Ким Сергей Александрович

Смерть Красной королевы

Историческая справка

Республика Эдзо

(Материал из Википедии – свободной энциклопедии.

Текущая версия страницы может отличаться от версии, проверенной 26 июня 2015 года; проверки требуют 5 правок.)

…История.

…Из Приказа от 19 августа 1945 года за подписью начальника Генштаба маршала Василевского:

«…Исходя из задач, поставленных перед советскими войсками на Дальнем Востоке, приказываю:

Первому Дальневосточному фронту в период с 19 августа по 1 сентября занять остров Хоккайдо и острова южной части Курильской гряды. Для этой цели при помощи судов ТОФ и торгового флота в период с 19 августа по 1 сентября перебросить три дивизии 87-го стрелкового корпуса. В те же сроки перебазировать на Хоккайдо и Курильские острова одну истребительную и одну бомбардировочную авиационные дивизии 9-й Воздушной армии.

Немедленно, и ни в коем случае не позднее 21 августа, приступить к погрузке 87-го СК с техвойсками. В предельно минимальные сроки сосредоточить его в южной части о. Сахалин в район порта Отомари (Корсаков) и города Тойохара (Южно-Сахалинск).

Продолжать операции по очистке южной части Сахалина от войск противника с тем, чтобы порт Отомари и район города Тойохара занять не позднее утра 22 августа…»

…

28 августа 1945 года первые подразделения 87-го стрелкового корпуса высадились в порту Румоэ и начали продвижение вглубь острова.

Согласно достигнутым в ходе Берлинской конференции договорённостям между Союзниками и СССР, советские войска первоначально должны были остановиться на линии Кусиро-Румоэ, но на момент капитуляции Японии продвинулись существенно дальше этой границы, контролируя практически всю территорию острова Хоккайдо. Между тем из-за возникших разногласий с руководством США, десантная операция на Хонсю была отменена.

Территория Южного Сахалина, островов Курильской гряды и Хоккайдо была признана, как неотъемлемые владения СССР.

1 сентября 1946 года Указом Президиума Верховного Совета СССР на территории советской зоны оккупации Японии (Южный Сахалин, острова Малой Курильской гряды, Хоккайдо) создана Дальневосточная ССР. Столицей республики стал Молотов (бывший Саппоро).

ДССР была объявлена республикой японцев, айнов и русских.

С началом «холодной войны», ДССР стала одной из самых милитаризированных территорий СССР, рассматриваемая в качестве основного плацдарма для вторжения на территорию Японской империи.

1 сентября 1956 года – в честь десятилетия образования ДССР, по инициативе первого секретаря ЦК КПСС Н.С.Хрущёв, республике были переданы все остальные острова Курильского архипелага.

17 декабря 1991 года – ДССР последней объявила о своём выходе из состава СССР, провозгласив себя Республикой Эдзо в честь исторической республики Эдзо, созданной сторонниками сёгуната после революции Мэйдзи.

21 декабря 1991 года – президент Республики Эдзо Сергей Накатоми в числе лидеров республик бывшего СССР подписал Алма-Атинскую декларацию о создании Содружества Независимых Государств.

19 января 2000 года – на рассмотрение в парламент республики внесён проект союзного договора между Россией, Белоруссией и Эдзо. Документ до сих пор не ратифицирован.

21 марта 2003 года – премьер-министр Александр Канаме поддержал вторжение американских войск в Ирак и заявил о намерении вступления Эдзо в НАТО.

20 марта 2011 года – премьер-министр Юрий Накатоми осудил интервенцию войск НАТО в Ливии и заявил о принципиальной невозможности присоединения Эдзо к столь агрессивному военному блоку.

8 июня 2015 года – на седьмых парламентских выборах уже четвёртых раз подряд со значительным отрывом побеждает Социалистическая партия Эдзо. Её лидер – Юрий Накатоми, сохранил за собой пост премьер-министра республики.

Глава 1. Да, к тебе пришёл песец

– …Итак, Алиса Сергеевна…

– Можно просто Алиса, – слегка поморщилась я.

Нет, я не кокетничаю и не флиртую – просто когда к тебе по имени-отчеству обращается сорокалетний дядька, то поневоле начинаешь чувствовать себя старой.

– Хорошо, Просто Алиса, – слегка усмехнулся полицейский капитан. – Итак, как всё происходило.

– Это было где-то около половины второго. Я как раз выключила музыку в телефоне и посмотрела на время, когда подошла моя очередь. И тут в зал влетел этот придурок. Выпалил в потолок из пистолета, начал всех отгонять к стенам, а потом рванул к кассе, где как раз стояла я.

– А почему вы не подчинились его требованиям?

– Да не успела просто, – призналась я. – Позади меня тётка какая-то крупногабаритная больно стояла, которую было то ли легче обойти, то ли – перепрыгнуть… А вокруг эти вонючие барьерчики. Вот я и замешкалась. А этот урод тётке в ногу выстрелил, оттолкнул её, меня за плечо схватил и отшвырнул в сторону. Кстати, ствол у него уж больно приметный – самая настоящая «беретта-92». И где он только такую откопал?..

– Гм, вы разбираетесь в оружии? Несколько странное увлечение для девушки…

– Странно, что у меня в сумочке лежат плоскогубцы и газовая горелка, а это так – фигня. У меня просто отец – полковник в отставке и три старших брата.

– Серьёзно… А не хотите к нам в полицию пойти? – неожиданно предложил капитан. – Нам такие бравые девушки ой как требуются…

– Не-не-не, спасибо! – тут же замахала я руками. – У меня один из братьев омоновец, так что вашу работу я слишком хорошо знаю.

– Ну, как знаете…

– Я могу идти?

– Конечно, Алиса. Только в ближайшее время, пожалуйста, не покидайте город – возможно, нам ещё понадобятся ваши показания.

– А насколько долго? Просто у меня на следующую неделю уже билеты куплены – я в отпуск собиралась…

– Далеко?

– В Эдзо.

– Понятно. Думаю, до этого времени всё уладится. Так что приятного вам отдыха.

– ОК. До свиданья!

– Всего доброго.

* * *

Пробуждение было резким и болезненным.

Я резко вдохнула и тут же закашлялась от боли. Кое-как открыла глаза…

Что за…

Я всё так же сидела в мягком автобусном кресле…

Пришпиленная к спинке матово блестящим чёрным гранённым шипом, торчащим из правой стороны груди?!

Трясущейся рукой убрала с лица лезущие в глаза длинные волосы, быстро огляделась по сторонам…

Что за?!..

Кажется, пока я спала, мы попали в аварию, и наш автобус съехал с дороги вниз по склону. Стёкла треснуты или выбиты, крыша разворочена. Но самое плохое, что вокруг меня был целый салон трупов.

Нервы у меня крепкие. И навидалась я всяких гадостей за свою не слишком долгую жизнь. В морг даже ходила, например…

Но когда вокруг тебя лежит куча трупов разной степени распотрошённости, организм настойчиво требует съездить в Ригу. Ну, или просто куда-нибудь подальше, где можно будет спокойно проблеваться. На соседнем сиденье рядом со мной лежала женщина лет сорока… кажется. Потому как из груди и её лица торчала пара десятков шипов, превративших человеческое тело в подушечку для иголок. Наконечники этих же шипов выглядывали и из сидений впереди меня. А с их кончиком мееедлено так капала кровь…

И вообще крови было много. И везде.

Так, стоп, Алиса. Сначала разберись со своей раной…

Морщась от боли, выдернула из себя шип, вонзившийся чуть пониже правой ключицы. Хорошо, что топ открытый – не надо снимать для доступа к ране. Так, что тут у нас?.. Кровотечение несильное, лёгкое, кажется, не задето, кость цела… Хотя, кровь уже изрядно пропитала топик. Впрочем, пронесло… Ну-ка, тётя, тебе твоя блузка уже ни к чему, а вот мне хоть какой-нибудь жгут вполне пригодится…

Мда. Что перевязывала, что не перевязывала – всё равно кровь течёт… Надо бы поскорее в больничку и…

Больничку.

Больничку…

Так, стоп!!!

Что вообще происходит?! Какие ещё шипы?!

Я уже собралась совершенно постыдно, в голос… проматериться, когда услышала ЭТО.

И ЭТО заставило зашевелиться у меня волосы не только на голове, но даже в тех местах, где волосяного покрова отродясь не водилось.

Кто-то поблизости, аппетитно урча и низко порыкивая, чавкал. Причём, судя по звукам, такую чавкалку надо было в случае чего затыкать даже не кулаком, а противотанковой гранатой.

Тайм-аут, Алиса, тайм-аут! Знатоки берут дополнительную минуту!..

Итак, господин Друзь, а что мы имеем? А имеем мы, господин, Поташёв, какую-то ерунда во все поля.

Итак, некто Алиса Корнилова. Проспавшая катастрофу и очнувшаяся со спицей в теле. А вокруг – декорации фильма «Кровавое месиво»… эээ… «Сто». А ещё неподалёку в гробовой тишине кто-то аппетитно кушает. Причём, вряд ли это чудом спасшийся пассажир решил перекусить бутербродами после нервного потрясения…

Итак, ещё раз по ключевым моментам. Авария. Автобус как будто бы попал под волну стреловидных поражающих элементов. И кто-то, мать его, чавкает и действует мне на нервы!..

Допустим, я…

Ааатставить, посторонние албанские мысли! Ставлю высший приоритет – выжить любой ценой!

Так. Так. Так! Я непонятно где и непонятно когда, но, кажется, жива, хоть и не совсем здорова. В первую очередь психически… Будем считать, что случилось чудо. Плюс меня, в отличие от остальных пассажиров, не превратило в ёжика – ещё одно чудо. И, кажется, в будущем мне такие чудеса ещё пригодятся… А что нам нужно для спасения, кроме чуда? Оружие. Много оружия!..

Увы, но беглый осмотр по сторонам дал неутешительный результат – это ведь просто рейсовый междугородний автобус, и перевозил он обычных гражданских, а не взвод террористов с автоматами и взрывчаткой… Ну, хоть один завалящий пистолет, пусть даже травматический, или на крайний случай – ножик, а? Ну, пожаааалуйста… Нет? Ну и пошли вы все!

Извлечённый из собственного тела трёхгранный шип имел в длину примерно сантиметров тридцать и был весьма острым. Поэтом после того, как я намотала на его тупой конец ещё один кусок чужой блузки, у меня в руках оказался не то узкий стилет, не то широкое шило. Но лучше уж так, чем вообще никак.

Осторожно переползла через труп по соседству и вылезла в проход, тут же почти распластавшись на полу.

Так. Так! Соберись, Алиса. Тебе. Нужно. Уносить. Отсюда. Ноги! Соберись и вперёд. Ползком. Смотри прямо перед собой. Зацепись глазами за какой-нибудь ориентир и ползи к нему. Смотри – там, в самом начале искорёженного салона, лежит небольшая детская сумочка с белым кроликом. Видишь белого кролика? Вот и ползи. Ползи к нему. А надо ли ползти? Странный вопрос.

Лучше уж помирать, пытаясь спасти свою жизнь, чем покорно ждать приближения костлявой старухи с косой…

Так что я поползла по проходу между сидений, который сейчас напоминал мне не то тоннель, не то нору. Залитую кровью нору, если уж на то пошло…

Кстати, то, что вокруг были лужи крови меня волновало уже мало – я и так уже могла претендовать на звание кровавого божества… И даже то, что пошедший гофром от удара металлический пол больно впивался в голые коленки, меня волновало мало…

Больше всего меня сейчас волновала передняя часть автобуса, которую как будто корова языком слизнула. Хорошая такая корова – не меньше бронтозавра, видать. С языком из легированной стали – не иначе.

Где кабина была – там хрен вырос… Образно говоря. Просто торчащая во все стороны рванная сталь – как будто бы часть автобуса тупо оторвали…

Опа… А вот и оторвыш нарисовался.

Ущипнула себя за руку. За ухо. За щёку. Поняла, что таким макаром защипаю себя до смерти.

Этот… эта… это… В общем, эта дрянь была размером со слона. И была похожа… на паука? насекомое? моллюска? Да чёрт его знает! Чёрная с багровыми разводами, склизкая на вид. На четырёх многосуставчатых как у кузнечика лапах, с парой зловещего вида клешней и шипастым гребнем на хребтине. Ещё пара гибких то ли щупалец, то ли отростков отходила с боков, а на конце каждого их них имелось чуть менее, чем дохренища иголочек, напоминающих те, что изрешетили автобус.

А ещё у это твари имелся здоровенный вычурный костяной череп вместо головы, который сейчас с аппетитом пережёвывал чьё-то человеческое тело.

– Твою мать, – шёпотом ругнулась я и тихонько поползла по проходу.

Вот же ничего себе съездила Алиса в братское Эдзо… Сраные турагенты! Выдали путёвку не в мирную маленькую страну, а в какой-то форменный Ад! Ненавижу!..

Когда думаю о таких дегенератах, появляется мысль, что пятнадцать лет с конфискацией – не такая уж большая цена за массовые убийства и надругательства над телами…

Так, теперь главное – не попасться на обед этому монстру, иначе поминай как звали… Опа, а что это у нас на пути? «Зиппо». Пригодится…

Ползком, ползком… Шшшш! Зараза! Коленку чем-то поцарапала… Убила бы… Ага, этого мутанта убьёшь – как же. Тут минимум нужен гранатомёт… А лучше десять гранатомётов. В БТРе. Что идёт на говнюка под прикрытием танка. И роты солдат.

А моей иголочкой даже и не заколешься в случае чего…

Так, осторожненько переползаем через торчащие в разные стороны куски металла… Не цепляемся и не режемся… Не цепляемся и не режемся, я сказала! Лето, будь оно неладно. Угораздило же куда-то поехать в короткой юбке – теперь же на ногах царапина на царапине…

А вот и земля. Ну, грязнее я уже точно не стану… А перепахало-то как всё тут… А теперь по травочке, по опавшим листочкам мы тихонечко поползём на фиг, пока этот вонючий урод нас не засёк…

Зараза.

Доевший одного из людей монстр неожиданно замер и настороженно поводил черепом из стороны в сторону. А затем вполне целенаправленно начал разворачиваться ко мне!

Отползла за автобус, если можно было бы – и под него заползла, но слишком уж он этим бортом в землю зарылся. Так, а что у нас тут жёлтенькое голубеется? Бензииин… Gib mir Benzin? Ja, Benzin!

А что если взорвать это вонючий автобус? Топлива уже вытекло вроде бы немало, пары наверняка скопились, бак немаленький – рванёт так, что уроду мало не покажется…

Рычание раздалось подозрительно близко, жалобно заскрипел металл.

Всё, решено!

Обламывая накладные ногти, отогнула покорёженную дверцу снизу автобуса в сторону и получила таки доступ к бензобаку. Открутила крышку, отмотала тряпку со своей иглы, иглу воткнула в смотанные в клубок волосы, тряпку засунула в горловину, Зажигалочка, ты пришлась очень в тему!..

Поджечь и бежать! Если только можно бежать на четвереньках…

Вломилась в низкие кусты, бросив быстрый взгляд через плечо.

На крышу автобуса, которая сразу же прогнулась, взобрался монстр, водя черепушкой из стороны в сторону. А в следующий момент полыхнули бензиновые пары в баке.

Сила взрыва оказалась такова, что искорёженный автобус даже слегка подбросило в воздух, провернуло и опрокинуло на и так многострадальную крышу, попутно придавив чудище.

Йееес!!!

…Радовалась я ровно до того момента, пока полыхающая ярким пламенем груда металла с душераздирающим скрежетом не отодвинулась в сторону, а из-под неё выполз давешний монстр. Правда, он приволакивал задние лапы, местами посерел, а его череп был изрядно закопчён, но пара багровых огоньков в его пустых глазницах отчётливо сигнализировали, что эта паскуда теперь очень зла.

Беги, Лола, беги. Беги, без оглядки!

Как я рванула по пересечённой местности!.. А как я при этом не навернулась мордой лица о твердь земную и не переломала ноги в своих туфельках – чёрт его знает. Но перепрыгивая через поваленные деревья, ямы и низкие кусты, у меня был отличнейший стимул пройти эту полосу препятствий.

А конкретно – шум твари, несущейся по лесу с грохотом идущего на полной скорости танка…

Обрыв был неожиданность. Большой неожиданностью. Так что я полетела вниз с высоты примерно второго этажа навстречу лесной полянке, где совсем недавно отбушевал небольшой лесной пожар. Успела кое-как сгруппироваться в полёте и приземлиться более-менее безболезненно, погасила удар перекатом, больно ударившись боком об какой-то пень. Быстро вскочила на ноги, шипя и матерясь от боли, и вновь побежала…

Позади что-то приземлилось с дикими грохотом и громким рычанием. Земля содрогнулсь, я тут же запнулась о какую-то горелую корягу и полетела на землю.

Обернуться назад.

Ага, горишь, бубновый!..

Монстру не повезло – при падении он умудрился насадиться будто на кол на тонкую и острую, как копьё, обгоревшую ель. И теперь, словно пришпиленный булавкой жук, бесновался и пытался освободиться. Но, судя по всё ослабевающим дерганьям и волнам судорог, пробегающим по его склизкому телу, жить твари оставалось недолго.

Вот и замечательно, вот и зашибись… Нет, ну ничего себе у них тут какие образины водятся, а? Вот что это за дрянь была, а? Медведь? Смешно. Гигантская саламандра? Ещё смешнее. Покемон? Ну, тогда уж сразу тамагочи или ещё какая-нибудь ихняя восточная хрень.

Впрочем, почему – была? Есть! И о том, что тварь ещё вполне себе жива, меня оповестил залп тридцатисантиметровых шипов, который едва не накрыл меня. Хорошо, успела вовремя спрятаться за поваленным деревом…

Как оказалось, место это было безопасным, но в то же время поставило меня в патовую ситуацию – убежать дальше не получалось. Монстр запросто накрывал всё из своих игломётов, так что перспектива превратиться в ёжика меня почему-то ни капельки не прельщала.

Потянулись томительные часы ожиданий. Мой висящий на поясе мобильник благополучно окочурился и ныне пребывал в своём мобильном Аду за все косяки и глюки, которые доставлял мне на протяжении своей работы.

То есть позвонить не получится.

Насчёт позвать на помощь перспективы тоже были не особо радужные – кажется, я неплохо так углубилась в лес и на присутствие людей поблизости надеяться не приходилось.

С другой стороны, пусть даже Эдзо – бывшая союзная республика и эталонное русское раздолбайство здесь присутствует в полном объёме, но должны же были хватиться не пришедшего вовремя автобуса? Выслать полицию (или у них тут ещё милиция?), пожарных, медиков… Хотя лично я бы сейчас больше всего обрадовалась танковой роте. Я любила с папой на танкодром ходить – после Т-80 даже суперкрутые «бентли» и «лэнд крузеры» казались детскими машинками…

Время шло.

Я уже порядком проголодалась, мне хотелось пить и в тепло. Но этот вонючий монстр не давал мне сделать ничего из этого! Даже просто вытянуться поудобнее, а не в три погибели за деревом! Чтоб ему пусто было! Чтоб он сдох в мучениях!..

Кстати, скажите, вы часто желали кому-нибудь смерти? Не просто кричали в запале «сдохни!» оппоненту или жалели, что педофилов и насильников у нас всего лишь награждают достаточно гуманной смертельной инъекцией, а не четвертуют.

А вот именно представить, как будете кого-нибудь долго убивать. Или недолго. Можно ведь мееедленно дробить человеку руки и ноги в тисках, а можно тупо напичкать порционными дозами свинца. Но это всё-таки будет именно то, верно?

Так вот, к чему это я. Нет, не к тому, что я – психованная маньячка, хотя регулярно сбегающие от меня парни обычно говорили именно это. Впрочем, может и…

Я к тому веду, что мне сейчас очень, очень, ОЧЕНЬ хотелось прибить этого драного монстра. Намотать на гусеницы, покромсать топором или отправить в полёт по рецепту Ивана Грозного, за жестокость прозванного Васильевичем.

«На бочку с порохом посадили – пущай полетает!».

Я. Хочу. Убить. Эту. Тварь.

Первые пару часов я просто мечтала слинять отсюда куда подальше. Следующие пару часов – мечтала, чтобы эта хрень наконец-то закончилась. Но затем, я думала уже не столько о том, как сбежать, а как прикончить чудовище.

Из оружие у меня имелись его же метательные шипы, числом примерно «дохрена». Но воздействие на его организм с целью приведения монстра в неживое состояние требовалось исключительно точное – хирургически-точное. Как готовящаяся к поступлению на биофак и прошедшая военно-медицинскую подготовку дочь полковника в отставке, который совершенно не умел воспитывать девочек, мне было известно несколько мест, куда такую зубочистку можно было воткнуть с максимальным ущербом. До сердца твари наверняка не добраться, расположение близко расположенных к поверхности крупных кровеносных сосудов – неизвестно, значит остаётся бить в глаза. Тридцать сантиметров? Если у него есть головной мозг и он величиной не с грецкий орех – урода проймёт. Для верности засадить ему сразу два – по одному в каждый глаз. Чтоб симметрия была.

Вскоре я поняла, что дело совсем плохо, а ещё – очень нечисто.

Всё дело было в солнце.

За всё это время оно так и не докатилось до зенита, хотя, судя по моим наручным часам, прошло уже свыше шести часов с момента моего совершенно безрадостного пробуждения. И птицы не поют, и ветра нет. Я в душе не чешу, что конкретно происходит, но по некоторым данным (задницей чую) предполагаю, что вполне могу тут сдохнуть от жажды и голода, дожидаясь прихода помощи.

Значит, надо эту гниду всё-таки давить. Отвечаю, надо эту гниду давить!

Спустя ещё часа три было наконец установлено, что проткнутая насквозь тварь выдохлась, хотя вытекающей крови я и не увидела. Стоили мне эти разведанные исцарапанной морды и пробившей левую руку шальной иглы. Так как мышковаться смысла уже всё равно не было, от моей ругани во время выдёргивания шипа из себя и грубой перевязки должны были замертво попадать с неба птахи и завять полевые цветы… Но почему-то не падали и не вяли. Наверное, надо было ещё пару матюков прибавить…

Шипя что-то грозное, я начала потихоньку ползти к уже едва шевелящемуся чудовищу. Потом заковыляла на четвереньках. Потом на двух ногах. Потом выпрямилась во весь рост.

В итоге к монстру я подходила уже чуть ли не чеканя шаг.

Ленивый взмах отростком, порция шипов накрывает территорию метр на метр – там, где я только что стояла. Но я уже покрыла последние разделяющие нас метры одним огромным прыжком, вскарабкалась на высоту примерно полутора метров и вполне себе уютно устроилась на маслянисто поблёскивающей шее монстра. Кстати, никакой слизи на нём не было – на ощупь он был сухой и тёплый. Впрочем, это неважно…

Шип в левой руке легко вонзился в пустую глазницу чудовища, встретив лишь лёгкое сопротивление – как будто бы входил в желе. Тварь начала дёргаться.

– Ага, урод, не нравится? А мне понравилось, что ты мне весь отдых с самого же начала похерил?!

Выдернуть второй шип из волос, отчего те тут же развернулись длиной волной до самых лопаток… Достаточно грязной волной! С веточками, травинками, землёй, в грязи и крови! Ненавижу!..

Чёрная игла воткнулась во вторую глазницу, заставив монстра задёргаться ещё сильнее, но мне этого было уже мало. Ладонями начала забивать шипы глубже в плоть, не считаясь с тем, что под конец эта стало по ощущениям напоминать забивание гвоздей голой рукой. Больно было, то есть…

Но потом… Потом в черепушке твари что-то хрустнуло, и шип в правой глазнице вошёл по самый свой кончик.

Уши тут же разорвал дикий вой, напоминающий вопли автосигнализации. Монстр забился в конвульсиях, и меня отшвырнуло в сторону, больно приложив поясницей о ствол дерева. В спине что-то подозрительно хрустнуло, и я похолодела от страха. Впервые за весь день. Кровища и монстры – это, в принципе, не страшно. Стать калекой – вот чего я действительно боюсь…

Но я тут же отвлеклась от скорбных мыслей, потому как увидела весьма и весьма занятную картину…

Монстр светился.

Не от счастья, а просто светился. Всем телом. А из его глазниц свет буквально вытекал… Чтоб я сдохла, вытекал! А ещё эту образину так душевно корёжило и колбасило, что я аж возрадовалась всей душой – было действительно приятно наблюдать за его конвульсиями.

Но всё это продолжалось от силы пару минут, а затем чудовище засветилось как-то особенно сильно, полыхнула вспышка, и вот уже от неведомой науке людоедской зверюги осталось лишь облаком светящихся пылинок, медленно оседающих на землю.

Крутяк. Counter-terrorist win! Знай наших!

Попыталась подняться… и не смогла. Не смогла!..

– Не можешь подняться, Алиса-тян? Жаль, безумно жаль… Такая молодая, такая красивая…

Голос. Молодой. Мужской. Где-то позади меня. Где?!

Начала отчаянно крутить головой в поисках мутного незнакомца…

– Не пытайся, Алиса-тян, я пока что невидим… Впрочем, это поправимо.

Смутная тень, будто возмущение от горячего воздуха, промелькнула передо мной.

Грузно приземлилась на землю. Тут же потеряла равновесие и навернулась на бок. Попыталась встать. Снова упала. Встала. Отряхнулась. Приняла более-менее приличный вид и уставился на меня умильным взглядом.

– Ты песец, – заключила я. – Во всех смыслах.

Это действительно был песец.

Но не который ругательство, а который лисичка. Белая, пушистая, полярная… и не водящаяся на Хоккайдо.

Мало того, попавшийся мне экземпляр был ещё и на редкость упитанным – натурально пушистый колобок на коротких лапках. И жутко неуклюжий. Попытался изящно потянуться и почесать лапой за ухом – снова навернулся. Быстро поднялся как ни в чём не бывало, и принял совершенно независимый вид. Но этот самый вид портили веточки в пушистом белоснежном мехе.

Шикарный воротник бы из него получился… А? Разговаривает? Да после сегодняшних монстров, я уже совершенно не удивляюсь, что ко мне пришёл песец! Жирный и говорящий к тому же.

– Попрошу без оскорблений, – небрежно бросил странный зверь. – Я – кицунэ, волшебная лиса. Моё имя – Дзёдаи Широ, и…

– Хорош мне тут лапшу вешать, мутант, – осадила я песца. – А нехило же вас тут осадками от Фукусимы накрыло-то – лисы белеют и говорить начинают, какие-то страховидлы людей жрут…

Лис (или лиса?) от возмущения аж тявкнул и сел на задницу. Упитанное пузо при этом тут же выперло с боков.

– А ещё ты – жирный, – доверительно сообщила я, осторожно ощупывая повреждённую вроде как спину. Или не повреждённую? Может, мне просто показалось, а?

– Я вовсе не жирный, я – полный, – с достоинством ответил песец.

У меня началась истерика. Я хохотала в голос, катаясь и стуча кулачками по земле. Минут через пять всё-таки успокоилась, вытерла выступившие от смеха слёзы, села более-менее ровно.

– Закончила? – деловито осведомился лис.

– Типа того. Накопившиеся нервы выплеснула, так что я снова готова к труду и обороне.

– Отлично, отлично, Алиса-тян… – тут же надулся песец, хотя при его габаритах это было несколько затруднительно. – Тогда слушай меня. Я, своей магической силой, смогу вновь вернуть тебе способность ходить…

Я неторопливо встала на ноги и, поморщившись, достала из поясного чехла обломки телефона, который, собственно, и столь пугающе хрустнул.

– А? Чего сказал?

– Упс… – моментально стушевался лис. – Э… Ммм… Но ты же была уверена, что…

– Осади ходули, блоховод. Ты никак мои мысли читаешь? Знаешь, а после такой большой громадины пустить на воротник такого жиртреста, думаю, не составит большого труда… Так что настоятельно рекомендую покинуть мою голову. Понял?!

– Кто вас только таким манерам учил, девушка? – сварливо осведомился песец. – Такая милая снаружи и такая злобная внутри…

– А хи-хи не хо-хо? – вопросом на вопрос ответила я, показывая зверю свой небольшой кулачок. – Таким манерам меня учил мой отец – полковник пограничных войск СССР в отставке. А если тебе что-то не нравится, то это твои и только твои проблемы, жирный.

– Да я не жирный!

– Ага. Уже поняла. Не жирный, а полный. Полный песец.

Ведя абсолютно безумную перепалку с говорящей полярной лисицей, я подошла к месту, где испустил дух монстр-людоед. Никаких следов его пребывания, кроме перепаханной местами земли и поломанных сучьев не было… А нет, вру. Валяется у нас тут на земле обалденных размеров чёрная жемчужина, которая, как что-то мне подсказывает, выпала именно из этой твари.

Отлично. Это будет мне компенсация за моральные и физические страдания…

Однако, чем дальше, чем страньше. Всё страньше и страньше, как говаривала моя тёзка, попавшая в Зазеркалье…

Так, хватит лясы уже точить – пора бы выбираться к цивилизации. Сначала… Сначала, пожалуй, неплохо будет вернуться к автобусу и поискать каких-нибудь полезных вещей. Чем чёрт не шутит, а вдруг имел место перенос в другой мир или пространство? Читала я что-то такое… Даже с автобусом, кажется… Как же там книга-то называлась? «Безымянный» или что-то такое… А, ладно!

– Алиса-тян, а тебе разве не хочется узнать, что происходит? – вкрадчивым тоном поинтересовался сидящий позади меня лис.

Подавив приступ раздражение и желание отвесить надоедливой зверюге пинка, я ограничилась тем, что запустила в него подвернувшимся увесистым сучком.

Послышался недовольный тявк.

– Значит так, Песец. Ты с этой японистикой лучше завязывай – раз знаешь, как меня зовут, так и зови – Алисой. Без всех этих «тян», а то чувствую себя последней гейшей… И что происходит знать не хочу: меньше буду знать таких вещей – дольше проживу.

– Какая ты злюка, Алиса-тян, – проворковал песец. – Мне такие нравятся…

Медленно повернулась к лису, окинула его с головы до хвоста ласковым взглядом… Но зверюга отчего-то попятилась.

– А ты, я смотрю, Песец-извращенец… Окстись, блохастый – мы принадлежим к разным биологическим видам. Разъяснительных люлей для понимания политики партии прописать?

– Эм… Давай забудем об этой маленькой оговорке, хорошо?. Быть может, в знак моей доброй воли, я излечу тебя от ран, Алиса? – нервно переступил с лапы на лапу лис.

– Судя по твоей жирной хитрохвостой морде ты ничего не делаешь за так…

– Есть такое дело, – кивнул Песец. – Может быть, всё-таки рассказать тебе о том, что происходит? Если ты вляпалась в это, Алиса, то так просто уже не сбежишь.

– Уже сбежала, – я подбросила вверх жемчужину, поймала её и засунула в надёжное место – между грудей. – Лучше скажи – до ближайшего города далеко?

– Не слишком. Но пешком вряд ли дойдёшь – надо искать попутный автомобиль.

– Спасибо, Песец. Свободен, до свиданья.

– Какая же ты всё-таки злюка, – хмыкнул лис. – Впрочем, за уничтоженного кишина, думаю, я могу сделать кое-что за так… В виде исключения.

Песец махнул своим шикарным пушистым хвостом, и я тут же рухнула на землю. Всё тело горело и жутко чесалось, ноги подкашивались, а к горлу подступала тошнота. Но спустя какое-то время, я поняла, что всё прошло. Более того, хоть одежда была всё такой же извазюканной в крови и грязи, но вот под ней больше не было ран. Даже царапин.

Песец уже не казался пуфиком на ножках. Потенциальный воротник оказался способен не только нести всякую чушь…

Я не удивляюсь тому факту, что меня вылечил говорящий песец? Не удивляюсь. Если буду всему удивляться и варежкой хлопать, то меня тут, скорее всего, скушают быстрее, чем я успею сказать «российское консульство».

– А магия изменила тебя, Гарри Поттер… – прохрипела я, поднимаясь на ноги. – И ты теперь, песец, какой песец…

Оглядела себя с ног до головы. Увиденное меня обрадовало мало, потому как увидела я самую натуральную бомжиху. Тоскливым взглядом были награждены обломанные ногти, на которые лечебное колдунство не распространилось.

– Поезжай в Эдзо – отдохнёшь, развлечёшься… – с ненавистью произнесла я. – Когда я вернусь – одной турфирмой в России станет меньше.

Глава 2. Да, это Контракт

– …И вам не хворать.

– …Да, завтра обещали выписать.

– …Жалоб нет.

– …Ладно – есть. Ваша рыбная диета – отстой, а в остальном прекрасная маркиза…

– …Хорошо, больше не буду.

– …Корнилова Алиса Сергеевна, 1998 года рождения, русская, не замужем…

– …А чего вы тогда хотите?

– …В отпуск.

– …Нет, не работаю – просто привыкла так говорить, когда с отцом на отдых ездила.

– …А куда ещё? В Крым или Египет пилить слишком далеко, до Эмиратов кошельком не вышла, Таиланд я из-за жары просто ненавижу, так что решила, так сказать, направить свои стопы в бывшую всесоюзную дальневосточную здравницу…

– …«Тур-медиа». Да вы не беспокойтесь, когда я вернусь, то устрою этой шарашкиной конторе маленький победоносный джихад.

– …Да шучу я, шучу…

– …Не помню. Проснулась я уже в полёте, так что подробностей аварии не помню.

– …Когда летела из окна автобуса.

– …Даже шишку не набила – видать, крепкий у меня кумпол.

– …Да, ни единой раны.

– …Порадовались бы лучше, что у меня ни царапинки после того, как я собственным телом вышибла окно и отправилась в короткий полёт под аккомпанемент взрывающегося автобуса и собственного мата.

– …Слушайте, вы!.. Такое ощущение, что вы подозреваете, будто я международная террористка и лично выпилила этот ваш вонючий автобус!

– …Аллах Акбар.

– …Вы первые начали.

– …У меня вообще посттравматический шок. Я вам сейчас всю морду лица расцарапаю, а мне только лишний укол в задницу назначат.

– …Извиняюсь.

– …ОК, я погорячилась, вы погорячились. Покричали и забыли.

– …Чёрные ящики, кстати, уже нашли?

– …Нда? А я думала, что в такой высокотехнологичной стране…

– …Извините, нервы.

– …Вашу мать.

– …Простите.

– …Действительно никто не выжил? Извините, глупый вопрос – не слушайте меня…

– …Терракт? Вы серьёзно?

– …Вот даже так… А я и не знала, что всё настолько серьёзно…

– …Извините, но мне вообще-то негде жить в Саппоро…

– …Хорошо.

* * *

– …Пап, привет!

– …Всё нормально, извини, что сразу не позвонила…

– …Нормально.

– …Говорю же нормально!

– …Говорят, что террористы…

– …Неа, не помню.

– …Да честно не помню! Меня выбросила из автобуса, и я сразу же отрубилась. Местные комики в погонах уже забодали на этот счёт…

– …Знаешь, пап… Мне местные власти предложили кое-что за молчание… Есть вариант поступить в местный биологический, представляешь?!

– …Деревня. Морской биологический институт Саппоро – один из лучших в СНГ.

– …Да, думаю согласиться. Всё-таки не каждому выпадает такой шикарный шанс…

– …Лёха сейчас в рейсе, Саня в командировке, с Витей уже говорила, так что ты в нашем семействе оказался самым тормозом, ни капельки не беспокоящимся о своей маленькой дочурке…

– …Это была случайность.

– …Ладно, я намеренно сломала ему руку.

– …Да сколько можно ныть?! В человеческом теле двести десять костей, а я ему сломала всего одну!

– … То, что он сын твоего старого друга не отменяет факта, что он – урод и мажор.

– …Справлюсь.

– …Я же тебя учила «скайпом» пользоваться!

– …Ах, ему, видите ли, не нравится, что это программа разработана учёными вероятного противника… А мобильники тебе опасений не внушают?

– …Хорошо.

– …Хорошо.

– …Хорошо, папа. Я тебя тоже люблю. Пока!

* * *

Завершить вызов.

Уффф…

Я устало вытянулась на кровати, отложив телефон в сторону и задумчиво глядя в ставший столь знакомым в последнее время потолок номера в гостинце. Уже почти неделю здесь живу, если что. Причём исключительно за счёт властей Саппоро – в виде компенсации, так сказать, за перенесённый стресс…

В тот недоброй памяти день, я сначала доковыляла до места крушения автобуса. Который моими стараниями сгорел полностью, мда… Прощайте вещи, немного денег и документы! Здравствуйте, большие проблемы!

Мародёрство закончилось, так и не начавшись, и я осталась как та старуха – у разбитого корыта. Одно лишь было хорошо – с гибелью твари, наконец-то возобновился нормальный ход времени или ещё какая блокировка спала. Но когда я добралась по склону к дороге с которой мы слетели, то спустя минут сорок выловила первую же проезжающую машину и звякнула с телефона какой-то тётеньки в местную службу спасения.

Что тут началось!..

Полиция, пожарные, скорая помощь, местные МЧС-овцы, даже вертолёты зачем-то пригнали… А меня сразу же отправили в госпиталь. Как только более-менее пришла в себя – начались обследования и допросы. Сначала это были дядьки в полицейских мундирах, потом – в военных, а под конец и ребята в штатском нагрянули…

Естественно, я старательно корчила из себя крашенную блондинку (потому как мой натуральный цвет – чёрный) и врала столько, сколько за всю школу не врала. Потому как про непонятного монстра и говорящую лисичку упоминать категорически не следовало, если я не хотела загреметь в какое-нибудь закрытое учреждение всерьёз и надолго.

Между тем перспектива, которую мне вдохновенно преподнесли местные, тоже не особо порадовала. Оказывается, я стала жертвой террористического акта. И вообще террористы в последнее время здесь что-то совсем распоясались, хотя новостные агентства об этом молчат, ибо туризм – не последняя статья дохода республики.

То есть, походу, эти непонятные монстры шалят здесь весьма активно…

Отца и братьев я насилу уговорила не бросать всё на свете и мчаться ко мне. Да и местные власти мягко намекали, что лишней огласки им совсем не нужно… Так что скорость восстановления моего паспорта, банковских карточек и получение компенсации была просто гиперзвуковой. У меня вновь было всё необходимое и даже кое-что сверху – проживание за счёт администрации Саппоро в местной гостинице (не «Хилтон», конечно, но миленько и главное – бесплатно), небольшая компенсация в виде пополнения банковского счёта и предложение никуда не уезжать, а поступить в какое-нибудь местное высшее учебное заведение.

Вот последнее было особенно заманчиво – ВУЗы Эдзо и в советские времена считались не хуже московских, да и сейчас марку не потеряли. Местный морской биологический вообще был одним из лучших в мире…

Я была бы последней дурой и блондинкой, если бы отказалась от такого шанса!..

С другой стороны вся эта неведомая хрень, произошедшая со мной… напрягала. А что если песец был прав, и я уже слишком крепко вляпалась?..

– Здраааствуй, Али…

Рефлексы опередили мысли, так что я молниеносно схватила лежащий теперь всегда под рукой гражданский тазер и выстрелила электродами на звук, а сама скатилась с кровати и распахнула дверцу стоящей рядом тумбочки.

Когда я поднялась на ноги, то в правой руке у меня покоился обрезок тонкой водопроводной трубы с тройником на конце и замотанной лейкопластырем ручкой, а в левой – массивный выкидной нож.

Около двери в ванную кверху лапами, высунув язык и закатив глаза, лежал Песец. Из его бока торчали два тонких проводка, ведущий к футуристично выглядящей пластиковой пистолетообразной фигне, которая валялась на моей кровати.

Подошла к валяющемуся на спине упитанному зверьку, внимательно посмотрела на него и легонечко пнула.

Тот сразу же подскочил на месте и с тонким тявком попытался забиться под кровать.

Естественно Песец застрял.

И не потому, что у кого-то слишком низкий клиренс кровати, а просто у кого-то слишком толстая задница. После непродолжительных трепыханий, лис замер и решил вновь прикинуться мёртвым.

Я прицепила раскрытый нож на широкий пояс юбки и дёрнула за хвост это пушистое недоразумение.

– Хорош притворяться, симулянт. Или тебя трубой добить?

– Не надо меня трубой, – обиженно произнёс лис, с трудом перекатываясь на пузо, выползая из-под кровати и поднимаясь на коротких лапках. – Отчего ты такая злобная, Алиса? Я тебя излечил, причём, на совершенно безвозмездной основе, а ты… Неблагодарная.

– За помощь спасибо, но что-то подсказывает мне, что ты – слишком мутный тип.

– Это беспочвенные подозрения. Совершенно.

– Ну-ну. И зачем же ты опять пришёл ко мне, Песец?

– Предупредить, – с достоинством произнёс лис. – Тебе грозит опасность – кишины будут искать…

– И чего это ты такой альтруистичный, а? – недоверчиво покачала я импровизированной булавой. – Мне, может, плевать на всех этих кишинов…

– Не-не-не, на самом деле я это делаю исключительно из собственного эгоизма, – нервно сглотнул зверёк. – Просто я очень хочу заключить с тобой контракт.

– Чего?

– Конт-ракт, – тявкнул Песец и затарахтел. – Контракт – это устное или письменное соглашение, по которому одна из сторон берет обязательство что-либо сделать для другой стороны на опре…

– Значит так, блохастый, – указала я на лиса трубой, отчего тот сразу же заткнулся, прижал уши и втянул голову. – Я тебе один раз скажу и больше повторять не буду – никаких дел с вашей камарильей я иметь не хочу. Я… понятно объясняю? А?!

– Даже слишком понятно, – недовольно замахал хвостом Песец. – Впрочем, я терпелив и могу подождать.

На секунду меня отвлекло звякнувшее от порыва ветра окно, а когда я повернулась обратно лиса на месте уже не было.

* * *

Судя по карте в навигаторе новенького телефона, который мне подарили взамен безвременно откинувшегося свои мобильные копыта его предшественника, до института, в котором я собираюсь учиться – буквально рукой подать. Так почему бы и не прогуляться, а?

