Игорь Бирман

Капиталистический манифест

Книга Игоря – это собрание горьких истин, экспериментально установленных в двадцатом веке. Если они и не стали еще общепризнанными, то лишь в силу интеллектуальной нечестности большой части интеллигенции, для которых социализм – эрзац-религия. Концепция сама по себе настолько примитивна и глупа, что я, например, уже к шестнадцати годам все понял и часами спорил с учителем истории. Благо была «оттепель», нас обоих не посадили, хотя и выгнали из школы. По сути понял я все еще раньше, изучая в шестом классе по математике неравенства. Помню, прочитав в учебнике фразу «неравенство бывает справедливым и несправедливым», я возликовал в душе, тем более что уроки математики у нас шли сразу после уроков по истории СССР.

С тех пор прошло больше полувека. Мой бывший учитель, сильно постаревший, приезжал ко мне в гости в Кембридж, и мы с ним долго смеялись над тем, что история СССР закончилась, а математика все еще торжествует.

Печально, но факт: человечеству не хватило ни мужества, ни интеллектуальной честности признать ошибку. На моей памяти, «честные левые» (те, кто действительно верил в социализм) исчезли к концу семидесятых годов. Осталась лишь номенклатура – и на Востоке, и на Западе – защищающая свои привилегии и не желающая отвечать за свои преступления. Британская лейбористская партия, например, после долгих усилий и дебатов отменила пункт 4 своей конституции о необходимости обобществления средств производства. С тех пор слово «социализм» они не произносят, а сам социализм только укрепляется в Европе. Это вместо того, чтобы встать и честно сказать: «Пролетарии всех стран, извините. Вам нет никакой нужды объединяться. Идите себе, работайте».

Шутки шутками, однако идея эта стоила человечеству несколько сот миллионов жизней, уничтожила целые народы, разорила одну из богатейших стран в мире. И пока что никто не понес ответственности за это.

Остается лишь надеяться, что «Капиталистический манифест» Бирмана будут читать столько же, сколько и «Коммунистический манифест» Маркса – Энгельса. Во всяком случае, перефразируя последних, мы можем сказать: «Призрак бродит по Европе, призрак капитализма».

Пока только призрак.

Владимир Буковский

Кембридж

Предисловие

Паситесь, мирные народы.

К чему стадам дары свободы?

Их должно резать или стричь.

Наследство их из рода в роды

Ярмо с гремушками да бич.

Пушкин

Возможность капитализма – социализма пришла как результат разделения труда в XVII–XVIII вв. Капитализм возник естественно.[1] Социалистический СССР, а вскоре не менее социалистические Италия – Германия появились с окончанием Первой мировой войны. Под влиянием иллюзий первых советских лет западные и другие общества качнулись влево.[2]

Знаменателен финал следующей войны – страны «оси» потерпели поражение, а советские штыки – деньги разнесли по миру моровую заразу «передового учения». В Китае – Вьетнаме – Индонезии утвердились коммунистические режимы. В Индии пришел к власти просоциалистический клан Ганди – Неру. Британские избиратели отвергли выигравшего войну Черчилля в пользу лейбористов. Громадно выросло влияние компартий Италии – Франции.

Тем временем жизнь резко менялась, особенно на Западе: никогда ее уровень, причем не одной верхушки, а всех столь сильно – быстро не улучшался, как в США в XX в.[3] На Востоке и в Африке тоже немалые изменения.

К концу века почудилось, будто поражение СССР в холодной войне «закрыло вопрос» – укреплялся средний класс, страны двигались вправо. Два десятилетия спустя «призрак коммунизма» поднялся из праха и опять колобродит по миру. Правда, в 2008 по-тихому скончалась недавно еще мощнейшая Коммунистическая партия Италии, но каждый пятый россиянин голосует за партию Зюганова, и множится число «государственников». Выборы в беднейшей в Европе Молдове выиграли было коммунисты; к Китаю – Вьетнаму – Кубе присоединилась Венесуэла – Боливия – Перу, другие южноамериканские страны; Обама усиливает державную роль в экономике – социалисты разных мастей есть везде. Куда идем, что будет?

В моей, последней уже, работе негусто материала, неведомого просвещенному читателю (есть повторения прежних книг, тешусь малыми тиражами); норовя изложить существенное систематически, строчу для связности и прописи. Цель – сведя воедино неоглядный материал, относящийся к теме, структуризировать его, оттенив мою точку зрения на спорные (иногда беспросветно) аспекты.[4] Спорные, ибо преобладающая часть читателей, так называемые левые, со мною не согласятся, но хочу, чтобы ведали отличные точки зрения. В вузах подобный курс не читают (напрасно). Тема широка, и получилось длинновато, все же лакуны зияют.

Название книжки занято, слава богу, не по-русски.[5] По понятной причине в ней преобладает американский материал (не такая явная причина – российская литература полнится останками прежней идеологии). В длинном списке литературы названы не одни цитируемые работы, он укажет читателю книги лучше моей.[6] Необычное число сносок (читатель волен их пропустить) и скобок свидетельствуют о литературном моем малоумении.[7] Не мыслю переубедить верующих, располагаю: расслабятся – призадумаются и насладятся переосмыслением несагитированные.[8]

Одна из причин отсутствия количественных оценок – не очень им доверяю. Статистика потребления зиждется, в основном, на опросах. Причины, по которым им не приходится верить, я описал в книге Уровень.[9] В российской литературе достоверность информации не обсуждается, да и в западной – нечасто.[10]

В «общественных науках» трудно быть точным. Дело не только в качестве цифровой информации. В § XII перечислены «причины бедности», и, уверен, упустил какие-то случаи, когда не поймешь – не старается или же просто не везет?

Хотим мы или нет, конструкция власти и экономики есть устройство жизни. Проблемы, которые я обсуждаю, дико сложны и, как изъясняются современные грамотеи, неоднозначны. Кое-какие (!) черты социализма выглядят завлекательно, но дело не в симпатиях, а в реальности – реализуемости, в вопросе, который экономист не может не задать – какой ценой? Увы, не всегда ясно, что именно хорошо, а что плохо, и кому; на закате жизни осознал неоднозначность истины. Несомненна зависимость от угла зрения – на выборах в США голосую за республиканцев, то есть я консерватор. Предпочитаю свободу насильному равенству.

Война между «левыми» – «правыми» идет по всему фронту – взгляды охватывают всю гамму экономических – политических – культурных воззрений, от отношения к борьбе Израиля за существование до величины налогов и экологии. Зная, к какому «лагерю» кто принадлежит, знаешь конкретные позиции, во всяком случае, в Америке. Российскому читателю и не вообразить, насколько различны воззрения и как ожесточенны расхождения, страсти кипят и хлещут через край.

Мои вкусы – предпочтения – предрассудки из ушедшего XX в. Но автор книжки – я. Мое несогласие редко обнажает нечто неведомое «противной» стороне.[11] Так, указывая трудности определения показателей, надеюсь, что оппоненты о них знают. Вторгаясь в несусветно сложную тему, я неотвратимо в чем-то ошибаюсь. Ничто (кроме труизмов) не бывает правильно на 100 процентов; претендую на преимущественную правоту. Иногда перегибаю палку, иначе не выпрямишь. Да и нет идеальных, не ущемляющих чьи-то интересы решений.

Сомневаюсь, что, едва книжка будет опубликована, все бегом побегут исполнять рекомендации, хочу лишь «привлечь внимание». После 2008–9 не покажется, что ломлюсь в настежь распахнутые ворота.

Есть несколько вариантов – разновидностей социализма – какой более (или менее) соответствует, не определить; по старой приговорке, все они хуже. В 1917 (Парижская коммуна длилась недолго) теоретические спекуляции, включая марксизм, к которому я чаще всего (не по любви) обращаюсь, начали воплощаться в жизнь. Громадную роль играют национальные – религиозные особенности; прокламируя всеобщность законов развития общества, Маркс проврался и тут.

Посвящаю книгу памяти друга, Володи Генса. Женя Иванов давно уговаривал написать «про капитализм». Благодарю жену, помимо прочего выправившую сноски (читатель ведает, кого бранить за ошибки), друзей, читавших рукопись, особенно Алека Бобенышева, Эмму Брук и Володю Надеина, а также Стива Гранта, с кем мы полезно спорили, и Андрея Покровского, с кем спорили однажды.

§ I. Великое противостояние

Беда наших либералов не в том, что они неграмотны, а в том, что их знания неверны.

Рональд Рейган

Генеральная дилемма современности – социализм или же капитализм (говорят, третьего не дано, хотя в Китае они сочетаются). Мы различаем их по форме собственности и организации власти (говоря о государстве, имею в виду и муниципалитеты). Советский опыт продемонстрировал важность рынка. Значимо и отношение к неравенству (уже здесь без экивоков скажу: в материальном равенстве мало плохого, коли бы все трудились). Преимущественно различия определяются идеологически; давно известно – всякая идеология (вестимо, кроме моей) застилает глаза.[12]

Капитализм явился на свет божий не по чьей-то придумке и быстро распространился, попытки теоретического «обоснования» появились, когда он столетиями существовал.[13] Социализм же сначала выдумали – он «головной». Попытки построить социализм до XX в. – спорадические (усилия Р. Оуэна, элементы государственного социализма увидели свет при Бисмарке в Пруссии).

Понятие «капитализм» охватывает кучу вариаций: примитивный – дикий – промышленный – государственный – демократический – регулируемый – смешанный – корпоративный – олигархический – полностью развитый. И. Шумпетер называет капитализм административный. Тавтологичен термин «предпринимательский капитализм» – я называю его «нормальной экономикой». Иногда, имея в виду массовое распространение акций и Эсопы (см. ниже), болтают о народном капитализме.

Не меньше и социализмов: анархический – фабианский – революционный – государственный – синдикалистский – научный – развитой– демократический.[14] Чернышевский звал к социализму общинному, есть эволюционный (социал-демократический), даже монархический.[15] Самыми известными в ХХ в. стали советский, так сказать интернационал-социализм, и национал-социализм.[16] Муссолини жонглировал понятием «корпоративного (guild) социализма». В Европе есть христианско-социалистические партии. В Ливии – «исламский социализм». Мизес назвал главу книги Socialism – «Этический социализм». Изобрели «социализм с человеческим лицом», Г. Х. Попов измыслил «либеральный социализм».[17]

«Основоположники» претендовали на «научный социализм», успешно утаив, в чем состоит научность.[18] К тому же их теория не содержит реальных указаний о функционировании социалистической экономики, разве что краткие Замечания к проекту Готской программы. Сам Маркс практически ничего не поведал о социализме, чуток больше – Энгельс. Нет у них и объяснений (менее того, доказательств!) эффективности социалистического производства по сравнению с капиталистическим. Стержневой двигатель экономики – сидящий в генах личный корыстный интерес – они едва разглядели. Не создана теория и под советской властью.

Социализму – коммунизму (коллективизму) противопоставляют индивидуализм. Вроде бы плохого мало в заботе коллектива обо мне, но ничто не бывает бесплатно, это означает подчинение общему интересу, причем руководство (в тех же профсоюзах) захватывают люди, ведомые интересами собственными.[19] Заявленная цель социализма – достичь высокого материального уровня жизни для всех – красива. Худы призывы к всеобщему равенству, а главное – объявленные (частично осуществленные) средства достижения сей благодати.[20] Результаты известны.

Пишут, что на севере Европы – социализм: объемные социальные программы, высокий уровень жизни, доходы разных групп населения не чрезвычайно различаются, нет смертной казни. Нет, там элементы социалистического распределения, а производство – капиталистическое.

По И. Шафаревичу (опирался на К. Каутского), сначала был хилиастический социализм (Н. Бердяев: его элементы присутствуют в теории социализма – коммунизма), потом (по Марксу) – утопический, после Первой мировой войны пришла пора «научного социализма».[21] Вторая мировая война добавила ему жизни. Определяя «контуры социализма», Шафаревич указал 4 «основных принципа»:

• уничтожение частной собственности;

• уничтожение семьи;

• уничтожение религии;

• общность (уничтожение иерархии).

Первый принцип указан верно. Второй принцип, провозглашенный Коммунистическим манифестом, по меньшей мере, спорен и почти не реализовывался. Третий принцип я бы переформулировал: религия замещается коммунистической идеологией.[22] Общность означает равенство, претензий на него в социализме более чем достаточно. Что касается уничтожения иерархии, то видоизменившись, она расширяется – укрепляется.

Шафаревич, не выделяя в отдельный пункт, подробно пишет о нивелировании личности.[23] Центральная идея апологетов начиная с Оуэна – при социализме люди «перевоспитываются»: избавляются от своекорыстного, живут интересами коллектива. Теоретическое основание иллюзии – утопии «социальной инженерии» неведомо, а в живой жизни СССР – Китая – Кубы подобного не произошло, наоборот – всеобъемлющий дефицит укрепил «хватательный инстинкт».[24]

Борьба правых – левых относится не только к частной собственности и системе хозяйства. В Америке на правом флаге амальгама верующих, сторонников свободы (от государства) и отвергающих социализм. Не все привлекает меня, к примеру сказать, отношение к религии.[25]

Как бы то ни было, человечество делится на два «подмножества». В одном люди, осознавшие надобность собственного труда, своих стараний для преуспеяния. Они стремятся сами распоряжаться своей жизнью, ставят личную свободу во главу угла. Такое политическое течение называлось либерализм (liberalism), позже слово «либералы» присвоили левые и теперь именуют либертанизм.[26]

Другие (большинство человечества – массы – толпа – пролы – плебс– охлос – чернь – быдло) избирают заботу государства о себе, любимых, работать не любят, предпочитают досуг, мнят себя вправе жить за чужой счет. Дерзну сказать – это великое противостояние свободных людей и безответственных лодырей (паразитов).

Борьба, продолжающаяся давно, отнюдь не закончена.[27] Так, в 1986 появилась книга с красноречивым названием.[28]

§ II. Интеллигенция

«Он умен, – подумал Иван, – надо признать, что среди интеллигентов тоже попадаются на редкость умные».

Мастер и Маргарита

Отчего социализм так популярен среди интеллигенции («людей слова», по Э. Хофферу), откуда столько социалистов?[29] Я не «против» интеллигенции, у самого спина сутулая – речь об отношении к социализму. Известна нерациональность масс, политиканы ее (их) употребляют. Но речь не об образованцах, а об интеллектуалах.

Исторически совсем недавно население бедствовало, материальное неравенство вопияло, побуждая естественное возмущение. Теперь в «индустриальных» странах Запада страдает подавляющее меньшинство. Тем не менее, левые партии, борясь за голоса избирателей, упирают на помощь им. Напоминает народников, агитировавших русских крестьян. Как не вспомнить самоедов – при любых формах передового строя тягостнее всех приходится интеллигентам.[30] Заметим, американские профсоюзы были среди ярых противников СССР.[31]

Христианская церковь с зарождения была «просоциалистической». Такая она и ныне, особо в Южной Америке. Достоевский в Дневнике писателя цитирует Белинского: «…если бы появился Христос, он бы присоединился к [социалистическому] движению и стал бы во главе его».[32] В другой книге сравнивал христианство с социализмом, а вспомнил потому, что немало умных – образованных людей веруют в бога и/или в социализм. В первом случае понятно – страх смерти, да и не все наука разъясняет, а я, неисправимый атеист, сосредоточусь на «безбожном» учении.

Почему столь популярен Маркс, как комплект лозунгов – подтасовок овладел умами?[33] Почему столько любителей социализма, ведь и теоретически, и практически все ясно?[34] Полно их и среди капиталистов; возможно (не сам придумал), они тянутся к «творческой интеллигенции», которая формировалась из низов (интеллигенты в первом поколении).

Не возьму в толк, почему Демократическую партию США поддерживают миллиардеры Баффет – Сорос (не раз видел их по ТВ и ничего такого уж умного не ухватил, безумные траты Вашингтона на выход из кризиса они одобряют). Мизес называет психологические факторы левизны.[35] В другой книге он перечисляет несколько причин, почему людям не нравится капитализм – не добившись желаемого, люди винят систему, а не себя.[36] Причина элементарна – зависть; именитый профессор философии не может пережить, что футбольный тренер получает больше.[37] Но чему – кому завидуют баффеты – дерипаски?

Подивился, прочитав, что в значительной степени квантифицированы различия между ними в генах (0,62 в пользу левых).[38] Другая понятная причина распространения левых взглядов среди интеллигенции – социальное давление. Когда коллеги – друзья – родственники – левые, трудно иметь собственное мнение. И в «общественных науках» не ищут истину, а доказывают, как я сейчас, свою правоту.

Одно из определений называет интеллигенцию «образованцы не у власти, они оттеснены от нее». Книжник, непубличный человек, далекий от политики, написал: «По общеевропейскому пониманию это слой общества, воспитанный для того, чтобы руководить обществом, но не нашедший для этого вакансий и предлагающий обществу свою критику или свои предложения со стороны… Общественные движения – результат стихийных, массовых социальных сдвигов, и искать для них инициаторов – это значит ставить небезынтересный, но практически праздный вопрос… Интеллигенция была осознавателем общественных движений, но не инициатором их».[39] Верно, ни Спартак, ни Пугачев, ни Разин не прибегали к их услугам, однако интеллигенты (тот же Фома Джеферсон) среди «отцов-основателей» американского государства. Российская интеллигенция XIX – начала ХХ вв. тоже «рыхлила почву», родовая ее черта – неуемное желание вести – направлять.[40]

«Великий Кризис» толкнул западную интеллигенцию влево. Потом отхлынули, недавно поворотились опять. Так и болтаются, как сор в проруби. Мизес видел: важно нехотение нести ответственность (делать выбор), позыв переложить ее на государство. Мы, правые, не зря твердим о свободе.[41]

Идеологическая борьба идет вяло, печатно капитализм защищают слабо, все уже сказано. Среди наиболее известных (частично переведены на русский) книги Людвига фон Мизеса, Фридриха Августа фон Хайека, Эйн (Айн) Рэнд, Милтона Фридмена.[42] Фолиант (почти 600 страниц) Mises, Socialism в 1994 издан по-русски. В гигантской западной литературе на эту тему редки ссылки на нее. И не критикуют, самый действенный метод – замалчивание.[43] Не избегу сказать – сподручно нам крыть социализм, он доказал негодность делом.[44] Мизес все разглядел в 1922, он начал Socialism: «Сегодня никакая политическая партия не осмелится открыто защищать частную собственность на средства производства. Слово „капитализм“ выражает в наше время только зло». Увы, человекам любы не пророки, а шарлатаны.

Не все написанное нашими классиками бесспорно, не нужно на них молиться. Так, неубедительны рассуждения о размере потребления богатых.[45] Читатель увидит и другие несогласия. Увы, не всегда и я прав, молиться ни на кого не надо.

Несравненно больше книг любителей социализма: назову писателей – Эмиль Золя, Бернард Шоу (он и Ленина – Сталина славил), Эптон Синклер, Жан-Поль Сартр, Грэм Грин, Гюнтер Грасс… список длинен.[46] Ключевой пункт – капитализм основан на худших чертах: корысть – жадность – эгоизм.

Не все американские демократы за социализм (особенно на словах), видна все же идейная близость. Они начитаннее – окультуреннее, не скажу умнее; к счастью, «не чересчур культурные» избиратели часто предпочитают республиканцев.[47]

Политические партии Запада воюют друг с дружкой. Так, левые умалчивают, как Франко – Пиночет, люди с достоинствами – недостатками, увели свои страны от социализма и добились экономического успеха (не сразу найдешь объективную книжку о них), а популярнейший Че Гевара, при всех его идеалистических фантазиях (может, как раз поэтому), был бандитом.[48] Но, ухватив власть, лидеры левых партий не борются с капитализмом. Тони Блэр, после избрания премьер-министром, заявил по ТВ (слышал сам): лейбористам пора перестать стесняться слова «социализм». А от национализации воздержался.

Два «лагеря» друг друга не читают. На научных конференциях нет споров – дискуссий, прямых столкновений взглядов.[49] А когда упоминают противную точку зрения, незначительные pro как бы уравновешивают крупные contra.[50]

Фундаментальнейший факт – благодаря капитализму уровень жизни в США, обеспечиваемый объемом ВНП-ВВП (количество товаров – услуг на душу), выше всех в мире. Но Mises: «Сами по себе факты ничего не доказывают – опровергают. Все решает интерпретация – объяснение фактов идеями и теориями».[51]

Опрометчиво считать левых безмозглыми дураками; иные, верно подмечая изъяны капитализма, веруют, что социализм «справедливее».[52] Они рядятся в антиглобалистов – пацифистов и т. п., а исподволь сдвиг вправо происходит (кризис 2008–9 отбросил назад).[53] При всем том, не надеюсь на «перевоспитание» интеллигенции в обозримом будущем: она не в меру идеологизирована.[54]

Целиком расходясь с взглядами левой интеллигенции, не ставлю под сомнение ее помыслы – стремления, не обвиняю в сознательном обмане, а пишу о зряшных иллюзиях, о «беспочвенных мечтаниях» (известно, куда ведут благие намерения). Никсон, рассказав, как разоблачил советского агента Алджера Хисса, грустно заметил, что коммунисты нередко воодушевляют молодежь лучше, чем поборники свободы.[55] Впрямь, борьба за преуспеяние человечества представляется благороднее, чем собственное благоденствие.[56] Черчилль: «Если в 20 не левый – нет сердца, а если в 50 не правый – нет мозгов». Нынче добавили: «и если не платит налоги».[57]

Пока мы, правые, проигрываем интеллектуальную борьбу, пора интеллигенции избавиться от идеологической катаракты. Как проницательный читатель сам подумал, далеко не все интеллигенты, среди которых выдающиеся ученые, – пламенные леваки.[58] Инженеры – компьютерщики – биологи – агрономы – врачи – учители, придерживаясь взглядов, отличных от моих, движут человечество вперед.[59] Жизнь многообразна – не соскучишься.

Чем живет интеллигенция России? Вроде бы она поправее западной: сказывается опыт жизни под социализмом.[60] То же относится и к эмигрантам – и в США, и в Израиле они в основном на правом фланге.

Закончу раздел замечанием об экономической науке – economics, к которой и сам, аз грешный, отношусь. Сперва хвастану – заключительный раздел книги Уровень назвал «Бессилие экономической науки». Внятная ее импотентность подтвердилась во время кризиса 2008–9. Смекаю, неудачи происходят преимущественно оттого, что наши построения исходят из рациональности экономики, а она, не будучи разумной, непознаваема – непредсказуема. Бают – б. советские экономисты не преуспели, шествуя вне общемирового развития economics. Так ведь и среди западных экономистов полно левых. А о результатах – слава моим б. коллегам, внесшим неоцененный вклад в крушение советского социализма!

§ III. Критерий

Октябрь 1917, внучка декабриста:

– Что там на улице?

– Революция, барышня.

– Это прекрасно, дедушка тоже был революционером. А чего они хотят?

– Чтобы не было богатых.

– Странно. Мой дедушка хотел, чтобы не было бедных.

Вилка Юма: «Или наши действия предопределены и мы не ответственны за них, или же они результат случайного процесса и мы за них не ответственны».

S. Blackborn

Для любого сравнения необходим критерий – показатель, измеряющий цель. Попросту говоря, что хорошо, а что плохо. Оставляя в стороне вопрос о смысле жизни, история человеков наполнена неустанной борьбой за рост потребления.[61] Казалось бы, все сводится (не забудьте, я – экономист) к удовлетворению (материальных) потребностей. Казалось бы, но немедленно возникает множество закавык, да и к опрощению призывают.[62] Одна из проблем – где духовные потребности? Критиковали и принцип утилитаризма Еремея Бентама – морально то, что приносит наибольшее счастье наибольшему числу людей.[63] Возражения элементарны. Нет способа свести воедино материальные – духовные потребности, хотя там, где материальные нужды удовлетворены, с духовными легче, а большинство населения – рабочие – крестьяне – инженеры по технике безопасности – фокусируется на материальных благах.

Измерение (измерять надо!) уровня жизни – проблема.[64] К сожалению, определение не общепринято и не виден способ установить – рассчитывать показатель.[65] Практически оперируют денежным доходом; эрзац неубедителен, доход (и его нелегко исчислить!) не равен потреблению. Кое-как исчисляют доход в среднем, но не резон игнорировать распределение по группам населения.

Простейший способ приумножить производство и, следовательно, потребление – увеличить затраты труда: продлить рабочий день и/или повысить его интенсивность. Так, беспрецедентный подъем уровня жизни американцев в ХХ в. связан, в частности, с тем, что женщины пошли работать.[66] Сокращение рабочего дня тоже может представлять собой критерий.[67] Восьмичасовый рабочий день, достигнутый после Первой мировой войны, – из ключевых успехов вековой борьбы за повышение жизненного уровня. Против сокращения продолжительности труда не возразишь: в конце концов, если и есть «цель» (смысл) нашего существования, вряд ли именно в работе. Увы, возникла проблема, чем – как занять свободное время. Кроме того, непонятно, какой труд: рутинный – тяжелый – конторский и т. п.?

Не обязательно речь об увеличении (росте) потребления, тот же избыток дешевой пищи – не благо, как и рост медицинских расходов.[68] Считается, что прибыль не учитывает важные аспекты (главным образом, гуманистические). Частично верно, первейший пример как раз медицина, где прибыль не отражает нашу цель (делать здоровым, не увеличивая масштаб лечения). Помимо прочего, нужно помнить о счастии, а его не измеришь. Определяющий фактор счастья (по-моему!) – насколько люди свободны в выборе, как жить свою жизнь.[69] Но ценность свободы (в том числе, от тщеславия) относительна, иным она в тягость. Увы, иной критерий не виден.

Мы обсуждали критерии сравнения систем, но «внутри» каждой из них действует собственный: при капитализме прибыль, в социалистических же системах она не работает (работает ограниченно). Коренное преимущество критерия прибыли – он вбирает в себя разные факторы, избавляет от «системы показателей», при которой не выберешь: по одному показателю лучше, а по другому – хуже.

§ IV. Частная собственность

– Кацо, что такое абрикос?

– Ну, как тебе сказать? Картошку знаешь?

– Да.

– Совсем непохоже.

Она так же естественна (соответствует нашей натуре), как, не упущу сказать, неравенство (о нем ниже). Ее надобность вытекает из элементарного – ресурсы ограниченны, все надобное существует в меньшем количестве, чем требуется.[70]

Сразу же оговорюсь, «частная» не значит «негосударственная». В России была общинная собственность (вспомним усилия Столыпина), есть кооперативная (в особенности, колхозная) и религиозная собственность.[71]

В 1910 учебник для жандармских офицеров четко определял: социализм – это «учение об устройстве общества, которое отрицает право частной собственности на средства производства».[72] Грамотные люди учили жандармов.

