Из несовершенства возникнет чистота

ЕС Сатсварупа дас Госвами

Записи во время чтения “Шаранагати”

Бхактивиноды Тхакура

Книга “Из несовершенства возникнет чистота” написана в начале 90-х годов, на русском языке издается впервые.

Перевод с оригинального текста - “From Imperfection Purity Will Come About” (Writing Sessions While Reading Bhaktivinoda Thakura`s Saranagati) - GN Press, Inc. 1993.

От издателей.

Эта книга говорит о себе сама. Поэтому можно не предварять ее какими-либо разъяснениями. Но мы считаем необходимым сказать несколько слов.

Как указано на титульном листе, появление этой книги связано с чтением произведения великого слуги Бога, Шрилы Бхактивиноды Тхакура. Что может быть результатом такого чтения, как не совершенное духовное сознание? Это предположение в полной мере оправдывается, когда речь идет о чтении, осуществленном такой серьезной и вдумчивой личностью, как автор этой книги. Сознание Бога является ее содержанием и целью.

Книга полностью принадлежит к вайшнавской традиции. Она устремлена к постижению Кришны, которого вайшнавы принимают как Верховную Личность Бога. Но, значит ли это, что она может быть интересна только вайшнавам, и не может быть интересна христианам, буддистам, мусульманам, верующим других конфессий, или неверующим? На наш взгляд, нет.

Духовное сознание - это ценность, не ограниченная изначально никакими рамками. Она не имеет отношения ни к чему, кроме души. А душа есть у каждого. Тот, кто способен понять, что у него есть душа, может смело брать эту книгу и читать ее. Мы надеемся, что эта книга раньше или позже придет к большей части их таких людей, и они смогут взять Сатсварупу даса Госвами в товарищи и компаньоны в заботе о собственной душе. Независимо от того, есть ли у них уже такие товарищи и компаньоны, или нет. Пусть автор этой книги и не станет для кого-то из них лучшим другом, но он может стать “еще одним другом” или “еще одним очень дорогим другом”.

Ради этой цели и издана эта книга.

“… Пророческие слова Господа Чайтаньи сбудутся за несколько дней, я уверен. Почему нет? Ничто не является абсолютно чистым вначале. Из несовершенства возникнет чистота”.

Бхактивинода Тхакур.

Как возникла эта книга.

Несколько лет назад я задумал произведение на темы “Шаранагати” Шрилы Бхактивиноды Тхакура. Песни “Шаранагати” привлекли меня тем, что в них автор признает себя падшим и скорбит об этом. Он играет роль вечно обусловленной души, и с помощью своих песен ведет нас к совершенству. Я сделал фотокопию “Шаранагати” (которые являются частью объемного тома “Песни Бхактивиноды Тхакура”) и переплел их, чтобы легче было носить с собой во время путешествий, но я никогда не писал о них.

И вот теперь, два года спустя, одна из тех преданных, которым я дал харинама-инициацию, попросила меня написать вольное сочинение по песням Бхактивиноды Тхакура. Я был удивлен, что ей известен термин “вольное сочинение”, и что она подсказала мне тот же самый замысел, который я перед этим обдумывал. Часто писатель ждет вдохновения, прежде чем взяться за серьезную работу, поэтому я попросил ее сказать что-нибудь, кроме уже сказанного, чтобы вдохновить меня. В ответ она написала, что не знает, что еще можно сказать, и приложила к письму копии песен.

Вольное сочинение подразумевает записывание того, что приходит на ум в конкретный период работы писателя. Есть такие правила: 1) сохранять руку движущейся, 2) перестать себя контролировать, 3) не размышлять без записывания, 4) идти за мыслями, которые имеют наибольшую энергию, 5) не бояться того, что может прийти. Это особенная писательская практика. Вольное сочинение содержит в себе потенциальную способность освободить писателя от условных выражений, или вывести за рамки исключительно общественных сочинений. Вольное сочинение не всегда может быть достаточно “отделанным”, чтобы быть разделенными другими вайшнавами, но, после редакции, оно зачастую способно представить из себя сильное, честное сочинение.

Некоторые мои друзья хотят, чтобы я писал согласно с желаниями своего сердца. Они верят, что подобное вольное сочинение может вызвать на свет лучшее произведение, на которое я способен. Один из моих издателей написал мне о вольном сочинении: “Это означает лишить вас той части вашей читательской аудитории, которая способна повиснуть как свинцовая гиря рядом с вашим стремлением выразить себя. На самом деле, я верю, что чем глубже вы входите в ваше произведение, тем глубже люди будут читать это. Те, кто ищут развлечения, или злободневных философских очерков, пойдут куда-нибудь еще. Пусть идут. Вы получите искренне следующих Вам читателей, которые согласны идти в глубины”.

Поэтому я планирую читать “Шаранагати” Бхактивиноды Тхакура и использовать вольное сочинение, которое способно привести меня в более глубокое, более честное и более отзывчивое место. По мере написания, я хочу развить отношения с Шрилой Бхактивинодой Тхакуром. Я прошу его поддерживать меня в течение этого проекта. Мне бы хотелось, чтобы эта работа была служением ему и тем случаем, ради которого он писал, - он делал это для того, чтобы освободить джив от оков и привести к вручению себя лотосным стопам Шри Чайтаньи Махапрабху.

Бхактивинода Тхакур - это мой великий дед. Он близкий родственник последователей Его Божественной Милости А.Ч.Бхактиведанты Свами Прабхупады. Он нежен с нами, и мы тоже любим и почитаем его. Я молюсь о том, чтобы он не был оскорблен моими попытками. Он знал, что в будущем западные люди примут сознание Кришны, и что их подход не всегда будет казаться удобным. Конечно, и Шрила Прабхупада тоже знал это:

“Иногда наши индийские друзья, надменные с выдуманными понятиями, критикуют нас: “Это не сделали, то не сделали”. Но они забывают наставление Нарады Муни одному из величайших вайшнавов, Дхруве Махарадже. Необходимо учитывать конкретные время, страну и ситуацию. Если личность идет и проповедует, принимая на себя весь риск и учитывая всю ситуацию, время и место, может быть так, что это потребует изменений в способе поклонения, это не противоречит шастрам”. (ШБ, 4.8.54, коммент.)

Я беру пыль со стоп преданных и кладу себе на голову, и прошу об их одобрении. Я молюсь о том, чтобы идти глубоко. Пожалуйста, вытерпите вместе со мной то, что “ничто не является абсолютно чистым в начале”. Это мое место: в начале “Шаранагати”.

Май, 1993.

Введение.

Недавно, после воскресной лекции, один гость спросил меня: “Как вы вручаете себя Богу?” - Я сказал ему, что есть шесть ступеней вручения себя, и Шрила Прабхупада упоминает их в предисловии к его переводу “Чайтанья Чаритамриты”.

Господь Кришна обещает в “Бхагавад-Гите”, что Он позаботится о каждом, кто вручает себя Ему. Верховный Господь уже является тем, кто поддерживает вселенную, и все души находятся внутри нее. Но эта поддержка осуществляется Кширодакашайи Вишну, Его экспансией. Она не осуществляется Самим Кришной. Когда Кришна говорит, что он позаботится о Его чистом преданном, Он имеет в виду Свою непосредственную заботу.

“Чистый преданный - это душа, которая навсегда вручила себя Господу, в точности, как ребенок вручает себя своим родителям или животное своему хозяину. В процессе вручения себя следует: 1) принять то, что благоприятно для выполнения преданного служения, 2) отвергнуть неблагоприятное, 3) обрести веру в защиту Господа, 4) чувствовать себя полностью зависимым от милости Господа, 5) не иметь интересов, отдельных от Господа и 6) всегда быть кротким и смиренным”.

(ЧЧ, Предисловие, с. iх)

Эти шесть ступеней - это тема “Шаранагати” Бхактивиноды Тхакура. Это является решающим фактором для нашей попытки их изучения, того, что мы беремся за это дело.

К сожалению, некоторые люди не советуют нам следовать по пути шаранагати. Они ошибаются. Господь Кришна говорит: “Те, кто не имеют веры в это преданное служение Мне, не достигают Меня, о, победитель врагов. Поэтому они возвращаются в круговорот рождения и смерти, в этот материальный мир” (БГ, 9.3).

Есть большая разница между признанием того, чтобы вы не способны предаться, и действительным пребыванием в этом неудачном состоянии. Маленький мальчик смог удовлетворить Гаутаму Муни, когда признал, что он является низкорожденным, потому что он не знал даже, кто был его отцом. Гаутама принял его, потому что он был честным. Хорошее поведение и покорность преданного очень важны.

Каждому из нас приходится идти в одиночку, и мы помним наставления нашего духовного учителя. Мы пытаемся следовать им, зная, что наши несовершенства будут обнаружены. Шрила Прабхупада позволяет нам думать о нем во время воспевания, он наблюдает за нами. Мы не ведем себя неправильно, потому что знаем, что он присутствует.

Есть разные способы думать о присутствии гуру, когда мы воспеваем, но, вопреки нашим желаниям, мы терпим неудачу. Мы не можем оплатить внимание к себе. Мы можем вспомнить эпизоды, которые спровоцировали наше вожделение, гнев и зависть. Мы отождествляем себя со своим материальным телом. Долго сохраняющийся скептицизм парализует наши попытки почувствовать бхаву. Это правда. Мы не можем сказать обусловленной душе так: “Теперь будь хорошим мальчиком и не думай ничего плохого. Только думай о Кришне двадцать четыре часа в сутки и не увлекайся кармой и гьяной.” Мы терпим неудачу. Мы думаем о нашем гуру, когда пытаемся усовершенствовать нашу бхаджану, и взываем: “Пожалуйста, помогите мне!” Это реальный способ помнить духовного учителя.

Думайте о нем во время вашей садханы. Нам разрешено быть со всеми нашими ошибками, и совершенствоваться. Если мы не уделяем этому внимания, то как гуру быть с нами во время бхаджаны? Мы нуждаемся в его помощи во время трудных переездов, в привязанности, и в иллюзии. Он не отвергнет нас, хотя он оставляет за собой право исправлять нас. Может быть, нам не всегда хватает желания добиться успеха в следовании его наставлениям с первой или второй попытки. Не можем мы гарантировать, что мы не совершим никогда той же самой ошибки снова. Он не отвергнет нас за это. Без его милости мы беспомощны.

Я уповаю на снисходительность моего духовного учителя, когда помещаю свои несовершенные приношения на алтарь. “Пожалуйста, сочтите их искренними и приемлемыми. Пожалуйста, предложите это Кришне. Только Вы можете сделать это”.

Для чего я пишу это? - Я умоляю о милости.

Несколько лет назад, я, бывало, пел Вступительную Песню к “Шаранагати” каждое утро в хижине, в Гита-Нагари. Примерно 50 преданных собирались возле меня после утренней прогулки. Я помню напряженную до предела высоту нот во вторых строчках каждой строфы. После пения я читал перевод. Тема вручения себя дорога всем преданным. Руководители и гуру порой используют эту тему, чтобы убеждать подчиненных совершенствоваться. “Ваши обязанности тяжелы? Исполняйте их любым способом! Предавайтесь!” - Я пел эту песню как напоминание нам.

Преданные, которые пели эти песни со мной, сейчас рассеялись. Они больше не собирают деньги для хозяйства, или обучения в гурукуле. Дети вышли из подчинения своих учителей. Некоторые из них больше не следуют четырем принципам, и не воспевают 16 кругов. Я перестал петь “Шаранагати” каждый день, и перестал требовать, чтобы каждый предавался. Сейчас я работаю на себя.

“Из сострадания к падшим душам, Шри Кришна Чайтанья пришел в этот мир со своими личными спутниками и божественно пребывал в нем, чтобы обучать шаранагати, преданию себя всемогущему Богу, и чтобы свободно раздавать экстатическую любовь к Богу, которую обычно бывает очень трудно приобрести. Это шаранагати - это сама жизнь истинного преданного” (Вступительная песня, текст 1). Господь обучал вручению себя в форме харинама-санкиртаны. Прабхупада называл ее “легким и приятным методом вручения себя”: воспевайте Харе Кришна и танцуйте, и всякий раз, когда вы устанете, принимайте прасадам”.

Господь Чайтанья обучал также и более сложным вещам. Например, в Своих поучениях Рагхунатхе дасу Госвами: не есть вкусной еды, одеваться, как нищий, и избегать женского общества. Когда Он имел дело с Чхотой Харидасом, Он высказывался против лицемерия. Сам Господь Чайтанья вручил Себя санньяси-дхарме, и путешествовал и проповедовал по всей Южной Индии.

Он обучал преданию себя Кришне и проявлял экстаз, который приходит к любящему бхакте. Он дарил этот экстаз совершенно свободно, наравне с Кришна-намой. “Юный сын Нанды Махараджа, Шри Кришна, слышит молитвы каждого, кто обретает убежище в Нем посредством практики, состоящей из шести ступеней”. Бхактивинода Тхакур заключает открывающую цикл песню, говоря о себе, как о низшем из людей. “Но, пожалуйста, сделай меня лучшим из людей, через обучение пути шаранагати.

Путь шаранагати - это путь смирения, посвящения себя, принятия Господа как единственной поддержки, веры в то, что Кришна обязательно защитит, совершение только таких действий, которые способствуют развитию чистой преданности, и отказ от поведения, которое не способствует этому.

Сначала шесть ступеней вручения могут показаться неопределенными. Однако, они ясные и определяющие: делайте все, что благоприятно для осознания Кришны и избегайте того, что неблагоприятно. Господь - это наш защитник. Мы не нуждаемся в другой защите. Он - Тот, Кто нас поддерживает. Нам не нужно беспокоиться о чем-либо. Ничто не происходит помимо воли Кришны. Когда мы сознаем это и зависим от Его милости во всех отношениях, мы предаемся. Мы думаем о себе, что мы низкие и падшие, и что нам необходимо, чтобы Он направлял нас. Основные ступени вручения себя включают в себя существование преданного полностью. “Это щаранагати - это сама жизнь истинного преданного”.

Чистый преданный вручает себя каждую секунду. В нем проявляются все признаки этого. Тем, кто находится на несовершенном уровне, не всегда удается видеть в Кришне поддержку и быть зависимыми от Него. И они пытаются исследовать себя: “Почему я не делаю того, что благоприятно для моего осознания Кришны? Что является благоприятным?” Они не всегда лишены сомнений. “Вручить себя Кришне - значит остаться брахмачари? Или, значит стать грихастхой? Вручить себя руководителю в храме - значит предаться Кришне?” О, Кришна, пожалуйста, обучи нас науке предаваться.

Есть два определения “вручения себя” в моем словаре Вебстера: 1) отказаться от контроля или чувства обладания ради другого по требованию или по принуждению, 2) передать кому-либо верховенство над собой, уступить чувствам, сдаться. Слово “вручение” может быть глаголом, или существительным.* В заголовке “Шаранагати” - это существительное, указывающее на действие, или способ вручения.

Думая о первом значении (взятом из словаря Вебстера), мы можем понять, что принуждение исходит от Кришны. Он требует: “Вручи себя Мне”. Нам не нравится вручать себя другой личности, и большинство людей возражают: “Кто вы такой? Почему мы должны делать так, как вы говорите?” - В этом их несчастье. Верховная Божественная Личность имеет требовать того, чтобы мы вручили себя Ей. Она заинтересована в нашем собственном благе. Только когда Она берет на Себя заботу о нас, Она может забрать наши греховные реакции. “Вручи себя, ты, мошенник! И ничего не бойся”.

“Очень важны здесь слова ма шучах - “ не бойся, не сомневайся, не тревожься”. У человека может возникнуть чувство растерянности перед необходимостью отказаться от всех видов религии и просто вручить себя Кришне. Однако это беспокойство излишне” (БГ.18.66, коммент.) * Это справедливо, когда речь идет об английском слове surrender, но этого нельзя сказать о русском слове “вручение”. Прим. переводчика.

Кришна не отнимает нашу крошечную свободную волю. У нас на самом деле есть достаточно сил, чтобы отказаться от Его предложения защиты. Но вручить себя мы обязаны. Если мы не предадимся Кришне, то предадимся материальной энергии, и вступим в круговорот рождения и смерти. Поэтому представители Кришны побуждают обусловленные души, умоляя их: “Только предайтесь Кришне. Не беспокойтесь о том, что произойдет с вашими телом и душой. Кришна позаботится об этом”.

Второе словарное значение - это уступить чувствам. Это может иметь противоположный смысл по сравнению с тем, что мы имеем в виду, когда говорим о вручении себя Кришне. Это может означать уступку низшей природе. В Шримад-Бхагаватам мы можем прочитать о том, как Дити побудила своего мужа, Кашьяпу, вступить с ней в сексуальную связь в неблагоприятное время. “Он понимал намерение своей жены, но был вынужден совершить запретный поступок. Склонившись перед волею судьбы, он возлег с ней в уединенном месте”. (ШБ,3.14.31). Оба они были способны на что-то лучшее, но подверглись сексуальному желанию. Речь идет о разрушительной форме вручения себя, в результате которого даже тот, кто является образованным и просвещенным, кто знаком с правилами и предписаниями, терпит неудачу в попытке защитить себя от материального желания. Обусловленная душа по привычке подчиняется диктату своих ума, речи, гнева, языка и желудка. Она шутит: “Все в порядке, я предалась”, и делает то, что ей не следует делать: препоручает себя судьбе в форме греховных реакций.

Вайшнавы не заинтересованы в этом виде вручения себя. Глядя в лицо майе и атеистам, преданный, словно боец, который отказывается сдаться даже очень страшным врагам. Когда британцы предлагали сдаться Джону Полю Джонсу, он ответил: “Я еще не начинал сражаться”. Когда Сатана искушал Христа, чтобы Он покорился ему: “И я дам тебе все”, Христос отвечал: Изыди вон, Сатана. Он не сдался.

“Мое каменное сердце лишено преданности. Его подавляет то, что оно слышит о трудном процессе самореализации и о дисциплине, которую соблюдают великие души, такие как Шукадева Госвами и Махараджа Амбариша. Мне кажется, что я абсолютно безнадежен и ни к чему не способен. Но, оглядываясь вокруг себя в который раз, я вижу волны милости, которую Ты оказываешь Господу Брахме и даже самым падшим подлецам. Это дает мне великую надежду и усмиряет мое беспокойное сердце”.

Шрила Рупа Госвами

Наша задача состоит в том, чтобы провести различие между возвышенной формой вручения себя и той, что ведет к деградации, и выбрать из них благоприятную. Я специально пытаюсь сделать это письменно. Иногда то, что я предлагаю, не является глубочайшим актом добровольной любви, но Шрила Прабхупада говорит, что мы должны действовать как солдаты в воинском распоряжении. Господь Кришна говорит: “Если ты не будешь действовать по Моим указаниям, и не станешь сражаться, то выберешь неверный путь. Согласно твоей собственной природе, ты должен будешь принять участие в битве” (БГ, 18.59).

“Верховная Божественная Личность указывает, что является благом, и что - злом, и человек для достижения совершенства жизни должен просто действовать в сознании Кришны. Никто не может знать свою судьбу лучше Господа. Поэтому лучше всего принять к сведению Его указания и затем поступать согласно им. Никто не может пренебрегать повелениями Верховной Божественной Личности, или уклоняться от распоряжений духовного учителя. Человеку следует без колебаний исполнять повеления Верховной Божественной Личности, и это обеспечит его безопасность при любых обстоятельствах” (БГ, 18.59, коммент.).

Пуля обжигает. Вручение себя Кришне может иногда быть похожим на это. Станьте в шеренгу. Прекратите спекуляции. Прекратите фантазии на тему чувственных наслаждений. Выполняйте распоряжения вашего духовного учителя, неважно, какой ценой. Встаньте на умственный уровень, и предайтесь с него.

Мы не можем предаться полностью, если мы делаем это их страха, или из чувства долга. Мы боимся наказания Кришны? Так почему же утаиваем часть себя - ту часть, которая не полностью убеждена? Не доверяем Кришне? Не доверяем самим себе? Это ваидхи-бхакти, механическое следование правилам и предписаниям. Оно, в конце концов, позволит нам подняться на более высокий уровень, но мы не должны ложно отождествлять исполнение правил и предписаний, и вручение себя.

Предаться - не означает потерять себя. Вам не нужно отрекаться от своего истинного эго. Освобожденные преданные Господа, которое доставляют Ему больше всего удовольствия, имеют совершенное чувство своих собственных желаний и самосохранения, и при этом они обладают великой любовью к Кришне. Кришне не нужны рабы, или слуги по найму. Он не хочет записных солдат в Свою армию. Он представляет нам возможность выбора: “Что вы хотите предпринять? Вы хотите пойти ко Мне, или вы хотите оставаться в материальном мире?"”Если мы выбираем грех, Он может приказать Своим глупым слугам: “Нет, предайтесь!”

“Есть класс преданных, рагатмики, которые совершают все свое служение добровольно, из любви к Кришне. Эти преданные обладают настоящей свободой, и поэтому они иногда приказывают Кришне исполнить их желания. Кришна любит такой взаимообмен, потому что приказы исходят от Его предавшихся слуг. Поэтому, Кришна говорит гопи: “Ваша связь со Мной выше порицания” (ШБ, 10.32.22).

Первый цикл “Шаранагати” озаглавлен “Даинйа, смирение”. Он перекликается с фрагментом из Песни Третьей “Шримад-Бхагаватам”, где человеческий эмбрион молится Богу:

Он /Господь/ беспределен, но Его присутствие можно ощутить в раскаявшемся сердце… Получив материальное тело, я был разлучен с Верховным Господом…вопреки моей духовной природе… О, мой Господь, хотя мне всего десять месяцев, по Твоей беспричинной милости во мне проснулось сознание. Я не вижу способа, как отблагодарить Тебя за эту милость, и я просто, смиренно сложив ладони, возношу Тебе свои молитвы… Преодолев свое волнение, я постараюсь выбраться из тьмы неведения с помощью своего друга, чистого сознания. Я вырвусь из круговорота рождений и смертей, и избавлюсь от необходимости снова и снова входить в материнское чрево, просто сохраняя в своей памяти лотосные стопы Господа Вишну” (ШБ, 3.31.13-14,18,21).

Нерожденный ребенок видит Господа в своем сердце, и обещает всегда помнить о Нем. Он ужасно страдает и не хочет испытать очередное рождение.. Но, как только он рождается, он оказывается в руках людей, которые не сознают ни его физических, ни его духовных потребностей.

Вся полнота жизни описана Бхактивинодой Тхакуром в первой песне (строфы 4-7): “Любящий сын, окруженный вниманием и опекой, я проводил свое детство в веселье и смехе. Благодаря привязанности моих родителей, я смог позабыть внезапную острую боль рождения. И я находил, что этот мир, в сущности, очень мил.

Вскоре я начал играть с другими мальчиками, и так я подрастал день за днем. Мой разум начал укрепляться. Я много читал, и учился постоянно. Я гордился полученным мной воспитанием, и мне довелось много путешествовать. Скопив богатство, я поддерживал свою семью с неослабным вниманием. О, Господь Хари, я забыл Тебя!”

Достигнув старости, Бхактивинода скорбит, и плачет. “Я недостаточно поклонялся Тебе, и вместо этого проводил свою жизнь в суете. Что же будет со мной теперь?”

Будучи зачарованными майей, большинство людей не думает о суетной жизни как о потере времени, наоборот, они думают, что в ней заключен смысл их жизни. Жизнь Бхактивиноды Тхакура внешне выглядит как удачно сложившаяся - у него были нежные родители, здоровый взгляд на мир, вкус к учению и к соревнованию, деньги, возможность путешествовать, преданность семье. И любой материалист удивился бы: “Почему он жалуется?” - “О, Господь Хари, я забыл Тебя!”

Речь его передает то, что он смотрит на мир глазами Священных писаний. Человеческая жизнь опустошена, если в ней нет сознания Бога. Она становится не лучше, чем жизнь животного (шрама эва хи кевалам). Даже наполовину интеллигентный человек может ощутить вкус горечи, который имеет его жизненный опыт. И, когда наступает старость, что остается? - “Что будет со мной теперь?”

“Поэтому, если человек снова встает на путь порока, попав под влияние тех, кто одержим желанием чувственных удовольствий, ищет любовных утех или потакает прихотям языка, он опять оказывается в аду” (ШБ,3.31.32).

В юности, когда мы постоянно учимся, это процесс пробуждает в нас надежды. Будучи детьми, мы не обладаем знаниями, но потом постепенно открываем для себя книги, писателей, философов, поэтов, психологов, политических деятелей, физиков, искусство, культуру…

“Глубоко уверенный в себе, я только тем и занимался, что приобретал материальные знания, находя в этом огромное наслаждение. Я не поклонялся Твоим лотосным стопам, о, Господь… Я читал все больше и больше, и мои надежды увеличивались, ибо в приобретении знаний я видел истинный путь”.