Новые батарейки в тазер я вставила, нож в сумочку положила, а вот булаву брать не стала – семнадцатилетняя девушка с куском водопроводной трубы в руке смотрится слишком уж вырвиглазно… Конечно, если меня действительно захочет убить какая-нибудь тварь, то все эти детские игрушки помогут мало. С другой стороны подыхать, рыдая от страха и ползая на коленях – не в моих правилах. Поэтому всё, что может потенциально стать в моих руках оружием будет использовано на 120 %.

Нет, я отнюдь не мастер рукопашного боя – просто более-менее умею драться. Отец и братья научили. Лет до четырнадцати (пока грудь не начала расти) меня вообще за мальчишку считали – я вместе с другими дворовыми пацанами дралась, лазила по гаражам и стройкам, что-то взрывала и поджигала. Спустя ещё какое-то время обнаружилось, что я очень даже ничего внешне, но было уже поздно – парни со мной связываться опасались. Плюс у них страшно рвался шаблон мышления – вчера ты с приятелем поджигал почтовый ящик вредной карге из второго подъезда и запускал самодельную ракету на пустыре за школой, а сегодня оказалось, что у приятеля выросли сиськи, и вообще он – баба.

Ладно, к теме сисек вернусь как-нибудь попозже… Институт… Институт… Должен быть где-то здесь… Но где? Ага, за этим сквером, наверное. Сейчас загорится зелёный свет, перейду улицу и…

Над одной из замерших на дороге машин – маленькой нарядной «тойотой-камри» словно бы заколыхалось зыбкое марево, как от раскалённого на солнце асфальта. Пространство пошло огромными чёрными и багровыми пикселями размером с плитку кафеля. Секунда, и на крышу машины приземлился монстр, сразу же пробив острыми когтями задних лап стальную крышу.

Он был похож на ту тварь, что уничтожила тот автобус, в котором я ехала. Он был похож, но был всё-таки другим. Две мощные задние лапы и длинные передние, каждая из которых была увенчана тройкой длинных зазубренных лезвий. Чёрное тело, испещрённое багровыми линиями. И вместо головы – белоснежный рогатый череп, похожий на коровий, с алыми огоньками, горящими в пустых глазницах, и частокол острых клыков.

Кишин.

Теперь я знаю, как тебя зовут, ублюдок.

Медленно, слишком медленно – будто продираясь сквозь густую смолу, разрываю воздух и тянусь к лежащему в сумочке тазеру… Тянусь…

Вот только зачем? Что эта игрушка сможет сделать против подобного монстра?

Чудовище легко вспарывает своими когтями-лезвиями крышу машины – как будто вскрывает банку тушёнки. Бьёт наотмашь, и в воздухе разлетаются призрачные алые капли – чья-то кровь, чья-то взятая жизнь. А затем засовывает лапы внутрь искорёженной «тойоты» и тянет лапу к небольшой фигурке. И я знаю – это ребёнок.

Тварь алчно открывает пасть и…

Какого… Какого чёрта?!

Меня застрясло от бешенства и отвращения, сквозь до боли стиснутые зубы вырвалось самое натуральное рычание.

Автомат. Мне нужен автомат.

Или пистолет. Меч. Топор. Что-то, чем можно пронять этого ублюдка! Чем убить его. Что-то мощное. Сильное…

Сила.

Была бы у меня сила! Такая, чтобы убить таких чудовищ. Чтобы не давать им убивать других. Была бы у меня такая сила!..

– Тебе нужна сила, Алиса?

Медленно поворачиваю голову. Рядом со мной стоит невысокий пацан лет тринадцати. Белая рубашка, белые брюки, белые туфли. Белые волосы. Смотрит куда-то себе под ноги, не поднимая взгляда.

– Я могу дать тебе такую силу.

Что взамен? Моя душа? Желание? Жизнь?

– Три года службы. Три года ты будешь убивать кишинов. На это время ты получишь силу убивать их. Потом ты или продолжишь свою службу, либо уйдёшь.

И это…

– Да, Алиса. Это Контракт. Я – Дзёдаи Широ, кицунэ Светлого Круга, обязуюсь дать тебе, Алиса Корнилова, силу для битв с кишинами. Я обязуюсь помогать тебе в твоей войне словом и делом. По истечении трёх лет, я продлю наш Контракт или прекращу его действие.

Так не бывает. Нельзя получить сверхспособности за так, просто сказав «да, я желаю стать сильнее». Ничего не даётся просто так – бесплатный сыр бывает только в мышеловке. Ты явно что-то недоговариваешь мальчишка, но…

– Твой ответ.

Лис, чёртов лис, был прав – я уже слишком крепко увязла во всём этом. И дело вовсе не в том, что я хочу защититься из страха за свою жизнь. Да чёрта с два!..

Я просто не знаю, как жить, если каждый день вокруг тебя идёт охота. Охота на людей. Но хоть ты и знаешь об этом, но ничего не в силах изменить. И это… бесит. Всех в мире не спасти, всех не защитить, но люди делятся на тех, кто закрывает глаза и проходит мимо творящегося зла, и тех, кто не проходит мимо.

И я не хочу быть той, что проходит мимо!

– Твой ответ, Алиса.

– Я…

Есть сильные и слабые. Есть те, кто может лишь покориться своей участи, и те, что в силах сразиться за свою и чужую жизнь. И если я могу стать сильной, чтобы не стать чьей-то добычей…

Да будет так.

– Я принимаю этот Контракт!

– Отлично, – мальчишка улыбнулся, на секунду обнажив крупные – куда крупнее человеческих, клыки.

Он протянул руку, остановив свою правую ладонь в нескольких сантиметрах от моего левого запястья. На нём тотчас же возникло мягкое серебристое сияние, кольцом охватившее мою руку. Вот оно гаснет, и моё левое запястье окружает широкий серебристый браслет, украшенный крупным гранёным чёрным камнем в середине и вязью замысловатых узоров.

Я нехорошо улыбнулась, сжала руки в кулаки, и вокруг них моментально заполыхало угольно-чёрное пламя.

– Мне сказать «авада кедавра» или щёлкнуть пальцами, чтобы эта тварь сдохла? – сейчас я чувствовала в себе целый океан силы. Достаточно, чтобы поднять одной рукой грузовик, согнуть металлический столб или испепелить десяток человек.

– Понятия не имею, – равнодушно пожал плечами белобрысый. – Это твоя сила – тебе и понимать, что с ней делать.

Самой разбираться? Лааадно… Тогда не будем лишний раз выпендриваться.

– Отпусти его, урод! – я резко выбросила руку в сторону замершего кишина.

Пламя вокруг моего кулака тотчас же метнулось вперёд, вытягиваясь в гибкую извивающуюся чёрную змею. Поток тьмы ударил монстра прямо в грудь и буквально отшвырнул назад, впечатав в брусчатый тротуар на другом конце улицы.

Моментально подкосились ноги и закружилась голова. Кажется, я всё-таки как-то неправильно использовала свою силу… Второй такой удар уже не нанести, а тварь ещё жива. И её нужно добить.

Достала из сумочки нож, с щелчком разложила его и медленно двинулась к кишину.

– Ты – монстр, – негромко произнесла я на ходу, не сводя взгляда со слабо шевелящейся в груде камней твари. – Убийца. И вряд ли совсем уж тупой. Но всё-таки тупой. Сильный, но тупой. Потому как ты, твою мать, забыл основной закон эволюции. Всех жрут. Всех убивают… Здорово ведь так убивать, да? Здорово, когда жертва не может ударить в ответ и не замечает собственной смерти? Здорово, да, говнюк?! Как на банку зелёного горошка охотиться. Очень просто. Очень легко…

Кишин, с перебитыми передними и задними лапами, пытался ползти. Не ко мне, а от меня.

Он всё понял. А ведь он действительно не такой уж и тупой…

У меня на ноге был не армейский ботинок и не кирзовый сапог, а лёгкая женская туфелька, но когда я наступила монстру на хребет, его буквально вдавило в землю.

– Но я скажу тебе – пошёл ты. Пошёл ты на хер!!! Если убиваешь, то и сам будь готов сдохнуть!

Чёрное пламя перекинулось с моей руки на лезвие ножа.

– Вы не убили меня в тот раз… – наклонилась я чуть ниже и перешла на шёпот. – Большая ошибка.

Дешёвый китайский нож, лезвие которого было перевито тёмными сполохами пламени, вошёл в череп кишина, как в масло – по самую рукоять. Выпустила его из руки, а затем открытой ладонью вогнала его на глубину.

Вспышка.

По ушам бьёт говор людской толпы и шум улицы. А вот ноги почему-то не держат. И не пошевелиться. Лишь остаётся наблюдать, как брусчатка летит навстречу.

Удар.

* * *

Когда я очнулась, то самым постыдным образом… начала материться и хныкать.

Болело всё! Даже то, что, вроде бы, болеть не может в принципе, типа ногтей!..

– О, очнулась. Наконец-то.

Хныкать и материться я тут же перестала, хотя боль никуда не пропала.

Так, проанализируем свои ощущения…

Лежу. На кровати. Судя по запаху – на своей. То есть, которая в моём номере. Укрытая одеялом. Голос подозрительно знакомый…

Ну-ка, приоткроем-ка мы наши глазки… Блииин! Как будто не веки поднимаю, а кирпичи! Причём, ресницами…

– Ты… – прохрипела я жутко пропитым и прокуренным голосом, увидев около своей постели довольно ухмыляющегося белобрысого паренька.

– Ага. Я.

– Как тебя… Ширый джедай…

– Широ Дзёдаи, – педантично поправил меня пацан.

– Пофиг. Что ты тут забыл?

– Ну, я, как бы, теперь буду жить с тобой…

– В смысле.

– В прямом. Не бойся, Алиса, я уже соответствующим образом залегендирован, как твой младший брат…

– Ты идиот или придуряешься? Какого хрена, я спрашиваю?!

– А ты разве забыла, что мы заключили Контракт? – приподнял бровь мальчишка. – Так что мне теперь следует находиться рядом, дабы направлять и наставлять тебя, неразумную…

– Стоп, – хаотически метавшиеся в моей черепушке мысли наконец-то встали на свои места. – Ты – Песец!

– Вот зачем сразу обзываться? Я – кицунэ, ки-цу-нэ. Волшебный лис, способный оборачиваться прекрасным юношей… – пацан мне подмигнул. – Намёк понятен? Ты привлекательна, я – чертовски привлекателен…

– Слышь ты, губа до Магадана… Есть проблемы? Скачай себе приложение на телефон приложение «Закатай губу 3D» и не парь мне мозги. Понял?!

– И вовсе незачем так орать – у лисиц, между прочим, крайне тонкий слух… Кстати, личико у тебя хоть и достаточно миленькое, но вот грудь явно подкачала. Хотя и весьма приятная на…

Наглый мальчишка захрипел, не успев договорить фразу, когда вылетевшая из-под одеяла моя рука стальной клешнёй сжала его горло. И куда только боль во всём теле девалась?..

– Ты уже труп, – доверительно сообщила я. – А от твоего последнего желания зависит буду ли я глумиться над твоим телом или нет. Так что хорошенько подумай и только попробуй выбрать какую-нибудь пошлятину.

– Я… же… пошутил…

– За такие штуки – в дисбат на сутки. Сама не шучу и другим не даю.

– Я… тебя… просто… в норму… приводил… Шоковая… терапия…

– Выбирай какую я тебе руку сломаю, доктор Хаус хренов.

– Не надо… ломать… Давай лучше… расскажу про… кишинов… и вообще…

Немного подумала, отпустила пацана. Тот сразу же начал яростно откашливаться и отплёвываться, быстро отпрыгивая от меня подальше.

– Валяй, Песец. У кого информация – тот правит миром, а я хочу править миром.

* * *

– Это началось три года назад, – Песец сидел около моей кровати на полу, скрестив ноги по-турецки. – Но не везде. Лишь в районе так называемого Тихоокеанского огненного кольца – вдоль самых сейсмоопасных районов планеты. Камчатка, Курильские острова, Японский архипелаг, Тайвань, Филиппины, Индонезия, Аляска, западное побережье США, Центральная Америка, Перу, Боливия, Чили… Количество жертв автокатастроф увеличилось на порядок. То же самое с погибшими на пожарах, при наводнениях или просто пропавших без вести. Сначала Светлый Круг…

– Светлый Круг – это кто?

– Древние силы Земли.

– Духи? Они злые или добрые?

– Они – силы, Алиса. Не добрые, и не злые – просто силы. И… их осталось очень мало. Все последние столетия такие как я только теряли свою силу. Многие заснули, чтобы уже больше не проснуться – стали деревьями, камнями, зверями или людьми. Забыли себя, забыли всё… Но… Три года назад те, кто остались поняли, что силы возвращаются. Впервые за всю жизнь я, например, смог превратиться в лиса…

– Ты на вид – пацан-пацаном, – заметила я. – Только не говори, что тебе пара сотен лет – ты на них себя не ведёшь.

– Это неважно.

– И ведёшь себя точь-в-точь, как озабоченный подросток…

– Слушай, мы меня обсуждаем или обстановку в мире?

– О, продолжай, конечно, – милостиво позволила я.

– Ну, так вот, – засопел Песец. – Сначала сильнейшие из нас не связали человеческие смерти и возрастание наших сил, но потом выяснилось, что людей убивают… какие-то твари.

– Демоны? – деловито осведомилась я.

– Н-не знаю, – замялся мальчишка. – Кажется, нет… Я читал ваши книги и смотрел фильмы… Почти всё, что вы, люди, себе напридумывали никогда не существовало в реальности. И уж подавно не существовало всех этих страшилищ с рогами, копытами, хвостами и крыльями. А кишины… Так назвали их мы, вы же, пожалуй, смело можете называть их и демонами. Непонятные твари. Различны силой – некоторые не сильнее крысы, другие могут спокойно уничтожить средних размеров город. Про облик вообще молчу. Питаются человеческими душами и телами, откуда появляются – непонятно.

– Если вы такие сильненькие и благородненькие, то зачем ты так привязывался ко мне со своим Контрактом? Можешь дать силу – значит, она у тебя есть, и ты сам можешь ею распорядиться.

– Неверно, Алиса, – покачал головой Песец. – Такие как я сродни… эээ… Кассирам в банке, что ли… Мы можем выдавать деньги, но не можем распорядиться ими как вздумается.

– ОК, понятно, что мало что понятно. Но мы, по крайней мере, наконец-то закончили вводную часть и подошли к тому, кто я теперь такая.

– Девочка-волшебница, кто же ещё. С магической силой, помогающей уничтожить кишинов.

– Типа… Эта, как её… Ну, эта… Забодай её, Сейлор-мун, да?

– Ну, что-то вроде того, – нехотя ответил лис. – Кстати, не знаю почему, но в подобного рода произведениях достаточно точно воспроизвели сам принцип силы таких, как ты… Большую часть времени ты не будешь ничем отличаться от обычных девушек, но в случае чего сможешь принимать… эээ… боевую форму, назовём это так. Станешь сильнее, быстрее; получишь доступ к магии… Хотя, кажется, тебе следует воплощать свою силу как-то иначе, чем в виде заклинаний, хм…

– А всё время в боевой форме ходить не судьба? Вдруг вражина без объявления войны нападёт, а мне ещё потребуется время на превращение?

– Энергозатратно, – ёмко ответил Песец. – Можешь потерять сознание от истощения.

– Ясно… А как именно мне положено драться с кишинами? Я буду так же швыряться чёрными молниями, трансформируюсь в гигантского тигра или подниму себе на помощь десяток скелетов?

– Обычно волшебницы воплощают силу напрямую – посредством… эээ… вы это называете заклинаниями. Те самые молнии и огненные шары. Но в твоём случае, похоже, придётся проводить специальный ритуал для выяснения наиболее оптимального воплощения твоей силы…

– Тогда чего мы ждём? Быстрее проводим этот ритуал и!.. Шшш!..

Новый приступ боли во всём теле на лету прервал мою попытку спрыгнуть с кровати и заставил повалиться навзничь.

– Тихо, без резких движений, – забеспокоился Песец. – Я могу залечить многие физические повреждения, но у тебя сейчас сильнейшее магическое истощение. Так что здесь я не помощник – придётся подождать день-два, пока магическая энергия в твоём теле придёт в норму.

– И что мне эти два дня делать прикажешь? – промычала я, уткнувшись лицом в подушку.

– Ну, есть разные способы приятного врепрепровождения… – томно произнёс лис-оборотень. В следующий момент он был опрокинут на пол после столкновения подушки с его наглой рожей, и возмущённо вякнул.

– Паршивый извращенец. Кажется, меня скоро осудят как детоубийцу…

Глава 3. Да, теперь ты – волшебница

Высунув от усердия язык, Песец старательно чертил мелом на полу в моей спальне большую пентаграмму.

– Смотри дерьмодемона случайно не вызови, жирдяй, – прокомментировала я его действия, сидя на кровати и грызя крабовые чипсы.

– Не отвлекай меня – в этом деле нельзя сбиваться… И я не жирный! В этой форме я вешу даже меньше тебя!

– Это пофиг. Всё равно ты жирный.

– Отстань.

– «Жирный, жирный, поезд пассажирный», – пропела я. – «Если поезд не пойдёт – пассажир с ума сойдёт!».

– Слушай, и ты ещё называешь себя девушкой?! Смею заметить, что наличие груди – это ещё не главное. Где? Где твои манеры?!

– Где манеры были – там хрен вырос, – безмятежно ответила я. – Ты черти, черти лучше, геометр хренов. Если что-то пойдёт не так, то я твою упитанную задницу даже с того света надеру.

– Да уже всё, в принципе… Готово.

– ОК! – слезла я с кровати. – Что мне делать?

– Становись в центр… Так… Нет, уйди с линии! Спину ровнее, грудь вперёд, верхнюю пуговицу на блузке расстегнуть…

– ?!

– Говорю – приготовься, сейчас буду колдовать.

Песец развёл руки в стороны, закрыл глаза, а затем резко хлопнул в ладони, наклонился и приложил их к полу перед пентаграммой. Силуэт пацана расплылся, и на его месте возник уже знакомый упитанный полярный лис.

Меловые линии на полу тут же засветились серебристо-жемчужным светом. Фигура плавно оторвалась от пола и начала подниматься вверх, остановившись на уровне моей талии, и начала вращаться. Всё быстрее и быстрее, всё быстрее и быстрее, пока не слилась в один светящийся серебристый круг. Полыхнула яркая вспышка, и я невольно зажмурилась.

А когда я открыла глаза обратно, то сразу же почувствовала неладное.

Песец смотрел на меня, выпучив круглые жёлто-карие глаза и широко открыв рот. Затем плюхнулся на пузо и начал кататься по полу, вполголоса причитая:

– Невозможно… Невозможная прелесть… Невозможная…

Я в панике повернулась к висящему на стене большому зеркалу и тут же застыла в ступоре.

– ААААААА!!!

Мой крик, наверное, слышали не только на первом этаже гостиницы, но и во всём Саппоро.

Я… я выглядела… просто… просто невозможно… ОТВРАТНО!!! ПРОТИВНО!!! ТОШНОТВОРНО!!!

На ногах – розовые сапожки на огромном каблуке и с бантиками. Потом – белые чулочки. С бантиками. Пышная юбка чуть выше колена розового цвета и с кучей белых подъюбников. С бантиками, да. Сзади на талии вообще виднелся титанических размеров бантище!..

Хорошо ещё, что под юбкой обнаружились не какие-нибудь кружевные трусики или старорежимные панталоны, а вполне приличные спортивные обтягивающие шорты светло-светло розового цвета.

Потом:

Белый корсет, заканчивающийся под грудью. Бледно-розовая блузка с глубоким вырезом, кружевным воротником и манжетами. И с бантиками, вашу мать, с бантиками… И розовые бархатные перчатки по локоть. С бантиками!!!

Более того, мои чёрные волосы стали доходить мне не уже до лопаток, а ажно до самых колен и сменили своё цвет на насыщенно тёмно-красный!

В руках же у меня обнаружился тоненький серебряный жезл с замысловатым навершием в виде золотистой розы, украшенной россыпью алых камней…

Сначала у меня затряслись руки. Потом задёргалась правая щека. Затем вовсе перекосило всю морду лица.

– Нет ничего прекраснее… Мечты сбываются… Я счастлив… – катался в экстазе Песец…

Но затем взвыл нелисьим и нечеловеческим голосом и попытался подскочить на месте, когда я перетянула его жезлом поперёк пуза.

– Ах ты, блохастый урод, – ласково произнесла я, похлопывая жезлом по ладони и придавливая песца ногой к полу. – Шутки решил со мной шутить? Поиздеваться решил, мультивидовой извращенец?!

– Алисочка… – пискнул лис.

– Я НЕ РАЗРЕШАЛА ТЕБЕ ГОВОРИТЬ, ЖИВОТНОЕ!

– Алисочка, ну я же не виноват, что твоя боевая форма такая миленькая!

– Возрадуйся, жалкий раб, – нехорошо улыбнулась я. – Теперь мы всегда будем вместе… Я сделаю из тебя отличную сумочку.

– Ну, я же правда не виноват!

– Нда? – я наклонилась и упёрла навершие жезла ему в горло. – И почему, интересно, я тебе не верю, уродец плюшевый с проклятьем на челе?

– У тебя явно какие-то предубеждения против лисиц, – пискнул песец.

– В семь лет на меня напала соседская такса, – ледяным тоном произнесла я. – Несмотря на то, что эта четвероногая колбаса кажется смешной и безобидной, она едва не перегрызла мне горло… Пришлось отбиваться от ней куском кирпича. Понимаешь теперь, что я, как бы, не очень люблю собак?

– Но я же не собака, я – лис! И, честно слово, не издевался над тобой! Это действительно такой… эээ… милый боевой облик! Максимум, что я могу – немного подкорректировать его, но не изменить напрочь! Алиса, ну Алисаааа!..

– Не ной – нервируешь.

Жаль, что я не умею определять ложь по лисьим глазам… Справедливости ради стоит заметить, что раньше никогда такая необходимость передо мной и не возникала…

– Что ж… – после продолжительного сверления препарирующим взглядом, я всё-таки решила сменить гнев на милость. – Будем считать, что в этот раз я тебе поверила… Но учти, зимы в Эдзо снежные и холодные, так что от воротника на пальто я не откажусь… Всё понял?!

– Конечно, конечно! – заискивающе произнёс Песец, переворачиваясь на пузо, преданно глядя мне в глаза и виляя хвостом. – Сейчас же попробую что-нибудь сделать, Алиса!

Следующие полчаса лис-оборотень пыхтел и сопел, пытаясь хоть немного привести мой «боевой облик» в более-менее приемлемый вид.

Сразу же выяснилось, что с цветовой гаммой – беда. Причём, большая.

Песцу оказались доступны все оттенки розового и иногда у него получалось что-то белое, но не более того. Готичный чёрный цвет или милитаристический камуфляж так и остались чем-то из разряда недостижимого.

Далее. Набор туфли-юбка-корсет-блузка-перчатки модернизировать не вышло. Спортивный костюм или плащ не получались категорически, так что в итоге я плюнула и смирилась с тем, что хотя бы все бантики, рюшечки и оборочки были уничтожены как класс.

Длительную схватку выдержали туфли на каблуке.

Не знаю кого как, но лично меня абсолютно не прельщало драться в настолько неподходящем виде обуви. Злополучный каблук, правда, так и не удалось ликвидировать полностью, но он хотя бы укоротился и расширился. Остальная подошва стала напоминать что-то вроде протектора десантного ботинка, а длинный тонкий нос сапога стал коротким, тупорылым и обзавёлся защитной металлической пластиной.

На пробу прошлась туда-сюда по комнате, попрыгала… Легонечко пнула Песца, с наслаждением послушала вопли этого оборотня-извращенца и в итоге решила, что полученная обувь хоть и отвратительна своим видом, но достаточно удобна…

Хотя нежно-розовый цвет сапог всё равно вызывал у меня рвотные позывы.

Я долго ругалась и бесилась, но здесь Песец оказался бессилен, так что пришлось просто смириться.

Юбка, лишённая всех гадких бантиков и слегка похудевшая в плане количества подъюбников, особых нареканий больше не вызывала. Ну, кроме цвета, конечно… Бледно-розовая блузка с ампутированными кружавчиками вообще была самой приличной деталью моего облика.

Корсет, не пожелавший исчезнуть к чёртовой матери, был в срочном порядке модернизирован, дабы нести хоть какие-нибудь полезные функции. Теперь снаружи он напоминал шкуру дракона из-за множества налегающих друг на друга чешуек из непонятного беловатого металла. Какая-никакая, а броня. От хорошего колющего и мощного рубящего удара не защитит, как и от пули, но пришедший вскользь удар ножом отразить должен.

Перчатки из бархатных стали кожаными (но всё равно остались розовыми!!!), оставляли теперь открытыми пальцы, значительно укоротились и заимели на костяшках крупные стразики. Почти кастет, а?

Что меня ещё достаточно сильно печалило, так это то, что категорически ничего не удавалось сделать с роскошной волной новоприобретённых алых волос, доходящих мне до колен. Они категорически отказывались менять цвет, длину или даже просто стягиваться в косу или хвост. Прямо как заколдованные…

– Ну и что ты там мне залечивал насчёт идеального оружия, которое я должна была получить? – заметила я, крутя в руках красивый, но явно бесполезный в бою жезл. – Эта фигня сломается после первого же удара… Или она должна помочь мне колдовать более, чем одно полноценное заклинание без угрозы свалиться в обморок?

– Н-нет, – задумчиво потёр лапкой нос Песец. – Кажется, случилась небольшая накладка…

– Не находишь, что у тебя слишком много этих накладок? Все твои сородичи такие безру… безлапые. Или ты один такой уникальный?

– Я могучий и мудрый древний дух, способный…

– Слушай, Песец… Купи себе гуся и морочь ему голову, а меня этими сказками можешь не кормить. Ты, кажется, обязан помогать мне, согласно условиям Контракта? Тогда мне нужно знать твои реальные способности. Что ты можешь. Что ты НЕ можешь.

– Не так уж и много я могу, на самом деле, – заметно погрустнел белый лис. – Не хотелось бы этого признавать… Но ты – мой первый Контрактор.

– Я так думаю, что среди сородичей это не добавляло тебе авторитета? – заметила я, усаживаясь на кровать и кладя жезл поперёк коленей.

– Ни капельки, – раздражённо дёрнул ушами зверёк. – Контракт – вещь обоюдная. Чем больше я их заключаю и чем сильнее будут мои Контракторы, тем сильнее стану и я сам.

– Всё настолько меркантильно?

– Не совсем… Это, скорее, побочный эффект. Главное – сам факт Контракта.

– Непросто…

– Напротив. Скажи, ты умеешь кататься на велосипеде?

– Ну, умею, и что?

– Без рук или с закрытыми глазами ездила когда-нибудь?

– Конечно.

– А зачем?

Этот вопрос на пару секунд поставил меня в тупик, но ответ нашёлся достаточно быстро.

– Понт. Хороший понт – он дороже денег стоит. И это просто круто.

– Здесь примерно то же самое, – махнул хвостом Песец.

– Не уходи от темы, пушистый. Я спросила тебя, что ты умеешь.

– Будучи лисом я не становлюсь сильнее, быстрее или живучее самого обычного лиса. То же самое верно и для моего человеческого облика, хотя отводить глаза я могу в любой своей форме. Я не откажусь от еды, воды и сна, хотя могу достаточно долго обходиться без всего этого. Но как тебе, наверняка, противна пресная каша без всего, так и мне не особо нравиться питаться, как вы говорите, святым духом. Курочка, колбаска, говядинка…

– Посмотрим сначала на твою полезность. Иначе будешь у меня собачий корм грызть.

– Вот интересно… – вопросительно склонил на бок голову Песец. – Попадался ли кому-нибудь настолько злобный и неблагодарный Контрактор?..

– Тебя пнуть или сам к теме вернёшься?

– Это был риторический вопрос, Алиса. Что ещё я могу?.. Ну, в моём истинном теле я могу творить кое-какое простенькое волшебство. Телепортироваться, создавать иллюзии и лечить небольшие раны.

– Ага… – в моём мозгу тут же начали складываться глобальные планы по обогащению и захвату власти. Только не врите, что никогда не мечтали в детстве ограбить банк или править миром! – На какое расстояние может телепортироваться? Можешь захватывать с собой груз? Сколько килограммов? Сколько иллюзий? Насколько они материальны и долгоживущи? Что считается небольшой раной?

– Алиса! – взвыл Песец.

– Не «алискай», животное, а лучше чётко и ясно отвечай на поставленные вопросы.

– Перенестись я могу максимум в лес, что растёт около Саппоро. Груза захватить с собой никакого не могу… – ответил лис и мстительно добавил. – Что, планы ограбления Форт-Нокса уже пошли прахом?

– Пошли, – не стала я спорить. – Но я это как-нибудь переживу. Что с остальным?

– Если тебе оторвёт ногу, или тем более голову – назад я её не приживлю, – отрезал Песец. – Но рубленные и колотые раны средней тяжести заживить смогу.

– Пулевые ранения? Переломы, вывихи, растяжения?

– То же самое. Но всё ещё будет зависеть от тяжести ранения. Пару царапин заживлю за секунду, сломанный палец – где-то за полчаса, сломанную руку – примерно за день. Если тебя подстрелят из пистолета, придётся провозиться дня три.

– Что насчёт болезней? – не отставала я. Мне хотелось иметь на руках как можно более полную карту способностей моего нового напарника.

– Температуру собью, но насморк и кашель не уберу, – с некоторой долей мстительности в голосе ответил лис. – От СПИДА и рака не спасу, но от большинства несмертельных инфекций защищу.

– Нормально. Значит, на врачах и лекарствах я в ближайшие три года здорово сэкономлю и деньги, и время, и нервы.

– От беременности не застрахую, аборт не сделаю из принципа, – ухмыльнулся Песец. На лисьей морде ухмылка смотрелась в высшей степени фантасмагорично…

– Заткнись, придурок. Что с фантомами?

– Максимум один. Поддерживать его смогу сколько угодно, но мне для этого придётся быть поблизости. Сам он ничего сделать не сможет, но от реальности ты его отличить не сможешь.

– Скопировать можешь только себя или кого угодно?

– Хмм… – задумался оборотень. – Вообще пробовал только со своей проекцией… Но если я буду хорошо знать человека, то, наверное, смогу сделать и его фантом.

– Покажи.

Оборотень на мгновение замер, а в следующий миг раздвоился, и вот уже передо мной сидело два абсолютно одинаковых лиса.

– Ну, и какой из нас настоящий? – хором произнесли Песцы.

Посмотрела на одного, на другого. Подумала. Ещё посмотрела. Дотянулась до подушки, взяла её в руки. Снова подумала. А затем резко запустила её в одного из лисов.

С обиженным тявканьем он свалился на бок, сбитый метко пущенной подушкой.

– Как догадалась?! – обиженно завопил лис.

– Фантом не отбрасывал тени.

– Тьфу ты! – в сердцах плюнул Песец. В исполнении лиса это смотрелось очень забавно, так что я не сдержалась и рассмеялась.

– Слушай, вот можешь же ты быть милой, когда захочешь… Но потом тебя опять заклинивает и ты превращаешься в какую-то фурию. Натуральная янгире.

– Я не знаю, что это, но думаю, что неприличное, – задумчиво произнесла я, после чего метнула в лиса свой «магический» жезл.

Красивая, но бесполезная штуковина ударила оборотня по спине, потому как он успел вовремя плюхнуться на пузо и закрыть голову передними лапами, и вполне ожидаемо согнулась.

– Твою мать, да мой кусок водопроводной трубы полезнее этой дряни! Песец, мне нужно оружие. Хорошее оружие!

– Значит, ты хочешь оружия? – прищурился лис. – Что ж, будь по-твоему!..

Оборотень махнул пушистым хвостом, и тотчас же с его кончика сорвалась зелёная восьмилучевая звезда, заключённая в круг с идущими вдоль линий странными письменами. Эта фигура за доли секунды выросла от размеров пятирублёвой монеты до полуметра в диаметре, а затем врезалась в меня.

Я сложилась пополам и не упала лишь потому, что сидела на кровати. В глаза потемнело, дыхание сбилось – складывалось такое ощущение, что мне крепко зарядили под дых…

Неожиданно всё прекратилось.

Я недоумённо уставилась на собственные руки, которые сжимали… рукоять шпаги и древнего кремневого пистолета?!

Перевела полный обалдения взгляд на задумчиво наклонившего на бок голову Песца.

– Ммм, только половина от расчётного… – пробормотал лис. – Маловато… Надо больше…

Шерсть на зверьке встала дыбом, он вновь махнул хвостом, и в меня полетела ещё одна магическая печать, но на этот раз это было дофигалучевая звезда, заключённая сразу в круг и ромб, и не зелёного, а ярко-алого цвета.

Получила новый удар под дых, я даже не успев выругаться. В глазах снова потемнело, в ушах появился звон… И вновь всё прекратилось так же неожиданно, как и началось.

– О, – только и смог выдавить явно обалдевший от удивления Песец.

Поперёк моих колен лежало нечто.

Широкий клинок угольно-чёрного цвета, длиной сантиметров восемьдесят с остриём, срезанным где-то под шестьдесят градусов. Простая серебристая гарда в виде поперечной планки и отходящей от неё защитной скобы, прикрывающей рукоять, но не прикреплённой к ней вторым своим концом, как на шпаге. Алого цвета шершавая рукоять, рассчитанная на двуручный хват – кажется, с покрытием из чего-то резиноподобного.

Но самое главное – частокол острых треугольных зубцов, идущих с некоторыми промежутками по всей длине нижней – рабочей части лезвия диковинного меча.

Серебристый двухглавый орёл и геральдическая лилия с черепом на клинке вблизи гарды, неожиданностью уже не стали…

– Я в шоке, – кое-как смогла, наконец, выдавить я. – Ты умудрился выдать мне самый натуральный цепной пиломеч!

– Эм… – растерялся лис. – Будешь бить или похвалишь?

– Пока не знаю… – произнесла я, вставая с кровати и беря в руки пиломеч.

Никогда не имела привычки носиться по лесу с мечами из лыж, а также никогда не интересовалась всякими фехтованиями. Но с удовольствием смотрела что-нибудь вроде «Царства небесного» или «Железного рыцаря» с кровавым махачем железными дрынами.

А благодаря жутко фанатевшему от всякого средневекового оружия брату-Лёхе, я вполне уверенно могла ощутить разницу между одно-, полутора- и двуручными мечами, а также не перепутать глефу с алебардой. Но вот что делать со всеми этими орудиями смертоубийства в бою – понятия не имею. С пистолетами и автоматами всё проще – этим концом на врага, смотреть сюда, нажимать сюда… А из холодного оружия лично я всегда предпочитала камень и палку, владение которыми заложено в любого хомо сапиенса на генетическом уровне.

Но сейчас…

Я взяла пиломеч в одну руку… Удивительно, но он казался не тяжелее кухонного ножика…

Слегка махнула им на пробу… И неожиданно взорвалась вихрем ударов! Клинок крест-накрест полосует пространство передо мной, выпад, отход, поворот, удар, удар, удар, разворот, и пиломеч рубит всё вокруг меня!..

Ничего себе!!! Я даже двигаться стала совершенно по-другому. И дистанцию теперь чувствовала иначе… А это простое действие – взмахнуть мечом, доставило мне ни с чем не сравнимое удовольствие. Офигеть! Я была твёрдо уверена, что могу рубить и колоть этой жутковато выглядящей штуковиной хоть два часа кряду. Без устали. Да ещё и с кайфом.

А теперь осталось проверить последний момент…

Стоило мне только подумать, и зубцы на клинке пиломеча тут же с лёгким жужжанием пришли в движение, всего за пару секунд разогнавшись и слившись в одну призрачную режущую кромку. Причём, я совершенно точно знала, что могу перепилить им не только дерево или стальной лом, но даже танковую броню.

– Песец, я была не права, – с чувством произнесла, мысленно останавливая вращение режущей кромки. – Ты невероятно крут. За такое я готова тебе простить даже этот отвратительно гламурный наряд.

– А извиниться за все пинки и оскорбления, которым я совершенно безосновательно подвергался эти дни? – пискнул лис из-под журнального столика, под который моментально забился, как только я начала своим упражнения в фехтовании.

– Перебьёшься.

– А если я скажу, что эта непонятная и жуткая штука – не единственное, что удалось визуализировать?

– Тогда, может быть…

Я осеклась, когда поняла, что сзади на талии у меня действительно болтается что-то постороннее. С невесть откуда взявшейся отточенностью движений, я ловко закинула пиломеч за спину, который тут же непонятным образом закрепился на блузке, и извернулась, пытаясь поймать в зеркале отражение собственной спины.

На корсете сзади обнаружилась ни много ни мало, а самая настоящая сдвоенная кобура из розовой кожи с торчащими влево и вправо чёрно-золотыми пистолетными рукоятями.

Пиломеч, кстати, не просто зацепился за блузку, а совершенно непонятным образом висел на расстоянии пары сантиметров от тела, словно бы притёртый каким-то силовым полем. Причём хорошо так лежал, ничуть не стесняя движений, а его тяжесть совершенно не ощущалась.

Впрочем, сейчас не о нём речь…

Рывком выхватила оба пистолета, перевела взгляд с одного на другой…

– Кааайф… – широко улыбнулась я.

Это были два одиннадцатимиллиметровых золотистых Кольта-1911 с чёрными накладками на рукоятях, украшенных золотистыми же восточными драконами. Реально суровые и ультимативные пушки – практически карманная артиллерия.

– Ну, Песец, ну можешь же, когда захочешь! А то если бы и пистолеты были розовыми, то я бы точно с радостью освежевала тебя…

– Так что насчёт извинений? – опасливо произнёс всё ещё прячущийся под столиком лис.

– ОК, уговор дороже денег. Извини, что пинала и оскорбляла тебя.

– То-то же, – самодовольно произнёс оборотень.

– Только сильно не обольщайся, жирдяй – я извинилась только за прошлые оскорбления, а не за настоящие и будущие.

– Вот почему у всех Контракторы – милые и добрые девушки, а мне попалась… – Песец неожиданно пошатнулся и вытянулся на полу. Его очертания тут же расплылись, и под журнальным столиком обнаружился мальчишка в рубахе, штанах и туфлях белого цвета, и голубовато-белого цвета волосами.

– Эй, ты чего? – я отчего-то забеспокоилась, спрятала пистолеты и подошла к лежащему оборотню. – Эй… Песец, что с тобой?

Я наклонилась и потрясла пацана за плечо.

– Слышь, ты чего, а?

– Ты же боевую форму ещё держать не можешь долго… – просипел оборотень. – Я тебя целый час уже энергией подпитываю, вот и…

Судя по всему, Песец потерял сознание. Меня тут же начала грызть совесть – он хоть и был тем ещё извращенцем и дурачком, но всё же довольно безобидным. И никакого особого зла мне не делал. А я временами становлюсь просто отборной сволочью, но, увы, ничего не могу с собой поделать…

Кстати, мой боевой облик, включая оружие и волосы, сразу же сменился на ту одежду и причёску, которая у меня была, так сказать, «родной». Хоть какое-то облегчение…

Вполголоса ругаясь, вытащила Песца из-под столика и потащила его в гостиную, где уложила на диване. Оборотень, похоже, был без сознания, но дышал ровно и спокойно.

Сходила до стенного шкафа, достала оттуда одно из запасных одеял, укрыла им Песца, а сама поплелась к холодильнику.

* * *

– Очнулся? – поинтересовалась я, когда Песец заворочался и зашевелился на диване, а затем кое-как поднялся и сел, протирая кулаками глаза. – На, держи.

Протянула ему кружку с тёплым кофе со сливками, а сама уселась с точно такой же напротив него в кресле.

– С-спасибо, – оборотень осторожно отхлебнул и блаженно зажмурился. – Вкусно!

– Вкусно, вкусно, – проворчала я, откидываясь на спинку.

Некоторое время мы провели в молчании, нарушаемом лишь громким прихлёбыванием Песца.

– Знаешь, что… – задумчиво прикрыла глаза. – Ты на меня не обижайся, лис. Натура у меня просто хреновая – я та ещё зараза. Без кокетства – просто зараза. Жестокая, стервозная и агрессивная. Издержки детства, знаешь ли… С такими как я парни охотно дружат, но не любят. Но когда растёшь одна среди мужиков, то из тебя получается либо любимая и балованная всеми принцесска, либо пацан в юбке. Из меня, увы, выросло именно последнее.

– Да я и не обижаюсь… – вздохнул оборотень. – Уж лучше так, чем… Я, может, и не заключал раньше Контрактов, но имею неплохое представление об этой системе. И, если честно, даже немного рад, что ты такая злая и жёсткая.

– Дай-ка угадаю… Контракт отработать не так уж и просто, верно? Несчастные случаи на производстве и всё такое…

– Что-то вроде, – Песец раздражённо дёрнул плечом. – Прошлый кишин… Он был достаточно слабеньким. Убить такого опытной волшебнице – не сложнее, чем прихлопнуть комара. А вот тот, что напал на тот автобус… Этот был силён. Крепкий орешек. Если честно, то я до сих пор не понимаю, как ты его уничтожила без волшебной силы.

– Просто он меня взбесил. Очень взбесил. И я начала думать не о том, как выжить самой, а как убить эту тварь. Ничего сложного.

– Ничего сложного… Ну-ну.

– Ты лучше давай дальше про всю эту вашу ерунду рассказывай.

– Дальше? Хорошо. Такой вот момент, например. Эдзо раньше везло – нападений кишинов на людей здесь было не больше, чем в других районах Кольца. Но вся проблема в том, что существует постоянно движущийся так называемый Фокус. Регион, где нападения кишинов происходят намного чаще, а сами они в основной своей массе намного… эээ… выше уровнем. Сначала Фокус находился там, где и всё началось – на Алеутских островах. Может слышала, как три года назад мощное землетрясение уничтожило город Уналяска?

– Это было вовсе не землетрясение, – понимающе кивнула я.

– Именно так. Кишины полностью уничтожили население островов – несколько тысяч человек, в живых остались лишь единицы. А местные Древние силы… Они просто ничего не успели понять и предпринять. Затем Фокус начал смещаться на юг. За год он сделал полный оборот по Кольцу и вернулся туда, где появился впервые – на Алеутские острова. Но сейчас он как раз подбирается к Хоккайдо…

– Будет жарко, – слегка прищурилась я.

