, если фактически забыл, что Рубин вот уже который час сидит вместе с ним в его кабинете. Повелитель Крина отдыхал. Мало кто додумался бы искать его у его собственного контролирующего от Империи. Все знали, насколько прохладно Лорд Янус относится к этому конкретному криниту.

– Не то слово, – раздраженно отозвался Повелитель Иллюзий. – Полный бардак. Я из-за вашего Крина даже к Максу на бал по случаю празднования его дня рождения опоздать рискую. Если просижу здесь еще три часа, то на меня точно будут дуться, словно капризная барышня.

– Честно говоря, я не против того, чтобы Повелитель Звезд некоторое время вас игнорировал, – усмехнулся Рубин. – Однако, мне все же интересно, откуда такая цифра в три часа?

– Потому что именно столько времени мне потребуется, чтобы разобраться с двумя вот этими листочками, – Янус поднял с поверхности стола два листа бумаги, испещренных цифрами.

Кринит вгляделся и скривился:

– Владения Херувима? И как только так вышло, что этот скользкий тип не только выжил, но и смог остаться незараженным и незапятнанным?

– Настолько раздражающий? – Повелитель Иллюзий оживился.

– Я бы не радовался на вашем месте так сильно. Вам он тоже не понравится, уж поверьте.

– Эта чертова кровная связь, – проворчал Янус.

Рубин вздохнул:

– Знаете, меня очень напрягает видеть красные круги под вашими прекрасными голубыми глазами. Они, конечно, сочетаются, но не настолько хорошо, чтобы вызвать у меня эстетическое наслаждение. Идите-ка вы, Лорд Янус, попейте где-нибудь у кого-нибудь немного энергии и отправляйтесь веселиться к Лорду Максимилиану. Вам ему еще подарок нужно подготовить, как я полагаю.

– Да нет, – задумчиво отозвался тот. – На самом деле, подарок он уже получил.

Кринит покачал головой:

– Вы его определенно балуете. Это меня раздражает.

– А меня раздражаете вы, – пожал плечами блондин. – Но я же не жалуюсь.

Старший демон хмыкнул:

– Как всегда прямолинейно. Кстати, я отправляюсь с вами. Удивительно, но как и вам, приглашение мне прислали.

– Это просто элементарная вежливость, – Повелитель Иллюзий поднялся из-за стола.

Рубин удивленно моргнул. Все бумаги лежали аккуратными стопками, и на столе царил идеальный порядок. И когда только успел?

Я пинал комки снега под ногами и жмурился от яркого зимнего солнца, вспоминая, что в Темной Империи наступила зима. Торопиться уже некуда, и я остановился прямо на мосту у перил. Из замка смутно доносился шум праздника. Я взглядом выхватил огромный кусок снежного пространства с серыми извилистыми линиями дороги, на которой иногда мелькали разноцветные точки бесов и средств передвижений.

Большой кусок газона, на котором кто-то вытоптал рисунок в форме сердца и надпись внутри его: «я тебя люблю!» Надпись видно только отсюда, с моста. Интересно, кто это так развлекся прямо на территории замка Повелителя Звезд?

Здания ломкой линией выстроились, кто ближе, кто дальше. И в просветах между ними, ярко сверкают солнечные лучи, отражаясь от снега, бросая блики на стекла и витражи. Сейчас, днем можно разглядеть, что на их серых стенах есть цветной узор, зеленый или коричневый, а окна выстраивают какой-то одному лишь тебе понятный рисунок.

Бросается в глаза мозаика на одной из башен. Отсюда не видно самого рисунка, но как-то и не приглядываешься, просто скользя глазами по поверхности не очень яркого, но вписывающегося в общую картину пятна…

Позади за спиной послышался хруст снега под чьими-то шагами, да и стоять становилось прохладно. Последним взглядом охватил картинку, скользнул по надписи на снегу и улыбнулся, возможно, кто-то признался в любви самому Повелителю этого замка. Это не редкость, когда имеешь дело с Повелителем Звезд.

– Любуешься видами? – голос рядом.

– Мучаюсь ностальгией по родине, – повернулся, жмурясь от солнца. – Я и не думал, что так соскучился по Империи, столице и вообще… На Крине сейчас дожди, а здесь вечером разыграется метель.

– Ненавижу метель, – фыркнул Макс. – Честно.

– Я знаю, – усмехнулся я. – Помню.

– А я хотел тебе показать ночной город зимой, – вздохнул Повелитель Звезд.

– Посмотрю еще, – пожал я плечами и покосился на него. – Ты так и не сказал, как тебе понравился мой подарок.

Он ухмыльнулся во весь рот:

– Сюрприз, конечно, был хороший. Твой Флейм – это нечто. Ты более сдержанный, но он очень похож на тебя. Повадки, некоторые ракурсы взгляда… Этот демон еще покажет себя. И он… опасен.

Я кивнул. Чувство гордости… как давно оно поселилось у меня в душе? Оно появляется всякий раз, как я вижу Флейма или слышу о его успехах.

– Но ведь это был не только подарок? – Астролог смотрел на меня. И в его глазах тлело понимание. – Ты собираешься его представить ко двору?

– Не сейчас, – покачал я головой. – Еще не время. Но его наставник закончил обучение, а у меня для Флейма появилась работа. Я не могу раздвоиться, но мой сын может выполнить часть работы…

– Ты о Серебряном Лунаре?

Я медленно кивнул:

– Да. О нем.

– Тогда позволь дать подсказку, – его взгляд стал еще глубже, чем обычно, словно он заглядывал в прошлое. – В Серебряном Лунаре у меня остался должник. Он не пойдет против своего королевства, королевы и своей матери, однако… В этом насквозь матриархальном обществе, я думаю, твой сын найдет способ использовать этого паренька.

– Расскажешь как-нибудь? – поинтересовался я.

– Расскажу, – кивнул он. – Может, даже сегодня, когда метель запрет меня дома. Останешься после бала, посидеть?

– Ну, мне же надо подразнить Рубина, – усмехнулся я и достал из-за пазухи небольшую коробочку. – Кстати, это мой второй подарок тебе. Кажется, в один снежный зимний день, тебе понравилось.

Макс открыл коробку:

– Тьма Великая, Яни. Спасибо.

– Табак не вишневый. Мне показалось, привкус меда с корицей тебе понравится.

– Я бы тебя поцеловал, да боюсь, ты мне врежешь.

– А то как же, – кивнул я.

– Послушай, – он провел кончиками пальцев по трубке. – А разве – это не твоя собственная?

Я пожал плечами и улыбнулся:

– Моя. Но я давно не курил, и мне показалось, что Крин для этого не подходящее место. Так что дарю тебе. Иногда буду заглядывать в гости, а ты будешь позволять мне её раскурить.

Он молчал. Просто смотрел на меня, а мне становилось очень неуютно от этого взгляда.

– Яни, ты соображаешь, что дразнишь меня?

– Естественно, – я ответил таким же пристальным взглядом. – Ты забыл? Я никогда не делаю необдуманных поступков. Тем более, мне нужно раскрутить тебя на хороший Танец. Я с этими бумагами скоро с ума сойду, даже когда в транс Танца впадаю и то, Рубин моментально это чувствует и приходит посмотреть.

Повелитель Звезд медленно закрыл крышку коробки. И внезапно жизнерадостно предложил:

– А может мне его все-таки убить?

– Император расстроится, – наставительно заметил я, принимая его легкий тон. – У него на дядю большие планы.

– Н-да, – тяжело вздохнул он.

Я улыбнулся:

– Может, вернемся к твоим гостям? А то твои волосы уже превратились в снежную шапку.

– Да? – Макс тряхнул головой, и снег легким облачком взлетел над ним. А потом сверкающей сеткой опустился обратно.

Красиво. Я протянул руку и набросил легкую вязь заклинания.

Темная бровь приподнялась в немом вопросе, а через секунду он улыбнулся, разобравшись в структуре заклинания.

– Пора возвращаться.

– Твоя работа? – Каина кивнула в сторону Повелителя Звезд, кружащего с какой-то дамой. В темных волосах искрилась россыпь снежинок.

– Красиво, – лаконично отозвался Повелитель Иллюзий.

– Ох, и нарвешься ты рано или поздно, друг мой, – неодобрительно покачала головой Огненная демонесса.

– Когда нарвусь, тогда и буду разбираться. Пока не до того.

– Да, я заметила, что утерянный Императорский скипетр был первой птичкой. Император был очень недоволен новостями о месте нахождения самой нужной части от этого предмета, – она накрутила на палец отросшую черную прядь волос. – Похоже, наше затишье заканчивается?

Янус медленно кивнул:

– Похоже, что так. Серебряный Лунар ведет себя тихо, но эта тишина чересчур наносная. Его Величество дал мне проверить информацию собранную во время посольства Максимилиана, когда меня еще не было при дворе, да и тебя тоже… Так вот, я там нашел интересные моменты. Кроме предыдущего заключения, которое совершенно верно указывало на заговор в этом королевстве, обнаружились некоторые скрытые намеки, которые можно просчитать только теперь, с учетом наших новых знаний…

В черных глазах Каины медленно плыли вихри водоворотов по мере того, как она осознавала значение слов Повелителя Иллюзий.

– Не может быть…

Блондин медленно кивнул:

– Трещина могла быть не единственной. Вряд ли Нидо рассчитывал только на неё. Учитывая анализ его поведения, его поступков и многослойных планирований… он просто не мог сосредоточиться только на этом способе и именно через эту Трещину.

– Метель надвигается, – голос Хилара рядом прозвучал почти как приговор.

Оба собеседника обернулись к Первому.

– Император? – поинтересовалась Каина.

– Просит всех явиться на Совет завтра после полудня. Пока мы можем наслаждаться вечером, – Хилар улыбнулся. – Кай, ты простишь меня, если я приглашу на следующий танец не тебя?

– Смотря кого пригласишь, – прищурилась она.

– Януса. Я хочу спасти его от сложного выбора.

Демонесса широко улыбнулась, рассматривая приближающихся с двух сторон Рубина и Максимилиана.

– Тогда я потанцую со Звездным.

Призрачно-серые глаза смеялись в ответ:

– Развлекайся.

Повелитель Иллюзий только головой покачал, вкладывая свою ладонь в руку Ледяного Лорда.

… Снег кружит вокруг моего лица и цепляется за ресницы. Они смерзлись, и я ничего не могу разглядеть как следует. Мир представляется в тумане… Над головой побелели от инея и мороза ажурные решетки. Ветер пронизывает до мозга костей… но почему-то вокруг я вижу искры, которые плывут по воздуху. Позванивая хрусталем, звонким как небо…

– Ян! Ты сошел с ума!

Теплые, почти горячие руки хватают за плечи и тянут в жар комнаты.

– Ты же не любишь холод! Зачем?

Я открываю глаза и задумчиво смотрю в озадаченное лицо Макса.

– Знаешь, мне просто понадобилось на некоторое время отключиться. От всего и от всех… Почти замерзнуть и потеряться в снежной метели – это один из оптимальных способов.

– Оптимальных? – он качает головой. – Ты безумен.

– Мне уже это говорили, – я вздыхаю. – Лиано, я привык к одиночеству. А сейчас я даже не могу полностью отдаться Танцу, так как знаю, что Рубин нашел лазейку в моей защите. Он все же намного старше и опытнее меня. Изначальный мир показал, какие мы на самом деле еще молокососы перед этой мощью. Все знают, как я ненавижу холод, поэтому никто не подумает, что я рискну замерзнуть. Мне это было просто нужно.

– Я… понимаю, – вздыхает Повелитель Звезд. – Но я могу предложить тебе другой способ.

– Другой?

– Да, и там от твоей кровной связи найдется защита. Идем, – он тянет меня за собой.

… Если лечь в воду на спину, то можно увидеть небо. Нехитрая, в общем-то, истина. Но ничего больше увидеть нельзя. Вода закрывает твои уши, и можно слышать лишь глухой шум твоей собственной крови, да позвякивание длинных сережек, которые я не стал снимать. И здесь не было неба. Только темный потолок огромной пещеры. Глубоко под замком Макса. Потолок, усыпанный узором из драгоценных необработанных камней.

Узор расплывается в глазах, размазывается цветным полотном. Миражом…

Если лежать так целую вечность, то твое тело медленно погружается в воду, которая заливает широко распахнутые глаза, на мгновение делая мир снова четким и предельно ярким. Это пугает. И, чтобы не дернуться в испуге, не рвануть на поверхность задыхающимся диким животным… как же нужно забыть себя?

Из полуоткрытого рта вырываются пузырьки воздуха и стремительно уходят сияющей вереницей куда-то вверх.

Волосы, руки, ноги – все тянется вверх, и только упрямое тело, складываясь пополам, стремится вниз…

Потом наступает понимание… И тело делает резкий рывок, изгибается, вырывается из шума крови, позвякивания сережек этого водяного неба… Тонкая черта…

Это было похоже на Танец. И Макс был прав, какая-то неуловимо знакомая сила отсекала все мои связи. Оставляя меня наедине с самим собой в этой воде.

И снова потолок расплывается цветным пятном, тело медленно парит, погружаясь…

«Отец?»

«Флейм.»

«Я уже пересек границу Лунара, отец.»

«У меня для тебя информация. Найди сына Первой Леди Королевы Электры. Её имя Навья. Сына зовут Масато.»

«Понимаю. Есть что-то, что я обязан узнать?»

«На твое усмотрение. Мне нужно просто знать точную информацию по кристаллу со скипетра. Все, что можно выяснить. Но тебе еще рано высовываться.»

«Да, я знаю. Отец…»

«Да?»

«Ты там поосторожней. Я еще хочу побыть свободным, а не становиться твоим полноправным наследником. Это весело, быть демоном.»

«Постараюсь, Флейм. Постараюсь.»

«Удачи.»

«И тебе»

Я открыл глаза, и тело само рванулось вверх, разбивая тонкую невидимую пленку.

Повелитель Звезд все так же сидел на ступенях у самой воды, и в темноте пещеры светились забытая иллюзия снежинок в его волосах.

– Макс, – я выбрался из воды и сел рядом с ним. – Спасибо…

Он пожал плечами:

– Здесь жила моя мать все то время, что ей оставалось с момента, как её поймал мой отец. Когда я перестроил замок, я сделал так, чтобы часть воды ушла наружу. Именно туда тебя доставила Кирина, когда вытащила из-под огня Каины. Но эту пещеру я оставил. Это особенное место.

– Я так и понял, – отозвался я.

Повелитель Звезд усмехнулся:

– Считай, что я представил тебя своей матери. И это всяко лучше, чем мерзнуть посреди метели.

Я подобрал под себя босые ноги и хмыкнул:

– В этом ты прав. Кстати, снежинки убрать?

Он коснулся своих волос:

– Пусть еще побудут.

– Ну, как хочешь, – я обнял колени и положил подбородок на них. – Ты обещал рассказать про Масато и его мать…

– Прямо сейчас?

– Почему нет?

– Действительно, почему нет, – демон сел поудобнее. – Ну, слушай… у тебя была Диара, которой ты подарил забвенье, у меня Навья, которой я подарил грозу…

А где-то наверху бушевала метель.

5

Дождь… даже когда я пытаюсь читать и забыть о серой стене за окном, буквы на страницах расплываются, словно заслоненные этой пеленой. Я давно уже не пытаюсь отстраниться и спрятаться от своего дождя. Давно.

Серая пелена, и небо как будто плачет. Чушь, конечно. Небо не умеет плакать, так же, как и боги смертных, которых они придумали для себя.

Это даже красиво, когда обрушивается стена воды, мерный шум, почти в ритме пульса… Как однотонная, но невыразимо прекрасная музыка. Под такую музыку можно слиться с небом. Прикрыть глаза и видеть сны…

Я никогда не сплю, когда идет дождь. Я не сливаюсь с небом, и все равно кошмары рвутся из своих видений ко мне. Лучше бы они оставались там… Но я стою, а дымок от моей сигареты все больше, он окутывает мое лицо и кажется, что дым сливается с той серой пеленой за окном, делая мир нереальным, и меня здесь нет…

В такие минуты слышно даже, как скрипят доски пола и стен, что расслаиваются от времени… Скрип двери за спиной, но я лишь зажигаю очередную сигарету. Вырвать меня из этих видений – это не так-то просто.

– Мама?

Робкий голос, тревожный. Но он раздражает меня сейчас. И даже не могу выдавить из своего горла ни звука, чтобы он ушел.

– Я принес тебе немного еды. Ты ведь не ела с самого утра…

Да, с утра дождь и начался, это бесконечное падение воды, её скольжение вечно, и этот беззвучный грохот, что обрушивается на сознание…

Поднос с грохотом встает на поверхность стола, и я бы передернула плечами, но не в силах. Глаза, словно завороженные не в силах оторваться от воды за окном.

– Я беспокоюсь о тебе…

Совсем тихо. Да, я знаю. Но если он не уйдет сейчас, то я снова не смогу сдержаться.

И я выдавливаю, с трудом пропихивая слова через горло, язык, зубы…

– Уйди.

– Но… – он обрывает себя на полуслове. И тихо выходит. Но для меня дверь захлопнулась с оглушающим грохотом.

Ноги не выдержали и подогнулись, я села на пол и прикурила новую сигарету. Во рту было противно, меня подташнивало. С самого утра я ни вынимала сигареты изо рта. Одну за другой. Я не могла остановиться. Это как соска для младенца… это не давало сорваться.

А память услужливо предоставляла воспоминания…

Холод по-хозяйски ложился на плечи, но я не двигалась. И странно, тишина все-таки пришла… я смогла, наконец, закрыть глаза и не видеть всполохов фонарей в ночном воздухе, заполненном мерным шумом ливня, не слышать криков испуга и боли, пронзительного ржания лошадей, не чувствовать под ногами мостовой, на которой рассыпались светлые пряди волос моего мужа. На темном мокром камне они казались черными.

– Леди Навья? – голос у дверей. Глубокий-глубокий, волшебный голос. – Ваш сын испуган и подавлен.

Я взглянула через плечо.

Лорд Максимилиан, полномочный Посол Его Императорского Величества Сурана из Темной Империи. Ходит так, словно его и нет рядом. Опасный тип и красивый до безумия. Впрочем, как и все демоны. У них, похоже, это заложено в генокоде. А у этого поговаривают, вообще мать была сиреной.

Жаль, что я поддалась своей тоске и ливню именно тогда, когда он гостит в моем доме. Подруга Её Величества королевы Электры Великого Серебряного Лунара не должна представать в столь жалком виде перед возможным врагом или, быть может, союзником.

Он подошел ближе и протянул руку, молча предлагая помощь.

Красивая рука. Сильная. У моего мужа тоже были сильные руки, однако, надо признать, они не были столь же красивы.

Я медленно вложила в его пальцы свою ладонь, и мягким единым рывком меня подняли с пола.

– Прости, Лорд Максимилиан, – я вынула свою руку из его хватки, задержавшей меня несколько дольше, чем полагалось… – Я несколько загрустила.

Наша кожа рядом выглядела контрастом, как тьма и свет, словно яркий луч пересек на мгновение тьму.

Он медленно кивнул:

– Мальчик сказал мне, что в такую же ночь погиб ваш муж…

Я грустно усмехнулась:

– Дети так легко рассказывают секреты родителей.

Сапфирово-синие глаза отражали меня, как стекло, залитое ливнем:

– Он тоже тоскует. И видеть вашу боль ему не в радость, Леди Навья.

Я молча смотрела на него, а потом все же вырвалось. Словно против моей воли:

– Ты ведь не терял еще?

Это так естественно было говорить ему «ты».

Демон мигнул, и улыбнулся. Легко, так, словно это не он ответил мне:

– Терял. Но мы все кого-то рано или поздно теряем, Леди. Я потерял, но и приобрел. И если бы не эта потеря, возможно, меня сейчас не было бы здесь.

– А я вот мало, что приобрела, – горечь рвалась из меня, словно ручей, пробивший себе дорогу.

Он внимательно смотрел на меня:

– Разве это правда, Леди?

И Посол Темной Империи вышел прочь из комнаты. А я осталась, сжимая кулаки в бессильной ярости и горечи.

Максимилиан крутил в руках листок. Все-таки, странное место этот Серебряный Лунар. И жители его тоже. Как так получилось, что именно его в первый же год службы Императору отправили сюда Послом? Хилар, наверное, пошутил, но, похоже, все-таки больше некому. В конце концов, именно к границам его земель прилегают границы королевства.

Но демонессы здесь красивые, даже очень. Полусирена усмехнулся про себя. Знали бы эти красотки придворные, насколько молод Посол на самом деле. Та же Леди Навья. Повелитель Звезд замер, и лист в его руках завис над землей. Леди Навья… Эта демонесса… как и любой житель Лунара, её кожа была темная, словно ночная мгла, однако волосы в противовес обычным светлым или темным для лунарцев, были скорее тепло-каштановые, с рыжиной, из-за чего часто казалось, что её прическа отсвечивает медью и золотом. Эффект был потрясающим, да еще эти прозрачные темно-зеленые глаза. Прямо как у кошки.

Эта женщина стала в Серебряном Лунаре его гидом и его наставником, а также надзирающим. Она поселила его в своем доме. И она же решала множество политических вопросов чуть ли не на ходу. Королева Электра прислушивалась к её мнению.

Да и сам Максимилиан чувствовал притяжение и харизму этой женщины. А теперь он видел её и в уязвимости. Кто бы мог подумать, что именно её горечь и тоска так заденут его.

Демон прищурился, и зеленый лист сделал новый поворот в его пальцах. Что за женщина. Где-то внутри рождалась странная мелодия, которая искала своего выхода. Он должен научить её любить дождь. Прекрасный дождь. Эту влагу, даруемую небесами, цветом схожую с её глазами. Грусть этой женщины прекрасна, но теперь Посол Темной Империи хотел увидеть на её лице и искреннюю радость.

– Вы что-то задумали? – детский голос оторвал его от размышлений.

Рядом стоял, внимательно разглядывая демона, сын Леди Навьи.

– Привет, Масато, – улыбнулся полусирена. – Ты не против, если я попытаюсь развеселить твою маму?

Мальчик хмыкнул:

– Вы имеете в виду, соблазнить её?

– И это тоже, – легко согласился Максимилиан, разглядывая его.

Сын Навьи получил её необычные волосы, а вот черты его лица скорее всего были взяты от отца. Мальчику было уже 15 лет, что для Максимилиана делало его почти равным, ведь он сам в свои пятнадцать понял, как отомстит своему отцу, и ушел в Академию. Масато оценил это отношение сразу. До сих пор, до появления этого странного Посла, все относились к нему, как к неразумному ребенку, и никогда не слушали его мнения. С некоторых пор даже его мать начала принимать его рассуждения. И это Масато относил к заслугам гостя.

Он тщательно обдумал вопрос демона и медленно кивнул:

– Даже если у вас ничего не получится, это все равно будет к лучшему, – серьезно заметил он. – Хоть какая-то встряска и перемены в её жизни.

Повелитель Звезд мечтательно улыбнулся:

– Масато, я собираюсь научить твою мать любить дождь.

Я снова курила. В этот раз все было как-то не так. Дождь опять зарядил с самого утра, но почему-то его шум не был больше таким как прежде. Неужели этот мальчишка из Темной Империи так меня очаровал за эту пару недель, что блеск факелов и истеричное ржание лошади отступили? Да, именно их я больше не слышала в шуме небесной воды. Но тоска никуда не отступила, и я снова стою у окна. Курю сигарету за сигаретой и… страстно мечтаю о том, чтобы вошел синеглазый Посол с бледной кожей и обнял меня. Такое ощущение, что все подталкивали меня все это время к этому демону, и даже Масато одобрительно кивал, когда я улыбалась комплиментам Повелителя Звезд. Королева принимала нас вне зависимости от своего расписания и решала вопросы в два и три раза быстрее, чем обычно. Она шла на такие уступки, что я только диву давалась, а у нас с Его Светлостью получалось много свободного времени, которое он проводил в моем обществе, с искренним любопытством расспрашивая меня о нашем королевстве и прося показать все больше и больше различных мест.

Он… соблазнял меня?

Я затушила сигарету, и с удивлением обнаружила, что пальцы слегка подрагивают. Да что происходит со мной?

А в шуме дождя вдруг послышалось что-то… я замерла, теребя ткань светло зеленого платья. Неужели я снова услышу это?.. Нет, звук совсем другой, это не воспоминания, это реальность. Я медленно, фактически заставляя себя, подошла к окну и подняла руку к раме. Помедлила немного, а потом решительно толкнула, распахивая окно и впуская свежий холодный ветер вперемешку с брызгами дождя, грохотом молний и… песней.

Он стоял, запрокинув голову к небу, и вода стекала по его волосам, плечам, рубашке… насквозь мокрый, он улыбался серому небу, опрокинувшему на него поток воды и… пел…

Он был такой… живой. Такой…

Я не находила слов и могла только стоять, держась за распахнутую раму. Его песня. Я не слышала слов, но мелодия и его Голос вливались в меня и растекались по жилам.

Кажется, слухи говорили правду. Он действительно полусирена.

Внезапно, его глаза открылись, и темные синие провалы глаз взглянули на меня. И поглотили полностью… сирена…

Теперь дождь для меня навсегда будет полон этой песней и этими глазами… я не знаю, какой магией он это сделал, но я была только этому рада. Похоже, меня обыграли, как юную девицу на поле боя, которого я не знала до этого.

«Навья?»

Я отшатнулась от окна.

«Ваше Величество?»

Её образ трепетал в глубине комнаты. Как всегда прекрасна, как всегда эфемерна. Не демонесса – богиня. Её кожа чуть светлее моей, но облаченная в текучее серебро платья и оттененная такими же волнами серебра волос, она выглядела еще темнее.

«Ты увлеклась, Навья», – укоризненный шепот.

«Вы сами толкали меня в его объятья», – вскинула я бровь, демонстрируя недоумение.

«Но ты не должна была влюбляться, Навья», – она покачала головой. С юного точеного лица смотрели серебристые старые глаза. Бездонные пропасти. – «Ты лишь должна была забыть ужас дождя. И влюбить его в себя.»

Я вздохнула:

«Я женщина, моя королева. И этот мальчик… он разбудил меня. Он показал мне то, что я никогда не видела. Вы же помните, что сделал со мной мой муж и почему я убила этого ублюдка. Он отобрал мою силу и сделал меня игрушкой в своих играх.»

Она опустила голову:

«Прости, с ним я ошиблась. Я надеялась, что вы станете великой и могущественной парой. А в итоге мы потеряли обе силы.»

«Не потеряли», – покачала я головой. – «Если этот мальчик смог достучаться до моего сердца, то, возможно, он сможет освободить и печать… Я выпила этой печатью силу Юмино.»

Она вскинула голову, и золотистый камень над её переносицей зловеще сверкнул:

«Ты не говорила этого мне, Навья.»

«А зачем?» – пожала я плечами. – «Все равно эта сила была недоступна.»

«Тогда поступай, как считаешь нужным», – она пристально смотрела на меня. – «Если этот имперец станет дорог тебе, запомни, я сделаю все, чтобы ты его получила в конце концов. И если все выйдет так, как мы предполагаем, и он будет еще жив, то я подарю его тебе.»

Я медленно кивнула:

«Я запомню, Ваше Величество.»

Её образ медленно таял и сливался с тенями в комнате, пока не исчез совсем. Все-таки она не оставила своих планов. Рано или поздно война с Темной Империей неизбежна. Что ж… я снова обернулась к окну. Мелодия уже не звучала, да и демона больше не было в поле зрения, однако это уже было не важно. Шепот дождя был ласков и больше не нес горечи.

Благоухающие розы. Розы, розы, розы… везде и всюду. Это запах его обволакивал, забивал чувствительные рецепторы обоняния. Заползал под воротник мундира и душил своими мягкими невидимыми лапами.

Как же хотелось сбежать отсюда… на свежий воздух, к просторному темному небу… Вдохнуть полной грудью и упасть в мягкую траву, которая темнеет ковром под ногами.

– Милорду душно? – мелодичный голос. – Вы уже почти порвали свой воротник.

Он опустил руку, пристыженный.

– Не переживайте, Лорд, – её темно-зеленые глаза смотрят куда-то мимо него, вдаль. Сквозь кусты этих проклятых роз. – Я тоже не люблю запах роз. Тем более, перед грозой.

– Будет гроза? – он все-таки расстегнул воротник мундира.

– Скоро… – легкой, почти незаметный наклон головы. – Лорд?

– Да, моя Леди? – голова была тяжелой. Ещё чуть-чуть, и он просто сбежит отсюда.

– Не хотите сбежать из этого сада?

– Что? – он повернул голову.

Её пальцы в белых перчатках касались рукава его мундира только кончиками, как должно в этом матриархальном Серебряном Лунаре.

– Нас не хватятся. Когда начнется гроза, все подумают, что мы укрылись в одной из беседок, пережидая дождь.

Он заинтересовался. Даже этот тяжелый запах немного отступил. Она говорила все тем же немного отстраненным голосом. Высокая идеальная прическа. Строгое платье, подчеркивающее её великолепную фигуру. И только где-то в глубине её глаз что-то сверкнуло маленькой молнией. Возможно, ему просто показалось.

Максимилиан прищурился. Неужели…

– Леди Навья, не скажется ли это на вашей репутации отрицательно? – он давал ей шанс отступить.

И снова этот отстраненный голос:

– Или репутация, или я задохнусь от этого душного запаха. Я выбираю жизнь. Разве вы в Темной Империи поступаете не так же?

И впервые прямо взглянула ему в глаза.

Он широко улыбнулся, кажется, она отказалась от своей дождливой тоски:

– Я знаю неподалеку великолепную поляну. Там мягкая трава. Чистый ручей. Развесистые ветви деревьев, которые спасут ваше платье от дождя… и там замечательный кусочек неба, если лежать на спине и смотреть вверх… И никаких роз.

Она рассмеялась:

– О Тьма Изначальная! Мне еще никто не делал в такой лиричной манере такое неприличное и недолжное Леди предложение.

Он улыбнулся одними уголками губ, ожидая ответа.

Где-то вдалеке загрохотал первый гром.

Она протянула ему руку:

– Бежим скорее, Лорд. Дождь хлынет через минуту.

Он поцеловал белую женскую перчатку в своей руке и решительно бросил её в огонь камина. Та гроза станет одним из самых приятных воспоминаний пребывания в Лунаре, однако…

Он выпрямился и вышел, плотно прикрыв за собой дверь. Нельзя забывать, что эта прекрасная женщина очень опасный противник. И сегодня он покидает её. Он собрал всю нужную ему и Империи информацию. Пора было возвращаться домой.

– Вы уезжаете? – голос Масато остановил его в дверях.

Повелитель Звезд обернулся:

– Да, парень.

– Жаль, – тихо откликнулся юный демон.

Максимилиан подошел к нему и положил ему на плечо руку:

– Масато, можно мы с тобой заключим новое соглашение?

Тот вскинул голову:

– Что за соглашение?

– Если когда-нибудь я появлюсь здесь еще раз – ты должен будешь убить меня.

Мальчик, нет уже юноша, медленно выпрямился, глядя ему в глаза. И все так же медленно-медленно кивнул:

– Я… я понимаю. И… обещаю.

– Вот и хорошо, – демон светло улыбнулся. – Ну, что будем надеяться, что ты больше меня не увидишь?

– Спасибо, – Масато прошептал это уже закрывшейся за имперцем двери.

А над их домом во всю бушевала гроза и грохотали молнии. И где-то в её центре кружилась сейчас его мать. И улыбалась. Нет – смеялась.

Я провожала его грозой до самой границы наших владений. И пообещала ему, хотя он был там, далеко у земли, что моему сыну не придется исполнять свое обещание. Навья, Повелительница Молний, не забывает долгов. И уж тем более не забывает тех, кто открыл ей сердце.

Жаль только, что я не смогу поцеловать его на прощание.

Прощай, любимый.

История вторая

Танец с феями

1

Ночной обход завершился. Шаги сержанта и офицеров удалялись, пока стали совсем неслышны. Флейм лежал на спине и улыбался темноте, царящей в казарме: отец был бы доволен им. Найти этот отряд наемников и сделать так, чтобы его не просто приняли, а фактически затащили в ряды его воинов – это дорогого стоит. Теперь нужно набраться терпения и ждать.

Правда, еще придется себя сдерживать. Никто не должен знать, на что действительно способен новичок. До поры до времени. Особенно те, кто может погибнуть из-за реализации планов Темной Империи. Но это не представляло особой трудности. Выучка у Сумрака, советы отца, а главное, выучка прошлой жизни – Тамира. Флейм был разведчиком, и это было его главное преимущество в чужой стране.

Демон сладко потянулся, перевернулся на бок и задремал. Завтра предстоял интересный день – испытания его нового образа и его легенды.

Масато задумчиво смотрел в окно, выходящее во двор, где тренировались солдаты. Громовые раскаты голоса наставника доносились даже сюда в комнату. Князь молча наблюдал за ним. Единственный сын Первой Леди Серебряного Лунара был молод, но это не обманывало наемника. Он был наслышан о юном придворном, который зарекомендовал себя, как безжалостный хищник. Все, кто вставал у него на пути умирали, если им повезло. Если нет, то они завидовали участи мертвых.

– Я не очень-то жажду подставлять своих воинов под магические заклятия, – заметил, наконец, князь.

– Это и не потребуется, – ровно отозвался Масато. – Войска королевы займутся этим, а вы нужны именно для сражений с обычными солдатами. Может, вас не устраивает плата?

– Нет, плата щедрая, – поднялся князь. – И я думаю, что мы договоримся. Я наслышан о вас и вашем слове. Можно поинтересоваться, что вас так заинтересовало за моим окном?

– Кто этот красавчик?

Димитрий встал рядом и посмотрел на плац. Там, напротив наставника, согнувшись в боевой стойке, стоял юноша, больше смахивающий на аристократа, только что покинувшего свои покои с бархатными подушками. Он пожал плечами:

– Один из солдат. У меня весьма разношерстная армия. Мало ли, кто попадается.

Юный герцог покачал головой:

– Красив до неприличия. И явно издалека. С такой светлой кожей наше солнце, наверное, кажется ему обжигающим.

Он отвернулся от окна:

– Так мы договорились?

– Аванс вперёд, – заметил князь.

– Естественно, – едва заметная улыбка скользнула по губам юноши. – Осталось только обговорить его размеры.

Флейм благодарно кивнул пожилой поварихе, которая с улыбкой наложила ему целую тарелку мясного рагу и выдала приличный ломоть хлеба. Почему-то на таких, как она, юноша производил благоприятное впечатление. Наверное, это еще благодаря его светлой коже и иноземному происхождению.

– Ах, сынок, ты слышал, кажется, князь скоро объявит, что вы отправляетесь на войну.

На кухне кроме еды можно было получить самые свежее сплетни.

– Кто-то нас нанял? – он постарался сделать самый заинтересованный вид, хотя прекрасно знал, кто нанял отряд князя. Иначе он не был бы здесь.

– Говорят, – женщина наклонилась к нему, обдав пряным запахом выпечки. – Что сегодня утром прибыл сын Первой Леди. Одна служанка сказала, что это точно он…

– Она, что знает его лично? – юноша не сдержал усмешки.

Повариха закивала головой:

– В том-то и дело, она в свое время служила в одном богатом доме, пока её не выкинули за то, что она чересчур любила подслушивать господские разговоры. Так вот, пару раз Первая Леди с сыном наведывалась к её хозяевам, как гостья.

Флейм медленно кивнул и почти беззаботно заметил:

– Ну, герцог так герцог, какая в конце концов разница. Главное, чтоб платили хорошо.

– Думаю, плата вам понравится, молодой человек.

Флейм повернул голову в сторону постороннего голоса и нахально уставился на его обладателя:

– Я вас не знаю. Но мне кажется, вы не старше меня.

– О, думаю, вы правы, и я немного погорячился с обращением, – гость сел напротив юноши и обратился к кухарке. – Милая женщина, не угостите ли вы меня тем же, чем и этого воина. Уж больно аппетитно выглядит.

Он был похож на огромную кошку. Черную хищницу лесов. Гладкие серебряные волосы были заплетены в тугую косу, украшенную вплетенными золотистыми нитями. Чуть раскосые зеленые глаза смотрели с любопытством с темного лица истинного лунарца. Одет он был богато, но со вкусом и как пристало воину, а не щёголю.

– Почему ты так на меня смотришь? – с едва заметной иронией поинтересовался он.

Флейм пожал плечами и заявил:

– Почему нет, не часто увидишь так близко высшего аристократа Серебряного Лунара. Да еще сына Первой Леди, Повелительницы Гроз и Молний.

Он поперхнулся и потрясенно уставился на солдата. Повариха замерла, с испугом схватившись за тарелки. Демон улыбнулся и вцепился зубами в кусок мяса, который никак не мог прожевать.

Масато тихо рассмеялся:

– Ты необычный солдат. Случайно, не Темная Империя – твоя родина?

Сын Повелителя Иллюзий пожал плечами:

– Об этом нетрудно догадаться.

– Что же ты забыл в войсках наемников, так далеко от дома?

Флейм усмехнулся:

– Герцог, вы не понимаете, что творится на моей родине? Моя семья была слишком слабой, так что когда на нас напали наши соседи, я до сих пор не понимаю, каким образом смог удрать. Меня дома никто не ждет, потому что нет самого дома в принципе. У вас в Серебряном Лунаре намного спокойнее. А в Империи постоянно какие-то войны.

– Да, – задумчиво протянул Масато. – Я наслышан о том, что творится в Империи. И неприятно удивлен некоторыми фактами. Как тебя зовут, солдат?

– Флейм, – демон чувствовал, что судьба широко и ясно улыбается ему.

– Не хочешь перейти ко мне в адъютанты?

Юноша посмотрел на лунарца с нескрываемой иронией:

– А заодно и любовником в твою постель? Ты ведь совершенно не в курсе моих успехов и способностей, – демон решил, что здесь уместно перейти на «ты».

Собеседник с удовольствием прищурился:

– Ну, если бы у меня были такие предпочтения, я бы назвал тебя проницательным, однако не угадал. Прежде чем прийти сюда, я навел кое-какие справки у твоих командиров. Ты заинтересовал меня.

– Нет, – Флейм отставил тарелку, – Я не согласен. Прошу прощения, но мне пора покинуть ваше общество – муштра ждет, – он поднялся. – Хотя предложение выглядит заманчивым.

– Ты подумаешь над ним? – его голос догнал демона у входа.

– Это я могу обещать, – обернулся тот. – Хотя меня мучают очень большие сомнения…

– Все демоны такие недоверчивые? – протянул он.

Флейм пожал плечами:

– Все, – он вышел.

Неужели все будет так просто? Или его проверяют?

Вспышка босой пятки на сером камне. Хлесткое крыло волос, не поспевающих за хозяйкой, на которых чудом задержалась оранжевая заколка – цветок. Темно-оранжевая юбка, бьющаяся о голые коленки, и падающие позади оборванные пуговицы.

– Эй, чего это с ней?

– А-а, психованная какая-то…

– Парни, а это не девица семьи?..

– Какая?

– Девушка-а! Куда так торопишься? У тебя платье порвалось! Девушка!

– Ой, и сумасшедшая теперь молодежь пошла. Куда торопятся…

– Может, случилось у неё чего? Вид больно дикий…

– А что у них может случиться?

Девушка бежала так, как никогда не бегала в жизни, не чувствуя камня мостовой под ногами. Солнце уже начинало наливаться краснотой, но лето было жарким, и вечер наступал поздно, поэтому грелись бабульки на скамеечках; молодежь пристраивалась на ступеньках храмов или, если деньги в карманах водились, искала уютные местечки.

Девушка бежала мимо.

Слетел оранжевый цветок заколки с волос, где держался только за счет того, что зацепился за вьющиеся пряди. Она упала где-то позади и девушка даже не услышала удара о камни.

Странно, но она все же обратила внимание на то, что впереди дорога оказалась разобранной, не снижая скорости, пробежала по краю, минуя щебенку.

Её провожали взглядами. Её узнавали. Как не узнать, если живет неподалеку с самого детства.

Она бежала мимо.

Птицей взлетела по ступенькам знакомого дома. Первый этаж, второй, выше и выше и дыхание не сбивается ни на долю секунды. Она дышит так же сосредоточенно, как и бежит. Босые ноги едва успевают касаться ступеньки, как перелетают на следующую.

Дверь, и уже в последнем рывке тянется рука, и пальцы прикасаются к ручке. И замирают, крепко сжав полированное дерево.

Дверь распахивается, и смутно видно чье-то знакомое лицо.

– Кира? Кира! Что случилось?!

Теперь можно. Теперь все кончено. Она добежала.

Рука отпускает ручку, и девушка медленно сползает прямо на голый пол. Крупная дрожь сотрясает тело, и, обняв себя за плечи, она начинает плакать. Плакать навзрыд, до истерики. Потому что теперь можно.

И чьи-то сильные руки, знакомые, родные, поднимают её. Кто-то насильно сует её чашку с водой, и зубы стучат о край фарфора. Она проливает половину на изодранное почти в клочья платье.

Больше не надо бежать. Бег окончен.

– Рассказывай, – он поставил перед ней еще чашку с горячим дымящимся напитком.

– Они пришли три часа назад, – глухо ответила девушка. – Как ты и предупреждал. Мать зря смеялась. Их не впечатлили ни её награды, ни её привилегии. Они сказали, что все это упразднено по приказу королевы Электры. Отец бросился на них, когда они начали заламывать ей руки. Представляешь? Бросился на гвардейцев королевы.

Она низко опустила голову.

– Он остался там. Лежать на полу. Кажется, эта сука-капитан проломила ему череп. Я ничего не могла сделать. Ничего.

Сильные руки обняли её за плечи и прижали к широкой груди.

– Я что-нибудь придумаю, любимая. Обязательно придумаю.

Он сидел в каком-то неприметном трактире, в который зашел нечаянно, только потому, что проходил мимо, а делать было в принципе нечего. Флейма, как и многих новобранцев, отпустили на первые увольнительные, так что многие рванули во все тяжкие, а вот демону хотелось просто побродить по городу, посмотреть. Потому что отдых заканчивался. И скоро начнется самое веселье. Он никому так и не рассказал о том, что их отряд нанят. Солдатам еще только предстоит узнать, что сразу после их возвращения в казармы им придется отправиться на задание.

И вдруг хлопок по плечу.

– Привет.

Потрясенный, он едва сдержался, чтобы не подскочить. Кто-то смог подойти к нему так, что Флейм не услышал. Это просто невозможно, это…

Этаким вдумчивым взглядом зеленых глаз на имперца смотрел герцог Масато.

– Прохожу мимо, думаю, дай зайду, перекушу чуть-чуть. А тут ты сидишь, – он обезоруживающе улыбнулся.

Сейчас он не выглядел аристократом, одетый в довольно простую серую рубашку и штаны, больше подходящие простому наемнику, чем герцогу.

– Ты не против, если я к тебе присоединюсь?

Флейм вздохнул:

– Что вы здесь делаете, Ваша Светлость? Да еще в таком виде?

В ответ он получил лукавую улыбку:

– Вот не поверишь, у меня было свидание с ослепительной красавицей.

– Это объясняет ваш вид, – неодобрительно отозвался демон, гладя, как лунарец садится напротив него. – Но не объясняет, что вы делаете здесь.

Масато улыбнулся:

– Давай, пока на «ты», хорошо? А то меня мои титулы и так всю жизнь преследуют. Да и странно это выглядит, не находишь, что два наемника на увольнительной друг друга титулами высшей аристократии величают.

Флейм фыркнул:

– Ты отлично умеешь уходит от прямого ответа.

Его собеседник вскинул брови:

– Воспитание обязывает, не находишь? – и весело подмигнул подошедшей служанке. – Милая, у вас есть кусок хорошо прожаренного мяса? Я голоден, как целое войско.

Она хихикнула:

– Такой молодой, тебе положено много и хорошо кушать. Что-то еще кроме мяса?

Флейм наблюдал за тем, как герцог делает заказ, и невольно ему в голову пришла мысль. Что он уже видел такую же вот харизму и мгновенное очарование… Удивительно, но герцог Молний напоминал ему Лорда Звезд Максимилиана.

– Итак? – Масато повернулся к собеседнику и уставился на него цепким взглядом. – Ты обдумал мое предложение?

– Оно все еще кажется мне странным, – ответил Флейм.

Тот тяжело вздохнул:

– Ну хорошо, а если я озвучу другие причины моего предложения?

– Попробуйте, – сын Повелителя Иллюзий заинтересовался.

Герцог вздохнул, оперся локтями на грубую столешницу, усеянную какими-то странными темными пятнами:

– Знаешь, на самом деле ты напомнил мне одного демона из вашей Империи… вы похожи не внешне, отнюдь, скорее каким-то качеством или чертой. Я сам понять пока не могу. А может, просто огонь, который я вижу в глубине твоих глаз, такой же, как у него. И если тогда я немногое мог, то в этот раз я не хочу упускать свой шанс на что-то, что мне еще не ведомо… Ты словно какая-то возможность, которую упускать совершенно нельзя.

Флейм молча смотрел на лунарца. Такого он никак не ожидал. Мальчик-то живой. Мало того, у него есть зачатки какого-то дара. В этот момент служанка принесла целый поднос с верхом заваленным снедью и выпивкой. И, кажется, немного обиделась, что на неё никто не обратил внимания. Покачивая крутыми бедрами, она отошла. Только после этого Флейм тяжело вздохнул:

– У тебя много свободного времени сегодня?

– Есть немного, – несколько удивленно отозвался тот.

– Тогда мы сейчас пообедаем, потом пойдем прогуляемся, и в конце прогулки я дам тебе свой ответ.

Зеленые глаза просветлели:

– Ловлю на слове! А куда пойдем?

– Вообще-то, это я здесь чужак, – вскинул бровь демон.

– Тогда… – задумался он.

На фоне оконного светлого проема темная фигура с гитарой в руках, и хриплый голос выводит:

Если завтра война,

И сегодня она наступила,

И когда подошла боевая пора –

Запеваем мы с новою силой:

На земле, в небесах

Наш напев и могуч и суров:

Подымайся, серебряный кот,

Собирайся в поход!

Разгромим обнаглевших врагов.

От орды мы себя защитим, –

Мы готовились к бою недаром, –

И на вражьей земле мы врага разгромим

Беспощадным, могучим ударом!

… военную походную боевых котов. Коты суровые, по-звериному сильные существа, похожие на имперских бесов по своему положению в обществе. Только они всегда воины. И всегда кому-нибудь служат. Вот уж действительно, служения войне завидней доли нет. Певец стройный, подтянутый, очень гибкий, похожий на кота, вставшего на задние лапы и странным образом приобретшим черты лунарца. Из одежды только штаны из плотной ткани, а обнаженный торс покрывает темно-рыжая гладкая шерсть в пятнах. Флейму нестерпимо хотелось её коснуться, попробовать на ощупь. Но он не решался. Кота это явно могло обидеть, а боевых котов Лунара обижать – это сродни самоубийству, причем в довольно жестокой форме. Глядя на него, в это веришь, а хриплый голос выводит новую песню. Такую же хриплую и такую же жесткую.

У демона мелькнула мысль сожаления, что отец не видит это необычное существо. Уж он бы, наверное, не постеснялся ощупать кота. И тот вряд ли смог как-то воспротивиться. Остудить научный интерес Повелителя Иллюзий можно было только – удовлетворив его полностью.

А потом звонко соприкасаются горлышки бутылок пива и тост: «За нашу удачу, за их поражение!» И он снова берется за гитару – кошачий певец. И все трое пьют пиво и говорят о чем-то, а за окном город становится все тише и тише.

Пока не кончится пиво, пока не кончатся кошачьи песни, пока не наступит утро…

– Пока, – он сонно зевает и недовольно щурится на утреннее солнце. Темное создание, в хорошем смысле этого слова.

А Флейм выходит на улицу вслед за Масато и испытывает легкое чувство сожаления, что не умеет петь. Иногда так хочется спеть самому свои песни. Через час он должен стоять перед воротами казарм, чтобы его не сочли дезертиром.

– Ну, как тебе прогулка? – лунарский герцог сощурил свои зеленые глаза, так похожие на глаза кота, чей дом они покинули только что.

Флейм вздохнул и понял, что дальше тянуть больше нельзя:

– Я согласен.

2

ууууууооооооуууууу

волчьи голоса,

задранная морда

к самым небесам,

за тучами луна.

ууууууооооооуууууу

желтые глаза,

сломано крыло,

черное крыло.

ууууууооооооуууууу

глотку рву не песней,

плачем беспрерывным.

ууууууооооооуууууу

Я поморщился и закрыл окно. Все-таки, криниты очень странные. И песни у них еще более странные. Точнее, те завывания, что они называли песнями. Судя по всему, именно этот опус был призван показать одиночество и тоску певца. А, учитывая, что он уже вторые сутки надрывается именно под моими окнами, я делал вывод, что парень очень сильно хочет умереть.

– Надо же, – голос за спиной был с оттенком зависти. – А я не верил. Вам действительно посвящают серенады. Казалось бы, вас тут ненавидит каждый, кто обладает хотя бы проблеском сознания.

– Я что-то не заметил у поющего сие произведение этот самый проблеск, – холодно отозвался я и внезапно замер. – Серенада?..

Мой гость тихо фыркнул, явно наслаждаясь замешательством, которое я не смог скрыть.

– Лорд Янус, только не говорите мне, что вы этого не знали, – он явно развлекался. – Ну надо же, великий ум Темной Империи, лучший аналитик, Его Проницательность, и не понял такой простой вещи. Неужели верны слухи о том, что вы просто не понимаете такого чувства, как любовь, в принципе? Именно поэтому вы так заинтересовали Императора Рубина.

Я тяжело посмотрел на Лорда Диаманта. Этот демон занял место Лорда Горечи, бывшей правой руки Рубина, который погиб из-за меня, в тот момент, когда я послал его в комнату, где раненая Изначальная изнывала от жажды крови, чтобы восстановить свои силы. Диамант был прекрасно осведомлен о судьбе своего предшественника. Рубин рассказал ему в тот день, когда проводил первый инструктаж.

Так что новый герцог прекрасно знал, как я обхожусь с окружающими. Но почему-то этот кринит предпочитал держать меня в поле своего зрения. Не могу сказать, что не понимал этого. Врагов лучше держать очень близко, и это правильно, однако в отличие от Горечи, который сохранял дистанцию и обычно демонстрировал скорее снисхождение по поводу моего присутствия, Диамант постоянно старался вызвать меня на разговоры и какие-то обсуждения. И… надо отметить иногда он появлялся очень вовремя во время личных аудиенций у Рубина, что не раз выручало… Я задумался… наверное, все-таки Рубина, потому что однажды я мог просто не сдержаться. И криниты могли лишиться своего Императора. Рубина развлекала эта ситуация, мне же было не до шуток, так как на последней аудиенции мой Император предупредил, что если умрет Рубин, то его пост над Крином придется принять мне. Так, что пришлось усилить контроль над своими эмоциями, как в свое время я принял меры по разработке иммунной системы борьбы с влиянием Голоса сирен и инкубов. Все-таки хорошо быть ученым.

За окном все так же протяжно завывал «поклонник».

Я вздохнул и увидел разочарование на лице Диаманта. Похоже, этот кринит все же надеялся вывести меня из себя хоть чем-то.

– Ваша шутка? – кивнул я в сторону окна. – Мальчик не боится, что я его убью?

Он лениво улыбнулся, уютно устроившись в моем любимом кресле:

– Честно говоря, его чувства, как это ни удивительно – искренние и настоящие, я лишь подсказал ему способ признания в любви.

– Понятно, – я покачал головой. – Лорд Диамант, вас в детстве часто били за дурацкие шутки?

– Ни разу не попадался, – ослепительно улыбнулся он.

Честное слово, иногда криниты напоминали мне детей, которые так и не выросли. Почти все они были значительно старше моего поколения, они помнили старую Темную Империю и правление матери Императрицы Юрии. Они пережили жуткую бойню на своих землях, захваченных и зараженных Изначальными. Оказались захваченными Темной Империей. Их собственный Император фактически предал свою страну, сначала позволив Изначальной заразить большую часть своих подданных, а потом, во время войны, став перебежчиком… Однако при всем этом, эти демоны часто вели себя, как великовозрастный детский сад. Такая идиотская шутка не пришла бы в голову даже Каине.

Я повернулся к окну, прислушался еще раз к завыванию и пожал плечами:

– Не понимаю.

– Чего? – Диамант наблюдал за мной с любопытством.

– Где здесь признание в любви. Он явно ассоциирует себя с этим самым волком, который тоскует, откуда тогда черное сломанное крыло? И желтые глаза? У меня, вроде, голубые.

Правая рука Рубина расхохотался:

– Кажется, я начинаю понимать, что Его Величество нашел в вас, Лорд Янус. Вы совершенно не разбираетесь в символике нашей поэзии. Неужели Темная Империя столь многое забыла? Желтые глаза у вашего поклонника. И он из клана Волка. Его семья полностью погибла, почти все были заражены, он весь клан сжег собственными руками, а ведь был младшим. Теперь он глава клана, точнее тех жалких десяти демонов, которые выжили из более тысячи его родичей. Но это отступление, чтобы вы поняли, насколько серьезно настроен этот мальчик.

Я медленно кивнул:

– А черные сломанные крылья?

Он улыбнулся:

– Вы знаете, что многие вас сравнивают с птицей на плече Императора? Нахохлившимся сердитым вороном?

Я потер подбородок. Интересно.

– Сломанное?

Диамант явно ждал этого вопроса, готовя ответ с наслаждением шеф-повара, который подготовил лучший десерт в своей жизни:

– Он хочет вас изнасиловать, искалечить и навеки сделать своей игрушкой.

Я покачал головой:

– Пылкий юноша. Если бы он был женщиной, я бы еще подумал над столь соблазнительным предложением.

Демон улыбнулся:

– Неужели? Я могу подсказать эту мысль нескольким вашим поклонницам.

Я задумчиво смотрел на этого древнего красавца, чувствуя странное желание взять его за воротник, вытащить из своего кресла и выбросить в окно. Все-таки, как легко было сражаться в Изначальном мире. Я хочу обратно к Нидо.

Дверь в комнату бесшумно открылась, и на пороге без каких-либо предупреждений нам явился Император Рубин.

– Лорд Янус, Лорд Диамант, я искал вас.

Диамант стремительным движением оказался на ногах и склонился в поклоне:

– Вы могли только отдать приказ, мы тотчас же явились бы на ваш зов, Ваше Величество.

– Я в курсе, – лениво отмахнулся Император, пересек разделяющее нас расстояние в несколько шагов, и опустился в кресло. – Мне нужно было размяться.

Я едва сдержал нервную дрожь. Похоже, мне придется сменить привязанность по отношению именно к этому предмету мебели.

– Тем более, – Рубин явно прислушался к вою за окном, – мне говорили, что здесь можно услышать образчики высшей поэзии.

Я впервые чуть не потерял свою маску, чувствуя безмерное удивление: вот ЭТО – образчик высшей поэзии?!

Кринит одарил меня внимательным взглядом:

– Похоже, Лорд Иллюзий не оценил высокую духовность и символизм посвященной ему серенады. Но в принципе, я прекрасно понимаю, учитывая Лорда Звезд, который способен без слов, одной мелодией своего голоса доставлять немыслимое удовольствие…

– Зависть – очень некрасивое чувство для демона вашего ранга, – бесстрастно заметил я. – Что случилось, вы ведь не поэзию сюда пришли изучать?

– Посол от народа Фей прибывает через три часа, – алые глаза блеснули багровыми искрами.

Диамант почти напружинился, услышав новость.

Но ни он, ни я не сказали ни слова, ожидая окончания.

– Вы двое и я. Никакой другой охраны, – тихо сказал Рубин. – Это их требование. И если они заподозрят подвох, они тут же исчезнут.

– Тогда стоит подготовиться, – заметил Диамант.

Рубин лишь кивнул.

Смертные думают, что феи – это такие мелкие создания с крылышками, которые порхают над цветами, собирая нектар, и кружат в хороводах в ночи, наполненной волшебством. Никогда не понимал, откуда взялась такая красивая сказка. Но рано или поздно разберусь. Ладно бы, она гуляла в одном каком-то конкретном мире, тогда еще можно было бы списать на явную шутку кого-то из самих фей, но такая история бродила повсеместно. Были, правда, и более старые легенды, в которых мелькал намек на правду, но они с каждым прожитым веком смертных погружались в их прошлое, теряясь в памяти, выцветая, словно рисунок на ткани, и постепенно оставляя после себя заплату из вот этой милой и красивой истории с крылатыми крошками.

Нет, конечно, феи имели крылья, и они действительно походили на крылья насекомых, с которыми их сравнивали. Эти крылья могли разворачиваться на длину до двух-трех метров, удерживая своего хозяина в воздухе. Радужные, переливчатые, похожие на слюду, которую положили на куски разноцветной ткани, эти крылья способны были выдержать удар, который пробил бы мое тело насквозь, и еще неизвестно, смог бы я после этого выжить.

В их наземном состоянии крылья складывались наподобие плаща, который окутывал всю фигуру мерцающим пологом, никакой одежды не надо. В принципе, феи тоже так считали, так что чаще всего не понимали нашего стремления облачаться в ненужные, по их мнению, куски ткани, которые только мешают.

Вторая составляющая легенды об их миниатюрности тоже имела свои основания, только я бы не сказал, что размером они были с жука. Самый высокий едва-едва дотягивал до моего плеча свой вихрастой макушкой.

К сожалению, я еще ни разу не имел возможности исследовать ни одной феи на моем операционном столе, но по записям, которые изучал в родовой библиотеки, мог сделать вывод, что, скорее всего, у них полые кости, чтобы уменьшить вес при полете.

Угловатые, какие-то почти ломкие фигуры фей, худые до безобразия, мало у кого могли вызвать желание, но почему-то смертные чаще всего описывали их созданиями неземной красоты. Я же назвал бы их… страшненькими. Слишком большие и слишком раскосые глаза на узких лицах с вертикальными зрачками, словно у кошек. Тонкие губы, не скрывающие впечатляющий набор острых, цвета слоновой кости, зубов. Я не был уверен, но вполне возможно, что они их специально стачивали до острых треугольников. Кожа с зеленоватым оттенком, длинные руки, оканчивающиеся гибкими кистями с четырьмя пальцами. Вместо ногтей когти.

Интерес также вызывали их прически. Редко можно было встретить фею с длинными волосами, максимум до плеч, ну или, на худой конец, до района, где начиналось основание крыльев. Я не знаю, были эти цвета естественными, но волосы фей всегда представляли из себя разноцветный фейерверк. Волосы могли стоять дыбом, могли быть заплетены в тысячи мелких косичек, могли быть закреплены в длинные иглы, которые топорщились в разные стороны, или это были другие безумные вариации, могущие прийти в голову той или иной фее. Очень странное зрелище представляла из себя одна фея, а уж когда их десяток…

Те же сирены, вызывающие одним своим видом неконтролируемое желание схватить и погрузиться в сладострастную негу, были намного более интригующие и привлекательные. Или нагайны, чья змеиная красота завораживала и притягивала тебя как добычу. Не говоря уж об инкубах, при виде которых у многих возникало желание встать на колени и преклоняться одному факту их существования.

Феи никогда не питались нектаром цветов. Они вообще не понимали этой тяги к поеданию травы. Эти создания были хищниками, и основой их рациона всегда было мясо, желательно еще трепещущее в предсмертных конвульсиях.

А еще у фей не было имен. Возможно, они как-то и называли друг друга между собой, но никто ничего об этом не знал.

И в силу всех этих фактов меня безумно интересовал вопрос о сказке смертных про милых крылатых созданий, которые любят цветочный нектар и молоко с печеньем.

– Лорд Янус? – глаза цвета весенней молодой листвы смотрели на меня почти с гастрономическим интересом. Казалось, даже зрачок пульсирует. – О чем вы так задумались? Вы смотрите на нас слишком странно даже для демона.

Рубин рядом усмехнулся:

– Простите его, Поднебесный. Лорд Янус у нас ученый. Я подозреваю, что мысленно он уже разобрал вас на составляющие, пытаясь разобраться, что и как устроено в ваших телах.

Теперь на меня были обращены все десять пар этих раскосых огромных глаз. И во всех зарождался определенный интерес.

Тот, первый задавший вопрос зеленоглазый улыбнулся, слегка приоткрывая губы, чтобы продемонстрировать мелькнувшие влажным блеском острые кончики зубов:

– Мы тоже никогда не видели демона… разобранным на составляющие.

Я покачал головой:

– Вряд ли мое мясо вам придется по вкусу.

– Вы так в этом уверены, Лорд Янус?

Я пожал плечами:

– Конечно, нет. Мой повар утверждает, что из любого создания можно сделать превосходное блюдо, которое можно употребить со всем возможным удовольствием.

– У вас хороший повар, – удивленно кивнул фея. – Тогда почему вы утверждаете, что ваше мясо не придется нам по вкусу?

– Потому что для начала вам нужно попытаться убить меня, – спокойно отозвался я. – А это не так-то просто. И где уверенность, что вы получите именно мое тело, а не иллюзию такого?

Интерес фей ко мне явно возрастал. Они даже развернулись в мою сторону, ловя каждое слово нашего диалога с зеленоглазым.

– Ах да, вас представили, как Повелителя Иллюзий, – кивнул он. – Вы мне нравитесь, демон Янус.

– В каком смысле? – я вопросительно вздернул бровь.

Он широко улыбнулся, уже без угрозы, явно веселясь:

– Если бы я не знал, что это невозможно, я бы сказал, что в ваших жилах течет капля крови моего народа.

Я задумался, просчитывая подобную ситуацию, и неопределенно хмыкнул, от моей матери всего можно было ожидать – если она добыла каплю крови прямого потомка Первого Танцора, то почему не могла раздобыть кровь феи?

Видимо, зеленоглазый что-то уловил в глубине моих глаз. Вертикальные зрачки расширились, несмотря на яркий солнечный свет, заливающий двор Императорского дворца.

– Я бы хотел познакомиться с вами поближе, Лорд Янус, – тихо заметил он, его крылья-плащ с легким шелестом сомкнулись еще плотнее, словно защищая своего хозяина.

Я кивнул, имитируя поклон:

– Надеюсь, нам представится такая возможность, Поднебесный.

Встреча состоялась на дворе, под открытым небом, потому что феи наотрез отказывались заходить в любые помещения. Для того, чтобы заманить их под любую крышу, нужно было предоставить достаточно веские основания. Как они жили в естественных для себя условиях, Янус не представлял. До сих пор любой, кто смог достигнуть земель обитания фей, обратно не вернулся.

Когда обмен любезностями был завершен, и частично было удовлетворено любопытство фей по поводу Повелителя Иллюзий, Рубин смог перейти к сути вопроса.

Вперед выступил относительно юно выглядящий фея, кутающийся, как и его сородичи, в радужные крылья. Его глаза, в отличие от всевозможных ярких оттенков радужек других фей, были непроницаемо черные, так что даже зрачок растворился в этой тьме.

– Ты напомнил мне о моем долге перед тобой, демон Рубин, – тихо заговорил фея. – Поэтому я пришел. Это только мой долг, ты должен помнить. Все остальные, кто пришел со мной – пришли из праздного интереса. Я не советовал бы рассчитывать на их помощь.

Рубин медленно кивнул:

– Я помню и понимаю. Ты изменился.

Едва заметное шевеление крыльев, словно он пожал плечами:

– Я всего лишь лишился изрядной доли беззаботности. Много времени прошло с тех пор. Чего ты хочешь, демон Рубин?

Тот вздохнул и оглянулся на Януса, который задумчиво разглядывал должника.

– Ты слышал о том, что произошло в моей Империи за последние два года?

Фея по-птичьи наклонил голову набок:

– Это одна из причин, почему я решил прийти на твой зов. Я хотел понять, как ты выжил. Твоя женщина должна была уничтожить тут все и всех. Я предупреждал тебя еще тогда.

– Я помню, – кивнул Рубин и коснулся полоски на шее. – Я заплатил дорогую цену, чтобы спасти остатки своей Империи.

Фея молча кивнул, равнодушно разглядывая демона, стоящего перед ним:

– Так чего ты хочешь?

– Чтобы ты рассказал Лорду Янусу подробно все события того периода времени, когда ты и твои союзники выкрали у меня Императорский скипетр.

Фея повернул голову к имперцу:

– Видимо, все же любопытство моего брата будет удовлетворено. Ты ему понравился.

Блондин вскинул бровь:

– Надеюсь не в гастрономическом виде?

Зеленоглазый рассмеялся:

– Пока не знаю, демон Янус. Вот познакомимся поближе, там разберемся.

Темноглазый снова перевел взгляд на Рубина:

– Я расскажу ему о том времени все до последней капли и отвечу на все его вопросы максимально правдиво – тогда мой долг будет уплачен?

Демон поморщился, косо глядя на Повелителя Иллюзий, все-таки такой козырь терять очень не хотелось, однако…

– Да, твой долг будет выплачен полностью, – вздохнул Рубин.

– Тогда я хотел бы начать прямо сейчас, – фея словно забыл о крините и теперь смотрел только на Лорда Януса.

Тот медленно кивнул:

– Предлагаю присесть, так как я подозреваю, что разговор будет долгим.

Фея кивнул, оглянулся и зашагал прочь, его сородичи вереницей потянулись за ним.

Рубин насмешливо взглянул на своих сопровождающих. Янус просто пожал плечами и последовал за феями.

Правая рука Императора мученически вздохнул:

– Это все действительно так важно, Ваше Величество?

Алые глаза задумчиво взглянули на него:

– Возможно. Но я думаю, что нам не стоит задерживаться. Я все же хотел бы тоже быть в курсе. Не только потому, что хочу понять, чего добивается Янус, но также потому, что меня начинают терзать сомнения о том, что я чего-то недопонял в то время, и все события имели не такую простую подоплеку, как мне казалось.

Герцог коснулся качающейся черной серьги в своем ухе, как это часто делал, когда ему в голову приходила какая-то мысль:

– Все события прошлого напрямую связаны с настоящим?

– Теперь я в этом не сомневаюсь, – тихо ответил Император. – И, Диамант, постарайся особо не дразнить Януса. Мне не хотелось бы, чтобы тебя постигла участь Горечи.

– Я просто хочу понять, чем вас так заинтриговал и привлек этот мальчик, – спокойно отозвался тот. Его черные глаза весело сверкнули из-под серебристых прядей волос.

Рубин какую-то пару мгновений смотрел на него задумчиво, потом мигнул:

– Не переборщи, – и зашагал прочь в сторону, куда двинулись феи. Кажется, где-то там располагался дворцовый сад.

Диамант пожал плечами и последовал за своим Императором.

Они довольно уютно устроились на траве под раскидистым деревом, чьи ветви создавали приятную прохладную тень. У Януса мелькнула мысль, что в Империи сейчас зима в разгаре, а здесь, на Крине, снега никогда не видели. Солнце властвовало фактически круглый год.

Фея с глазами, полными непроницаемой тьмы, взглянул на присутствующих и скрестил поудобнее ноги. Похоже, рассказ собирался быть долгим и подробным, как он и обещал.

Взглянув на босые ступни рассказчика, которые щекотали зеленые травинки, демон передернул плечами, стянул с себя обувь и медленно опустился на траву перед феей. На кителе и брюках, скорее всего, останутся потом пятна от сока травы, однако его это волновало меньше всего. Кто-то из фей одобрительно фыркнул.

Рубин, который как раз подошел, чтобы увидеть эту миниатюру, улыбнулся одними уголками губ, имперец еще не раз удивит. В этом он ни на минуту не сомневался.

– О том, что в демонической Империи идет война, – начал фея, – я узнал, когда отколовшаяся часть демонов перебралась на Крин и заняла земли, граничащие с нашими лесами…

3

Казалось, Янус спит. Легкий ветерок чуть касался его щеки, едва-едва ворошил золотистые пряди волос, ласково дул на ресницы.

Повелитель Иллюзий выглядел безмятежным.

– Интересно, – прошептал Диамант. – Он давно уснул?

Зеленоглазый фея поднял на кринита темные глаза:

– Он не спит.

Тот с интересом вгляделся в лицо демона:

– А по мне, так крепко-крепко спит.

Фея глазами указал на своего собрата. Диамант повернулся. Замолчавший с минуту назад темноглазый сейчас прислонился к стволу дерева и, казалось, тоже задремал.

– Они разговаривают, – в наступившей тишине, голос Императора Рубина прозвучал как-то излишне громко. – Янус позвал этого фею туда, где мне доступно только слышать невнятный шепот беседующих. И боюсь, если я рискну подойти ближе, мне грозит затянувшаяся иллюзия.

Зеленоглазый улыбнулся зубастой улыбкой криниту:

– Насколько я успел понять демонов, меня удивляет, как ты спокойно относишься к тому, что от тебя что-то скрывают.

– Так бывает, – тихо ответил Рубин. – У меня пока нет выбора. Наверное, тебе знакомо такое чувство?

Фея задумчиво потеребил оранжевую косичку, свисающую от виска:

– В какой-то мере действительно так, – весело отозвался он. – Подождем?

– Да, – скупо отозвался Рубин.

Диамант пожал плечами и улегся в траву, засунув в зубы тонкую травинку. Он мог ждать довольно долго.

… Кружка звонко лопнула, коснувшись округлым боком стены. Брызги фарфора сверкающими искрами посыпались на темный пол…

… Пепел, пепел, пепел… как черный-черный снег. Хлопья обожженной, сгоревшей белизны… которые все падали и падали… И кровавый бутон розы горел среди хлопьев, словно огонь…

– Какие у тебя печальные сны…

Он медленно обернулся среди падающего пепла, к ней…

– Королева…

– Что это? – её ладонь поймала черную снежинку.

– Электра… – он потянулся к ней.

– Ты такой красивый, когда печальный, – улыбнулась она и подняла розу из пепла, – Наверное, поэтому ему хотелось погасить улыбку на твоем лице. Наверное, поэтому…

– Электра!

И тогда она рассмеялась…

Фея открыл темные-темные глаза и посмотрел на Повелителя Иллюзий.

– Демон, – в глубине взгляда штормовые облака.

Тот пожал плечами:

– Ты кое-что не договорил в своем довольно подробном рассказе. И я решил уточнить детали. Не знал, что у фей темнеют глаза, если им разбить сердце.

– Теперь знаешь, – тот кутался в крылья, словно ему стало холодно, хотя Янус знал, что для этого потребуются такое понижение температуры, что на родине Хилара ужаснутся.

– Теперь, да, – кивнул демон. – Если смотреть твоими глазами, есть отчего разбиться сердцу осколками. Она чистокровная демонесса старых еще времен. Она старше Рубина, ровесница его матери…

– Ты пытаешься утешить меня, демон? – фыркнул фея. – Ты узнал мои причины вступления в союз с Электрой и почему я передал ей кристалл. Чего ты еще хочешь?

– Всего. Покажи мне её.

– Хорошо. Смотри.

Она кружилась в медленном вальсе, двигаясь плавно, словно скользила по воде. Её серебристые волосы волнами лежащие на плечах текли и переливались двумя ручьями. Прекрасная, опасная, похожая на видение из сна… Она кружилась, и облегающее длинное струящееся платье создавало иллюзию единения с поверхностью, на которую ступали её ноги.

Темная кожа и сияние сиреневых глаз из-под ресниц, похожее на отблеск аметистов. И сердце… холодное, как эти камни.

Королева Электра. Повелительница Серебряного Лунара. Демонесса, охотница, убийца… Такой её впервые увидел фея, чьи сиреневые глаза потемнели, когда она разбила его сердце.

Я давно вынырнул из воспоминаний феи, но перед взглядом все еще кружилась серебристая фигура-видение, танцующая медленный вальс посередине озера зеркального зала. И никого больше вокруг, потому что фея видел лишь её и только её.

– Действительно, – шевельнулись губы. – Она достойна того, чтобы влюбиться.

– Лорд Янус? – тихий знакомый голос проскальзывает в видение, заволакивающееся туманом памяти. – Что с вами?

Я неохотно открыл глаза и на фоне неба увидел темную листву, склонившегося надо мной дерева.

В поле зрения показалось лицо Императора Рубина. Невозмутимый, даже насмешливый, только вот по тонкой ниточке нашей связи пляшут искры тревоги.

Я повернул голову и встретился с темными глазами. Слабо улыбнулся:

– Я понимаю, почему ты влюбился. Даже среди осколков твоего сердца я увидел то, что ты хранишь с таким трепетом.

Фея фыркнул и поднял глаза к небу, вглядываясь в его глубину:

– Запомни, демон. Не приближайся к ней слишком близко. Иначе она сожрет твое сердце и твой мозг. Она очень похожа на наших женщин в этом плане.

– А твое сердце вкусное? – с интересом наклонил голову набок зеленоглазый фея.

– Отравишься, – я сел и встряхнул головой, отбрасывая длинные пряди челки чуть назад. – Поверь, у всех демонов сердца отравлены. Королева Электра не исключение.

– Ты хочешь отправиться в Серебряный Лунар? – поинтересовался Рубин.

Я качнул головой:

– У меня работа здесь. В Лунар, насколько мне известно, с посольством отправлен Макс. Повелитель Звезд уже однажды был там, и у него есть определенный иммунитет к красоте лунарцев. Он сам сожрет сердце кого угодно и выбросит осколки тех, которые ему не нужны. Даже женщины Лунара не смогут противопоставить слишком многое сыну сирены.

Император кринитов криво усмехнулся:

– Я ни за что не поверю, что ты не попытаешься вмешаться во все это.

– Я этого не говорил, – невозмутимо отозвался я, отыскивая взглядом свои сапоги. – Я давно послал в Лунар своего лучшего разведчика…

– Так вот куда делся твой красноволосый Тамир? – понимающе кивнул Рубин. – То-то я думал, почему ты не взял его с собой.

Я прямо взглянул на кринита:

– Нет. Тамир умер. Он остался лишь в воспоминаниях.

– Жаль, – вздохнул Рубин. – Мне этот бес даже нравился. Как это случилось? Он прошел с тобой многое.

Я пожал плечами:

– Я отправил его с заданием охранять довольно важного для меня демона. Он успешно с этим справился ценой своей жизни.

Рубин внимательно вглядывался в меня, а потом медленно повторил:

– Важного для вас?

– Очень, – серьезно кивнул я, чувствуя, как он чуть приспускает один из своих щитов.

Все-таки, этот демон слишком любопытен, но подразнить его было… интересно. И я допустил в свои воспоминания отблеск пшеничного золота волос и глубокую синь, с фиолетовым отливом, глаз Флейма.

– Флейм? – протянул он задумчиво. – Красивое имя… для мальчика, – кривая усмешка.

А вот это нехорошо. Имя он не должен был узнать.

– Под стать характеру владельца, – пожал я плечами, укрепляя щиты.

Феи с нескрываемым любопытством смотрели на нас во все глаза.

– Пожалуй, я чуть задержусь здесь, – сообщил довольным голосом зеленоглазый. – У вас тут весело.

– Как хотите, – пожал я плечами. – Мне надо работать.

– Ты узнал все, что хотел? – подал голос темноглазый фея.

Я кивнул, поднимаясь на ноги, и, наконец, увидел свою обувь в траве:

– Да. Интересная информация. Спасибо, она мне пригодиться. А теперь прошу меня простить…

Я повернулся и напрямую посмотрел на Лорда Диаманта:

– Герцог, если под моими окнами все еще завывает этот волчонок, я бы посоветовал его предупредить, что я выдержу его поэзию максимум часа два, а если он и дальше сегодня будет мешать мне работать, я убью его… Думаю, наши гости с удовольствием выяснят, действительно ли мясо демонов отравлено.

Его губы скривились в сардонической улыбке:

– Тогда я, пожалуй, не буду его предупреждать. Лорд Янус. Иначе он переключится на окна моих апартаментов.

– Как пожелаете, – равнодушно отозвался я и зашагал прочь, подхватив сапоги.

– А одевать ты их не будешь? – слегка недоуменный голос Рубина в спину.

– Нет, – не оборачиваясь.

Юный Волк сидел на краю фонтана и задумчиво перебирал струны. Все-таки он немного не понимал, почему этот демон из Империи до сих пор никак не реагирует на его… ухаживания. Юноша позволил себе легкую улыбку. Любой другой уже или вызвал бы его на дуэль, или хоть как-то отреагировал.