Собственность – один из старейших институтов. В кодексе Хаммурапи (XVII в. до н. э.) предусмотрена защита частной собственности, то же в римских законах двенадцати таблиц (V в. до н. э.).[73] Где-то писал, что пока избыток произведенного над немедленно потребленным обращался в предметы роскоши и строительство замков – храмов, экономика стояла на месте, но когда часть частных собственников употребили избыток на образование сначала торгового, а потом и производственного капитала экономика понеслась вскачь.

В наше время противники капитализма признают преимущества частной перед общественной собственностью, знаменитые некогда слова Прудона «Собственность – это кража» и не вспоминают. Лучше всего люди работают на самих себя – это и обеспечивает система, основанная на частной собственности. Она приносит материальное благосостояние всем – уровень жизни населения выше! Более того, она – основа независимости (главным образом, но не единственно, материальной) от постылого государства. Она создает, так сказать, необходимые, хоть и недостаточные условия «для полного счастья».[74] Только при частной собственности в полной мере работает самолучший критерий – прибыль (само собой, на вложенный капитал).[75] Практика, которая по марксистскому канону, есть критерий истины, выявила ее преимущества: провалы советской экономики и национализации отраслей промышленности в Англии после войны не случайны.

В «наикапиталистическом» обществе есть ограничения на частную собственность. Урезаны права владельцев приморских («привóдных») территорий в США, в Швеции запрещено препятствовать проходу через твою территорию. Все же существенна степень «уничтожения частной собственности» (то есть национализации) в стране. В 1917–8 ее извели в России.

Поборники социализма настойчиво искали новые формы нечастной собственности: те же колхозы. И в СССР, и в «странах народной демократии» они были настолько неуспешны, что развалились (есть исключения). Благополучные поначалу кибуцы в Израиле, созданные энтузиастами, сходят на нет. В США распространение получили так называемые Эсопы (Employee Stock Ownership Plan).[76] Возникали они, когда владельцы закрывали предприятия, люди не желали оставаться без работы и выкупали их; такое все реже. Причина неуспешности – коллективные владельцы не жаждут тратиться на капиталовложения. TVA (Tennessee Valley Authority) – единственное госпредприятие, созданное под Ф. Рузвельтом.[77]

В обсуждениях упускают полную несправедливость национализации. Хотя частная собственность должна быть неприкосновенной, в редких случаях общество имеет право на нее посягнуть (скажем, для дороги), но с надлежащей компенсацией. Иначе она – грабеж, какими бы красивыми словами ни прикрывалась.

По крайней мере, в двух случаях экономический успех частично (!) связан с ограниченной приватизацией. Первый – Тайвань, где базовые отрасли (металлургия, железные дороги) находились в ведении государства. Второй – тоже китайский, где, как известно, основная доля экономики (по разным данным, половина) принадлежит ему, а темпы развития высокие (есть и другие причины – см. ниже). Я отмечал это лет двадцать назад, объяснения не встречал. Как мне теперь кажется, по-видимому, приватизация имеет смысл в развивающихся экономиках, когда истинно капиталистические отношения еще не сформировались.

При перековке своекорыстной человеческой природы общественная собственность могла бы быть лучше.[78] Однако история свидетельствует: люди не меняются; бесценный опыт социалистических стран показывает, что идея радения об общих интересах ущерб собственным – химера.

§ V. Рынок

– Рабинович, чем торгуешь?

– Покупаю десяток яиц по рублю, варю и продаю по рублю.

– А что ты с этого имеешь?

– Во-первых, навар, а во-вторых, я – при деле.

«Рынок» означает два близких, все же разных понятия: розничную – оптовую торговлю и экономическую систему, в которой отношения предприятий между собой осуществляются на коммерческой основе.[79] Антитеза рынку во втором значении (дальше я имею в виду именно его) – планирование. Понятия «свободного рынка» и частной собственности, обозначая разные явления, на самом деле близки друг другу, ибо рыночная система не работает без частной собственности, а та требует рынка.[80]

Частная собственность создает необходимые условия для работы свободного (от государственного вмешательства) рынка – системы свободного предпринимательства. Преимущества рынка фундаментальны.[81]

• порождает «сигналы»: что – когда – где требуется;

• гибкость (в противоположность «жесткой» плановой системе): считается, что, саморегулируясь, он сам исправляет свои ошибки. Увы, бывают исключения;

• рынок подлинно демократичен. Не чиновники, а люди сами решают, что – когда – где им требуется. Желания – вкусы – предпочтения потребителя (который «всегда прав») диктуют производству, когда – сколько производить. Рынок в принципе противостоит государственному регулированию;[82]

• не переоценить: рынок формирует цены, нет другого способа установить их «правильно». Раз уж мы заговорили о ценах, державный контроль над ними (как затверждение их величины, так и временное «замораживание») неприемлем, убивает преимущества рынка.[83]

Предлагали противоестественный гибрид – «рыночный социализм». Однако рынок без частной собственности не работает, поскольку ограничена конкуренция и «неправильны» цены. А относительные (!) успехи Югославии – следствие щедрой помощи Запада и того, что социализм с рынком лучше, чем без.

Вспомним прославленную «невидимую руку» Адама Смита, не раз прорезались сомнения в ее всеблагой роли. Кажущаяся альтернатива – централизованное народнохозяйственное (то есть всей экономики) планирование. Нас учили – наставляли – заменяя «стихию рынка», оно обеспечивает пропорциональность и приоритет общественных (вместо личных) интересов – стимулов (о планировании мы ниже поговорим). Однако практика, которая, повторю, есть критерий истинности, продемонстрировала преимущества «стихии». Конечно, стихия не без изъянов, но пороки планирования много хуже.

§ VI. Власть государства

– Рабинович, как ты посмел назвать «государство» в графе «иждивенцы»?

Экономика в высокой степени зависит от политической организации общества, они взаимозависимы. Власть, вдобавок к форме собственности, определяет принципиальную разницу между социализмами разного рода и свободным обществом (обществом свободных людей), называя кошку кошкой, капитализмом.[84] В научной (претендующей) литературе толкуют об этатизме, то есть о доминирующей роли «сильного государства». Старая идея абсолютной государственной власти, воплощенная в XVII в., оправдывалась нуждой пресечь гражданские войны и обеспечить «порядок в стране».[85]Звучит знакомо.

Выше помянул, что по политическим взглядам принадлежу к правым консерваторам, точнее, я – либертарианец (libertarian), исповедую либертаризм.[86] Узловое отличие – представления о роли государства. Очень кратко (и неизбежно упрощая), левые верят в расширяющуюся его роль, включая помощь тем, кто не преуспевает, для чего вздувают налоги. Консерваторы, в особенности мы, либертарианцы, настаиваем: государство преимущественно вредоносно. Оно командует, понуждает на ненужное нам, а зачастую и никому не нужное «в общественных интересах». Решения государственного аппарата часто нерациональны, особенно за отсутствием критерия («общественные интересы» туманны). Без меры разрастаются его функции, в том числе контрольные (контролируют нас), аппарат постоянно расширяется (за долгую жизнь в СССР – США не упомню единого сокращения), все за наш счет.

Родовое свойство всякого государственного аппарата – бюрократизм.[87] Цветут чинопочитание – лизоблюдство, страшный порок – всеобщее мздоимство (не мне рассказывать о нем россиянам).

Да еще разводят жуткую секретность вокруг своей (без)деятельности.[88] Рейган призывал заморить чудище (beast) голодом – не сумел преодолеть сопротивление Конгресса.[89]

В свободном обществе (при торжестве либертаризма) роль государства сводится к минимум миниморум: не люди для государства, а оно – для людей.[90] Различие фундаментально и настолько отчетливо (не всем!), что избегу долдонить банальности. Не знаю, где люди поистине свободны, даже в США власть – функции чудища избыточны – элементы социализма есть везде. Поскольку различия мнений неизбежны, гарантируются права меньшинства. Это удобно забывают, однако значимость тут не переоценить. Суть – меньшинство обладает всеми правами, включая право на публичное выражение своей точки зрения. Без этого демократии нет.[91]

Коренное отличие свободных стран – противостоящие друг другу независимые ветви государства (в США их три, кроме того штаты– муниципалитеты мало зависят от центра в своих делах). Не менее существенна регулярная сменяемость администрации.[92] И конечно, прессе (СМИ) быть независимой.

Еще Джеймс Милль писал, что государство защищает слабых, имея в виду защиту их прав.[93] С конца XIX в. понимают так, что обеспечивает бедных. Боюсь, ни в России, ни в СССР Милля не читали, права не защищали, госпомощи нуждающимся не было (разве что земства).[94]

Ключевой момент – степень вмешательства в экономику. Глупо допускать державное руководство производством, известные случаи национализации хозяйства к успеху не вели. Государственная собственность ликвидирует экономические отношения в народном хозяйстве, которое становится как бы одним предприятием, конкуренции нет. Под влиянием Джона Мейнарда Кейнса десятилетиями считалось, что государство помогает выходить из кризиса, «стимулируя» экономику созданием рабочих мест, занимая людей хоть бессмысленным строительством пирамид.[95] Затем вера в кейнсианство пошла на убыль, осознали вред государственной деятельности.[96] Однако в 2008–9 издержали триллионы долларов на попытки остановить кризис.

С другой стороны, роль государства не преуменьшишь. Оно, больше некому, регулирует финансы страны, в том числе денежное обращение. Не все тут просто, не бесспорна роль центральных банков, независимых на Западе.[97] Воздержусь высказываться о контроле бирж, публика склоняется к минимуму.

Важнейшая функция государства – поддержание системы законов, защищающих права собственности (property rights); без них капитализм просто не работает. Государство обязано вести также беспощадную борьбу с монополиями. Это трудно, но, как продемонстрировал опыт AT&T, вполне реально. Государство защищает (пытается) тех, кого надувают нечестные люди – борьба с махинациями, с теми же «пирамидами». Государство также создает – поддерживает инфраструктуру (оплачивая частных подрядчиков) – дороги – мосты – водоснабжение – почту и т. п.[98]

Успешные государственные (научные) операции – ядерная бомба, полеты на Луну. Впрочем, создание бомбы не отнесешь к самолучшим деяниям, а космические исследования дают пока мало прибытков. Их особенность – другой, чем прибыль критерий; вообще, государственная деятельность с целью извлечения прибыли – нонсенс.[99]

Что ж, как говорится, это исключения, подтверждающие правило.[100]

Война – из основных античеловеческих функций.[101] Марксистское деление на войны «справедливые» – «несправедливые» отражено старым анекдотом.[102] Как покончить с ними, никто не знает, поговаривают, что инстинкт войны присущ человеку изначально.[103]

Первой задачей государства считают обеспечение безопасности, в первую очередь начальников. В США после 11 сентября 2001 ввели безумно дорогие меры. С тех пор, тьфу, тьфу, пока (!) ничего не случилось, все же они чрезмерны. Бессмысленная печаль государства – границы и визовый контроль – не помеха реальным преступникам. Почти во всех государствах, кроме России – Кубы и т. п., граница не на замке: выезд открыт. Въездной контроль якобы защищает рабочие места, проще же требовать документы о гражданстве при найме. В кое-каких штатах США дают автомобильные права нелегальным иммигрантам – оголтелая глупость. Впрочем, я отвлекся.

Патернализм. Словарь называет его «покровительственным отношением государства».[104] Практически это разные льготы (о них ниже) и командование, включая запреты. Пример – ремни безопасности в автомашинах.[105] Другой – борьба с курением – питьем. Не обсуждаю, хороши ли курение – пьянство, лишь утверждаю – личное дело каждого.[106] Не можно препятствовать участию граждан в лотереях – казино. Стержневая дилемма – в какой степени, отказываясь от личной свободы, мы отдаем себя на попечение государства. Мое предпочтение очевидно.

В трудные моменты, когда требуются радикальные перемены, государственные мужи должны выйти за обычные рамки, возглавить нацию, предложить – обсудить – осуществить программу реформ. Иначе последствия непредсказуемы.

Государственный аппарат находится «над» обществом, царит над ним, «представители власти» имеют особые привилегии.[107] Их надо всячески минимизировать, сводить на нет и монетизировать, что сделает их «прозрачными», обнажит, кто сколько «зарабатывает».[108] В аппарате попадаются честные люди, радеющие общественное благо. И не в меру (да какая тут мера) много народных слуг – карьеристы – взяточники.

Выше я избегал слова «демократия», у нас будет случай к ней обратиться, здесь замечу: «государственников», столь модных в современной России, демократами не назовешь. Возражения против социализма преимущественно экономические, но аморально игнорировать массовые репрессии: загублены сотни миллионов людей – под Мао – 60 млн, в маленькой Камбодже – 2 млн человек и т. п.

Закончу раздел упоминанием фашистских государств. Собственно, фашизм – нацизм обычно взмывают на популизме и однородны социализму; недаром Муссолини начал карьеру социалистом, партия Адольфа звала себя национал-социалистической и рабочей.[109] В 1981 под советской властью издана книга, как – насколько она похожа на нацистский режим.[110]

Специфика фашизма – нацизма и социализмов – жесткая единоличная диктатура. Все лидеры стали единоличными деспотами, не заслужив добрую память о себе.

Другие важные для нашей темы особенности фашизма– нацизма:[111]

• исключительная роль агитации – пропаганды (обычно, лживой);

• как и при «интернационал-социализме», государство доминирует в экономике. Но его роль значимо меньше (без госплана, уцелели буржуи), и люди жили лучше;

• существенные (мягко говоря) ограничения индивидуальных свобод, меньше масштабом, чем при «интернационал-социализме»;

• элементы «социального государства»;[112]

• потакание плебсу.

§ VII. (Не)равенство

Свобода индивидуальна, а равенство – понятие коллективное, навязчивая идея массового сознания. Поэтому толпа выбирает равенство, а человек свободу.

Л. Зорин

Ключевое «возражение» против капитализма – (чрезмерное) материальное неравенство.[113] Статья о коммунизме в Российском философском словаре (1911) утверждала, что все зло в мире проистекает от неравномерного распределения благ. Что они не падают с неба, их необходимо заработать – умалчивают.

История есть история неравенства в разнообразных формах. В основе не одна лень (нежелание трудиться), а и разница природных способностей. Детей делают одинаково, и все ж таки, подобно различиям по росту и цвету кожи – волос – глаз, они неравны доходом. Неравенство следует также из иерархического инстинкта. Как говаривал незабвенный Остап, это медицинский факт. У животных есть вожак стаи – стада; были они и у племен при «первобытном коммунизме». Его устройство неведомо, но естественным образом вожак забирал лучший кусок.[114] Когда возникло государство, в котором функция управления обособилась, усилилось социальное неравенство, обусловливающее неравенство материальное. Так было во веки веков; в той же Древней Греции бедные воевали (!) с богатыми.[115]

Воевали, не мирясь с материальным неравенством. Прежде и более всего, я – экономист, а справедливость не экономическая категория. Все же в большинстве случаев источник подобных войн очень человеческий – не желали винить самих себя, не примирялись с «незаслуженным» преуспеянием сограждан.

Противореча генетике, левые утверждают: люди рождаются с одинаковыми способностями и различия следуют из воспитания. Консерваторы же напирают на разность врожденных способностей.[116] Левые делят общество на социальные группы, консерваторы настаивают на индивидуальном подходе. Но если бог (или природа – один черт) дали кому-то лучшие способности и/или энергию и он/она их использует на благо себе, что в этом скверного?[117]

Историки молчат о первоначальном накоплении и прибытке богатых. Мы, тем не менее, вправе предположить, что оно следовало не из одного неравенства: помимо тех, кто грабил (заставлял работать на себя), обогащались и те, кто сам вкалывал (и/или приобретал рабов), заводил дело, проявлял инициативу.

Декларация Прав Человека и Гражданина провозгласила «Свободу, Равенство, Братство». Какое равенство имелось в виду, кто– как должен его обеспечивать? Подразумевалось «равенство возможностей», точнее «равенство перед законом», литература, как правило, это обходит.[118] Провозглашение (материального) равенства – принципиальная особенность социализма. Кубинское достижение я назвал; с отходом от власти Фиделя принцип вроде бы собрались отменить – не работает.

В проблеме (не)равенства ряд аспектов. Прежде всего, неравенство стимулирует, это самоочевидно.[119] Далее, не очень понятно, как измерять. Обычно меряют по (текущему) доходу, иные замеры (в особенности, по уровню жизни) нелегки. Еще – есть неравенство «внутри» страны и неравенство населения разных стран. Не единственная проблема межстрановых сопоставлений – сравнивают средний доход, а распределение доходов неодинаково.[120]

Есть ли «правильная» степень неравенства, во сколько раз доходам богатых быть выше доходов бедных, какова, так сказать, норма неравенства? – ее нет, и быть не может; не в ООН же постановлять. Доходы некоторых действительно чудовищны, но что прикажете делать? Мне не видятся «заслуженными» миллионные заработки американских певичек – телеведущих – бейсбольных звезд. Общество ничего не выиграло от богатства Вандербилта или того же Абрамовича.[121] И как соотнести такие доходы с их талантом, усердием, рабочими часами? Никто моего мнения (не только об этом) не спрашивает. Или – справедлив ли рынок труда? Наверное, не очень, но где более совершенный инструмент?

Непонятно, как установить верхний предел богатства, да и надо ли? Простейший способ устранить неравенство – срезать доходы богачей, на что направлен «прогрессивный» налог.[122] Серьезный его недостаток (игнорируя моральные аспекты) – сокращаются инвестиции и замедляется рост числа рабочих мест. Второй способ – советский: упразднили частную собственность, никудышно вели экономику. Неравенство вроде бы уменьшилось и все жили скверно: не сравнить бытие членов политбюро с западными толстосумами.

Под социализмом равенство даже спекулятивно условно: различные формы соперничества, включая «социалистическое соревнование», награждение «передовиков», ордена, премии, привилегии (разные продуктовые карточки в войну) и т. п.

Есть три способа вычислить, кому общество должно помочь (наличие более чем одного метода, само по себе свидетельствует об условности понятия).

Абсолютный способ предполагает нормативы потребления.[123] Бедность определяют (по отношению к нормативу) доходом в расчете на члена семьи, в зависимости от ее размера – «порог бедности». В 1960-х чиновница Министерства сельского хозяйства США Молли Оршански предложила шибко научную методу. В то время расходы на еду (по опросу) составляли в среднем 1 доллар из 3 (2 – на все остальное) дохода после уплаты налогов. Высчитали минимальный набор продовольствия («продовольственную корзину»), расценили его, сумму разделили на 33 и умножили на 100 – получился искомый «порог».[124] Ежегодно его пересматривают в соответствии с движением индекса потребительских цен.

Учитывая денежный доход, игнорируют различные виды «натуральной» помощи, то же субсидированное жилье.[125] Пренебрегают также наличием имущества. К абсолютным следует отнести и широко известный показатель Мирового банка – число тех, кто живут на 1 или 2 доллара в день.[126]

Относительный способ устанавливает, при каком доходе, в процентах от среднего дохода в стране, семья считается бедной. В Европе обычно принимают 50 процентов. Почему не, скажем, 30 (в США получается около 40), непонятно. Принципиальный изъян способа – он все время поднимает порог. Иными словами, при нем часть населения неизменно будет считаться беднотой.

Заметим разницу американского и европейского подходов. Абсолютный способ исходит из некоего норматива, относительный – основан на сравнении.

Наконец, субъективный способ нацелен на опросы (кое-кто мнит это достоинством), причем не определено – кого опрашивать и насколько доверять результатам? Случаи его применения мне незнакомы.

В ходу сопоставление доходов разных групп населения. Выясняют, каковы доходы первых 10 процентов населения (первого дециля) и последних 10 процентов (последнего дециля).[127] Соотношение двух показателей – во сколько раз доходы в первом дециле больше, чем в последнем? – характеризует неравенство. Легко видны недостатки подхода. Как раз в этих децилях самые скверные результаты – и самые богатые, и самые бедные избегают опросы и/или преуменьшают доходы. Неубедительны – зряшны и цифры – во сколько раз доходы верхнего дециля росли (снижались) быстрее доходов нижнего.

У взгляда о «лучшести» материального равенства есть серьезные противники. Мизес растолковал: «Только потому, что материальное неравенство возможно при нашем социальном порядке, только потому, что стимулирует каждого производить столько, сколько он может, причем с минимальной стоимостью, человечество ежегодно имеет в своем распоряжении тьму средств потребления. Если стимулы разрушить, производительность снизится, при равном распределении доля каждого индивида будет намного меньше получаемого сегодня беднейшим».[128]

Близкая родственница заверяет, что предпочитает меньше получать, чем видеть вокруг неравенство. По-моему, сокращение неравенства не должно быть целью, во всяком случае, не «любой ценой». Принципиальна в проблеме не степень различия доходов, а рост уровня жизни. Не скажешь, плохо ли само по себе увеличение разницы между децилями. Рост не показывает – как люди живут, следует посмотреть и прочие показатели. Ключевой момент – насколько действительно плох нижний уровень, обеспечен ли жизненный минимум.

Краеугольным камнем марксизма является миф об эксплуатации.[129] В основе лежит (никогда не стояло) учение о прибавочной собственности, которое Энгельс (!) именовал одним из двух главнейших научных достижений Маркса.[130] Суть, кратко напомню тем, кто не избежал постижения этой мути, заключается в том, что наемных работников оплачивают по «стоимости их рабочей силы», а они создают бóльшую стоимость. Эксплуатация и заключается в том, что излишек, прозванный прибавочной стоимостью, забирает собственник орудий производства, капиталист.

Сочиняя теорию, Маркс оперировал реалиями современной ему Англии. Нет слов, условия жизни – работы рабочего класса Англии к середине XIX в. были действительно ужасны. Так ведь не сравнить нынешнюю промышленность любой страны, включая Англию, с бывшим более полутораста лет тому назад.[131] Во всяком случае, оплата определяется не мифической стоимостью рабочей силы, а на ее «рынке».[132] И в этом все дело – нет и не было никаких доказательств, что рабочие создают бóльшую стоимость и оплачиваются по стоимости «рабочей силы», а нехорошие капиталисты – эксплуататоры «присваивают прибавочную стоимость».[133] Да, иным рабочим недоплачивают, но я гляжу сейчас в окно – рабочие ремонтируют наш дом, им явно переплачивают. Громадно пропагандистское значение мифа – он обосновывает «право» государства на прогрессивные налоги, а также на национализацию и «право» граждан – на государственную помощь. Миф «объясняет» и филантропию – дескать, возвращают обществу «несправедливо» заработанное.

Следствие «теории эксплуатации» – бедные бедуют потому, что богатеют богатые. Но бедные есть всегда, в том числе под социализмом. Ненависть к богатеям, знаменитый лозунг «забрать и поделить» – не имеют отношения к реальности: ну заберут, а потом? Где будут господа эксплуатируемые работать? В обсуждениях неравенства игнорируют различия трудового, в том числе интеллектуального, вклада и инвестиций, на которые идет часть дохода.

Еще один аспект – бедные и богатые страны. Не все жители богатых стран богаты, и не все жители бедных стран бедны. С обязательной оговоркой о ненадежности статистики, скажу, что материальное неравенство в отсталых странах глубже, чем в вырвавшихся вперед.

Несколько слов о социальном дарвинизме.[134] Осуждающие его, утверждают – человек ушел из животного мира (правда, но 98 процентов генома мы делим с шимпанзе) и обязан заботится о ближних (тоже правда). Однако такая забота противоречит улучшению нашей породы.[135] Реально выживают «наиболее приспособленные», и не очень понятно, почему – как вмешиваться в природный процесс.[136] Собственно, в этом и ответ – не вмешиваться, ждать «милостей от природы».

§ VIII. Какой «изм» лучше?

К беде неопытность ведет.

Пушкин

– Как после революции: лучше или хуже?

– Ну конечно, хуже: до революции, 40 лет назад, я мог три раза за ночь, а щас лишь разок.

Напомню, что общепризнанного определения капитализма – социализма не существует, ниже я стараюсь указать не более чем их характерные особенности. Повторяясь, среди них: частная – нечастная собственность, свободный рынок – десница государства. Считают также признаками капитализма наемный труд и массовое производство, он не отличен в этом от социализма.[137] О неравенстве я только что толковал.

В 1960–70-х была популярна идея сочетания двух систем, искали, как их «конвертировать». Но когда в 1990-х министра ФРГ спросили, что из опыта ГДР пригодилось после воссоединения, подумав, он молвил: «Пожалуй, правило, позволяющее правый поворот на красный свет». При всем том, реальная дилемма – не капитализм или социализм – а, так сказать, смешанный вариант (см. дальше). Хотя капитализм больше соответствует нашему естеству, однако массы – интеллигенты его не хотят. Чем же он лучше? Перечислю, неизбежно повторяясь, главное:

а) Антитеза частной собственности – общественная, когда «орудиями – средствами производства» владеет государство. Однако при частной люди стараются – напрягаются, а при общественной утрачивают действенные стимулы к эффективной деятельности.

Работа на себя, «в свой карман» – ключевое преимущество капитализма. Настолько, что в конце 1970-х крупнейший американский специалист по продуктивности экономики Эд Денисон поделился – тогдашнее ее (временное!) падение было обусловлено среди прочего переходом управления от собственников к наемным управляющим (менеджерам).[138]

Преимущества частной собственности вне сомнений, однако настойчиво ищут «средние» формы, ту же частично общественную собственность, когда государству принадлежит часть фирмы – компании. Не устану твердить: люди лучше всего работают на себя и хуже всего – на дядю (особенно на двоюродного – государство);[139]

б) Общественная собственность неизбывно требует бюрократических форм управления, в том числе планирования. Буржуи тоже планируют – прогнозируют, речь об экономике в целом. Преимущества так называемого народнохозяйственного планирования – пустая иллюзия.[140] Методика отсутствует, критерий невразумителен, цены неверны и никто – никогда не доказал (деклараций полно), что люди, действующие в общественных интересах, примут решение (составят план) лучший для общества, чем добивающиеся собственной выгоды.[141]

Потуги сотворить «научную» теорию успехом не увенчались. Кроме самого первого пятилетнего, ни один (!) план не был в СССР составлен, ограничивались «директивами к составлению плана», где фиксировали «основные задачи». Объясняется просто: единственный метод планирования – экстраполяция. Разумеется, ни одна пятилетка не была выполнена, рапорты «о перевыполнении народнохозяйственного плана» – фальшивки.