– Очень. Через пару недель Эдзо превратится в настоящую зону боевых действий. Светлый Круг усилил вербовку волшебниц, но этого будет недостаточно, так что сюда подтянутся девушки и из других стран…

– Им настолько не сидится на попе ровно, что они настойчиво ищут на неё приключения?

– Гм, – замялся Песец. – Я тебе не сказал, да? Мда… Гм. Помнишь ту чёрную жемчужину, что ты подобрала после гибели первого твоего кишина?

– Разумеется. Я её заныкала на всякий случай, чтобы если прижмёт, то продать и заиметь денежек на жизнь.

– Не продавай её ни в коем случае. Пригодится ещё. Я, кстати, жемчужину второго кишина тоже для тебя… эээ… заныкал.

– Ну, и чем они могут мне пригодиться?

– Узнаешь в своё время, – уклончиво ответил лис.

– Ладно, не хочешь говорить – не говори, я не настаиваю… Пока что. Давай лучше дальше разбирать мои новоприобретённые способности… Как мне, например, перейти в боевой облик? Как узнать, что рядом кишин?

– Просто пожелай и превратишься. Пафосные фраз произносить не надо, демонстрировать чудеса акробатики – тоже.

– А я уж было опасалась, что мне придётся нести какую-нибудь лабуду типа «превращаюсь!», «во имя доброты и справедливости!» или «Сатана, дай мне сил!».

– Сначала я хотел подшутить над тобой и правда заставить говорить что-то такое, – честно признался лис. – Но потом решил, что побои этого совершенно не стоят, и мне будет вполне достаточно твоего боевого облика. Всё-таки он у тебя такой миленький…

– Гавкалку лучше закрой, пока в орало не словил. Я, между прочим, всё ещё в бешенстве от этого розового убожества в стиле куклы Барби. И если бы при всём при этом, я бы ещё и в блондинку перекрашивалась, точно бы тебя пришибла.

– Да ладно тебе, Алиса… Тебе что не нравится-то – цвет или фасон?

– Цвет. Фасон. И вообще мне всё не нравится! Во-первых, я ненавижу розовый цвет, а во-вторых – мне не нравится одеваться как кукла. Боевой облик должен быть боевым, а не каким-то эфемерно красивым. Одежда должна быть такой, чтобы в ней было удобно бегать, прыгать, падать, драться и стрелять. Понятно, нет?!

– Ну, вот что ты опять кричишь?

– У меня просто голос громкий. А ЕЩЁ Я ПРИПАДОЧНАЯ!

– Да я заметил уже… Ох, чувствую себя мучеником и хочу медаль…

– Это ещё с какого перепугу, лис?

– Потому что я совершил великий подвиг и направил всю твою деструктивную энергию в положительное русло борьбы с кишинами. И теперь ты будешь отравлять жизнь только мне и монстрам, а обычные люди от тебя будут спасены…

– Да ты, я смотрю, юморист и интеллектуал… Череп не жмёт, умник?

– Смейся, смейся…

Глава 4. Да, я буду помогать тебе

– Значит, чем ярче будет светиться камень в этом браслете, тем ближе будет кишин?

– Ага.

– То есть, ты хочешь сказать, что мне придётся постоянно нарезать огромные круги по городу, пытаясь засечь этих уродов таким примитивным способом?!

– Ничего я не хочу сказать – ты и так сама всё сказала.

– Ррр! – я нервно побарабанила пальцами по подлокотнику кресла. – Ладно, какой радиус чувствительности у этой штуки?

– Понятия не имею.

– Ты охренел, недоворотник? – своё намерение придушить Песца я сопроводила соответствующими действиями.

– Ладно, ладно! – лис хоть и сидел на почтительном расстоянии явно решил, что лучше переоценить мою агрессию, чем недооценить. – Я знаю! Просто не могу перевести свои ощущения в привычные метрические единицы!

– Уже лучше, морда, уже лучше…

– Лучше… Вот же психопатка ненормальная. Обязательно надо было сразу же руки распускать? Эх-эх-эх…

– И не вздыхай мне тут. Если котелок не варит выразить свои непередаваемые очучения в единицах СИ, то скажи хотя бы приблизительно. Допустим, если кишин сейчас вломится в вестибюль гостиницы, то браслет его засечёт?

– Засечёт.

– А если он будет топтаться перед входом в гостиницу?

– Засечёт?

– А если на другой стороне улицы?

– Не засечёт.

– Ну вот! Ну вот можешь же, когда хочешь, лохматый паразит! – я задумчиво заложила руки за голову. – Так… Четыре этажа плюс копейки… То есть, если очень грубо, то эта штука может распознать урода метров с двадцати-тридцати… Фигово. Эй, Песец!

– У меня вообще-то имя есть… – буркнул белобрысый оборотень.

– Ширый – это имя? Я бы с таким именем на улицу не выходила, съела бы паспорт и отметелила бы тех идиотов, которые меня так назвали.

– Широ. Ши-ро. Меня зовут Широ.

– Песец, ты просто не представляешь насколько это мне по барабану. Ты кто? Ты – толстый полярный лис. То есть Песец. Пе-сец. Ферштейн?

– На людях меня тоже будешь так же называть? – скептическим тоном поинтересовался оборотень. – Общество тебя не поймёт. Тем более что у меня и документ имеется…

– Какой-такой документ? Усы, лапы и хвост – вот твои документы!

– На! Узри, неразумная и неуверовавшая!

Лис достал из кармана рубашки новенькую «корочку» коричневого цвета с золотистым двуглавым орлом, надписью «Свидетельство о рождении» и протянул её мне.

Я недоверчиво приняла документ, раскрыла его…

– Корнилов Константин Сергеевич, – невозмутимо произнёс лис. – Родился 12 июня 2003 года в городе Александровск-Сахалинский, Хабаровский край. Отец – Корнилов Сергей Александрович, графа «мать» – прочерк. Для особо любопытных – мать отказалась от меня в роддоме, усыновлён.

– Прямо как настоящий… – принюхалась я к «корочке». – Значит, балуемся подделкой документов, нелюдь?

– Обижаешь, Алиса, – самодовольно надулся Песец. – Он и есть настоящий.

– Да ну? А если по базе данных пробью? И выяснится тогда, что никакого брата у меня нет и отродясь не было.

– Пробивай. Надо будет – даже школьные дневники и похвальные грамоты раздобуду. Ты просто не представляешь могущество Светлого Круга…

– Что-то ты мне, дружок, заливаешь, – захлопнула я свидетельство и бросила его Песцу. – У вас имеются лисы-хакеры? Подпольные типографии?

– Понятия не имею, – пожал плечами оборотень. – Мне просто выдали всё необходимое.

– ОК, пусть будет так… А кто выдал – начальство? А денег они подкинуть могут?

– Алиса, тебе не говорили, что ты очень жадная?

– Говорили. Правда недолго. Потому что трудно говорить без зубов и со сломанной челюстью.

– Я очень надеюсь, что ты просто преувеличиваешь…

– Надейся. Кстати, моим мнение насчёт всего этого почему не поинтересовались? Я вообще-то совсем не горю желанием заполучить какого-то хмыря на правах родственника.

– Я не хмырь! – оскорбился оборотень.

– Ещё какой хмырь! Впрочем… Если уж на то пошло, то в таком случае я могу колотить тебя на совершенно законных основаниях, которые мне положены, как старшей сестре…

– Агрессия ничего не решает, – неуверенно вякнул Песец, на всякий случай отодвигаясь от меня подальше.

– И это говорит мне недоделанный вербовщик рекрутов для борьбы с неведомой хренью? – расхохоталась я. – Подойди в следующий раз к кишину и скажи ему «агрессия ничего не решает, чувак». Я буду долго смеяться.

– Злая ты, Алиса…

– Нет, просто лучшая защита – это нападение… Так! Хватит философствовать. Вернёмся лучше к нашим баранам. Скажу так – мне эта ваша средневековая система поиска категорически не нравится. Двадцать первый век на дворе, блин! Никогда не поверю, что умея подделывать документы, ваш Кружок по светлым интересам не может развернуть нормальную поисковую сеть артефактов и не вербовать волшебниц поодиночке, а сколотить нормальную организацию. С группами, осуществляющими поиск, уничтожение и наблюдение, а также заметание следов и обеспечением волшебниц всем необходимым…

– Алиса! – взвыл Песец. – Ну, я-то что тут могу сделать?! Я всего лишь маленький и слабый оборотень, который ничегошеньки не решает!

– Ну, вот и выяснилось, что ты не так уж и велик, как хочешь казаться, – довольно ухмыльнулась я. – Значит маленький и слабый, да?

– Хочешь начистоту? Хорошо, пусть будет так! – не на шутку разошёлся оборотень. – Я действительно не имею за спиной много прожитых веков – мне только шестнадцать лет. Это я просто выгляжу моложе. У меня есть родители и куча старших братьев и сестёр, а жил я до появления кишинов как самый обычный человек. Смотрел телевизор, играл в компьютерные игры и ходил в школу. А потом оказалось, что россказни стариков – это правда, и мне нужно рисковать собственной шкурой, заключая контракты с волшебницами и помогать им в охоте на демонов. Думаешь это меня обрадовало? Да ни разу!

– Спокойно, спокойно! – замахала я руками. – Ты чего? Я ж тебя ни в чём не обвиняла. Ну, кроме костюма этого мерзкого… Давай не будем ссориться, ОК? А то нам с тобой ещё вместе работать… Ты, главное, особо на мои заскоки не обращай внимания – характер у меня просто такой отвратный. Идёт?

– Идёт, – вздохнул лис. – Знаешь, просто я совсем не в восторге от всего этого… У меня, вон, Dragon Age 3 до сих пор не пройденная лежит дома… А вот ты всё это как-то очень легко принимаешь. Будто встречать на улице монстров и становиться волшебницей – это в порядке вещей.

– А что такого? – пожала плечами. – В одиннадцать лет я очень ждала письма из школы магии и волшебства, а потом, как и все подростки мечтала, что когда-нибудь вся эта обыденность кончится… Придёт, например, ко мне старик и скажет сакраментальное «Ты – Избранная, Алиса!». Или однажды за мной начнут охотиться ассасины, а меня спасёт прекрасный офицер или маг. И отправлюсь я в другой мир или в космос отвоёвывать обратно своё королевство, сражаться с Чёрными Властелинами или спасать мир от Апокалипсиса…

Я усмехнулась и взмахнула рукой.

– Но, конечно же, ничего этого не случилось. А мечта осталась. Но самое главное – осталась вера. В чудо. Пусть даже и в такое страшненькое, как пожирающие души демоны. Люди вообще любят верить в чудеса. Просто у многих с возрастом эти мечты становятся тупее и обыденнее – выиграть миллион в лотерею, получить наследство, повышение или случайный банковский перевод… А вот я ещё не успела расстаться с надеждой стать каким-нибудь боевым магом по найму.

– Неожиданно слышать от тебя такую романтику… Лично я думал, что тебе просто нравится убивать кишинов.

– И это тоже, – ухмыльнулась я. – Такое занятие действительно по мне. Мне всегда нравилось макать мордой в дерьмо тех, кто считает себя круче других и воображающих, что сила даёт им право издеваться над другими. Обычно они не ожидают, что кто-то может поступить так же и с ними, и поэтому тем приятнее смешивать их с грязью.

– Я так и не могу понять – какая ты, Алиса? Добрая или всё-таки злая? – серьёзно произнёс лис.

– А разве здесь могут быть какие-то сомнения? – лёгким движением руки откинула волосы с левого плеча. – Я – милое и прелестное… зло. Творящее добро на потребу своей тёмной натуре, хе-хе… О! Слушай, Песец, что мне в голову пришло! Говоришь, что обычно жертвы кишинов списывают на пожары и автокатастрофы?

– Ну да. А что?

* * *

– Ну, какой ты мне брат? Где? В каком месте?

– В свидетельстве о рождении.

– А я себе в седьмом классе распечатала сертификат о порабощении мира, но что-то президенты Большой Восьмёрки ко мне с изъявлениями верноподданеческих чувств не пришли, и тёмной владыкой ситхов Дарт Корниловой меня не провозгласили.

– Согласно легенде – я приёмный сын.

– А согласно моим личным наблюдениям, усыновлённые во младенчестве дети каким-то образом становятся похожи на своих новых родителей.

– Это антинаучно.

– Это мне говорит волшебный лис-оборотень?

Мы вместе с Песцом шли по улицам Саппоро.

На дворе стоял конец июня, погода была просто отличная – тёплая, солнечная, хотя и принято считать Хоккайдо дождливым местом. Но лично мне наши бывшие всесоюзные дальневосточные здравницы нравились даже больше Крыма или Сочи. Грязное там какое-то море. Даже не сколько именно грязное, а скорее изгаженное людьми. И суеты слишком много – они в этом плане мне напоминали вечно куда-то бегущую и тесную Москву.

В Эдзо же всё было как-то чистенько и аккуратненько. И не чужая страна вроде – как-никак почти полвека вместе жили, но всё-таки восточная.

Нет, вообще я от всей этой японской шелухи никогда в экстаз не приходила… Катаны, самураи, суши, харакири, аниме – это не моё. Так сказать, слишком чужд этот культурный код для меня…

Но страна хорошая. И несмотря на возникшую в последние годы здесь моду на всё японское, не так уж и отличающаяся от России. Перед городской мэрией – неизменная статуя Ленина, названия улиц такие же, как и в любом русском городе – Советская, Победы, Чехова. Ведь Саппоро он всего лишь двадцать лет, а до этого был Молотов – столица Дальневосточной ССР.

Но главное отличие от России – это даже не японский в качестве второго государственного языка, и не крыши храмов-пагод, а то, что как Эдзо неохотно расставался с японским наследием, так и не спешит расставаться с советским. Как стояла перед местным МГБ статуя Дзержинского – так и стоит, как стояли на улицах автоматы с газировкой – так и стоят, правда уже нового образца. И газировка в них такая, что не чета всем этим «фантам» и «спрайтам».

Наверное, поэтому наши сюда так любят ездить в отпуск – здесь остался последний в мире заповедник времени СССР.

А ещё сюда любят ездить японские туристы. Конечно, они по всему миру любят ездить, но сюда – в особенности. Если для русских Эдзо – это память о Союзе, то для них – память о старой Японии. Говорят, что многие их национальные промыслы и традиции только здесь и сохранились…

Вообще местные – те ещё хитрюги. Уже четверть века умудряются всем улыбаться и со всеми дружить, стабильно получая из Японии кредиты в счёт будущего объединения, которое успешно тормозится всё те же четверть века. И в НАТО постоянно собираются вступать, но пока в стопятидесятый раз начнут утрясать юридические тонкости – раз, и новые парламентские выборы. И на смену премьеру от конституционных демократов приходит премьер от коммунистов.

И с Россией и Беларусью союзный договор ещё лет пятнадцать назад подписали, но так и остались конфедерацией только на бумаге. Зато нефть и газ по льготным тарифам получают стабильно.

Вот такие вот они – хоку, то есть северные.

Это так местных японцы обзывают. Вроде как жителей Восточной Германии называли «оси». И тоже всё время твердят об объединении двух стран, но на деле объединятся не особо-то и хотят… Но про «временно отделившиеся» Северные территории и о разделённом народе почесать языками любят.

Хотя потомков именно японцев здесь где-то половина, а остальные – корейцы, айны, ну и другие жители Союза, которые когда-то подались на Дальний Восток за длинным рублём…

– …«Дежурный, это Полста-седьмой. На Комсомольской 42 большое ДТП. Есть жертвы. Виновник – серебристая спортивная двухдверка.

– Понял тебя, Полста-седьмой. Даю ориентировку…»

Мы с Песцом сразу же замолчали и дружно уставились на рацию в его руке, настроенную на полицейскую частоту.

– Будем проверять твою систему? – спросил лис.

– А то как же. Где эта Комсомольская знаешь?

– Знаю, тут недалеко. Минут за десять дойдём.

– Долго, – покачала я головой. – И вообще, теперь мне эта идея уже не кажется такой уж хорошей. Так мы мало что сделаем. Нам нужна быстрая машина или даже лучше вертолёт… Нет, с такой методикой хорошо действовать при наличии хотя бы трёх волшебниц, а в одиночку…

– Действительно, пока мы дойдём – кишина уже и след простынет, – кивнул оборотень.

– Нда… Похоже, братец, здесь придётся действовать немного иначе…

– А как?

– Увидишь. Где тут ближайший книжный магазин?

* * *

Со стороны мы, наверное, действительно смотрелись братом и сестрой. Ну, не парочкой же? А для матери этого пацана я была слишком молода.

Девушка лет шестнадцати-семнадцати и мелкий мальчишка лет двенадцати-тринадцати. Ну и что, что внешне непохожи? Да, она – высокая голубоглазая брюнетка, а он – кареглазый и с белыми волосами, но среди родственников и похлеще различия встречаются.

Ну, гуляют и гуляют – лето ведь, и погода хорошая. Для прогулки – в самый раз будет, и не холодно, и не жарко.

Но вот если бы кто услышал наши с Песцом разговоры…

– Когда они наиболее активны, – коротко бросила я на ходу, разглядывая витрины многочисленных магазинов.

– После полудня и до наступления темноты, – ответил лис. – В иные промежутки времени обычно активны лишь единицы, но зато очень сильные единицы.

– Какие-то неправильные демоны… Почему они действуют днём, а не ночью?

– А сколько капель в море тебя не интересует?

– С философией к кому угодно, но только не ко мне… Ладно, проехали. Значит, будем нести свой дозор днём… Так, поехали дальше. Как я поняла, обычные люди кишинов не видят – так?

– Так.

– Ага… А меня люди в боевом облике видеть смогут? Согласись, красноволосая девочка с пистолетами и пиломечом может наделать нездорового ажиотажа.

– Соглашусь, – хмыкнул Песец. – Но отводить глаза я умею – тебя не заметят. Пока ты в поле моего зрения – смогу замаскировать.

– Ты мне в метрах, в метрах лучше скажи!

– Ну… где-то сто-сто пятьдесят. Но если меня не будет рядом – старайся не попадаться на глаза простым смертным, а то действительно можешь наделать ажиотажа.

– Ага… – задумчиво протянула я. – Сколько я смогу держать боевой облик?

– С твоими нынешними силами – минут десять-пятнадцать. Но я могу…

– Не надо, лис. Мне ты потребуешься здоровым, чтобы в случае чего оперативно меня прикрыть.

И ещё я не привыкла прятаться за спинами детей, пусть и сама ещё не совсем взрослая…

– Пока что план действий вырисовывается следующий, – я начала загибать пальцы. – Я принимаю предложение властей Саппоро и начинаю учиться в местом институте – так я смогу получить неподозрительный повод остаться в городе. Далее. Несмотря на то, что я совсем этому не рада, жить нам придётся вместе, потому как тратить время на сбор двойки неразумно. Значит, институтское общежитие отпадает – такого пацана, как ты туда просто не заселят. Тогда будем снимать жильё где-нибудь в городе. Желательно без соседей, в немноголюдном районе и там, где никто не будет задавать лишних вопросов где я шляюсь и почему ранена. Подозреваю, что как и у меня в городе здесь есть какие-нибудь кварталы дешёвеньких квартир, которые в массовом порядке оккупированы студентами. Это нам подойдёт. Плюс, желательно найти жилище подешевле, ибо мои родственники – не миллионеры, а твоя кредитоспособность вызывает у меня значительные сомнения. Из снаряжения нам ещё понадобится компьютер, выход в сеть и мощная рация, с помощью которой можно будет ловить волны полиции и службы спасения…

– Ты меня просто поражаешь, Алиса, – восхищённо прицокнул языком оборотень. – Откуда такие познания в подобных делах?

– В двенадцать лет я каталась на лыжах и сломала ногу, поэтому долго пухла от скуки в больнице. Играть на компьютере мне быстро надоело, так что я накачала себе кучу детективов, читала их и попутно фантазировала… Вот мои фантазии и пригодились в кои-то веки. Если я стала волшебницей, то это не должно означать, что я стала дурой. Причинять добро и наносить справедливость надо системно, с максимальной эффективностью…

– Логично. Обстоятельно, – солидно покивал Песец и в том же тоне продолжил дальше. – С парнями наверняка, проблема. Замуж, срочно замуж.

– Ну, не сказать, что такие уж проб… ЧЕГО?!

Оборотень был быстр, но я оказалась всё-таки быстрее.

Раз – я хватаю лиса за шкирку. Два – заношу руку для крепкой затрещины. Три – …

Браслет на моей руке неожиданно начинает теплеть, а внутри чёрного камня появляются алые искорки.

– А? – уже съёжившийся в предчувствии удара Песец непонимающе взглянул на меня.

– Радуйся, морда – рядом другая мерзкая тварь, – улыбнулась я. – А значит пора опробовать в деле мою силушку… Бежим!

Это всё-таки хорошо, что я решила не надевать туфли на каблуке – в легких сандалиях бежать намного удобнее… Так, переулок. Направо, налево? Ну-ка, поводим рукой… Ага, слева теплее. Как в детстве – «холодно-горячо»… Кажется, урод за этой пятиэтажкой.

Теплее…

Теплее…

Горячо!..

За обычным панельным многоквартирным домом обнаружился небольшой скверик и детская площадка. И на ней, около качелей стояла испуганно озирающаяся по сторонам девчушка лет восьми.

В кроне одного из тополей метрах в пяти от ребёнка мелькнуло что-то чёрное.

– Лис! – кричу на бегу, вырываясь вперёд.

– Прикрываю! – раздался позади голос оборотня.

Ну, держись, тварь! Превращение, твою мать!

Резко прыгнула вперёд и вверх, чувствуя, как на лету начинают удлиняться волосы, обрушиваясь алой волной до самых колен, и в мгновении ока меняется одежда, а на спине появляется тяжесть меча и пистолетов.

Чёрная тень мягко спрыгивает с дерева и одним огромным прыжком покрывает разделяющее кишина и девочку расстояние…

Почти покрывает.

Широкая рифлёная подошва моего ботинка врезается в бок демона и отбрасывает того в сторону.

– Не успел!

Приземляюсь. Ладонь обхватывает тёплую шершавую рукоять пиломеча… Чёрт!

Кишин, похожий на огромную чёрную пантеру, изукрашенную багровыми разводами и с шипастым черепом вместо головы, неожиданно встаёт на задние лапы и полосует воздух передними, увенчанными мощными кривыми когтями.

Прыжок вперёд. В полёте умудряюсь сделать сальто, лишь на долю мгновения разминувшись с лапами монстра. Меч выхвачен из-за спины, негромко жужжит пилящая кромка. Приседаю и поворачиваюсь на месте, выставляя клинок параллельно земле – он должен в прямом смысле обезножить кишина…

Не обезноживает – чудовище в последний момент успевает отпрыгнуть назад, разрывая дистанцию.

Ошибка, урод! Я ведь боец не только ближнего боя!

Левой рукой выхватываю из-за спины «кольт» и открываю частый огонь.

Оглушительным грохотом раскатывается гром выстрелов, в стороны летят золотистые гильзы. Тело кишина взорвалось небольшими кратерами и разлетающимися ошмётками плоти, которые выбивали тяжёлые пули сорок пятого калибра.

Получив десяток попаданий прямо в грудь, монстр пошатывается и оступается, на короткий миг теряясь, но мне этого хватает…

…Десять? У «кольта» же вроде бы магазин всего на семь патронов? Урррааа! Бесконечный боезапас!!!

Рывок вперёд, на ходу перехватываю меч обратным хватом, чувствуя, как мир вокруг размазывается разноцветной мешаниной красок. И когда до монстра уже можно дотянуться рукой, поворачиваюсь и слегка пригибаюсь, задирая остриё пиломеча вверх и вкладывая в удар всю инерцию набравшего скорость тела.

Тяжёлый клинок – гибрид меча и бензопилы, перерубает передние лапы кишина чуть ниже локтей.

Продолжить поворот, припасть на одно колено, ощущая, как кожу больно царапают мелкие камешки на земле. Клинок описывает полный круг, я вновь поворачиваюсь лицом к кишину, а пиломеч подрубает его левую ногу.

Монстр валится на бок – беззвучно, не проронив ни звука. Слегка отвожу руку с мечом влево, а затем делаю резкий тычок вправо, целясь в череп кишина и нажимая на эфес рукой с зажатым в ней пистолетом.

Зубчатый клинок легко – как желе, прорубает демоническую кость насквозь, вонзаясь в землю, и монстр тотчас же рассыпается светящимися искорками. В дорожную пыль медленно падает небольшая чёрная жемчужина.

Уфф…

Выпускаю рукоять меча и поднимаюсь на ноги, утирая тыльной стороной правой руки выступивший на лбу пот…

Движение сзади!

Кувырок вправо. Больно ударяюсь плечом о землю, быстро поднимаюсь на одно колено. Воздух в том месте, где я только что была, вспарывают кривые зазубренные когти ещё одной пантеры-кишина. Ещё одной, но не такой же точно. Доли мгновения мне хватает, чтобы понять – этот демон другой. Почему-то он другой. Меньше, гибче и быстрее, чем его более неудачливый собрат.

Грохот пистолетных выстрелов разрывает пространство. Но кишин совершенно немыслимым образом размазывается в пространстве, и пули лишь выбивают цепочку фонтанчиков земли. В ураганном темпе продолжаю стрелять, ведя ствол «кольта» вслед за уклоняющимся от выстрелов кишином и протягивая руку за вторым пистолетом. Почти уже ощущаю холод металла его рукояти в своей ладони…

Чёрт!

Умудряюсь из жутко неудобного положения стоя на колене отпрыгнуть вверх и назад, в самый последний момент разминувшись с вонзившимися в землю когтями монстра.

Два выстрела сливаются в один, и пара пуль перебивают левую переднюю лапу кишина чуть выше кисти, и на секунд монстр теряется. Вроде как от шока.

Шаг вперёд, второй, поворот. От удара ногой с разворота череп твари дёргается в сторону. Два выстрела прямо в грудь. С наслаждением отметила, как пули «кольта» выбили глубокие кратеры в теле монстра, а его плоть разлетается ошмётками.

Поднырнула под широкий замах правой лапы кишина, со всей силы впечатала плотно сжатый кулак в повреждённое место. Проскользнула вперёд, зашла твари за спину, поворот. Выпущенные веером выстрелы почти рассекли демону спину в районе поясницы, а добавочный удар ногой швырнул его вперёд.

Монстр рухнул на землю и неловко попытался подняться, опираясь на три лапы…

Прыжок вперёд! Левое колено врезается чудовищу в хребет или что там вместо него у кишина. Правая рука клешнёй вцепилась в шею твари и впечатала её череп в землю. Ткнула золотистый ствол пистолета прямо в затылок демону.

– Попробуй увернись.

Выпущенные в одну точку выстрелы пробили кость кишина и разнесли его череп на части, а в следующий момент всё его тело начало рассыпаться светящейся пылью.

Поднялась на ноги и побрела к торчащему из земли пиломечу, на ходу засовывая «кольт» в кобуру. Вытащила клинок, закинула его за спину и тут же сразу же развеяла боевой облик.

Переход оказался слишком резким, поэтому от неожиданности у меня подкосились ноги. Сделала шаг, другой, оступилась и чуть было не полетела на землю, но кто-то успел подхватить меня под локоть.

– Ничего… – тяжело пропыхтел вездесущий лис. – Скоро всё пройдёт, главное ты кишинов прибила. Молодец, Алиса. Всё, а теперь возвращаемся в гостиницу.

– Ага, – слабо откликнулась я, и придерживаемая Песцом поплелась «домой», едва переставляя ноги от неожиданно нахлынувшей усталости.

* * *

– Как же мне хреново! – прохныкала я, с головой накрываясь одеялом. – Это что, каждый раз такая дрянь будет?! Ууу!..

– Не ной, Алиса, – сидящий около моей кровати лис сосредоточенно избавлял плитку шоколада от обёртки и фольги. – Не может же всё быть гладко и красиво? Так что первое время придётся помучиться, пока не станешь сильнее. А то ты как хотела? Сначала лихо фехтовать и стрелять с двух рук, а потом спокойно почивать на лаврах? Нет, так не пойдёт… На, кстати! Сьешь шоколадку.

– Ууу… Я сейчас лучше цианистого калия съем… Ууу… Почему всё так болит?!

– Тебя это действительно интересует в данный момент?

– Нет! У меня даже от разговоров голова начинает болеть!

– Тогда из вредности расскажу, – мстительно произнёс Песец. – Если пользоваться терминологией всяких уличных человеческих шарлатанов, то когда твою энергетику временно заменяет энергетическая схема волшебницы, то потом просто неизбежен откат. Выражается это через истощение организма и боли во всём теле… Но когда твой организм достаточно свыкнется с периодическим замещением энергосхем, максимум, что тебя ждёт – лёгкая головная боль.

– Заткнись, а? Пожалуйста! И без тебя тошно…

– Ничего, ничего – это временный дискомфорт… И съешь уже шоколадку!

– Чего ты до меня со своей шоколадкой докопался, как пьяный до забора? Я не хочу сладкого!

– У тебя после превращения должен понизиться уровень глюкозы в крови, – наставительно произнёс оборотень. – Отсюда и упадок сил. Так что ешь! Считай, что это – лекарство.

– Задолбал! Давай сюда.

Высунула руку из-под одеяла, получила плитку, утянула её к себе и начала сосредоточенно грызть, не вылезая на свет божий. Чёрт, молочный!..

– Алиса, тебя не учили, что в кровати есть некультурно?

– Я – девушка, мне завтрак в постель по статусу положено приносить, – промычала я.

– Нет, завтрака в постель не будет… Потому как к вечеру ты уже должна будешь придти в норму.

– До вечера я сдохну!

– Ну, вот откуда эта паника, а? Главное, при виде кишинов даже ни пискнула, а тут…

– Я не мышь, чтобы пищать. Плюс, они были совсем не страшные.

– Ну, если уж они и не страшные… – хмыкнул Песец. – Ты вообще чего-нибудь на свете боишься, Алиса? Мышей? Высоты? Смерти?

– Ничего этого не боюсь, а чего боюсь – я тебе не скажу.

Как же, так сразу и расскажу я тебе такое – держи карман шире…

Зная настоящий страх человека, управлять им легче лёгкого. Так что о таких слабостях нужно молчать до последнего.

Конечно же есть вещи, которых я боюсь больше всего на свете.

Первый большой страх – стать калекой. Не просто боязнь, как у какой-нибудь модели или актрисы потерять свою красоту и привлекательность, а именно какая-нибудь жуткая травма. Лишиться ноги, руки или зрения. Или оказаться до конца жизни прикованной к постели.

А второй большой страх – остаться одной.

Когда ты растёшь в большой и дружной семье, нет ничего страшнее, чем представить себя одной. Не как сейчас, когда я за многие тысячи километров от родных. Я ведь знаю, что они есть и никуда не делись. И в случае чего мы запросто можем собраться вместе и справиться с любой бедой…

Потерять семью для меня – это потерять всё. И себя в том числе. Поэтому, раз уж я вляпалась в какое-то непонятное и опасное дело, близких сюда вплетать нельзя. И даже давать повод к тому, что бы в случае чего на меня оказали давление через них. Пусть уж лучше считают эгоистичной и беспринципной гадкой тварью – это я уж как-нибудь переживу.

Тот же лис… Он действительно прост и честен. И поэтому его оговорки говорят мне столько всего.

Про то, что, прямо как в дешёвой теории всемирного заговора, ОНИ СРЕДИ НАС. Древние силы, то бишь, или как их там. Которые волшебством, деньгами и связями могут подделать документы на высочайшем уровне и взломать правительственные базы данных. Которые действуют в рамках даже не одной страны, а целой кучи государств. И несмотря на то, что идиотами они быть при таком раскладе не могут, Древние почему-то используют на редкость примитивную схему вербовки бойцов для войны с демонами.

Вывод здесь напрашивается только один – всё не так, как кажется на первый взгляд…

Но если я хочу жить долго и спокойно, то второй взгляд лучше просто не бросать.

Изобразить бойца-одиночку на улицах Саппоро, ведущего охоту за монстрами-людоедами? Почему бы и нет. Тем более что это у меня, похоже, достаточно неплохо получается…

Плюс такие приключения – штука посильнее любых наркотиков. Зная, что можно чувствовать себя сильной и крутой, щедро раздавая удары направо и налево, и получая боевые навыки, которым и спецназовцы позавидуют… Зная всё это, как теперь можно вернуться к простой жизни? Где нет места опасностям, но нет места и такому азарту?

Захлопнуть дверь в пусть и страшную, но сказку… Нет, это явно выше моих сил.

Так что пусть будет охота. И пусть буду я.

А кто я теперь? Волшебница.

Хм… А что это за волшебница с пиломечом и двумя «кольтами»?

Ну, уж явно не простая… А золотая? Нет уж, скорее – штурмовая.

Так сказать, волшебница специального назначения.

Но пока что забивать себе голову высокими материями желания нет. Взялась уничтожать кишинов – буду их уничтожать. А потом…

А потом видно будет. Может всё-таки попробую найти приключения на свою пятую точку и попытаюсь выяснить, что это за Светлый Круг такой. А может перестану рубить беспрерывно отрастающие головы демонической гидры, и найду способ её отравить, покончив с этой напастью раз и навсегда…

Скажете – невозможно? А только такие цели и нужно перед собой ставить. Не получится – значит, провал будет логичен и ожидаем, а получится – тем слаще и приятнее будет вкус победы.

Ну, что ж… В таком случае, сезон охоты объявляется открытым!

Глава 5. Да, ты слишком сильна

– И чем тебе не понравилась эта квартира? – устало произнёс Песец, когда мы вышли из подъезда.

– Соседи неподходящие, – объяснила я. – Слишком правильные. Такие обязательно подымут шум, если я приползу после рейда хныкая и матерясь, едва переставляя ноги. Нам нужно в меру тихое и злачное место…

– Чем тебе тогда предыдущая квартира не глянулась? Вроде бы место там достаточно тихое и в меру злачное…

– Не, там хозяин барака слишком приличный. Правильный и серьёзный такой дядька, со взором, не затуманенным алкоголем – опять же могут возникнуть лишние вопросы. А вопросы – это такая вещь… Вот скажи мне, Песец, твой Кружок умеет чистить людям память или вытаскивать из подвалов местных чекистов?

– Надо будет – и почистят, и достанут, – не слишком уверенно ответил лис.

– Нет, твоё начальство мы лишний раз дёргать не будем… Лучше дёрнем всего пару раз, но конкретно, а мелочами мордовать не будем. Так сказать, на выигрыш в лотерею можно купить машину и квартиру, а можно всё спустить на карамельки…

– От такого количества карамелек в организме что-нибудь слипнется.

– Обычно в таком случае слипаются мозговые извилины. Кстати, Песец! Что насчёт других волшебниц? Я в не особом восторге от этой идеи, но вместе сражаться всё-таки легче – группа всегда круче даже самых сильных одиночек.

– Извини, здесь я ничем не могу помочь, – развёл руками оборотень. – У меня нет таких связей. Мы – кицунэ, в этом вопросе действуем порознь…

– Что за маразм, прости Господи… – горестно вздохнула я. – Дикий Запад прям какой-то с героями-одиночками… Так, а у своего руководства информацию о других действующих поблизости волшебницах ты запросить не можешь?

– И с моим руководством у меня связи тоже нет, понимаешь? Они дают мне то, что считают необходимым, а дальше я должен выкручиваться сам. Таков принцип отбора сильнейших в нашем племени…

– В натуре племя какое-то. А что насчёт твоей семьи?

– Она к делу не относится.

– Разумно, – кивнула я. – И правильно. А вот твоё будущее сидение у меня шее – совершенно неправильно. Иждивенец хренов.

– Попрошу не обзываться.

– Тебя невозможно обозвать – ты и так натуральный Песец.

– Может, придумаешь что-нибудь поновее? Или фантазии не хватает?

– Колесо придумали пять тысяч лет назад, а до сих пор не жалуются. Или фантазии не хватает?

– Если бы ты была оборотнем, то наверняка превращалась бы в гадюку… – проворчал лис.

– Обижаешь, братец. Я была бы самой настоящей королевской коброй! Эй, а ты чего такой кислый?

– Мы уже полдня бродим по городу – я устал! – пожаловался беловолосый. – И хочу есть!

– Не заслужил ты кормёжку, пушистый. Впрочем… Ладно, я сегодня что-то очень добрая, так что пойдём где-нибудь перекусим.

* * *

– Вкусно! – блаженно зажмурился Песец, прикончив вторую порцию шашлыка подряд, пока я ещё и с одной-то не справилась до конца.

– На халяву и уксус сладкий, братец.

– Хватит уже называть меня нахлебником! Я, можно сказать, твой личный врач на будущие годы, работающий практически лишь за еду.

– Ладно, убедил, пушистый…

Некоторое время мы молча поглощали обед, глядя на раскинувшийся поблизости пруд. Хорошее место это летнее кафе – прям копия того, что в моём городе в парке открыто… И меню почти такое же, что немаловажно. А то поразводилось всяких суши-баров, понимаешь… Это местные пускай свою рыбу да травки едят, а мне подавай что-нибудь попривычнее да посущественнее.

– Европейская кухня – всё-таки отличная вещь… – мечтательно произнёс лис. – Обожаю её.

– В таком тоне обычно говорят о еде, которую каждый день не едят…

– Ну да. У нас очень держатся за старые традиции, так что раньше я питался почти исключительно блюдами японской кухни.

– Слушай, а можешь рассказать, как ты раньше жил? – заинтересовалась я. – Всё-таки любопытно – рядом с людьми оказывается целая иная раса живёт…

– Я о твоей прошлой жизни не расспрашивал, между прочим.

– А ты спроси – я отвечу. Впрочем… Если это какая-то ваша национальная тайна, то не говори, – ничуть не обиделась я, вновь вгрызаясь гнущейся в моей руке пластиковой вилкой и извлечённым из сумочки раскладным ножом в аппетитные кусочки жареной баранины.

– Да нет никакой особой секретности… – вздохнул оборотень. – Посторонний всё равно нашу деревню никогда не найдёт – её защищает очень древняя магия, которая не ослабла и за сотни лет упадка… Как жил? Совершенно обычно. Настоящие кицунэ изначально – люди, так что большую часть времени мы проводим в человеческом облике. Звериная форма нужна, чтобы творить кое-какое волшебство, ну и для некоторых ситуаций…

– А каково это – становиться зверем?

– Здорово, – искренне ответил лис. – Мир становится намного более ярким. Сразу появляется куча цветов, звуков и запахов, а магию творить не сложнее, чем дышать. Да и просто становишься быстрее и сильнее… Но долго в облике зверя нельзя находиться – нет-нет, а начинают мелькать мысли остаться таким навсегда. А это под категорическим запретом.

– А почему так?

– Останешься зверем – и твой разум тоже постепенно начинает становиться звериным. А вот сила остаётся. Так что в итоге получается самый натуральный демон – очень сильный и очень опасный.

– Интересно… Слушай, а как вся эта магия соотносится с тем, что ты смотрел телевизор и играл в компьютерные игры?

– Ну, совсем уж за дикарей нас не держи, Алиса, – улыбнулся оборотень. – У нас и электричество есть, и даже спутниковое телевидение с Интернетом. Кто из Древних не смог приспособиться к человеческому прогрессу, тот вымер.

– И много вас таких продвинутых в мире?

– Если честно – не знаю. Но, наверное, мало. Понимаешь, Алиса… Тысячу лет назад встретить ёкая… ну, магическое существо, по-вашему… было легче лёгкого. Но потом настали долгие столетия, когда магия начала медленно угасать. Кто-то из ёкаев ушёл к людям и постепенно растворился в человеческом племени. Кто-то напротив – вернулся к природе, приняв свою звериную сущность, как единственно верную… В общем, к забвению ведёт множество путей. Нам – лисам-оборотням, ещё повезло. Мы всегда были достаточно хитры, но в то же время не слишком конфликтны, чтобы успешно приспособиться к жизни рядом с людьми и сохранить себя. Но большинство Древних Японии вымерло, может только какие-нибудь одиночки и остались…

– Послушай, а магия три года назад пробудилась только в районе Тихого океана или же по всему миру?

– Вроде бы только в районе Кольца… – задумчиво протянул Песец. – Мы посылали вести родичам в другие страны, но там всё осталось по-прежнему.

– Занятненько… – откинулась я на пластиковую спинку стула, переплетая перед собой пальцы. – А кишины? Что с ними?

– Кишин – это вообще-то ваше слово, человеческое. Вы так называли злобных Древних – всех, без разбору. Но таких как сейчас… О них нет никакой информации – мы никогда не встречались с подобным. Может, они просто что-то новое, а может – пришельцы из другой реальности.

– А не слишком ли круто? – скептически хмыкнула я.

– Да как бы слишком слабо не оказалось… Древние, Алиса – это не какие-то невнятные энергетические сущности. Наоборот – это всегда были существа из плоти и крови, не слишком отличающиеся от большинства земных организмов. А вот кишины… Непонятно из чего они состоят, почему так различаются и зачем творят свои злодеяния.

– Может, люди для них просто очень лакомая добыча?

– Может быть… Хотя, скорее, даже не еда, а нечто ценное – необходимое для развития.

– Так, – настороженно подобралась я. – А вот с этого места, пожалуйста, поподробнее.

– Пожирая человеческие души, кишины… растут в уровне, скажем так. Увеличиваются в размерах, прибавляют в силах и способностях. Первые демоны, что устроили себе кровавую жатву на Алеутских островах, «отъелись» так, что первые волшебницы их едва остановили уже на подступах к Сиэтлу. Это крупный город на западном…

– Можешь не объяснять – у меня в этом году было третьей место в олимпиаде по географии по краю.

– Хмм… Мне следует пасть ниц от этого известия и пребывать в экстазе?

– Заткнись. И хватит уже говорить на своём старорежимном наречии – ты же раньше нормально общался!

– Буду всё время говорить в таком же низком разговорном стиле, как и ты – привыкну и получу дома по ушам.

– А будешь выпендриваться – получишь по ушам от меня! – пообещала я, погрозив лису кулаком. – Давай лучше дальше про кишинов рассказывай!