Сам процесс накопления знания становится страстью, если ученик пытается взять все, что он может, из книг и от учителей. Та награда, которую он получает в итоге, может и не быть такой большой, как если бы он занимался чем-то другим, но образование увеличивает его престиж, власть и гордость. Она также вызывает интеллектуальный снобизм.

В конце концов, ученый (гьяни) обнаруживает, что материальные знания не могут дать ответ на решающие вопросы: “Кто я? Какова причины творения? Почему здесь так много страданий, и как их можно преодолеть?” Что может дать ему его знание, чтобы предотвратить смерть? Ученый сталкивается с противоречиями и с очень отличающимися друг от друга точками зрения, куда бы он не обратился.

Как об этом сказано в Махабхарате, “Сухие доводы не могут дать нам истину, этого не могут дать и философы, потому что они всегда расходятся во мнениях”. Чтобы сбить с толку безбожных мыслителей, майа создает иллюзию, которая влияет на них, этим объясняются их разногласия. Это описано в “Хамса-гухйа”, молитвах из “Шримад-Бхагаватам”:

“Позвольте мне предложить свои почтительные поклоны всепроникающей Верховной Личности Бога, которая обладает беспредельными трансцендентальными качествами. Проявляя Себя в сердцах тех философов, которые распространяют разные идеи, Она делает так, что они забывают о собственных душах, в то время, как порой соглашаются друг с другом, а порой - нет. Ею, таким образом, создается в границах материального мира ситуация, благодаря которой они не способны прийти к окончательному заключению. Я выражаю свое почтение Ей” (ШБ, 6.3.31).

Бхактивинода Тхакур делает вывод, что материальное знание делает из человека осла. Будущее его чернее, чем будущее обычного человека: у него больше основания для того, чтобы чувствовать себя сконфуженным, и осознавать, что запутался. “Ишопанишад” уведомляет: “Те, кто заняты в невежественной деятельности, будут попадать в самые темные области невежества. Однако еще хуже те, кто совершенствует так называемые знания” (Мантра 9).

В комментарии к этой мантре, Шрила Прабхупада пишет: “Прогресс науки безбожных людей так же опасен, как драгоценный камень на голове кобры. Кобра, украшенная драгоценным камнем, ничуть не менее опасна, чем кобра без украшения… В “Хари-бхакти-судходайе” развитие науки безбожниками сравнивается с украшением мертвого тела”.

Я думал об этой работе сегодня утром. Я принял решение сохранять попытки, но и осознал, что мои покой и непринужденность в любую минуту могут быть насильственно прерваны. Мне удалось почувствовать это в некоторой мере, когда я прогуливался и слушал магнитофон. Сделав жест рукой, я схватился за проводок, который ведет к “Уокмену”. Внезапно наушники были вытолкнуты из моих ушей. Боли не было, была только неожиданность. Звук пропал, и это произвело ментальный шок: я покорно вернул наушники в уши.

Это было всего лишь небольшое неудобство - совсем несерьезное, но с той же внезапностью, я мог бы потерять собственную жизнь. Я пытаюсь писать с мыслями об этом. Каждое мгновение особенное, и после того, как вы миновали отметку в 50 лет, каждое мгновение становится драгоценным. Я до сих пор не был способным писать с эпической глубиной, но, по крайней мере, я могу остановиться и выдохнуть молитвы, и напомнить себе, что я пишу как тот, кто близок к смерти, для тех, кто тоже близок к ней. Не теряйте времени. Мы все в поисках серьезности. Мы все в поисках того чувства, которое свяжет нас с Кришной.

Бхактивинода Тхакур говорит об удовольствии, которое получают те, кто накапливает мирское знание. Это накопление наводило его на мысль, что удовлетворение чувств крайне важно. Но, в старости, он не может наслаждаться совсем: “Вот один из таких ослов, который так долго тащит на своей спине бремя материальной жизни. Теперь, когда я стар, и у меня нет сил, чтобы наслаждаться, ничто не приносит мне радость”.

Каждый из нас испытает подобное. Или мы все еще рассчитываем на свое тело и на то, что мы сможем удостовериться, что всегда делали правильный выбор в собственной жизни?

Материальное знание старого человека оставляет его в состоянии банкротства. Даже такого великого человека, как Махатма Ганди, последователи предали. И планы, которые он с таким трудом вынашивал в течение всей жизни, превратились в ничто. Старый человек становится горьким. Недолго он еще сохраняет желание жить. “… Мое знание обнаружило отсутствие собственной значимости, и невежество пронзило нестерпимой, жгучей болью, словно острая стрела”.

Если вы способны предаться, песня начинает проникать в ваш ум. Это походная песня? Я не уверен. Она не настигает в результате вручения себя низшим эмоциям. Она приходит, когда вы вручаете себя Кришне. Шрила Прабхупада говорил, что Вьяса и другие мудрецы не писали красивых историй. И святые личности, и их образованные ученики не так глупы, чтобы поклоняться каменным и деревянным идолам. Так же и я следую примеру Шрилы Прабхупады и краду время у ночного сна, чтобы писать. Для чего? Разве я настолько глуп, чтобы делать это, не рассчитывая на многое? Нет, отдача есть. Но, это трудоемкий процесс - когда вы копаете с восточной стороны.

Вручение себя - это жертва, если мы совершаем его, обладая верой, но не достигнув спонтанного уровня. Мы как Господь Брахма, который услышал вибрацию “тапа” от Господа Вишну и стал медитировать, без уверенности в своих предположениях. Нам бы хотелось вручить себя прекрасному, источающему игры Кришне. Это подразумевает, что мы хотим удовлетворить Его, даже не обладая полным знанием.

Прежде чем мы обретем полное духовное спасение, нам тоже придется пропеть свои песни, подобные песням Бхактивиноды Тхакура, “Я заблудился, я несчастлив, я невежественен”. Мы сожалеем о тех впечатлениях, которые были получены нами до того, как мы обрели сознание Кришны: они посещают нас, когда мы становимся старыми. Мы сожалеем, что у нас нет полноты знания слов маха-бхагават, к которым нас привел наш духовный учитель. Мы стремимся достичь уровня песен Бхактивиноды Тхакура, который проявлен в последней строфе его само-обличающего стенания. Он говорит, что он был введен в заблуждение так называем “драгоценным камнем” образования, но сейчас “я не ищу другого сокровища в этом мире, кроме Твоих лотосных стоп”.

Материальное знание делает из человека осла. Оно заставляет его забыть о своей душе. Он гонится за “мыслями-бриллиантами” и материальными “ценностями”, которые, в действительности, миражи и тупики. Через некоторое время, он обнаруживает, что заблудился, и… уже слишком поздно. В конце концов, он ломается. Разумный человек в этой ситуации принимает унижение как единственный ценный урок, который он получил. Но, при этом, он одинок. Друзья его покинули, и занятия, которые в свое время казались важными, сейчас представляются нелепыми.

Все обстоит именно так, когда он решает посвятить себя преданному служению. Со своим телом, испытывающим затруднения из-за истощения и слабости, он пытается отречься от материальной жизни.

Кришна - это вечно-юный герой Вриндаваны. Когда старый человек открывает для себя Кришну и пытается вручить себя Ему, он освобождается от оков своего тела. Люди высмеивают его, но он говорит: “Я не обязан следовать этим ослам и их установлениям, и этому рабскому долгу. Я буду поклоняться Говинде посредством воспевания и слушания о Его славе и не буду заботиться о ком-то еще”.

Бхактивинода Тхакур говорит, что люди подобно ослам несут груз материального существования всю свою жизнь. Все виды материалистов, от образованных до неучей, согласны между собой в том, что не нужно стремиться к духовной жизни. “Вот один из таких ослов”, который следовал им и искал смысл в этом мире, в то же время полностью пренебрегая зовом души и Всевышнего. И все впустую.

Это не праздная песня. Попытайтесь ощутить тот проигрыш, который он чувствует. Посмотрите на себя с этой позиции. Узрите весь мир таким образом, - человек становится старым в смирном отчаянии, одну за другой осознавая свои потерянные жизни. Худшие глупцы, конечно, никогда не допускают, что так бывает.

Я не ощущаю, что я пишу из сердца. Хотя я говорю истины из шастр, и делаю это эмоционально, я не отождествляю себя с этой историей. Я был избавлен от худших заблуждений еще до того, как стал слишком старым. По меньшей мере, внешне я нахожусь в стороне от материального бытия в течение более чем 27 лет. Моя история отлична от этой. Я вхожу в пожилой возраст со стремлением продолжить служение моему гурудеву.

Но это не означает, что я свободен от сожалений. Хотя я имел такую редкую возможность, я не был способен принять служение Кришне всем своим сердцем. Мои прежние материальные привязанности мешали мне. Я стал увязать в неприятностях, которые приходят в установившуюся религиозную жизнь, и в личной неудаче в попытке вручения себя, и в моем отсутствии смелости проповедовать. Чем более поздно это становится поздно для меня, тем тяжелее собрать юношеский идеализм.

Но еще не слишком поздно. Мы должны сопровождать Бхактивиноду Тхакура во всем его чувстве безнадежности. Он обещает доставить нас к совершенству, чтобы идти с ним к истине, мы должны честно измерить степень нашего собственного провала. Мы готовы приготовить для обыска наши сердца. Мы увидели лишь мельком правду нашего состояния, и только мельком превосходное положение Кришны. Поэтому мы не живем в полную силу. Нам дали сознание Кришны, которое производит удивительные результаты. Но мы не испробовали их. Поэтому, расточать жизнь в мелких материальных заботах - это один вид сожалений, а получить возможность поклоняться Говинде с молодых лет, иметь доверие Его чистого преданного, находящегося рядом, и при этом не принять это в достаточной мере… соскользнуть до уровня посредственности в неосуществленной духовной жизни…

Нам следует плакать. Эти песни для нас. Несчастье Бхактивиноды Тахкура - это наше несчастье.

В Третьей Песне “Даинйа” Бхактивинода Тхакур описывает многие подробности своей жизни. “Будучи молодым, я стремился заработать как можно больше денег. В то же время, помня о нормах религиозной морали, я взял себе жену. Вместе мы воздвигли целое хозяйство, потратили много времени. У нас было много сыновей и дочерей… Сердце моё стало отягощенным… Груз увеличивался день ото дня. Я чувствовал, что в моей жизни наступил застой.”

Как нам принять эту песню? Это автобиография? Вымысел? Кто это “я”, о котором он говорит, что оно потеряло время в семейной жизни? Что мы имеем в виду, когда говорим, что Бхактивинода Тхакур пишет это для нашей собственной пользы?

Я думаю, многие из нас знают ответы на эти вопросы. Бхактивинода Тхакур - это освобожденная душа. Он - мудрец, как Вьясадева, или Шукадева. В то же время, они жили, как обыкновенные человеческие существа. Вьяса не был удовлетворен даже после составления Вед. Шукадева проявил себя вначале как монист. И тем не менее, они не обыкновенные обусловленные души. Они - освобожденные шактйавеша-аватары. Да, Бхактивинода Тхакур говорит для нашей пользы, когда он говорит, что он находится в постоянной материальной тревоге. Он наш “поклоняющийся гуру”.

Мы можем исследовать глубину его сознания Кришны просто изучая его труды. Здесь он изображает себя как беспокойного семьянина, нуждающегося в милости Кришны. Но он также дает нам цельную науку сознания Кришны в таких книгах, как “Чайтанья-шикшамрита” и “ДжайваДхарма”. Там он обсуждает все от “я не есть это тело” до отождествления души с положением манджари в служении Радхе в вечной Врадже. Он не мог писать об этом в такой авторитетной, убедительной и привлекательной манере, если бы он не был уполномоченным ачарией. Мы принимаем его еще и потому, что ему поклонялись великие духовные учителя, такие как Гаура-Кишора дас Бабаджи и Бхактисиддханта Сарасвати Тхакур, который лично наблюдал за деятельностью своего отца. В предисловии к “Бхаджана-рахасье”, написанной его отцом, Шрила Бхактисиддханта Сарасвати пишет: “Несколько лет назад эта акинчана заботливо соблюдалась им, декламирующим шлоки, упомянутые в этой книге, и в то же самое время, он тогда находил вкус в том, чтобы пересиливать в себе экстатическую любовь к Богу”.

У нас нет сомнений относительно положения Бхактивиноды Тхакура, однако нам не следует думать, что он писал эти песни с огромного расстояния, что он не чувствовал то, о чем писал. Шрила Прабхупада говорил нам, что когда великие Вайшнавы пишут, что они самые падшие и грешные, они, в действительности, чувствуют, что они самые падшие и грешные. Мы не принимаем их слов буквально, и делаем заключение, что из-за того, что Кришнадас Кавираджа заявляет, что он ниже, чем червяк или стул, это не становится правдой. Если мы будем принимать их слова буквально, наша духовная жизнь будет разрушена Вайшнава-апарадхами. Мы должны, так или иначе, попытаться войти в их настроение.

Маха-бхагаваты думают, что все находятся в служении Кришне, кроме них. Вхождение в их настроение не такое уж легкое дело. Я не могу сделать это. Бхактивинода Тхакур близок к этим эмоциям. Он сожалеет о том, что потерял свою жизнь, я же тот, кто находится на расстоянии от этого. По крайней мере, теоретически я способен принять его сочинение как глубокое и личностное. Когда он говорит, что он чувствует боль и испуг, он пишет о том, как он это чувствует. Он пишет для себя самого, а также для вселенского гуру (джагад-гуру). Слушайте его внимательно. Он самый компетентный посредник, способный научить нас видеть нашу собственную безнадежность и вручить себя Кришне.

Почему я не чувствую сожаления? Я даже не уверен в ответе. Может быть, я не хочу быть в неловком положении - связано ли оно с неугомонной радостью, или с душевными страданиями, и я не хочу, чтобы это длилось всю ночь. Я хочу предписания, а не экстазов и угрызений совести, которые обжигают сердце. Я испробовал боль, которую может вызвать болезнь. Я напуган этим опытом? И пытаюсь избежать страдания?

Некоторые психологи внушают нам, что лучше оставаться на поверхности, хотя они соглашаются также, что некоторые разновидности сожаления действуют терапевтически. Мы читали о катарсисе. Греческие трагедии разыгрывают этот катарсис до конца. Действующие лица проходят через напряженное чувство горя и становятся очищенными. Если мы полностью сможем разделить песни Бхактивиноды Тхакура, мы переживем этот трансцендентальный катарсис. Почему мы позволяем ему пройти мимо наших сердец?

Метафоры, которые используют эти поэты, бывают поразительными. “Невежество проникает в мое сердце с нестерпимой обжигающей болью, как острая стрела”. Кому это надо? Я оставляю это на удобной дистанции - как “поэтическое”. Но, пока я не чувствую сожаления по поводу своих оскорблений, и своего неправильного управления в прошлом и в настоящем, как я могу совершить духовное продвижение? Как и почему, я управлял и скрывал все эти эмоции? Это действительно было необходимо - то, что я прошел через них? Возможно, Кришна делает это менее тяжким для меня, потому что знает, что моя вера хрупкая, и я не могу принять слишком много. Но, это значит, что я не хочу возвращаться к Богу. Мы должны пройти через очень суровые реалии в духовной жизни. Враджаваси всегда находились на волнах противоположных эмоций. Иногда они смеялись, иногда плакали, иногда чувствовали сильную гордость, следовавшую за сокрушающим смирением.

У меня нет ответа на эти вопросы, которые я сам себе задаю. Но я убежден, что нам нужно чувствовать сожаление. Я отстаиваю это в своих лекциях и в произведениях, хоть и не чувствую этого лично. Я никогда не лью слезы во время своей уединенной бхаджаны. Мои исповеди наполнены описаниями тех пустынь, которые я пересекаю, когда еду на колеснице своего ума.

Хорошо, по крайней мере, что я пишу это. Я не хочу бегло прочитывать эти песни, не пытаясь понять их. Шрила Прабхупада пишет: “Человек должен не только бросить свои прошлые дурные привычки, но он также должен всегда сожалеть о своих прошлых греховных поступках. Это стандарт чистой преданности” (ШБ, 6.2.27, коммент.) Обсуждая раскаяние Махараджи Парикшита, Шрила Прабхупада пишет: “…все грехи, нежелательные для совершения преданными, сгорают в огне раскаяния” (ШБ.1.19.1, коммент.)

Шрила Бхактивинода Тхакур написал на эту тему кое-что еще. В своем очерке, озаглавленном “Панча Самскара”, он критикует неквалифицированных учителей, которые не побуждают своих последователей к раскаянию. “Без тапы, или внутреннего раскаяния, душа не может существовать как Вайшнав… Поэтому, дорогие друзья, ищите искупления без промедления!”

Раскаяние обычно относят к ранней стадии сознания Кришны. Оно приходит к нам еще тогда, когда греховные привычки по-прежнему нас беспокоят, и мы все еще вне искупления. Я склонен думать, что я далек от этого. По милости Шрилы Прабхупады, я избегаю незаконного секса, интоксикаций, мясоедения и азартных игр. У меня нет очевидных грехов. Я не говорю: “Я бы поклонялся Тебе, о, Господь, но это бесполезная надежда”, потому что я поклоняюсь Кришне каждый день в храме. Очевидно, я самодоволен. Мне нужно идти глубже.

Я же совершаю ошибки. Я же делаю оскорбления. У меня есть анартхи. Я могу не быть грубым грешником, но, возможно, мое глубоко внедрившееся самодовольство и есть зло. Поэтому, угрызения совести - это одна из первых ступеней признания ошибок и попытки выйти из самодовольного состояния. Пытаясь снова и снова воспевать, мы снова и снова не чувствуем ничего. Это и есть основание для раскаяния. Иногда преданные-неофиты спрашивают: “Как мы должны размышлять, когда воспеваем? Нужно ли нам уделять внимание звуку, или мы должны думать о Радхе и Кришне в рощах Вриндаваны?” Но, что же мы можем делать, благодаря своим нама-апарадхам? Мы должны сожалеть. Нужно умолять святые имена о прощении. Раскаяние - это сокровище, редкий дар. “Если случайно преданный совершает нама-апарадхи, то с сильной болью в сердце, полном раскаяния, он должен стать усердным, чтобы воспевать постоянно. Только в этом случае будут искоренены его прежние оскорбления, а также обретена защита от совершения дальнейших оскорблений” (“Шикшаштака”, шлока 2, коммент. Бхактивиноды Тхакура).

До тех пор, пока мы допускаем ошибки, нет места совершенствованию. И пока мы хотим избежать необходимости чувствовать себя плохо, мы не будем способны войти в настроение раскаяния.

Дорогой Шрила Бхактивинода Тхакур.

Пожалуйста, примите мои смиренные поклоны к вашим лотосным стопам.

Я - ученик Его Божественной Милости А.Ч.Бхактиведанты Свами Прабхупады, и я обращаюсь к вам с просьбой разрешить мне писать в то время, как я читаю вашу “Шаранагати”.

В Третьей Песне из цикла “Даинйа” вы пишите “я”, словно вы подразумеваете себя. Вы рассказываете нам, что “взяли себе жену…вместе мы воздвигли хозяйство, потратили много времени. У нас было много сыновей и дочерей… Сердце мое стало отягощенным”. Это “я” соответствует вашим биографическим данным. У вас было много детей, и вы были эрудированным ученым. Но вы всегда были чистым преданным. У меня нет в этом сомнений. Я принимаю все, что вы говорите. Мой духовный учитель почитал вас, как великого мудреца, чьи литературные труды так же хороши, как и Веды. Моя единственная проблема состоит в том, можете ли вы принять меня и мою попытку читать ваши песни, и затем писать. Мой духовный учитель говорил нам, что вы обладаете 80-процентной мягкостью (которая подразумевает, что вы только на 20 процентов строги). Шрила Прабхупада говорил это в день вашего явления в 1968 году. Он попросил меня жениться, и выбрал для этого события день вашего явления как благоприятную дату. В то утро мы спросили, нужно ли нам поститься в день вашего явления. Шрила Прабхупада ответил “О посте речи не идет. Бхактивинода Тхакур был мягким. Все ачарии очень снисходительны”.

Дорогой Бхактивинода Тхакур, духовный учитель и великий дед, вы были великим проповедником в Индии, так же как и на Западе. Вы, в частности, обратились к западным умам в вашей лекции “Бхагавата”, в “Чайтанья-шикшаштаке” и в “Жизни и наставлениях Господа Чайтаньи”, которые вы послали в университет Мак-Гилл в Канаде, в 1896 году. Я слышал, вы даже переписывались с Ральфом Вальдо Эмерсоном. Вы шли на все, потому что хотели, чтобы сознание Кришны было принято американцами и европейцами. Вы страстно желали, чтобы наступил день, когда все люди соберутся вместе в Навадвипе и будут петь Харе Кришна и “Джая Шачинандана”.

Я надеюсь, вы увидите искренность моих попыток.

Песни “Даинйа” Бхактивиноды Тхакура очень напряженные. Слово “даинйа” означает “несчастный, жалкий, страдающий, ударившийся в бедность, низко-духовный, слабый”. Он напитал каждую строфу этим настроением в своем описании старого человека, который видит, что все планы потерпели крах. Слишком старый, чтобы наслаждать свои чувства, обеспокоенный болезнями и опасениями, - и это то, что явно ничто не может изменить в лучшую сторону. Нет ничего, что можно предвкушать, кроме смерти. “Я бы поклонялся Тебе, о, Господь, но это бесполезная надежда”.

Мне бы хотелось особенно подчеркнуть его настроение, но мне придется отступить от этой задачи. Это не мое естественное состояние. Мое состояние - это поиск покоя, подсчет благословений, поиск возможностей для того, чтобы глубоко погрузиться в сознании Кришны, и понимание того, что я не продвинут и не очищен. Я полон благодарности за то, что имею. У меня нет достаточного осознания, чтобы испытывать глубокое раскаяние, сверх того, в котором я нуждаюсь.

Я не чувствую себя ни самонадеянным, ни бесхитростным, когда мы сидим в нашем фургоне “Рено” на возвышении, близ горы, в убежище, устроенном в скале. Я немного опасаюсь воров и убийц, которые могут прийти ночью, но я также вверяю свою жизнь Кришне, и стараюсь не замечать опасности.

Завтра мы спустимся в этот город и начнем пятидневное аюрведическое лечение. После этого, я буду свободен, чтобы писать в покое. Это (покой) - то, где я нахожусь внешне. Внутренне? - Это качество, которого я добиваюсь много, много жизней подряд. Это не дешево. Но, это все, что я имею на сегодня. Во всяком случае, позвольте мне писать даже сейчас. Я пишу не потому, что чувствую себя вынужденным делать это, а потому что сам хочу этого. Прабхупада сказал о своем писательском труде: “Почему я поднимаюсь в час ночи и делаю эту работу? Потому что я не могу без нее. Как человек может делать это искусственно? Это свойство характера. Поэтому им нравятся мои комментарии”. (“Разговоры с Шрилой Прабхупадой”, 2 ноября 1975).

Я бы хотел прочитать эти песни на бенгали. Он пишет так личностно, как и я тоже пытаюсь писать. Он не насытил эти песни цитатами из шастр, но он пишет для нас. Это мучительно… Его песни - это беспокойные стенания. Может быть, поэтому, мы склонны заниматься изысканиями, о себе ли он говорит, на самом деле, в этих песнях. Это отвлекает наше внимание в большей мере, чем концентрирует на то, на чем нужно, - на нас самих. Концентрироваться на этом слишком трудно.

Вчера за завтраком была поднята тема Югославии. Наш хозяин сказал о том, что там были размещены вместе слишком разные люди, - сербы и хорваты, - из-за неправильного определения политических границ. Сейчас они жестоко истребляют друг друга. Я подумал: “Вы не должны повторять все детали. Прекратите это. Не говорите “изнасилование” и “сожжение” и “резня”. Не нарушайте этот завтрак”. У меня возникла мысль о том, чтобы спросить: “Югославия не так далеко от Италии, не так ли? Это только по ту сторону от Адриатического моря”. И я представил себя планы Италии по защите своего побережья.