Повторю для усиления – капитализм более естественен – нормален, ближе соответствует нашей природе. Ведь и у членов партии Зюганова, пишу с елико возможным благорасположением, нет в голове Госплана, наш собственный организм (100 трлн клеток) проще народного хозяйства и не управляется – планируется централизованно. Хаотичная стихия рынка уже по этой причине лучше;[142]

в) Значимый признак капитализма – наемный труд, на что напирают марксисты, подчеркивая отличие от феодализма. Но и при социализме труд, даже в большей степени, тоже наемный, поскольку при капитализме можно работать на себя;

г) Не менее значимое следствие общественной собственности – пышно расцветает мздоимство. В госаппарате карьера определяется отношением начальства и не зависит от эффективности твоей работы: чем больше денег израсходуешь, тем больше ассигнуют на следующий год;[143]

д) Судьбоносный недостаток социализма – отсутствие критерия экономического (не)успеха. В СССР предприятия отчитывались «перед вышестоящими инстанциями» по десяткам показателей, несводимых воедино, а то и противоречащих друг другу.[144] «Простой» критерий очевиден – как люди живут (кавычки потому, как уровень жизни тяжко высчитать). Однако и так ясно – при капитализме он существенно выше.[145] Настолько, что не буду на этом останавливаться. Ограничусь также бесспорным: лучше всего работает капиталистический критерий – прибыль;

е) В 1920-х Мизес указал: без рынка цены произвольны и ничего не измеряют.[146] То же самое утверждал и Б. Бруцкус, за что Ленин его выслал.[147] При нерыночных ценах цена экономическим расчетам (в том числе плановым) – ломаный грош в базарный день;

ж) Как я показал в статье, социалистическая есть экономика перманентных – всеобщих недостач, в то время как капиталистическая – экономика избытков, из чего следует уйма преимуществ;[148]

з) Шумпетер указал плохую приспособленность социализма к техническому прогрессу из-за скверной работы стимулов.[149] Есть и прочие причины, скажем, недостаток резервов;

и) Социализм, подавляя индивидуальную свободу, ведет к нивелированию личности. Известный в свое время кадет Вас. Маклаков писал о «радости послушания» в СССР.[150] Социалистический идеал – общество, где все равны, а капиталистический, где общество всем предоставляет всяческие возможности;

к) При капитализме деньги (включая отложенное на старость) «держат на рынке». При социализме такого нет. Увы, рынок иногда сбивается, и искренне сочувствую тем, кто недавно сильно потерял.

Завершив перечисление, опять скажу – нигде социализм не обеспечил достойный уровень жизни, как сделал капитализм. По Мизесу, его следует поставить вровень с крупнейшими научно-техническими достижениями.[151] Кстати, вековое отставание Китая вызвано тем, что, изобретя пропасть полезного (Марк Поло сообщал о бумажных деньгах), включая обучение чиновничества, капитализм не выдумали (может, и выдумали, да власть государства была чрезмерной).

Капитализм XIX в. критиковали многие, включая пап Льва XIII и Пия XI, президентов США Тедди Рузвельта и Вудро Вилсона, и было за что, иначе не возник бы сегодняшний демократический капитализм. Поскольку капитализм видоизменяется, даже допуская верность ранних его теорий, включая Марксову: они (теории) тоже обязаны меняться. Капитализм – не идеальное устройство общества, такое принципиально недостижимо из-за несовершенства человека. Перефразируя Черчилля, капитализм имеет множество изъянов, но остальные формы организации экономики еще хуже.[152] Главные недостатки:

а) сочнее всего капитализм ругают за «неморальность». Критикуя «бездуховность», порицая корысть, подчеркивают эгоизм, винят в «социальном дарвинизме». Если даже (частично!) правда, неморальность лучше коррупции[153]. И не капитализм породил несимпатичные качества, он использует их для движения экономики.

Ругают и за «нерациональность», но решения чиновников хуже;

б) циклический характер движения экономики, обостряющий к тому же проблему безработицы (следующий пункт). Одно время казалось: со спадами производства (того более – кризисами) исхитрились бороться, но в 2008 серьезный кризис распространился из США по миру. Циклы порождают в обществе неуверенность, люди предпочли бы бóльшую стабильность.

Есть разные теории причин кризисов. Одна нравится мне – сброс устаревшего капитала, восстановление «нормального» соотношения спроса – предложения. Словом, есть в цикличности и позитивное;

в) наверное, самый серьезный изъян (случается и при социализме) – безработица. Важность феномена подчеркивается тем, что по ее величине судят о состоянии экономики. Как избежать безработицы, я (не один я) не знаю;[154]

г) неразрешимая проблема – инфляция.[155] Сама по себе полная занятость, которая ведет к быстрому росту цен на труд (зарплаты), порождает ее. За редкими исключениями (дефляция редка), цены растут при социализме тоже;

д) из трудных проблем – рациональная степень государственного регулирования. Высказывалось мнение: «фатальная» ошибка Маркса состояла в отрицании частной собственности вообще, а нужно было отвергать высококонцентрированную частную собственность (мы к этому скоро обратимся);[156]

е) спорно, действительно ли материальное неравенство – недостаток капитализма, как утверждают его недруги. Но оно стимулирует активность. У меня нет мнения о рациональной, тем более о справедливой степени неравенства;

ж) очевидный недостаток – ненужные потери от «перепроизводства», из-за вызванного конкуренцией переизбытка моделей (тех же автомашин), видов хлеба и т. п. Однако эти потери перекрываются многими выгодами.

Принципиальная трудность сравнения двух списков заключается в вынужденном суждении по набору признаков (математики формулируют – сравнение по вектору), вместе их не сведешь. К тому же зачастую, особенно в научных дискуссиях, незначительные pro «уравновешивают» внушительные contra.[157]

Ладный в принципе (обеспечивающий наивысшую эффективность производства, значит, более высокий уровень жизни) капитализм требует постоянных приспособлений к меняющейся обстановке, в том числе по ключевому пункту – экономической роли государства. По-моему (и не только), единственно приемлемое направление – сокращение.

Само собой, не всякое капиталистическое предприятие работает хорошо и не всякое социалистическое предприятие беспременно плохое. Глупо было бы надеяться, что несовершенные человеки создадут идеальную систему, без страха и упрека. Все же в целом, статистически, сказанное выше о предпочтительности капитализма подтверждено жизнью. Еще раз напомню – социализм нигде не добился успеха. Наоборот, там, где он к нему подбирался, это следовало из частичного возврата к капитализму – НЭП в России, Китай – Вьетнам. А он, нехороший, добился столького за какие-то 300 лет. И несмотря на колоссальный рост населения, судя по количеству ТВ и 4 млрд мобилок, в мире мало бедствующих.

§ IX. Кризис 2008–9, недавние веяния

– Кого удишь?

– Карасей.

– Сколько поймал?

– Ни одного.

– Откуда же знаешь, что ловишь именно карасей?

Нет правильного способа делать неправильное.

Грянувший осенью 2008 финансовый кризис в США заразил другие страны, перерос в экономический и поставил под вопрос наши, правых, идеалы – мнения. Публика шарахнулась – запаниковала.[158] Притихшие было социалисты – государственники причитают про необходимость регулировать экономику, иначе она «пойдет не туда». На обложке каждонедельника Newsweek «Все мы теперь социалисты». В половодье подобного статья в Guardian: «Социализм потерпел фиаско, капитализм прогорел». Глава компании Кока-Кола рассуждает на ТВ о государственном капитализме. Срочно тиснули книгу The myth of the rational market. Внес лепту и М. Горбачев: новая западная модель капитализма – иллюзия, которая на руку богатым; это охота за баснословной прибылью и чрезмерно высоким уровнем потребления маленькой группы. Что именно делать, он не знает.[159]

Критики упускают реальную (и не до конца понятую) причину кризиса, не сообщают, почему элементы социализма помогут там, где не сработал капитализм?[160] Забыли, что социализм неуспешен всегда, а по меньшей мере, семьдесят лет (после «Великого кризиса») процветали под капитализмом. Между тем, как впредь избежать подобного видится (мерещится?) ясным.

Те, кто зовут расширить – укрепить державный контроль экономики, не хотят видеть: фиаско потерпело не одно советское планирование, пшиком закончилось «индикативное планирование» во Франции, свежо в памяти доминирование государства в Японии и т. п. Нет доказательств, что «крах» проистек по нехватке регулирования и его ужесточение поправит дело.[161] К тому же почти все вопят о регулировании в общем, но никто (я не видел) не объясняет: кого – как, кроме банков, регулировать.[162] Попытки регулировать автопромышленность США свелись к вливанию в нее государственных миллиардов.

Не забудем циклический характер капиталистической экономики. Так, в октябре 1987 биржа упала почти на треть. Другими словами, нового в нонешнем кризисе мало, необычен его масштаб. Крах рынка недвижимости лишь подтолкнул его.[163] При самых «щедрых» предположениях размеры американских потерь на ипотечных займах не пошатнули бы финансовую систему и экономику мира. Значит, есть и другие причины.

Заметим, не все банки США, включая крупнейшие (тот же JPMorgan Chase), пострадали в кризисе. Величина безработиц – около 15 процентов (зависит от способа измерения) – свидетельствует, что остальные работают.

Банкротство некрупного банка – компании, на самом деле, нормально, да и полезно – убирает из «игры» неудачников, включая неумеренно рисковавших, освобождает «место» для иных идей – технологий, оздоровляет экономику.

Компании – банки непрестанно укрупняются. Чем крупнее, тем ближе к монополии, вырастая (в том числе, взаимопоглощаясь), корпорации бюрократизируются и начинают походить на государство.[164] Например, не вижу, чем управление Дженерал Моторс отлично от державного, «решают вопросы» они одинаково.

«Сверхкрупные» компании не споспешествуют конкуренции, на которой стоит капитализм. Укрупнение «зажимает» ее, делает труднее и менее действенной. Далеко не во всех случаях увеличение масштаба улучшает эффективность компании. Крупность фирм– банков утяжелила очередной «нормальный» кризис. Мизес озаглавил раздел книги Socialism «Концентрация капитала и образование монополий – шаг к социализму», точнее не скажешь.

Финансовая сфера США раздута: в 2005 она (вместе со страхованием) дала более 8 процентов ВВП – чуть меньше промышленного производства.[165] Не вижу смысла в несообразной сложности «финансовых инструментов». Не оправдать разумными аргументами и непристойно высокую оплату ее «верхнего эшелона».[166]

Принципиально пришествие в крупные корпорации профессиональных менеджеров: они «главнее» акционеров. Еще Кен Гелбрайт писал, что менеджеры не столько стремятся к максимизации прибыли, сколько к стабильности. Обычно они эффективнее государственных служащих, но простой факт – не собственники – при всем их умении – старании, направляет от капитализма. В 2008–9 опять сказалось, что заработки менеджеров мало зависят от прибыли. Подчеркну верное не только в экономике – собственный интерес не менее значим, чем профессиональное умение. Как и детей, деньги надо делать самому. Менеджеры, озабоченные прибылью, охотно идут на неоправданный риск, в 2008–9 в первую голову зашатались зарвавшиеся компании. Пословица вещает – кто не рискует, тот не пьет шампанского, однако не все рискнувшие наслаждаются им.

Размер предприятий и народного хозяйства давно обсуждается в литературе, есть особая отрасль – «экономика масштабов». Бытует странное мнение, что чем крупнее экономика, тем медленнее темп ее развития.[167] На чем основано – неизвестно, а крупные (особенно «сверхкрупные») фирмы – предприятия, повторю, в какой-то мере утрачивают свои капиталистические преимущества. Укрупнение снижает часть расходов, но повышает другие, что лишний раз продемонстрировала советская гигантомания. Из попыток создать конкуренцию «внутри» больших компаний вышло немного путного. Огорчаюсь – у Мизеса – Хайека видел мало против крупных компаний; A. Rand иронизирует относительно крупности (bigness), а неизбежную волокиту игнорирует.[168]

Неудачи крупных компаний – банков настолько значимы (общество не может допустить их разорение – несут урон предприятия – организации, связанные с ними, масса людей теряют работу), что налогоплательщикам приходится их «спасать».[169] Так случилось в 2008–9, когда мир влил триллионы долларов в пошатнувшиеся банки – инвестиционные компании. Боюсь, зря.[170]

Проблемы (пороки?) «сверхкрупности» налицо, но не сразу видно, как им препятствовать, какая нужна перестройка. Напрашивается предложение – увеличить ставку корпоративного налога (в России – налог на прибыль), введя (после некоторого порога) крутую шкалу, сделать его прогрессивным.

Поясню. Речь не о подоходном налоге, а о корпоративном, который взимается до распределения прибыли. Ограничение размера компаний и величина налога должны учитывать технологию, быть отраслевыми. Так, нет резона в существовании гигантской торговой фирмы Wal Mart и всеамериканской сети продовольственных магазинов Safeway; автомобильным компаниям быть меньшими, чем судостроительным – самолетным; мало хорошего в деятельности финансовых колоссов Уолл-Стрит. «Умельчение» не абсолютно, какие-то крупные фирмы останутся, те же железные дороги. Потешно «разрезать на части» атомную станцию, хотя и тут возможны варианты; по чисто технологическим причинам некоторые крупные предприятия нужны. Для таких проектов, как тоннель под Ла-Маншем, необходим крупный капитал, его необходимо «собрать». В таких редких случаях требуются исключения из правил.

Туманно, что делать с так называемыми естественным монополиями, с ними и теперь проблемы. Неясно также, как относиться к фирмам, интегрированным горизонтально или же вертикально.

Не ведаю, каким быть максимальному размеру компании и каким быть налогу – полезно обсудить – но таким, чтобы возможный неуспех (банкротство) не колебал экономику. Конкретно, почему бы для начала не установить порог в 0,5 млрд долларов прибыли, за которым ставка налога резко возрастает? Если прибыльность компании весьма велика, увеличенная ставка ее не погубит.

Говорят, что самыми крупными компаниями руководят умнейшие. Это не всегда верно, а они пусть ищут другое поприще.

Последнее (не по важности). Высокий корпоративный налог можно рассматривать как государственную страховку.[171] Если же компания хочет, она может отказаться от нее (и не платить повышенный налог), но «громко» об этом объявить, чтобы все знали – понимали риск взаимодействия с ней. В США порицают корпоративный налог, наивысший в мире. Жалуются и на «двойное обложение» – налог взимают с корпорации, плюс с личного дохода. Согласен, но не вижу другого способа (еще раз, налог на мелкие компании следует снижать).

Я не против личного богатства: в нем мало плохого – речь об ограничении размеров предприятия – фирмы. Если предприятия принадлежат одному владельцу, это само по себе ничем не дурно, когда «профиль» различен и их немного.[172]

Предлагаемое может стать одной мерой, наверняка есть и другие. Ключ – не допускать укрупнения, сокращать размер фирм – банков. И – не всякое регулирование дурно, в особенности против жулья, что-то из подобных мер разумно. Баффеты – гейтсы – абрамовичи – дерипаски не «самые правильные» капиталисты, смиты – брауны – кузнецовы – петуховы полезнее обществу.[173]

Возможно, я предлагаю не лучшее, тем более частично это против моей собственной философии, однако ситуация серьезна, а иного не видно. Не претендую (а хочется), что предложение разрешит все проблемы – люди изобретательно находят трудности. И признал уже дефекты капитализма, надобность его совершенствования (но не увеличение роли государства!). По-моему, пора уходить от крупного корпоративного капитализма. Если придумают лучший способ ограничить размер корпораций, буду рад, тем более в предложениях немедленно найдутся «дырки».

А как же со свободой? Почему индивиду (или группе) не иметь крупную компанию? Ведь стремление расширить бизнес, увеличить его вполне натурально. Ответ очевиден. Во-первых, не запрещается, а затрудняется. Во-вторых, речь о «сверхкрупности». В-десятых, тут как раз тот случай, когда действия могут принести ущерб другим и общество имеет право защитить себя.

Повышение корпоративной мзды целесообразно вводить постепенно, шаг за шагом, без шараханья в панике.[174] За одну ночь не сделаешь, нужны длительные усилия. Другими словами, это не предложение по выходу из текущего кризиса, а политика на годы, чтобы подобного не допускать.

Сказав выше о «сочетании» капитализма – социализма, я имел в виду капиталистические методы ведения экономики. Не болтать о движении вспять к обанкротившемуся социализму, а крепить капитализм – обдумывать – пробовать разные меры его развития. И совершенствовать социальные программы.

Старый байдарочник, отлично помню, как донельзя тяжко выгребать против сильного течения. Но мы гребли.

§ X. Справедливость – ответственность

Как ни работай – всегда найдется козел, который работает меньше, а получает больше.

Человеку любой эпохи интересно: а сколько Иуда получил на наши деньги?

Справедливость «вообще» не существует, это – категория абстрактная.[175] Джимми Картер: «жизнь несправедлива», с невеселым этим фактом приходится смириться.[176] Из «малых» несправедливостей – не уродился я с талантом писателя. Из бóльших – джентльменам не нравятся (кривоногие) брюнетки; вращение земли вокруг солнца открыл в 499 индус Арьябхата (идею высказывали еще греки), а на костер через тысячу лет ввели Джордано Бруно (не Коперника); Америка названа в честь Веспуччи (не Эрика Рыжего и не Колумба); мы в Вашингтоне (избран столицей не нами) паримся в июле – августе и из-за глобального потепления мерзнем зимой; климат Питера тоже далек от идеального; в Белом Доме воцарился нобелеат товарищ Обама и т. п.[177]

Полагают, что «правильнее» было бы всеобщее материальное равенство. Нет, не так. Повторяясь, Великая Французская революция, возгласившая «Свобода – Равенство – Братство», имела в виду равенство не положения, а возможностей, не материальное равенство, а равноправие.[178] Иначе говоря, у бедняка такие же права, как у буржуя, достаток обусловливается способностями и собственным старанием (лишь статистически – опять напомню о везении). Зависимость материального достатка от тебя самого – основополагающа, она есть ключевая «идея капитализма», в этом состоит «высшая справедливость». Не все зависит от тебя, есть и «объективные обстоятельства», но тут ничего не поделаешь.[179]

Маркс писал, что и капиталист, и пролетарий свободны ночевать на садовых скамейках. Демагогия – они свободны стремиться избежать такого ночлега. Коммунизм – социализм привлекают справедливостью, пока не поймешь ее иллюзорность. На самом деле, материальное положение в решающей степени определяется личным старанием, «трудовым вкладом», а также способностями. Суть выражается в замечательном моральном кодексе строителя коммунизма: «кто не работает, тот не ест» (понимай, кто работает плохо, тот скверно ест).[180] Понятно, вклад может быть разным, скажем, наследовал сделанное предками.

В проблеме зависимости уровня жизни от себя самого на какие-то вопросы я не знаю ответа. Как, собственно, измерять величину вклада? Продолжительность работы не подходит, качество труда неизмеримо.[181] Тоже и роль пенсий – в частности, в каком возрасте перестать зарабатывать?[182] Или – родители страждут обеспечить будущее детей, а наследство облагается высокими налогами.

В XXI в. практически ничего не делают «голыми руками»: сей трактат я выстукиваю на компутере, автоматы обходятся без человеческих рук. Степень вооруженности труда возрастает, времена луддитов ушли.[183] Ныне нет труда без хотя бы элементарных машин, поэтому неизбежна роль в производстве собственников оборудования – капиталистов.

Истинная справедливость состоит в жизни своим трудом, соответственно тому, что дал обществу, не быть обузой. Коли реальная цена материального благополучия есть собственный труд, то не очень понятно, почему общество должно помогать тем, кто осчастливил нас, милостиво соизволив появиться на свет, работать не желает или прилагает недостаточные усилия.[184] Несправедливо, когда жизненный уровень лодыря – бездельника – неумехи равен (а то и выше) уровня труженика.

Истинная несправедливость – жизнь за чужой счет. В современном мире все перевернуто – «прибавочную собственность» отбирают у капиталиста налогами, а нас душат ими, чтобы содержать тех, кто не работает.

Природа создала человеков разными: помимо индивидуальных, есть групповые особенности: цвет кожи, разрез глаз, способность волос седеть – кудрявиться, предрасположенность к ряду болезней и т. д. Негры выделяются музыкальностью – атлетизмом. Признавая расовые различия по ряду признаков, нелогично, как делает западная интеллигенция, отрицать статистическую неодинаковость умственных способностей. Различия по расам выявляют известные тесты на IQ. Протесты против проверки IQ (в том числе распространенное утверждение о широком разбросе в каждой группе) не относятся к делу.[185] При всем том абсолютно непозволительно, потому что неверно, судить индивида по расовым признакам.

Персональная ответственность за собственное (и семьи) благосостояние – необходимость. Все ж таки по политическим причинам напирают на заботу общества (государства). Иронизируют насчет верного тезиса Эйн Рэнд: забота о себе есть общественное благо.[186]

Бедные работать не любят. Мой (небедный) родственник определяет богатство – работать не надо. Большинство трудится не из внутренней (в генах) потребности, а потому, что иначе впадешь в нужду, а то и просто не проживешь.[187] В работных домах Англии – России понуждали к труду. Тут нелегко что-либо поделать. Человек слаб, жизнь несправедлива, а ответственность возлагают на общество. Несомненно, следуя своим желаниям и не думая о последствиях, жить легче, но таков сей мир.

Суть социального страхования заключается, в частности, в том, что нас обеспечивают пенсией по старости (и инвалидности) и медицинской помощью (в США – в старости). Откуда государство берет колоссальные средства? Да у нас самих, вычитая их из нашей зарплаты (плюс отчисления работодателей, а те «перекладывают» их на нас же – потребителей). На Западе социальное страхование помогает также сирым – беспомощным, облагая нас налогами.

Решающую роль на Западе играет его величество средний класс – становой хребет современного общества. Термин широко употребляется, общепринятого определения нет. По-моему, это люди с собственностью (профессия ей уподобляется). Лучшая его часть – меритократия, добивающаяся успеха в жизни своими трудом – талантом. Средний класс, а не «жирные коты» Уолл-Стрит – наиболее «капиталистический».

Интеллигенция не любит средний класс, отпихивая его от власти. Иронизируют насчет middle-class mentality (мещанских умонастроений), вряд ли справедливо, скорее, безответственно.

§ XI. Занятость. Профсоюзы

Работа – это проклятье пьющих классов.

Оскар Уайльд

Ты, работа, нас не бойся: мы тебя не тронем.

Нас назойливо уверяли – труд благотворен, а, мол, при коммунизме он станет потребностью. Люди различны, сказывается также вид труда, но для подавляющего числа землян работа вынуждена.[188] Не осудишь отлынивающих от труда физически тяжелого и/или монотонного – рутинного – неприятного (те же говновозы); на него обречены не пожелавшие учиться или же, с исключениями, безнадежно тупые.

Неполную занятость я назвал выше ключевым дефектом капитализма, так ведь никто – нигде не показал (кроме сказок о чудесах планирования и декларации советской Конституции о «праве на труд»), что социализм всех обеспечивает работой. Почти полная занятость в СССР – следствие низкой производительности труда (в Китае – громадная безработица).

Поскольку потребности растут (в целом и «на душу»), а материальные потребности не удовлетворены, сдается, что неполная занятость – абсурд. Реальная причина – нехватка капиталовложений, «несоединение» труда и капитала. По мере технического прогресса все тяжелее найти работу, соответствующую образованию – навыкам – возрасту. При новой технологии теряют работу «старые» кадры, им поздно переучиваться. В развитых странах все большее распространение приобретает outsourcing (использование зарубежных ресурсов, в том числе рабочей силы).

Безработицу пытаются смягчить пособиями.[189] Есть «за» и «против» них. Не вдаваясь глубоко в непростую проблему, соглашусь – они (с немалыми ограничениями) надобны.[190] Все же, думаю, отчисления на специальный фонд лучше отменить, а эти суммы употребить на повышение зарплаты.[191]

Чем плоха полная занятость?[192] Как всегда в экономике (и не только), тут есть свои плюсы и минусы. Безусловный плюс – можно найти работу и выторговать хорошие условия. «Резервная армия труда» обеспечивает (с исключениями) работу добросовестную: при безработице легче избавиться от негожих работников.

Добросовестный труд нужно ладно оплачивать.[193] Хенри Форд платил рабочим достаточно, чтобы они завели свои автомобили (позже профсоюзы автопромышленности, выбив несуразную зарплату– льготы, сделали ее неконкурентоспособной). Один из «секретов» американских успехов – высокая оплата труда, которая поддерживала потребительский спрос и вынуждала стремительный технический прогресс. Повторю, экономика не может быть (и не бывает) действительно успешной, когда оплата труда низкая, порождая халтурный труд. Отрегулировать ситуацию может рынок, со сбоями он это делает.

Разбирая теперь минусы полной занятости, еще Кейнс видел, что она ведет к инфляции. Преимущество или же недостаток – значительно меньшая стабильность работы в США, чем в тех же Европе – Японии? Если ты не член профсоюза, могут выкинуть в любой момент. Иные предпочитают европейские порядки, но производительность – оплата труда в США выше, поступь американского хозяйства шире.

Серьезный минус для общества – полная занятость означает застой; на поверхности выглядит, как будто ничто в экономике не устарело, не подлежит усовершенствованию, чего не бывает и быть не может. Иначе говоря, ограниченная безработица – благо.[194] В Интернете мелькнула статья Е. Гонтмахера, что России нуждается в высокой безработице.

Мало могу сказать неочевидного о дисциплине труда и прогульщиках, хотя их меньше в капиталистических США, чем было в СССР. При капитализме рабочим платят повременно, в СССР пришлось вводить сдельную оплату.

Длительность рабочего дня. Когда-то работали долгие часы, затем продолжительность наемного труда постепенно сократили (по-видимому, первый добивался Оуэн) и довели до 8 часов; во Франции пошли дальше. Ввели и два нерабочих дня в неделю. Научного обоснования 8-часового рабочего дня нет; когда потребление близко к насыщению, можно и меньше. Заметим, некоторое сокращение рабочего дня, как правило, не уменьшает объем производства.[195]

В разделе о занятости уместны несколько слов о профсоюзах.[196] Лет 100 назад их оправдывали защитой интересов пролетариата против работодателей – капиталистов (профсоюзы непролетариев: служащих – учителей – полицейских и т. п. – появились позднее). Не уверен, оправдано ли их существование, есть весомые «за» и основательные «против». Объединенные в профсоюзы работают в лучших условиях, получают бóльшую зарплату, их сложнее уволить. Однако непонятно, почему им должно быть лучше, чем остальным. Между тем при профсоюзах затраты на производство выше, конкурировать на мировых рынках труднее.[197] Необязательно профсоюзы выбивают рост зарплаты, чаще им удается добиться дополнительных льгот (§ XIV). Что касается профсоюза учителей, по почти общему мнению, он – ключевая препона прогресса наших школ.

Помимо прочего, профсоюзы похожи на монополии, во всяком случае, ограничивают свободу рыночных отношений «труда и капитала». Спорно первостепенное оружие профсоюзов – забастовки: нарушаются права штрейкбрехеров. Забастовки в Гданьске поразили польский режим, так ему и надо; но вожделеем ли мы, чтобы политическое устройство зависело от части граждан? По меньшей мере, нарушается нормальная жизнь, что особенно заметно во Франции – Италии.[198]

В Германии представители профсоюзов включены в правления компаний. Как признают социалисты, «слишком часто директоры из рабочих сами становятся буржуями».[199] Профсоюзные бонзы (во всяком случае, в США) нередко оказываются криминальными.[200]

Хайек считал роль профсоюзов одной из причин хозяйственных неуспехов Британии после войны. Все же призывов к их запрещению я не видел.