– А больше нечего особо рассказывать. Живыми их брать не получается, а после смерти они распадаются в нематериальную светящуюся пыль, которая тоже очень быстро исчезает. Самый лучший способ уничтожения – нанести удар в голову. Откуда появляются и куда исчезают – неясно. Для обычных людей невидимы…

– Стоп. Но я же как-то заметила кишина, ещё не будучи волшебницей!

– А в этом как раз вся суть… сестрица, – серьёзно произнёс Песец. – Волшебницей первая попавшаяся девушка стать не может. В идеале будущая волшебница должна уметь справиться с кишином и без магической силы…

– О, так я прям этот самый идеал…

* * *

– И почему ты решила, что кишина стоит ждать именно здесь? – идущий позади меня Песец то и дело бросал взгляды вправо – на небольшое двухэтажное здание, облицованное яркими желтыми и зелёными плитами, и алой металло-черепичной крышей. Высокая металлическая ограда, небольшой парк на территории и большая детская площадка – в комплекте.

– Потому что все разы, что я сталкивалась с кишинами – они избирали своими целями детей, – ответила я, напряжённо сканируя пространство. – Видимо, детская душа слаще на вкус…

Меня передёрнуло от ярости и отвращения.

– Так что детский сад – то место, мимо которых эти твари пройти не смогут. И если какой-нибудь ублюдок попадётся мне здесь, то убивать я его буду медленно и со вкусом…

– Главное, не увлекайся, Алиса – минут пятнадцать, не больше, иначе мне придётся тащить в гостиницу твоё бессознательное тело…

– Ну, и дотащишь – не помрёшь.

– Хм. А ведь пока ты будешь без сознания, я мог бы…

– Лучше замолчи, блохастый, – бросила я через плечо. – Потому как иначе тебе будет очень неудобно собирать выбитые зубы сломанными руками.

– Вот же психопатка…

– «Муниципальное бюджетное дошкольное общеобразовательное учреждение „Детский сад N15 Наруто“»… – вслух прочитала я табличку на входе, мимо которого прошла. – Лис, а что такое наруто? Это же что-то японское?

Песец мне не ответил, а издал трудноидентифицируемый звук.

Обернулась к нему. Лис дико пучил глаза и давился совершенно чудовищным приступом кашля, смотря на меня как таракан на тапок.

– Слюнями подавился, братик? – ласково поинтересовалась, и с милейшей улыбкой заехала Песцу со всей дури по спине. И пусть ещё скажет спасибо, что ладонью, а не кулаком.

Кашлять оборотень перестал моментально, но вот ошалевшего взгляда с меня почему-то так и не сводил.

– Что такое? – забеспокоилась я. – Кишин?

– Н-нет…

– А что тогда? Неужто… Неужто тушь потекла?!

– Очень смешно, – несколько нервно фыркнул Песец. – Слушай…

Коротким жестом остановила оборотня и тот сразу же замолчал. Кажется, моё лицо было достаточно выразительно…

Взгляд. Чей-то бесконечно чужой взгляд, сверлящий мне спину. Так не может смотреть человек – только нож или пистолет, если были бы живыми. Или скорпион.

Хищный взгляд. Беспощадный. Не оставляющий шансов. Мне не жалко бутерброд на тарелке, и я в мыслях даже не могу подумать о том, чтобы пощадить его от смерти.

Также и здесь. Так же и сейчас.

Бросила короткий взгляд на ставший уже привычным браслет на левой руке – ничего. Но чувство взгляда-то всё равно есть. Значит обманули мой радар, да?

– Лис. Осторожно посмотри вперёд. Скажи, кто там.

– Две женщины. За ними молодой парень. И три девочки примерно школьного возраста. Машины ещё едут туда и сюда…

– Кто ещё?

– Всё.

– Должен быть ещё кто-то.

– Алиса, – странно посмотрел на меня Песец. – Там больше никого нет…

– Должен быть, – разозлилась я. – Смотри лучше!

– Говорю же, нет там…

Неожиданно пришло понимание – закрывались от таких, как Песец. И, возможно, от таких как я. Но в моём случае маскировка полностью почему-то не сработала. Я не вижу, но всё равно чувствую его. Инопланетного охотника в режиме маскировки человеку не заметить, но можно определить его местонахождение по смутной тени, в которой искажаются очертания предметов…

Кишин.

Я не ошиблась – где-то поблизости демон.

– Лис, – спокойно произнесла я, смотря оборотню в глаза. – Прикрывай.

– Алиса!..

Стремительный разворот и молниеносный рывок. Прыгнуть, чувствуя как тело на лету одевается в нелепый наряд волшебницы…

Толстые рифлёные подошвы моих то ли сапогов, то ли ботинок мягко коснулись раскалившегося на солнце асфальта. Мимо всё так же проезжали редкие в этой части города машины, куда-то по своим делам спешили люди, а в воздухе стоял извечный городской шум…

Два пистолета напряжённо целились в пространство, но хоть я и чувствовала врага где-то совсем близко, но вот увидеть его всё равно не могла.

Где же он? Где же? Где? Где? Где?!

Взгляд… Кишин смотрел прямо на меня… Значит, он относительно недалеко. Невидим или просто замаскирован? Чёрт, я же даже не знаю, как могут маскироваться сверхъестественные существа! Я пока что только фантом в исполнении Песца и видела…

Фантом?..

Смотри внимательно, Алиса. Смотри! Ищи. Отличия. Ошибки. В чём-нибудь. Хоть что-нибудь… Должны быть мелочи, которые тварь могла упустить!..

Золотистые стволы «кольтов» повернулись чуть влево… А затем яростно загрохотали, вгоняя заряд за зарядом в капот стоящей метрах в пяти от меня кроваво-красной «тойоты кроун»…

Нет, я не сошла с ума.

И пули, что выбили цепочку чёрных кратеров в вязком, будто желе, веществе из которого состояла машина – тому подтверждение.

Пару мгновений ничего не происходило, но затем очертания «кроуна» дрогнули, и машина начала самым натуральным образом оплывать, как тающий на солнце кусок сливочного масла. Корпус автомобиля покрылся густой сетью трещин, которые начали стремительно расширяться. Алый цвет «тойоты» начал сменяться чёрным, с красными полосами и разводами.

Всё-таки кишин, да? Только не думай, ублюдок, что я дам тебе время закончить свою трансформацию.

Пули сорок пятого калибра с лёгким чавканьем выбивали кратеры размеров с половину моего кулака в теле демона, но, кажется, без особого толка – черепа твари я ещё не видела, а так его можно только подранить, но не убить.

ОК, всё поняла: мои пистолеты – в первую очередь дальнобойное оружие сдерживания и отвлечения внимания. Так что если усилить их мощь возможности не будет, придётся все вопросы решать по методу Македонского…

«Кольты» – за спину, пиломеч – из-за спины! Ну, гордиев урод, потанцуем!..

Демон окончательно вышел из облика автомобиля, превратившись просто в некую бесформенную чёрно-алую массу. Но постепенно она начала разделяться – начали проявляться очертания конечностей и черепа…

Стоять и смотреть, пока кишин полностью в перейдёт в боевую форму? Фигушки! Я что, похожа на дуру?!

Рывок вперёд. В сторону. Прыжок. Оттолкнуться ногой от крыши чьей-то стоящей на обочине дороги машины. Вложить в удар всю свою силу, чтобы разрубить демона от верха и до низа одним махом…

С глухим стуком пиломеч соскользнул с белой кости, по которой то и дело пробегали небольшие жёлтые молнии. Острейшие мономолекулярные зубья не оставили даже и царапины!..

Мягко приземлилась и тут же отскочила назад, а в асфальт прямо передо мной ударил покрытый шипами и наростами громадный кулак. Начала потихоньку пятиться, перехватив меч двумя руками и вскинув вертикально около правого плеча.

Кишин неторопливо повернулся ко мне.

Ещё один урод. И где же таких только берут – в Кунсткамере, что ли? Здоровенный – метра три с половиной в высоту. Длинные – до земли, руки-лапы, заканчивающиеся увенчанными короткими кривыми когтями многосуставчатыми пальцами. Вместо головы – вполне ожидаемый череп. Длинный и вытянутый, заканчивающийся клювом как у коршуна или орла. А из-под пустых глазниц, в глубине которых горели алые огоньки, торчали вперёд два длинных острых бивня.

Грудь и плечи защищены толстыми костяными пластинами, «руки» – тоже. От запястий до локтей идут подобия костяных наручей, заканчивающихся острыми шипами. Именно таким щитком тварь и отбила мой удар.

А ещё у этого кишина не было ног – только длинный толстый хвост, наподобие змеиного.

Я слегка улыбнулась и ринулась в новую атаку.

Рывок вперёд. С подставленного наискось меча соскальзывает удар левой лапы демона. Шипя от напряжения, отбрасываю её в сторону и проворачиваюсь на месте. Пиломеч блокирует удар второй лапы и скользит по белому костяному наручу, высекая сноп жёлтых искр. Доворачиваю тело, переношу вес на правую ногу, а левой пробиваю прямой удар приблизительно в область брюха чудовища.

Ага! Проняло, да? Потерялся, да? Не расслабляйся, а то трахнут!

Кишин чуть прогибается вперёд. Размашистым ударом глубоко рассекаю ему брюхо, а затем, перехватив меч двумя руками, бью прямым в горло.

В живот сильно ударило что-то нестерпимо горячее, заставив сложиться пополам.

Меня буквально отшвырнуло назад, со всей дури впечатав в металлическую ограду спиной. Я моментально оглохла и ослепла от всепоглощающей боли. Было ощущение, будто бы все до единой мои косточки одновременно рявкнули «ХРУСТЬ!», а живот превратился в сплошное пылающее месиво…

Но уже в следующий миг меня словно бы отбросила в сторону какая-то сила. Позади тут же что-то громыхнуло. Приземлилась, больно ударившись плечом. Перекатилась…

И неожиданно для себя, пошатываясь, поднялась на ноги.

Боль никуда не ушла, но словно бы на время затаилась. Дыхание стало сиплым и хриплым, а каждый вдох и выдох сопровождался острой вспышкой боли в груди. На чешуе корсета красовались два некрупных пятна сажи, а её металл в этих местах ощутимо нагрелся.

Молнии? Пусть будут молнии…

Темнота в глазах почти моментально рассеялась, в голове прояснилось, а губы скривила невесть откуда появившаяся злая усмешка.

Смотрящий прямо на меня, кишин слегка наклонил голову вбок, а затем с его бивней сорвались две золотистых молнии, взорвавшие брусчатку в том месте, где я только что стояла.

Прыжок. Лапы демона полосуют воздух Будь на их пути стальной столб или столетний дуб, их бы разнесло на куски. Но в последний момент я переворачиваюсь через голову и ухожу от удара. Прямо в полёте делаю выпад. Остриё пиломеча вновь бьёт тварь в шею, там где она переходит в левое плечо.

Клинок легко выворачивается из тела кишина, оставляя после себя широкую рану. Пприземляюсь за спиной демона. Поворот, шаг – меч разрубает бок чудовища. И сразу же – прыжок назад…

По ногам хлещет длинный хвост чудовища, подсекая и опрокидывая меня на бок. Падаю, но затем отталкиваюсь левой рукой от земли и пружинисто приземляюсь на ноги. Словно по волшебству, в ладони появляется приятная прохлада рукояти «кольта», а затем пули врезаются прямо в рану на спине твари, ещё больше разрывая её.

В меня летят новые молнии. Удары хвоста и закованных в непробиваемую кость лап.

Пригибаюсь, уворачиваясь от золотистых разрядов. Прыжок влево – удар чудовищного кулака проходит мимо. Ещё один прыжок, на крышу стоящей на обочине машины – второй тоже мимо.

А в это время я без остановки стреляю и стреляю, целясь по уже нанесённым ранам и глазницам демона. Меч – за спину, второй пистолет – в руку!..

Чудовищный удар хвоста буквально выбивает из-под меня автомобиль, переворачивая на бок и отшвыривая на середину дороги.

Прыжок, в полёте продолжаю стрелять… Пуля бьёт кишина прямо в левую глазницу – череп демона остался цел, но сильно треснул в месте попадания.

И вот тут его, похоже, проняло по-настоящему – тварь начала отступать.

– Мы не закончили, урод!

Монстр как-то замысловато махнул перед собой правой лапой, и тотчас же пространство зарябило, разбиваясь на чёрно-багровые пиксели размером с кафельную плитку. Секунда, и вот уже меня от большого засранца отделяет четвёрка демоно-змей размером поменьше. И нужно думать – качеством. Слуги или свита – кого ещё в такой ситуации призывать-то.

Ещё до того, как подошвы моих ботинок коснулись асфальта, кишины уже рванули ко мне. Времени на то, чтобы спрятать или хотя бы отбросить один «кольт» и достать меч не было, так что я решила обойтись и так.

Ураган выстрелов в лоб заставил их затормозить, а затем я взмыла в воздух примерно на высоту собственного роста, и в прыжке развернулась, нанося удар правой ногой. Укреплённый сталью ботинок проехался по черепам двух демонов в центре, отбросив их назад. Приземляюсь…

Вашу ж мать, я правда такое могу?!

Перехватываю пистолет из правой руки ЗУБАМИ (?!!!), сжимаю её в кулак, поворачиваюсь и бью прямо в грудь крайнего левого демона. Да так, что он буквально отлетел от меня. Пинок назад – каблук левого ботинка врезается в брюхо крайнего правого кишина, также отбрасывая его прочь.

Оба «кольта» снова в руках. Стволы сначала в стороны, а затем прямо перед собой. Пистолеты коротко и зло плюются огнём, а в черепах кишинов появляются дыры прямо промеж глазниц… А в следующий миг демоны рассыпаются светящейся пылью.

Поворачиваюсь к тому месту, где был их хозяин-повелитель… Был.

Был?! Какого?!..

– Ушёл, да? – зло сплюнула я, всё ещё держа под прицелом пистолетов пустое пространство. – Ничего, земля квадратная – в уголке встретимся.

Лихо – по-ковбойски, крутанула «кольты» на пальцах и вложила их в кобуры. Махом сбросила боевую личину и…

Вспышка боли была ослепляющее сильна. А ведь в пылу сражения я и забыла, что меня несколько раз нехило при…

Падая в темноту я не почувствовала облегчения – бездна забвения тоже была полна боли.

* * *

Барахтаешься в тягучей чёрной жидкости, похожей на нефть. Все силы, все трепыхания – всё ради того, чтобы хоть на краткий миг вынырнуть из неё и глотнуть воздуха. И всё по новой.

А ещё кажется, что с тебя содрали кожу и погрузили в кипящее масло. И перед этим бросили под гусеницы трактора, чтобы ты могла прочувствовать хруст каждой кости, размалываемой стальными траками…

…Было очень больно.

Лишь на короткие мгновения удавалось вырваться из забытья. И успеть за эти секунды вырвать хоть какие-то картины вокруг. Обычно это был потолок моего номера в гостинице. Иногда – бледное лицо лиса.

…Когда это прекратилось? Не знаю. Просто в какой-то момент я поняла, что тупо смотрю в потолок над собой, лёжа в кровати и смутно понимая, что прежней боли уже нет.

В комнате было светло – кажется, за окном только недавно встало солнце…

Рядом с постелью обнаружился оборотень, уютно пристроивший голову около моего правого бока и тихонько сопящий во сне. Сейчас он казался сущим пацаном… Хотя, в принципе, наверное, таким и являлся. Не чувствовалось в его глазах или словах умудрённости от прожитых веков. Не было там той степени цинизма и равнодушия, которое появляется у людей, наделённых большой властью и проживших немало зим. Обычный парень. У которого на уме игры да красивые девчонки… Чем он отличается обычных людей? Я не вижу отличий.

Но ему без колебаний всучили миссию по набору истребителей нечисти, не особо интересуясь – хочет он таких приключений или не хочет.

Мне проще – я сама решила, что хочу стать сильнее, чтобы…

Нет, не защищать мирных поселян – это прозвучало бы красиво, пафосно и благородно, но абсолютно неверно. На большинство людей мне, честно говоря, плевать. Я предпочитаю не делать людям непрошенного добра, тогда и ответного зла в ответ не получу. Все эти христианские заповеди, типа ударили по одной щеке – подставь другую, вся эта заумь о прощении и любви…

Чушь это всё.

Я не злопамятна, а просто злая и память у меня хорошая. А что всё-таки могу забыть, то и записать не поленюсь. А злит меня в этом мире – очень многое. И многие. А некоторые индивидуумы вообще вызывают стойкое желание взять и закопать их.

Те, кто думают, что невероятно круты и оттого имеют права самоутверждаться за счёт других – из их числа. Или вот ещё, например, меня бесит всякая нелюдь, типа тех, кто убивает детей…

Никогда не хотелось взять дробовик или топор и лично завалить урода, который спокойно убил ни в чём неповинного человека, а потом ещё и отмазался от наказания? Мне хотелось. Очень. Не по закону? Зато по совести. Чем я буду отличаться о такого ублюдка, если сама тоже стану убийцей? Тем, что я буду права, а он – нет. И да, я считаю себя вправе судить и решать, потому что кто-то должен судить и решать, пока остальные бестолково толпятся на месте и блеют в растерянности.

Потому я так легко приняла Контракт.

Я всегда подсознательно хотела чего-то такого. Что мне дадут волшебную палочку и запишут в какой-нибудь дозор, или выдадут пистолет и завербуют в «эскадрон смерти». Странное желание для девочки? Нормальное желание для человека, у которого гибнут близкие люди, а официальные власти ничего не могут поделать с их убийцами.

Мелковато работаю? Спасаю одиночек, а в это время гибнут десятки тысяч? Но кому-то надо стоять и на низших ступенях. Не всем сидеть в чистеньких штабах, рисуя на карте разноцветные стрелочки – кому-то необходимо сидеть в окопе.

Я ничего не делаю в глобальном масштабе? Зато я делаю хоть что-то.

И я не прошла мимо, когда была возможность.

– Ммм… Алиса?.. – оторвал голову от кровати лис, зевнул, а затем широко открыл глаза и радостно воскликнул. – Наконец-то ты очнулась!

– Тебя тоже с добрым утром, хитрохвостый, – слабо улыбнулась и потрепала пацана по голове. – Долго я провалялась?

– Сейчас вечер третьего дня, – помрачнел оборотень. – Тебе здорово досталось.

– Хм… Ну да, было, но сейчас я чувствую себя намного лучше…

– Я залечил твои раны. Но пришлось сильно попотеть.

– Меня в бою, вроде бы, особо сильно не било… – задумчиво произнесла я.

– Много ушибов и растяжений. Семь сломанных рёбер. Трещины в костях стоп и кистей…

– Ни хрена себе.

– Алиса, не делай так больше, хорошо? – почти умоляюще произнёс лис. – У тебя потрясающие способности, но ты с ними ещё не можешь справиться, поэтому, пожалуйста, не кидайся в бой с таким противником!

– Это был какой-то необычный кишин?

– Ну, если говорить понятными тебе терминами, то да. Можно сказать, что он на несколько уровней выше тех демонов, что ты убивала раньше. Такой кишин – задача для опытной волшебницы, а не для новичка.

– Извини, в сортах дерьма не разбираюсь. Но почему всё-таки я превратилось в такое мясо?

– Я же тебе говорил про различия в энергетике. У тебя боевые навыки полноценной волшебницы, но с непривычки твоё тело ещё не может адекватно переносить такие нагрузки. Думаешь, разбивать кулаком толстенную кость или прыгать на три метра в высоту – это норма для нетренированного человека? Пока ты в боевом облике магия и энергия переполняют твоё тело, позволяя демонстрировать все эти невероятные даже для самого лучшего бойца приёмы, но потом наступает откат.

– Так и знала, что здесь не обошлось без подвоха, – проворчала я, принимая сидячее положение. – В бою я становлюсь настолько офигенна, что враги начинают слепнуть от моей запредельной крутизны… Но затем я падаю мордой в асфальт и валяюсь без сознания несколько дней. Великолепный боец, чего уж там.

– Тебе надо больше тренироваться, – заявил лис. – Не бегать по городу в поисках кишинов, а просто привыкать к нахождению в боевом облике. Будем постепенно увеличивать время пребывания и увеличивать нагрузки…

– Жрать хочу.

– Алиса, ты меня вообще слушала?! Я же говорил об очень серьёзных вещах!

– Я тоже. Об очень серьёзных. Пустое брюхо к учению глухо.

– Странная поговорка, – нахмурился оборотень.

– Зато очень жизненная, – я сделала максимально невинные глаза. – Жратьжратьжрать! А то помру!

– Ты невыносима, – проворчал лис, вставая со стула, но проворчал без злобы – добродушно. – А ещё ты жутко неблагодарная…

Я поймала его за руку и остановила.

– Лис, я не такая дрянь, какой хочу казаться. Просто… Мне так легче. И… Спасибо тебе, за то что заботишься обо мне. Если честно, то я бы не отказалась от такого непутёвого, но забавного младшего брата.

Оборотень обернулся ко мне, улыбнулся и подмигнул.

Глава 6. Да, твоя сила – зло

– …В чём же может заключаться проблема? – вслух размышлял Песец, прохаживаясь туда-сюда по комнате, помахивая пушистым хвостом и переваливаясь с боку на бок, будучи в форме лиса. – Будем, как ты говоришь, подходить к вопросу системно… Начнём с класса. То есть, как именно реализуется твоя сила. Класс определяется… ммм… в немалой степени автоматически, исходя из личных качеств волшебницы…

– То есть, если бы я была наивной и доброй дурочкой, то и оружие получила бы совершенно другое? – уточнила я, сидя на кровати и грызя любимые японские крабовые чипсы.

– Как грубо, Алиса, – раздражённо махнул хвостом оборотень. – Но в целом верно. Женщины могут распорядиться волшебной энергией на несколько порядков лучше мужчин, поэтому именно девушек мы и выбираем в волшебницы. А в силу… эээ… личностных особенностей они реализуют свою силу достаточно предсказуемо. Заклинания, чары, проклятия… Изредка – холодное оружие, очень редко – огнестрельное.

– Похоже, что я – редкая волшебница…

– Ты редкая маньячка, Алиса, и только поэтому воплотила себе именно такой сумасшедший набор оружия. Не какой-нибудь миленький жезл и даже не элегантную шпагу, а два пистолета и гибрид тесака с бензопилой…

– Успокойся, лис, и будь благодарен, что я не воплотила себе танк или каток-в-асфальтоукладчик.

– Каток-асфальтоукладчик, – на автомате поправил меня Песец.

– Асфальт пускай кладут всякие гастрбайтеры, а я бы укладывала именно В асфальт.

– Мда… Так, не буду отвлекаться. На чём я остановился? Так… Ты у нас, получается, гибрид…

– А в рожу?

– Я относительно твоего боевого класса! Психованная… Ты у нас, выходит, смешанный боец ближней и средней дистанции, плюс с задатками нормальной классической волшебницы… Не волшебница, не мечник и не стрелок, а что-то промежуточное – ганфайтер, так сказать… Но в первую очередь ты всё-таки – боец ближнего боя. Наверное… Наверное, отсюда все проблемы и идут. Вместо того, чтобы выплёскивать энергию в виде заклинаний, без ущерба для собственного тела, ты это самое (и достаточно симпатичное) тело энергией и напитываешь.

– Слушай, лис, ты не смотри, что я второй день в себя прихожу – догоню же и оторву все выступающие части организма…

– Вот только угроз не надо. Я, между прочим, для твоего же блага стараюсь… И для своего. Не очень здорово было тащить твою упитанную тушку да ещё и держать отводящий глаза полог.

– Ты охренел?! Это ты МЕНЯ жирной назвал?! Это же моя фишка!!!

– Жирная не жирная, но на суповой набор явно не тянешь, – тяжело вздохнул оборотень. – А, учитывая твой рост, то такая дылда без элементов дистрофии весит уж явно не меньше моего человеческого тела…

– Слушай, я ведь сейчас реально разозлюсь и впаду в неконтролируемый берсерк-режим с разрыванием наглой блохастой твари на семнадцать частей. Для роста в метр семьдесят пять вес в шестьдесят килограммов абсолютно нормален!

– Ага! – азартно воскликнул Песец, на ходу расплываясь жемчужным облаком, превращаясь в человека, и бросаясь к лежащей на подоконнике замызганной общей тетради на пружине. – Данные получены!

Я даже дар речи потеряла, глядя на что-то увлечённо пишущего оборотня. От усердия он аж рот открыл и язык на бок свесил…

– Погоди, я не врубаюсь… Тебе что – мой рост и вес потребовалось узнать?

– Ага, – сосредоточенно пропыхтел лис. – А то я вас, девчонок, слишком хорошо знаю – удавитесь (в твоём случае – удавишь), а не расскажете. Такая прямо вся из себя великая тайна мироздания…

– Идиот! Мог бы просто спросить!

– А ты бы ответила?

– Да!

– Не верю. О, женщины, имя вам – коварство…

– О, песцы! Имя вам – дегенераты! Тебе зачем мой вес, убогий? Считаешь, во сколько обойдётся моя доставка, если посылкой в Гонолулу отправлять? Я бы ещё поняла, если бы ты моим размером груди поинтересовался…

– Второй, – хладнокровно ответил Песец.

– Как определил? – равнодушно произнесла, тихонько спустив ноги с кровати и оценивая расстояние до лиса.

– Догад… Ай!!!

– Как определил? – всё так же равнодушно поинтересовалась, покрывая разделяющее нас с оборотнем расстояние одним прыжком и хватая его за ухо.

– На глаз! Алиса, отпусти – ухо оторвёшь!

– А может всё-таки на ощупь? Ты, помнится, всё говорил об этом… Вот и дошутился, юморист вонючий.

– Это была шутка!

– Я тебе сейчас ректальную тонзиллэктомию сделаю и тоже скажу, что пошутила.

– Рек… Чего?

– Гланды через задницу вырву.

– Алиса, я честный оборотень и никогда бы не воспользовался беспомощностью девушки! – пискнул лис.

– Да ну? – нехорошо улыбнулась я, вдобавок ко всему ещё и захватывая шею оборотня сгибом локтя. – Пока что всё твоё предыдущее поведение работало на совершенно другой образ…

– Мне всегда говорили, что у меня очень паршивое чувство юмора!!!

– Правильно говорили, – кивнула я, слегка оскалилась и… резко отпустила лиса, наваливаясь на него и заглядывая через плечо к нему тетрадь. – Какие-то формулы, уравнения… Что это такое? Тебе понадобилась информация обо мне – это как-то связано?

– А… эээ…

– Не бойся, Алиса ребёнка не обидит… Даже такого, как ты. Считай, что я тебе поверила, поняла и…

– …простила? – с надеждой произнёс Песец, чувствуя, что гроза миновала.

– Перенесла расправу на потом, – безжалостно отрезала я. – Давай, пушистый, колись – что это у тебя за математика?

– Эээ… Это расчёты наилучшей схемы твоих тренировок… Сколько времени нужно проводить в боевом облике, с какой частотой, какая максимально допустимая величина нагрузок в этот период… Обычно, такой кропотливости не требуется – контрактор получает необходимые начальные знания, а дальше уже развивается сам. В твоём случае это, к сожалению, невозможно.

– Почему?

– Твоя сила… Она слишком велика и слишком разрушительна – и для тебя, в том числе. Ты как плохо модернизированная машина для уличных гонок – мощная, но не сбалансированная. Ты выдаёшь скорость, ускорение и манёвренность наравне с лидерами, но в следующий момент твоё тело может пойти вразнос.

– Уговорил, морда, – вздохнула я, потрепав лиса по голове. – Пока не будем охотиться, а будем тренироваться… Но для начала нам всё-таки необходима оперативная база!

* * *

С некоторой натугой ключ провернулся в замке, громко лязгнул отодвигаемый язычок, и я потянула на себя тяжёлую дверь. Вошла в маленькую прихожую, следом проскользнул Песец.

Зеркало, вешалка и обшарпанная подставка для обуви. Кстати, разуваемся… Дверь справа. Что за ней? Ага, санузел и ванна… Чистенько, аккуратненько. Впереди ещё одна дверь. Небольшая комнатка – старый письменный стол, пара стульев, комод, шкаф. Так, здесь всё понятно… Что здесь – кухня? Маленькая, аж жуть… Но холодильник, плита и небольшой стол с парой табуреток есть, и то благо.

Ага… А это, нужно понимать, главная комната… Здоровенная двуспальная кровать, комод, шкаф, два кресла, сервант и журнальный столик.

– Превосходно, – победоносно скрестила я руки на груди и плюхнулась в кресло, которое тут же жалобно скрипнуло. – Я нарекаю сие обиталище Базой 221!

– Я так понимаю, что твой выбор не обсуждается… – тяжело вздохнул оборотень, садясь в кресло напротив меня.

– Ты всё верно понимаешь, братик.

– Тогда у меня только одна просьба – хоть как-нибудь аргументируй это!

– А что именно? – уточнила я.

– Всё, – ёмко ответил лис. – Начиная от того, почему именно эта квартира и заканчивая тем, почему именно База 221.

– Ну, тут же всё элементарно, мой дорогой Уотсон! Во-первых, квартира просто неприлично дёшева для обставленного мебелью жилища. Всего сто двадцать местных рублей в месяц (на российские – это где-то двенадцать тысяч будет) – вряд ли где-то можно найти дешевле! Далее. Как я узнала, через дорогу – автобусная остановка, от которой имеется маршрут прямо до моего будущего места учёбы.

– А я думал, что этот твой университет расположен где-то в центре… Это же вроде очень солидное заведение, да? Тогда, почему оно находится на окраине?

– Это не только очень солидное, но ещё и очень масштабное заведение, – пояснила я. – Головные корпуса действительно расположены в центре, но немало их и в остальной части города. Конкретно биологический факультет базируется в получасе езды от нас. Плюс, насчёт окраины ты немного погорячился: на том берегу реки сейчас достраивается Саппоро-Сити – новый местный деловой центр. Если ты ещё не понял, то это дом изначально был бараком для строителей – я такие видела у себя в городе, когда строили завод для сжижения газа. Только у нас в итоге эти бараки элементарно бросили, а здесь, видать, передали в муниципальное владение как бюджетное жильё для бедных.

– Раз здесь неподалёку вырос новый деловой центр, то разве эта земля не стала очень дорогой и привлекательной для строительства?

– А ты не такой глупый, как иногда кажется…

– Алиса!

– Я уже как двенадцать лет Алиса.

– Тебе же семнадцать? – удивился оборотень.

– Неважно, – слегка помрачнела я, отгоняя прочь самые неприятные воспоминания детства. – Короче, выгодное местоположение этой квартиры – это было «во-вторых», если ты ещё не понял.

– Хм, а будет и «в-третьих»?

– Разумеется, мой весьма упитанный друг. И это пункт заключается в том, что хозяин сего барака – натуральный алкаш, что не может не радовать.

– Алиса! – возмутился лис. – Как это может тебя радовать?!

– Я плачу квартплату в срок, а он делает вид, что его тут нет, – усмехнулась я. – И ему будет плевать, когда я прихожу домой, в каком виде и с кем.

– А с кем это ты планируешь приходить сюда?

– Мало ли что… – небрежно отбросила волосы с плеча.

– Не отвлекайся, – засопел Песец.

– Между прочим, это ты сам куда-то уводишь нить разговора.

– Какое беспардонное враньё…

– Не возникай, пушистый. Кстати!.. Ну-ка, тащи сюда оборудование!

– Эксплуататорша, – буркнул лис, но сходил в прихожую и вернулся, нагруженный разнообразными пакетами и сумкой через плечо.

– Значит так… Теперь слушай сюда, Песец, – я поудобнее развалилась в кресле. – Денежная компенсация от властей за молчание почти на исходе, так что цени мою доброту. Ноутбук и 3G-модем – всё-таки не пачка чипсов по своей цене…

– Я и с телефона в Сети могу нормально посидеть… А ещё у меня планшетник есть. И ноутбук ты купила самый дешёвый.

– Ничего не попутал, дорогуша? Сеть и ноут тебе теперь нужны в качестве рабочих инструментов – раз всё равно большую часть времени будешь сидеть здесь без дела, то мониторь преступления, аварии и пожары, и отмечай их на карте.

– Так вот зачем ты купила в книжном ту здоровенную карту Саппоро… – догадался оборотень. – Подожди-ка, а зачем всё это нужно?

– Думаю, что кишины не совершают свои нападения равномерно по всей территории города, – объяснила я. – Наверняка существуют места, где даже официальными властями отмечается повышенный уровень преступлений или аварий. Ведь под них демоны маскируют свою охоту, верно? Значит, можно будет со временем определить районы с наиболее частыми появлениями кишинов и не носиться по городу, изображая блуждающую молекулу. Определяем границы районов, а затем планомерно выдвигаемся на маршрут патрулирования и давим супостатов. Тратим силы, а главное время с максимальной эффективностью.

– Обстоятельно… – уважительно присвистнул лис. – Никогда бы не подумал, что волшебница может придерживать тактики не только в бою…

– А что ты хочешь от женщин? Мы же не мозгом думаем, а сердцем чувствуем. Мне вообще-то тоже, может быть, охота бесцельно гулять по магазинам, время от времени случайно наталкиваться на кишинов и драться с ними…

– В таком случае, у меня возникают сомнения, девушка ли ты…

– А меня просто отец учил. И в ответ на вопрос «что будем готовить – борщ или щи?» нельзя было врубить женскую логику и сказать просто «да»… Братьям за косяки попадало широким офицерским ремнём, а мне прилетало ремешком, которым пистолет к кобуре цепляется. Маленький, зараза, но очень болючий и доходчиво доносящий до меня все мои ошибки.

– Бить детей – непедагогично, – нервно сглотнул Песец, видимо, представив описанную мной картину.

– Зато правильно. А то глядя на некоторых детишек становится понятно, что им катастрофически не хватает в организме люлей… Кстати, можешь уже прямо сейчас заниматься оборудованием своего рабочего места – подключай ноут, крепи на стену карту… Если ты ещё не понял, то твоя комната – маленькая.

– И почему я не удивляюсь?.. Кстати, там кровати нет.

– И что?

– А на чём я спать буду?

– Не помрёшь. Будешь спать на полу, на матрасе – ты японец или где?

– Или где… – вздохнул оборотень. – Последний вопрос.

– Валяй, – милостиво разрешила я.

– Почему База 221?

– Шерлок Холмс жил по адресу Бейкер-Стрит 221Б, – потянулась я в кресле и широко зевнула. – Ну, и чего стоим, кого ждём? Полчаса тебе на предварительное обживание базы, а затем идём искать ближайший пустырь для тренировок…

* * *

– Чувствую себя ужасно глупо, – буркнула я, сидя в позе лотоса и положив руки на колени. – Без этой вашей восточной фигни никак не обойтись, а?

– Лично я пока что просто не вижу другого пути, – категорическим тоном заявил лежащий передо мной на ветке дерева Песец. Самое удивительное было, как он в своей упитанной звероформе умудрился залезть на высоту ажно одного метра… – И не знаю как тебе, но мне больше неохота залечивать тебе сломанные кости…

Я поморщилась. Ломать руку, да ещё и таким образом мне тоже больше не хотелось.

…Вот уже почти неделю мы с оборотнем тренировались на небольшом пустыре недалеко от моего нового жилища. Тренировки эти, если честно, меня жутко раздражали. Пять минут постояла в боевой форме – полчаса отдыхаешь. Пять минут постояла – полчаса отдохнула… Нет, потом я, конечно, начала находиться в облике гибрида куклы Барби и космодесантника вселенной Вархаммер подольше. Начала потихоньку фехтовать и стрелять…

Но позавчера меня капитально переклинило от этой нудистики и я, будучи в боевом облике, саданула кулаком по торчащему из земли куску электрического столба.

И не рассчитала сил – железобетонную штуковину, толще меня самой, просто переломило пополам, как трухлявую палку. Но когда я вернулась в человеческий облик оказалось, что у меня сломана правая рука в трёх местах.

Нет, в больницу я не ходила и рентген не делала, но Песец ругался именно о переломе в трёх местах. Ругался, но лечил. Я тоже выла от боли и ругалась – на себя, на криворукого лиса, идиотских кишинов и так далее, и тому подобное…

После целительных процедур мой личный лекарь проспал целые сутки и уже в который раз заявил, что я психопатка и мне нужно лечить вовсе не сломанную руку, а поломанную голову. Так что пришлось, скрипя зубами, согласиться на ещё более нудную процедуру – медитацию.

И вот уже как полдня я сижу на травке около груды ржавых бочек и пытаюсь, собственно говоря, медитировать…

Получается пока что как-то хреново.

– Алиса, ну сосредоточься уже! Повторяю ещё раз – закрой глаза и сосредоточься на своём дыхании. Мысленно сопровождай воздух на всём его пути: ты его вдыхаешь, он проходит через нос, трахею, бронхи и попадает в лёгкие. А затем идёт обратно – бронхи, трахея, нос, выдох… Дышишь и думаешь о своём дыхании. Ни о чём больше. Сосредоточься на том, как ты дышишь. Представь, что у тебя даже нет тела – всё что ты можешь это дышать…

Закрыть глаза. Расслабиться. Отрешиться от всего. Сосредоточиться только на собственном дыхании. Вдох. Выдох. Вдох. Выдох…

Вдох…

Выдох…

Вдох…

Выдох…

Вдох…

Выдох…

– Мне потребовались эти дни, наполненные нудной рутиной, совсем непохожей на боевые тренировки, чтобы точнее определиться с твоей силой, – монотонный голос оборотня навевал сон. – Её у тебя очень много. Даже ещё больше, чем много. И это плохо. Ты не умеешь управлять своей силой. Не можешь упорядочить её. А ведь твоя сила совсем не добрая и вполне может когда-нибудь испепелить тебя. Кто-то назвал бы эту силой злой, но это не совсем так. Ведь она – отражение тебя, а ты вовсе не зло, Алиса.

Вдох…

Выдох…

Моя сила…

Вдох…

Выдох…

Отражение меня…

Вдох…

Выдох…

– Ты похожа на нас – Древних. Иногда даже больше, чем мы сами. Древние – это воплощенные духи стихий и явлений…

Ураган, лесной пожар, вьюга, испепеляющее солнце, холод зимы – все они не злые и не добрые, они просто есть. Но они убьют слабого, потому что это закон – закон выживания.

А значит тебе нельзя быть слабой, Алиса.

Тебе нужно подчинить и упорядочить свою силу, потому что миром правят законы, а не хаос. Хаос даст тебе свободу, но рано или поздно убьёт. Порядок – это ограничение свободы. Порядок – это спокойствие, гармония. Порядок может быть добрым, а может быть и злым, но он должен быть.

Вдох…

Выдох…

Как… много слов… Философия… к чему она?.. Разговоры… ни о чём…

Вдох…

Выдох…

Хаос… Порядок…

Вдох…

Выдох…

– Поэтому… Даже если твоя сила – это то, что люди называют злом…

Моя сила… зло? Отражение меня… зло?

Я – зло?.. Я- зло…

– Даже если твоя сила – это то, что люди называют злом. Ты должна заключить это зло в рамки закона, ты должна подчинить его себе.

Подчинить… себе…

– Ты должна подчинить его себе, Алиса!..

Под… чи… нить…

Широко распахнула глаза, чтобы увидеть как прямо мне в лицо несётся волна тьмы.

Мгновение, и я уже лечу где-то посреди бескрайней чёрной бездны. Ни звуков, ни запахов – лишь ощущение падения куда-то в неизвестность. Даже ощущения собственного тела нет…

Стоило только об этом подумать, и вот я уже в той одежде, что надела сегодня – туфли, короткая джинсовая юбка да светло-жёлтая блузка…

Удар! Что-то с силой неожиданно толкнуло меня в плечо, сбив с первичной траектории. Во тьме обозначилось какое-то движение, и я лишь в последний момент успела разминуться с выросшим из ниоткуда щупальцем, сотканным из угольно-чёрной тьмы.

Как разглядеть чёрную кошку в тёмной комнате, если она там всё-таки есть? Нужно просто знать, где она.

Уклоняюсь. Ещё и ещё. Щупальца летят прямо в лицо. Одно с силой бьёт в бок, другое больно хлещет по ноге, третье, словно бритва, режет левую руку…

Нет, в таком наряде я долго не продержусь. Ну-ка, лунная харизма, преврати меня в девочку-чудилочку!..

Частокол тёмных щупалец разлетелся на куски, когда «кольты» в моих руках изрыгнули из себя ураган выстрелов.

Всё, порядок. Я снова в боевом облике, у меня в руках пистолеты, а за спиной – пиломеч. И хрен меня кто теперь остановит!..

А значит – сквозь тьму и на дно бездны!

Переворачиваюсь в воздухе. Расшвыриваю появившиеся из ниоткуда тёмные щупальца вертушкой ударов ног, а когда удаётся разорвать дистанцию, то добиваю их выстрелами.

Движение справа – стреляю туда… И слева – тоже! Едва успеваю увернуться от вылетевших из ниоткуда щупалец тьмы.

Так, это ближний бой, а значит здесь пистолеты не столь уместны, как…

«Кольты» отправляются в свои колыбели, а взамен них в моих руках появляется пиломеч. Стремительно раскручиваюсь вокруг собственной оси, превращаясь в подобие вертолётного винта и разрубая клинком всё вокруг. Переворот, и меч разрубает не только щупальца, но и саму тьму…

Пространство разрывается, будто гнилая ткань, и я падаю в место, что лежит по ту сторону мрака…

По ту стороны бездны тьмы оказалось бесконечное небо, затянутое чёрно-багровыми облаками и освещаемое сполохами лиловых молний. А где-то далеко внизу виднелась исполинская сфера, окутанная чёрным огнём.

И что-то подсказывало мне, что мне нужно именно туда – за черту тёмного пламени.

Падаю… Падаю.

От сферы ко мне вверх рванули колоссальные чёрные протуберанцы. Увернуться от одного, от другого…

Но от столкновения с третьим уйти не получается. Левую руку обжигает арктическим холодом, и она моментально повисает плетью, а пиломеч проходит сквозь тёмное пламя без видимого ущерба для последнего.

Проклятье!..