Не беспокойте нас. Не поднимайте негативные темы. Оставьте нас с нашими надеждами, что плохое с нами не случится. Мы собираемся пройти пятидневный курс лечения, - мы пытаемся остаться в живых. “Течение этой мировой реки сильное и безжалостное. Пугающе и угрюмо смерть приближается. Как бы мне хотелось суметь отбросить свои мирские привязанности. Я бы поклонялся Тебе, о, Господь…”

Давайте же примем убежище, пока еще можем, - на пути к миру, в котором мы живем, с тем здоровьем, которое у нас есть. В конце концов, мы все вынуждены оставаться здесь. Это относится к каждому, кто собирается со мной, чтобы поклоняться Туласи-деви, и ко всем в этом итальянском городке. Приближается ли кто-то к этому холму, чтобы побеспокоить нас, или нет, мы все должны будем умереть. Белокурая женщина, которая управляла маленькой серой машиной, и провела полчаса в санктуарио, пожилой мужчина, который прибыл на своем мотороллере, и потом сразу уехал, пес, лающий в полтретьего ночи, и мой дорогой Мадху (немыслимый), и я, драгоценный, писатель… Мы все должны будем умереть. Но Бхактивинода Тхакур живет в этой строфе. “Без Твоей милости, все потеряно. Пожалуйста, дай мне убежище у Твоих лотосных стоп”.

Падашрайа: Я принимаю убежище Твоих стоп. Чувствуйте, и верьте, и вступайте. Сейчас время и место для молитвы. Я нуждаюсь в том, чтобы слушать вас, Бхактивинода Тхакур. Мы все нуждаемся. “Теперь, пожалуйста, выслушай меня, о, Господь, ибо я крайне беспомощен”.

В Песне Четвертой Бхактивинода Тхакур признается: “Я - грешник. Я причинял другим боль”. Он больше не допускает прегрешений, но его карма сильно отягощает его. (Моя карма тяготит меня тоже. Во время джапы, этим утром, я перенесся назад в 1964 год, когда я был сконфуженным, беспомощным и грешным, - социальным работником, курящим марихуану. Разве эти мысли подходят для того, чтобы сопровождать джапу? Это плохо, что я пережил это все, но почему я должен помнить об этом, когда я повторяю святое имя? Прабхупада спас меня как раз вовремя). Шрила Бхактивинода Тхакур не описывает детали, но он делает заключение: те, кто стараются удовлетворять свои собственные чувства, причиняют другим боль, но они не заботятся об этом. Поэтому они вредят себе и разрушают себя.

Большинство заявлений Бхактивиноды Тхакура кажутся такими крайностями, что мы не вполне понимаем, что с ними делать. Трудно поверить ему, когда он говорит: “Я сожалею, когда вижу, что другие радуются”. Но я сам испытываю это постоянно. “Я - вечный лгун”. Это неправда по отношению ко мне. Я честен. Но, подожди минутку. Ты не можешь лицезреть истину. Ты даже не знаешь, что есть истина. Разве это не обман?..

“Страдания других - это источник огромного наслаждения для меня”. Я бы сказал, что это преувеличение. Это звучит по-садистски. Думаю ли я так? Но разве поза “более святой, чем ты” - это не то же самое? Понимание того, что непреданные несчастны - это доказательство моей праведности (для меня самого).

Я говорю вам, что я не лицезрел истину, я не имею понятия, что это такое. Я не знаю, что во мне дурное, и что - хорошее. Я не знаю ни любви, ни боли. Мне неизвестна разлука с Кришной вообще. Я - ваидхи-бхакта, трогающий пальцами свою бороду и вспоминающий о 1964 годе.

Я легко расстраиваюсь. Я не чувствую глубоких эмоций. Я не могу исповедоваться. Помню, собирался на исповедь, будучи ребенком. Монахиня велела нам приготовиться рассказать священнику о наших грехах, но все, что я смог придумать, было то, что я разговаривал с матерью, и сказал ей неправду. Мы искали трещину в тротуаре, вместо того, чтобы искать бездну в наших душах Почему? Потому что главное было сохранять спокойствие в той мере, насколько это было возможно. Это было в середине войны.

Не смотрите в бездну. Не будите спящих зверей. “Материальные желания в самом ядре моего сердца беспредельны”. Снова мне интересно знать, как он вызывает худшее из возможных состояний, чтобы описывать каждого из нас. Но некоторые из нас способны опуститься в еще худшие пучины испорченности. “Если бы не милость Господа, туда бы отправился и я”. Мы, в основном, описываем все возможные слабости нас самих; даже когда мы не верим в то, что они у нас есть. Бхактивинода Тхакур говорит, что кама, материальное вожделение, есть в самом ядре его сердца. Он говорит истину даже для тебя. Признай это.

Нет, я не такой уж плохой малый. Я, бывало, был плохим, но теперь у меня все о` кей. Я - садху, путешествующий в фургоне “Рено”.

Ах, но в ядре, в секретном основании твоего сердца…

Дхрува Махарадж не признался во всех своих желаниях, когда он увидел Господа, и Господь Вишну сказал: “Это очень приятно, Дхрува, что ты говоришь на ячхе. свамин кртартхо` сми варам. Но, я знаю, что ты все еще таишь одно желание. Поэтому я собираюсь дать тебе Полярную звезду и баснословно длинную продолжительность жизни, как царю. После этого, ты вернешься ко мне, обратно, в духовный мир”.

Это в сердце. Ты мечтаешь о вручении себя… ты мечтаешь…

Мое сознание Кришны- это только покров. По своей вневременной сути, я - духовная душа. Вокруг нее - фонари грязи, затем внешний слой преданного служения в ИСККОН, и, в конце концов, в самое последнее время прибавившийся покров реальной надежды.

Эй, человек, где ты? Знаешь ли ты определенно?

Бхактивинода Тхакур, в конце концов, собирается ввести песни о высшей природе. Чистый преданный придет в его жизнь и спасет его. Тогда он будет стремиться к осознанию Кришны, в полном предании себя Ему. Он начинает, по существу, с истории о грешном человеке. Возможно, это что-то вроде этого: этот грешный человек - это не Бхактивинода Тхакур. Просто Бхактивинода Тхакур однажды решил рассказать о людях по существу, и нашел внутри себя чувство того, что он растратил свою жизнь. Это заставляет меня думать о том, как Достоевский писал о людях, которые содержат в себе одновременно и извращенность, и нравственную силу. Люди прославили Достоевского за хорошо прочувствованную широкую амплитуду человеческих возможностей. Люди, как она: некоторые плохие, некоторые хорошие, большинство смешанных. Почему мы должны отказывать Бхактивиноде Тхакуру в способности понимать эмоции души, которая развращена и сломана материальным несчастьем?

Вьясадева видел Абсолютную Истину, с иллюзорной энергией внутри нее, и живых существ, которые постоянно страдают. Прахлада Махарадж сказал, что он не хочет возвращаться к Богу один, оставив в стороне бедных глупцов, сбитых с толку материальной цивилизацией. Шрила Прабхупада испытывал сострадание к хиппи и к другим материалистам на Западе.

Хотя, быть на месте этих глупцов - это совсем другое.

Мне не нужно знать, говорит ли Бхактивинода Тхакур о себе самом, чтобы было услышано его послание. Для меня ценность истории падшей души, которая близка к смерти и взывает к Богу, очень высока. Я думаю о некоторых читателях, которые говорят обо мне: “Я отказываюсь поверить в плохое, которое он говорит о себе”. Сходным образом, я не могу поверить, что Бхактивинода Тхакур был низким, злым человеком, которого отвергали благочестивые люди. Вместо этого, я могу попытаться ощутить то, что он хотел, чтобы я испытал. Когда он восходит на уровень освобождения и говорит о своем непосредственном служении Радха-Кришне, я опять не способен прямо воспринять его чувства. Это все вне моего опыта. Его вечное счастье дает мне надежду, и мне необходимо следовать за ним к глубинам духовного отчаяния.

В действительности, Бхактивинода Тхакур писал бесстрашно. Поверхностные люди могут воспринять его слова буквально и осудить как грешника. Его произведение глубокое, но его можно прочесть как поверхностное. Как проникнуть в это? Духовные тексты - самосознающие, и могут обнаружить свое значение искреннему читателю. Я также знаю, что когда я пойму лучше, что чувствует Бхактивинода Тхакур, я стану способным открыть шлюз моей собственной печали и раскаянию. Верно, сейчас я оцепенелый для раскаяния. Бхактивинода Тхакур открыт. Я - закрыт.

“Ныне, достигнув старости, лишенный всех средств для достижения успеха, униженный и бедный, Бхактивинода рассказывает свою грустную историю у стоп Верховного Господа”. Слово “униженный” в этом в этом стихе очень значимо. Его заставили стать на колени. Это не то смирение, к которому он пришел с помощью естественных размышлений. Он не решил, по доброй воле, что смирение полезно, и его необходимо культивировать. Старость забирает все те иллюзии, которые питают гордость, ложное эго и чувство обладания. Этот вид смирения может быть таким же подлинным, как и любой другой. Он также знает из стиха Бхагаватам, ясьяхам анугрхнами, что есть Господь Кришна, который смиряет преданных, посредством разрушения их материальной жизни. Этот униженный человек смиренен. Он горюет не просто потому, что он потерял все свои деньги, красоту и сексуальную силу, и потому что в нем уменьшается иллюзия материалистического счастья. Он плачет, потому что растратил свою жизнь и не поклонялся всепривлекающему Верховному Господу.

Это относится ко мне, в некоторой мере, но я не понимаю этого. Внешне, я ношу шафрановую одежду, ношу свою данду, следую четырем принципам и поклоняюсь Говинде, следуя самому высшему религиозному процессу, харинама-санкиртане. Но внутренне я не Вайшнав, я веду утонченный вариант жизни в иллюзии. Я кажусь удачливым в духовной жизни. Когда я исповедуюсь в моих ошибках, я не чувствую себя плохо. Я не понимаю даже, какой вред я причинил самому себе за ту часть жизни, которая была прежде, чем я встретил Шрилу Прабхупаду. Он спас меня, но я до сих пор еще не спасен в самом основании моего сердца. Я доволен тем облегчением, которое получил благодаря общению с Шрилой Прабхупадой и наслаждаюсь уважением, которое получаю от преданных, так что я не чувствую себя грешником. У меня есть крошечное подозрение, что вещи могут не быть на самом деле такими, как я их вижу, но как я могу изменить мое видение?

Я пытаюсь перескочить через раскаяние и идти прямо к нектару памятования об играх Кришны. Кто хочет жить в выгребной яме дурных помыслов и самообвинений? Восходи!

Но ты не можешь восходить. Ты все еще воспеваешь невнимательно. Эта желтуха, авидйа, до сих пор у тебя на языке. Ты должен сначала почувствовать раскаяние. “Я разрушен своей собственной алчностью, и я всегда полон вожделения”. Если мы не допускаем, что это применимо к нам, то это будет держать нас по ту сторону. Если мы не допускаем этого, мы будем вязнуть в нашем недостатке смирения и нашей беспечности. Разве мы не несчастны? Разве мы уже исчерпали наши материальные желания (акинчана)? Представим же нашу горестную историю на рассмотрение к лотосным стопам Верховного Господа.

Бхактивинода Тхакур стучится в дверь нашей самооценки, но мы предпочитаем восхищаться его песнями с некоторого расстояния. Мы не хотим слишком впутываться в это. Мы существа “позитивно мыслящие”. Мы хотим слышать только “нектар”. Если требуется, мы согласны пройтись по нескольким песням с теоретическим восприятием горя, но не ждите от нас, уже сформировавшихся мужчин и женщин, что мы будем становиться на колени и плакать. Нет, господа, мы не пресмыкаемся, никогда.

Я не грешник, так почему я должен притворяться, что это так? Таким образом Сатсварупа дас представляет историю своего непредания себя и бесчувствия. Он никогда не плачет и говорит, что в нем нет зла. Так он не смог понять, почему Бхактивинода Тхакур спел эти песни о самом себе.

Избавьте на от деталей. Наш путь легкий. Это милость Господа по отношению к нам. Господь Чайтанья уверял нас, что харинама будет легчайшим способом осознания Бога в этом веке, и мы будем избавлены от худшего.

Наше ощущение легкости может быть свидетельством сострадания Прабхупады к нам. Это честно и много говорит о нашем положении - то, что мы чувствуем себя хорошо, что мы в порядке, что мы избавлены от худших последствий кармы. Мы рассматриваем наши мелкие несчастья как метки кармы, сделанные нам на память. Мы отказались от грубых грехов. Джая! Победа над материальным адом. Разве мы не носим Вайшнавскую тилаку? Мы - праведники, заблаговременно получившие даршан Господа.

Это все правда, но это не должно отрицать другое. Почему мы не плачем в служении? Почему мы не плачем от того, что мы не можем воспевать шуддха-наму? Почему мы даже не сожалеем? Почему мы так самодовольны?

Песня Бхактивиноды Тхакура была пропета перед Богом. Это подведение итогов его разрушенной жизни. Он писал эти песни, не думая об иной аудитории, хотя он позволяет нам слушать его.

Исповедь должна иметь место прежде всего внутри нас самих. Вот почему я провалился в попытке моей детской исповеди в католической церкви. Мы были наивными, монахини и дети из церковного прихода. Мы предполагали, что мы можем обыскать наше сознание и быстро найти наши ошибки. И мы были уверены, что после того, как мы расскажем о них священнику в темноте исповедальни, мы будем прощены. Мы верили, что он слушал о наших грехах именно так, как Бог бы о них слушал и епитимья, которую он накладывал, была в гармонии с правосудием. Расскажи десять раз “Аве Мария” и два раза “Отче наш”, а потом составь хороший “Акт раскаяния”. Акт раскаяния - это молитва, в которой вы должны говорить, что вы сожалеете. Это гарантия того, что вы декламируете искренне и обещаете, с Божьей помощью, не совершать этот грех опять.

Песня Бхактивиноды Тхакура - это краткая исповедь безнравственного человека в конце его жизни. Редок ли такой человек, или мы все как он? Вы можете решить для себя, но по мере того, как Бхактивинода Тхакур продолжает петь, мы начинаем подозревать, что он, возможно, относит это на наш счет. Почти слишком поздно исправляться, - мы лишь слишком измучены и опустошены материальной жизнью. Когда же мы прольем нашу собственную горестную историю перед Верховным Господом?

“Выслушай, о, Господь, мою печальную историю”. Здесь Бхактивинода Тхакур прямо просит Господа об аудиенции. Это не бесцельный плач. Мы должны упасть перед Кришной со всеми нашими бедами, с доставленным самим себе горем, и рассказать Ему о том, как это мы оказались не в состоянии стать преданными.

Человек, который поступает так еще до шаранагати, достаточно благочестив, чтобы поверить в Бога. Атеисты не чувствуют сожаления. По крайней мере, по поводу того, что они не в состоянии служить Богу. Если же они чувствуют сожаление, то они обвиняют Бога, или возлагают вину на других людей за разложение в их собственных душах. Благочестивый же человек уверен, что Кришна слышит его.

Признание собственной никчемности - это не вполне в духовном измерении. Оно не выходит за пределы качеств материальной природы, но это существенная предпосылка, субрелигиозный принцип. Если думаем, что мы на более трансцендентальной стадии, но мы не пережили раскаяния за наши слабости, мы вероятно, ошибаемся. Как может санньяси, имеющие учеников, повернуться назад и признать свои грехи? Нам бы хотелось сделать это, но по разным причинам, мы колеблемся. Кришнадас Кавираджа говорит нам, что он так греховен, что если мы запомним его имя, то потеряем всю нашу благочестивую репутацию. Затем он продолжает описывать игры Господа Чайтаньи. Имеем ли мы такую же смиренную самооценку? Не будьте слишком оцепенелыми или неуязвимыми для того, чтобы скорбеть. В то же самое время, исполняйте ваши обязанности в сознании Кришны. Песни Бхактивиноды Тхакура - это наше руководство.

Бхактивинода Тхакур повторяет свою тему: “Я провел свое детство в играх, а юность - в академических занятиях, и во мне не развилось понимания правильного и неправильного. Став мужать, я завел семью и погрузился в материальное наслаждение… В скором времени, старость пришла, а счастье ушло… Теперь мои чувства ослабли, тело разбито и измучено, а настроение - удрученное, ведь я уже не способен наслаждаться, как прежде. Я лишен даже крупицы преданности и не просветлен знанием, - что же может помочь мне теперь?”

В конце жизни, вы склонны итожить все, что было вами сделано. Так вы приходите к сожалению о всех тех годах, которые вы провели в иллюзии. Вы уже совсем избавились от нее, но слишком поздно, чтобы вдруг превратить свою неправильно потраченную жизнь в полезную. Эта жизнь уже записана не только в вашей памяти, но и в книге отчетов слуги Ямараджи, Читрагупты.

Солнце сидит на горизонте моей жизни, и эта картина не их приятных. Хотя я могу ее видеть, я не могу ничего сделать, чтобы изменить ее. Я пою эту грустную песню и прошу Господа выслушать ее. Ему уже известна моя история, но он внимает свежим чувствам горюющей “старой” дживы. Горе очищает.

Мы должны быть столь удачливы, чтобы прийти к этому горю до наступления смерти. Мы упорно думаем, что мы не являемся грешниками, растратившими наши жизни, поэтому мы не можем петь эти горестно-чеканные песни. Наша собственная песня, мы думаем, должна звучать по-другому. Мы бы спели ее в величавой манере, лишь с легкой примесью грусти. (“Маленький дождь прольется над каждой судьбой”). Мы бы заботливо избежали описания многих наших проступков и уголовно-наказуемых преступлений, или же всей никудышности нашего состояния. Мы не поем нашу истинную песню, потому что даже не знаем, что это. Мы можем, по крайней мере, допустить, как-нибудь, что песня, выражающая раскаяние, лучше очищает и приятнее Богу, чем песня, которая не выражает его.

Что это за жизнь, которая въезжает в старость с неглубоким чувством духовного обложения? Почему мы меряем успехи и неудачи мирскими мерками? “Мне пятьдесят три года. Может быть, я буду жить до семидесяти. Я неплохо сохраняю активность и годность. Нужно попытаться исправить здоровье, изменить диету, и делать регулярные упражнения. Я мог бы выучить какой-нибудь язык. Есть время для того, чтобы скопить компьютерное мастерство. Может быть, я захочу пойти снова в колледж, и заработать дополнительную степень? Или выучусь играть на фисгармонии? Еще не слишком поздно…” - Так мы вычисляем.

Даинйа также родственна с болезнью и болью. Когда вы не можете и дальше наслаждаться своим телом, вы перестаете важничать. Какая радость для вас быть избавленным от боли. Вы обнаруживаете себя самого, взявшимся за диету и развивающим доверительные отношения с докторами, которые обещают помощь, хотя ваша болезнь неизлечима. Вы обнаруживаете себя старающимся мыслить позитивно, что бы это не значило. Вы стараетесь вновь и вновь выжать чуть больше наслаждения из этого тела.

Бхактивинода Тхакур говорит о старости и болезни. Эти две реалии объединились против мира удовольствий, в котором вы пытались жить, будучи юношей. “Став мужать, я… попал в сети материальных наслаждений. Количество детей и друзей быстро увеличивалось”.

Часто мы даже не замечаем собственного здоровья, мы считаем его чем-то само собой разумеющимся. Оно всегда будет с нами, и молодость тоже, и жена, и друзья, все молодое, и хорошо-выглядящее, и жизненное. Но это не правда.

Я только молодой старый человек, пятьдесят три года. Люди говорят, что у меня юношеское лицо. Но еще кое-кто говорит мне, что я выгляжу ужасно. И я не могу долго гулять, не могу присоединиться к падаятре или парикраме, не могу петь в долгих экстатических киртанах в Навадвипе. Не могу жевать грубую пищу. Не могу работать долгие часы, или даже несколько часов с напряжением. Не могу посещать собрания комитета, потому что они приносят мне головную боль. Это все правда. Я живу с этим, пока я могу читать и писать, и сидеть в своем кресле без боли. Но боль приходит. Тогда все прекращается - ни книг, ни сочинений… Я даже не хочу видеть никого в это время. Я лежу в постели в темной комнате, зная, что боль обычно проходит за двадцать четыре часа, и потом я буду в порядке снова - до следующего раза. Я смотрю на свое тело как любящий друг. Возможно, я обращался с ним неправильно, не ел лучшую пищу для его здоровья, нарушал сон, вставая в середине ночи, чтобы писать, не прислушивался к тем, кто советовал мне не путешествовать так много… Я путешествую очень много, пока еще не слишком поздно. Я встаю рано и пишу, пока еще не слишком поздно. Неважно, насколько мягко я обращаюсь со своим телом, время убегает.

“В скором времени, старость пришла, а все счастье ушло”. Разрушение тела - это послание к тебе самому. Сигналы увеличиваются с приближением старости. Они становятся как непрерывный свет фонарика. Боль - это тревожный звонок.

Молодым не следует думать, что к ним это не имеет никакого отношения. Каждая старческая история станет их историей, в свое время. Им нужно использовать свою физическую крепость в сознании Кришны, до того, как они станут полностью стесненными со стороны своих истощающихся тел. Боль - это наш учитель.

Далее Бхактивинода Тхакур говорит, что у него не было необходимого понимания правильного и неправильного. Оно у него не развилось. Так происходит, когда вы видите в удовлетворении собственных чувств смысл своей жизни. Кроме этого, кто у вас есть, чтобы научить вас предельной нравственности? Для этого вам нужна Бхагавад-Гита и знающий гуру.

Четвертая строфа этой песни удивительная. “У меня нет даже крупицы преданности Тебе, я не просветлен знанием, - что же может мне теперь помочь? Только Ты, о, Господь, друг всех падших душ. Я, безусловно, падший, самый низший из людей. Поэтому пожалуйста, возвысь меня до уровня Твоих лотосных стоп”.

Если личность не приходит к подобному отчаянному состоянию, она не может так молиться. Но, опять же, это не должно быть отчаянием, вызванным внешними невзгодами. И человек не должен быть большим преступником. Он должен только чувствовать сердцем: “Я забыл моего Господа, Кришну. Поэтому я растратил попусту свою жизнь”. Если эта молитва возникает у вас в уме, то она выражает ваше раскаяние.

Поэтому Бхактивинода Тхакур пишет для всех нас. Буквальный этот стих, или нет, может ли кто-то из нас признать его автобиографичность, или нет, сущность применима к нам всем: попусту растраченная жизнь в забвении Бога, вырождение, горе, и, в конце концов, мы поворачиваемся к нему.

Патита-бандху, патита-дхама, дина-бандху, дина-натха. Господь - это друг всех падших. Он нас поднимает. Снова, это самая суть. Человек может быть падшим бездельником с Бауэри, или высокоуважаемым брахманом, но если в сердце он чувствует, что его изнуряют материальные желания, то Господь может его поднять. И тогда он не ищет облегчения ни в этой жизни, ни в следующей. Он уже не заботится о том, красиво ли его тело, и сильно ли. Он не беспокоится, есть ли у него деньги, или нет. Ему все равно, из аристократии он, или низкорожденный. Он научен опытом, что эти вещи не приносят счастья. Теперь ему нужен только Кришна.

Это осознание может, на самом деле, появиться только благодаря милостивому общению с чистым преданным. Если мы отрекаемся от материальных надежд и взываем к Кришне, Он пошлет нам редко достижимое общество Своих бхакт.

Прабхупада написал, что джара, старость, не приходит к полностью занятому преданному. Такой преданный не становится подавленным, и не утрачивает свой энтузиазм. Ему не нужно уходить. Смерть сама - это движущая сила его преданного служения. Когда наступает старость, он становится более воодушевленным. Бхактивинода Тхакур поет песню негодяя. Он поет как тот, кто, наконец, стал приходить в чувство после того, как его побила майа. Он признает свое поражение.

Конец жизни чистого преданного не такой. Шрила Прабхупада уверял нас, что Ямадута не придет за нами, потому что мы воспеваем Харе Кришна. Мы можем надеяться на лучшую следующую жизнь, или, может быть, нам удастся в этой жизни вернуться обратно к Богу. Смерть и старость не травмируют преданного.

Бхактивинода Тхакур просит Господа не судить его, но дать ему свою милость. “Если ты станешь судить меня теперь, то Ты не обнаружишь хороших качеств. Пожалуйста, не суди меня. Сделай так, чтобы я испил меда Твоих лотосных стоп, и после этого, освободи этого Бхактивиноду”.

Мы иногда слышим о том, что у Бога есть свойство судить и прощать. Падшая душа просит о милости. Она серьезна, потому что раскаивается. Она уже получила урок. Она не хочет больше материального наслаждения, которое приносит лишь страдания. Она не планирует новую очередь грехов, она - акинчана. Она стала опытной в результате длительной практики вайрагья.

Так или иначе, повернитесь к Кришне и попытайте духовную удачу. Оставайтесь рядом с Его лотосными стопами всеми правдами и неправдами. Станьте жадными до общества Его самых дорогих преданных. Слушайте священные писания от них, и катайтесь в пыли лучшей из дхам, Вриндаваны, - если вы достаточно удачливы, чтобы попасть туда. Проповедуйте.