Одна из современных проблем – физический труд стóит (и «создает стоимость») все меньше, и правы те, кто настаивают на расширении – улучшении образования. Но тут самое время обратиться к бедности.

§ XII. Бедность, ее причины

– Почему Бог создал так много бедных?

– Наверное, потому что он их любит.

Американский фольклор

Чтобы определить, кто беден, – молитва полезнее калькуляции, все определяется тем, кто считает, и зависит от его системы ценностей… Конечно, крайне важно, для какой цели определение. Незачем считать количество бедных, если вы не собираетесь что-то делать для них, но тогда не удастся избежать субъективных оценок.

Molly Orshansky

Не тот беден, у кого мало, а тот, кто хочет большего.

Сенека

Бедность стара как мир, повторю, что в Древней Греции (где, по словам Поппера, начался переход к открытому обществу) были заправские войны с богатыми.[201] В разных формах борьба проходит через всю историю. Литература о бедности немеренна и призывает помогать несчастным. Зачем же еще раз писать об этом, терзать ту же проблему?[202] Дело в том, что коммунизм – социализм, как нас уверяют, призван помочь именно бедным (не богатым же), а мои убеждения, мягко говоря, не общеприняты.

Слово «бедный» Даль толкует как «убогий, неимущий, скудный, недостаточный» и приводит пословицу «Бедность не стыд и не порок» (сходно и в английском).[203] Обратим внимание на близость слов бедность – беда – бедствовать. От бедности отличают нищету, означающую крайнюю ее степень, бедный как-то проживет, нищий (значит, и «попрошайка») нуждается в помощи.[204]

Тонкая грань разделяет: что в нас от животных и что – от homo sapiens. Христианство – социализм, лицемеря, провозглашают моральное превосходство бедных, быть богатым дурно.[205] Библия: «как верблюд не пролезет в игольное ушко, так и богатый не попадет в царство небесное». Мир «перевернулся»: князь – царь – король – султан – император – приближенные неволили население кормить – одевать – ублажать их и возводить замки – дворцы, а художественная литература (fiction) подчеркивала праздность правящего меньшинства. Как бы то ни было, ныне большинство работает, но жаждет поменьше работать и побольше получать.[206]

Казалось бы, через 20 лет после холодной войны, закончившейся поражением достославного социализма – коммунизма, бедность – нищета масс должны кануть в прошлое. Нет, и в богатейших странах мира бедность не исчезает, а в других (как в Боливии) она подпитывает популистские просоциалистические режимы.

Всем чего-то не хватает, потребности превышают ресурсы: кому-то достается больше, кому-то – скудно. Определение Мирового банка: «Бедность – это голод. Бедность – это когда нет крыши над головой. Бедность – это когда заболел, но нет возможности обратиться к врачу. Бедность – это когда нет возможности ходить в школу, учиться читать. Бедность – это когда нет работы, когда ты не уверен в завтрашнем дне и думаешь только о том, как прожить сегодняшний день. Бедность – это когда ребенок умирает от болезни из-за того, что нет чистой воды. Бедность – это когда ты чувствуешь себя беспомощным, у тебя нет свободы и твои интересы никто не отстаивает».

Подобные определения типичны для больших бюрократий. Вроде бы все верно, однако непонятно, как свести вместе, выразить в одном показателе. Скажем, человек не голоден, но нет крова, зато есть автомобиль – беден ли он?[207] И беднее ли того, у которого есть крыша над головой и достаточно пищи, но нет автомобиля? А что насчет отсутствия свободы, как совместить первостатейный этот фактор с другими? Стали ли беднее жители Южно-Африканского союза после ликвидации апартеида? И в какой стране люди беднее? Принципиальный дефект определения – обойдено основное: что именно данная семья (данная группа людей) делает, дабы выбиться из нужды. Может быть, они не так уж страдают, предпочитая иметь свободное время. Точнее, критерий большего потребления не безусловен, по меньшей мере, критерий дольшего свободного времени ему противостоит.

Трудности высчитывания уровня бедности и другие резоны привели к концепции лишений – чего человек лишен. Сочинен специальный индекс Таунсенда (Peter Townsend). Так, я лишен собственных дворца – яхты, нет кадиллака, не бывал в Антарктиде, редко сижу в театре в первом ряду – бедность ныне означает меньше удовольствий. Популярная эта концепция умо(з)рительна, и непонятно, как, сложив вместе, соизмерить все лишения?[208]

К измерению бедности я обращался в Уровень и заключил – не измеришь. Исследования бедности и, соответственно, литература о ней все более детализируются – усложняются, воздвигают многоэтажные модели, но я пытаюсь писать попроще, избегаю цифр, рассуждаю «качественно».

Бедность относительна – исторична, определяюще важны «время и место».[209] В Средние века жили впроголодь, едва удовлетворяя тогдашние свои потребности (так мы это представляем). Промышленная революция резко ускорила технический прогресс и подняла благосостояние. Абсолютные, вневременные оценки бессмысленны (да и невозможны) из-за изменения потребностей, следующих из расширяющихся возможностей. Сравните неимущего современной России со светлейшим князем Меншиковым: на взлете карьеры князь был лишен радио – ТВ – автомобиля – мобилки, не летал самолетом, не употреблял телефон – интернет.[210] Крайне важно, о какой стране речь – бедняки России живут краше бедолаг Африки – Бангладеша, да и Китая.[211]

Как бы то ни было, бедные – это те, которым, по стандартам данных времени – страны (в определении Банка оговорки нет), не хватает пищи – одежды, нет крова (очень плох). Принимают во внимание доступ к здравоохранению – образованию и охрану окружающей среды, но такое не повсеместно.[212] Во внимание принимают, а как, учено говоря, квантифицировать?

Все чаще различают «застойную» бедность, когда она длится годами, почти постоянна, и временную. Есть разные подсчеты: в развитых странах застойно горемычны значимо менее 10 процентов населения.

В литературе замелькали «группы риска»; формально еще не бедные, но «рискующие» в них оказаться (тех, которые, по всем вероятиям, вот-вот выйдут из бедности, не учитывают). Подобным же образом американская статистика отдельно учитывает тех, чей доход составляет 125 процентов дохода бедных. И то и другое – попытка преувеличить их численность.

«Голод не тетка», исторически недавно (в недоразвитых странах и поныне) расходы на еду преобладали.[213] Однако опыты на крысах (и на наших ближайших родственниках – шимпанзе) обнаружили – недокармливаемые особи живут дольше. Да и избыток дешевой пищи – не благо, что хорошо видно в США. За треть века, которую мы здесь живем, пища, особенно массовая, относительно (цены растут) подешевела и число тучных круто увеличилось.[214]

Быстро возрастает значение состава – качества пищи. Российское население питается удовлетворительно по калорийности, а отстает по составу – качеству, что, понятно, более всего относится к неимущим.

С 1950-х машинное производство одежды уменьшило ее роль; раньше «встречали по одежке», на Руси выделяли – «одет по-чистому» («по-городскому»), ныне заботятся об удобстве одежды, убавился ее престиж (косметику пользуют все шире). Иными словами, бедные, если и отличаются внешним видом, то всего ничего. Немало условностей и в отношении крова. Так, не просто решить, какое жилье и где (в городе – пригороде – за городом) лучше: где-то экология хоть куда, но далеко от работы. И частенько не очень и нужно, а у соседа имеется, и снедает зависть.

В западных (!) обществах за чертой бедности подавляющее меньшинство населения. Последнее время все громче жалятся на растущую пропасть между богатыми и бедными, подчеркивая разрыв уровней дохода. Но, собственно, почему быть иначе? Да и кто – как, по какому критерию установил приемлемую величину неравенства? Не устаю твердить: коренная причина бедности – недостаточные талант – трудовые усилия. Неимущим помогают выжить; почему им получать сполна плоды технического прогресса?

Настаивают, что бедность следует из «объективных» и/или из каких-то политических обстоятельств, над которыми бедные не властны.[215] Вопрос – что это за обстоятельства, как они относятся именно и только к этой группе?

В бедности мало хорошего.[216] Узловая дилемма каждого общества (нет страны без бедных): помогать или же способствовать самим, собственными усилиями выкарабкиваться – так сказать, дать рыбу или же удочку.[217] Литература обсуждает частности – сколько рыбы давать или же какой конструкции удочка, стандарт жилья – и жмет на эмоции.

Нежелание работать издавна считали стержневой причиной нужды. В средневековой Британии, ожидая от трудоспособных работы, не считали бедность грехом – позором. По мере возрастания потребности в рабочей силе, терпимость снизилась. Первые английские законы о бедных появились в 1536. Суть – возбранялось открытое попрошайничество.[218] Акт 1576 (при Елизавете) наказывал тюрьмой работоспособных, не желавших работать. В 1697 открыт первый работный дом.[219] В России работные дома появились в XIX в.[220] В СССР понуждали работать законом о тунеядцах и другими мерами.

На Западе разделяют случаи, когда причина нищеты в тебе самом или же «без вины виноват» (преобладает подход – «сначала накорми, а потом разбирайся»). Однако установить, кто виноват, – непросто. Случаи, когда работать не хотят, элементарны. Сложнее – п(р)оиграв на бирже, разорился, нужно было играть, да не заигрываться, не излишне рисковать. Другой вариант – перебегал улицу в неположенном месте. Изувечен под машиной – случай требует выяснения: нарушал ли правила? Вроде бы явный случай – стал жертвой дискриминации. Во время Великого кризиса в США в 1929 обанкротились миллионы. На самом деле, причин бедности не перечесть. В следующем списке я что-то наверняка упускаю:[221]

(1) количество иждивенцев в семье, число работающих недостаточно (полно детей или нет отца – безотцовщина), чрезмерна рождаемость;

(2) мал заработок;

(3) недостаточно стараешься;[222]

(4) потерял работу не по своей вине (скажем, обанкротилась фирма и/или сократилась потребность в рабочей силе твоей специальности);[223]

(5) где, в какой стране (районе) проживаешь – во многих местах нет работы;

(6) глупость, проявляющаяся по-разному: не учился в молодости, не защищаешь дом страховкой на случай стихийных бедствий, не накопил на старость;[224]

(7) тяжелая болезнь кормильца;[225]

(8) родился с дефектами;

(9) алкоголизм – наркомания;

(10) худо образован;

(11) дискриминация;

(12) происхождение;

(13) социальные потрясения (скажем, страна проиграла войну и/ или радикально изменилась структура хозяйства; финансовоэкономический кризис 2008–9).

Давайте обсудим эту чертову дюжину причин чуть подробнее с упором на – кто виноват? Само собой, бывает сочетание причин. Или, мы знаем случаи, когда недостаток образования не помешал сделать прекрасную карьеру. Да и кроме тривиального ничто – никогда не бывает верным на все 100 процентов (кажется, я это уже говорил). Но статистически перечень, по-моему, верен.

Что касается случая (1), тут все понятно: редко многодетные семьи благоденствуют. Разумеется, «надо думать раньше» – знаю парня, который не женится, так как не может содержать семью, но, с другой стороны, потерял работу не по своей вине – причины (4), (13). Ясны причины (2) и (3). В случаях (2), (4) и (5) выход понятен – искать работу, а то и переехать, что не всегда легко (особенно трудно в России, где жилье субсидируется). Да и перемещение через границы – не подарок.[226] Случай (6) непрост. Глупость («недостаточная умность») не от тебя зависит, и социальный дарвинизм сразу приходит на ум. Американская пословица возглашает: «Если ты такой умный, почему ты такой бедный?» Относительно легкий случай – IQ матерей-одиночек (конечно, не всех) в эпоху противозачаточных средств низок, обществу не стóит (вернее, слишком дорого) стимулировать их безответственность. Худая образованность (10) тоже проистекает из глупости – своей и/или родителей (непростительно, конечно, выбрать себе неученых родителей).[227] А то не соизмеряют расходы с доходами (желания с возможностями). Социологи стесняются упоминать бестолковость, рассуждают о случаях (7), (8) и (9). Бывает, болезнь (случай 7) настигает по собственной вине – курил, не блюл диету, практиковал «незащищенный» секс, поздно обратился к врачу, а то и пренебрег советом.[228] Можно списать часть раковых болезней на канцерогенную среду. Все же, преимущественно тяжелые болезни, «свалились с неба», в том числе и случай (9).

Расовая дискриминация (случай 11) повсеместно сокращается. Наоборот, в США принадлежность к известным расовым группам (или к прекрасному полу) нередко дает преимущества при приеме на работу.[229] Дискриминацией сочли возрастные ограничения – и можно трудиться до упора (в 81 писать книги). В России, как читатели знают лучше меня, пенсионный возраст различен: 55 лет для женщин и 60 – для мужчин. Дискриминация.

Что касается происхождения (случай 12), это тоже спорно. Знатность ныне мало где имеет значение, но дети богатых устраиваются лучше – бесплодно сопротивляться желанию родителей порадеть родному дитяти. Сюда же, к происхождению, относятся расовые различия (о них через пару страниц). А иммигрантам, как минимум, нужно одолеть языковый барьер.

Случай (13) не очень редок, попадают под каток судьбы. Наглядный пример – советские люди во время войны или в 1990-е. Бывают и землетрясения – пожары – прочие напасти. Подчеркну роль психологических факторов. Зависть я поминал, однако если все вокруг живут плохо, то, видя по ТВ иное, не будешь ощущать себя несчастным.

Что касается международных соизмерений, то возникают дополнительные трудности – приходится учитывать различия, так сказать, в стиле жизни. Неимущие США живут несравнимо лучше, чем в Индии, сравнивать бедных США – Франции с Египтом – Иорданией избегу. Практическое значение подобных сравнений – ими определяются программы международной помощи.

Одна из основных проблем, характерных для межстрановых сравнений, – разные структуры потребления искажают прямые сравнения по доходу. Проблему пытаются преодолеть с помощью «паритетов покупательных способностей».[230]

Почему, несмотря на быстрый технический прогресс, численность бедных почти не уменьшается? Наверное, ответ в каких-то биологических особенностях. И сколько ни давай, будут думать, что другие «неправедно» живут лучше их.

§ XIII. Помощь бедным (и небедным)

В бедности у нас не постыдно признаваться, стыдно не выбиваться из нее трудом.

Перикл

Забота о бедных заменяет все добродетели.

Флобер. Словарь прописных истин

Социалисты (называют они себя так или нет) настаивают на заботе общества обо всех, кому недостает, в их числе нуждающиеся «справедливо» и лентяи – «безрукие» неумехи. Бедные – иждивенцы (нахлебники) общества – живут за его счет. Имеются аргументы за помощь: от похвального сострадания – дескать, частично исправим «несправедливость» природы, создавшей нас разными, до популизма и желания избежать массовых возмущений.[231] Политиканы, особенно в непроцветающих странах, за помощь бедным, которые там преобладают.

Если твой вклад ограничен объективными причинами (скажем, болезнь), общество позаботится.[232] В самом начале раздела скажу – помогать надо. Тем, кто нуждается, будучи немощен, и кто в меру сил силится помочь самому себе.

Державная подмога насчитывает тысячелетия: римский плебс требовал: «Хлеба и зрелищ», даровой хлеб получали до 200 тыс. чел.[233] В монастырях давали ночлег – еду странникам. Английская– Французская – Американская революции, направленные против государства, защищали граждан от него. Ныне роль изменяется, особенно по отношению к сирым – бедным, они ищут защиты от несправедливостей жизни, располагают на помощь. В современную эпоху все началось с Бисмарка – при нем (одновременно с антисоциалистическими «исключительными» законами) рабочим предоставили льготы вместо увеличения зарплаты. Иначе говоря, Отто Эдуард Леопольд фон Бисмарк (вышедший в князи из графов), консерватор из консерваторов, пошел на знаменательную уступку, парадоксально стал инициатором государственной социальной политики (Socialpolitik).[234]

В статистике помощи трудно разобраться – программы дублируют друг друга. Исследования социальной стратификации тщательно избегают проблему надежности информации, в том числе официальной, которой они оперируют. Как я уже объяснял, обычно ее получают опросами (surveys), на которые ни в коем случае нельзя опираться, особенно по России.[235] Не худший случай – книга об измерении бедности не упоминает надежность информации.[236] Иные западные работы проблему упоминают, все же она вне внимания борцов с социальной несправедливостью.

Фразы типа «бедность возросла – уменьшилась» бессмысленны: имеется множество способов калькуляции, включая манипуляции индексов цен. Программы помощи основаны на очень ненадежных данных о черте бедности. По распространенной методике, к бедным относятся те, чей доход менее определенной суммы. В 1960-х подсчет основали на доле еды в расходах на потребления, с тех пор море воды протекло через Потомак и другие реки, и мэр Нью-Йорка поддержал предложение комиссии изменить методику.[237] Пока же такие подсчеты:

• основаны на текущем доходе и не учитывают другие источники;

• игнорируют время «пребывания в бедности», на самом деле, в постоянной (застойной) бедности на Западе не так уж многие;

• не отделяют нежелающих работать.

Ключевой аргумент против помощи – люди перестают стараться. Бесполезность индивидуальной помощи бедным показал Л. Толстой.

В знаменитой (в то время) статье «Так что же нам делать?» множество его наблюдений.[238]

Есть три вида помощи: денежная помощь государства, льготы, частная благотворительность (филантропия). Частная помощь несравнима по размеру с государственной и льготами (включая пенсии).[239] Ее источник – бюджет, но он не растягивается как резина, а другие группы тоже зарятся на общие фонды. На самом деле, наилучший способ борьбы с бедностью – общий подъем экономики.

Громадная индустрия помощи бедным требует бездну людей (social workers), съедает громадные средства, «помогатели» неплохо живут.[240] Почти половина расходов США на помощь (вообще на социальные программы) идет на содержание особой чинобратии, включая административные расходы.[241] Полмиллиона европейцев – американцев заняты помощью Африке.[242]

Масштаб – виды помощи различаются по странам; в США они неодинаковы по штатам и бедные перемещаются. Щедрее всего крупные города (Нью-Йорк, Чикаго) и ряд штатов (Калифорния) – неимущие двинулись туда. Почти не встретишь негра в деревне; живут там, где больше дают.

Помощь дорогá, бездомных в США нередко размещают в мотелях за 100 долларов в ночь. Помощь бывает избыточна. Так, оплачивают такси на поездки к врачу. По закону иных штатов старшим разнополым детям заказано спать в одной комнате. Если квартира твоя, никому нет дела, в субсидируемом жилье правило строго соблюдается.

Есть «косвенные» виды помощи, один из них – минимальная зарплата (minimum wage), закон запрещает зарплату ниже минимума, с июля 2008 в США – 6,55 долл. в час. Концепция minimum wage имеет свои сложности и недостаточно обоснованна (почему столько?). Повышению противятся малые бизнесы – им придется повышать цены; возрастет и безработица. Не удовлетворяясь законодательным закреплением минимальной зарплаты, ряд муниципалитетов (в том числе, в моем графстве Монтгомери штата Мэриленд) ввели living wage (зарплату, на которую, по их просвещенному мнению, можно прожить) – около 11 долл. в час. Муниципалитеты дают контракты лишь компаниям, которые обязуются такую зарплату платить.[243] Сомневаюсь в пользе такого законодательства, вернее положиться на рынок. Вместе с тем уверен – за хорошую работу надо хорошо платить и с этой точки зрения минимальная зарплата может оказаться полезной.

Писатель вспоминает, как на вечеринке в 1964 молвили: «На Луну экспедицию посылаем, а не справляемся с бедностью». Не отходя от кассы, собеседник сослался на фразу конгрессмена: «А кто же будет гладить мои рубашки и подметать двор?».[244] Правящие круги как бы и не стремятся бороться с бедностью. Нет, не так. В 1964 Линдон Джонсон провозгласил программу безоговорочной (unconditional) войны с бедностью (ввели safety net – «сетку безопасности»), но бедных меньше не стало. В те годы соорудили немало крупных зданий, предназначенных дать достойное жилье неимущим – projects – теперь их приходится сносить: стали источниками антисанитарии – преступности.

Как бы то ни было, государственная помощь многообразна. В США, кроме денежного пособия, субсидируют жилье, дают талоны на пищу, оказывают медицинскую помощь, бедных школьников кормят бесплатными завтраками, есть «суповые кухни» (за частные пожертвования, в основном церквей, в День благодарения организуют обеды).[245]

В России бедствуют старики: пенсии малы. Устройство пенсионных систем – отдельная тема, заслуживающая специальных книг. Архиважно: накоплять на пенсии надо самому. При этом стоит ввести государственную минимальную пенсию как страховку против неверных вложений (но как защитить ее от инфляции?).[246]

Помощь попадает и тем, кто в ней не нуждается. Не зря в России пробуют «адресную» помощь, а в США республиканцы настаивают – все передать «на места»: соседям виднее.

Что касается частной помощи, ее масштаб изрядно меньше (на Западе чаще всего оказывают церкви).[247] Филантропия не новость: иудеям – христианам (кажется, и мусульманам) положено давать десятую часть (десятину) на «богоугодные» цели. В США множество организаций надоедают мольбами пожертвовать (присылают письма, звонят по телефону, агитируют по TV). Большую часть пожертвований снимают с налогооблагаемых сумм, что неразумно. Вроде бы собираются как-то усовершенствовать – уверен, кончится болтовней.[248]

Благотворители могли бы действовать иначе. Джон Рокфеллер стал самым богатым в мире, верно угадав будущую роль нефти и уходя махинациями от налогов. Глубоко верующий, он первый сыскал организационные формы благотворительности.[249] Естественно спросить – почему избегал налоги, а не честно платил, дабы на общее благо расходовало государство? Видимо, относился к нему не лучше меня.

Все крупные американские компании расходуют груды денег на филантропию, редчайше редко анонимно. Наоборот, сие всякими способами афишируется, способствуя хорошему образу компании, по сути, это реклама. Билл Гейтс отвалил (не государству!) немыслимые деньги, 30 млрд долларов (но остался самым богатым в мире).[250] В свободной стране он имел на это полное право; по-моему, лучше бы держал цены на свою продукцию пониже (фактическая монополия позволяет Микрософту их задрать). «Политическое меценатство» часто ведет к коррупции.

Не все сознают, что принимать помощь, если здоров, стыдно. Нищие японцы закрывают лица широкополыми шляпами.

Раздел о помощи тут кончался, но всплыло извечное российское – что делать? Бедным, чего не бывает, вдруг кто-то прочитает, советую задуматься, напрячься, попробовать побороться с собой и затормозить детопроизводство.

§ XIV. Льготы, социальные гарантии

Над Африкой пролетает СантаКлаус. К нему взывает молоденький негр.

– Санта-Клаус, подари мне что-нибудь.

– Но ты ведь знаешь, мальчик, что подарки получают только те, кто хорошо кушает.

Я называю, не совсем точно, льготами (fringe benefits) все государственные (не только) выплаты дополнительно к зарплате и/ или не за работу. Расширение социальных льгот и гарантий невозможно без роста налогов или же дополнительной печати денег, ведущей к инфляции.[251]

К концу XIX в. льготы появились в Германии. В США во время войны их распространению содействовал «контроль зарплаты», компании не могли поднимать зарплату и завлекали ими. К тому же профсоюзы легче выбивали льготы.

Одна из первых льгот – сокращение длительности рабочего дня. Типичная льгота – оплачиваемый отпуск. В конце концов, не работодателю решать, хочет ли его работник отпуск и какой продолжительности. Разумеется, размер «прямой» оплаты должен позволить неоплачиваемый роздых, а время на отпуск надо предоставлять. Советская льгота – так называемый декретный отпуск, специальный декрет установил оплачиваемый отпуск по родам.

Обеляют талоны на еду (food stamps) и другие немонетарные льготы, иначе, по ханжескому взгляду, пропьют – истратят на наркотики и дети останутся голодными (похоже «обосновывают» уменьшение налогов: сколько бюрократам ни давай, все равно истратят). Самая распространенная социальная гарантия – пенсия по старости. Американский способ (social security) – из зарплаты вычитают 7 процентов, столько же дает наниматель – и образуется пенсионный фонд. По элементарной причине увеличения числа работающих, в итоге получишь меньше, чем внес.[252]

Во многих компаниях – «свои» пенсии, требуется протрубить столько-то лет. Компания может обанкротиться, тогда пенсию теряешь. В Дженерал Моторс (когда-то крупнейшей компании мира) в начале 2009 на каждого работника приходилось 5 пенсионеров – неудивительны проблемы компании.[253]

Проезд в Вашингтонском метро после 65 лет – со скидкой, мне лично выгодно, все-таки почему исключение для нас, стариков – старух? Благо бы в нерабочие часы, нет – в любые. В России общественный транспорт для старцев бесплатен.

В СССР «социалку» частично финансировали предприятия, они имели ОРСы (отделы рабочего снабжения), пионерлагеря, детские сады, поликлиники, «шефствовали» над местными школами, давали путевки в санатории – дома отдыха со скидкой. Кстати сказать, здесь одна из основных трудностей постсоветских экономических реформ – «социалку» не заместили.

Важнейшая льгота советского социализма – низкая плата за жилье (сперва вообще не взимали) не покрывала даже текущие эксплуатационные расходы. Под Сталиным жилищное строительство в городах, за исключением домов для начальства, практически прекратилось (при быстрой урбанизации), завели печально знаменитые коммуналки.[254] В конце 1920-х разрешили строительство жилищных кооперативов, через несколько лет по-тихому прикрыли, возобновили в конце 1950-х. Массовое строительство при Никите и позже начало рассасывать жилищный кризис. Ныне все еще сравнительно низкая квартирная плата быстро растет.

К льготам, понятно, относятся всякие послабления по налогам. Льгота в США по налогу на ипотеку (не знаю, где еще) существенно помогла «американской мечте» – жить в собственном доме. Предприятия собираются обязать законом давать медицинскую страховку, значит, по сути, повысить зарплату.

По-моему, роль различных льгот сильно преувеличена и не менее сильно запутывает. Их (включая налоговые) следует отменить, соответственно повысив зарплату. Иначе говоря, целесообразна монетизация льгот. Тот же принцип следует распространить на пенсии и оплату медицины.[255] Не следует при этом бояться роста доходов – пойдет на пользу (о благотворности повышения зарплаты я уже говорил). Понимаю, мое предложение не пройдет. Попытка монетизировать часть льгот в России вызвала широкое возмущение по элементарной причине – власть решила сэкономить и посулила недостаточные денежные компенсации.[256]

Что касаемо медицинских льгот, то рациональная система их оплаты не изобретена. Дилемма – если сделать ее всеобщей – бесплатной, неизбежно упадет качество. С недавних пор настаивают: медицине быть доступной всем («право, а не привилегия», медицина стала священной коровой), а если иные группы населения не могут позволить себе платить, это – обязанность государства.[257] Утверждают, что в США 45 млн чел. без медицинской страховки. Половина могут страховку оплатить, но уклоняются; не охвачены ею и «нелегальные» иммигранты.