Он взглянул на свое отражение в темной спокойной воде давно не работающего фонтана. Янтарные волчьи глаза взглянули на него с лица, которое принадлежало демону намного старше тех лет, число которых он отпраздновал недавно. Черные волосы у висков заплетены в несколько косичек, которые были заведены назад и удерживали остальную буйную массу волос. Тонкий шрам пересекал его лицо по левой стороне от основания лба, через бровь и глаз, заканчиваясь на середине щеки. Удивительно, как уцелел глаз, ничуть не поврежденный раной, а шрам придавал его внешности какой-то особой пикантности, как сказала одна молоденькая демонесса, желая сделать ему комплимент.

Война далась его клану нелегко, и, когда она закончилась, оказалось, что только он способен собрать остатки того, что осталось от бывшего величия. Но им еще повезло, клан Летящих вообще прекратил свое существование, как, впрочем, многие другие.

Ответственность за возвращение к жизни и возрождение клана оказалось более утомительной работой, чем война, на которой он испытывал такое одуряющее чувство целостности и по-настоящему своего дела.

Наверное, поэтому он ввязался в авантюру с этим имперцем, чья невозмутимая холодная физиономия вызывала только одно желание – заставить его показать чувства. Любые. И сломать его. Волк знал, что имперец едва ли старше его самого, однако в своей Империи он занимает довольно высокий пост, и их собственный Император следит за ним настороженным взглядом хищника, поджидающего добычу.

Он не слышал шагов, поэтому вздрогнул как от удара, когда его плеча коснулась чья-то рука.

Стилет Волка метнулся к чужому горлу, но… Синие индиговые глаза смотрели равнодушно, впрочем, как обычно, однако лезвие из прочнейшей стали крошилось серой пылью в худых пальцах, испачканных чернилами.

– Я попрошу вас пару часов не терзать мой слух своими серенадами, – голос был таким же безличным, как и выражение глаз. – Мне нужно закончить кое-какую работу для Империи и Императора Рубина. Боюсь, ваша… поэзия будет мне несколько мешать.

Лишь на слове «поэзия» в его голосе мелькнуло что-то… брезгливое, словно он испытывал некоторое затруднение, подыскивая название серенадам кринита.

– Через два часа будьте здесь, – он отвел оставшийся обломок стилета от себя. – Я научу вас паре песен Империи, чтобы в будущем вы могли достойно исполнить что-нибудь приличное кому-то из моих коллег, которые придут мне на замену…

Волк смотрел на него широко раскрытыми глазами.

Демон развернулся и спокойно направился прочь. Правда, через несколько шагов остановился и обернулся:

– Как тебя зовут?

– Лирис из клана Волка, – вырвалось у Волка.

– До встречи, Лирис из клана Волка, – и имперец скрылся из виду.

Только после этого Волк понял, что поразило его больше, чем крошащийся стилет – Повелитель Иллюзий был босым, ступая по вымощенным булыжниками двору с фонтаном, свои сапоги он держал в левой руке…

Он вернулся через два часа, как и сказал, и Волк поднялся ему навстречу, молча протягивая свою гитару.

Глаза чуть прикрыты, и только загадочный отблеск индиго из-под темных ресниц. Пальцы бегут по струнам, вызывая странную незнакомую, непонятную мелодию… Волк смотрит на имперца широко раскрытыми глазами. Разве он мог подумать, что этот белокурый, равнодушный ко всему ученый из Империи умеет держать что-то кроме пера в руках… Нет, конечно, Лирис прекрасно знал о виртуозном владении двумя мечами. Он сам был на той трибуне, когда был побежден величайший из фехтовальщиков Крина – Лорд Туман.

И тут Янус чуть наклоняет голову набок, так привычно, как это всегда делает в тронном зале за спиной Императора Рубина, вслушиваясь в слова докладчиков и просителей, из-за чего так он походит на птицу, с которой его сравнивают.

Шевелятся тонкие губы, и демон начинает петь.

Безумный вальс стали,

Кровавых брызг веера.

Чужую жизнь выпью до дна

Глазных озер.

И снова новый партнер.

Шаг, еще одно па,

Продолжаем боя бал,

Оттенки алого цвета

Украшают этот зал.

Оркестром металла звон,

Крики и стоны – хор.

Я их вечный танцор,

А смерть – наш дирижер.

Бледная кожа певца приобретает более живой цвет, блеск из-под ресниц становится более явным, словно он сейчас там, танцует с мечом в руках, выпивая жизни противников до дна, гася свет в их глазах.

Багровые цветы распускаются

На каменных стенах.

Скульптурами замирают

Партнеров тела.

И снова шаг, снова па,

Бал идет своим чередом,

Закуской тут

Соленый привкус на губах.

И пот вместо вина.

Оркестром металла звон,

Крики и стоны – хор.

Я их вечный танцор,

А смерть – наш дирижер.

Лирис мигает. Даже завороженный сверх меры мелодией и каким-то низким, мистическим голосом имперца, он остается воином, чьи инстинкты работают на основе вбитых войной рефлексах. Поэтому он видит, как что-то движется под мундиром демона, словно там, под одеждой, по коже кто-то плавно перетекает, двигается по плечам и левой руке, удерживающей аккорды. Он снова моргает, но ничего не меняется, однако кринит уверен, что ему не казалось: что-то двигалось под одеждой Повелителя Иллюзий, вызванное песней.

Ты танцуй вместе со мной,

Пой мне песню любви,

И я поведу в нашем вальсе,

По влажной темноте ковров

Выписывая поворот.

Последний шаг, последнее па.

Я б выпил еще этого вина,

Добавил бы багровый букет,

Но партнеров больше нет.

Закончился бал.

Где оркестром металла звон,

Крики и стоны – хор.

Я их вечный танцор,

А смерть – наш дирижер.

В последний раз пальцы пробегаются по струнам, и Лирис тихо выдыхает. Оказывается, во время песни он совершенно забыл, как дышать…

– Как странно… Это и есть поэзия Империи?

– Ну, поэзия она разная, – спокойно отозвался Повелитель Иллюзий. – Однако она мне нравится больше, чем ваши символические серенады, которые вы выли под моими окнами.

Волк нахмурился, но не успел ничего сказать. Лорд Янус поднялся на ноги, отставляя гитару. Теперь он смотрел сверху вниз на Волка.

– Лирис из клана Волка, я так понял, ты очень хочешь сломать меня?

Тот медленно поднялся на ноги, оказываясь на одном уровне с собеседником:

– Было такое желание, – проговорил он. – Оно текло по моим жилам, и я не видел причин противостоять ему.

– А сейчас?

– Я хочу услышать больше песен Империи, – тихо, но необычайно честно признался Лирис, причем, скорее всего больше себе, чем контролирующему от Империи.

Янус медленно кивнул и чуть прохладно, в своей привычной манере, сообщил:

– Ненавижу вас, кринитов, но у тебя есть определенный потенциал. Мне не хотелось бы убивать тебя так же, как Ворона.

Волк вскинул бровь:

– Кто такой Ворон?

– Мальчик, который был моим первым проводником в вашей Империи. У него тоже был огромный потенциал, – спокойно отозвался демон. – И, может даже, я не тронул бы его, а забрал себе, как намеревался изначально, однако в итоге он оказался в жерновах большой партии между Темной Империей и Изначальными – разменной пешкой…

– Я не мальчик, – холодно предупредил Лирис. – И не пешка.

Индиговые глаза посветлели до яркой насмешливой синевы:

– А вот тут ты ошибаешься, Лирис из клана Волка. В тот момент, когда ты вошел в игру Диаманта и явился под мои окна с серенадой, ты стал пешкой. Однако, – он позволил сардонической улыбке скользнуть по губам. – Иногда пешки добираются до конца поля и становятся ферзями. Правда, очень и очень редко.

Он поднял голову к темному небу.

– Сегодня был долгий день, Лирис из клана Волка. Пожалуй, мне лучше пойти отдохнуть. Приятно было с вами пообщаться.

Лирис второй раз за этот день смотрел, как уходит от него имперец. И понимал, что то, о чем он пел под окнами Повелителя Иллюзий может стать недостижимой мечтой… Чтобы получить этого демона, нужно стать ферзем, как минимум… Что ж, достойная цель для Повелителя, пусть и небольшого, но клана.

Взгляд золотых глаз упал на оставленную прислоненной к фонтану гитару.

– Поэзия… – шевельнулись губы кринита. Он сел на остывающий камень и взял гитару в руки.

Взял первый аккорд.

Безумный вальс стали,

Кровавых брызг веера.

4

Суран смотрел на Расию задумчивым взглядом алых глаз.

– Ты уверен?

Тот только кивнул, кутаясь в шелк, словно ему было зябко.

Император вздохнул и запустил в свои белые волосы растопыренную пятерню:

– Плохо. Очень плохо. Это означает, что у нас не просто внутренний заговор. А долгая подрывная деятельность со стороны.

– Нити очень тонкие, мой Господин, – тихо заметил бес. – Если бы я пришел к девочке чуть позже, то мог ничего не заметить.

– Но ты пришел вовремя, – Император поднялся на ноги и подошел к разведчику. – Ты понимаешь, что это значит?

– Да, – опустил тот ресницы. – Я считаю, что стоит рискнуть. Если вы перестанете обращать внимание на девушку, они могут подумать, что вы что-то заподозрили. Но и часто вызывать её не рекомендую.

– Воздействие можно будет нейтрализовать?

– На неё? – Расия поднял глаза, и где-то в их глубине мелькнула легкая растерянность, словно он не ожидал такой заботы о чужом инструменте. – Нет. Её слишком долго использовали.

– Сира была рождена в гареме и тут же воспитывалась, – задумчиво произнес Император. – Ты проверил всех, кто постоянно контактирует с ней?

– Еще не всех. Приходится быть осторожным, – отозвался разведчик. – Да и не все сразу идут на контакт, та репутация, которую я себе создал, не всегда идет на пользу. Есть те, кто считает себя либо верным, либо брезгливым… Но, знаете, в случае с Сирой меня смущает пара моментов…

– Да?

– Не уверен, это скорее предчувствие и наитие. Для того, чтобы сказать что-то определенное, я должен подружиться ней, а не просто соблазнить… у девочки явно есть тайна.

Император кивнул:

– Ты знаешь, что у тебя расширенный допуск. Делай, что считаешь нужным, но помни, что я хотел бы вернуть тебя владельцу в целости и сохранности.

Бес легко улыбнулся:

– Мне приятна ваша забота, Ваше Величество.

И уловив это изменение интонаций в мурлыкающем голосе, Суран обхватил его за плечи, притягивая к себе.

Глубокий поцелуй, томный стон наложника.

– Ты хорошо потрудился, Расия. Можешь идти, я позову тебя как-нибудь снова.

– Я буду ждать, мой Император, – и тонкая, гибкая фигура выскользнула из покоев Повелителя Темной Империи.

Тут же на его волосы опустилась легкая вуаль, скрывающая его с макушки до пят.

– Император Суран весьма милостив к тебе. Тебе есть, чем гордиться, – глубокий голос евнуха над головой. – Ты первый, кто сумел поколебать его гетеросексуальность.

Бесы-евнухи были особой разработкой. Они не были предназначены для удовольствия, хотя знали о нем все. Их разработчик мог бы гордиться своим творением. Евнухи были учителями наложников и одновременно их охраной. Их воинские навыки сосредотачивались на столкновениях именно в помещениях и узких пространствах. А полная бесполость обеспечивала тот факт, что они могли сосредоточиться на своих непосредственных обязанностях.

Расию только удивлял тот факт, что евнухи были довольно привлекательны и все же обладали мужскими и женскими формами тела. Видимо, для того, чтобы наложники не чувствовали себя слишком странно в их присутствии. К тому же, бывали случаи, когда наложник или наложница влюблялись в евнухов. Обычно это заканчивалось катастрофой. Расия никогда не слышал, чтобы было наоборот. Евнухи просто не понимали понятия «любовь» в своей сфере. Хотя и были довольно эмоциональными созданиями.

– Я просто выполняю то, для чего предназначен, – довольно кротко отозвался Расия.

Его сопровождающий явственно хмыкнул:

– Забыл, с кем ты разговариваешь? Передо мной можешь не изображать святую невинность, я знаю, какой ты шалопай. Подозреваю, и Император это прекрасно знает.

Наложник тихо хихикнул из-под вуали:

– Его Величеству не очень по вкусу робкие.

Бес-евнух внезапно нахмурился:

– Расия? Ты опять босиком?

– О! И правда, – расстроился бес. – Но не возвращаться же в Императорские покои… Завтра слуги принесут.

– Ты неисправим, – вздохнул евнух и внезапно подхватил юношу на руки. – Еще не хватало тебе простудиться.

– Действительно, – спокойно отозвался тот. Расия действительно не первый раз забывал у своего Императора легкие туфли, в которых предпочитал появляться перед своим Господином.

В конце коридора мелькнула черная коса. И глаза цвета штормовой волны скользнули по евнуху, который даже с наложником на руках, сумел отвесить почтительный поклон.

– Опять? – грасса Тара даже приостановилась. – И когда ты научишься вспоминать, в чем приходишь к Императору?

– Но Император такой страстный демон, – томно протянул Расия. – С ним нетрудно потерять голову и вообще уйти, забыв всю свою одежду.

Бесовка только фыркнула и зашагала прочь.

– Тебе нравится её дразнить, – с укоризной произнес евнух.

– Ага, – легко отозвалась его ноша. – Ты даже не представляешь, насколько! Из неё получилась бы такая замечательная наложница для Императора! А она всего лишь военная. Да и потом, я не так часто выглядываю из стен гарема. Приятно знать, что кто-то еще, кроме Императора, может знать обо мне за его стенами…

– Расия, сейчас ты сказал очень опасную вещь, – тихо предупредил его евнух.

– Я прекрасно это знаю, Гир. И не буду делать глупостей. Я не дурак, хотя таковым иногда кажусь, – и снова этот томный тон. – Кстати, Его Величество упоминал Сиру… Она казалась мне робкой. Совсем не во вкусе Императора…

Гир усмехнулся:

– Ты пока плохо знаешь эту девушку. Она тот еще бесенок, хотя выглядит невинным ягненком со своими большими глазищами. Но на самом деле в свое время она доставила нам немало хлопот, пока не подросла. Да и сейчас… как говорится в тихом омуте…

– Я хочу познакомиться с ней поближе, – оживился Расия.

– Меня пугает твой энтузиазм. Надеюсь, это не ревность из-за того, что её упоминал Император?

– Ну что ты, – наложник прижался к груди евнуха. – Ты же знаешь, что на самом деле я люблю только тебя.

– Ты бы хоть смех прятал, когда говоришь такие серьезные вещи, – укорил его Гир.

– Ну, тебя дразнить не менее интересно, чем грассу Тару.

Тара прикрыла за собой дверь и глубоко поклонилась.

Суран кивнул ей, не отрываясь от каких-то бумаг, которые изучал, погрузившись в недра кресла.

Бесовка молча ждала.

– Расия на этот раз отличился, – наконец, поднял голову альбинос. – Ему нужны списки твоих подчиненных, которые имеют доступ во дворец.

– Всех? – уточнила она.

– Да, невзирая на пол, возраст и вид.

– У него есть подозрения?

– Немного изучив Расию, – усмехнулся Император, – могу утверждать, что у него уверенность, а не подозрения. Это действительно подчиненный Януса. Начинаю подозревать, что Повелитель Иллюзий специально собирал себе в коллекцию уникальные жемчужины таланта со всей Империи. Этот парень, пытаясь добраться до истоков заговоров, раскопал за все это время больше, чем вся моя разведка за несколько лет… Может, мне сменить приоритеты и, когда мы расправимся с этой историей, назначить Расию начальником моей тайной службы?

Тара низко поклонилась:

– Повелитель, хорошо подумайте над этим. Расия, несмотря на все свои таланты, всего лишь бес. Будут ли подчиняться ему демоны?

Альбинос рассмеялся:

– Расия прав, тебя так интересно дразнить.

Бесовка выпрямилась и прикусила губу. Доберется она еще до этого… разведчика.

– Списки нужны через час, – Император внезапно стал серьезным. – Через полтора часа придет прибираться служанка, и туфли унесут в гарем.

– Слушаюсь, Ваше Величество, – её спина стала еще прямее. Если такое вообще возможно. – Я помню их всех поименно.

– Очень хорошо, – кивнул Суран и внезапно кинул ей что-то.

Тара ловко поймала предмет и разжала ладонь. Это оказалась небольшая бусина. Бесовка вздохнула и сосредоточилась, вызывая в памяти имена и лица своих подчиненных, параллельно присоединяя мысленные характеристики и основную информацию о том, куда они имеют доступ.

Закончив минут через двадцать, она подняла голову:

– Ваше Величество, он просил информацию только по моим подчиненным? Или нужны еще какие-то?

– Только по твоим.

– Тогда я закончила, – она невозмутимо протянула своему Повелителю бусину.

– Очень хорошо, – демон щелкнул пальцами, и та слевитировала к расшитым бисером мягким туфлям, оставленным наложником. На одном из них можно было разглядеть пустое место, куда и была приложена бусина с информацией.

– Можешь идти.

Бесовка снова низко поклонилась и вышла, а Суран откинулся в кресле, впадая в глубокую задумчивость. Странно все это: сначала история с потерянным скипетром, теперь ниточки расследования, ведущие туда же, куда нити поиска частей скипетра.

Надо будет поинтересоваться у Януса, что там с поиском фей. Информация была просто необходима, назревало что-то очень крупное. Императора уже начало беспокоить то, что он отправил Повелителя Звезд в одиночку в Серебряный Лунар, хорошо бы, чтобы он ехал с кем-то. Но Хилар нужен ему здесь, а Каина решала вопрос с Пустыней. Там что-то тоже намечалось.

Когда вошла служанка, ей показалось, что Император утомленно дремлет. Она практически бесшумно скользнула по комнате, собирая лишь необходимое. Лучше зайти для хорошей уборки позже, когда Его Величество покинет покои. И опять этот наложник забыл свои туфли. Она раздраженно покачала головой, подхватывая их с пола.

С другой стороны, опять можно будет пококетничать с тем красавчиком у дверей Императорского гарема.

Когда за ней зарылась дверь, алые глаза медленно открылись: что ж Расия опять был прав. Он перевел взгляд на столик, где были разложены бумаги. Они наглеют. Подхватить одну из изучаемых Императором бумаг прямо под его носом, пусть даже она демонстративно была уложена среди тех, что на выброс…

– Расия, ты такой красивый, – почти заворожено прошептала девушка, перебирая длинные пряди его волос в руках. – Неудивительно, что Император не устоял. Я только не понимаю, как твой предыдущий хозяин согласился с тобой расстаться, даже если делал тебя подарком императору?

Бес довольно жмурился, уютно устроив голову у неё на коленях.

– Это просто, Сира, – он чуть приоткрыл глаза. – Мой предыдущий владелец не интересовался развлечениями. Ему по душе совсем другое, так что даже гарема как такого у него не было, а тут такой шанс угодить Императору. Правда, он не знал, что Его Величество гетеросексуален и почему-то не обращает внимания на мальчиков…

– Но в итоге, он не прогадал, – хитро улыбнулась девушка.

– О да, – он поуютнее устроился. – Да и я доволен. Наш Господин страстен и ласков в постели и довольно щедр. Это намного лучше, чем прозябать в каком-то захолустье в гареме полуразорившегося аристократа, который в этот гарем даже не заходит.

– Поэтому о тебе ходят такие слухи? – лукавая нотка в голосе собеседницы.

– Какие? – мурлыкнул он, снизу вверх глядя в её глубокие, фиолетовые глаза.

– О том, что ты уже соблазнил половину Императорского гарема и на этом останавливаться не собираешься?

Расия чуть надул губы:

– Должен же я поднимать свой уровень, чтобы быть интересным Императору. Тем более, что он вызывает меня не так уж и часто.

Она рассмеялась звонким серебристым смехом, рассыпающимся искрами по комнате:

– Ты еще не знаешь? Тебя давно зовут его любимцем, так как ты появляешься в его покоях чаще всех.

– Но Его Величество говорил и о тебе, когда я был у него в последний раз, – возразил он.

Улыбка девушки на какое-то мгновение чуть поблекла, но почти тут же стала такой же сияющей, как и была, и если бы Расия внимательно за ней не наблюдал, то не заметил бы даже этого мгновения.

– Это так приятно, Расия. Даже с тобой, Его Величество допускает мысль обо мне. Ты поэтому пришел ко мне? А я думала, что чем-то привлекла самого знаменитого из наложников Императора.

– Конечно, привлекла, – возмутился Расия. – Как ты могла подумать иначе? Но и слова Императора тоже имели место быть… Тем более, что он в задумчивости упомянул возможность позвать нас вместе.

– О, – губки девушки округлились. – Н-неожиданно…

Бес провел по её коленке, под шелком юбки, ладонью:

– Но я не настаиваю, Сира. С тобой приятно и просто разговаривать. Это я понял еще в нашу первую встречу. Помнишь, в саду, где у тебя внезапно закружилась голова?

– Конечно, помню, – улыбнулась она. – Ты мне помог тогда. Спасибо. Кстати говоря, Император тоже любит иногда поговорить вместо развлечения. Говорит, что это неожиданно приятно поболтать о пустяках.

Расия приподнялся на локте:

– Да, Его Величество не из тех, кто после секса сразу отворачивается к стенке и засыпает, а от тебя требуется только тихо выскользнуть из комнаты, чтобы не потревожить его сон.

Они оба легко рассмеялись, общим понимающим смехом.

– Ты отличаешься от других, – внезапно произнесла девушка, откидываясь на мягкие подушки. – Не такой. С тобой легко и приятно. Ты искренний. Я хотела бы, чтобы мы стали друзьями. Так тяжело иногда…

Она внезапно прикрыла глаза, и дыхание постепенно выровнялось.

Расия сел и чуть качнул головой. Он аккуратно укрыл наложницу пледом, который лежал неподалеку.

Что ж, это было до неприличия легко. Но многое еще впереди. Доверие девушки – это всего лишь первая ступенька, и она еще не пройдена. Разведчик чувствовал, что напал на верный след.

В комнату заглянул Гир, и Расия приложил палец к губам, указав на спящую наложницу глазами. Евнух понимающе кивнул и помахал в воздухе туфлями. Бес благодарно кивнул и поднялся на ноги, выскальзывая из комнаты Сиры.

– Рогур велел тебе передать, что с тебя причитается, потому что служанка, которая опять их принесла, достала его по самую печень.

Разведчик лукаво улыбнулся:

– Он должен гордиться. Эта девушка явно старается сама приносить забытые вещи ради того, чтобы с ним увидеться.

Гир вздохнул:

– Расия…

– Знаю-знаю, – махнул на него рукой тот, обуваясь. – И кто только додумался именно тебя приставить к этому шебутному недоразумению. Ты это уже говорил. Но я все же один из лучших наложников, – и он подмигнул.

– И один из самых проблемных, – проворчал евнух.

Расия не обратил на него никакого внимания, сделав пару шагов. Он блаженно зажмурился:

– Мои любимые туфельки!

И евнух не смог сдержать улыбки: все-таки все наложники настоящие дети. И требуют особого присмотра. Слишком уж беззаботные. Задача евнуха как раз состоит в том, чтобы они такими и оставались.

5

– Знакомься, мой секретарь, очень смышленый парень. Вадим. Он из какого-то захолустья, где явно растрачивал свой талант по пустякам, – Масато махнул рукой в сторону темноволосого юноши, склонившегося над бумагами.

Тот поднял темные глаза и одарил вошедших слабой улыбкой.

Флейм усмехнулся:

– Да ты, я вижу, предпочитаешь экзотику? У тебя в команде есть хоть один лунарец?

– Обижаешь, – хмыкнул юноша. – Есть, конечно, как без этого. Но не забывай, в нашем королевстве все же матриархат, и мужчины привыкли, что женщина более высока по положению, а мне нужны те, кто не чувствует с самого рождения такого вот пиетета. Поэтому и ищу таланты, где только можно.

Флейм кивнул:

– Своеобразная борьба за независимость.

– Да, – тот провел рукой по волосам, касаясь косы, и вздохнул. – Моя мать не родила наследницу, а это означает, что мне стоит подстраховываться, так как окружающие не больно заинтересованы, чтобы наследник мужского пола занял место Повелительницы Молний.

– Она же вроде еще не умерла.

– И пока не собирается, слава Тьме и Изначальным, – качнул головой Масато. – Но это не меняет ситуации… пока она не родит наследницу своего дара и титула, или пока я не подарю нашему роду таковую.

– Интересная система, – покачал головой Флейм. – В Империи абсолютно все равно, какого пола наследник. У нас были Императоры и Императрицы, Даже старшинство не всегда влияет на право наследования.

– Да, – кивнул его новый работодатель. – Мне рассказывали… Жаль, что я родился не в Империи. Вадим, – он повернулся к секретарю. – Позаботься о Флейме. Он мой новый адъютант, расскажи ему, что к чему здесь. А я пока навещу мать.

Он взглянул на Флейма:

– Извини, вернусь к вечеру.

– Конечно, – кивнул тот.

Масато стремительно вышел из комнаты, только кончик косы мелькнул.

Флейм и Вадим остались вдвоем, молча глядя друг на друга. Наконец темноволосый юноша поднялся на ноги, вышел из-за стола и… медленно поклонился:

– Повелитель.

Сын Януса огляделся, прощупывая пространство, и удовлетворенно кивнул. Он не ошибся в свое время с выбором этого парня. Подслушать или подсмотреть, что сейчас происходило в этой комнате, мог, разве что, его собственный отец, и то, потому что сам разрабатывал эту защиту и знал её слабые места.

– Как устроился?

– Очень неплохо, – улыбнулся бывший колдун. – Повелитель Масато – интересная личность и заботится о своих подчиненных.

– Это хорошо, – откликнулся Флейм. – Ведь теперь я один из них. Ну что? Просвещай меня, что тут и как…

Юноша кивнул и приступил к отчету.

Она подняла голову с его обнаженной груди:

– У тебя новый адъютант?

Масато задумчиво кивнул:

– Интересный парень. Он имперец.

– Имперец, – повторила она, гладя теплую кожу любовника, – Имперцы мыслят несколько иначе, чем мы – лунарцы.

– Именно поэтому в итоге мой выбор пал на него, – он перехватил её ладонь и поцеловал тыльную сторону кисти руки. – Он может стать верным соратником. В его Империи ему ничего не светит, беженец… А здесь, где мужчины – низшая каста, у нет иного выбора, как постараться, как можно крепче зацепиться за меня.

– Все равно… – качнула она головой.

– Кира, – Масато прижал её к груди. – Я не собираюсь посвящать его до самых основ моих поступков и действий. Не надо так волноваться за меня. Этот парень – еще один отличный инструмент для достижения моих целей. И если понадобиться, то он станет и тем козлом отпущения, который может пригодиться в случае провала.

Она медленно кивнула и снова опустила голову ему на грудь, вслушиваясь в стук его сердца.

– Ты расчетливый, Масато. И такой…

– Я – демон, моя дорогая, – он провел рукой по её волосам. Серебряные кудри рассыпались по его темной коже в завораживающем контрасте.

– Ты и меня используешь?

– Как и ты меня, любимая, – помолчав, ответил истинную правду Масато.

– Да, – сонно отозвалась девушка. – Нужно отомстить за мою семью. Помни. Ты обещал мне голову королевы.

– Я помню.

Тихое дыхание уснувшей демонессы было ему ответом. А демон задумчиво смотрел в темноту и вспоминал.

Отца он помнил очень смутно, сквозь какую-то призму тумана. Знал только, что мать очень не любила вспоминать его, а если вдруг это случалось, то обычно ничего хорошего это не сулило окружающим. Масато все еще помнил те годы, пока Посол Темной Империи не излечил его мать. Вот кому задолжал сам демон. Именно после встречи и бесед с Лордом Максимилианом, юноша понял, что не все так просто в этом мире, и есть другие возможные варианты развития событий или судеб. Имперец оказался сквозняком из открытого окна, который заразил его душу сомнениями, а в момент возвращения сил его матери эта зараза стала уверенностью. Болезнь прогрессировала. Масато выяснил о своем отце все досконально, и понял…

… вся его семья все это время была лишь игрушкой в руках королевы. Да, возможно, она не рассчитывала на такой результат, как запечатывание сил Повелительницы Молний, хотя все могло быть… сильная противница – это отличная соперница, чем не устранение? А возврат этих способностей? Почему именно к королеве мать испытывает такие верноподданнические чувства и изрядную долю благодарности? Когда основную работу сделал мужчина из чужой Империи? Конечно, Повелительница Молний не была глупа и прекрасно понимала многие аспекты, однако, она с самого своего рождения воспитывалась, как особый дар семье. Девочки ценились на вес золота, а уж с такими способностями… она обосновано полагала, что королева никогда не рискнет таким материалом, как она. Так что отец Масато был всего лишь их жертвой. Юноша нашел даже некоторые записки, которые можно было бы посчитать дневником отца, из них выходило, что Юмино не был таким уж скотиной, каким помнила его мать. Он был тем, кто просто сражался за свою жизнь и искренне ненавидел королеву Электру. Прекрасную и невероятно опасную, которая к тому времени уже украла жизнь его брата. На что надеялся демон, беря в жены Повелительницу Молний? О чем он думал? Вопросы, на которые не было ответов. Навья не любила его, так же, как он её. Брак по расчету… но что за выгода была Юмино, Повелителю Животных? Почему он согласился стать жертвой королевы?

Масато грустно улыбнулся. Он сам может стать такой же жертвой. Он всего лишь мужчина. Даже в отношениях с Кирой все складывалось не так уж и просто, как хотелось. Её мать, одна из генералов Электры, отличилась во многих боях. И вот теперь уничтожена, как предательница короны. Однако Кира до сих пор надеется переиграть ситуацию, ведь она осталась единственной наследницей их семьи женского пола.

Демон прекрасно понимал, какие мысли бродят в голове его любимой. Она мечтала занять трон королевы сама, сделав его принцем-консортом. С одной стороны, это был бы правильный ход при задаче смены династии в Лунаре. Однако Кира не знала того, что знал Масато.

С королевой все было не так уж и просто. Она правила слишком долго. Слишком.

Флейм лежал на постели, задумчиво рассматривая потолок своего нового жилища. Думал ли Тамир, что когда-нибудь его навыки разведчика пригодятся? Эти воспоминания были довольно смутными, как и все, что было связано с жизнью беса. Юный демон знал, что Янус сделал это специально, чтобы две жизни не смешивались, переплетаясь и мешаясь. Это было правильно. И все же…

Флейм запустил руку в изрядно отросшие волосы. Отрастить косу? Будет ли это разумным решением? Однако постоянное ощущение какой-то неполноты и легкая зависть при виде волос Мисато… наверное, это все же не такая уж и плохая мысль. Тем более, если он отрастит волосы, то его не будут сильно путать с отцом, на которого, судя по взгляду Лорда Максимилиана, он безумно похож, хотя Янус и старался придать ему больше черт своей матери, чем своих.

Флейм улыбнулся. Янус, отец, двуликий: прохладный и невозмутимый, одержимый наукой и разгадыванием тайн, одновременно безумный, кровожадный, теряющийся в своем Танце. Насколько он сам похож на этого отца? Тамир так отчаянно пытался разгадать загадку своего Повелителя. Наверное, и на преобразование он согласился больше исходя из возможности узнать, наконец, есть ответы на его вопросы или нет…

Флейм не мог сказать, что он смог помочь остаткам воспоминаний Тамира, и все же… он сам намного больше понимал отца, чем бес своего Повелителя.

Янус не зря дал ему такое имя. Огненный. Демон явно хотел, чтобы у сына не было такого раздвоения на маски и истинную суть. Огонь изменчив сам по себе, он может опалить и пожрать все и всех, кто приблизится слишком близко, забыв про осторожность, но он не скрывает своей сути. Юный демон вздохнул, эти размышления лишь приводили к мысли о том, что он соскучился по своему отцу, несмотря на то, какое веселье он уже испытал, находясь здесь, и какое ему предстоит дальше.

Отец и Сумрак были правы, настаивая на создании своей собственной команды, подчиненной лишь ему. Вадим показал, насколько это удачная идея. Теперь нужно проявить терпение до встречи со своим вторым агентом.

Мысли перескочили на Масато. Интересный парень, и явно себе на уме. Судя по докладу Вадима, этот демон явно что-то задумал, только вот еще бы понять, что именно. Его планы явно простирались намного дальше, чем просто завоевать уважение, самореализоваться и доказать, что и лунарец-мужчина может стать чем-то выше, чем просто номинальным наследником Повелительницы Молний.

Судя по всему, Мисато каким-то образом формирует свою тайную организацию. Он уже давно не зависит от обеспечения своей великой матери. Удивительно, но этот парень явно преуспел в торговле. И это при том, что его направление, как и любого аристократа – военное. Сын Повелительницы Молний стоял на самой вершине торговой пирамиды, за последние пять лет поднявшейся над всеми остальными, она либо подмяла и включила другие подобные структуры в себя, либо их уничтожила, захватывая территорию. А сейчас вся эта система перешла на режим расширения. Совсем не зря у молодого Повелителя Молний такой разносторонний и разносортный персонал.

Возникает лишь один вопрос: для чего ему нужен в этот системе Флейм? Что за место он отводит беженцу-имперцу с теми талантами, которые Флейм позволил себе проявить на территории Лунара? Да, ему самому требовалось проникнуть к Масато, однако… сейчас довольно сильно не хватало отцовской оценки происходящего. Но в этот раз придется разбираться самому. Нет ни Господина-Повелителя, которой укажет что делать, ни отца, способного подсказать верное направление.

Оставалось только следовать уже намеченному плану. Хотя…

Скоро Флейм станет лучшим другом и незаменимым поверенным в делах сына Повелительницы Молний.

А еще через несколько дней в Серебряный Лунар пребывает делегация Посла от Темной Империи.

Масато, несомненно, постарается сблизиться с Послом, учитывая также тот факт, что они уже знакомы. Голубые глаза довольно прищурились: красивая комбинация наклевывается. Осталось еще выяснить, с кем же на свидания бегает его новый Господин. Он прикрыл глаза.

Он давно уже пытался посмотреть новый узор, который вырисовывался с тех пор, как он попал в Лунар.

Что ж… похоже, придется пойти на риск… И попросить отца немного помочь. Все-таки в Танцах он смыслит намного больше. А тут, несомненно, требовался Танец. Тем более, что отцу следовало знать, что Флейм обрел, наконец, кое-какое завершение…

Огонь танцевал вальс. Он изгибался и двигался в такт неслышимой музыке. А Флейм кружил в центре этого безумного танца, и искры вспыхивали, поднимаясь вверх, а потом опадая вниз, на кружащуюся фигуру, осыпались и замирали в волосах, на ткани, на кусочках обнаженной кожи, на сапогах, на лезвие меча… Сын Повелителя Иллюзий танцевал. И Янус, смотрящий на это, кивал в такт музыке, едва сдерживаясь, чтобы не присоединиться. Этот танец был только для одного Флейма. Его сын решал какую-то важную задачу, и не отцу вмешиваться в этот рисунок.

Искры тлели и постепенно превращались в яркие огненные цветы. В какое-то мгновение Флейм стал центром пламени, кружась в огненном бутоне, словно видение.

Впрочем, он и был видением. Голубые глаза до сих пор полузакрытые, открылись и взглянули прямо на отца. Тонкая, сильная рука требовательно взлетела в воздух, зовя, приглашая… и, наконец, прося.

«Тебе нужна моя помощь?»

«Совет. Даже нет, скорее подсказка. Направление.»

Янус медленно кивнул:

«Хорошо.»

Он шагнул вперед, приближаясь к огню, в котором замер его сын. Под сапогом плеснулось. Повелитель Иллюзий опустил голову и увидел, как по темной жидкости под ногами разбегаются круги, видимые в отсветах огня. Тени… Так вот оно что. Огненные иллюзии, тени под ногами, зов из сна в сон…

«Твоя сила все больше обретает форму, Флейм.»

«Я тоже это заметил.»

«Тени… Сны…»

Голубые глаза улыбались:

«Я – сноходец.»

Губы Повелителя Иллюзий изгибаются в ответной улыбке, а в глазах гордость. Сыновья должны превосходить отцов. И, хотя Флейм выбрал вальс своим танцем, следуя за отцом, его вальс отличался. Безумный отцовский, переходящий в медленные кружения, у его сына был намного более гармоничным, более… изысканным?

«Что ж…» – ладонь легла в ладонь. – «Покажи мне свой новый Танец, сын.»

И Огонь ласково обнимает вторую фигуру, распуская свои лепестки.

Рубин поднял голову от бумаг, чувствуя, как бьется в щиты пламя чужих эмоций. Император кринитов нахмурился. По докладу, Янус уже крепко спал, однако эмоциональный пик… как интересно. Он, кажется, впервые решил прогуляться по снам, с тех пор, как поселился на Крине. Или быть может его… пригласили?

Кринит криво улыбнулся. Неужели мальчик думает, что он настолько тактичен? Ну уж нет. Если есть возможность узнать об этом белобрысом нахальном мальчишке хоть что-то новое, демон не собирался это упускать.

И кринит осторожно начал опускать щиты на кровной связи с Повелителем Иллюзий.

Темнота… темнота и всплеск темных вод под ногами. Странно, ступаешь как по поверхности, а ощущается, что есть неизмеримая глубина, где скользят зловещие тени. Неужели Януса в свой сон позвал этот полусирена?

Однако… отблески пламени застали его почти врасплох. И то, что он увидел… две светловолосые фигуры и вместо рева огня тихая музыка… незнакомая и похожая на какой-то вальс.

Янус… нет, лицо с еще совсем юношескими чертами, у Януса оно более жесткое, более собранное, да и волосы короче и черты лица не такие тонкие, почти воздушные, несмотря на какую-то точеность. А вот тот, кто ведет сейчас этот огненный вальс – это действительно Янус. Не такой, каким привыкли его видеть придворные Императора Рубина, совсем не такой. Однако даже в танце его не покидает эта сосредоточенность… хотя такое ощущение, что это не совсем его танец.

Рубин заворожено наблюдал. Он не сомневался, что его уже заметили… однако эти двое не собирались прерываться из-за нежданного зрителя. Они плели узор, и вот уже партнер Януса ведет в танце. А Повелитель Иллюзий постепенно отстраняется и в какой то миг выходит из пламени, оставляя юношу, так похожего на него самого, одного кружиться в огне, в основе которого тянутся темные силуэты, не гася, но затемняя, пряча огонь, окутывая картину странной призрачной темной вуалью.

Рубин встал рядом с имперцем. Равнодушный взгляд в его сторону ничуть не смущает кринита. А демон снова смотрит на танцующего юношу и одобрительно кивает головой, видя что-то, что Рубину недоступно. Все-таки кринит не был танцором, как эти двое.

«Кто он?»

Тихий смешок в ответ.

Кровавые глаза вспыхивают:

«Янус, я вижу в нем твои черты. И твой танец… если ты хотел, чтобы этот мальчик был тайной для меня, то зря ты начал танцевать с ним во снах.»

И Повелитель Иллюзий качнул головой:

«Нет. Скрывать его уже не надо. Он достиг своей силы. Теперь довольно сложно причинить ему вред. А насчет снов… я не мог отказать сыну в помощи.»

Рубин вновь перевел взгляд на танцующего. Чувствовалось, что он уже завершает свой узор, и пламя опускается все ниже, погружаясь в тени, заворачиваясь в них, как в покрывало.

«Сын. Так значит, это его зовут Флейм?»

«Да. И это его сон. Ты попал сюда только из-за нашей связи. И хорошо, что ты не спал в тот момент, когда решил прийти.»

«Почему?»

«Потому что иначе бы тени этого сна могли попытаться поглотить тебя. Я еще никогда не видел огненных теней. Но, похоже, именно ими повелевает мой сын.»

«Повелитель Теней?»

«Как и моя мать», – спокойная, такая открытая улыбка на губах Повелителя Иллюзий, какой Рубин никогда не видел у него. Никогда.

«Значит еще и Повелитель Снов», – тихо добавил Рубин, вспомнив прекрасную Жадеит. Теперь он отчетливо видел, как сын Януса похож именно на неё.

Индиговый цвет глаз Повелителя Иллюзий в ответ, безмятежный… но демон уже знал, что индиго – цвет опасности.

– Ваше Величество? – вежливый юный голос.

Он стоит в темноте, а под ногами отсветы плененного тенями огня.

– Юный Флейм, – ласковая улыбка.

– Не дразните отца, Ваше Величество, – нахальные голубые глаза, похожие на бездонные бездны. – Он может рассердиться.

– Он уже сердится, – хмыкнул кринит. – Но увы… Кровная связь не дает хранить такие важные тайны, как например вы, Повелитель Теней и Снов.

Понимающий кивок, и юноша смотрит на Януса:

– Отец. Спасибо…

– Сплел узор? – спокойный вопрос.

– Завершил, – уточнение. – Когда увижу его целиком, я доложу.

– Будь осторожен.

Шальная улыбка, и он исчез, а тьма вокруг подернулась рябью. Мгновение, и она отпускает оставшихся демонов, выталкивая из себя мягко, но настойчиво.

Рубин очутился в своем кабинете, за столом, задумчиво разглядывая бумаги. Да уж, такой загадки он не ожидал.

Темная Империя становится все опаснее, сильнее – он невольно коснулся полоски ошейника на горле. Интересно, а его дорогой племянник в курсе, какое сокровище хранил все это время Повелитель Иллюзий? Следовало понять, что своего лучшего беса Янус вряд ли бы подарил смерти за жизнь своего любовника, а вот за сына вполне мог.

Демона вырвала из задумчивости боль. Он недоуменно разжал кулак. Ногти до крови пробили кожу ладони… Что это? Зависть?

Янус открыл глаза и улыбнулся. Флейм не разочаровал его, так виртуозно пользоваться силой сна, даже покинув его.

– Красивая улыбка, – заинтересованный голос. – Хороший был сон?

И Повелитель Иллюзий стремительной молнией выскальзывает из постели, обнаженный, но с двумя мечами-близнецами в руках, вставая напротив зеленоглазого феи.

6

Зеленоглазый улыбался своей зубастой улыбкой, явно радуясь тому, что ему удалось застать меня врасплох. Один из минусов путешествия в чужих снах – не чувствуешь, что происходит в реальности. Ну, разве что ты сноходец, контролирующий эти сны, а не приглашенный гость.

– Что тебе нужно? – холодно осведомился я. Не опуская мечей, чьи лезвия почти светились в лунном свете, льющимся в открытое окно, которое, как я помнил, я закрыл перед тем, как упасть в постель.

– Я хочу, чтобы ты спел мне, – ответил фея.

Я вскинул бровь:

– Что?

– Я слышал, как ты пел тому волчонку, – пояснил фея. – Тоже хочу песню. Лично для меня.

– Ну-ну. А ты в курсе, что я не певец и уж тем более не личный?

– Но волчонку ты пел, – указал мне он.

– Пел, – согласился я. – Потому что ты не слышал, что он пел МНЕ!

Фея поджал губы:

– Значит, отказываешься петь?

– Естественно. Я тебе не шут.

Крылья угрожающе распахнулись, и вся фигура ночного гостя напряглась, как перед атакой. Улыбка была все такой же радостной и зубастой:

– Тогда мы будем драться.

Я прищурился:

– Это еще почему?

– Ты должен меня развлекать, – безапелляционно. – Не хочешь песней, значит – дракой.

Похоже, он это серьезно.

– Вообще-то, – отозвался я, – я собираюсь спать, и ни драка, ни песня, ни какие другие развлечения меня в данный момент не интересуют. Найди себе другой объект… феечка.

Шипение, достойное любой змеи, оценил я. Огромной такой, очень злой змеи.

Феи не терпят изменения наименования их народа. Это фактически единственное имя, которое у них есть. Имя на всех. И коверкание этого имени они обычно воспринимают, как жесточайшее оскорбление. Их даже нельзя было делить на «фея» и «фей», чтобы как-то разделить на половую принадлежность. В таких случаях они старалась вырвать из еще живого оскорбителя печень и съесть её сырой на его глазах. Вот это и называется достать по самую печенку.

Ответное шипение явно поразило зеленоглазого. И он даже слегка отступил на шаг.

А по моей коже, перетекая со спины, на плечи, грудь и группируясь где-то в районе живота, переползал Таро. Дракон тоже был зол. И явно готовился к атаке.

– Ух ты! – фея забыл об оскорблении и во все глаза уставился на мою крылатую татуировку. – Никогда такого не видел.

– И не увидишь, – вздохнул я, опуская мечи. Видимо, от этого настырного типа не отделаешься просто так.

Таро все еще скалил зубы, но покидать кожу, похоже, уже не собирался.

– Ты еще более интересный, чем я думал, – радостно заявил фея. – А можно, я его поглажу?

– Нельзя! – рявкнул я, видя, как он потянулся ко мне.

Таро благоразумно решил переползти обратно на спину, оставив голову у меня на плече, чтобы наблюдать за этим опасным созданием.

Фея начал обходить меня по высокой дуге, а я медленно поворачивался, внимательно следя за ним. Этот обход прервал настойчивый стук в дверь:

– Янус? Я бы хотел с тобой немного пообщаться.

– Войдите, – мрачно отозвался я, не отрывая взгляда от феи.

– Еще гости, – хлопнул тот в ладоши, и Рубин замер на пороге. Потом аккуратно прикрыл за собой дверь:

– Насыщенная ночь, Лорд Янус?

– Необычайно, – процедил я сквозь зубы, передергиваясь от оценивающего взгляда рубиновых глаз, оглядывающих меня с головы до ног.

Таро злобно зашипел на кринита, чувствуя мое недовольство.

– И тебе доброй ночи, чешуйчатый, – улыбнулся Рубин.

Я вздохнул и осторожно уложил мечи на постель. Нашел глазами одежду, уложенную аккуратной стопкой, и спокойно начал одеваться.

Две пары внимательных глаз с любопытством наблюдали весь процесс. Похоже, их заинтересовал этот стриптиз наоборот. Я еще понимаю фею, которому действительно интересно посмотреть, как и что в тряпках, которые надевают на себя другие расы, но Рубин-то… Вот ведь… Ему на меня голого вообще не стоит любоваться. Мне и так не нравится его постоянный жадный блеск в глазах, а теперь…

Меня всего передернуло. Я на какое-то мгновение за эти сутки позволил себе забыть, как опасен этот демон. Вот и получил отдачу.

– О чем вы хотели поговорить, Ваше Величество? – голос холоднее, чем родина инкубов.

Рубин посмотрел на фею и вздохнул:

– Похоже, наш разговор придется немного отложить. Но думаю, вы оба не откажетесь от бокала вина в моей компании, раз уж не спите.

Я тоскливо вздохнул, взглянув на подушки. А фея радостно хлопнул в ладоши:

– Как любезно с вашей стороны, демон Рубин.

Масато резко открыл глаза. Но даже не пошевелился, молча разглядывая высокую фигуру у своей постели. Зеленые глаза смотрели на него задумчиво и отстраненно.

– Мама?

Кира недовольно шевельнулась, но так и не проснулась. И Масато знал, почему. Мать не любила, когда её видят тогда, когда она этого не хочет.

– Не бойся, – та же отстраненность в голосе, как и на лице. – Твоя опальная девица меня не волнует. Я хотела сказать тебе… Завтра пребывает посольство от Темной Империи.

Демон чуть нахмурился:

– Что еще я должен знать?

Мать не пришла бы посреди ночи просто так. О такой новости можно сообщить и за завтраком.

– Ты кое-что обещал её Послу в свое время…

Вот теперь юноше многого стоило не дернуться.

– Это… он?.. Но…

– Приказы Императора у них не обсуждаются, так же, как у нас приказы королевы, – понимающая полуулыбка скользнула по её губам. Леди Навья посмотрела на раскинувшегося сына, наполовину укрытого покрывалом, а наполовину серебряными волосами своей любовницы и тихо вздохнула:

– Я попросила королеву разместить его в твоем доме, таким образом, ты не сможешь сказать, что он вернулся в мой дом, и выполнить свое обещание.

– Это было не обязательно, – тихо ответил Масато. – Ты знаешь истинный смысл нашего с ним договора. Казуистика тут не при чем. И он, и я это понимаем прекрасно.

Она чуть отвела взгляд и грустно улыбнулась:

– Сын… это будет несколько… болезненно… видеть его рядом постоянно, – признание далось ей не легко.

Призрачно-зеленые глаза удивленно распахнулись:

– Мама…

Но он не закончил… он уже знал ответ на свой незаданный вопрос. Тогда не все было игрой и размеренной ставкой королевы… тогда были и чувства двоих. Возможно, тогда мать испытала впервые настоящие чувства к этому имперцу, в жилах которого текла кровь сирен.

– Да, – тихо ответила она, подтверждая его мысли.

И Масато промолчал, слишком потрясенный. Его мать была влюблена. Великая, прохладная и яростная одновременно, та, которая повелевала грозой и молниями… Аристократка Серебряного Лунара, которая по определению не умеет любить кого-либо и как-либо.

– Хорошо, – наконец, произнес он. – Я утром отдам приказ слугам подготовить дом. И перееду туда сам.

Леди Навья медленно кивнула, вглядываясь в его лицо.

– Масато…

– Да?

– Будь осторожен, – тихо попросила она и, развернувшись, исчезла в тенях.

А юноша остался в одиночестве, гладя волосы Киры и задумчиво рассматривая темноту над головой. Как интересно все складывается.

Демон наверняка изменился за те годы, что они не виделись. У них в Империи была война. Война меняет всех. Каким теперь стал Максимилиан? Какова теперь его сила?

События сдвинулись – это несомненно. И в любой момент они могут сойти лавиной на головы участников.

А самое интересное – это все же последняя фраза матери. Что-то было в ней, в её интонациях, не позволяющее рассматривать её как просто пожелание быть осторожным с Максимилианом… Нет. Тут что-то еще.

Пальцы замерли на волосах девушки.

Неужели? Сколько она знает? Видит ли только верхушку айсберга? Или нечто большее?

Тревожное чувство нитями оплетало все тело. Опасностью пахло даже от Киры. Опасность. Масато облизнул губы и улыбнулся. Наконец-то… а то он уж и не надеялся на какое-то подобие жизни в этом замершем мирке.

Что ж, Флейм, твое появление и уговоры стать одним из моих подчиненных того стоили. Ты принес удачу. Отлично повеселимся в ближайшее время.

Зелень глаз чуть погасла, подергиваясь сонной пеленой.

Лорд Максимилиан, Повелитель Звезд, Астролог Его Величества Императора Сурана, правителя Темной Империи, один из великой Четверки, подчиняющейся только самому Императору, Повелитель Западных пределов Темной Империи скривился, глядя на темное звездное небо. Завтра утром они увидят великую столицу Серебряного Лунара. И звезды лукаво подмигивали ему, предопределяя и предупреждая. В Лунаре скучать не придется.

– Повелитель? – рядом встал его адъютант. С некоторых пор тот стал понимать, что его Господин не очень любит находится в одиночестве, и старался оказаться поблизости.

Странно, наверное, это все влияние Януса, отрешенно подумал звездный демон. Раньше он не сильно обращал внимания на своих бесов. А тут… еще во время войны оказалось ясно, насколько может быть полезно хорошее отношение… да и факты об Изначальных сильно потрясли основания отношений к их потомкам.

– Все нормально, Риск, – сапфировые глаза блеснули в темноте. – Просто… паскудное место – этот Лунар.

Бес медленно кивнул и поинтересовался:

– Нам что-то стоит знать о нем сверх того, что дано в ориентировках, мой Господин?

Максимилиан усмехнулся и все же взглянул на своего подчиненного. Три тонких шрама на левой щеке, видимая память о войне на Крине. Короткие темные волосы, перехваченные прочной лентой, которая скорее защищала лоб, чем удерживала волосы. Риск всегда был очень практичен. И если у него и были какие-то украшения, то почти стопроцентно они являлись или броней или скрытым оружием. Максимилиан вспомнил, что побудило его взять этого беса на службу. Риск не был красавцем, его внешность была обыкновенной и не особо примечательной. Поэтому в первый раз при смотре питомника Повелитель Звезд и не обратил на него внимания. Он уже почти остановил свой выбор на довольно сметливом бесе, когда внезапно увидел сцену: трое боевых бесов прижимают невысокого, но с хорошо развитой мускулатурой, собрата к стене. И явно не с благими намерениями.

Максимилиана поразило то, с какой ловкостью, он вскользнул из-под руки первого противника. Одновременно срывая с уха сережку, доля секунды – и в его руках прочная леска, которая захлестывает горло второго противника, а острый носок сапога впивается в гортань третьего, когда нога опускалась, острое зрение демона успело заметить сверкнувшее лезвие, прячущееся обратно в сапог. Когда два тела рухнули рядом, одно обливаясь кровью, второе задыхаясь, бес стремительно обернулся к первому своему противнику, который за все это время успел лишь сделать один-единственный вдох и единым движением сломал ему шею. Весь бой занял не более двух-трех секунд.

Максимилиан остановился перед бесом в тот момент, когда он прилаживал серьгу обратно к уху.

– Как твое имя, бес?

– Риск, Господин, – поклонился тот.

– Подходящее имя, – одобрил демон. – Будешь моим адъютантом.

Ни удивления, ни какой-то особой радости в темных глазах. Только констатация свершившегося. Этот парень определенно понравился тогда Максимилиану. А чуть позже он понял, насколько верен и предан оказался этот бес.

– Господин? – тихий голос вырвал его из воспоминаний.

Повелитель Звезд вздохнул и ответил на предыдущий вопрос своего подчиненного:

– Будьте осторожнее с женщинами Лунара, Риск. Они как яд. Приторно-сладкий на вкус.

Тот кивнул, и внезапно легкая полуулыбка скользнула по его губам:

– Господин, передавать ли мне ваше предупреждение Лорду Нервусу?

Сапфировоглазый демон передернул плечами:

– Нет уж. Пусть сам разбирается.

Лорд Нервус с его свитой был балластом, который пришлось взять по настоянию Императора. И Максимилиан прекрасно понимал, почему. Этот старик достал молодого Императора еще раньше, но убить его не представлялось никакой возможности. Поборник традиций и старых законов, этот демон показал себя верным подданным и отличным воином на войне.

Нервус был чистокровным демоном и происходил из Повелителей Земли. Он действительно был опасным противником, с этим трудно было не согласиться. А его опыт нескольких прожитых тысячелетий говорил сам за себя. Однако ему, как и многим, трудно было привыкать и адаптироваться к стремительным изменениям в Империи, что он и не стеснялся высказывать довольно вежливым и нейтральным языком, на грани очень тонкого оскорбления.

Для него вся Великая Четверка и Император – это мальчишки, хотя и гениальные по своей сути. Нервус, пожалуй, принимал за равного лишь Императора и… Хилара. Повелитель Льда и Хаоса внушал трепет и страх слишком многим, чтобы не принимать его в расчет. Тем более, в Империи ходили упорные слухи, что он сам приложил руку к возведению Сурана на престол. Это не могло не пугать.

Максимилиан передернул плечами, да и стариком назвать Нервуса, можно было лишь по возрасту в сравнении с самим Астрологом, а так… демон в самом расцвете сил. Настоящий демон, коварный и прекрасный. Истинный подданный Темной Империи, что уж говорить.

К искреннему сожалению Максимилиана, этот разберется с опасностями Лунара довольно быстро, так что надеяться, что его там тихонько прибьют, не имело никакого смысла.

– Вы весьма бестактны, Лорд Максимилиан.

Помяни… Повелитель Звезд развернулся, одаривая собеседника широкой улыбкой:

– Какой уж есть, Лорд Нервус.

Эстетическое чувство сирены взвыло от восторга, как это делало каждый раз при взгляде на Нервуса.

Густые черные волосы, несомненно, шелковистые на ощупь, уложены в небольшой гладкий пучок на макушке и закреплены длинными шпильками с тонкими нитками бус на концах. Остальная масса волос, тяжелой волной опускалась по лопаткам и спине ниже талии. Казалось, на конце каждого волоска сияла искра-бусинка. Но при движении они не издавали ни звука, соприкасаясь друг с другом. Зато Максимилиан имел однажды удовольствие наблюдать, как эта сияющая темная волна хлестким движением мазнула по лицу противника, а когда двинулась дальше, лица уже не было. Только кровавое месиво.

Кажется, после этого Риск начал задумываться о возможности отрастить волосы и даже испросил на это разрешение у своего Повелителя. Тогда Максимилиан отказал ему, сообщив, что таким, как есть сейчас, бес устраивает его намного больше. И впервые увидел легкую тень разочарования в глазах подчиненного.

– Вы балуете своих бесов разговорами? – в мелодичном певучем голосе неприятное удивление, очень вежливое, как всегда.

– Балую, – благожелательно отозвался Астролог, разглядывая темный маникюр на длинных ногтях, больше похожих на когти, украшающие изящные пальцы бледных кистей рук демона. – А они балуют меня верностью и защитой.

– Это внесено в них программой, – пожал плечами тот.

Сапфировые глаза внезапно потемнели, и ответ прозвучал почти равнодушно, словно собеседник отстранился от разговора:

– Программы иногда дают сбои. Верность – нет.

Расплавленное золото, которое заменяло Лорду Нервусу глаза, чуть расширилось, вбирая в себя новую, ранее не слышимую от Звездного Лорда интонацию.

– Это ваше наблюдение? – прохладное любопытство придворного.

– Нет. Это слова Лорда Януса.

Молчание, наполняющее ночь, и звезды, подмигивающие с небосклона.

Задумчивый взгляд Максимилиана снова находит лицо Нервуса:

– Лорд, хотите узнать свое будущее?

Тонкая темная бровь удивлено приподнимается:

– Вы же никогда не составляли гороскоп для кого-то конкретно. Сколько бы вас не просили, Лорд Астролог.

– Сегодня хорошая ночь, – почти невпопад тихо ответил Повелитель Звезд. – Очень хорошая ночь.

Кончики пальцев касаются идеальной кожи щеки демона. Тот не двигается, смотря прямо в сапфировую бездну моря, которая поглощает сначала зрачок, а потом выплескивается на белок собеседника. А где-то на дне этого океана вспыхивают искры звезд.

Шепотшепотшепотшепотшепотшепотшепот… Неразличимый, невероятный, вызывающий дрожь. Это… неприятно, вынужденное признание демона. Это сила, чуть насмешливый ответ полукровки.

И внезапно все заканчивается. Максимилиан опускает руку и отводит взгляд. Его глаза постепенно приобретают свой обычный вид.

Нервус ждет, приходя в себя. Он и не подозревал, насколько силен этот полудемон. Повелитель Земли вынужден признать, что… немного недооценил его. Похоже, Сила Звезд могла не только предсказывать и определять пути. Она явно могла уничтожать. И Лорд Максимилиан был весьма сдержан в момент её использования, что не сочеталось с его предыдущей характеристикой.

Размышления, которые никак не отразились ни на лице, ни во взгляде Лорда Нервуса, были прерваны глубоким голосом Повелителя Звезд.

– Позвольте сказать вам только одно, Лорд. Будьте предельно осторожны с предложениями королевы Электры. За её спиной тень, которая может уничтожить Империю. И вы можете стать как стать ключом, отпирающим ей путь, так и засовом, запирающим.

Демон повернул голову, внимательно вглядываясь в профиль юного демона.

– Вы понимаете, что уже этого пророчества достаточно, чтобы убить меня?

– Нет, – легкое невесомое колыхание темных прядей каштановых волос. – Нет. Убивать нельзя.

И Нервус качает головой, позволяя крупице внезапного уважения скользнуть наружу:

– В любом случае, будет ключ…

– Именно, – кривая улыбка.

Повелитель Земли вежливо взмахивает рукой:

– Что ж, позвольте откланяться, Лорд Максимилиан. Хотелось бы утром встать полным сил. И позвольте поблагодарить за столь занимательную встречу.

– Не за что, – равнодушно отозвался Астролог. – Как я уж сказал, очень хорошая сегодня ночь.

– Да, – согласился демон. И даже шороха травы не было слышно, когда он удалился.

– Риск, – тихо позвал демон.

Бес сделал шаг вперед, все это время незримо присутствуя при беседе двух Повелителей:

– Да, мой Господин?

– Я разрешаю отрастить тебе волосы, как ты хотел.

Тот переступил с ноги на ногу:

– Господин… позвольте отказаться. Я передумал.

Сапфировый глаз скосился в его сторону, и полуулыбка пробежала по красивым губам:

– Как хочешь. Но мое разрешение в силе, если снова передумаешь.

– Учту, мой Господин, – поклонился бес.

– Тогда можешь идти, я еще немного побуду здесь.

– Слушаюсь, мой Господин, – адъютант поднял голову. – Господин, возьмите плащ, в воздухе пахнет северным ветром.

Легкий кивок согласия, и на плечи демона опускается ткань, которую бес до сих пор держал в руках. А потом Риск растворился в ночи, но Максимилиан прекрасно чувствовал его присутствие неподалеку. Похоже, этот бес решил для себя что-то новое в плане своего Господина.

Повелитель Звезд снова поднял глаза к звездам. И когда же удастся поймать Януса на недочете каком-нибудь?

За Нервусом придется приглядывать несколько иначе, чем он думал изначально. Тьма Изначальная дернула его посмотреть возможные варианты будущего этого демона. И не зря дернула, надо отдать ей должное. Это надо же, какая интуиция у Императора Сурана. Послать одну из ключевых фигур будущих событий, как балласт посольства. Воистину их Повелитель – выдающаяся личность.

История третья

Лунный танец

1

– Надеюсь, Вадим вчера ввел тебя в курс дела, – торопливо кивнул Масато Флейму.

– Да, господин, – склонил голову тот в вежливом поклоне.

– Отлично, – лунарец рухнул в кресло. – Поздравляю, Флейм. Ты попал не в тихое размеренное существование столицы Лунара, а в самую настоящую клоаку. Сегодня утром Леди Навья, моя мать, передала мне приказ королевы. На мое попечение ложится сопровождение и принятие в своем доме высоких гостей с твоей исторической родины. Теперь ты не просто мой адъютант и помощник, но еще и консультант.

Голубые глаза расширились:

– Но, господин… я же из провинции. Я ничего не знаю о столичной жизни и высоких Лордах.

– Ты – демон. Чистокровный, насколько я понимаю.

Флейм медленно кивнул.

– Ну, этого уже вполне достаточно, – лунарец хлопнул рукой по столу. – Я встречался с Лордом Максимилианом, но тогда я был фактически ребенком, к тому же, я давно его не видел. Однако все мои наблюдения, которые я смог набросать за эти пару часов здесь, – он извлек тонкую папку из воздуха.

Флейм моргнул. Масато виртуозно использовал телепортацию.

– Несомненно, очень многое изменилось за это время. Он один из Великой Четверки и пользуется благосклонным вниманием своего Императора. Также говорят, что он стал выдающимся астрологом. Это, – он извлек еще одну папку, – данные нашей разведки на него. Очень скудные, надо сказать. В последние годы все труднее доставать информацию, как мне пожаловались… – кривая злая усмешка исказила губы герцога. – А вот это, – теперь уже довольно пухлый томик лег на поверхность стола. – Досье на его сопровождающего, Лорда Нервуса. Не обольщайся толщиной папки на фоне Лорда Максимилиана. Сведений тоже немного, просто он намного старше Посла. Соответственно, тут сведения начиная с момента, как он появился на политической арене Темной Империи. Ну и немного данных по его семье. Крохи я бы сказал. Очень скрытная личность.

У тебя на изучение материала всего час. Потом мы едем встречать посольство.

– Слушаюсь, – поклонился Флейм.

– Вот и отлично, – герцог Масато вскочил на ноги. – Я на перекус. Так и не позавтракал с этой суматохой. Найдешь меня внизу. Если что – спроси Вадима. Он подскажет тебе, где я точно нахожусь.

И темно-серебряным вихрем вылетел из комнаты.

Флейм кончиками пальцев коснулся первой папки. Отец научил его новой технологии получения информации. Она намного быстрее и эффективнее, чем постоянное чтение и довольно опасная передача информации из разума в разум. Вязь отцовского заклинания растеклась по папке от пальцев и буквально через пару минут словно втянулась обратно, даря своему хозяину настоящий калейдоскоп впечатлений и картинок.

Встряхнув рукой, юноша перешел ко второй папке. Сортировать придется чуть позже. Когда заклинание вернулось с данными разведки о Лорде Максимилиане, демон только головой качнул. Хорошо бы получить доступ к архивам лунарской разведки. Какие интересные факты можно там раздобыть. Интересно, на Императора какой толщины у них досье? Н-да… на Лорда Звезд действительно скудный запас фактов.

Повелитель Теней и Снов сел в кресло, прикрыв глаза. Нужно разобраться с информацией по Астрологу, прежде чем переходить к Лорду Нервусу.

А вот это что такое? Флейм потянул за ниточку заклятия… как интересно-то… Прелесть заклинания заключалась еще и в том, что оно приносило не только знание заключенной в папке информации, но и память предмета о том, кто его касался. И образ сереброволосой обнаженной красавицы перед глазами юного демона вызвал улыбку у него на губах. Похоже, это и есть пассия Масато.

Что ж, теперь можно приступать к изучению досье на Лорда Нервуса. Отец давал его краткую характеристику. Теперь интересно посмотреть, что о нем думают в разведке Лунара, и насколько это совпадает с отцовской характеристикой.

Животные бесшумно ступили когтистыми лапами на мостовую города, начинающуюся сразу за воротами, и остановились. Отряд встречающих выстроился приветственным полукругом, и Посол Темной Империи позволил себе чуть вздернуть одну бровь, выражая легкое удивление. Очень уж интересная компания его встречала. Отряд боевых лунарских котов при полном параде, на невозмутимых мордах которых сложно что-то прочесть, возглавлял юноша-лунарец в парадных одеждах рода Повелителей Молний. И на полкорпуса позади, юноша-имперец в мундире адъютанта. И у него очень знакомое лицо.

Легкий, почти невесомый выдох рядом заставил Максимилиана повернуть голову и взглянуть на Лорда Нервуса, который, не отрываясь, смотрел на встречающих, особенно на юношу-адъютанта.

Повелитель Звезд грязно выругался про себя. Что творит этот мальчишка?! Не мог скрыть свое обличие, раз уж полез в Серебряный Лунар?! Он же вылитый Янус! Но в этот момент он поймал безмятежный взгляд голубых глаз и понял, что не все так просто, это подтвердило единственное слово, точнее имя, сорвавшееся с губ Нервуса.

«Жадеит.»

Кажется, так звали мать Януса?

Но никто ничего не заметил, кроме этих троих и… юного герцога, который явно решил отложить вопросы для дальнейшей встречи и выехал чуть вперед:

– Я герцог Масато, сын Леди Навьи Повелительницы Молний, Первой Советницы королевы Серебряного Лунара Электры. Приветствую вас, Лорды. С сего момента указом королевы Электры, вы находитесь под моей защитой и опекой. Я ваш гид и проводник. Примите приглашение моего дома.

– Я – Лорд Максимилиан, Повелитель Звезд, Астролог Его Величества Императора Сурана, правителя Темной Империи, один из великой Четверки, подчиняющейся только самому Императору, Повелитель Западных пределов Темной Империи с благодарностью принимаю ваше приглашение, Лорд Масато.

– Я – Лорд Нервус, Повелитель Земли, князь Закатных земель и вассал Его Величества Императора Сурана, правителя Темной Империи также с благодарностью принимаю ваше приглашение, Лорд Масато, – величественно кивнул головой второй демон. Бусины в его шпильках качнулись, ловя солнечные лучи и отражая их веселыми солнечными зайчиками.

– Прошу вас следовать за мной, – развернул своего коня Масато.

Его отряд почетным караулом окружил Посла и его свиту, и они смогли двинуться вперед.

Лорд Нервус тут же поравнялся с юным Повелителем Молний и поинтересовался:

– Герцог, не представите ли нам своего адъютанта, он, похоже, выходец из Темной Империи?

Зеленые глаза улыбнулись, но Масато был весьма вежлив:

– Вы правы, князь, я подобрал этого юношу в войсках наемного отряда, где он зазря тратил свое время. Жаль, что междоусобицы на границах вашей Империи губят такие таланты. Но, по крайней мере, Флейму повезло выжить.

– Вот как, – Нервус заинтересованно повернулся к непосредственному предмету обсуждения:

– Ваше имя Флейм?

– Да, Господин, – склонился в поклоне тот. – Такое имя дал мне отец.

– Кем он был, если не секрет? Вы можете сказать свое полное имя?

– Как пожелаете, Лорд, – юноша был предельно серьезен. – Я – Флейм, сын Лорда Эруса Повелителя Камня и Леди Руиры, Повелительницы Скал. Наш род погиб пять лет назад, уничтоженный Повелителем Песка, нашим соседом. К сожалению, я единственный кто уцелел в той битве, и то, потому что был слишком юн, и меня попросту не выпустили на стены. Я до сих пор не обрел своей силы, поэтому не могу сказать, какими силами буду повелевать.

– Род Камня и Скал, – задумчиво проговорил Лорд Нервус. – Я помню его представителей. Действительно, не очень большая семья. Хотя при правлении матери Императрицы Юрии пара его представителей блистала при дворе Императрицы. Кажется, именно за одного из них, была выдана самая младшая из дочерей клана Повелителей Снов.

Флейм уважительно склонил голову:

– Вы весьма осведомлены, Лорд.

Золотые глаза взглянули на него:

– Вы, юноша, весьма похожи на её кузину, Леди Жадеит. Поэтому я бы посоветовал вам не торопиться с определением силы. Обычно такая внешность, как ваша, сопровождала Повелителей Снов.

– О, – юноша явно был потрясен. – Я никогда не думал…

– В вашем возрасте еще рано думать так много, – холодно заметил демон, разворачивая коня и возвращаясь на место.

Максимилиан улыбнулся:

– Мне показалось или я только что услышал из ваших уст завуалированное оскорбление также и в мой адрес?

– Вам показалось, Лорд Максимилиан, – безукоризненно вежливо отозвался тот. – Я просто констатировал факт по этому юноше.

– Но я не намного старше его, – намекнул Астролог.

– Но вы не покинули Империю, несмотря на то, что ваша кровь лишь наполовину демоническая, – голос Лорда Невруса сочился арктическим холодом. Казалось, иней оседает на волосах его спутников. – Вы остались, добились всего своими способностями и руками. Вы воевали за Императора Сурана.

И темноволосый демон медленно кивнул:

– Что ж, Лорд Неврус, я не ошибся в вас прошлой ночью. И теперь лучше понимаю мотивы Его Величества, когда он избрал вас моим спутником.

Он чуть насмешливо взглянул в сторону покрасневшего адъютанта герцога Масато. Но юноша не произнес ни слова, следуя за своим лунарским господином.

– Не обижайся на этого напыщенного хлыща, Флейм, – Масато устало опустился в кресло.

Они без приключений добрались до дома герцога и разместили гостей. Слуги суетились, готовя обеденную залу, в ожидании, пока гости приведут себя в порядок.

Юноша пожал плечами:

– Герцог, он сказал правду и только, на что тут обижаться? Только это была правда, которую видит он. Высокие Лорды в центре Империи редко понимают, что творится на границах.

Лунарец кивнул:

– Потерпи. В конце концов, тот же Максимилиан не так уж и плох. И явно заинтересовался тобой.

– В каком это плане он мной заинтересовался, Господин? – ехидно отозвался демон. – Учитывая примесь крови сирен, если верить досье вашей разведки, этот интерес весьма сомнителен.

Они оба рассмеялись.

– Надеюсь, тебе это не грозит, – хмыкнул Повелитель Молний. – Но все равно будь осторожен. Харизма этого демона просто безгранична. Раз поддался и все, – он хлопнул ладонями, соединяя их. – Ты попался. И не вырваться, не разбив себе сердца. Я не верю нашим шпионам, утверждающим, что есть кто-то, способный противостоять ему так долго, как это описывается. Этот Повелитель Иллюзий должен быть воистину незаурядной личностью… даже моя мать не устояла перед чарами этого демона.

Флейм серьезно кивнул:

– Я внял предупреждению, Господин. И все понимаю.

– Ты, наверное, устал, – Масато поднял на него глаза. – Я освобождаю тебя на сегодня. Прогуляйся по городу. Найди себе какую-нибудь девушку. Развлекись. Думаю, наши гости тоже будут отдыхать с дороги. У них было длинное путешествие. А завтра им предстоит аудиенция у королевы. Так что жду тебя только завтра утром. С восходом солнца.

– Спасибо, Господин, – поклонился Флейм и выскользнул из кабинета.

Масато смотрел ему вслед. Очень удачно, что этот Нервус так зацепился за его адъютанта. Очень. Это можно будет как-нибудь использовать. Надо только понять как именно.

Флейм спускался по лестнице, когда его кто-то окликнул.

Юноша остановился, и увидел темноглазого беса из свиты Лорда Максимилиана.

– Я слушаю тебя.

– Мой Господин хочет поговорить с вами, – учтиво поклонился тот.

– Посол? – удивился демон.

Бес кивнул.

– Что ж… – юный демон чуть склонил голову. – Веди.

Когда он вошел в апартаменты, отведенные Лорду Звезд, бес закрыл дверь за его спиной, оставшись за пределами комнаты. Флейм кожей ощутил опускающуюся вязь заклинаний.

– Можно говорить, – сапфировоглазый демон повернулся от окна, где разглядывал панораму Лунара.

Юноша оценил прочность заклинания. Сила Повелителя Звезд была невероятной.

– О чем, к примеру? – задал он встречный вопрос.

– Что ты делаешь в свите Повелителя Молний?

Флейм вздохнул:

– А что я тут могу делать?

– Выполняешь задание отца? Я знал, что он послал тебя сюда, но не знал что в самое пекло.

Юноша улыбнулся:

– Ему не то, чтобы скучно на Крине, но сейчас там слишком мало действий. Криниты довольно сильно подавлены войной и чистками, а также предательством Изначальных… Они еще некоторое время не посмеют поднимать головы слишком высоко. А историю с Императорским скипетром начал именно отец. Я его глаза и уши здесь. Ну и заодно прохожу экзамен на пригодность быть его сыном…

– Зря ты так… – помолчав, заметил темноволосый демон. – Он искренне гордится тобой. Я видел это.

– Я знаю, – мягко ответил Флейм. – Знаю… но это не обязательно знать остальным.

Максимилиан усмехнулся:

– И все-таки вы сильно похожи. Император будет в восторге.

– Постараюсь не разочаровать его, – лукаво усмехнулся юноша.

– Ты ведь соврал насчет обретения силы? – Астролог вгляделся в глаза собеседника.

Тот кивнул, не видя смысла врать.

– Но это тоже необязательно знать всем.

– Согласен, – кивнул Повелитель Звезд. – Я сейчас выпущу тебя, но сначала скажу, зачем позвал на самом деле.

Флейм кивнул, он прекрасно понял, что звездный демон не стал бы так рисковать ради небольшой пикировки с сыном старого друга.

– Постарайся быть достаточно близко к Нервусу. Он является ключевой фигурой в предстоящей игре. И я видел огненные тени, в которых танцевал ты рядом с ним и вокруг него.

– Вот как…

– Ты сам решишь, вступить с ним в бой или защитить его, Повелитель Теней, – тихо подсказал Максимилиан. – А теперь иди, пока шпионы не заволновались. Но сначала…

Он в два шага преодолел пространство между ними и взъерошил волосы юноши, расстегнул воротник мундира:

– Румянец сможешь выдать или тебя нужно поцеловать по-настоящему? – улыбнулся полусирена.

– Обойдемся, – отшатнулся Флейм и выскочил из дверей под звонкий смех Посла, преследующий его.

Максимилиан облокотился на дверной косяк, наблюдая за удирающим юношей, и внезапно встретился глазами с золотистым равнодушным взглядом:

– Развлекаетесь, Лорд Максимилиан?

– Он забавный, – тряхнул гривой волос тот.

– Ну, вам виднее, – наклонил голову демон. – Нас зовут в обеденную залу.

– Не стоит заставлять хозяина ждать, – серьезно кивнул Повелитель Звезд.

2

– Хорошая девочка, – пальцы ласково гладят длинные черные волосы, с которых давно соскользнула вуаль наложницы Императорского гарема. Её глубокие фиолетовые глаза подернуты туманной дымкой удовольствия. Щека прижимается к грубой ткани мундира. И тонкие крылья носа трепещут, вдыхая такой притягательный аромат знакомого тела.

– Любимый, – шепчут губы почти беззвучно.

– Соскучилась? – добродушная усмешка в его голосе.

– Очень, – она поднимает голову, чтобы с обожанием взглянуть ему в лицо.

– Очень скоро мы всегда будем вместе, – он наклоняется и целует её.

Девушка стонет и прогибается от искреннего удовольствия. Тонкие руки обвивают сильную шею.