Долой меч, достать пистолет… Чёрт, я падаю, но не лечу… Так трудно уклоняться и сражаться…

Крылья… Мне бы пару крыльев…

Не успеваю додумать мысль до конца, как понимаю – я больше не падаю, а вполне управляемо лечу. Короткий взгляд за спину…

Теперь у меня действительно есть крылья.

Огромные – метра четыре в размахе. Но не как у ангела или феи. Не белоснежные крылья орла, сотканные из солнечного света ангельские или крылья бабочки, а чёрные – кожистые, словно у исполинской летучей мыши. Но зато я могу ощущать их и управлять ими, и это главное, а вовсе не внешний вид крыльев…

Всё сразу же изменяется. Я становлюсь быстрее, подвижнее. Избежать протуберанцев теперь вовсе не сложно… Но вот что с ними делать?

Выхваченный из правой кобуры «кольт» выплёвывает в сгустки тьмы пули, но они тонут во мраке, будто камешки в тёмном пруду.

Чёрт, чёрт, чёрт!

Мне. Надо. Пройти.

Не знаю почему, но твёрдо знаю, что надо. И никакой чёрный огонь мне в этом не помеха!

Но что же делать? Что? Что? Что? Честная мономолекулярная сталь и свинец – бессильны… Чем тогда одолеть тьму? Очевидный ответ – светом.

Слишком очевидный.

А что если… Что если вспомнить старое рассуждение, которое граничит с самой настоящей ересью?

«Отвечая злом на добро, ты умножаешь зло. Отвечая добром на зло, ты тоже умножаешь зло.

Подобное к подобному. Камень к камню, прах к праху.

Отвечай добром на добро и злом на зло!».

Сложила крылья и камнем рухнула вниз, выставив перед собой пиломеч. Вокруг моей руки затанцевало точно такое же чёрное пламя, которое окутывало сферу подо мной. Тёмный огонь перекинулся на клинок и словно бы начал впитывать в него…

Неожиданно поняла, что вновь могу шевелить левой рукой. Повинуясь какому-то наитию выхватила из-за спины пистолет и последний момент перед тем, как упасть в море чёрного огня, выстрелила перед собой.

Мир взорвался ослепительной вспышкой… И я еле успела затормозить, чтобы не врезаться в зеркальный пол. Развернула крылья, мягко приземлилась и оглянулась по сторонам.

Это был огромный зал в форме куба. Настолько огромный, что здесь без проблем поместился бы кафедральный собор. Зал был как та горница – без окон, без дверей и вообще без любых других проходов. Его стены, потолок и пол были из самых настоящих зеркал, в которых отражалась я…

Неожиданно пришло понимание – а ведь я теперь выгляжу совершенно по-другому.

Вместо гибридного кукольно-боевого наряда в бело-розовых тонах – плотно прилегающая к телу чёрная с алым металлическая броня. Неправдоподобно удобная и почти невесомая, состоящая из различного размера пластин и кольчужных сеток. За спиной – огромные чёрные кожистые крылья. Длиннющие ярко-алые волосы заплелись в тяжёлую широкую косу, в которой поблёскивали воронёные треугольные лезвия, превращающие её в подобие закованного в стальную чешую драконьего хвоста.

Изменилось и оружие.

Пиломеч превратился в громадный двуручный меч с меня ростом, с тяжёлым клинком чёрного цвета. Пистолет из «кольта-1911» превратился в монструозного вида чёрный, как ночь «дезерт игл», а перед его спусковым крючком появилось что-то вроде коробочки лазерного целеуказателя. А ещё он теперь был у меня только один.

Внезапно количество моих отражений в зеркальных стенах начало ураганно увеличиваться, а затем они синхронно шагнули из зазеркалья ко мне.

Попятилась. Выставила пистолет и вскинула меч, готовясь в случае чего дать бой всей этой неведомой дряни. Но мои отражения, окружив меня, вовсе не проявляли никаких враждебных действий. Просто молча стояли и смотрели – без гнева, без насмешки, без вообще каких-нибудь чувств во взглядах.

А потом они начали меняться. Очертания отражений оплывали, словно свеча от огня. Мгновение, и вот уже вокруг меня стоят не десятки копий меня-текущей – а копии меня-настоящей. Без оружия и демонического облика, а самой обычной девушки.

Отражения синхронно протянули ко мне раскрытые ладони, сложенные лодочкой, и тут же в их руках заплясали разноцветные огоньки.

Где-то вне зала громыхнул далёкий раскат грома, и зеркальный потолок разлетелся мириадом осколков, которые превращались в светящуюся пыль, не долетая до пола. А по ту сторону зеркал оказалась не тьма, не свет и не огонь, а сама воплощённая первородная энергия – настолько же мощная, насколько и смертоносная.

Это был сам Хаос.

Трещины побежали от расколотого потолка к полу, зеркальные стены начали рушиться.

– Найди себя, – многоголосый хор моих отражений перекрыл грохот, разрушающегося зала. – Найди свою силу.

Что за бред?

– Не ошибись, – громыхнули шумом морского прибоя отражения. – У тебя лишь одна попытка.

Найти себя? Силу? Но как? Как?!

Мне нужен какой-то из тех огоньков, что держат в руках отражения, верно? Но какой именно? Их же тут десятки!

– Время на исходе. Торопись!

Красный? Зелёный? Белый? Голубой? Какой? Какой?!

Рывком сорвалась с места, закидывая меч за спину, и понеслась вперёд, почти ничего не разбирая перед собой. И когда волна разрушения уже почти докатилась до пола, я вырвала из рук одного из моих отражений огонёк, чтобы…

…кашляя и задыхаясь рухнуть на землю.

– Алиса! – обеспокоенный голос Песца, который моментально перекинулся в человека и спрыгнул ко мне со своей ветки, вырвал меня из непонятного забытья. – Что произошло?

Перевернулась на спину и облегчённо вытянулась на земле, чувствуя себя так, как будто бы пробежала пятикилометровый кросс. Поймала обеспокоенный взгляд оборотня, слегка улыбнулась и выставила перед собой раскрытую правую ладонь.

– Теперь я знаю кунг-фу, – прошептала я, и в моей руке загорелся небольшой огонёк угольно-чёрного цвета.

* * *

Кишинов было девять. Пятеро явно намеревались пробраться в коттедж через окна первого этажа, а вот остальные приземлились на крышу, которое не представляла для их когтей особой преграды.

Не особо высокого уровня, что было видно из размеров демонов. Метра полтора ростом, на вид дистрофичные и слабые. Вместо передних лап – подобие складных клинков богомола – такие же толстые, кривые и шипастые. Сходство с насекомыми усиливали и черепа с жвалами вместо челюстей и двумя тонкими длинными выростами, напоминающими то ли усики-антенны, то ли рога…

Всё это я успела рассмотреть за пару мгновений, когда одним прыжком оказалась наверху двухметрового кирпичного столба, что был опорой для металлической ограды вокруг коттеджа.

Двое монстров слетели с крыши, прямо в полёте превращаясь в светящую пыль, когда пистолеты в моих руках выпустили по ним ураган выстрелов. Остальные моментально засуетились и задвигались – тем самым сбивая мне прицел, так что остальную троицу промышленных альпинистов я лишь подранила. Двое с перебитыми задними лапами поползли к краю крыши, а ещё один, получив пару попаданий в грудь, свалился с крыши, но в пыль в полёте не превратился. А значит был, скорее всего, жив…

Ладно, к чёрту лирику и «кольты» – последний аккорд лучше ставить мечом…

Я засунула пистолеты за спину, одновременно с этим распластываясь в воздухе в прыжке.

Перекувыркнуться в воздухе, ощущая в руке приятную шершавую рукоять теперь такого привычного и верного пиломеча, извлекаемого из-за спины. Приземление – меч разрубает кишина со спины на две части, вместе с черепом. Мгновение, и чудище распадается светящейся пылью. Рывок вправо, уклонение. Поворот, удар – клинок отсекает второму монстру передние лапы чуть выше того места, где у него начинаются клинки. Бью ногой под вывернутое будто у кузнечика колено, и кишин тут же теряет равновесие и тыкается мордой в землю. Пиломеч легко – будто зубочистка в мармелад, входит в его затылок, приканчивая тварь.

Ко мне несётся ещё один монстр. Вскинуть зажатый обратным хватом клинок, отшибая размашистый удар двумя руками-мечами в сторону. Одновременно поворачиваюсь на правой ноге, нанося удар пяткой другой ноги прямо чудовищу в бок. Шаг, удар – острие меча врезается в череп кишина, превращая того в прах.

Движение позади.

Прыгаю вверх, слегка поворачиваюсь в воздухе и бью. Прямой удар левой ноги приходится ещё монстру одному прямо в череп и с размаха впечатывает тварь спиной в кирпичную стену коттеджа. Кишин на мгновение теряется и раскрывается – пользуюсь моментом и пробиваю ещё один прямой удар ногой ему в брюхо. Монстр сгибается пополам, и я легко отсекаю ему голову.

Тварь распадается в светящуюся пыль, и на землю падает маленькая чёрная жемчужинка…

Почти падает. Потому что я ловлю её на лету левой рукой.

– Лёгкие деньги… – произнесла я, зажав жемчужинку двумя пальцами и поднося её поближе, что рассмотреть повнимательнее. – Мелочь. Но приятно.

Спрятала чёрный шарик в небольшой нагрудный кармашек блузки. За её сестричками вернусь чуть позже – сначала нужно убедиться, что все кишины мертвы.

Прыжок! Взмываю вверх, отталкиваюсь ногой от крыши веранды и легко запрыгиваю на крышу дома. Пара демонов-подранков упорно ползёт к краю… Пистолеты коротко рявкают по два раза, дырявя черепа тварей и отправляя их в мир иной. Немного подумала, спрятала «кольты» и спрыгнула с крыши. Неторопливо подошла к ещё трепыхающемуся последнему кишину.

Раны от пистолетных выстрелов крепко подранили монстра, поэтому он стал уязвим и к простым физическим повреждениям и элементарно переломал себе все лапы, когда упал с крыши двухэтажки. И теперь лишь кое-как шевелился и пытался ползти прочь…

Подошва ботинка ударила тварь в спину и прижала к земле, заставив остановиться, а затем каблук врезался ей в район поясницы, перебивая хребет. Без особых колебаний уселась на кишина: по ощущениям он был ничуть не хуже самого лучшего кресла – мягкий и тёплый.

– Знаешь, моя мерзость, почему вы дохните? – я достала «кольт» и начала задумчиво крутить его в руках, рассматривая со всех сторон. – Потому что люди – на удивление приспособливые твари… Людей топтали мамонты – люди придумали ловчие ямы. Людей жрали саблезубые кошки – люди придумали огонь, метательные копья и «китикэт»… Людей стали жрать кишины – и люди придумали нас.

Хихикнула и взмахнула пистолетом.

– Ассиметричный ответ – понял? Понял, а?! Ни хрена ты не понял, урод! – рявкнула я, а затем снова хихикнула и продолжила.

– Адаптивность – это человеческий конёк. Выжить там, где выжить невозможно. Приспособиться к тому, к чему нельзя приспособиться. А вот вы – ни хрена не адаптивные. Думали, что раз таких слабаков, как ты начали убивать – значит, надо просто стать сильнее, кушая больше и сытнее? А не пошли бы вы куда подальше?! Да, идите! – наклонилась к голове монстра и доверительно сообщила. – Идите. На хер. Понял, да?

Отстранилась, вздохнула. И упёрла ствол «кольта» кишину в затылок.

– Я не прощаюсь, урод. Если мне дадут пистолеты и меч, я ещё наведаюсь в ваш Ад с дружеским визитом.

Выстрел. Демон разлетается облаком светящегося праха, а я, лишившись опоры, плюхаюсь на задницу и весело смеюсь.

– Вот обязательно нужно произносить такие пафосные диалоги, а? – ворчливо произнёс появившийся из-за угла оборотень. – Только время тратишь… И бдительность. Но главное – время. Ты тут произносишь патетические речи, а я в это время занимаюсь сбором трофеев – между прочим, твоей обязанностью.

– Ты ничего не понимаешь, Песец, – улыбнувшись, поднялась я на ноги и отряхнулась. – К любому делу надо подходить творчески. И со своим собственным стилем. А то большинство волшебниц ведь наверняка трясутся от страха и бьют кишинов до светящейся пыли, да и после этого не рискуют сунуться поближе…

– Ну, допустим. Но ведь это разумно, согласись?

– Соглашусь. Но мне так не нравится – слишком пресно и скучно. Я и так слишком логичная, так что позволь мне хоть иногда побыть немного нелогичной и безумной.

– Ты действительно сумасшедшая, Алиса, – вздохнул оборотень.

– Безумная психопатка со съехавшей напрочь крышей, ты хотел сказать? – рассмеялась я. – Да, это так. И это мне нравится, чёрт побери! Это безумие даёт такую замечательную иллюзию свободы!.. Кстати, трофеи собрал?

– Угу. Сейчас ещё две жемчужины найдём и пойдём уже отсюда.

– Не напомнишь, на кой ляд мы вообще их собираем?

– Напоминаю – это концентрированная энергия. В случае чего может быть очень полезна.

– Объяснил, как в воду плюнул – без толку и смысла. Впрочем, чего ещё ждать от Песца?

– Алиса!..

Глава 7. Да, мы теперь соседи

– Вниматэльно слушаю вас, товарищ Пэсэц, – произнесла я, закладывая левую руку за спину, а правой поднося ко рту печенье в виде палочки, покрытой шоколадом.

Оборотень окинул меня тоскливым взглядом и протянул:

– Весьма убогий косплей Иосифа Сталина – не находишь?

– Что такое косплей? Небось опять какая-то ваша японческая дрянь?

– Что-то вроде маскарада.

– Что-то вроде очередного извращения. Стопудово. Так что там с ситуацией с кишинами?

– Ну, пока ты всю неделю резво уничтожала демонов, я по твоей просьбе отслеживал новости в сети и получил кое-какие данные… – лис достал из кармана складную указку и ткнул её в висящую на стене огромную карту Саппоро. В неё во множестве были воткнуты булавки с красной головкой, который более-менее компактно кучковались в некоторых районах города. – Смотри, я тут кое-что отметил. Булавки – это дорожно-транспортные происшествия, убийства, несчастные случаи и пожары. Конечно, среди них наверняка хватает случаев, когда кишины были ни при чём, но в целом статистика имеется. Это предполагаемые районы наибольшей активности демонов – детские сады, школы, торговые комплексы, киноконцертные залы, больницы, аквапарки, вокзалы, некоторые улицы, на которых часты пробки. То есть, любое место…

– …где собирается большое количество людей, – закончила я. – Вполне логично. Стайные хищники тоже любят атаковать стада, охотясь на наиболее слабых животных… Кстати, какие у нас тут ближайшие народные гуляния по поводу какого-нибудь праздника? Зуб даю, это будет для кишинов как ежегодная миграция антилоп гну для крокодилов.

– Танабата, 7 июля.

– Какой-то японский праздник, верно? Эх, никогда я не понимала этого слепого копирования совершенно чужой культуры… Вам тут что, мало нормальных праздников?

– А ничего, что для местных как раз все эти ваши русские праздники и традиции – более чужды, чем возвращение, так сказать, к истокам?

– А на кой ляд к ним возвращаться? – хмыкнула я. – Чем знаменита эта ваша прекрасная Япония кроме суши, самураев и харакири? Грамотный пиар и ничего более, а так – ни научных, ни культурных, ни исторических заслуг. Страна, которую придумали и в которую поверили во всём мире. А так всего и достижений, что серия игр «Сайлент Хилл» и мультики для извращенцев.

– Злюка ты, Алиса, – буркнул лис.

– Не ной, пушистый. Лучше скажи, ты данные по смертности в Эдзо за последние годы раздобыл?

– Да зачем они нам?

– Ты настолько хочешь рыться в подшивках газет за предыдущие годы, выискивая новости о преступлениях и несчастных случаях? – насмешливо подняла я бровь. – Мы составляем карту зон действия кишинов, но картина ещё не полная – у нас есть только оперативные сводки, а не стратегическая информация. Кто даст гарантию, что при прохождении Фокуса зоны атак не сместятся?

– Это задача для целого аналитического отдела!

– А я виновата, что ваш вонючий Кружок не озаботился созданием такового? Так что с данными?

– Я запросил данные в местном центре статистики…

– И?

– Лавинообразный рост по всем группам. Через пару дней обещали дать разбивку по районам.

– Ясно… – я задумчиво начала грызть печенюшку. – А власти ещё не насторожились, от такого количества кровавых смертей? Вряд ли они такие идиоты, что не почуяли неладное…

– А мне почём знать?

– Логично. Но хоть что-то они должны делать?

– Насколько я знаю, в прошлые периоды прохождения Фокуса поднимали в ружьё армию и полицию, и вводили в городах патрули и комендантский час в связи с угрозой совершения террактов…

– Иди ты! Это ж не Кавказ – откуда тут повстанцы?

– А тут не повстанцы – тут «Хакогун» есть.

– Это ещё что за зверь?

– «Фракция Красной армии». Раньше вроде бы по мелочам гадили… А потом взяли на себя ответственность за всё творимое кишинами. Идиоты.

– Хм… Вот уж не думала, что такой как ты хоть немного интересуется политикой…

– Я просто в стрелялку играл про них, – после некоторых колебаний, признался оборотень. – «Церберы-3» – слыхала?

– Извиняй, но из стрелялок я только в «контр-страйк» играю.

– Мне жаль тебя…

– А мне тебя, – я уже привычным движением поймала шею Песца сгибом локтя и начала сосредоточенно натирать ему макушку сжатым кулаком.

– Алиса! Пусти! Ну, больно же!

– Что ты знаешь о боли, морда? Ты же даже эпиляцию никогда не делал. А это самая что ни на есть болючая боль…

– Алиса, ну почему ты такая легкомысленная? Будь хоть немного серьёзнее!

– Уже, – закивала я, не прекращая экзекуции. – Прямо на глазах бегу становиться серьёзной-серьёзной. Теряя по дороге части одежды и нормы морали. Песец, если мои мысли легки, то стальной лом плавает в воде!

– Стальной лом в воде тонет, – пробурчал лис, сосредоточенно дёргаясь и пытаясь вырваться. – А вот в ртути и правда плавает… Но зато в ртути утонет лом, сделанный из урана…

– Сам топи урановые ломы в ртути!

– Алиса, ну хватит уже!..

Лис взбрыкнулся особенно сильно и случайно заехал ногой по стене, на которой висела карта.

Мы с ним тут же замерли с самым искренним офигением пронаблюдали, как стена с жалобным скрипом рухнула и подняла огромнейшее облако пыли. Дружно закашляли… Но я почти сразу же замолчала, потому что кашляли почему-то ТРИ голоса.

Пыль слегка осела, и стало видно, что за рухнувшей стеной находится ещё одна квартира.

Старый диван, компьютерный стол с, собственно, компьютером. Куча каких-то аляпистых плакатов на стенах; разный хлам, описываемый ёмким термином «всякая хрень».

За компьютером на обшарпанном крутящемся стуле сидел худой парень немного постарше меня с всклокоченными тёмными волосами и совершенно круглыми глазами смотрел на нас.

Ох уж это неловкое чувство, когда случайно ломаешь стену в доме…

– Здрасте, – кивнула я, всё так же держа оборотня за шею. – А я тут по-соседски решила наведаться в гости… Потому что вонючие ублюдки не сказали, что здесь стены из картона!

– Ааааээээ… – невнятно промычал сосед. – П-привет… А ты кто?

– Человек. А ты?

Ну да, ну да – ничего оригинальнее мне в голову не пришло. Впрочем, и этого совершенно невинного вопроса оказалось достаточно, что поставить парня в тупик и заставить его вновь замолчать, продолжая хлопать глазами, глядя на нас с…

– Моя карта! – завопил Песец, вырываясь из моего захвата и бросаясь к оказавшейся теперь на полу стене. – Я над ней неделю работал!!!

– Сочувствую, – я шагнула в чужую квартиру и начала оценивать масштаб катаклизма. – Но тебе делать всё равно нечего, так что повторишь – не облезешь…

Честно говоря, ситуация была аховая. Во-первых, стенка и так держалась на одних лишь соплях и похоже, что на волшебном скотче. А сейчас она выломалась очень уж скверно, так что придётся повозиться…

Проблема номер два заключалась, что я люто ненавидела любые формы ремонта. И мне было жутко в лом делать хоть что-нибудь. Скорее уж занавесочку повешу, и всё… Один чёрт комната не моя, а моего невесть откуда появившегося названного хвостатого братика.

Так, стоп. У нас же есть хозяин земли, на которую мы совершили непреднамеренное вторжение!..

А ничего так парень – симпатичный. И не дохляк вроде бы, но и не качок. Только какой-то зашуганный больно… И всё смотрит. Не мигает даже вроде бы… Шок у него, что ли?

– Ну и что ты так смотришь на меня, отец родной? – упёрла руки в бока и сурово-ласкового взглянула на соседа. – На мне узоров нет и цветы не растут.

– Гхм, – прокашлялся парень, кажется, приходя в себя. – Извини, но просто ко мне не каждый день в дом вламываются незнакомые девушки.

– Можешь отметить этот день красным в календаре. Слушай, старина…

– Дарий.

– Ч-чего? – моментально сбилась я с мысли.

– Меня зовут Дарий, – тяжёло вздохнул сосед.

– Прими мои искренние соболезнования по поводу кошмарного имени, – бесстрастно произнесла я. – Меня сейчас, правда, волнует кое-что другое…

– И что же?

– Что ты делаешь сегодня вечером?

У парня моментально отвисла челюсть.

– Если ничего, то вот тебе моё предложение… Починишь стену, ОК?

– Это ещё с какого перепугу? – взгляд соседа из обалдевше-мечтательного стал весьма и весьма хмурым.

– Ну, мне недосуг… – скорчила я лёгкую гримаску.

– И мне не до них, – хмыкнул Дарий. – Вот только стену ломала ты вместе с этим пацаном. Кстати, я до сих пор не знаю, кто вы такие.

– Алиса Корнилова, – вежливо представилась я. – Можно просто Алиса Сергеевна. А это… ммм… мой младший и почти бесполезный братец… эээ… Слышь, морда, как тебя там зовут-то, а?

– О, времена! О, нравы! – горестно возопил Песец, воздевая руки вверх и обращая лицо к небесам. – Стены падают, цена на баррель нефти растёт, а эта женщина смеет называть себя моей старшей сестрой, но даже не помнит моего имени!

– Заткнись, – легонечко пнула оборотня и махнула рукой Дарию. – Можешь звать его «эй, ты!» или Песец – я его обычно так зову. Ну, так как насчёт маленького ремонта?

– Нет, – после некоторого колебания, ответил парень.

– Что, неужели ты не можешь помочь слабой девушке? – я состроила самое жалобное выражение лица и захлопала глазами.

Согласна, приём запрещённый. Но девушка я или где? Ну и самой ничего делать не хочется, чего уж там… Да и зачем что-то делать самой, если за меня это может сделать кто-то другой?

– Это слабая девушка только что проломила стену, – вяло огрызнулся Дарий, но по глазам было видно, что парень готов к капитуляции. – Я тебя вижу впервые в жизни – с чего бы мне тебе помогать?

– А, может быть, это любовь с первого взгляда? – с придыханием произнесла я и протянула руки к парню.

Дарий как-то странно вякнул и попытался отъехать назад на своём стуле. Запнулся о какую-то коробку, грохнулся на спину и до кучи придавился стулом.

Тааак… А парень-то из робких, видать, будет…

– Тяжёлый случай, – мрачно произнесла я, повнимательнее оглядываясь по сторонам.

А ну-ка!.. Скажите мне где вы живёте и, судя по этому гнезду, норе или стойлу, я скажу кто вы!

По виду – натуральная берлога холостяка со стажем. Хлам, грязь и беспорядок повсюду и везде. После дома, где папа заставлял заправлять кровать после сна чуть ли не по армейскому образцу и каждую субботу устраивал нам с братьями, как он называл – парково-хозяйственный день, у меня моментально одна рука потянулась за веником, а другая – стукнуть жителя такого свинарника.

Вся жизнь в этой квартирке, кажется, вертится вокруг компьютерного стола и самого компьютера. За ним едят, за ним иногда засыпают, но чаще тупо тратят время… Что ещё? Кучи дисков вокруг – в конвертиках, коробочках и стойках. Куча мультяшных плакатов… Как его там?.. Аниме, да? Китайские порномультики, которые. Где у всех персонажей глаза на пол-морды, вырвиглазные причёски и цвета волос.

Вот и здесь на всех плакатах были изображены какие-то девочкоподобные рисованные создания. С рудиментарными носами и ртами (как они только, убогие, дышат и кушают при таких условиях?), и волосами – цветом от белого до розового, а также грудью от нулевого до охрененного размера.

А ещё в комнате обнаружился старенький книжный шкаф… На полках которого не было ни одной книги. Зато имелось вдосталь… эээ… не знаю, даже. Кукол? Фигурок? Короче, те же анимешные девачкоиды имелись не только на плакатах, но и в виде маленьких скульптурок.

Ну, батенька, всё с вами теперь ясно…

Дарий стремительно упал в моих глазах с отметки «интересный парень» до «инфантильный дурак».

– Офигеть, – скривилась я. – Логово любителя китайских порномультиков.

– Аниме – не мультики, – возразил поднимающийся с пола Дарий. – И не китайские, а японские вообще-то.

– Но ведь порно? – подняла я бровь.

– Ни в коем случае! То есть… – замялся парень. – Есть и порно, конечно… Но есть же и порнофильмы! Это не повод относится предвзято ко всему без разбора!

– Фильмы – это фильмы. А раз рисованное – значит для детей. Иногда, правда, достаточно великовозрастных… – задумчиво протянула я, а затем резко хлопнула себя о бёдрам. – Ну, так что, мой извращённый рисованной порнографией соседушка? Как скоро ты починишь стену в нашем общем доме?

– И не подумаю! Я уже давно заметил, что эта стенка держится на честном слове и старался лишний раз не подходить, а вы мало того, что налепили на неё всякую фигню, так ещё и вынесли напрочь!

– Не кричи, не глухая, – поморщилась я. – Если ты ещё не заметил, то твоё мнение (безусловно, весьма важное) меня не волнует. Как мужчина ты должен уступить. Понятно? Ну, или мне будет по барабану – есть ли в моей квартире одна из стен или её нету. Всё равно это комната моего братца…

– Подожди-ка! Алиса, да?.. Алиса, мне вовсе не по душе, что в моё личное пространство кто-то будет вторгаться!

– Ну, вот и договорились, вот и чудненько. Тебя напрягает, что… эээ… в общем, тебя данная ситуация напрягает, а меня – нет. Так что устранить эту неприятность именно в твоих интересах, и я ратовала исключительно за твоё благо.

Дарий впал в ступор от такого извива моей логики.

– Ух ты! Арису-тян! Редчайший постер! Ограниченный тираж! – неожиданно послышался восторженный вопль Песца. – Был только в комплекте с платиновым изданием первого сезона!

Повернула голову на звук… И тихо уронила челюсть.

Лис-недоросль выделывал языческие танцы вокруг одного из плакатов, где под гламурного вида надписью «Прекрасная волшебница Арису-тян» была изображена очередная рисованная девочка. Она имела длиннющие – до колен, алые волосы и была одета в розовые сапожки, пышную юбку, корсет и перчатки по локоть. Также в наличии у неё имелась белая блузка, белые чулки и некое подобие белого же кружевного… чепчика, что ли… на голове. Всё это кукольное безобразие было богато обезображено многочисленными бантиками и рюшечками, а в руках эта девица держала серебристый жезл с навершием в виде золотой розы…

И надо ли говорить, что вид этой рисованной мымры до боли напоминал мой «боевой облик»!!!

Песец явно почуял что-то неладное, повернулся ко мне и моментально заткнулся. Потому что сейчас в моих глазах можно было прочитать только два слова – «убивать» и «расчленять».

– О, ты тоже смотришь этот сериал? – неожиданно оживился Дарий. – Правда он великолепный?

– Ага, – опасливо кивнул оборотень, косясь на меня. – За последние годы это лучшее, что сделали в жанре махо-сёдзе.

– О, да! Мангака – просто гений! Арису-тян – такая кавайная!

– Вы, двое, – глубоко вдохнула я, пытаясь успокоиться. – Хватит тут при мне непонятными словами говорить. Песец, на два слова.

Схватила лиса за ухо и потащила его в свою комнату. По прибытии зашвырнула его в кресло и нависла над оборотнем.

– Меня терзают смутные сомнения, животное… – нехорошо улыбнулась я.

– Не понимаю о чём ты, – нагло ответил Песец.

– Объясняю… – схватила двумя пальцами недоросля за ухо и слегка потянула вверх. – Так понятнее?

– Алиса, я честно не понимаю, о чём ты!..

– ОК, блохастый, докладываю голосом – какого чёрта мой боевой облик так похож на эту нарисованную девчонку?!

– Совпадение? – с надеждой предложил оборотень.

– Свежо предание, а верится с трудом. Ещё раз соврёшь что-нибудь столь же наглое – дам по шее.

– Алиса, клянусь, это вышло совершенно случайно, – забегали глазки мальчишки. – Просто при первом твоём воплощении мне необходимо было направлять этот процесс… И представить какой-то образ в качестве основы для твоей будущей боевой формы. А я ж не знал, что именно нужно! Вот и представил себе как мог волшебницу, которая сражается с монстрами…

– Два любителя китайских порномультиков – это уже толпа, – хмуро произнесла я. – И что, теперь уже ничего нельзя изменить?

– Прости, но нет. Если изначально делать автомобиль, то в самолёт его уже не превратить – можно лишь сделать внешний тюнинг и слегка изменить некоторые элементы, но ничего глобального.

– Слышь ты, глобалист вонючий… У тебя и внешний тюнинг получился откровенно паршивый – ты в курсе, нет?

– А, по-моему, ты в розовом смотришь очень даже миленько…

– Заткнись. Идём в рейд – мне срочно требуется кого-нибудь убить и расчленить.

* * *

– Почему именно «Хоккайдо»? – поинтересовался лис, когда мы с ним сели в автобус.

– Что-то мне подсказывает, что сегодня кишинов стоит поискать именно в этом торговом центре, – ответила я, бросая три десятикопеечные местные монеты в автомат, проворачивая колёсико на два оборота и получая два билетика. Машинально посчитала цифры на обоих – нет, не счастливые…

– Что-то? Задница, что ли? – ухмыльнулся Песец, после чего сразу же получил подзатыльник.

– Запомни, толстопуз. Задница – это у жирного тебя, а у меня – вполне себе попа.

Автобус тронулся и неторопливо покатился по прямым, словно линия, улицам Саппоро. Со своего места поднялся контроллёр и пошёл по салону, проверяя билеты – вот это меня, помнится, очень удивило в первую мою поездку в Эдзо. Никаких кондукторов и или прямой передачи денег водителю, а автоматы с билетами.

За окнами автобуса проплывал Саппоро – город, где причудливо смешались три разных культуры. Советская, японская и западная. Старые храмы-пагоды, ультрасовременные здания из стекла и бетона, а на их фоне – ряды панельных пяти- и девятиэтажек. Сплошные «тойоты» и «ниссаны» на улицах, но нет-нет, а мелькнут старенькие жёлтые с синей полосой полицейские «уазики». Или «волги», причём некоторые были на вид раритет раритетом. Один раз мелькнула даже самая настоящая чёрная «чайка» с правительственными номерами и в сопровождении двух джипов. Что интересно, этот маленький кортеж законопослушно остановился на светофоре и вообще никак не выпендривался на дороге.

Ещё пару раз увидела тентованые «уралы» и «камазы» с чёрными армейскими номерами. Эти, видать, были наши – российские, из пограничной морбригады, что стоит в Саппоро. Местные вояки в основном пользуются подержанными американскими и японскими грузовиками…

А ведь так даже и не скажешь, что другая страна. По виду – не так уж и выделяется на фоне городов Дальнего Востока. Но вот уже почти двадцать четыре года – всё-таки другое государство. Впрочем… Особо, чисто на мой взгляд, конечно, ничего не изменилось. Приехать сюда не сложнее, чем в другую область, да и остаться можно почти без проблем. Русский до сих пор считается здесь основным языком, так что можно не боятся, что на улице тебя не поймут. Да и к русским здесь относятся неплохо. Азиаты-с, дикари-с – никогда ничего плохого в лицо не скажут…

Климат ещё мне здешний очень нравится – не холодный, но и не жаркий. Морской к тому же. Так что особо аклиматизироваться и не приходится. Раньше, говорят, летом тут было дождливо, но в последние годы, видать, действительно что-то с климатом стало. Раньше-то здесь главным туристическим сезоном была зима – как-никак лучшие в Союзе горнолыжные курорты были. Да и сейчас многие не в Альпы предпочитают ездить, а в горы Хоккайдо или на юг Сахалина, тоже находящийся под властью Эдзо. И дешевле, и проще.

– Слушай, лис, а расскажи-ка мне ещё об этих кишинах.

– Что конкретно?

– Да что-нибудь… Что ещё не рассказывал.

Сидящий рядом со мной Песец задумчиво поёрзал, для солидности прокашлялся тоненьким голосом и начал:

– Вообще о кишинах мало что известно. Вероятнее всего они – небиологическая форма жизни. Между собой различаются очень сильно – как размерами так и обликом…

– Это я знаю – расскажи что-нибудь новенькое.

– Новенькое? Хм… Тогда держи последнее, что я знаю. Есть информация, что кишины в процессе поглощения душ могут эволюционировать разными путями. Полтора года назад, на Филиппинах был уничтожен демон в полсотни метров длинной… А полгода назад в Индонезии был побеждён относительно небольшой – не крупнее человека, кишин, который продемонстрировал владение холодным оружие и что-то вроде примитивных заклинаний, хотя никогда доселе такого не встречалось. Так что есть теория, что кто-то из них может развиться в огромное существо, а кто-то – в относительно небольшое, но очень опасное. Если мегакишин – это, скорее всего, нормальная ветвь эволюции, то второй вариант – это своего рода ответ на появление волшебниц…

– Нехило, – присвистнула я. – Слушай, а тебя такими сведениями часто снабжают или от случая к случаю?

– Если честно, то всему нашему выпускному классу дали по текстовому файлу месяц назад и больше никак не поддерживали, – вздохнул оборотень.

– У вас там совсем козлы в начальниках, что ли?

– У наших… начальников просто несколько другая психология, чем та, к которой ты привыкла. Кицунэ по натуре своей – одиночки, и это всячески поощряется и пропагандируется. Если у вас – у людей, совершеннолетие – это просто малозначащий факт, то для нас – важное событие. С этого момента кицунэ должен перестать зависеть от своих родичей и должен жить своей жизнью. Помогать ему… ну, мне, получается… теперь может лишь община. Но только в крайних случаях, когда я сам попрошу о помощи. А я, скорее всего, этого ни за что не сделаю.

– Какие мы гордые… – проворчала я. – И как только вы смогли выжить столько времени при таком людоедском общественном строе?

– А потому и выжили, что были по большей частью одиночками, – пожал плечами лис. – Но в то же время и имели какое-то понятие о взаимовыручке. Людоеды-великаны они были истинными одиночками, и люди перебили их всех по одному. А вот цутигомо – гигантские пауки, жили сообществами… И тоже вымерли, когда люди начали их уничтожать. Оказалось, что цутигомо просто не могут жить, если их мало.

– Всегда знала, что японцы – кровожадная нация. Во Вторую Мировую неплохо отличились – ничуть не хуже немцев с их лагерями смерти. Зато сейчас прямо все такие из себя милые, добрые и справедливые…

– Так было не только в Японии, но и много где в мире, – вздохнул оборотень. – Люди вообще склонны опасаться, а затем и ненавидеть всех, кто отличается от них…

– А то. Человеческое сообщество же. Чёрные вороны заклёвывают белую, крысы рвут себе подобных – мы с успехом превосходим животных в любом их начи…

Мир на секунду превратился в негатив. Погасли звуки, накатил резкий приступ тошноты и слабости. Я пошатнулась и еле успела опереться рукой на спинку кресла впереди себя. А затем медленно повернулась вправо и посмотрела в окно…

И тут же словно бы резко полетела вперёд над землёй. Впереди – перекрёсток. На нём направо. Прямо сто метров…

Время, стоп!

Машины на дороге почти замерли, двигаясь не быстрее увязших в сиропе мух. А затем, в воздухе над едущем по крайней правой полосе здоровенном бензовозе замелькали чёрно-багровые пиксели…

Возвращение в собственное тело было больше похоже на удар под дых. А вместе с этим вернулось и привычное течение времени…

Время! Его же почти не осталось!

– Алиса, тебе плохо? – обеспокоенно произнёс оборотень, наклоняясь ко мне. – Что с…

– Маскируй… – выдохнула я.

– Ч-что?

– Маскируй меня!

Обняла лиса за талию, прижала к себе покрепче, мгновенно перекидываясь в боевую форму, и резко ударила кулаком по стеклу. Толстое стекло разлетелось крупной гранённой крошкой, и я выпрыгнула прямо из окна едущего автобуса в обнимку с Песцом.

Теоретически прыгнуть вбок из положения сидя, да ещё с таким грузом – возможно. Практически – ни хрена, если у вас не мышцы и ловкость орангутанга.

Пружинисто приземлилась на тротуар, только чудом не врезавшись ни в кого из стоящих на нём людей, и огромными скачками понеслась вперёд. Срезала угол, оказалась на улице, идущей перпендикулярно той, по которой мы только что ехали.

– Бойся! – выпустила оборотня из объятий и прыгнула к едущей на полном ходу «тойоте-калдине».

Рывок, оттолкнуться правой ногой от земли, на краткий момент оказаться на крыше едущей машины, и тут же прыгнуть вперёд – к следующей.

Я неслась навстречу потоку автомобилей, перепрыгивая с крыши на крышу, и твёрдо держа в прицеле собственного взгляда едущий впереди ярко-оранжевый бензовоз. А над его крышей чёрно-багровые пиксели разорвали пространство, и из тёмного провала выскользнул демон.

Кишин был не особо здоровый – едва ли выше двух метров ростом, но на вид крепкий и ловкий. Слегка сутулая фигура, с черепом, напоминающим человеческий. Длинные передние лапы, увенчанные кривыми острыми когтями, и гребень тонких костяных шипов на загривке.

Демон одним ударом разорвал металл кабины бензовоза; прочь отлетел левый сегмент ветрового стекла. Тварь буквально воткнула лапу внутрь, достала оттуда человека и без особых затруднений откусила ему голову. В череп кишину брызнул фонтан крови из перебитых артерий…

А в следующий момент я оттолкнулась от крыши последнего автомобиля и прыгнула вперёд. Пролетела метр три, не меньше, и ударила кишину в грудь сразу с двух ног. Демона отбросила назад, и он лишь в последний миг успел зацепиться левой лапой за стальной гриб люка цистерны.

Приземлилась на крышу едущего полным ходом бензовоза, восстановила равновесие, выхватила из-за спины пиломеч и рванула вперёд. Шаг, ещё шаг. Размашистый удар должен был снести кишину череп… Но демон успел сблокировать клинок когтями правой лапой, а сам в это время нанёс стремительный удар ногами. Еле успела отпрыгнуть назад, а тварь, пользуясь моментом, запрыгнула на верх цистерны.

Бью по диагонали сверх вниз, целясь в основание шеи. Кишин отклонился влево, пригнулся и одновременно махнув правой лапой. Прогнулась назад, так что когти демона лишь проскрежетали по металлическим чешуйкам корсета. Отшибить клинком вниз ещё один удар, стремительный тычок в грудь монстра. Тот вновь уклоняется, но остриё пиломеча, вокруг которой колеблется призрачная кромка мономолекулярных зубьёв, всё же зацепляет демона и рассекает тому шкуру.

Кишин наносит вспарывающий удар когтями правой лапы сбоку вверх. Слегка отклоняюсь в сторону и поворачиваюсь влево, захватывая руку твари. Завершить поворот, толкнуть оказавшуюся в опасной близости тушу демона правым плечом и перебросить его через себя, с силой впечатывая в и так уже искорёженную кабину бензовоза.

Сила удара оказалась такова, что монстр пробил собственным телом крышу и оказался среди мешанины изорванного металла и осколков стекла. Бросила быстрый взгляд вперёд…

Твою мать!!!

Перекрёсток! А мы несёмся километров под шестьдесят в час на красный свет!

Обернулась по сторонам и прыгнула вперёд, на лету пряча пиломеч за спиной. Ювелирно точно приземлилась на подножку. Правой рукой зацепилась за держатель зеркала заднего вида около водительского места, а левой вцепилась в руль и резко крутанула его вправо.

Многотонный четырёхосный бензовоз резко свернул в сторону, по пути разворотив капот какой-то неудачливой легковушки, ударился о бетонный бордюр и подлетел в воздух. Пронёсся по воздуху полдесятка метров, смяв лёгкое сетчатое ограждение вокруг какой-то стройки, и полетел дальше. Отпрыгнула в сторону, молниеносно доставая левой рукой «кольт» и на лету начала стрелять в цистерну.

Бензовоз проломил кабиной чёрную кирпичную стену первого этажа какого-то строящегося здания и наконец-то остановился. А в следующий миг полыхнул ослепительной – ярче полуденного солнца, вспышкой. В стороны полыхнул жидкий огонь и куски кирпичей, а машину буквально разнесло на части.

Врезалась спиной в стоящий под наклоном дощатый щит, разломав его в щепки. И тут же резко откатилась в сторону, а в то место, где мгновение назад я приземлилась врезался иззубренный кусок металлической обшивки. Отплёвываясь от попавшего в рот песка, земли и щепок, поднялась на ноги и ухмыльнулась, глядя на огромный полыхающий костёр.

– Гори, еретик, гори!.. – радостно воскликнула я, но тут же заткнулась.

Где-то поблизости раздался отборный разноголосый мат, так что я поспешила максимально быстро выйти из боевой формы. И, несмотря на лёгкое головокружение и тошноту, развила максимально доступную мне скорость, унося ноги подальше от места подвига.

Уже спустя пару минут, кое-как приведя себя в порядок, я вместе с десятками других зевак толпилась неподалёку от взорвавшегося бензовоза и добросовестно глазела на полыхающее пламя, время от времени оглядываясь по сторонам – не появится ли на горизонте Песец?..