Логика этих настояний непонятна – почему такой упор, еду тоже можно считать правом, а не привилегией? Когда (редко) вопрос задают, отвечают: ведь помогают голодным – бездомным. Социалистические призывы к бесплатному и доступному всем здравоохранению (все чаще – громче звучат в США) удивляют меня. Американская медицина – лучшая в мире, но далека от совершенства;[258] бесплатность поведет к ее вящему ухудшению. Вижу воочию – напропалую злоупотребляют тем, что она дармовая после 65.

В Канаде – Англии, где здравоохранение охватывает все население, не выбираешь врача, месяцами ждешь сложных анализов и операций, больницы переполнены, не лучшие идут в эскулапы.

Борьба со СПИДом. Напасть охватила мир в XX в., выяснилось, что чаще всего заболевают гомосексуалы и беззаботные в сексе. Другими словами, в основном заражаются по собственной вине. На борьбу с болезнью идут громадные деньги: так, США расходуют миллиарды долларов на борьбу с ней в Африке.

Повторю: по моему убеждению, всякие (в том числе «стимулирующие») льготы надо ликвидировать и заменить соответствующим (!) повышением оплаты труда.

§ XV. Налоги

Только смерть и налоги неотвратимы.

Сколько государство не обманывай, своего все равно не вернешь.

Народная мудрость

Постулировав надобность государства, приходится признать необходимость налогов. За их счет оно оплачивает свой аппарат-армию – суды – полицию – разведку (несомненный атавизм), развивает и поддерживает инфраструктуру, а ныне – науку – просвещение.[259] Возрастающую роль играют социальные расходы. Бедные ясак не платят, государства перераспределяют общественное богатство в их пользу, забирая деньги у богатых.[260] Других денег, кроме тех, которые они берут у граждан, нет; времена дани – военной добычи (без стыда – совести грабил Наполеон) миновали.[261] Налоги богатых содержат бедных. Дополню пословицу «Бесплатен лишь сыр в мышеловке» не менее верным: «Бесплатно – это всегда за чужой счет».[262]

Как налоги влияют на экономику, видно из того, что в Европе «налоговая нагрузка» в 2007 составила 48 процентов ВВП, а в США – 35 процентов.[263] Не зря, когда хозяйство входит в полосу трудностей, первейшая мера – уменьшить налоги.

Чаще всего применяют прогрессивный подоходный налог. Суть – ставка возрастает по мере роста дохода; основание – «они могут заплатить». Других обоснований нет (как и налога на наследство, на собственность, разных местных налогов и специального налога на владельцев зáмков в Британии).[264] Несправедливость отчетлива – люди пользуются услугами государства в лучшем случае одинаково, а бедный больше богатого. (На самом деле несправедлива и единая ставка: наказывают за больший доход.) Потолок ставки налога не везде установлен.[265] Справедливее был бы «налог на добавленную стоимость» (VAT), в России он действует с начала 90-х, в Европе – раньше.[266]

Налоговая система США имеет свои особенности. Законы принимают на некоторый срок (часто на год), они непрерывно меняются и несусветно запутаны. Масса льгот, которые, повторю, давно уже пора отменять. Армия платных специалистов помогает составить налоговый отчет.[267] Велика роль «местных» налогов – во многих штатах облагаются все покупки (в Чикаго 10 с лишним процентов) и местный же подоходный налог (10 процентов и в г. Нью-Йорке).

Большая проблема для малых бизнесов – как отделить деловые расходы, налогом не облагаемые, от личных. Это надо, елико возможно, упрощать, идти мелким собственникам навстречу.

В 1960-х предложен «отрицательный» подоходный налог (negative income tax). Идея – тем, чей доход ниже определенного уровня, государство выплачивает некоторую сумму. К идее отнеслись скептически, и, хотя ее поддержал Милтон Фридмэн, до дела не дошло. В 1972 соперник Никсона на президентских выборах пообещал каждому избирателю по 1000 долл. Видимо, продешевил – победил Никсон. В конце 2007 подобное обсуждали в Израиле.

По оценке Мирового банка, Россия на одном из последних мест в мире (130 из 178) по простоте уплаты налогов. Утешаться ли российскому читателю сложностью американской системы? Каждый президент обещает упростить налогосбор, обещал и нынешний, он многое наобещал.

Дизраэли писал о двух «нациях» в Британии. А что если разделить страну на две: в одной – «обыкновенные» люди, в другой – беднота? Если помните § XIII: американский конгрессмен спрашивал: «А кто будет гладить мои рубашки?» Во-первых, не возбраняется самому взять в руки утюг.[268] Во-вторых, есть прорва заведений, где стирают – гладят. В-третьих, покупай рубашки, которые глажки не требуют. Но оставим конгрессмена в стороне. Надеюсь, читатель согласится со мной – страна людей, предпочитающих свободу равенству, тужить не будет.

§ XVI. Демократия

Демократия с элементами диктатуры – все равно что запор с элементами поноса.

Мы вторгаемся в область, где обопрешься единственно на опыт, теории нет (претензий полно). Колыбель демократии – Афины V в. до н. э.[269] После долгого перерыва в конце XVIII в. на недолго воцарилась демократия во Франции.[270] В новейшие времена расширение демократических прав шло по мере роста среднего класса.

Маккиавели цинично – похоже писал о массах; в 1930 Хосе Ортега-и-Гассет опубликовал Revolt,[271] в 1950-х вышла замечательная (не скажу знаменитая: американские социологи – политологи ее замалчивают) книжка Эрика Хоффмана Истинноверующий. Об охлократии – власти толпы (mob rule) писали нескудно. По верным словам Мизеса, левые «не постигли двух факторов: первый, массы не мыслят логически; второй, в глазах большинства, даже когда оно способно осознать истину, сиюминутная выгода более важна, чем бóльшее благо, которое надо отложить».[272] Кто-то изрек, что не сам охлос ужасен, а интеллигенты, кто, потакая, ведут его. Большевизм – отличный пример того, куда активное меньшинство способно повести плебс. То же и нацизм.[273]

В самом деле, демократическое голосование осудило Сократа, почти демократически избрали нацистов, мы видели, как палестинцы хоронили лауреата нобелевской – ленинской премий тов. Арафата, а затем голоснули за Хамас, в России славят Сталина. Или – в связи с ростом продолжительности жизни надо поднять пенсионный возраст, но рабочие – крестьяне – инженеры по изобретательству против.[274]

Последние десятилетия представления о выгодах демократии колебнулись. Не «совсем наоборот», срединная империя с жестким режимом растет резвее всех, так ведь и Индия споро раскручивается (жуткая угроза – размножаясь, как кролики).[275] Знаменательно соотношение демократии и капитализма. Известны случаи рынка без демократии (Сингапур – Китай), но нет демократии без рынка.

Популизм без особенного экстремизма может существовать, как перонизм в Аргентине, пока не столкнется с хозяйственными трудностями (на Украине множество элементов популизма). Его успехи на относительно долгое время неизвестны. Пробовали разные пути формирования правительства – или в парламенте две «главные», или же несколько партий, и не скажешь, какая система предпочтительнее. Я предпочитаю нереальное – без партий: депутаты сами формулируют мнение и соответственно голосуют.

Мои собственные взгляды демократические.[276] Согласен с Черчиллем, что демократическое устройство общества, при обязательных условиях «разделения властей», взаимного контроля и сдержек, есть наименьшее зло. И конечно, я за то, чтобы равенство возможностей не «падало с неба», а зависело от личного вклада.

По-моему, надобна ограниченная демократия, по меньшей мере, следует ввести избирательный ценз по образованию и минимуму дохода (демократия для тех, кто платит налог).[277] Не оптимально, но необходимый шаг к оптимуму.[278]

§ XVII. Страны

Нас спрашивают:

– Можно ли построить коммунизм в Армении?

Отвечаем:

– Можно, но лучше в Грузии.

Армянское радио

Начиная раздел, подчеркну – межстрановые сравнения общественного продукта, уровней потребления и бедности крайне условны.[279] Информационная революция сблизила технические уровни разных стран, все же несхожества громадны. Международные организации, созданные с благой целью сблизить уровни – ООН, МВФ, Мировой банк – приобрели чрезмерную власть, в них все бóльшую роль играют «недоразвитые» страны. Увеличивается роль МВФ, нацеленная на расширение контроля национальных экономик. Хорошего тут мало.[280]

Джаред Даймонд остроумно растолковал отсталость доколумбовой Америки – континент вытянут в направлении север – юг в противоположность Евразии, простирающейся с запада на восток. Я подобного избегу.

Как-то несподручно писать в современном мире о последствиях расовых различий. Обратимся к фактам: ни одно негритянское государство Африки не преуспело, живут за счет обильной помощи Запада, проблема именно в этом. Понятно, не единственная – в ЮАР влиятельна компартия, дела там ухудшились после ликвидации апартеида. В Латинской Америке зависимость благосостояния страны от расового состава тоже бросается в глаза. Израиль, несмотря на наивысший в мире процент военных расходов, процветает; при громадных запасах нефти, дела в арабских странах хуже.[281] Или – негры – латинос в США обычно плохо учатся в школах («это – для белых, а не для нас»). Отвратны поселения индейцев в США – Канаде. Помогают им обильно.[282]

А вот случай Германии. В первой половине XX в. – успешная экономика (исключая десятилетие после первой мировой войны). В 1945 ее разделили на ФРГ – ГДР. Совершенно правильно указывали, что экономика ФРГ быстро развилась, а в ГДР значительно отстала. Но примечательно – экономика ГДР была ведущей в «социалистическом лагере».[283]

Как рационально объяснить ситуацию у соседей США? В Канаде мерзкая медицина, засилье профсоюзов; когда пересекаешь границу, в глаза бросается худшая инфраструктура. Все же жизнь сравнима с американской. Канада поставляет в США море нефти, почему же отстает Мексика, которая поставляет не меньше?

Была теория: все дело в климате – «северные» народы выживали, сражаясь с холодом. Но почему Япония опередила Манчжурию? Видя, что японцы – китайцы не седеют, а негры одолевают в спорте, нелогично отрицать расовые различия (статистические!) интеллекта. Признавая роль расового фактора (чую, назовут меня расистом), не считаю его решающим и повторю: убежден, что неверно – непозволительно судить о конкретном индивиде по его расе.[284]

Глобализация сокрушает барьеры между странами. Мир сжимается: несмотря на пышный расцвет национализма (чумы XIX–XX веков), экономически мир становится «одной деревней». Медленнее, чем хотелось бы, нивелируется разница в оплате труда по странам. «Антиглобалисты» (преимущественно бывшие левые) борются за влияние разбойными демонстрациями.[285]

В последнее время на парламентских выборах потерпели сокрушительное поражение компартии Италии – Испании. Сникла компартия Франции.

Не больно понимаю, зачем объединилась Европа.[286] Выгадали международные чиновники, которым при поездках не надо конвертировать валюту; граждане Португалии – Греции – Испании стали жить лучше, но почему за счет остальных европейских стран? Одно из художеств Брюсселя – ввели общий стандарт на фрукты – овощи и 25 процентов их ушло с рынка. Би-би-си назвало (12.11.08) атаку на «кривые огурцы» очередным «евробезумием». Замечательный МВФ давит на сохранивших национальную валюту – переходите на евро.

На севере Европы, дескать, «здоровый» (еще одна разновидность) социализм. Капиталистическая экономика сочетается там с социалистическими социальными программами, та же опека безработных в Дании. Похожая стойка Швеции потребовала непомерных налогов, капиталы утекали. «Государство всеобщего благосостояния» забрело в тупик (при вековом трудолюбии шведов). Пришлось прибегать к фокусам.[287] Позже начали частично выходить из «социал-демократического кризиса», но множатся проблемы, связанные с ростом числа иммигрантов-мусульман.

В общем, «на северах» прекрасно, однако, когда знакомому состоятельному финну понадобилась операция, он прилетел в Нью-Йорк. Не слышал об американцах, учащихся в Скандинавии, а среди полмиллиона иностранных студентов в США есть финны и прочие шведы.

Ни одна б. советская «республика» (кроме Прибалтики, но и там с 2008 проблемы) не преуспела, нормальный капитализм не выстроила. Бедствуют Таджикистан – Киргизия, бездна проблем в Армении. В Беларуси старики довольны батькой Лукашенко – здесь удается сносно (по тем стандартам) прожить на пенсию, но молодежь улепетывает. Причины разные, оставлю их прочим авторам.[288]

Кризис 2008–9 тяжело отразился на б. «странах народной демократии». Часто они «сами виноваты». Так, в Венгрии средний возраст выхода на пенсию – 58 лет, бюджет перегружен социальными программами.[289] Получше других дела в Польше, а особенно в Чехии.

Не обсуждаю здесь политическую историю Центральной – Южной Америк. Под Пиночетом хозяйство Чили заработало нормально, помощь бедным рационализировали; ныне торжествует популизм. Президентом Бразилии стал профсоюзный деятель, чьи социалистические симпатии неудивительны. Мало положительного могу сказать о Венесуэле – Боливии – Перу – Уругвае. И – континент не преуспевает.

Можно сетовать на «несправедливость» природы, одарившей черным золотом не все страны. Популярность социалиста Уго Чавеса основывается на социальных программах за счет «ископаемых доходов». А вот на чем основана популярность несравненного товарища Фиделя?[290]

Стоило Индии полуизбавиться (в ряде штатов правят коммунисты) от социализма, экономика круто пошла вверх, как и в Китае, когда «разрешили капитализм».[291] Исключительную роль в Китае – Индии играет мизерность социальных расходов государства (в частности, нет пенсий). Никто не дерзает предсказать, долго ли будет длиться коммунистический режим Пекина и что произойдет, когда рухнет жесткий политический контроль и не люди будут для государства, а оно для них. Не постигнешь, куда поведет Индию таблица размножения.

Возрождающийся Талибан кормится наркоторговлей, в Пакистане 18000 медресе, что добавить? Итог беглого обзора разных стран – чем больше капитализма, тем лучше.

§ XVIII. Россия

Угораздило же меня с моим умом и талантом родиться в России.

Пушкин

– Рабинович, зачем Вам столько денег? Мы же идем к коммунизму.

– А на обратный путь?

Перед тем, как «ругать» Россию, признаю: к глубокому моему сожалению, и США – не рай на земле (но счастлив, прожив здесь вторую половину взрослой жизни). Политически страна расколота пополам, люди недовольны Конгрессом. Все костерят высокие налоги. Оставляет желать лучшего юридическая система, основанная на прецедентном праве: у нас половина юристов мира, через суд без них не пробьешься. Два с лишком млн заключенных (но нет карманников, редко хулиганство).[292] Пресловутая политкорректность и похожие прелести, вроде идиотской кампании против sexual harassment.[293] «Переразвита» торговля, а магазины строят. Давно пора совершенствовать правописание эсперанто наших дней – английского языка (упрощение правил русского синтаксиса тоже не помешает) и дряхлую систему неметрических измерений. Читатель мог забыть рассуждения об отношении интеллигентов к тем, чья оплата выше, а ведь профессоры физики – математики – биологии получают меньше юристов. Не уразумею, зачем Министерство труда, чем оно за наш счет занимается? И бессмысленно тратить наши же миллиарды долларов на аналитиков ЦРУ, убедительно доказавших гробовую свою импотентность в исследованиях СССР – Ирака.

Причины векового отставания России ищут давно.[294] По не очень распространенному мнению, ключевая «ошибка» российской истории – лишь во второй половине XIX в. приступили к созиданию частной собственности.[295] Не было habeas corpus act, Ренессанса – Реформации (старообрядцев порушили).[296] Октябрь 1917 остановил бег к капитализму, впрочем, идеализировать ту Россию не стоит.[297] Пословица припечатывает: «Без труда не вынешь и рыбку из пруда», однако «Нищенство существовало на Руси издавна и всегда составляло характерную черту русской культуры. Немало встречалось и тех, кто побирался по лености, привычке к праздношатательству и тунеядству».[298] (Было и в других странах.)

Большевики захватили власть под лозунгом «рабочего контроля над производством». Марксизм (который, как мы помним, «всесилен, потому что верен») не оснастил экономической программой, все же военный коммунизм «есть продукт идей Маркса».[299] Кавалерийский налет на собственность поставил страну на грань катастрофы. «Левые коммунисты» не желали государственный социализм, ратовали за отмену денег и прямой продуктообмен; все же хватило здравого смысла ввести предложенный Троцким НЭП. Ввели от незнания – что и как делать.

Задавив его, к 1930 сформировали советскую («по марксизму – ленинизму») систему хозяйства. Непрестанные попытки реформировать (например, «внедряли хозрасчет») ничего не давали.[300] Основоположники торговлю не жаловали (особенно «товарное производство») и ее быстро низвели до жалкого состояния: все приходилось «доставать», недаром построили громоздкую «систему снабжения», в торговле цвело исконное «не обманешь – не продашь». Помню, как зимой 1940–1 из московских магазинов исчезло масло. Колхозный строй довел до массового импорта зерна. В СССР, как известно, не изобрели практически ничего потребительского.

Хрущев (непростительно забыть – прихлопнул политический Гулаг) насаждал кукурузу и делил обкомы. Необходимость экономических преобразований осознал, реформа 1965 проведена после, но по его инициативе. В 1966 прогремела звонким названием книга Лисичкина План и рынок. Широкомасштабные старания внедрить математические методы в управление экономикой (я в них участвовал) окончились пшиком. Брежнев никуда страну не вел, не ставил больших задач.[301] Хотя и обозвали его время «эпохой застоя», большинство вспоминает положительно (как время Путина и по той же причине – хотят стабильности). Андропов тщетно закручивал гайки, незабываемая заслуга – поднял Горбачева.

Те, кто славят успехи советской экономики (индустриализация), забывают жуткую цену – нищету населения, отставание от Запада по уровню жизни возросло. Чеканно сформулировала Марджи Тэтчер: «Верхняя Вольта с ракетами».[302]

Революции замещают один правящий слой – класс другим, знаменуя тектонические изменения. Перестройку-после не назовешь революцией: правящий класс остался у власти, пусть и избавился от марксистской идеологии – люстрации вертухаев – палачей избегли. Коренная ли это причина незадачи перестройки? – безусловно, одна из них. Интеллектуальной задачей – как перейти от социалистической экономики «обратно» к капиталистической – почти не занимаются.[303] Зато успешно распилили бабло.

С чего начинать переход? В России освободили цены, но не сладили с «разгосударствлением» (не я придумал чудный термин) собственности, возвратом ее в частные руки. Получился «дикий» капитализм без действенных социальных механизмов, утеряли и не больно эффективные предприятия, действовавшие до.

Разрушив (не до конца) социализм и медленно строя капитализм (в основном, олигархический), Россия в этом выиграла – можно использовать западный опыт: как успехи, так и неудачи. Однако в главном – в скором успехе перехода, она, несомненно, сильно проиграла, хотя уровень жизни в среднем поднялся.[304]

Экономические итоги текущего режима плачевны. Реальный капитализм не построен. По негожему западному совету применили «шоковую терапию» (смысл – сбросить державную заботу о людях, пока не расчухаются). Итог – кардинальный провал: куча олигархов (поредела во время кризиса), а средний класс едва заметен. Появились «новые бедные» – благополучные под советской властью, не сумевшие переприспособиться.

Тьма советских рудиментов. Телефонное право.[305] Прописка. Чиновники руководят массой вещей, включая культуру. Колоритный рудимент: твердят: «Народ не тот, вот воспитаются», так ведь генетический отбор идет медленно, народ воспитывается на своем бесправии и коррупции – лихоимстве бюрократии. «Наезды» (рейдерство) на мелкие бизнесы. В некоторых отношениях, например разнузданности милиции, превзойдены советские стандарты. Непростительно упустили «упавшую с неба» возможность перестроить экономику – взлет мировых цен на нефть.

Куча проблем: «ресурсное проклятие», подвластность бизнеса, недостаток «длинных денег». В России – США приблизительно одинаковое количество безработных, а население США вдвое превышает российское. Прогнозы министра финансов откровенно пессимистические, боюсь, тут он прав.

Мелочи. Посты ГАИ на въездах – выездах из городов (не видел подобного в десятках стран) и дикие пробки на дорогах. Летние отключения горячей воды. Тополиный пух. Уникальное советское изобретение – среднюю зарплату на отпуск – бюллетень специально высчитывают (следствие сдельщины). Вряд ли мелочь – как утверждает Левада-центр, нарастает агрессивность людей.

На Западе материальное положение в пределах страны приблизительно одинаково. В России оно резко различно в столице (и Уренгое) и «провинциях». Пенсии мизерны, чаще всего старики живут за счет родственников. Считается (считает ЦСУ), что бедных примерно 13 процентов. Порог бедности низок, в «фактические» цифры я не верю.[306] Государство не привечают, недаром всенароден уголовно-тюремный фольклор.

Винят повальное пьянство – московская демографиня назвала мне три причины низкой продолжительности жизни мужчин: водка, водка и водка.[307] Последствия ужасны, однако не так уж давно в США тоже пили через край.

В СССР поощряли многодетность, ордена давали за высокую продуктивность. Похоже действуют теперь, переименовав орден. Тут интересы страны вступают в наглядное противоречие с интересами человечества (см. дальше). Все чаще говорят: «Либо деньги, либо дети».[308] Проблема нарастает: за год численность трудоспособного населения сокращается на миллион человек.

Начальники пыжатся, «встав с колен», играются в великую державу. Слова Путина «Ликвидация СССР – крупнейшая геополитическая катастрофа ХХ в.» пренебрегают мнением народов, получивших независимость. Атака на Грузию, попытавшуюся восстановить в августе 2008 конституционный порядок в Южной Осетии, обнажила суть режима. Монополии, коррупция (договорились до «она у нас в крови», министр юстиции объявил, что не менее четверти людей в ней заинтересованы), инфляция разъедают мораль общества как ржа, – тяжелой гирей висят на экономике.[309]Нарастает ксенофобия, непредсказуемы последствия исламизации. Пустые претензии особой духовности: забыли Сахарова, в мае 2009 не заметили 15 лет с возвращения Солженицына. Идет «повреждение нравов». Не хочется это писать, но взглянем правде в глаза – страна ползет к фашизму. Увы, чернь предпочитает диктаторов.

Утверждают – российское население высокообразованно. Увы, в число 100 лучших университетов мира едва попал один МГУ. Да и сравнили формально (а как учесть качество? но присвоили докторские степени Зюганову – Жирику), но все чаще жалуются на недоучек. Интеллигенция обескровлена эмиграцией. Науки – искусства двигают штучные интеллектуалы, они уехали.[310] В § II выражено мое отношение к политическим взглядам интеллигенции, речь об интеллектуальном потенциале страны.

Путин – везунчик, узловая причина экономического успеха – всплеск цен черного золота. Счастье длилось недолго, в 2008 цены после крутого короткого подъема резко упали и стало понятнее – возможности реформ криминально упущены.

Из немногого положительного об эпохе Путина – ввели «плоскую» ставку подоходного дохода. Вместе с тем значительная часть проблем связана с широкомасштабной недоплатой других налогов, того же социального налога – 26 процентов. Плата за «уход» – порядка 10 процентов от «спасаемой» суммы. Необходимо так понизить ставки разных налогов так, чтобы уклонение стало невыгодным, резко усилив уголовную ответственность за него.

Исконный российский вопрос – что делать? Прежде всего, страна – часть мировой экономики, агрессивная политика накладна. Далее, пора повернуться лицом к среднему классу.[311] Пора избыть привилегии тех, кто охотно кушает из рук. Не годится забывать и класс-гегемон, у которого вскипает разум возмущенный: «У них деньги куры не клюют, а нам на водку не хватает». Из относительно легких мер – думец Павел Медведев добился государственной страховки вкладов в банки, думаю, надо поднять ее сумму и защитить вложения от инфляции.

Заботливо выстроенная и политически удобная вертикаль власти, как очевидно стороннему наблюдателю, вроде меня, помешает экономическим реформам, если (когда) к ним устремятся.

Надо ли, заканчивая этот раздел, распинаться в пристрастном отношении к России, где я родился, страны моих друзей – культуры– языка. Был бы счастлив ошибиться в мрачных прогнозах.

§ XIX. Будущее

Даю уроки вождения.

Моисей

Каменный век.

На стене пещеры лозунг: «Да здравствует рабовладельческий строй – светлое будущее человечества».

Я не Тойнби и не буду описывать 20 цивилизаций, тем менее будущих, но кое-что скажу. Общество неразумно – нерационально, понимание этого и определяет видение грядущего. История человеков – немыслимый, причем ускоряющийся технический прогресс и практически неизменная («стабильная») этика.[312] Не стоит надеяться: нечто произойдет, ибо люди поумнеют; нет, победят демагоги. Социализм одолеет не потому, что он эффективнее, а потому, что охлос его поддержит – ему удобнее опираться на власть, чем на самих себя, нести персональную ответственность.

Государствам все тяжелее выполнять принятые на себя обязательства, особенно по пенсиям. Временные решения (как необходимое увеличение возрастного порога) отсрочат назревающую катастрофу, но не предотвратят ее.

Рискну на предсказание.[313] Прошлый век представил собой необычайно мирный период. В XXI не избежать «планетарного» столкновения христианского мира (чуть разбавленного иудеями) с мусульманским, победят китайцы. Наша цивилизация закончится, как шумерская – египетская – персидская – римская – арабская и т. п. Какая ее заменит? Что потом – увидят (или нет) потомки.

Редко вспоминают, как каких-то полтораста лет назад Германия отставала и никто не думал, что к концу века она объединится, станет экономически – военно мощной державой с передовой культурой (и учинит Холокост). Какая страна (помимо Китая!) поднимется к концу века (коли не воспоследует вполне вероятная катастрофа)?

Не верю в лихие прогнозы энергетического коллапса: что-нибудь изобретут. Не предскажешь и последствия изменений окружающей среды. Пишут об энергии – экологии изобильно и неубедительно.

Достаточно ясно – хотим мы этого или же нет, мир ожидают природные катаклизмы. Не только природные – продолжающееся расширение «ядерного клуба», увы, просто не может кончиться добром.

Знаменитый б. глава Федеральной резервной системы США, Аллен Гринспэн, и не один он (писал об этом и Поппер), настаивают: ключ – образование. Нет спора, необходимо улучшать. Все же, коли родился дураком, учение нелегко и не поможет.[314] К тому же все мы знаем случаи, когда убийственно глупые выбиваются в начальники, занимают высокие посты.