– Тебя никто не видел? – жаркий шепот в полутьме, которая их окружает.

– Нет, мой Господин. Я выскользнула незаметно. Никто не забеспокоится, все думают, что я сплю.

– О, а если за тобой пошлет Император? Он вроде как заинтересовался тобой.

– У него сегодня снова Расия, – тихий шепот.

Злой смешок в ответ:

– Вот уж не думал, что наш Император так заинтересуется мальчиками.

И жадные руки мнут тонкую ткань на её груди.

– Сира, моя Сира.

– Господин, – почти мученический стон.

– Ты ведь все сделаешь для меня?

– Да, Господин, – тоненький всхлип.

– Хорошая девочка.

Нетерпеливые всхлипы превращаются в протяжные стоны. Фиолетовые глаза закрыты длинными черными ресницами и не видят жестокий холодный блеск серых глаз любовника.

– Сделай своему господину приятное, Сира, – шепот.

– Госпооодиин, – и она опускается на колени.

Ладонь ложится ей на макушку:

– Слушай внимательно, моя милая, любимая Сира. Слушай внимательно.

Расия задумчиво прикрыл глаза, вслушиваясь в шепот демона в полумраке залы. Что ж… все оказалось еще более интересно, чем он думал, но предположения опять привели его к нужному следу.

Кто бы мог подумать, какую страшную ошибку совершил этот демон: как непрофессионально – поддаться соблазну иметь в любовницах наложницу самого Императора. Этот демон еще не знает, но именно этот факт станет тем штырем, который пробьет его гнилое сердце.

Только вот нельзя торопиться. Никак нельзя. Этот парень всего лишь звено в очень длинной цепи, которую еще предстоит распутать.

Яростный шепот прервался долгим стоном удовлетворения, и бес скривился. Ничтожество. Как он отличается от Императора и Повелителя Иллюзий. Жалкое создание, чья жизнь теперь не стоит и песчинки. Однако его инструкции, диктуемые бедной девушке, которую уже не спасти ничем, очень интересны. Сам демон, если судить по характеристике вряд ли бы додумался до такого изощренного плана. Очень интересно.

Бес еще глубже отступил в тень, когда мимо скользнула тонкая фигурка Сиры. Глаза девушки выглядели совершенно безумными и опустошенными. Её любовник открыл потайную дверь и выскользнул из залы в другом направлении. Однако Расия не спешил уходить или проявлять себя. Ни один демон просто так не смог бы появиться и вот так вот запросто встретиться с наложницей из гарема Императора, причем такого уровня, как Сира, значит…

И он оказался прав, спустя какое-то время, из-за колон появилась гибкая высокая фигура. Многолюдно в этой заброшенной зале сегодня.

Золотые глаза потемнели. Как это возможно? Хотя чему тут удивляться? Евнухи имеют доступ в гарем и во внешний мир, весьма логично. Однако евнухи никогда не были с примесью Дикой крови, и их программа действовала неукоснительно… Что бы все это значило?

Рогул наклонился и поднял с поля, забытую вуаль Сиры: скомкал в руках, прижал к лицу, вдыхая запах.

Глаза Расии расширились еще больше. Все занимательнее и занимательнее. Что же здесь происходит, в конце концов?

Он покинул свое укрытие лишь тогда, когда Рогул исчез, и больше не ощущалось ничьего присутствия.

Бес скользнул в один из коридоров, из которого и пришел изначально. Через несколько минут он уже перемещался по тайным переходам, приближаясь к заветной дверце.

Император Суран поднял на него глаза из своей постели, где вольготно расположился с книгой в руках.

– Нагулялся?

Расия кивнул, и устало опустился на ковер, опираясь спиной на ножку императорской постели:

– Знал бы мой евнух, из-за чего я такой усталый выхожу из ваших покоев, мой Господин, – слабо улыбнулся он.

Император хмыкнул:

– Знали бы подданные, чем мы тут с тобой занимаемся на самом деле. А то все вдруг повадились дарить мне мальчиков-наложников.

– Да уж, – Расия кивнул. – Все в гареме заметили новую тенденцию. Однако девочки в восторге.

– Ну, хоть кто-то доволен, – отозвался Император.

Расия изогнулся, чтобы взглянуть на своего Повелителя:

– Ваше Величество, а вы, случаем, не передумали? Я ведь действительно любовник высокого класса.

Тот качнул головой:

– Нет, мой милый. Меня вполне устраивает твоя роль разведчика. А на мальчиков я еще успею перекинуться, лет этак через двести-триста, когда все надоест.

Бес разочарованно вздохнул:

– Ну, я не уверен, что столько продержусь.

Суран рассмеялся:

– Зато ты можешь хвастаться, что вот так вот неформально общался не просто с демоном, а с самим Императором, и тебе за это ничего не было. И кстати. Если когда-нибудь я решу сменить свои предпочтения, я действительно предпочту сделать это с кем-то мне знакомым… так что, если ты будешь все так же прекрасен и нахален, то, несомненно, у тебя будут шансы оказаться первым. Думаю, твой Повелитель не откажет в услуге своему Императору – одолжить тебя на пару ночей.

Расия расцвел улыбкой:

– Спасибо, Ваше Императорское Величество! Это стимул мне никогда не стареть и всегда оставаться невыразимо прекрасным!

Император отложил книгу и внезапно стал серьезен:

– А теперь я бы хотел услышать доклад.

Бес кивнул и нехотя встал на ноги.

– Садись, – пожалел его альбинос.

Расия устало опустился на край императорской постели.

– Сира – это их оружие. Настоящий яд замедленного действия. Вы много с ней разговаривали?

– Достаточно, – кратко ответил Император.

– Не заметили ничего странного, мой Господин?

Суран задумчиво потеребил кончик светлой пряди волос в руках:

– Да, её речь и некоторые формулировки сбивали с толку.

– Это эмоциональное воздействие, – вздохнул Расия. – Они на неё воздействуют какими-то препаратами. Причем вводят их фактически незаметно от неё. Стадия достигла такого уровня, что девочке уже не жить. Спасти её невозможно.

– Как они на неё вышли?

– Евнух. Он чаще всего дежурит на входе, ведущим в покои гарема. И именно ему чаще сего передают мои «забытые» у вас вещи.

Суран прищурился:

– Причем, чаще всего одна и та же служанка, как я полагаю.

– По слухам, влюбленная в этого евнуха по уши, – подхватил бес.

– Интересная система, – качнулись белые пряди волос и алые глаза вспыхнули. – Что еще?

– Любовник вашей наложницы…

– Ты опознал его?

– Старший сын Повелителя Земной Тверди – Шлак.

Брови Сурана встали домиком:

– Этот лишенный права наследования? Вот оно что. Он же уродлив, как смертный грех. Весь в мамочку.

Расия качнул головой:

– Для одурманенной наложницы нет никого прекраснее. Она готова выполнять любую его прихоть.

Император задумчиво кивнул, соглашаясь:

– Что ж, придется идти от него по цепочке. И… начать с его матери. Это ничтожество ничего не делало без её ведома. А тебе стоит выяснить, что за препараты, которыми накачивают девчонку. Он ей дал какие-то новые указания, кроме тех, что были раньше?

Расия медленно кивнул:

– Дал.

Суран взглянул заинтересованно, услышав нечто новое в интонациях беса-разведчика.

Скрипка звучит так странно, что мне кажется, что я действительно её вижу… Камни сверкают в медных браслетах. А зеркало отражает не то, что я вижу на самом деле…

Качнулись сережки, и скатилась слеза… чья? не моя…

И под скрипку выводит голос одну мелодию в созвучии с моей душой… Я сегодня была одинока… но слишком неспокойна… А вот сейчас я действительно одна… и скрипка, и голос… тянут мелодию… Так светло…

Возможно, завтра или сегодня не умру…

Камни в браслетах желтые и сами браслеты тяжелые… Приятно…

… Сны… я так редко их вижу… я радуюсь даже кошмарам… давно мне как-то снился сон. Меня разбудили слишком рано, может, если бы я убила того, за кем гонялась во сне, он перестал бежать за мной…

… Ветер странный… что ты опять делаешь со мной…

Мне нельзя оставаться одной… слишком много кошмаров снилось мне… слишком много мыслей… слишком страшно.

Он смотрит на меня своими холодными серыми глазами. Злыми глазами, цвета гранита. Тьма вокруг меня… это тьма – единственное, что есть у меня. Эта тьма, то чем я фактически обладаю. И это то, что действительно реально. Тьма вокруг меня. Тишина. Это почти покой…

Я плачу. Плачу беззвучно. И беспричинно…

Он обнимает меня холодными руками за обнаженные плечи. Я вздрагиваю, но не могу отстраниться. Не смею.

Какой-то шум где-то во тьме. В глубине. Не так уж и тихо… но это внешняя НЕ тишина… Тишина и тьма внутри меня…

Потому что я проиграла…

Потому что мои руки скованы цепями… медными браслетами. И слышу его голос.

– Тебе не идут медь и желтые камни, – спокойный прохладный голос. – Завтра одень сапфиры.

Мне… нет, мне не страшно.

– Ты слышишь меня, низшая?

Я, наконец, могу поднять голову и взглянуть в его безжалостные глаза.

– Да, мой Господин.

– Хорошо, – его длинные пальцы коснулись моего подбородка. – Очень хорошо, моя милая Сира.

Тишина. Это почти покой…

Сира открыла глаза, чувствуя, как лениво борется с затухающим кошмаром мечущийся затуманенный разум. Босые ноги озябли… Босые? Она опустила взгляд. Одета, хотя когда ложилась спать, была раздета… и вуали нет… неужели она опять куда-то ходила? Девушка обняла себя за плечи, проводя по зубам языком, опять этот привкус во рту. Знакомый такой. Как опасно. Ведь Император не звал её к себе сегодня, значит, это был кто-то другой. Она кому-то отдавала свое тело. Наложница опустила голову и тихонько заскулила.

– Сира? – дверь распахнулась, и на пороге появился Гир, евнух, приглядывающий за Расией. Вчера он почему-то остался при ней, видимо, потому что его Расию снова позвал Император.

– Сира, девочка, что случилось? Кошмар приснился?

– Я-а… не помню, – тихо выдохнула она. – Я ничего не помню! Куда я уходила?! Почему мое тело помнит чьи-то прикосновения, а я не помню ничего?!

Евнух схватил её за плечи, вглядываясь в лицо.

– Рогул говорит, что все это только сны, – всхлипнула она. – Но я знаю, что все не так просто! Посмотри!

Она вытянула ногу, на обнаженной лодыжке красовалась царапина, а нежная, гладкая кожа подошвы явно испачкана в пыли.

Наложница с отчаянием вглядывалась в лицо евнуха:

– Я делаю что-то плохое и не помню об этом!

Гир нахмурился:

– Несомненно, это не просто сон, девочка. Тут я с Рогулом не согласен. И почему он так упорно тебя в этом убеждает, еще надо выяснить. Вот что меня интересует, каким образом ты вышла, а я тебя не заметил? Я ведь не спал все это время. Так что незамеченной ты точно не могла выйти.

– Гииир, – она вцепилась в его рубашку. – Помоги мне! Мне очень страшно!

– Помогу, девочка моя, конечно помогу, – он прижал её к груди. – Для этого я и создан и существую. Для начала, я предлагаю сменить обстановку. Расия сегодня отсутствует, и я могу предложить тебе заночевать в его апартаментах.

Она медленно кивнула.

Евнух легко подхватил её на руки, закутывая в покрывало, сорванное постели, и размашисто зашагал прочь из спальни. На его лице явственно читалась озабоченность. Он служил в гареме довольно давно, и ситуация, которую он сейчас видел, ему не нравилась, она явно была нестандартной. Оставлять девочку здесь было не просто опасно, это было еще и неразумно.

Сейчас её надо переместить в другое место, а дальше…

Внезапно на его пути выросла знакомая фигура.

– Куда ты её несешь, Гир?

– Рогул, – евнух прищурил глаза, разглядывая ткань полупрозрачной фиолетовой вуали, которую обычно носила Сира, в руках коллеги.

– Я спросил, куда ты несешь Сиру, – холодно повторил тот.

– В безопасное место, – Гир, аккуратно поставил наложницу на ноги, и та прижалась к нему всем телом. Ощутимо дрожа. – А вот что ты делаешь, мне интересно?

Рогул усмехнулся, проследив взгляд Гира, и скомкал вуаль еще сильнее.

– Ты влез не в свое дело, Гир. Жаль, я не хотел тебя убивать.

– А кто сказал, что тебе это удастся? – Гир осторожно отстранил наложницу от себя и ласково её попросил. – Девочка, посиди-ка тут в уголке. Я быстро.

Рогул покачал головой:

– Ты всего лишь евнух.

– А ты, я так понимаю, нет? – Гир выпрямился, увидев, как послушная Сира, действительно вжалась в угол комнаты, чтобы не попасть под горячую руку.

– Жалкий бес, – с губ Рогула сорвалось шипение, словно это уже не он сам разговаривал, а кто-то изнутри его тела. – Не с тем связался!

Гир прищурился:

– Чужак. Ты знаешь, что в мою обязанность входит уничтожать опасность, которая может причинить хоть какие-то неприятности Императорскому гарему?

– Ну, так покажи свою силу, евнух-бес! – лицо Рогула неуловимо менялось, вытягиваясь в отвратительную морду.

Сира закрыла лицо руками и тоненько завыла.

По комнате потянулся сумеречный туман, полный невыразимого ужаса и холода.

Суран резко вскинул голову, взмахом руки прерывая Расию. Бес удивленно взглянул на Императора.

Демон почти оскалился, вскакивая на ноги.

– Сила Изначальных в моем дворце?!

Он бросился вон из покоев, по пути почти инстинктивно хватая оружие, небрежно брошенное на подушки.

Расия вскочил и побежал вслед за Императором, не отставая ни на шаг. Приказ Повелителя Иллюзий он помнил хорошо: умри, но защити Императора.

За минуту до того, как они достигли покоев Императорского гарема, к ним присоединилась Тара, которая почти незаметно выскользнула из одного бокового коридора.

Стража на дверях удивленно вытаращила глаза, но моментально открыла перед своим Императором двери, так что все твое влетели в комнату Сиры, почти не сбавляя скорости.

И в тот же миг к ногам альбиноса-демона рухнул Гир с располосованной грудной клеткой. А в их сторону обернулась жутковатая шерстистая морда с клыками.

– Это еще что за образина? – выдохнул Расия.

– Так вот, откуда ноги растут, – Суран прищурился, держа меч наготове. – Изначальный паразит. В моем гареме!

– Ваше Императорское Величество, – Тара проскользнула у него под рукой и встала перед чудовищем. – Это моя работа!

И в этот момент Изначальный атаковал.

Тьма вокруг меня… это тьма – единственное, что есть у меня. Эта тьма то, чем я фактически обладаю. И это то, что действительно реально. Тьма вокруг меня.

Скрипка звучит так странно, что мне кажется, что я действительно её вижу… Камни сверкают в медных браслетах…

Но медь ведь мягкий металл? Так говорил Расия… кто этот Расия? Не помню… не важно… мягкий… гнется… такие цепи не надо ломать… их звенья гнутся под пальцами… гнутся…

Гир обещал защитить… первый, кто поверил мне… и теперь он лежит, прижатый гранитной глыбой. А желтые камни сверкают бездушно, как серые глаза того ужаса, что овладел моим телом и распоряжается им. Как своим…

Я плачу. Плачу беззвучно. И беспричинно…

Как же страшно…

И цепи гнутся и звенья расцепляются… Мне не идет янтарь, и сапфир не мой камень… мои камни – это аметисты, так говорил Император… Император… Император… Император… Император…

Фиолетовые глаза почти бездушны, в них слишком много пустоты. Щека прижата к серой шерсти так плотно, словно девушка ласкается… А чудовище ревет от боли, потому что быть пронзенным мечом – это очень больно. Невыносимо больно, особенно если пронзить легкие и сердце…

Черные волосы мелькнули волной, когда огромная рука отбросила наложницу к стене. Однако Сира улыбалась окровавленными губами, смотря, как корчится в агонии тот, кого она знала как Рогула.

Суран отступил подальше, заставляя отступить и Тару с Расией. Для всех троих прыжок Сиры был неожиданным. Девушку никто из них в расчет не брал, впрочем, как и изначальная тварь, за что и поплатилась. И кто бы мог подумать о такой невообразимой ловкости, когда она умудрилась выхватить меч из рук Тары…

Император вздохнул и взглянул на Тару:

– Проследи, чтобы эти, – он кивнул в сторону застывшей в дверях стражи, – ничего не сболтнули.

– Слушаюсь, мой Господин.

– И вызови Лорда Януса. Если Император Рубин пожелает, может тоже явиться, ему будет интересно посмотреть на это.

– Повинуюсь.

– Расия…

– Да, мой Император?

– Позаботься о девушке.

– Слушаю и повинуюсь, – склонился бес в поклоне и бестрепетно скользнул мимо неподвижного тела твари к Сире.

– Смелая девочка, – прошептал он, наклоняясь к ней. – Смелая и сильная. Никто даже не подозревал, насколько ты сильная, да, Сира?

– Император, – тихо простонала она.

– С ним все в порядке, благодаря тебе, Сира.

Она улыбнулась и потеряла сознание.

3

Призрачно-серые глаза Хилара – это страшно. Особенно, когда они смотрят так, словно их хозяин раздумывает, что лучше всего сделать с таким насекомым как ты: просто раздавить или еще живьем пришпилить иголкой к бархату.

Суран с удовольствием наблюдал за этими глазами. Такое их выражение могло означать одно: теперь от Повелителя Севера не скрыться нигде, кроме как за пеленой смерти, и то не факт, что и там Первый Лорд не достанет.

Он поднялся от тела и аккуратно отряхнул ткань форменных брюк.

– Несомненно, зараженный. Причем давно, учитывая, насколько легко он начал изменяться. Это значит, что от прежнего носителя там ничего не осталось.

– Рогул служит при Императорском гареме более трехсот лет, – задумчиво сообщил Император. – Если верить архивам. И ничем себя не выдавал.

– А кто его назначил? – подала голос Леди Каина.

Суран вскинул бровь:

– Назначил? Леди, евнухи для Императорского гарема выводятся только в одном питомнике. Императорском.

Каина медленно покачала головой:

– А остальных уже проверили?

– Этим занимаются, – вздохнул альбинос. – И пока из всех проверенных не обнаружили ни одного подобного. Наложников тоже проверяют досконально.

Хилар покачал головой:

– Наложников можно смело исключить. Тут явно намеревались действовать иным путем, чем заражение Императора. И я совсем не удивлюсь, если окажется, что этот Рогул – единственный. Все-таки Императорский дворец – это весьма опасное место для таких, как он. Особенно после войны. Вы сразу почувствовали, что происходит, и примчались из другого конца дворца.

Суран подпер кулаком подбородок:

– Ты прав. Интересно, что заставило его так рискнуть? Он мог бы убить того, второго, что его заподозрил и без трансформации, руками своего тела, не выпуская свою истинную сущность наружу.

Леди Каина пожала плечами:

– Не знаю всей ситуации, но что-то тут не складывается.

– Несомненно, – согласился Суран – Скоро прибудет Лорд Янус, поэтому, если здесь мы закончили, то предлагаю всем пройти в залу советов. Там вам будет дан более подробный отчет.

Хилар и Каина согласно поклонились.

В этот момент дверь распахнулась, и на пороге показалась подтянутая фигура Четвертого Лорда.

– Ты явно летел, – фыркнула Каина. – Мы тебя так быстро не ждали. Ночь все-таки, даже на Крине.

– Мы не спали, – невозмутимо отозвался Янус. – Кроме того, вызов Его Императорского Величества был отличным предлогом прекратить назойливые вопросы одного создания.

– Я не назойливое создание, – раздалось откуда-то из-за его спины. – Я любопытный.

Левая бровь Повелителя Иллюзий чуть дрогнула, что являлось признаком явного раздражения. И он чуть отодвинулся в сторону, освобождая проход…

– Мамочки, – ахнула Каина. – Фея! Настоящая!

Её тут же одарили клыкастой радостной улыбкой.

– Ой, а это что за тварюшка? Вкусная? – фиолетово-оранжево-зеленый ирокез волос заинтересованно склонился в сторону лежащего на полу тела.

– Не советую, – хмуро сообщил ему Повелитель Иллюзий. – Ваше Величество, вы позволите?

– Для того вас и вызвали, Лорд Янус, – вздохнул Суран, отрываясь от разглядывания крылатого яркого чуда.

Блондин опустился на колени, заглядывая в раскрытую пасть зверя. Его яркие глаза потемнели, словно он увидел что-то, очень ему не понравившееся.

Суран услышал шорох и поднял глаза, в дверях, небрежно оперевшись на косяк, стоял Рубин.

– Доброй ночи, дядя.

– И тебе, племянник, – задумчиво кивнул Рубин. – Неужели все начинается с начала?

– А разве что-то заканчивалось? – удивился Император Темной Империи. – Мы все знали, что Трещина – это не конец. Пока существуют Сфера и Нидо, это не закончится.

– Да… это я немного расслабился, – поморщился кринит. – Мы так славно проводили время на Крине, просто подчищая и восстанавливая, что я совсем забыл об остальном…

– И зря, – откомментировал альбинос. – Наверное, стоит дать вам почитать некоторые документы. Крин довольно слабое звено.

Рубин прищурился:

– Мальчик мой, сейчас Крин малопривлекателен. Он хорош, как база для дальнейших действий, а твои враги явно решили действовать быстрее, чтобы ты не успел набрать силу. Сколько осталось до твоего официального совершеннолетия?

Суран пожал плечами:

– Более ста пятидесяти лет.

Рубин удовлетворенно кивнул:

– Вот и подумай немного. Если ты за такой короткий срок добился столького, что можно от тебя ожидать ко дню твоего совершеннолетия?

Суран усмехнулся:

– Так меня боятся?

– А ты сомневался?

Ответ он не успел услышать, их беседу прервала тихая шипящая фраза, где из приличного было всего две буквы – связующие отдельные слова в единое целое. Оба Императора в легком недоумении уставились на источник – Лорда Януса. Повелитель Иллюзий поднялся на ноги и, как до него Хилар, отряхнул брюки. После чего подумал мгновение и добавил еще одно короткое выражение. Суран заинтересованно наклонил голову, запоминая.

– Все так плохо? – подала голос Каина.

– Простите, не удержался – отозвался тот. – Это не заражение.

– А что тогда? – тихо поинтересовался Хилар.

Повелитель Востока задумчиво взглянул на тело еще раз:

– Была еще девушка?

– Она жива и находится в другом помещении, – ответил Суран.

– Я хотел бы взглянуть на неё, прежде чем огласить свои выводы. Я пока могу ошибаться. Да, и хорошо бы провести полное вскрытие.

– Тара вас проводит, – кивнул Суран, – мы же будем ждать в зале совещания, все равно туда собирались перебраться.

– Я с тобой, – радостно ухмыльнулся фея, сверкая зелеными глазами. – Все забавнее и забавнее.

Янус резко качнул головой:

– Нет.

– Девушка в Императорском гареме и является наложницей, – мурлыкнула Каина. – Без разрешения Императора проникновение в гарем считается преступлением и карается смертной казнью на месте вне зависимости от положения.

Фея надулся:

– Как скучно.

– Действительно, – голос Хилара мягко окутывал снежным пушистым сугробом. – Смерть – это невыносимо скучно, фея.

Тот вскинул глаза, внимательно вглядываясь в демона.

– Ты… ты… ты – инкуб! Настоящий?

– Наполовину, – серьезно кивнул тот.

– Ух ты!

Янус тихо выскользнул из комнаты, мимо Рубина.

Расия поднял голову, за пару мгновений до того, как открылась дверь и грасса Тара впустила гостя.

– Господин, – вымученно улыбнулся бес.

– Давно не виделись, Расия. – Повелитель Иллюзий присел рядом с ним. – Хорошо поработал.

– Не так уж и хорошо, – с крупицей горечи на языке отозвался тот. – Тварь мертва, а лучше бы брать живьем. План рухнул, выйти на конец цепи будет теперь сложнее, девушка умирает и один погибший.

– Тебе так нравится эта девушка? – Янус, не глядя на своего разведчика, коснулся лба наложницы, погруженной в беспокойный сон. Темные ресницы затенили глаза, снова насыщенные индиговым оттенком.

Расия горько улыбнулся:

– Она – храбрая и сильная девочка.

Но, казалось, что Господин его уже не слышит.

Падает луна, паааадааает…

Разбивается стекло, разбиваааается…

Тусклая сфера крушит бумажные стенки лабиринта. И раскрываются глаза. Огромные, фиолетовые. И отражается луна, разбивается в зрачках. И сорванный хриплый крик ужаса мечется по телу, отражается, возвращается…

Взлетают руки. Бьются руки. О стекло бьются. Царапают.

Изнутри.

Не зацепиться. А крик уже хриплый. И сердце колотиться. Словно и не сердце, а дробный стук молотка изнутри. И нет сил дышать, так как нет уже воздуха, который можно было бы вдыхать.

Падает луна, паааадааает…

Разбивается стекло, разбиваааается…

Она сидела среди осколков и вздрагивала. Она не понимала, ни где она, ни кто такая. Смутные воспоминания клочками метались в сознании, и легкие болели от судорожных глотков воздуха, которые она жадно считала. Потом пришло осознание другой боли. В недоумении подняла руки и увидела сбитые в кровь костяшки пальцев и исцарапанные ладони.

Тихо всхлипнула и… зашлась кашлем вперемежку с рыданием. Окружающая темнота ответила эхом, но она не слышала, слишком поглощенная пережитым ужасом, который пыталась вытолкнуть из себя, вылить слезами и забыть о нем… Потом сил рыдать не осталось. В легких осталась тупая, почти незаметная боль, а тело ощущалось так, словно было переломано, а потом собрано вновь. Она долго лежала, потом все же нашла в себе силы и приподнялась, почти не чувствуя стекла под руками и ногами.

Она помнила, что видела луну, но вокруг была темнота.

Медленно встала на ноги и сделала несколько шагов. Куда-то в темноту. Ей было все равно, куда именно. Но следовало двигаться, идти туда, куда ведут ноги и чувство интуиции.

Она не знала, сколько шла, но в конце концов, где-то впереди повяло свежестью. И ноги, словно сами собой, зашагали быстрее. В какой-то момент, неожиданно и внезапно, она вывалилась наружу, под огромное звездное небо, и босые подошвы ощутили мягкость травы.

Она замерла, чувствуя, как кружится голова, как перехватывает дыхание, как ходит ходуном грудь, а на глаза наворачиваются слезы. Сила великая, как же давно она не видела неба и звезд, своих прекрасных звезд.

Из травы неподалеку поднялся темный силуэт:

– Наконец-то, – тихий голос. – Я уже устал ждать тебя, Сира.

Она с трудом оторвала взгляд от звездного полотна над головой:

– Сира? Так меня зовут?

– Да. Таково было твое имя при создании, бесовка.

– Сира, – медленно повторяют губы, словно пробуя на вкус. – Сира… Но ведь она умерла…

– Вот как? – легкий интерес. – Кто же тогда ты?

– Не знаю, – растерянность, словно осенний лист падает в воздухе, невесомый и яркий. – Ты можешь дать мне имя?

Он явно раздумывает, а она ждет, и где-то в груди трепещет бабочка надежды. И с каждой секундой ЕГО молчания, крылья бьются все сильнее и сильнее… и сильнее… и сильнее…

А потом бабочка вырывается из грудной клетки, разламывая ребра, разрывая кожу, сверкая серебристыми крыльями, чей отсвет на мгновение осветил ЕГО лицо и прекрасные темные, с отсветом синевы, глаза.

– Ты действительно храбрая и сильная девочка, – слышит она сквозь всепоглощающую боль в груди. Кровь просачивается сквозь пальцы, зажимающие рану, и капает на темную траву, растворяясь в ней.

– Но мне нужна память Сиры.

– Это… Сделка?.. – выдыхает она.

Секунда странного колебания. И твердый ответ.

– Да. Сделка.

И боль в груди становится уже не важна. Она выпрямляется и смотрит в звездное небо. Руки отпускают рану.

– Мне нужно время.

– И у тебя, и у меня, его немного, – тихий ответ. – Я вернусь очень скоро.

Сереброкрылая бабочка садится на темный цветок у самых её ног и освещает ближайшие травинки… они оказываются насыщенного синего цвета…

И темной фигуры синеглазого уже нет… Она садится прямо на траву и смеется… смеется… смеется… смеется…

А луна все падает и падает… падаааааеееет…

Повелитель Иллюзий отрывает руку ото лба бесовки и выпрямляется, задумчиво глядя на неё.

– Расия…

– Да, Господин?

– Она необычная. Действительно, сильная…

– Она сможет… выжить? – он чуть споткнулся, словно не решаясь использовать именно эту чуть просительную интонацию.

Демон поворачивает голову и внимательно смотрит на беса. Очень внимательно. Потом медленно качает головой:

– Сира уже мертва.

И бронзовые пряди волос закрывают золотые глаза, полные острого сожаления.

Янус поднимает руку и осторожно отводит пару прядей, обнажая скулу своего беса.

– Не сожалей о мимолетной красоте, Расия. Сира действительно смелая девочка и сильная, но она была всего лишь наложницей. Поэтому поняла, что не сможет бороться с тем, что захватило её разум. Однако тот факт, что она была не простой наложницей, а Императорской, да еще потомственной… Она сама уничтожила свою личность, оставив кого-то другого на своем месте.

– Кого-то… другого?.. – задумчивый интерес.

Повелитель Иллюзий поднялся на ноги.

– Да. Удивительное создание. И еще пока непонятно, кем она будет теперь.

Бес посмотрел на своего Господина снизу вверх и слабо улыбнулся:

– Мне бы пригодилась помощница.

– Нахал, – усмехнулся демон. – Я вернусь сразу после доклада Императору. Пригляди за ней.

– Слушаюсь и повинуюсь, – склонил голову разведчик. – Господин?..

Его голос нагнал Януса уже у самой двери.

– Да?

– Это правда про Тамира?

Медленный согласный наклон головы.

– Его жизнь в обмен на жизнь моего сына.

– Достойная смерть, – тихий шепот уже из-за закрытой двери, но Янус услышал и согласно кивнул головой сам себе.

– Ты даже не представляешь, насколько, Расия.

Бес отвел несколько черных прядей с чистого лба Сиры, чувствуя странную тягучую боль где-то внутри себя. Даже не определить, что именно болит.

– Надо же… я даже не знал, что у Господина есть сын… А Тамир уже успел его защитить. Опять ты обогнал меня, старый друг и соперник. Жаль только, что теперь мне никогда тебя не нагнать. Ты слишком сильно опередил меня.

– Суран, – ленивый голос Рубина прервал размышления Императора.

Альбинос поднял голову, взглянув на кринита:

– Да?

– Я хотел бы уточнить один интересующий меня вопрос.

– Если смогу, – пожал плечами тот.

– Это ты приказал Янусу заслать в Серебряный Лунар своего сына?

– С-сына?! – Огненная Леди рядом с Рубином поперхнулась и едва не смяла в руках листы доклада, который изучала все это время. – У Януса есть сын?!

Кринит довольно улыбнулся:

– А вы не знали, Леди? Довольно симпатичный молодой человек, и такой же нахальный, как его отец.

– Он уже обрел силу, раз Янус позволил вам его увидеть, дядя? – спокойно отозвался альбинос.

Рубин разочаровано хмыкнул:

– Тени и Сны. Он еще моложе вас всех, но, похоже, уже на подобном же уровне. Империя явно рождает гениев в последнее время. Так рано обретать силу… Значит, ты знал.

– В Империи мало что происходит без моего ведома, – спокойно отозвался Суран.

– Да, я помню, – вздохнул Рубин, касаясь ошейника на шее.

Фея, который все это время сидел рядом с Лордом Хиларом и любовался полуинкубом почти неподвижно, встрепенулся:

– Хочу познакомиться!

– Обойдешься, – отозвался Повелитель Иллюзий, закрывая за собой дверь.

– Ян! Когда успел?! – возмущенно приподнялась Каина. – И молчал!

– Потом, Кай, – покачал головой демон и сел на свое место.

– Итак? – Суран вопросительно взглянул на своего Лорда.

Тот тяжело вздохнул:

– Это все предварительно. Более точно все скажу после вскрытия тела и сканирования памяти Сиры. Однако предварительные выводы все же есть. Я бы посоветовал разыскать того, кто был ответственен за создание именно этого беса.

– Вы сказали, что это не заражение Изначальных.

– Да, потому что паразита точно не было, я просканировал сознание беса. Даже если новая личность поглотила старую, осколки этого поглощения все равно остались бы. Так что я предполагаю, что гены Изначальных были введены еще при создании беса. Плюс некоторые нюансы… В общем, кое-что мне показалось знакомым. Поэтому я и решил проверить девушку.

– И?

Голубые глаза вспыхнули:

– Ей вводили какой-то препарат, полностью шаг за шагом разрушая генетическую программу, заложенную в наложнице. На сегодняшний день эта программа полностью разрушена. На её месте – руины.

– Почему она тогда смогла убить тварь? – тихо поинтересовался Суран.

Янус сцепил пальцы рук в замок:

– Потому что те, кто разрабатывали этот препарат, не учли одного момента.

– Какого?

– Наложница была влюблена в вас, Ваше Императорское Величество. Искренне и беззаветно. В генетическую программу не закладывается подобное чувство, его, если честно, невозможно вычленить – это порыв души, а не каких-то механизмов тела. Поэтому генетика закладывает только определенные биохимические реакции. Благодаря программе, она могла вас желать, обожать, но не любить беззаветно. А она любила. И то, что программа разрушена, ничего не меняло для неё. Они могли влиять на наложницу, контролировать, постепенно накладывать свою программу, но в какой-то момент, когда вам угрожала непосредственная опасность, конфликт в ней был решен. Она полностью уничтожила себя как личность, чтобы защитить того, кого любит. Ведь наложница не может взять в руки оружие.

– Звучит как в какой-то легенде, – поежилась Каина. – Чтобы бесовка, да еще наложница, так…

Янус остро взглянул на неё:

– Каина. Я много раз тебе говорил, что твое обращение с бесами нелогично и основано на предвзятости. Эти создания весьма интересны и на многое способны при правильном подходе. Бесы, к твоему сведению, весьма часто влюбляются в демонов, не мне тебе это объяснять. В данном случае – это сыграло нам на руку. И как сыграло. Еще неизвестно, что произошло бы, если бы девочка не отреагировала именно так. И к тому же благодаря этому, у нас есть неплохой шанс добраться до истоков заговора.

– Вы так и не сообщили о вашем окончательном выводе, – подал голос Император. – Если это не работа Изначальных, то чья?

Демон взглянул прямо глаза своему Императору:

– Клан Крови. Это, несомненно, их работа.

Кровавые глаза чуть прищурились, пристально изучая сидящего на противоположном конце стола Лорда.

– Интересно. Весьма.

4

Он пришел. И луна остановила свое падение в пустоту.

– Ты приняла решение? – тихий вопрос, требующий прямого ответа.

Она накрыла серебряные крылья бабочки ладонью и подняла глаза.

– Да.

И ему уже не требовалось уточнений, какое именно решение принято. Мгновение – и синие, словно осеннее небо в полдень, глаза, смотрят прямо на неё. Вглядываются, отбрасывая тело, как ненужную оболочку.

– Ну, здравствуй… Сира, наложница Императора, – тихий шепот ласкает обнаженные нервы.

Больно. Очень больно. Хотя она уже мертва… оказывается, и после смерти можно испытывать боль. Про демонов говорили правду… А она не верила… глупая…

Серебряные крылья мнутся в судорожно сжатом кулаке… И она кричит и кричит, не слыша собственного вопля…

На лбу Господина выступили бисеринки пота, губы плотно сжаты. И глаза постоянно движутся под сомкнутыми веками. Расия осторожно придерживал его за плечи, потому что в таком состоянии Повелитель Иллюзий мог упасть и не заметить этого, а разрывать контакт с объектом нежелательно.

Рядом замер Самар. И весь его напряженный вид свидетельствовал, что ему все это не слишком нравится. Расия не сумел сдержать полуулыбки, и как всегда, если они рядом, Расия виноват во всем. Это не изменить… и все же… что-то изменилось. Какая-то неуловимая нить между ними стала прочнее. И разведчик знал, какая… Их объединяла смерть Тамира. Они все принадлежали к пятерке выживших, которая претендовала на место адъютанта при Повелителе. Соперничество выиграл Тамир, но все они согласились, что это заслуженно.

Красноволосый бес был для них кем-то, кто всегда оставался тем звеном, что их объединяло. Каждый из них был его другом, и каждый из них знал, что Тамир никогда не станет ни для кого чем-то большим. Его разум всегда занимал лишь их Господин. И только Тамир видел в нем какую-то сложную загадку, которую задался непременно разгадать… Теперь никому из них не узнать, разгадал ли он её или нет.

– Самар, – тихо окликнул Расия брата по питомнику.

Тот скосил глаза, очень недовольный, что прервали его сосредоточенность.

– Что тебе?

– А кто теперь станет адъютантом Господина?

Лицо ученого-беса почти закаменело, желваки на лице явственно отвердели. Похоже, это был болезненный вопрос, сделал вывод Расия.

– Господин как-нибудь сам разберется, – процедил сквозь зубы он.

Разведчик вздохнул:

– Ну вот, а я хотел поспорить с тобой, что это будет Змеевик. Но ты такой зануда. Прямо сил никаких.

Наложница под руками его Господина в этот момент мучительно застонала, потом забилась в судорогах и закричала в полный голос.

Лорд Янус открыл глаза и устало поднял лицо.

– Самар.

– Мой Повелитель, – бес подхватил на руки извивающееся, кричащее тело и бросился в вихрь портала, ожидающий его.

– Расия.

– Господин?

Демон внезапно откидывается назад, наваливаясь на беса всем телом, и тот покорно упал на ковер, становясь своеобразной подушкой для Повелителя.

– Мне нужно все проанализировать. Разбуди через полтора часа, – едва слышно слетает с губ Повелителя Востока. И темные ресницы вновь закрывают сияющую синь глаз. Дыхание демон выравнивается, и Расия понимает, что его Господин дремлет. Бес старается не шевелиться, хотя немного неудобно, но… когда еще выпадет такой удачный случай? И он улыбается, прикрыв глаза. Тамир был прав, их Повелитель – это что-то… настоящая загадка. Может, вместо Тамира попытаться его разгадать? В качестве посмертного подарка старому другу.

Император кусал губы, выдавая свое раздражение. И Хилар медленно кивнул:

– Я слышал это имя. Жаль, Максимилиана нет, он бы мог рассказать подробнее. Этот демон был частым гостем замка Повелителей Звезд в те времена, когда там жили родители Повелителя Запада.

– Но как Макс о нем отзывался? – поинтересовалась Огненная Леди.

– Очень нелицеприятно, – усмехнулся Первый Лорд. – Ему явно не по вкусу был отпрыск Повелителей Земли. Да и то, что у меня самого есть на эту семью… В общем, непонятно вообще-то, как Лорд Шлак умудрился так глубоко проникнуть, да еще и замкнуть на себе Императорскую наложницу.

– Вот это и надо выяснить в первую очередь, – отрывисто приказал Император. – И еще, нужно сделать все возможное, чтобы информация о том, что здесь произошло сегодня, не вышла за пределы комнаты. Если невозможно кому-то почистить память, то постарайтесь их на некоторое время изолировать. Нам нужно время. Лорд Янус, вы еще что-то хотите добавить к своему докладу?

Четвертый Лорд медленно кивнул, выглядя предельно усталым. Похоже, путешествие в сны умирающей бесовки не прошли для него даром.

– Мы с девушкой заключили сделку, мой Господин. Она, к сожалению, больше не может быть вашей наложницей… её нужно немного изменить.

Суран прищурился:

– Что за сделка?

– Она хочет быть для вас тем же, кем для меня является Расия.

Демон задумался, задумчиво анализируя факты.

Остальные молчали, даже Янус больше ничего не сказал, ожидая решения Императора.

Только неугомонный фея шепнул ему на ухо:

– Я же говорил, что с вами намного интереснее.

Повелитель Иллюзий тяжело вздохнул:

– Ты не мог бы немного помолчать? Ты знаешь, почему тебя пустили так глубоко.

И внезапно серьезные зеленые глаза смотрят на него в ответ:

– Знаю, демон. И свою часть сделки я выполню. А ты не забудь о своей.

И Янус медленно кивает головой. Еще одна выгодная сделка, заключенная раньше, как раз перед тем, как они отправились обратно в Империю.

– Ну, вот и ладно, – зубасто улыбнулся фея. А Император поднял голову:

– Ты успеешь закончить её преобразование за сутки?

– Да, – склоненная голова Повелителя Востока. – Смогу. Она полностью готова. Нужно лишь немного изменить тело. Самар уже приступил к первому этапу.

– Хорошо, – резко кивнул Суран. – Я хочу, чтобы ею занимался Расия.

И снова кивок-поклон.

– Лорд Хилар, – Суран пронзительно взглянул на своего Первого Лорда. – У меня для вас задание.

– Да, мой Император?

– Мне нужно, чтобы вы нашли нечто, что заставит Шлака не просто попасть в наши сети и разболтать то немногое, что ему скормили заговорщики, а то, что даст над ним власть и способ выйти на основную сеть. И помните, у нас очень мало времени. Все это надо сделать до того, как он снова попытается связаться с наложницей. Какова была периодичность их встреч, Лорд Янус?

– Примерно раз в неделю.

– Значит, у нас всего пять-семь дней. При этом на руках погибший посредник.

Демоны склонили головы.

– Будет исполнено, Ваше Величество.

– Рубин.

– Племянник?

– Надо поговорить. Наедине.

– Как скажешь, – пожимает плечами кринит.

Хилар смотрит на возлюбленную. Каина задумчиво глядит на папку в руках, которую только что закрыла. Взвешивает её на ладони, словно сверяясь со своими ощущениями. Они уже два часа после совещания у Императора находятся в кабинете Хилара. Сразу, как только Каина сказала, что по заданию Императора у неё есть одна идея.

– Ты не уверена в своем анализе? – тихий вопрос.

– Уверена, – она вздыхает. – Просто… совсем не в такой обстановке я хотела познакомиться со своими родственниками. Но это идеальный вариант. Шлака надо перекинуть на кого-то более невероятно-притягательного, чем императорская наложница, тогда нам это даст временную фору. Он не будет так стремиться к встрече с ней вне пределов необходимости.

– Этот демон действительно настолько идеален?

Она внезапно улыбнулась:

– Хилар, помнишь нашу первую встречу? Ты фактически на первых фразах предложил мне стать твоей. Представь вторую такую меня теперь. Устоит ли Шлак, если даже ты не смог устоять?

Первый Лорд прищуривается, задумчиво разглядывая антрацитово-черные глаза Огненной Леди.

– А ты не боишься, что я снова могу не устоять? – легкое поддразнивание.

И внезапно демонесса отводит взгляд, даря приглушенный ответ:

– Боюсь.

Он губами ловил струи дождя, чуть ли не танцуя во дворе своего замка. Бесы замерли на своих постах, стараясь не шевелиться, хотя давно промокли насквозь. Они предпочитали замерзнуть насмерть, чем обратить на себя внимание своего Господина.

А Господин резвился, как ребенок, под проливным ливнем. Сейчас он был почти счастлив, так же, как и когда убивал.

Он скинул сапоги и китель, оставшись в одних брюках. Мокрые пряди его длинных волос от воды потемнели и темно-золотыми змеями прилипли к лицу, плечам и спине.

Но его упоение этим чистым дождем было прервано.

– Лорд Риар?

– В чем дело? – он даже не обернулся, но бесовка почувствовала, как холод ледяными иглами пронзил её позвоночник.

– Прибыл Лорд Хилар, он просит о встрече, – смиренно доложила бесовка.

– Первый Лорд, – он все-таки обернулся. – Хорошо.

Низшая почувствовала облегчение, но в этот момент изумрудные глаза сверкнули и острые когти вспороли ей горло.

Хилар лениво прикоснулся губами к бокалу вина и сделал небольшой глоток. Он уже десять минут ждал Лорда Риара, Повелителя Ветра, но сохранял терпение. Истинные демоны, чистокровные, с историей семьи, всегда отличались особой надменностью. А про этого Лорда вообще ходили слухи, что он безумен. Риар принадлежал к тому же клану, что и мать Каины, и наследником стал не так уж давно, сменив погибшего в войне с Крином отца.

– Прошу прощения, что заставил вас ждать, но низшая, которая докладывала о вас, была излишне медлительна.

Первый Лорд поднял глаза. Юноша, стоящий в дверях поразил его.

Он стоял в одних мокрых брюках, которые плотно облегали ноги. Искрящиеся капли воды скатывались по бледной коже обнаженного торса. Зеленые глаза сверкали из-под спутанных прядей мокрых волос. Он был прекрасен. Слухи не лгали, они недоговаривали. И он чем-то неуловимо походил на Каину. Может, тем же отсветом безумия в глазах? Или чертами лица?

Риар поднял правую руку и лизнул окровавленные пальцы:

– Так, чем обязан визиту Первого Лорда?

Хилар пожал плечами:

– Дело Империи. Надеюсь, я вас ни от чего важного не оторвал?

Лорд Ветра пожал плечами:

– Да нет.

Он сел в ближайшее кресло и чуть шевельнул пальцами. Теплый воздух моментально сгустился вокруг него. Секунда и… золотые волосы засияли в свете свечей, освещающих комнату. Брюки высохли, но ноги, затянутые в серую ткань стали ещё привлекательнее. Хилар даже задумался, не было ли в крови клана Ветра примеси крови инкубов, уж больно схожее поведение.

Риар тихо вздохнул и щелчком пальцев, извлек бокал и для себя.

– Что ж, Лорд, я готов вас выслушать. Что Его Императорское Величество хочет от меня?

Хилар кивнул, и здесь донесения не солгали. Демон отличался неуравновешенной субординацией.

– Вы знакомы с Лордом Шлаком?

– У нас с ним общая страсть, – усмехнулся юноша, в его глазах сверкнули золотые искры.

– Какая же?

– Кровь, – почти прошептал Риар.

Хилар медленно кивнул. Риар обожал убийства. Они заменяли ему и наркотик, и страсть, и секс.

– Понимаю…

Лорд Ветра потянулся:

– Но вы должны понять меня, Лорд Хилар. Шлак… он, как бы это сказать… слишком мелок для меня. Я иногда принимаю его в своем доме, но никогда не считал ни другом, ни союзником. Он скорее напоминает мне беса, чем демона. И я предупредил его, что однажды в запале я могу принять его за такого… и убить… – презрительная улыбка исказила красивые порочные губы. – Он испугался.

Ледяной Лорд улыбнулся почти невидимой улыбкой:

– Вот как… но он до сих пор вас посещает? Этому есть причина?

Легкое пожатие плечей, и спокойный ответ:

– Он слишком сильно хочет мною обладать. Настолько, что страх быть покалеченным или убитым отходит на второй план. Но почему Императора заинтересовало это ничтожество? Даже его отец не собирается делать его своим наследником, предпочитая его младшего брата. А уж как о нем отзывался его дед, Лорд Нервус…

Хилар кивнул:

– Мы знаем это. Однако Лорда Шлака явно не удовлетворяет его положение. Есть подтверждения того, что он нарушил присягу и покусился на честь и жизнь Императора.

Наступившую тишину можно было есть ложкой.

– Вот как? – наконец произнес Лорд Ветра и чуть склонил голову, – И он до сих пор жив?

– Пока да, – Хилар улыбнулся, проследив, как демон поставил бокал на столик.

– Вы подозреваете, что я к этому как-то причастен?

– Вы проверены, – тихо ответил Первый Лорд. – Но, учитывая вашу репутацию, есть некоторые сомнения.

Зеленые глаза заволокла золотистая поволока. Знакомая… так вот откуда у Каины этот странный эффект, когда она впадает в эмоциональные коллапсы. Наследие Ветра.

– Чем я должен доказать свою верность Империи? – тихое оскорбленное шипение. Он действительно испытывал гнев, но не на Хилара или Императора, а на сам факт подозрений.

В этот момент открылась дверь, и в комнату заглянул насмерть перепуганный бес:

– Мой Господин?

– В чем дело? – нахмурился Риар. – Я занят.

Но бес ничего не успел сказать. Кто-то грубо отшвырнул его со своего пути, и в дверях появилась фигура разъяренного демона. Он, не замечая Хилара, одним прыжком оказался напротив Риара и схватил его за плечи:

– Ах ты, рыжая дрянь! Да что же ты такое вытворяешь?!

Тот положил руки на запястья незнакомца и поинтересовался:

– Может, ты объяснишь, чем недоволен в этот раз, Сорин?

– Я недоволен?! Да я в ярости!

– Я снова в чем-то обошел тебя? – невинно распахнул глаза Риар.

– Ты?! Не смеши меня! Меня интересует, Изначальные тебя задери, зачем ты убил моего старшего офицера?!

– Я?! – искренне поразился демон.

– А кто?! Император Суран?!

– Почему бы и нет, – пожал тот плечами.

Хилар невозмутимо допивал свое вино, с интересом разглядывая Лорда Сорина, Повелителя Зверей, по слухам, заклятого друга Лорда Ветра. В голосе демона прорезался сарказм:

– Ага, Его Императорское Величество шляется по ночным барам, перекрашивая свою белую шевелюру в рыжий, чтобы не признали, и гробит моих офицеров.

– Бар? – брови Риара дернулись, и он улыбнулся. – Ты имеешь в виду ту нахалку, что посмела мне предложить переспать с ней за плату?

– Чего? – васильковые глаза Повелителя Зверей ошарашено мигнули. – Она что?!.. Эти бесовки совсем распустились…

– Не то слово, – печально кивнул Лорд Ветра. – Теперь, когда мы разобрались с этим недоразумением, может, ты отцепишься от меня?

– Ну-у-у, – протянул тот и хищно осклабился. – Ты прикончил моего лучшего офицера, а мог бы её просто наказать. Я требую компенсации.

– Это какой?

Сорин наклонился, приблизив свое лицо к его:

– О-о-о, неужели такая страстная личность как ты – и не понимаешь… – его голос понизился до завораживающего шепота.

– Лорд Сорин, – холодный голос Хилара, который, наконец, решил вмешаться, был подобен ледяному душу. – Мы с Лордом Риаром решали некоторые вопросы и не успели закончить…

Повелителя Зверей отшвырнуло от демона, и он ошалело взглянул на вальяжно устроившуюся в кресле фигуру Первого Лорда.

– Л-лорд Хилар?! Что вы тут делаете?!

– Знакомлюсь с Лордом Риаром, – ледяной взгляд насмешливо пробежался по демону. – Он как-никак родственник Леди Каины, у меня возникло несколько вопросов.

– Простите, если помешал, – поклонился тот. – Слуга, видимо, не успел сообщить о том, что мой вопрос может чуть подождать.

– Что ж, тогда, – Хилар поднялся, – Лорд Риар, рад был познакомиться. Не могли бы сегодня вечером прибыть ко мне в замок? Нам с Леди Каиной приятно было бы увидеть вас сегодня за ужином.

– С великим удовольствием, Лорд Хилар.

– Я пришлю за вами, – и Первый Лорд вышел из комнаты.

Демон со вздохом откинулся в кресле:

– Проклятье, ну и глаза у Первого Лорда. Аж дрожь берет.

– Не то слово, – поежился Лорд Сорин. – Ты действительно отправишься к нему на ужин?

– Да, – улыбнулся Риар. – А ты бы отказался? Тем более, я давно хочу познакомиться с кузиной. А то я видел её фактически только на том турнире с кринитами, а потом лишь издалека и мельком.

– Вот как, – Повелитель Зверей хмыкнул. – Ну и каково твое мнение о Лорде Хиларе, кроме его жуткого взгляда?

– Необычно, – отозвался Риар. – Мне интересно.

– Он не из тех, кто встречался тебе раньше, – предупредил Сорин.

– Я запомню это, – прошептал золотоволосый демон.

5

Каина чуть пригубила из своего бокала и вопросительно вскинула бровь, разглядывая Хилара. Первый Лорд пересек комнату и сел на ручку кресла, в котором расположилась Огненная Леди. Его глаза смеялись, и демонесса слегка расслабилась.

Полуинкуб наклонился и поцеловал её в висок:

– Ты не сказала, что он блондин.

Она усмехнулась:

– Я хотела убедиться…

– Я всегда тебе говорил, – тихо сообщил он, коснувшись её черных, как смоль, волос. – Блондины не в моем вкусе.

– Он так привлекателен? – она чуть извернулась, чтобы взглянуть на любимого.

Демон тепло улыбнулся и честно признался:

– Невероятно. Он вызовет желание даже у камня. В вашей семье точно не было инкубов?

– Кто знает, что в наших генах намешали Изначальные, – легкомысленно пожала плечами Огненная Леди.

– Меня другое волнует, – тихо заметил внезапно посерьезневший Повелитель Льда.

– Да? Ты что-то заметил?

– Да, он и его друг разыграли передо мной великолепный спектакль. Я искренне насладился представлением. Но…

– Но…

– Такое ощущение, что эти двое ведут какую-то свою игру. Риар солгал мне, говоря, что держит Шлака при себе просто так. Такой, как он, ничего не делает просто так.

Демонесса кивнула:

– Совпадает с теми данными, что я получила. В одном я могу тебя успокоить. Этот демон предан Империи так, что дрожь вызывает. Ты знаешь, что он на короткой ноге с Нервусом? Этим законником, заядлым патриотом и сибаритом? Агентура докладывает – они не просто дружны, они ПОНИМАЮТ друг друга. Я в ужасе. Ведь Риар намного моложе этого демона.

Хилар снова улыбнулся:

– Ничего, ты сегодня вечером увидишь своего кузена и сможешь составить мнение по личным впечатлениям. Только…

– Что? – она внимательно посмотрела на него.

– Я беспокоюсь, – признался Первый Лорд. – Вы настолько похожи, что вас может перемкнуть друг на друге.

Леди тяжело вздохнула:

– Об этом можешь не волноваться. Мы на самом деле с ним чрезвычайно разные. Настолько, что даже удивительно.

– Меня это совсем не успокаивает, – заметил демон и наклонился, чтобы поцеловать свою безумную демонессу.

На него напали буквально в двух шагах от замка, и все потому, что он поддался чувству беспечного легкомысленного безумия и решил пройтись до замка Ледяного Лорда пешком. Сорин прав был, когда говорил, что его чувство авантюризма доходит до явной глупости. Но так хотелось просто прогуляться…

Интересно только вот то, что кроме него, Сорина и самого Первого Лорда никто не знал о том, что он сегодня покинет замок а уж что пойдет пешком… до того даже он сам бы не додумался еще за пять минут до решения выйти прогуляться. И начиналось все как-то… по-глупому…

– Смотри-ка, какой сладкий мальчик, – восторженный свист за спиной.

– Да уж, так бы и съел лапочку такую, – грубые смешки и эпитеты.

– А я бы есть не стал, – тянет патокой липкой и отвратительной и уже слишком близкой. – Я ж не каннибал, но вот потрогать бы потрогал.

– Ты потрогаешь! – радостный, похабный хохот. – Нам бы потом досталось!

Что ж, наверное, этого достаточно, и медленно поворачивается объект шуток и недвусмысленных восторгов. Замолкают, бледнеют… все как обычно. Надо лишь повернуться. И блеск перстней на пальцах, с гербами, уже не выглядят так притягательно для жаждущих, скорее, их изумрудный отсвет приобретает зловещий оттенок, а золотая грива волос, распущенная по плечам, уже завораживает, как хищник жертву, а не средство намотать эту шелковую массу на кулак.

Тонкая трость тяжело опускается на камни мостовой, и шваль вздрагивает, став сейчас единым цельным организмом. Задумчиво скользит взгляд по искаженным ужасом лицам этого существа. Легкий вздох, и трость словно отлетает с легким почти неслышным бесовскому уху щелчком. Нет, не трость – ножны узкого острого лезвия.

Повелитель Ветра поднимает клинок, и заходящее солнце дарит яркую вспышку изумруду перстня на безымянном пальце – тому, что поглощает убитые души для своего Господина.

Тварь не смеет сдвинуться с места, и только вой тонкой струей течет из её ртов.

«Сладкий мальчик» опускает клинок.

Пять тел у его ног. Пять новых душ в его перстнях. Риар счастливо смеется, разглядывая кровавые разводы луж под ногами. Он наслаждается. Внезапно ему на глаза попадается отрубленная голова, которая смотрит на него широко раскрытыми недоуменными глазами.

Лорд Ветра хмурится. Его глаза сейчас напоминают золотые озера возбуждения. Он поднимает голову, с минуту стоит, раздумывая над чем-то, а затем внезапно перемещается.

Хилар недоуменно поднял голову. В окружении вихря перехода перед ним внезапно появился Лорд Ветра. От него веяло таким безумием, что Первому Лорду стало немного не по себе. Золотые волосы спутанной массой опутывали плечи, а когда-то зеленые глаза горели золотом. Чужая кровь испачкала ему губы. И прочертила странные узоры на его лице. Безупречный вид официальных одеяний Лорда Ветра. Тяжелая трость в руках.

Каина поднимается из кресла и останавливается, замерев. Её тяжелый взгляд не отрывается от демона и возлюбленного.

Хилар молчал, наблюдая. Риар сделал несколько неуверенных шагов, оставляя за собой кровавые отпечатки сапог на белом ворсе ковра. На лице у него застыла легкая растерянность.

– Лорд Риар? – тихо позвала его Каина.

Тот вздрогнул всем телом и взглянул на неё. Внезапно Лорд Ветра метнулся золотоволосой молнией вперед и замер перед демонессой. Нервные изящные пальцы, как крылья бабочки, коснулись её лица, затем скользнули вниз. Риар опустился на ковер, заставляя приподнявшуюся демонессу, опуститься вслед за ним, но только в кресло, положил голову на её колени и что-то тихо замурлыкал себе под нос.

Тонкая, но сильная рука, с длинными пальцами, коснулась золотых прядей и погладила этот сияющий каскад.

Риар окончательно стал похожим на котенка, очень опасного котенка, когда потерся щекой о колено Огненной Леди. А минут через пять он безмятежно задремал. Губ Каины коснулась легкая усмешка, и она чуть насмешливо взглянула на Первого Лорда.

– Похоже, ты все же оказался прав. Его притянула родственная кровь, а не соблазнительный инкуб.

Ледяной Лорд пожал плечами:

– Я очень часто оказываюсь прав, моя дорогая. Но заметь, в каком состоянии прибыл наш гость.

Она перевела взгляд на золотистую шевелюру на своих коленях и кивнула:

– Кто-то напал на него. Он убил их всех, хотя не хотел. Ему нужно было узнать ответы на свои вопросы. Но что-то в воздухе… замутило его сознание.

Первый Лорд поднялся на ноги из-за стола.

– Знаешь, любимая, я кое-что проверю. А ты пригляди за нашим гостем. Меня настораживает факт нападения на Лорда Ветра именно в тот день, когда я решил почтить его замок своим присутствием.

Демонесса лишь кивнула, откидываясь на спинку кресла.

Он проснулся с легким шумом в голове, как это всегда было, когда его настигали приступы безумия, когда он упивался кровью.

Под щекой явно была не подушка. Риар открыл глаза, ожидая увидеть художественную картину из засыхающей крови и трупов. Всюду, куда падал взгляд, он видел лишь чужую, чистую, прохладную комнату.

– Проснулся, наконец? – поинтересовался глубокий голос над ухом.

Лорд Ветра подскочил, словно ужаленный, и ошалело уставился на демонессу, на чьих коленях он спал.

Та вытянула затекшие ноги и указала куда-то в дальний угол комнаты:

– Ванна там. Мне кажется она вам нужна.

Риар нервно кивнул и исчез за дверью. Огненная Леди усмехнулась и поднялась на ноги, она подошла к балкону и распахнула двери. За ними её встретила темная прохлада утренних сумерек.

– Леди, – голос Лорда Ветра за спиной. Она обернулась и улыбнулась.

– Экзотический способ вы выбрали, чтобы почтить нас за ужином, мой дорогой кузен.

– Да уж, – вздохнул он. – Надо что-то делать с этой жаждой крови и последующим приступом.

Каина вскинула одну бровь:

– Вы и вправду полагаете, что дело именно в этом? По-моему, кто-то постарался, чтобы вы впали в это состояние при переходе к нам в гости.

Зеленые изумруды чуть прищурились:

– Мне пришла такая мысль в голову. Но тогда воздействовать должен был тот, кто знает меня лучше меня самого…

– Но не знает нас, – тихо ответила Леди. – А только ориентируется на устойчивое мнение о том, каковы мы.

Его губы исказились в болезненной гримасе:

– Я знаю такого демона…

Возлюбленная Первого Лорда кивнула:

– Думаю, что знаете. Но этот кто-то все же не учел нашего с вами родства, которое оказалось более тесное, чем я думала. Вы отреагировали именно на меня. Словно я – ваше спасение.

– Возможно, так оно и есть, – он печально усмехнулся. – Раньше я что-то подобное делал только в детстве и чаще всего оказывался в объятиях своей матери. Спасибо, что не попытались убить, дорогая кузина.

– Не за что, – легкое движение головы и блеск черных глаз. – Приятно было видеть некоторый дискомфорт на лице Лорда Хилара.

Зеленые глаза повеселели:

– Правда? Первый Лорд ревновал?

– Что-то в этом духе, – усмехнулась она. – Ужинать будете? Ведь именно для этого мы вас позвали сегодня.

– А Лорда Хилара ждать не будем? – удивился он.

– Нет, – демонесса подошла к двери, распахивая её. – Он выясняет, что именно послужило причиной нападения на вас.

И зеленые глаза потускнели. Горькая складка залегла в уголке красивых губ.

– Он был таким хорошим другом? – тихий сочувственный интерес.

– Был, – выдох. – Что бы ни было причиной, именно был, дорогая моя госпожа кузина.

– Зовите меня просто Каиной, – она приглашающе кивнула в сторону открытой двери.

И Лорд Ветра последовал за черноволосой демонессой, столь похожей на него самого, что вся его сущность отзывалась при одном взгляде на неё. Во что он впутался сегодня? Куда именно привело его неуемное любопытство?

Страха не было. Повелитель Ветра просто не умел бояться. По слухам, Леди Каина тоже.

Интересно, а если её попросить, она покажет свою коллекцию русалок?

Сорин смотрит в равнодушные глаза Повелителя Льда и криво усмехается. Тот качает головой:

– Что ж ты наделал, мальчишка.

Тот прищуривается:

– Тебе было мало одной Леди Огня, инкуб. И ты пришел за Риаром. Я решил, что тебе стоит познакомиться с тем, чем он может быть, когда теряет себя во вкусе крови.

Первый Лорд смотрит на Повелителя Зверей, и в его взгляде нет жалости:

– Ты совершил ошибку. И потерял друга. Я видел его глаза, он не из тех, кто прощает.

Васильковые глаза чуть казалось выцвели:

– Плевать. Я хотел его защитить от тебя.

– Дурак, – Лорд Льда и Хаоса выпрямляется. Кажется, ему уже не о чем разговаривать с этим демоном, который оказался всего лишь удобной пешкой в чьих-то умелых руках. – Он Повелитель клана Ветра, один из тех, кто принимал активное участие в войне с Крином и выжил там, так неужели ему нужна защита? Это тяжелейшее оскорбление, которое ты только мог придумать для него. Или тебе его подсказали?

И вскидывается черная грива, расширяются в осознании васильковые глаза…

– Она!.. – почти утробное рычание сквозь зубы.

И Хилар удовлетворенно кивает. Вот и еще одна нить появилась. Им есть о чем еще поговорить с Лордом Сорином.

История четвертая

Танец на грани

1

– … Мое имя… мое имя… я – это…

Сухие губы беззвучно шептали слова и никак не могли остановиться.

Дарий прижимал её к груди и гладил светлые волосы. Дрожащее тело постепенно успокаивалось в его объятиях, губы снова становились теплыми, а глаза под закрытыми веками замедляли свое тревожное движение.

– Урия. Тебя зовут Урия, – прошептал он спящей. И та тихо отозвалась:

– Меня зовут Урия.

И затихла, забывшись спокойным сном. Дарий вздохнул и ещё крепче сжал объятия. Этой ночью ему больше не уснуть, так как он ещё не раз и не два будет вот так успокаивать женщину, чья душа потерялась… где-то… очень давно.

– Если бы я нашел тебя раньше, – с горечью прошептал он в темноту комнаты. – До того, как…

Именно, до того, как Урия насквозь пропиталась своей разрушительной силой и затерялась в ней, чтобы стать одной из сильнейших демонесс при королеве Электре.

Они встретились год назад. Дарий, Повелитель Воды и один из старших генералов армии Серебряного Лунара, раньше только слышал о ней. О страшной и могущественной Повелительнице Земных Недр, которая иногда забывала, кто она такая. И чтобы вспомнить – убивала тех, кто оказывался поблизости и был достаточно слаб, чтобы быть убитым.

Дарий увидел её сквозь стекла террасы, выходящей в сад. Он почти услышал шуршание сухой листвы под её ногами. Словно видение, с развевающимися прядями волос и взглядом, обращенным куда-то в пространство, она не видела желтой листвы, которую срывало с веток и бросало ей в лицо. Пара листьев запутались в паутине светлых прядей и никак не могли выбраться из ловушки. Она была прекрасна.

И когда Дарий, словно завороженный, переместился к ней, демонесса лишь вскинула руку, посылая смертоносную силу вперед. Но Сила Воды почти ласково отстранила удар и укрыла их обоих стеклянной стеной, словно упрятав в стакан, где моментально стих ветер и обжигающее дыхание лавы затвердело твердой коркой в образовавшейся расщелине.

Тогда Повелитель Воды впервые почувствовал прохладные пальцы на своей щеке и услышал этот вопрос:

– Мое имя? Ты знаешь его?

И невольно вырвалось:

– Урия. Тебя зовут Урия.

Утром одна из вернейших советников и воинов королевы Электры молча выскользнула из его объятий и встала у окна, рассматривая восход, окрашивающий осеннее небо в розовые тона. Потом повернулась и спросила:

– Ты останешься со мной?

Она была сейчас совсем другой, но все так же походила на видение, обнаженная, на фоне розоватого неба, загнанного в квадрат окна. Только сейчас она знала свое имя.

И Дарий молча кивнул, соглашаясь и понимая, что уже не может без этой женщины.

Тогда она уже знала, что он – брат той, из-за которой она так рвалась к силе и которая предала её, чтобы заключить более выгодную сделку с другой семьей. Урия потеряла себя, получив силу, о которой так мечтала и которая стала не нужна, так как его сестра обрела могущество и наследницу.

Дарий снова провел рукой по коротким светлым, почти белым волосам своей возлюбленной. Миру совершила глупость, но он был ей благодарен за это. Потому что теперь генерал Урия, Повелительница Земной Тверди – самая безумная и жестокая из всех демонесс Серебряного Лунара, стала его возлюбленной.

– … Мое имя… – шевельнулась под его руками спящая. – … Мое имя…

– Урия, – тихо прошептал он ей на ухо. – Ты – Урия. Прекрасная. Смертельно опасная. И такая красивая, моя демонесса, вышедшая из жерла вулкана.

– Миру? – жалобный всхлип, и Дарий замер, боясь шелохнуться. Она очень давно не произносила этого имени. Очень. Почему же сейчас?..

– … Миру… госпожа, за что?! Миру моя… Миру…

И демон сквозь зубы выдыхает, чувствуя, как ненависть разгорается в его груди, разъедая сердце и душу. Ненависть к собственной сестре. И тому, кто подставил её под удар королевы, потому что грозящая ей опасность вновь напомнила Урии о ней, той, кто её предал, но не вернул ей её сердце, которое теперь должно принадлежать только Дарию.

Будь проклята Электра, которая решила поиграть в свои игры сейчас, когда он был так близок к тому, что Урия навсегда забудет свою первую любовь с глазами цвета моря.

Сейчас его сестра в заключении, однако её дочь… Дарий нахмурился… а это могло быть выходом. Заботу о Миру можно переключить на его племянницу… Урия сможет изменить спектр своих ощущений, а о том, чтобы она не вспоминала о Миру в ненужном Дарию ключе, он сам позаботится.

Что ж… утром ему предстоит разговор с Урией и поиск девчонки, которая сейчас была в бегах.

Её звали Кира, дочь Повелительницы Моря Миру, одной из ближайших советниц королевы Электры. Только теперь её мать не ближайшая советница, а опальная заключенная в личной тюрьме королевы Серебряного Лунара. А сама Кира – скрывающаяся от гвардии королевы беглянка. Правда, скрывается она весьма удачно, у своего любовника – Масато, который в свою очередь является сыном Повелительницы Молний, правой руки и Первой советницы королевы. Девушка усмехнулась, разглядывая безбрежное море, раскинувшееся перед ней. Это место было её любимым и тайным, мало кто о нем знал и мог найти её здесь. Даже Масато она не приводила сюда. Потому что у Киры была особая тайна, которую хранило это место. Этой тайне было всего ничего от роду, но она была очень важна, настолько, что это могло стоить жизни многим.

Кира улыбнулась.

– Что-то смешное вспомнилось?

Веселый, почти задорный голос, и она опускает голову, чтобы увидеть светловолосого демона, стоящего у её камня и смотрящего снизу верх. Голубые глаза весело щурятся, а в уголке губ прячется улыбка, которая всегда готова показаться.

– Господин, – девушка соскальзывает с камня единым гибким движением так, что, кажется, у неё даже костей нет.

Кира опускается на колени, чувствуя теплый песок.

– Привет, – он усмехается и ворошит ей волосы, словно ребенку. – Я уже успел почувствовать некоторые аспекты твоей работы. Ты действительно молодец. Отец в тебе не ошибся, Рик.

Девушка улыбнулась и… все её тело потекло. Изменяя форму так непринужденно, словно это была глина, которую мнут в руках, легко придавая нужную форму.

– Старший сделал мне великолепное тело, с невероятными возможностями, Господин. Так я намного эффективнее смогу служить вам. – На Флейма смотрит озорной мальчишка-подросток.

– Приятно чувствовать вкус жизни, да? – снова улыбка, а потом лицо Господина стало сосредоточенным. – Рик, мне нужна вся информация, которую ты успел получить… Если судить по предсказаниям Повелителя Звезд, что-то уже началось. Но мне не хватает данных.

Метаморф кивнул и плавно переместился в другую позу, удобно усаживаясь на песок. Ему было что сообщить своему Господину, сыну Старшего. Приятно грела мысль, что сейчас он сидит на ровной поверхности, которая скрывает тело одного из врагов Темной Империи – тело девушки, которую он заменил пару месяцев назад. Герцог Масато, наверное, был бы удивлен, что в свое время влюбился не в настоящую Киру, а лишь в её память и образ – это все, что осталось от неё, когда Рик высосал её жизнь.

С тех пор как он был Ключом, многое изменилось. Старший смог разъединить его сознание и разбитое в осколки сознание Ключа, извлекая их обоих из покалеченного тела кринита. Когда-то умерший ребенок Изначальных, ставший впоследствии паразитом, приобрел новое тело, только его собственное. И благодаря некоторым измышлениям Старшего, который все это проделал и принял его вассальную клятву, Рик получил необычные способности. Он способен принимать любую форму, которую только пожелает, и приспосабливаться к любой обстановке. И когда Старший приказал ему стать верным слугой своего сына, бывший паразит ни на секунду не сомневался в своем выборе. Он готов умереть за своего нового Господина. Тем более, что тот так похож на своего отца и в то же время полностью отличается. Он мог гордиться собой. Сын его сюзерена до этого самого момента не мог знать, кого он смог подменить, чтобы наилучшим образом выполнить задание. Кира была его несомненной удачей, и теперь, когда его юный господин вступил в Игру, это отличный козырь.

– Итак? – подтолкнул его вопрос. И Рик встрепенулся, что-то он увлекся воспоминаниями.

– Вы были правы в своих подозрениях, Господин, – склонил он голову. – Представление с арестом Леди Миры – это именно представление. Она для чего-то нужна была королеве именно в качестве пленницы.

– Длительный и многослойный план? – задумчиво подергал себя за золотистую прядь волос демон. – Что-то конкретное смог выяснить?

– Те, кто пришел тогда за ней… зараженные, но какие-то странные.

Голубые глаза впились в него:

– Странные говоришь? Ну-ка, опиши.

Рик послушно высказал свои впечатления:

– Кода происходит заражение, остается хотя бы что-то от носителя, пусть мелкий мертвый осколок, но он есть. Без него тело превращается в неуправляемую конструкцию. Я пробовал как-то изгнать и получил гниющий труп. Госпожа Горгона тогда примерно меня наказала, заставив остаться в теле, пока оно не потекло. Только после этого меня извлекли, чтобы отправить в другое тело. Так вот, этого осколка в них нет.

– Может ли быть, что это просто начало процесса?

Метаморф покачал головой:

– Нет, Господин. Они ИЗНАЧАЛЬНО такие.

– Вот как, – пробормотал юноша. – Плохо. Значит, отец снова был прав. Все-таки Клан Крови. Он расстроится.

– Старший не любит представителей этого клана? – настороженно поинтересовался Рик.

– Очень, – кивнул задумчиво демон. – Но это не твое дело. Он сам разбирается со своими врагами.

– Я никогда не посмею покуситься на добычу Старшего, – оскорблено покачал головой тот. – Я его – вассал и ваш раб.

– Слуга, – уточнил Флейм, улыбаясь. – Ты же не бес, в конце-концов. Демоны не могут быть рабами.

Метаморф промолчал. Его Господин юн и еще много не знает. Он не видел Изначального мира.

– Тебе нравится Масато? – внезапный вопрос, полный любопытства, и Рик чуть не подскочил на месте.

– Он необычный, – кивнул он, тщательно обдумав вопрос. – Но он опасен. Очень. Он может быть союзником, но предаст в конце.

– Ты уверен в этом?

– Абсолютно. Его интерес превыше любого другого, – уверенно отозвался разведчик. – Быть в женском теле и чувствовать, как женщина – это познавательно. Тело не обманывает. Хотя я знаю, что есть старые демоны, способные обманывать и телом, но господин Масато не из них. Он уважает только одно существо из всех живущих.

– Интересно, – прищурился сын Старшего, внимательно смотря на Рика.

Тот слегка улыбнулся одними уголками губ:

– Это Повелитель Звезд, Лорд Максимилиан.

И порадовался тому, каким глубоким чувством удовлетворения и перспектив наполнился взгляд юного Лорда Снов и Теней.

– Хорошая работа, Рик.

– Благодарю, Господин, – метаморф поклонился все так же сидя, а потом легко вскочил на ноги. – Мне нужно возвращаться. Иначе Масато будет волноваться. Он считает, что Леди Кире надо поменьше выходить наружу.

Флейм кивнул, отпуская своего слугу.

Шаг, другой, и по берегу от него удаляется темнокожая фигурка ослепительно красивой лунарки с длинными серебряными волосами.

Голубые глаза опустились, сверля песок под ногами пристальным взглядом.

– Бедная девочка, – и легкая улыбка мельком на губах. – Тебе так не нравилось, что ты была разменной монетой в политике. Теперь ты можешь спать спокойно. Мы позаботимся о том, чтобы королева Лунара подавилась твоим образом, как костью, которую невозможно извлечь.

Он поднял глаза, любуясь морским берегом, с которого уже исчезла женская фигурка, оставив пустынный пейзаж после себя.

– Надо будет поговорить с Лордом Максимилианом, – и веселые искры в глазах. Наконец-то предварительные игры закончились. Намечалось что-то более серьезное. Однако Флейм прекрасно помнил уроки отца. Терпение – это одна из сильнейших тактик.

Повелительница Земной Тверди, Генерал Урия стиснула зубы, рассматривая парадный холл особняка Повелительницы Молний. Давненько она не была у Навьи. Та из высокой нескладной девчонки, искренне восхищающейся старшей подругой, выросла красивой и сильной женщиной. Смогла пробиться к трону королевы, став её Первой Советницей. И даже смогла вернуть отобранную мужчиной собственную силу, увеличив её многократно. Урия не знала как, но одно было несомненно: когда Навья снова смогла танцевать в центре грозы, она стала опасной соперницей даже для неё.

Рядом почти бесшумно появился слуга, склонившийся в низком испуганном поклоне:

– Госпожа примет вас, Величайшая.

– Тогда веди, – почти рыкнула демонесса.

– Не стоит пугать слуг, – мелодичный и глубокий голос одновременно.