“У Твоих стоп, нежных, словно только что распустившиеся листочки, я возношу эту смиренную молитву. Эти стопы - это прибежище падших душ, сгорающих в пламени материального существования. Но я отказался от их крова, и теперь мой ум, обожженный пламенем суетности, высох, как пустыня” (“Шаранагати”, 1.6.1).

Бхактивинода Тхакур обращается к Богу не как к Кришне, а как к Учителю: “Прабху хе!” Мы ощущаем, что он видит лотосные стопы Кришны. Те самые стопы, которые гопи хотели поместить у себя на груди, чтобы защитить их от острой гальки на лесных тропинках. Как может этот самый отчаянный из грешников знать так много о стопах Кришны?

Возможно, он слышал о них от других, как и мы. Богиня удачи держит эти стопы у себя на коленях и массирует их. Гордости Калийи была повергнута этими стопами. Грех исчезает благодаря прикосновению этих стоп. Их добивались полубоги и великие мудрецы. Говинда дас поет: “О, ум, только поклоняйся лотосным стопам сына Нанды, которые делают человека бесстрашным”. Мы можем узнать свою участь, слушая это.

Хе Прабху, чьи стопы нежные, словно только что распустившиеся листочки, пожалуйста, выслушай мою молитву. Хе Прабху, пожалуйста, сделай так, чтобы я помнил Тебя. Ты - цель всех трудов. Если мы исполняем свой долг, позабыв о Тебе, то наша жизнь бесполезна. Если мы грешим, потому что забыли мы Тебя, то как же мы снова найдем убежище Твоих лотосных стоп?

Если крах материальной жизни приводит к памятованию о Тебе, это - Твоя милость. Памятование о Тебе приходит из такой дали, оно рождается из шраддхи, которую духовный учитель взращивает в нас. Он - твой сокровенный слуга.

В другой песне Бхактивинода Тхакур молится: “О, Гопинатха, Тебе известна вся правда, и Ты уже наказал Своего слугу, - дай же ему приют у Своих лотосных стоп. Сыну Нанды Махараджи молится также Господь Чайтанья: “Прошу Тебя, вызволи Меня из океана смерти и сделай одной из пылинок у Твоих лотосных стоп”.

Иногда говорят, что молитвы лотосным стопам Кришны указывают на дасйа-расу. Но гопи тоже молятся о прикосновении Его стоп к их головам и груди. Они нуждаются в любви Кришны. Мальчики-пастушки хотят массировать стопы Кришны и доставить Ему наслаждение. Его стопам страстно желают служить все Его преданные. И я тоже. О, Мукунда, пожалуйста, позволь мне прийти к Твоим стопам вместе с моим умом и ручкой. Я ищу маленькое пространство и совершенное убежище.

Дорогой Господь, дорогая энергия Господа, пожалуйста, займите меня в служении Вам. Нас иногда посещают стоящие мысли. Они проплывают через наши самодовольные умы. У грешника больше силы. Он со всем сердцем молится о прощении. Хоть он и заявляет, что у него нет больше сил, чтобы продолжать свою ничтожную жизнь, он все же способен фиксировать свой сокрушающийся и болезненный ум на Господе и искать у Него убежища. Он не сомневается и не колеблется. Он пришел к этой цели, пройдя по извилистому пути. Нам нужно быть всем такими же удачливыми.

Мы не можем судить о том, чья жизнь удалась. Обо всем судят лишь по конечному результату - анте нарайана смрити. Цель всех усилий- думать о Нарайане во время смерти. Наше достоинство проверяется в этот момент. Сейчас, дорогие братья, накапливайте в себе способность помнить, и упражняйтесь. Махараджа Парикшит усовершенствовал свою жизнь, слушая о Кришне непрерывно в последние семь дней своей жизни.

Наш пульс бьется в каждое мгновение, и в каждое из них мы можем думать о Кришне, или забыть о Нем. Помнить Кришну - это величайшее приобретение; забыть о Нем даже на одно мгновение -это величайшая потеря. Как это постоянное памятование может стать возможным? Как оно может не стать возможным, если мы осознаем, что Кришна - это все? “Знай, что все разнообразные, прекрасные и знаменитые творения - это лишь искры Моего великолепия. Какой смысл, Арджуна, в этом мелочном знании? С помощью небольшой частицы Самого Себя я распространяю и поддерживаю всю эту вселенную” (ШБ. 10.41-2).

Мне бы хотелось посвятить всего себя и все, что я делаю, Кришне. Я хочу помнить Его постоянно. Вот причина, по которой мы поклоняемся нашему гуру: он вдохновляет нас помнить и служить Кришне в каждое мгновение. Бхактивинода Тхакур поет: “О, почтенный Вайшнав…Дай мне тень твоих лотосных стоп и очисти меня… Пожалуйста, благослови меня, дав мне одну каплю веры, с помощью которой я смогу обрести величайшее сокровище святого имени Кришны” (“Вайшнав Тхакур”, стихи 1-3).

Я страшусь этого мира, и ищу убежища у Кришны. Прошедшей ночью мы въехали в этот дом, и будем оставаться здесь три недели. Как только наш фургон остановился у подъездного пути, один автомобиль проехал мимо по дороге, издав сигнал. Я подумал вначале, что он мог просигналить потому, что увидел, что мы преданные Харе Кришна. Возможно, это указывала на его беспокойство. Но потом удостоверился, что многие машины сигналят, когда проезжают мимо этого дома, потому что он находится на горной дороге с резким поротом. Так они предупреждают возможные въезжающие машины. Но, в момент своего беспокойства, почему я не обернулся и не позвал “Прабху хе”?

Комната, в которой я остановился, проста. Деревянные перекладины на потолке грубые, кафель на полу сделан из камня. Это хорошее место, чтобы плакать о Кришне. Помни о Нем, когда ты влезаешь на свою высокую кровать. Помни о Нем на утренней прогулке по заросшим травой полям и уединенным дорожкам, и пока пропитывается восхитительное экадашное печенье в горячем молоке, и пока рассматриваешь лица своих друзей, и пока устраиваешь алтарь и раскладываешь свою работу перед собой. Ты написал после “Maggio 18”: “Начни сегодня!” Дни, и часы, и мгновения в мыслях о Кришне и памятовании о Нем. О, Гурудев, пожалуйста, позвольте мне всегда думать и служить тем способом, который удовлетворяет Кришну. Если я занят и серьезен, даже чересчур, но это не удовлетворяет Кришну, то это все пустое. Все временные усилия имеют одну цель, и в ней залог твоего успеха: нужно доставить удовольствие Кришне и Его преданным.

В этой комнате есть один старинный рисунок Христа, распятого на кресте, и стихотворение, обращенное к Матери Марии. Я нашел гвоздь, чтобы повесить изображение Радха-Дамодары из храма в Гитари-Нагари. Я замечаю, что довольно прохладно, и думаю, какую одежду мне носить и что говорить… Брызгаю воду на письменный стол, и вытираю тканью. Сумерки. До сих пор видны отблески света двери, и я могу вдыхать запах свежескошенной травы. Я люблю эту жизнь

Я иногда думаю о своих попытках понять, что может быть названо “небесами на Земле”. Когда мы въезжали сюда, я навидался достаточно придорожных алтарей, молитвенных мест, уступов с рельефом, или статуй Марии, и мне пришло на ум, что некоторые люди искренне набожны. Они хотят, чтобы жизнь с Богом проявилась в этом, и хотят, чтобы люди почитали святых, и вели себя прилично. Они хотят не преступлений, а доброты. Но, как это может осуществиться? И что я делаю, чтобы развить их видение? Я поверхностен и чувствителен только к своим собственным болячкам, поэтому я не могу быть им полезным.

Итак, я пишу здесь: “Позвольте мне всегда думать о Говинде”. Помнить, чтобы помнить. Помнить, и жить сейчас. Видеть его в чернилах, в крови, в воодушевлении, в амме (непереваренной пище), в вата, питта и капха, в мешке из трех видов элементов, в горячем и холодном купании, в музыке, которая раскалывает мою голову… Не высмеивайте тех, кто пытается помнить Кришну с помощью поп-музыки, а приветствуйте памятование о Нем, как бы оно не приходило. Есть миллионы секунд в наших жизнях. Постоянный поток и изменение. Мы должны быть гибкими. Это не только наша обязанность, это позыв из сердца. Мне часто случается говорить: “И это правда, и это тоже, и это…” Я молюсь: “Кришна, сделай, пожалуйста, так, чтобы это произошло. Склони меня перед Тобой”.

Это не похоже на задержку дыхания под водой. Это не так, как летом 1966 года, когда я ставил себе целью продолжать воспевать во время всего пути между 1-й улицей и 14-й. Нет, это более естественно, чем то. Гопи медитируют на Кришну, чем бы они не занимались. “Те, кто постоянно погружены в трансцендентные размышления о Кришне, - как внутренне, так и внешне, - и думают о том, как Он играет на свирели, как входит в лес Вриндаваны, как пасет коров вместе с пастушками, - в действительности, достигли совершенства самадхи… гопи говорят, что развлечения Кришны - это высшая ступень всякой медитации и самадхи” (“Источник вечного наслаждения”, глава 21).

Давайте заглянем снова в Шестую песню. Иногда я думаю, что английский перевод не передает весь смысл. Мы много теряем при переводе с бенгали на английский. Мы ограничиваемся только примерным вариантом, или остатками от настоящей песни, которую издало сердце Бхактивиноды Тхакура. Но, это все, что мы имеем. Он пишет так мощно, так чисто. Песни его как солнечные лучи (тивра), и заложенный в них потенциал больше, чем в переводе.

“У Твоих стоп, нежных, словно только что распустившиеся листочки, я возношу эту смиренную молитву”. Мне вспоминается доктор-натуропат, который наблюдал меня несколько лет назад. Он не советовал мне слушать стенания Нароттама даса Тхакура и Бхактивиноды Тхакура. Он думал, что они пессимистические, и что чтение их может препятствовать моему выздоровлению. Я пытался объяснить ему что-то об экстазе чистых преданных, и их смирении и чувствах в разлуке с Кришной, но он оттолкнул это. Он был в ужасе от того, что кто-то может внедрить такое состояние внутрь себя.

Конечно, это не пессимизм. Я пытаюсь стать выше, чем формальная почтительность к этим песням. Я чувствую себя таким отдаленным от них. И хочу другого. У меня нет духовной сосредоточенности, чтобы понять их по-настоящему. Мне хочется покоя, продуктивности, хорошего усвоения пищи… Я хочу лучшую настольную лампу, видеть красивые вещи, свежей клубники, хорошую писчую бумага, кремовую и плотную. Я хочу привести в порядок действия Духа Солнца, так, чтобы оно не светило мне прямо в глаза. Я хочу быть глубокомысленным, но разве это мысли?

Я в процессе, как писатель и ваидхи-бхакта. Я льну к наставлениям Прабхупады. А что касается чувств… Шрилу Прабхупаду однажды спросили, как мы можем узнать качество нашего воспевания. Он ответил, что нам необходимо набрать количество, прежде чем мы сможем испытать качество. Это может занять много жизней. Это происходит автоматически, но не по принуждению. Сейчас мы воспеваем по обязанности. Я также пишу по обязанности. Я обсуждаю песни Бхактивиноды Тхакура и надеюсь, что несколько крошек упадет на меня.

“Я не нахожу в себе сил, чтобы идти дальше и провожу свои дни в стенаниях. Мое единственное желание сейчас - это жить ради Твоих лотосных стоп, о, Господь смиренных и кротких (дина-джана-натха). Стихотворения развиваются, двигаются по направлению к большей религиозности. Это новое настроение, в большей мере наполненное надеждой, чем прежние жалобы.

Он просит Господа оказать ему милость, подарив ему общение с преданными. “Ибо испробовав наслаждение от слушания о Твоих развлечениях, я откажусь от всего пагубного”. - Эта же истина заложена в священных писаниях. Наста прайеси. “В результате слушания Бхагаватам от бхагават почти вся грязь сердца устраняется и пробуждается преданное служение Уттама-шлоке. Шрнватам сва-катхах кршнах, пунйа-шравана киртанах, слушание о Кришне есть благочестивая деятельность. В то время, когда мы слушаем о Нем, Кришна лично очищает наши сердца.

Одна надежда на жизнь, печальную совсем в другом отношении: “проводить день и ночь в Твоей Божественной обители, петь Твое святое имя. Твой крошечный слуга, Бхактивинода, вымаливает себе приют в восхитительно прохладной тени от Твоих стоп”.

Как может грешник быть столь самонадеянным? В одну минуту он говорит, что у него нет благих качеств, и что он утопает в пучине мирского бытия, а в следующую он молится о том, чтобы достичь исполненной блаженства парам-дхамы. Разве он не знает, что только редкие души достигают Голоки? Даже хорошим преданным приходится возвращаться в материальный мир, чтобы продолжить путь к совершенству.

Да, он знает, что от него мало пользы, но он надеется. Его душа движима духовным желанием. Мы могли бы сказать, что его надежда неисполнима, и что он не имеет права на нее, но какой вред от того, что ослепленный человек молится об этом? Если он призывает Кришну и гуру, чтобы они подняли его к своим стопам, какой от этого вред? Динанатха может делать все, что угодно.

Это аса-бандха описывает в “Нектаре преданности”. Это надежда на надежду, симптом бхавы. Кто так жесток, чтобы отказать умирающему в этой надежде? Мы не сможем отобрать ее у него, даже если попытаемся.

Объекты этого мира кажутся достаточно дружественными, но они стоят стеной против духовного мира. Они привлекают ваше внимание, и иногда обманывают, - вы начинаете думать, что они приносят удовлетворение сами по себе.

Мы встречаемся с помехами в этом мире, во многих смыслах. Слепень залазит в страницы “Шаранагати”, и ты меняешь свое положение. Этот письменный стол перекосился на одну сторону. Автомобили сигналят так, будто они переезжают твое потаенное место. Ты не можешь думать ни о чем, чтобы писать.

Мне бы хотелось быть подобным ангелу, или певцу, который может воспеть развлечения Кришны красивым голосом. В действительности, я не знаю, чего хочу. Но у меня есть вера. Я думаю, что хочу быть собой и выражать себя в своих произведениях. В то же время, я хочу быть защищенным преданным, защищенным моим учителем.

Когда я оглядываюсь, все, что я вижу - это два завядших ириса, и буквы VW на передке Шридамовой машины.

Но ведь весна! Воздух заполнен грохотом реактивных истребителей, которые упражняются над головой; видимо, боятся нарушения границ Адриатики. Мой ум делает прыжок в материальный мир. И моя единственная забота - это удержать вращающиеся страницы “Шаранагати”. Бхактивинода Тхакур может перенести меня в духовный мир.

Этот неугомонный тело-ум-душа пытается успокоить самого себя, и заключить мир с дикими цветами. Он хочет остаться в этом месте, а не в цирке городской жизни, через который мы проезжали накануне, ночью. Я видел афишу Сальвадора Дали, его сумасшедшие навощенные усы, стоящие торчком, прямо как кошачьи, наэлектризованные. Я также видел плакат русской рок-группы, под названием “Советская”, с богоподобным, длинноволосым, белокурым лидером-певцом. Чувственные итальянцы вышли из домов, чтобы насладиться весенним вечером. Там были отели, рестораны, и мальчишки на мотовелосипедах, дергающие рукоятки управления назад так, как будто они способны разъезжать только на своих задних колесах. Это цирк. Чтобы проехать через все это, не задев крыла чужой машины, и выехать из перенасыщенного уличным движением города, оставив вдалеке парк с фонтаном, чтобы подняться по горному склону к этому месту, где маленький паучок ползет поперек белых планок стола, я и сам готов помчаться вперед, только на своем заднем колесе.

Как только я закрываю глаза, многообразные видения выходят на прогулку, как в постоянно меняющемся калейдоскопе, на девяносто пять процентов мирские. Зачастую я преданный в своих снах, но сражаюсь в материальном мире. Я не вижу Кришны, и не участвую в Его играх в духовном мире. Кто-то может сказать, что сны не в счет. Как фургон, или город, они только иллюзия. В конце концов, что реально на планетах Вайкунтхи? Но они подают знак о том, что я связан. Сны - это символы моих вкусов и пристрастий. И мою боль, и борьбу не так легко позабыть. Моя кама, мои сомнения… Я ими унижен.

Пожалуйста, будь милостив. Позволь мне понять Твои вечные игры. Дай мне возможность доставлять Тебе удовольствие и воспевать Твою славу днем и ночью. Я не хочу быть еще одним Сальвадором Дали, или советской рок-звездой, я хочу быть похожим на цветок гвоздики, растущий в Твоем саду преданных.

В Седьмой песне интонация меняется. Чистый преданный выходит на сцену и спасает бедного грешника. “Злой ум доставил меня в этот материальный мир, о, Господь! Но один из Твоих чистых и возвышенных преданных пришел, чтобы доставить меня обратно”. Это не обман, это действительно происходит, когда близкие слуги Господа соприкасаются с дживами. Это - проповедь. Чистые преданные приходят, чтобы спасти живых существ от иллюзии, и вручить их Кришне. Мне это известно, поскольку со мной это произошло. Вся слава чистым преданным, которые несут послание Кришны.

Злой ум привел меня в этот мир, и своенравный и изменчивый, он будет и дальше держать меня в нем. Чистый преданный приходит, чтобы спасти меня. Мой духовный учитель - это особенная личность и я служу ему особенным образом, чтобы удовлетворить его. Он - проповедник и чистый преданный Кришны, мой Прабхупада. Он хочет, чтобы я предался и совершал преданное служение, и он хочет, чтобы я сделал что-то, чтобы помочь другим.

Вряд ли я полагаюсь на случай больше, чем на самого себя. Также факт то, что у меня много свободы. Кришна, есть так много всего, о чем можно написать, и во что погрузиться. Но мои способности ограничены. Есть угрозы, которые я не могу воспринять, так же как не могу воспринять фронты ветра, которые двигаются с моря, или влияние полубогов и демонов, звезд и планет. Сам я лишь крошечная точка. Я - духовная душа, светящаяся, хоть и мельчайшая по размеру. Я все еще не постиг, или не испытал чистую любовь к Богу. Я все еще здесь, между семью стенами вселенной. Я хочу стать свободным настолько, чтобы присоединиться к гуру в его нитйа-лила правишта, но у меня нет средств, чтобы заплатить нужную цену. Все еще, нет.

Я не могу представить себе все это, когда я не пишу, но то, что я делаю это, мне помогает.

“После того, как ты осудишь мои грехи, ты должен наказать меня. Я на самом деле заслужил всю ту боль, которую приносит новое рождение в этом мире” (“Шаранагати”, 2.2.3). Я думаю: “Это ко мне не относится”. Являюсь ли я грешником, которого нужно наказывать? Я не знаю. Но я же знаю, что в настоящее время я не гожусь для того, чтобы вернуться обратно, к Богу. Почему? Потому что я не думаю об этом месте. Я не думаю о Югала-Кишоре, и Их развлечениях на Голоке Вриндаване. Я не жертвую всем в этом мире, чтобы служить миссии моего духовного учителя. Вы можете назвать меня грешником, но я расцениваю это скорее как неполноценность. Это тоже разновидность греха. “Я молюсь лишь о том, чтобы когда я блуждаю в круговороте рождений и смертей, мой ум пребывал бы вечно у Твоих лотосных стоп, в обществе Вайшнавов”.

Я хочу быть с Кришной. Я хочу быть слугой Божественной Четы. Слушать ачарий, и чтобы энергии самвит и хладини проникли бы из их сердец в мое.

Это настроение я хотел бы, чтобы вошло в мое произведение. Нужно идти снова спать, да какой толк? Манаса, дехо, гехо, джо кичху мор арпилун тува паде, нанда-кишор. Все, что бы ни было моим, я приношу к Твоим лотосным стопам, о, юный сын Нанды! Это одна из лучших песен. Она стоит особняком в ряду других.

“Если же Ты захочешь, чтобы я вновь родился, позволь мне родиться в доме Твоего преданного… Я жажду общения с такими преданными, которые полностью лишены стремления к мирским наслаждениям и освобождению. Ты все для меня: и отец, и мать, и возлюбленный, и сын, и наставник, и муж, и мой Господь… О, Господин Радхи, Ты - моя жизнь и душа!”

Благодаря тому, что я пишу, это должно прийти. Благодаря чтению и слушанию, и служению, но сколько времени это займет?

Манаса, дехо, гехо, джо кичхи мор. Мне бы хотелось, чтобы я мог отнести эти слова к самому себе. Мне бы хотелось, чтобы я мог сказать, что я вручил свою душу, всего себя, и все, что у меня есть, Кришне, - моему другу, моему возлюбленному, и моему гуру. Теперь Он вправе сделать со мной все, что захочет. Вместо этого, что я говорю? - Я пытаюсь сохранить свое здоровье, и принимаю меры предосторожности. Так или иначе, Шридама дас очень добр ко мне. Он арендовал этот дом на три недели, а сегодня приобрел отличную настольную лампу, и вставил в рамку изображение Шрилы Прабхупады.

Сегодня вечером я спросил его: “Все в порядке?” - Он сказал: “Я не могу понять”. Даже эту маленькую фразу по-английски он не может понять, я же не говорю совсем по-итальянски. Затем он сказал: “Моя единственная проблема - это чапати”. Он готовит для нас, и при этом никогда раньше не делал чапати. Я не съел то, что он приготовил сегодня, вот он и обеспокоен. Сладкая вещь - такое беспокойство. Мадху работает над своей астмой. В прошедшую ночь он не мог заснуть из-за нее. Сегодня моя очередь, чтобы не суметь заснуть.

Если майа смотрит в мою сторону, я пугаюсь. Лучше смерть, думаю я, чем падение. Не давай себе сбиться с пути, даже немного. Кришна, Кана. “У меня нет желания родиться как Брахма, нерасположенным к Тебе”.

Я проспал с 1.30 до 2.30 ночи. Во сне я шел, чтобы повидаться со Шрилой Прабхупадой, вместе со мной было несколько человек, которые даже не были преданными. Я был принят по необходимости, но без той теплоты, которой я так жажду. И в результате, позже, я бродил в одиночестве по пустыне и в лесу, и напевал самому себе: “Будь только своей собственностью. Иди один. Это лучший способ”. В результате этого одиночества, на меня напали разбойники.

Я воспринял этот сон как тревожный. Мне не следует беспокоиться о том, что Прабхупада не выразит мне свою привязанность, даже если он не всегда делает это открыто.

В нас есть мощные энергии внутри, которые принимают форму страха. Им свойственно предостерегать нас от некоторых поступков, но эти поступки часто ведут к раскрытию сердца. Для нас благо, если мы их совершаем. Поэтому нам не следует позволять тревоге остановить нас.

Часто сны предупреждают нас о том, что некоторые наши усилия не будет успешными. Я принял этот конкретный сон как признак моего сильного сопротивления самораскрытию. Лучше идти вперед с разумом и отвагой, хоть всегда и существуют явные опасности.

Шридама показал мне новую тропинку в роще, не слишком крутую.

Полчаса я слушал магнитофон.

Преданный сознавался в совершении оскорблений по отношению к Вайшнавам.

Мой гуру говорил, что нам не следует и думать об этом:

“Миритесь со всем”.

Прабхупада просил прощения у своих духовных братьев. Нам не следует критиковать преданных ИСККОН и ачарию ИСККОН.

Рагхунатха Госвами пал ниц даже перед

Ариштасурой, так как его смерть привела к строительству Радха-кунды.

Миритесь.

Кое-кто, кто критиковал меня: кое-что, что задевало меня, было по-своему полезным.

Прабхупада говорил: “Мало-помалу, вы должны снять весь верхний слой, и вступить в бхакти”.

Отбросьте все лишнее подальше.

Снова, в дом.

На тропе я говорил со Шридамой о том, что касается перевода истории Нимая на итальянский.

Воздух прохладный, бутсы, короткая прогулка прошла.

Пока что нет комаров, в это прохладное утро. Щебетанье множества птиц дополняет естественный пейзаж. Это глупое пение, в действительности, потому что птицы глупы, разве не так? Шрила Прабхупада говорит, что им ничего не известно о процессе самоосознания, и если человеческое живое существо не питает интереса к этому процессу, то оно не лучше, чем птица, или зверь. Господь Чайтанья спрашивал Раманаду Рая: “Какой из видов самоосознания самый лучший?” Рамананда Рай отвечал: “ Преданное служение, сознание Кришны”.