Нас непомерно много (Бродский: «Земля зарастает людьми»).[315] По одному подсчету, к 2050 в мире будет больше людей старше 60, чем молодых. Маркс решительно отринул концепцию «попа» Мальтуса;[316] впоследствии, на переломе XX в., отвергли популярную тогда теорию пауперизации – множество бедных есть следствие перенаселения. Утверждают, что земля «выдержит» не более 8 млрд (пока менее 7, прирост замедляется). Покамест нет серьезных признаков исчерпания ресурсов, как уверял Римский клуб, но, как говорится, еще не вечер.

Проблему перенаселения Азии – Африки частично решит индустриализация (невозможная без урбанизации) и соответствующее вовлечение женщин в производство. Впрочем, на это надеялись еще в 1949.[317]

И надо крепко помнить – как издавна известно, все попытки устроить рай на земле неизменно создают ад.

Что касается самого близкого мне – экономики, как-то мир из кризиса выкарабкается. Говорят, что главный недостаток денег – их всегда не хватает. На бытовом уровне верно, но в мире скопилось слишком много денег – у инвесторов, в пенсионных фондах, в богатых нефтью странах и т. п. Они давят на рынок, который пока (август 2009) стабилизируется, неизбежно он пойдет вверх, а за ним – производство. Капиталистическое.

Исполать.

Приложение: Критикам

Так случилось, что книгу читали – критиковали уже в верстке. Переверстывать издатель не стал, и предваряя печатную критику (книга и написана, чтобы стимулировать дискуссию), отвечу на четыре уже возникших вопроса.

Первый. Упрекнули – не объяснил достаточно, почему число либералов больше числа консерваторов, в особенности, среди интеллигентов. Каюсь, одну причину упустил – либеральная профессура доминирует в «общественных науках» (их часто зовут неестественными) и нужно время, чтобы это превозмочь. В конце концов, не все поддается объяснениям – не моя задача истолковать этот феномен, и, собственно, что это меняет? Что в частности, следует из упомянутого в книге невеселого факта – подавляющая часть интеллигенции Германии, а затем и Австрии охотно последовала за нацистами?

Второе, лишь вскользь в самом начале помянул неединственность истины, на самом деле вопрос совсем не прост. Разумеется, «простое» потому и просто, что не зависит от толкования, от «точки зрения». Так, дважды два всегда четыре, а Волга впадает в Каспий, повседневный опыт это подтверждает, причем наше мнение (скажем, я буду утверждать, что дважды два равно пяти) не имеет тут значения. Марксизм – ленинизм исходил из того, что есть одна правда, которую истинные марксисты постигли, а кто не постиг, тот не настоящий марксист. Но выходя за узкие рамки бесспорных случаев, мы сталкиваемся с относительностью большинства фактов – концепций. Упомяну, к примеру, естественный вопрос – какая религия лучше и чем именно? Не пытаюсь отвечать, уже говорил в книге, что не понимаю преимущества единобожия по сравнению с язычеством. Или известный вопрос, прямо относящийся к теме книги – что лучше, быть богатым и больным или же бедным и здоровым; какой ответ может претендовать на истинность? Если читателю почудилось, что вопросы не так уж и сложны, напомню, что множество проблем современных физики – биологии не имеют (еще?) определенных ответов, а в «общественных науках» почти все, как вежливо выражаются, спорно. Спорно в буквальном смысле, как и наш вопрос – какой «изм» лучше? В очередной и уже последний раз скажу – истина, правда относительна, зависит от точки, с которой вы зрите – интерпретируете проблему.

Третья проблема, несмотря на кажущийся сугубо технический характер, имеет принципиальное значение. Общественная собственность на орудия и средства производства необходимо требует планирования, иначе, как управлять, как судить о (не)достигнутых результатах? Прошу читателя не удивляться – хорошее планирование много лучше хаоса, так как, избегая «метода проб и ошибок», позволяет избежать ненужных потерь. Увы, у планирования есть «очень маленький недостаток», настолько маленький, что сторонники общественной собственности (то есть социалистического способа производства) его упорно не видят: хороший (!) план недостижим в принципе. Не говоря уже о проблеме критерия – какой народнохозяйственный пан хорош, а какой нет? – нет возможности рассмотреть бесчисленное множество возможных вариантов, «увязать» их и выбрать наилучший.

Недавний чемпион мира по шахматам Г. Каспаров, пишет о партии, сыгранной в конце XIX в. (на доске, напомню тем, кто забыл, 64 клетки, а в позиции – лишь 24 фигуры – пешки): «…красивая, глубоко рассчитанная комбинация, которой и сегодня мог бы гордиться любой гроссмейстер. Такое пока не по зубам даже сильному компьютеру, тут нужны дополнительные мощности». В другом месте, комментируя партию Ботвинник – Геллер: «…позиция оказалась чересчур сложной даже для Ботвинника, который славился своим стратегическим мышлением… здесь на оценку влияло множество разновеликих факторов, неочевидных соотношений позиционных элементов, которые нелегко было точно учесть и взвесить».[318]

В этой позиции осталось 27 фигур – пешек. И то «нелегко точно учесть и взвесить». А как же быть с планированием народного хозяйства, в котором в миллион раз больше клеток – фигур – пешек?

Четвертое. Чем плохи налоговые льготы, почему предлагаю их изничтожить? Дело не только в том, что они фантастически усложняют налоговое законодательство, делают наши налоги «непрозрачными» («дело Юкоса»), они всегда дают кому-то привилегии за счет других. Уже осудил льготы на филантропию: государства за наш счет поощряют тех, кто дает деньги на цели, на которые оно их избегает тратить впрямую. Так, фонд Гейтса финансирует борьбу с болезнями в Африке. Само себе, в плохого этом мало. Но если власти считают нужным, они могут расходовать на это бюджетные средства. Не все граждане согласятся, так именно это я и имею в виду.

Другой пример – льгота на поощрение искусства. Опять-таки, в этом мало плохого, но скажем, я и не я один – небольшой любитель абстрактного искусства и моим конгрессменам придется это учитывать при утверждении бюджета.

Более сложный пример – льготы на так называемые деловые расходы, но и там надо что-то придумать.

Сокращения

Брокгаузъ – Энциклопедическiй словарь Ф.А. Брокгауза и И.А. Эфрона БСЭ – Большая советская энциклопедия, с указанием номера издания

ВНП (ВВП) – валовой национальный (внутренний) продукт

ВОЗ – Всемирная организация здравоохранения

М. – Москва

МВФ – Международный валютный фонд

ОЗ – Отечественные записки

ПСС – полное собрание сочинений

СПб. – Санкт-Петербург

т. – том

Eds. – редакторы

IQ – коэффициент умственного развития – одаренности

QJE – The Quarterly Journal of Economics

L. – London

Mass. – Massachusetts

N. J. – New Jersey

N. Y. – New York S

A – The Statistical Abstract of the United States, с указанием года издания

UK – United Kingdom

WP – Washington Post

WSJ – Wall Street Journal

Литература[319]

Берлин Исайя. «Отцы и дети: Тургенев и затруднения либералов». История свободы. Россия. М., 2001.

Бирман Игорь. Уровень русской жизни. М., 2007.

Бирман Игорь и Пияшева Лариса. Статистика уровня жизни населения России. М., 1997.

Гаспаров М. Л. Занимательная Греция: рассказы о древнегреческой культуре. М., 1998.

Гаспаров М. Л. Записи и выписки. М., 2000.

Коуз Рональд. Фирма, рынок и право. М., 2007.

Кузнецова А. П. Приватизация и обнищание населения в Европе XIV–XVII вв. М., 1997.

Лисичкин Г. С. План и рынок. М., 1966.

Лисичкин Г. С. О наших реформаторах, их реформах и национальной идее. М., 1999.

Маркиш Шимон. Сумерки в полдень. Очерк греческой культуры в эпоху пелопонесской войны. СПб., 1999.

Мизес Людвиг фон. Социализм. Экономический и социологический анализ. М., 1994.

Мельников Д. и Черная Л. Преступник номер 1: нацистский режим и его фюрер. М., 1981.

Мужики и бабы: Иллюстрированная энциклопедия. СПб., 2005.

Пайпс Ричард. Собственность и свобода. М., 2000.

Попов Г. Х. Теория и практика социализма в XX веке. М., 2006.

Роуз Рональд. Фирма, рынок и право. М., 2007.

Рэнд Эйн. Апология капитализма. М.: НЛО, 2003.

Сергеенко М. Е. Жизнь в древнем мире (Жизнь древнего мира). СПб., 2000.

Словарь современного русского литературного языка в 17-и т. М., 1952–1965.

Федорова Е. В. Императорский Рим в лицах. М., 1979.

Фурье Шарль. Избранные сочинения. М.—Л., 1951.

Хайек Ф. А. Дорога к рабству. L.: Nina Karsov, 1983.

Хоффман Эрик. Истинноверующий. Минск, 2001.

Чубинский В. В. Бисмарк: биография. СПб., 1997.

Шафаревич Игорь. Социализм как явление мировой истории. М., 2003.

Appleby Joyce. The restless revolution: A history of capitalism. N. Y., 2010.

Althusser Louis & Etienne Balibar. Reading “Capital” (пер. с фр.). N. Y., 1970.

Arendt Hannah. Origins of totalitarianism. N. Y., 2004 (1951).

Aslund Anders. How capitalism was built: the transformation of Central and Eastern Europe, Russia, and Central Asia. Cambridge, 2007.

Balkin Karen (Ed.). Poverty: opposing viewpoints. San Diego, 2004.

Berlin Isaiah. Karl Marx: his life and environment. 4th ed. Oxford, 1978 (1939).

Berlin Isaiah. The sense of reality: studies in ideas and their history. [Курс.] N. Y., 1996.

Berlin Isaiah. Four essays on liberty. Oxford, 1979 (1968).

Blackburn Simon. Oxford dictionary of philosophy. Second edition. N. Y., 2008.

Bohm-Bawerk Eugene von. The exploitation theory of socialism – communism; the idea that all unearned income (rent, interest, and profit) involves economic injustice. 3rd ed. Illinois: 1975 (1960).

Bohm-Bawerk Eugene von. Karl Marx and the close of his system (включает ответ Рудольфа Хилфердинга). Philadelphia, 1984. Bukovsky, Vladimir. USSR: de l’utopie au désastre. Editions Robert Laffons, Paris: 1990.

Callinicos Alex. An anti-capitalist manifesto. Cambridge, UK, 2003.

Сitro Constance F. & Graham Kalton (Eds.). Future of the Survey of Income and Program Participation. Wash. D. C., 1993.

Сitro Constance F., Daniel L. Cork & Janet L. Norwood (Eds.). The 200 °Census: Counting under Adversity. Wash. D. C., 2004.

Coates Ken (Ed.). Essays in socialist humanism, in honor of the centenary of Bertrand Russell. Nottingham, 1972.

Crozier Brian. Franco: a biographical history. L., 1967.

Danziger Sheldon H. & Robert H. Haveman (Eds.) Understanding poverty. N. Y. & L., 2001.

Defoe Daniel. Giving alms, no charity. N. Y., 1970 (reprint) (1704).

Ficker Victor B. & Herbert S. Graves. Deprivation in America. 1971.

Flora Peter & Arnold H. Heidenheimer. Development of welfare states in Europe and America. New Brunswick, N. J., 1981.

Fourier Charles. Selections from the works of Fourier. N. Y., 1972.

Furniss Norman & Timothy Tilton. Case for the welfare state: from social security to social equality. Bloomington, 1977.

Geach Ken. The capitalist manifesto. Walton on Thames, 1977. Gerschenkron Alexander. Economic backwardness in historic perspective.

Cambridge: Mass., 1962. Gladstone David. Poverty and social welfare. vol. I. Poverty and the poor laws 1820–1899. L., 1996.

Gordon David & Peter Townsend. Breadline Europe: The measurement of poverty. Bristol (UK), 2000.

Gottfried Paul Edward. Strange death of Marxism: the European left in the new millennium. Missouri, 2005.

Harrington Michael. Socialism: past and future. N. Y., 1989.

Harrington Michael. The Other America; poverty in the United States. N. Y., 1962.

Harrington Michael. New American Poverty. N. Y., 1984.

Hayek Friedrich August von. Individualism and economic order. Chicago, 1972 (1948).

Hayek Friedrich August von. Socialism and war: essays, documents, reviews. Chicago, 1997.

Hayek Friedrich August von. Economic freedom. Oxford, 1991.

Heilbroner Robert L. Between capitalism and socialism. N. Y., 1970.

Heilbroner Robert L. 21st century capitalism. N. Y., 1993.

Hitler Adolf. Mein Kampf. Перевод с нем. Boston, 1943.

Hunter Robert. Poverty. N. Y., 1904.

Isaacson Walter. Einstein: his life and universe. N. Y., 2007.

Kemp Tom. Marx’s “Capital” today. N. Y., New Park Publications, 1982.

Kelso Louis O. & Mortimer J. Adler. The capitalist manifesto. N. Y., 1958.

Kelso Robert Wilson. Poverty. N. Y., 1929.

Kresge Stephen & Leif Wenar (Eds.). Hayek on Hayek: an autobiographical dialog. N. Y., 1994.

Lasch Christopher. American liberals and the Russian Revolution. N. Y., 1972.

Lasch Christopher. Revolt of the elites and the betrayal of democracy. L., 1995.

Lindenmeyr Adele. Poverty is not a vice: charity, society, and the state in imperial Russia. Princeton, N. J., 1996.

Ludwig Emil. Bismarck: the story of a fighter. Boston, 1927.

Ludwig Emil. Talks with Mussolini. Boston, 1933.

Maycock Richard. Break the deadlock: a proposal for solving Britain’s economic problem, and criticism of socialist and Marxist theories. Halifax, 1982.

McLellan David. Karl Marx: a biography. Palgrave, Macmillan, 2006.

Memories of Richard Nixon. N. Y., 1978.

Menger Carl. Investigation into the method of the social sciences, with special reference to economics. N. Y.—L., 1985.

Mill James. Essay on government. Cambridge UK, 1937.

Mill John Stuart. On liberty in focus. N. Y.—L., 1991.

Miller David (Ed.). Popper selections. Princeton, 1985.

Mises Ludwig von. Omnipotent government; the rise of the total state and total war. New Rochelle, N. Y., 1969 (1944).

Mises Ludwig von. Socialism: an economic and sociological analysis. Indianapolis, 1981 (1922).

Mises Ludwig von. Liberalism: the classical tradition. Indianapolis, 2005 (1962).

Mises Ludwig von. Anti-capitalistic mentality. Illinois, 1972 (1956).

Mohl Raymond A. Poverty in New York, 1783–1825. N. Y., 1971.

Myrdal Alva & P. Vincent. Are we too many? L.: Unesko, 1949.

Mukherji Shekhar. Poverty and fertility in India: demographic field theory perspective. New Delhi, 2007.

Muravchik Joshua. Heaven on Earth: the rise and fall of socialism. San Francisco, 2002.

Natalis Hervaeus. Poverty of Christ and the apostles. Toronto, 1999.

Nozik Robert. Anarchy, state, and Utopia. N. Y.:, 1974.

Orshansky Mollie. How poverty is measured. Monthly labor review. Feb. 1969.

Ortega y Gasset Jose. The Revolt of the Masses. N. Y., 1932.

Paul Jeffrey (Ed.). Reading Nozick: essays on Anarchy, start, and Utopia. Totowa, N. J., 1981.

Pinker Steven. The blank slate: the modern denial of human nature. N. Y., 2002.

Piketty Thomas & Emmanuel Saez. Income Inequality in the United States, 1913–1998. QJE, Feb. 2003, iss. 1.

Piore Michael J. Beyond individualism. Cambridge, Mass., 1995.

Popper Karl Raimund. Open society and its enemies. В 2-х т. Princeton, 1963 (есть по-русски).

Popper Karl Raimund. Lessons of the century. N. Y.—L., 1997.

Preston Paul. Franco: a biography. N. Y., 1994.

Rand Ayn. Capitalism: the unknown ideal. N. Y., 1966.

Rand Ayn. Answers: the best of her Q & A. N. Y., 2005.

Rand Ayn. Virtue of selfishness; a new concept of egoism. N. Y., 1965.

Ridley Matt. Genome: autobiography of a species in 23 chapters. N. Y., 2005 (1999) (есть русский перевод).

Roberts Paul Graig. Alienation and the Soviet economy. New Mexico, 1971.

Rodgers Harrel R. Jr. Cost of human neglect: America’s welfare failure. N. Y., 1982.

Rodgers Harrel R. Jr. American Poverty in a New Era of Reform. Second Edition. Armork, N. Y., 2006.

Russell Bertrand. In praise of idleness and other essays. L., 1935.

Russell Bertrand. Unpopular essays. N. Y., 1957.

Queen Stuart Alfred. Social work in the light of history. Philadelphia, 1922.

Schumpeter Joseph Alois. History of Economic Analysis. N. Y., 1954.

Schumpeter Joseph Alois. Ten great economists, from Marx to Keynes. N. Y., 1957.

Schumpeter Joseph Alois. Capitalism, socialism, and democracy. 3rd edition. N. Y.: Harper, 1950.

Shirer William L. The Rise and Fall of the Third Reich. N. Y., 1959.

Solow Robert. “How to understand the disaster?” The New York review of books. [курс.] 14.05.09.

Stephens John D. Transition from capitalism to socialism. Urbana, 1986.

Sugawara Yugi. Religious poverty: from Vatican Council II to the 1994

Synod of Bishops. Rome, 1997.

Thomas Norman. Fascism or socialism. The choice before us. L., 1934.

Thomas Norman. Socialism re-examined. Norton, 1963.

Todd Emmanuel. The Explanation of Ideology. N. Y. & Oxford, 1985.

Todd Emmanuel. The final fall: an essay on the decomposition of the Soviet sphere. 1979.

Townsend Peter & David Gordon (Eds.). World Poverty. New policies to defeat an old enemy. Bristol UK, 2002.

U. S. Census Bureau. Alternative Income Estimates in the United States. Wash. D. C., 2005.

U. S. Dept. of Health, Education, and Welfare. Measure of poverty: a report to Congress. Wash. D. C., 1974.

Walker Robert; Roger Lawson & Peter Townsend (Eds.). Responses to poverty; lessons from Europe. 1984.

Watson Peter. Ideas: A History of thought and invention, from Fire to Freud. N. Y., 2005.

Wedderburn Dorothy. Poverty, inequality, and class structure. L., 1974.

Примечания

1

Португалия – Голландия забежали вперед уже в XVI в. Изрядную роль в становлении капитализма сыграло протестантство.

2

Gottfried (Strange, pp. 28 ff) обсуждает «левый поворот» Европы после войны. Нацисты считались крайне правыми, а СССР – «на стороне ангелов». Деление на левых – правых не очень внятно. В 1920-х правыми в Германии называли антисемитов (Isaacson, Einstein, p. 284).

3

Левиафан (XVII в.): жизнь solitary, poor, nasty, brutish, and short (одинока, бедна, беспросветна, тупа и коротка– Перевел не я.). Капитализм сделал ее иной.

4

Литература обычно такое избегает. Исключение – Мизес, Социализм. Назову и Хайек, Свобода (не мне критиковать заслуженно известную книгу, все же проблемы материального неравенства он миновал).

И по-английски немного. Качество просоциалистической литературы невысоко. Так, в книге б. председателя Социалистической партии США Harrington, Socialism СССР тех времен назван «авторитарным коллективизмом», пишет и о «бюрократическом коллективизме». Есть еще и «Советские пятилетние планы ликвидировали безработицу». Термины «нацизм» – «фашизм» использует неоднократно, но не «национал-социализм». Избежал термина и Thomas (баллотировался в президенты США от той же партии) в Fascism.

5

По-видимому, первая (1958) работа с таким названием: Kelso – Adler, The capitalist. Есть, само собой, и Callinicos, An anti-capitalist.

6

Цитирую книги на английском языке по простой причине: в американских библиотеках нет переводов англоязычных книг. Перевод цитат мой. Извините.

7

Пушкин уснастил примечаниями Онегина – Полтаву (см. 17-томный словарь русского языка, т. 16).

8

Не упомню, чтобы в споре кто-то признал: «Ты меня убедил». Нильс Бор: в научных спорах редко одна сторона переубеждает другую, просто поколение со старым [то бишь, неверным] взглядом уходит, а следующее воспринимает новые представления естественно. Мой товарищ, Джон Глэд, мудро обронил: «Не надейся кого-нибудь (пере)убедить».

9

Так, постоянно занижают потребления алкоголя (отчего бы?). Не слышал в долгой своей жизни, чтобы кто-то молвил полицейскому: «Я совершил такой-то противозаконный проступок, накажите меня», или: «Пожалуйста, сбавьте мне зарплату».

10

См. Сitro – Kalton. Future; а также Сitro – Cork – Norwood. The 200 °Census.

11

Чуть в сторону. Пыжился, что в 1981 первым заявил в печати: советская экономика приканчивает советский режим. Стив Грант указал переведенную с французского в 1979 (оригинал – в 1976) книгу Todd, Final (переиздана в 1990). Она хороша (так, на с. 60: «Абсурдна идея централизованного планирования экономики в стране, территория которой 22 млн км»). Советологи «не заметили»: не видел ссылок и не слышал о ней. На обложке его книги The making of modern France (Cambridge: Mass., 1991) перечислены несколько книг, но не эта.

12

Мириады раз повторяли mot Дэн Сяо Пина в 1962 (!): «Неважно, черная ли кошка или красная, важно, чтобы она ловила мышей». Роль идеологии он сознавал, и ныне китайская кошка – розовая.

13

Как капитализм не выужен из чернильницы на кончике пера, так никто не «изобрел» деньги (см. в частности, Menger. Investigation, p. 152).

14

Термин придумали сен-симонисты (Hayek. Individualism, p. 3). Первым назвал себя социалистом Оуэн (Muravchik. Heaven, p. 57).

15

Ругали «реформистский социализм» и его столпа Эд. Бернштейна. Ругали, оказывается, за разногласия с Марксом (см. его статью «Карлъ Марксъ и русскiе революцiонеры. Марксъ и Бакунинъ» в Минувшие годы, 1908, № 10). Кстати, Герцен – Кропоткин тоже «не дружили» с Марксом. И с Лениным они не поладили бы.

16

Национал-социализм, интернационал-социализм… компартия России стала яро националистической.

17

Разные (не все!) социалистические теории описаны в Schumpeter, Capitalism, part V.

На Западе «социалистическим» обычно называют государство с развитыми социальными программами (те же Швеция – Дания), а коммунистическими – те, в которых тоталитарно властвуют коммунистические партии. Вл. Брусс собирался писать книгу От коммунизма к социализму.

18

Разве что определяется хождением Маркса в библиотеку Британского музея. В комплиментарной I. Berlin, Karl, p. 10–11: практически все (что, как нас заверяли, он «открыл») написано до.

Блестящая критика марксизма в книге Bukovsky, USSR.

19

Piore. Beyond. Раньше об этом писал Хайек в Дорога. Я не против коллективных усилий. Без них, даже с теперешней техникой, нет современного производства. На Руси издавна кому-либо всей деревней возводили дом. Но я за связь между усилиями и вознаграждением.

20

Старый большевик говорил моему приятелю Д. Арансу: «Покупайте театральные билеты в первый ряд – при коммунизме [то есть при равенстве] вы туда не попадете».

21

Шафаревич. Социализм. Полнее описал Берлин в очерке «Socialism and social theories» (Berlin. The sense).

22

Schumpeter. Ten, p. 5: «In one important sense Marxism is a religion».

23

Шафаревич. Социализм, с. 283 ff.

24

И не могло. Генетики единодушны в споре «nature or nurture»: человеком руководят гены, их изменения сказываются через поколения. На Кубе принцип воплощен: зарплата одинакова для всех, и не сравнить ее с Китаем, где от «равенства» решительно отказались.

25

Так, не для меня противоабортная позиция американских правых: «жизнь начинается в момент зачатия».

26

В Европе – США противоположно понимают термин «либерал». В начале книги Liberalism Mises четко определяет разницу. Споры продолжаются, посмотрите термин в Интернете. И напомню – одна партия в России названа ее создателем «либерально-демократической».

27

О ее ходе в Америке 100 лет назад см.: Lasch. American; О неомарксизме см.: Gottfried. Strange, p. 54 ff. Течение «постмарксистских левых» он называет политической религией.

28

Stephens. Transition.

29

Вопрошаю не я один. Schumpeter посвятил главу книги Capitalism враждебному отношению западных интеллектуалов к капитализму (единственным авторитетным автором, отрицающим социализм, назвал Мизеса – p. 172). Hayek (Socialism, p. 221 ff) объяснил интеллигентскую любовь социализма. См. также: Лисичкин. О наших, с. 36 ff.

30

За интересы пролетариев борются не они сами, а интеллигенция: ни Маркс – Энгельс, ни немногочисленные их соратники и многочисленные последователи, за редкими исключениями, не «от станка». Наверное, отсюда появились комплексы, вроде прославления физического труда.

Марксизм занес интеллигенцию в «прослойку», не отведя отдельного класса. Избегу повторять известную оценку Лениным интеллигенции; любопытствую, кем он себя считал?

Не совсем кстати, зато коротко – о морали. На выходе из детства, работая на заводе бок о бок с кадровыми рабочими, не мог понять базовое утверждение марксизма – ленинизма о высокой пролетарской морали, конкретно какими чертами – качествами она выше. В конце жизни прочитал краткое эссе «The Superior Virtue of the Oppressed» (Russell. Unpopular. На русский вроде бы не переведено).

31

Против советского социализма был и знаменитый профсоюзный лидер Эрнст Бевин, позже министр инодел в правительстве Эттли.

32

Шафаревич об иезуитской (буквально) попытке в Парагвае (с. 219): «Враги иезуитов… упрекают их в том, что они морили индейцев голодом, изнуряли их непосильной работой. Но как-то убедительнее, логичнее кажется та картина, которую рисуют источники, восходящие к иезуитам: безголодное существование, отдых каждое воскресенье, обеспеченная хижина и плащ. …И эта почти удавшаяся попытка низведения сотен тысяч людей до муравьиного существования представляется гораздо более страшной картиной, чем любая каторга».

33

Popper (Open, v. 2, p. 82) снисходителен, пишет об его «искренности» и «интеллектуальной честности», но тут же объявляет «фальшивым пророком». Читал он действительно беспрестанно; Schumpeter. Capitalism, p. 23: «он знал все» и тут же замечает: «Всем известно, что теория трудовой стоимости неудовлетворительна».

Коммунистический Манифест (в оригинале Манифест коммунистической партии) написан до основополагающей теории, в частности до «теории прибавочной стоимости».