Урия подняла взгляд, Навья сама вышла встретить её. Повелительница Тверди поняла, что время, когда эта женщина благоговела перед старшей подругой, прошло. Навья отрастила длинные волосы, которые собирала в волнистый хвост на макушке. Тот струился по плечам и спине одним потоком, достигая талии. Темно-зеленые глаза затягивали своей глубиной. А горькая, но жесткая складка у уголка губ придала ей какой-то странный шарм.

– Давно тебя не видела, Урия.

– Было много дел, – поморщилась та, не желая поднимать разговор на эти темы.

Повелительница Молний кивнула, соглашаясь:

– Что привело тебя ко мне, Урия? Я сомневаюсь, что это праздный интерес, как я тут поживаю. Или ты все же думаешь, что я чем-то могу помочь Миру, вызвавшей гнев нашей повелительницы?

– А ты можешь? – усмехнулась генерал.

Отрицательный кивок, в котором ни капли сожаления.

– Нет, я не с просьбой, – усмешка стала еще более широкой и кривоватой. – Мне нужен твой сын. Я ищу кое-кого, и, судя по всему, он знает, где этот кто-то находится.

В темной зеленой глубине появилось понимание и… что-то вроде жалости смешанное со снисходительностью. Урия готова была вспыхнуть гневом, но сдержалась. Дарий предупреждал её о возможных последствиях. Но она все равно решила последовать собственному решению. Так что теперь оставалось стиснуть зубы и терпеть.

– Ты пришла не в тот дом, – наконец, произнесла Повелительница Молний. – Масато живет отдельно от меня. И сейчас принимает у себя в гостях Посольство от Темной Империи.

Урия покачала головой:

– Сначала я хотела поговорить с тобой, Навья.

– Хорошо, – помолчав, ответила она, и развернулась. – Иди за мной, Урия. Мы поговорим у меня в кабинете.

Генерал дернула уголком губ, наблюдая, как струится шлейф темно-зеленого платья по ступеням лестницы. Да уж, воинственная и нескладная девчонка стала совсем иной… Смогут ли они разговаривать, как тогда? В детстве? Урия ведь тоже прошла свой путь и многое изменила… что осталось в них двоих от прежних детских подружек?

В кабинете Навья указала ей на кресло со столиком рядом, где стоял графин с полупрозрачной жидкостью, в которой Урия опознала легкий напиток, чуть бодрящий, но не несущий в себе никаких особых ингредиентов.

– Так о чем ты хотела поговорить со мной, Урия? – Навья остановилась у большого стрельчатого окна, украшавшего стену кабинета.

– Твой сын скрывает у себя дочь Миру.

– Я знаю, – пожала она плечами. – И королева знает. Девочка безобидна. Она совсем не похожа на свою мать. Мы уже даже было начали думать, что она вообще ни на что не годна. Однако, когда она сумела скрыться от гвардейцев, мы решили понаблюдать… Я очень удивилась, узнав, какого она себе выбрала покровителя. Королева посмеялась и сказала, что эту парочку пока можно не трогать.

– Так королева знает, – скривилась Урия.

– Конечно, – пожала плечами старая подруга. – Разве ты забыла?

Генерал помрачнела:

– Я много что забываю…

Темные ресницы прикрыли странный блеск глаз.

– Урия, – и что-то изменилось в интонациях голоса. – Оно того стоило?

Демонесса подняла глаза и твердо посмотрела на собеседницу.

– Да, – ответ был решительным и звенящим.

– Тогда забудь свои сомнения, – Навья вздохнула.

– Ты что-то знаешь, – выдохнула та.

Повелительница Молний помолчала, крутя на пальце тонкий ободок изысканного кольца, и медленно кивнула:

– Миру сама сделала выбор, как и ты в свое время. Все не так, как кажется на первый взгляд.

– Это я поняла довольно давно, – тихо выдохнула Урия, внезапно успокаиваясь. – Миру… станет такой же, как я?

Навья пожала плечами:

– Я и так сказала больше, чем надо.

– Хорошо, – женщина поднялась из кресла, она так и не прикоснулась к предложенному бокалу с напитком. – А теперь я хочу взглянуть на твоего сына.

– Точнее на его любовницу, – усмехнулась Повелительница Молний.

– Именно.

– Девочка может тебя разочаровать.

– Ничего страшного, – жестко улыбнулась Урия. – Меня интересует не она, а её мать. Всегда так было и будет.

– Да, понимаю, – улыбнулась старая подруга. – Помню. Ты на самом деле не так уж и изменилась.

– Я вообще не изменилась, – пожала плечами та. – Просто вы увидели истинную меня, вот и все.

– Значит все не так страшно, как казалось… – почти прошептала Навья.

– Не знаю, – пожала плечами та. – Не знаю. Ты пойдешь со мной?

– Нет, – отвела взгляд демонесса. – Там мне нечего делать.

Урия прищурилась, чувствуя внезапную слабину в этой великолепной демонессе.

– Хорошо, – в итоге всего лишь кивнула она. – Я пойду одна.

2

Лорд Нервус с любопытством разглядывал улицы столицы Серебряного Лунара. Кажется, в последний раз он был здесь слишком давно. Примерно на шаг позади скользили две тени: боевой кот Лунара, выделенный Лордом Масато и адъютант Лорда Звезд. Интересный оказался демон. Совсем не такой, каким виделся со стороны. Нервус и раньше подозревал, что со всей этой Четверкой, приближенной к Императору, не все так просто, как казалось, а после дуэли с кринитами в этом убедился. Война показала еще одну сторон этих, таких юных по его меркам, демонов. А случай ночью в поездке… когда Повелитель Звезд заглянул в его глаза… Демон остро сожалел, что его дети и внуки не родились такими же, как эти демоны. Про одного из своих потомков Повелитель Земли предпочитал вообще не вспоминать. Надо же было вырастить такое ничтожество. Прав он был, когда желал забрать младенца и воспитывать его сам. Сглупил, уступил уговорам сына, и что в итоге? Смена порядка наследования и обозленное существо, смеющее называться его внуком, пусть и родное по крови и силе.

Вернется, обязательно лишит титула и откажет в семье. Шлак не достоин быть одним из его отпрысков. Как жаль, что тогда именно Гордиану удалось поймать сирену, а не ему. Даже учитывая последствия: тот факт, что сын Гордиана в итоге взял силу отца и лишил его жизни, Нервуса мало смущал. Он был бы рад умереть, зная, что его отпрыск достойно продолжит существование рода, а при Лорде Максимилиане имя Повелителей Звезд явно заиграло яркими и зловещими красками. Все же, его отец был дураком. Это Нервус знал еще тогда, когда они вместе заканчивали Академию. И такой сын скорее заслуга матери Максимилиана, причем не той, что звалась Повелительницей Звезд, а настоящей, той, что томилась в плену подземелий родового замка Астрологов. Зря Гордиан не отпустил сирену.

Повелитель Земли вздохнул и поднял глаза. Утренняя прогулка подходила к концу, так как солнце уже почти избавилось от своих розоватых покрывал и мягко светило ему в лицо. Один из младших внуков вовсе покинул дом и не дает о себе никаких вестей, отказав семье в участии в его жизни. В общем-то достойное решение, неохотно признал про себя Нервус. Пожалуй, Энди – самый разумный из его внуков, пусть и младший. Есть надежда, что из него выйдет какой-то толк.

Как странно оборачивается жизнь. Несмотря на предупреждение Астролога, ему придется встретиться с королевой Электрой. Должен. Обязан. Потому что он чувствовал, что пришло время прояснить некоторые вопросы, которые накопились за время его отсутствия в Серебряном Лунаре.

Демон вздохнул, набирая полную грудь утреннего воздуха, и в этот момент из-за угла дома появилась тонкая фигура, в солнечных лучах сверкнуло золото волос, и голубая бездна глаз с интересом взглянула куда-то внутрь Повелителя Земли.

Нервус молча смотрел на юного Флейма, постепенно развеивая дымку иллюзорных воспоминаний, которая на какое-то мгновение показала ему совсем другое создание. Женщину из его прошлого. С таким же взглядом, смотрящим намного глубже, чем слабая защита в виде плоти и костей. Этот юный демон лгал ему. В нем не было ничего от камня и скал. И как бы правдоподобно не выглядела его история, он лгал. Безмолвная бездна его глаз только подтверждала подозрения Повелителя Земли.

Кто бы не был этот юноша, Нервус не собирался просто так оставлять тот факт, что он был и оставался предателем Империи, как бы не считал сам мальчик. Кроме того, само его поведение оскорбляло воспоминания о той, на которую он так походил.

– Лорд Нервус, – чуть заметный поклон, и бездна обретает дно, словно захлопнулась какая-то заслонка.

– Грасс Флейм, – прохладное безразличие.

– Хорошее утро.

– Возможно.

И темная волна волос, с блестками бусин на концах, мазнула воздух мимо юноши.

Нервус не видел, каким задумчивым взглядом окатил бес Лорда Звезд беженца из Империи. Это обстоятельство его несомненно заинтересовало бы.

Флейм чуть повернул голову, наблюдая за скользящей по мостовой троицей. Что или кого увидел Лорд Нервус, когда его взгляд натолкнулся на него? Юноша так и не смог разгадать. Чувство, мелькнувшее в глубине этих золотых глаз, слишком быстро нырнуло на дно. Все-таки с таким старым и опытным демоном-придворным будет очень нелегко. Но отец и не обещал простой работы. Повелитель Снов и Теней улыбнулся. А что если?.. Безрассудство конечно. Однако попробовать можно…

– Флейм! – он резко развернулся на голос Масато. Герцог стремительно приближался к нему со стороны дома. – Где ты пропадал?!

– Встречал рассвет на берегу моря, – безмятежно ответил тот.

– Эстет, – фыркнул лунарец. – Ты мне нужен. Прибыл гонец и сообщил, что меня желает посетить генерал Урия, Повелительница Земной Тверди. Я хочу, чтобы ты кое-что сделал для меня.

Юноша чуть склонил голову:

– Я в твоем распоряжении.

– Отлично. У нас мало времени. А мне еще нужно успеть объяснить кое-что про Урию. Она совершенно сумасшедшая баба. В свое время что-то сделала, чтобы полностью освободить все свои скрытые силы и ресурсы. Стала одной из сильнейших, но, похоже, окончательно свихнулась тогда.

Флейм пожал плечами:

– По-моему, все мы такие.

– Ты еще её не видел, – хмыкнул Масато. – Идем. Ты будешь присутствовать при разговоре, уж не знаю, что она от меня хочет. В сообщении не было сказано про это ни слова.

– А если она попросит, чтобы вы остались наедине для конфиденциального разговора? – поинтересовался Флейм.

– Не попросит, – отмахнулся герцог. – Она тебя не увидит.

Юноша только кивнул, скользя за своим стремительно шагающим нанимателем. День начинается весьма интересно.

Масато не обманул. Имперца он разместил в потайной нише, плотно прикрыв маскирующим заклинанием. Стоять в узком пространстве было несколько неудобно, но… Флейм забыл про неудобства, когда увидел входящую генерала… На первый взгляд генерал Урия смахивала на очень смазливого молодого мужчину: короткие волосы, жесткая линия губ, упрямый подбородок. Но уже через секунду, Повелитель Теней и Снов, смотрел на высокую, с военной выправкой женщину, демонессу, которая знает цену себе и своей силе, а в глубине таких темных глаз прячется безумие и яростная жестокость. Готовые вырваться на свободу в любой момент, но сдерживаемые железной волей своей хозяйки, словно верные псы.

Флейм смотрел на неё широко раскрытыми глазами. Отцу эта демонесса понравилась бы. Ему всегда нравились необычные личности. Генерал Урия была именно из таких.

– Ты – сын Навьи? – голос у неё оказался низким, грудным и глубоким.

– Да. Мое имя Масато, – несколько напряженный голос герцога, выдающий его… страх. – Чем обязан такой чести, генерал Урия?

Она усмехнулась, тоже почувствовав вкус его эмоций.

– Мне нужен не ты, а твоя любовница – Кира дочь Миру.

– Я не понимаю о чем…

Она перебивает резко, повелительно:

– Понимаешь! Не спорь и не перечь, мальчишка! Неужели ты думаешь, что смог скрыть её от глаз королевы? Твоя мать знает об этом, я узнала, и особого труда мне это не составило. Неужели ты думаешь, что у королевы разведка хуже? Да тот миг, когда вы впервые глазами встретились, уже был известен наперед.

– Вы несколько преувеличиваете, – Масато ощутимо взял себя в руки. – Что вам нужно от Киры? Она тихо сидит и не высовывается в ожидании участи матери.

Презрительное фыркание, и демонесса вальяжно уселась в ближайшее кресло, закидывая ногу на ногу:

– Да, я заметила. В таком возрасте её мать уже заняла пост при дворе королевы…

– Она не её мать, – тут уже демон оборвал свою гостью. – Я задал вам вопрос, генерал, но пока не получил ответа.

– А ты ничего, – кивает Урия, одобрительно. – Для мужчины…

– У нас в королевстве вообще принято недооценивать мужчин, – пожал плечами тот.

Демонесса усмехается:

– Ты похож на своего отца. Такие же глаза и тот же огонь в сердце. Понимаю, почему Навья предпочитает держать тебя подальше от себя.

Тихое рычание:

– Позвольте, генерал…

– Знаю-знаю, – она весело улыбается, довольная, что удалось вывести парня из себя. – Не мое это дело. И ты прав, конечно. Я отвечу тебе на вопрос. Кира мне нужна, чтобы защитить её.

– По-моему, я пока неплохо справлялся, – холодный ответ.

– Неплохо, – соглашается она и внезапно улыбка исчезает. – Но все же недостаточно хорошо. Королева доберется до неё, и ты на её пути – пыль, ничто… сам должен это понимать.

Флейм видит, как сжимаются губы Масато, формируя тонкую полоску. Сейчас оба собеседника расположены так, что он может видеть лица обоих.

– А под вашей защитой, значит, ей ничего не грозит? – тихо интересуется он.

– Риск есть, – соглашается демонесса. – Но шансы выше, чем сейчас, когда она находится под твоим присмотром.

– Почему я должен верить вам?

– Не должен, – Урия чувствует, что мальчик сдается, чувствует это и Флейм. – Но все королевство знает, за кого я продала душу.

– Это её мать, а не Кира, – сумрачный ответ.

И Флейм улыбается в своем укрытии, они с отцом и не надеялись на такую удачу. Будут, конечно, проблемы с отчетами и связью, но, в конце концов, кто тут сноходец? Да и Рик вполне адаптивен к таким вот неожиданностям.

– Она кровь и плоть Миру, – предельно честные слова. – Она для чего-то нужна Миру. Она её наследница, поэтому я защищу её.

– Хорошо, – полная капитуляция Масато. – Но у меня есть пара условий.

– Говори, – глубокое удовлетворение в голосе. Демонесса изначально знала, что выиграет эту схватку.

Когда она ушла, Масато опустился в кресло и погрузился в мрачные раздумья. Флейм выскользнул из ниши и остановился рядом.

– Мне кажется, – он нарушил тишину, – или это был разговор все же не для моих ушей?

– Рано или поздно ты бы все равно об этом всем узнал, – меланхолично пожал плечами его работодатель.

– Кто эта Кира?

– Ты же слышал, моя любовница, – Масато откинул голову на спинку кресла, прикрыв глаза. – И единственная дочь Повелительницы Моря Миру.

– Той самой, что была арестована по приказу королевы Электры?

– Именно.

– Разменная фигура в политической игре, – тихо высказался Флейм, внимательно следя за реакцией герцога.

Тот медленно кивнул, не открывая глаз. И Повелитель Снов и Теней внутренне улыбнулся, он и Рик были правы, чувствами тут и не пахло. Герцог с помощью Киры вступил на основное поле политических сражений.

– Честно скажу, – он внезапно открыл глаза и пристально взглянул на Флейма. – Я не ожидал такого. Но это… мне на руку. Очень вовремя появилась генерал с таким соблазнительным предложением.

– Кого ты хочешь отправить с девушкой? – поинтересовался сын Януса.

– Не тебя, – зеленые кошачьи глаза взглянули на него с легкой насмешкой. – Не беспокойся. Впечатляющая женщина, да?

– Да, – согласился Флейм, понимая, что они с Масато по разные стороны понимания этого определения. Если Масато по-настоящему побаивался этой демонессы, то Флейм пришел в настоящий восторг. Но покидать герцога действительно не входило в его планы. Особенно сейчас.

– Я пошлю Вадима, – и Повелитель Теней удивлено вскинулся. Оба его шпиона, не подозревающие о существовании друг друга, вдруг окажутся в паре? Какой интересный поворот сюжета.

Масато усмехнулся, неправильно истолковав изменившееся лицо подчиненного:

– Думаешь, Вадим – птица низкого полета для такого задания? На самом деле он весьма интересный парень, и мне приятно будет осознавать, что моя женщина под надежной охраной. И еще тот факт, что присутствие мало того, что мужчины, так еще и не лунарца, будет изрядно портить настроение это сумасшедшей бабе.

– Мне кажется, или ты недолюбливаешь генерала Урию? – полюбопытствовал Флейм нейтральным тоном.

Губы герцога скривились в подобии ухмылки:

– Слабо сказано… но это семейные скелеты, мой дорогой адъютант.

Повелитель Снов покладисто кивнул. Эти семейные скелеты он прекрасно знал из довольно подробного досье на всю семью Повелительницы Молний. Вот только знал ли её сын, что сейчас любовником Урии является некий Дарий, Повелитель Вод и старший брат той самой Леди Миру? И у Дария явно свои планы в этой игре, потому что Урия никогда бы не взяла в расчет Киру. Значит, ей кто-то подсказал.

– По соглашению, передача объекта должна состояться завтра утром, – переключился в официальный тон Флейм. – Леди Кира не воспротивится такому решению её судьбы?

– Это моя проблема, – зевнул Масато.

– Хорошо. Что требуется от меня?

Герцог покосился на него зеленым глазом и усмехнулся:

– Развлеки сегодня Повелителя Звезд. Он явно заскучал, пока Лорд Нервус прогуливается по Лунару.

Юношу скривился и жалобно поднял брови:

– Может, мне лучше в сопровождающие вашей Леди? К генералу Урии?

Масато залился веселым смехом:

– Ага, значит, мне доложили без прикрас. Лорд Максимилиан положил на тебя глаз.

– Он меня поцеловал! – возмущенно уточнил имперец.

– Не волнуйся, – все еще весело улыбаясь, заметил герцог. – Если ты ясно покажешь Послу, что тебя не интересует подобное, он не будет настаивать, у него и так много здесь поклонников, еще с прошлой поездки. Просто, насколько я знаю, он способен соблазнить и камень. И если ты поддашься, то разочарован не будешь.

– На собственном опыте говорите? – вскинул левую бровь Флейм, демонстрируя прохладное любопытство.

Масато поперхнулся и проворчал:

– А ты та еще ехидна, я когда уговаривал тебя ко мне наняться, уже заметил, но не знал насколько велики масштабы катастрофы. Нет, я не спал с Повелителем Звезд. Тогда я был слишком молод для подобных игрищ, и его мало интересовали мальчики, когда рядом была такая женщина, как моя мать.

– О, – Флейм задумался. – Значит если ему показать что-то больше достойное внимания, чем моя скромная персона, то он переключится на неё?

– Я ж говорю, ему нельзя скучать, – пожал плечами Масато. – А кто лучше тебя справится с этой задачей? Тем более, вы соотечественники.

Флейм поклонился:

– Тогда отправляюсь выполнять ваш приказ, мой господин.

– Отправляйся, – помахал рукой Повелитель Зверей, впадая в странную задумчивость, – давно пора.

И демон выскользнул из кабинета. Больше ему там было делать нечего.

Она брела по улицам города, иногда останавливаясь перед витринами, но не видя выставленного в них товара. Она иногда так делала. Редко. Скрывая свое присутствие. Только очень сильные демоны могли разглядеть её смутную фигуру, бредущую по улочкам столицы. Менять внешность так не хотелось, хотя это было бы намного проще. Но проще её никогда не устраивало.

Она никому не могла и не хотела говорить.

Она вздрогнула, увидев отражение в витрине.

– Кто ты? – губы внезапно пересохли.

«Разве ты не знаешь?»

Она застонала, обхватив голову руками:

– Я не хочу!

«Тогда убей меня. Я все равно не должна жить.»

– Но ты часть меня!

«О. Ты это понимаешь.»

– Вам нехорошо? – прохладная ладонь коснулась её плеча и… такой знакомый голос.

Она резко обернулась, и серебристо-голубые глаза встретились с расплавленным золотом…

– Лорд…

– Ваше Величество, – он опустился на одно колено прямо посреди улицы, не отрывая от неё взгляда. И волна темных волос расплескалась в пыли мостовой, сверкая россыпью бусин. Какая знакомая и далекая картина из прошлого.

– Лорд Нервус.

За его спиной замерли двое невозмутимых сопровождающих. Удивительно… но только он, так же, как и в далеком прошлом, с легкостью преодолевал барьер невидимости. Ощущение, что все так же, как в прошлом, на какое-то мгновение захлестнуло её и… отступило. Прошлое осталось в прошлом. И это подтверждает её новое живое отражение.

– Я слышала о том, что вы прибыли в столицу, но не ожидала такой скорой встречи.

Он слабо улыбнулся, но эта улыбка не коснулась его глаз.

– Это рука судьбы, Ваше Величество. Ведь мне так необходимо задать вам вопрос, который предназначен только для ваших ушей.

Её Королевское Величество, повелительница Серебряного Лунара королева Электра выпрямилась и надменно улыбнулась. Она знала, какой вопрос задаст ей Лорд, Повелитель Земли, специально прибывший из Темной Империи для этого, воспользовавшись предлогом посольства.

– Где ты прячешь наших детей?

Откуда он мог знать, что их родилось двое? Возможно, это пресловутое чувство клана, о котором столь часто говорят, упоминая Темную Империю. А может, дело в том, что Нервус почти так же стар, как и она сама. И когда они встретились впервые, оба уже не были наивными детишками.

Тот раз был расчетом с обеих сторон. Ей нужна была наследница, а ему выгодно было оказаться отцом будущей королевы Серебряного Лунара.

Но они не могли тогда предположить, что у неё родятся близнецы. Пусть такие разные, даже по внешнему виду.

Светловолосую и голубоглазую, похожую на неё как две капли воды, девчушку с кожей истинной лунарки королева назвала Вийей, а вторую, черноволосую и золотоглазую, бледнокожую, словно имперка, – Лени. Она скрыла рождение детей ото всех, время откровений еще не пришло. Одна из дочерей должна стать королевой, вторая… вторая не могла жить, так как рано или поздно покусилась бы на трон сестры.

Она должна была убить одну из дочерей в то же мгновение, как увидела, что их двое, сразу сделав выбор. И этот выбор был сделан, но… именно тогда ей предложили сделку, от которой она не смогла отказаться. И жизнь одной из дочерей стала залогом и ценой сделки.

Королева могла бы солгать её отцу сейчас о том, что одна из дочерей уже мертва. Но… он не поверил бы ей. И они оба это знали.

– Обе они не являются твоими, – тихо ответила, наконец, королева. – И та, и другая являются лунарками. Моими подданными и моими дочерьми. Ты помнишь условия нашей последней встречи.

Он мягко улыбнулся:

– Ах, Ваше Величество, как вы лицемерны. Ничуть не изменились с нашей последней встречи. Почему вы не убили вторую девочку?

– Это не касается вас, Лорд Нервус, – холодно отозвалась она.

Он медленно поднялся на ноги.

– Боюсь, вы не правы, Ваше Величество. Это касается меня, так как напрямую касается моего Императора и Империи. Оставив девочку в живых, вы оставили мне связь с ней. Вы помните, что мы провели ритуал обрыва связи с родителем, когда заключили сделку. Но ритуал подействовал только на одного ребенка, и я очень удивился, когда почувствовал, что была рождена моя родная дочь. Тогда-то я и сопоставил некоторые факты. И имел возможность все эти годы частично наблюдать за ней. Чувствовать. И чем дальше, тем чаще меня мучал вопрос: что вы сделали с моей дочерью, Ваше Величество? Я никак не мог понять, что же не так во всем этом, терзаясь вопросом, почему ей оставили жизнь, пока…

Электра нахмурилась:

– Пока? Что же заставило вас посметь вмешаться в мои дела, Лорд Нервус?

Холодная улыбка была ей ответом:

– Война с Крином.

Серебристо-голубой туман, заменяющий королеве глаза, взглянул на демона, и сквозь эту щель между мирами словно пахнуло холодом и тленом:

– Насколько мне известно, Империя просто вернула себе потерянных подданных во время Раскола… или… нет?

– О да, – согласился тот. – Но есть и нечто большее во всем этом. Скажите, Леди, когда вы успели настолько поглупеть, что решили связаться с Изначальными?

3

Когда серебристый туман плетью атаковал демона, на его пути возникла стремительная гибкая фигура беса. Нервус лишь бровь вскинул, оставаясь в невозмутимой неподвижности, глядя, как адъютант Повелителя Звезд стремительно выстраивает щит перед своим подопечным. Бес не видел собеседницы демона, его восприятие отличалось от демонического. Но с того самого момента, как Повелитель Земли опустился на колено, начав свой неслышный разговор с пустотой, бес тихо и почти незаметно принял частичную боевую форму.

Лунарский серебряный кот запоздал всего на мгновение, последовав за своим коллегой. Именно поэтому они успели выстроить щит, отразив удар. Но и это было бы делом мгновения, так как устоять перед мощью величайшей демонессы мало кто был способен, и уж явно не два низших. Однако… едва Нервус приготовился помочь своим защитникам, как его окружило непроницаемое кольцо черного пламени… нет, не самого пламени, как он понял спустя ошеломляющее мгновение, а его тени, которая намного сильнее самого огня.

– Сильная защита, – прошелестел женский голос. – Ты многому научился за эти годы, мой дорогой возлюбленный. Что ж… мы еще встретимся. И обязательно закончим этот разговор.

Тень пламени медленно опадала, позволяя Повелителю Земли увидеть пустую улицу и две настороженные фигуры беса и кота.

Неизвестный защитник, повелевающий теневым пламенем, так и не появился.

– Она ушла, – сообщил демон своим охранникам. – И я думаю, нам стоит вернуться в гостеприимный дом герцога.

Кот лишь одобрительно кивнул. Риск поклонился, заслужив задумчивый взгляд Лорда.

Флейм серьезным взглядом провожал фигуру демона. Рядом на крыше замер Повелитель Звезд.

– Интересный разговор ты не находишь? – шикарная темная шевелюра Астролога шевельнулась при развороте, когда сапфировые глаза вопросительно взглянули на юношу.

– Вы говорили, что за Лордом Нервусом надо приглядывать, – вздохнул Флейм. – Но чтоб настолько…

Повелитель Звезд улыбнулся и легкомысленно отозвался:

– А я и сам не все понимал. Звезды, они, знаешь ли, иногда выражаются довольно загадочно. Но я не удивлен. С такой внешностью, как у него, именно королев в постель и укладывать. Никак иначе.

Флейм только головой покачал.

– Ну что? – сапфировоглазый демон выпрямился. – Представление окончено. Информации вдосталь. Нашему Лорду Земли пока ничего больше не угрожает. А ты с кем-то вроде хотел встретиться? Надеюсь, это красивая девушка?

– Почти, – лукаво ухмыльнулся юный демон.

– Ох, и не нравится мне твоя паскудная улыбочка, – покачал головой Максимилиан. – Ну, точь-в-точь, когда твой отец какую-то гадость подготовил.

– Вы мне льстите, Лорд Максимилиан, – чуть поклонился Флейм. – Кстати, вы не поможете мне связаться с отцом? Я думаю, ему будет интересна новая информация.

– Посмотрим, – отозвался тот.

Жемчужно-серое тусклое сияние освещает усталое лицо высокой темнокожей демонессы. Темная волна волос достигает колен и ничем не сдерживается, лишь небольшой пучок на затылке, куда убраны те волосы, что могут упасть на лицо и помешать в бою. Хотя… она могла сражаться и в кромешной тьме. А её особая, необычная сила только давала бездну преимущества перед врагом. Леди Кроно была Повелительницей Времени, способной на краткие мгновения замедлять ход времени в небольшом пространстве. Очень полезное умение, особенно, когда врагов слишком много. Темная зелень глаз чуть мерцала, когда их хозяйка вглядывалась в глубокую тьму перед собой. Твари знали, что этот страж им пока не по зубам, однако они умели ждать. Рано или поздно демонесса устанет, и тогда придет их черед. Кроно язвительно улыбнулась. Когда она устанет, ей на замену придет напарница. Столь же опасная и сильная, как она сама.

Лишь им двоим королева доверила стражу у этой щели. Лишь они вдвоем имеют право выпускать оттуда и впускать туда кого бы то ни было. Постоянная подпитка темной энергией от убиваемых тварей только помогала. А уставали они скорее от самого осознания несения стражи, чем от физической нагрузки.

Вихрь портала и кровавые отсветы в кромке… Кроно медленно опускается на одно колено, таким порталом сюда пользуется только одно создание. Сверкающее серебро – и её прекрасная королева выпрямляется перед ней, пылая яростью. Кто бы не был тот, кто ввел Её Величество в такое состояние, он горько пожалел об этом, Леди Времени в этом не сомневалась.

– Позови Нидо, – глухо приказывает Электра, и демонесса легко, пружинисто, поднимается на ноги, оборачиваясь к узкой Трещине. В её руках материализуется призванный посох, с сияющим алым шаром на конце. Мгновение, удар сердца. Еще одно мгновение… и гладкая поверхность Стены колышется легкой рябью, формируя совершенных очертаний огромное лицо.

Слепые глазницы поворачиваются в сторону демонесс, губы начинают шевелиться:

«Королева Электра. Давно я не видел вас и не слышал. Что-то значимое должно было случиться, чтобы вы сами позвали меня.»

– Да, – соглашается Электра. – Меня интересует, откуда отец Лени знает, что она у вас в Изначальном Мире?

«О. Я чувствую привкус ярости, просачивающийся сквозь ваши щиты.»

– Ты не ответил на вопрос, Изначальный.

«Позвольте напомнить вам, Ваше Величество», – огромные совершенные губы насмешливо кривятся. – «Вы отдали мне свою дочь в качестве платы за силу и мою помощь. И её судьба теперь только в моих руках. Её отец вас тоже должен мало волновать, он не представляет опасности.»

– Ты самоуверен, Изначальный, – шипит королева. – Очень самоуверен. Не боишься?

Лицо на Стене становится серьезным:

«У моей самоуверенности есть границы, Ваше Величество. Вы знаете, что залог и гарантия выполнения условий нашей сделки – шарик, что сейчас горит на конце посоха вашей служанки. Ваша наследница будет королевой, а вы станете Императрицей – одной из самых сильнейших. Взамен вы дадите мне и моим детям свободный проход в другой мир – наш уговор выгоден и мне и вам. Так что мне нет нужды подставлять вас, Ваше Величество. Но если вас так волнует этот красавчик, что является отцом моей подопечной, я могу наведаться в его сны и понять, что именно он замышляет.»

– Он говорил про войну на Крине, – напряжение еще не покинуло демонессу, но чувствуется, что она начинает успокаиваться. – Ты ничего не рассказывал об этом.

«О, вы просто не спрашивали.» – лицо остается бесстрастным. – «Просто это был еще один вариант развития событий. Он не удался.»

– Вы гарантируете, что Империя не в курсе происходящего?

«Император Суран может ловить какие-то вершки. У него довольно сильный аналитик, но до истины им не докопаться.»

Наступает тишина.

«Вы удовлетворены, Королева Электра?»

– У меня осталось еще много вопросов, – женщина выпрямляется. – Но мы их оставим на потом. Что там с артефактом для Повелительницы Морей?

«Завтра ваша служанка получит его.»

– Хорошо, – она резко разворачивается и скрывается в портале, не прощаясь. Воронка захлопывается.

Огромные глаза поворачиваются в своих глазницах и смотрят на Леди Кроно. Повелительница Времени стискивает зубы.

«Твоя госпожа стала несколько раздражительной, страж?»

– Не твое дело, Изначальный, – цедит она сквозь зубы.

«Конечно-конечно», – губы изгибаются в усмешке. – «Ну, не буду мешать вам, Леди. Мои детки явно решили воспользоваться шансом.»

Она стремительно разворачивается и успевает отразить первую атаку летящей оскаленной пасти, целящейся ей в лицо…

Мелодичный смех сопровождал почти весь её бой с тварями, пока она усилием воли не погасила красноватый отблеск кристалла. Смех резко оборвался. И она с огромным удовольствием размазала очередную тварь по Стене, в том месте, где только что было лицо Нидо. И чуть было не пропустила удар следующей атакующей. Едва слышный свист рассекаемого лезвием воздуха, и короткий вой, быстро заглохнувший.

Кроно резко обернулась и встретилась взглядом с глубокими фиолетовыми глазами напарницы.

– Теряешь квалификацию? – тихий шипящий вопрос.

– Немного отвлеклась, – грубо отозвалась страж.

– Он слишком легко выводит тебя из себя, – констатация факта, и тонкая фигура встала рядом, держа боевую косу готовой для следующей атаки. Смертоносная и загадочная, вечно юная, выглядящая, как девочка лет пятнадцати, Повелительница Разрушений Леди Лия, была, по слухам, столь же сильна, как и королева. Но никто это пока не рискнул проверить.

– Ничего не могу поделать, – выдохнула Повелительница Времени. – Он меня раздражает.

– Королева знает, что делает, – спокойный ответ на невысказанное. И лезвие косы рассекло воздух, опускаясь на череп очередной твари.

– Да, – согласилась Кроно и сосредоточилась на битве.

Тонкий клинок нырнул в плоть. Трехгранный клинок, узкий, словно игла. Его так удобно прятать в рукаве. Рукаве, убранном кружевами и роскошной вышивкой. Даже если ненароком сверкнет лезвие, никто не заметит его под этим слоем великолепия, среди блеска камней на перстнях, что украшают тонкие, почти, худые пальцы этой руки.

Руки, которая достойна скорее музыканта, чем убийцы.

Но тонкий клинок нырнул в плоть, да там и остался. А убийца шагнул дальше, никем не замеченный, никем не заподозренный.

Только удивленный взгляд светло-синих глаз ему вслед. Глаз того, чьё тело стало ножнами для клинка.

Убийца посмел оглянуться. Оглянуться, чтобы увидеть, как понимание сменяет удивление. И как такая же рука, украшенная перстнями, прижала бок, скрывая рукоять тонкого, как игла, клинка широким рукавом с богатыми кружевами. Точно такими же, как у убийцы. Удерживая клинок в своем теле, он проживет еще несколько часов. И никто не сможет определить, когда и кто убил его в день его совершеннолетия. И его единоутробный брат, с которым их разделяли лишь минуты рождения из чрева матери, приложит все свои силы, чтобы отыскать убийцу. Но никого не найдет.

Синие глаза улыбнулись золотым. Шевельнулись губы. И Нервус, как в детстве, когда они с Энди изучили фокус чтения по губам, «услышал»:

– Правь достойно, брат.

Фигуры вокруг таяли, и Нервус нахмурился. Он помнил, как заснул в своей постели, и совсем не ожидал увидеть эту картинку из столь далекого прошлого. Совесть его никогда не мучила. Они с братом всегда знали, что рано или поздно один из них умрет и лучше бы, чтобы от руки родственника. Так они решили, когда поняли, какая судьба ожидает близнецов.

И этот сон, и попытка испытать чувства не свойственные ему… Демон вскинул руку, словно стирая мир вокруг, обнажая темноту. Мелодичный смешок.

«Интересная вы личность, Лорд.»

«Кто ты?.. Как смог?..»

«Побиться сквозь твои щиты? Есть способы. Мое имя Нидо.»

«Что ты от меня хочешь?» – Нервус уже понял, что не может увидеть собеседника – очень сильного сноходца. Такой силы он еще не встречал. И вполне возможно, что ему все же не удастся проснуться в этот раз.

«Правильно мыслите, Лорд», – одобрительный смешок.

Ноги утопают в изумрудной траве, вокруг расстилается поле, усыпанное цветами.

«Вы заставили нервничать красивую женщину. Я решил, что ваша смерть её немного успокоит.»

«Электра…» – Нервус спокойно оглядывается. – «Но ты… я ощущаю привкус родной крови…»

«Ты действительно опасен», – почти сожаление. – «Мне пришлось выпить крови твоей дочери, чтобы добраться до твоего сна.»

«Изначальный», – шипение вместо звука.

Тихий смешок в ответ.

«Тебе никто не поможет, игрушка.»

«Уверен, Изначальный?» – новый голос.

И Нервус разворачивается всем телом. На краю изумрудной летней поляны стоит и улыбается его давно мертвый брат. Нет… кто-то, чью личину скрыл старый родной образ. Шутки сновидений.

«Мальчик», – вкрадчивый шепот Изначального. – «Не вмешивайся в дела старших.»

«Лорд Нервус?» – синие глаза улыбаются и спрашивают. – «Вы тоже не хотите, чтобы я вмешался?»

Повелитель Земли пожимает плечами и учтиво отвечает:

«Я был благодарен вам за помощь, кто бы вы не были.»

«Вот видишь, Изначальный», – мальчишечья улыбка. – «Меня только что вежливо попросили помочь. Так что извини…»

И поляна вспыхивает темным пламенем.

Крик ярости. И земля под ногами взрывается. Нервуса окутывает огненное облако, и демон понимает, что впервые за всю свою долгую жизнь он удостоился великого зрелища – битвы двух сноходцев. Правда, его изрядно смущало ощущение того, что его защитник явно моложе и не так опытен, как Изначальный.

«Что ж!» – яростное шипение. – «Я уничтожу две игрушки вместо одной!»

Темнота рушится вниз.

Кто-то резко хватает Нервуса за плечо, выдергивая из-под летящих обломков.

Рядом светлое бледное лицо, с ярко горящими индиговыми глазами.

«Сын! Уходи! Он сильнее тебя! Вытаскивай нас всех!»

«Я не успеваю!» – двойник Энди стоит в яростно ревущем костре, объятом темными тенями.

«Леди!» – И Нервус узнает в очередном спасителе Повелителя Иллюзий Януса, Четвертого Лорда Императора Сурана.

В грохоте прорезается мелодичный звон колокольчиков. Змеиные кольца обвивают мир, и над ними склоняется огромное прекрасное женское лицо со змеиными глазами.

Янус еще крепче сжимает плечо Нервуса.

«Держитесь, Ваша Светлость. Поездка будет экстремальной.»

Между губ женщины мелькает острый кончик языка. Она улыбается и открывает рот, наклоняясь все ниже.

«Прыгайте!» – и Повелитель Иллюзий первым показывает пример, почти ныряя между клыков нагайны.

Нервус успевает заметить, как двойник его брата следует вслед за ними, поддерживаемый темным пламенем, и как из развороченной земли вырываются узкие плети, обвивая ноги спасителя по самые бедра, не давая двинуться дальше.

А дальше душная тьма.

«Вам нужно проснуться, Ваша Светлость», – прохладный голос аналитика и стратега Империи. – «У вас в Лунаре очень много дел.»

«Что я должен искать в первую очередь?» – выдыхает демон, чувствуя, как его увлекает поток.

«Трещину в Сфере», – почти неслышный ответ, и Повелитель Земли открывает глаза, натыкаясь взглядом на неподвижный полог постели.

Кажется, он опять задолжал семейству иллюзорных сноходцев.

Скатившись с постели, Нервус быстро, но аккуратно, оделся в простой наряд и выскользнул за дверь, кивком приказав стражу у дверей следовать за ним.

В покои Лорда Звезд он вошел без стука и замер на мгновение, осознавая. На постели Астролога, на его коленях спал адъютант их гостеприимного хозяина – беженец из Империи по имени Флейм, который наглым образом все это время искусно врал.

Сапфировые глаза взглянули на Нервуса, но Лорд Звезд ничего не успел сказать, юношу на его руках выгнуло, и он зашелся в беззвучном крике.

Повелитель Земли в два шага пересек разделяющее их пространство, и сильные руки опустились на плечи юному демону, помогая удержать.

– Меня не пускают туда, – тихо признался Максимилиан. – Я чувствую Януса, его ярость, его боль и ненависть… Кто атаковал вас, Лорд?

– Какой-то Изначальный… представился, как Нидо.

И созвездия в глазах Посла заволокло тучами. Похоже, это имя говорило ему о многом.

– Нидо…

– Кто он? – требовательно поинтересовался Нервус. Его золотые глаза мерцали в темноте.

– Первый, – краткий и страшный ответ.

4

Флейм прервал свой весьма примечательный доклад внезапно. Его огонь, облаченный в тени, заволновался, и сам юноша стал похож на натянутую струну.

«Сын», – осторожно позвал Янус и тут же сам замер, почувствовав знакомую до болезненного скрежета зубов ауру.

«Отец, извини. Кажется, Лорда Нервуса атакуют. Причем, сноходец», – и он сорвался с места.

«Шустрый мальчик.» – чуть шипящий голос за спиной, и тихий перезвон колокольчиков на браслетах.

Повелитель Иллюзий развернулся и задумчиво качнул головой:

«Шустрый-то шустрый. Но он не знает того, что знаем мы.»

«Да», – шелк алых одеяний Оракула инкубов трепетал под порывами невидимого ветра. – «Меня привел знакомый запах тлена. Ты собираешься помочь своему сыну? Я бы на твоем месте поторопилась, мой белокурый демон.»

Они едва успели вовремя. И выталкивая Повелителя Земли из сновидений, сам Янус переместился на другой пласт, погружаясь с помощью силы оракула все глубже и глубже… Их атаковал не сам Изначальный, а лишь его тень, которую он смог послать вместо себя с помощью крови дочери Нервуса, ориентируясь на её отца, как на маяк. Но даже тень Нидо – это нечто, что превосходит по силам все известное Повелителю Иллюзий. Его сын прирожденный сноходец, но пока еще слишком молод против такого противника…

Нагайна дала ему возможность перемещаться в мире сновидений, однако ему требовалась еще помощь, чтобы вытащить Флейма. Демон так просто не собирался отдавать свое дитя прожорливому безумному Изначальному…

И Янус нырнул еще глубже, чувствуя, как шлейфом за ним летит легкое беспокойство оракула. И еще глубже… а дальше… туман, легкий, серебристый… невесомый, словно пух. И такой родной…

Узкая ладонь ложится на его лоб.

«Здравствуй, сын.»

«Здравствуй, мама. У меня большие проблемы.»

«Действительно», – ласковая невидимая усмешка. – «Но ты смог прийти.»

«Мне пришлось позаимствовать силу.»

«Ничего страшного», – шепот. – «Главное, ты здесь. Но я не смогу выйти надолго… так что я помогу, но в остальном…»

«Большего нам и не надо, мама.»

«Да», – ладонь ласково отводит волосы с его лба. – «Да. Тебе всегда было достаточно мизерного шанса на победу.»

И туман дрожит. Становится плотнее. И поднимается, не просачиваясь, нет, взламывая пласты сновидений.

Ощущения Флейма были такие, словно его пожирают заживо, медленно переваривая и наслаждаясь каждой клеткой его тела.

«Какой потенциал», – сокрушается враг. – «Но ты слишком предан своему отцу и Империи. Я бы высосал всю твою силу, мальчик, да нет возможности. Какая жалость.»

В затуманенном сознании мелькнула мысль, что здесь что-то неправильное. В этих словах есть какая-то загадка, которая ему совсем не нравится, но нет сил думать, они поглощены всепожирающей БОЛЬЮ.

Вот это и есть Изначальный?! Тот самый?!

И в тот момент, когда юный демон начал терять уверенность в том, что все же сможет выбраться, пространство взорвалось. Жгуты, пожирающие его тело, полопались, словно растворяемые серебряными острыми лезвиями вырывающегося из трещин пространства тумана.

И из-под земли вырывается гибкое змеиное тело огромной женщины-нагайны.

Флейм чувствует замешательство своего противника, но не может пошевелиться. Небольшая ладонь опускается на его лоб.

«Здравствуй, внук.»

Он поднимает глаза и замирает, разглядывая видение белокурой демонессы в алом платье. Память Тамира дарит картинку-воспоминание и ощущение, когда гибкое тело прогибается в вальсе под руками.

«Леди Жадеит», – благоговение.

«Хорошие манеры, внук», – улыбка. – «Отец тебя хорошо обучил.»

Нагайна над головой изгибается и выплевывает еще одну фигуру.

Повелитель Иллюзий встает рядом, как всегда подтянутый, но яростно-тревожный, готовый к битве.

«Интересную ты себе женщину нашел, сын», – Леди Жадеит одобрительно разглядывает Оракула инкубов.

«Удивительно», – шелестит голос Изначального. – «Ты смог призвать мертвых.»

«Не совсем», – грозит темноте пальчиком демонесса. – «Но, думаю, мы с тобой на равных сейчас. Моя тень против твоей.»

«Один на один?» – насмешка.

«Ни за что», – улыбаются голубые бездны глаз Повелительницы Теней и Снов. – «У меня поддержка. А у тебя, Изначальная тварь?»

«Мстишь за мужа?»

«Сапфира я тебе никогда не прощу», – и исчезает легкомысленная улыбка. – «Слышишь, тень?»

Но он молчит, отступает. Флейм чувствует, как освобождается пространство.

И в какой-то момент отец со стоном опускается рядом.

Повелитель Снов дергается к нему, но его останавливает ладонь Леди Жадеит.

«Он слишком сильно потратился, пробиваясь ко мне. Не волнуйся, Янус всегда быстро приходил в себя. А вот тебе нужна помощь. Эта тварь изрядно покалечила тебя. Так что, когда откроешь глаза, не отказывайся ни от чего, что тебе смогут предложить те двое, что стоят на страже твоего тела.»

«Да, Леди», – покорно отзывается он.

«Вот и умничка», – улыбается она.

Потом поворачивается к нагайне и низко кланяется.

«Клан Иллюзорных в долгу перед тобой, Оракул.»

Та улыбается:

«И я даже знаю цену, которую уплатит твой сын, демонесса.»

«Женские улыбки», – тихо ворчит рядом отец. – «Никогда им не верь, сын.»

«С тобой все в порядке?»

«Относительно», – кивает индиговая синь. – «Передай Максу привет и… найдите Трещину. Любым способом. Императору новости сегодняшней ночи очень не понравятся. А мне надо еще кое о чем спросить у феи, который повис на мне балластом. Хотя Тень Нидо – это еще не Нидо, но ты видел его мощь.»

Флейм кивает, чувствуя, какие неимоверные усилия ему требуются для этого приложить. И тут же кто-то мягко сталкивает его вниз.

Широко раскрываются глаза и натыкаются на расплавленное золото и синюю ночную мглу.

– Пришел в себя, – выдыхает Повелитель Звезд.

Вместо ответа тихий стон, больше ни на что его горло не способно.

Я открыл глаза. Темнота вокруг, и только сверкают светящиеся зеленые глаза феи.

– Охраняешь мой сон, фея?

– Слежу за тобой, – зубастая улыбка. – Демоны на ушах стоят. Твой Император просил тебя, как только очнешься, появиться пред его алые очи. Ему интересно, почему тот второй алоглазый в какой-то из моментов твоего сновидения превратился в скулящее от боли тело, – он облизнулся. – Ты знаешь, демон, что если вы боитесь, то мясо приобретает неповторимый вкус?

– Знаю, – кивнул я. – Выброс определенного вещества в кровь в такие моменты изменяет привкус. И чем сильнее страх, тем сильнее изменения…

– Я уже говорил, что ты интересный… – протянул он.

– Ты говорил о Рубине, – напомнил я. – Он пришел в себя? Говорил я ему крепче держать щиты на кровной связи, вот и попал под раздачу… а уж учитывая его связь с Изначальными…

Фея ухмыльнулся:

– Демон, который никак не учится на своих ошибках. Так его называл мой брат.

Я сел на постели, чувствуя себя разбитым на множество осколков.

– Твой брат кое-что не рассказал мне, фея.

– Вот как? – улыбка радостная, всепоглощающая.

– Что именно королева Электра сделала с кристаллом Императорского скипетра? Какой именно её поступок разбил ему сердце?

– Ты начал задавать еще более правильные вопросы, – одобрительно отозвался фея. И замолчал, но я терпеливо ждал. Эти ответы были важны. Очень.

Зеленые глаза прикрыли темные ресницы, и фея вздохнул:

– У нас два сердца, демон. Мало кто об этом знает. Именно поэтому нас так нелегко убить. Глаза моего брата потемнели, когда Сереброокая вырезала одно из его сердец. И кровью феи напитала кристалл, который был принесен ей моим братом.

Да, теперь становилось понятно, каким образом можно разбить сердце таким созданиям, как феи. Попытаться убить и сделать с тобой нечто, что даже хуже, чем смерть – подарить твою кровь Изначальным тварям… Сразу отрезвляет от любовной дымки иллюзий.

Я выдохнул:

– Вот как она создала Трещину в Сфере. Кровь Истинного, помноженная на силу кристалла с Императорского скипетра, который послужил одним из запоров для заклинания при создании Сферы. Вы впустили тень Нидо в наш мир. А так как твой брат оказался очень живуч и смог сбежать, в итоге мы получили всего лишь Тень, а не самого Нидо. И на этом спасибо.

Я требовательно поднял руку:

– Помоги мне подняться, фея. Нам нужно к Императору Сурану.

Он действительно помог. И даже был странно серьезен, когда я с его помощью надел рубашку, а затем, опираясь на его плечо, ковылял по коридору, и бесы на нашем пути шарахались в стороны, напуганные моим видом.

У дверей в зал советов, я отстранился насколько мог, едва опираясь ладонью на плечо феи. Тот одобрительно кивнул и распахнул дверь.

Император поднял усталое лицо от каких-то бумаг, разложенных перед ним. Вслед за ним вскинулись Каина, Хилар и еще один демон. Я напряг память, и возникло смутное воспоминание. Лично с Лордом Ветра я никогда не был знаком, но наслышан весьма и весьма много.

– Плохо выглядите, Лорд Янус, – почти бесстрастный голос Императора.

Я дернул уголком губ:

– Чувствую себя еще хуже, мой Господин.

– Догадываюсь, – кивок. – Рубин без сознания и пока не собирается приходить в себя.

Я скривился, но промолчал. Все-таки высказывать все, что я думаю об этом типе, при его племяннике не стоит. Я потом расскажу его величеству Императору Крина, все, что я себе позволю ему сказать.

Фея помог дойти до ближайшего стула, на который я аккуратно опустился, после чего зеленоглазый тут же взмыл под потолок, устроившись там вверх ногами и закутавшись в крылья так, что видно было только пестрый ирокез волос.

– Я так понимаю, новости для меня не слишком приятные? – тихо осведомился Суран.

– Вы проницательны, как всегда, – вздохнул я. – Новости поганые для всех нас.

– Учитывая специфику твоего языка, – подала голос Каина, – неужели все настолько плохо?

– Изначальные, – и только сейчас я понял, что со мной не так. Меня тошнило. Почти выворачивало наизнанку только при одном воспоминании о том запахе в сновидениях.

– Все-таки они, – выдохнул Император. И невольным движением коснулся горла в том месте, где его когда-то разорвали клыки Твари. Его взгляд стал сосредоточенным. – Докладывайте, Лорд Янус. Думаю, мы как раз узнаем причину, почему половина демонов чуть не сошла с ума сегодня ночью, потому что их сны в буквальном смысле взорвались…

– Тень Нидо, – пожал я плечами, усилием воли заставляя свои внутренности успокоиться. – А взрывающиеся сны – это результат усилий нескольких сноходцев, пытающихся выкинуть этого ублюдка из мира снов. Спасибо Леди Оракулу. Без её помощи, я вряд ли бы смог сделать то, что сделал.

– Что он хотел? – напряженно поинтересовался Хилар.

– Жизнь Лорда Нервуса, – усмехнулся я.

Ответом мне были недоуменные взгляды.

Я вздохнул:

– Давайте по порядку. И начнем, пожалуй, с далеких времен. Когда всех присутствующих еще и в планах-то не было…

Когда я закончил доклад, я увидел понимание на лицах, словно кусочки какой-то мозаики, которую они собирали в мое отсутствие, начали складываться в общую картину.

– Мне тоже стоит что-то узнать? – поинтересовался я, с интересом разглядывая Лорда Риара. Пока делился своими знаниями, успел несколько прийти в себя.

Каина пожала плечами:

– Наши новости не столь шокирующие, как твои. Нам тебя не обогнать на этом поприще. Тем более, что я хотела бы узнать подробности о твоем сыне.

Подтверждающий кивок Императора:

– Действительно, Лорд Янус.

Вот ведь… у нас крупные проблемы, а высших мира сего интересует моя личная жизнь. Я вздохнул:

– Про Флейма расскажу все, что захотите узнать. Перспективный мальчик.

– И уже чуть не погиб во славу Империи, – тихо добавил Суран, пытливо вглядываясь в меня своими алыми глазами.

– Но не погиб, – я прямо ответил на взгляд Императора, – мой Господин. И Лорд Максимилиан позаботится о мальчике. Им в Серебряном Лунаре найдется работа.

Альбинос медленно кивнул, соглашаясь.

– Леди Каина, – он даже не взглянул в её сторону, опуская взгляд на бумаги. – Расскажите Лорду Янусу о последних событиях.

Моя старая подруга улыбнулась.

– Ты помнишь, что Лорд Шлак является тем звеном, которое послужит нам дальнейшим проводником по цепочке?.. И Лорд Риар окажет нам в этом неоценимую помощь.

Лорд Ветра кивнул, внимательно изучая меня изумрудными глазами.

– Мы думали, что этим все и ограничится, но внезапно выяснились интересные факты. Тебе знаком Лорд Сорин, Повелитель Зверей?

Я подтверждающее наклонил голову. Об этом синеглазом шатене я был наслышан.

– Так вот, – продолжила Леди Огня. – Пылкий юноша посчитал, что мы пытаемся сделать что-то нехорошее его лучшим другом, и предпочел показать нам кровожадные стороны Лорда Риара, не спросив на это разрешения самого Лорда.

Я заметил, как болезненно дернулся уголок губ Повелителя Ветра.

– Однако все оказалось еще интереснее, – тихо заметила Каина. – Сорин не сам додумался до того, что он сотворил, став простым исполнителем чужой воли.

Я пожал плечами:

– Он Повелитель своего клана и силы, должна быть голова на плечах…

– Её ему затуманила страсть и любовь, – ехидно откомментировала Кай.

Я сделал неопределенный жест. Похоже, если судить по выражению глаз, Повелитель Ветра тоже не понял подобного оправдания. Демоны такого ранга и положения просто не имеют права на ошибку и какие-то затуманивания чувств. Посмотреть хотя бы на Рубина, к чему это привело? Насколько мне позволяла судить собранная информация по тому же Лорду Риару, несмотря на безумие и приступы кровожадности, этот демон никогда не допускал подобного. И совсем не просто так он оказался на закрытом совете Императора и его Четверки, пусть и в не полном составе.

– Можно к сути? – попросил я.

– Можно, – покладисто согласилась Леди Огня. – Суть в том, что возлюбленная Лорда Сорина – прекрасная Вийя из Серебряного Лунара, проходящая обучение в нашей Академии. Молодая демонесса со светлыми волосами и силой повелевать умами, намерениями и чувствами, а также призывать силу некоторых небесных светил…

Я вскинул ошеломленные глаза:

– Вийя…

Удивительно, но меня одарили тремя абсолютно одинаковыми улыбками. И я готов был поклясться, что Император прячет точно такую же. Так вот как зовут наследницу королевского трона Лунара.

– Вийя, – я перекатывал на языке её имя, чувствуя легкий привкус электрических разрядов. – Спрячь там, где все видят, – я ошеломленно покачал головой. – Умный ход. Все эти годы никто знать не знал, что в сердце Темной Империи находиться наследная принцесса Серебряного Лунара.

Леди Огня пожала плечами:

– Странно, что раньше никто не обратил внимания на фамильное сходство и то, какое направление постепенно приобретает её сила.

– Это как раз не так уж и странно, – криво усмехнулся я. – В связи с последними событиями в Темной Империи, многим было не до того. А те, кто знает королеву Электру и видел её воочию, давно закончили академию и новыми учениками не интересовались. Правда остается интересный момент – сотрудники Академии. Я бы просмотрел некоторые файлы и провел глобальные проверки…

Император медленно кивнул, делая себе какую-то пометку. Его тоже насторожил этот факт. Академия – это ум Империи. И если его поглотить…

– Есть большая вероятность того, – на меня взглянули прохладные глаза Северного Лорда, – что цепочка, по которой мы двинемся, приведет нас именно к принцессе.

Я качнул головой:

– Не факт. Шлак завязан на Клане Крови – это гарантия на 95 %, а Вийя, как и её мать, ближе именно к Изначальным. Где-то они пересекаются, несомненно. Но по моим раскладкам, это два разных проекта.

– Похоже, ваше подозрение о многоплановости Нидо получают подтверждение? – поднял голову Император.

– Несомненно. Это создание не остановится ни перед чем, и ему нужны гарантии… Времени у него было предостаточно.

Каина взглянула на до сих пор молчащего Лорда Риара:

– Вот так всегда, только понадеешься, что работа уменьшилась в количестве, приходит Янус и сообщает, что мы все неправильно поняли, и она наоборот увеличилась вдвое.

Тот внезапно улыбнулся:

– Знаете, дорогая кузина, я, конечно, слышал, что с Лордом Янусом все не так просто, как кажется на первый взгляд. Но только сейчас понял, насколько это высказывание правдиво. Так что мне, наоборот, нравится…

– Вот сойдет первая эйфория от его обаятельной стороны, – фыркнула Леди, – тогда посмотрим, как тебе это будет нравиться.

– Согласен, – кивнул он.

Я хмыкнул:

– Если вы закончили, то у меня к Лорду Риару просьба. Вы ведь достаточно знакомы с Вийей?

– Конечно.

– Сможете побыть моим консультантом? Мне нужно как можно больше информации.

Он склонил голову, соглашаясь. И тут нас настиг спокойный голос Императора:

– Тогда сразу разработайте детали плана, предложенного Каиной и Хиларом. Риар – важная фигура в раскручивании Шлака… Удивительно, насколько клан Земли оказался замешан во всех этих событиях. И насколько сильно раскидало по баррикадам деда и внука… и, Лорд Янус?..

– Да, мой Господин?

– Когда очнется мой дядя?

Я тяжело вздохнул:

– Я могу проверить прямо сейчас, Ваше Величество.

– Проверьте, – кивнул он. – Ему тоже отведена определенная роль в этом спектакле.

5

Шумный бар. Не самый лучший в столице Лунара, но и не самый худший. Однако обладающий своей собственной спецификой. Это бар для мужчин.

Нет, сказать, что женщинам туда хода нет – нельзя. Кто ж сможет запретить половозрелой лунарке войти туда, куда ей хочется?

Однако, лунарки предпочитают не заглядывать чисто из брезгливости. Там, где собираются воины-мужчины, для них места нет. Просто потому, что это – ниже их достоинства. А уж если этот бар, где предпочитают останавливаться проезжие торговцы и наемники из других государств, которые мало понимают в политике матриархального Серебряного Лунара, тогда лучше уж и вовсе не подходить близко, если конечно нет желания подраться и выяснить кто же сильнее: воительница-лунарка или приезжий голодранец с мечом.

Хозяин давно приметил эту компанию из троих чужестранцев. Но они просто заказали вина и явно наслаждались передышкой. Видимо только после долгого перехода. Светлая кожа могла бы выдать в них имперцев, да вот только пыли собрали эти трое намного больше, чем требовалось для путешествия от Темной империи. Да и одежда… Гости с дальнего востока. Очень дальнего, если он прав и один из гостей обладал витыми не слишком большими, но внушительными рожками, полный черноты взгляд заставлял предположить, что прожил этот демон возможно дольше, чем стоит весь Лунар. А светлые, серебристые волосы, словно седые волосы, только подтверждали подобные предположения.

Его лицо чуть смягчалось, когда он оборачивался в сторону второго демона – тоже светловолосого, но скорее с сиреневым оттенком. Подробности рассмотреть не удавалось из-за низко надвинутого капюшона. Но кончик пряди волос, выбившейся из-под ткани, был сиреневый.

Точно не имперцы. У тех такие вещи, как вторые уши или рога – это не просто атавизм, а признак нечистой крови и плохого контроля. Могут и сразу в бесы записать. А в бесах – это все равно, что в вещах числится, безвольных предметах. Так что такое бы ни один имперец не демонстрировал.

Третий демон, пожалуй, мог бы сойти за имперца спокойно. Золотоволосый, красивый, с хищными глазами и без всяких ушей-хвостов-рогов. Вот только бурнус и красные искры, мелькающие на дне зрачков, настораживали тех, кто хоть что-то понимает в восточных демонах.

Там, на этом проклятом востоке, не брезговали смешиваться с магическими расами. И гордились смесками.

Империя – это центр того безумия, которое творилось во времена Изначальных. Империя – это место где Изначальных заточили. И все, кто приходит в империю, чаще всего не возвращаются или возвращаются безумцами.

Такие истории хозяину рассказывали путешественники, которые редко останавливались надолго, и никогда не держали путь в империю. Среди них не было самоубийц.

Хозяин шуганул разносчика и сам взялся за поднос – может и удастся выяснить, что этой колоритной троице нужно в его баре.

– И это самое интересное место? – рогатый оглядывался с ноткой брезгливости. Не привык он к таким заведениям.

Светловолосый рядом фыркнул:

– Спокойно. Сказано, что искать нужно тут. Меня это женское королевство раздражает ничуть не меньше, чем тебя. Мужчины запуганы, а те, кто не запуган – это жалкие ошметки других близлежащих земель. Ужасно.

Сиреневолосый рядом задумчиво крутит кружку в руках.

– У меня странное предчувствие…

– Плохое? – сразу напряглись оба его спутника.

– Да нет… странное, – пожал плечами тот. – Помнишь, Грейв, как мама нам невест пыталась подобрать?

– Ну? – настороженно выпрямился тот.

– Вот что-то подобное, только не настолько тревожное.

– Забавно… – медленно протянул демон. – Ищем артефакт, а получаем невесту, что ли?

– Э… лунарки не в моем вкусе, – покачал головой его младший брат. – Надеюсь, это просто несварение желудка от данной системы питания.

– Господа ищут конкретное что-то или кого-то? – голос хозяина бара неожиданностью не был. Все трое давно ждали, когда тот решится поговорить. То, что он осмелиться было несомненным для всех троих.

– Нам сказали, что тут можно встретить нужного нам демона, – откинулся на стуле Рамил, барабаня пальцами по рукояти своего изогнутого меча.

Хозяин поставил поднос с вином и задумчиво вытер руки о фартук.

– Тут многих демонов можно встретить. Смотря, что именно от него вам нужно.

– Одна вещь из Империи интересует, – тихо проговорил черноглазый. Тьма в его глазах лениво плескалась, подстраиваясь под ритм сердца.

Лунарец вздрогнул.

– Почти никто не рискует работать с империей. Можно лишиться головы.

– Почти… значит кто-то все же есть? – светловолосый выложил на стол небольшой мешочек, звякнувший при соприкосновении со столешницей.

Темнокожий демон довольно усмехнулся.

– Вам нужен кто-то или лучший?

– Нам нужны гарантии, – уточнил Грейв.

– Тогда вам прямой путь в бордель Змеи и птицы.

– Бордель? – из под капюшона явственное недоумение. – Серьезно?

– Абсолютно, – кивнул демон. – Хозяева – эмигранты-имперцы. Но у них остались связи с империей. Если что-то конкретное нужно… скажите просто, где узнали информацию.

– Вот так просто прийти, снять красотку и у неё поинтересоваться положением дел?

Лунарец покосился на мешочек и покачал головой:

– Конечно, нет, господин. Вам следует спросить одного из них… К Змею лучше не соваться. Особенно вам, – он внимательно посмотрел на золотоволосого. – Он любит все красивое, коллекционирует, и не важно живое то или неживое. Говорят, может даже о прибыли и деле забыть ради коллекции. И вместо того, чтобы получить нужную вещь, окажешься в его золоченых клетках.

– Интересный тип, – вскинул брови Грейв.

– Сумасшедший, – хозяин оглянулся нервно. – Впрочем, как и все имперцы. Но он демон слова. Если скажет окончательное да, выполнит. Вам нужно только правильно его заинтересовать и тылы себе укрепить.

– Так тылы любит? – двусмысленно усмехнулся Рамил.

Лунарец взглянул на него почти с жалостью:

– Вы не спросили про Птицу, господин.

И отошел, словно избегая дальнейших вопросов. Грейв хмуро смотрел ему вслед.

– Не нравиться все это, так ведь? – его мысли прервал голос друга.

– Выбора особого нет, – ответил демон. – Нас послали сюда не просто так. Словно знали, что пошлют еще дальше. Либо этот Змей действительно так крут, как только что о нем пел наш любезный хозяин, либо это ловушка.

– Нас догнали?

– Я не чувствую опасности за спиной, но вот впереди…

Гарсиа задумчиво провел ладонью по столешнице:

– Как думаете, сможем раздобыть еще информации по этому Змею и его птичке?

Грейв покачал головой.

– Что-то я сильно сомневаюсь. Подозреваю, что нам выдали наиболее полную информацию.

– Значит, пришла пора собирать слухи, – подытожил Рамил.

– Ты выглядишь переполненным энергией и одно, что не светишься, – ехидное замечание Масато вывело Флейма из легкой задумчивости.

Имперец поднял глаза на герцога и слегка улыбнулся:

– Ночь была бурной.

Сын Повелительницы Молний расхохотался:

– О да! Пока все корчились из-за дурных снов и говорят теперь, что ночь была кошмарной, ты, похоже, и вовсе не бывал в стране сновидений. Решил последовать моему совету и поддаться чарам Повелителя Звезд?

– Вы были так убедительны, мой Господин, – слегка пожал плечами Флейм. – И оно само все как-то получилось…

– Ну и как? – полюбопытствовал Масато. – О Лорде Максимилиане говорят правду? Это действительно… феерично?

Юный демон улыбнулся:

– Очень подходящее слово.

Он вспомнил, как сила Повелителя Звезд буквально врывалась в его измученное сознание, заставляя раны заживать на глазах, вытравливая тлетворный запах и привкус Изначального… как Повелитель Земли удерживал его бьющееся в судорогах тело, крепко прижимая к постели, и шепталшепталшептал, что все будет хорошо, что они его выражал, что он отдаст все долги иллюзорным, какие только сможет, но Флейму нужно немного потерпеть. И Флейм терпел. Он хорошо запомнил совет Леди Жадеит и брал все, что могли дать эти двое. Их силу, их помощь, их соучастие… То, что Нервус узнал его тайну, не страшно, он оказался тем, кому можно доверить этот секрет. И отец согласился бы с ним. Тем более, это значительно облегчит задачу по поиску Трещины.

А вот его нанимателю совсем не обязательно знать, как на самом деле прошла ночь в «объятиях Повелителя Звезд», с чем согласился сам Астролог и для достоверности оставил на шее и плечах юноши пару отметок.

Флейм смущенно коснулся воротника, прикрывающего часть этой красоты, и Масато снова рассмеялся. Похоже, его забавляла реакция своего подчиненного на якобы произошедшие события. Пусть забавляется.

– Представляю, что скажет на все это Лорд Нервус, – тоскливо подыграл своему господину Повелитель Снов.

– Как бы то ни было, – весело заметил герцог, – у нас сегодня еще много работы, так что на время забудь блеск полуночных сапфиров… Раз Вадим отбыл по другому заданию, на тебя сваливается часть его работы. И тебе некогда будет страдать по поводу холодных взглядов Повелителя Земли. Надменный сноб даже не понимает тебя, так что успокойся и наслаждайся ситуацией.

Имперец кивнул, благодарно улыбаясь и пряча под лживой улыбкой глубокую признательность «надменному снобу», который сейчас почти наверняка отсыпается, отдав львиную часть собственной энергии внуку Леди Жадеит, и это при том, что сам пострадал, пусть и не так сильно, как юноша.

Интересно, какие узы связывали его с Повелительницей Снов и Теней? Это не была влюбленность. Что-то другое таилось под тем, что успел увидеть и услышать Флейм. Можно было бы проникнуть в сны Лорда, но… мало того, что это было бы несколько неучтиво, но по здравому размышлению и очень опасно, пока по сновидениям разгуливает такой враг, как Нидо. Хотя еще одно было очень интересно. Почему Нервус увидел его в своем сне в облике родного брата? Неужели их связывали такие уж тесные узы? Да и не слышал Флейм ничего о брате Повелителя Земли… надо будет покопаться, когда времени будет побольше… вдруг пригодится информация.

Кира смотрела на Повелителя Воды и… испытывала, нет, не страх – настоящий ужас. Дарий улыбался весьма учтиво. Он красив, как и его сестра Миру. По-настоящему красив. Но… девушка спрятала страх глубоко внутри. Очень глубоко. Он не должен его ни почувствовать, ни увидеть. Иначе все… она погибнет. Она уже успела понять, что идея взять её под защиту принадлежала именно дяде, так как Урия, привезя её в особняк, фактически забыла о ней, занимаясь какими-то своими делами, и огромный пласт времени девушка общалась именно с Дарием.

Рик, спрятанный глубоко внутри сознания, внимательно, словно хищник, следил за лунарцем. Он чувствовал в нем что-то, что не давала ему покоя. Что заставляло раз за разом рисковать, высовываясь из глубины оболочки Киры, чтобы более детально просканировать демона и понять… что понять, бывший паразит сам еще не мог объяснить.

И его беспокойство превращалось для его тела и иллюзорного остатка Киры в страх, а позже и в иррациональный ужас.

– Я вижу, моя сестра была не совсем права в твоей оценке, племянница, – внезапно проговорил Лорд.

Кира вскинула бровь и аккуратно поправила складку на юбке:

– О какой именно оценке идет речь, дядя?

– О том, что ты главное разочарование в её жизни, – любезно пояснил Дарий. – Ты не совсем такая, какой желаешь показаться.

Юная демонесса пожала плечами:

– Возможно, потому что мне пришлось измениться.

– Возможно, – согласился Повелитель Воды. – Вполне возможно. Я ожидал увидеть испуганную девицу. А передо мной сидит молодая, но уже проявляющая зачатки опасности демонесса. Подозреваю, что Миру просто не пыталась раскрыть твой потенциал по-настоящему. Она никогда не любила соперничества.

– Разве я могу стать соперницей матери? – Кира прищурилась, внимательно разглядывая сидящего перед ней демона.

Волосы выстрижены коротким ежиком цвета темной стали, словно в противовес традиции водных Повелителей отращивать длинные локоны. Глаза – спокойная гладь морской волны, под которой кружит темная тень. Лицо немного узковато, хищный нос, чуть выпирающие скулы. Как и любой демон, Дарий отличался какой-то необычайной харизматичностью… однако это не обманывало никого, включая его племянницу.

– Вполне, – ответил он на её вопрос, сцепляя руки в замок и как-то безмятежно улыбаясь. – Лет этак через двести… Но есть и более быстрые способы.

– Например? – бесстрастность в её голосе выдержана идеальной порцией.

Он взглянул на неё и тихо рассмеялся:

– Мы еще поговорим об этом, дорогая Кира. Обязательно поговорим. Но не сейчас. Урия вернулась, и я хотел бы взглянуть на свою прекрасную демонессу. Она обычно после таких прогулок идет тренироваться… Не хочешь взглянуть? Твоя мать любила наблюдать за тренировками Потрясательницы Тверди.

– Хочу, – внезапно откликнулась Кира. Вадим за её спиной, который до сих пор был безмолвной тенью, дополнением к обстановке комнат, чуть шевельнулся, но девушка не обратила на него ни малейшего внимания.

Рик внутри неё слабо улыбнулся. Повелитель предупредил его о Вадиме, а вот сам бывший колдун, похоже, пока не знал всей правды о своей подопечной. Но пока не время и не место… придется работать немного вслепую.

– Что ж, идем, – улыбнулся демон, заметив неудовольствие охранника своей племянницы. Он поднялся на ноги.

Даже Вадим одобрительно кивнул, наблюдая за тем, как плавно движется генерал Урия в той мешанине, которую создали бесы. А вот Кира побледнела, внимательно наблюдая, как бывшая любовница её матери крошит своих солдат. Этот бой не был имитацией – нет, воины умирали по-настоящему, и девушке совсем не нравился яростный крик, сопровождавший каждую новую смерть. Генерал казалась одержимой и… прекрасной хищницей. Только вот это была абсолютно сумасшедшее животное – она убивала не ради охоты, а из удовольствия.

– Что-то не так? – почти ласка в голосе демона, стоящего рядом.

Девушка поднимает на него взгляд, и Повелитель Воды едва сдерживается, чтобы не отшатнуться от полыхнувшего гневом взгляда племянницы.

– Когда моя мать, – почти сквозь зубы, наконец, произнесла демонесса. – Когда моя мать рассказывала мне об Урии… она говорила совсем о другом создании, а не об этом сумасшедшем… звере.

Дарий прищурился:

– Похоже, моя дорогая девочка, ты знаешь чуть больше, чем может показаться…

Она без трепета взглянула ему в глаза:

– Дядя, я дочь Миру, пусть и никчемная, но все знают, что генерал Урия продала все, что у неё было, за силу и могущество. Продала это королеве… и стала её верным псом.

– В твоих устах это звучит… крамольно, – он тонко улыбнулся и от этой улыбки передернуло Вадима, но он промолчал, потому что ощущал, что сейчас бьется девушка и ей нельзя мешать, а можно только вникать и слушать. Господину полезно будет узнать, что здесь происходит.

– Я уже приговорена, – улыбку Киры тоже нельзя было назвать приятной. – Так позволь сказать мне, дорогой дядя. Ты ведь не для того меня сюда заманил от Масато, чтобы любоваться. Я здесь заложница и рычаг воздействия на… кого, дядя? На мою мать, когда она вернется таким же псом королевы, как Урия, или на саму Урию, которая думает, что защищает меня для бывшей возлюбленной?

Демон медленно качнул головой:

– А тебя все же недооценили, девочка. Ты действительно демонесса… и дочь своей матери.

– Спасибо, – она снова посмотрела вниз, на беснующийся ураган смерти. – Позволь мне удалиться, дядя. Я увидела достаточно.

– Идите… юная леди, – и очень внимательный взгляд, буквально сверлящий спину.

Вадим тенью следует за демонессой. Но его внимание сосредоточено на том, как генерал Урия ловко поддевает на свой меч последнего оставшегося в живых беса, и издает торжествующий крик, больше похожий на рев, прозвучавший над поместьем.

И едва не пропускает тихий, почти на грани слышимости, шепот.

– Доложи Флейму… Это клан Крови. Здесь точка соприкосновения или одно из возможных убежищ. И еще… генерал Урия носитель Изначального, но спящего.

Колдун едва не спотыкается, потрясенно разглядывая прямую спину демонессы, идущей впереди него.

А Рик снова погружается на самое дно своего сознания, лихорадочно обдумывая увиденное. Привкус родного мира он узнал сразу, но все же что-то странное не давало ему покоя, он понимал, что это каким-то образом касается клана Крови, так как некоторые моменты не были характерны для Изначальных, но очень походили на то, что ему показывал и объяснял Лорд Янус… Главное чтобы лорд Флейм не сунулся в это логово в одиночку. А он мог… Значит, информацию нужно любым способом донести не только до него… Но сначала анализ. Вадим найдет способ доложить то, что он услышал, бывший паразит в этом не сомневался. И все же… Вадим слуга только Флейма. А Рик все же изначально принадлежит своему Старшему, и он видел, что есть что-то, что касается только Повелителя Иллюзий и что не сможет оценить его сын.

А сейчас следует максимально быстро достичь своих покоев и кое-что объяснить бесу, шагающему за ним.

Вадиму пришлось ждать и молчать, но он уже понимал, что все не так просто с Леди Кирой, и этот её… фактически, приказ… колдун мучительно размышлял, ловушка это или нет… в конце концов, он тоже видел, что Урия представляет из себя опасное создание. Намного более опасное, чем можно было бы сказать на первый взгляд. Клан Крови… бывший человек уже успел понять, насколько важны эти сведения для Империи. Не бросится ли Лорд Флейм в ловушку только ради того, чтобы убедиться, насколько верны донесения? А с другой стороны, вздохнул колдун, это решать Повелителю. Он в любом случае должен получить доклад о том, что видел колдун, но как поступит демон, решать только самом демону – это факт.

Однако насколько можно было довериться словам Леди Киры, и почему она это делает? Она ведь никогда не встречалась с Повелителем? Или Вадим стоит на слишком низкой ступени, чтобы знать все рокировки Повелителя?