Убегать сейчас было бы слишком подозрительно, а вот затеряться в толпе – очень даже разумно. Пока ты не просто среди других людей, а именно что в Толпе, то ты почти невидим и неуязвим… Плюс моя маскировка наверняка спала и меня мог кто-то заметить, так что вполне возможно, что сейчас уже ищут неизвестную подозрительную девушку…

А мы затаимся, а мы никуда не побежим… Пока что.

– Алиса! Алииисааа!..

Знакомый голос… Песец, я уже иду!

Протолкалась сквозь толпу и почти сразу же обнаружила нарезающего круги оборотня.

– Алиса! – обрадовался лис. – Уф… Хорошо, что ты в порядке…

– Да какой там порядок! – с досадой воскликнула я и растопырила пальцы на левой руке. – Смотри! Я из-за этого урода три ногтя сломала!

– Ты в своём репертуаре, – расплылся в довольной улыбке мальчишка. – Кишин?..

– Я засунула его в кабину бензовоза, который расплющило об кирпичную стену, а потом взорвала его к чёртовой матери. Если он не сдох, то я тебя поцелую.

– А вот угрожать не надо, не надо мне тут угрожать…

– Лучше скажи – как долго ты меня маскировал?

– Более-менее. До того, как автомобиль свернул с дороги – гарантировано. После – тебя могли увидеть, хотя вероятность этого всё же невелика.

– Это хорошо… – облегчённо вздохнула я, но тут же едва не подпрыгнула. – А камеры? Тут же везде на улицах камеры наблюдения!

– Нет, активно излучающие магию объекты цифровые видео- и фотокамеры не фиксируют – там будет лишь размытое пятно, вместо человека. В общем, можешь не бояться.

– Это радует…

Глава 8. Да, я наведу порядок

– «…по свидетельствам очевидцев на месте аварии была замечена молодая девушка, выпрыгнувшая из кабины бензовоза непосредственно перед взрывом. Её личность и степень причастности к происшествию в настоящий момент уточняется. Из особых примет были названы длинные – явно крашенные, волосы красного цвета…»

– «Можешь не бояться – тебя никто не видел», – противным голосом передразнила я Песца, отвешиваю ему подзатыльник и останавливая онлайн-трансляцию новостей. – Дегенерат!

– Ой, что теперь будет… – горестно схватился за голову лис. – Ой, что будет!..

– Что, теперь по башке настучат? – мстительно произнесла я.

Оборотень лишь сильнее запричитал что-то невнятное и начал раскачиваться, сидя на табуретке. Понаблюдала за ним минуту. Две. Пять.

Песец не успокаивался.

– Ну, хватит уже. Не убивать же тебя буду в конце-то концов.

Лис тоскливо посмотрел на меня.

– Если нарушение режима секретности повлечёт за собой гибель кого-то из кицунэ – меня казнят.

– Казнилку пускай сначала отрастят для таких дел. Иначе я им лично лапы повырдергаю, в задницу вставлю и скажу, что так всегда и было.

– Ты просто не понимаешь о чём говоришь… Это всё равно… Это всё равно, что в одиночку идти против целого государства.

– Надо будет – пойду, – отрезала я, откладывая ноутбук в сторону и вставая с табуретки.

Подошла к лису, взъерошила его белобрысые волосы.

– Слушай сюда, Песец. Третировать тебя – это моё исключительно право. Врубаешься, мой упитанный, но недалёкий напарник? Ты меня уже не раз спасал, а я добро помню. Если к нам кто-нибудь сунется – дадим по щам любому. Хоть оборотням, хоть вампирам, хоть ЦРУ. Ты чего паникуешь, а? У вас что, колдовать умеют, а чистить память – нет? Ни за что не поверю. Да уже завтра наверняка ко всем очевидцам нагрянут дяди-оборотни в дорогих костюмах, посветят фонариком в глаза и скажут – «это был взрыв болотного газа»!

– В первых раз вижу такого злобного оптимиста, – бледно улыбнулся мальчишка.

– Фигня, братец. Я верю в хорошее, потому что иначе кому-то сильно не поздоровится. Всё, успокоился? Ну, вот и чудненько. Давай съедим чего-нибудь, а? Я всегда на нервной почве что-нибудь ем и мне сразу же становится лучше.

– И как ты только не растолстела…

– А это у меня конституция просто такая. Сгоняем до магазина и купим чего-нибудь там, или может пиццу закажем?

– Я бы от жареной картошки сейчас не отказался.

– Я бы тоже…

Синхронно принюхались.

– Слушай, мне кажется или действительно пахнет жареной картошкой? – спросила я.

– Мне тогда почему-то то же самое кажется…

Озарённая внезапно пришедшей догадкой, схватила оборотня за руку и потащила в его комнату…

Так и есть – аппетитные запахи из соседней квартиры, проход в которую так и был открыт.

– Ммм! – втянула я носом аппетитнейшие запахи. – Обнаружено открытое месторождение минерала ЖРАТ! Вперёд!

Задумчиво напевающий что-то себе под нос Дарий был обнаружен на точно такой же крохотной кухне, как и моя. В руках парня была лопатка, которой он помешивал жарящуюся на огромной сковороде картошку. Взял пару яиц, разбил их и вылил туда же, а затем повернулся к мусорному ведру, чтобы выкинуть скорлупу…

И естественно обнаружил нас с оборотнем.

– Прювет, – я была сама вежливость. – А мы тут по-соседски к тебе заглянули…

– Ага, мимо проходили просто, – поддакнул Песец.

– В следующий раз будете проходить мимо – так и проходите мимо, – буркнул Дарий. – Чего вам ещё от меня надо?

– Ты чего стенку ещё не починил, сосед? У тебя же целый день был в запасе!

– В отличие от некоторых, я вообще-то работаю.

– Поздравляю, – огрызнулась я. – Но неужели было так трудно придумать хоть что-нибудь?

– А сами тогда чего ничего не сделали? – перешёл в контрнаступление парень.

– Ты из нас самый мужчинистый мужчина, так что тебе и карты в руки. Или ты со своими порномультиками уже настолько деградировал, что не только гвоздь забить не можешь, но и скотчем воспользоваться?

– Девушка, а вы ничего не попутали?! Сначала ломаете стену, потом что-то от меня требуете, а под конец ещё и оскорбляете! И скотча там нужно больше, чем его существует в природе!

– Поделись с нами едой, и я тебе всё прощу, – выдала я. – Съедим жареную картошку мира?

Дарий аж оцепенел от такой неслыханной наглости.

– Вы, оба! Живо выметайтесь отсюда! – нас с лисом схватили за плечи, развернули и начали активно выталкивать прочь.

Оборотень бросил прощальный, полный невыразимой тоски взгляд на сковородку с картошкой…

Если честно, то я могла бы скрутить этого парня сразу несколькими способами. Можно было вывернуть ему руку и зарядить под дых, или развернуться и засветить коленом в пах, или резко остановиться и долбануть затылком в лицо… Детство, прошедшее в атмосферы старой как мир забавы – драка двор на двор и улица на улицу, не располагало к вдумчивому пережёвыванию соплей.

Но я же ведь не такая тварь, чтобы делать подобные гадости? Поэтому вполне покорно повиновалась депортации и не пищала…

Что я – будильник или мышь, чтобы пищать?

– Так ты далеко не уедешь, старина, – стрельнула глазами в Дария. – Симпатичная девушка заходит в гости, а ты её выгоняешь.

– Эта симпатичная девушка нацелилась на мою еду! – возмутился парень, но выталкивать нас стал менее активно.

– Ну и поделился бы – ты же не жмот, верно? – неожиданно вмешался оборотень. – Мы с сестрой маленькие и кушаем тоже мало – не объели бы тебя. И пиццу бы на всех заказали.

Во даёт, пушистый! Как он лихо моими финансами заочно распорядился, а? Хотя… Ну да, я бы так – чисто угостилась… Да и сама могла бы чем-нибудь угостить… Я может и жадина, но не жмот!

Парень постепенно начал замедлять ход, а когда до рухнувшей стены между квартирами оставалось два шага и вовсе остановился. Почуяв колебания, я моментально повернулась к соседу, состроила максимально невинный вид и захлопала ресницами.

– О, Боже мой… – горестно закатил глаза Дарий. – А по-нормальному подойти было не судьба? И откуда вы только такие варвары на мою голову свалились, а?

– Из Варваристана вестимо, – улыбнулась я. – Ну что – мир?

– Скорее перемирие, – хмыкнул парень. – Пошлите уже… Соседи… Хоть по-человечески познакомимся.

* * *

– …Ну, я после школы решила учиться в Эдзо, ну и пораньше приехала, чтобы отдохнуть немного перед экзаменами… У вас же тут скоро праздник какой-то, да? Захотелось посмотреть вот чего-то, – вдохновенно сочиняла я, уплетая пиццу. – А эта мелочь – вообще-то мне не родной, а двоюродный брат. Местный – здесь живёт, а пока что у меня просто гостит.

– Я вообще хочу в этом районе учиться – тут очень хорошая гимназия есть с уклоном в информационные технологии, – Песец по уровню вранья от меня тоже мало отставал. – А ты учишься или работаешь?

– И учусь, и работаю, – ответил Дарий, несколько диковато смотря на нас с оборотнем. Видать, всё ещё не мог до конца поверить в столь наглую интервенцию на его территорию… – Ты куда поступать собралась?

– Морской биологический на отделение биоресурсов.

– Губа не дура, – присвистнул парень. – А отделение-то не из дешёвых…

– Фигня. Главное – мне нравится. Какой смысл идти куда подешевле, а потом сожалеть о бесцельно потерянном времени?

– Хм, тоже верно…

– А ты где учишься? Работаешь? – поинтересовалась я.

– В техникуме на автомеханика. И в автосервисе неподалёку подрабатываю.

– И как – нравится?

– Ну, как сказать… – поморщился мой сосед. – В моторах я всегда неплохо разбирался, а так вариантов особо нет – на универ мне не заработать, а на бюджет я со своими оценками не пройду.

– Сочувствую, – равнодушно бросила я.

– Слушай, Дарий, а ты, я смотрю, аниме увлекаешься, да? – вмешался в разговор Песец.

– Ага. Тоже смотришь?

– А то! Тебя, кстати, как звать-то? А то твоя сестра только всякую ерунду несёт…

– Костя я. Ты по каким жанрам больше?..

– Махо-сёдзе и меха.

– А я…

– Слушайте, можно не обсуждать эту хрень, когда я рядом? – раздражённо произнесла я. – Ладно эта мелочь до сих пор из детства не вышел, а тебе ж вроде лет побольше, чем мне. Ты какого чёрта мультики до сих пор смотришь?

– Алиса, аниме – это не мультики, – вдохновенно начал Дарий. – Это такие анимационные фильмы…

– Раз рисованное – значит, мультики, – отрезала я. – А раз мультики – то для детей, а не для нормальных взрослых людей.

– Да ты хоть что-нибудь смотрела вообще?

– Да так, иногда что-то по телевизору попадалось… «Покемоны» там всякие, ещё какая-то фигня…

– Тебе просто нужно попробовать посмотреть что-нибудь более хорошее, типа работ Миядзаки…

– «Тебе надо попробовать», – гнусавым голосом передразнила я. – Ты сейчас говоришь как законченный наркодиллер. Вон, братца лучше моего агитируй, а при мне эту дрянь даже и не думай пропихивать. Живёшь в берлоге извращенца-любителя порномультиков – твоё право. Но других агитировать нечего – понял?

– Хмм… – нахмурился Дарий. – Откуда столько негатива-то? Такое ощущение, что анимешники тебе в тапки нагадили или последний пирожок стащили…

– За такое я бы вас, идиотов, вообще убивала. Мне просто не нравится, что кто-то загаживает свой мозг всякой чужеродной ерундой. Нормальный человек, а уж тем более неяпонец это ваше аниме никогда не поймёт – там же по умолчанию чужой культурный код вшит…

– Алиса Корнилова – видный японист и анимевед, – подал голос оборотень.

– Заткнулся и скрылся в ужасе, – огрызнулась я. – Чтобы убедится, что мясо протухло необязательно съедать целый килограмм.

– Тяжело с ней, наверное? – сочувственно поинтересовался у лиса парень.

– Ты просто не представляешь насколько… Это же ходячая техногенная катастрофа…

– Не умничай, морда – тебе то не идёт. Дарий, соседушка… – резко сменила я тон с ворчливо-раздражённого на максимально ласковый.

Насколько я знала, такие перепады поведения здорово выбивают собеседника из колеи. Когда говоришь со спокойным человеком – его реакцию предугадать несложно, когда говоришь с буйным – тоже, а вот если у человека периодически полностью меняется стиль поведения…

– Дарий, соседушка… Смотрю, у тебе в доме беспорядок такой, – обвела я рукой крохотную кухню, на которой мы все втроём ужинали. – Может тебе помочь с его устранением, а?

– Ты не похожа на альтруистку, – подозрительно прищурился парень. – Что взамен?

– Ну, как я заметила, ты неплохо готовишь… – несколько смущённо заявила я. – Может, мы тебе будет продукты доставать, а ты на всех будешь готовить? Если что – мы с братиком совсем немного кушаем!

– Феерическая наглость, – Дарий аж восхитился. – Девушка, вам бинт случаем не требуется?

– Зачем мне бинт?

– Да, боюсь, что у тебя, Алиса, таким макаром когда-нибудь харя треснет…

– Так, – закончила я придуриваться, встала и ударила кулаком правой руки по раскрытой ладони. – Теперь уже без шуток. Предложение такое: я снабжаю тебя продуктами и помогаю в уборке – ты готовишь.

– А сама чего?..

– Я готовить умею, если ты про это. Но делать это просто ненавижу… Так каков твой ответ?

– Хмм… – ненадолго задумался парень. – В принципе, выглядит привлекательно… Хорошо, пусть будет так.

– Ударим по рукам? – улыбнулась я, протягивая руку.

– Да без проблем, – протянул Дарий руку в ответ… И удивлённо уставился на неё, когда я вложила в неё грязную тарелку.

– Пункт первый – моешь посуду. И не только ту, из которой мы ели, а и все твои магометанские горы грязных тарелок. А то там просто ужас! Ты хоть видел какая там у тебя плесень колосится? Ещё пара недель, и она изобретёт каменные топоры и копья, и пойдёт завоёвывать соседнее племя прокисшего супа, – ткнула пальцем в лиса. – Теперь ты, недоразумение. Быстро находишь веник, совок, тряпку и мыло. Сроку тебе пять минут. Всем всё понятно?

– Я, кажется, чего-то не понимаю… – протянул Дарий. – Ты же говорила, что поможешь с уборкой!

– А я и помогаю. Вы же скорее грязью зарастёте, чем приберётесь без чьего-нибудь пинка. Так что моя руководящая роль в этом деле незаменима и бесценна! Рота, подъём!!!

* * *

– …О, Боже! Ты зачем такую пылюку развёл, Дарий?

– …И что с того, что ты подметаешь? Водичкой сначала на пол побрызгать – не судьба?

– …Ну что, братец мой? Сейчас я тебя буду… озадачивать…

– …Кроши мыло в воду.

– …Братец, не задавай албанских вопросов.

– …Нож возьми и стругай.

– …Дарий, не жмоться – это всего лишь нож!

– …Он у тебя что – единственный нож на всю квартиру?

– …Ничего, помоешь. Мыло – не грязь.

– …Жмот. Дай тогда ненужную одноразовую бритву.

– …На! Стругай ею.

– …О, Господи! Да не лезвиями, дубина сталебросовая! Ручкой! Тут бритвенная острота не нужно – просто шкрябай мыло мелкой стружкой в воду, а потом взбалтывай до образования пены.

– …Активнее, активнее! Шевели лапами, братец. Надо больше пены!

– …В смысле – не пенится? А, ну-ка дай-ка…

– …Идиот! Ты зачем холодную воду налил? Ты бы ещё льда из холодильника приволок! Живо за горячей водой!

– …Тщательнее окна мой, Дарий, тщательнее. И про рамы не забудь – там у тебя грязюки просто невероятное количество…

– …Точно всё протёр? А если найду?

– …Ты не на пол смотри, а на мой палец. Что это по-твоему – пыльца ванильной орхидеи? Это, батенька, пыль – то есть отмершие кусочки кожи и волос. Приятно ведь мертвечинкой дышать, правда?

– …«Как приятно у трупа смердящего перегрызть сухожилия ног… И вонючего мяса скользящего отрезать полфунта кусок. Шкуру с мертвеца сдирать и жевать, жевать, жевать – тёплым гноем запивать…»

– …Какие мы, однако, нежные! А в грязи жить, значит нормально?

– …Вообще-то это твоя квартира, так что следить за порядком здесь должен в первую очередь ты сам.

– …Может мне ещё одеть наряд горничной и звать тебя «молодой хозяин»?

– …Ты чего ржёшь, лисья морда?

– …Я тебе сейчас покажу «боевую служанку Алису»!!!

– …Ах! Мужчины валяются у моих ног… Ты, лисёнок, мне скажи, да всю правду доложи – я ль на свете всех милее, всех румяней и белее?

– …Не, всё в порядке.

– …Да говорю тебе, Дарий – всё путём. Не помрёт эта морда от того, что я на него ноги сложила.

– …Кусать?! Меня?!!!

– …Тэк-с… А это что у нас такое? Явно мусор…

– …А?

– …В смысле, не выкидывай?

– …Слушай, каждый, конечно, сходит с ума по-своему, но вообще-то куклы в твоём возрасте и при твоём поле – это уже перебор. Тем более что у этой не хватает головы, так что её можно спокойно…

– …ЧТО ЗНАЧИТ – ТАК И ДОЛЖНО БЫТЬ?

– …То есть в этом твоём порномультике…

– …Ладно, не в твоём. То есть в этом порномультике…

– …В этом мультике…

– …В этой херне!!! Этой тёлке отгрызли голову! И ты оторвал этой кукле голову, потому что!..

– …Стоп.

– …Прям отгрызли?

– …ПРЯМ ПОКАЗАЛИ?!

– …Поганые извращенцы…

– …Инопланетяне, блин. С Тау Кита.

– … Да японцы, кто же ещё!..

– …По-твоему нормально вставлять ТАКОЕ в мультик?

– …Это пофиг.

– …Всё равно пофиг.

– …Если поискать, то и в «Ну, погоди!» можно найти аллюзию на архетипы Юнга и тональ с нагвалью.

– …Понятие не имею, что означают эти слова – я просто формулировку где-то услышала, и она мне понравилась.

– …Слушай, хватит уже языком чесать – иди лучше свой кукломогильник почисти.

– …Потому что кукломогильник. Потому что эти твои фигурки – суть есть маленькие мёртвые девочки.

– …А, по-твоему, они живые, что ли?!

– …Блин, да убери ты их сначала в какую-нибудь коробку и спокойно протри полку.

– …А ты чего там делаешь?

– …Братец, насекомое ты существо. Ты бы ещё пальцем вытирал! Смотри сюда – берёшь и широкими круговыми движениями…

– …Господи, какие же вы, мужчины, беспомощные…

– …Иди к мамочке…

– …Ля-ля-ля.

– …А? Какая коробка? Ой, у меня в руках коробка! А что это в ней? Ой, куколки!..

– …Выкинуть, конечно же. Дарий, тебе уже сколько? Двадцать лет, блин! А ты в куклы всё играешь! Иди и отнеси их в ближайший детский садик!

– …Кстати… А почему именно куклы-то? Ладно бы роботы или солдатики… Слушай, ты что…

– …Да не… Не парься – нормально всё. Я тебя не осуждаю… Да и никто не осудит – ваши права в последнее время везде защищают…

– …Ваши.

– …Ну, геев.

– …Ха! А ты мне покажи пацана, который играет в куклы и не имеет никаких отклонений! Слушай, даже у меня была коллекция бронемашинок…

– …От лесбиянки слышу!

– …А что это у нас, а? Ну-ка, ну-ка…

– …Что такого есть в этом шкафу, что ты меня к нему не подпускаешь? Коллекция стрингов или расчленённый труп, хи-хи?

– …АААААА! Твою мать!

– …У тебя аниме головного мозга! Ты на хрена из шкафа такую помойку сделал?! Ты зачем в него доску запихал?! Она же меня чуть не убила!

– …Прикалываешься, что ли?

– …ЭТО – МЕЧ?

– …Ты ролевик, что ли? Элберет Гилтониэль и всё такое, да? Бегаем по лесу с мечами из лыж и изображаем из себя эльфов и орков…

– …А, косплей, что ли?

– …Да, я в курсе, что это такое.

– …Мне необходимо знать врага в лицо, чтобы определить его при встрече.

– …То есть, ты наряжался в эти кошмарные обноски, брал доску, которая на самом деле меч, надевал парик, и тем самым… эээ… косплеил какого-то своего анимешного персонажа… Я ничего не перепутала?

– …Ты больной.

– …Я не обзываюсь, а всего лишь констатирую факт.

– …Нет, я знала, что косплей – это наверняка какое-то извращение, но чтобы так…

– …Я видела карнавалы по телевизору – Рио-де-Жанейро и Венеция, например. Там – круто, а у вас, если все наряжаются во что-то подобное – не карнавал, а скорее гей-парад.

– …Да ладно, не обижайся, Дарий – я же так, шутя…

– …Ага, в курсе. У меня очень своеобразное чувство юмора.

– …Ладно, извиняюсь!

– …А ты чего уши развесил? Ускорение тебе придать, толстобрюхий? Эх, раззудись бедро, размахнись нога!..

– …Бамбарбия. Кергуду.

– …А это значит, братик, что у тебя два варианта трактовки моих слов – или я пошутила, или в случае отказа исполнить мои требования, я тебя… Эээх! Зарэжу. «Лис, тушёный в собственном жиру»… Ммм! Ням-ням!..

– …Ну-ка, живо все за уборку! Местность должна быть зачищена уже сегодня!

* * *

В принципе Дарий оказался довольно неплохим парнем, хотя и немного застенчивым. Зато не пытался с первой же секунды знакомства подкатить ко мне или просто повыпендриваться. Ну, анимешник, конечно… Впрочем, как я поняла, большую часть времени он был вполне нормален – главное, не касаться темы этих мультиков.

Вместе поужинали – с Дария была картошка, которую он с долгим ворчанием разделил на всех, а с меня – заказанная пицца. Посидели, немного поболтали о том, о сём, и разошлись.

Кстати, а без стены-то, оказывается, вполне удобно… Может, и не ремонтировать её в таком случае? Проще будет унюхать, если Дарий опять займётся кулинарией…

Впрочем, сейчас надо думать вовсе не о набивании собственного брюха…

– Можешь объяснить, почему эта штука глючит? – уселась на кровать, скрестив ноги и похлопывая по браслету-радару, который теперь всё время украшал моё левое запястье.

– Вряд ли, – покачал головой сидящий напротив меня в кресле лис, копаясь в ноутбуке. – И это мне совсем не нравится – раньше такого не было. Если кишины начали эволюционировать, то это может осложнить нашу задачу… Как ты, кстати, почуяла демонов в те разы?

– С тем, что прикидывался машиной – даже сама не знаю. Просто почувствовала на себе нехороший взгляд… И чем-то мне эта машина сильно не понравилась.

– Просто ощущения или что-то ещё? – уточнил Песец.

– Так… – я прикрыла глаза, вспоминая те события. – И ощущения тоже, но не только. Сначала мне её цвет не понравился: «Кроуны» – они ведь обычно всегда или белые, и чёрные. Вот сколько живу – только эти два цвета и встречала. А тут красный. Причём, какой-то очень яркий, режущий глаз… И… Да! Вспомнила! У него в лобовом стекле ничего не отражалось.

– То есть оно было непрозрачное?

– Н-нет… Понимаешь, любое стекло всегда хоть что-нибудь отражает типа плохонького зеркала. А там было просто стекло – не ставят такие на машины.

– И вот таких мелочей тебе оказалось достаточно? – хмыкнул оборотень. – Да ты просто прирождённый сыщик, Алиса.

– Да сама в шоке, – в тон лису ответила я. – Это я сейчас тебе так складно рассказываю, а тогда просто чувствовала на себе чей-то взгляд и чуяла нехорошее.

– Так… Что ж, с этим хоть что-то ясно. А во второй раз? Ты просто разбила стекло, схватила меня и побежала.

– А вот там, братик, всё было куда как интереснее… Сначала – приступ тошноты и на пару секунд всё вокруг стало как в негативе. А потом я как будто бы полетела вперёд и увидела, как над бензовозом появляется этот пиксельный разрыв…

– Прости, что?

– Разрыв, откуда появляются кишины. Он на кучу пикселей похож. Ну, знаешь, когда картинка плохого качества, а ты её увеличиваешь и всё расплывается квадратами.

– Хм… – потёр лоб оборотень. – Занятная аналогия. Что-нибудь ещё?

– Да, вроде бы, нет…

– Вроде бы или точно?

– Ммм… Точно. Да! Ничего больше не припоминаю.

– Интересненько… – протянул лис, что-то лихорадочно выстукивая на клавиатуре ноутбука.

– И что? Это тебе как-то помогло? – полюбопытствовала я.

– Ни капельки, – безмятежно ответил Песец.

– А чего ты тогда там так активно вычисляешь?

– Да так… Ты не поймёшь.

– Я всё-таки рискну…

Прыгнула к Песцу и едва успела подложить руку под захлопываемую крышку ноутбука. Отобрала аппарат у недовольно пищащего лиса, открыла и вгляделась повнимательнее в то, что он там печатал…

– «…Если ты не понял глубокого смысла, заложенного в этот сериал, то это твои проблемы. И рисовка там вполне на уровне, а состав сейю – вообще просто великолепный. Песни в их исполнении…» Так, что такое сейю?

– Это актёр, который озвучивает персонажа… – оборотень спохватился и заткнулся, но было уже поздно.

– …персонажа из аниме, – понимающе кивнула я, а затем схватила наглую мелочь за ухо. – Песец, ты охренел?! Мы тут о стратегии думаем, а он на анимешных форумах зависает!

– Ну, раз я ничем не могу помочь, то почему бы мне и не заняться своими делами? – ответил оборотень и заработал вполне заслуженный подзатыльник.

– Нет у тебя никаких своих дел, животное, и быть не может. На тебе лежит задача обеспечивать меня информацией относительно того, в чём я ни фига не компетентна. Врубаешься, сволочь?! Так что выбирай свою смерть уже сейчас – тебя быстро убить или помучить?

– Желательно, конечно, помучиться…

– Заметь – не я это сказала…

* * *

…Я критически оглядела дело рук своих и нашла работу вполне достойной.

– Ну и что дальше? – усаженный в кресло Песец был надёжно скручен по рукам и ногам скотчем. – Бить будешь?

– Не бить, а проводить воспитательную процедуру, – наставительно произнесла я. – Анимешные песенки, значит? Ну, ты сам пожелал помучиться…

Отпрыгнула назад, приняла картинную позу, ткнула пальцем в оборотня и невыносимо пафосным тоном воскликнула:

– Вот и настал час расплаты, Раджа! За поруганную честь Зиты и Гиты сегодня я отомщу тебе!

Песец обладело икнул.

– Но сначала я и сорок моих слонов споём тебе несколько песен…

Я знаю пароль, я вижу ананас!

Я верю, что еноты придут спасать нас!

Я верю в бобров, их видела не раз!

Я знаю кто украдкой сбивает ГЛОНАСС!

Я знаю пароль, я выпила кефир!

Не верю я рекламам, мне нужно в сортир!..

– НЕЕЕЕЕТ!!!

Глава 9. Да, ты не одна

– «…Мораль песни такова: ни мертвецы и не вампиры

Не опасны так для жизни, как прогнившие сортиры.

Так что, жители деревни – Мани, Вани, Саши, Пети,

Наведите марафет в любимом сельском туалете!

Туалет! И лучше кайфа нет!

Чем новый туалет: стоит в саду сверкает, отражая солнца свет!

Сельский туалет! И лучше кайфа нет!

Стоит в саду сверкает, отражая солнца свет!..»[1]

– Силы древние и всемогущие, спасите и помилуйте… – Песец, казалось, сейчас заплачет.

Бедняга… Мне его было даже жаль… Немного. Чуть-чуть.

Вчера в наказание я ему спела десяток песен… Что было очень жестоко, учитывая, что петь я любила, пела громко и с вдохновением, но голосом и слухом была обделена с самого детства. Помнится, все мои учителя музыки в начальной школе тактично просили меня не петь слишком уж громко и исключить из своего репертуара группы типа «Сектора Газа».

Так что теперь лис шарахался каждый раз, когда я начинала что-то мурлыкать себе под нос.

То есть достаточно часто.

– Алиса, может уже пойдём домой? – заканючил лис. – Я устал!

– Чего ты там устал, морда? Мы же просто сидим.

– Я сидеть устал, – заявил оборотень. – Тут жёстко.

– Жёстко, мой хороший? – ласково произнесла я и спихнула Песца с каменного бордюра. – Тогда иди побегай, дружок: бегать – это мягко.

– Да что вообще мы забыли на этой набережной!

– Если ты не забыл, морда, то сегодня данный сектор входит в зону моего патрулирования. Впрочем… – бросила взгляд на тонкий браслетик наручных часов, которые пришлось переселить на правое запястье. – Нам уже пора – выдвигаемся в следующий сектор.

– Помогите… – прошелестело где-то рядом.

– Чего?

– Что «чего»? – удивился Песец.

– Ничего не говорил? – несколько растерянно переспросила я. – Значит послы…

– Помогите…

– Да ни фига, – я встала и начала оглядываться по сторонам.

Послышалось? Показалось? Нет, теперь я уверена, что кто-то действительно звал на помощь. Кто? Где? Чёрт. Его. Знает.

Неожиданно резко потеплел браслет, но багровых искорок в нём не появилось. Рядом кишин? Эффективная дистанция моего наручного радара – около двадцати метров. Реагирует непосредственно на демона или на вот-вот откроющийся межпространственный проход – выяснено методом тыка. Вот только что-то ничего я не вижу…

Улица, идущая вдоль берега реки. Только в прямой видимости три переулка. А кишин где-то здесь. Вот только где именно? З-зараза!.. Так, центральный… Слишком большой. Правый… Правый мне просто не нравится. Значит – налево!

– Бегом за мной, урод близко!

Сорвалась с места и понеслась вперёд. Пыхтящий лис побежал следом за мной спустя пару секунд, но почти сразу же догнал меня – неуклюжим и медлительным он был только в своей звероформе. Будучи человеком, Песец мало чем отличался от большинства мальчишек его возраста.

Добежали до обочины дороги, свернули к ближайшему пешеходному переходу и резко метнулись на ту сторону. Хорошо, что почти сразу после начала своего импровизированного патрулирования я решила, что выглядеть красиво и привлекательно – это, конечно, здорово, но удобство – ещё лучше. Бейсболка, спортивный костюм и кроссовки – именно то, что доктор прописал!..

Переулок, на который я нацелилась был неасфальтированным – сплошные лужи, грязь и точечно насыпанные пятнышки щебёнки. Здесь лучше было не бегать в моей обуви, иначе все ноги себе собью…

Вокруг словно бы неожиданно исчез двадцать первый век. За поворотом оказались почти что пятидесятые годы прошлого столетия – одноэтажные деревянные домики, отгородившиеся от остального мира высокими заборами и крикливыми псами. Миновали старый двухэтажный барак и выстроившиеся в ряд серые дощачатые сараи. Дальше пошли вперемешку деревянные и каменные гаражи, некоторые из которых явно были заброшены…

– Алиса, браслет!

Бросила быстрый взгляд на левое запястье – в чёрном камне, что впаян в детектор, появились искорки. Слегка замедлила бег и поводила им перед собой, определяя азимут до кишина по яркости багровых огоньков. Слева они были тусклее, справа – ярче. Значит, тварь где-то за теми гаражами…

– Прикрывай!

На бегу перекинулась в боевую форму, запрыгнула на крышу одного из каменных гаражей и понеслась вперёд. В нос ударил запах разогретой на солнце толи и смолы, а вот в уши начал ввинчиваться какой-то непонятный гул…

Подбежала к краю второго гаража, который стоял впритык к тому, на который я запрыгнула… И от неожиданности даже застыла на месте.

Между двумя рядов гаражей развернулось весьма занимательное действо.

На земле лежали двое пацанов лет десяти – похоже, что без сознания. А перед ними стояла девушка примерно моих лет, в очках, с длинными русыми волосами, скреплёнными пышными лимонно-жёлтого цвета бантами. Одета, правда, достаточно вырвиглазно – в невыносимо миленькое бело-жёлтое платьице… Но какое-то больно старорежимное, что ли. Или кукольное. Ну, не носят такое сейчас, не носят!.. Плюс кремового цвета чулки, песочно-жёлтые туфельки… Ах, да! А ещё при ней был чёрный браслет с жемчужно-белым камнем на левом запястье и где-то полуметровой длины золотистый жезл в руках, увенчанный яйцевидным прозрачным камнем и парой крылышек…

Похоже, что эта девчонка была такой же волшебницей, как и я.

Кишин, которого она раз за разом отбрасывала какими-то телекинетическими импульсами – был ещё одним подтверждением этого факта. Демон как демон, кстати – череп, две когтистые ноги, две когтистые руки, посередине – чёрно-багровая сволочь.

Значит, всё-таки коллега… Такая же как я…

Такая же, да не совсем.

Девушка вовсю размахивала свой жезликом и сыпала незримыми оплеухами, но они явно были слишком слабы, чтобы прикончить тварь. Не удары, а именно оплеухи – из тех, что просто опрокидывают, но неспособны перемолоть монстра в протоплазматическую массу.

Судя по бледному лицу девчонки и нервно закусанной губе, она тоже прекрасно понимала всю тщетность своих усилий. И поэтому, похоже, решила применить кое-что ещё из своего арсенала…

Волшебница отбросила кишина прочь очередным ударом, а пока он без лишней суеты поднимался на ноги, выпалила в тварь потоком золотистых искр.

Демон замер на месте, словно бы парализованный. Прямо как статуя.

А девчонка-то – ничего, не такая уж и беспомощная, как оказывается… Кишина же теперь можно хоть камнем забить, если он так и будет парализован…

Не успела додумать мысль до конца, как по телу твари прошла волна судорог, а сам он начал шевелиться – с трудом, будто бы вылезая из какой-то вязкой жидкости, но чем дальше, тем шустрее. А затем резко сбросил все остатки «заклинания» и метнулся вперёд.

Полыхнула неяркая вспышка, и демона остановило буквально где-то в метре от волшебницы. Судя по всему, девчонка выставила какой-то защитный щит… Вот только он был недостаточно мощным – когти кишина сантиметр за сантиметром продавливали его, двигаясь к ней. Волшебница обливалась потом, что-то тихо шептала, выставив перед собой свой жезл, но если это и как-то помогало, то очень слабо.

Эгей… А ведь дело-то плохо… Если в арсенале моей коллеги нет ничего более серьёзного, то её сейчас схрумкают и не подавятся…

В таком случае, самое время появиться из-за холмов кавалерии Конфедерации!..

Резко прыгнула вперёд, ещё в полёте доставая пиломеч. Приземлилась, и в мгновение ока оказалась за спиной медленно продавливающего волшебный щит кишина. Коротко и зло просвистел в воздухе клинок, разделяя демона на верхнюю и нижнюю половины примерно в районе пояса.

Как ни странно, но тварь не пожелала сразу же сдохнуть. И если нижняя её половинка моментально рассыпалась в светящуюся пыль, то вот верхняя даже попыталась уползти прочь…

Наступила на спину кишина, останавливая его и прижимая к земле, а сама закинула меч незаточенной стороной на плечо и повернулась к коллеге.

Девчонка выглядела просто-напросто ошарашенной и сейчас смотрела на меня круглыми от изумления глазами, всё ещё по инерции поддерживая щит.

– Проблемы, подруга? – небрежно кинула я, отбрасывая с левого плеча волосы. – Кстати, неправильно ты, дядя Фёдор, бутерброд ешь.

Резко крутанула вокруг себя пиломеч, выписывая его остриём в воздухе восьмёрку и перехватывая обратным хватом. А затем упала на правое колено и резко вонзила клинок в череп кишина. Демон тут же рассыпался в прах, а меч остался торчать из земли.

Выдернула его, поднялась на ноги и повернулась к девчонке.

– Чистота через ярость, гордость через ненависть, и пусть огонь внутри тебя испепелит всё вокруг! – пафосно провозгласила я и закинула пиломеч за спину. – Ну… В общем, что-то в этом роде. А ты, я так понимаю, волшебница.

– Н-наверное, – неуверенно произнесла девчонка. – А ты кто?

– Алиса Корнилова – боевой маг по найму, – заявила я, но почти сразу же рассмеялась. – Шутка. Просто Алиса. Просто истребитель кишинов. А тебя как зовут? Кстати, можешь уже убирать свой щит.

– А?.. Ой! Сейчас уберу…

Девчонка махнула жезлом, и тотчас же призрачное золотистое сияние перед ней погасло.

– Меня зовут Лена, – представилась волшебница.

– Приятно познакомиться, – кивнула я и указала подбородком на двух лежащих позади неё пацанов. – Что с этими бобрами?

– Бобрами? – сначала не поняла девушка. – Ой, спасибо, что напомнила!

Волшебница бросила к одному из мальчишек, опустилась рядом с ними на колени и начала водить над своим жезлом, с которого потекло мягкое золотистое сияние.

Заинтересовалась. Подошла поближе.

Оказалось, что у пацана была достаточно паршивого вида рваная рана на правом бедре, которая прилично так кровоточила. Но под светом, что испускал жезл волшебницы она заживала прямо на глазах.

– Круто, – присвистнула я. – А насколько серьёзную рану можешь залечить?

– Настолько серьёзную… чтобы самой… не потерять сознание… – выдавила Лена. – Очень… тяжело… Уфф…

Уже через пару минут о ране напоминала лишь разорванная штанина брюк, заляпанная кровью, да несколько неглубоких царапин.

– Совсем без следов не могу, – призналась Лена, вставая на ноги и слегка шатаясь от усталости. – Точнее, могу, но… И… С-спасибо тебе.

– Ерунда, – отмахнулась я. – Но у тебя что – разве ничего посерьёзнее не было, чем можно было бы приложить кишина?

– Кишина? – не поняла волшебница.

– Ну, этот хмырь с черепом вместо голо… Стоп. Подожди-ка… Ты что – не в курсе с кем дерёшься?

– Не слишком… Я знаю, что это какие-то демоны, которые… – девушку передёрнуло. – Которые едят людей. И что я могу с ними сражаться и…

– Да как я посмотрела – ни фига ты не умеешь с ними сражаться, подруга. Я так поняла, что ты можешь бить телекинезом (но не очень сильно), парализовывать и лечить. Верно?

– Ага.

– А где боевые заклинания? Где молнии и файерболы? Где потоки кислоты и ледяные стрелы?

– Яаа… такого не умею, – покраснела Лена.

– Охренеть! А чего ты тогда в драку полезла, если драться не умеешь?

– Но я же не могла пройти мимо, когда этот демон нападал на людей! – воскликнула девушка. – У меня же есть силы!.. Ну, какие-то…

– Как же ты при такой наивности умудрилась заключить Контракт? – подивилась я.

– Конт… ракт?..

– Таааак… Подожди-ка, коллега – есть у меня к тебе серьёзный разговор… И не только к тебе. ПЕСЕЦ! Песец, твою мать! Ты где, собака?!

– Я не собака – я оборотень, – моментально появился из щели между двумя гаражами лис. – Чего кричишь, Алиса? Я и тебя прикрывал, и сам на глаза старался не попадаться…

– Слушай, посланец Светлого эллипса или как тебя там… Как ты можешь мне объяснить тот факт, что ваши вербуют волшебниц, даже не объясняя им весь расклад? – ледяным тоном произнесла я, перекидываясь в свою обычную форму.

– Ты с чего это взяла? – пришёл в недоумение Песец.

– А вот с неё и взяла! – указала в сторону ошарашенно следящей за нашим разговором Лены. – Она не знает, что кишины – это кишины. И, как я могла убедиться – воевать ей с ними категорически противопоказано. Это вот так вы работаете, да?!

– Тихо, не кипятись, Алиса, – примирительно поднял руки лис. – Сейчас разберёмся… Девушка, я так понимаю, что вы – волшебница.

– Наверное… А ты кто?

– Я – кицунэ, – моментально надулся белобрысый. – Древний и могучий лис-оборотень, который…

Древний и могучий моментально заткнулся, получив от меня подзатыльник.

– Не отвлекайся.

– И зачем сразу руки-то распускать?

– Я сказала – НЕ ОТВЛЕКАЙСЯ.

– Ладно, ладно… Эмм… Девушка…

– Меня Лена зовут, – представилась волшебница.

– Очень приятно, – моментально надулся от важности лис. – Дзёдаи Широ – кицунэ Светло…

Посмотрел на меня, осёкся.

– Гм, Елена. Я хотел бы уточнить – на каких условиях вы заключали магический Контракт. И с кем именно.

– Извините, я не совсем… – девушка осеклась и слегка пошатнулась. – По… нимаю… вас…

– Дурёха! Срочно перекидывайся обратно! – воскликнула, быстро определив, что с Ленкой.

– Пере… Что сделать?

* * *

– …мы прозвали кишинами. Непонятные твари. Различны силой – некоторые не сильнее крысы, другие могут спокойно уничтожить средних размеров город. Про облик вообще молчу, – разглагольствовал Песец, время от времени потягивая через трубочку яблочный сок из коробочки. – Питаются человеческими душами и телами, откуда появляются – непонятно…

Сидящая напротив него Лена слушала оборотня, словно спустившегося с горы пророка.

…Далее продолжать беседу среди гаражей я не сочла нужным, поэтому мы втроём направились к ближайшему летнему кафе. Где всучила Ленке пару шоколадных пирожных и бутылочку чая с категорическим приказом съесть всё это для восстановления сил. Мне шоколад на первых порах помогал лучше всего, хотя я поначалу пыталась от него откреститься. Ан нет – сладкое действительно здорово восстанавливало силы.

– Подожди-ка, пушистый, – остановила я лиса. – Давай я попробую кое-что объяснить. Так сказать, с точки зрения обычного человека.

– Ну, попробуй, – иронично заметил Песец.