34

В. Набоков (Соглядатай): «Глупо искать закона, еще глупее его найти. Надумает нищий духом, что весь путь человечества можно объяснить каверзной игрой планет или борьбой пустого с туго набитым желудком, пригласит к богине Клио аккуратного секретарчика из мещан, откроет оптовую торговлю эпохами, народными массами, и тогда не сдобровать отдельному индивидууму, с его двумя бедными „у“, безнадежно аукивающимся в чащобе экономических причин. К счастью, закона никакого нет – зубная боль проигрывает битву, дождливый денек отменяет намеченный мятеж, – все зыбко, все от случая, и напрасно старался тот расхлябанный буржуа времен Виктории, написавший темный труд Капиталъ – плод бессонницы и мигрени».

Кто по доброй воле снимет с полки пыльный фолиант (в Библиотеке Конгресса полторы тысячи книг, в название которых входит «Marxism») и начнет штудировать? В свое время я «проходил» Капитал. Спешу заверить читателя: там подробно описано, чем капитализм плох, но мало – как он работает. И уж, конечно, не о работе современного капитализма.

35

Шокировали слова о «комплексе Фурье» и его «невротической основе» (Liberalism, p. XXVII ff), но вот Ф. Энгельс: «Полно мистицизма, подчас сумасбродного» (цит. по предисловию к Фурье, Избранные, т. 1, с. 6).

36

Mises. Anti-capitalistic, p. 15 ff. Интеллектуалы считают, что им платят несправедливо мало. По схожим причинам недовольны и «белые воротнички».

Профессор, ныне федеральный судья, поделился: сидели на одной скамье, ничем он не лучше; натужно пробившись, мы получаем какие-то полтораста тысяч, а он на Уолл-Стрит – миллионы. Просветить-то просветил, но я подумал, что в США профессоры математики – физики получают меньше юриспрудентов.

Почему интеллигенция отпихнута от власти – вопрос далеко не праздный. Одна причина – «растекаются мыcлию по древу», нерешительны. Другая – по избытку амбиций не могут объединиться.

37

В XVII в. о ней писал Thomas Hobbes, позже – David Hume. Упоминаниями о зависти пестрят дневники Бисмарка. Mises. Liberalism, p. XXVIII: «снова и снова мы слышим социалистов, которые говорят, что материальных желаний будет меньше, так как люди осознают, что никому не лучше, чем его соседу».

38

Pinker. The blank, p. 283. Различия объяснены темпераментом.

39

Гаспаров. Записи, с. 84. См. также Звезда, 2000, № 1, с. 235 ff.

40

«Массы не всегда чувствовали себя обездоленными и эксплуатируемыми. Но интеллектуалы, формулировавшие их взгляды, говорили, что они были, хотя и не в таких точных словах» (Schumpeter. Capitalism, p. 26).

41

Обратите внимание: «прав» и «правый» – слова однокоренные (тоже по-английски). А пара к «левый» разве что «левкой». Есть и другие значения, например «левая работа».

42

Рэнд (в девичестве Алиса Розенбаум, в США – Ayn Rand) основала философскую школу – «Объективизм» (см. ее Virtue, p. 1 ff). Немыслимо популярные романы прямолинейны – скучны. Грудью стояла за капитализм. Разделяя основные идеи, помечаю ниже несогласия. Жаль, высказала свое мнение по широкому кругу проблем, включая шахматы.

43

Список литературы я начинил книгами с противоположной точкой зрения. Но почему левые не упоминают Мизеса – Хайека – других? Чтобы не замалчивали, Энгельс, прикрываясь псевдонимами, писал рецензии на Ка питал.

Не читают они и Маркса. Не читают и противников, а ведь главное для ученого, втолковывал мне акад. Р. Энтов, неустанно искать: где ты неправ. Никто так не слеп, как нежелающий видеть.

44

Неоценима роль Рейгана – Тэтчер. Увы, британские избиратели возлюбили ее после дурацкого Фолклендского конфликта.

45

Mises. Liberalism, p. 12. Другой пример – Menger в Investigations (p. 82) зовет личный корыстный интерес «догмой» теоретической экономии. Аргумент – есть и другие интересы – сам по себе верен. Но, по крайней мере, статистически в подавляющем числе случаев нашими действиями правит корысть.

46

Социалистом был и основатель современной Польши И. Пилсудский.

47

Никсон, сын небогатых родителей, не пишет в толстенной (и интересной) книге The memories, как – почему примкнул к консерваторам.

48

Споры о Гражданской войне в Испании продолжаются, см.: The Times Literary Supplement. 10.04.09, p. 6.

Биограф Франко (Preston. Franco, p. 6) вопрошает: «…как совместить его качества, требовавшиеся для успехов, и удивительную интеллектуальную посредственность – верил в банальнейшие идеи». Сразу вспомнился mot Троцкого: «Сталин – самая выдающаяся посредственность нашей партии».

49

В середине прошлого века такой гигант (увы, многословный), как Schumpeter, назвав Маркса в Ten великим, отверг теорию трудовой стоимости (восходящую к Смиту – Риккардо), а теорию прибавочной стоимости без обиняков назвал несостоятельной (untenable). «Трудовая теория стоимости была результатом розыска иллюзорной субстанции, а не анализа экономических отношений» (Hayek. Individualism, p. 136). См. также Schumpeter, Capitalism, ch. III. Аргументы интеллигенты не видят. Так, известная книга Althusser – Balibar, Reading его не упоминает, хотя о прибавочной стоимости, согласно Index, говорит более 30 раз (как нет упоминаний и в Althusser. For Marx. L.: 1969), понимай: нечего возразить. С 1948 он в компартии Франции.

Мизес (цит. по Böhm-Bawerk. The exploitation, p. 147): «Самое замечательное в беспрецедентном престиже Маркса – даже самые восторженные поклонники не читали его работ и не знакомы с их содержанием».

Подобным образом астрономы десятилетиями признавали авторитет Коперника, игнорируя центральный тезис – Земля вращается вокруг Солнца (Watson. Ideas, p. 517).

50

В книге Balkin, Poverty разные авторы высказали противоположные точки зрения на голод, отсутствие медицинской страховки, бездомных, причины бедности, глобализацию и т. п. Авторы обосновывают свои аргументы, а противные «не замечают».

K. Поппер (Miller. Popper, p. 26) объясняет успехи греческой философии традицией критических дискуссий.

51

Socialism, p. 457. Увы, нередко к услугам сторонников социализма статистика. В начале главы «Консервативная критика государства благосостояния» книги Furniss – Tulton The case, p. 51: «Швеция – Швейцария обошли США по душевому доходу». Я бросил книгу, но находятся читатели, верящие чепухе.

52

Книга Harrington, The Other проняла Джона Кеннеди, его брат Роберт считал борьбу с бедностью долгом. Яростный левак Н. Хомский – известный ученый в своей области.

53

Сравните титулы двух книг того же самого Heilbroner: Between и 21st century.

54

Schumpeter. Capitalism, p. 144: «Политическую критику не опровергнешь рациональным аргументом».

55

The memories, p. 7.1

56

Но – Шафаревич (Социализм, с. 311): «…взгляд на социализм как на идеологию абсолютного государства делает непонятным одно из основных свойств социалистических учений – их заразительность, способность влиять на массы. Слишком нелегко представлять себе, что люди идут на пытку, виселицу или баррикады ради счастья стать бездушным винтиком всесильной государственной машины». Ладно массы, но полностью относится и к интеллигенции.

57

«Передовая» («прогрессивная») интеллигенции отрицает расовые различия интеллектов, толкуют о разных культурах. Ламаркизм чистой воды.

58

Эйнштейн горой стоял за личную независимость и свободу, порицал советский режим. И дружил с социалистами (в том числе с Норманом Томасом), отдавал предпочтение плановой экономике, разделял иллюзии, что «образование, в добавление к врожденным способностям человека, разовьет в нем чувство ответственности за других» (Isaacson. Einstein, p. 504).

59

Информация к размышлению: М. Ботвинник умер в 1995 верующим коммунистом, а Г. Каспаров – «наш человек», вполне правый.

60

О российской интеллигенции XIX в. и противостоянии левых – правых см.: Берлин, «Отцы». Поразительный факт – российская интеллигенция была против большевиков, а немецкая, за редкими исключениями, пошла за нацистами.

61

Вопрос о смысле жизни философски «незаконен… только после Галилея было осознано, что любой произвольно поставленный Природе вопрос – «философский?» – должен иметь возможность быть в принципе проверен простым наблюдением или специально поставленным экспериментом» (А. Ансельм. Теоретическая физика ХХ века. Звезда, 2000, № 1).

62

Не все хотят обогащения. В США есть такое малолюдное движение. Антисфен (учитель хрестоматийного Диогена): «Как прекрасно, что вокруг столько вещей, без которых можно обойтись».

63

Имеются всякие критерии, в том числе подготовка к «жизни после». Буддисты (70 % китайцев) верят, что после жизни (после «перевоплощения») есть и бедные, и богатые.

Надо полагать, Джозеф Пристли первый заявил в 1768, что счастье наибольшего числа граждан есть стандарт, по которому можно судить о правительстве. Бентам уточнил: «наибольшее счастье».

64

В Уровень я писал, что общепринятый замер экономического успеха стран – валовой национальный (или внутренний) продукт (ВНП – ВВП) – лишь косвенно отвечает цели экономики, важно не сколько произвели, а сколько потребили. Иными словами, ВВП следует заместить, в качестве основного, показателем уровня жизни.

Помимо всякого, я там разъяснил неудачность термина «стандарт жизни» (применяется и в Британской Энциклопедии), правильно «уровень жизни».

65

Индекс ООН суммирует уровни потребления – образования – медицинского обслуживания и состояние экологии. Веса произвольные, так что брать показатель всерьез не приходится.

66

Не все. В США так называемые «футбольные (хоккейные) мамы» возят детей на тренировки – матчи.

67

B. Russell в Praise (в 1923 напечатано одноименное эссе Карела Чапека) утверждая, что свободное (от труда) время не менее ценно, чем материальное потребление, агитировал за четырехчасовый рабочий день.

68

Удобство – есть телефон. Изобилие – когда два. Роскошь – когда три. Блаженство – когда ни одного.

69

Джон Стюарт Миль считал широту выбора коренным признаком свободы. Великий Инквизитор: люди страшатся свободы выбора, от которого их освобождает и делает счастливыми Церковь.

70

Ограниченность ресурсов – основная причина существования науки «экономика».

71

См. Sugawara. Religious. Библиография книги насчитывает 21 страницу. В Ватикане частной собственности нет. Обширная религиозная собственность (церкви – монастыри) была до 1917 в России и бурно растет теперь.

72

Неизвестная Россия. ХХ век. Книга вторая. М.: Историческое наследие, 1992, с. 353.

73

Watson. Ideas, p. 93 (на p. 95 упоминаются ранние законоположения, тоже защищающие частную собственность). Приблизительно тогда же возникла письменность. «До капитализма частная собственность существовала де факто, то есть по обычаю, а не де юре, то есть не по праву/закону, вся собственность принадлежала главе племени» (Rand. Capitalism, p. 5).

74

Хайек. Свобода, с. 122: «…система частной собственности – важнейшая гарантия свободы не только для владельцев собственности, но и для тех, у кого ее нет. Благодаря разделению контроля над средствами производства между множеством независящих друг от друга людей, никто не имеет над ними абсолютной власти, и мы сами можем решать, чем будем заниматься».

75

Да и вообще, так сказать, цель экономики – производство прибыли. Старый мой товарищ, профессор, «объяснял», почему в США грузы перевозят автотранспортом (а не по железным дорогам): мощное лобби в Конгрессе. Попытки втолковать ему: выгоднее, прибыль весомее – успехом не увенчались.

76

Идея не новая (см. Harrington. Socialism, p. 199 ff). Первые годы после краха советской власти с нею носился Владимир Попов.

77

По мнению Berlin (The sense, p. 88), «Новый курс» Рузвельта был полон идей Сен-Симона – Фурье.

78

Тут тоже полно непонятного: скажем, что есть общественный интерес?

79

В США «рынком» называют также биржу. Заметим, англ. good означает и «хорошо», и «товар».

80

Торговля старше промышленности, что отражает и язык: «купец» слово стародавнее, а «промышленность», как известно, измыслил Карамзин. Боюсь ошибиться, но, видимо, произвел от «промышлять».

81

Не стоит переоценивать: рынок, хотя бы из-за неполноты информации, имеющейся у продавца – покупателя, как выражаются экономисты, несовершенен. Иные теоретики полагали, что без рынка экономика просто не будет работать. Нет, до поры до времени она дрянно, но функционировала.

82

Государство не только подавляет индивидуальную свободу, оно в принципе «против капитализма».

83

Hayek. Socialism, p. 151 ff.

84

В Сингапуре капитализм, а обществом свободных людей его не назовешь.

85

Jean Bodin (французский философ XVI в.) – власть суверена должна перевешивать специальные интересы регионов и религиозных группировок. Б. Спиноза: согласие на власть суверена есть цена, которую мы платим за порядок. С полным уважением к философу – цена велика.

86

Краткую дефиницию см. в Blackburn. Oxford, p. 210. Философские основы – Nozick. Anarchy.

87

В 1972 в Вашингтоне требовалась 71 подпись, чтобы купить оборудование, и 56 подписей, чтобы нанять работника (The Memories, p. 767).

88

Государственные секреты – мы их выбираем, а они таятся от нас.

89

Не раз слышал выражение government work, означающее очень плохую работу. Ни в словарях, ни в Google нет. Отыскалось в WSJ, 13–4.06.09, p. A12.

90

Мы не отрицаем государство совсем. Mises в Socialism, p. 45–46 показал, чем либерализм отличается от анархизма. Ортега-и-Гассет указал в Revolt величайшую опасность государства (книга написана в 1930 и почти сразу переведена на англ., в России издана в 1991). Кажется, Владимир Соловьев сказал: назначение государства – не создать рай, а не допустить ада. С присущей им диалектической логикой большевики говорили, что государство, необходимое до поры до времени, есть зло и в будущем отомрет.

91

«…Единственная цель, оправдывающая действие против любого члена цивилизованного общества, – предотвратить вред другим». Обычно цитату тут заканчивают, и напрасно. Далее следует: «Собственное благо, физическое или моральное, – недостаточное основание для такого действия» (Mill. On liberty, p. 30). Само собой, неограниченной свободы нет.

92

Поначалу иные правители хороши, потом бронзовеют все.

93

Mill. Essay, p. 6.

94

Lindenmeyr. Poverty.

95

Уверяя, что не социалист (по-нынешнему, «государственник»), он настаивал на увеличении роли государства в экономике. Знаменитая его книга переведена на русский после войны по распоряжению Сталина. Об отношении к нему см. Hayek. Economic, p. 77 ff.

96

WSJ. 31.12.07, p. 13. Коуз. Фирма, с. 66: «…государственные экономисты, т. е. люди, которые дают ответ, даже когда ответа не существует».

97

Уйма экономистов считают, что при правильной монетарной политике «Великий Кризис» (начавшийся в 1929) не стал бы «великим». В особенности винят «золотой стандарт».

98

Коуз показал в Фирма, что не обязательно даже маякам принадлежать государству.

99

Бóльший нонсенс – никаких космических полетов, пока есть бедные (The memories, p. 430).

100

Я не понимал это выражение. Формула Н. Эйдельмана: «Отдельные исключения не меняют общей картины».

101

В Rambler.ru (21.06.09): «Подлодки четвертого поколения встанут на защиту России». От кого?

102

Занятия с новобранцами: – С кем СССР имеет общие границы? – С кем захочет, с тем и имеет.

103

«…Фашизм, нацизм, коммунизм относятся к человеку как к животному, приносимому в жертву для блага группы – племени – общества – государства» (Rand. Capitalism, pp. 196–7). К тому же, благо бывает воображаемым. А наивысшие в истории людские потери в войне, начатой в 1914 полусоциалистической Германией и в 1939 ею же. Всегда есть исключения, но демократии войн не развязывают. Увы, Ирак.

104

Кант называл его деспотизмом (Поппер. Lessons, p. 74). На Руси звали холопством.

105

Оправдывают закон о пристегивании в автомашине пассажиров, но закон, обязывающий водителя, противоречит конституционным гарантиям – охрана меня от меня же.

106

Нелепы ограничения часов торговли алкоголем. В ряде штатов (в том же Мериленде) его купишь лишь в муниципальном магазине, где цены, понятно, выше.

107

В знаменитой книге М. Джилас показал, что «новый класс» (а не государство – общество в целом) владеет средствами производства.

108

Зарплаты относительно скромны, но содержание лидеров зверски дорого: обеспечение безопасности, государственные приемы, помпезные здания посольств. За наш счет чиновники летают первым классом.

109

Красное знамя, празднование 1 мая, «четырехлетка», отношение к религии, лозунг «Общественное над личным», звали друг друга «товарищ» и т. п. Mises. Socialism, p. 530: у Ленина – Троцкого – Сталина нет более верных учеников, чем нацисты.

110

Мельников – Черная. Преступник. Перипетии публикации – Звезда, 2003, № 10.

111

Mises. Socialism, p. 527: фашисты менее эффективны и более коррумпированы, чем нацисты.

112

Furniss – Tilton (The case, p. 1) цитируют Max Weber (однофамилец знаменитого социолога?): «Не может быть сомнений, что в основе политики нацистов была политика welfare state» (перевожу – социальное государство). В Конституции РФ есть такая оговорка.

113

Берлин: «Социализм есть квинтэссенция западной мысли и практики, основанных на убеждении, что большинство социальных пороков вытекает из (очень) неравного распространения материальных благ».

114

Энгельс (не зная) основал Происхождение семьи, частной собственности и государства на липе. Ю. Семенов: вожаки были в первобытном обществе (Этнографическое обозрение. 1992. № 3). Зачем же звать его коммунистическим?

115

Гаспаров. Занимательная.

116

Об «одинаковости» твердили еще якобинцы. Но Зигмунд Фрейд (Неудовлетворенность культурой): «…сама природа установила неравенство, снабдив каждого человека как органическими возможностями, так и духовными талантами в чрезвычайно неравномерной степени; а этому ничем нельзя помочь».

117

Может быть, постоянное наличие бедных есть манифестация социального дарвинизма.

118

Бакунин. Федерализм, социализм и антитеологизм: «Организовать общество таким образом, чтобы каждый индивидуум, мужчина или женщина, появляясь на свет, имел бы приблизительно равные возможности для развития различных способностей и для их применения в своей работе».

119

Осторожно с очевидностью: самоочевидно ведь, что Солнце вокруг Земли ходит.

120

Материальное неравенство особенно велико в отсталых странах.

121

Умей мы измерять труд, вряд ли Джон Рокфеллер или Владимир Потанин «оплачивались» бы столь высоко. Тут сказывается несовершенство рынка. Есть противные аргументы, в частности, капитализм в Китае потребовал богатых капиталистов. Хотя никак не пойму, зачем очень много денег, скажем, более 1 млрд?

122

При нем ставка налога возрастает по мере дохода – получающий крупный доход уплачивает непропорционально бóльшую сумму. Еще один способ – налог на наследство («налог на смерть»).

123

В СССР рассчитывали «рациональные нормы потребления», ныне как будто перестали.

124

См. Rodgers. Cost, p. 15 ff. Детали опускаю.

125

Причина – с учетом Medicare, половина стариков, получающих пособие, окажутся выше порога бедности.

126

Считается, что в 2001 на менее 2 доллара в день жили 2,8 млрд человек (Rodgers. American, p. 13).

127

Дециль – принятое в статистике обозначение 10 %.

128

Mises. Liberalism, p. 12.

129

Согласно Словарю, т. XVII, с. 1781, первым значением слова «эксплуатация» (дана цитата из Ленина) является «присвоение одними [?] людьми продуктов труда других на основе частной собственности на средства производства». Западные словари такого не утверждают.

130

Второе – исторический материализм. Он тоже оказался несостоятельным, вспомним тот же «азиатский способ производства». Popper в Open, vol. II демонстрирует отсутствие смысла в истории.

131

Бем-Баверк (Exploitation, p. 107 ff) называет стержневой ошибкой Карла Робертуса, к которому восходит «теория эксплуатации», – товары производятся ручным трудом (любопытствую – какую прибавочную стоимость создает инженер). Соответственно (p. 72) чепуха с пресловутой нормой эксплуатации – Маркс упустил, как учено называется «вооруженность труда».

132

Ньютон не постиг, как передается притяжение, но его законы работают. А теория эксплуатации эффективно «работает» политически, сбивая с толку. Nozick (Anarchy, p. 262) заключает раздел о теории эксплуатации Маркса: «эксплуатация непонимания экономики».

133

Теория прибавочной стоимости владеет умами полтораста лет. БемБаверк в 1884 в книге Exploitation камня на камне от нее не оставил (на p. 72 – «dialectical hocus pocus» и замечает, что Маркс «верил в свой тезис, как фанатик верит в свою догму»). В статьях русского интернета на слово «Бем-Баверк» упоминаний о «теории эксплуатации» я не обнаружил. Берлин в Karl даже не упоминает прибавочную стоимость.

Марксисты (марксоиды, по Герцену) напирают на «научность» учения, но не представляю, как, скажем, известный физик показывает несостоятельность некоей теории, а коллеги не опровергают его, а просто игнорируют, как бы ничего и не было. Западные профессионалы не принимают всерьез экономические теории Маркса, левые дуют все в ту же дуду; см. Althusser, Reading или Kemp, Marx’s. Callinicos в Anti-capitalist,p. 35 ff, «основывает» рассуждения на мифе.

С Марксом множество проблем. Западные экономисты считают его большим (великим) социологом, а социологи – экономистом. Калибр экономиста читателю должен быть ясен, что касается социологии, то миллионы раз отмечали – большевики захватили власть в России «против марксизма», не предвидели теоретики и победоносный марш нацистов. Не скажешь, что он не понимал значения собственности: революционные призывы обращал к пролетариату (людям без собственности), которым нечего терять.

Знаменитая промашка Маркса – учение об абсолютном обнищании пролетариата, принесшее заботы сначала К. Каутскому, а затем советским пропагандистам.

134

Мартин Иден, герой Джека Лондона, зачитывался Гербертом Спенсером, который его исповедовал и сформулировал знаменитое «выживание наиболее приспособленных». Против социального дарвинизма был Мизес (Omnipotent, p. 120 ff). «Наиубедительный» аргумент других противников – нацисты были «за». Так они ведь и автострады строили.

135

Врачевание не влияет на гены, которые «работают» через поколения.

136

У меня несколько проблем с евгеникой, хотя с прогрессом медицины среднее «качество человека» ухудшается. Не уясню критерий: какие люди и по каким качествам «лучше»? – наилучше приспособленными нередко оказываются самые подлые – пронырливые. Непонятно и как практически «внедрить» ее принципы – это покушение на права человека. Но генетические консультации необходимы.

Рискну также высказать догадку: бедные – первые кандидаты на поражение в борьбе за выживание, они сопротивляются размножением. Здесь я поставлю точку; дискуссия уведет нас в сторону.

137

Mises. Anti-Capitalistic, p. 49: капитализм есть система массового производства для удовлетворения потребностей населения.

138

Слово «производительность» занято в термине «производительность труда». «Продуктивность» зависит не только от «голого» труда, а и от капитала.

139

Старая американская приговорка о трех стадиях: сначала работаешь на других, потом – на себя, потом другие работают на тебя.

140

Дорога Хайека посвящена ее разоблачению. Ранее о том же писал Мизес в Omnipotent, p. 240 ff. Четверть века назад, после их книг, западные

борцы с нуждой звали к общественной собственности и планированию (Rodgers. Cost, p. 155 ff).

Костеря планирование, Хайек напирал на отсутствие «всей информации»; не менее важно отсутствие у плановиков личного интереса. Возражают, что чиновники стараются «угодить боссам» или же избирателям. Но критерии не совпадают.

141

Самое время вспомнить знаменитое «id» Фрейда – инстинктивное стремление к личной выгоде (см., например, Eric R. Kandel. In search of memory, 2006).

142

Ridley в Genome рассказывает, как гены «воюют» между собой. Разница – в Госплане есть начальство, а баталии генов не регулируются «сверху». Mises. Omnipotent, p. 240: «Это галлюцинация (delusion), что планирование и свободное предпринимательство совместимы».

143

Дамы из вашингтонского госучреждения отсудили немалые деньги – их, де, не повышали. Знаю нескольких – я бы их тоже «дискриминировал». В суде «государство» сражалось вяло – не свои.

144

Я возглавлял плановые отделы трех заводов в Москве.

145

Сравнивали ГДР с ФРГ, Китай с Тайванем, Северную с Южной Кореей – везде в пользу капитализма: при нем людям гораздо лучше.

146

Во время кризиса 2008–9 проблемой стало выяснить реальную цену домов при неработающем рынке.

147

Хайек писал о Бруцкусе в Individualism, p. 144–5, и снабдил предисловием его книгу.

148

Экономическая наука современной России [курс]. 2007. № 4.

149

Capitalism, p. 178 ff.

150

Через полвека Ю. Афанасьев сформулировал: «агрессивно-послушное большинство».

151

Anti-Capitalistic, p. 34 ff.

152

Он же: главный недостаток капитализма – неравное распределение благ; а первостепенное преимущество социализма – равное распределение лишений.

153

По справедливости, коррупция процветала в США во второй половине XIX в.

154

Предлагают вместо пособий давать деньги нанимателям, обязав – не увольнять.

155

Роль инфляции видна в приходе нацистов к власти.

156

Kelso-Adler. The capitalist, p. 116.

157

В 1980-х дама из Бостона прокатилась в Москву и восхитилась – у них детские садики, значит, социализм лучше капитализма.

158

Кризис в очередной раз показал бессилие экономической науки. Рухнуло и «золотое правило»: чтобы избежать риска, не держи все в «одной корзине» – рассредоточивай.

159

WP. 07.06.09.

160

Amartya Sen называет (New York Review of Books. 2.03.09) одну из причин – все чаще стремятся жить взаймы. Передовица WSJ (12.05.09, p. A16) винит Federal Reserve, накачавший в экономику прорву «дешевых» денег. См. также Solow. How.

161

Настаивают на увеличении обязательного минимума банковского капитала. Вряд ли надо при страховании и относительно скромных размерах банков. Банковское дело по свой сути требует риска. Банки США переступили границу нормального риска, канадские остереглись и в порядке (Economist. 16–22.05.09, p. 7).

162

Economist: банкиры выше оплачиваются, квалифицированнее и влиятельнее, чем «регулировщики».

163

Жалеть ли тех, кто кинулся на дешевую ипотеку? К заимодавцам, как и к заемщикам, надо относиться как к взрослым людям, ответственным за свои поступки (WSJ. 08.07.09).

164

Крупнейшая в мире торговая компания Wal Mart мешает конкуренции. Полная монополия – Газпром, почти полная монополия – Микрософт и Гугл: они доминируют на рынке.

165

SA-07, p. 430. Сложность мировой финансовой системы чрезвычайна, она полна возможностей для различных уловок – ухищрений, что, помимо прочего, ведет к ее уязвимости по отношению к махинациям.