– Эй, – он вздрогнул и вскинул глаза на демонессу. Она смотрела с легкой насмешкой, но… не обидной.

– Послушай меня, бес, – тихо произнесла она. – Твои мысли слишком явственно бродят у тебя на лице. Научись скрывать их. Иначе тебе долго не прожить. Мир демонов немного сложнее, чем может показаться. Я не знаю, как ты попал в услужение к своему Господину, но… будь его достоин, иначе ты не будешь стоить даже капли воды в пустыне и твои услуги будут только помехой.

Вадим молча смотрел на неё, а потом очень медленно поклонился:

– Благодарю за науку, благородная госпожа.

– Не стоит, – она подняла с полочки у зеркала расческу. – Просто не думай слишком много. Ты не аналитик, ты разведчик. Твоя цель добыть информацию и доложить максимально точно все, что ты видел. Запомни это. А что делать с этой информацией – уже забота других.

– Вы правы, – Вадим остро посмотрел на неё.

Кира обезоруживающе улыбнулась и занялась своими волосами.

– Ух ты! – внезапно выдохнул Грейв. – Мальчики, погуляйте, а я, кажется, пойду, пообщаюсь.

– Что?! – удивлено, вскинул на него глаза Рамил и проследил за взглядом друга. – Ого!

Они уже два часа как фактически прочесывали торговые ряды купеческих районов столицы Серебряного Лунара. Это была не только прихоть и возможность собрать всевозможные слухи, но также и необходимость, так как за время путешествия слишком уж поистрепалась одежда, а для похода в элитный дом свиданий требовалось что-нибудь приличное, по мнению Гарсии.

Грейв относился к походу философски, его брат наслаждался, а вот Рамил страдал. Он не любил многолюдные общества. А уж тем более толкаться по лавкам и торговым рядам. Но сейчас не было особого выбора.

И тут его старший друг выдал такое. Но, увидев «добычу» вполне понял порыв Грейва. ТАКОЕ точно не стоило упускать из виду.

– Что случилось? – Гарсиа выскочил из ближайшей лавочки и недоуменно посмотрел вслед удаляющемуся брату.

– О, – Рамил поцеловал кончики пальцев и воздел глаза к небу. – Страсть случилась, друг мой. Всепоглощающая страсть к красоте.

– Грейв увидел кого-то достойного для охоты? – удивился Гарсиа. Сегодня он наконец избавился от своего капюшона и блистал светлыми волосами, цвет которых ближе к концу убранных в хвост прядей перетекал в насыщенно-сиреневый. – Здесь?!

– Сам посмотри.

Молодой демон проследил взглядом, и даже замер от восторга.

– Ух ты! – с идентичной интонацией повторил он за старшим братом.

«Объект» оказался высоким золотоволосым чужестранцем. Со своей бледной кожей он выделялся среди темнокожих лунарцев, как яркая экзотическая птица. Красивая ладная фигура с широкими плечами, стройными ногами и поджарыми бедрами. Он был буквально запакован в камзол алого цвета расшитый золотыми узорами в виде змей. Черные мягкие брюки облегали ноги так, что казались бесконечными, а высокие черные же сапоги только подчеркивали впечатление.

Золотая прядь волос заправлена за остроконечное ухо, словно демонстрируя его специально. Надменное выражение лица с благородными и какими-то хищными чертами лица, глаза скрыты круглыми красными очками, которые только подчеркивали необычность этого демона. А в руках небрежно замерла трость.

«Объект» с какой-то снисходительной обреченностью внимал своему собеседнику – темнокожему лунарцу в ливрее какого-то богатого дома.

– Только не говори, что ты хочешь перейти дорогу своему брату, – насмешливо прервал любование демоном Рамил.

– Надеюсь, он поделиться, – хмыкнул повелитель Драгоценностей, так как именно этой силой владел один из младших отпрысков повелительницы Дальних Земель, матери Грейва и Гарсиа. – Такой вкусной конфеткой.

В этот момент как раз Грейв подошел-таки к «конфетке» и Гарсиа снова ахнул, потому что золотоволосое видение невероятно гибким движением обернулся в сторону Грейва, продолжая удерживать в поле зрения своего собеседника.

– Ого… – за спиной наблюдающих демонов раздался громкий шепот. – Это же надо… подкатить вот так просто к Змею…

Змей? Оба демона переглянулись и Гарсиа обернулся, впиваясь взглядом в лунарца, вышедшего вслед за ним из лавки.

– Простите великодушно, а кто он такой?

– Вы видимо издалека?

– Ну, это напрашивается само собой, – кивнул Рамил, пряча насмешку.

– И судя по вам не из империи, – тот бросил взгляд на одежды обоих демонов.

– И это тоже верное предположение, – согласился Гарсиа. – И что же дальше? Мне уже идти спасать брата от чудовища?

Лунарец поежился:

– Про чудовище это вы верно. Змей – опасный демон. Хотя и красив как бог. Он очень любит красивое, а ваш брат очень красив и необычен. Для Змея – это как леденец для ребенка. Только вот дети леденец грызть любят.

Гарсиа рассмеялся:

– Ну, Грейв может оказаться карамелькой не по зубам. Он таких хорошеньких демонов давненько на вкус не пробовал.

Лунарец взглянул на него в каком-то священном ужасе. Пробормотал себе под нос что-то о сумасшедших и скрылся обратно в лавке. Демоны фыркнули и вернулись к брошенному наблюдению. И оба потрясенно замерли, увидев только замершего Грейва, на лице, которого воцарилось легкое недоумение и удаляющуюся прямую спину светловолосого Змея.

– Грейва отвергли? – ошарашено поинтересовался Гарсиа.

– Стоит спросить напрямую, – тихо отозвался Рамил, начиная двигаться в сторону друга.

– И что это было? – легкомысленно поинтересовался он, едва подойдя к рогатому демону.

– Самому бы понять, – тот задумчиво смотрел в толпу. – Ты видел, как он двигается? Как огромная змея…

– Ну, наверное, не зря его Змеем называют.

– Так это и есть Змей? – Грейв внезапно облизнулся. – Тогда я знаю, где его искать.

Его младший брат удивленно хмыкнул:

– Хочешь сказать, что тебе даже имя свое не сказал?

Грейв кивнул:

– Он мне сразу понравился. Злой, упрямый, красивый и сильный. Острый на язык. Все как я люблю. Представляю, как он будет извиваться в моих объятиях.

И брат, и лучший друг только фыркнули. Рамил, покосившись на Гарсиа хмыкнул:

– А твоему братишке он тоже приглянулся. Все раздумывал, не поделишься ли ты…

Грейв внезапно серьезно посмотрел на брата:

– Только если он сам захочет. Договорились? И… ты не будешь пытаться взять вверх.

Аметистовые глаза широко распахнулись в удивлении, он было открыл рот, потом молча его закрыл и медленно кивнул. Похоже, Змей серьезно зацепил брата. Это стоило уважать. Но и сам Гарсиа не намеревался отступать и собирался познакомиться с красавчиком поближе. Если уж Грейв запал на Змея после пары фраз, то это действительно стоящая охота.

Лорд Нервус резко открыл глаза.

– Что-то случилось? – над ним склонился Повелитель Звезд.

Демон медленно сел в постели и качнул головой, прислушиваясь к себе. Потом слабо улыбнулся.

– Интересно.

Астролог молча наблюдал, ожидая, когда Нервус соизволит ему объяснить. Или не соизволит.

– Лорд Максимилиан, – золотоглазый демон повернул голову. – Мы сможем связаться с Империей? Мне нужно кое-кого предупредить о новом факте, вступающем в нашу маленькую игру. Да и Императору стоит узнать имя моего наследника.

– О, – Повелитель Звезд вскинул бровь. – Как интересно, до этого дня, вы упорно отказывались называть имя. Поговаривали, что вы собираетесь устроить междоусобицу в клане.

– И вы в это верите? – насмешливо поинтересовался его собеседник.

– Нет, конечно, вы слишком умны для таких шагов, – пожал плечами Астролог. – Но почему именно сейчас?

– Потому что мой настоящий наследник возвращается домой, – пояснил Нервус и устало потер виски. – Когда-то он ушел из дома. После того, как братья чуть не убили его, почти полностью лишив силы. Мальчик очень умен. Он пришел ко мне, и я запечатал его в тело смертного в одном из миров, чтобы восстановить потоки утраченного. Его идея была просто великолепна, кроме того, он должен был получить дополнительные силы в том мире, просто живя, как человек, и скапливая свою и чужую силу. Тот мир полон энергии, которую мы способны поглощать, но жить там в истинном обличии почти невозможно. Мир технократов, – демон фыркнул. – В общем, судя по всему, Энди решил вернуться, мои печати трещат по швам. Скоро на арену политики Империи вступит новое лицо. Мальчику нужно окоротить Шлака, я хотя и лишил этого выродка наследства, он ищет пути, как обойти мое слово. И силу… ведь если он будет обладать большей силой, чем кто-либо из нашей семьи, он может получить место Главы и без моего благословения, вы знаете это. Вы сами точно так же взяли свой титул Повелителя Звезд, выпив силу отца.

Максимилиан медленно кивнул головой, соглашаясь. Так действительно было. И Повелитель Земли не зря волновался. Тем более, если вспомнить, что передал Янус и что пока не знает Нервус… Императору будет нужен новый союзник.

И наследник одного из самых могущественных кланов вполне подойдет.

Астролог вздохнул, принимая решение.

– Лорд Нервус, вы выдержите два перехода? Туда и обратно? Вопрос слишком серьезный, и я не могу довериться сновидениям. Учитывая ситуацию нынешней ночи.

– Конечно, выдержу, – демон выглядел раздраженным. – Я же не старик и не развалина какая-нибудь. Что вы хотите сделать?

– Построить портал, конечно, – хмыкнул сапфировоглазый Лорд. – Вам стоит доложить об этом самому Императору. И кроме того, узнать кое-какие подробности, в которые до сего момента я не находил нужным вас посвящать, хотя они напрямую касаются вашего клана.

– Что? – золото в его глазах вспыхнуло пламенем. И тут же потухло. Нервус был слишком старым и умным демоном и довольно долго играл в политику и интриги Императорского двора, чтобы понимать, что ему только что оказали высокое доверие.

Максимилиан внимательно наблюдал за ним и удовлетворенно кивнул, увидев реакцию:

– Я в вас не ошибся. Теперь нам нужно решить, каким образом мы можем временно исчезнуть так, чтобы нашего отсутствия не заметили.

Нервус насмешливо покосился на него:

– С вашей-то репутацией? Даже голову заморачивать не стоит такими пустяками. Зато моя репутация надменного и лицемерного сноба будет окончательно утверждена, а ваша получит новую подпитку и взрыв уважения…

Повелитель Звезд заулыбался, сразу уловив мысль.

– Лорд Нервус, я беру обратно все те нелицеприятные высказывания и мысли, что исходили от меня до того, как мы отправились в совместную поездку. Вы необычный демон и очень изворотливый. Думаю, Император Суран тоже оценит это.

– Надеюсь, – хмыкнул тот. – Надеюсь. Ну что, приступим?

– О да, – хищно оскалился Лорд Максимилиан.

6

Он провел языком по губам и хищно улыбнулся. Это такой восторг ощущать, как чья-то жизнь темно-бордовой струёй протекает сквозь твои пальцы. Он снова, почти нежно, повернул нож в его ране и рассмеялся, услышав его неслышимый стон. Выдернул лезвие и коснулся его языком. Она отнюдь не сладкая – эта кровь. Она чуть солоноватая и такая легкая. Жертва захрипела, когда демон поднялся на ноги. Он не слушал безмолвных проклятий. Кровавые розы расцветали у его ног.

С диким криком ужаса он проснулся. Чувствуя, что промок насквозь от выступившего пота. Выбравшись из постели, он на подкашивающихся ногах добрался до ванной и включил воду в кране. Опустил голову под ледяную струю.

– Мне страшно, – тихо прошептал он зеркальной поверхности, – Мне очень страшно.

Из зеркала на него смотрело отражение из сна. Юноша вздрогнул и дёрнулся:

– Кто ты, чёрт возьми?!

Но отражения не умеют отвечать, они лишь могут передразнивать.

Он вышел в комнату и понял, что сегодня больше не уснёт. На часах мерцали цифры – 03:24. И в этот момент уже знакомая боль обжигающим огнём обхватила его голову. Схватившись за виски, он со стоном упал на колени. Словно издалека звучала музыка. Почему? Почему это происходит с ним?! Чья-то могущественная рука стирала его волю и сознание, и, как бы он не сопротивлялся, он превращался в…

Энди улыбнулся. Ну, вот и кончилась его жизнь, как человека. Сознание того паренька, что он убил и поглотил в самом начале своего путешествия, теперь окончательно растворилось в его собственном. Повелитель Земли потянулся всем телом, чувствуя, как энергия течет потоком по жилам, стирая все остатки смертного существования.

Что ж… пора вступать в игру. Но для начала нужно разузнать, что случилось за время его отсутствия. И если Шлак все же стал наследником семьи… жаль, конечно, но ему придется потесниться. У его младшего брата несколько иные планы. Не зря он выискивал возможности и копил силу. Двадцать лет… не очень долгий срок для демонического существования, но Энди ушел из дома, когда ему было семнадцать, так что по меркам своей семьи, особенно деда, он все еще младенец… Придется поработать, доказывая обратное. В конце концов, если Суран все еще на троне – есть живой пример.

Тем более, что у юноши теперь был козырь в рукаве. И какой козырь.

Он вышел на балкон квартиры и с наслаждением вдохнул воздух. Хорошее место. Есть где развернуться, но придется его покинуть. Он окинул взглядом панораму ночного города, светящегося огнями. В этом мире ночная городская жизнь еще ярче, чем дневная. Демон щелкнул пальцами, посылая импульс призыва. Луна светила очень ярко, и в ее сияющих лучах в воздухе повисла бесовка, склонившаяся в глубоком поклоне:

– Господин.

– Пора, – единственное, что прошептал Энди.

Слуга поклонилась и исчезла. Все подчиненные Повелителя Земли были выдрессированы и прекрасно знали, что делать и в какой срок.

– Простудитесь, мой Господин, – голос из теней был почти заботлив.

Энди передернул плечами:

– Если только для конспирации, Сайто. Как там Империя?

– Много интересных новостей. Вы пропустили войну с Крином.

– Мы выиграли, надеюсь?

– Конечно.

– А Император?

– Его Величество Суран правит жесткой рукой, и многие уже поняли, как ошибались, думая, что его юный возраст станет помехой для его правления.

Юноша восхитился:

– Он, что? Вызывает у тебя восхищение?

– Я принес вам костюм, – невозмутимо отозвался Сайто и протянул ему сверток.

– О, – протянул демон. – Неужели я снова смогу облачится в то, что мне приличествует?

Сайто поклонился, скрывая улыбку. Все-таки его Господин даже не подозревает, насколько похож на своего деда Нервуса. Тот тоже тосковал по тому, что приличествует. Демон служил клану Земли достаточно долго и видел, что в поколениях после Нервуса только этот юноша достоин его служения. Поэтому он без колебаний последовал за ним, когда мальчик решил сбежать в миры смертных – немного пожить. Но даже он не подозревал, что это не просто мальчишеская выходка и блажь. Нервус бы гордился внуком, если бы знал.

– Сайто… – тихий голос Энди был напряженным… слегка.

– Да, мой Господин?

– Шлак признан наследником?

– Нет, мой Господин, но и не изгнан. Он все еще член семьи. К тому же…

– Что?! – юноша резко вскинул голову, чувствуя, что то, что не договаривает демон, очень важно.

– Похоже, ваш брат ввязался во что-то, что должно принести вред Императору или Империи.

Фиолетовые яркие глаза резко прищуриваются, становясь темнее и теряя зрачок.

А вот и еще одна объединяющая его черта с дедом. Почти болезненное восприятие Империи и Императора, как главы. Этот демон готов был убивать и умирать за Империю.

Портал перехода свернулся за их спинами с легким хлопком. Нервус огляделся, пряча удивление. Они оказались в спальне, которая совсем не подходила Лорду Звезд.

Мягкие ковры под ногами, полуночно-синего цвета; обивка стен цвета индиго с хорошо подобранными картинами, где везде присутствовали пейзажи незнакомых миров и какие-то странные животные.

Он с удивлением смотрел на постель с темными простынями, которую никто не заправил, словно хозяин или хозяйка покинули покои в спешке. Вся мебель в комнате была выдержана в темных сине-красных тонах. Нервус никогда не думал, что эти два цвета могут вместе смотреться настолько привлекательно.

Одна стена имитировала огромное окно. И, видимо, кто-то совершенствовал эту иллюзию долгое время. За стеклом расстилался ночной пейзаж какого-то мира. И… он был совершено живым. Казалось даже, что из окна тянет теплым легким ветерком, с незнакомым приятным запахом.

– Поражает, да? – рядом вздохнул Лорд Звезд. – Я в первый раз тоже в себя приходил минут пять.

– Где мы?

Астролог как-то почти невесело усмехнулся:

– В Императорском дворце. Личные покои Повелителя Иллюзий. Это самое безопасное место, куда я смог нас перебросить, и самое близкое к Императору. Учтите, Янус будет жутко зол, если обнаружит нас.

– Точнее, когда, – педантично поправил его новый голос. – Но ты не совсем прав, Макс. Я прекрасно понимаю, что ты не привел бы Лорда Нервуса сюда просто так. Я сначала бы разобрался, а потом, если вы окажетесь недостаточно убедительны…

Многозначительная пауза была более яркая, чем возможная угроза.

Повелитель Иллюзий стоял на пороге собственной спальни и выглядел… усталым.

– Яни, – выдохнул Астролог. – Ты что с собой сделал? Флейма мы привели в порядок, и он уже бегает. А тебе что, тут даже помочь некому было?

– За сына спасибо, – блондин устало прошел к ближайшему креслу и опустился в него. – Но тут не только нападение Нидо, мне пришлось приводить в чувства эту чересчур любопытную личную зверушку Императора.

– А. Этот… – протянул Максимилиан. – Прости. Но тут дело срочное, и долго мы задержаться не сможем. Нам и так пришлось отлучиться под видом того, что я соблазнил Нервуса.

Тихий смех был ему ответом.

Нервус только головой качнул. Все-таки он очень сильно недооценил Четверку Сурана.

– Надеюсь, Электра поверит, что ты ушел в отрыв, оказавшись в её королевстве, – он внимательно посмотрел на гостей. – Вам прямо сейчас нужно встретиться с Императором?

– Да, – кивнул Нервус. – Это касается прав наследования в моем клане.

Индиговые глаза прищурились:

– О… Вы решились назвать своего наследника? Почему именно сейчас?

– Потому что он возвращается, – спокойно отозвался Повелитель Земли. – Раньше я не был уверен, что у нас с ним все получится, но сейчас… Энди возвращается полным сил и готовым объяснить своему никчемному брату и своему отцу, что достоин быть главой клана намного больше, чем они оба вместе взятые.

– Вот как, – Повелитель Иллюзий выпрямился, стирая с губ и лица улыбчивость и следы усталости. Перед Лордами сидел сейчас демон, который готов был вникнуть в дело и вынести вердикт. И был в праве. – Означает ли, что вы полностью лишаете Шлака своего покровительства?

– Я и раньше его ему не давал, – спокойно ответил Нервус.

– Очень хорошо, – сказал Лорд Янус. – Вы очень дальновидны, Повелитель Земли, так как Шлак замечен в связи с Кланом Крови, а вы знаете, чем это грозит… Раз он не является, по вашим словам, членом клана…

Нервусу показалось, что только что в него вонзили узкий клинок стилета. Наверное, так в свое время чувствовал себя его брат.

– Шлак… что? – губы почти не шевелятся, а индиговый взгляд почти… сочувствующий?..

Повелитель Иллюзий пожал плечами и поднялся из кресла:

– Лорд Нервус, прошу вас, пройдемте со мной. Император согласен с вами встретиться, а по пути я расскажу то, что мне позволено вам открыть.

Демон взял себя в руки и кивнул. Он снова выглядел и чувствовал себя, как Повелитель своего клана, и ему требовалось получить всю доступную информацию… Если то, что сказал аналитик Его Величества правда, то это может лечь на клан Повелителей Земли несмываемым пятном позора в лучшем случае, в худшем клан будет уничтожен, как в свое время стерли с лица Империи клан Повелителей Воды… И на решение ситуации у него всего три-четыре часа. Не более.

Кровь тягучей мутной струей текла по рукам… Мутная, страшная, грязная. Он с отвращением стряхнул её с ладони. И вытер руки об одежду убитого беса.

Никакого удовольствия.

Он повернулся к человеку.

Девушка вздрогнула, но, словно завороженная, наблюдала за его приближением. Перепачканный грязной мутно-зеленой кровью… Она видела, как он убил чудовище, монстра. Но в этом убийстве все было неправильно. Монстр обречено и покорно принял свою участь. Он умирал медленно, мучительно, но всю эту агонию не сводил преданного и покорного взгляда с этого нереально красивого мужчины.

Это было… отталкивающе. Это было убийство, и девушка никак не могла оторвать взгляда от грязных пятен крови, которые он не стер со своих рук.

И эти руки взяли её за подбородок и заставили взглянуть в нечеловеческие фиалковые глаза.

– Знаешь, чем ты отличаешься от него? – такой бархатный и почти нежный голос.

Она, словно в полусне, покачала головой, туда… сюда…

– Ты боишься, но будешь сопротивляться до самого конца, и твоя кровь… она, в отличие от его, будет алыми брызгами сверкать на твоей коже и камнях этого подземелья, – его пальцы ласково погладили её щеку.

Её крик отразился от каменных сводов спустя мгновение.

А линии на полу, начерченные зеленоватой жидкостью из вен монстра начали светиться, когда на них упали первые капли алой крови. Переход из этого мира в мир демонов готов был открыться.

Сайто, невозмутимо стоял у стены, ожидая, когда его Господин закончит ритуал и сможет омыть руки и лицо, чтобы вступить на порог родного мира в приличествующем ему виде.

Алые глаза Императора смотрели невозмутимо, и Нервус вынужден был признать, что не знает, какое в итоге решение примет его Повелитель. Он уже рассказал все, что знал и все, что предполагал. Он не скрывал ничего, так как понимал, что сейчас важнее не его гордость и честь, а спасение его клана и… служение Империи.

– Лорд Нервус, – наконец прозвучал голос Императора. – Я не виню вас в том, что произошло. Хотя доля вашей ответственности есть. Вам нужно было самому воспитывать Шлака или уничтожить его прежде, чем он начал пакостить Империи и Нам. Я мог бы простить измену и просто его убить, но из-за вашего внука, я лишился одной из своих любимых наложниц. Готовы ли вы променять одного внука на другого?

Повелитель Земли согласно склонил голову.

– Эндимион ваш. Он примет ваше решение так же, как я принял сейчас.

– Будем надеяться, – кивнул Император. – Потому что ему будет дано очень необычное и трудное задание. Он никогда не был представлен ко двору или обучению в Академии…

– Он слишком молод по нашим меркам, – тихо ответил демон, прикрывая золото глаз ресницами. – И еще… он самый младший из всех, поэтому его имя почти нигде не звучало.

– Еще лучше, – удовлетворенно улыбнулся Император. – Хилар?

– Да, мой Повелитель, – глубокий голос Повелителя Севера прохладен.

– Вы с Леди Каиной и Лордом Риаром встретите юного Эндимиона и… объясните ему что к чему… Думаю, он вполне подойдет для нашего плана. Никто не должен знать о том, что младший внук Лорда Нервуса вернулся. Он будет ставленником одного из вас. Сами решите, кого именно.

Первый Лорд поклонился, показывая, что все понял.

– Мой Повелитель, – Нервус поднял глаза. – Позволено ли мне узнать, что должен будет сделать мой внук?

Император пристально взглянул на него, тень его улыбки не предвещала ничего хорошего.

– Ваш внук, Повелитель Земли, должен соблазнить Вийю – принцессу Серебряного Лунара, которая в данный момент учится на последнем курсе Нашей Академии с несколькими своими подругами. И которая каким-то образом замешана в заговор против Империи и Нас.

– Можешь идти, – взмах руки матери, наконец, отпустил его. Шлак вышел и едва сдержал вздох облегчения. Мать сегодня была настроена относительно миролюбиво и отыгрывалась только на бесах. Хотя до него дошли слухи, что с утра у неё был отец, и теперь любые сведения о том, что он находится где-то рядом, ценились на вес жизни.

Такие настроения отца обычно сглаживала его любимая наложница, но ее не было на этом свете уже около месяца. Мать все-таки добралась до той, которая была столь дорога её супругу. Мысли про наложницу напомнили Шлаку о темноволосой Сире и заставили его помрачнеть. Рогул куда-то исчез и не связывается с ним вот уже несколько дней, и Шлак так и не смог отыграться за ТУ ночь, когда Риар выбросил его из своего замка, словно ненужную шавку. Темные глаза демона приобрели слабый золотистый оттенок и ближайшая зазевавшаяся бесовка не успела исчезнуть. Магический удар размазал её по стене.

Шлак улыбнулся холодной улыбкой, но ему требовался больший выплеск энергии, поэтому он направился по коридорам к своим апартаментам. Однако, как нарочно, на пути ему не попалось ни души. Он не успел удивиться этому факту: повернув за очередной поворот, он увидел отца, который стоял у окна и о чем-то думал. Его сын молча прошел мимо.

Тяжелый взгляд уперся ему в спину. Он остановился и обернулся, встретившись взглядом с Повелителем Земли.

– Мама сегодня благодушно настроена, – заметил, наконец, Шлак, чувствуя себя неуверенно под пристальным взглядом отца. Тот медленно кивнул.

– Слишком, – его голос был ещё ниже, чем обычно. – Шлак…

– Да, отец?

– Нет, – помолчав, покачал тот головой и снова отвернулся к окну. – Ничего. Иди.

– Да, отец, – почти неслышно ответил тот и, развернувшись, поспешил прочь. Ему очень не понравился этот странный диалог. Что-то было странное. Неужели отец хочет выйти из игры? Не может этого быть. Ведь он желает получить место и силу деда, он не может… Однако стоит приглядывать за ним. И рассказать о своих подозрениях матери. Хорошо еще, проклятый живучий дед отбыл в Лунар с посольством и не мог ничем помешать. А значит, и предупредить его никто не мог.

7

Кэлмор, повелитель Металла, беженец и эмигрант Темной Империи, и один из совладельцев элитного борделя в Серебряном Лунаре, поднял голову, услышав как грохнула дверь. Видимо, Дориан несколько не в духе. Интересно, что там могло случиться? Он должен был встретиться с одним из информаторов из приближенного к королевскому дворцу дома. Неужели новости настолько отвратительные?

Его наставник ворвался в малую залу, словно смерч. И Кэлмор тяжело вздохнул. Дело явно было не в информации, потому что шипение, срывающееся с губ его наставника и друга говорило о том, что это скорее что-то личное.

– Дориан? – мягко позвал он, модулируя голос до мелодичности. Мелодия всегда влияла на полуламию, как хорошая доза успокоительного.

Тот замер, посмотрел на Кэлмора и решительным шагом подошел к младшему демону. Одним движением выдвинул стул вместе с рыжеволосым повелителем Металла из-за стола и, пока юноша не опомнился, одним плавным движением опустился коленями на ковер, а голову устроил на коленях Кэлмора.

– Кэл… поворкуй что ли…

Тот хлопнул глазами. Похоже, кто-то действительно постарался, выводя светловолосого демона из себя. Чтобы тот напрашивался на ласку и пение? Он всегда не любил в себе эту слабость, а тут такое…

Но тут же, поборов растерянность, вплел пальцы в светлые, мягкие на ощупь пряди волос, и начал почти мурлыкать какую-то незамысловатую песенку, услышанную совсем недавно. Кажется, кто-то из фей её напевал в качестве колыбельной. Слова не запомнил, но мелодия оказалась мелодичная и навязчивая.

Он прямо ощущал, как потихоньку расслабляется Дориан.

Длинные с острыми когтями пальцы легли на его колено, мягко поглаживая, словно, благодаря. Постепенно когти стали больше походить на привычный хищный маникюр лорда Дориана. И Кэлмор позволил себе немного расслабиться.

Он уже не напевал, просто сидел и пропускал сквозь пальцы шелковистые пряди волос, пристроившейся у него на коленях, головы.

– Кто довел тебя до такого состояния? – наконец, тихо осмелился спросить.

Рука на колене замерла, а потом продолжила методичное скольжение:

– Странно, я сейчас начал понимать, что все не просто так. Мне показалось, что это какой-то нахальный бес-эмигрант, который почуял ядовитый воздух вседозволенности, а именно осуществить мечту любого беса в империи – поиметь кого-то из высших. Но сейчас понимаю…

Кэлмор с минуту слушал тишину, а потом подтолкнул:

– Это был не бес?

– Нет. – Словно, ждал этого толчка, – Хотя рога ввели меня в заблуждение, но это, несомненно, демон. Просто… другой. От него пахло жарким воздухом, медом и чем-то сладковато горьким, но невыносимо приятным.

– Это ты сейчас анализируешь?

– Да… там я чуть не перекинулся от возмущения. Но сейчас поуспокоился. И понял, что бесом там и не пахло.

Кэлмор нахмурился:

– Полукровка, как и мы?

– Может быть, – отозвался Дориан и замолчал.

Его рыжеволосый подопечный тоже молчал. Он чувствовал, что сейчас так сделать правильно.

Наконец, Дориан поднял голову и отпустил колени младшего демона. Поднялся на ноги и недовольно уставился на свои брюки, где на коленях подвилась складочка.

– Еще процентик к счету этого рогатого красавца.

– Красавец? – вскинул бровь Кэлмор.

Змей замер. Повернулся в сторону молодого демона и… улыбнулся.

Кэлмор ответил ему абсолютно такой же, словно отражение.

– Мальчик мой, да ты гений!

– Есть у кого поучиться, – ухмыльнулся тот. – Кстати, нас кто-то ищет.

– Да? И?

– Точнее они ищут довольно интересный артефакт, если я правильно понял описание.

– Что значит, если ты понял описание? Артефакт не назвали?

– Только примерное описание одной из его частей. Но я порылся в библиотеке. И скажем так, заказчики интересные. Им нужен венец лордов Ветра. Точнее того самого графа Ветра, который был наставником императору Сурану.

Дориан остановился и уставился на него:

– Ты… уверен?

– Абсолютно. Конкретно они ищут его центральную часть с сапфиром, в свое время названным пожирателем душ.

– Скажи… ты уже знаешь, где эту часть искать?

– Напоминаю, – серьезно отозвался Кэлмор. – Недавно была война, и нынешний глава клана Ветра стал повелителем исключительно благодаря тому, что два наследника последовали за императором Сураном зачищать Крин, а трое сделали вид, что императора не существует. В итоге из Крина вернулся только один наследник к дому, где изыскано делили наследство в обход него. Император Суран вызвал их во дворец, откуда они уже не вернулись, зато пришло письмо с искренними соболезнованиями по поводу гибели наследников и сожалением, что столь тяжелая ноша ложиться на плечи нового повелителя столь внезапно.

– Я в курсе этой истории. Риар очень… интересная личность. Лезть к нему в клан – это чистое самоубийство даже для нас. Но он в моем вкусе. Очень даже.

Кэлмор усмехнулся и перевел тему:

– Насчет венца. Он был разбит.

– В смысле?

– Императрица Юрия самолично казнила графа Ветра, и её меч рассек сначала венец. Наследник забрал остатки венца и тело своего отца прямо из тронной залы. А на следующий день в главный особняк клана Ветра был вызван ювелир. Предположительно для починки венца. Ювелира не выпустили из особняка до самого окончания работы, а когда он вышел с неплохой суммой в кармане, через три шага на него напали грабители. Ювелир был убит, а оплата за работу выкрадена. Но что самое интересное венец на голове повелителя Ветра так и не появился. Это все что знаю я.

– Весьма интересно, – глаза Дориана действительно горели интересом. – А что известно о заказчиках?

– Демоны из далеких восточных земель. Прибыли в Лунар неделю назад. Начали искать контрабандистов. Конечно, вышли на людей герцога Масато, те изрядно испугались – в итоге была стычка, из которой воины герцога вышли несколько помятыми, однако недоразумение разрешилось и им указали путь, ведущий к нам. Их трое. Описание должно уже лежать у меня на столе.

– Тогда в твой кабинет, – решительно отозвался Дориан, и, выглянув за дверь, приказал. – Ужин в кабинет лорда Кэлмора, на двоих. С учетом того, что мы собираемся разгребать бумажки!

Кэлмор поднялся на ноги:

– Тиран и деспот.

– А как же.

А через минут десять Кэлмор имел удовольствие выслушать целый поток изысканной брани. Дориан прочитал описание заказчиков. Смутные подозрения зашевелились в молодом демоне, где-то к середине монолога, где приличными можно было назвать только предлоги и то с натяжкой. К концу монолога, он уже был твердо уверен в своих подозрениях. Среди указанных демонов был тот рогатый парень, о котором упоминал Дориан по прибытии и тот, кто являлся причиной его дурного настроения.

Впрочем Кэлмор был полон некоторого злорадства, что в кои-то веки не его, а Наставника называют сладкой конфеткой. При этом демон был в своем праве. К описаниям прилагался некий материал, который удалось найти по своим каналам в Дальних Землях, которые сами жители называли Хэриэтом.

Так рогатый парень действительно демон… и намного старше Дориана. Он в своих землях вообще весьма крут, судя по всему. Правителем не стал, кажется из-за каких-то личных побуждений, хотя занимает далеко не последнее место в иерархии. Кроме того, прибыл вместе со своим братом, и другом, о котором слава шла как об отменном алхимике.

– Кэл, – змей вдруг напрягся, рассматривая бумаги. – Личная просьба.

– Да?

– Рогатиком и его братом я займусь сам. Справлюсь как-нибудь. А вот этого парня – возьми на себя. Алхимия… покопайся там немного. Как бы не оказалось, что это именно тот след, который мы с тобой искали. Изначальные ищут много путей. Сфера огромна и трещина может находиться не только здесь или в Империи, но и с иной стороны.

Кэлмор выпрямился. Это серьезно. Дориан прав. Кроме того, не стоило забывать о клане Крови, эмиссарах Изначальных. Алхимик – это действительно тот, кто может быть весьма и весьма интересен кровавым демонам-ученым. Или… вообще быть одним из их клана. Кто знает, где обосновался клан. Это вполне могли быть и Дальние Земли.

– Хорошо. Если что, я призову фей. Они будут заинтересованы в таком интригующем экземпляре.

– Да, но будь предельно осторожен.

– Я читал, что он может собой представлять, – кивнул молодой демон. – Я буду осторожен, Наставник.

Дориан кивнул, но было видно, что он не успокоился. Скорее всего напряжение теперь просто поселиться нем и пока не наступит освобождение, оно постоянно будет зреть в полуламии возбуждением и жаждой развязки.

– Кстати, – он взглянул на своего подопечного. – А что делает венец? Почему он может быть так необходим?

Кэлмор улыбнулся, он ждал, когда же наставник вспомнит об этом.

– Все просто. Венец пожирал души…

Дориан замер:

– О.

– Да, таких артефактов наперечет. В его основу входило несколько камней, способных поглотить душу любого существа, у которого она есть. А потом перерабатывать эту субстанцию в нечто, что можно использовать в иной категории. Например, благодаря этому венцу, во времена Раскола было уничтожено более двух трети бунтовщиков со стороны принца Рубина. Граф Ветра повелевал не просто потоками воздуха, он призвал сильфид – воздушных созданий. В хрониках я нашел упоминание того, что эти призрачные создания появились внезапно из смерча, который окутал, творящего заклинание графа.

– Они появились из венца?

– Я думаю да. Учитывая свойство камней, в которые втягивало души… В общем, сам венец мог направлять энергию преобразования по определенному пути.

– О-о-о… Венец передавался наследникам?

– Нет. – Кэлмор довольно улыбался. Его наставник умел задавать правильные вопросы. – Тот, кто смог управиться с венцом Ветра, становился наследником клана в итоге.

– Логично, – медленно кивнул Дориан. – Когда появился венец у клана Ветра?

– Хроники… в общем, там есть упоминание, что камни для венца были подарком одному из рыцарей первого императора Темной империи. А уже по его заказу императорский ювелир создал венец.

– И кто подарил?

– Какой-то благодарный, но отвергнутый поклонник.

– О. Великодушно.

Кэлмор рассмеялся, увидев скептическое выражение лица Змея.

– Ты прав, наставник. Весьма великодушно, учитывая факт того, что камни должны были поглотить его душу, но рыцарь был не совсем уж дурак. Кажется, первой жертвой венца и стал сам даритель.

Уважение сменило скептицизм. Дориан всегда уважал силу и коварство.

– То есть, скорее всего, наши потенциальные заказчики ищут даже не венец, а сами камни?

– Или технологию создания сильфов, – невинно хлопнул ресницами Кэлмор.

Золотисто прозрачные глаза смотрели на него почти без выражения.

На какое мгновение молодому повелителю Металла стало даже жаль рогатого демона.

Дориан хищно прищурился:

– Когда должен прийти герцог Масато?

– Часа через четыре, – Кэлмор позволил себе усмехнуться. – У тебя есть немного времени порыться в библиотеке.

История пятая

Безумный танец

1

Флейм с некоторым удивлением смотрел на демона, с которым Масато общался. Герцог привел своего нового адъютанта в странный дом, больше похожий на шикарную усадьбу для развлечений особо изысканных особ, где их для начала приняли как дорогих и желанных гостей, постоянно кланяясь Масато, словно он почетный клиент этого дома. Потом их тихо провели через шикарную залу, где на них с интересом посматривали расположившиеся в разных позах и рассредоточившиеся по всей комнате юноши и девушки всевозможных рас и расцветок… Повелитель Теней начал догадываться, что это за место, но уточняющего вопроса задать не успел – они оказались в небольшой комнате, похожей на альков.

Из-за занавески показался юноша, которого Флейм сначала принял за одного из тех, кто остался в зале. Имперец. В этом молодой демон не мог ошибиться. Причем, из довольно сильного клана, судя по ощущению и тревожному колокольчику в мозгу, и старше Флейма. Это был совершеннолетний демон. Необычные рыже-ржавые волосы кольцами завитков падали на плечи и спину незнакомцу и, похоже, по длине могли соперничать с волосами любого из водного клана, а с миловидного чистого лица смотрели такие же обманчиво невинные карие, с тем же ржавым оттенком, что и волосы, глаза.

Одет имперец был довольно изыскано. Поверх белоснежной рубашки с тонким кружевом по рукаву, тело плотно облегала темно-зеленая жилетка, выгодно подчеркивающая идеальной формы торс и довольно тонкую талию. Штаны более темного зеленого оттенка, заправленные в высокие сапоги, так же плотно облегали длинные стройные ноги.

– Лорд Кэлмор, – Масато поклонился. – Моя радость лицезреть вас просто безгранична. Неужели Лорд Дориан решился оставить вас одного?

Тот вскинул четко очерченные брови:

– А разве я плохо справляюсь в отсутствие Лорда Дориана, господин Масато? – голос у него оказался мягкий, почти ласковый.

– Ну что вы, – тут же возмутился лунарец. – Наоборот, я даже рад. Позвольте представить вам моего нового адъютанта, Флейма. Вы, кажется, соотечественники.

Когда глаза Лорда Кэлмора остановились на Флейме, тот внутренне поежился и взял себе на заметку считать этого демона одним из самых опасных в своем списке.

– Новый адъютант – это интересно, – медленно проговорил демон. – А что случилось со старым?

– Увы, – мягко улыбнулся Масато. – Он погиб. Несчастный случай.

– Похоже, что вы не слишком этим расстроены, – покачал головой хозяин дома. – И этому адъютанту доверяете больше, чем его предшественнику, который, как я помню, всегда оставался в Зале Выбора.

– Флейму стоит привыкать к своему новому статусу и тому, что он может стать одним из самых верных моих помощников, – легкомысленно взмахнул рукой лунарец, после чего взгляд его стал цепким. – Но я предпочел бы перейти к делу. У меня не так уж и много времени.

Лорд Кэлмор вздохнул:

– Вы как всегда нетерпеливы, господин Масато. А вы знаете, как спешка вредна в нашем деле.

– Не скажите, Лорд Кэлмор, – покачал головой тот. – Не скажите. Спешка тоже важный момент. А вот аккуратность и точность…

– Как скажете, – он прикрыл свои необычные глаза. – Ваш товар прибыл, но мне хотелось бы обсудить некоторые моменты, так как возникли непредвиденные трудности не только в доставке, но и в получении. И это очень не понравилось Лорду Дориану.

И Масато моментально насторожился, превращаясь из расслабленного клиента-сибарита, в хищного подтянутого воина.

– Я внимательно слушаю, Лорд Кэлмор.

Тот бросил задумчивый взгляд на Флейма, но герцог лишь качнул головой. Повелитель Теней хмыкнул про себя. Интересно, почему Масато так ему доверяет, что подпускает даже к таким необычным делам, как это. Ведь очевидно, что Кэлмор не беженец, которым представился сам Флейм, нет, это полновластный Лорд, хотя вряд ли Повелитель клана. И самое интересное, что, кажется, юноша уже встречал это имя. Только вот надо вспомнить, где и когда именно. Может ли это касаться Клана Крови?..

Юноша независимо прислонился к дверному косяку, делая вид, что он тут за мебель подрабатывает, и успел поймать мелькнувшую хитринку в глазах Лорда Кэлмора. А демон-то совсем не прост.

Флейм задумчиво наблюдал за склонившимися над какими-то бумагами Лордами-демонами, а сам перерывал в памяти все, что могло напомнить о Лорде Кэлморе. Что-то неясное крутилось на грани сознания, но так и не желало появиться в полной мере. Что ж, оставалось набраться терпения и попробовать поинтересоваться у Лорда Звезд или Лорда Нервуса. Кто-нибудь из них должен знать хоть что-то. Во сны для связи с отцом пока идти не хотелось. Да и не пустят его. Максимилиан четко выразился, что если есть возможность появления Нидо, то туда лучше нос особо не совать, впрочем, Флейм и сам догадался, учитывая ночные события. Он невольно опять коснулся шеи в том месте, где чуть побаливал засос.

Интересно, а отец действительно собирается завести роман с Оракулом инкубов?

– О чем задумалось столь прекрасное создание? – тихий шепот над ухом чуть не заставил юношу подскочить, однако он сдержался и медленно поднял глаза на вошедшего, проклиная в глубине души свое погружение в мысли. Нашел о чем думать, не услышал даже, как этот демон вошел. А посмотреть оказалось на что.

Удивительные глаза: белое золото радужки, зрачок – желтое золото, и видно это только потому, что необычные круглые красные кусочки стекла в оправе чуть сдвинуты вниз, чтобы лучше разглядеть юношу. Платиново-золотистые прямые пряди делают лицо удлиненным, а еще Флейм потрясенно заметил, что выглядывающий из-под этого бледного великолепия кончик уха – заострен. Но этот… это создание не было бесом! Он четко ощущал силу демона. Его подбородка коснулось что-то прохладное, заставляя смотреть прямо в лицо незнакомцу.

– Очень красив, – удовлетворенно заметил он. – Ты тут с Масато?

– Я его адъютант, – холодно прищурился юноша, ощущая неприятие и… злость. Определенно, он разглядел огонек охотничьего азарта в глубине глаз этого странного демона.

– Даже так, – улыбка его была… неприятной, словно он прикидывал цену довольно дорогой вещи. И это вещью Флейм ощущал себя.

Он решительно поднял руку и отстранил от своего лица предмет, упирающийся ему в подбородок, который оказался тростью с набалдашником в виде змеи. Теперь он мог полностью разглядеть незнакомца. Тот оказался довольно высоким, на голову выше юноши. Худощавый, весь облаченный в багрово-красные цвета, которые оттеняли его золотистую бледность. И выглядел он весь каким-то плавным. В каждом движении чудилось знакомое до боли… увиденное буквально недавно. Глаза Флейма расширились, он вспомнил, где видел подобные движения, почти завораживающие своей плавностью. У Оракула инкубов, а еще у змей…

– Лорд Дориан? – голос Лорда Кэлмора прервал их игру в переглядывание. – Вы что-то рановато сегодня…

– И чуть не опоздал, как выяснилось, – тот улыбнулся, не разжимая губ. – Такой интересный адъютант у вас, господин Масато. Почему раньше прятали? Боялись, что отберу?

– Вы можете, Лорд Дориан, – криво усмехнулся тот. – Предупреждаю, Флейм свободная личность, хоть и заключившая со мной контракт.

– Так молод, а уже свободен, – демон покачал головой. – Куда катится Империя. Детей выпускают за пределы без опекунов и сопровождения.

– Я не так уж и молод, – холодно отозвался Флейм. – Да, по законам Империи я еще не достиг совершеннолетия, но… кто сейчас даже в Империи смотрит на это при Императоре, которому также еще нет двухсот? И потом, мы не в Империи, Лорд Дориан…

– Какой пылкий мальчик, – почти мягко отозвался тот. – Но ты должен понимать тогда, что ты в этом случае самая сладкая добыча…

– Не подавитесь, – хмыкнул Флейм, выпрямляясь так, словно в спине у него стальной стержень.

– Хватит, господа, – Масато встал между демонами. – Только споров и охоты мне тут не доставало. Я приду чуть позже, Лорд Дориан. А Кэлмор объяснит вам, до чего мы смогли договориться, учитывая новые обстоятельства.

– Уже уходите? – чуть разочаровано и как-то хищно склонил голову набок Лорд Дориан. – Что ж, буду ждать новой встречи. И не забудьте прихватить с собой этого огненного малыша.

Флейм почувствовал горячую вспышку гнева. Похоже, ему трудновато сконцентрироваться, отец был бы недоволен, да и Сумрак высказался бы по этому поводу весьма ядовито. Оправдывало Флейма только то, что предыдущая ночь все же не была легкой, и он все еще не полностью восстановился, несмотря на помощь Лордов.

– Флейм, – резко притормозил Масато, когда они вышли на улицу. – Будь осторожен с этим змеем. Дориан – имперец до мозга костей, но очень странный. Он просто помешан на красоте. И если ему что-то приглянулось, то он стремится заполучить это всеми силами, будь это предмет или живое создание. И невзирая на недоступность приглянувшегося. А ты явно в его вкусе. Поверь – это не Лорд Звезд, здесь другое. Тем более, что его способности… и его наклонности… в общем, будь предельно осторожен. Он нам нужен, но продавать тебя ему я не собираюсь…

Юноша вздохнул:

– Спасибо, Масато… я постараюсь выполнить твое предостережение и буду предельно осторожен. Но ты… уверен, что с ним стоит иметь дело?

Герцог вздохнул:

– Он единственный, кто работает с нужными мне материалами. Он отличный контрабандист и терпеть не может над собой никакого руководства. Поэтому не стоит опасаться, что им смогут управлять, кроме того, он действительно какой-то Лорд из Империи, и у него развито почти болезненное чувство чести. Той чести, которую он, конечно, понимает, как и любой высокий Лорд, однако это дает мне определенные гарантии, что его не смогут перекупить…

Флейм прищурился:

– Хорошо. Но я хотел бы узнать о нем побольше.

Масато насмешливо скосил на него взгляд:

– Если узнаешь, сообщи мне? Я тоже был бы не против.

– Даже так? – пробормотал юноша. – Что ж, посмотрим.

– Меня же сейчас интересует другое, – острый взгляд герцога буквально вспарывал пространство. – Я приводил тебя в этот дом не просто так, однако, сложилось ощущение, что ты отключился и не слышал ни слова из моей беседы с Кэлмором.

Демон слабо улыбнулся в ответ на упрек начальства:

– Меня во всем этом интересует лишь один момент, мой Господин. Откуда вы знаете, что то оружие, которое вам поставляет Лорд Дориан, действительно такое уникальное, что вы готовы платить, не торгуясь? И зачем такая большая партия? Я, конечно, в курсе, что вы собираете отряды, подчиненные только вам, но то, что я услышал, тянет не на выбивание признания мужчин в Серебряном Лунаре, как равных, а… на переворот.

Зеленые глаза смотрели пристально. А голубая бездна насмешливо и бестрепетно вглядывалась в ответ.

– Вы сами завели этот разговор прямо здесь, – тихо напомнил Флейм.

– А ведь мне в какой-то момент показалось, что ты не заметил появления Дориана, и он застал тебя врасплох, – неохотно признался Масато.

Сын Януса укоряющее улыбнулся – его начальнику не стоило знать, что именно так и было.

Лорд Дориан отошел от окна, из которого хорошо было видно, как скрылись за углом его гости, и вольготно расположился в ближайшем кресле.

– Что скажешь, Кэл?

Рыжеволосый задумчиво намотал одну волнистую прядь своей шевелюры на палец.

– Ты о сделке или о мальчишке?

– Со сделкой все ясно, – хмыкнул Лорд Дориан. – Герцогу очень нужны наши разработки. Никто не способен работать с металлами так, как мы. А вот его новый адъютант…

– Меня удивило, что Масато так быстро вводит его в свои дела. Похоже, до него, наконец, дошло, что кроме мозгов нужны еще верные соратники и парочка дополнительных рук. Кроме того, этот Флейм – имперец. Пусть и беженец, а значит, такой же чужак, как и мы…

– А вот тут ты не совсем прав, – старший демон снял свои очки из красного стекла и тщательно протер их кружевным платком. – Этот мальчишка не беженец, хотя и хочет таковым казаться.

Карие, с рыжеватыми искрами ржавости, глаза вспыхнули интересом:

– Хочешь сказать, что он может быть ниточкой к тем, кого мы ищем?

– Есть такая возможность, – согласился Лорд Дориан. – Но есть и сомнения… Надо проверить этот вариант. И очень внимательно проверить.

Кэлмор подошел ближе и уселся на ручку кресла, склонившись над демоном:

– Как ты собираешься это сделать?

Слабая, но жутковатая усмешка была ему ответом:

– Радость моя прекрасная, не позовешь ли нашего друга из оранжереи? Мне кажется, он будет не против размяться и проветриться…

– Какой ты злой, – довольно усмехнулся молодой демон. – А если мальчик испугается… до смерти?

В ответ легкое пожатие плечей:

– Значит, он не стоит нашего внимания. В конце концов, ТЕ, кого мы ищем, таких слабых созданий не выпускают наружу, – он снисходительно улыбнулся, одевая очки обратно. – Они пожирают их сами. Так ты сбегаешь до оранжереи?

Кэлмор фыркнул:

– Я тебе что, посыльный? Я уже вырос из твоей опеки, позволь заметить.

– Правда? – искреннее удивление. – А я и не заметил.

Дверь распахнулась без предупреждения, впуская еще одно создание. Яркий фиолетово-зеленый гребень воинственно топорщился на голове у самой настоящей феи, закутанного в радужные переливы крыльев.

– Вы оторвали меня от обеда, – укоризненно сообщил он, глядя на демонов выразительными фиалковыми глазами.

– Еда – это ведь не самое интересное? – почти промурлыкал Лорд Дориан.

– Говори, демон, – фея заинтересовано подался вперед. – А то нам начало казаться, что ты исчерпал лимит своих развлечений для нас и нам нет больше причин находиться в твоих оранжереях.

Дориан покачал головой, одним движением руки опрокидывая зазевавшегося Кэлмора себе на колени:

– И как вы только могли так подумать, истинный?

В ответ сверкнула зубастая улыбка и раздался возмущенный вскрик молодого демона.

– Дориан, а что насчет тех троих?

Змей прикрыл глаза:

– Я кое-что почитал… в общем думаю, нам придется связаться с леди Каиной. Если я правильно понял наш последней с ней разговор, сейчас нужно быть предельно осторожными с лордом Ветра – это раз, а во-вторых… Технология призыва сильфид… может понадобиться и нашей Империи. Я не хотел бы просто так отдавать что-то подобное в руки чужаков.

Уже у самых дверей особняка, где расположилось имперское посольство, герцог резко остановился и скосил зеленые глаза на своего адъютанта.

– Флейм.

– Да?

– Послезавтра в полдень Посла ожидают на аудиенцию у королевы. Я хочу, чтобы ты сопровождал Лорда Звезд.

Юноша внимательно вгляделся в бесстрастное лицо Повелителя Зверей и медленно кивнул:

– Как скажете.

– Очень хорошо, – усмехнулся тот. И сменил маску Лорда на беззаботное существо, хлопнув подчиненного по спине. – А сейчас ты пообедаешь и пойдешь к Лорду Звезд с этим сообщением. Он, наверное, еще не в курсе, что его ожидание закончилось. Только сначала постучись, говорят, Астролог Его Императорского Величества таки уложил на обе лопатки этого капризного старика Нервуса.

Широко распахнутые в непритворном удивлении голубые глаза Флейма были ему настоящим развлечением. Масато рассмеялся и, еще раз хлопнув адъютанта по плечу, зашагал в сторону своего кабинета.

Охотник поднял голову и принюхался. Беглец был совсем близко. Он кивнул остальным. И через мгновение стая нашла след. С радостными завываниями, она бросилась вперед.

– Ты великолепен! – второй охотник радостно хлопнул его по плечу. – Это ж надо, найти так быстро.

– Поживи с мое, – проворчал охотник. – И будешь отыскивать их, не вставая с места.

– Да ладно тебе, – ухмыльнулся его собеседник и прислушался. – Э-э… наш молодняк похоже чересчур увлекся. Так и шкуру могут попортить. Прослежу-ка я.

– Проследи.

И через мгновение охотник остался один. Он устало сел на камень. Бывший боевой бес, за заслуги давно отпущенный на свободу. Однако он все ещё кое на что годился, кроме как умереть. Поэтому он и ушел сюда. К Диким. Очень многое надо было успеть сделать…

Внезапный прыжок с места ошеломил бы любого врага. И ещё через мгновение вместо седого мужчины в центре поляны стоял монстр, готовый к бою. Ему даже не понадобилось время на трансформацию.

Источник опасности стоял между развороченных темных стволов деревьев.

– Повелитель, – бес грохнулся на колени, возвращаясь в прежний вид. – Вы вернулись.

Эндимион улыбнулся одними губами.

– Ты знаешь, где сейчас мой дед?

– Он оставил вам сообщение, – бес поднял голову.

– Вот как, – юноша передернул плечами. – Где?

– Повелитель сказал, что вы поймете, если я скажу, что коль хочешь служить Империи, начинай с самого рождения. Едва открыл глаза.

– Я понял, – резко кивнул демон. И обернулся к бесу за спиной.

– Сайто…

– Да, Господин?

– Похоже, мне нужно подготовиться к встрече. Нас кто-то ожидает.

– Господин, – подал голос старый бес-охотник.

– Да? – Эндимион несколько недоуменно развернулся, уже позабыв про него.

– Лорд Нервус сказал еще: «Или все или ничего. Решать не тебе.»

Фиолетовые глаза прищурились.

– Интересно, – прошептал наследник Нервуса. – Очень интересно. Чьей же поддержкой смог заручиться дед?

Бес молчал, склонив голову. Да и не полагалось ему знать ответы на такие вот вопросы.

2

Флейм улыбался, правда улыбка скорее выглядела отстраненной, чем веселой – он явно был погружен в собственные мысли. Максимилиан замолчал на полуслове, внимательно вглядываясь в лицо друга. Нервус поднял голову, почувствовав изменение в обстановке. И тоже замер.

– Что с тобой, Флейм? – мягко поинтересовался Лорд Звезд. – Ты совсем не слушаешь.

– Я слушаю, – качнул тот головой. – Просто… скажите, вам знакомо имя Лорд Дориан или Кэлмор?

Астролог нахмурился. А Нервус встрепенулся:

– Тяга к красному. Золотые прямые волосы, нелепые красные круглые очки, дурацкая трость в виде змеи и абсолютно невыносимое обращение?

Повелитель Теней медленно кивнул. Он уже давно понял, что у Лорда Нервуса довольно четкие представления о стиле и красоте, поэтому Лорд Дориан действительно мог его глазах выглядеть даже смешно, хотя на самом деле таких чувств не вызывал.

– Вы знакомы?

– Я больше знаком с его отцом, чем с ним самим. Повелитель Металла. Наследник, который никак не дождется наследства. Очень могущественный, хотя и малочисленный клан. Их способность обращаться с металлами просто поразительна. Насколько мне известно, названые тобой имена относятся к самым… гм… нормальным представителям этого семейства. Это если не считать главы клана как такового. Остальные… больше походят на бесов или изначальных монстров. Клан вырождается из-за проклятия, наложенного на весьма любвеобильного Лорда Металла. Мало того, только Дориан и Кэлмор обладают в полной мере родовым могуществом. Это при том, что Дориан полукровка, а Кэлмор на четверть смесок.

– Полукровка кого? – вполголоса поинтересовался Повелитель Звезд.

Нервус тонко усмехнулся, словно предвкушая шок слушателей:

– Он наполовину ламия.

– Кто?! – сапфировые глаза посветлели и расширились от удивления.

Флейм поперхнулся и растерянно отозвался:

– Но он совсем не…

– Не похож? – понимающий кивок Повелителя Земли. – Это суть проклятия его отца Драгона – у него не может быть нормальных детей от демонесс. И там пунктик забавный – чем красивее мать, тем ужаснее отпрыск получается, так что его попытки получить наследника от других рас по примеру вашего отца, – кивок в сторону астролога, – не просто не увенчались успехом, они был катастрофой. В отчаянии, Драгон решился на сумасшедший шаг – он нашел лазейку в Проклятии, и в итоге получил сына от ламии – красавца Дориана. Такого же сумасшедшего, как и он сам. Я не знаю, что там у них за внутрисемейные дела, но отец и сын довольно давно сосуществуют отдельно. Дориан занимается какими-то своими делами, часто вызывающими сомнение в их реализации. Я склонен предполагать, что мальчик просто ищет выходы для своей кипучей энергии. Тем более от матери ему достался не слишком уживчивый характер. Кажется, его способен выносить только второй мальчишка – Кэлмор. Он приходиться каким-то там ему двоюродным племянником. Я точно не припомню, нужно проверять. Впрочем, говорят, что эти двое стоят друг друга.

– Очень интересно, – пробормотал Флейм. – И если я правильно помню уроки картографии и политики… земли Лорда Металла находятся близко к землям инкубов и нагайн…

– Все верно, – кивает Нервус, внимательно вглядываясь в лицо юноши.

– … и у клана Металла какой-то договор о сотрудничестве с кланом Хаоса… – тихо закончил сын Повелителя Востока.

– Клан Хаоса… точнее Льда и Хаоса, – Повелитель Звезд потер гладкий подбородок. – На данный момент, его единственным представителем является Хилар. И тогда возникает вопрос: клан Металла связан с Первым Лордом Темной Империи или отдельные его представители…

Юноша кивнул, соглашаясь с такой постановкой вопроса. Кажется его прогулка с Масато была еще более интересной, чем ему казалось с самого начала.

– Где ты слышал эти имена? – поинтересовался Нервус.

Флейм вздохнул и вкратце рассказал о поездке с герцогом.

– Бордель для избранных? – вскинул брови астролог. – Как интересно. Кстати отличное прикрытие для контрабандистов и шпионов. И… слишком явное.

– Кэлмор в качестве шпиона? – изумленно отозвался более старший демон. – Это избалованное нахальное создание?

– Лорд Нервус, – мягко улыбнулся Повелитель Звезд. – Какого вы были мнения обо мне, когда только ваш будущий НЕ наследник торчал на всех приемах, устраиваемой моей матушкой?

Повелитель Земли покачал головой:

– Что ж, вынужден согласиться с вашим доводом, Лорд Максимилиан…

– Можно просто Макс, – обаятельно улыбнулся полусирена. – В конце концов, мы с вами официальные любовники?

– Так это не было мимолетным завоеванием на одну ночь? – вскинул брови лорд, с легкой насмешливой улыбкой, разглядывая, развалившегося на кровати Повелителя Звезд.

Они выбрали комнату астролога по той причине, что он смог установить такие щиты от прослушивания, что даже Нервус только головой уважительно покачал. Да и задумываться особо чем занимается Лорд Звезд со своими гостями, когда дверь запирает, особо никто не стал бы, особенно когда эти гости пару раз из покоев вышеупомянутого Лорда-демона с растрепанными прическами и шальным блеском в глазах уже выходили.

Правда Флейму еще предстоит пережить вопросы Масато, так как обязательно найдется кто-нибудь, кто просветит герцога о том, что в комнате имперца он был не один.

Астролог послал обворожительную улыбку Повелителю Земли, откидываясь на шелковые зеленые подушки, цвет которых выгодно подчеркивал темную красоту демона:

– Как можно, Нервус. Такого как ты на одну ночь – это расточительство. И потом когда я еще найду себе любовника с таким опытом, как у тебя?

– Что ж, – язвительно усмехнулся демон. – Звучит убедительно. Весьма.

– Единственно, о чем я сожалею, что все это… не правда, – Максимилиан обворожительно улыбнулся.

Нервус задумчиво оглядел раскинувшегося перед ним мужчину и позволил легкой улыбке скользнуть по своим губам:

– Я подумаю.

– О, вы наполняете мое сердце радостной надеждой, – мягкое мурлыкание. Синие глаза вопросительно взглянули на Флейма, тот шутливо отшатнулся:

– Лорд! Что вы, что вы! Я слишком молод для ваших многоопытных рук, да и не хочется попасть в них раньше отца.

Астролог вздохнул с сожалением:

– Твой отец… более упрямой и несгибаемой личности не встречал. Он слишком хитроумный, – пожаловался демон. – Все время избегает моих ловушек. Но рано или поздно… – он мечтательно облизнулся.

Нервус тихо рассмеялся:

– Вы интригуете меня… Макс. Говорит ли это о том, что мне стоит попытаться обойти тебя? Ведь я старше и опытнее…

Имперец криво улыбнулся:

– Попробовать можете, но смею вас уверить, Лорд Нервус, Янус действительно крепкий орешек. Опыт и возраст не помогут. Рубину они не помогли до сих пор я все же сорвал пару поцелуев, чем горжусь. Другие не смогли добиться и этого.

– Повелитель Иллюзий так холоден? – вскинул бровь Повелитель Земли.

– Скорее настолько изощрен, – вздохнул Астролог.

Флейм с интересом наблюдал за шутливом разговором. Всегда интересно узнать, что думают о его отце со стороны.

– Флейм. – Максимилиан лениво повернул голову к нему. – Как ты думаешь, что нужно, чтобы завоевать внимание твоего отца?

– Ну вам обоим для привлечения его первичного внимания не хватает одной детали во внешности, – ухмыльнулся юноша.

– Какой? – насторожился и даже приподнялся на локтях брюнет. Глаза сверкали охотничьим азартом.

– Отец с ума сходит по рыжим, – невинно хлопнул ресницами.

Полусирена явственно задумался, а потом с сожалением тряхнул своей роскошной гривой:

– Нет, перекрашивать свои волосы я не буду.

Нервус с Флеймом переглянулись и… расхохотались.

Рамил задумчиво вертел в руках флакон тонкой работы. Вертел осторожно и аккуратно, так как даже закупоренный особой пробкой с весьма сложным плетением защитных заклинаний, этот флакончик был весьма опасен. Достаточно выдернуть пробку и в радиусе метром пяти-шести, погибнет все живое. Абсолютно все. Вне зависимости от магического потенциала.

Это была особая разработка дома, к которому принадлежали Грейв с Гарсиа. И разработал её сам Рамил еще, когда был свободным слушателем Академии Хэриэта. Секрет не раскрывался, и столь мощное оружие использовалось редко, однако на черном рынке стоило баснословно. Кому из демонов не хочется иметь карманную смерть, от которой нет спасения.

И вот теперь всего один флакон может дать им информацию о разыскиваемом артефакте.

Алхимик грустно улыбнулся, вспоминая какие амбиции терзали его в дни создания этого локального кошмара. С тех времен он добился намного большего, только вот… он переболел. Переболел жаждой власти и силы. Они оказались больше похожими на мираж и иллюзию. Достижимую и… разочаровывающую.

Зато обзавелся парочкой настоящих друзей, а в их мире это дорогого стоит. Ведь они готовы прикрывать его спину.

Только вот прямо сейчас он решил действовать в одиночку. Уж больно заманчиво прозвучала информация.

Кто-то, кто знает, что случилось с венцом за последнюю тысячу лет? Слишком заманчиво. И слишком вкусно, чтобы быть правдой. И то ошарашенное молчание от посредника, когда он предложил свою цену за информацию… они явно не ожидали, что он может предложить нечто подобное. Однако согласие было получено почти сразу.

И вот сейчас Рамил сидел и ждал этого загадочного информатора в довольно приличном заведении, больше похожем на элитное заведение для богатых и знатных представителей семейств Серебряного Лунара. Уже этот контраст с предыдущими их изысканиями и посещениями различных злачных мест… Неужели они, наконец-то, вышли на какой-то след? Даже если это лишь еще одна зацепка – уже хорошо, а то последнее время они буквально остались без единой зацепки или подсказки, куда им двигаться дальше.

– Простите, господин Рамил? – мелодичный голос, похожий на звучание флейты, прервал его мысли. – Я немного задержался. Дела…

Рамил поднял взгляд и вскинул брови, разглядывая юное создание, стоящее у столика. Рыжие волосы, лисьи глаза, и все ощущение как от чего-то эфемерного, но и стального одновременно. Так бы мог выглядеть один из клинков, если бы смог принять живую форму.

И демон не был лунарцем. Бледная кожа выдавала его с головой.

Рамила всегда восхищало холодное оружие, а тут перед ним стояло настоящее воплощение… Демон поднялся и галантно отодвинул стул:

– Если вы Кэлмор, то это с вами я ожидаю встречи? И надо сказать, что теперь не жалею. Вы пощадили меня, не явив свой ослепительный лик сразу.

Глаза цвета яркой ржавчины медленно расширились, словно, вот такого приема он точно не ожидал.

– Весьма… цветисто, – наконец, ответил юноша и сел на предложенный стул. – Вы уже сделали заказ?

– Увы мне, – улыбнулся Рамил. – Я не разбираюсь в здешней кухне.

– О… в данном заведении подают блюда империи, а не Лунара. Поэтому я и предпочел это место.

Рамил серьезно смотрел на своего собеседника. Имперец. Это уже интереснее.

– Тогда сначала насладимся пищей и обществом друг друга, – предложил демон из далеких земель, внимательно наблюдая за Кэлмором. Тому удивительно подходило его имя.

– Согласен, – аристократично склонил голову тот. – Советую вам попробовать жаркое с острым сыром и еще…

Пока он оглашал список, Рамил только кивал, соглашаясь, а молодой демон подвергся тщательному и внимательному осмотру.

Гибкая фигура воина, его натаскивали долго и упорно. И он убийца. Хладнокровный. Вряд ли ему свойственно впадать в эйфорию от вида крови или страданий врага.

Характерные мозоли на пальцах: много читает и пишет – учится? Или собрат-исследователь? А вот и небольшой ожог на большом пальце – алхимия ему явно не чужда. Аура странная… закрытая наглухо, как щитом, или даже несколькими. Рамил слышал, что имперцы большие параноики и даже был согласен с этим, по ауре слишком уж многое можно было прочесть.

Кэлмор явно миновал опасный рубеж двухсот лет, но вряд ли был старше трех тысяч. В общем, демон в самом расцвете юношества. Смертные, у которых такая могущественная кровь и такие слабые тела, наверное, сказали бы, что это время невинности или даже наивности. Но на то они и смертные, чтобы так глупо решать за других… Рамил был демоном и прекрасно понимал, что, не смотря на свои тысячелетия жизни и опыт, может оказаться слабее этого юного демона, сидящего перед ним.

Подошел лунарец из обслуживающего персонала и принял заказ.

Рамил заметил, что оказывается не только он интересовался своим собеседником, но и его изучали.

– Нашли меня достаточно интересным для разговора и сделки? – добавил он в свой голос мурлыкающе-бархатных ноток.

– Несомненно, – кивнул тот. – Я нашел вас интересным еще в тот момент, когда узнал, что именно вы ищете.

Светловолосый демон стал серьезен. Он не рассчитывал, что они так быстро перейдут к делу.

– Это… может помешать нашей сделке? Если я не озвучу цели?

Мягкая улыбка воистину украсила и так прекрасное лицо:

– Ну что вы… я и так знаю, для чего вам нужен венец. Ведь я изучил его историю.

– У вас есть хроники клана Ветра? – Рамил едва удержал дрожь в пальцах.

На него смотрели с лукавством:

– О, как вам сказать… некоторые части. Точнее копии. Вы, наверное, знаете, что недавно Темная империя воевала…

Глаза Рамила расширились, и он медленно покачал головой:

– Увы мне… не знал. Мы… слишком издалека.

Рыжеволосый слегка вскинул брови, похоже, он не слишком поверил своему собеседнику. И Рамил начал понимать, что в Темной империи действительно немного все иначе, чем в родных его сердцу краях. И легкого флирта без интриги Кэлмор просто не поймет, в силу своего воспитания и менталитета.

– И с кем же воевала империя?

– С ранее отколовшейся своей же частью. Крином. Земли Крина оказались заражены паразитами Изначальных. И император Суран призвал войска. Сейчас Крин очищен от заразы…

Рамил содрогнулся, чувствуя, как подступает тошнота. Все еще хуже, чем они думали. Они все… Когда-то, после того, как демоны заключили Изначальных в Сферу, часть из них решила уйти подальше от этого проклятого места, стараясь забыть все. Вот они и забыли, живя в свое удовольствие.

А те, кто остался… они стали своеобразными хранителями Сферы. Добровольными. И основали Империю. И пока потомки ушедших, такие как Рамил, наслаждаются жизнью, потомки вторых до сих пор сражаются с теми, кто когда-то был самой величайшей угрозой их миру. И почти мальчик, сидящий сейчас перед Рамилом, явно не понимал разницы между ними. Просто не знал её. Для него жизнь – это и есть постоянное сражение и интрига.

– Вам плохо? – несколько недоуменно спросил Кэлмор, разглядывая собеседника.

– Ничего страшного, – ослепительно улыбнулся тот. – Просто задумался на мгновение.

В этот момент принесли их заказ.

Оба погрузились в созерцательное поглощение пищи, обмениваясь светскими малозначащими фразами. Рамил все больше убеждался, что его собеседник не простой демон. Совсем не простой.

– Так я смогу увидеть копии хроник? – внезапно поинтересовался он у рыжеволосого.

Кэлмор улыбнулся, отправляя в рот последний кусочек своего десерта. Взгляд стал выжидательным.

Рамил выставил на середину стола флакон.

Юноша медленно протянул руку и… взял бокал с вином. А кода поставил его обратно, флакона уже не было, зато на его месте лежал небольшой блокнот в тесненной обложке из змеиной кожи.

А сам Кэлмор поднялся на ноги:

– Было приятно пообщаться, господин Рамил.

– Мне тоже, – Рамил также поднялся на ноги. – Смогу ли я рассчитывать на новую встречу со столь прекрасным созданием?

И опять эта мягкая улыбка, отражающаяся в глазах:

– Спросите Птицу, если надумаете зайти в один элитный бордель, господин Рамил.

Демон с восхищением смотрел вслед взметнувшемуся хвосту рыже-ржавых волос. Вот это да… В данное заведение обязательно нужно наведаться, раз там такая красота расхаживает. Так вот кто прикрывает спину Змею.

Янус, сцепив руки в замок, задумчиво разглядывал юношу, стоящего на вытяжку перед ним. Младший из внуков Лорда Нервуса. Красивый. Весь в деда. Такие же иссиня-черные волосы, тот же надменный взгляд, чуть островатый подбородок, властность в чертах лица и движениях, только вот глаза… Яркие, насыщенно фиолетового оттенка… Красиво. Макс оценил бы по высшему разряду.

– Наследник Эндимион, – наконец, обратился Повелитель Иллюзий к демону, стоящему перед ним.

Тот даже не вздрогнул, только в глубине глаз мелькнула искра торжества. Да, все верно, своим обращением один из Четверки императора фактически только что подтвердил официальный статус юноши, как наследника клана Земли.

– Вы хорошо поняли задачу, которую ставит перед вами император Суран?

Янусу понравилось, что тот не стал сразу подтверждать, демон словно задумался на некоторое мгновение, а потом очень медленно кивнул.

– Когда мне отправляться?

– Можно прямо сейчас конечно, – хмыкнул Повелитель Востока. – Но думаю, мы с вами сначала все же обсудим тактику. Отправить вас учиться в академию не получится – Нервуса нет в Империи, чтобы сделать это, а если вы появитесь по рекомендации императора, вам никто не поверит.

– Ректор Соарен, – тихо заметил его собеседник. – Старый друг семьи. Он часто посещал деда и многому меня научил…

Янус кивнул:

– Да, мы в курсе. Однако доверять этому демону нельзя. Академия становится потенциальной угрозой. Насколько в это втянут ректор, на данный момент непонятно. Вы же понимаете, что такой умный демон, как Соарен, не будет столь наивным, чтобы проворонить у себя под носом зарождающийся и почти полностью сформировавшийся заговор?

– Понимаю, – согласно кивает Эндимион. – Но мы все равно можем сыграть на этом.

Лорд Иллюзий заинтересовано взглянул на собеседника. Наследник клана Земли стал на порядок интереснее.

– Я слушаю вас, наследник Эндимион.

Эндимион мигнул, пытаясь скинуть странную пелену с глаз. Его машина все наращивала скорость, несмотря на то, что он ничего не видел. Мотор почти ревел, все наращивая звук. Это ласкало душу.

Демон вдавил педаль газа до упора, а пелена все никак не желала уходить с его глаз, но ему было плевать. Ненависть буквально сжигала его. Просто жаркая ненависть. А машина набирала обороты. Казалось, что колеса почти не касаются асфальта. Эндимион подгонял свою красавицу собственным желанием, стремлением. Быстрее, ещё быстрее, ещё…

Энергия всполохами пошла по корпусу машины, тихое потрескивание проникало в каждый миллиметр металла…

Юноша резко ударил по тормозам. От такого резкого перепада машина возмущенно закричала, её резко повело в сторону и демону силой пришлось удерживать руль, когда машину завертело. Наконец, круговерть улеглась, и машина замерла на месте, перегородив дорогу.

Будущий повелитель Земли сидел, сложив руки на руле и уткнувшись в них лбом, его губы тихо шевелились.

– Не то… все не то… – слышался шепот.

Он открыл дверь и выскользнул из машины. Смуглые пальцы провели по запылившемуся боку красной машины. Он обошел свою любимицу и сел на горячий капот.

Дорога была абсолютно пустынной, и вокруг царила почти мертвая тишина. Эндимион вздохнул и медленно лег на спину, разглядывая полуденное солнце в ярко-синем небе.

Руки протянулись к небу и замерли… Юноша слабо улыбнулся и свел ладони так, что образовалось окошко, в которое он заключил золотое солнце, почти белое сегодня… Ещё одна звезда… самая близкая, самая горячая…

Демон прогнулся всем телом, чувствуя её силу и энергию. Он потянулся ещё сильнее и… поцеловал свою звезду, чувствуя её трепет под своими губами.

– Энди? Когда-нибудь ты доиграешься…

Демон лениво повернул голову и посмотрел на Соарена, небрежно облокотившегося на капот его машины. Фиалковые, такие же как у него самого, глаза смотрели с легкой насмешкой.

– Когда-нибудь – столь растяжимое понятие, Рен…

– Ты любишь играть в странные игры…

– Разве?

– Чего ты добиваешься, Энди?

…

Эндимион открыл глаза. Какой странный сон. Очень странный. Он выбросил Соарена из головы в тот момент, когда ушел в мир смертных. А сейчас он ему приснился… Юноша нахмурился и сел. Демонам сны просто так не сняться. На то они и демоны. И уж тем более такие яркие и реальные.

Повелитель Земли все ещё ощущал привкус теплой энергии солнца на губах. И руку Соарена на плече.

Он почти сбросил себя с кровати и подошел к окну, которое, как и все окна в его замке было огромным. Он любил пространство. Небо было темным, а звезды молчаливыми.

Отражение в стекле было неясным и размытым, но от этого только более загадочным и прекрасным, как будто он видел незнакомца.

Эндимион коснулся пальцами стекла и незнакомец протянул руку ему навстречу.

– Что скажешь? – ухмыльнулся демон, но отражение молчало. Задание императора… Что ж. Пора задействовать план, который они утвердили с Лордом Янусом. И если Соарен предатель Империи… его не спасет старая дружба.

Он задумался на мгновение и… телепортировался.