Я любуюсь видом распускающихся цветов. Есть некоторые виды деревьев, которые цветут только весной, - это не только сирень, или дерево вишни, но и другие, менее известные. За всего несколько недель они вдруг покрываются белой шапкой цветов, и я всегда удивляюсь. Я никогда не улавливаю, как им это удается. У некоторых из них очень много цветов на каждой ветке, но я сильно сомневаюсь, прежде чем сломать их и отнести в комнату, и поставить в вазу, так как они осыпаются от моего прикосновения. А некоторые веточки нужно буквально отдирать от основных ветвей. Кроме того, они цветут так буйно, что я не могу не уступить своему желанию отнестись с почтением к этой картине, и оставить их в покое, чтобы они прославляли свои деревья.

Весна, подобная этой, пробуждает во мне желание праздника. Было бы прекрасно, если бы вид этих деревьев навел меня на мысли о Радхе и Кришне. Вринда-деви устраивает так, что всегда есть деревья, цветущие как эти, и это вечный фестиваль фестивалей. Во Врадже деревья не только благоухающие, но и сознающие. Они вдыхают мадхурья-расу.

В “Атма-ниведане”, в 4-й песне, отражен высший уровень духовного осознания. Из негативной, безнадежной депрессии, возник самый позитивный уровень духовной любви. “Я больше не принадлежу самому себе. Я теперь только Твой” Если бедность была в основе предыдущей ступени, то теперь это вручение себя Кришне.

Бхактивинода Тхакур выражает идеал юкта-вайрагья, в соответствии с которым домохозяин должен отказаться от всего, что он имеет, в том числе от жены, семьи, дома и нажитого, даже от собственного тела, - но продолжить жить в доме Господа, и использовать все названное в служении Ему, став Его слугой.

Прежде, я чуть ли не выражал недовольство из-за того, что Бхактивинода Тхакур, не будучи настоящим грешником, все же описывает чувства негодяя. Но теперь я больше ценю то, каким образом он нас обучает. Он исполнен подлинного и глубокого сострадания к менее продвинутым преданным. Он стремится освободить нас, видя наше бедственное положение. Поэтому он говорит так, словно он познал это - жизнь с разрушенными надеждами и подавленным эго, и поражение, которое приносит старость и смерть. Он протягивает нам свою руку помощи.

После того, как человек вручает себя, пленник становится свободным: “Что бы я не совершил, - благочестивые или греховные поступки, и мысленно, или наяву, - все это больше не является моим, ибо я уже избавлен от последствий!”

Он говорит: “С этого дня”. Шаг по вручению себя может быть исполнен драматизма, как это выражено в этих словах. Только один день для того, чтобы предаться. Большинство из нас вручает себя понемногу, постоянно, каждый день. Отчего мы так сдерживаем себя?

Мы боимся. Мы боимся столкнуться с опасностью, или пойти неверным путем. Монах, который хранит целибат и имеет учеников, должен следить за каждым своим шагом. Шрила Прабхупада говорил, что даже маленькое невнимание (как во время бритья) может повлечь за собой кровопролитие. Кришна подает нам знаки: “Остерегайтесь!” Он пытается защитить нас. Но некоторые из знаков исходят не от Кришны, их подают нам наши материально обусловленные ум и чувства. В их планах придушить наше желание вручить себя полностью. Нам нужно рисковать ради того, чтобы развить в себе совершенную любовь к Богу, но как же нам определить, когда знаки, которые мы видим, это покровительство Кришны, и когда это уловки ума? Наш ум нас не любит. Он не желает обогащать наш духовный потенциал. Он лишь боится упустить возможность насладить чувства. Мы должны исследовать свои чувства глубоко, и найти в них потребность вручить себя, о которой поет Бхактивинода Тхакур.

Если охотник не стрелял, можем ли мы выйти по оленьему следу из леса? Слышите лай собаки? - Значит ли это, что мы должны убегать и прятаться? - А весна - это любимое время года Кришны.

Трудная работа - обнаруживать различия.

В мире материальном, одного бородатого журналиста из Нью Йорк Таймс выделили и удостоили почестей. Он писал во время большой опасности в Югославии. И снискал премию Пультцера за свои статьи, посланные из военной зоны, где он был зачастую единственным свидетелем, способным описать произошедшее. Он написал о том, что увидел, и попытался рассказать миру правду, следуя лучшим традициям журналистов-газетчиков.

Я не помещен в военную зону. И мое место, скорее, за сценой. Это удобно для того, чтобы использовать свою свободу, и предаться. Это хорошее место, чтобы трудиться, и не быть потревоженным. Несколько друзей ждут моих письменных репортажей.

Я спрашиваю себя о том, кто я есть. Что представляет собой этот опыт жизни преданного?

Бхактивинода Тхакур молится о том, чтобы настоятельное желание вручить себя, которое он чувствует, не было кратковременным настроением. Он бы не хотел, чтобы это было как “быстроулетучивающаяся чистоплотность слона после купания” (“Шаранагати”, 2.6.7).

“В ком же я могу принять убежище, кроме Тебя? О, сын царя Враджи, Ты - Господин всех Господ… Только в Тебе могут найти свое убежище те, кто сбились с пути. О, Милостивый, разве есть что-то, кроме Тебя? Те, кто как и я, оскорбляли Тебя в прошлом, не смогут обрести покоя, пока не примут Твоего убежища” (“Шаранагати”, 2.7.4,6,7).

Это обо мне, заблудшей душе, которая ищет убежища в Кришне, и пытается найти существенную основу для постоянной бхаджаны. Ищет, куда может вступить. Чувство собственного достоинства не позволяет останавливаться.

Я - заблудшая душа, и я сижу под деревом, борюсь со своим телом, делаю попытки держать его в чистоте, в движении и в сохранности. Моя ручка “Шеффер” не может изобрести для себя новых интересов. Мой рассудок делает петлю. Самое время признать, что я выдохся и “обезденежел”. Но я не хочу грешить, или тратить время зря. Я хочу поклоняться Кришне.

И, я смотрю на Панча-таттву во главе с Господом Чайтаньей. Руки Его свободно и блаженно подняты над головой. Пойте! Танцуйте!

Видишь ли Ты меня? Дорогой Господь, я не знал Тебя до того, как повстречал Шрилу Прабхупаду. Грустный и глупый, каким я, должно быть, выгляжу сейчас, я мирен, защищен и благодарен. Я пытаюсь танцевать для Тебя, по моему собственному желанию

Шрила Прабхупада говорил: “Вы должны быть серьезными, и тогда вы сможете увидеть Бога. Если Вы хотите узнать, что случилось с мотором вашей машины, нужно доставить ее к механику. Так почему вы думаете, что вы можете увидеть Бога, не обладая достаточной квалификацией? Он рассказывал историю о воре, который попал на лекцию по “Шримад-Бхагаватам” и услышал о Кришне, который ухаживает за коровами во Вриндаване, а также о том, что у Него есть драгоценные камни и украшения. Вор подумал, что он может стать миллионером за одну ночь. Он так серьезно представлял себе то, как он увидит Кришну, что Кришна Сам явился перед ним. Вор очистился благодаря этому даршану Господа, который сказал ему: “Нет! Ты не можешь украсть мои драгоценности. Моя мама будет недовольна!” (Когда Прабхупада рассказывал эту историю, он смеялся вместе со слушателями).

Я, наверное, похож на этого вора. И сейчас все, что мне нужно, это стать серьезным, чтобы получить даршан Господа. Когда я пишу, разыскиваю ли я этого темнокожего мальчугана?

В этой комнате есть одна гравюра Модильяни, с изображением женщины с лебединой шеей, - глаза без зрачков, прическа, - когда я учился в колледже, кажется, у меня в комнате на стене висела точно такая. И меня, бывало, спрашивали: “Что это за девушка, о которой ты думаешь? И почему картина, вместо настоящей?” Теперь мне не надо ни той, ни другой.

Ну, тогда, чего же ты хочешь? Чего ты, действительно, хотел бы добиться?

Я здесь для того, чтобы предаться своему духовному учителю. Я не могу заявить, что мое прежнее отождествление ушло совсем, но, по крайней мере, с тщеславием, связанным с “я” и “мое” к этому дню я уже расстался.

Я надеюсь, что оно уже никогда не найдет себе места в моем сердце. Но я молюсь: “О, Господь, пожалуйста, дай мне силу, чтобы я мог удержать эти ложные представления “я” и “мое” вдалеке от себя” (“Шаранагати”, 2.6.6).

Мы живем не с той целью, чтобы создать нишу и проживать в ней словно слуги, похожие на чиновников. Мы хотим подниматься выше и выше, от шраддхи к преме. Пока мы отождествляем себя со своими телами, мы мучаемся от печали и страха. Поэтому мы умоляем о возможности стать свободными от ложных представлений о самих себе.

Я пишу вслепую и наощупь, качусь, без остановки. И выговариваю: “Я вручаю мои труды Шриле Прабхупаде”. Если это хорошая литература, то посвящаю ее ему, если есть что-то неправильное, то принимаю на себя вину. Я лишь один из его преданных.

Мне необходима сознающая Кришну сущность. Мне нужно нечто подлинное. Но, это также может превратиться в чувство ложной гордости. Так, я двигаюсь вперед, несовершенно. “У Твоих лотосных стоп, о, Господь, я говорю о том, что то, что я падший и несчастный, - это факт, известный во всех трех мирах” (“Шаранагати”, 2.7.1). В предыдущем стихе Бхактивинода Тхакур говорил о себе, что он спасен, но теперь он снова провозглашает себя падшим. “После попытки очиститься от всех этих грехов и оскорблений, я остаюсь посрамленным и выпрашиваю Твое прощение” (“Шаранагати”, 2.7.3).

Он серьезен. Я - тоже. Для чего еще я был бы на ногах рядом с этим столом в середине ночи, и писал? “Это трудно?” - спрашивал специалист в Аюрведической клинике. “Нет”, - я ответил, - “потому что я хочу делать это. У меня есть важная цель”. Это даже не важно, что мне в точности неизвестно, какую цель я преследую. Она открывается мне понемногу, со временем. Я не только заполняю пространство; я умоляю о милости.

Те же самые слова, с помощью которых в материальном мире определяют грехи, - кама и лобха, - это самые высшие выражения при описании духовной любви. Это вещи, которые я пытаюсь понять и отделить друг от друга. Материальная алчность, или похоть, не имеет ничего общего с духовным миром. Я пытаюсь пробить то, что у меня еще осталось от мирского энтузиазма, и разровнять все следы. Что я пытаюсь запечатлеть в этом мире? - Энтузиазм в бхакти-йоге.

Энтузиазм подразумевает деятельность. Всегда действуйте ради Кришны - кришнартхакила-честа (“Нектар наставлений”, т.3, коммент.) И в то же время, будьте терпеливы. Энтузиазм вне ученической преемственности - это нарушение. Следуйте за ачариями. Они снабдили нас подробной картой нашего пути. “…в преданном служении предаться означает обрести уверенность. Авашйа ракшите кришна, - думает преданный. - “Кришна обязательно защитит меня и поможет мне добиться успеха в преданном служении” (НН, т.3, коммент.)

Бхактивинода Тхакур - радостный. Будьте уверены в его руководстве. Ищите прибежища в Господе Нитьянанде. Но, я здесь, в этом теле, в Италии, и не знаю, где я могу найти Его. Я не могу загудеть своим “интеркомом”, и позвать Его. Не могу разбудить Мадху и сказать: “Привези мне Господа Нитьянанду”. Не могу даже спланировать поездку в Майапур и разыскать Его там. Если я не серьезен.

Сомнения как булыжники на сельскохозяйственном участке. Некоторые легко вывезти и сбросить в кучу. Некоторые ломают ваш трактор. Если не можете сдвинуть, пашите вокруг них, и сажайте, где можете.

Творческий процесс похож на повторение джапы: важно, что вы делаете до того, как начать. Что ели, о чем говорили, о чем думали, что снилось. Вот один сон: наш дом охвачен огнем. Во время этой катастрофы появляется Мадху, управляющий огромным трактором. Я подбегаю к месту катастрофы с плачем: “Мой ребенок!” Не хотелось записывать этот сон. Есть для этого причины.

Всегда есть какие-то вещи, которые я не желаю признавать. И они оборачиваются сновидением, в котором огонь не был таким уж страшным, и не было никакой катастрофы. За завтраком я ел йогурт, хотя три из четырех аюрведических докторов велели мне этого не делать. Теперь вот расстройство желудка. Зачем предложили арбуз в такой прохладный день? Каким путем двигаться вперед: налево, или направо, повторяя джапу? Я не помню, но, все же, счастье иметь такую жизнь, когда у тебя всегда есть еще одна возможность для повторения Харе Кришна.

“Я стал необыкновенно радостным, вручив себя Твоим святым стопам… Нет больше никаких тревог. Я радуюсь всему, что меня окружает” (“Шаранагати”, 2.8.1.) Разве это не тот же самый человек, который видел одни только горести? Как с ним произошло это великое превращение? Он встретил чистого преданного. Он рыдал с раскаянием, и Кришна послал ему Вайшнава. Этот Вайшнав научил его, как предаваться.

“Несчастье умчалось прочь. Единственное мое стремление - это делать только то, что Тебе угодно, в полном предании Твоим лотосным стопам”. Я признал, что я грешник, читая предыдущие песни “Шаранагати”, но почему я не живу их содержанием? Я тоже совершаю служение Господу. Я тоже сосредоточен на лотосных стопах моего гуру. Мне до сих пор присущи апарадхи и анартхи. И мне не ясно, как я найду способ от них избавиться. Но, я обрел покой у лотосных стоп Кришны, и меня покинул страх материальной жизни. Или, возможно, более точно будет, если скажу, что еще опасаюсь кала-чакры. Я боюсь этого мира, в котором встретился с тем, чего не желал, и отдалился от того, что любил. Я боюсь этого. Мне нужно убежище. И преданное служение, чтобы удовлетворить Кришну. Я стремлюсь к Его лотосным стопам, чтобы избежать пожара материального существования. Кришна, пожалуйста, спаси меня. Я не очищен, но я стремлюсь к этому.

“Те затруднения, которые встретятся нам на пути преданного служения, позволят нам пережить огромное счастье, ибо в преданном служении Тебе радость и печаль имеют одинаковую ценность” (“Шаранагати”, 2.8.4). Это великий стих. Я часто цитировал его в книгах и в лекциях. Его можно использовать, чтобы усилить мотивацию тех преданных, которые чувствуют себя слабыми духом. Я, кроме этого, напоминаю им о славе Мадхавендры Пури. Он переносил 80 фунтов сандалового дерева - под угрозой взимания дани со стороны целой гвардии воров - и прошел тысячи миль пешком ради служения Гопинатхе.

Спрашиваю себя, смог ли я осознать истину, которую произнес Бхактивинода Тхакур? Пережил ли ее? Испытал ли? Пожалуй, она слишком велика для меня сейчас, но я определенно принимаю ее как истину, так же как принимаю то, что я не есть это тело, и что чистому преданному чужды материальные удобства, и что мне не следует бояться смерти.

Что я осознал?.. То, что практика создает хорошую репутацию в среде благочестивых людей, и они соглашаются жертвовать свои деньги и оказывать служение. Это звучит цинично? Да, немного. Мой цинизм похож на ту тучу, которая, пролившись, смывает всю грязь.

Обусловленность мешает мне говорить совершенным образом, и сказать о том, что у меня есть некоторые сомнения. Можете себе представить? Вы поднимаете руку и высказываете свои сомнения, и преданный, который проводит программу, сидя на вьясасане, говорит: “Да, у меня тоже есть сомнения такого рода. У меня нет ответа. Может быть, мы не можем поступать так, как сказано в шастрах. Я не могу”. Хоть ему и позволительно сделать такую смиренную преамбулу к своей речи, мы, тем не менее, ждем, что он выложит товар получше этого. А иначе, зачем давать ему слово?

Когда я встречаюсь с затруднениями на пути преданного служения Тебе, делает ли это меня счастливым? Он говорит тем, кто причиняет ему беспокойство: “Спасибо… если бы не вы, этот день прошел бы бездарно”. Так говорят чистые преданные, обладающие совершенной стойкостью, и не пытающиеся повысить собственную значимость. Но, что если бы меня арестовали, или ударили по голове, или побеспокоили как-то иначе? - Главное, служить Кришне. Вкус служения возвышает в любой ситуации.

В конце концов, мне известно, что мое положение удачное. Кришна дает мне каплю милости, в форме боли (очищения). Ему известно, что несчастье, вызванное невежеством, устраняется благодаря так называемому несчастью, вызванному затруднениями, встречающимися в преданном служении Кришне. Сваргапаварга-наракешв апи тулйартха-даршинах: ад и небеса - это суть одно для бесстрашного нарайана парайаны. Я верю в это, и все же это не обо мне.

“Я совершенно не помню того, что было в прошлом, пережив огромную радость. Я теперь полностью Твой, а Ты мой. Разве существует какое-нибудь другое сокровище, кроме этого?” (“Шаранагати”, 2.8.5).

Если какое-то утверждение находится за границами вашего личного опыта, значит ли это, что вы не заинтересованы в том, чтобы выслушать его? Нет. Я мысленно вижу тех великих преданных, личности которых невозможно измерить - Арджуну, Бхишму, гопи, и махаджан. Все они прошли через суровые испытания. И, я испытываю смущение от необходимости говорить на эту тему, чувствуя себя вне ее. Я не могу поведать историю своего успеха. Как в школе, во время экзамена. Вам дали выбрать темы для сочинения. Некоторые интересные, но слишком трудные. Вы перескакиваете через них и ищите что-нибудь полегче, о чем вы тоже способны говорить. Но вам и в этом случае приходится быть осторожными. Порой, вы неквалифицированны, даже для того, чтобы ответить на легкие вопросы.

Расскажите нам о том, что вам известно о “затруднениях, которые встречаются в служении Кришне, и которые вызывают огромное счастье. Радость и печаль едины. Все сокровища мира для меня в исполненном блаженства сознании Кришны”. - Хммм.

“Я совершенно позабыл все то, что было в прошлом”. Как бы я был рад, если бы был способен на это. Это напоминает мне одну карикатуру. Таттва-вит дас прислал мне ее, прочитав в “Записках из лачуги” о том, как я посещал мою старую улицу Грейт Киллс. На картинке изображен одурелый господин с крыльями, как у ангела. Он летит по небу, и смотрит вниз на ветхие жилища. Под картинкой подпись: “Старое соседство”. Это похоже на нас: мы не опасаемся легкого путешествия над прошлым, но когда нужно спуститься на улицы и попасть в настоящее невежество, то мы воспринимаем это как путешествие в ад: “Хотите пойти? - Нет, спасибо”.

“Окунувшись в океан блаженства, Бхактивинода посвящает все свои усилия служению Тебе, и живет в Твоей обители, согласно с Твоими желаниями” (“Шаранагати”, 2.8.6). Мы тоже делаем это. Мы полностью вручили себя Прабхупаде. Часто наши утверждения противоречат принципу смирения. Мы хватаемся за наше отождествление себя с положением последователей Прабхупады. Мы не скрываем своих сомнений. Но, мы не являемся глубоко неверующими. Если гуру не посвятил себя Кришне полностью, это не гуру, в действительности, и если ученик не посвятил себя полностью гуру, это не настоящий ученик. Некоторые из нас действительно освобождены. Вот и все.

Третья серия песен “Шаранагати” обращена к Кришне как к Тому, Кто поддерживает преданных. Преданному необходимо прочное ощущение того, что Господь проявит заботу о нем, и потому ему не нужно искать для себя прибежища в ком-то еще. Эко бахунам йо видадхати каман. Господь Кришна сохраняет все сотворенное, так же как Он поддерживает вселенную в целом. Так, почему мы должны сомневаться в том, что Он сможет поддержать Своих предавшихся слуг? То, насколько преданный осознал поддержку Кришны, всегда проверяется на практике. Преданные собирают средства на содержание храмов, залезают в долги, ходят по судам, и т.д., но Кришна поддерживает и защищает.

“Я отказался от всего и иду к Твоим лотосным стопам. Я - Твой вечный слуга, а Ты - мой защитник и хранитель, о, Господь всей вселенной” (“Шаранагати”, 3.14.4).

Пожалуйста, не надо этой тяжести в сердце. Ты печалишься, потому что не можешь полюбить Радху и Кришну, и писать непосредственно о Них самих? Эта печаль говорит о том, что все хорошо. Мы читаем о гопи, исполненных печали, о печальной Радхе, льющей слезы в Нава-Вриндаване (точная копия Вриндаваны в Двараке). Их печаль - это плод сгустившейся премы. Что с того, что я чувствую себя подавленным, и думаю: “Как я смогу продолжить писать? Зачем? Когда? Я так далеко от Них, и достижение Их кажется таким замедленным”. Пядь за пядью, я изучаю писания и пытаюсь концентрироваться на них так много часов в день, сколько это возможно. Я молюсь о том, чтобы превозмочь себя. Следуя духовной дисциплине, я в то же время жду того, что любовь низойдет из вишуддха-саттвы.

Пожалуйста, поддержи меня! Я забыл, что писал пять минут назад. Забыл, что я делал двадцать четыре часа назад. Я - не Бог. Кришна, пожалуйста, поддержи меня. Мне бы хотелось, чтобы у меня было открытое сердце. Пожалуйста, поддержи меня. Я знаю, Ты делаешь это. Ты лелеешь мою бхакти. Ты обеспечиваешь ее питание.

Во всяком случае, это был день с отрегулированной практикой. Чтение было хорошим, прасад был отличным. Хотя Шридама снова извинялся за то, что приготовленное им печенье получилось не очень хорошим, и чапати были так себе. И прасад, и Мадху, и этот дом, и Чайтанья Чаритамрита делают меня счастливым. Мне бы хотелось сотворить что-нибудь замечательное с помощью своей ручки, но - это процесс, а не квинтэссенция, он имеет значения.

Сохраняй свои попытки писать. Не отвлекайся на голоса, эти итальянские, полные жизни голоса. И не удовлетворяйся этим добротным фасадом. (Голоса раздаются даже вблизи, и я слышу глухой колокол, бьющий пять часов пополудни. Слушайте! Он звучит как колокол во Вриндаване).

Глупые птицы не прекращают свою симфонию ни на минуту. Они не беспокоятся о том, что их песни могут исчерпать себя. Они просто поют. Ты вручаешь себя Кришне, о, одинокий певец-писатель. Он это видит. Хочешь ли ты стать лучше? Хочешь ли ты стать ближе к развлечениям Господа во Вриндаване? Да, конечно, но и сейчас меня переполняет благодарность.

Мы изучили пять видов анартх из “Мадхурья Кадамбини”, а также разные виды неустойчивого преданного служения, и теперь переходим к тем стихам, которые я выучил наизусть более двадцати лет назад (окончания, обычно, кое-как).

Мое общение со Шридамой ограничено. Я вошел в кухню. Он сидел за столом, потягивая чай.

“Ну вот, теперь ты знаешь, на что похоже писательское уединение”.

Он не понял. Я попросил Мадху перевести. Но его итальянский не помог. Я сказал: “Скажи ему, что сейчас тихо”. Но, даже это мы не смогли выговорить. Тогда, “Спокойно”.

“О, да” - сказал Шридама. Он сказал, что увидев меня в этом писательском уединении, он будет думать обо мне позже.

Та тишина, о которой я хотел сказать, будет вынуждена уйти неназванной. Я хотел ему сказать, чтобы он не думал о покое. И поощрить его, чтобы он продолжал свои собственные занятия. Я хотел сказать не только о том, что сейчас тихо, так как тишина - это только внешнее. Внутренне, явления набирают силу и борются друг с другом, сопутствуя друг другу. Вещи становятся названными.

Колокол медленно пробил семь.

Нет необходимости беспокоиться о поддержке. Кришна ее обеспечит. Он берет на Себя заботу о Своих слугах Эта забота может быть проявлена в различной мере. Кто-то непрерывно тяжко трудится и хлопочет о том, как заработать деньги и оплатить счета, и при этом он радуется при мысли, что в итоге он вернется к Кришне. Таким образом, его мирское беспокойство в некоторой мере уменьшается. В конце концов, мы же не дельцы. Планы Бхактивиноды Тхакура выглядят более радикальными, т.к. он собирается отказаться от зарабатывания денег и обеспечения своих родственников, а вместо этого, он планирует быть занятым постоянно в воспевании Харе Кришна. Помните охотника Мригари, которого спас Нарада Муни? Когда Нарада велел ему сломать свой лук, он тоже был обеспокоен тем, как он сумеет выжить. Но Нарада заверил его, что пропитание будет ему обеспечено. И Мригари стал воспевать все время, в своей маленькой хижине. Бхактивинода Тхакур поет: “Что бы ни случилось в доме - хорошее или плохое, мне до этого нет никакого дела. Я буду служить Тебе, свободный от беспокойства”.