166

Б. Фридман (Харвард) пишет в New York review of books, 28.05.09, p. 42 (ссылка подробна потому, что сам с трудом верю): доля финансового сектора (без страховых компаний и рынка недвижимости) в 2001–5 составила 37 % от общих корпоративных прибылей.

Довелось провести несколько дней среди руководителей крупных взаимных фондов (mutual funds). Получают они громадные деньги. Особых интеллектуальных достоинств не приметил.

167

Это утверждает и знаменитый учебник знаменитого Пола Самуэлсона. Отсюда необходимо следует, что, если страна разделилась на несколько, общий рост убыстрится. Якобы.

168

Capitalism, p. 47. 2 Когда в самом конце 2008 грозило банкротство трех американских автогигантов («Большой тройки» Детройта: Крайслер – Форд – Дженерал Моторс), считали, что может быть потеряна масса рабочих мест. При «Большой тридцатке» проблем было бы куда меньше. В марте 2009 председатель Федеральной Резервной системы Бен Бернанке, признал неполезность чересчур крупных компаний, ликвидацию которых «нельзя допустить», но ничего не предложил (WSJ. 21.03.09, p. B1). В WSJ, 22.04.09, p.

169

Джозеф Стиглиц и Симон Джонсон предложили раздробить громадные финансовые компании, не объяснив, как это сделать.

170

Не раз в 2008 Паулсен, б. министр казначейства США, заявлял, что если не выделить тьму денег на «спасение экономики», то будет хуже – будто невозможны другие меры.

171

Настаивают на жестком регулировании derivatives, а они есть эффективная форма страхования.

172

Почему, к слову сказать, одна компания должна владеть третью 56 тыс. британских пивных (public houses)? – WSJ. 16.04.09, p. B1. И почему Wal Mart должен иметь магазины в 14 странах мира, а финансовые корпорации (включая почившие в бозе) – отделения в десятках стран?

Возражают: Wal Mart – очень успешна и снижает цены. Не возьму в толк, как это связано с ее размером.

173

Неполезны и «крупные» страны. В «мелких» (тот же Люксембург) живут не хуже соседей. Увы, все четыре банка маленькой (не территорией) Исландии рухнули; видно, дело не только в размерах. Объяснение в WSJ, 19.08.09, p. A13.

174

И не доходить до абсурда – для борьбы с монополиями железных дорог предлагали строить рядом параллельные линии.

175

Справедливо ли, что, согласно ВОЗ, на дорогах мира ежегодно погибает 1,27 млн чел. (WSJ. 16.06.09)?

176

Rand. Answers, p. 29: «Капитализм не может функционировать на основе морального принципа – ваш долг служить другим. Вводя элемент долга, вы на дороге к коммунизму».

177

Когда в США призывают к индивидуальной ответственности, скажем, не множить пособие «матерям-одиночкам» при рождении следующего ребенка, отвечают: может и верно, но нельзя обречь дитя на голод, чтобы наказать беспутную мать.

178

Rand (Virtue, p. 129): «Право [на что-то] не включает материальное его осуществление другими людьми, это лишь свобода добиться такого собственными усилиями. Отцы Американской демократии имели в виду право добиваться счастья (pursuit of happiness), но не право на счастье».

Ю. Кузнецов (ОЗ. 2003. № 3, с. 47): «…„социальное право“ представляет собой некую абстрактную претензию на часть имущества других членов общества. Поэтому социальные права принципиально несовместимы с правами частной собственности: в той степени, в какой реализуются первые и попираются вторые».

179

Увы, даже в свободной Америке бедному труднее защищать равные по закону права.

180

Большевики стырили лозунг у отцов христианства: cв. Павел во Втором послании к фессалоникийцам: «Если не работает, не давайте ему есть».

181

Все же рынок его измеряет, хотя каково справедливое соотношение оплаты профессора и дворника?

182

Возражение против повышения пенсионного возраста – молодым нужны рабочие места.

183

Как ушло и марксистское деление собственности на личную и средства производства. Личную собственность марксизм не порицал.

184

И в христианстве не все достойны «спасения»: его надо заслужить.

185

National Review. 2008 № 10, p. 26 ff. Левые отвергают показатель, считая, что «научного» ответа на вопрос об интеллектуальных различиях рас нет.

186

Она и книжку Virtue написала.

187

Условием помощи должно быть соблюдение жизненных норм. В Москве, где мы провели несколько лет в 1990-х, алкоголик из нашего подъезда (раньше – квалифицированный рабочий) жил – пил на доброхотные подачки соседей. Когда исполнилось 60, не оказалось паспорта, чтобы оформить пенсию. Пару лет все настаивали, чтобы он сходил в милицию, он ни с кем не спорил, но не шел. Умер от цирроза печени.

188

Итальянский философ XVIII в. Джамбаттиста Вико называл нужду работать одним из трех наказаний (проклятий) людей.

189

В США работодатели должны делать взносы в специальный фонд на (возможную) безработицу, то есть на пособия не расходуются налоговые суммы. Пособие выплачивают в течение 26 недель (в плохие времена иногда срок продляют). Обычно за такой срок работу находят. В Европе и длительность, и величина пособий выше.

190

Мизес был против государственных пособий по безработице.

191

Возможно, наилучшее – отменить пособия, обязав работодателей платить солидное выходное пособие.

192

Имеют в виду ненулевую безработицу, 3–4 % считается «нормальным».

193

В Гусь-Хрустальном в начале XX в. построили дома для рабочих, они и теперь стоят.

194

В США профессоров защищает от увольнения система теньюр (получить статус нелегко), которая, как все – всегда, имеет свои плюсы и минусы. Непросто уволить и членов профсоюза, а также госслужащих.

195

Так случилось в СССР, когда после войны сократили рабочий день с 11 до 8 часов. Но появились исследования, что сверхурочная работа конторских служащих влияет на работоспособность.

196

В 1950 в профсоюзах состояло до трети американских рабочих – служащих, с тех пор это число снижается, в 2008 произошло первое повышение аж до 12,5 % (WP, 29.01.09, p. A8).

197

Едва ли не главная причина упадка автомобильной промышленности США.

198

Авиадиспетчеры намылились бастовать, Рейган напомнил: государственные служащие не имеют на это право. Забастовку все же объявили и он всех уволил. Несколько месяцев летать было трудно, на урок поняли.

199

Thomas, Socialism, p. 151. В 2009 с помощью Вашингтона, профсоюзы стали совладельцами автогигантов, получилось что-то вроде пресловутых Эсопов.

200

Профсоюзы накапливают громадные деньги в пенсионных фондах.

201

Речь о свободных гражданах (физический труд – удел рабов). При тех жестоких нравах рабы (не на галерах) бывали как бы членами семьи – основная разница: рабы работали (похожесть двух слов неслучайна). Римские вольноотпущенники бывали богаче патрициев.

202

В списке литературы к книге Danziger – Haveman, Understanding 50 страниц.

203

Бедность не порок – одна из самых известных пьес А. Островского (1853). Ее персонажи не так уж бедны.

204

Мармеладов – Раскольникову: «В бедности вы еще сохраняете свое благородство врожденных чувств, в нищете же никогда и никто».

205

Есть «духовная нищета», однако обычно имеют в виду материальные нищету – бедность.

206

Не считая рантье разных видов. На переломе XX в. Торстейн Веблен ввел в обиход неправедный термин «праздный класс», его давно не применяют, хотя рантье на Западе полно.

207

Вопрос не риторический. David M. Haugen & Matthew J. Box (eds.), Poverty, 2006, назвали одну главу «В собственном микроавтобусе».

208

О проблемах измерения бедности см., в частности, Danziger – Haveman. Understanding, p. 28–36.

209

Доля бедных в развитых странах более-менее постоянна: 9,9 % жителей Йорка считались в 1899 бедными (Wedderburn. Poverty, p. 55).

210

В 1968 меня покарали за «непартийное заявление» на семинаре в Госплане – пенсия моей матери ниже американского пособия по безработице. Не подозревал, насколько ниже.

211

1,1 млрд человек в мире не имеют чистой воды и 2,4 млрд – канализации. Из них 90 % в Африке – Азии (Townsend – Gordon. World, p. XIX).

212

В книге под редакцией двух известных борцов с бедностью: «…бедность относительна положению других в обществе, а не относительно минимума средств существования» (Townsend – Gordon. World, p. 85 ff).

213

В ХIХ в. измыслен коэффициент Энгеля – чем выше доля расходов на пищу в тратах, тем беднее. В конце войны я мечтал в Москве самому целиком съесть буханку черного хлеба. Еще долго успешность пребывания в пионерском лагере – санатории – доме отдыха определялась прибавкой веса.

214

«Около половины тех, кто жалуется на нехватку еды, имеют избыточный вес (overweighed)». – Balkin. Poverty, p. 25. Более половины рожениц, умерших в Англии в 2003–5 во время родов, страдали ожирением.

215

Например, Ronald Dworkin. Is Democracy Possible Here?

216

Многословная статья «Бедность» в т. 5 Брокгауза малоинформативна. В трех изданиях БСЭ слова нет (есть длинная статья «Беднота деревенская»), а слово «Нищета» отсылает к слову «Пауперизм», где говорится о нищете массовой. Видимо, уповали, что читатели поймут – после Октября нищеты, да еще массовой, нет. В Большой энциклопедии в 62 томах (М.: Терра, 2006, т. 5) недлинная статья «Бедность».

217

Ну, конечно, по-людски жаль, особенно детей. В 1934 Карел Чапек заключил очерк: «Пока существует такая нищета, мы не можем считать себя даже полуцивилизованным обществом».

218

Попрошайничество на Западе распространилось, несмотря на противодействие церкви. Человек был свободен работать или же сгинуть от голода. Иногда нищим разрешали просить на паперти (Queen. Social, p. 237).

219

Queen. Social, p. 183 ff. См. также Gladstone, Poverty и Furniss – Tilton, The case, ch. V.

220

Брокгаузъ, т. 50, с. 597–8.

221

Список Kelso, Poverty, p. 59 дает 11 причин. Дополнительно к моему названы «бездумные траты».

222

Сыздавна богатые – благополучные твердят, что бедные ленивы, неспособны, не стараются. Часто это так.

223

С распадом СССР потеряли пенсии старики. Попали в беду и тысячи работников американской компании Энрон; тюремные сроки проворовавшимся руководителям не утешают.

224

В США люди взяли громадные суммы взаймы на покупку жилья, мало думая о возврате.

225

Включая шизофрению. В США их не держат в сумасшедших домах, они составляют значительную часть бездомных. «В 1995 [в США] было 559 тыс. пациентов в домах для умалишенных, в 1979 – 346 тыс.» (Harrington. The New, p. 102). Но, с другой стороны (вечно эти другие стороны), китайского старика-шизофреника после того, как он кого-то убил, сын 3 года держит в клетке – лечебниц нет. Статья рассказывает и о похожих случаях (WSJ. 16.1.08, p. A1).

226

Возражение против иммиграции – отнимут работу у нас.

227

Помимо прочего, продолжительность жизни коррелирует с образованностью: невежественные чаще умирают раньше (WP. 14.05.08, p. 2).

228

В США покупают менее половины лекарств, на которые выписаны рецепты. Не понимаю, зачем они? Захочу, справлюсь у врача; мое здоровье, что мне хорошо – плохо – мое личное дело.

229

Острят: в шашках – шахматах разрешили черным ходить первым.

230

Я описал их в книге Экономика недостач.

231

Гуннар Мюрдал настаивал на превентивной социальной политике: не доводить людей до отчаяния – дешевле помочь, чем бороться с беспорядками и держать в тюрьме.

232

Создатели христианства напирали на жизнь после смерти и призрение сирых – убогих. Раннее христианство (во всяком случае, до протестантства) говорило о моральном превосходстве бедных. О жизни в раю не слишком распространялись, надо было полагать: там – равенство.

233

См. Сергеенко. Жизнь, с. 47. Еще: «В соответствии с законом 73 г. до н. э. каждый неимущий гражданин, проживающий в городе Риме, ежедневно получал полтора килограмма хлеба; впоследствии императоры ввели также выдачи масла и мяса, а иногда устраивали раздачи денег» (Федорова. Императорский, с. 14).

234

См. Mises. Liberalism, p. XXIV и Чубинский. Бисмарк, с. 445 ff. Повторю – ни в России, ни в СССР государство не помогало нуждающимся. «Для бедных детей» Остап собрал деньги в Старгороде.

235

См. мою книгу Уровень. Цитирую там работу, где рассказано об опросе, по которому расходы бедных в Нью-Йорке в 6 (шесть) раз превысили их доходы. И сравните результаты опросов ВЦИОМа и Левада-центра. Опрашиватели применяют компьютерные программы, якобы корректирующие «непоследовательность» ответов. Все же публикация подобных результатов неизвинительна.

236

Gordon – Townsend. Breadline.

237

WP. 14.07.08, p. A2.

238

ПСС, т. 25. Не мешало бы печально известному Джеффри Саксу, страстно агитирующему ныне за помощь отсталым странам, почитать эту статью, переведенную на английский более 100 лет назад.

239

По верному мнению Эйн Рэнд, это – не дело государства, оправдана лишь частная благотворительность.

240

В каталоге Библиотеки Конгресса более 10000 книг со словом бедность (poverty) в названии.

241

The Memories, p. 766: «Из 2,5 млрд долларов, ассигнованных на специальное Агентство, 85 % шло на зарплату его служащих и накладные расходы, остаток направлялся бедным». В книге немало иного о провале программы Джонсона «Великое общество».

242

WSJ. 17.03.09, p. A 13. А президент Уганды призвал Африку объединиться для экспедиции на Луну.

243

Возражения – Kelso. The capitalist, p. 81.

244

Harrington. The New, p. 3.

245

Rodgers. American, p. 7. Против здравого смысла, статистика учитывает единственно денежные доходы.

246

Система частных пенсий необязательно хорошо работает. В США считалось, что лучше всего хранить пенсионные накопления на «рынке», в 2008–9 он рухнул. А где накапливать деньги в России? Не в Сбербанке же.

247

Толстосумы, как и фирмы, охотнее жертвуют на науку – искусство – образование, чем на помощь бедным. Мой дантист довольно дорогой, и за мой счет он дает на помощь бедным. Читатель рукописи возразил – ты сам за рынок и платишь ему по рыночной стоимости. Оставлю проблему читателям.

248

Общий объем благотворительности (% ВВП, 2003–5) в США – 1,67, в 2 с гаком выше, чем в следующих по величине Британии – Канаде. Немного меньше в Австралии – ЮАР. В Германии – 0,22 (меньше, чем в Турции), и во Франции (Wedderburn. Poverty, p. 187 ff).

249

Биограф: его доходы превышали возможности истратить деньги на себя.

250

В его напичканной электроникой доме 6100 кв. м. и 6 кухонь (New York review of books. 28.05.09, p. 8).

251

Инфляцию причиняет не «работа печатного станка» сама по себе, а рост государственных расходов.

252

Однако сограждане славят Ф. Рузвельта именно за social security.

253

WSJ. 27.02.09, p. A15.

254

В английском слова нет.

255

Обвинение администрации Буша-мл. – собирались приватизировать пенсии – бесстыдная, но успешная ложь (предлагали вкладывать, по желанию будущих пенсионеров, до 25 % отчислений).

256

Где-то видел результаты опроса об отношении россиян к работе. Свыше 80 % ответили: самое важное – зарплата. Льготы поминали около 10 %.

257

Проблема серьезна. В мае 2009 сообщали – большая доля банкротств связана со счетами на лечение.

258

Безумно дорога, записываться к врачу надо за недели, в реанимационном отделении часами ждешь срочной помощи, без рецепта в аптеке разве что киндер-бальзам купишь и т. д.

259

Жалуются на недостаточное финансирование науки. Двести лет мусолят вопрос о подлинности Слова о полку Игореве (несколько страничек): книг – статей не перечесть, в специальной энциклопедии 5 томов, есть еще и 6-томный Словарь-справочник. Бескрайним океаном разлилась пушкинистика. На полках тысячи работ о Монтене; издано 1635 книг о Черчилле. Исследователям любопытно, но почему за наш счет? Тот же читатель возразил – они пишут книги, которые мы покупаем, а государственные ассигнования ничтожны. Не так, да лень объяснять.

260

В толстенном (1376 таблиц) официальном справочнике SA-07 нет отдельного раздела о налогах, а несколько таблиц не говорят, как налоги распределяются по группам с разными доходами. Из статьи авторитетного автора (WSJ. 13.04.09, p. A15) узнаем, что 10 % граждан, с годовым доходом 92,4 тыс. долл. и выше, платят 72,4 % общей суммы подоходного налога в стране. Есть и другие налоги, которые они же уплачивают.

261

Как и миновали времена особых податей на иностранцев – иноверцев.

262

Налогам посвящен ОЗ. 2002. № 4–5.

263

WSJ. 04.06.09, p. A15.

264

До Буша-мл. ставка налога на наследство была 55 %. Под Обамой, по всей вероятности, она возвращается.

265

При Ф. Рузвельте предел ставки подоходного налога достиг 92 %.

266

Противники VAT в США пишут, что смухлюют: другие налоги уменьшат непропорционально.

267

Мы ежегодно тратим 7,6 млрд часов на заполнение налоговых форм, что эквивалентно отрасли с 3,8 млн работников. В налоговый код в среднем вносят одно изменение в день (WSJ. 10.04.09, p. A13). Налоговый начальник жалится, что в нем в три раза больше станиц, чем в Войне и мире. В компаниях есть специальный вице-президент по налогам.

268

В США на удивление мало слуг (слуг народа не перечесть).

269

Об издержках древней демократии см. Маркиш. Сумерки. Платон – Аристотель считали 5 тыс. граждан (без женщин – детей – рабов – иностранцев) идеальным размером города-государства (полиса).

270

Исландия с освоения острова европейцами тоже была демократией, во всяком случае, до присоединения к Норвегии в XIII в. (подсказал Д. Аранс). Не забудем и Швейцарию.

271

Revolt, p. 71, противопоставляет: жизнь знати (nobles) – это старания– усилия, а жизнь масс – инерция, без динамики до приложения внешней силы. Упоминает и «vertical invasion of barbarians». Мне, внуку деревенского лавочника, не нравится противопоставление по родословию (да и аристократы бывали отвратительными). Соглашаясь в с Ортегой, признаю – бесспорного критерия, чтобы различать массы и nobles нет.

272

Mises. Liberalism, p. 12.

273

Демократы обычно борются за власть (более всего, друг с другом). После Французской революции 1789 гильотина в Париже работала неустанно, «палач Лиона» Фуше извел тысячи.

274

Вполне демократической была и Воронья слободка. Пример Шумпетера (Capitalism, p. 255): Наполеон споро уладил отношения с католицизмом, при демократии не удалось бы. Или: китайский режим посягнул на самое естественное право – иметь детей, но осудить его за такое противодемократическое деяние не приходится.

275

О Китае см. ОЗ. 2008. № 3; а также Foreign Affairs. 2009. №. 3 и National Interest. 2009. № 100; об Индии – Mukherji. Poverty.

276

Мой демократизм позволяет понять, что свинопас ничуть не хуже меня, такого образованного. Но где-то в районе селезенки чую свое превосходство.

277

Аристотель предпочитал форму демократии, «открытую» для образованных (Watson. Ideas, p. 137). В Виржинии в XIX в. голосовали те, кто имел на банковском счете не менее 100 долл.

Коренной причиной множества изъянов считают недостаточную образованность, особенно ныне, когда учеба – путь наверх. При этом игнорируют природные способности. Так, сколько меня ни учи, не могу я петь – танцевать – сочинять музыку, писать стихи.

278

Улучшение не чрезмерное – из политической жизни уйдут те, кто мало в ней участвует.

279

Снова отошлю читателя к моей книге Уровень.

280

Б. спикер Н. Гингрич: я – не гражданин мира, в который входит Россия– Зимбабве – Сев. Корея и т. п., я – гражданин США.

281

Мусульмане, особенно арабы, дали миру Авиценну (Ибн Сина), алгебру и перегонку алкоголя, перевели – сберегли написанное древними и т. п. А современный ислам, по выражению Г. Мирского (ОЗ. 2003. № 5, с. 21), «цивилизация бедных… Среди ученых в мире насчитывается всего один процент мусульман (в Израиле больше ученых, чем во всех мусульманских странах вместе взятых)». «Весь арабский мир – 22 нации, 280 млн чел. – переводит ежегодно около 330 книг, пятая часть того, что делает маленькая Греция» (Balkin. Poverty, p. 165). Наверное, потому, что в 22 арабских странах нет демократии, и провалилась попытка Буша-мл.

282

О жизни индейцев в Америке в Ficker – Graves, Deprivation. Международная помощь отсталым странам похожа на помощь беднякам и, повторю – надо давать не рыбу, а удочку.

283

Острили – даже Вальтер Ульбрихт не мог заставить немцев работать плохо.

284

Западная интеллигенция напирает на среду.

285

Замечено, что одни и те же люди ездят из страны в страну для демонстраций и схваток с полицией; кто платит? Выяснилось, есть и профессиональные «тренеры» (WSJ. 08.04.09, p. A1).

286

К Соединенным Штатам Европы призывал еще Бакунин. Вряд ли он провидел процветание коррупции в этой бюрократической надстройке. – См. Carolyn M. Warner. Best system money can buy: corruption in the European Union. Cornell, 2007.

Мизес в 1922 (Socialism) был против объединения – это пахло уравниванием, а не жизнью по заслугам.

287

Часть зарплаты давали талонами на обед – налогом не облагались (один раз получил сам).

288

Но не A. Aslund, который в How выдает сильно желаемое за действительное.

289

WSJ. 25.03.09, p. A1.

290

По официальной статистике Кубы, продолжительность жизни там почти, как в США. Вранье, достаточно вспомнить о тамошней карточной системе.

291

Но китайская статистика (как и кубинская) строилась по советскому образцу – как ей доверять?

292

В тюрьмах телевизоры – спортзалы. На содержание заключенного идет 22000 долл. в год. В России 1 млн заключенных.

293

Газетный заголовок: «Завтра – конец света. Ожидается, что более все пострадают бедные и меньшинства».

294

Русские знать – интеллигенция любили проводить время на Западе, но не наоборот.

295

Пайпс. Собственность. Частным в России было жилье.

296

К 1730-м в Лондоне издавали 6 ежедневных газет, а к 1770-м – 9, общим тиражом 12,6 млн.

297

Кроме дорог и дураков, в России есть еще одна беда – дураки, указывающие, какой дорогой идти. Беда России (ее особенная стать) – они чаще пробиваются во власть.

298

Мужики, с. 403. С «тунеядством» боролась и советская власть: не работавших (не числившихся работающими) понуждали к труду, ссылали «в отдаленные местности».

299

Roberts. Alienation, p. 20.

300

Гена Лисичкин: «Реформы на Руси – верный признак беды».

301

Но согласился с мистером Никсинджером на разрядку, при нем я уехал.

302

«Эксперты» считали, что душевое производство ВВП-ВНП составляло 60 % американских. Мне довелось растолковать Западу взаправдашний размер советской экономики.

303

Ходившие в горы знают: спускаться обратно – труднее.

304

Бирман – Пияшева. Статистика.

305

Не говоря о «деле» ЮКОСа, немыслимо в демократических странах «дело» Сторчака. Не зря вспоминают резолюцию Сталина: «Судить и расстрелять».

306

См. мою статью в Nota Bene (Иерусалим). 2006. № 13.

307

По оценке Онищенко, 2–2,5 млн алкоголиков. Народная мудрость: если водка мешает тебе работать – брось работу.

308

См. статью «Кто будет работать в России в 2015». – ОЗ. 2003. № 3.

309

В Интернете: «Бороться с коррупцией что свинью стричь – визгу много, а толку мало».

Среди высших чинов при Петре достигла запредельных размеров.

Заведомо неполный список см. в Звезда. 2000. № 1, с. 226. В США славилась коррупцией администрация Трумэна (он сам вроде «не брал»).

310

Четыре волны эмиграции обескровили интеллектуальный потенциал страны. Обратных волн не было, кроме горстки американских евреев, рванувших строить социализм в Биробиджане.

Соотнесите тиражи чтива и литературы: тираж исторической книги – 300–500 экз., сравним с пушкинским Современником (при тогдашней грамотности). Малозначный, но характерный пример – Википедия есть на 10 языках, включая польский – португальский – нидерландский, меньше всех статей на русском.

311

Не написать лучше знаменитого журналиста Вл. Надеина: «Малый бизнес живет молчуном. Состоятельный люди, если и появляются, то выскакивают вмиг и вдруг, как черт из табакерки. И только по случаю или по пьянке можно уяснить себе, что истинный бизнес – успех вовсе не зависит от знаний и трудолюбия, но есть причудливая комбинации взяток, откатов, крышевания, бюрократических знакомств и налоговых комбинаций» («Дайте им по пиле», Svobodanews.ru, 30.04.09).

312

Апологет социализма (Harrington. Socialism, p. 135) относил к «не совсем положительным чертам», что в Дании молодые берут больше дней «по бюллетеню», чем люди постарше, хотя старики недужат несравненно чаще – дольше.

313

Смешно предсказывать будущее, не умея предвидеть завтрашнее движение своего желудка. Полушутя (значит, полусерьезно): едва компьютеры научатся делать секс с удовольствием, человечеству крышка.

314

Знаю семью успешных эмигрантов. Они винят себя – старались выжить, не хватало времени заниматься детьми, дочь училась в плохой школе.

Способности девочки невелики, и наилучшая школа не вознесла бы ее.

315

В Древней Греции «рост народонаселения замедлялся искусственно» (Маркиш. Сумерки, с. 288).

316

Знаменитая его концепция: население возрастает в геометрической прогрессии, а средства существования – в арифметической, обоснована полуслучайным примером.

Современные возражения против мальтузианства – Balkin. Poverty, p. 185 ff.

317

Myrdal – Vincent. Are.

318

Г. К. Каспаров. Мои великие предшественники. М.: 2003, т 1, с. 143; т. 2, с. 321.

319

Часть книг, упоминаемых единожды, в список не включена. Год в скобках – первая известная мне публикация.

Content

Игорь Бирман
Капиталистический манифест

Предисловие

§ I. Великое противостояние

§ II. Интеллигенция

§ III. Критерий

§ IV. Частная собственность

§ V. Рынок

§ VI. Власть государства

§ VII. (Не)равенство

§ VIII. Какой «изм» лучше?

§ IX. Кризис 2008–9, недавние веяния

§ X. Справедливость – ответственность

§ XI. Занятость. Профсоюзы

§ XII. Бедность, ее причины

§ XIII. Помощь бедным (и небедным)

§ XIV. Льготы, социальные гарантии

§ XV. Налоги

§ XVI. Демократия

§ XVII. Страны

§ XVIII. Россия

§ XIX. Будущее

Приложение: Критикам

Сокращения

Литература

Примечания