Евгений Львович Шварц

Несчастный и счастливый день Маруси

(Из повести «Первоклассница»)

Анна Ивановна входит в класс. Говорит торжественно:

– Ну, девочки, сегодня у нас большой день. Садитесь. Посмотрела я дома ваши работы. Аня, Вера, Шура, Таня и Нюся, встаньте.

Пять девочек встают бесшумно.

– Все эти девочки, – говорит Анна Ивановна, – держат карандаши правильно.

Маруся быстро смотрит на правую свою руку и прячет её.

– И пишут они, – продолжает Анна Ивановна, – аккуратно, даже красиво. Ну прямо молодцы.

Девочки сияют.

– Все принесли ручки? – спрашивает Анна Ивановна.

– Да! Конечно, принесли! – хором отвечают счастливицы.

– Подойдите ко мне.

Девочки подходят к учительнице. Каждая получает по чернильнице. Возвращаются на свои места.

Маруся поднимает руку.

– Что, Маруся? – спрашивает Анна Ивановна.

– А я?

– Что ты?

– А мне когда?

– Что когда?

– Когда мне разрешите писать чернилами? Анна Ивановна! – продолжает Маруся очень, очень вежливо, чувствуя, что учительница не слишком довольна ею. – Пожалуйста! Я очень вас прошу! Я больше не буду.

– Что не будешь?

– Не буду держать карандаш, как сегодня.

– Значит, ты знаешь, почему я тебе не дала чернил?

– Знаю. Только мне очень хочется. Я не буду забывать, как держать этот… второй палец.

– Нет, Маруся, – говорит Анна Ивановна, – это не пустяк – начать писать чернилами. Придётся тебе ещё поработать.

Маруся садится. Мрачно смотрит на свою соседку Верочку.

А та установила чернильницу, достала из пенала ручку с новеньким пером и приготовилась писать.

– Не лезь локтём на мою половину! – шипит Маруся.

Верочка покорно отодвигается. Окунает ручку в чернила. Задерживает на миг ручку над листом – и вдруг клякса падает на чистый лист.

Весь класс вздыхает от ужаса.

– Ха-ха-ха! – ликует Маруся. – Кляксу, кляксу поставила!

Верочка горько плачет.

Анна Ивановна подходит к ней.

– Вера, Верочка, ничего! – говорит она. – Первый раз прощается. Сейчас мы возьмём чистый лист да и начнём сначала. А тобой, Маруся, я очень недовольна. Я-то думала – все девочки обрадуются за своих подруг. А оказывается…

– Я обрадовалась! – говорит одна девочка.

– Я тоже, – говорит другая.

– И мы!

– И я!

– А я как обрадовалась!

– Ну, что ты скажешь на это, Маруся? – спрашивает Анна Ивановна.

– Они врут! – отвечает Маруся угрюмо.

– Маруся!

– Они говорят неправду, – поправляется Маруся.

– Почему ты так думаешь?

Маруся молчит.

– У твоей мамы два ордена? – спрашивает Анна Ивановна.

– Да, – отвечает Маруся.

– Ты обрадовалась, когда маму наградили?

– Да, я очень обрадовалась, Анна Ивановна.

– А мамины товарищи поздравляли её? Расскажи-ка.

– Очень поздравляли, – рассказывает Маруся. – Они тогда в санитарном поезде работали, и даже машинист прибежал маму поздравить. На остановке. И телеграммы приходили. А повар к обеду сделал пирог. Мама говорит: «Это было прямо как именины».

– Вот видишь, – говорит Анна Ивановна. – В санитарном поезде понимали, что все они – одна дружная военная семья. Что одному радость, то и всем радость. А ты не веришь, что девочки могут радоваться за свою подругу. Ведь все мы – одна дружная, мирная семья. Первый класс. Верно, Маруся?

– Я вот этой не поверила, Нине… – бормочет Маруся.

– Почему?

– Не рада она. Она поссорилась на перемене с Верой. На всю жизнь.

Нина поднимает руку.

– А перед уроком мы помирились, – сообщает она торжествующе.

– Вот видишь! – говорит Анна Ивановна, – Садись, Маруся. Пиши карандашом. Пиши, старайся хорошенько.

Вечер.

Маруся сидит за столом, чертит что-то карандашом в тетради.

Бабушка расположилась у стола, поближе к лампе. Шьёт. Маруся начала было потягиваться и вдруг застыла от изумления – глядит, не мигая, на бабушкины руки.

– Бабушка, ты ловкая? – спрашивает Маруся.

– Довольно ловкая, – отвечает бабушка, не отрываясь от работы. – А что?