– В общем так, подруга, – я облокотилась на пластиковую столешницу. – А теперь разъясняю вкратце и по сути. Кишины лезут к нам, похоже, из какого-то другого измерения. Лезут, чтобы жрать простых людей, так что переговоры с ними можно вести исключительно агрессивные – при помощи магии и стали. Бить предпочтительно в голову, потому что даже разрубленный пополам демон остаётся живым. А вот с пробитым черепом долго не живёт. Вижу – у тебя тоже есть браслет… Не знаю как твой, а мой может засечь тварей где-то на расстоянии примерно двадцати метров. Потеплел – значит, где-то поблизости враг. Начали мелькать багровые искорки – враг на дистанции до двадцати метров. Чем ярче огоньки – тем ближе кишин. Или не сам кишин, а открывающийся проход. Чтобы на них охотиться приходится натурально патрулировать город. Лично я обычно патрулирую где-то во второй половине дня – когда эти уроды наиболее активны.

– Их… много? – нервно сглотнула Лена.

– Дофига. И даже больше. Действуют поодиночке и группами до дюжины особей. Взрывной рост числа погибших на пожарах, в авариях и в результате преступлений, о котором пишут местные журналисты последние три года – по большей части именно на совести кишинов.

– Я не знала… – побледнела девушка. – Я… Я думала, что это всё просто совпадения… Я… Я должна что-то сделать! Надо прочесать город!

– Сядь, – осадила подскочившую с места волшебницу. – Сначала чесать научись, и только потом беги искать приключения.

– Но ведь прямо сейчас на улицах гибнут люди!

– И что? – равнодушно ответила я. – Люди будут гибнуть на улицах даже этого города вне зависимости от тебя. Кишины атакуют на всём тихоокеанском побережье – ты хочешь успеть везде?

– Не говори так, Алиса!

– Не кричи – привлекаешь лишнее внимание… Вот что, Лена… – я откинулась на спинку стула. – А скажи-ка мне, как волшебница волшебнице – скольких кишинов ты убила?

– Убила?..

– Да, убила. Как ты могла убедиться, чтобы это сделать надо пробить демону череп. Хотя первого своего кишина я убила будучи просто человеком – загнала ему в глазницу пару шипов, и он рассыпался. Сейчас на моём счету сорок семь демонов. Думаю, достаточно неплохо, учитывая, что я посвящаю охоте примерно шесть часов в день последние две недели…

– Ты так говоришь, будто не людей спасаешь, а действительно просто охотишься и развлекаешься… – с отвращением произнесла Лена.

– Почему же? Как раз таки спасаю. Но без лишнего фанатизма. Я не пытаюсь защитить всех и каждого – просто очертила себе небольшой круг задач, но зато выполняю их от и до. А с твоей политикой… Интересно, сколько бы ты продержалась, если бы почти не спала, а только носилась по улицам Саппоро в поисках тварей?

– Это неправильно.

– Неправильно для кого? – поинтересовалась я. – Для тебя? Для меня? Хочешь поиграть в Человека-паука или Бэтмена, полностью посвятив себя борьбе за справедливость на каждом шагу? Удачи тебе. Только здесь не кино, и не комиксы – в одиночку ты много не навоюешь. Особенно ты.

– Почему это?

– Я повторю свой вопрос – скольких кишинов ты убила?

Девушка замолчала и опустила взгляд.

– Ни одного, – буркнула волшебница.

– Неудивительно, – хмыкнула я. – Оплеухи и парализация, плюс лечебная магия – это весь твой арсенал?

– Похоже на то…

– Ну, подруга… Ну, тебя же тогда вообще в бой нельзя выпускать! Сегодня у того кишина, что я распополамила мог быть шикарный обед из трёх блюд – первое, второе и компот. Верно говорю, компотик ты наш?

– И что? – неожиданно вскинулась Лена. – Что с того? Просто опустить руки и не вмешиваться, да?!

– Вот это уже более конструктивный настрой, – криво улыбнулась я. – Подруга, тебе надо уяснить, что ты – не один-единственный Человек-Летучий Мышь на целый Готэм-сити. Нас таких красивых и могучих волшебниц минимум две… Но вряд ли на полуторамиллионый Саппоро есть только два новобранца-недоучки, учитывая, что война с демонами длится целых три года…

– Ты предлагаешь… – протянула девушка.

– Именно, подруга, именно, – моя улыбка стала шире, но теперь больше смахивала на оскал. – Система несовершенна. Нас вербуют поодиночке и приучают действовать в одиночку, но это неприемлемо.

Подняла руку, покачала указательным пальцем.

– Одиночки – даже самые сильные и удачливые, не могут победить. Один солдат не может быть сильнее батальона, а даже самый лучший футболист не будет сильнее целой команды… Кишины нападают. Они одиночки, но нападения – это система. А систему одиночкам не победить…

Сжала руку в кулак.

– Хочешь действительно сделать что-то? Тогда не будь одиночкой. Систему победит только система. Объединим силы, подруга?

– Зачем я тебе, Алиса? – медленно произнесла девушка, внимательна глядя мне в глаза. – Ты прикончила это чудовище без особого труда, а меня оно едва не убило, несмотря на все усилия… Зачем я тебе? Ты и так сильна…

– Я не в том положении, чтобы выбирать, – усмехнулась я, откидываясь назад и закладывая руки за голову. – Поэтому я буду бороться тем, что есть под рукой. Ты, вот это мелкое недоразумение, я… Это тот случай, когда результат сильнее изначальных компонентов. Селитра, сера и уголь по отдельности неплохи, но вместе создают ещё более неплохой порох… По-моему, вполне разумно.

– А по-моему несколько безумно… – покачала головой Лена.

– Безумие? – не меняя позы, закрыла глаза, а затем открыла правый и посмотрела на девушку. – Отнюдь. Безумие – это то, чем ты хотела заниматься дальше. Повторение заведомо неправильного раз за разом. Вот это как раз и есть настоящее безумие. «В тот раз не получилось, но уж в этот…» «Нет, в этот раз у меня действительно всё получится…» «Я попробую ещё раз – у меня должно получиться…» «Нет-нет, вот на этот раз у меня всё…»

Резко подалась вперёд, кладя руки на стол и наклоняясь над ним к Лене. Та даже отпрянула от неожиданности.

– Вот это и есть безумие, подруга, – прошипела я. – Ты хочешь разобраться во всём сама, прекрасно зная, что у тебя ничего не выйдет. Ведь это – почти что натуральное самоубийство. Раньше тебе везло. Сегодня тебе тоже повезло – я оказалась неподалёку. Но сколько тебе ещё будет везти, Леночка? Поначалу мне тоже везло. Но потом я решила, что на одном только везении далеко не уедешь и начала методично охотиться на кишинов. Если говорить игровыми терминами – набиваю опыт и уровень. Сначала я еле-еле справлялась с одним хиленьким кишином, а сейчас могу спокойно положить таких с полдюжины. А вот тебе, коллега, с таким отношением к своей новой роли и подобного рода магическим арсеналом долго не продержаться. Гарантирую. Можешь и это считать безумием. Но объективной реальностью оно от этого быть не перестанет.

– Прости, Алиса, – вздохнула волшебница, понуро опуская голову. – Ты права…

– Не за что извиняться, подруга, – весело заметила я, отбирая у возмущённо вякнувшего Песца нераспечатанную коробочку с соком. – А ты молчи, воротник – это твоя плата за увиденное.

– Больно надо было…

Распечатала трубочку, воткнула в пакетик и начала потягивать яблочный сок.

– Раз уж предварительная договорённость и сотрудничестве достигнута, то теперь самое время познакомиться немного поближе – нам с тобой ведь ещё в будущем работать вместе…

* * *

– …Ну, и как же ты стала волшебницей, подруга? – поинтересовалась я.

– Стала? – удивилась Лена. – Рома сказал, что эта сила была со мной всегда…

– Опа… – причмокнула я. – Рома, значит. И кто этот Рома?

– Нууу… – девушка тут же замялась и начала стремительно розоветь. – Это… Он… Ну… Он мой…

– Он твой… кто?

– Парень, – волшебница густо покраснела и втянула голову в плечи.

– Боже… – закатила я глаза. – А я уже что-то плохое успела подумать… Чего так смущаться-то, как будто это что-то неприличное?

– Ну… как бы…

– Ладно, проехали. Так что конкретно произошло и что тебе этот Рома рассказал?

Девушка замялась.

– Не стесняйся, подруга – здесь все свои, – подбодрила я Лену, махнув рукой в сторону Песца. – На эту морду можешь внимания не обращать – он тоже почти свой.

– Ну, в общем, мы как-то гуляли по набережной… А потом я увидела, как кишин… – запнулась волшебница и её лицо перекривила гримаса отвращения. – Как он… нападает.

– Так. Дальше.

– И… И я испугалась. Даже закричать или убежать не смогла. И тогда Рома спросил – а что бы я сделала, если бы… если бы могла остановить таких демонов…

– Знакомо, – кивнула я. – А дальше?

– А дальше… Дальше я, что попыталась бы остановить это чудовище. И тогда Рома провёл по моей руке и на ней появился этот чёрный браслет, и я в первых раз превратилась в… волшебницу, да? Парализовала кишина, столкнула его в реку, а потом стала лечить девушку, на которую он напал и… Похоже, что не рассчитала своих сил и потеряла сознание. Очнулась уже у себя дома… Мама сказала, что меня привёл Рома, сказав, что мне неожиданно стало плохо…

– Так… – задумчиво протянула я.

Части мозаики начали постепенно складываться в моей голове в общую картину.

Сомнений нет – этот Рома что-то вроде моего Песца. Тоже наверняка нелюдь, просто притворившийся человеком. В принципе, действовал точно так же, как и мой напарник – выбрал подходящий момент для заключения Контракта и, собственного говоря, заключил этот самый Контракт. Насколько я понимаю, для этого не нужно никаких громких клятв или подписей кровью на пергаменте – достаточно лишь сильного и искреннего желания получить силу.

– Так… Этот твой Роман хоть что-то тебе объяснил относительно твоего нового статуса и того, кто такие кишины?

– Да нет же! Я его вообще вот уже неделю не видела – как раз… – Лена осеклась.

– Как раз с того момента? – хмыкнула я. – Песец, что скажешь?

– Этот Роман… Можете его описать? – деловито поинтересовался лис.

– Ну… Он такой высокий, спортивный… – девушка вновь покраснела. – Красивый…

– Ммм… А подробнее? Цвет волос? Цвет глаз? Любимая одежда?

– Он – брюнет с голубыми глазами… Что носил? Ну, он всегда одевался в чёрные брюки и чёрную шёлковую рубашку. Я ещё думала – как ему не жарко во всём этом летом…

– Ага… Понятно… – задумчиво побарабанил пальцами по столу мальчишка, стремительно мрачнея на глазах.

– И что же тебе понятно, братец? – немедленно поинтересовалась я.

– Судя по внешности – это был кицунэ. Судя по внешности и… эээ… почерку, – Песец поморщился. – Это был кицунэ из клана Нагарэмоно.

– И что это означает?

– А это означает, что сия юная леди его, скорее всего, больше никогда не увидит.

– В смысле?

– Всё, что он хотел – он уже получил. Контракт заключил, а больше ему ничего и не надо.

– Вот паскуда…

– Вы… Про Рому сейчас, что ли? – удивлённо произнесла Лена. – Кицунэ? Но это же сказочные звери – как он может быть…

– Один такой сказочный зверь сейчас сидит вместе с нами, – заметила я. – Плюс, демоны ведь тоже только в сказках встречаются, неправда ли, подруга?

Волшебница моментально замолчала.

– А почему ты сказал, что я его больше не увижу? – неожиданно резко спросила она у лиса.

– Условия, – спокойно ответил мальчишка. – Всё дело в условиях Контрактов. Кицунэ из моего клана – белого клана Дзёдаи, всегда заключают одновременно не более полудюжины Контрактов, но зато всегда помогают своим волшебницам. А вот оборотни из чёрного клана Нагарэмоно стараются заключить как можно больше Контрактов, но дальнейшие судьбы волшебниц их практически не волнуют.

– Если даже Рома и кицунэ, то он не такой! – с жаром возразила Лена. – Он и раньше иногда отлучался на несколько дней, потому что ухаживает за своей больной бабушкой!

Мы с Песцом не удержались и синхронно хихикнули.

– Неужели на это ещё кто-то ведётся? – хмыкнул лис.

– Выходит, что так, братик…

– Вы! Какое вы имеете право так говорить?! Рома, он… Хороший! А вы такое говорите, а даже его не знаете!

– Девушка, если он действительно из клана Нагарэмоно, то наоборот – прекрасно знаю. Уж получше вас, – непривычно холодно произнёс лис. – Мой клан враждует с ними уже больше пяти сотен лет. В том числе и из-за такого отношениях к простым людям.

– Завалить врага пушечным мясом – отличный план, блин-компот…

– Ну… Это ведь тоже тактика…

– Посох в зубы и крутись как хочешь. Выживешь – молодец, не выживешь – не молодец. И это – тактика? – хмыкнула я.

– Что-то вроде того.

– Какие, однако, мерзкие нелюди попадаются…

– Почему сразу мерзкие? Просто это… деловой подход. Чёрных лисов тоже можно понять… Наверное.

– Вы… Вы о чём сейчас вообще? – раздражённо произнесла Лена.

– А о том, что тебя элементарно кинули, подруга.

– Этого не может быть, – замотала головой волшебница. – Рома, он…

– Он куда-то пропал, – закончила я. – Вот уже неделю. Как раз с того момента, как ты стала волшебницей…

– Этого ещё ничего не означает! У него, наверное, просто возникли какие-то неотложные дела, и он не может отвлечься!

– Такие неотложные, что даже не пишет и не звонит своей девушке? – иронично приподняла я бровь и, кажется, попала в точку. – Лена, глянь лучше на этого белобрысого. Он тот, с кем я заключила Контракт. Несмотря на то, что иногда в нём просыпаются извращенские наклонности…

– Алиса!!

– …он таскается со мной всё время, что я дерусь с кишинами. Лечит, если меня ранят в бою. Что-то объясняет, если знает. Просто помогает. Чувствуешь разницу?

– Знаешь, мне пора домой, – вскочила со стула Лена. – Ещё раз спасибо за то, что спасла меня, Алиса, но…

– Надо бы номерами телефонов обменяться на всякий случай… – ровным тоном произнесла я, спокойно глядя на раскрасневшуюся волшебницу и доставая из кармана телефон.

Девушка гневно взглянула на меня, но свой телефон достала и номер записала, а затем позвонила мне, чтобы я сохранила контакт.

– И Роме своему позвони – поинтересуйся, ничего ли с ним не случилась, – дружелюбно посоветовала я. – Вдруг он сегодня всё-таки ответит на твой звонок?

– Пока, Алиса, – Лена круто развернулась через плечо и зашагала прочь.

Я с улыбкой проводила её взглядом и отсалютовала ей вслед коробочкой с соком.

– Не очень из тебя заключатель Контрактов, – хмыкнул сидящий рядом со мной Песец.

– Уж какая есть, – ответила в тон оборотню. – Для это ж, наверное, надо с хвостом родиться… Про чёрных лисов – это правда?

– А зачем мне врать? Конечно, правда. Думаю, что и в доверие к ней он втёрся именно для того, чтобы заключить Контракт…

– А ты?

– А что я? – не понял Песец.

– Как ты вышел на меня?

– Мне просто повезло. Я совершенно случайно оказался неподалёку и первым успел засечь создание закрытого пространства.

– Совершенно случайно? – саркастически заметила я. – Ну-ну… Кстати, раньше ты что-то ни о каких пространствах не упоминал. Ну-ка, что это ещё за хрень?

– Извини, просто забыл, наверное. Это способность некоторых из демонов… ну и некоторых волшебниц, кажется, тоже… В общем, можно создать область диаметром где-то… ммм… ну, примерно от пятидесяти до пятиста метров в диаметре, частично вырванную из обычного пространства. Теоретически внутри неё можно прожить хоть сто лет, а в остальном мире не пройдёт даже и секунды… Но, как ты понимаешь, всё это – лишь предположения…

– Хорошо, будет считать, я тебе поверила, что в первый раз ты оказался рядом со мной случайно… А вот когда мы заключили Контракт?

– Ну, после этого я уже за тобой следил, – честно признался лис. – Знаешь, когда обычный человек не просто видит кишина, но ещё и убивает его – это, по меньшей мере, любопытно…

– Любопытство кошку сгубило, братец, – хихикнул я, но почти сразу же прекратила веселиться. – Что скажешь об этой Лене?

– Слаба. В бою даже с одиночным кишином среднего уровня, скорее всего, погибнет. Судя по её боевой форме, она оказалась слишком уж добрым и светлым человеком… Заключать Контракт с такой, как она – преступно, потому как тем самым она будет обречена на гибель.

– Честный ответ, братик… Хотя и жёсткий.

– Я всё-таки ёкай, Алиса – волшебное существо… Мы можем что-то недоговаривать, но врать – почти никогда. Ложь придумали люди.

– Аминь, – насмешливо фыркнула я. – Такому пацану как ты подобная философия совсем не идёт.

– А я виноват, что физически ёкаи взрослеют медленнее обычных людей? – проворчал оборотень. – Кстати, ты всерьёз?

– Что – всерьёз?

– Говорила о системе, которая победит кишинов.

– Конечно же серьёзно, лисья ты морда! Игры в крутых шерифов-одиночек – не для меня. Я – больше командный игрок, так что мне нужна команда. Лена не умеет драться? Не беда! Зато она умеет ставить щиты и лечить, так что в бою обузой не будет. Классика жанра компьютерных игр, чего уж там…

– Ну-ну, – иронично покивал лис. – Осталось только обозваться максимально пафосно – типа, Лига Справедливости, Легион Смерти или Тёмные Ангелы, и вообще всё будет прекрасно.

– Ты ничего не понимаешь, нелюдь, – с показным надрывом произнесла я. – В зловещем мраке настоящего есть только война!

– Вот же горе… И бейсболка не помогла – перегрелась на солнце бедняжка…

– Молчать! Я создам свой собственный орден волшебниц и возглавлю его!

– Надо же, как всё запущено-то…

Глава 10. Да, теперь мы команда

Хоть и наше с Леной расставание было не особо радужным, но на встречу она согласилась сразу же.

– Здравствуй, Алиса, – вежливо произнесла волшебница, подходя ко мне, и виновато продолжила. – Я опоздала, да?

А ведь она, наверное, моя ровесница… Лет шестнадцать-семнадцать – вряд ли больше, но вряд ли и меньше. Но в этом лёгком летнем бело-жёлтом платьице выглядит не девушкой, а именно девочкой – робкой и застенчивой школьницей, которая даже о поцелуях говорит, дико смущаясь и краснея… И взгляд. Наивный, но добрый и открытый. Интересно…

Интересно, а как давно у меня больше нет такого же взгляда?

Наверное, и маленькая девочка Алиса, перед тем как уснуть, покрепче прижав к себе любимую кошку, умела так же смотреть на мир…

А потом маленькая девочка Алиса узнала, что этот мир полон зла и несправедливости. Раз за разом узнавала. Срывая маски с этого грёбаного мира.

Сорви одну маску с этого грёбаного мира и увидь под ней грязь. Сорви вторую и увидь кровь. Сорви третью и увидь дерьмо.

Сорви последнюю и загляни в бездну.

Лена-Леночка… Зачем тебе это волшебство, замешанное на боли и крови? Ты славная и хорошая девочка, и не должна драться с чудовищами…

Для этого есть такие как я – которые не знают, зачем живут в этом вонючем мире.

– …Я опоздала, да?

– Примерно на полчаса, – поднялась я со скамейки около детской площадки, что была в соседнем от моей квартирки дворе. – Кстати, да – привет.

– Я просто… немного задумалась… и заблудилась. Извини, пожалуйста.

– Да ерунда, забей. Ну, что, подруга – готова?

– А… к чему? – спросила Лена. – Ты по телефону не уточнила – просто сказала, что хочешь показать мне что-то важное…

– Пошли – здесь недалеко.

Девушка покорно пошла следом за мной.

– И о чём же это ты, интересно мне знать, так задумалась, что умудрилась заблудиться в трёх соснах? – насмешливо поинтересовалась я у неё, пока мы петляли между домами.

– Да так… – моментально смутилась волшебница. – Ерунда всякая…

– О Роме своём небось…

– Алиса, тебе не кажется, что мы уже закрыли эту тему?

Если бы это был кто-то другой, то можно было сказать, что у моего собеседника полыхнули от ярости глаза. Но это была тихоня-Лена, которая, наверное, и сердиться-то по-настоящему не умела, так что…

– Прости-прости! – примирительно подняла я руки. – Больше не буду о твоём беглом ухажёре.

– Он не беглый!

– О, никак позвонил и сообщил, что с ним всё в порядке?

– Ну, мало ли какие у человека могут быть неприятности… – замялась девушка. – Он мог, например, потерять телефон… Алиса, не начинай!..

– Да ладно тебе, подруга… Кстати, ты ведь наверняка со вчерашнего дня успела не раз и не два подумать о том, кем стала.

– Откуда ты…

– Потому что это естественно, – пожала я плечами. – Я тоже сначала что-то там думала, думала…

– Я решила, что раз уж у меня есть сила, то должна использовать его на благо других, – твёрдо сказала Лена.

– Достойный ответ, подруга… – слегка улыбнулась. – Достойный тебя ответ. Решимость – это само по себе неплохо… Но как насчёт реальных боевых навыков?

– Я не умею драться. Я вообще не люблю насилие ни в каком виде.

– Никто из нас не лишён недостатков… Но это не значит, что раз ты против насилия, то и защищаться не должен.

– Насилие порождает только насилие, – поджала губы волшебница.

– Его порождает безнаказанность, – отрезала я. – Когда тебя бьют по одной щеке, а ты подставляешь другую, твой обидчик запомнит это и решит, что это – нормальная реакция любого. А если бы ты подставила щёку, но сама увернулась, зарядила ему коленом в пах и расцарапал всю рожу – в следующий раз он наверняка бы поостерёгся с кем бы то ни было связываться… О! Мы, кстати, пришли.

– А почему мы пришли на этот пустырь? – оглянулась по сторонам девушка.

– Как зачем? Тренироваться. Я сама время от времени сюда прихожу размяться, чтобы держать себя в форме… Ну, что стоишь? Перекидывайся в свою боевую форму.

– А… это как? – растерялась Лена. – Раньше это у меня происходило само по себе…

– Просто пожелай.

– Я… Я желаю превратиться в волшебницу! – с такой серьёзностью на лице и в голосе заявила она, что я не сдержалась и хихикнула.

Полыхнуло неяркое свечение, и вот уже передо мной стоит не просто девочка с улицы, а боевая волшебница… Одетая, как кукла, мда. Ну, ничего, внешность частенько бывает обманчива…

– Что дальше? – спросила волшебница. – Мне попробовать что-нибудь сделать?

– Ага, – кивнула я. – Попробуй увернуться.

Перекинуться в боевую форму и выхватить парящий на расстоянии сжатого кулака от спины пиломеч – дело пары секунд, поэтому я намеренно делала всё достаточно медленно.

Впрочем, Лене это не помогло.

Рывок, замах, и острейшие треугольные зубья пиломеча замерли в опасной близости от шеи девушки.

– Проигрыш, – равнодушно произнесла я. – Ты труп, подруга – кишин прикончил тебя.

– По-подожди… – пролепетала волшебница. – Я же… Я же была не готова!..

– Демону, который будет жрать тебя или ещё кого-то ты скажешь то же самое? – отступила назад, втыкая меч в землю и подбирая первую попавшуюся палку. – Готовься – сейчас я вновь атакую, но на этот раз в моей руке будет не меч, так что сдерживать удар я не стану. Готова?

Лена перехватила жезл двумя руками, нацелила на меня и сосредоточенно кивнула.

– Тогда – танцуем.

Невидимый удар поднял пыль в том месте, где я только что стояла. Рывок в сторону. Ещё один. Ещё. Ещё.

Лена наносила один за другим телекинетический удар, но достать меня не могла. Я крутилась на дистанции в полдюжины метров, постоянно уклоняясь, но пока что не атаковала – мне надо было проверить, чего стоит моя коллега…

Бросок вперёд рваным зигзагом – расстояние между нами стремительно тает. Не особо сильно, но чувствительно тыкаю палкой в бок девушки. Лена сразу же ойкает и едва не падает.

– Тебе надо быть быстрее, – выношу я свой первый вердикт. – От твоих ударов слишком легко увер…

Раздосадованная неудачами волшебница не стала меня дослушивать, а взмахнула жезлом, и мне тут же словно бы под дых врезался чей-то кулак.

Отлетела назад, но не упала, а приземлилась на ноги, прогнув корпус вперёд.

– Алиса! – испуганно охнула Лена, роняя из рук жезл и кидаясь ко мне. – Прости! С тобой всё…

– Слабовато… – мой голос заставил её замереть на месте.

Вообще-то я даже и не пыталась хоть как-то уклониться, пытаясь выяснить, насколько силён этот её удар. Рискованно, но что поделать? Да и в крайнем случае Лена меня бы, если что – подлечила. А так хоть немного понятнее стало – удар чувствительный, но абсолютно несмертельный.

– Слишком слабо, подруга, – выпрямилась, рассмеялась, но тут же согнулась в приступе кашля, прострелившим болью в лёгким. – Кишина такими щелбанчиками не убить – только на время отбросить…

– Алиса… – растерянно произнесла волшебница.

– Ещё, – оскалилась я. – Покажи мне что-нибудь ещё, подруга!

Бросок вперёд, девушка лишь в последний момент успевает отскочить в сторону. Колебания воздуха выдаёт невидимые удары – уворачиваюсь, повинуясь какому-то наитию. Только левый бок что-то слегка зацепляет, да разлетаются от несуществующего ветра длинные алые волосы.

Простая отломанная ветка тополя со свистом полосует воздух передо мной. Двигаюсь не в полную скорость – бью медленнее и слабее, чем в реальном бою, потому что сейчас против меня вовсе не кишин. Лена начинается двигаться быстрее, намного быстрее, чем обычно – похоже, что неосознанно.

Увернуться от ещё нескольких ударов… А затем ещё один всё-таки достаёт меня, ударяя в грудь и подбрасывая в воздух.

Сальто назад, приземлиться. И сразу же бросаюсь вперёд!

Лена успевает выставить руки ладонями ко мне, и в мою сторону ту же устремился поток золотистых искр.

Уже ничуть не сдерживая себя, ухожу вправо и низко пригибаюсь, пропуская парализующий поток над собой… Но он всё-таки краем цепляет левую руку, и она тут же повисает плетью вдоль тела.

Не страшно.

Размашистый удар застывает в воздухе, когда палка в моей руке наталкивается на призрачный золотистый щит, который в последний момент успевает выставить волшебница.

Так… Попробовать тупо продавить, вкладывая в удар дополнительную силу? Вроде получается… А вроде и нет. Щит пружинит, сначала немного прогибаясь, а затем отбрасывая моё немудрённое учебное оружие…

Хорошо, тогда сделаем так, чтобы кое в чём убедиться…

Слегка – самую чуточку, приседаю, а затем с силой отталкиваюсь ногами от земли, взмывая в воздух, переворачиваясь вниз головой и перелетая через девушку.

Приземлиться, повернуться… Делаю короткий тычок между лопаток волшебницы, отчего та падает. Но успевает выставить руки и упасть более-менее правильно. Довольно быстро вскакивает на землю, отбегает в сторону, подхватывает валяющийся на земле жезл и нацеливает его на меня…

– Неплохо… – волевым усилием подавляю в себе желание продолжить спарринг. – А ты не так уж и безнадёжна, подруга. Теперь осталось лишь уточнить границы твоих способностей и отточить их владение…

* * *

– А ты здесь живёшь, да? – с любопытством крутила головой по сторонам Лена, заходя в моё жилище. – Здорово… И всё сама, да?

– Да не особо и здорово, – поморщилась я. – Впрочем, мне не привыкать – дома мы с братьями всё по очереди делали. И готовили, и убирались, и стирали… Правда, в последнее время всё на меня свалилось, потому как все мои оболтусы повырастали, женились и разъехались.

– У меня только младшая сестрёнка есть… А у тебя, наверное, большая семья, да?

– Отец и трое взрослых братьев – я самая младшая.

– А мама?

– Она умерла, когда мне было пять лет, – спокойно произнесла я, усаживаясь в кресло.

– Прости, Алиса, мне очень жаль! – жалобно произнесла Лена.

– Да всё нормально… Тебе не за что просить прощения.

– И всё равно…

– Да садись уже!.. Лучше, вон, на карту посмотри.

Девушка подошла поближе к схеме Саппоро, теперь висящей уже рядом с моей кроватью и начала внимательно всматриваться в очертания улиц.

– Эти булавки… Они обозначают места нападения кишинов, да?

– Вряд ли все, – я заложила руки за голову и откинулась на мягкую спинку. – Мы с Песцом отмечали все несчастные случаи, аварии и преступления, о которых нашли упоминания… Какой процент из них вызван естественными причинами, а какой деятельностью демонов – нам неизвестно. Но там, где воткнуто больше двух десятков булавок, я обычно всегда встречала кишинов. Каждый раз – хотя бы да один убитый демон. Пусть не слишком сильный, но зато отправленный к своим демоническим праотцам.

– Здорово… – восхищённо протянула девушка. – А я и не думала, что будучи волшебницей можно так действовать…

– Так – это как?

– Ну… Статистика… Анализ… Карты…

– Вся проблема была в том, что я очень хотела убивать этих тварей, но не знала, что именно мне делать. Ну, как-то я раньше не сталкивалась со спецификой работы охотника за нечистью… – улыбнулась я. – Поэтому выкручивалась в меру своих собственных сил… Но вдвоём, думаю, будет ещё проще.

– Я не такая сильная как ты, – грустно произнесла Лена. – Вряд ли от меня будет хоть какой-нибудь толк…

– А что это у нас тут за пораженческие настроения, подруга? А ну-ка быстренько брось бяку, девочка!..

Встала с кресла, подошла к волшебницы, приобняла её за плечи.

– Без лишнего самоуничижения, ладно? – вкрадчиво произнесла я. – Твои «воздушные кулаки» могут когда-нибудь спасти меня, а щит прикроет ещё кого-нибудь. Главное, верить в себя. Поняла?

– Наверное, было ошибкой становиться волшебницей… – опустила голову девушка. – Наверное, я не создана для такого…

– Это не твоя вина. Ты же ничего не знала, когда заключала Контракт.

– Но почему же мне ничего не сказал… не сказали тогда? Ничего не объяснили?

– А ты бы тогда согласилась? «Девушка, вам предстоит убивать демонов-людоедов. Собственноручно. Лицом к лицу»…

– Н-нет, наверное…

– Эти оборотни не так просты и милы, какими кажутся на первый взгляд, – прошептала я. – Они могут быть добряками, как мой лис, но действуют подленько… Заставляя подписаться под контрактом, где почти всё написано мелким почерком с оборотной стороны листа, да ещё и по-арабски…

– Между прочим, я всё слышу, – буркнул кто-то голосом Песца позади меня.

– Раз ты всё слышал… Будешь всё отрицать? Попытаешься обелить себя, белый полярный лис? – спросила я, даже не оборачиваясь к оборотню.

– Нет, – спокойно ответил Широ. – Зачем, если всё так и есть? Но опять же, мы – ёкаи, а не люди. Мы не лжём, а просто не говорим всего.

– Полуправда – это даже ещё хуже чем просто ложь, – сквозь зубы процедила я.

– Возможно. Но у нас нет другого выхода – мы вербуем волшебниц не для защиты себя, а для защиты вас же – людей. Согласен, порой мы действуем… неправильно. Но что делать, если потенциальная волшебница узнает весь расклад, но не захочет защищать других?

– Как говорит мой отец, «колхоз – дело добровольное: хочешь – вступай, не хочешь – расстреляем».

– Почему вы решаете за других? – тихо произнесла Лена. – Разве это правильно?

– Да, мы считаем это правильным. Разве ты не стала бы решать за других, будь у тебя такая возможность, Алиса?

– Стала бы, – честно призналась я. – И только поэтому я на твоей стороне, Широ. И только поэтому я считаю, что служба волшебницы и собственная несвобода поступков – это меньшее зло.

– Всё равно так нельзя, – упрямо мотнула головой девушка.

– Елена, – слегка устало произнёс лис. – Невидимая война кипит на всём побережье Тихого океана. И кто поручится за то, что если не остановить кишинов сейчас, полем битвы не станет весь мир? Или их станет просто так много, что они истребят всё живое в странах Кольца?

Я спасаю мир? Ха-ха, смешно! Меня не волнуют все эти высокомудрые рассуждения – пусть они останутся уделом всяких яйцеголовых умников. Я живу здесь и сейчас. Я охочусь на кишинов и это мне нравится. Мне нравится чувствовать себя крутой и сильной – в этом уж моя слабость…

Раньше ещё можно было бы бросить всё и свалить домой… Но вдруг такие же уроды, действительно, когда-нибудь нагрянут и в другие места? Ой, как нехорошо… Ведь совсем нехорошо будет, верно?

И к тому же мне нравится такие дела. Трудные и почти невозможные. Результат? Конечный результат – выпилить как можно больше чудищ в этом городе, чтобы они сюда напрочь забыли дорогу. Но результат – не главное, процесс – важнее. Я странная? Возможно. Сумасшедшая? Не исключаю. Но быть нормальной в наше ненормальное время – очень большая роскошь.

Видать, уж так сошлись звёзды, что я оказалась здесь…

Но где бы я ни была – я в нужном времени и в нужном месте.

* * *

– Ты правда думаешь, что я уже готова и не буду тебе обузой? – робко спросила Лена, нервно сжимая в руках небольшую сумочку.

– Тебе в любом случае пора привыкать, подруга, – ответила я. – Послезавтра будут массовые гуляния, а значит кишины, одуревшие от такого количества народа, однозначно повылезают из своих подпространственных нор. Так что будет очень жарко и тебе стоит хоть немного привыкнуть к тому, что мы будем делать.

– Я боюсь оплошать…

– Ерунда! Я буду рядом, так что ничего не бойся.

– Ну, раз ты так говоришь, то пойдём, – робко улыбнулась девушка.

– Ага. Сейчас, только Песца подождём – он уже должен выйти…

– А почему ты так его называешь, кстати? Он же выглядит просто как обычный мальчишка… Ну, почти обычный – всё-таки серебристые волосы я пока что видела только в кино…

– Это ты его просто не видела в форме зверя, – хихикнула я. – Он в ней выглядит как маленькая, но очень упитанная полярная лисичка. Песец то есть. Он когда со мной в первый раз заговорил, то подумала – всё, поехала Алиса Сергеевна крышей в тёплые края. И пришла к ней на почве масштабного нервного перенапряжения даже не белочка, а пушистая северная зверушка…

Лена рассмеялась.

– Ты весёлая, Алиса – с тобой так здорово…

– Да не говори… О! А вот и он. Вот он – лисёнок моей мечты! Явился…

– …Нет, знаешь ли, совсем не запылился, – невозмутимо ответил вышедший из подъезда лис, картинно стряхивая несуществующие пылинки с плеча. Моментально получил щелбан и возмущённо вякнул.

– Не вопи, пушистый – я же любя, можно сказать… Ну, всё, выдвигаемся.

– …Широ, а ты правда можешь превращаться в лиса? – полюбопытствовала Лена.

– Конечно, – надулся было Песец, но затем покосился на меня. – В звериной форме мне проще колдовать и вообще… Но в последнее время я очень редко перекидываюсь.

– А… почему?

– А потому что наша милая и добрая Алиса в этом теле меня ещё хоть как-то щадит, а вот когда я в форме зверька – может и пнуть.

– Это правда? – пришла в ужас девушка. – Но ведь так нельзя делать!

– Да ты бы только послушала этого мелкого лесного ловеласа, когда он пытался поначалу ко мне подкатывать, – хмыкнула я. – Ты б тогда его не то что пнула – с крыши местной телебашни запустила. И был бы тогда у нас единственный в мире Потрясающий Временно Летучий Песец…

– Я пытался наладить личный контакт, – не моргнув глазом, парировал лис. – Подружиться пытался, так сказать…

– Знаешь где я такую дружбу видала?

– Ну и где?

– А в немецких фильмах – вот где!

– Я из немецких фильмов только «Достучаться до небес» смотрела, – произнесла Лена. – А ещё какие хорошие у них фильмы есть? А то я не знаю… Вы вот про какой говорите?

– Да так… – невнятно промычал оборотень.

– Неважно, – в тон ему хмыкнула я.

Мы с лисом синхронно заткнулись, более не распространяясь на тему немецкого кинематографа.

Неожиданно мир вокруг меня на мгновение превратился в негатив, а к горлу подступил приступ тошноты. Я пошатнулась и замерла на месте, согнувшись от неожиданно кольнувшей в груди боли.

– Алиса, что с тобой?

– Алиса, что-то не так?

Выпрямилась, взглянула на камень в своём браслете. Моему примеру последовала и Лена, также заглянув в свой наручный радар.

Мой чёрный и её жемчужный камни были тусклы. Ни намёка ни на единую искорку.

– Где-то… Совсем близко… – пробормотала я.

В то же мгновения меня накрыл ещё один приступ, но на этот раз я, скрипнув зубами, осталась стоять прямо, глядя на строящуюся многоэтажку в паре сотен метров впереди…

И на медленно падающий вниз огромный башенный кран, который стоял рядом с ней.

– Там, – лаконично произнесла я и быстро зашагала вперёд, постепенно всё ускоряясь, пока и вовсе не перешла на бег.

Спустя какое-то время меня догнали Лена и оборотень. Через пару минут мы все вместе стояли около жестяного забора, окружающего стройку, вокруг которой уже начала собираться толпа зевак.

Поднявшееся при падении огромное облако пыли достигло высоты второго этажа и всё никак не хотело оседать. Где-то на территории слышались крики людей, непонятный грохот, лязг и почему-то достаточно громкое стрекотание. А камни в моём браслете и браслете Лены тем временем начали всё ярче и ярче искриться.

Тааак, всё ясно…

– Лис, как всегда прикрываешь, – начала быстро раздавать команды. – Лена, на рожон не лезть, действуешь только если подвернётся случай или наоборот – будет полная задница. Держись около меня, ничего не бойся. Всем всё ясно? Вопросы есть? Вопросов нет. Тогда – начали!..

Мгновенно перекинулись в боевые формы, я выхватила из-за спины пиломеч и без лишних слов вырезала в ближайшей части забора дыру, запнув получившийся жестяной круг вовнутрь и проскользнув вперёд.

Убрала меч обратно за спину, достала оба пистолета, огляделась по сторонам. Бросила взгляд на спину – Песец внимательно смотрел на меня, будучи в звериной форме и сидя на верхушке какого-то столба. Как он туда залез при своих габаритах – загадка. Не иначе как телепортировался…

Махнула зажатым в руке «кольтом» Лене и начала осторожно идти вперёд, вполглаза следя за нарастающим сиянием в браслете.

Старательно обхожу кучи мусора, стройматериалов и прочей фигни. Повсюду валяются брошенные инструменты, лоскуты грязно-синих строительных роб, а один раз попалась треснутая оранжевая каска…

И надо ли говорить, что повсюду виднелись следы крови. Но ни одного тела пока что не было.

Пока что…

– Алиса… – тихо произнесла Лена.

– Тссс… – я приложила к губам прохладный золочёный ствол «кольта».

Завернули за угол и вышли к тому месту, где стоял башенный кран… Сейчас валяющийся грудой искорёженного металла на земле.

Я подошла к массивному грузу, от которого шли скрепляющие конструкцию крана громадные тросы. Наклонилась, рассматривая один из них, валяющийся на земле…

Здоровенный, сплетённый из стальной проволоки трос был аккуратно перекушен. Как будто бы исполинских размеров кусачками.

Выставила пистолеты в стороны, огляделась. Вроде бы никого и ничего… Хотя браслет прямо-таки светится, сигнализируя об опасности.

Резко обернулась назад на подозрительный звук, но увидела лишь согнувшуюся пополам Лену, которую рвало. А неподалёку обнаружился малоаппетитно выглядящий труп рабочего, которому рухнувшаяся конструкция крана превратило весь низ туловища вместе с ногами в кровавое месиво…

Движение сверху и сбоку!

Метнулась влево, перекатившись через плечо и моментально поднимаясь на ноги.

Там где я только что стояла, вонзив в землю длинные острые клинки, стоял кишин.

Здоровенный – метра три в высоту, и похожий на гигантского богомола. Высоко поднятое над землёй чёрно-багровое туловище, шесть лап, две из которых оснащены длинными складными клинками антрацитово-чёрного цвета, а на длинной шее обнаружился череп, неожиданно напоминающий крокодилий.

Пару мгновений мы с демоном стояли неподвижно друг напротив друга, словно бы взаимно оценивая противника… А затем резко сорвались с мест.

Кишин метнулся ко мне, занося клинки для удара, а я в это время рванула в сторону, на бегу стреляя из «кольтов». Лязг пистолетных затворов слился в один протяжный звон, но пороховой гари не чувствовалось, а вылетающие гильзы таяли в воздухе, даже не долетая до земли.

Крупнокалиберные пули выбили кратеры в теле чудовища, но попасть в череп мне не удалось. Да и, в принципе, это было очень и очень непросто сделать – поразить столь небольшую цель… В конце концов я ведь никогда не училась всерьёз стрелять, а все мои умения – это проявившиеся навыки волшебницы…

Прыжок. Взмываю вверх, отталкиваюсь ногой от оставшегося после башенного крана груза и забрасываю тело на самый его верх. Три метра высоты с лишним тут будет – не меньше…

Позади раздаётся лязг – прыгнувший следом за мной кишин, вонзая острые кончики лап в металл, начал карабкаться следом за мной.

Прячу правый «кольт» в кобуру и вырываю из-за спины пиломеч, без остановки стреляя из второго пистолета по лезущему ко мне монстру. Несколько пуль даже попали в его череп, но лишь оставили после себя пару трещин. Даже усиленный волшебством сорок пятый калибр – это слишком слабо против демонической кости. Здесь надо либо попасть в глаз твари, либо выпустить одну за другой несколько пуль в одну точку и буквально прогрызть его броню…

Перевела огонь на передние лапы твари – раз уж не получается пробить череп, то надо его хоть как-нибудь подранить…

Крутанулась на месте, отшибая в сторону тянущиеся ко мне чёрные клинки. Увернулась от клацнувшей совсем рядом клыкастой пасти, несколько раз выстрелила в шею кишина и прыгнула вниз.