Чистый преданный готов к тому, чтобы исполнять желания Господа и не беспокоиться о результатах. Он может продолжить зарабатывать деньги, или перестать делать это. Часто он продолжает делать это, только чтобы быть примером для других. “Чтобы не смущать умы невежественных людей, привязанных к плодам своей деятельности, мудрый человек не должен заставлять их прекратить всякую работу, а скорее, он должен вовлекать их в деятельность, проникнутую духом преданном служения, для постепенного развития сознания Кришны” (БГ, 3.26).

Мы хотим быть занятыми в служении Кришне на постоянной основе. Нам не надо других занятий. Многие из нас постоянно занимаются преданным служением на протяжении большей части своей взрослой жизни. С внешней точки зрения это означает, что у нас не было работы. Мы служили в ИСККОН. Но, ИСККОН имеет свои собственные хлопоты, связанные с получением денег. Он вырабатывает свою позицию по поводу того, что можно предпринимать для достижения этой цели.

Что представляют собой мои обязанности санньяси? - Мне не нужна работа, это ясно. Я должен жить, как бикшу триданди и принимать милостыню. Должен жить в соответствии с тем, что приходит. Я объезжаю окрестности в фургоне “Рено Мастер” и раз в год летаю в Индию. Кришна все это обеспечивает. Я стараюсь не злоупотреблять теми возможностями, которые представляются, т.к. злоупотребление было бы анартхой в процессе бхакти. Но, по крайней мере, я должен быть благодарным в такой мере, чтобы признать, что Кришна действительно меня поддерживает.

Нас подчас удивляет то, что мы занимаемся лучшим из дел. Мы должны быть уверены в том направлении жизни, которому мы следуем. Кришна поддерживает и приближает к цели, но мы тоже должны помогать себе. Мы доверяем Кришне, и мы должны научиться доверять наши собственные помыслы в сознании Кришны. “Мадхурья Кадамбини” относит нерешительность к симптомам нестабильности. Вы делаете шаг вперед, потом назад, затем снова вперед, и снова назад, таким образом пытаясь установить, в каком направлении нужно двигаться в духовной жизни. Лучше просто окунуться в нее с верой в то, что Кришна позаботится о результате.

Хотите ли вы осознать Кришну? Ум держит совет с “эго”: “Как ты себя чувствуешь после того, как сблизилось с сознанием Кришны?” Мы советуемся даже с чувствами и с телом, и с подчиненными. “У вас все хорошо? Вы не хотите оставить сознание Кришны, или пожертвовать им в какой-то мере? Есть ли у вас какие-то другие желания? Есть ли у вас необходимая убежденность?”

Если вы на самом деле преданный, вся ваша самость выразит свою лояльность к этому пути. Хоть часть ее и может остаться при своем мнении, относительно того, как лучше достичь сознания Кришны. Ум должен осуществлять контроль. Это не так просто, как звучит.

Бхактивинода Тхакур изображает себя псом на дворе у Господа. “Держи меня на цепи поблизости и поддерживай, как можешь. Я буду оставаться у Твоего порога, чтобы не пропускать недругов в Твой дом” (“Шаранагати”, 3.3.2). Он будет питаться остатками прасада, после того, как его вкусили преданные. Он будет почитать их в экстазе. “Когда бы ты не позвал, я немедленно прибегу к Тебе, и стану танцевать в восторге”.

Кришна, пожалуйста, займи меня в служении Тебе. Избавь от нежелания и неуверенности в том, что я могу делать это, и что я смогу доверять тем, кто претендует на то, чтобы представлять Тебя, и что эти задачи мне по плечу. Ты дал мне столько свободы, уступив моим просьбам. Ты выдал мне “лицензию” на удовлетворение собственных чувств. Это приятно, сознавать то, что я служу тебе добровольно, но разве я не твой слуга, не Твой дворовый пес? Я молюсь о том, чтобы пропеть так же искренне, как Бхактивинода Тхакур (и Рагхунатха дас Госвами): “Я - Твой! Я - Твой! Я - Твой!”

“Никогда я не буду думать о том, как поддерживать себя самого, и предпочту, чтобы множество экстазов увлекали меня. Бхактивинода принимает Тебя как единственную опору”.

Кришна хочет, чтобы мы избавились от ложной системы опор. Это очень важное соображение. Как мы зарабатываем деньги, как их тратим, какой уровень жизни поддерживаем - если мы делаем все это неправильно, это разрушает нашу способность приносить удовлетворение Кришне. Господь Чайтанья захотел, чтобы Санатана Госвами отдал свое дорогое одеяло, до того, как Он дал ему все Свои наставления. Также, Господь был очень рад, когда Рагхунатха дас перестал принимать тот доход, который присылал ему отец. Необходимо освободиться от ложных опор, а потом начать вопрошать о том пути, который ведет к очень глубокому сознанию Кришны.

Все во вселенной происходит по воле Бога (включая дни минувших лет, и пение петуха). Полубоги действуют, повинуясь этой воле. По воле Бога, дживы рождаются и изживают свою карму в процветании или в нищете, в радости или в печали. Без санкции Господа крошечная джива не способна сделать что-либо. Тот, кто следует путем шаранагати, вручает себя Его воле. Это не уровень совершенства в преданном служении, это - первый шаг. Только самые упрямые глупцы противятся Божественной воле, или думают, что ее не существует вовсе.

И все же, это великий первый шаг. Если мы сможем предаться без остатка, то это позволит нам подняться на более высокий уровень преданности. “Ты - мой покровитель и хранитель. Кроме Твоих лотосных стоп, мне не на что рассчитывать. У меня нет больше веры в собственные силы и попытки, я завишу лишь от Твоей воли” (“Шаранагати”, 3.4.6-7).

Кто находится в контакте с великим Господом? Кто знает наверняка, как Он проявляет Себя во всех делах - в больших и в малых? Только тот, у кого есть вера и опыт. Непосредственная реализация - это редкость. Тот, кто знает васудеву сарвам ити - это махатма. Кто я в сравнении с таким осознавшим себя святым? Я - тот, кто еще недавно совершал грехи, но теперь раскаивается и понимает, что истинный вкус сознания Кришны лучше, чем игра в него, под прикрытием религиозной жизни. Я - тот, кто обрел милость совершенного Вайшнава, и все же, не смог погрузиться в нее. “Бхактивинода - самый несчастный, и его гордость сошла на нет. Теперь он будет жить, или умрет, если на то будет Твоя воля” (“Шаранагати”, 3.4.8).

(Все покрылось туманной мглой. Нет ни долины, ни гор, ни цветущих деревьев, только белый воздух стоит стеной. Птичья мелодия по-прежнему звучит; кто-то пилит, с силой. Сейчас уже 10-11 часов дня. Но, меня это не пугает. Я ставлю точку в конце предложения, и пью горячий имбирный чай.

Какая-то птичка, я назову ее лесной кукушкой, перемежает свои три ноты, и ее голос выделяется: он звучит словно постукивание дятла, или звонок телефона. Я слушаю из своего джемпера с капюшоном. Я притаился, готовый внимать весне. Не хочется говорить о чем-то еще, кроме того, что в действительности со мной происходит. Но потом… (Ты должен написать здесь продолжение).

Бхактивинода Тхакур претендует на многое. Он держал лотосные стопы Верховного Господа у себя на голове. Те самые лотосные стопы, которых Лакшми-деви достигла только после того, как прошла через суровые испытания. Только добившись для себя места у лотосных стоп Господа, Господь Шива обрел Его благосклонность. Брахма, и Нарада, и Бхактивинода Тхакур говорят, что после того, как они предались подошвам эти стоп, они избавились от страданий.

Что я могу сказать? Тот, кто пропел эти откровенные песни, уже достиг парам-гати - места, которого не достигают даже великие души, прежде чем они потратят много времени на бхаджану. Он хочет, чтобы мы следовали за ним, но я не знаю, способен ли я. Самое большое, на что я кажусь себе способным, это оказывать ему почтение.

Как эти песни повлияют на меня? Это то, в чем Бхактивинода Тхакур тоже заинтересован.. Он пишет свои песни для нас. Он хочет, чтобы они привели нас к радости шаранагати. Он - ачарйа.

Мой дорогой Бхактивинода Тхакур, я не могу достичь так быстро того, чего достигли вы. Мне известно, что это не так-то легко. Мы можем потратить час на чтение “Бхагавад-Гиты”, и увидеть, как Арджуна проходит путь от сомнений до шаранагати. Мы можем читать “Брихад-Бхагаватамриту”, и воспринять большой промежуток времени, который понадобился Брахме и Гопакумару для того, чтобы окончательно вернуться на Голоку Вриндавану. Во время чтения “Дайва Дхармы” мы становимся свидетелями того, как гуру спрашивает своих учеников, какую расу они предпочитают. Каждый из этих фрагментов можно прочитать за короткий срок, но каждому из преданных, о которых шла речь, потребовалось много жизней, прежде чем они достигли своей цели.

Полное вручение себя, совершенное Бхактивинодой Тхакуром, выражено в нескольких описательных строфах. Он показал нам то, как это происходит, и на что нам надеяться, если мы практикуем сознание Кришны с полной верой и решимостью. Но, это не случится уже завтра.

Все распоряжения Господа исполнены мощью. Из страха перед Ним дует ветер, и солнце, и луна, все другое исполняет предначертанный ему долг. Он - Верховный, и живет в сердцах Своих любящих преданных. Тех, кто находится под Его защитой, никто не может убить. “О, Господь, Твой вечный слуга, Бхактивинода, низко склонился у Твоих лотосных стоп. О, учитель, он хранит в себе веру в то, что Ты обязательно защитишь его ото всех опасностей” (“Шаранагати”, 4.2.5).

Следующие песни Бхактивиноды Тхакура посвящены развлечениям Кришны в Гокуле. Кришна - защитник обитателей Вриндаваны. Бхактивинода отождествляет себя с враджаваси и славит своего покровителя. “Ты убьешь Агхасуру и Бакасуру. Я выпью воды из Ямуны, но яд Калийи не возымеет действия, ибо Ты очистишь воду. И, Твои героические подвиги укрепят нашу веру в Тебя. Ты спасешь меня и других от лесного пожара, готового поглотить нас. Ты нейтрализуешь гнев Индры и сильный дождь, и защитишь нас от них, подняв холм Говардхан. Ты защитишь меня и тогда, когда четырехголовый Брахма украдет мальчиков и телят. Бхактивинода теперь принадлежит Гокуле, Твоей святой обители. О, Кешава, прояви Свою милость, и позаботься о нем, и защити”. (“Шаранагати”,4.3.10).

Где же эта некогда падшая душа так изучила весь этот нектар Божественной заботы в Гокуле? Он, должно быть, слышал об этом от своего гуру и от Кришны, который говорит через писания. Может быть, Кришна окажет покровительство и нашим попыткам следовать тем обетам, которые мы давали во время инициации, и проявит уважение к нашей верности Прабхупаде. Пусть он защитит нас от демонов сомнений, и от страха, и от влияния асуров. Пусть Он защитит наше вновь взошедшее желание служить Ему. Пожалуйста, окажи покровительство нашему стремлению жить уже сейчас в духовном мире, не получая никаких вестей из трех материальных миров. Милостиво, защити нас.

Да, Он защитит нас, но вы тоже должны защитить себя, следуя так безупречно, насколько это возможно. Кришна ответит на ваши усилия, когда увидит, что вы пытаетесь защитить то, что уже обрели. Не отбрасывайте этого, не пренебрегайте им - этим сокровищем чистых чувств и послушания гуру, шастрам и садху.

(В то время, когда я пишу, один человек в куртке и мягкой шляпе стоит на самом конце нашего подъездного пути. Он держит трость, и смотрит в нашу сторону. Возможно, он живет где-то рядом, и для него неожиданность увидеть людей, которые живут сейчас в этом доме. Он проявляет любопытство так же откровенно, как индусы. Я продолжаю писать, одновременно осознавая, что куст розы еще не потерял свои цветы, колеблющиеся на ветру. Когда я смотрю опять, старого человека уже нет.

И вот, он возвращается. Он гуляет медленно, пользуясь своей тростью. Шридама дас идет, чтобы познакомиться с ним и объяснить, кто мы такие. Мы здесь лишь на несколько недель. Я на открытом воздухе, за столом, пишу… Шрила Рупа Госвами-пада, пожалуйста, дай нам остаться под душем твоих нектарных стихов и не дай нам никогда оставить этот чудесный круг друзей. Дай мне сердце, способное читать и слушать, и испытывать наслаждение постоянно. Мы - рупануги).

“Прочь тщеславный мужской эгоизм, о, Кана! Я теперь глубоко верящая Тебе служанка” (“Шаранагати”, 4.4.1). Можете ли вы поверить, что он ушел так далеко? С уровня, на котором он оплакивал свою жизнь с утраченной возможностью наслаждаться, он поднялся на уровень, когда он не только полностью вручил себя Богу, но и осознал свою вечную духовную форму. Он говорит, что избавился от мужского эгоизма, и теперь он сакхи, или кинкари.

“В рощах Враджи, о, Господин Радхи, я стану совершать преданное служение, следуя по стопам одной из сакхи”. Именно об этом Бхактивинода Тхакур хотел поведать нам больше всего. Он посвящает нас в свое самое необыкновенное желание, в лучшую песню. “Пожалуйста, прими меня как сакхи-манджари. Я сделаю гирлянду из лесных цветов и бутонов туласи, и передам в руки той приближенной сакхи, которая является руководительницей в моей группе. После этого, она повесит ее на шею Радхе и Кришне. Я же буду наблюдать за всем этим издалека”. “Эта доверенная сакхи потом скажет мне: “Послушай, прекрасная сакхи, ты можешь остаться в этой роще как моя спутница” (“Шаранагати”, 4.4.6). Он позабыл Бхактивиноду, теперь он сакхи во Врадже.

Снова и снова это совершенство являет себя перед нами, чтобы мы видели и устремлялись к нему. Я сижу в кресле во дворе, слушая тихое гудение трактора вдалеке. Кашель еще не покинул мою грудную клетку, не так ли?.. Легкий ветерок может напомнить мне. И старик на дорожке может напомнить мне… Я попусту растратил свое время, и мне нужно пройти еще так много.

Я теперь очень хочу узнать, чем же Бхактивинода Тхакур одарит нас в дальнейшем, с целью привести на с собой к вершине.

Есть стих, в котором говорится, что ваидхи-бхакти приводит к рагануге. Еще один стих объясняет, что ваидхи не может вызвать бхаву. Вы нуждаетесь в расика-Вайшнаве, чтобы он направлял вас.

Далее Бхактивинода Тхакур предлагает нам песни о “бхакти-пратикула-бхава варйанандикари”, об отказе от поведения, которое препятствует развитию чистой преданности. Он одарил нас мимолетным впечатлением об окончательном освобождении, выступив в роли сакхи в Гокуле, и теперь возвращается к тому, чтобы давать нам наставления как преодолеть препятствия на этом пути. Нам еще предстоит услышать много раз, как он тоскует по своему совершенному положению. Мы хотим приблизиться к его уровню, но у него все еще есть много оснований, чтобы от нас многое скрывать. Кроме того, он хочет сохранить нас в роли проповедников, чтобы мы могли помогать другим.

“О, Кешава, это Твое материальное творение самое необычное. Вследствие своего эгоизма, я скитался по этой вселенной, вдоль и поперек, словно по лесу, и я заметил много странных и необычных явлений” (“Шаранагати”, 5.1.1). Гетто, пытки. Мне приснилось, что меня охраняла мощная и отлично выдрессированная собака. Я держал ее на поводке, и она делала все, что я ей приказывал. Можно было идти, куда угодно, без опасений. Но потом собака обрела человеческий разум, и перестала мне служить. Она сказала, что предпочитает быть безработной. И, без нее, я стал открытым для нападения. Мне нужно было пересекать улицы, на которых каждый видел во мне врага и готов был напасть. О, Кешава, это материальное творение самое странное, и это обусловлено моей прошлой кармой, которая вынуждает меня теперь терпеть страдания. Я был причиной страданий других в прошлом, а теперь я вынужден выходить на такие улицы, ночью, где каждый сочтет за благо меня убить.

В этом опасном мире, обманутые философы выходят вперед, чтобы спасти нас. Они предлагают нам материальные наслаждения и освобождение. Это то полное забвение о стопах Кешавы, которое привело меня к сильной боли и беде. Эти философы питают отвращение к преданному служению, и они смертельно опасны.

“Бхактивинода, который понимает, что для него жизненно важен приют у лотосных стоп Вайшнава, все свое почтение к этим обманутым философам демонстрирует на расстоянии” (“Шаранагати”, 5.1.4).

Не нужно играть с огнем. После того, как вы пришли к преданному служению, не смотрите назад, пытаясь обнаружить что-то, что вы упустили, наслаждаясь миром, и хотели бы взять собой. Вы можете не суметь доставить свои старые булыжники с одного берега на другой: по пути они могут утопить вас. Вы отказались от всего, и вы испытали такое облегчение. Вместе с этим, Кришна дал вам силу и мужество. Он удалил всех ваших старых друзей. Не ройтесь в куче уже отвергнутых воспоминаний и желаний. Вам уже даровано лучшее. Не становитесь снова вороной.

“Я никогда не поселюсь в месте, неблагоприятном для преданного служения, и я не хочу испытать удовольствие от деятельности, не связанной с духовной практикой. Я не стану ни читать книги, направленные против преданного служения, ни слушать какие-либо объяснения, которые противоречат принципам служения” (“Шаранагати”, 5.2.3-4).

“Я даю обет полностью избегать всего, что, как мне известно, противоречит чистой преданности. Я это твердо обещаю. Пав у лотосных стоп Господа, Бхактивинода вымаливает себе силу, которая может помочь ему отбросить все помехи на пути к чистой преданности” (“Шаранагати”, 5.2.8-9).

Не подозревайте его в том, что у него недостает широты взглядов. Исключите все связи с непреданными. Вы не можете быть заинтересованы в чистом бхакти, и одновременно, питать отвращение к его принципам. Нет такой вещи, которая была бы благоприятна для сознания Кришны, и побуждала поддерживать отношения с теми, кто к нему не расположен. Как вы можете жить с ними или разговаривать? Нет, мы должны выйти из всякого неблагоприятного положения. Мы заинтересованы лишь в нашем конечном благе. Поэтому, нам необходим здоровый страх перед любыми привязанностями, которые не располагают к чистому преданному служению.

Бхактивинода Тхакур не обсуждает юкта-вайрагья. Если вам нужно изучить что-либо, или использовать в вашем служении, спрашивайте разрешения у своего гуру, а затем осторожно приступайте. Но не дурачьте самих себя. Музыку непреданных и их книги, и работу, подчас Майадеви уполномачивает служить себе. Она сбивала вас с толку прежде, и она сможет делать это опять, если вы оставить общество Вайшнавов.

“О, самый сильный и непобедимый Господь, для падших душ, Ты - единственное благо. Мои поступки привели меня к общению с демонами, и теперь я сильно напуган теми условиями жизни в материальном мире, в которых нахожусь. Когда же наступит то время, когда Ты позовешь меня по кров Твоих лотосных стоп, в которых весь смысл моего освобождения от обусловленной жизни?”

(ШБ, 7.9.16).

“Мой дорогой Господь, Твое положение всегда духовно. Ты находишься на другом берегу реки смерти, а мы в результате своих собственных поступков страдаем на этом берегу. По существу, мы уже свалились в реку смерти, где снова и снова испытываем страдания, вызванные болью рождения, и поедаем ужасные вещи. Милостиво взгляни на меня, но не только на меня, но и на других страдающих. И, из сострадания, по Своей беспричинной милости, освободи нас и поддержи нас!”

(ШБ, 7.9.41).

Это серьезное занятие - выход за границы материального мира. Мы должны быть осторожными и терпеливыми, поскольку мы взращиваем наши духовные жизни до уровня зрелости. Сколько лет нужно расти дереву, прежде чем оно сможет плодоносить? При этом, оно может быть срублено в любой момент. Я говорю самому себе: “Не заигрывай с материальным миром. Остерегайся самоуправства и твоей глупой самоуверенности, - это капли яда. Не думай никогда, что ты в безопасности. Отбрось все то, что неблагоприятно”.

Мне говорят, что мое становление совершилось в гурукуле, рядом с преданными. В действительности, я был вынужден практиковать сознание Кришны. Это не было моим выбором. И теперь у меня возникает желание контролировать сцену материального мира. Я не могу подавить его. Вдруг оно прорывается внутри - желание отправиться в город, и наблюдать, как наслаждаются материалисты. Или, пойти в ночной клуб, и потанцевать. Я начинаю думать, что непреданные могут помочь мне реализовать желание разгадать, кто я есть. У них много учений и путей. Возможно, я зашел бы колледж. Это не правда, что только люди Харе Кришна хорошие. Фактически, я начинаю думать, что они довольно поверхностные. Мне не нужно их общество, или, по крайней мере, не только их. Я хочу быть с людьми, которые могут думать за себя сами.

Все эти мысли выглядят как исполнимые, в том или ином отношении. “Я знаю, что у тебя есть причина, чтобы чувствовать так, и ты убедил себя. Ты не хочешь слушать мои объяснения, почему ты должен быть терпеливым и находить все, что тебе нужно в широких рамках преданного служения. Я буду молиться за тебя, но я не пойду с тобой. Я удовлетворен бхакти.

“О, Кешава, это сверхъестественный мир, в котором живые существа поедают отвратительную пищу, и являются в многообразных формах рыб, птиц, зверей, растений, насекомых и людей, а также полубогов… Кажется, что нет конца возможностям материальной жизни, и однажды подхваченный круговоротом рождения и смерти, ты уже не можешь прекратить это. Связанный веревками по рукам и ногам, посреди чудовищных монстров, я молюсь об освобождении. Твои стопы - это единственное безопасное место.

Я же на зомби. Я уже, в действительности, прошел через все это, и я не хочу возвращаться назад за чем-то большим. Пожалуйста, избавь меня от общества монистов и тех, кто удовлетворяет собственные чувства. Фактически, последние лучше, чем майавади. Майавади огрубели сердцем, выступая против преданных и бхакти. Даже отбросить грехи легче, чем отбросить медитацию на вещи, несвязанные с преданным служением. Я никогда не послушаюсь тех врачей, которые говорили: “Почему бы вам не привнести в вашу жизнь безличную медитацию? Вы держитесь за Кришну, но вам нужно отдалиться от Него. Пересильте себя”. “Бхактивинода гонит прочь всю философию иллюзии, и теперь он в безопасном месте, в обществе Вайшнавов под покровом святого имени” (“Шаранагати”, 5.3.9).

Нет места, которое бы значило для меня много. Кто-то может сказать, что я люблю горы, такие, как эти, и весеннюю пору (однако, я отказался от йогурта, смешанного с несколькими большими ложками меда)… Но все это только места, которые я пересекаю. Я - странник. Если я все время живу в маленьком доме в деревне возле Гита-Нагари, то я не могу ощутить весну.

Я не вижу рыжегрудых голубых птичек, но зато вижу воробьев везде, где проезжаю. Сблизившись со многими и многими местами на земном шаре - Италия, Франция - большое дерево здесь, круглая дверная ручка в ванной комнате в храме, в Париже, кабина пассажира на пароме, в Ирландии, дрок* в Виклоу, верхний свет в домике Уддхавы, - я проехал все эти места без какого-либо чувства принадлежности.

А как насчет святых мест? Самадхи Шрилы Прабхупады, и его комнаты во Вриндаване? Два года назад я жил в Кришна-Баларам Мандире, в комнате для гостей. Я уже забыл его, и я готов вернуться назад.

Место не имеет значения, важно, кто ты сам, - тихо читающий джапу перед изображениями исключительных вайшнавов, в особенности, перед одним изображением Прабхупады, которому я предлагаю пищу.

Я говорю, что лишь “пересекаю”, поскольку я хотел бы чувствовать больше, но я и боюсь этого, также.

В конце серии, которая называется “Антипатия к тому, что неблагоприятно для сознания Кришны”, Бхактивинода помещает еще одну песню о совершенстве в сакхи-бхаве: “Я - жительница Сванда-сукхадакунджи, и служанка лотосных стоп Радхики и Мадхавы. Когда я вместе с Божественной Четой, то я радуюсь, а в разлуке с Ними, я гибну от нестерпимой боли” (“Шаранагати”, 5.4.1-2). Чистый преданный осуждает как неблагоприятное все, что мешает его единению с Радхой и Кришной. Счастье, которое он испытывает, основано не на эгоизме, оно зависит от счастья Шримати Радхики. * Дрок - разновидность кустарника. Прим. переводчика.