Отражение двоилось в глазах. Соарен, ректор Академии Темной Империи резко, сквозь зубы выдохнул и засунул голову под ледяную струю воды. Сны мучили его и измывались.

Соарен снова взглянул на свое отражение и оскалился в безрадостной усмешке. Он ещё не сдался. Пока он жив, он не сдастся! Внезапная неконтролируемая ярость охватила его как язык пламени и он со всего размаху ударил по стеклу. Сияющий водопад осколков разлетелся, словно снег в метель.

– Рен?

Он резко обернулся и замер.

Эндимион протянул руку и коснулся его щеки. Живой. Реальный. Настоящий.

– Значит вот как, – тихо прошептал он.

Соарен прикрыл глаза и хрипло выдохнул:

– Ты вернулся…

– Ты весь горишь.

– Каждую ночь.

Старший демон сел прямо на пол в ванной комнате. Вода капала с мокрых прядей волос. Сияющие осколки зеркала напомнили Эндимиону звезды, среди которых сидел обнаженный юноша с глазами его старого друга.

– Во что ты вляпался, Рен? – вздохнул и сел рядом. Теперь они оба сидели среди звезд…

– Ты всегда был умным, – помолчав заметил ректор академии. – Энди, что ты знаешь о заклятии «Вечного сна»?

Эндимион встрепенулся, а его друг криво усмехнулся прежней, знакомой еще по детству усмешкой. Он ждал ответа, и внук Повелителя Земли заговорил:

– Вечный сон – это холод, что замораживает изнутри… И не только плоть. Чувства, разум, эмоции, то что люди, эти проницательные смертные, называют душой. Если процесс дошел до конца… В общем, такое существо растворяется во льде, что его сковывает снаружи… Есть такое место, где лед дышит. То есть он живой и полон тех чувств, что поглотил. В основном – это страх, отчаяние и ненависть.

– А если приговоренного извлечь изо льда? – тихий страшный вопрос.

Эндимион пронзительно уставился на него. И медленно кивнул:

– Мне рассказывали о таком. Процесс пойдет до конца… Но в самом существе. Рен, это будет примерно, как если этот мир, полный отчаяния и ненависти, вдруг обретет ноги. И возможность выплескивать силу наружу. Это оружие, Соарен. Я знаю это, потому что однажды видел это. Дед показывал мне родовые воспоминания. Рыцарь нашей Империи добровольно пошел на это… Ради своего Императора и чести.

– И… что было?

Юноша дернул плечом:

– Когда враг был повергнут, его уничтожили, потому что ненависти ещё осталось очень много. Очень. Теперь я задам тебе вопрос, Рен. Кто сделал это с тобой? И зачем?

– Это целых два вопроса, Энди, – грустно усмехнулся Соарен. – Но я отвечу на оба. А потом ты постараешься меня убить.

Разговор с Соареном был долгим и… мрачным. Надо было вернуться раньше. Надо было… Но мало что можно изменить. И их план с Лордом Янусом придется немного подкорректировать, но… не сильно. Ситуация Соарена, она скорее на руку им. Но теперь, обладая большим количеством информации, можно действовать более… активно. Принцесса Вийя, оказалась еще более опасной, чем они думали в начале. Хорошо, что он успел выяснить это раньше, чем попался в её ловушку.

Но все же её конечная цель не ясна. Сделать из демона оружие – это понятно. Но именно таким способом? Чего они добиваются?

Соарен не был на их стороне, он скорее поплатился за то, что остался верен Империи. Однако, на самом деле он не хотел умирать, иначе бы сообщил о своем состоянии раннее, не дожидаясь Эндимиона. А это означало, что его чем-то держат. Чем?

– Что ж, – тихо заметил наследник Земли. – Игра начинается. И в конечном итоге, эта партия будет за Империей.

Суран смотрел на своего стратега. Янус потер ладонями лоб и устало поднял голову:

– Ваше Величество, этот Эндимион… Он будет бесценен для нас.

– Но?..

– Он может слишком увлечься. Слишком долго пробыл в мирах смертных.

– Ты говоришь, как старик, – усмехнулся император. – Хотя на самом деле именно он старше тебя номинально.

– Это не играет роли, – спокойно покачал головой тот. – Он – мальчишка. Хотя и воспитанный в традициях. Он… предан. И настоящий демон…

– И тем самым опасен вдвойне?

– Да. Он, как и его дед относится к «старым» традициям. Это неплохо, но нам нужна гибкость.

– У него есть шанс? – император с интересом чуть наклонился вперед.

– Есть, – коротко ответил Повелитель Иллюзий. – Я хочу его подключить к разработке по его старшему брату.

Суран откинулся в кресле:

– Логично. Но не будет ли он слишком увлекаться?

– А это уже моя задача, чтобы он не увлекся, – тихо и твердо ответил блондин.

– Верно, – медленно кивнул император. – Что ж, действуй. Нам нужно добраться до центра этой паутины. Кстати, – внезапно перевел император тему. – Что там с моей наложницей?

Янус пожал плечами:

– Она готова встретиться со Шлаком. Расия считает, что она справится, я склонен довериться его суждению.

– Расия говорит… – император задумчиво прикрыл глаза. – Да, его мнению можно доверять. Янус…

– Да, мой император?

– Я знаю, что ты устал, но я хотел попросить тебя рассмотреть параллельно расследованиям вопрос о бесах. Ты был прав в свое время, их недооценивают.

Лорд Иллюзий удивленно поднял голову:

– Ваше Величество? Вы уверены? Такие реформы вызовут сильный резонанс в Империи…

– А разве не это нам нужно? – усмехнулся Суран. – На фоне этих шокирующих реформ…

– … потеряются некоторые более важные операции, – кивнул Янус. – Да, Ваше Величество, это неплохой ход. Мы можем вызвать еще больший резонанс и отвлечь подданных от лишних мыслей информацией о том, что бесы ближе к Изначальным, чем мы сами…

– Информацию нужно подать так, чтобы она шокировала, но… не играла против нас, – тихо произнес император.

Повелитель Иллюзий поклонился:

– Мне нужно немного поспать, Ваше Величество. Но завтра с утра предварительный план будет у вас на столе.

– Хорошо, лорд Янус. Вы можете идти – немного отдохнуть вам не помешает.

– Спасибо, Ваше Величество, – Янус поклонился и вышел из кабинета императора. Он еще не знал, что поспать ему не удастся. В его покоях своего нового начальника ждал наследник клана Земли с шокирующими новостями. Заклинание «Вечного Сна» не использовалось уже порядка десяти тысяч лет.

3

Грейв с легким удивлением разглядывал друга, который вернулся со встречи какой-то… мечтательный.

– Рамил, друг мой, – наконец, решился он. – Неужели твой информатор оказался столь очарователен?

Алхимик моргнул и внимательно взглянул на него:

– Ты даже не представляешь, Грейв. Настоящее сокровище. Если у них в Империи все-таки, я готов переехать хоть сейчас. Подозреваю, что скучно мне точно не будет.

– С чего ты взял? – Грейв жил долго… они с Рамилом были друзьями детства, так что он прекрасно знал, как быстро надоедает то или иное явление. А быть увлеченным кем-то больше века-двух – это почти равносильно сказке.

– Ты не понимаешь, – внезапно покачал головой Рамил. – Они там до сих пор сражаются с Изначальными. Мой информатор оказался выходцем из Империи. И так спокойно говорил о недавней зачистке от паразитов Изначальных какой-то территории Империи, как будто он этим только и живут.

Рогатый демон ошарашено уставился на друга:

– ЧТО?!

Рамил в ответ достал из-за пазухи блокнот.

– Это моя добыча на сегодня. Копии хроник клана, в котором хранился венец с необходимыми нам камнями.

– О.

– Где Гарсиа?

– Пошел прогуляться и разведать обстановку в том борделе, где наш Змей обитает.

– Очень хорошо, – кивнул алхимик. – Мой имперец оказался тем самым Птицей, про которого нам упоминали. Так что я теперь тоже заинтересованная сторона.

Грейв хищно улыбнулся:

– Любовник Змея? И каков он?

Рамил задумчиво посмотрел на блокнот в своих руках.

– Как острый клинок. Пока еще находящийся в ножнах, но в любой момент готовый отражать удары и пронзать врагов.

– Так он в твоем вкусе, – демон откинулся на спинку стула, на котором сидел за столом. На столе разложены бумаги, которые он изучал до прихода Рамила. Все-таки повелитель своего Рода. Связь, которую он имел со своими братьями, позволяла поддерживать тонкую нить, которую с другой стороны держал их с Гарсиа младший брат. Благодаря этой нити, Грейв и Гарсиа могли не просто поддерживать связь с домом, но и даже… наведываться. Расстояние конечно было огромным и затраты энергии масштабными, однако для передачи бумаг и мелких посылок – самое оно.

Вот и сейчас, похоже, что Глен прислал старшему брату на подпись некоторые документы.

– Вполне в моем, – согласился Рамил и внезапно добавил. – Но придется постараться.

– Главное, отвлеки его от Змея. – Ухмыльнулся Грейв.

Рамил проницательно взглянул на друга:

– Ты в курсе, что Гарсиа он тоже понравился?

– Да… мы с ним уже обсудили это. Я не против. Гарсиа он нравиться с другой позиции. Так что, думаю, вдвоем у нас есть шансы немного ему зубки обломать. Уж больно кусачий.

– Прошу тебя быть… повнимательней, – внезапно заметил алхимик.

– Что?!

– Я в отличие от вас двоих услышал от Птицы несколько больше, чем пара фраз. И сомневаюсь, что любовник у него проще, чем он сам. А Птица – сложный. Недоверчивый, с кучей щитов, почти параноик, и еще… он полукровка. Но не так, как у нас…

– В каком смысле не как у нас? – насторожился Грейв.

– Все просто, – вздохнул Рамил. – Я долго по пути анализировал ощущения, и я на почти сто процентов готов поклясться, что один из его родителей чистокровный демон, а второй чистокровное магическое существо.

– Думаешь, Змей такой же?

– Думаю, имеет смысл это подозревать как минимум.

– Интересное это место – Темная империя…

– Не то слово, – согласился алхимик.

Оба замолчали, думая каждый о своем.

– Ладно, – поднялся на ноги Рамил, – мне нужно передохнуть немного и почитать нашу добычу.

Он хлопнул рукой по блокноту.

– Хорошо, – кивнул Грейв, поворачиваясь к своим бумагам. Дела тоже требовали его внимания.

Смешок. Мелькание теней.

Я устало поднял голову. Я спал последние несколько суток урывками, и даже для организма демона это оказалось тяжеловато. Особенно с теми затратами энергии, которые мне приходилось применять. Главной проблемой был не сон, а то что я как раз не успевал пополнять запасы энергии. Даже с моими возможностями, я не мог истощать себя бесконечно.

Опять смешок.

Что-то развеселились. Сегодня я решил, что меня уже тошнит от дворца, постоянно следующего по пятам феи, внимательного взгляда двух пар рубиновых глаз, мельтешения бесов и демонов… в общем отправился домой. В собственный замок, который не навещал несколько последних месяцев.

Казалось, сами стены тут поддерживают. На ужин я получил великолепное мясное блюдо, Гай расстарался, за что я был ему благодарен.

Что-то расшалились за дверью. Я с отвращение отодвинул доклады и расчеты, которыми занимался. До встречи с Наследником Земли оставалось часа два. И мне нужно было вернуться в свои апартаменты во дворце.

Я поднялся на ноги и распахнул дверь. Две бесовки замерли, глядя на меня испуганными огромными глазами. Гаремные.

Я разрешил некоторым из них покидать половину гарема и гулять по замку, когда тот закрыт для посещения чужих. Их голоса придавали пустым коридорам замка какое-то оживление и не давали камням скучать. Самым смелым нравилось играть в загадочных приведений моего замка. И это было… забавно. Я всегда предпочитал подбирать в свое окружение неординарных созданий. Гарема это касалось в первую очередь.

Вот и сейчас на меня смотрели яркие лукавые глаза.

– Господин, мы помешали вам? – рыже-золотые волосы окутывали её, словно облако солнечных лучей, сверкая и переливаясь в свете яркого хоровода магических огоньков, с которыми судя по всему они играли. Огоньки плясали в воздухе, создавая странные завораживающие узоры, и расцвечивая отблесками волосы бесовок. Раскосые лисьи глаза под цвет волос – несомненное достижение её создателя. Подруга прячется за её спиной, сверкая полуночно-синим взглядом при шикарном бардовом оттенке длинной шевелюры, которая заплетена в тысячи косичек и вполне может послужить ей плащем.

– Нет, – медленно качаю головой. Похоже, удачная была идея оторваться от бумаг. – Скорее наоборот, напомнили мне кое о чем…

– Господин? – и лукавые смешинки в её глазах плавятся во что-то иное. Совсем иное.

Я протянул руку и пропустил сквозь пальцы мягкую шелковистую прядь её волос. У меня было еще два часа в запасе, а лучший отдых – это смена деятельности.

– Как вас зовут? Обеих?

Рыженькая светло улыбнулась:

– Я – Листа, а она – Эринния. – И непосредственно добавила: – В гареме слухи начали ходить, господин, что вы о нас совсем забыли…

Я вздохнул:

– И вы всем гаремом решили перебраться к Лорду Максимилиану?

– Что вы, господин! – возмутилась внезапно скромная Эринния, буквально выпархивая из-за спины своей подруги. – Как вы могли так о нас подумать?

– Ну если только, вслед за вами, – взгляд Листы такой невинный для её дерзости.

Я почувствовал, что не могу сдержать улыбку. Никогда не обижал своих наложниц. Многие из них оказывались настоящими умницами. И не только в постели.

Если бы кто-нибудь удосужился поближе познакомиться с некоторыми моими ассистентками в лабораториях, он бы очень удивился.

Гаремных бесовок растили и программировали на определенное поведение. Считается, что эта система не дает сбоев. Большая глупость, по моему скромному мнению. Любая система может дать сбой, а когда дело касается живого мыслящего организма… слишком часто демоны думали так же, как Изначальные. То что погубило наших предшественников, вполне может ударить и по нам.

Мало кто из Лордов замечает за своими наложницами стремления к чему-то большему… Как например у этих двух, похожих на любопытных, хотя и несколько испуганных зверьков.

Я приглашающе раскрыл дверь. Император Суран делает огромный шаг, собираясь провести реформу в отношении тех, кого мы привыкли считать нашими вечными рабами. И он может не говорить, но я вижу, что это не только для того, чтобы отвлечь всеобщее внимание от других проектов и дел.

Дверь мягко закрылась, и я отбросил все посторонние мысли, отдаваясь во власть ловких рук и жарких губ своих наложниц. Рыжеволосая Листа смелая, яркая, любящая эксперименты и по детски непосредственная синеглазая Эринния. Как же я оказывается соскучился по дому.

Спустя полтора часа, одевался, чувствуя, как в крови бурлит заимствованная энергия, а усталость и сонливость отступили на некоторое время, давая возможность снова плодотворно работать, не делая ошибок. Пусть и не до конца изгнанная, усталость все же больше мне не мешала.

Две пары усталых глаз следили за мной. Они прекрасно знали, что я пил их энергию, вытягивая без всякой жалости. Пройдет почти неделя прежде, чем они восстановятся полностью. В отличии от нас демонов, бесы не умели заимствовать чужую энергию напрямую, для этого им требовались определенные артефакты. Я даже на мгновение замер, а ведь бесы – прямые потомки Изначальных… Это следовало обдумать как следует.

– Отдыхайте, – повернулся я к девушкам. – Часа через три за вами придет евнух, а пока можете находиться здесь, но ничего не трогайте.

Листа медленно кивнула, осторожно гладя по спутанным волосам подругу:

– Да, господин.

Я не удержался, подошел к дивану, где они расположились, и зарылся пальцами в её мягкие локоны:

– Хорошая девочка. И очень умная…

Её глаза блеснули. Я усмехнулся и стянул с полки над их головами книгу:

– Я видел, как ты на неё смотрела. Возникнут вопросы, не бойся спрашивать… только не меня. Старшая гарема тебе подскажет.

Я еще раз провел по её волосам ладонью и вышел. У меня было еще полчаса на то, чтобы перекусить немного.

Соарен медленно выпрямился, глядя прямо в глаза своему ужасу. Темнокожей красавице. Ректор привык не лгать себе, поэтому признавал, что восхищен этой длинноволосой демонессой, так же, как когда-то восхищался её матерью. Они смогли не просто загнать его в угол, они захлопнули ловушку и подчинили его себе. И теперь неспешно претворяли свои планы, пока взгляд нового императора направлен на иные области. Завоевание Крина требовало массу внимания. И еще странные слухи о прорыве Изначальных…

Вийя ярко улыбнулась своей невинной детской улыбкой, которая так шла её хорошенькому лицу, и которая обманула столь многих, увлекая их в бездну.

– Ректор Соарен.

– Леди Вийя, – он слега обозначил поклон. Он все еще мог позволить себе сопротивляться.

– Вас не часто теперь можно увидеть в коридорах Академии. Некоторые преподаватели смели утверждать, что вы плохо себя чувствовали…

Он позволил губам расползтись в холодной улыбке:

– Простите, Леди Вийя, но я не студент Академии, а её ректор, и достаточно много важных дел отнимают мое время.

Его порадовала легкая тень недовольства, мелькнувшая на её лице. Впрочем, принцесса моментально взяла себя в руки. А он не позволил ей разразиться новым вопросом:

– Впрочем, сегодня я решил дать себе небольшой отдых, так как довольно давно не виделся со своим воспитанником.

– О как интересно, – она даже чуть на цыпочки не привстала. Этакая детская непосредственность. Очень правдивая игра. – Не знала, что преподаватели Академии могут брать воспитанников.

– Точнее, не имеют права, – равнодушно указал Соарен. – Это прописано в их договорах и закреплено магией. Но я не преподаватель. Поэтому Эндимон является исключением. – Демон позволил легкой тени какого-то теплого чувства скользнуть по его жилам, что очень не понравилось заклинанию превратившему его кровь в ледяную жижу. И в наказание боль пронзила его позвоночник так, что он вряд ли смог бы согнуться.

Серебристо-голубые глаза вспыхнули, словно, ледяное пламя. Похоже, принцесса Лунара уловила порыв Соарена. О да, девочка, тебе придется сильно постараться. Вы все еще не сломили свою новую игрушку.

– Кто же этот достойный юноша? Неужели он поступает в Академию? Или он выпускник?

– Как много вопросов юная леди, – снисходительно отозвался демон. – Но я могу частично удовлетворить ваше любопытство. Нет, он не учился и не будет учиться в Академии, так как слишком юн по закону. Но учитывая, что Император является ему чуть ли не ровесником, то может ситуация и изменилась бы, если бы уже сейчас ему не был присвоен статус Наследника. Я был приглашен к нему в Наставники с самого его рождения, как только его дед – глава Клана – забрал мальчика от его матери. Лорд Нервус всегда считал, что Наследника нужно воспитывать иначе, чем остальных детей.

Молодой Повелитель Зверей, последний, кто пользовался благосклонностью принцессы Лунара, пораженно ахнул:

– Он что, брат Шлака?!

– Младший, – не счел нужным скрывать Соарен. В конце концов, разве не именно этого добивался Энди? А вот теперь достаточно. – Простите, господа студенты… – он неспешно миновал их группу, игнорируя внимательные взгляды, выискивающие признаки проклятия.

Внутри разливалось холодное удовлетворение. Игра началась.

Он наконец, сможет отомстить за то, что ним сотворили, даже если Лорд Янус не найдет способа разрушить это заклинание.

О, он отмстит тем, кто решил, что Соарен Повелитель Разума, один из сильнейших своего пусть и немногочисленного Клана, может быть чьей-то игрушкой.

Я смотрел в свитки и не видел их. Заклятие «Вечного Сна», за всю историю Империи применялось от силы пять раз. Оно было… идеальным. Во всех смыслах. Необратимое. И не имеющее аналогов.

И, похоже, наложено было на ректора довольно давно. В дни, когда он только принял на себя обязанности ректора Академии, если брать в расчет симптомы, описные Наследником Земли и анализ крови Соарена.

Описание того, во ЧТО должен в итоге превратиться демон – оно и пугало и одновременно вызывало восхищение.

Заклинание, пришедшее к нам из мира Изначальных, где считалось запрещенным. Удивительно, но даже эти психованные ублюдки БОЯЛИСЬ своего собственного изобретения.

Однако в наше время нашелся глупец, который таки его применил. Самое поганое было в том, что УБИТЬ демона под этим заклинанием невозможно, он вроде как бы уже мертв. Его лишь можно впечатать в лед Вечного Сна и никогда ни в коем случае не разбивать, пока спустя тысячи и тысячи лет его тело не растворится в сиянии льда без единого следа. Соарен же уже был извлечен. Ему стерли память, но все признаки на лицо, и теперь к тому же заклинание активировано Вией… он начнет вспоминать.

– Что-то интересненькое? – фея заглядывает через плечо. Удивительно в этот раз он решил не висеть под потолком как какая-то летучая мышь.

– Безумно, – кивнул я.

– Расскажешь? Или мне потом подсмотреть и подслушать?

– Расскажу, – я откинулся на спинку стула. Почему бы и нет. Фея мыслит нестандартно, может него мелькнет какая-нибудь мысль по поводу всего этого. – Заклинание «Вечный сон» – это холод, что замораживает изнутри… И не только плоть. Чувства, разум, эмоции, то что люди, эти проницательные смертные, называют душой. Если процесс дошел до конца… В общем, такое существо растворяется во льде, что его сковывает снаружи… Есть такое место, где лед дышит. То есть он живой и полон тех чувств, что поглотил. В основном – это страх, отчаяние и ненависть. Представляешь, фея, целый мир, который ненавидит? Это не мир Изначальных, нет… там сам воздух пропитан холодной всепоглощающей ненавистью.

Зеленые глаза смотрят куда-то внутрь меня, словно увидели редкий экземпляр чего-то безумно красивого и опасного.

– О, вы демоны придумали это?

– Да, точнее не совсем мы. Изначальные открыли тот ледяной мир, который способен впитывать одно из самых сильных чувств будь то демон или человек…

– Или фея, – неожиданно серьезно кивает он. – Я понимаю, о чем ты говоришь, демон Иллюзий, я краем глаза давным-давно видел этот мир. Мы Истинные, не забывай… но я и предположить не мог, что кто-то может облечь это в заклинание. – Его глаза блестят искренним любопытством. – А… если приговоренного извлечь изо льда?

Я пожал плечами, бездумно глядя на бумаги:

– Есть записи очевидца подобного. Процесс пойдет до конца… Но в самом существе. Фея, это будет примерно как если этот мир, полный отчаяния и ненависти, вдруг обретет ноги. И возможность выплескивать силу наружу. Это оружие. Давно, еще на заре Империи, рыцарь добровольно пошел на это… Ради своего Императора и чести.

– И… что было?

Его косички касаются моей щеки, шепот обжигает нетерпением.

Я дернул плечом:

– Когда враг был повергнут, рыцаря отправили в тот мир, замерзать среди обломков своего нового дома, потому что ненависти ещё осталось очень много. Скорее всего, он и по сей день там.

– И кто в этот раз попал под это заклинание?

– Кое-кто, кто не хотел этого добровольно, – я провел кончиками пальцев по краю стола. – Я хочу найти вариант противодействия заклинанию.

– Я же говорил, что с тобой будет очень забавно, – шепнул он, чуть ли не касаясь острыми зубами моего уха. – Но, я думаю, моему брату понравилась бы ледяная статуя его вероломной возлюбленной.

– Чтобы он однажды разбил лед? – насмешливо откликнулся я, резко отодвигаясь от наглого феи.

– Ну ты же что-нибудь придумаешь к тому времени, – беззаботно откликается Зеленоглазый. – Помнишь, мы заключили Сделку.

– Помню, – отозвался я, задумчиво разглядывая бумаги. А ведь паршивец прав, это вызов для меня и не могу удержаться, чтобы не принять его. Это был бы достойный конец для королевы Электры. Но… это требовало большой работы.

– Кстати, – фея раскрыл крылья и зубасто улыбнулся. – Твой император хочет услышать твой отчет о встрече с этим милым мальчиком.

Я тихо выругался. Все-таки нужно попросить, чтобы приказы и просьбы передавались НЕ ЧЕРЕЗ фею, он предпочитал сообщать о подобном в удобное для него время. Мне достаточно было его первого ответа, на мой вопрос, почему он ждал три часа, прежде чем сообщить мне, что-то, что имело важное значение. Ответ «эффект был бы не тот» несомненно обладает определенной эстетической изощренностью, но также вызывает непреодолимое желание пустить фею на экспериментальные образцы.

4

– Отец! – Шлак фактически ворвался в личные апартаменты и замер, потрясенный до онемения представшей ему картиной.

Демон отсалютовал почти полной бутылкой, с янтарной жидкостью, в которой наметанный глаз опознал бы «Грезы змеи», один из сильнейших наркотиков, который появляется на территории Темной Империи. Он способен вызвать как галлюцинации, так и пробудить дар предвидения, если какие-то крупицы его есть в выпившем. Но в больших количествах и при частом употреблении приводит к привыканию, а потом и к сумасшествию.

– Сын.

Старший сын Лорда Земли потрясен, он никогда в жизни не видел отца в таком состоянии. Шелковый халат на голое тело небрежно запахнут, растрепанные, черные как смоль волосы разметались по плечам спутанными волнами. Шлак не помнил, чтобы видел отца с распущенными волосами, тот словно в противовес деду всегда имел чопорный вид и предпочитал сложные прически, где ни единый волосок не мог покинуть того места, который назначен был ему хозяином и расческой.

– Что случилось? – все, что смог выдавить из себя старший сын ненаследного Лорда Земли.

Его отец одарил его мрачной и одновременно полной какого-то безумного веселья улыбкой:

– Судя по тому, как ретиво ты ворвался ко мне в спальню, как раз именно эти новости тебя и привели… Эндимион случился. Мой дорогой младший сын. Тебя уже просветили о его официальном статусе?

– Как это возможно? – Шлак взял себя в руки, похоже, новость о возвращении младшего из клана добралась до дома намного раньше, чем до него самого, если судить по трем уже пустым бутылкам, валяющимся у ног отца. Либо у отца свои информаторы, неизвестные его сыну.

Лорд Ариадн пожал плечами:

– Как это любит проделывать твой дед, легко и непринужденно. Я предупреждал твою мать, что она зря не подчинилась моему отцу, когда он затребовал тебя после рождения на воспитание в свой замок… так бы ты вполне мог быть сейчас наследником. Нервус не потерпит у власти клана того, кого не знает досконально, того, кто посмеет пойти против него. Ты как первенец имел шансы стать наследником ДО того момента, как твоя мать, наконец, подчинилась и отдала, как она выразилась, «ненужный ей материал».

– То есть, если бы меня отдали на воспитание деду, я был бы Наследником? – вспыхнули глаза Шлака.

– Скорее всего, – пожал плечами его отец. – Твоя мать из клана Водных, она так и не поняла того, что клан Земли живет немного по другим законам и принципам, нежели её предки. Её эксперименты над собственными детьми… Нервус никогда не примет подобного. Твой младший брат абсолютно чист в его глазах.

– Но я обладаю уникальными способностями благодаря маме!

Адриан тихо и горько рассмеялся:

– Сын, как ты не поймешь. Нервусу плевать на уникальные способности тебя или твоих братьев. Наследник должен нести в себе традиции и силу клана. По его мнению, этого достоин только Эндимион. Вот и вся арифметика.

– Я должен поговорить с мамой!

Отец пожал плечами, ничего не ответив.

– Ты видел её?

– Видел, – демон запрокинул голову, прикладываясь к горлышку бутылки, глотая отраву. – С утра.

Он рукавом шелкового халата вытер алые губы.

Шлак вздрогнул. Похоже, ему стоит поторопиться и устроить встречу с Сирой. А то начали появляться странные мысли, глядя на такого, показавшего себя совсем с иной стороны, отца.

Демон развернулся и выскочил за дверь. Адриан насмешливо смотрел ему вслед. Взболтал янтарную жидкость в бутылке.

– Забавно до жути… Что ж, сынок, это пойло сослужило двойную службу, и я только что увидел твою судьбу… Жалкий конец для того, кто рвется стать наследником клана. Но такой закономерный для того, кто посмел предать свою Империю и Императора…

Лорд Земли прекрасно знал, где сейчас находится его жена. И что она уже никогда не сможет помочь своему сыну или заговорить с кем-то.

Он застал её с ЭТИМ. Адриан знал, что его жена жаждала власти, впрочем, как и любой демон или демонесса в этой Империи. В этом она мало чем отличалась от остального населения Империи, а также тех, кто обитал за её пределами.

Жаннет была безумна в той степени, что и фактически треть Империи. И та же Леди Каина была скорее подтверждением, чем исключением из правил. Тем более, огненные и воздушные повелители чаще всего были подвержены гену безумия, чем остальные рода и кланы. Жаннет была из Клана Воды, того самого, чье уничтожение послужило Леди Огня поводом стать той, кто она есть сейчас. С того дня уничтожение её собственного дома, казалось бы, окончательно сломило разум его жены, но Адриан не вмешивался. Пучина темного безумия скорее была плюсом, чем минусом в их мире. В безумии есть непредсказуемость, а значит, такой демон втройне опасен. И все же… он и не подозревал, что все зашло настолько далеко. Демон взглянул на стол, где лежала неприметная серая папка. В этой тоненькой папке скрывалась настоящая смерть. И, что хуже всего, Измена.

Шлак был слишком зациклен, чтобы увидеть её, хотя вполне мог узнать этот кусочек картона, окутанный магией.

Стыдно признавать, но отец был прав. Все его внуки, сыновья Адриана – это отбросы, которыми не имеет смысла ни гордиться, ни вспоминать о них.

Адриан с отвращением швырнул бутылку в стену. И, глядя на янтарные разводы и блеск стекла, выругался. Обвинять одну Жаннет бессмысленно. Он её муж. И именно он был слеп и глух. Ох, не зря отец отказался делать его Наследником Клана.

Измена Империи и Императору – вот чем занимались его жена и старший сын. А он думал, что это просто интриги внутри Клана в борьбе за власть. О да… они хотели власти, но не такой, какой видел её сам Адриан.

И ЭТО… он ведь собственноручно притащил это создание в свой дом и отдал ей это… существо для исследований и экспериментов. САМ.

В итоге его безумная красавица заполучила союзника и… любовника. Демона била крупная дрожь. Его хрупкая Жаннет занималась сексом с этим… монстром. Результатом генетических чудовищных экспериментов клана Крови! Да любой бес самого низкого пошиба – это просто божество по сравнению с ЭТИМ существом. Демон чувствовал тошноту.

Он убил их обоих, правда, не сразу. Он наблюдал за их… игрищами почти полтора часа, пока не убедился в том, что видит. Его жена была заражена… Мало того, похоже, это случилось давно. И могло быть и так, что он УЖЕ взял её из Клана Воды зараженной этим проклятием Магии Крови. И его и только его вина, что он оказался так слеп и глуп.

Он почти три часа просидел над их трупами, разбирая бумаги, читая и… понимая все больше и больше, что это не просто приговор ему – это приговор всему клану.

Эта дура использовала не только саму Магию Крови, она применяла научные разработки клана Крови, подвергала экспериментам своих собственны детей. Похоже, действительно, Эндимион оказался единственным ребенком, который не попал под её разработки. Зная, что Нервус заберет его сразу после рождения, она не решилась даже во время беременности прикасаться к артефактам и закрыла эти разделы лаборатории… Похоже, его младшему сыну сильно повезло. Леди Жаннет до полусмерти боялась и ненавидела своего свекра. И прекрасно знала, ЧТО сделает этот демон, если обнаружит её измену. Но это еще и позволило самому Адриану продолжить смотреть и не видеть… Кроме Наследника Клана… эта грязь в крови ВСЕХ детей, внуков и правнуков, которые успели родиться…

О, она великолепно играла… Настоящая леди, которая заботится о нуждах клана… и не выпускает из виду ни одного из тех, кто был её экспериментом.

Наблюдала, доводила до ума, проводила новые витки с новым материалом…

Демон выпрямился, его глаза горели решимостью:

– Юрий! – не крик, скорее шипение-зов.

В открытых дверях почти мгновенно материализовался испуганный бес. Его личный слуга, подаренный отцом на совершеннолетие. Абсолютно преданный только ему.

Бес в каком-то почти оцепенении уставился на своего господина. В таком состоянии он его не видел никогда. За все века служения.

Демон же, не обращая внимания на застывшего столбом раба, подхватил папку, крепко сжал, словно борясь с самим собой, но все же заставил себя набросить вязь заклинаний и печатей, вложив немало силы Камня. Те, кому предназначены материалы, найдут способ ее взломать. В этом он не сомневался.

– Жизнь положишь, – прошипел он почти в лицо бесу. – Но документы должны оказаться у любого из Великой Четверки или у самого Императора. Сдохнуть можешь только в одном случае, как увидишь, что материалы оказались лично в их руках. Слышишь?!

– Да, мой господин, – бес прижал папку к груди и низко-низко поклонился. В этот момент молодой хозяин жутко напомнил ему Лорда Нервуса.

Один в один. Старый хозяин был бы доволен. Бес прекрасно понимал, что больше не увидит своего хозяина и господина… он поклонился вновь, с восторгом уловив янтарно-золотые искры в глубине зрачков Лорда Адриана.

– Иди же, Юрий! Иди!

Бес развернулся и исчез. Он шел умирать с легким сердцем. Потому что дождался того, о чем говорил Повелитель Нервус, когда дарил его своему сыну. В том пробуждается настоящая сила Повелителей Земли.

Адриан смотрел на пустой проем двери, где исчез любимый и верный раб. Губы кривились в жестокой усмешке. Следующее дело было его долгом перед кланом и Империей. Долгом Лорда.

Да, он не был Наследником, но это ничего не значило. Его семья ВСЕГДА была опорой Империи и Императора. ВСЕГДА. Он гордился своей семьей и отцом. И если камни в этой опоре по его вине стали рушиться, то ему и исправлять ситуацию.

Лорд Адриан выпрямился. Что ж. Ему предстояла одна очень важная встреча. О позоре его семьи узнают только те, кто поймет что происходит. Остальные… что ж, остальные увидят только спектакль. Но, как и все показательные спектакли клана Камня, его не забудут очень долгое время.

Шлак с недоумением разглядывал витиеватое приглашение. Он хотел поговорить с матерью, но не нашел её в её личных апартаментах, поэтому двинулся к лабораториям, когда его перехватил дворецкий. На серебряном подносе лежал конверт с вензелем Клана Ветра. Похоже, Риар сменил гнев на милость, как это часто бывает у этого, во всех смыслах непредсказуемого, демона.

Подобный расклад моментально выбил все остальные мысли и намерения. Разговор с матерью мог и подождать. Тем более, что, скорее всего, она занята своими новыми экспериментами…

И демон решительным шагом направился к выходу из дворца, сжимая в кулаке конверт с приглашением. Прямо в ловушку, расставленную для него Лордами Императора Сурана.

Кирак Сари почти со священным ужасом смотрел на демона, сидящего на противоположном конце стола в этой Тьмой забытой убогой забегаловке. Он получал разные заказы, совершал разные убийства, от изысканных до кроваво-грязных, при воспоминании о которых многих бы мутило от отвращения. Но такого…

Кареглазый демон перед ним выглядел… изящно. Гибкий как хлыст. В темно-синем камзоле, расшитом золотыми нитями, с белоснежными кружевами, словно он только-только со светского приема. И это делало ситуацию, и так чудовищную… просто устрашающей и нереальной.

Вся его поза выражала расслабленную надменность, но вот глаза на породистом лице с резкими чертами, горели каким-то волчьим гневом. Карие, почти шоколадные глаза. Только зрачки отливают золотом. Этот демон не просто рассержен, его гнев балансирует на грани того самого боевого рассудительного безумия, которое заставляет преклонять колени слишком многих врагов Империи.

Кирак тихо заметил:

– Это будет стоить вам целого состояния.

– Суммы здесь не имеют значения, – спокойный ответ прошелестел на грани шепота. – Они заражены, убийца. Заражены экспериментами Клана Крови, ты должен знать это, выполняя свою работу. Я знаю, что этот риск может повысить сумму, но сам понимаешь, насколько сильно меня это волнует.

Кирак содрогнулся от этой прямолинейной честности и того, ЧТО произошло с детьми и потомками этого красивого и надменного демона.

– Все?

Он даже не кивнул в ответ, а только на какое-то мгновение вечности прикрыл глаза темными длинными ресницами, а когда поднял их… Его глаза сияли чистым золотом.

Убийца чуть склонил голову. Вот и объяснение. Еще Кирак знал, что запросит лишь половину суммы. Это был его способ выразить уважение и… свой патриотизм.

Работа наемного убийцы совсем не мешала ему быть предельно верным Темной Империи и своему Императору.

Внезапно в его голову пришла занимательная мысль. И, глядя в золотые глаза, он наклонился вперед, поддавшись импульсу.

– Лорд… Я возьму с вас только четверть суммы – оплатить моим людям задаток. Но за это… Ты станешь одним из нас, на срок в триста лет.

Темные ресницы дрогнули в изумлении. Всего несколько секунд, а потом зазвучал тихий смех.

Кирак смотрел на смеющегося демона, выгнув одну бровь.

– Убей всех их, – просмеявшись, подтолкнул список к убийце аристократ. – И как только прервется вздох последнего из них, а тело истлеет в огне… я ваш. Ровно на триста лет.

– Договорились, – наемник поклонился, – Лорд Адриан.

Юрий на подгибающихся ногах шел по коридору. Правая рука касалась стены, чуть задевая ее кончиками пальцев. Это было единственное, что могло выдать его неважное состояние. Ему пришлось пробиваться сквозь мощнейшие щиты. Бес… всего лишь хорошо обученный бес, знающий себе цену, с приказом не умирать, пока не будет выполнено задание. Он знал, что должен передать папку как можно быстрее. Иначе приказ не даст ему просто так умереть. Он будет мучиться очень долго. Такова суть рабской программы. Но Юрий ни о чем не жалел.

Он нашел лазейку в Императорский дворец. Он постарается раскрыть эту возможность тому, кто его выловит, но это будет позже. Слабость устранят, а пока он шел, чувствуя, что цель близка. Лишь тогда он сможет впасть в забытье и лихорадочную дрожь. Оценивая свое состояние, он даже мог сказать, насколько это затянется… его агония.

Юрий преодолел желание прислониться к стене и передохнуть. Если он это сделает, то точно упадет и не дойдет до нужной точки, где его могли бы обнаружить. Тело отзывалось сплошным потоком боли. Кармилла всегда была изобретательна в пытках. Её страсть к добровольцам, готовым испытать на себе все её искусство, и подвела её.

О нет, он не стал убивать её. Когда её найдут, бес, скорее всего, будет уже мертв, но… так приятно сознавать, что ту, которая пренебрегла долгом ради удовольствия, казнят за измену. Его порог выдержки был в десятки и сотни раз выше многих бесов.

Бес покачнулся, но все же смог удержаться. Правда, ладонь полностью впечаталась в стену, и довольно сложно было заставить себя снова касаться ее только кончиками пальцев…

– Смотри, какое любопытное развлечение нас ожидает в этом коридоре, – незнакомый веселый голос. – Я говорил тебе, что пахнет кровью.

Юрий напрягся. Он знал, что если его сейчас отловят, это станет катастрофой. Не только для него, для его господина. Для его хозяина.

– Кто ты? Что тут делаешь? – голос второго прохладен, как вода в горном ручье и такой же… изменчивый, неуловимый.

Он поднимает помутневшие глаза и испытывает странное чувство, похожее на облегчение, падая в обморок в крепкие объятия Повелителя Иллюзий, за спиной которого парит… Нечто.

– Папка… – сознание не может ускользнуть, сила приказа сильнее измученного тела. Намного сильнее. – Документы…

– Эта? – серая папка в длинных сильных пальцах.

– Да-а-а… – приказ выполнен. И благословенная тьма заволакивает сознание.

Бес уже не слышит удивленного возгласа Лорда Иллюзий, не слышит радостного смеха феи… Не видит, не слышит… ему все равно. Теперь он свободен.

Почти голубые глаза смотрят на тело беса у своих ног.

– Эй, фея. Мне понадобится твоя помощь.

5

– Что это? – Император медленно перекладывал бумаги. – Это же…

– То, что мы искали, – я прикрыл глаза, чувствуя удовлетворение. – Похоже, Лорд Адриан был несколько недоволен играми старшего сына и жены.

– Может, он просто почувствовал, что мы встали на след, и решил сдать карты, обелив себя? – подала голос Каина.

Я откинулся на спинку стула:

– Вряд ли. Час назад мне на стол лег доклад. Кто-то планомерно уничтожает одну из ветвей клана Земли, начиная с детей Адриана. Пока эта информация не для широкой огласки. Судя по выкладкам… Лорд кого-то нанял для чистки своего клана. Он смывает позор. Я пока не могу утверждать это на сто процентов, но он не играет. Он действительно не знал. Или до определенного момента не хотел видеть. Мои осведомители сообщили, что Лорда видели в компании довольно известного в кругах наемников демона, – я помолчал, потом указал на раскрытую папку перед Императором. – Эти бумаги не просто шанс ухватить клан Крови, заставив их поволноваться. Мы можем взять их за горло.

– Значит, все же Академия, – тихо произнес мой Император.

– Да, – я выпрямился. – Ректор.

– Если мы возьмем Шлака, мы перекроем себе путь к принцессе Вийе?

– Нет, – покачал головой сидящий рядом Хилар. Он с самого начала совета над чем-то напряженно размышлял. – Шлак вел нас к клану Земли и Соарену, но теперь получается, что о клане позаботился Лорд Адриан. Думаю, его отец оценит. Шлак теперь для нас бесполезен, благодаря этим документам, а к Соарену мы уже подошли совсем с другой стороны. Так что…

Император шевельнулся, его красные глаза смотрели куда-то мимо нас всех, словно он видел в пространстве за нами что-то недоступное нам. Возможно, так оно и было.

– Мы могли еще долго копать в этом направлении, – в его голосе звучали нотки удовлетворения. – Клан Земли… Мы недооценили некоторые традиции и условности. Лорд Риар.

– Да, Ваше Величество?

– Сегодня у вас бал?

– Да, Ваше Величество.

– Шлак приглашен?

– Как и было задумано, Ваше Величество, – зеленые глаза сверкнули предвкушением развлечения. Кровавого развлечения…

– Он должен умереть так, чтобы, когда слухи об уничтожении части клана Земли дойдут до общественности, все вспомнили эту… казнь. Я хочу, чтобы все знали, что эти события не просто связаны, но основой своей имеют непосредственное мое участие.

– Слушаюсь, – он поклонился, приподнявшись на стуле. – Мой Господин.

– Лорда Адриана по возможности сберечь. Такие демоны нужны Империи.

– Да, Ваше Величество, – мы, не сговариваясь, поднялись на ноги. Это уже не было совещанием. Император давал четкие указания.

– Янус, – алые глаза взглянули на меня в упор. – Я знаю, что это опасно, но хочу, чтобы ты довел до сведения Лорда Нервуса ситуацию в его клане.

– Слушаюсь, Ваше Величество.

Похоже, я сегодня все же посплю, хотя вряд ли высплюсь. Зато сына увижу.

– Хорошо, теперь о ректоре Академии…

Я передернул плечами. Тут все было не так просто, как со Шлаком.

– Процесс Вечного Сна необратим, – я не боялся смотреть в глаза своему господину. – Единственный выход – заключить носителя в лед, но, к нашему сожалению, в случае с Соареном этот этап уже миновали. Результат я не рискую предсказывать.

– А если отправить Соарена в мир заклятия напрямую? – вдруг подала голос Каина.

Я замер, чувствуя, как восторг от простоты этого решения мурашками прокатывает по всему телу. В безумии есть своя особенная уникальная гениальность. И Леди Огня только что подтвердила это.

– Янус? – в голосе Императора Сурана был вопрос и… неумолимость. Мы все еще стояли на ногах. Позволения или приказа сесть не было.

Я медленно кивнул:

– Может получиться. Нужно только найти вход в этот мир.

– Сколько осталось ректору?

– Если опираться на те скудные записи, имеющиеся в моем наличии, – я передернул плечами, – от силы, месяца полтора. Потом он станет своеобразным ключом или даже порталом туда.

– Можем ли мы именно в этот момент отправить ректора и захлопнуть за ним дверь? – голос Хилара звучал негромко, и я даже не стал поворачивать головы для ответа.

– Я просчитаю возможности.

Медленный кивок согласия от Императора.

– Хорошо. Сейчас мы используем ректора Соарена, как катализатор ловушки для принцессы Вийи.

– Да, Ваше Величество.

– Янус, ты доверяешь Наследнику Клана Земли?

Я пожал плечами:

– Как и всем.

– Значит, нет.

Я вздохнул:

– Пока еще не знаю, мой господин, как он отреагирует на новости об уничтожении большей трети своих будущих вассалов и членов семьи.

Белые пальцы коснулись бумаг и медленно закрыли папку. Потом чуть подтолкнули её вперед по столу.

– Покажешь ему это. Он заслужил правды. И лучше это сделать ДО бала Лорда Риара.

Я поклонился:

– Слушаюсь, Ваше Величество.

Флейм резко вскинул голову. Показалось?

Тихий шелест повторился. Мелькнула тень. Потом радужный блик.

Имперец насторожился. Неясная тревога роем бабочек трепетала в районе живота. Он осторожно отступил в тень, чувствуя витающую в воздухе опасность.

Тихий смешок над головой прозвучал подобно грому. И тело отреагировало раньше, чем разум, отправляя хозяина в смазанное во времени и пространстве движение. Уход от стремительной атаки, которая могла бы снести ему голову, если бы демон не увернулся. И снова тишина… Одобрительный смешок.

– Неплохо, маленький демон.

Флейм, не тратя времени на рассуждения, ударил силой вверх, ориентируясь по голосу врага, который был столь глуп, что обозначил себя.

– Ох! – удивленный выдох. – Остановись! Я не хочу причинить тебе вреда!

Юноша только усмехнулся, прижимаясь спиной к камню стены переулка, где застало его нападение. Интересное начало беседы.

– Ты забавно пахнешь, маленький демон, – в голосе сверху слышалась явная заинтересованность. – Твой аромат словно смесь двух несочетаемых цветков, что дает в результате восхитительный итог…

Юный Повелитель Теней аккуратно сжал ладонь так, чтобы в кулаке осталось достаточно пространства для зарождающейся бабочки огненного шарика.

– Юный демон! – почти возмущение. – Я не враг тебе!..

Ага, если бы его противник мог видеть имперца, он бы уловил насмешливую злость в выражении голубых глаз. И… азарт. Азарт охотника, которым в свое время славился личный адъютант Повелителя Иллюзий Тамир.

– Молчишь?! – нотки уважения. – Этот красавчик-демон был прав, ты интересная добыча.

Вспышка огня, словно удар молнии, осветила переулок, изгоняя тени, причудливо изменяя пространство. И… вновь темнота. Непроницаемая. Темнее, намного темнее, чем была. И в ней едва-едва видны искры, волной бегущие по теневому лезвию клинка, что прижат к шее феи.

Насмешливая злоба смотрит из глаз Повелителя Теней и Снов в лазурную беспечность взгляда феи.

– Что за демон смог договорится с Истинными? – любопытство Флейм унаследовал не только от Тамира, но и от отца с бабушкой.

– До чего вы, демоны, любите на все вешать ярлыки, – весело фыркнул фея. – Его имя Дориан.

– Повелитель Металла? – вскинул бровь Флейм. – Что понадобилось контрабандисту от жалкого беженца, по счастливой случайности ставшего доверенным лицом амбициозного лунарца?

Фея хихикнул:

– Ты сам только что озвучил все второстепенные причины, – было похоже, что клинок, способный в мгновение ока разделить его тело и голову, его совсем не волновал. Скорее даже… развлекал.

– Ты заинтриговал меня, фея. Какая же причина – основная?

– Ты красив, – острые треугольные зубы ощерились в улыбке. Нет, скорее, ухмылке.

Флейм тихо помянул всю родословную Лорда Дориана.

Фея откинул голову назад и звонко рассмеялся. Демон вздохнул и отвел клинок от его горла. Что бы ни было нужно от него фее, драться, похоже, больше нет необходимости.

– У нас Сделка, – многозначительно произнес фея и буквально присосался к огромной кружке с золотистым нектаром.

Флейм вздохнул, подпирая подбородок кулаком. Он не пил. Не до того было. То, что рассказывал фея, было не просто интересно, это оказывало огромное влияние на слишком многое в судьбе самого Флейма. Особенно, если бы он действительно был беженцем.

– Да, я уже понял. Вам – развлечение, Дориану – красота. Вы нашли друг друга. Одно мне всё же неясно – почему я?

Фея фыркнул:

– Ну, ты спросил, малыш демон.

– Я перережу-таки тебе горло, – меланхолично предупредил полностью серьезный Флейм. – Я тебе не малыш.

Тот посмотрел на него внимательными лазурными глазами и внезапно кивнул:

– Верю. Но, кроме того, я вижу, что Дориан ошибся… ты не так прост, как кажешься на первый взгляд, у тебя двойное дно, что подтверждает твой двойственный аромат. Ты – уникальный цветок, заполучить тебя в оранжерею было бы не только удачей, но и честью.

– Нет. Спасибо, – фыркнул Повелитель Теней. – Предпочитаю свободу.

– Дориан не отступится, – предупредил фея и залпом допил остатки нектара.

Они уже три часа сидели в той забегаловке, предназначенной для обслуживания наемников разных рас. Так что вид Истинного и беженца-имперца в форме личного адъютанта лунарских войск, беседующего с феей, не сильно бросался в глаза, хотя и привлекал излишне много внимания.

– Обожжется, – почти равнодушно отозвался Флейм. – Одержимость чем-либо, даже красотой, до добра никого не доводила. Обычно последствия… непредсказуемы в лучшем случае…

– Хорошо сказано, – кивнул фея. – Златовласка ошибся, я думаю… с тобой связываться не стоит? У тебя крепкий тыл?

– Не то слово, – ответная ухмылка казалась почти близнецом той, что скривила губы собеседника.

– Ты стал бы отличной феей, – одобрительно хмыкнул Истинный. – Я скажу Кэлмору, что мы встретились и что я отказываюсь от Охоты.

– Это возможно? – заинтересованный взгляд.

Фея пожал плечами:

– Я же сказал, мы не слуги и не рабы. У нас Сделка. Я могу отказаться от Охоты за его добычей.

– Мотив? – Тамир в глубине Флейма насторожился. Он чуял подводные камни.

– Охота для себя, – облизнулся фея.

Сын Повелителя Иллюзий выругался. Коротко и емко. Фея тихо рассмеялся. Определенно, этот демон достоин стать Добычей его клана… если, конечно, Охота сложится в пользу фей. Неопределенность ситуации придавала пикантности и посылала восхитительные разряды острого ощущения опасности по телу и до самых кончиков крыльев. Кроме того, Златовласка точно не отступится… если феи заявят права на Охоту, это только разожжет его интерес еще больше.

Кажется, жизнь в ближайшее время скучной не будет. Фея залпом допил свой нектар и внезапно обнаружил, что сидит за столом в одиночестве. Демон… сбежал.

На столе лежала горстка монет за его выпивку. Когда фея обратил внимание на деньги, рядом с ними сдвинулись тени и… образовали слова: «Передай Дориану, что он ошибся с добычей. Впрочем, как и ты, феечка!»

Тени рассыпались, когда фея захохотал. Демон оскорбил намерено, но это только придавало Охоте пикантности.

Флейм последний раз взглянул из теней на смеющуюся фею и покачал головой. Истинные… что, интересно, подразумевают феи под Добычей? С Повелителем Металла все ясно без слов. Этому подавай красивое тело – своего добьется и оставит в покое игрушку. Таких, в бытность свою Тамиром, он повидал много. Только теперь он не бес, защищенный лишь властью своего господина. Он Повелитель Теней – сын Четвертого Лорда Темной Империи. Демон усмехнулся. Дориан еще обломает свои зубы об него. А вот с феями стоило быть поосторожнее, но и союзников возможных упускать не хотелось. Весьма кстати оказалось осторожное прикосновение-вызов отца…

Стоило навестить Лорда Нервуса… в его покоях – вряд ли кто помешает спокойно заглянуть в сновидения, да и сам Лорд Земли лучший из возможных защитников, если Нидо до сих пор рыскает во снах.

Юноша скользнул глубже в тени. Его ждал отец.

Гарсиа прохладно улыбнулся, делая вид, что ему действительно интересно слушать воительницу, которая рядом с ним внезапно стала весьма сильно походить на самую обычную демонессу, словно и не было у неё нашивок на кителе. Она и не замечала, что аметистовые глаза смотрят как будто сквозь неё. А губы кривятся в презрительной полуулыбке, которую так легко принять за заинтересованную.

– А ты уехал из империи из-за того, что у брата рога видны? – сочувственный вопрос вырвал его из задумчивости, и демон уставился на лунарку в легком недоумении. Его приняли за имперца? Но при чем тут рога Грейва?

Увидев внезапный интерес, лунарка встрепенулась еще больше:

– У вас в империи такие все консерваторы недобитые. У нас в Лунаре никогда не бывает гонений на полукровок, а у вас… ваши демонессы так боятся портить себе магию и ауры рождением детей, и так возмущаются, когда мужья начинают искать мать для наследника на стороне. – Она щебетала, а Гарсиа насторожился. Похоже, он, наконец, узнает, стоит ли им вообще соваться в империю.

А то, самая закрытая и неизведанная территория…

И венец именно там. Значит, в империи не любят полукровок… А такие смески, как Грейв, там, наверное, вообще на нижних ступенях иерархии? Змей ведь полукровка? Он поэтому прозябает в Лунаре? Судя по аристократической физиономии и повадкам – выходец из хорошей семьи. Бастард? Если так, то возможно удастся утащить его к себе в Хэриэта. Если не в гарем, то можно ведь и триаду заключить…

– Можно потрогать? – вопрос наглой лунарки вырвал его из грез. Темнокожая рука уже тянулась к распущенным волосам. Демон уклонился, невольно дернув бровью.

– Не стоит, – буркнул он. – Это слишком интимное.

Её серые глаза разгорелись как у охотницы:

– Да неужели? – почти замурлыкала воительница. И Гарсиа с тоской осознал, что отбиться от неё будет не так уж и просто.

– Это правда, – мягко прозвучал голос за спиной демона. – Но вам, госпожа, не стоит волноваться, вы вряд ли узнаете насколько интимно касание волос такого демона…

Она аж вздрогнула.

– Ты-ы-ы?! – и мурлыкание превратилось в почти змеиное шипение.

– Ах, госпожа Лидия, неужели вы решили, после того, как я закрыл допуск вам в свое заведение, снимать мальчиков в тавернах? Юноша хотя бы осведомлен о ваших пристрастиях?

Гарсиа медленно обернулся и с удовольствием взглянул на Змея, стоящего в довольно небрежной позе за его спиной. Тот опирался на трость и смотрел сквозь красные стекла своих странных очков, прямо на лунарку.

Та посерела от ярости.

– Будь ты проклят, змея шелудивая! – она вскочила на ноги, бросила на стол пару монет и исчезла за дверью.

– Змея? – протянул Гарсиа. – Это соответствует действительности?

– Язык у меня не раздвоенный, – сухо отозвался тот и присел на освободившийся стул.

– Змей – это ведь не просто прозвище?

– А вы осведомлены, господин Гарсиа, – отозвался тот, щелчком пальцев подзывая слугу. – Верно, я наполовину ламия.

– Чистокровная?! – не удержал изумления повелитель Металла и внезапно осекся, сообразив, что сам не представлялся. Значит, Змей пришел, зная о нем больше, чем сам Гарсиа о Змее.

– Да, папа у меня тот еще оригинал, – ответил на его вопрос имперец. И взглянул на подошедшего слугу. – Мне свежего сока и сочный прожаренный кусок мяса с зеленью.

– Да, лорд Дориан, – поклонился тот и отошел.

– Лорд?

– Я – официальный наследник своего рода, – пожал плечами полуламия.

Гарсиа уставился на него – похоже, он был не прав в своих выкладках. И просто так увезти это сокровище не получится. Наследник рода и клана. Это слишком серьезно.

– Так вы тут развлекаетесь? – насмешливо уточнил он.

– Что-то вроде, – кивнул лорд и взглянул на Гарсиа пронзительным золотым взглядом поверх стекол. – Другой вопрос, что ВЫ тут забыли?

– Путешествуем?

– В Серебряном Лунаре проездом до Темной империи? – насмешливо уточнил имперец. – Это действительно интересно на фоне последних событий в империи и двигающегося сюда посольства от императора к королеве Лунара, которое возглавляет один из великой императорской четверки.

Повелитель драгоценностей нахмурился:

– Вынужден признать, что не слишком многое знаю об империи. И уж тем более, об императоре и его четверке.

Его собеседник вздохнул:

– Хорошо, похоже, жить вдали от тяготеющего долга и давления Сферы. Вы с братом попали сюда не очень вовремя. И вполне можете оказаться в переплете. Империю возглавил новый император, которому еще нет и двухсот лет. Это невероятный прецедент. И магия его приняла, как одного из достойнейших представителей красноглазой семьи. После зачистки Крина, император Суран обратил свой взор на Серебряный Лунар… Контрабанда оружия из империи и в империю – вот предлог. Пока вас принимают за выходцев из империи, но вот если до определенных демонесс дойдет информация о том, что в Лунаре появились представители дальних земель…

Он замолчал, так как подошедший слуга принес его заказ.

– Благодарю, – он кончиками пальцев коснулся локтя юноши, и тот смущенно улыбнулся, отходя в сторону.

– Так вот, – длинные пальцы подхватили нож. – Если до королевы дойдет информация о вашем… путешествии, боюсь, венец Ветра станет искать некому.

Гарсиа прищурился:

– Допустим… Но не кажется ли вам, уважаемый лорд Змей, что мы можем сами о себе позаботиться? Не малыши уже.

– Не спорю, – первый кусочек мяса отправился в рот. – Но должен сказать, что ведете себя все равно неразумно. Слухи о том, что клан Крови скупает любую информацию, касающуюся всего необычного, ходят давно, а вот то, что клан Крови всегда интересовался необычными генами – это скорее мой личный опыт, чем слухи и домыслы. Ваш брат, например… он же не просто смесок различных истинных рас?

Гарсиа напрягся:

– Хорошо… я не совсем осведомлен о том, что это за клан Крови… но мой брат и я тоже не просты…

– Именно это и интересует их, – вздохнул имперец. – Поймите, клан Крови – это структура, которая поставлена вне закона достаточно давно. А знаете за что? За связь с Изначальными и разработки в этой сфере.

Демон из дальних земель побледнел:

– Изначальные…

– Именно, – поморщился Змей.

– Венец Ветра?.. – тихо поинтересовался аметистовоглазый демон.

– Тут все просто – ваш заказ передали мне. А информацию о вас лично собрал мне мой ученик и подопечный. У Кэлмора особый талант по сбору нужной нам информации. В общем-то, я как раз хотел встретиться именно с вами, господин Гарсиа. Кажется, ваш старший брат решил, что я отношусь к несколько иной категории демонов, и конструктивного разговора могло не получиться.

– И поэтому информацию вы вывалили на меня. – Мрачно констатировал Гарсиа. – Спешу вас заверить, что Грейв прекрасно осведомлен о том, что вы отнюдь не доступная добыча, а довольно значимая фигура. Вы сочли меня более безопасным?

Уловив нотки оскобленного достоинства, Дориан дернул уголком губ. Непосредственность конкретно этого демона его очаровывала.

– Нет, я счел вас более разумным.

– Зря, – ухмыльнулся тот и пояснил. – Я ведь уже задумывался о том, чтобы утащить вас в свой гарем.

Вилка с кусочком мяса замерла в воздухе.

– Вот как… – медленно проговорил Змей, опуская так и не тронутый кусок в тарелку. – Очень надеюсь, что ваш друг Рамил не собирается то же самое попытаться проделать с моим компаньоном – Кэлмором. Часть его демонической натуры сама по себе довольно обидчивая, а о составляющей от матери-гарпии я стараюсь вспоминать пореже.

– О. Змея и Птица – это на самом деле отражение вашей второй составляющей!

– Что-то в этом духе, – медленно кивнул Змей. И отодвинул тарелку. – Я приглашаю вас с братом и другом завтра посетить дом «Змеи и Птицы». Думаю, к тому времени у вас уже будут вопросы по конкретному случаю.

– С удовольствием примем ваше предложение, – хищно улыбнулся Гарсиа и прямо взглянул на демона. – Вы доели?

Тот недоуменно посмотрел на него и медленно кивнул.

– Да.

– Тогда я приглашаю вас на прогулку, – аметистовые глаза демона горели.

Дориан взглянул на него в легком шоке, а потом… улыбнулся:

– Почему бы и нет.

Этот прохладный по внешности, но такой яркий внутри, демон нравился ему намного больше, чем его наглый рогатый старший братец. И как раз в его вкусе.

С Кэлмором у них получилось как-то странно, в итоге наставничество превратилось в крепкий союз двух демонов, с хорошей деловой хваткой и… даже, наверное, их отношения можно было бы назвать дружбой, не смотря на довольную редкость в отношениях между демонами именно этого состояния. Хотя Кэлмор был как раз во вкусе тех сексуальных партнеров, к которым привык Дориан, но итоге он получил напарника, достойного большего, чем очередная грелка в постели.

А вот с Гарсиа было пока все неясно. И это… бодрило. Ситуация становилась все более интересной и привлекательной.

Урия взмахивает мечом в последний раз, стряхивая последние капли крови с лезвия. Её губы кривятся в странной улыбке:

– Говоришь, девчонка не так проста? Эта бесхребетная крошка, не похожая на Миру, дрянь? Не удивлюсь, если Мира спросит меня, почему я не избавилась от этого позора вашей семьи…

Её любовник качает головой:

– Ты забываешь главное правило выживания, дорогая. Не верь своему первому впечатлению. Я тоже поначалу видел красивую куклу. Но вчера она видела твою тренировку…

– И? – поворот головы, темный блеск глаз. Уже заинтересованный. Урия была сумасшедшей, но не была дурой.

– Девчонка ЗНАЛА, что с тобой сделала королева.

Демонесса замирает, до судорог в пальцах сжимая рукоять своего верного меча:

– Уверен?

– Абсолютно.

– Очень плохо… для неё.

– Ты же не станешь выяснять, откуда у неё эти сведения? – вкрадчивый вопрос сбивает женщину с боевого настроя. Именно это она и собиралась пойти и сделать.

– Думаешь, мальчишка Навьи?.. – быстро понимает она намек Дария.

Но демон внезапно качает головой:

– Я бы проверил… Навья – Первая Советница Королевы, но… будет ли она откровенна с сыном? Ты лучше меня знаешь эту девчонку…

Урия резко дергает плечом, словно встряхиваясь.

– Давно уже не девчонка. Ты что, не видел её? Я больше не её кумир. Я видела её глаза… Теперь я для неё всего лишь инструмент её госпожи.

– Даже так…

Генерал кивает и вкладывает меч в ножны:

– Знаешь, девчонку Миры стоит приберечь. Эти закулисные игры действуют мне на нервы.

– И что ты предлагаешь? – Дарий смотрит с печальной насмешкой.

– Пойти заняться любовью.

Флейм отвел в сторону невесомую тень, осторожно выглядывая из-под защиты. Темные языки пламени скользили по пространству, выискивая опасность.

– Похвально.

Юноша резко развернулся и выдохнул:

– Отец!

– Ты не заметил меня? – Лорд Янус чуть нахмурился. – Ладно, не переживай, просто не забывай приглядывать за тылами. Удар в спину никто не отменял.

– Учту, – младший демон взял себя в руки. – Не слишком это рискованно? Вот так скоро появляться в сновидениях?

Повелитель Иллюзий криво усмехнулся:

– Очень надеюсь, что Изначальные полагаются на наше благоразумие, а не наглость.

– Что случилось?

– О, просто Император приказал кое-что донести до Лорда Нервуса… у нас тут вал событий, и его сынок напрямую в них оказался замешан. Слушай внимательно и запоминай, сын.

6

Шлак выдохнул, придал своему лицу более-менее надменное выражение и шагнул в портал. Риар САМ позвал его. И это после унизительной сцены, когда Лорд Ветра буквально вышвырнул его из своего замка под заливистый хохот проклятого Повелителя Зверей.

Но сейчас, когда Сорин в немилости… Говорят, что Риар стал еще более безумен и им заинтересовался сам Первый Лорд, который, похоже, намерен дать отставку Огненной Леди.

Шлак спрятал ухмылку в глубине глаз. Это все только на руку ему и его матери. Шанс подобраться к истинной власти. Нужно всего лишь завоевать постоянное внимание и интерес Риара. Но демон знал главную слабость Повелителя Ветра – кровь. Слабость, страсть и единственная возлюбленная для этого безумного, совершенного в своей красоте, создания. И хотя Шлак на его фоне выглядел почти уродом и прекрасно это сознавал, его интерес к крови был услышан и заслужил интереса демона.

– Ты?! – тихий возглас, полный брезгливости, прервал его размышления. – Тебя выкинули из этого дома, как жалкую бесполезную тварь!

Шлак резко выпрямился, глядя в полные гнева глаза своего главного соперника. Сорин всегда напоминал ему чем-то наследника Повелителя Звезд. Такой же наглый, самодовольный, самоуверенный, считающий себя выше всех… Правда, проклятый Максимилиан действительно сейчас на высшей иерархической ступени Империи.

Шлак не имел ни малейшего понятия, каким образом ему это удалось, но… Проклятый астролог САМ взял свое наследие. Говорят, высосал всю силу из своих родителей досуха… Сын Повелителя Земли знал, что не ровня своему отцу и не сможет победить, если сойдется с Лордом Адрианом в дуэльной схватке. К тому же отец не был Главой клана Земли. Для этого наследие следовало «выпить» из Нервуса… демон передернул плечами, даже мысль об этом вызывала почти животный ужас. Нервус был недостижим… пока. Пока правит клан красноглазой императорской семьи… Но это ненадолго теперь…

– Я к тебе обращаюсь, ничтожество! – рявкнул Сорин, заметив, что Шлак словно уплыл мыслями в другом направлении. Но сын Повелителя Земли не успел ответить, вмешалась третья сила – хозяин замка.

– Успокойся, Сорин, мой дорогой друг, – насмешка на последней фразе была очевидной. Риар стоял в дверном проеме, небрежно облокотившись на косяк, демонстрируя себя в полном своем великолепии. Голубая рубашка со свободными рукавами – и Шлак, и Сорин знали, что под тканью скрываются узкие стилеты, готовые в любой момент появиться в руках хозяина. Тонкая талия затянута в тугой широкий пояс, концы которого свободно падали на бедро и, опять же, скорее всего, скрывали еще одно оружие. Черный мерцающий шелк брюк буквально завораживал, притягивая взгляд… А эта небрежность в прическе? Золотистые узлы волос с драгоценными длинными шпильками… любимыми, Шлак узнал тот самый набор, что однажды имел удовольствие видеть в действии. Лорд Ветра явно сегодня собирался отведать на вкус чьей-то крови. Зеленые кошачьи глаза лениво жмурились, предвкушая удовольствие.

– Но, Риар… – подал голос Сорин.

– Прости, дорогой друг, – опять эта насмешливая интонация. – Виконт Шлак прибыл по моему личному приглашению, – полные губы Риара искривила непонятная улыбка, которую он подарил обоим гостям.

– Мне показалось справедливым дать шанс тем, кто по твоим советам исчез из моего окружения в свое время, – его взгляд был налит томностью, словно у сытого кота, славно поохотившегося недавно.

Шлак усмехнулся, он узнавал кураж Лорда, когда тот был особенно зол. Похоже, Сорин очень сильно провинился. Катастрофически. Слухи не лгали в этом плане.

– Риар, я… – Повелитель Зверей выглядел… беспомощно.

– Тс-с-с… – прижал палец к своим улыбчивым губам Повелитель Ветра. – Не будем устраивать сцен, мой дорогой… Сейчас я прошу вас пройти в бальный зал, мои гости заждались. И, Сорин… ты оставил свиту госпожи Вийи, – золотоволосый демон укоризненно покачал головой и внезапно перешел на холодновато-вежливый тон. – Не будет ли леди несколько… раздражена таким поведением?

Брюнет скрипнул зубами и отступил. Риар же обратил свой взгляд на Шлака, который все это время простоял молча рядом, и любезным тоном осведомился:

– Как здоровье твоей матушки, Шлак?

Демон широко распахнул глаза. Такого он не ожидал, но почти моментально взял себя в руки.

– Неплохо. Спасибо, что спросили, Лорд Риар.

– Не стоит так формально, – ласково улыбнулся тот. – Можешь называть меня просто по имени.

Такого приветливого приема он совсем не ожидал. Это даже лучше, чем предвкушение встречи с Сирой.

– Б… благодарю, Риар, – от возможности заполучить этого блистательного безумца дух захватывало.

– Что ж, – демон выпрямился. – Думаю, нам стоит присоединиться все-таки к моим гостям. На сегодняшний вечер я задумал великолепное развлечение. У меня сегодня высокие гости… и, думаю, я смогу угодить всем присутствующим.

Шлак не удержался от злорадного взгляда в сторону Сорина. Он не знал, чем именно провинился этот красавчик, но, судя по всему, его ошибка была весьма велика.

Ненавидящий ответный, острый как бритва, взгляд не пугал, просто… дарил наслаждение над поверженным противником. О-о-о, мать будет гордиться своим сыном. Такая удача. Шлак шагнул за Риаром, надменно вздернув подбородок, оставляя Сорина за спиной.

Едва демоны скрылись за дверями залы, как из теней у стены выскользнула гибкая женская фигура, и насмешливые черные глаза взглянули на Повелителя Зверей:

– Отличная игра, Лорд Сорин. Из вас получится отличный актер. А теперь идите. Вас ждет ваша следующая роль. Принцесса Вийя имеет свойство забывать тех, кого некоторое время не видит возле себя.

Демон лишь покорно кивнул, скрипнув зубами. Он зашагал прочь от тихого смеха Огненной Леди. Сорин прекрасно осознавал, что вернуть прежнее доверие будет непросто. И не менее прекрасно понимал, КТО именно подтолкнул его к этой глупости с Риаром. И, как истинный демон, собирался отомстить. Если для этого ему придется работать с соперницей за сердце Риара… так тому и быть.

– Готова ли она? – я смотрел на девушку.

– Готова, – тихий ответ Расии успокоил. Мой бес прекрасно знал, о чем говорил. Что ж… сегодня Сире предстоит отомстить за изменения в своей жизни и за то, что её чуть было не вынудили предать своего Императора. И теперь из наложницы она превращается в воина. За каких-то три-четыре дня реального измерения. Самар достоин награды, он отлично поработал. Конечно, Расия натаскивал девочку в моем личном замке в Безвременье, да я сам туда заглядывал выдохнуть. Однако расслабляться было нельзя ни в коем случае, иначе я мог потерять нить всего заговора и своих действий.

– Сира, – позвал я.

– Господин? – синие глаза смотрели без трепета. Все правильно, она заключила со мной Договор, но её преданность навсегда принадлежит Императору. Это правильно. Этого мы и добивались. Эта бесовка не предаст своего Сурана никогда. Красивая и очень опасная. Сегодня у неё последнее испытание. Экзамен. Она должна не просто убить. В её задачу входит казнь. А это намного сложнее, чем простое уничтожение врага или месть.

– Запомни, девочка, я вывел весь дурман из твоей крови, но в тебе слишком глубоко сидят остатки приказов и внушений. Ты должна их преодолеть.

Она медленно кивнула и шепнула:

– За Императора.

– Для Императора, – ласково поправил Расия.

Умница, он подобрал очень правильное слово. Действительно, ДЛЯ Императора. Она не может ничего делать ЗА Императора, он не так беспомощен или брезглив. Но ДЛЯ него и для Империи… Эта девочка сегодня должна превратиться в карающую длань Императора Сурана.

Я выдохнул, почувствовав за спиной присутствие Каины.

– Самое поганое – это ожидание, – пожаловалась мне Леди.

Я усмехнулся:

– Как всегда, моя дорогая… Как всегда. Но представь, как приятно будет вступить в представление, когда придет время. Это стоит ожидания.

Она усмехнулась. Демонесса выглядела ослепительно в своих черно-красных парадных одеждах Повелительницы Огня. Разрезы на платье были глубоковаты на взыскательный вкус, но не на теле этой красавицы, а уж как они обеспечивали подвижность… Диадема с огненно-красными рубинами, венчающая сложную прическу в противовес обычно распущенным волосам, была незнакома. И просто фонтанировала магией. Безумной и пугающей.

Каина уловила мой взгляд и коснулась кончиками пальцев, затянутых в шелк перчаток, сложной вязи металла:

– Нравится? Хилар и Риар вложили часть своей магии.

– Чувствуется работа Повелителей Металла, – заметил я, приглядываясь. – Скажи мне, милая, кто из них знаком с неким Лордом Дорианом?

– О, ты слышал об этом эстете? – мурлыкнула демонесса.

Я сдержано кивнул:

– Флейм с ним повстречался в Серебряном Лунаре, – рассеянно отозвался я.

– И что говорит твой сын? – вкрадчиво поинтересовалась она.

Я усмехнулся, глядя прямо ей в глаза:

– Что если Лорд Дориан не перестанет на него охотиться, как на дичь, кто-то может потерять своего резидента в Лунаре…

Каина звонко рассмеялась:

– О, Ян, если твоему сыну удастся обломать этого наглеца, я только пожму ему руку. Дориану давно нужно встряхнуть мозги. Он отличный демон и великолепный агент, но его страсть к красивым «вещам» иногда затмевает ему разум…

– Так он твой, – покачал я головой. Все же я думал больше на Хилара. Но Кай, как всегда, преподнесла сюрприз.

– Да, – задумчиво кивнула она. – Мой. В какой-то мере.

– Ты в курсе, что он связан с одним из кланов фей?

– Конечно. Этим, по сути, он и привлек меня тогда. Не своей же соблазнительной мордашкой.

– Мой господин, – голос Расии прервал нашу увлекательную беседу. – Похоже, начинается…

Шлак ощущал себя… великолепно. Просто замечательно. Недоуменно-растерянные взгляды тех, кто недавно злорадно хихикал по углам, глядя, как его вышвыривают из этого дома, быстро превращались в завистливые при виде того, как легок с ним в обхождении хозяин дома.

Обаяние Риара туманило разум. Риар. Сын Повелителя Земли перекатывал на языке это имя, как редкое лакомство. Беззвучно. С удовлетворением. Ему можно быть в какой-то мере благодарным Сорину, который сверлит его взглядом с другого конца бальной залы. Что ж, этот красавчик допустил ошибку и упустил такой приз, как Повелитель Ветра – теперь у Шлака есть все возможности занять место Повелителя Зверей и влиять на Риара, а соответственно, на политику клана Ветра. О, мама будет очень довольна его успехом. Ради этой возможности можно даже прекратить столь опасную связь с наложницей Императора, несмотря на то, как сладко было обладать столь запретным плодом. Но Сира казалась пресной заменой Риару, которого, впрочем, Шлак никогда не мог заполучить для своего удовольствия. До этого момента. Кажется, мама изобрела какое-то особое заклинание – усовершенствовав то, что было испытано на наложнице. Теперь вкупе с особым составом какого-то наркотика, можно было подчинить и демона такой силы, как Повелитель Ветра, несмотря на то, что он способен поглощать сущности и души своих противников. Если удастся проделать все это с Риаром… Шлак даже позволил себе зажмурится от удовольствия.

– Тебе настолько сильно нравится вино, Шлак? – предмет его мыслей внезапно оказался рядом, и взгляд его был слегка рассеян.

– Э… да, – мгновенно пришел в себя демон, приводя в порядок мысли. До того момента, как Риар будет в их руках, следовало вести себя более сдержано.

– Вино, которое ты пьешь, предоставлено из личных хранилищ Лорда Хилара. Первый Лорд был столь любезен, выделив его для моего приема.

– Так слухи не лгут? – заинтересовался Шлак. – Первый Лорд благоволит тебе?

Повелитель Ветра кивнул:

– Да. Мы… имели с ним личную беседу.

– О, мои поздравления.

– Благодарю, – Риар улыбался уже светло и почти ласково. Только у этого безумного демона эмоции скакали настолько быстро. – Думаю, тебе понравится тот факт, что он обещал прибыть на прием сам.