– Пальцы у тебя какие послушные, – вздыхает Маруся. – Тебе рано дали чернила?

– Не помню… – отвечает бабушка рассеянно.

– Не помнит! – удивляется Маруся. – Смотри-ка! Не помнит… Знаешь, бабушка, только две девочки в классе теперь пишут карандашом – я и Галя. Беда! Вдруг ей завтра дадут чернила, а мне нет?

– Возьми чернила да и пиши себе, – предлагает бабушка. – Постели на стол газету, чтоб на скатерть не капнуть, да пиши…

– Ой! – ужасается Маруся. – Анна Ивановна не позволяет ещё мне. Что ты!

– Ну, как знаешь, – говорит бабушка. – Не хочешь, не надо.

– Ох, скорее бы завтра! – вздыхает Маруся. – Завтра, наверное, дадут мне чернила…

И вот завтрашний день приходит.

Первый класс «А». Девочки сидят, пишут. Все пишут чернилами. Только Маруся и Галя пишут карандашами.

Анна Ивановна направляется к своему столу. Останавливается.

Все девочки смотрят на учительницу.

– Сейчас. Сейчас скажет! – бормочет Маруся.

– Галя! – говорит Анна Ивановна. – Подойди ко мне. Я дам тебе чернильницу.

Галя встаёт бесшумно. Идёт к столу. Получает чернильницу. Садится на место.

Маруся глаз не сводит с Анны Ивановны.

А та молчит. Читает что-то в классном журнале.

Нет, не получить сегодня чернильницы Марусе!

Маруся опускает голову. Пишет ожесточённо карандашом, не глядя ни на кого.

Анна Ивановна замечает это и улыбается.

Вдруг Галя падает головой на парту. Отчаянно плачет.

– Галя! – удивляется Анна Ивановна. – Что случилось?

– Be… ве… ве… – никак не может произнести Галя.

– Успокойся, Галя. Ты уже не маленькая. Говори, что случилось! – утешает её Анна Ивановна. – А вдруг мы придумаем, как тебе помочь?

– Ве… ве… вечером заказное письмо принесли… – рассказывает Галя, всхлипывая. – Ма… мама… взяла ручку расписаться у меня из сумки. По… потом стала письмо читать… А ручку забыла обратно положить.

– Да! – вздыхает Анна Ивановна. – Что же делать-то? Ни у кого нет лишней ручки?

Девочки добросовестно заглядывают в свои сумки, в портфели, в пеналы.

Нет! Никто не захватил в класс ручки.

Нина поднимает руку.

– Что ты хочешь сказать? – спрашивает Анна Ивановна.

Нина встаёт.

– У моего папы на столе, – сообщает она, – наверное, ручек пять есть. В таком стеклянном высоком стакане они стоят.

– Так, – кивает головой Анна Ивановна. – Ну и что?

– Я завтра принесу ручку.

– Завтра!.. – бормочет Галя. – Завтра я сама принесу.

– Верно, – говорит Нина печально.

Пока идут все эти переговоры, Маруся то открывает пенал, где лежит её ручка, то снова закрывает, то прячет пенал в парту, то снова достаёт, кладёт перед собой. Сжимает его обеими руками… И вдруг решается. Достаёт ручку. Протягивает Гале.

– На! – говорит она угрюмо.

– Что? – ворчит Галя, не понимая.

– На, – повторяет Маруся решительно. – Я всё равно карандашом пишу. Бери ручку.

– Молодец, Маруся! – говорит Анна Ивановна. – Помогла товарищу в беде.

Маруся стоит очень довольная.

– Но только я не знаю всё-таки, как быть? – продолжает Анна Ивановна. – Я и тебе хотела дать сегодня чернила. Ты теперь хорошо пишешь…

Маруся делает движение вперёд, чтобы вырвать ручку у Гали. Потом машет рукой.

– Пусть! – говорит она.

– Что пусть?

– Пусть она пишет. Или так лучше: она пусть немного попишет, а потом я немного попишу, потом опять она, потом опять я.

– Ну, Маруся, ты совсем у меня молодец! – радуется Анна Ивановна. – А теперь иди за чернилами.

Маруся идёт к столу. Получает чернильницу и чудную новенькую ручку.

– На, – говорит Анна Ивановна, – возьми мою ручку для такого случая.

Все девочки смотрят на Марусю с завистью. Подумать только, какая счастливая! Она будет писать ручкой Анны Ивановны!

Маруся возвращается на место. Окунает ручку в чернила и, чуть дыша, начинает писать. Осторожно-осторожно…

Content

Евгений Львович Шварц
Несчастный и счастливый день Маруси
(Из повести «Первоклассница»)