Он говорит о том, что никогда не смотрит на сакхи-стхали, место Чандравали. (Рагхунатха дас Госвами, когда его друг принес ему йогурт, полученный у сакхи-стхали, рассердился и отбросил чашку-лист). Почему? Поскольку Чандравали и Ее группа - это трансцендентные соперницы Радхи. “Чандравали хочет отобрать у Радхи Господа Хари, и из-за Нее роща Радхи покрывается тьмой уныния” (“Шаранагати”, 5.4.5).

(Я пишу это в пятне солнечного света, который падает через мое плечо. Сегодня суббота, и мотоциклисты с бешеной скоростью летают вверх и вниз по дороге. Когда они охотятся на своих машинах, звук живой и настойчивый, и он вынуждает меня отвлечь внимание. Но Бхактивинода Тхакур удерживает меня здесь, читающим “Шаранагати” и пишущим об этом.)

Я больше не буду говорить о сакхи-стхали, которая возникла в связи с “Антипатией к тому, что неблагоприятно для сознания Кришны”. Есть правила, предназначенные для ваидхи-бхакт в сознании Кришны, и несколько отличные правила для тех, кто практикует рагануга. Преданные рагануга сконцентрированы только на своем собственном настроении. Что благоприятно, и что неблагоприятно, это определяется в соответствии с этим настроением. Обычные преданные даже не знают, что успех Чандравали приносит тьму в рощу Радхи.

Но, сколько же поступков мы бездумно (или не столь уж бездумно) совершаем, неблагоприятных для сознания Кришны? Как, когда мы соблюдаем режим здоровья… Мы иногда говорим, что чтобы быть в мире с собственным умом, нам необходимо идти с ним на компромисс. Преждевременное отречение может ожесточить сердце. Поэтому мы хотим удержать равновесие. Многие книги по здоровью указывают, что сладкие блюда после еды не способствуют хорошему усвоению, но нам может это нравиться. Наш язык может желать сладостей. Итак, мы идем на компромисс. Если мы попытаемся совершенно отказать языку, он даст нам другую возможность. Он заставит нас разгуляться на воскресном пиру, и тому подобное.

Мы даже не желаем признаваться перед самими собой, что за компромиссы мы себе, может быть, позволяем во время нашей практики сознания Кришны, и в нашей низшей сущности. Так ли мы говорим: “ Ступай вперед, делай то, что нравится, хоть это и временное, и помешает тебе в том, чтобы достичь чистой преданности. Что тебе эти еще несколько жизней, разлагающих тебя в материальном мире?” Где наша жадность, с которой мы должны стремиться достичь цели? Почему мы так заинтересованы в этой одной, короткой жизни? Настолько, что мы можем даже не предлагать поклонов, просто потому, что мы чувствуем себя уставшими. Мы говорим себе, что духовный учитель поймет, что Господь Чайтанья был исключительно милостивым, и что мы будем кланяться, если не будем чувствовать себя так, как в данный момент. Это не настроение последователей Рагхунатхи Госвами.

Поэтому нам необходимо регулируемое преданное служение, чтобы мы продолжали воспевать и читать. Нам нужна дисциплина, нам навязанная, поскольку у нас нет вкуса. Поднимайся! Время мангала-арати. Кланяйся! Ты так ленив! По этикету необходимо совершать дандават, когда ты видишь Божеств, или санньяси утром.

Взамен, мы заключаем сделку. Идти на компромисс не всегда неблагоприятно. Имитировать продвинутую стадию точно так же опасно, как проявлять лень в духовной жизни. Итак, нормы ваидхи вынуждают нас повиноваться так долго, сколько нужно, пока наши сердца не будут благословлены спонтанной любовью.

(Из-за яркого солнца чернила выглядят бледно-голубыми, после того, как проливаются из ручки и быстро высыхают. Я гляжу на деревья на горных террасах. Маленькую проповедь о благоприятном и неблагоприятном я прервал из-за того, что мысленно опаздывал на поезд. Теперь я смотрю на совершенно голубое небо - ни единого облачка на всем небосклоне. Пользуюсь возможностью сбросить свой джемпер и шляпу).

Следующая группа из четырех песен называется “принятие того, что благоприятно для чистой преданности”.

(Становится по-настоящему тепло. Я попутно учусь большей благосклонности по отношению к солнцу. Сурйа-дева увидел, как горюет Радха после отъезда Кришны, и пригласил Ее на планету Солнце. Он передал Ей приглашение через Ямуну, свою дочь. Он приютил Радхарани и заверил Ее, что если Она пойдет в Нава-Вриндавану в Двараке, то настигнет там Кришну. Рассказывая об этом, Радха сказала: “Девы не лгут”. Конечно, слишком много солнца нас убьет. Но немного - это хорошо).

Этот брахманский шнур слишком длинный. Слишком жарко, слишком холодно, слишком длинно, слишком коротко, - счастье - это только временное прекращение боли. Мы обычно говорим: “Я спал хорошо, я ничего не помню”. Санатана Госвами высказал мысль, что такое негативное счастье, выражающееся в “хорошем” сне, как счастье имперсонального освобождения. Хорошо поесть - это значит не голодать. Противодействовать естественным страданиям. Духовная жизнь - сверх этого противодействия материальным страданиям. В духовном мире нет ничего шубха или ашубха, благоприятного или неблагоприятного.

Теперь о позитивном (в соответствии с Бхактивинодой Тхакуром): я полюблю те явления в этом мире, которые содействуют чистой преданности. Ах, пусть мои ум и память задержатся в этом. Пусть вспоминается то, как я хожу на мангала-арати в храмах, и Божества, и песни, и ладно сыгранные мриданги и караталы. Я буду внимательно слушать хари-катху. Я буду питать свое тело прасадом, и вдыхать сладкий аромат листиков туласи. Я буду исполнять свое желание всегда молиться о служении Тебе. Пусть мое служение будет бхакти, а не раджа-гуной. Пусть оно вытащит меня из сна, и апатии, и сомнений, и введет в область кришна-катхи. Служение Твоему преданному, гнев по отношению к тем, кто Тебе завидует. “И мои наклонности, и мои чувства станут облагороженными и прославятся, благодаря моей расположенности к Тебе…” Бхактивинода Тхакур молится, чтобы вся его деятельность была бхакти-анукула.

В следующей своей песне Бхактивинода Тхакур описывает место (дхаму), благоприятное для поклонения Господу. Он выбирает Годрум, который неотличен от Нандаграма. Я в данный момент в Козилли, в Италии, ищу благоприятную атмосферу для уединенной жизни и творчества. Я нахожу это более благоприятным, чем общественное взаимодействие в переполненных местах. Мы должны делать то, что анукула для нас. Некоторые вещи универсально благоприятны, некоторые - в индивидуальной мере. Мне бы хотелось отправиться в лучшую из дхам, во Вриндавану, в Индию, но это не всегда благоприятно для меня, - месяцы проходят, а я не нахожу там времени или покоя для того, чтобы мыслить и писать. Поэтому я ищу удобные места.

Некоторые преданные Господа Кришны жили в пещерах, поскольку это было благоприятно для их бхаджаны. Кто-то однажды рассказывал мне, что предпочитает отправляться в Джаганнатха Пури, когда у него есть потребность писать, несмотря на то, что это место было айшварья, а не мадхурйа. Где бы вы не находились, лучше сделайте благоприятной вашу бхаджану. Если вам наиболее комфортно в чем-то необычном - в фургоне, в пещере, на холме в Италии, в какой-нибудь дырке от шурупа, в задней комнате, в зале, набитом тысячами людей, поющими Харе Кришна, в классе в Гарварде, на Бруклинских улицах, в процессе распространения книг, - отправляйтесь туда, не медля.

Но не обманывайте себя. Бхактивинода Тхакур хочет жить в Годруме. Он оденет наряд Вайшнава и отметит свое тело двенадцатью тилаками Вайшнава, а также повесит бусы из туласи на шею. Он посадит цветущие деревья - чампака, бакула, кадамба и тамала - и таким образом возделает обширную рощу. Добавив к ней манджари и малати - вьющиеся растения, он создаст тенистую беседку. (Совсем не так, как когда преданный убегает в пустыню, чтобы получить возможность мирно созерцать). Потом он посадит ютхи, джати и малли и установит императрицу, Туласи, на возвышенном престоле. На террасе он поместит инструменты для киртана. Не заблуждайтесь на счет лучших экстазов.

Иногда Радха переживает состояние разлуки, а иногда Она вместе с Кришной. В любом случае, Она всегда интенсивно осознает Кришну. Никто не удовлетворяет Кришну так сильно, как Радха.

Следующая песня - это всеобщая любимица, “Шуддха-бхаката-чарана-рену”. Помню, как я прочел ее в небольшом собрании неопубликованных переводов, имевших хождение среди преданных. Она поразила меня больше, чем другие отрывки. Она открыла окно в понимание блаженства. Это такая открытая благодарность за всю ту радость, которую он испытывает в преданном служении. Мы можем испытать ее тоже.

“Мой ум постоянно умоляет о возможности услышать звук мриданги”. (Шрила Прабхупада говорил: “Когда я слышу, как играют на мриданге в Германии, я становлюсь экстатичным”, - радость мирового проповедника. “Когда я слышу киртан, предписанный Господом Чайтаньей, мое сердце танцует в экстазе” (“Шаранагати”, 6.3.4).

Я испытываю огромную радость, когда вижу Божества Радхи и Кришны. Почитая прасадам Господа, я преодолеваю мирские иллюзии. Благодаря простому исполнению практических видов бхакти, в сердце чистого преданного совершаются чудеса. В особенности, такое: “Голока Вриндавана появляется в моем доме, как только я вижу, как здесь поклоняются и служат Господу Хари”. Когда мы читаем эти строки, хочется сказать каждому: “Смотри, что может с тобой произойти!”

Когда я в первый раз прочитал следующую строчку, она была переведена так: “Когда я беру чаринамриту, которая льется с Божеств, я вижу, что это Ганга приходит прямо от лотосных стоп Кришны”.

Это зависит от вашей чистоты, но все эти вещи возможны и правомочны в процессе севы. Каждый может медитировать таким образом. Мы просто должны с верой смотреть на то, что происходит ежедневно. Верьте в ту деятельность, которая располагает к чистой преданности. Она предназначена для того, чтобы вызывать экстаз. Туласи-деви удовлетворяет Кришну, и если вы служите ей, то почему бы вам не суметь увидеть, как она удовлетворяет Его? Когда вы почитаете шак, один из любимых овощей Господа Чайтаньи, у вас есть основания думать, что ваша жизнь удалась.

Делайте то, что благоприятно.

Виноградная лоза оплетает стволы деревьев. Пчелы находят цветы, в голубом небе - облака, - все это означает, что Радха и Кришна вместе. Я тоже могу это видеть, так же как могу видеть, что Кришна - это вкус воды, а солнце - это Его глаз. Мог бы я увидеть Радху в желтом лютике? Мог ли бы я думать больше о Вриндаване?

Обыденность здесь очень мирная. Иногда я рисую себя самого как маленького, шатающегося, слабого человечка, влезающего на ступеньки. Я не знаю, как я выгляжу в глазах других. У некоторых лицо - это простая маска, которая не способна обнаружить все их эмоции. Голос из долины. Мои мысли выходят через мой ум на этот солнечный свет. Двигаются в определенном направлении. Это не шуддха-бхаката.

Весна - это фестиваль влюбленных. В этом мире это удешевлено и извращено пошлыми парами. Лучше быть монахом, хранящим целибат, и думать о любви Радхи и Кришны в весеннюю пору.

Травка, согнувшаяся к земле, есть ли у тебя послание для меня? Я готов записать это. Если любая маргаритка или скромный сорняк имеет что-нибудь, что сказать о сознании Кришны, я могу записать это. Я пришел сюда с этой целью.

Но, пожалуйста, говорите громко. Я не думаю, что могу нагнуться слишком низко, чтобы расслышать, как вы говорите. Вы, трилистники с красным пятном в центре каждого листика, я никогда не видел раньше такой разновидности, как ваша. Как вы получили это кровавое пятнышко? Если бы вы росли в Индии, я уверен, в Пуранах была бы история о вас. Если вы не можете говорить, тогда, по крайней мере, внимайте тому, как я повторяю - Харе Кришна! Слушайте святые имена Радхи и Кришны. Я пишу посреди вас. Если вам на нравится то, как я произношу маха-мантру своим трескучим, строгим голосом, пожалуйста, чувствуйте, как она исходит из моего сердца.

Господь Чайтанья прославил траву как скромную и достойную того, чтобы воспевать. Деревья - это пример терпимости. Вы заслуживаете большего. Будьте терпеливы теперь, и используйте возможность, когда она придет. Если бы я мог стремиться поехать отсюда во Вриндавану, - почему я не могу?

Последние песни в серии “Бхакти-анукула” - это перечень уддипана - явлений, стимулирующих экстаз в сознании Кришны. Кутир на берегу Радха-кунды, холм Говардхан, берега Йамуны, флейта, отпечаток копыт коров, пыль Враджа, череда темных туч, весенняя пора, луна… Бхактивиноде Тхакуру известно все, что способствует развлечениям Радхи и Кришны. Он отказывается идти туда, где эти явления отсутствуют. “Ибо, покинуть их - это покинуть саму жизнь”.

Я разыскиваю эти явления здесь.

Мы сидели, приготовившись к тому, чтобы запоминать. Я был уставшим, и только следил, как Мадху пошел по определениям асакти: это похоже на отполированное зеркало, в которое иногда смотрится Господь. Личность на уровне асакти поглощена Господом, даже не совершая для этого усилий. Родственники думают, что он “родился идиотом”. И в бхаве, больше признаков: бутоны появляются, которые превращаются в цветы и плоды… Я смог запомнить так мало.

Он спросил: “Вы хотите это запомнить?”

“Я бы хотел, но не знаю, смогу ли я”.

“Хорошо, вы должны будете сказать. Если я не подчеркну их, мы не будем запоминать никакие другие”.

“Хорошо, начинай”.

Он подчеркивает. Преданный теряет привязанность к другим вещам. Он любит Кришну, такова суть. И это развивается. Я слежу, и позволяю себе расслабиться и почувствовать усталость, поскольку это конец дня. Я доволен тем, как прошел этот день.

“Есть два вида бхавы. Один возникает из ваидхи, а другой - из рагануга”.

Он говорит: “Бхава из ваидхи придает особое значение силе и могуществу, присущим Кришне”.

Хм-хм, похоже на христиан.

“Она имеет тенденцию уступать в силе проявления и естественности чувств. Вы хотите запомните это?”

“Да, но у меня сейчас больше нет времени”.

Он подает мне молоко.

“Разрешите мне прочитать только о стадиях бхавы. Вы хотите послушать об этом? Мы можем постараться запомнить этом завтра”.

“Да, начинай”.

Он читает, иногда прерываясь, чтобы высморкаться (у нас у обоих сенная лихорадка). Первая - это снеха. Шанта-раса не может быть достигнута на этом уровне. Как там дальше? - Снеха, мана, пранайа, рага, анурага, бхава, маха-бхава, которая бывает двух типов. Царицы имеют вируддха, а гопи - высшую, авируддха.

Процесс запоминания - это серьезно. Помните фразу Томаса Кемпи: “Я скорее испытаю угрызения совести, чем познаю значение слов”. Критик отозвался: “Почему бы не испытать угрызений, и не понять значения?”

Я учу эти термины. Только, я немного ослаблен. Люди вата становятся ослабленными, как я, особенно когда стареют, и я устал сегодня вечером. Но, я так счастлив - счастлив этому дню, и счастлив слушать эти возвышенные термины и их определения.

Жизнь ограничена. Все должны быть преданными. Я думаю о неизлечимо больных преданных, живущих в Кришна-Баларам Мандире. Там есть одна женщина в инвалидном кресле (или больше, чем одна). Она говорила, что могла бы написать историю своей жизни, но не чувствует себя достаточно хорошо для этой работы. Она дала мне немного денег на расходы во Вриндаване. В этих смертельных условиях, она смеялась свободно и иронически. По ее словам, ей дали сознание Кришны, и избавили от большого материального успеха. А потом Кришна взял ее здоровье, и сократил ей жизнь. Она говорила, что счастлива. Надеюсь, что это так.

Далее Бхактивинода Тхакур помещает тринадцать песен, названных “Бхаджана-лаласа”, жажда божественного служения. Первые девять основаны на “Упадешамрите” Шрилы Рупы Госвами.

Снова он пишет как падшая душа. Он говорит, что он не заслужил освобождения из круга самскары. И все же он просит Верховного Господа проявить сострадание. “Я, без сомнения, нуждающийся, поэтому я прошу Тебя оказать мне беспричинную милость” (“Шаранагати”, 7.1.2).

Сильные “веган”*, давящие факторы, сбрасывают его в этот мир, как в морской водоворот. В стихе Рупы Госвами говорится, что тот, кто может контролировать эти факторы, достоин того, чтобы принимать учеников во всем мире. Но Бхактивинода Тхакур не провозглашает себя подобным госвами. “После великой попытки подчинить себе эти материальные потребности, я отбросил всякую надежду, что смогу это сделать. О, Господь обездоленных, я взываю к Твоему святому имени, ибо теперь только Ты мое единственное убежище” (“Шаранагати”, 7.1.4). Он превратил стих в личную мольбу. Давайте же запомним текст “Упадешамриты” в такой форме.

Мы иногда цитируем его как свидетельство о том, кто достаточно квалифицирован, чтобы быть духовным учителем. Или мы утверждаем: “Я следую этим правилам. Я контролирую эти потребности. Так считайте меня госвами. Но мы не можем окончательно проконтролировать себя; мы можем только пытаться и молиться, потому что наши умы, языки, желудки и гениталии объединились вместе против нас. Наш язык говорит бессмыслицу. Пожалуйста, Господь всех несчастных, дай нам Твое убежище.

Сходным образом, Бхактивинода Тхакур берет стих с перечнем того, что неблагоприятно для преданного служения и превращает его в свою собственную молитву. “Я не способен отбросить ни одну из этих привязанностей. Так, мои недостатки стали основой моего падения”. Все эти недостатки приятно * См. “Нектар наставлений”, текст 1. Прим. редактора. изучать с объективной дистанции: “Человеку следует избавиться от всего этого”. Но сила в том, чтобы приблизиться к ним и открыто признать: “У меня они есть, и они губят мою жизнь. Я хочу избавиться от них”. Перечень преград оживает, и мы сознаемся. Мы уже проводили лекции о неблагоприятном во время служения. Теперь мы признаем наши собственные ошибки.

“О, Господь Хари, что же мне теперь делать? Я, действительно, падший; но, Твое святое имя - спаситель падших. Прильнув к этому святому имени, я принимаю убежище у Твоих лотосных стоп” (“Шаранагати”, 7.2.3-4).

Минуточку, подождите, почему здесь так свободно сказано, что вы виновны? Кто доказал, что вы ошибаетесь? Вы в действительности совершаете атьяхарах прайасас ча, праджалпо нийама-грахах? Джана-сангас ча лаульям ча? - Да, иногда проявляем жадность, иногда едим больше, чем необходимо, копим денег больше, чем необходимо. Я определенно выполняю правила только ради следования им. Эти пункты не только перечень того, что делают дураки и непреданные. Шрила Прабхупада пишет: “Каждый разумный человек должен очистить свое сознание и преодолеть перечисленные выше препятствия на пути преданного служения, со всей искренностью примкнув к движению сознания Кришны” (НН, текст 2, коммент.). ИСККОН может освободить нас. Так ты, я имею в виду себя, - ты принимаешь убежище?

Что касается шести принципов, благоприятных для практики преданного служения, начиная с утсаха, Бхактивинода Тхакур говорит: “Я никогда не обладал этими шестью качествами преданного”. Шаранагати означает, что нужно совершать признания. Вы смотрите в свое сердце и обнаруживаете то, что вы - нуждающийся. Шаранагати означает отбросить позу. После честной проверки, мы можем увидеть, что мы все еще танцуем с майей. Мы можем пропустить через контроль плохие качества, как в персональной анкете: “Да. Иногда. Да. Все время, Да, я думаю о том, чтобы сделать это”. Если перечислены хорошие качества (при этом интервьюеры иногда просят нас быть честными), то карандаши отмечают: “Нет. Редко. Не так часто”.

Шрила Бхактивинода Тхакур пишет: “Будучи погруженным в отвратительную деятельность, я никогда не поддерживал отношений с садху. Теперь же я усвоил одеяние садху, и наставляю других. Это большая проделка майи” (“Шаранагати”, 7.3.3). У кого есть сила, чтобы заглянуть внутрь и признать правду? Кто настолько освобожден, что способен принимать критику от других: “У вас нет терпения. Вы не производите впечатления уверенного в процессе преданного служения”. И у кого есть сила, чтобы рассматривать себя как лицемера, который наставляет других, несмотря на то, что сам не свободен? “О, Господь Хари, будучи в таком беспомощном состоянии, я обязательно обрету Твою беспричинную милость. О когда же, под покровительством моего духовного учителя, я стану призывать Тебя в своих смиренных молитвах?” (“Шаранагати”, 7.3.4).

Вы хотите сказать, что мы должны ходить кругом вокруг признания того, что мы лицемеры, и не можем следовать основным наставлениям из “Нектара наставлений”? - Мы должны быть честными. Мы не должны “ходить вокруг”, заявляя что-либо. Нужно знать это внутри себя и действовать соответственно. Займите себя с уверенностью в процессе анартха-нивритти и развивайте хорошие качества. Живите “Нектаром наставлений”.

“Международное общество сознания Кришны представляет эту возможность всему человечеству”. Ты читаешь это вслух, и говоришь слушателям, чтобы они отметили это: следуйте за ИСККОН, жертвуйте деньги, поддерживайте нас. Но это касается и тебя тоже, Прабху. “Нам следует отнестись к возможности вернуться домой, обратно, к Богу, с огромным энтузиазмом” (НН, текст 3, коммент.) “Чтобы достичь успеха в сознании Кришны, необходимы терпение и уверенность” (там же).

Ну вот, растратчик чернил… одна ручка протекла прямо на твой палец, и на правую ладонь. В другой кончились чернила, и пока тебе нечем ее наполнить, она лежит как мертвый солдат. Можно найти с легкостью еще чернил, но остановись, и подумай. Творчество может быть оправданием бездействия, “Разве не удивителен способ, с которым Бхактивинода Тхакур ставит всех нас на место?” И - эх, и этот пишет: “Я тоже, я тоже”, и прислоняется к спинке, удовлетворенный тем, что сделал всю свою утреннюю работу. О, когда же под покровительством моего духовного учителя, я стану призывать Тебя со всем смирением?

Что касается шести видов любовного обмена между преданными, Бхактивинода Тхакур говорит, что он практиковал это с непреданными. “Действовал ли я сознательно, или бессознательно, но я лишился всей своей преданности”. И теперь он жаждет обрести вкус к близкому общению с преданными Господа Кришны. Если мы сближаемся с непреданными, это наносит ущерб бхакти. Мы можем сделать это бессознательно, - просто читая их книги, или радуясь удобствам, которые они обеспечивают, - или радуясь тому, что радует их. Когда мы занимаемся удовлетворением собственных чувств, мы становимся едины сердцем со всеми материалистами мира. В то время, когда это происходит, Кришна остается в стороне.

Мысленно оказывайте почтение тем, кто воспевает святое имя, даже если они не инициированы. Преданному, который развивает беспримесную преданность, следует предлагать свои поклоны. Если вам всего лишь удается взглянуть на уттама-бхакту, который равно относится ко всем живым существам, считайтесь, Вы должны думать что вам необыкновенно повезло. “О, когда же мой ум станет простым и незамысловатым, и перестанет совершать оскорбления по отношению к Вайшнавам, и когда же мне удастся пересечь океан мирского существования, и достичь Твоей обители, Враджи?” (“Шаранагати”, 7.5.4).

Мы никогда не должны искать недостатки в чистом преданном, думая, что его тело повреждено болезнью, или немощно. Эти кажущиеся изъяны тела чистого преданного подобны воде из Ганги, которая пенится и становится мутной во время сезона дождей. Ганга никогда не загрязняется. Бхактивинода Тхакур молится о том, чтобы не впасть никогда в такое смертоносное безверие, которое непременно разрушило бы его самого. “Вайшнав принадлежит Тебе, в нем - Твоя слава. Пусть он окажет мне свою милость, и тогда мой жизненная дорога приведет к Тебе, и я укроюсь под сенью Твоих лотосных стоп”.