Шлак не смог скрыть своего ошеломления, всем известно, что подобные приглашения Первый Лорд предпочитал игнорировать. Неужели он действительно решил сменить свою Огненную Леди на Лорда Ветра? Невероятная удача!

В этот момент у парадных дверей залы появился церемониймейстер и звучным голосом объявил:

– Лорд Хилар, Повелитель Хаоса и Льда, Советник Его Величества Императора Сурана, правителя Темной Империи. Один из великой Четверки, подчиняющейся только Императору. Правитель Северных пределов Темной Империи.

Мгновенная тишина упала на зал, заставляя присутствующих потрясенно смотреть, как распахиваются тяжелые створки дверей и на пороге появляется в ледяном блеске великолепия Лордов Севера Первый Лорд Темной Империи. За его спиной тенями скользила охрана из трех демонов его личного отряда.

Риар заулыбался так, словно солнце засияло. И поспешил к своему гостю:

– Лорд Хилар…

– Риар, – глубокий темный голос Ледяного демона был… мягким. И подобное фамильярное обращение. – Рад видеть тебя.

– Моя кузина не соблаговолила посетить прием? – Повелитель Ветра укоризненно покачал головой.

– Каина в пути, – светловолосый демон небрежно окинул тугую косу, в которую были заплетены его волосы, за плечо. – Она должна была заехать в Императорский дворец за тем, что ты попросил… Его Императорское Величество был столь любезен, что отозвался на твою просьбу с благосклонностью.

Шлак чувствовал себя рыбой, вытащенной из воды. Впрочем, не он один. Похоже, только что высокое сообщество получило неопровержимые доказательства того, что Риар действительно попал в милость Императорского дворца… Но не на правах любовника Первого Лорда, а куда более сложным путем. Кузина…

Сын Повелителя Земли пытался взять себя в руки, этого он не знал. Как глава уничтоженного клана Огня, могла быть кузиной главы клана Ветра?! Точнее, КАК они с матерью могли упустить эту информацию, выданную только что небрежным замечанием Ледяного Лорда.

Всеблагая Бездна Изначальных! Император! Он-то каким образом в этом всем?! Шлак почти со священным ужасом взглянул на Риара. Неужели удача ТАК сильно улыбнулась ему?

– Лорд Хилар, – Повелитель Ветра обернулся, кивая Шлаку. – Позвольте вам представить моего неплохого знакомого – Шлак, сын Повелителя Земли Лорда Адриана и внук Лорда Нервуса. У нас с ним есть один общий интерес.

Серебристо-призрачные глаза взглянули на демона, и тот почувствовал, как ледяная дрожь ужаса вперемежку с восторгом прошлась по позвоночнику. Поговаривали, что Первый Лорд наполовину инкуб. Сейчас Шлак верил этим слухам.

– Я имею честь быть знакомым с вашим дедом и… братом – Наследником Эндимионом, – не голос, сталь, обернутая бархатом ножен, готовых в любой момент соскочить с лезвия.

Шлака буквально встряхнуло от имени младшего брата. Этот ублюдок уже успел?!..

– Первый Лорд, – склонился он в поклоне. – Счастлив знакомству с вами…

– Не могу ответить тем же, – вот теперь Шлак услышал тонкую нить брезгливости, почти незаметно вплетенную в тон голоса. И это привело его в настоящее оцепенение. Безумное желание угодить этому существу в ледяном панцире, растопить его сердце пропитало каждую клетку его тела, однако голос разума твердил о том, что нужно бежать, и бежать как можно дальше. Но ноги словно вросли в пол. А в зале вновь наступила тишина, давящая… полная предчувствия крови.

Голос церемониймейстера звучал, словно издали, пробиваясь сквозь туман, сгустившийся вокруг Шлака:

– Леди Каина, Повелительница Ветра и Огня, Защита Его Величества Императора Сурана, правителя Темной Империи. Одна из великой Четверки, подчиняющейся только Императору. Правительница Южных пределов Темной Империи.

И чуть с задержкой:

– Наследник клана Повелителей Земли – Эндимион.

– Хилар, Риар, – женский голос разнесся по залу, преувеличено радостный и возбужденный. – Я ничего не пропустила?

– Что ты, дорогая кузина, – голос Риара заставил Шлака оторваться от призрачных ледяных глаз Первого Лорда. – Ждали только тебя и твою спутницу… Шлак, друг мой взгляни, кого любезно прислал Его Императорское Величество Суран ко мне на праздник.

Тот триумф, что до сих пор испытывал Шлак, стал насмешкой и преддверием того леденящего душу ужаса, что испытал демон, увидев за спиной Огненной Леди точеные черты лица… Сиры.

Золотистые пряди волос, выбившиеся из прически Лорда Ветра, когда он склонился к своему гостю, мазнули демона по щеке. Горячий шепот коснулся уха:

– Шлак, дорогой мой, неужели ты думаешь, что Император Суран простит тебе и твоей матери тот факт, что вы спутались с Кровавым кланом? И, главное, закроет глаза на использование ЕГО собственной наложницы? Ты зарвался, Шлак.

Хотелось заорать от ужаса, когда Сира вышла из-за спины демонессы и… улыбнулась. Она была совсем иной, чем помнил Шлак. Та Сира была мягкой и нежной, красивой, хрупкой… и очень страстной. Эта же Сира напоминала гибкое лезвие одушевленной сабли.

– Вы как-то побледнели, милейший Шлак? – ласковый голос Леди Каины в полной тишине почти оглушил его. Все присутствующие уже понимали, что происходит что-то из ряда вон выходящее. И та зависть, что испытывали присутствующие еще буквально несколько минут назад по отношению к Шлаку, мгновенно испарилась. Сейчас это чувство скорее напоминало злорадство, вперемешку с любопытством. Каждый полагал, что сам бы ни за что не попал бы в такую явную ловушку, продемонстрированную Повелителем Ветра.

Риар выпрямился, скрестил руки на груди и внезапно перестал выглядеть как расслабленный прожигатель своего состояния. Перед присутствующими стоял Лорд. Повелитель своего клана.

– Виконт Шлак, по слову моего Императора. По обвинению в измене Темной Империи, за связь с Кланом Крови, за покушение на честь Императора и связь с Императорской наложницей, за предательство своего клана по слову его Наследника Эндмиона и Ненаследного Лорда Адриана, вам отказано в клановой защите. Вы признаетесь виновными по всем пунктам и лишены всех титулов и прав.

– Да будет так, – подал голос наследник Эндимион.

Шлак затравленно смотрел на окружающих его демонов. Только что он был признан… никем. По статусу ниже бесов. Грязь под ногами.

Он с ненавистью уставился на брата, которого видел впервые спустя столько лет.

– Это ТЫ-Ы-Ы-Ы!..

Но фиалковые безмятежные глаза глядели спокойно. Для них уже не существовало позора клана, когда-то названного Шлаком.

– Ты умрешь от руки Императорской наложницы немедленно, – спокойно сообщила Огненная Леди. – По приказу Его Императорского Величества Сурана.

Шлак с ужасом смотрит на приближающуюся хрупкую фигуру, уверенно удерживающую в руках ритуальный меч палачей.

Ему хочется кричать, что все это неправильно, что ему нужно сохранить жизнь хотя бы для того, чтобы Императорские дознатчики могли узнать все о его связях с кланом Крови… он бы сумел их убедить, что во всем виноваты его мать и отец… он бы…

На пальцах Риара ослепительно сверкают перстни… в них вставлены камни, поглощающие душу. Шлак видел пару раз, как Повелитель Ветра выпивал души своих противников. Сейчас его холодная улыбка была такой же предвкушающей. Как у акулы, почуявшей кровь.

Демон содрогается всем телом.

– Последуй за свой матерью и предателями клана и Империи, – звонкий голос бесовки колокольчиками пересыпается по замершей зале. Демоны, застыв на месте, стараются даже не дышать, наблюдая за разворачивающейся драмой. Шлак понял это послание… Его мать мертва… скорее всего, она была мертва уже тогда, когда он ответил на приглашение Повелителя Ветра.

Я развернулся и зашагал прочь, когда первые капли крови упали на узорчатые полы бальной залы. Сира справилась. И приказ Императора был выполнен… осталось донести до общественности факт уничтожения части клана Земли. И усыпить бдительность лунарской принцессы – Вийи. Следовало приступать ко второму акту этой опасной пьесы.

Расия остался за моей спиной… ему нужно было еще вернуть Сиру во дворец. А Хилар с Каиной пока останутся. Риару не остановить прием из-за такого пустяка, как казнь предателя Империи. Это лишь представление для гостей, с завуалированным предупреждением остальным. Пикантная изюминка бала… Что ж… карты открыты. Начинаем блеф.

Трое демонов остановились перед резными воротами одного из самых элитных борделей Серебряного Лунара.

Переглянулись, и старший, беловолосый и рогатый, решительно шагнул вперед.

Двери бесшумно открылись, и бестелесный голос прошептал:

– Вас ожидают.

– О, – прошептал Рамил. – Какое интересное заклинание. Интересно, одушевленное?

– Маньяк, – фыркнул Гарсиа в его сторону. – Но у тебя есть повод пообщаться с хозяином.

Грейв спокойно поинтересовался у пустого пространства:

– А где нас ожидают и как туда пройти?

Все тот же бестелесный голос равнодушно сообщил:

– Вас проводят.

И тут же рядом с гостями появился гибкий юноша в полупрозрачных одеяниях.

Он низко поклонился гостям, которые с любопытством рассматривали его. Яркие пряди волос, словно перья экзотической птицы из тропических лесов. Смуглая, но не такая темная как у лунарцев, кожа. Черные маслины глаз. Влажные, зовущие губы. Грейв шевельнул пальцами, привлекая внимание Рамила. Тот только едва заметно кивнул. Этому юному с виду созданию было не меньше пяти тысяч лет. А выглядел так, словно еще и двухсот не исполнилось.

Похоже, слухи об эксклюзивности товара в этом доме слухами не были.

– Следуйте за мной, – мягко предложил бес. – Господа отдыхают, но вас ожидают.

– Весьма приятно это слышать, – ухмыльнулся Гарсиа. – А откуда ты такой красивый?

Тот слегка удивленно поднял взгляд на демона, глаза на какое-то мгновение задержались на лисьих ушках, и снова бес поклонился:

– Я создан в лабораториях лорда Януса, пять лет назад. Мое назначение – наложник. Если вы захотите меня для компании, вам стоит только сказать господам.

– Пять лет назад?! – ахнул Рамил. – Так слухи не лгут?! В империи могут создавать бесов?! Без приручения диких особей?!

Бес склонил голову еще ниже:

– Так было изначально, господин.

– Грейв! – Рамил решительно развернулся в сторону друга. – Хочу в империю!

Грейв усмехнулся, хотя было видно, что он тоже слегка ошарашен.

– Посмотрим. Забыл? У нас еще есть дело.

Рамил скривил губы в разочаровании:

– Не удивлюсь, что простой быт империи, может оказаться намного интереснее и полезнее, чем необходимость сильфов. Подумать только – созданные бесы.

– В этом есть свои плюсы, – раздался спокойный голос у них за спинами, – А также большие минусы.

Все трое развернулись, и Рамил улыбнулся. Грейв только подавил дрожь удивление в пальцах. Он у друга такой улыбки не видел никогда.

– Кэлмор.

– Рад приветствовать, – тот склонился в изысканном поклоне, больше похожим на придворный. – В нашем скромном жилище.

– Ваш бес сказал, что вы отдыхаете.

Рыжеволосый демон взглянул на беса и кивнул:

– Он не врал. Они вообще не могут врать. Такова суть, которая в них вкладывается. Зато они в совершенстве овладели искусством умалчивания и искажения. Можно ведь так построить фразу, что и вроде не соврал ни на грамм, а то, что тебя неправильно поняли, это скорее вина самого собеседника…

– Он что-то исказил? – удивился Гарсиа.

Молодой демон мягко улыбнулся:

– Думаю, нет. Но господин Рамил так сильно восторгался созданными бесами, что я счел себя возможным пояснить кое-что.

– Может, мы все же тогда встретимся с господином Дорианом, – заметил Грейв, снисходительно разглядывая полугарпию. – И поговорим уже в его компании?

– Думаю да, – кивнул Кэлмор и взмахом руки отпустил беса. – Иди. У тебя кажется, были иные дела.

Тот поклонился и буквально растворился в коридорах дома.

– Теперь вы будете нашим проводником? – спросил Рамил, с интересом разглядывая юношу. Тот оказался одет в различные оттенки зеленого, создавая некую иллюзию. Словно дриада стояла перед ними, только вот рыжие волосы выдавали его демоническое происхождение.

– Очаровательно выглядишь, – сделал комплимент Рамил.

Тот кинул на него нечитаемый взгляд, словно сомневаясь в том, что демон может отвечать за свои слова.

– Следуйте за мной.

Гарсиа уже ему в спину с легким удивлением заметил:

– Рамил редко делает комплименты. Ты хотя бы «спасибо» сказал…

Тот дернул плечом, не оглядываясь и буркнул:

– Благодарю за комплимент.

И открыл какую-то неприметную дверь. Пара секунд тишины и непонятной напряженной спины их добровольного проводника. А затем искрений взрыв мужского хохота.

– Кэл! Ты очарователен! Ты таки проиграл спор крылатому кошмару нашей оранжереи?!

– Вы сговорились, – заметил Кэлмор.

– Ну не то что бы…

Грейв и Гарсиа насторожились, узнав голос Змея.

– Сговорились, – обреченно утвердил рыжеволосый демон.

– Он так увлекательно убеждал, что зеленый шелк подойдет тебе идеально… я не смог удержаться!

– Я ненавижу зеленый! – простонал Кэлмор. – После тех джунглей!.. С зелеными змеями-женщинами! Холодными и чешуйчатыми! Это жестко, наставник!

– В том и суть, – хмыкнул голос – А чего это ты на пороге застрял?

– А у нас гости, – максимально невинно отозвался Кэлмор и отступил на шаг, открывая обзор гостям на помещение.

Это оказалась не слишком большая, уютная зала, с мягкими золотистыми коврами, длинный ворс которых был усыпан небольшими, шоколадного цвета подушками и валиками. Стены были затянуты кремовым шелком и очень светлый потолок. Посреди этого великолепия замер, совершено домашний Змей. Легкие брюки светлого цвета, держащиеся на бедрах на каких-то хлипких завязках. Светло-коричневая рубашка с распущенной у горла шнуровкой. Босые ноги, волосы, собранные в простой легкий хвост…

Грейв прищурился, чувствуя как рот наполняется слюной. Змей выглядел, как… карамель. Так же вкусно и привлекательно. Демон скосил взгляд и ухмыльнулся, обнаружив, что младший брат глаз оторвать не может от зрелища.

Сладкие губы, которые так и хотелось поцеловать, приоткрылись и… грязное ругательство прозвучало неожиданно возбуждающе. Грейв подумал, что за те тридцать с лишним тысяч лет, которые он прожил на свете, он научился держать себя в руках идеально, не прикладывая усилий, но почему-то именно в этот момент, пришлось натягивать все цепи, удерживающие внутреннюю тьму, которая готова была наброситься и поглотить этого гибкого сладкого демона целиком.

Они смогли сдержаться, все трое. И даже хозяева дома, смогли проявить настоящую железную выдержку. Все четверо были по настоящему напряжены и возбуждены. Словно начался какой-то особый гон, специально для демонов воплощенный в жизнь.

Но дело… оно было слишком важным для гостей. И пока они насыщались под внимательными взглядами двух повелителей Металла, Грейв убедился – все не так просто как кажется на первый взгляд.

– Я бы хотел понять, для чего вам камни из венца? – наконец произнес Дориан. И Рамил отложил в сторону вилку, впрочем, как и Грейв. Только Гарсиа продолжал наслаждался десертом, медленно погружая маленькую ложечку в рот и смакуя вкус воздушной сладости, которую подали в качестве десерта. Змей отвёл тяжелый немигающий змеиный взгляд от его губ, и посмотрел на Грейва… точно в глаза…

– Зачем эта информация обычному контрабандисту? – небрежно осведомился демон из дальних земель.

– Затем, что вы плохо понимаете, кто такой лорд Ветра Риар, который ими сейчас владеет. Я не собираюсь совать свою голову в логово сумасшедшего лорда, который может, и будет иметь неоспоримое, кстати, право превратить меня в кучу красивых кровавых лент, из которых он сможет создать что-то высокохудожественное. Вкус конечно у него отменный, но это предполагает мою смерть, в лучшем случае. В худшем мы с Кэлмором окажемся обречены на довольно долгое и мучительное угасание.

– Неужели он настолько опасен?

– На данный момент, если судить по свежим сообщениям из Империи, лорд Риар – приближенное к трону лицо. Кажется, им заинтересовался лорд Хилар – тень его величества Сурана, – вместо наставника ответил Кэлмор. – Поговаривают о том, что тот даже может забросить свою великую любовь – леди Каину, повелительницу Огня и хранительницу Пустыни. Кроме того, она является кузиной лорду Ветра, так как её мать была выходцем из этого клана. Империя ожидает великого противостояния между Риаром и Каиной. Вряд ли последняя откажется от своего ледяного возлюбленного…

– Почему же? – полюбопытствовал Грейв.

Кэлмор пожал плечами:

– Лорд Хилар наполовину инкуб. От такого сложно отказаться.

Дориан вмешался в разговор:

– В любом случае, лорд Риар – это действительно опасная и непредсказуемая единица. И он вполне успешно пользуется камнями, иначе бы не ходили слухи, что он собирает души своих врагов в коллекцию…

Грейв откровенно ухмыльнулся:

– Он мне уже нравиться.

– Ты уклоняешься от ответа, – заметил Змей, легкомысленно улыбаясь.

Рогатый демон прикрыл на мгновение глаза, взвешивая все, что успел узнать о Дориане и Кэлморе, и что уже знает о венце Ветра.

– Хорошо, – внезапно решил он. – Если я скажу, что нам нужны даже не камни, а сильфы, которые эти камни могут создавать?

– Я спрошу, зачем? – пожал плечами Дориан.

Грейв вздохнул и достал из-за пазухи небольшой сверток.

– Легче показать, чем долго объяснять.

Дориан, повелитель Металла и наследник клана, смотрел на уменьшенные останки, заключенные в янтарного цвета камень. Грейв объяснил, что это особая смола, которой можно залить что угодно, а через некоторое время она застывает, сохраняя предмет или существо в себе в нетронутом и нетленном состоянии. Останки… Твари.

Грейв и Рамил рассказали, что эти существа прорываются откуда-то из под земли, нападая на одиночек, путников или небольшие семьи, которые предпочитают отшельническую жизнь.

Это означало одно… Он обязан был связаться с Каиной.

Они с Кэлмором успешно раскопали здесь в Лунаре информацию о клане Крови, но похоже, что в дальних землях ситуация намного хуже. Твари. Это значит, что Трещина есть не только здесь. Теперь она и в другом месте. Сколько Тварям пришлось прорываться сквозь землю и магию мира, чтобы достичь точки выхода в дальних землях?!

Очень долго – это несомненно. И все это время никому не приходила такая мысль в голову? Кажется, Дориан начал лучше понимать своего нового императора. Императрицу Юрию за подобное попустительство следовало лишать жизни мучительно и долго.

Ни он, ни Кэлмор не стали рассказывать своим гостям, что именно грозит их земле.

Демон осмысливал дальше.

Оказывается именно Рамил нашел изображение Твари в древних свитках. И упоминание сильфов, в качестве борьбы с ними. Они смогли связаться с истинным народом, но… все оказалось не так просто. И тогда они начали искать дальше, и обнаружили, что сильфы должны быть не простыми… А созданными камнями «Поглотителями души». Именно такие сильфы противостояли в свое время в войне с Изначальными.

Дориан молчал, он уже знал от госпожи Каины, что вслед за тварями идет Изначальный. Всегда.

Грейв закончил свой рассказ. Дориан молчал, молчал и Кэлмор.

Наконец, Змей поднял потяжелевший взгляд.

– Нужно подумать.

– Наше время не безгранично, – заметил тихо Рамил.

– Нам нужно не более недели, – отрезал Дориан. – Я кое-что должен узнать из другого источника.

Все трое помолчали и, наконец, тишину нарушил Гарсиа:

– Господа, а мы можем заночевать сегодня у вас? Гостиница выглядит после вашего гостеприимства не слишком привлекательно.

Дориан пристально взглянул на демона, вспоминая приятную прогулку, которую совершил в его обществе… и внезапно улыбнулся:

– Конечно, я дам распоряжения слугам.

Рамил встрепенулся:

– Господин Кэлмор?

Тот насмешливо на него покосился:

– Вы хотите посмотреть библиотеку?

– Не откажусь, – алхимик смотрел прямо в глаза рыжеволосому демону. – И еще с удовольствием осмотрел бы ваши апартаменты. Там наверняка много интересного.

– Нахал, – хмыкнул Кэлмор и обернулся к Дориану. Тот внезапно кивнул, разрешая. Ему нравился этот демон из далекой песочной страны. Он очень хорошо подходил Кэлмору. Прямо сказать – идеально. Как наставник, повелитель Металла это хорошо видел. И был весьма доволен.

– Что ж, господин Рамил, – поднялся на ноги полугарпия. – Идемте, покажу вам… библиотеку.

История шестая

Танец во льду

1

Она улыбалась краешком губ – все-таки зря посчитала, что на приеме у Лорда Ветра может быть скучно. Но, надо отдать ему должное, он смог её удивить.

– Сорин, – чуть склонила принцесса Вийя голову к демону. – Ты знал, что мы увидим такое интересное представление?

– Я знал, что Риар что-то задумал, – покачал головой тот. – Но что именно… Он отдалился от меня. И я теперь… – он запнулся, но все же закончил. – В немилости. Мои предположения не заходили так далеко. Я скорее подозревал, что санкции будут в мою сторону…

– Ох, дорогой, – она сочувственно коснулась его руки кончиками пальцев. – Прости, это мой совет испортил ваши отношения…

– Моя леди, – Повелитель Зверей схватил её ладонь и приник в поцелуе к тыльной стороне её запястья. – Это ни в коем случае не ваша вина. Поверьте! Риар безумен, и рано или поздно он нашел бы причину разорвать нашу дружбу. Он с каждым годом становится все недоверчивее и недоверчивее… Думаю, его связь с Лордом Хиларом и Леди Каиной долго не продлится…

– Неужели с обоими? – она искренне удивилась, следя взглядом за хозяином бала и не отбирая руки у Сорина. Своих почитателей и марионеток следовало иногда радовать.

– Да… тут слухи несколько неточны, – брюнет проследил взгляд принцессы. – Но я тоже не могу сказать многого… просто я чуть лучше, чем остальные, знаю Риара.

– Этот Шлак тоже так думал, судя по его весьма удивленному виду, – не удержалась от шпильки демонесса.

Сорин побледнел и тихо произнес:

– Вы правы… я такого точно не ожидал… Риар высоко взлетел, хотя поговаривают, что Император всегда благоволил клану Ветра из-за своего наставника.

Вийя спрятала улыбку за веером. Что ж… Похоже, он её со всеми потрохами. Он еще мог пригодиться… что касается казни Шлака, состоявшейся буквально полчаса назад… похоже, план сработал, и Император со своими ищейками таки пошли по следу приманки, им подброшенной. Пока они разберутся с тем, что Шлак – не основное звено в цепи, пока доберутся до его матери и вгрызутся в клан Земли… Им некогда будет смотреть по сторонам, и странности Академии уйдут на второй план. Нужен-то всего месяц… именно такой срок дали ректору Соарену. Через месяц преобразование закончится. И этот пункт договора с Изначальными будет реализован.

И все же… полностью рвать с кланом Земли не стоит. Никто из аналитиков при разработке плана не брал в расчет исчезнувшего младшего сына Адриана. Брат Шлака оказался… неучтенным фактором. Кроме того, оказалось, что он связан с Соареном узами наставничества. Наследника Эндимиона следовало… отвлечь.

Вийя решительно захлопнула веер и взглянула на Сорина, витающего где-то в своих мыслях:

– Сорин… вы знакомы с Наследником клана Земли?

– Да, леди, – синие глаза взглянули с тоской. Демон видел заинтересованность прекрасной лунарки.

– О, не стоит так переживать, Сорин, милый, – она слегка хлопнула веером по его руке. – Я всего лишь хочу быть в курсе политических изменений в Империи…

Повелитель Зверей поклонился:

– Я представлю вас.

Риар смотрел, как Сорин лавирует между гостями в сторону Эндимиона… Похоже, принцесса заглотила наживку. Император будет доволен. Повелитель Ветра улыбнулся и взглянул на Каину, стоящую рядом:

– Кажется, представление гостям пришлось по вкусу.

Демонесса хищно улыбнулась:

– О, их глаза видели только шоу… Представляешь, ЧТО они почувствуют, когда завтра начнет распространяться весть о том, что клан Земли в немилости? И это при том, что сегодня они видят Наследника клана, к которому вроде бы благоволит Император.

– Выдержит ли милашка Эндимион? – невинный такой вопрос, но сколько в нем подтекста.

Любой, кто мог бы подслушать разговор, наутро посчитал бы, что это такое изощренное оскорбление Наследника клана Земли – кому как не демонам знать тот факт, что сегодня ты в чести, а завтра твоя кровь смешана с грязью у сапог бывшего благодетеля.

– Посмотрим, дорогой кузен, посмотрим.

И Риар и Каина знали, что Янус видит в Эндимионе определенные таланты, и возлагает на него существенную ответственность за свой план. Это проверка и… проверка. Мальчик должен доказать, что достоин доверия Императора и Лордов. Что знает не только свое место, но и то, что Империя – это не только Император. Если он не справится… что ж, у Лорда Януса есть запасной план, однако… лучше бы справился. Иначе Лорду Нервусу придется заново выстраивать и поднимать ВЕСЬ свой клан. Императору это не нужно. Но и гниль давно пора вычистить. Риар мечтательно улыбнулся. Неужели начинает сбываться то, о чем он так давно мечтал? Новый Император в противовес своей матери явно был заинтересован не просто во власти над Империей, а в самой Империи. То, что он был моложе самого Риара, роли не играло. Точнее, играло незначительную роль. Через сто лет Император Суран вступит в полную силу… И это при том, что уже сейчас мало кто понимает, что ими правит, по сути, мальчишка, не достигший двухсотлетия. А значит, и не познавший своего наследия в полной мере. Что он и его столь же молодые Лорды творят сейчас… и что будет, когда их сила достигнет своего пика? Повелитель Ветра намеревался дожить до этого момента и быть рядом со своим Императором, чтобы увидеть этот триумф.

Для этого демон положит все свои силы. И никакие клан Крови и Изначальные не помешают ему.

– У тебя весьма интересное выражение лица, – тихо заметила Каина, до сих пор стоявшая рядом. – О чем думаешь, кузен?

– О будущем, кузина. О будущем, – он встряхнулся, сбрасывая тяжелые мысли, и весело взглянул на Огненную Леди. – Госпожа, не соизволите ли вы принять приглашение на танец?

– Вы так любезно приглашаете, дорогой кузен, – кокетливо улыбнулась демонесса, всем видом показывая какая она пай-девочка, – что невозможно отказать…

Тихий смех Лорда Хилара прошуршал у них за спиной:

– Идите, танцуйте… а то на нас уже оглядываются.

– Ох, Лорд, – отозвался Риар. – Они просто считают, что мы вот-вот отбросим все приличия и начнем заниматься безудержным сексом втроем…

Первый Лорд окинул его ТАКИМ взглядом, что демон прикусил кончик языка, проклиная себя за несдержанность. Вид крови все же слишком сильно его отвлек и расслабил. Но внезапно в серебристо-призрачных глазах мелькнул какой-то огонек… и красивые губы Лорда Хилара буквально исказила странная улыбка.

– Кай… солнышко, покажи Лорду Риару, что танец – это вертикальное изложение горизонтальных желаний…

– Конечно, любимый, – проворковала Леди Каина таким голосом, что Риару стало жарко. С ума сойти на месте, Первый Лорд… флиртует?! Похоже, он не прогадал, сменив Сорина на этих двоих… Скучно ему точно не будет.

Эндимион галантно вел свою даму в круге танца, разглядывая точеное лицо. Темнокожая лунарка интриговала. Ему самому будет нетрудно увлечься. Требовалось только сохранить ясную голову. Демонесса была ослепительна в своей почти детской красоте. Наследник Земли оценил то, что, оказывается, приманивало к ней поклонников, как мух на мед. И они увязали лапами по самое брюхо, не в состоянии покинуть сладкую смерть. Принцесса Вийя излучала ауру невинности, детской непосредственности и любопытства. Привыкшие к окружению роковых красавиц, демоны падали к ногам принцессы по мановению маленького пальчика, потому что лунарка представляла из себя уникальную смесь настоящей прирожденной демонессы и детской наивности. И при этом в ней не чувствовалось фальши. На темнокожем лице почти дико и так ярко смотрелись прозрачно голубые глаза, напоминающие тихую гладь озера где-то в чаще чистого и нетронутого леса. Волосы, имеющие странный оттенок золота, не свойственный лунарцам, но признанный королевским цветом, волнами обрамляли круглое личико. Эндимион видел изображения королевы Электры. Принцесса Вийя была её точной копией, только без той хищной грации, присутствующей в королеве.

Наследник понимал, что уже попал под очарование принцессы. Однако в отличие от основной части её поклонников, он прекрасно понимал, с кем имеет дело. Принцесса была опасна. И чтобы играть роль влюбленного, ему придется по-настоящему влюбиться. Эту истину демон выучил в мире смертных. Удивительные существа… короткая жизнь и такая насыщенная… яркая… чем-то они были схожи с демонами. Однако Эндимион предпочитал считать людей чем-то вроде бабочек. Красивые, в целом, чем-то полезные, хотя и не всегда понятно чем, и очень мимолетные. Если оборвать им крылья, мерзкие и на вид и по ощущениям… но такие яркие в своей крылатой форме. Очень яркие. Эндимион принял решение. Принцесса Вийя такая же бабочка, и Император Суран собирается руками своего вассала оборвать её яркие крылышки. Что не мешает самому юноше насладиться её красотой, пока она еще прекрасна.

– Вы странно смотрите на меня, Наследник Эндимион… – длинные ресницы трепетали, прикрывая глубокую пропасть в её взгляде.

– Зовите меня просто Эндимионом, прекрасная леди.

– Может тогда – Энди? – она тихо рассмеялась, но резко осеклась, увидев его неодобрительно поджавшиеся губы. Такой реакции она еще не встречала. Обычно мужчины соглашались или шутили с ней по этому поводу, но реагировать вот так…

– Простите, моя леди, если ввел вас в заблуждение, – прохладно заметил демон, уверенно ведя в танце. – Просто обращение «Наследник» кажется мне несколько… тяжеловесным. Поэтому я решил осмелиться на предложение сократить мое наименование. Но если вы восприняли это как предложение, которое я могу счесть неподобающим по отношению к даме, которой меня представили всего полчаса назад, не могли бы вы забыть о том, что я это предложил?

– О, – демонесса на какое-то мгновение растерялась, но быстро взяла себя в руки. – Простите, Эндимион, за неправильно понятое предложение. Я с удовольствием принимаю его и прошу об ответной услуге. Зовите меня Вийей.

Никто еще не удостаивался так быстро получить подобное право от лунарской принцессы.

– Благодарю вас, Вийя, – он ловко увел её от столкновения с какой-то неуклюжей парой и закружил, выводя из внутреннего круга танца во внешний. – Я понимаю, что с вашей красотой и необычной внешностью для Империи слишком многие предлагают вам более личное обращение с нескромными намерениями.

– Вы… так странно рассуждаете, Эндимион, – девушка подобрала, наконец, слова к выражению своего недоумения.

– О, я довольно много времени провел в мирах смертных и, так как вернулся недавно, еще не успел восстановить восприятие Империи и своего мира, – пояснил он и успел заметить, каким жарким интересом на какое-то мгновение вспыхнули глаза принцессы. И сумел скрыть свое торжество. Зацепил! Погруженная в интриги лунарка на самом деле интересовалась самым запретным развлечением… но не среди демонов, а в загадочных мирах, куда обычно добропорядочные демонессы высшей иерархии считают ниже своего достоинства вообще заглядывать. А в принцессе горело любопытство таких огромных размеров, что Эндимиону оставалось только подсекать свою рыбку. Хищную, опасную, готовую проглотить его самого и не подавиться, но демон не мог упустить такой шанс и такую… азартную игру. Он так скучал в мире смертных именно по играм.

Юноша почти с нежностью взглянул на свою партнершу по танцам, которая давала ему возможность, наконец, снова быть самим собой – демоном.

В ответном взгляде мелькнула растерянность. Похоже, он сумел озадачить лунарку еще больше. Это хорошо…

– Неужели Лорд Риар наконец решил почтить собственный бал танцем? – принцесса взглянула поверх плеча Эндимиона, прерывая этот странный обмен взглядами.

Имперец с удовольствием оглянулся. Повелитель Ветра весьма вовремя решил войти в круг танцоров, позволяя принцессе взять себя в руки и немного прийти в себя. Да и Эндимиону требовалось время на обдумывание следующего шага в общении с принцессой.

– Я видел ваш танец с Лордом Янусом тогда… на балу, когда вы дразнили кринитов, – шепнул Риар своей даме.

Каина улыбнулась:

– Такое ощущение, что это было вечность назад. Не волнуйся, кузен, я не заставлю тебя танцевать танго… этот танец уже принадлежит другому.

– Счастливчик Первый Лорд, – вздохнул Повелитель Ветра. – А мне достается скучный вальс…

– Ты Янусу это не скажи, – хмыкнула Огненная Леди, – скучный вальс… скажешь тоже. То, что тебя ему обучали дилетанты, не понимающие в танце ни грамма – вот о чем говорит только что сказанное тобой. Запомни, вальс – один из самых неприличных танцев, которые я знаю, который при этом прикрывается красивой чопорностью ритма. Танго – это борьба двух, а в идеале трех начал. Вальс – это скорее секс по обоюдному согласию.

Риар ошарашено взглянул на Каину:

– ТАК мне о вальсе действительно не рассказывал учитель…

Она тихо рассмеялась и внезапно крепко прижалась к нему бедрами. Зеленые глаза распахнулись в шоке, когда сильная рука Леди подтолкнула его ладонь, чтобы он крепче обхватил её за талию, буквально притискивая демонессу к себе.

Краем сознания Повелитель Ветра успел уловить, как незаметно сменилась музыка, убыстряясь.

– Первый круг поведу я, – выдохнула Леди. – Если поймешь, подхватывай.

О… он успел понять до того, как они закончили первый круг. Чопорный вальс?! Да никогда в жизни он так больше не скажет. Музыка и вихрь движений. Жар от тела партнерши. Невероятное возбуждение от переплетения их ног, четкости и выверенности движений. Второй круг вел уже Риар, то сжимая демонессу в объятиях, то почти отталкивая и сразу же прижимая в кружении. Ускоряясь, а потом внезапно замирая по велению музыки. Он не видел, как в его глазах заворачиваются золотые вихри, вспыхивает искрами безумие, всегда просыпающееся от запаха крови, а сейчас вздымающееся внутри всего лишь от движений бедер партнерши по танцу. Всего лишь вальс.

– Запомни, – жаркий шепот обжигал ухо. – Хорошенько запомни, Риар. Вальс, настоящий вальс – это танец демонов. Наш танец. Он не может быть скучным, если знаешь правду.

– Да, – он не выдержал и словил её губы своими, погружаясь в сладкую истому. Это было лучше, чем кровь. Сильнее, чем выпитая душа.

Она рассмеялась ему в губы, кусая острыми зубами, и демон почуял острый металлический привкус собственной крови. Это опьянило и одновременно навело порядок в сознании. Они замерли посреди залы. И тишина окружила их коконом почти священного ужаса.

Риар поднял голову и встретился с призрачными ледяными глазами. Хилар улыбался. И Повелитель Ветра понял, что сейчас, вот прямо сейчас, он окончательно пропал. Эти двое не выпустят его из своих рук. После этого безумного вальса он их. Полностью. И душой и телом. Но, кажется… он не против. Эта парочка способна сделать его… завершенным.

2

Тоска, тоска…

Рвет душу и скулит,

Как пес.

И я смеюсь безумно,

Как демон проигравший.

Тоска, тоска…

Я ненавижу

Быть после, как и перед,

Такие не взлетают

К небесам.

Тоска, тоска…

Я никогда не проиграю

Тебе и боли.

Я жив.

И буду жить как победитель,

Пусть и проигравший.

Поверх раскрытой книги легла темная тень. Ректор поднял глаза.

– Энди? Слышал о приеме у Лорда Ветра. Насыщенный выдался вечер?

– Не то слово, – кивнул тот, его глаза застыли непроницаемыми аметистами. – Страдаешь?

– Скорее, релаксирую, – пожал плечами Соарен. – Ты уже познакомился с Вийей?

– О да, – протянул юноша. – Но мы о ней говорить не будем.

– Зря… ты ведь понимаешь, что должен искренне влюбиться в неё? Она, как и её мать, мастер чувств и разума…

– Я уже почти влюблен. Она стоит того, – отозвался Эндимион и… опустился на колени рядом с креслом Соарена, прижимаясь щекой к тыльной стороне ладони ректора. – Но согреть я бы хотел не её. Рен… ты понимаешь, что ты ЕДИНСТВЕННЫЙ, кому я верю?!

Молчание. Потом тихий вопрос:

– Ты… любишь меня?

– Не в этом смысле, – Наследник Земли прикрыл глаза. – Ты… словно мой отец. Я помню, как сожалел, что ты не он… Или… может, как старший брат.

– Я твой наставник, – отозвался ректор. – Твои чувства понятны мне, но… ты мечтатель, Эндимион.

– Да, я знаю, Рен, – юноша сильнее прижал к щеке прохладную ладонь демона. – Но почему-то тебе тепло именно со мной.

Глубокие, почти бездонные глаза затенились ресницами.

– Я думал об этом. И о том, что ты рассказал мне о «Вечном Сне». У меня появилась теория… Думаю, Лорду Янусу будет интересно узнать её.

– И какая?

– Ты… слишком жаждешь согреть меня и этим заинтересовал ТОТ мир… Твои чувства ярки и направлены на меня. И ты совершенно ничего не испытываешь по отношению к миру, который сделал это со мной…

– К чему ты ведешь? – Эндимион поднял голову, каким-то шестым чувством чувствуя что-то жуткое за простотой слов Соарена.

– Надо поговорить с Первым Лордом, – внезапно перескочил ректор. Наследник Земли уже начал привыкать к таким резким скачкам мыслей, словно Соарен мыслил с невероятной даже для демона скоростью. Угадать его мысль – это превратилось в увлекательную игру.

– Его специфика Лорда Хаоса и Льда тебе вряд ли поможет. Твой лед несколько иного свойства.

– Мир льда… заинтересовался им, – тихий и страшный ответ.

Эндимион отстранился и поднялся на ноги. Он ощущал взгляд Соарена покалыванием снежинок на коже. Теперь взгляд его наставника уже можно было почувствовать… почти как физическое прикосновение.

– Я сделал определенные выводы, Энди, – голос ректора звучал отстраненно. – Я анализировал…

– Заткнись! – яростно вспыхнул Эндимион. – Просто заткнись! Анализ! Теория! Сколько можно анализировать?! Ты превращаешься в подобие машины смертных! Ты не умеешь пользоваться своими чувствами, эмоциями! Ты забыл о главном! – он склонился над креслом, его фиалковые глаза почти светились. – Машины не имеют воли. И ты её теряешь, погружаясь в сплошной анализ и разум. Воля! Выбор! Вот что движет демонами! Ты же упорно предпочитаешь человеческий путь!

Холод ледяного мира немигающе смотрел на юного демона из глубины таких знакомых и почти родных глаз. Смуглые пальцы ухватили старшего демона за подбородок.

– Вот. Выпусти эту ненависть. Убей. Сгори в ней. Покажи мне демона, о котором я столько слышал, которого видел! Которого хотел снова увидеть все эти годы изгнания! Ты же сдался! Я ничего не анализировал, Рен, я просто все только что понял. Этот мир, что внутри тебя – он человечен! Слишком человечен. Ты теперь совсем как ЧЕЛОВЕК! Лучше убей себя, демон. Поверь, я убью тебя, чтобы только не видеть позора, к которому ты движешься.

Эндимион резко и неожиданно оттолкнул от себя демона так, что тот ударился головой о спинку кресла. И исчез в вихре портала.

Соарен аккуратно выпрямился. Холод захватил все его тело, но он не сопротивлялся этому, сверля взглядом пространство. Забытая книга упала на пол, шурша бесполезными страницами.

– Не-на-ви-жу… – чужие голоса рвались сквозь его голосовые связки, – Не. На. Ви. Жу.

Звезды светили сквозь высокие окна его кабинета-спальни. Сильная дрожь сотрясала тело светловолосого демона. И дикий вой рвался из надсаженного горла. Вой демона…

Он не желал умирать жалкой беспомощной тварью. И не желал слышать о себе, что он сдался… Слова мальчишки задели его. Задели сильно и болезненно. А он уже начал думать, что не способен чувствовать боль.

Я вскинулся на постели, мгновенно просыпаясь. На меня пристально смотрели алые глаза.

– Пришли в себя, Ваше Величество? – хмуро поинтересовался я.

Рубин ухмыльнулся:

– Как тебе сказать… Твое беспокойство заставило меня вернуться из мира сновидений побыстрее.

Я потянулся, выбираясь из постели. Судя по всему, поспать мне уже не суждено. Рубин в моей спальне, упаси Бездна, теперь заснуть.

– Поверьте, беспокойство было отнюдь не за вас.

– Верю, – он кивнул и огляделся в поисках места, где мог бы присесть. – Нам нужно поговорить.

– Мы разговариваем.

– Янус, – его голос зазвучал ниже, вибрируя.

Я поднял взгляд и поежился. Проклятье, пока его не было несколько дней, было так спокойно, что я поневоле чуть расслабился. Что ж… я натянул рубашку и брюки под его пристальным взглядом.

– Что случилось? Вы бы не стали врываться ко мне сразу после того, как пришли в себя просто так…

– Действительно, я не сразу, – согласился Император Крина. – Только после того, как услышал от племянника историю с заклинанием «Вечного сна».

Я замер, а потом взмахнул рукой, материализуя для него кресло.

– Что ж, вы смогли меня заинтересовать.

Он медленно сел, расправляя складки на мундире. Странно, такой официоз… похоже, дело серьезное.

– Янус, – а вот сейчас со мной разговаривал член Императорской семьи. – Расскажи мне подробно все, что ты узнал об этом Соарене.

Я вздохнул. Похоже, что остаток ночи предстоит насыщенный.

– Вам со всеми выкладками, к которым я пришел по мере рассмотрения ситуации?

– Да.

И я начал рассказывать. Закончил часа через два и выжидательно уставился на кринита. Тот вздохнул и поднял спокойный взгляд алых глаз.

– Есть еще один выход.

– Он более адекватен для безопасности нашего мира? – поинтересовался я, осмысливая.

– В какой-то мере, – ох, и не нравится мне эта его ухмылка. Совсем не нравится.

– Рассказывайте.

– Сурана я уже просветил, – безмятежно пожал он плечами.

Я почувствовал, как по венам потекла волна чистого гнева.

– И какого Изначального ты приперся будить меня?! Если тебе уже подробно все доложили?!

Рубин улыбнулся, только вот глаза его были предельно серьезны:

– Я должен был понять, всю ли информацию ты передал моему племяннику… Теперь вижу, что ты не знаешь то, что я собираюсь тебе рассказать. Да и Его молодое Величество решило, что от меня тебе информацию будет получить легче… Благодаря нашей связи.

Я скрипнул зубами, успокаиваясь. Зря сорвался. Очень зря. И показал это Рубину. Плохо-то как.

– Янус, – в полумраке комнаты, где я так не удосужился зажечь свет, его голос звучал почти соблазнительно, и все же, ему было далеко до Макса. Хотя мурашки все равно пробежали по позвоночнику. Не нравилось мне все это. – Заклинание «Вечного сна» можно перевести на другого.

– Это как?! – я своего потрясения скрывать не собирался. Голова закружилась от возможной перспективы.

– Есть оговорка в этом заклинании. Она появилась очень давно, после первой жертвы… демон, имеющий в себе кровь того, кто смог стать воплощением мира Вечного сна, мира полного ненависти, ставшего божеством этого пространства… такой демон может перевести на себя заклинание с любой иной жертвы. Особенно, если жертва слабее, чем берущий на себя заклинание.

– И ты знаешь такого демона, – утвердительно заметил я, разглядывая Рубина.

– Да. В свое время мне достались для изучения хроники демона, который перетащил на себя это заклинание со своего сына. Там все подробно описывалось.

– Кто?! – я чувствовал невероятное возбуждение. Соарен – сильный демон, но плохо представляет, как удержать всю эту неимоверную силу. Во всех документах, что я нашел, не было упоминания имен или титулов, так что я не имел ни малейшего представления, кто мог быть под этим заклинанием, добровольно или нет.

– Его звали Янтарь, Повелитель Теней.

Я замер, словно меня поймало мгновенное заклинание оцепенения. Янтарь… Основатель клана Теней и Снов… мой далекий предок по материнской линии.

Рубин поднялся из кресла.

– Думай, Лорд Янус. А я отправляюсь на Крин. Подозреваю, что ты захочешь увидеть записи Янтаря.

Я медленно кинул:

– Окажите такую любезность, – сам удивился, какой у меня был бесцветный голос.

Император Крина исчез за дверью, бесшумно её за собой прикрыв, оставляя меня в полумраке моей спальни одного.

Ректор Соарен с интересом рассматривал демона, вольготно расположившегося в его собственном кресле. Давненько он не встречал такой наглости.

– Чем обязан?

Незнакомец, видимо, слишком сильно ушел в свои размышления, раз не обратил внимание на появление хозяина кабинета. Поэтому пришлось привлекать его внимание так.

Светлая голова поднялась, и на ректора взглянули глаза насыщенного голубого цвета.

– Ректор Соарен… – протянул хрипловатый с явного недосыпа голос. – Присаживайтесь. У меня к вам несколько очень важных вопросов.

– Вы бы для начала представились, – холодно процедил демон, поражаясь наглости позднего гостя.

– Ах, простите, – кривая усталая полуулыбка. – Лорд Янус, Четвертый Лорд его Императорского Величества Сурана и прочая-прочая в том же духе. Дело не терпит отлагательств, так что я позволил себе явиться к вам посреди ночи.

Соарен медленно опустился на стул. Вот уж чего или кого он точно не ожидал.

– Лорд Янус… простите…

Тот махнул рукой:

– Спасибо, что не начали заклинаниями швыряться. Я на вашем месте бы с тем, кто меня с постели поднял, был не слишком любезен. В свете некоторых событий и полученной информации я решил, что наше знакомство не стоит откладывать. Наследник Эндимион – неплохой посредник, но он не совсем понимает ситуацию, и к тому же у него весьма конкретная задача, которая может потребовать большей части его времени.

Соарен усмехнулся, потирая подбородок:

– Если честно, то я удивлен, что после того, что я ему рассказал о «Вечном сне», я не оказался сразу в застенках ваших лабораторий…

– Не было нужды, – вздохнул Лорд. – Во всем этом деле мне все же непонятно, каким образом вы попали под заклинание? Малик так и смог донести до меня эту историю.

– А я ему не рассказывал, – покачал головой ректор. – Понимаю, что это важно для вас. Но стоит ли нам разговаривать здесь? Я даже в своих апартаментах не уверен…

– Не волнуйтесь, – отозвался светловолосый демон. – Мы сейчас под куполом защиты Истинной феи. Так что из любопытных ушей – только его… Но тут уж мало что поделаешь. У нас с ним Сделка, глядишь и чего умного заметит, что я могу упустить.

Из-под потолка донесся ехидный смешок.

Ректор резко поднял голову, разглядывая повисшее верх ногами на его потолке пестрое создание. Зеленые глаза, острые зубы, фиолетовый гребень…

– Привет, льдинка, – помахал когтистой рукой фея.

Соарен только головой покачал. С феями ему приходилось сталкиваться, и не раз. И он знал всего один случай, когда они заключали добровольную Сделку с демонами… Это история с Повелителем Металла, который сам нес в себе кровь Истинных и отличался особым вывертом мышления, который был близок феям.

Ректор перевел взгляд на Повелителя Иллюзий и выпрямился на стуле. Он только сожалел, что не успел накинуть рубашку. Разговор предстоял долгий, а сидеть перед одним из самых приближенных к Императору демонов в одном шелковом халате… Но демон и не в таких ситуациях бывал.

– Что вы хотите услышать?

– Начните с самого начала, – предложил светловолосый демон. Какая-то темная тень пролегла в глубине его глаз, и они изменили свой оттенок. Цвет уже не был таким насыщенно ярким, зато приобрел глубину…

Соарен задумался… с начала.

– Тогда я еще не был ректором Академии, – начал он, и… погрузился в болезненные воспоминания.

Он был тогда молод. Очень молод. Старше по годам, чем Повелитель Иллюзий, сидящий за его столом сейчас, но моложе… душой что ли. И он был наивен, потому что поверил в любовь. Любовь демонессы – Повелительницы Чувств. Талант её клана распространялся в сфере не просто чувств – скорее манипулирования эмоций, одурманивания. Кажется, где-то в их генах были примеси пленных суккубов. Но тогда Соарен еще этого не знал.

Зато он хорошо помнил, когда начал осознавать, какую ошибку совершил, превратившись в настоящего раба демонессы.

Диск полной луны был кроваво-красный. Как и всегда в полнолуние в Темной Империи. Привычный… Но неправильный. Почему неправильный, Соарен не мог объяснить даже себе. Просто он всегда так ощущал, когда любовался полнолунием. Он ждал его всегда с нетерпением, словно мальчишка сладости, но каждый раз испытывал смутное разочарование, словно его надежда не оправдалась.

– Ты снова выглядишь грустным.

Он повернул голову. Поток волос, словно водопад, свет луны окрашивал их в багровый оттенок – благородный и прекрасный. Она стояла, чуть повернувшись, и смотрела на него через плечо. Это было правильным.

Остальное нет. Как и луна.

– Прости, моя Леди, – он склонился в глубоком поклоне. – Луна навевает на меня грусть.

– Тогда не смотри на неё, – тихо заметила она.

– Не могу… – он снова перевел взгляд на кровавый диск. – Не могу. Он завораживает меня. Так же, как и вы, моя Леди.

Она улыбнулась, сверкнув белоснежными идеальными зубами.

– Ты умеешь делать комплименты, Рен. Не то, что Ринир. Он все больше молчит.

– Ринир, – Соарен вздрогнул. – Он хороший солдат.

– Вот именно – солдат, а не рыцарь, – демонесса вздохнула. – Мне так не хватало тебя, Соарен.

– Не хватало, моя Леди? – удивился он. – Я всегда был и буду с вами.

– Да, конечно, – она насторожилась. – Что это?!

Соарен прислушался и улыбнулся:

– Мышь, моя Леди. Она тоже любит полнолуние. Я иногда её угощаю…

В луче багрового света появилось маленькое существо, смешно шевеля усами.

Демон улыбнулся, но улыбка быстро погасла, когда он услышал голос демонессы, полный зла:

– Убейте её, мой рыцарь. Я ненавижу мышей.

Он поднял голову и встретился с алым взглядом.

– Конечно, моя Леди, – тихо ответил он. Поднял руку. Между пальцев мелькнула черная игла стилета.

Все же было что-то неправильное в этой луне, в рыжих, с багровым отблеском, волосах королевы. А главное, что-то было в корне неправильно в маленьком сером комочке в луже крови, пришпиленном черной иглой к полу.

Да… та ночь стала переломной. Он еще не знал, что это просыпался его собственный дар – ментальная идеальная защита от любого вторжения или воздействия рода Повелителей Разума. Ринир, о котором тогда говорила Леди, тоже был её рыцарем, таким же запутавшимся в паутине, как и сам Соарен. Ринир умер. Соарен до сих пор помнил его недоуменное выражение лица, когда волна огненной магии, сорвавшейся с пальцев Леди Чувств, уничтожила юношу. Он так и не узнал, что ни в чем не был виноват перед своей Леди. Просто… наскучил.

А ведь именно Ринир вытащил его… Был тем, кто помог сохранить ему разум, несмотря на то, что продолжал верить своей Леди Индире и безоговорочно любить ее.

Хуже было только тогда, когда он узнал, что Индира – его рыжее наваждение, как и основная часть её клана, связана с кланом Крови… Уже в коконе Вечного сна. А до этого…

– Вы помните, что предшествовало наложению заклятия?

– О да… – Соарен поднялся из кресла. – Когда я поддался чарам Леди Индиры, я сделал очередную глупость – дал ей клятву рыцарства. Сам понимаете, что это такое, когда закреплено магией. А эта демонесса ничего не упускала, и связь была почти нерушимой. Когда стало ясно, что я постепенно выхожу из-под контроля… мне дали невыполнимое задание. В мире смертных.

Усталое движение рукой, и стопка бумаг белыми шуршащими птицами стаей взвились возле стола. Он не спал уже третью неделю. Провал за провалом не позволяли ему рассчитывать на такую роскошь.

Расчеты, списки, траектории, стратегии… Это все бесполезно. Против непредсказуемого противника, чья глупость поддерживается удачливостью… Здесь нужен кардинально другой подход. Нельзя недооценивать даже таких нелепых врагов. В конце концов, в прошлой жизни они были великими воинами. И проиграв, все же не дали победить себя окончательно. Ему не хватало данных. Изучение мира смертных только началось. Возможно, что-то можно было бы сделать, если бы у него было больше времени. Но вчера прозвучало самое страшное. Вечный Сон.

Это холод. Это вечное бдение и вечное безумие в неподвижности. Проклятье, он сжал голову обеими руками, сдавливая с такой силой, словно пытался выдавить из неё все мысли, касающиеся Вечного Сна. Но слова Индиры мешали сосредоточиться. Они грохотали в сознании, как угрожающий набат. Оставался лишь один выход… поддаться эмоциям. Первому порыву. Так же, как делали это воины, которых он должен устранить. Может, если использовать их собственную тактику, это сработает?

Соарен поднялся из-за стола и вышел из кабинета, ступая прямо по исписанным и исчерченным листам бумаги, разбросанным по ковру. Плана не было, было лишь наитие и грохот в сознании. Перед тем как погрузиться в вихрь портала, мелькнула последняя мысль, очень странная. В отличие от Леди Индиры, у него нет рыцаря, готового рискнуть ради неё всем, включая не только жизнь, но и душу…

Усмешка. Страшная. Ему и не надо.

– Что это было за задание в мире смертных? – нахмурился Янус.

– Сбор живой энергии. Жизненные силы смертных очень питательны и многосторонни в применении. Поглощая их, можно стать весьма могущественным, будучи от рождения посредственностью. А если добавить их красную живительную кровь… Вы не обучались в Академии, Лорд Янус – именно по результатам этой экспедиции я, войдя в должность ректора, ввел курс «Магия смертных».

– Да, похоже, я некоторые аспекты упустил, – согласился тот, ничуть не смущаясь своего невежества. В глазах появилась задумчивость. – Но почему вы проиграли и не смогли выполнить задание?

– Проблема именно в смертных – иногда их сила такова, что они вполне способны противостоят нам. А если их соберется хорошо обученная группа… Был молод, самонадеян… и плохо знал смертных в принципе. Не знал, до какого уровня эти жалкие по сути существа могут подняться. А вот Индира знала. Она осознавала, куда и зачем посылала меня. План именно был в том, чтобы я провалился. Сражение с этим необычным противником сняло кое-какие врожденные ментальные щиты… Ритуал изгнания, которым воспользовались смертные, сильно повредил мою защиту, и в итоге, в тот момент, когда я вернулся – я был атакован.

Повелитель Иллюзий задумчиво смотрел на него. Похоже, в его голове сейчас выстраивалась картинка произошедшего. Он сделает правильные выводы, Соарен не сомневался.

– Расскажите, – не вопрос, скорее просьба.

– Что именно? – спрашивая, он уже знал ответ.

– Что именно происходило с вами.

Соарен задумчиво посмотрел на сидящего перед ним демона. А потом решился:

– Могу показать.

Какое-то мгновение недоумения в глазах, которые сейчас стали цвета индиго. А потом понимание:

– Повелитель Разума. Это будет… интересный опыт.

– Приоткройте немного ваши щиты, – попросил Соарен. – Совсем чуть-чуть. Я переброшу вам образы, а вы сами решите, будете ли вы их просматривать сейчас.

– Разумно, – согласился Повелитель Иллюзий.

3

Я покинул кабинет ректора Соарена почти под утро, оставив его совершено вымотанным нашей беседой. Я сделал правильно, что пообщался с ним сейчас. По сути, я не собирался надолго откладывать нашу встречу. Но все же… Ректор оказался очень необычным демоном. И эта его история с Индирой… я грустно усмехнулся сам себе. Индира… Мою немезиду звали Диара, их имена созвучны.

Что ж, надо отдать распоряжение Змеевику. Пусть соберет мне все материалы по этой даме и её окружению. А сейчас… пока не явился Рубин, стоит просмотреть воспоминание Соарена о времени, проведенном в стазисе «Вечного сна».

Вообще, жаль, что я не посещал Академию… но туда брали только по совершеннолетию… в возрасте двухсот лет, до которых мне еще дожить надо. Но если доживу, и мне позволят мои обязанности, обязательно выпрошу позволение на учебу, и очень надеюсь, что на тот момент демон Соарен будет продолжать выполнять обязанности ректора Академии. Повелитель Разума мне понравился. Мне бы хотелось сохранить такое же чувство достоинства и ответственности после всего, что он умудрился пережить. Начинаю понимать, почему Наследник клана Земли так к нему привязан. Лорд Нервус выбрал очень удачную кандидатуру в наставники внуку.

Я наложил охранную вязь заклинаний на спальню и лег на постель. На краю разума мерцала точка.

Холодно… Так холодно ему не было никогда в жизни. Холод пронизывал до костей, каждый сантиметр, миллиметр тела. Он был повсюду: в руках, ногах, в глазах, на языке… Лёд льнул к нему, словно жестокая любовница. Ледяными пальцами пробрался под форму и лёг на живот. Губами коснулся его висков.

Он знал, что ни один его волос не шевельнётся, заключенный в замысловатый узор ледяной тюрьмы. Холодно…

Проклятие вечного сна заключалось не в смерти от холода. Отнюдь. Заклинание заморозило его так быстро, что он не успел опомниться, его тело погрузилось в какое-то подобие состояния анабиоза…

Только вот… Он не мог дышать, говорить, двигаться, даже закрыть глаза. Но он продолжал жить, непрерывно рассматривая одну и ту же холодную картину ледяного пейзажа. Его мозг продолжал функционировать. Он мог думать, но и только.

Ни одно заклинание, в которых он был таким профессионалом, не работало. Лёд сковал и их.

Он мог лишь думать…

И смотреть на глыбы льда…

Его тюрьма была намного прочнее стали. Сначала он пытался что-то предпринять, но что можно сделать, когда ты с трудом ворочаешь даже мыслями? Он не мог даже кричать…

И он был один.

В сверкающей пустыне.

Он пытался не думать, но мысли начали лезть, как назойливая мошкара, несносные мелкие бесы. Он все время вспоминал тех, из-за кого проиграл… и ненавидел их. Затем ненависть ушла, точнее, она тоже замёрзла. И тогда он с ужасом понял, что холод берёт над ним власть, даже воспоминания стали покрываться коркой льда… Его охватила паника.

Мысли и воспоминания – это всё, что у него осталось. И ещё он цеплялся за жизнь. Если лед полностью заполнит его – этот миг станет его последним мигом. И это станет его проигрышем, а он ненавидел проигрывать. Всегда.

Он начал вспоминать. Всё подряд. Свою жизнь, свои дни, своих недругов, друзей… Впрочем, их, кажется, особо и не было. Он всегда полагался лишь на себя. Лишние помощники часто всё портили…

Да и последний раз, когда он решился принять помощь, стал его первым шагом на дороге, которая привела его в эту тюрьму. Индира. Проклятая и прекрасная.

Индира, индира, индира, индира… такая прекрасная, такая смертоносная…

Риса – одна из любимых наложниц Индиры. В сознании появилось такое чёткое воспоминание, что он сначала подумал, что сходит с ума и начал видеть сны наяву.

– Вы все такой же прекрасный и все такой же холодный, рыцарь Соарен.

Холодный… холодный… холодный…

Если бы он мог, он бы вздрогнул, но все его тело давно состояло из холода. Риса оказалась провидицей. Но вряд ли он всё такой же прекрасный. Правда, недавно перед его тюрьмой начал расти осколок, через некоторое время он превратится в довольно большую глыбу и заслонит этот надоевший, сводящий с ума пейзаж. Демон видел, что этот осколок может превратиться в его вечное зеркало.

Вечно видеть своё перепуганное, измазанное в крови и пыли после битвы лицо – не самая приятная судьба. Его это пугало.

Хотя надо отдать должное, растрепанные рыже-огненные волосы, ореолом застывшие вокруг его лица, смотрелись… красиво.

Мысли о своём лице отвлекли его от жутковатого воспоминания о Рисе, которая умерла незадолго до того, как Индира отправила его на задание. Умерла, потому что перестала быть любимой. У неё нашлась прекрасная соперница.

Да, он был одним из привлекательнейших демонов Тёмной Империи. И прекрасно это знал.

В детстве даже демоны доверяют окружающим; пару раз Соарен обжегся и понял, что не стоит доверять никому. Никому… пока не встретил Индиру и… о нет, он не сгорел в её пламени, он замерз!

Он закрыл своё сердце. Он воспринимал восхищение окружающих как должное и поначалу пользовался этим, как мог, пока не понял, что помощь этих поклонников лишь мешает и утомляет. Он закрылся, предпочитая одиночество. Никто не мог его предать…

Но… Все же был у него один друг… Тот, кто ничего не требовал от него. Соарен тогда рискнул и до сих пор не знал, правильно ли поступил. Нервус… старший… похожий больше не на друга даже, а на советчика.

Его тянуло в сон, но он не мог закрыть глаз. Это была утончённая пытка. В принципе он мог бы обойтись и без сна, но его мозг устал. Единственное, что постоянно жило в нём. Он ведь постоянно думал и не только о своей жизни. Чтобы не сойти с ума, он вспоминал всё, чему его научили за эти годы; в его голове крутились старые заклинания. Он прокручивал их, изменял, совершенствовал. Демон знал, что, наверное, уже мог бы написать книгу заклинаний. Только все эти мощные, почти совершенные заклинания не могли ему помочь, хотя почти все из них он перевёл в мыслеформы.

Его мысли стали острее, отточеннее – они стали сродни морозному ясному холоду, который служил ему тюрьмой.

Его сознание помутилось, он даже испугался, что умирает, но одновременно с испугом почувствовал и облегчение, что приходит конец этой ледяной пытке. Он уснул…

– Рен, милый Рен… Я наконец нашёл это проклятое измерение. Ты всегда ненавидел холод, наша прекрасная Леди знала, что делала. Она не просто убила тебя, она уложила тебя в ледяную могилу.

Соарен рывками вынырнул из темноты холодного сна, даже там лёд настигал его. Перед глазами по поверхности льда скользнула рука. Он знал её. Он узнал эти длинные изящные пальцы, такие хрупкие на вид, но он-то знал, что они способны без труда сломать шею любому демону или бесу одним рывком.

– Мне всё ещё кажется, что ты жив в этой ледяной могиле, Рен. Великая Тьма, как же здесь холодно!

Демон не мог опустить взгляд, но он уже догадался, кто это. Лишь одно его тревожило… Эти сны… Они так любят обманывать…

– Никто не знает этого заклятия, кроме прекрасной Индиры. И никто не знает, что же происходит с теми, кто оказываются в этом льду.

О, он мог бы рассказать ему. Но ледяная преграда не позволяла его мыслям преодолеть себя. Сознание Соарена наполнилось отчаянием. Как он ненавидел сейчас Индиру.

– Знаешь, я не могу оставить тебя здесь. Ты был единственным, кто что-то значил для меня после Индиры на протяжении всех этих лет, и я просто не могу оставить тебя так… Ты ненавидел холод…

Наконец Соарен смог его увидеть. Рыцарь Ринир, Повелитель Птиц нашел удобное место. Он сел на тот самый осколок, который подрастал перед тюрьмой демона.

Он был пьян, насколько это вообще было возможно – как помнил Соарен, его коллега и соперник почти никогда не употреблял алкоголя.

– Не смотри на меня так удивлённо, да я пьян, – Ринир вздохнул. – Наверное, поэтому и смог отыскать тебя. А все этот Гриф. Помнишь напыщенного болвана, который появился пару лет назад, и Леди согласилась на его рыцарство? Он пытается перехватить мою работу – то важное задание в мире смертных, что поручила мне наша Леди… а ведь ничего, кроме смазливой мордашки у него нет, – он помолчал и снова приложился к бутылке. – Рен, сегодня я вызвал её недовольство… Как бы не последовать вслед за тобой. Я зашёл в твой дом: он такой заброшенный и тихий. Никто не смеет заходить в него – боятся. Нашёл твою коллекцию вина, – демон помахал в воздухе бутылкой. – Ты так долго её собирал, что самые старые вина можно отнести ещё к эпохе Изначальных. Один глоток и… – он тихо рассмеялся.

Его голос достигал Соарена через преграду льда, каждым словом вонзаясь в мозг демона, словно острый осколок, но он готов был терпеть и эту боль, лишь бы Ринир не уходил.

– Хочешь узнать всё, что произошло за последнее время? Этот Гриф занял твоё место. Ты его знаешь, но не так хорошо, как я, ты всегда предпочитал одиночество и встречался с ним лишь на приёмах. У него интересная методика: предпочитает работать со смертными самками. Он лично выбирает каждую жертву, ко всему прочему и своей выгоды не упускает. Под видом человека даже поселился там. И вообще, он очень странный, и от него пахнет ужасом и кровью. Странный запах. Не такой, как у всех. Я очень надеюсь, что наша Леди не ввязалась во что-то, что может быть приравнено к измене Империи.

Очень умно, отметил про себя Соарен. Так можно было всегда держать людей в поле зрения и изучать их.

Ринир снова приложился к бутылке:

– Ну ладно, чего это я все об этом самоуверенном наглом типе. Тебе, наверное, интересно совсем другое. Хотя… Тебя вряд ли что сейчас интересует.

Он снова выпил и опрокинул бутылку вверх дном. Багрово-красное вино сияющей в свете льда струёй пронеслось перед глазами Соарена.

– За тебя, Рен.

Он поднялся на ноги, внимательно вгляделся в застывшие глаза своего бывшего коллеги:

– Я ещё зайду.

Если бы он мог, он бы закричал. Но вихрь перехода окутал его нежданного гостя, и он исчез.

У Соарена появилась слабая искра надежды, но лёд вокруг него, казалось, стал ещё холодней. Однако демон не обратил на это внимания, у него появилась идея, которую он собирался осуществить. Ринир не должен общаться с ним, как с трупом во льду. Времени у него было предостаточно. И он знал одно подходящее заклинание, но его нужно было довести до ума.

Соарен с трудом уже мог просыпаться, каждый раз все его силы уходили на преодоление ледяного барьера, но последний визит Ринира заставил его оживиться, насколько это было возможно в его положении. Повелитель Птиц рассказал страшные вещи. Индира оказалась замешана в связях с кланом Крови. Это измена Темной Империи. И теперь демон метался между своей верностью Индире и верностью Империи. Однако Соарен знал, что у Ринира нет шансов. Магия Индиры держала крепко.

И… вряд ли он в итоге останется жив.

Индира убирала всех потенциально опасных противников, она наверняка чувствовала, что все её марионетки намного сильнее её. Она просто боялась потерять своё влияние, созданное магией чувств. Это объясняло её поведение, когда она заморозила его.

Холод одиночества и холод льда ненавязчиво скользнули в его сердце. Им вновь овладело отчаяние. У него так и не получилось пробить лёд своей мыслью, хотя тот и начал поддаваться. Холод всё больше погружал его в себя. Это была медленная смерть и, наконец, Соарен это понял. Он заметил, что с каждым разом ему всё труднее и труднее себя пробуждать и всё труднее думать и действовать. Он не плакал лет с двух, но сейчас он просто не мог. Он ничего не мог…

Я вынырнул из воспоминаний ректора, задыхаясь и чувствуя цепкие объятия льда. Я знал, что в следующий раз Соарен увидит Ринира уже свободным от ледяных объятий. Но увидит лишь для того, чтобы пронаблюдать за его смертью от рук Индиры.

Я глубоко вдохнул и медленно, очень медленно выдохнул. Что ж, того, что показал мне Соарен, вполне достаточно.

Я ненавидел холод. Сильно. Но… есть ли выбор? Соарен силен, очень силен, и мыслит достаточно нестандартно, однако его сильно покорежила Индира. И при встрече с этой демонессой его может повести. Он сможет уйти от её влияния, но малейшая ошибка – и все… клан Крови воспользуется любыми слабинами. А уж Повелительница Чувств в этом должна быть сильна.

Решения, решения… выбора, на самом деле, особого не было.

Я выбрался из постели, стряхивая с себя остатки впечатлений от кусочка жизни ректора Академии. Быстро привел себя в порядок и вышел из спальни в кабинет.

Змеевик поднял глаза и вскочил из-за стола.

– Господин, вы вызывали…

– Да, – кивнул я. – Найди мне все, что только возможно на Индиру, Повелительницу Чувств. Её связи, её любовники, даже её бесы и бесовки. Все, что сможешь найти. Даже просто собственные догадки от полученной информации.

– Слушаюсь, мой Господин, – змеиные глаза засветились предвкушением.

– И будьте предельно осторожны, – предупредил я. – Она как-то связана с Кланом Крови. Упустить просто не имеем права. Понятно?

– Да, мой Господин, – он снова поклонился. – Какой срок?

– Еще вчера, – хмуро отозвался я. – Как обычно.

И махнул рукой, отпуская.

Бес бесшумно выскользнул за дверь, а я сел за стол. Я знал, что решение приму еще до прихода Рубина с дневником Янтаря. И я даже знал, какое именно. Но в любом случае, мне сначала нужно было поговорить с Императором. Верить Рубину на слово? Увольте.

Суран не был удивлен, когда слуга сообщил о приходе Лорда Януса. По сути, он ждал его еще вчера, после того, как выслушал дядю. И был несколько удивлен, когда ему доложили о том, что Лорд Янус покинул свои апартаменты и исчез из дворца. Поэтому он даже не стал ложиться отдыхать, предпочитая зарыться в документы, требующие его внимания.

– Мой Император, – Повелитель Иллюзий поклонился, остановившись у входа в кабинет Сурана, разглядывая своего Императора.

Тот выглядел… по-домашнему: легкая свободная рубашка, простые брюки, не стесняющие движения и… босые ноги. Белые волосы заплетены в слабое подобие косы, главное, чтобы не мешались. Без регалий, без мундира… и все равно Императора всегда выдадут его алые глаза. Его осанка и что-то необъяснимое, что гнездилось где-то в теле альбиноса.

– Проходи, – Император указал на кресло перед своим столом. – Сейчас дочитаю этот бред от господ оппозиционеров… а впрочем… думаю – твой вопрос важнее.

Янус молча кивнул. Вид у него был крайне задумчивый и… встревожено-недовольный.

– Ты по поводу того, что на нас вывалил Рубин со своим предложением – перетянуть заклинание на тебя?

– Фактически, – согласился блондин, пускаясь в кресло. – Я просто кое-что проверил, встретившись с ректором Соареном…

– О, – становилось понятным, куда уходил Четвертый Лорд. – И?

– Выясняя интересующий меня вопрос, я попутно выяснил пару моментов, о которых не знал до этого… с чего предпочитаете начать?

– Давай с переброски заклинания, – вздохнул Император. – Учти, я бы не хотел терять тебя.

– У вас нет особого выхода, – пожал плечами его тактик. – Либо риск мной, либо Империей.

– Действительно, – помолчав, согласился Суран. – Значит, решение уже принято?

– Да, но я бы не хотел, чтобы ритуал проводил Рубин. Его цена мне может принести больше беспокойства, чем само заклинание.

– Вполне приемлемо, но стоит озаботиться тем, что Рубин наверняка найдет неопровержимые аргументы в пользу именно себя, как кандидата на проведение ритуала.

Янус медленно кивнул. Он уже думал над этим.

– Я попробую сегодня заглянуть в сны, – он ласкающим движением потер перстень на пальце правой руки.

– Опасно.

– Несомненно, но только там я смогу найти следы своей матери. Леди Жадеит может подсказать, где отыскать ПОЛНЫЕ дневники Янтаря.

Суран отодвинул ненавистную петицию о присвоении оппозиции голосов в принятии решения по Крину и сцепил пальцы рук в замок.

– Ты понимаешь, что если не сможешь вернуться, нам придется воспользоваться твоим сыном?

– Да, – кивнул Повелитель Иллюзий. – Я справлюсь. Несомненно.

– Хорошо, – Император смотрел прямо в глаза своему Лорду. – Я даю согласие. Рубин не должен получить контроль над тобой. Что за вторая ситуация, требующая моего внимания?

– Соарен сообщил мне некоторые факты, касающиеся нашего расследования. Вы когда-нибудь слышали о Леди Индире и её рыцарях?

Суран резко выдохнул, чувствуя, как пальцы цепенеют в судороге. О да, он не только слышал… он имел несчастье встречаться с этой Леди… давно. Это была одна из попыток Императрицы Юрии избавиться от угрозы своей жизни в виде её собственного сына. Если бы не граф Ветра… юный принц вполне мог оказаться одним из рыцарей Повелительницы Чувств. Рыцари… Какое омерзение он испытал, когда понял, КАК она извратила это древнее понятие и закон о рыцарстве.

Когда-то он дал себе зарок избавить Империю от этой Леди.

И вот теперь прошлое пришло к нему с неожиданной стороны. Неужели пришла пора выполнить то давнее обещание?

– Что ты можешь сказать о Леди Индире? – голос Императора был ровным.

– Это она наложила заклинание «Вечного сна».

4

Фея выглядел непривычно сосредоточеным. Я покосился на серьезное лицо и внезапно понял, что ни разу не видел его таким напряженным. Неужели мои бдения над дневниками Янтаря его так взволновали? Он фактически не вылезал из-за моей спины, пока я читал и анализировал. Хотя его можно понять. Феи – это магия леса и цветов, кстати, надо будет уточнить у феи, что означает магия цветов – информации конкретно по этому пункту я так и не нашел. Но в любом случае, она явно должна находиться в конфликте с магией, которую описывал дневник рыцаря.

Кстати меня весьма удивил факт того, что в свое время у императоров была своя личная команда рыцарей. Почему-то со временем необходимость отпала, и не осталось даже традиции. Увы.

Сейчас рыцарский отряд Сурана заменяла наша четверка. Можно сказать, что мы восстанавливаем традицию старой империи. Жаль только, что происходит это одновременно с возрождением проблем той же старой империи.

Магия заклинания «Вечного сна» основывалась на льде и ненависти. Последний пункт меня особо напрягал – это явное направление к магии Изначальных. Нидо всю жизнь своих созданий строил на этой эмоции.

Естественно, что фее не нравилось мое изучении магии, полностью противоположной его собственной. Ну и, кроме того…

– Это опасно, – проворчал фея, прерывая мои мысли.

Я вскинул брови, внимательно глядя на него.

– Ты беспокоишься обо мне или о Сделке?

– О последнем конечно, – возмущенно отреагировало это забавное создание. И соврал-таки.

Похоже фея привязался ко мне, о чем я с удовольствием и сообщил нахальному созданию.

А фея в ответ странно посмотрел на меня и внезапно опустился со стены, где расположился, так стремительно, что я даже дернуться не успел. И звонко чмокнул меня в макушку.

Я ошарашено уставился на него, потеряв дар речи.

– Конечно привязался, прелесть моя, – довольно заявил фея и устроился на ближайшем кресле, свернувшись клубком, аккуратно закутавшись в разноцветные крылья.

Этот раунд был за ним.

Я в восхищении покачал головой, чувствуя, как распространяется тепло от места поцелуя… стоп. Тепло?

Проведя ладонью по волосам, я осторожно снял роскошный синий цветок и уставился на него.

– Э?

– Подарок, – пояснил фея, приоткрыв один глаз. – Называется колокольчик. Звенеть умеет.

Я только головой покачал, растеряно смотря на цветок. Понятно, что от феи мне объяснений не получить. Я осторожно тряхнул цветок, и он действительно отозвался мелодичным звоном.