Если желание искать недостатки в чистых преданных появляется в нашем уме, мы должны сознавать, что мы одни из тех, кто их имеет. Шрила Прабхупада пишет: “Нужно знать одно: преданное служение, чистое служение Верховному Господу является для духовного учителя делом всей жизни. Никто не должен гордиться своим телом, или относиться с предубеждением по отношению к телам других Если это приходит, нужно раскаиваться в этом” (НН, текст 6, коммент.).

“Это особенно губительно для неофитов. Поэтому, смотря на чистого преданного, нужно стараться видеть не его внешность, а внутренние качества и помнить о том, что он занимается трансцендентным любовным служением Господу. Только так можно избежать опасности материалистической оценки чистого преданного и самому со временем стать чистым преданным”.

“Критикуя чистого преданного, человек совершает оскорбление (вайшнава-апарадху), что является серьезным препятствием на пути каждого, кто хочет прогрессировать в сознании Кришны. Нанося оскорбления лотосным стопам Вайшнава, человек лишает себя возможности извлечь духовное благо из своей практики”.

(НН, текст 6, коммент.).

Мне снился Шрила Прабхупада два дня подряд. Сны указывали мне на то, что Шрила Прабхупада всегда согласен принимать от меня личное служение, и что у меня есть к нему прямой доступ. Несмотря на те изменения, которые со мной произошли, он по прежнему видит во мне своего слугу.

В первом сне, Шрила Прабхупада сидел в постели, во время одной из медицинских процедур. С ним был один преданный, но Прабхупада позвал меня и сказал, что хочет, чтобы я нанес ему на лоб тилаку. Я этого никогда не делал, и все же я надеялся, что сумею сделать это аккуратно. Должен ли я был стать за ним и сделать это в то время, когда он смотрит в зеркало? Нет, надо было стоять перед ним, и наносить в таком положении. Сон на этом оборвался, но я продолжал медитировать. Я смотрел на его лоб и подходил ближе, чтобы приложить увлажненную чандану. Я был по-прежнему заинтересован в том, получится ли это у меня красиво.

Во втором сне, Прабхупада где-то давал лекцию, и я тоже был там. Я был озабочен тем, чтобы удержать внимание на его речи. Потом, я взглянул на него и увидел, что его зубной протез вышел наполовину изо рта, пока он говорил (Шрила Прабхупада никогда не носил зубных протезов, но таков был сон). Вероятно, потому, что я сам использую это, я видел согласно с атмаван манйате джагат, видением вселенной с моей собственной точки зрения). Я подбежал к Шриле Прабхупаде, и он дал мне его, достав изо рта. Он сказал, что я мог бы попытаться достать для него немного клейкого порошка. Я осознал, что пропущу ценную лекцию, но и обрадовался тому, что мне предстоит крайне необходимый поиск клейкого вещества, но магазины все были закрыты. Во время своих поисков, я прошел через массу приключений с необычными людьми и событиями. Я очень сильно плакал, пытаясь заполучить то, что искал.

Охе! вайшнава тхакура, дойара сагара, е дасе коруна кори: это, возможно, самая любимая из песен “Шаранагати”. Эту песню и некоторые другие часто поют в храмах Гаудия-Матх: они являются там частью ежедневных программ. В ИСККОН ее любят тоже. Я помню, как Шрила Прабхупада попросил одного преданного спеть ее, когда приезжал в храм в Денвере (Колорадо). Тогда Дашаратха дас пел ее, аккомпанируя себе на фисгармонии, а Шрила Прабхупада давал разъяснения. Чтобы эти песни произвели наибольшее впечатление, их нужно спеть. Если вы поете их с друзьями-единомышленниками, то разъяснение, или комментарий к ним, становится возвышенным способом общения с Кришной. Чествуйте песни Бхактивиноды Тхакура! В них он заботливо разъяснил нам многие вещи. И теперь он дает своим песням литься дальше из его сердца.

Кршна се томара, кршна дите паро, томара шакати ачхе: “У тебя есть Кришна, и в твоей власти дать Его и мне”.

Ами то` кангала, `кршна `кришна` боли`, дхаи тава пачхе пачхе: “Поистине я жалок и просто бегу за тобой, взывая: Кришна! Кришна!”

Лучшее из того, что я могу сказать здесь, это то, что мы всё должны сделать для того, чтобы петь этот бхаджан с теми, кто знает как. Лучшие исполнители приезжают из Бенгалии, но и мы вполне можем обучиться этому искусству. (Я бы хотел, чтобы это произошло, так как таким образом легче научиться плакать). О, Вайшнав Тхакур, океан милости, пожалуйста, будь милостив ко мне, твоему слуге. Хотя я совершаю оскорбления, я бы хотел избавиться от них. Пожалуйста, облегчи мою участь, дав приют твоих лотосных стоп… “У меня самого нет сил петь святое имя Господа Хари. Поэтому молю тебя о милости: даруй мне вместе с крупицей веры великое сокровище - святое имя Кришны”.

Харинама приходит от вас Шрила Прабхупада. В вашей власти милостиво дать мне способность воспевать и мужество, чтобы распространять святое имя. Мне не нужно ничего другого, только позвольте мне избавиться от своих оскорблений и остаться в вашем обществе и обществе ваших последователей.

Бхактивинода Тхакур по-своему пересказывает стих Рупы Госвами о желтухе, болезни авидьи. “Из-за того, что я пристрастился ко вкусу мирских удовольствий, я теперь не способен наслаждаться нектаром Твоего святого имени”. Бхактивинода Тхакур дает более полный анализ этого явления в своей “Харинама Чинтамани”). Он скорбит о том, что это произошло в результате его оскорблений святого имени. Но, в том же позитивном духе, как и Рупа Госвами, он утверждает, что невежество и оскорбления будут преодолены, если он просто будет настойчив в воспевании.

“Если я буду петь Твое святое имя ежедневно, то по Твоей милости, я постепенно перестану совершать десять видов оскорблений. Так, во мне разовьется вкус к Твоему святому имени, и я испытаю его опьяняющее воздействие” (“Шаранагати”, 7.8.4).

Стих Рупы Госвами всегда был решающим доказательством для меня.* Если мы вооружимся этим стихом в том виде, в котором его представил Бхактивинода Тхакур, мы сможем идти вперед, не прекращая наше воспевание и не чувствуя безнадежности. Все изменения произойдут по воле святого имени, и благодаря капле милости Вайшнава Тхакура.

Нашей целью является войти в то же самое расположение * Речь идет о тексте 7 “Шри Упадешамриты” (Нектара наставлений). Прим. редактора. духа, в котором написаны эти песни. Это называется обрести настроение тадатмья. Шрила Прабхупада дал определение тадамья, приводя в пример железный прут, который помещают в огонь. Просто потому, что прут остается в огне, он становится огненным. Благодаря тому, что мы воспринимаем настроение Бхактивиноды Тхакура, мы входим в тадатмья. Чувствуйте себя несчастными - идите вперед - и плачьте. Признайте, что вы пытались улучшить свое воспевание, но оказались не способными. Войдите в это настроение, и пойте, очищаясь таким образом. Пойте, и осознавайте значение слов. Это ваша песня. Войдите в нее полностью, и воспользуйтесь милостью. Преданные не заинтересованы в достижениях, мы взыскуем плач. Слезы смывают желтуху авидйи, и Кришна предстает в Его самой милостивой форме. Вайшнавы являют нам свою милость. Это - бхаджана.

Далее Бхактивинода Тхакур дает нам свой вариант “сути всех наставлений”, данной Рупой Госвами в восьмом тексте “Упадешамриты”. Он высказывает мысль о том, что Рупа Госвами наставляет нас как шикша-гуру. Мы должны принимать его наставления как поучения, которые исходят от нашего вечного доброжелателя и адресованы лично нам:

“О, вы, молящиеся о том, чтобы обрести в дар святое имя, постарайтесь понять мои слова, ибо восприняв их, вы разовьете влечение к воспеванию святого имени.

Следуйте правилам и предписаниям, сделанным в Священных писаниях, и займите свой язык и ум во внимательном воспевании и памятовании святых имен, форм Бога, качеств и удивительных развлечений Господа Кришны.

Поселитесь на святой земле Враджи и культивируйте спонтанную любовную преданность (рагануга-бхакти). Проводите в воспевании и памятовании славы Шри Хари каждое мгновение своей жизни.

Следует принять это прямо, как суть всех наставлений” (“Шаранагати”, 7.9.1-3).

Как случилось то, что мы пришли в движение сознания Кришны? Безусловно, этот приход связан с неким божественным установлением. Мы стали рупанугами по милости Прабхупады. Он пробудил в нас изначальное семя бхавы Рупы Госвами. (Когда я писал это, огромная пчела приземлилась на мой правый локоть. Я перестал писать на мгновение, чтобы посмотреть на нее, но она уже удалилась, в поисках нектара).

У нас у всех есть семя взаимоотношений с Кришной. Вайшнав пробуждает эти взаимоотношения. Естественно, что мы хотим идти тем же путем, что и наш духовный учитель. Поэтому, совет Бхактивиноды Тхакура принять убежище в Вайшнаве Тхакуре и воспевать внимательно, чтобы язык брал в плен ум, - самый превосходный. Шрила Прабхупада настаивал на том, что для нас это возможно. Поэтому, мы должны настроить наши уши, чтобы они, в действительности, слышали имена Радхи и Кришны. Их развлечения постепенно будут разворачиваться перед нами, вследствие этого процесса слушания. Мы увидим Их форму, игры и качества.

И мы ищем возможность жить на земле Вриндаваны. Отправляйтесь туда, если у вас есть возможность. Воспевайте, и оставайтесь там. Служите согласно правилам и предписаниям. Если вы не можете физически туда отправиться, тогда медитируйте на Вриндавану. Почему бы и нет? Зачем говорить, что это невозможно? Слушайте эту песню, и пойте ее.

“О, Рупа Госвами, когда по твоей беспричинной милости, ты дашь этой несчастной душе право жить по Вриндаване? Ты - преданный рагатмика, и ты вечно освобожденная душа, ты близко общаешься в Радхой и Кришной. Твой смиренный слуга хочет стать попутчиком твоих лотосных стоп” (“Шаранагати”, 7.9.4).

Давайте и мы обратимся к Бхактивиноде Тхакуру и падем ниц перед ним. Он сделает нас пылкими, такими же, как и он.

В следующей серии песен, он начинает каждую песню со слова “Гурудев!” Гурудев, вы дали мне это место в Годруме, в лесу Гаудия, и вы дали мне наставление жить здесь и петь имя Хари. Но, когда же вы сделаете меня достаточно квалифицированным для этого? И когда же, наконец, я выдержу все лишения и стану служить Господу Хари, не отвлекаясь?” (“Шаранагати”, 7.10.2).

Он изображает себя, как он это делал и прежде, обеспокоенным болезнью, страстью и опасениями. Как это можно постичь?

Первый способ понять это, это принять мысль, что он напоминает нам, что до тех пор, пока мы не достигли совершенства, мы все еще поднимаемся и падаем. Бхактивинода Тхакур описал для нас блестящие состояния духовного подъема и подарил возможность заглянуть в вечную Враджу, однако он продолжает напоминать, что тело все еще заявляет на нас свои права, и наши беспокойства не прекратились, пока мы не покинули этот мир, раз и навсегда. Это его способ давать наставления. Он продолжает плакать, как падшая душа, и умолять, у стоп своего гурудева.

Гурудев! Крипа бинду дийа, коро` ей дасе трнапекха ати хина: мы все любим петь эту песню, даже если не являемся искусными певцами. Я напеваю ее, когда еду в фургоне, другие поют ее про себя, когда делают покупки, или ждут багаж в аэропорту. “Гурудев! Оказывая мне, вашему слуге, каплю своей милости, вы делаете меня более смиренным, чем травинка. Дайте же мне силу для того, чтобы я смог преодолеть все испытания и тревоги, и освободился бы от стремления наслаждаться почестями” (“Шаранагати”, 7.11.1).

Мы можем усомниться в том, что преданный может принимать своего гуру как посредника во всех наставлениях Кришны и благословениях. Как может ученик молить гуру о разуме, как если бы он был Сверхдушой? Этот вопрос, в особенности, уместен, когда гуру уже покинул эту планету.

Но, освобожденный духовный учитель, Вайшнав, - это сакшад-дхаритвена, непосредственный представитель Кришны. Он может сделать все, что может сделать Кришна для искреннего преданного. Бхактивинода Тхакур не выдумывает и не преувеличивает. Это наша сиддханта. И это также созвучно с чувствами ученика. Отношения с гуру всегда были колыбелью его духовной жизни.

Сознание Кришны начинается и заканчивается в гурудеве. “Заглянув в себя, я не нашел там ничего ценного. Поэтому я так нуждаюсь в вашей милости”. Гурудев! Кабе мора сеи ха` бе: “Когда же я смогу управиться с моим умом, и в уединенном месте стану воспевать имя Шри Кришны? Когда же кромешный ад мирского существования перестанет эхом отзываться в моих ушах, и все болезни тела останутся в прошлом?” (“Шаранагати”, 7.12.1). Бхактивинода Тхакур страстно желает саттвика-экстазов, слез любви, которые приходят во время воспевания Харе Кришна. Когда же, когда, даже еще находясь в этом теле, он сможет петь святое имя именно так?

Гурудев! Он ждет того дня, когда, по милости своего гурудева, он сможет осознать вечную реальность нитйа-лилы Господа Чайтаньи. Панча-таттва затопит всю вселенную опьяняющим нектаром святого имени. Преданные повсюду будут совершать маха-санкиртану. Бхактивинода Тхакур предвидит распространение блаженной лилы Господа Чайтаньи, в то время, как он поет свои песни в одиночестве. Кто мог предугадать, что это случится? Но, уже сейчас преданные собираются изо всех стран мира, включая Китай и Россию, Америку и Африку, страны Карибского бассейна и Францию - все страны, большие и маленькие, в Майапуре, чтобы воспевать имена Шри Шачинанданы и Гаурахари! - Это произошло.

О Гурудев! Пожалуйста, позвольте мне быть частью Вашей миссии. Позвольте мне служить преданным. Позвольте мне говорить о вашей славе. Защитите меня от посягательств гордости и тщеславия, от безумия эгоистический жизни. Позвольте мне не потерять самообладания, даже если “материалисты забросают грязью мое тело, или объявят, что я окончательно сошел с ума”. Позвольте мне рыдать в поисках вашей милости, и дайте уверенность в том, что я принадлежу вам. Если я не смогу работать для вас, то какой смысл для меня будет во всем остальном?

Далее идут “Сиддха-лаласа”, три песни о жажде духовного совершенства. Он не хочет ничего кроме того, чтобы стать радха-даси. Он достигнет этой цели, живя как нищий монах на земле Навадвипы.. Он уподобится безумцу, который забыл о всех мирских приличиях и взывает: “О, Радха! О, Кришна!” Он будет кататься на земле на берегах священных рек, падать ниц перед жителями святых дхам, и пачкать свое тело пылью со стоп Вайшнавов. Он перестанет видеть различия между жителями Враджабхуми и Навадвипы, и как он говорит сам, “Я сделаюсь жителем Враджи”. Истинная природы дхамы откроется ему, “И я стану служанкой Радхарани”.

Бхактивинода Тхакур заглядывает в следующую жизнь. Он отбросит все телесные отождествления в последней миг, и больше никогда не родится снова в мире иллюзии. Он родится как дочь одной из гопи в городе царя Вришабхану. “О, когда же Радха проявит свою милость и власть, и я обрету свое собственное тело, имя, форму, и наряд, и когда же, по Ее милости, я буду инициирован в божественную любовь к Кришне?” (“Шаранагати”, 8.2.3).

Эта дочь гопи пойдет, чтобы принести воды из Йамуны, лелея в своей памяти понимание той любви, которая соединяет Радху и Кришну. Словно безумная, очарованная божественной любовью, она будет петь славу Радхарани. В настроении помощницы гопи, она станет служить руководительнице сакхи. “Я буду всегда стремиться приносить радость Шри Радхе… И я никогда не откажусь от Ее лотосных стоп ради Его уединенного общения. Я сама - вечная частица Радхики, и поэтому я не стану даже смотреть в сторону тех, кто отказался быть в свите Радхи, - кто бы это ни был, и каковы бы ни были их пути” (“Шаранагати”, 8.3.1,2,4).

Теперь Бхактивинода Тхакур поет “ Кабе Ха` бе Боло”. Это выражение горячего желания достичь духовного уровня. Есть два способа достичь Кришны - следуя восходящему методу практики садханы, анартха-нивритти и т.д., и благодаря нисхождению милости Самого Господа. Милость Кришны называется “беспричинной”, потому что она не нисходит благодаря нашим усилиям. Преданные одновременно выполняют садхану и ждут милости. Эти два способа достижения Кришны часто иллюстрируют рассказом о том, как кошки и обезьяны носят своих детенышей. Котята полностью зависят от силы их матери, детеныш же обезьяны должен держаться за счет собственной силы От молодой обезьяны, которая не способна сама удержаться, ее мать отказывается. С ее точки зрения, это негодный детеныш. Преданные должны делать и то, и другое: и молиться, и прикладывать усилия.

Игры Матери Йашоды, связывающей Кришну, тоже обнаруживают необходимость обоих подходов. Каждый раз, когда Мать Йашода пыталась связать Кришну, веревка оказывалась на один вершок короче, чем надо. В конце концов, несмотря на то, что Его мама пыталась сделать невозможное, т.е. связать Абсолютную Истину, Кришна позволил ей связать себя. В силу того, что она прикладывала большие усилия, и того, что она является чистой преданной, Кришна изъявил желание оказать ей служение. Шрила Прабхупада указывает, что это не следует понимать таким образом, что она, в действительности, пересилила Его. В первую очередь, Кришна показал то, что Его не может связать даже Его собственная мать, не говоря уже о йогах-мистиках.

В комментарии к этой части Бхагаватам, Прабхупада пишет: “И теперь Кришна демонстрирует Матери Йашоде другую вибхути, или проявление энергии. Кришна желает показать: “Если Я не соглашусь, то вы не сможете связать Меня. Хотя Мать Йашода связывала одну веревку за другой, в конечном счете, ее попытка связать Кришну всякий раз заканчивалась неудачей. Но, когда Кришна согласился, то ей это удалось. Иначе говоря, даже тот, кто находится в любовных духовных отношениях с Кришной, не может контролировать Его. Но, когда Кришна удовлетворен чьим-то преданным служением, Он устраивает все Сам. Севонмукха хи джихвадау, свайам ева спхурати адах. Кришна открывается преданному все больше и больше, по мере того, как тот продвигается в преданном служении”.

Следовательно, мы должны поступать так, словно все зависит от нас, и одновременно знать, что, в действительности, все зависит от Кришны. Тогда мы можем начать страстно стремиться к тому, чтобы обрести Его милость. Горячее желание подразумевает молитву. “Скажи мне, когда же придет этот день? Когда я перестану совершать оскорбления, и в моем сердце появится вкус к чистому святому имени Бога?.. Когда же при произнесении божественного имени Шри Кришны мое тело затрепещет в экстазе, а голос прервется от волнения? Когда же я побледнею, и дрожь экстаза пробежит по телу? Когда же неудержимые слезы польются из моих глаз?.. Когда же Господь Нитьянанда явит мне Свою милость и избавит от мирских иллюзий? Укрой меня в тени Твоих лотосных стоп, и дай мне право проповедовать Твое святое имя… Когда, о когда же придет этот день?”

Есть разные виды молитвы. Бхактивинода Тхакур обращается к Господу и молится о милости. Обычно, молитвы-просьбы имеют место на низшем уровне преданного служения, потому что тот, кто просит, выпрашивает себе материальны блага - здоровье, деньги, потомство. Но Бхактивинода Тхакур просто молится о служении. И его просьба находится на высшем уровне преданного служения.

Это и есть подлинная молитвенная жизнь, если все, чего вы желаете - это милость Кришны и вечное служение Его стопам. Рупа Госвами говорит, что если мы слышим о том, что любовь к Богу можно где-то достать, мы должны немедленно бежать, чтобы купить ее. Та цена, которую при этом нужно заплатить - это очень сильное желание ее приобрести. Это желание не проявляется в течение коти джанма, многих и многих жизней. Мы должны захотеть этого настолько сильно, чтобы ничто другое уже не смогло нас удовлетворить. И тогда мы сможем умолять Кришну в наших собственных песнях, так же как Бхактивинода Тхакур делает это в “Кабе Ха` бе Боло”.

Последняя песня называется “Шри Нама-махатмья”, слава святого имени. В этой песне Бхактивинода Тхакур словно отвечает на все те вопросы, которые он задал в “Кабе Ха` бе Боло” Он очень хотел почувствовать вкус святого имени. Он был готов купить, или даже украсть его расы. Он снова и снова вопрошал: когда же наступит этот день, и я смогу погрузиться в нектар святого имени? И когда во мне пробудится сострадание, так что я забуду о собственном счастье, и отправлюсь распространять святое имя, “смиренно моля всех исполнить священную волю Шри Чайтаньи Махапрабху”?

И вот, Бхактивинода Тхакур покидает нас, в конце “Шаранагати”, заверяя в том, что он уже вкусил сполна нектар святого имени. Но, насколько мы можем осознать это и насколько эта великая душа может дать нам тоже вкусить его? Он пытается описать могущество святого имени, но слова исчерпали себя.

“Имя Господа выходит из моего сердца, двигается к кончику языка, и непрерывно танцует там в форме трансцендентального звука. Я чувствую, как мое горло становится сдавленным, тело трепещет, и ступни ног бесконтрольно двигаются”.

Это симптомы саттвика-экстаза, который могут пережить только редкие души. Это происходит, когда несравненный нектар, наконец, орошает их головы.

Говоря о том, что святое имя неотлично от Кришны, он сообщает: “Он не позволил мне осознать что-либо, так как Он сделал меня поистине сумасшедшим. Он похитил мое сердце, и все, что было моим”.

Это замечательно, что Бхактивинода Тхакур способен послать нам такое сообщение с абсолютного плана на наш ограниченный уровень понимания, который основан на сравнении и бедных чувствах. Мы можем понять, что Бхактивинода Тхакур поистине “ушел” из этого мира, однако он продолжает обучать нас и желать нам добра. Мы внимаем с трепетом и безусловной верой, хоть и с почтительного расстояния по отношению к его проявлениям бхавы.

“Так поступает Он, в котором я нашел свое единственное пристанище. Я не могу описать это в полной мере. Имя Господа независимо и действует, подчиняясь лишь Его сладчайшей воле. Все, что делает Его счастливым, делает счастливым и меня” (“Шаранагати”, 10.5). Бхактивинода Тхакур говорит, что когда святое имя Господа проявляет Свое могущество даже в незначительной мере, то Оно похищает наши сердца, и отдает их Кришне. А когда Оно проявляется полностью, то Оно “вручает меня Врадже и являет перед мной Его любовные развлечения. Имя Бога дарует мне мое собственное духовное тело, Оно удерживает меня рядом с Кришной, и, в конце концов, совершенно уничтожает эту мою смертную форму”.

Есть ли у нас желание идти? Можем ли мы заплатить нужную цену? Я сомневаюсь, что мы можем сделать это в своей нынешней жизни. Хотя, это всегда возможно. Но, я умоляю о том, чтобы мое имя было вписано в перечень душ, жаждущих испытать нектар святого имени. Я не стремлюсь к чему-то еще. Пожалуйста, позвольте мне продолжать слушать тех, кто, в действительности, высоко ценит “Шаранагати”. Позвольте мне слушать, и петь, и говорить на эти священные темы. И пусть это никогда не кончается. Пожалуйста, позвольте всему остальному просто исчезнуть.

Пусть настанет день, когда я буду вынужден слушать “Шаранагати”. Что тогда мы будем помнить о нашей борьбе за то, чтобы повторять шестнадцать кругов внимательно, и о нашем чувстве преодоления в нашем служении? Мы будем сострадательными. Мы будем одновременно воспевать и желать распространения воспевания по всему миру.

Все это возможно только по милости духовного учителя. Нужно умолять о том, чтобы он дал нектар святого имени.

“Имя Кришны - это философский камень, Это рудник всей зрелой преданности и олицетворение чистой расы. После того, как все препятствия к чистому воспеванию святого имени будут разрушены, я обрету совершенное счастье” (“Шаранагати”, 10.8).

Так кончается “Шаранагати” Бхактивиноды Тхакура и записи одной бедной души во время чтения их.

This file was created

with BookDesigner program

bookdesigner@the-ebook.org

28.03.2014

Content

Из несовершенства возникнет чистота

ЕС Сатсварупа дас Госвами