Так, похоже, мне нужно в архив. Что-то такое смутное я помню про магические колокольчики. Совсем смутное.

Ох уж эти феи.

Точно привязался. И все же я постараюсь выполнить условия Сделки и выбраться из всей этой передряги живьем. Похоже, эта самая магия цветов необычайно интересная.

А сейчас нужно идти к императору Сурану. Хорошо, что я отправил Флейма в Лунар. Даже с учетом возможности прорыва Нидо, ему там намного безопаснее, чем здесь. Определенно.

Я поднял голову и взглянул на своего императора. Кроваво-красные глаза смотрели… встревожено.

– Лорд Янус, в дневниках описывается весьма сомнительный способ… Это же голая теория. И выкладки уже прошедшего первую стадию существа. Это самоубийство.

Я покачал головой:

– Я проверил и перепроверил эту теорию. Шансы на успех весьма велики – почти шестьдесят процентов.

– Это… это просто беспечность какая-то!

– Нет, ваше величество, – я чувствовал настоящий кураж, осмеливаясь возражать императору. Но постарался демонстрировать максимум спокойствия. – Все просто – лорд Соарен нам НУЖЕН. Слишком многое на него завязано, чтобы бросить этого достойного демона. Он нам нужнее, чем нашим врагам. И я не вижу особо большого риска для себя.

– Зато Я вижу!

– Ваше величество, – устал я спорить. Что ж они так обо все пекутся? Я… разве император не понимает, что степень риска – это то, что мы можем выбирать сами? Что еще мы можем предложить империи… – А какие еще варианты? Леди Индира не просто так наложила это заклинание именно на него. Я разговаривал с ним несколько раз и каждый раз он ментально отдавал куски своих воспоминаний. Так вот… там есть проблемы. И это не стертые воспоминания, а затянутые непрозрачным льдом кусочки его жизни. Только вот есть там какая-то пока непонятная мне система. Как-будто какую-то информацию тщательно пытались скрыть. Мне теперь очень интересно узнать, что же именно спрятали в памяти лорда Разума такого уровня, как Соарен.

– Ты не отступишь, верно? – мой повелитель провел рукой по своим белым волосам.

Я кивнул, соглашаясь – я действительно не собирался отступать. Я – тот, кто побывал в Сфере Изначальных. Нет уж, упускать такой шанс – побывать в мире, созданном одним из самых опасных и печальных заклинаний нашего народа…

Суран вздохнул:

– И это один из самых разумных моих лордов.

– Польщен, мой повелитель, – поклонился я.

– Молчи уж, – он взглянул на меня. – Ладно, я даю на это безумие разрешение. Когда ты хочешь провести ритуал переноса заклинания на себя с Соарена?

Я выпрямился и честно ответил:

– У меня все готово.

– Максимилиана на тебя нет, – рыкнул император.

Я передернул плечами:

– И слава изначальной тьме. Пусть уж работает в Лунаре. Там и так хватает проблем. Судя по отчетам моего сына и комментариям Макса, там не просто Трещина. Там почти открытый портал, которым Нидо пока пользуется не слишком часто.

– Да уж, проникновение во сны… раньше, кажется, он этого не мог?

Я покачал головой:

– Тут не скажешь, сразу ваше величество. Нидо – безумец и хитрец. Он, так или иначе, скрывал большую часть своих возможностей. По идее, он должен был изрядно истощить свои силы за столько десятков тысячелетий заточения в Сферу. Как это произошло с основной частью Изначальных. Он где-то получает подпитку. И что самое странное, все аналитики сходятся в одном – подпитка идет изнутри, а не извне Сферы.

Император кивнул:

– Я читал этот отчет. Что ж… понимаю твое нетерпение ввязаться в очередную авантюру. И очень надеюсь, что это окажется продуктивно и подскажет, правильно ли мы двигаемся. Итак?

– Завтра?

– Нет, через два дня, – покачал головой император Суран. – Я сам хочу посмотреть твои выкладки. И дневник твоего родственничка-рыцаря.

Я поклонился. Два дня. Осталось подождать всего лишь два дня. Ждать я умел.

Максимилиан шагал по залам дворца королевы Серебряного Лунара, как будто это были его собственные владения. Масато косился на гостя с восхищением, и Флейм начал понимать своего временного начальника. Его почти слепое восхищение повелителем Звезд формировалось не на пустом месте. Видимо, астролог демонстрировал такое же поведение и в прошлый свой приезд. Для впечатлительного мальчишки, которым был тогда герцог, этого оказалось достаточно.

Их проводник немного нервничал, это чувствовалось, но Флейм понимал и его. Мужчинам во дворце королевства подчиняющегося женщинам и так приходиться нелегко, а тут еще и целая делегация настоящих варваров, по мнению этих женщин. Не смотря на то, что Империя была выше и могущественнее. Непредсказуемости гостей это не отменяло. А уж нарушения этикета… начались у самого входа. Мужчины Империи отказывались смотреть в пол и демонстрировали даже не равенство, а превосходство, которое ощущали и здесь, – в сердце Лунара.

Кроме того, в затылок проводнику буквально дышал сам лорд Нервус. Вот уж от кого мурашки по коже с самого утра.

Демон словно задался целью продемонстрировать себя – когда он сегодня вышел из своих покоев при полном параде правой руки посла Империи… кажется, даже лорд Максимилиан на какое-то время потерял дар речи.

А повелитель Земли хмыкнул и надменно вскинул голову:

– Сосунки.

Флейм едва подавил в себе желание склониться в низком поклоне. А герцог так вообще дернулся упасть на колени. Мощь древнего демона подавляла. Только посол оказался устойчив. Он просто просиял широкой улыбкой и потянулся к лорду всем тело:

– Нервус, ты великолепен! Так и хочется завалить прямо на этой лестнице!

Повелитель земли вскинул идеальную бровь, разглядывая полусирену, как неведомое животное.

И внезапно рассмеялся:

– Лорд Максимилиан, вы ребенок, которому леденец показали. Неужели вы при дворе императора Сурана не встречались с полным парадным одеянием и этикетом?

– Э… – тот провел рукой по своим убранным в высокий хвост волосам, задевая сапфировые украшения на заколках. – Как бы сказать-то… не до того было, чаще всего.

– Ох, – покачал тот головой. – Вернемся, займусь придворными, если его величество разрешит. Это беспредел какой-то.

– Так у нас там сейчас в основном сплошной молодняк, – обезоруживающе улыбнулся астролог. – Старичье типа вас разбежалось по замкам, выставив в качестве линии разведки и обороны младших… которые ближе нам по возрасту.

И вот тут лицо лорда Нервуса заледенело, словно под порывом неожиданного ветра.

– Вы это серьезно?

Полусирена кивнул и внезапно подобрался:

– Лорд, поговорим об этом позже?

– Обязательно, – медленно кивнул тот.

И вот сейчас они шагают по залам дворца королевы Электра.

Великолепие тронной залы, казалось, имперцев не тронуло. Впрочем, тем, кто бывал во дворце императора Сурана, было неудивительно.

Колонны из кристаллов искажали отражения гостей, создавая причудливые облики. Затемнения возле стен зала позволяло придворным скрываться в иллюзии тени.

Максимилиан позволил легкой улыбке скользнуть по губам. Этакий эквивалент ложной доброжелательности. Лорд Нервус рядом был воплощением невозмутимости и бесстрастности.

Шелест шепотков и шуршание юбок основной массы присутствующих создавали странный эффект сопровождения посольства Темной империи к месту, где на мягком ложе вместо трона устроилась королева Серебряного Лунара – Электра. Флейм про себя отметил, что зачарованные свечи явно предназначались для чего-то иного, чем освещение тронной залы. Ощутимо тянуло странной магией с привкусом тлена. Юному демону совсем не нравился этот привкус. Опасный и неприятный и… знакомый смутно и зыбко.

Флейм отложил в памяти, чтобы потом проанализировать. И сосредоточился на бело-серебряном платье королевы, струящемся и переливающемся, спускающимся волнами по резному камню и растекающемуся на полу небольшим озером.

У королевы были темные пальцы, длинные и хищные. Они замерли в неподвижности, удерживая скипетр власти королевской семьи Лунара. Серебристо-голубые глаза смотрели равнодушно, словно и, не видя посольства перед собой.

Максимилиан склонился в придворном, насквозь фальшивом, поклоне.

– Ваше величество.

– Лорд Максимилиан, – в её голосе слышалось легкое потрескивание. – Мы помним ваш последний визит. Вы стали еще более могущественны?

Флейм с некоторым удивлением взглянул на королеву – не ожидал от неё такой странной бестактности.

Однако, похоже, звездный лорд не ожидал ничего иного. Он легко рассмеялся, и встряхнул волосами:

– О, да. В следующую нашу встречу, я буду могущественнее вас, ваше величество.

Рядом с королевой дернулась воительница. И Флейм едва сдержал ругательство. Он как-то не обратил на неё внимания. А это значит, что заклинания королевы все же воздействовали на него. Молодой демон был… несколько раздражен и зол на самого себя. Отец говорил о излишней самоуверенности, преследующей настоящим роком, всю семью повелевающих иллюзиями и тенями. Похоже, не зря.

Воительница снова замерла, и Флейм почувствовал, как теряет интерес к ней… она словно снова становилась невидимой. Повелитель теней встряхнулся, заставляя себя удерживать краем глаза эту фигуру.

– Как всегда нахален, лорд? – Электре похоже наоборот нравилась эта наглость имперца. – Что привело тебя на этот раз, если ты еще не достаточно силен для того, чтобы соблазнить меня? Неужели вспомнил прекрасных женщин Лунара? И решил потренироваться?

– Это в обязательном порядке, – серьезно ответил посол. Его взгляд скользнул по первой советнице, стоящей ближе к линии свечей, только внутри круга, а не снаружи, как гости. – Но все же я больше по другому делу – мой император поручил мне доставить вам послание. Ну и конечно, я бы не отказался встретиться с вашим министром финансов – есть кое-какие вопросы по поводу пары торговых путей, проходящих через территорию королевства. Кажется, у вас действует весьма активная сеть контрабандистов оружием.

Королева, из вальяжного положения полулежа, плавно выпрямилась. Теперь она сидела с прямой спиной, и её яркие глаза посветлели до почти бело-серого оттенка. Губы сжались в тонкую линию.

– Контрабанда? Из империи?

Флейм украдкой взглянул на Масато. Герцог выглядел безмятежно. Только вот его временный адъютант явственно ощущал, что в лунарце что-то дрогнуло. И именно в тот момент, когда звездный лорд упомянул контрабанду. Похоже, лунарец не рассчитывал, что одним из вопросов посольства империи окажется интерес к его деятельности. А то, что Масато замешан именно в контрабанде и скупке оружия из империи, говорили его связи с владельцем некоего борделя Дорианом.

– Весь анализ ситуации и доказательства в документации, подготовленной лордом Нервусом специально для этой поездки, – безмятежно ответил королеве Максимилиан.

Королева перевела взгляд на золотоглазого демона.

– Я хотела бы подробности, после того, как вы обсудите все с моим министром, – голос её был холоден как снега в землях инкубов. – Генерал Урия.

Скорее приказ, чем зов.

Из толпы придворных выскользнула уже знакомая Флейму женщина с короткой прической. Та самая, что так нервировала Масато.

– Моя королева, – склонилась светловолосая голова.

– Вы присоединитесь к изучению документов. Контрабанда – это серьезное обвинение и нарушение договора с империей.

– Прошу прощения, – вмешался Максимилиан. – Но некоторые факты изложены в одном из писем императора. Поэтому, прежде чем его прочтут заинтересованные лица, я хотел бы увидеть вас его читающей, ваше величество.

Тяжелый взгляд королевы не обещал имперцу ничего приятного в ближайшем будущем. Похоже, все же был предел тому, что она готова терпеть от наглости звездного лорда.

– Леди Навья, – слова падали как камни, но это ничуть не смутило членов посольства. – Возьмите у господина посла грамоты – убедитесь, что он здесь на законных основаниях. – Глаза полусирены полыхнули нестерпимым огнем ярости, но королева все же закончила свой приказ. – И после этого примите все письма императора Сурана и передадите мне лично в руки, не скрывая. Только проверив на наличие магии, могущей угрожать моей жизни.

А вот это было уже прямое оскорбление не самого посла, а его императора.

Но неожиданно насмешливый имперец поклонился едва заметно и его губы дрогнули в одобрительной улыбке:

– Как вам будет угодно, ваше величество, – он внезапно стал безупречно вежлив и корректен.

Но королева услышала что-то в этих интонациях:

– Вы забываетесь, лорд.

– Нет, – в этот момент вперед выступил лорд Нервус. Его взгляд был пристальным и походил на лезвие клинка, – лорд Максимилиан в своем праве. Или Лунар хочет конфликта?

Повелитель демонов был одним из тех, кто демонов, которые приводили Лунар к присяге Темной империи и её императорам. Точнее он был в группе подтверждения, когда королева заняла трон матери.

Игры королевы Электра привели к тому, что Лунар пытался вывернуться. Но вот так, в открытую – вряд ли.

Королева выпрямилась еще сильнее.

– Письма, господин посол.

Максимилиан с легким поклоном протянул пачку писем первой советнице королевы.

Навья взглянула на него своими колдовскими глазами. И астролог уловил легкую, почти незаметную дрожь, охватившую демонессу от одного единственного случайного касания кончиками пальцев.

Похоже, лунарка так и не смогла забыть. Демон скрыл довольную улыбку – он уже не был подвержен её очарованию. Её загадка для него была разгадана еще в прошлый визит, теперь его интересовала совсем иная тайна, оставшаяся в империи. И судя по встревоженному состоянию Флейма – пытающаяся влипнуть в очередную историю.

Я чувствовал нечто вроде раздражения:

– Вы хотите закрепить кровную связь, – повторил я за Рубином, чтобы предельно ясно уложить в своем сознании этот факт. В конце концов, часто ли приходят ко мне другие демоны, чтобы предложить себя в добровольное рабство? Поэтому я совершенно искренне удивился. – Не понимаю, зачем?

Кроваво-красные глаза смотрели с… надеждой? Хотелось передернуть плечами и выругаться, стряхивая с себя наваждение. У этого демона, что вообще гордости нет? Хотя, было что-то странное и непонятное во всей ситуации.

Не чувствовал я в нем той неуемной страсти ко мне, которую кринит пытался показать все это время. Нет, сначала я действительно в неё верил. Но вот с того момента, как нас связали, и я научился закрываться от его эмоций и чувств, я, наконец, смог немного проанализировать и порассуждать немного.

Все его действия с самой нашей первой встречи, были хорошо продуманной игрой. Опасной, привлекательной, почти незаметной, но все же игрой.

Что же случилось сейчас? Потому что сегодня он пришел не играть.

– Лорд Янус, – эта официальность была такой же странной и выходящей за рамки привычного поведения и ощущения. Я настороженно уставился на него.

– Да?

– Что вы знаете об особенностях императорской семьи?

Я нахмурился:

– А если уточнить область?

– Сколько поколений императорской семьи вы помните за раз?

Я замер. Об этом явлении я читал где-то мельком, лишь однажды. Нечаянно нашел в семейной библиотеке, пока искал совсем другой материал по содержанию, поэтому информацию проглядел по диагонали. Но основную часть запомнил. Император или императрица живут только до совершеннолетия своего отпрыска-приемника. Все предыдущие поколения, так или иначе, погибают, освобождая место для продолжателей дела. То есть Рубин знал, что ему осталось не так уж и много? И император… знал?

Я «пролистал» некоторые картинки событий последних лет. Получается, знал. Интересно тогда – а, сколько осталось жить Рубину?

– Вижу, знаете, – криво усмехнулся кринит. – Все верно, мне осталось жить ровно сто пятьдесят лет. И то не факт. Обычно мы умираем ДО совершеннолетия наследника. Хотя последний обычно уходит именно перед коронацией. На мое счастье, я именно такой вот последний. Так что на полтора века могу смело рассчитывать. А привязка на крови, которую мне предложил мой дорогой племянник, как оказалось способна продлить этот срок.

– Вы знаете, что я решился на обмен с ректором Соареном?

Кринит побледнел, осекаясь на полуслове.

– Ты с ума сошел?! – наконец раздалось тихое шипение, полное ярости и… отчаяния.

Я покачал головой.

– Нет. Это достаточно трезвый расчет. Выкладки показывают довольно высокие шансы на успех.

– На успех для кого?! – красные глаза начали светиться от гнева. Стало по настоящему страшно. – Для Соарена?! А с тобой что?! И Суран допускает подобное?!! Знал бы, для чего тебе этот проклятый дневник!..

– Я бы и без него нашел этот выход, – холодно оборвал я Рубина. – Просто дневники ускорили ход событий.

– Самоубийство, – это уже гневный рык. – Если бы я был твоим отцом!..

Я зло улыбнулся:

– Напомнить, кто виноват в том, что у меня нет отца?

– Проклятье, – он отшатнулся от меня. – Мальчишка!

– А что делать, если старики вроде тебя все разрушили? – я пожал плечами, не совсем понимая причин гнева и этой вспышки. – Вы сделали все, чтобы мальчишки исправляли то, что натворили вы. Изначальные, Трещины, Раскол, клан Крови… все приходиться разгребать нам – мальчишкам.

Он склонил красноволосую голову.

– Прости.

Я вздохнул:

– В любом случае, вы пришли не за этим. Привязку на крови я вам обновлю. Но постараюсь закрыть область, могущую повлиять на ухудшение ситуации. Это даже лучше – мне нужно ослабить свои силы перед ритуалом. Иначе, заклинание еще и передумает перекинуться. Ему нужна жертва, которая будет более интересна, чем та, на которой он паразитирует.

– Сильный, но временно слабый, – его глаза больше не светились. – Суран меня убьет.

Я хмыкнул.

– А вот это уже не моя проблема.

Рубин обречено покачал головой.

– Ритуал когда провести думаешь?

– Завтра, – решил я. – Перед закатом. А утром следующего дня проведем ритуал переноса заклинания.

5

– Миру!

– Урия, – благосклонный кивок-приветствие.

– Ты… ты в порядке? – генерал предано заглядывает своей мечте в глаза.

– Конечно, – легкий небрежный взмах руки. – Это было небольшое недоразумение. Королева быстро все разрешила. Не стоило таких волнений.

Её брат рядом держит лицо. Год в застенках королевы – это «быстро все разрешила»? У повелительницы Моря всегда было особое мнение. Хотя кто знает, какие условия пребывания в темницах у королевы для своей любимицы. Есть что-то странное и непривычное в выражение её лица. Волосы изрядно отрасли за это время – даже удивительно. Раньше они не отрастали ниже плеч, сейчас же были замысловато заплетены в косу и ниспадали до поясницы. Мира терпеть не могла такой длины – считала, что непрактично и некрасиво.

– Я рада слышать это, – в голосе генерала истинная радость. И Дарий стискивает зубы, чтобы не сорваться. Его любовница не видела и не слышала его рядом с собой, видя только ЕЁ.

– Ох, Урия, – а в голосе странная мягкость, словно затаившаяся кошка в ожидании мышки. – Мне сказали, что взялась приглядывать за моей бесполезной дочерью. Надеюсь, она не доставила тебе особых хлопот?

Женщина вздрогнула. Что-то в интонациях советницы королевы, наконец, заставило её насторожиться.

– Нет, – медленно ответила она, мучительно обдумывая, что же тут не так на самом деле. – Она у тебя… тихая девочка. И необщительная.

Сине-зеленые глаза, прозрачные, как льдинки. И… какие-то кукольные.

– И… моя дочь слушается тебя… во всем?

Урия нахмурилась еще больше, чувствуя, как неприятное чувство расширяется.

– Пока не спорила…

– Вот как, – и снова безмятежность моря. – Рада это слышать.

И повелительница Воды отвернулась, плавной походкой направляясь прочь.

Воительница смотрела ей вслед, прикусив нижнюю губу. Что-то было не так.

Демонесса помнила, как все меняется, когда происходит подселение силы Изначального – но то, что произошло сейчас… имело совсем иные корни. Это несомненно.

Дарий сжал её локоть, обращая на себя внимание. На его губах застыла странная удовлетворенная улыбка.

У Урии что-то вспыхнуло перед глазами, как озарение. В горле встал тяжелый темный ком ярости.

Он знал! Женщина внезапно осознала, что её любовник именно этого и добивался. Кара – дочь Миры и внешне сильно похожа на неё, хотя внутренне совсем иная. Да, Мира всегда была той, кто повелевает и ведет во всем. Во всех аспектах жизни.

Кажется, демонесса поняла. Впервые на её долгой памяти Мира своеобразным способом выразила… неодобрение. Это не было ревность, Урия вообще сомневалась, что повелительница Воды способна на это чувство. Но вот чувство собственности – это вполне могло быть правдой. И её родной брат, как никто другой знал об этом, и мог манипулировать подобным чувством сестры.

Генерал повернулась к мужчине и прошипела сквозь зубы.

– Домой. Нужно поговорить!

Император смотрел на своего лорда так, словно хотел немедленно запретить любые эксперименты. Рубин перевел взгляд на мальчика… мальчик. Для него они все мальчишки, с непомерной властью и силой, которая неожиданно оказалась в их руках.

Воины, которые стали взрослыми слишком рано. Он знал о силе и эффекте Безвременья, но как ни странно, оно мало влияло на интеллектуальный и эмоциональный рост демонов, поэтому не учитывалась при подсчете возраста.

Да и сколько они все там бывали? Молодому демону в безвременье места особого нет. Надолго там не задержишься, сила тянет обратно. Нужно постоянно появляться в своем измерении получать подпитку. Оттуда и пошли все эти сказки о том, что демона можно убить, отрезав от своего дома. Ну, не совсем сказки. Пока демону не исполниться двести лет, это работает, и еще как. Рубин скривил губы, вспомнив несколько историй, когда еще сам учился в Академии.

Тогда большой скандал был, а теперь… Теперь молодежь, дети фактически… идут в бой в одиночку туда, куда и его собственный отец, дед Сурана побоялся бы сунуться. Безумный мир…

Рубин вздохнул – если бы Янус был совершеннолетним, он бы так не трясся над мальчишкой. Красивый, умный… такой высокий потенциал… да если бы ему было хотя бы за полторы сотни, Рубин не постеснялся бы уже так или иначе уложить его в свою постель, он и Горгону-то предал в тот момент, когда понял против КОГО идет его сумасшедшая возлюбленная.

Дети… Юрия поплатилась за то что подняла руку на своего сына. Рубин же надеялся продлить свою жизнь. Он страстно хотел жить. И дожить до того дня, когда лорд Янус обретет свое истинное могущество. Тогда можно будет потягаться с сиреной за его тело возможно даже сердце.

Однако теперь этот сумасшедший мальчишка ныряет в очередную авантюру, ничуть не заботясь о будущих планах Рубина на него. Проклятье!

Хотя… может именно детская пластика его восприимчивого сознания сможет справиться там, где умирали могущественные демоны, прожившие не просто века, а тысячелетия.

Рубин перевел взгляд на второго демона. Соарен… и как только этот умница смог попасть в такую историю… впрочем, кто бы говорил. Горгона, Индира… у каждого из них была своя женщина-судьба. А ведь Соарен во времена Рубина тоже был вот таким мальчишкой, как белокурый сосредоточенный демон, стоящий напротив ректора Академии. И ведь именно тогда он смог завоевать расположение и покровительство одного из самых могущественных существ Империи – лорда Нервуса.

По слухам, тот едва смог дождаться совершеннолетия Соарена… Как же Нервус позволил ему стать рыцарем Индиры?

Рубин прищурился, когда Янус выпрямился напряженной струной, и его окутало сияние, ослепительно белоснежное, потрескивающее как лед на реке под ногами. В воздухе залы запахло свежим снегом и потянуло прохладой.

Лорды и леди сосредоточились. Каждый из них был готов к битве. Никто не знал, что именно может выползти из ледяного мира безумия и ненависти.

Но все оказалось намного тише, чем ожидалось. Сияние рассеялось. Соарен стоял на коленях, тяжело дыша и держась за грудь. Из-под отросших ногтей, капала теплая почти дымящаяся кровь… горячая, как лава. Рубин в этом не сомневался. Он с трудом отвел взгляд от повелителя Разума, чтобы увидеть… глыбу льда, в которой словно изваяние застыла тонкая хрупкая фигура, в слоях льда ставшая почти призрачной. Лорд Янус смотрел на них ясными синими глазами, яркими как небо по осени. СМОТРЕЛ. Рубин знал, что почти наверняка в этих глазах нет страха. Мальчишки, не знающие страха, шагающие в неизвестность… мальчишки. На языке чувствовалась горечь.

– Суран… – голос хрипел как несмазанный ржавый механизм.

Император только кивнул и взмахнул рукой.

Столб света – странная форма для портала, когда привык к завихрению воздуха, но форма заклинания вечного сна видимо другого не подразумевала. Демоны, сжав зубы, напряженно следили за тем, как медленно поднимается ледяной кристалл с заключенным новым узником и постепенно растворяется в светлом круге.

Тихий свист, что-то мелькнуло мимо Рубина. Кринит вздрогнул и успел только заметить радужное крыло, когда фея вцепился когтями в основание почти исчезнувшего кристалла.

Ошеломленные демоны не успели даже дернуться, а фея, прежде чем исчезнуть в портале оскалился в улыбке. А потом портал захлопнулся, и наступила тишина.

– Янус справится, – тихо проговорила в пустоту залы леди Каина. И в её голосе была такая непоколебимая уверенность, что Рубин внезапно тоже поверил. Этот мальчишка справиться.

Он хмыкнул и повернулся к своему племяннику.

– Ваше императорское величество?

– Да, дядя? – лицо Сурана было бесстрастным, словно выточенным из мрамора.

– Я тут подумал, пока лорд Янус отсутствует, может его место займет временно лорд Соарен? Кажется, это будет справедливо, ведь лорд Янус занял его место. А когда повелитель Иллюзий вернется, мы вернем Соарена на место ректора Академии.

Суран медленно поднял голову и пристально посмотрел на замершего демона, все еще стоящего на коленях посреди тронной залы.

– Хорошая идея, дядя. Оказывается вы еще не так уж и стары для неплохих мыслей.

Вот же… император. Рубину хотелось неудержимо улыбаться. Ему внезапно начал нравиться его племянник.

6

Дориан отодвинул бумаги и с наслаждением потянулся. Сейчас бы чуть размяться, в душ, а потом в блаженные объятия постели. Хотя… по его губам скользнула усмешка – неплохо бы было не только самому в постель, но и еще кого-нибудь туда. Повелитель Металла вспомнил роскошную сиреневую волну волос Гарсиа и пронзительные, горящие глаза. Да, это было бы великолепно, но… Этот парень… Дориан бросил взгляд на стол – он хочет большего, а полуламия не был уверен, что может и хочет это дать. Раскрывать свое сердце опасно. Этот урок он выучил ещё на примере своих родителей. Правда у них была счастливая любовь, но со смертельным исходом.

Эти странные мысли совершенно сбили Дориана с настроя, и он решил, что все же удовольствуется одной постелью. Мысли о бесе сейчас вызывали у него отвращение.

Повелитель металла поднялся и телепортировался в зал для тренировок. Привычно сбросив рубашку и сняв иллюзию с залы, он направился к стене, увешанной оружием. Конкретно в этом помещении использовались чары иллюзии, которые им предоставила сама госпожа Каина – личные разработки лорда иллюзий Януса. Зала для боевых тренировок выглядела бы странно в борделе, даже если тут есть личные апартаменты хозяев борделя. Поэтому приходилось скрывать. Она слишком уж не вписывалась в образ этаких манерных, пусть и опасных лордов-демонов из империи.

– Может бой на катанах? – задумчиво предложил голос за спиной.

Дориан резко обернулся – он не привык к тому, что кто-то мог неожиданно появиться рядом с ним, а он ничего не почувствовал.

Перед ним стоял Кэлмор. Такой же полуобнаженный, как и он сам. Ноги были затянуты в кожаные брюки, которые облекали как вторая кожа, выгодно очерчивая мускулы… Он был босиком, а волосы собраны в непривычный хвост на макушке. Эта прическа сделала его ещё более бесшабашным и… привлекательным. Рыжий демон протянул ему гибкий меч.

– Поединок? – Дориан взвесил оружие в руке.

– Ну да, – лукаво и хищно одновременно усмехнулся Кэлмор, – Я разместил гостей, отбился от светловолосого, прикрыл тебя от блондинов.

– То есть? – насторожился Дориан.

Демон почти плотоядно улыбнулся:

– Оба рвались помочь тебе… уснуть.

Золотистые глаза изумленно распахнулись. Подобного он явно не ожидал. Потом глаза сузились.

– Они что думают, что мы с тобой совсем несмышленыши? – процедил он сквозь зубы.

– Похоже они… немного другие, – внезапно признался Кэлмор. – Я покопался в старых записях… у них… более мирная жизнь, чем у нас. Грейву около тридцати тысяч лет. И похоже все это время с Изначальными они не сталкивались.

Лезвие катаны вычертило плавную дугу в воздухе:

– Ясно. Что ж… их ожидает некоторый сюрприз.

Кэлмор едва успел отразить стремительную, как бросок змеи, атаку. А дальше началась дикая смертоносная пляска. Оба меча были закалены в битвах и остры как бритва, а оба противника – опытные воины. Если бы лезвие одного из мечей хоть раз дотянулось бы до противника – это могло обернуться смертью для последнего.

Оба прекрасно это понимали, и это… возбуждало. Тела блестели от пота, но ни один из них не уступал другому, не давал слабину, дыхание ни разу не сбилось. На лице Дориана появилась полубезумная улыбка, отвечающая взгляду его напарника. Волосы растрепались темным золотом, и их пряди прилипли к влажному лбу и вискам.

Дориана подвело то, что он был в ботинках. Это не позволило ему развернуться вокруг своей оси так же легко, как босоногому Кэлмору, когда тот грациозным и стремительным сальто оказался за его спиной. Лезвие скользнуло вдоль лезвия, и полуламия начал с широко распахнутыми глазами оседать на пол, зажимая рану на боку рукой. Катана выскользнула из враз ослабевших пальцев.

Кэлмор едва успел подхватить его у самого пола.

– Ты… ты… выиграл?!.. – и столько неподдельного изумления, почти граничащего с детским, было в его словах, что более младший демон не сдержал торжествующей усмешки.

Рана на глазах затягивалась.

– Я выиграл, – он отвел со лба Дориана несколько налипших прядей, – Наставник.

– Больше нет, – спокойно покачал головой светловолосый демон.

– Ну не-е-ет, ты так просто от меня не избавишься, – протянул Кэлмор. – Пусть внешне все так и остается, а вот между нами… придется тебя брать меня в бизнес в равных долях… напарник.

– Наглец, – протянул с невольным восхищением Дориан.

Полугарпия тряхнул хвостом и заявил:

– Какой уж есть.

– Выглядишь черезчур довольным для таких неприятных новостей, – заметила огненная фигура. Способ связи леди Огня всегда немного нервировал Дориана, но он находил во всем этом своеобразную прелесть. Это был еще один плюс от работы на эту невообразимую особу. – Заполучил кого-то еще в свою коллекцию?

– Можно и так сказать, – усмехнулся Дориан. – Или он заполучил меня. Но я охочусь и на вторую дичь. Более опасную для меня…

– Или твоей задницы? – хихикнул огонь.

– Леди! – преувеличено шокировано выдохнул Дориан. – Вообще-то, я хотел уведомить вас, что принял Кэлмора своим напарником. Он выиграл у меня бой и отныне считается уже полноправным партнером, а не учеником…

– Да ладно тебе, – она легкомысленно помахала рукой, а потом внезапно замерла. – Но если серьезно… мне не нравиться, то о чем ты умолчал.

– Даже огонь ненадежен, – признался Змей. – Я не рискну…

– Кажется, я понимаю, – медленно произнесла огненная фигура. – Действительно о таких вещах не говорят даже огню… Но вот звездам… со звездами ты можешь поделиться?

– Хорошо… я подумаю, – ответил Дориан, ни на мгновение не запнувшись.

– Тогда до встречи… я пошла обдумывать то, что ты мне не сказал.

– Конечно, – откликнулся тот. Через мгновение, напротив, в камине горел самый обычный огонь.

Дориан вздохнул и нахмурился. Поговорить со звездами… Доверить им? Интересная шарада… Или? Самая, что ни есть простая? Кто там в посольстве Империи, которое прибыло несколько дней назад в Лунар? Лорд Нервус, повелитель Земли и… точно! Максимилиан – повелитель Звезд.

Что ж… придется искать безопасный выход на посла империи. Хотя… разве герцог Масато не хвастался тем, что именно у него гостит имперское посольство? Очень интересно… Утром есть что обсудить с Кэлом. И этот мальчик, Флейм кажется… та еще загадка.

Странное что-то затевается… похоже война с Крином была только началом какой-то другой большой игры. Изначальные, Клан Крови, четверка и император, движения внутри Лунара, сейчас вот еще эти демоны из дальних земель, про которых империя и не вспоминала уже… да последние наверное тридцать тысяч лет, если не больше…

Надо бы уточнить, о чем фея общался с адъютантом Масато – сможет ли тот вывести их на повелителя Звезд.

Он потянулся как кошка и решительным шагом направился обратно в спальню, там сейчас его ждала пустая холодная постель.

Тонко звякнула струна, обрывая звук. Лирис из клана Волков положил ладонь на струны и сумрачно поднял взгляд на лорда Диаманта. Тот хмыкнул, волчонок – так кажется его называют все кому не лень? Только кажется все они немного ошибаются, кичась своим возрастом и пренебрежительно глядя на молодежь. Перед ним сидел не волчонок, хотя еще не матерый волчище – но это был молодой волк, сильный хищный. Опыт он компенсировал силой и прыткостью. И… обаянием.

Диамант имел удовольствие наблюдать, какой шлейф потянулся за какие-то пару месяцев за этим демоном. И невольно восхитился имперским послом и куратором – это ведь он научил стервеца новомодным музыкальным направлениям.

Теперь все кому не лень сочиняют и поют, да только вот сердце демонов удалось завоевать именно волчонку. Опасному и молодому. А еще у него оказался великолепный голос.

Диамант уже не раз подумывал о том, чтобы убрать эту сорвавшуюся с крючка рыбку, но чем больше наблюдал, тем больше понимал, что где-то упустил момент.

Если бы тут был король Рубин – было бы о чем говорить. Его можно было бы подтолкнуть на то, чтобы избавиться от неугодного мальчишки, но Рубин в империи. И еще не известно с чем именно он вернется… или с кем.

Посол империи много крови попортил им, а что если приедет кто-то более матерый? Неужели слияние с империей?

Он передернул плечами и вновь взглянул на Лириса – тот кривил губы в ухмылке, наблюдая за демоном. И молчал. Видимо ждал, что же хочет сказать ему правая рука короля Крина.

– Отдыхаете?

– Создаю новую песню, – хмуро отозвался тот, неприязненно дернув рукой.

– Сочинять песенки имперского стиля – это ли дело для столь молодого правителя собственного клана?

Оскал юноши можно было бы посчитать почти мерзким.

– Возможно и не дело, да только с тех пор, как я петь начал так, как научил имперский посол, мой клан вдвое увеличился и под мои знамена просятся воины других кланов, пусть с более слабой, но независимой судьбой.

Диамант дернул бровью. Об этом он тоже знал, и только что зубами не скрипел от ярости, читая отчеты о том, как клан волка поглотил два более мелких, приняв их в семью. Пусть от кланов тех осталось по три-четыре человека, но слабейшие прослышали о судьбе товарищей по несчастью. И механизм оказался запущен.

Пусть будет проклят этот молокосос из империи. Демон вздохнул и поднял глаза к небу, любуясь облаками. Таких как лорд Янус им бы во времена Раскола. Кто знает, что в итоге получилось бы. Может сейчас тут стоял бы этот самый Янус и думал как сохранить Крин таким, как его создали они собственными силами.

– А он уже не такой, – внезапно его мысли прервал голос Лириса.

Диамант резко опустил голову потрясенный. Он не заметил, как произнес последнюю фразу вслух.

А молодой демон серьезно смотрит:

– Война с Изначальными, заражение… это то, что вы хотели? Я не думаю. Когда произошел Раскол, разве вы об этом мечтали, лорд Диамант? Вы же демон – позвольте себе мыслить более гибко.

Смешок и хлопки ладонями.

Демоны повернули головы, настороженно смотря на фею, сидящего на ветке дерева неподалеку.

– Он тебя сделал, старичок, – фея улыбнулся зубастой улыбкой. – И мне кажется, тебе стоит над этим подумать.

– Ты за мной? – улыбнулся Лирис.

– Да, – кивнул фея. – Мои ребята хотят послушать новую песню. Ты же закончил её?

– Да, – отозвался демон и посмотрел на Диаманта. – Хотите пойти с нами?

Тот смотрел внимательно, а потом медленно кивнул. Что-то менялось, и он наконец начал осознавать это. Неужели Рубин заметил это еще раньше? И смог перестроиться? И даже отринуть свою пагубную страсть к Горгоне?

Поймав нужную нить, он скользнул по ней, перемещаясь в другое измерение вслед за заклинанием через портал, которым обычно передвигались довольно старые магические существа. Те, кто был в этом мире задолго до демонов. Феи еще помнили это.

И чуть не подпрыгнул, когда жуткий холод жадно вонзился в его тело. Фея моментально сплел заклинание, но они не сработали. Лёд словно блокировал его магическую силу. Придётся мерзнуть, понял он и огляделся. Кругом громоздились глыбы льда, прозрачного, зеркального и радужного. Холодное белое солнце заставило фею зажмуриться. Что ухудшало положение, лёд отражал этот слепящий свет.

Зеленоглазый с трудом адаптировал своё зрение, понимая, что долго в этой слепящей лёдяной пустыне не выдержит.

Он медленно приоткрыл глаза и замер. Прямо перед ним возвышалась глыба льда. Совершенно прозрачная, она почему-то не искажала и не преломляла свет как остальные.

А внутри… Изящная стройная фигура в знакомом мундире. Руки судорожно сжаты, словно, он пытался остановить заклятие.

Фея, с любопытством поднял взгляд на его лицо. Чистые аристократические черты лица. Очень красивое, окруженное шапкой тёмно-золотых волос. Благодаря шутке льда, волосы выглядели так, словно лорд застыл под водой. Светло-синие глаза удивлённо смотрели на того, кого здесь не было.

– Какая красота, – невольно вырвалось у феи, и он даже раскрыл крылья, в которые невольно кутался. Как все феи он ценил прекрасное в естественной природе. И сейчас демон напоминал ему красивые камешки, которые получались из золотистой смолы, когда та застывала и солнечными искрами радовала взгляд. И он просто не мог не восхититься этой картиной.

На правой щеке Януса теперь уже навечно застыла длинная царапина и несколько капель крови весело искрились у его лица. Видимо зацепило чем-то когда заклинание ударило по нему.

Фея стоял перед глыбой льда и напряжённо смотрел на лицо почти мёртвого демона. Раньше ему казалось, что синие глаза живут на этом лице, теперь же он бы сказал, что они потухли.

– Ты говорил, что ненавидишь холод, – пробормотал он и поднял голову прямо к слепящему солнцу. Зеленоглазая фея не закрывал глаза, словно, собираясь ослепнуть. Слабая улыбка, полная дьявольского сарказма, исказила его губы. Тихий шёпот морозным облачком соскользнул с них:

– Ты ведь тоже не хочешь его потерять? Он нам нужен. В нем так много от тебя, огненная звезда. Так же обжигает, если приблизиться слишком близко. Так отдай мне свою силу. Он так похож на тех, кого называли твоими детьми.

Фея дотянулся до солнца своей силой, преодолев преграду льда, и с удовлетворением ощутил обжигающий жар. Правда он немного сомневался, что сможет преодолеть столь мощное заклинание, но почему-то ощущал, что должен, просто обязан, попытаться. Может, на него так повлияла заключенная Сделка? Или… ему просто нравиться этот полусумасшедший демон? В нем ведь явственно есть что-то такое, что роднит его с феями.

Когда он почувствовал, что набрал столько силы, сколько едва может выдержать, фея сфокусировал её на нужной точке и чуть заколебался – а если он переборщил? Но колебания длились лишь мгновение, ведь если он не сделает этого сейчас, то не сделает уже никогда.

И истинное существо своего мира обрушил мощь солнца на льдину, в которой застыла одинокая неподвижная фигура.

Фея открыл слезящиеся глаза и горько улыбнулся: всей его силы не хватило. Льдина осталась абсолютно нетронутой. Но, кажется, глаза его демона снова вспыхнули. Конечно это лишь воображение, но фея был и этому рад.

И тут в тишине раздался тихий почти неслышимый треск. Этот звук нарастал, становясь всё громче и громче и, наконец, он почти оглушал. Зеленоглазый рассмеялся, чувствуя ликование, льдина разваливалась, он победил заклинание древних!

Осколки вспыхнули и разлетелись в стороны.

Фея подождал, когда ледяная пыль осядет, и медленно подошёл к телу, лежащему среди холодных сверкающих развалин. Странно, но и сейчас ему показалось, что Янус выбрал очень удачную позу для того, чтобы он мог оценить его красоту. Казалось, он прилёг отдохнуть и полюбоваться небом этого ледяного мира, небрежно закинув одну руку за голову.

Зеленый взгляд скользнул по лицу иллюзорного лорда и застыли, словно, завороженные. Царапина на щеке кровоточила; красные капли одна за другой соскальзывали с щеки и с лёгким ударом падали на снег.

Фея присел на корточки и коснулся этого кровавого ручейка, кончики пальцев окрасились, он лизнул их языком и с ликование прошептал:

– У мёртвых так долго раны не кровоточат.

«Тепло… Как тепло…»

– Что?! – фея подскочил как ужаленный.

Ресницы над тёмно-синими безднами глаз дрогнули и как-то очень медленно поползли.

«Больно! Это больно!.. Я не мог закрыть их очень-очень долго! Как же больно!»

Зеленоглазый фея теперь не сомневался – Янус был жив! Всё это время…

Внезапно он понял, что больше не слышит мыслей Януса. И за очень долгое время, что он жил, им овладело чувство очень смахивающее на панику.

– Эй! – он подхватил демона на руки. – Не смей умирать! Я столько сил потратил на то, чтобы достать тебя оттуда.

Я помнил холод. Тот самый, который показали мне воспоминания еще Соарена. Если бы я знал, что будет так плохо, решился бы я на такой эксперимент? Наверное, нет.

Я видел фею, который последовал за мной, вот настырное создание. А фея смотрел на меня, и в глазах его светилось истинное торжество.

– Теперь ты у меня в долгу, демон, – хищная улыбка.

И я содрогнулся – что могло потребовать это создание, я даже не мог представить. И… имел все основания испугаться…

Когтистые руки помогли мне подняться на ноги. А потом он исчез… растворился в солнечных лучах, как видение, но его шепот впечатался мне в сознание огненным шрифтом.

«Найди рыцаря, демон. И возвращайся.»

Тонкая фигура брела между огромных льдин. Сверкающий холодный-холодный мир. И радуги замерзают в прозрачных колоннах и причудливых изломов… И шепот, шепот, шепот окружает медленно, но упрямо движущуюся фигуру. Он буквально пытался разорвать её на части. Дергал за одежду, щипал и резал…

Фигура спотыкалась, падала и снова упрямо поднималась, цепляясь за лед. И шепот нарастал, превращаясь в гневный крик, пронзительный визг, невыносимый для уха.

Синие глаза, подернутые ледяной коркой, насмешливо, с равной шепоту ненавистью смотрели вперед, что-то выискивая…

Золотая шевелюра выглядела седой… А с рук, которыми он цеплялся за лед, капала прозрачная кровь…

Янус искал. Он внимательно слушал фею, когда тот разбивал сковывающий его лед. И его воспоминания смешивались с воспоминаниями Соарена, особенно яркими оказались почему-то сцены с Эндимионом, наследником клана Земли. Его слова для Соарена, что тот закрылся в себе, сосредоточившись на мыслях, как в броне… казалось что это Янус слышал их, а Соарен – всего лишь сон. Давний и смутный, но тем не менее важный. Сквозь ненависть ко всему, что глодала его словно довольный оборванный пес, которому неожиданно перепало мясо на кости, он вспоминал как и к чему привели его раздумья. Он должен найти источник.

Он еще помнил строчки дневника лорда Янтаря. Как там было точно?

«Императоры Темной империи никогда не были идиотами… Если бы рыцаря, что принес себя в жертву „Вечного Сна“, убили, то сила бы вырвалась, не ограниченная теперь никакой оболочкой… А значит, она все ещё сдерживается. Значит, где-то заключена. И это где-то – тело, а тело…» Он не помнил, что было написано дальше, но и этих воспоминаний было вполне достаточно.

Рваный смех рвался изнутри охрипшего горла демона. Это была такая простая загадка. А он так долго не видел её разгадки.

Он упал и поднялся снова. Руки коснулись теплого льда…

Теплого? Он сфокусировал взгляд и… замер.

Это был прозрачный огромный айсберг, как тот, в котором был он сам, только намного больше. И внутри, изогнувшись, замерла светловолосая фигура и её живые синие глаза смотрели прямо ему в душу.

Он нашел его… Рыцаря…

Янус, как мог, выпрямился и… с грацией прирожденного аристократа поклонился, как младший старшему.

Не узнать характерного внешность своего рода, он не мог. Видимо, Вечный Сон, проклятие его семьи. Существо с лицом и глазами его деда, смотрело на него изо льда, выжидая.

Янус бил по льду. Размеренным движениями, доведя себя до состояния механизма. Сплетенные в замок руки раз за разом взлетали над головой и обрушивались на ледяную глыбу.

Синие живые глаза внимательно следили за ним изнутри.

Руки, сбитые силой ударов, сочились кровью, что в последнее время почти замерзла в его жилах.

И еще он говорил… размеренно. В такт ударам. Как заклинание. Он рассказывал все, что помнил и знал о Темной империи, все что случилось с ним… Он даже не рассказывал, а делал доклад, как на советах, как делал это перед Сураном. Про Раскол, про Изначальных, про свое путешествие в Сферу, про войну с кринитами. Про Рубина. Про Нидо.

Факты, факты, фактики. И анализ ситуации. Холодный и рассудительный. Картина, что перед ним вырисовывалась из его доклада, и ужасала и восхищала его. Теперь он, наконец, все понял… Этой войне не будет конца, пока он не уничтожит Нидо, пока империя не избавиться от этого безумного, даже по меркам демонов, предка.

Лед треснул, но он словно не заметил. И удар… снова удар…

Янус обрушивался на ледяную тюрьму не только все свои демонические силы, но и всю ненависть, что бурлила в его душе. И она выплескивалась из него, как из переполненной чаши.

Лед поддавался. Неохотно, трудно, но… поддавался. Повелитель Иллюзий этого не видел… Он продолжал говорить и бить.

Шепот вокруг нарастал. Он уже превратился в полувой-полукрик, когда глыба начала сыпаться. Демон замахнулся… и упал.

Кричащая темнота сомкнула над ним свои своды.

Он уже не видел, как из осколков поднялись сияющие тонкой пленкой льда, руки и сомкнулись в объятиях, словно, защищая безвольное тело молодого лорда.

Голоса стихли.

Он брел сквозь чужой сон. Это он понимал. Любой демон может отличить чужой сон от своего.

– Как все извращенно, – с сожалением и печалью заметил голос за его спиной. – Былое величие империи демонов… Первый и его Изначальные не были демонами. Скорее порождением больной фантазии. А вот мы уже иные. И лунарцы. Ты шел по правильному пути. И я согласен с решением послать твоего сына туда. И план с Вией неплох, но я бы подкорректировал немного.

Он резко обернулся и увидел… почти точную копию себя. Только… ледяную.

– Привет, внук, – улыбнулась копия, – Я твой дед, Янтарь.

Янус молчал. Горло отказывалось произносить звуки.

– Ничего, это пройдет, – сочувственно кивнул ему собеседник. – Ты так долго говорил. Моя очередь оказать тебе ответную услугу. Пойдем… я покажу тебе. Тебе ведь интересно.

Они оказались в огромной зале. А напротив них стояла высокая темнокожая женщина в длинном серебристом платье. И серебристыми волосами, так похожая на лунарку.

– Богиня Селена, – заметил спутник Януса. – Ей поклонялись смертные. И допустили ошибку, перейдя от поклонения к действию.

В залу вошла женщина. Очень красивая, с длинными черными волосами, и светлой кожей.

Она встала перед статуей, словно завороженная.

– Королева влюбилась в образ, – голос ластился к Янусу. – Она дошла до того, что решила призвать богиню…

Одного королева не знала. Старые боги – это жестокие боги и равнодушные. В одних мирах их почитают как богов, в других проклинают как демонов. Так, что королева Одина открыла дверь в мир демонов. Открыла, не обладая силой повелителя демонов, а будучи лишь потомком богов. Улавливаешь разницу, внук?

Лорд Иллюзий ошарашено взглянул на него. Светловолосая, как и у него, голова кивнула:

– Богиня пришла. Но боги жадны. Селене оказалось мало маленького мирка смертных. И кроме того, красная кровь смертных такая сладкая и в ней так много чистой силы. Однако серебристо-сиреневым глазам богини не суждено было обозревать просторы этого мира. Брат глупой королевы Одины оказался повелителем демонов. Это был неприятный сюрприз для Селены. Но Одина была послушна своей богине…

Янус смотрел, как Селена приказывала королеве. И та покорно посылала войска на смерть.

– Кто это? – он указал на девушку, похожую на королеву, которая с ненавистью смотрела на богиню.

– Ты наблюдателен, – одобрительно улыбнулся его собеседник, – Это Анифа, дочь королевы Одины. Она не была так слепа, как её мать. И именно возглавляемый ею мятеж помог брату королевы успеть отразить атаку зараженных ненавистью и мутировавших солдат Одины. Однако сама принцесса поплатилась за свою храбрость. Впрочем, как и тот, кто её поддержал. Королева Одина сошла с ума, и не видела, как её дочь и зять превратились в рабов Селены. Богиня всерьез взялась за них, но смертные выстояли. И Один, брат-близнец королевы, призвал в их мир иную силу. Он воспользовался кровной магией. Убил сестру. И занял её место…

Янус смотрел, как волнистое лезвие ножа вошло в висок красивой женщины и как текут кровавые слезы по её застывшему лицу.

Он уже видел это… с другого ракурса… в ином сне. С иным смыслом.

– Один… Нидо…

– Верно. Один окончательно сошел с ума, поглотив силу своей сестры и впитав силу богини. Он и до этого-то человеком был не в полной мере. А после такого своеобразного ритуала… Стал чем-то вроде демонического божества. Он смог перехватить контроль над войсками своей сестры.

Повелитель Иллюзий смотрел на чудовищ, которыми стали смертные, и… верил. Так вот как на самом деле появились Изначальные. Вот их первое воплощение. Настоящее их рождение.

– Мы?

– Тут тебе все правильно показал этот ублюдок, – отозвался рыцарь. – Мы действительно были их игрушками. Но…

– Но?..

– Мы заперли его в Сфере с остатками тех несчастных, которые окончательно потерялись в мареве смешения сил Одины, Одина и Селены.

– Ценой тебя? – тихо спросил Янус, уже начиная догадываться о том, что умолчали дневники.

– Умный мальчик, – с удовольствием прищурился его дед, – Но не только меня. Были многие. Император нашел всех, кто мог обладать сходной с его силой. Он нашел демонов, которые и стали щитом для всего нашего мира и… для миров смертных. Так получилось, что я был аналитиком при имперской службе безопасности и случайно нашел заклинание «Вечного Сна». Разработка кого-то из Изначальных. Во время восстания мы много архивов смогли утащить из замков наших бывших хозяев и создателей. И я понял, что оно из себя представляет. Император не желал применять ничего подобного, но… я был молод и глуп. И это действительно спасло всех.

– Кроме тебя.

– Кроме меня, – согласился он и продолжил. – Нидо оказался заключен в Сферу, а мятежники, что выступали на его стороне, образовали новую колонию и оказались связаны клятвой повиновения Империи, императору и его потомкам.

Янус нахмурился осмысливая и внезапно на него снизошло озарение:

– Лунарцы?

– Да. Но ты уже видел и почувствовал, что Нидо не отступился. А потомки королевы Одины, которые стали правящей семьей Серебряного Лунара, также хотят освободиться и даже возможно возродить свою серебряную богиню, не понимая того, что давно уже равны ей. Я пожинал плоды «Вечного Сна», и первым узнал о том, что Изначальные просачиваются в наш мир снова. Я предупредил императора, и мы вдвоем решили, что мне лучше вернуться сюда. В это мир. Демоны питаются и живут чужой ненавистью, а этот мир воплощение ненависти. Я ждал… анализировал и… совершенствовался.

– Почему ты не стал льдом, как все остальные?

– Ты задаешь правильные вопросы, – улыбнулся его собеседник. – Я держу этот мир в узде. Все свои немалые способности я применил здесь. Я стал повелителем ненависти, Янус, – он внезапно грустно улыбнулся, – я стал богом… И одновременно заложником своей божественной силы.

– Я тоже стану таким? – молодой демон с интересом склонил голову.

– Разве я не сказал, что боги – жадные создания? – лукаво усмехнулся Янтарь. – Меня вполне устраивает мое единоличное владение этим миром. Мне понравилось твое упрямство. И потом, я не настолько стар, чтобы забыть свою кровь. Я решил, что если у тебя получится меня вытащить из моего саркофага, то я помогу тебе. Тем более у меня остался долг. Моя служба. Я рыцарь Темной империи, – его голубые глаза сверкнули. – И та тварь, что пытается вырваться из Сферы должна исчезнуть. Теперь у нас есть силы и возможности окончательно уничтожить его.

– Подожди… это значит?

– Ты неплохой аналитик, Янус, – его предок смотрел на него.

Голубые глаза стали почти прозрачными:

– Не может быть!

Янтарь удовлетворенно кивнул:

– Сообразительный парень.

– Ты идешь со мной?!

Эпилог

Королева Электра задумчиво смотрела из окна, рассматривая панораму Серебряного Лунара. Готова ли она рискнуть своим королевством? Да. Это она знала еще тогда, когда обнаружила возможность выхода на Изначальных. И когда Нидо предложил сделку… она согласилась не раздумывая, так же, как и её верные сподвижницы. Если все будет так, как они задумали… тогда Лунар будет уже и не нужен. Она станет императрицей, и не просто какой-то Темной Империи… всего мира.

Демонесса хищно улыбнулась своему отражению в стекле. Она пожертвовала никчемной девчонкой, своей второй дочерью, которая родилась без малейшей примеси её крови… А теперь за ней явился её папочка… Ну уж нет.

Отражение отвечало ей странным взглядом… и королева едва сдержалась, чтобы не разбить стекло своей магией. Та, вторая, всего лишь тень. И довольно скоро исчезнет и она. Слабая её сторона.

Женщина отвернулась от окна. Платье шуршало, создавая странный тихий звук ползущей змеи. Нервус зря пришел в Лунар. Очень даже зря, учитывая какое письмо прислал со своим мальчишкой-астрологом сопляк-император.

Вийя будет намного интереснее смотреться на его месте, когда они закончат этот раунд игры. Ну а пока… пока стоило организовать своему дорогому гостю почетные апартаменты, и… столь же почетную смерть. Несчастный случай? Мало ли что может произойти со столь молодым демоном, так долго оторванным от прямой подпитки родного источника силы? Только вот расчет на Навью придется пересмотреть, астролог явно перестал на неё реагировать так, как надо.

Осталось понять, что делать с Нервусом… Этот демон опаснее всех. Точнее – он единственный, кто по-настоящему опасен. Хотя… Королева зло улыбнулась. Он хочет узнать, что с ЕГО дочерью? Что ж, малявка все же весьма полезное создание, хотя и расходный материал.

Осторожное поскребывание в районе стены, заставили прерваться поток мыслей и Электра взмахнула рукой, впуская гостя.

Из-за тайной панели выскользнул бледный мужчина, совершенно непохожий на лунарца, но и на имперца он не тянул… худой, как жердь, с лихорадочно сверкающими глазами, словно погруженный в безумие, ярко-алые волосы взлохмачены…

– О… вижу, что у вас есть прогресс, господин Томо? – вскинула брови королева.

– Полный успех, – хрипло выдохнул тот, низко кланяясь. – Я завершил стадию эксперимента. Клетки Изначальных успешно прижились на бесах. Я был прав, когда все же перешел на более низшие формы.

Хищная улыбка осветила лицо королевы:

– В какие сроки ты сможешь создать мне непобедимую армию, Томо?

– С учетом обучения? – мужчина безумно улыбался. – Через пять лет у вас будет неограниченный ресурс в солдатах, превосходящих бесов Империи по силе в несколько раз.

– Что твой ассистент от нашего… союзника? – последнее слово Электра буквально выплюнула. Она ненавидела Нидо, как любой демон, но жажда всевластия заставляла её сотрудничать с Изначальным. Только он мог дать ей ключ к такой всеобъемлющей власти, о которой она мечтала с младенчества.

Мужчина напротив развел руками:

– Увы, моя королева… Несчастный случай. Он зашел в лабораторию именно в тот момент когда начался процесс преобразования последней партии… А перерожденные очень агрессивны в первые пару часов…

– Какая неприятность, – хмыкнула королева Лунара. – Значит, нам нужно пять лет?

– Я могу попробовать ускорить процесс, но это может повлиять на качество…

– Не надо, – взмахнула она рукой. – Я ждала веками и тысячелетиями, подожду жалкие пять лет. Однако, Империя как-то странно зашевелилась и нужно отвлечь её от нас на некоторое время.

– Кто-то в Лунаре уже несколько лет как осторожно нащупывает наш след…

Электра прищурилась:

– Да, ты докладывал… Не волнуйся, теперь, после подселения, Миру быстро найдет шпионов. Из неё получается неплохая ищейка. На данный момент затронута хоть одна лаборатория твоего клана?

Томо покачал головой:

– Нет. Пока обошлось.

– Тогда занимайся своим делом, а я обеспечу тебе спокойную работу.

– Ко двору прибыло посольство Империи… – неуверено заметил мужчина.

Женщина бросила на него яростный взгляд:

– Это мои проблемы.

Тот покачал головой:

– Не уверен. В Империи начисто вырезан один из наших экспериментов. Вся линия.

Демонесса резко выпрямилась:

– Когда?

– Несколько недель назад. Сообщение только пришло. Никто не спасся из тех, кто мог передать информацию вовремя.

– Что ж… я учту. Иди… мне нужно вызвать Миру…

Хилар смотрел на свою возлюбленную, мечущуюся в их апартаментах встревоженной птицей.

– Януса нет… тогда как он просто необходим! Там творится Бездна знает что!

– Успокойся, любовь моя, – мягко отозвался первый лорд. – Ты дала подсказку своей ручной змее. А он очень умен, и сможет сложить нужные сведения, чтобы выйти на сына Януса или напрямую на Макса.

– Ты не совсем понимаешь, – покачала она головой, останавливаясь. – Дориан умолчал о важном и это касается Изначальных и Дальних Земель… Ты ж понимаешь, что это значит?

– Только лишь то, что нам придется встретиться с гостями, прежде чем, мы начнем действовать, – отозвался Хилар, ловя леди за запястье и мгновенно устраивая её на своих коленях. – Сегодня же ты доложишь своему императору о том, что узнала, и Суран сможет сделать верные выводы. Сама понимаешь…

Огненная леди вздохнула, успокаиваясь и вплела свои пальцы в шевелюру своего лорда:

– Я просто беспокоюсь, мой инкуб. Ты же знаешь Макса… он влезет в самый центр заварушки, а терять эту наглую рыбину не в наших интересах. Я просто чую, что на него сейчас начнется охота.

– Не поверишь, но Нервуса мы не просто так отправили с ним. Это идиоты придворные могут думать, что мы просто избавились на время от консервативно настроенного лорда… на самом деле – этот демон весьма важен для империи. Посмотри хотя бы на то, что сотворил его сын…

Демонесса остановилась, а потом рассмеялась:

– Да, ты прав. Я как-то забыла немного о том, что он не только консерватор, но и очень хитрый демон с опытом, превышающим наш собственный.

– И он готов к новому, – заметил Хилар. – Посмотри КОГО он сделал своим Наследником.

Леди Огня поцеловала своего возлюбленного:

– Милый лорд, что мне сделать за вашу гениальность?

Первый лорд Империи тяжело вздохнул:

– Дай мне закончить этот поганый аудит, – он хмуро кивнул в сторону стола, где высилась огромная стопка бумаг и кристаллов с информацией.

– После него можно будет кого-нибудь убить? – лукаво улыбнулась демонесса. В её голосе мелькнули хищные нотки.

– Подозреваю, что нужно, – покачал головой тот.

– Тогда я зову Риара. Мне будет не так скучно сидеть на твоем диване и изображать украшение интерьера, – хладнокровно отозвалась леди, исчезая с его колен.

Повелительница Моря безмятежно смотрела на свою королеву.

– Соблазнить посла Империи?

– Просто так нам от него не избавиться, дорогая моя. Нам нужно время. Немного, лет пять…

– А если не удасться отвлечь его?

– Жаль такого юного и красивого мальчика, – задумчиво ответила королева.

– Но вопрос расследования контрабанды это не решит…

– Пусть роются, – хмыкнула Электра. – Нам это на руку. Они будут искать рядом, но… не то. Коме того, Навья неплохо подготовила почву для того, кто отвлечет их внимание от основной линии контрабанды.

– Навья всегда казалась мне… мягкой, – чуть удивленно заметила Миру. – И мне казалось, она слишком привязана… к своему потомству.

Демонесса рассмеялась:

– Она моя Первая советница, дорогая! Она сошлась с мужчиной ради хорошего генофонда, но результат разочаровал – мальчик! Кому он нужен, Миру? Но надо отдать ему должное, он подготовил нам неплохую почву для того, чтобы отвлечь настырное внимание Империи от основных наших планов.

– Понимаю, – медленно кивнула женщина. – Теперь понимаю, – очень тихо уточнила она.

– Рада это слышать, – холодно отозвалась королева. – Я так и думала, что после инициирования ты наконец начнешь думать не только о себе, но и заметишь, что вокруг тебя творится. Надеюсь, мы все решили?

– Да, моя королева.

– Тогда учти, Нервус опасный противник, и судя по всему именно с ним тебе придется соперничать за место в постели астролога Империи. Если ты сможешь украсть силу повелителя Звезд – это будет наилучшим вариантом.

– Да, моя королева, – поклонилась повелительница Воды. – Слушаюсь и повинуюсь.

– Не забудь зачистить свои хвосты, так неосмотрительно оставленные тобой от прошлой жизни. Твоя дочь никчемна, а брат слишком зарвался. Он не пара моему безумному генералу. Урия слишком сильна для такого, как он. Тем более он мужчина.

Миру вновь поклонилась. Воля королевы была ей ясна и не требовала мнения с её стороны. С Урией проблем не возникнет, как и с братом. Но дочь…

Однако темная тень внутри равнодушно сжала тисками остатки того, что можно было бы назвать её душой. Сила чуждая, но сладкая, словно медленный яд наслаждения, питала её кровь и заглушала зов родной плоти и крови. Воля госпожи и повелительницы действительно закон из законов.

Повелительница Моря выскользнула из апартаментов королевы. И тут же попала в ласковые, но сильные объятия. Демонесса подняла глаза:

– Урия…

– Вернулась, – прошептала безумный генерал. – Хочешь, я убью Дария? И Кору? Они всего лишь казались частью тебя… но это была лишь тень. Иллюзия тени твоего присутствия рядом.

– Урия… – кто бы знал, что приказы королевы можно будет исполнить так быстро.

– Что-нибудь случилось? – Гарсиа поднял глаза.

Грейв хмуро кивнул:

– Еще как. Похоже, мы прибыли не очень вовремя. Не знаю, при чем тут наш знакомые Змей и Птиц, но могу сказать, что один из их клиентов круто попал. Весь город гудит. Мне уже несколько раз намекнули на то, что связываться с контрабандой сейчас – чистое самоубийство. А Змей ведь именно этот путь рекомендует для проникновения в Темную империю.

Гарсиа вскинул брови:

– Думаешь пытаются подставить?

– Пока не знаю.

– А что с контрабандой такого случилось?

– В Серебряный Лунар прибыло посольство Темной империи.

– И?

Грейв хмыкнул:

– Нам стоило поподробнее прощупать обстановку в этих местах. Оказывается Лунар напрямую подчиняется Империи. Вассальная клятва и все такое. И посол Империи задал очень неприятные вопросы здешней королеве о том, куда уходят некоторые финансы и оружие Империи. Это было вчера. Сегодня воины Лунара и в частности служба генерала Урии – сумасшедшей бабы, если судить по тому, что я о ней наслушался, роют каждую щель, каждый закоулок и так далее…

– Это плохо, – нахмурился Гарсиа. – Как думаешь, может Змей об этом пока просто не знает? Поэтому предлагает нам подобный путь?

– Вряд ли, – хмыкнул его брат. – Но подозреваю, что все не так просто с нашим золотоволосым пресмыкающимся… Вполне возможно у него есть какой-то иной вариант развития событий. Или у него черезчур раздутое самомнение… впрочем это придает ему определенный шарм.

Рамил хмыкнул:

– А может мы спросим его напрямую?

Гарсиа тихо рассмеялся:

– А инфаркта у бедолаги не будет? Наш прекрасный змей, по-моему, вообще с трудом воспринимает прямолинейность.

– Еще скажите, что вам это не нравиться, – фыркнул алхимик. – Не забывайте, от успешности нашего путешествия зависит многое.

– Кстати, – задумчиво протянул сиреневолосый повелитель драгоценностей, – а ведь что в Дориане, что в Кэлморе есть что-то родственное моей силе. Я так понял, в Империи те, кто «повелевает», имеют высокий статус – а наши мальчики явно из высших семей.

– Думаешь, их профиль также драгоценности?

– Пока не знаю, – покачал головой Гарсиа. – Но часть джина, живущая в моей крови просто-таки облизывается на них, словно на лакомство, которое обязательно нужно запереть у себя в пещере чудес. Разве вы этого не чувствуете?

Рамил медленно кивнул:

– Значит не показалось… Грейв, а что твоя «Тьма»? – он внимательно посмотрел в черные провалы глаз друга.

Тот усмехнулся почти грустно:

– Она прямо таки вопит «мое-мое-мое», «поймать», «заточить», «никому не отдавать и не показывать»… хотя знаешь… я в принципе с ней согласен. Особенно на пункт «мое». Вот только сомневаюсь насчет остальных пунктов про «заточить» и «никому не отдавать» – боюсь, Змей так и так отреагирует… несколько неадекватно.

– Да уж…

Все трое погрузились в некоторые раздумья. Тишина окутала их словно покрывалом, но была разбита нетерпеливым стуком в дверь:

– Господину Грейву, господину Гарсиа и господину Рамилю письмо из «Змеи и Птицы»! – звонкий голос гонца с легкостью проникал сквозь тяжелую дверь.

Грейв стремительно поднялся на ноги:

– Кажется скоро мы сами все поймем. Или нам таки объяснят.

– Будем надеяться, что так и будет, – шепнул Рамил.

– Что думаете, лорд Нервус? – мягкий голос астролога вплетался в тишину покоев, словно и не нарушая её.

Повелитель земли даже не вздрогнул, все также вглядываясь во что-то видимое только ему за окном. Но все же ответил:

– Максимилиан, королева – весьма необычная женщина. И нынешний строй Лунара во многом её заслуга. Раньше, при правлении королев, Лунар все же был более патриархален. А Электра живет дольше, чем я и еще парочка моих знакомых вместе взятых. Ты сам по себе гений и уникум, но ты все же достаточно молод, чтобы не видеть ту опасность, которая исходит от королевы Лунара.

– Ты спал с ней, – заметил полусирена, развалившись на постели, кроваво-красный полупрозрачный балдахин скрывал его от лишних глаз, но позволял разглядеть, что демон почти полностью обнажен. – Ты даже являешься отцом её дочерей…

– Тут сложность в том, – хмыкнул Нервус, – что я являюсь отцом её одной дочери, а она матерью одной моей дочери. Так что все довольно сложно. Особенно учитывая тот факт, что похоже она отдала МОЮ дочь Изначальным.

– И она знает, что ТЫ об этом знаешь? – безмятежный тон Максимилиана не обманывал Нервуса. Похоже, мальчик понял, во что они вляпались.

– Естественно… как и тот факт, что она прекрасна знает о количествах и качестве контрабанды… к тому же прекрасно понимает, что император нашел утечку не только оружия…

– Так она рискнет пойти на устранение?

– Ты надеешься на её благоразумие? – вопросом на вопрос ответил Нервус.

– Я надеялся именно на её опыт, ты же сам говорил, что она стара… и опытна, – немного насмешки, но скорее горькой, чем ехидной.

– О да-а-а… и насквозь отравлена Изначальными… разве ты не чувствуешь этого? Все кто близок к ней таковы… только у неё отравление более пряное и более замысловатое, что ли…

– Нидо её обошел, – хмыкнул Максимилиан. – И наверное это ей не очень понравилось…

– Если только она об этом знает, – тихо ответил Нервус. – Ты же понимаешь, что безумцы всегда уверены в том, что абсолютно нормальны.

Повелитель звезд не ответил, но спустя какое-то время снова подал голос:

– Флейм?

– Мальчика можно вывести из-под удара, – серьезно кивнул Нервус.

– Он адъютант Масато…

– Значит нужно отправить его отдохнуть… например в бордель.

Максимилиан тихо рассмеялся, будто зажурчал горный ручей неподалеку:

– Ох там ему дадут отдохнуть… конечно же…

– Проблема в том, что он такой же юный и упрямый – может не понять и решить, что ему важнее быть здесь.

Максимилиан хмыкнул:

– Не переживай, насколько я успел понять его, как раз в этом плане Флейм еще и поразумнее своего отца будет. Вот Януса мы точно не смогли бы уговорить отойти в сторону. Он бы внешне согласился, а потом бы сделал все как ему удобнее. А его сын в этом вопросе более… рассудительный, что ли.

– О-о… буду иметь в виду, если когда-нибудь столкнусь с лордом Янусом, – слабо хмыкнул Нервус.

– Имейте, – согласился Макс. – Только это вам вряд ли сильно поможет… а сейчас вызывайте слугу, будем его смущать и подтверждать слухи о том, что мы с вами занимаемся развратом, а не обсуждаем важные нюансы психики королевы Серебряного Лунара.

– Риар, дорогой, – мурлыкала Каина, поглаживая золотые волосы лорда Ветра. – До меня тут дошла интересная информация.

Хилар, оторвался от своих бумаг и покосился на этих двоих, с уютом расположившихся на диванчике в его кабинете.

– Если что-то плохое, то ничего не помню и ничего не знаю, был невменяем, – не открывая глаз, пробормотал Риар, с удовольствием прижимаясь щекой к коленям своей кузины.

– Ну, о венце Ветра ты должен все же что-то помнить, – невинно почти прошептала Каина.

Лорд ветра вдруг напрягся и открыл свои прозрачно-зеленые глаза.

– Венец ветра? Откуда информация о нем?

– Его ищут, – уже более серьезно заметила Каина, отбросив игривый тон.

– Кто? – он так и не поднял голову с её колен, но голос звучал уже совсем по иному.

– Ты даже себе представить не можешь. Информация пришла из Серебряного Лунара, однако ищут его не лунарцы, а… некие демоны, прибывшие к нам аж из Дальних Земель…

Риар молчал. И Каина продолжила:

– Судя по всему, им нужно что-то поважнее, чем просто древний раритет.

Повелитель Ветра вздохнул и поднял правую руку, на пальцах которой сверкали и переливались перстни с родовыми камнями повелителей ветра.

– Видишь их?

– Венец был переделан в перстни?

– Некоторые из моих предков были даже большими параноиками, чем я. И они захотели обезопасить Венец. Если разделить кольца на несколько составляющих – камни не будут работать. Руны закреплены так, что должны быть все пять колец. И они должны быть почти единой линией, не важно прямой или кривой. Но даже это знание ничего не даст. Ювелира заставили сделать привязку на одного повелителя… причем она должна работать и после его смерти, если смерть насильственная. Конечно, посмертная привязка действует только определенный срок, но она остается. Кроме того, Венец ветра не просто так был назван именно венцом ВЕТРА…

– О-о, – тянет Каина. – Только повелители Ветра могут управлять камнями?

– Да. Причем сила должна быть достаточно высокой. Иначе сам… станешь сильфидой.

Хилар подал голос:

– А твое безумие – это результат использования камней?

Риар мягко улыбнулся, сквозь ресницы смотря на первого лорда:

– Нет… это скорее врожденное дополнение в нашей семье.

Они с Каиной тихо засмеялись, словно отражения или эхо друг друга.

Хилар только хмыкнул:

– Моя дорогая леди, вы вытянули всю нужную вам информацию? Или еще что-то?

– А вы, мой дорогой лорд уже закончили с аудиторской проверкой? – лукаво осведомилась леди Огня.

– Не совсем, но перерыв не повредит. За это время я наконец пойму как именно буду казнить виновника моих бессонных ночей вне моей постели…

Каина легким движением скинула с колен голову Риара, который даже не возмутился подобным поведением, а спокойно сел на диванчике, насмешливо смотря, как его кузина с радостным возгласом устроилась на коленях ледяного лорда:

– Хочу в Пустыню! Танцевать! А то я совсем потеряла форму. Яни будет недоволен этим.

Риар вздрогнул и перестал улыбаться. Каина произнесла последнюю фразу так, словно не сомневалась в возращении четвертого лорда. Причем довольно скоро. Это можно было списать на некоторую её… оптимистичность, однако Риар помнил о прогулке в Сферу Изначальных, и о возвращении из неё. Помнил достаточно хорошо, чтобы понимать – Каина знает о чем говорит.

И по тому, как чуть ослабли плечи первого лорда, Хилар тоже это знал.

Хорошо… осталось понять, что за игра грядет с его камнями Ветра. Риар задумчиво вытянул руку, любуясь переливами камней в перстнях – а ведь там до сих пор томились неиспользованные души. Нужно будет на досуге поэкспериментировать…

Император Суран поднял голову, словно прислушиваясь. Рядом дернулся Расия.

– Тш-ш, – альбинос отодвинул бумаги от себя. – Иди… на сегодня все.

– Слушаюсь, – бес всегда знал, когда не стоит настаивать или о чем-то спрашивать. Похоже, у его императорского величества появилось куда более важное дело, чем то, что они разбирали с бесом.

Расия поклонился и выскользнул из покоев в объятия своего евнуха. Тот ничего не спрашивал, видя, как трепещут крылья носа наложника. Только про себя посетовал, что возможно Расия со своим неуемным характером сделал что-то, что могло заставить императора охладеть к нему.

Но глаза его подопечного под вуалью постепенно светлели какой-то странной надеждой. Бес чувствовал, что нынешнее состояние императора как-то связано с повелителем Янусом. И он очень надеялся на то, что это хорошие новости. Повелитель Иллюзий имел обыкновение вляпываться в весьма печальные и необратимые ситуации… и до сих пор выходил из них не только целым, но еще и с прибытком. Однако на этот раз все было слишком серьезно, и господин мог и не выпутаться. По крайней мере, до сих пор Расия иногда так думал, однако сейчас… сейчас у него появилось предчувствие, которому он хотел довериться. Он не знал, что император Суран уже двигался в сторону тронной залы, стремительным шагом, почти заставляя себя не переходить на бег. За его спиной стелилась бесовка Тара, стараясь не отстать от своего господина.

Двери залы распахнулись и альбинос замер на месте, чуть прикрыв глаза ладонью, спасаясь от яркого, бьющего света, заполнившего все помещение. Тара за его спиной скользнула вперед, извлекая меч, готовая защищать своего господина.

– Мой император, – знакомый голос заставил замереть её на полудвижении.

Суран, император Темной империи рассмеялся:

– Лорд Янус, скажите откуда вы не сможете выбраться?!

– Боюсь, я должен сохранить это в секрете, – устало улыбнулся четвертый лорд. – Вдруг вы все же надумаете меня туда послать.

А его император с любопытством рассматривал его спутника. Поймав взгляд призрачно-голубых глаз с лица так похожего на лицо повелителя Иллюзий, он только хмыкнул – похоже его сиятельный лорд опять нашел что-то интересное. Или кого-то…

Конец второй книги.

Октябрь 2012 года.

Content

Светлана Зимина
Бесконечный Танец

История первая Танцы бесов

История вторая Танец с феями

История третья Лунный танец

История четвертая Танец на грани

История пятая Безумный танец

История шестая Танец во льду

Эпилог