Развернулась, нанося вспарывающий удар снизу вверх и разрубая пополам одну из задних лап чудовища. Кишин начал неуклюже спускаться вниз, а я в это время несколькими выстрелами перебила ему ещё и левую переднюю лапу. Складной клинок на её конце моментально безвольно обвис, более не представляя угрозы.

Демон грузно спрыгнул вниз и тут же ринулся в атаку, но в этот раз я не стала уклоняться.

Отбила нанесённые сверху вниз удары чёрными клинками, причём, держащийся на честном слове, левый при этом с влажным чавком отломился. Но никакой крови из раненой конечности монстра не вытекло – на «срезе» была всё та же чёрно-багровая студенистая на вид масса. Отразила один удар нижней конечности чудовища, второй… Пригнулась, пропуская над собой последний оставшийся у кишина чёрный клинок метровой длины.

Ткнула демона в брюхо прямым колющим ударом, а затем рассекла ему грудь. Монстр необычайно шустро отскочил назад, наклонил голову к самой земле и широко распахнул пасть.

И из неё в мою сторону хлынул перевитый багровым пламенем поток тьмы!

Изо всех сил прыгнула вверх и вправо, чувствуя как снизу меня толкнула упругая ударная волна громыхнувшего на земле взрыва. Описав огромную дугу и несколько раз перекувыркнувшись в воздухе, я приземлилась прямиком на висящую в нескольких метрах над землёй на стреле автокрана бетонную плиту.

Неудачно приземлилась.

Нехорошо выставила ногу, отчего колено мгновенно прострелило дикой болью, заставившей меня мгновенно заорать. Откатилась почти к самому краю плиты, выпустив из рук пиломеч, который тут же соскользнул вниз. Бетонная панель опасно заходила ходуном, и я кое-как поползла к её середине.

А между тем кишин уже достаточно резво двигался ко мне. Привстала на дико шатающейся плите на правое колено и начала прицельно стрелять по монстру, целясь ему по лапам.

Неожиданно из-за одной из куч мусора высунулась чья-то подозрительно знакомая русоволосая голова, выставила перед собой жезл и выпалила в тварь целым потоком золотистых искорок.

Монстра на пару мгновений парализовало, но затем он сбросил магические путы и настороженно повернулся к новому источнику угрозы.

– Лена, нет! – рявкнула я, прекращая стрелять, чтобы грохот выстрелов не заглушил мой голос. – Не параличом! Когда скажу – бей кулаками!

Чёрт, надеюсь она меня услышит, а главное – поймёт…

Вновь начала стрелять по кишину, достав и второй пистолет тоже.

Монстр помотал голову, а затем вновь двинулся вперёд, время от времени дёргаясь от попаданий. А когда он встал уже непосредственно под плитой, на которой болталась я, поднял голову и распахнул пасть, явно намереваясь сшибить меня своим лучом…

– Лена, бей!!!

На кишина тут же обрушился град невидимых ударов, которые не причиняли ему особо вреда, но заставили отступить прямо под плиту. И в этот момент я вытянула правую руку с зажатым в ней «кольтом» и несколько раз выстрелила в катушку с металлическом тросом позади кабины автокрана.

Одна из крупнокалиберных пуль перебила стальной канат, и плита вместе со мной рухнула с высоты примерно пяти метров прямо на демона.

Удар о землю оказался настолько силён, что из меня моментально вышибло весь дух, а я отлетела в сторону, выпустив из рук пистолеты. Больно ударилась макушкой о какую-то ржавую пустую бочку, отчего в голове зазвенело. Ещё плохо соображая что к чему, рывком поднялась на ноги, зашатавшись от боли, но сразу же огляделась по сторонам, выискивая кишина.

Бетонная плита, треснувшая при ударе на две неравные половинки, надёжно погребла под собой туловище твари, превратив его в чёрно-багровое месиво, но вот шея и череп были всё ещё целы. И даже, кажется, немного здоровы, учитывая, как кишин бешено вращал головой…

Увидев меня, он извернул шею, открыл пасть и плюнул в мою сторону чёрно-багровым лучом.

Рванула в сторону, а позади громыхнул неслабенький такой взрыв, опрокинувший меня лицом в землю и заставивший проехать по грязи. Отплёвываясь от попавшей в рот земли и каких-то опилок, поднялась на руках…

И уставилась в одиноко лежащий на куче битых кирпичей самый обычный стальной лом.

Издав полусмех-полурычание, рванула вперёд, по пути переходя из лежачего положение в бег на четвереньках, а затем, как и мои далёкие предки-приматы, эволюционируя до прямохождения.

Когда мои руки сомкнулись на холодном стальном штыре, на моём перепачканном грязью и исцарапанном лице тут же расцвела искренняя радостно-злобная ухмылка.

Крутанула тяжеленный металлический дрын вокруг себя, словно лёгкую тросточку, повернулась к погребённому под бетонной плитой кишину и с коротким хэканьем метнула в него.

Заострённый стальной десятикилограммовый лом вошёл демону прямо в пасть, разворотив ему весь затылок на выходе.

Монстр дёрнулся назад, а затем, словно бы пару секунд подумав, завалился головой на бок и рассыпался в светящуюся пыль.

Негромко звякнул ударившийся о бетон лом.

Пошатываясь от слабости и кое-как вытирая руками лицо и убирая лезущие в глаза длинные пряди красных волос, поплелась вперёд. Подобрала сначала один за другим золотистые «кольты», а через несколько метров обнаружила и лежащий на земле пиломеч. Подняла его, закинула за спину, мельком отметив, что отчего-то всегда казавшийся не тяжелее кухонного ножика, сейчас весил как-то неприлично много…

Подошла к месту последнего упокоения кишина, кое-как разгребла руками куски бетона и подняла с земли среднего размера чёрную жемчужину.

– И зачем вы только мне нужны? – пробормотала я, несколько секунд посмотрев на неё, а затем убирая в нагрудный карман блузки.

– Алиса! – в два голоса воскликнули подскочившие ко мне Лена и Песец, причём лис так до сих пор и оставался в звероформе.

– Я в порядке, – вяло махнула я в ответ, поднимаясь на ноги. А затем улыбнулась девушке. – Отличная работа, подруга. Ты отлично постаралась.

– Да при чём тут я! – воскликнула Лена. – Как ты этого монстра!.. А прыгала!.. И стреляла!.. И мечом, мечом тоже!..

– Тише, тише, – рассмеялась я, а затем прислушалась к раздающемуся где-то уже совсем поблизости вою сирен. – Пора делать ноги. Неплохо бы отметить первый совместный рейд… Только для начала надо привести себя в порядок!!! А то я выгляжу как свинья!!!

Глава 11. Да, мне очень больно

– Почему я не могу быть такой же сильной, как ты, Алиса? – огорчённо произнесла Лена, прихлёбывая чай из кружки, совсем по-детски держа её двумя руками.

– Тебе не надо быть такой, как я, – слегка грустно улыбнулась я. – Твои способности почти бесполезны в бою. И это одновременно и плохо, и хорошо.

– Что же тут хорошего?

– …Плохо – от того, что ты не сможешь всерьёз противостоять кишинам. Ты не боец. А хорошо, потому что…

Я прикрыла глаза, вспоминая объяснения Широ.

– Сила волшебницы – это отражение её внутреннего мира. Характера. Убеждений. Можно, наверное, даже сказать, что души… Тебе не дано вредить – только сдерживать, защищать и лечить. А значит – у тебя большая и добрая душа, Лена.

– Если это так, то почему же ты…

– Потому что я не слишком хороший человек, – моя улыбка превратилась в слегка горьковатую усмешку. – Я заносчивая, самовлюблённая и эгоистичная. С отвратительным характером. Ленивая. Жадная. Иногда жестокая.

– Алиса, это не смешно, – поджала губы волшебница с укором смотря на меня. – Так даже шутить нельзя.

Вновь на секунду закрыла глаза, а потом весело рассмеялась.

– Прости-прости! У меня всегда было неважное чувство юмора.

– Это не страшно, – улыбнулась Лена. – Скажи… А все кишины такие же…

– Какие – такие?

– Ну… Сильные…

– А! Нет, что ты!

Девушка с облегчение вздохнула.

– …Это был засранец среднего уровня, – жизнерадостно продолжила я. – Основная масса демонов – слабее, но есть и намного круче. Единственный, которого я за свою недолгую карьеру не смогла завалить был как раз очень крутым уродом. Стрелялся молниями, был неплохо бронирован и умел призывать кишинов рангом помельче.

– Кошмар! – ужаснулась волшебница.

– Да нет, подруга – ему просто повезло, что я ещё была слишком неопытной… Хотя вот с такой плюющейся дрянью сталкиваюсь впервые… Обычные рядовые демоны не имеют в своём арсенале ничего серьёзнее когтей разной жути. Если имеет что-то сверх этого, то лучше держать ухо востро. Всё неизвестное – потенциально враждебно и подлежит уничтожению.

– Интересно, а из-за чего кишины вообще нападают? – задумчиво обхватила подбородок Лена.

– Да какая разница, – пожала плечами. – Пытаясь найти объяснение всему происходящему, можно потерять кучу драгоценного времени.

– Нет, ну а всё-таки…

– А из-за чего человека подкашивает вирус? Из-за чего землетрясения и штормы убивают людей? Потому что это – естественно.

– Может, если бы мы поняли причину, то удалось бы решить всё без лишней крови…

– Вряд ли, – откинула с плеча волосы. – Что с того, что понятно зачем, например, Наполеон поплёлся в Россию? Гнать обратно его всё равно пришлось штыками, саблями и ссанными тряпками.

– Может быть, ты и права…

– Конечно я права. Как это я могу быть не права? – картинно изумилась я, заставив Лену рассмеяться.

В прихожей лязгнул замок, послышался звук открывающейся двери, а затем в комнату вошёл мокрый и недовольный Песец с коробкой в руках.

– Дождь моросит, а за тортом должен ходить почему-то именно я, – проворчал лис, ставя вышеназванное лакомство на стол и идя вешать в прихожей спортивную куртку.

– Нечего бухтеть, морда! – крикнула я ему вслед, азартно набрасываясь с раскладным ножом на бечёвку, скрепляющую коробку. – В конце концов ты тут единственных мужчина, так что тебе и отдуваться!

– Алиса, ты шовинистка! – возмутился вернувшийся лис. – А где борьба за равноправие женщин? Где твоя феминистическая солидарность?

– Где, где… Тебе в рифму ответить или как? Равноправие – это значит ратовать ещё и за отмену алиментов, всеобщую воинскую повинность и конкурировать с мужиками на рынке труда грузчиков и сантехников. Вот уж фигушки! Я – девушка, я не хочу таскать тяжести! Я хочу новое платье и красненькую «мазду»!

– Машинка. В таком случае положено говорить «машинка», а не «мазда» – вам марки машин знать не положено.

– Эй, ну я же не блондинка!

– Да кто же тебя знает… А может ты крашенная?

– Алиса, ты уже вернулась? – послышался из комнаты оборотня голос Дария.

– Кто это? – ойкнула Лена и неожиданно порозовела. – Алиса, ты мне не сказала, что живёшь… с парнем…

Я обалдело икнула.

– Он мне не…

– Я вот хотел посоветоваться – чего на ужин нам… – парень вошёл в комнату и моментально осёкся, увидев прибавление в виде ещё одной девушки. – …приготовить… Эээ… Здрасте…

– Здравствуйте, – вежливо поздоровалась волшебница, покосилась на меня. – Ой, ну я, наверное, пойду – не буду вам двоим мешать…

– А ну стоять. Куда собралась? Дарий, привет. Стучаться не учили?

– Да я…

– Интервенция на корниловскую территорию, да? А, ну-ка немедленно пошёл к себе… за кружкой. Чай будем пить.

– Я, наверное, не вовремя… – вякнул Дарий. – Уже ухожу!

– Нет, лучше я уйду! – тотчас вскочила на ноги Лена.

– Кому сказала сидеть! Оба. Живо. Сели. Я сейчас объяснять буду.

* * *

– …ЕЁ ПАРЕНЬ?! – Дарий посмотрел на девушку, как на умалишённую. – Ни за что!

– Почему? – искренне не поняла волшебница.

– Соседушка слишком уж беспокоится за свои запасы китайских порномультиков и им сопутствующее, – хмыкнула я, нарезая торт.

– Порно… мультиков?..

– Елена, не слушай эту ведьму – это она так аниме называет.

– Но-но! Осторожней со словами, парниша! В противном случае, твоему кукломогильнику будет устроен яростный и беспощадный экстерминатус.

– Чего ты там мне устроишь? И не смей называть мою коллекцию фигурок кукломогильником!

– Ой, простите-простите! – всплеснула я руками.

Песец, сидевший ко мне ближе всего, опасливо отодвинулся, не спуская взгляда с ножа в моей руке.

– Всё! Айда, баловаться тортиком!

– По какому случаю праздник-то? – поинтересовался Дарий.

– А разве нужен какой-то повод, чтобы попить чаю с тортиком? Ведь торт – это кусочек счастья!..

* * *

В другое время и в других обстоятельствах заимствованный из Японии праздник Танабата – Звёздный фестиваль, мне, наверное, понравился бы.

Я люблю праздники. Когда на улицах полным-полно улыбающихся и радующихся людей. Помню, когда я была в пятом классе, то сборная России выиграла на Евро-2008 у голландцев, и тогда гуляла вся страна. Тогда мы вместе со всеми разъезжали по городу, орали, запускали фейерверки и махали флагами. Можно было увидеть такие невероятные картины, как обнявшиеся гопники и неформалы, самозабвенно орущие «Россия!!!» или отпускающие водителей-нарушителей гаишники. Просто потому что всем было радостно, и на одну ночь будто бы исчезло всё плохое и гадкое в людях.

Поэтому я люблю праздники.

Здесь было именно так – улицы украсились яркими гирляндами и бумажными фонариками. Центральные улицы закрыли для транспорта, и они заполнились толпами народа. На возведённых на площадях сценах пели приглашённые и местные певцы, из ретрансляторов, развешанных по всему городу, играла музыка, а вечером планировался массовый запуск фейерверков…

Во всём этом было плохо лишь только одно – я, к сожалению, оказалась права. Почуяв такое столпотворение, кишины моментально повыползали из всех нор, желая устроить себе кровавый пир…

Как же я иногда ненавижу быть правой.

– …Искры! – рявкнула я.

Что есть силы прыгнула вверх, перехватывая один из пистолетов зубами и вцепляясь рукой в висящую метрах в двух с половиной над землёй перекладину закреплённого на электрическом столбе уличного фонаря.

Забравшаяся на крышу припаркованной на обочине машины Лена выпалила в пару бегущих от меня демонов золотистым парализующим лучом. Кишины моментально замерли на месте, превратившись в подобие чёрно-багровых статуй.

Поток золотистых искр прошёл сквозь них – я лишь в самый последний момент успела повиснуть на перекладине и пропустить его под собой.

Спрыгнула, приземлившись на спину одного из демонов и опрокидывая его на землю. Всадила ему в затылок три пули, схватила второй пистолет и прострелила череп второго монстра.

Спрятала «кольты» за спину, перекинулась из боевого облика, привалилась спиной к столбу. И медленно сползла на землю, глядя как твари распадаются в светящуюся пыль.

– Алиса, тебя ранили? – взволнованно произнесла подбежавшая ко мне Лена. – Давай я…

– Нет, я цела, – слегка вымученно улыбнулась я. – Просто чувствую себя как выжатый лимон – с этими двумя, мы завалили сегодня уже больше дюжины тварей…

– Тринадцать, если быть точным, – произнёс подошедший Песец. – Ну-ка…

Он положил свою ладонь мне на лоб, пару секунд словно бы к чему-то прислушивался, а затем отошёл от меня и начал что-то искать на земле. Наверное, кишинские жемчужинки…

– Лис, ты спятил? Откуда у меня может быть температура летом?

– Я как-то в жару под кондиционером посидела и меня продуло… – грустно произнесла Лена.

– Не в этом дело, – оборотень спрятал один чёрный шарик в нагрудный карман рубашки, а второй зажал между пальцами и поднёс поближе, внимательно рассматривая…

А затем неожиданно легко раздавил его двумя пальцами, и чёрная жемчужина словно бы лопнула, превратившись в чёрно-багровый пульсирующий шарик.

Широ подошёл ко мне, выпустил его из рук, и шарик неторопливо поплыл ко мне… А затем неожиданно резко влетел внутрь груди. Меня словно бы прошило электрическим разрядом, а в глазах заплясали разноцветные круги.

– Ну, а теперь как ты себя чувствуешь? – хмыкнул лис.

Я с удивлением отмечая, что усталость как рукой сняло.

– Чувствую себя готовой совершить двухчасовой рейд по магазинам. Бодра, полна сил и готова к труду с обороной. И что это было, а?

– Если переводить на понятные тебе выражения – у тебя элементарно начали садиться батарейки, – объяснил лис. – Благодаря Контракту ты постоянно получаешь от меня энергию, но сегодня из-за того, что ты очень много сражаешься, она восстанавливается медленнее, чем ты её тратишь. И вот как раз здесь и помогают жемчужины кишинов – они отлично подходят для кратковременных подзарядок.

– А молчал-то как загадочно, когда я об этих фиговинах спрашивала… – буркнула я. – Как будто от них наша жизнь зависит. А это просто бонусные батарейки оказались.

– Ну, я думал, что такие сугубо технические подробности будут неинтересны.

– А нечего за меня решать, ОК?

– Алиса, нам (а тебе так особенно), наверное, будет лучше немного отдохнуть… Давайте где-нибудь часок посидим или погуляем? – предложила Лена.

– Ладно, давайте немного отдохнём, – я протянула руки вверх. – Помогите подняться, люди добрые!..

С помощью Песца и волшебницы поднялась на ноги. И хотя я сейчас была буквально переполнена энергией и желанием двигаться, но просто решила немного подурачиться.

– Ну, куда пойдём?

– А давайте просто погуляем – вон, какая погода хорошая…

– ОК, подруга. Вперёд, братья и сёстры!..

* * *

– Хм… А почему это дерево всё в бумажках? – поинтересовалась я, глядя на какой-то куст около какого-то офисного здания, на ветвях которого висела целая куча разноцветных бумажек.

– Ну, Танабата – праздник для нас это новый, но с ним связан интересный обычай, – объяснила Лена. – Пишешь в этот день на бумажке желание и привязываешь его к бамбуковому дереву…

– Я не спец по ботанике, но на бамбук это похоже мало. Больше на вишню смахивает.

– Вообще-то это сакура, – вклинился Песец. – Настоящие бамбуковые деревья тут не прижились.

– Фигня какая-то в общем, – хмыкнула я. – Ладно, пошлите дальше.

– Ой, а давайте тоже свои желания напишем? – предложила Лена.

– Да ну… Ребячество какое-то…

– Ну, пожалуйста! Ну, Алиса! – меня схватили за руку и натурально потащили.

– Да ладно… Что мне жалко, что ли…

Около этой сакуры… Да какая это сакура? Куст это просто. Как-то не так я себе эту знаменитую японскую вишню-пустоцвет себе представляла… Как-то более… внушительно, что ли…

Ладно, это не важно, в принципе.

Так вот. Около этого куста стоял небольшой стол, за которым обнаружились две бойкие девочки-школьницы, раздающие прохожим какие-то букетики и те самые цветные бумажки с верёвочками…

– Девушки! Хотите, чтобы у вас желание исполнилось? Напишите и привяжите к дереву! Всё исполнится! Честно-честно! – наперебой затараторили они, когда мы подошли поближе.

Лена взяла протянутую ручку и начала что-то увлечённо писать. К ней присоединился и Песец, тоже что-то с начавший быстро строчить, а затем ручку и листочек всучили мне.

И, значит, стою я с ними как последняя дура посреди улицы…

Стою и не знаю – а что мне загадать-то?

Чего-нибудь банального – здоровья, удачи, любви, счастья? Слишком тупо. Задашь общий запрос – получишь такой же общий ответ. Желать всегда надо чего-нибудь конкретного.

Написать своё самое сокровенное желание? Так сказать – розовую мечту? А нет у меня такой.

Парадокс, возможно, но у Алисы Корниловой нет ни одной сокровенной мечты. Я не хочу изобретать лекарство от рака, не хочу выходить замуж за принца или становиться певицей. Алиса Корнилова не мечтает – она ставит перед собой цели, а потом достигает их.

Мечта – это что-то несбыточное. К чему можно идти всю жизнь, но вряд ли когда-нибудь дойдёшь. И лучше, если не дойдёшь. Потому что нет ничего хуже, чем разочароваться в том, к чему так долго стремился.

Алиса Корнилова не хочет разочаровываться. Поэтому и не мечтает.

Маленький и колючий на весь мир человечек, что предпочитает крепко стоять на земле, а не парить в облаках. Это про меня. Это – я. В этом – вся я.

Какого чёрта…

Внезапно накатило неизвестно откуда взявшееся раздражение. Что за дурью я вообще сейчас маюсь? На улицах города идёт охота на людей, а я стою тут и делаю что-попало-сбоку-бантик, в то время как могла бы убивать кишинов, пока они не убили кого-нибудь.

Быстро и решительно написала на бумажке своё, как бы, желание:

«Слава человечеству! Хочу убить всех кишинов».

Рисунок в виде схематичной флёр-де-лис – геральдической лилии. Подпись. Дата.

Не знаешь, что делать, встретившись с глупостью – доведи её до абсурда.

Привязала бумажку (как назло ещё и столь нелюбимого мной розового цвета) к ветке, махнула остальным.

– Давайте быстрее уже – у нас ещё много работы сегодня.

* * *

Ночь опускалась на Саппоро, а мы всё ещё не могли считать нашу миссию на сегодня исполненной.

Кишины как с цепи сорвались, попадаясь всё так же часто. Хотя обычно уже часам к шести-семи вечера их пик активности почти сходил на нет.

Но сегодня был явно не обычный день.

Ещё утром мой персональный счёт убитых демонов остановился на красивом и круглом числе пятьдесят. Пока что в день я убивала одного-двух кишинов, редко больше.

Полчаса назад мы прикончили двадцать третьего за сегодня.

Пришлось раскошеливаться ещё на целых шесть жемчужин: пять – себе, одну – Лене, которая с непривычки здорово вымоталась. Да и я сама, если честно, уже была близка к тому, чтобы плюнуть на всё и пойти домой. Заёмная демоническая энергия давала огромный прилив сил и бодрости, но тратилась слишком уж быстро, а моя обычная энергия восстанавливалась с громким скрипом. В таком состоянии продолжать охоту становилось уже элементарно опасно – например, в последнем бою я пропустила удар. Когти кишина не пробили бронированный корсет, хотя и было очень больно, но распороли юбку и оставили три глубоких царапины на левом бедре, которые быстренько залечили совместными усилиями Лена и Широ.

Весь день я только и делала, что бегала, прыгала, рубила и стреляла. Как заведённая. Пока я была полна сил, это казалось простым и лёгким, но сейчас я уже ощущала, что вообще-то мои пистолеты весят по килограмму с лишним каждый. А пиломеч так и вообще… Нет, дралась я пока что всё так же, будто для меня не существует таких понятий, как масса и инерция, но зато потом…

– Ещё один кишин – и по домам, – вынесла я свой вердикт, допивая банку «милкиса» и отправляя её метким броском в мусорную урну. – Иначе в следующий раз могу прозевать удар с более печальными послед…

Я осеклась.

Темнота вечернего Саппоро неожиданно на мгновение сменилось ослепительно-ярким светом, а вот свет уличных фонарей напротив превратился во тьму.

– Что, опять это твоё чутьё? – широко зевнул лис.

– Похоже на то, – я поднялась с парковой скамейки, на которую мы все присели отдохнуть. – Двинули.

За прошедшее время я кое-как научилась управляться с этой своей способностью. Очень полезной, кстати. Радиус её действия был намного шире, чем у браслета – где-то метров двести-триста, но зато это чутьё было не слишком информативным. Чаще всего оно просто сигнализировало, что где-то поблизости кишин. И намного реже появлялось ощущение вылетающей из тела души, мчащейся кратчайшим путём к месту появления демона…

И, увы, сейчас был как раз не этот случай.

Петляя между домами, мы быстро шагали вперёд. Мой и браслет Лены начинали потихоньку искриться, сигнализируя, что кишин уже где-то совсем близко…

Миновали небольшой торговый центр, торгующий электроникой, и тут где-то вдалеке раздался крик. Больше не медля ни мгновения, перекинулась в боевую форму, слегка поморщившись от прострелившей в висках боли, и побежала вперёд, доставая из-за спины пистолеты.

Буквально вылетев из узкого проулка между парой небольших офисных зданий, я оказалась на небольшой площади…

Картину, что освещалась редкими уличными фонарями, будто калёным железом выжгло на сетчатке глаз.

Крупный – метра два с половиной в холке, кишин. Широкоплечий и коренастый, с огромным горбом, усеянным длинными острыми костяными шипами. Череп, напоминающий козлиный, и увенчанный двумя загнутыми назад рогами. Нижние лапы – самые обычные, вместо верхних – две пары тонких и узких клешней.

Напротив него девушка примерно моих лет. Невысокая и худенькая, с коротко стриженными тёмно-русыми волосами. Одетая в коротенькое платье бордового цвета, старомодный бордовый же берет с пышным пером, белые чулки и блузку. И сжимающая в руках бронзового цвета жезл с широким листовидным наконечником.

– Я не знаю, что ты такое, – обострившийся до предела слух донёс негромкий дрожащий голос волшебницы до меня. – Но я остановлю тебя.

Сердце пропустило удар и сбилось со своего ритма.

«Не успею», – холодея от ужаса, поняла я. – «Не успею!».

– Бегииии!.. – выкрикнула я, несясь к монстру огромными прыжками, и стреляя с обеих рук.

Волшебница взмахнула жезлом и выпустила в кишина пучок алых молний, но тот неожиданно легко увернулся, как от них, так и от моих выстрелов. Чуть ниже пригнул голову, а в следующий момент шипы на его горбу выстрелили вперёд, оказавшись кончиками каких-то щупалец.

Полдюжины костяных игл пробили тело волшебницы насквозь и подняли его в воздух. В воздухе на краткое мгновение застыли капельки крови, в следующий миг обрушившиеся на асфальт алым дождём.

На лице девушки застыло выражение запоздалого удивления и какой-то совсем детской обиды.

Закричав, отшвырнула «кольты» в сторону и прыгнула вперёд, доставая из-за спины меч. С воплем перерубила все щупальца одним размашистым ударом. Кишин резво отскочил назад, но я уже прыгнула к нему, занося меч для удара и выставляя вперёд правую ногу.

Широкая подошва ботинка впечаталась в грудь монстра, опрокидывая его на спину, а я, что есть силы, ткнула пиломечом, намереваясь пробить череп твари. Но в последний момент кишин мотнул головой, и клинок вонзился в горб чудовища.

Клешни монстра метнулись ко мне, ударяя с боков и отбрасывая прочь.

Демоническая кость проскрежетала по вшитым в глубине стальным чешуйкам, но серьёзных ран клешни мне не нанесли.

Отлетела в сторону, выпуская рукоять пиломеча, но почти сразу же с рычанием вскочила на ноги.

Ещё никогда в своей жизни я не испытывала такой всепоглощающей жажды убийства. И мне было глубоко плевать, что сейчас у меня не было никакого оружия – я была готова разорвать кишина на части голыми руками.

Вокруг моих кистей полыхнуло чёрно пламя, почти невидимое в темноте, и сорвалось двумя потоками куда-то во мрак. В воздухе промелькнули два золотистых сполоха, я молниеносно поймала летящие ко мне «кольты» и рванула вперёд.

В мгновении ока оказалась прямо перед кишином, отшибла в стороны несущиеся ко мне клешни стволами пистолетов, и с двух ног ударила монстра в грудь.

Сила удара оказалась такова, что тварь отбросило назад, опрокинуло на землю и протащило пару метров по брусчатке.

Перекувыркнувшись в воздухе, приземлилась. Издав полувой-полукрик вновь рванула вперёд, ведя ураганный огонь из «кольтов».

Крупнокалиберные пули перебили три из четырёх верхних конечностей кишина и разворотили ему всю грудь. Кое-как пытавшегося подняться монстра, припечатал обратно к земле удар ноги, а затем я прыгнула, впечатывая ему в грудь оба свои колена.

Ко мне метнулась последняя целая клешня твари, но я отбила её в сторону стволом левого пистолета, а из второго выстрелила в самое её основание и нанесла сильный удар рукоятью по открывшему было пасть монстру. Уткнула ему в голову оба ствола, разнесла её на части почти слившимися в очередь выстрелами. А когда кишин рассыпался в пыль, то запрокинула голову и закричала от ярости и накатившей беспомощности…

Пошатываясь, поднялась на ноги и пошла к лежащей в луже собственной крови незнакомой мне волшебнице, около которой на коленях стояла Лена и, негромко всхлипывая, пыталась вылечить девушку…

Волшебница была ещё жива, хотя её тело было пробито насквозь в нескольких местах. Она дышала рвано и прерывисто, а с каждым выдохом из уголка её рта выплёскивалась кровь.

Убрала пистолеты за спину, опустилась рядом с ней.

– Держись… Пожалуйста, только держись… – в отчаянье шептала Лена, с побледневшим от напряжения лицом пытающаяся лечить волшебницу. – Я вытащу тебя… Я вытащу…

– Широ… – тихо позвала я.

– Бесполезно, – лицо выступившего из темноты оборотня было искажено гримасой. – Её уже не спасти.

Паренёк опустился рядом с нами на колени, кончиками пальцев прикоснулся к охватывающему запястье девушки чёрному браслету с треснувшим жемчужно-белым камнем в центре.

– Клан Нагарэмоно, – ровным тоном произнёс лис. – Белые камни в чёрной оправе – их знак.

Оборотень бестрепетно положил ладонь на лоб умирающей волшебницы, закрыл глаза, а затем его лицо перекривилось от боли, и он выгнулся дугой, но в тот же миг девушка стала дышать спокойнее и ровнее.

– Ты спас её, Широ? – с отчаянной надеждой спросила Лена, размазывая по щекам слёзы.

– Я забрал её боль, – глухо произнёс оборотень, отворачиваясь. – Это всё, что я могу.

– Мама… – прошептала девушка. – Мама… Это ты?..

Волшебница едва чувствительно сжала мою руку. Я ощутила, как по щекам тоже начали катиться непрошенные горячие и злые слёзы.

Слегка приподняла голову девушки, подложив под неё свои колени, и чуть сжала её руку в ответ.

– Мама… Я ещё… немного погуляю… Потом… уберусь в комнате… Мама, кто это был? Мама, кем я была? Не знаю… Не поняла… Никто… не… сказал…

В ночное небо Саппоро взлетели фейерверки, которые сейчас запускали по всему городу. В ночном небе полыхали разноцветные огненные цветы. Где-то раздавались весёлые и счастливые крики людей.

В городе царил праздник.

А у меня на коленях умирала совсем ещё молодая девчонка.

– Холодно… – выдохнула волшебница.

И уже больше не вздохнула.

Я осторожно прикрыла глаза девушки, подняла руку, и мой взгляд остановился на перепачканной кровью ладони.

У меня не было ран, но было очень больно. Чтобы рассказать насколько именно, мне не хватало ни слов, ни слёз.

* * *

Не помню уже, как тогда мы разошлись по домам. Не помню, как дошла тогда домой. Просто шла и всё. Молча.

Молчала я, молчал и Широ. Не о чём нам было тогда говорить. Ни друг с другом, ни вообще. Слова были лишними.

Легла, не раздеваясь, но уснула только лишь под утро. Весь день провалялась на кровати, невидяще смотря в потолок…

И впервые за последние недели не пошла днём охотиться на кишинов.

Мне нужно было время. Чтобы подумать, осознать и принять.

Раньше смерть в бою с кишином казалось мне чисто абстрактным событием. Возможным, но не особо реальным. Всё равно, что в один из день мне бы свалился на голову кирпич – возможно, не слишком верится…

Вчера всё стало слишком достоверно. Понятно. Близко. Ощутимо. И от того – очень страшно.

Жутковатая сказка превратилась в мерзкую реальность.

Хорошо Широ сейчас у себя – не надо ему видеть, как крутая и сильная Алиса плачет. Точнее не плачет. Просто из глаз нет-нет, а катятся злые горячие слёзы. И не в излишней сентиментальности тут дело, вовсе не в ней.

А дело в том, что вчера у меня на руках умирала молодая девчонка.

Я её совсем не знала, а такое ощущение, что у меня отняли родную сестру. В принципе, в чём-то это верно – мы все сёстры по оружию. Но кто-то пошёл в волшебницы, зная, чего он хочет, а кто-то – потому что обманули.

Если бы всё повернулось чуть иначе, то на её месте могла бы оказаться я. Хотя это как раз не страшно – я молодая и глупая, я не боюсь умирать…

А что вероятнее – на её месте могла оказаться Ленка. Добрая и милая, но совсем не умеющая драться девчонка. Которая пожелала силы, чтобы защищать, а не убивать. Если бы я тогда не успела, то…

То что? Было бы как вчера – вот что. Когда я именно что не успела. Самое страшное в жизни – это не успеть.

А сколько раз я не успела?

Сколько таких девчонок бросают в горнило непонятной войны чёртовы нелюди? Почему право выбирать отнимают именно у таких, как…

Чёрт, чёрт, чёрт, чёрт, чёрт!..

Почему нельзя вербовать в волшебницы тех, кто действительно хоть немного готов к подобному? Ради адреналинового куража или тех же денег. На сотню нормальных девчонок ведь всегда найдётся хотя бы одна такая оторва, как я, которой наплевать почти на всё. Дайте мне силы, возможность и повод, и я пойду штурмовать Ад или возьму в осаду Рай…

Но не заставляйте делать это нормальных людей!

Проклятая нелюдь. Почему вы оказались такими…

Такими похожими на нас – мерзких людишек? Почему вы такие, как мы – подлые и гадкие? Не врёте, а просто говорите не всю правду; действуйте во имя добра, а творите зло…

Почему? Почему? Почему?!

Отвернулась к стене, сжалась в комок, прижав колени к подбородку, и украдкой вытерла глаза.

К чёрту. Я могу позволить себе слёзы, но не могу позволить их показывать.

По ковру прошуршали тихие шаги, негромко скрипнуло старое продавленное кресло.

– Как ты, Алиса? – тихо произнёс оборотень.

– Ничего, братец, со мной всё нормально. Я в порядке… – на секунду прикрыла глаза. – Я ни хрена не в порядке, Широ.

– Я тоже, – просто ответил оборотень.

Мы вновь замолчали.

– Никогда раньше не сталкивался ни с чем подобным, а это… – лис тяжело вздохнул. – А это, оказывается, очень тяжело.

– Чёрный клан, – чётко произнесла я, стараясь, чтобы голос не дрожал от сдерживаемой ярости. – Ты скажешь мне, если узнаешь кого-нибудь из этих ублюдков?

– Зачем тебе это, Алиса?

– Потому что теперь я ненавижу их. Я всегда ненавидела таких, как они. И когда я встречу одного из этих уродов, то очень постараюсь его убить.

– Алиса, это всё-таки ради общего блага и поэтому их можно понять и… – лис осёкся. – Кому я вру? Даже я их не понимаю. Зато теперь я понимаю, почему мы всегда враждовали с Чёрным кланом.

Я промолчала, только плотнее сжавшись в комок.

– Мы гордимся силой наших контракторов, они – их количеством. Мы выбираем всего нескольких, но зато помогаем как можем, чтобы заключившие с нами Контракт стали сильнее. Им плевать на других – они считают, что при любом раскладе победит количество, а не качество… До вчерашнего дня я не понимал, что именно это означает.

– А теперь для тебя что-нибудь изменилось?

– Может быть… – вздохнул оборотень. – Но ничего изменить лично я не могу. И тебе не могу позволить. Потому что сейчас клан Нагарэмоно – наши союзники, и они вправе действовать так, как посчитают нужным. И пока существует угроза кишинов – против них должны объединиться все, не взирая на…

– Да плевать я хотела, кто кому что должен! – выкрикнула я. – Почему я должна быть за того, кто ничем не отличается от того же кишина? Ну, кроме того, что демон сам убивает свою жертву, а чёрные – обрекают на смерть от чужих рук!

– Алиса…

– Алиса знает за кого и за что она. Я не защищаю – я нападаю. И теперь в списке моих целей для атаки кроме кишинов появилась и ещё одна категория монстров.

Взглянула на охвативший левое запястье серебристый браслет, поймала своё отражение в чёрном камне.

– Я должна убивать монстров. И я буду убивать монстров. И мне всё равно, как они будут выглядеть.

Глава 12. Да, иногда я ненавижу оказываться правой

– Здрасте! А Лена здесь живёт? -

– Да, здесь, – ответил мне женский голос. – А кто её спрашивает?

Вашу мать, наконец-то!!!

– Это её подруга – Алиса, – бодро сообщила я. – Лена трубку не берёт, вот я и решила к ней зайти. Подумала – а вдруг она приболела или ещё чего-то?

– Ой, заходи, Алиса – может хоть ты мне что-то объяснишь…

Домофон издал дружелюбную трель, и я изо всех сил потянула на себя тяжелённую дверь подъезда.

Пришлось почти полчаса проторчать под дверью, пока я смогла угадать квартиру Лены. Увы, но когда в один из дней я её провожала до дома, то узнала лишь в каком подъезде она живёт. Этаж и квартиру я не спросила, о чём потом ещё пожалела. Впрочем, путём логического анализа удалось определить какие номера квартир наиболее вероятны и начать звонить во все подряд…

Как назло жила моя коллега-волшебница на последнем – пятом этаже. И пока я добралась до её квартиры N56, то успела изрядно повозмущаться.

Позвонила в дверь, дождалась шагов по ту сторону, звуков отпираемого замка и приняла максимально невинный вид.

А что? Пока я не открываю рот и не извергаю на других потоки своей некуртуазной речи, а также не начинаю драться, внешне я выгляжу вполне себе женственно. Была у меня в школе подруга – Наташка, вот та выглядела натурально бой-бабой. Не толстая, а именно здоровая – покрепче некоторых парней будет. А я так – девчонка как девчонка… Бантики даже когда-то носила, например…

– Здравствуйте, – вежливо я поздоровалась с женщиной лет сорока, открывшей мне дверь.

– Здравствуй. Ты Алиса, да? Я – Ольга, мать Лены.

Они оказались очень похожи с дочерью – длинные русые волосы, карие глаза, доброе и приветливое лицо, да небольшие очки.

– Заходи, не стой на пороге. А Лена даже и не говорила, что у неё появилась подруга…

– Да мы совсем недавно познакомились просто – вот она, наверное, и не успела ещё рассказать.

– Алиса, – глядя мне в глаза, произнесла женщина. – Ты можешь рассказать мне, что случилось? Лена вернулась позавчера вечером с праздника вся в слезах, сидит у себя в комнате и не хочет ни с кем разговаривать. Мы очень беспокоимся.

– Мы с ней были вместе и увидели, как погибла какая-то девушка. Её… – я на миг прикрыла глаза. – Сбила машина.

– Какой кошмар, – в ужасе прижала руки к лицу женщина. – Лена всегда была очень доброй и ранимой, и у неё ведь очень… Что же тогда… Надо…

– Я поговорю с ней. Всё будет хорошо, не волнуйтесь.

Разулась, прошла по коридору, толкнула дверь.

Девушка сидела на кровати, прижав колени к подбородку, обхватив ноги руками и глядя куда-то в пространство.

– Привет, Лена. Как ты?

Волшебница не ответила и даже шевельнулась.

Присела на краешек кровати, тронула её за плечо.

– Лееенааа…

– А? Что? – словно бы включилась девушка. – Ой… Привет, Алиса. Извини, я… задумалась…

Обняла волшебницу, крепко прижала к себе и прошептала:

– Я тоже думаю о ней.

– Ну, почему всё так произошло? – всхлипнула Лена, утыкаясь мне в плечо. – Почему она умерла?

Провела рукой по волосам девушки.

Почему-то подумалось, что я не могу смотреть, как она плачет. Это совершенно не шло ей. Ленка – она ведь как полевой цветочек. Добрая и хорошая. И совсем не умеет плакать.

Потому что полевые цветы улыбаются солнцу и переговариваются друг с другом колокольчиками из капелек утренней росы, но не плачут.

– Потому что мы не в сказке, подруга. Потому что никакие мы, к чёрту, не волшебницы. Потому что за симпатичные платьица и красивое слово «волшебство» приходится платить кровью.

– Она ничего не знала. Ничего!..

– Потому что её обманули, – скрипнула я зубами. – Её хотели научить плавать просто бросив в воду. А она не выплыла.

– Но ведь так нельзя! Это неправильно!

– Что неправильно?

– Неправильно бросать людей в бой, ничего им не объясняя, – отстранилась от меня Лена, вытирая кулачками глаза. – Это девочка… Она могла стать сильной и умелой, как ты, если бы ей хоть что-то объяснили. Хоть что-то! Она же умерла совершенно зря!

– Я повторю, Лена – мы не в сказку попали. Мы в жизнь вляпались. Волшебницы, защищающие обычных людей, живут в сказках. А нам эти сказки просто рассказывают, тупо вербуя из нас солдат. Много солдат.

– Зачем делать солдат из девочек? Зачем?!

– Знаешь, Лена, когда в спецназ берут маленьких девочек? – криво усмехнулась я. – Когда просто больше некого. И если в строй ставят таких как мы – значит больше действительно некого. Значит, нам остаётся лишь ненавидеть тех, кто всё решил за нас и делать свою чёртову работу.

– Мы даже не знаем, как её звали, – неожиданно опустила голову девушка. – Мы ничего о ней не знаем. И уже не узнаем… И никто не будет знать, что эта девочка умерла, пытаясь защитить других. Разве это правильно?

Снова прижала волшебницу к себе.

– Мы будем знать, – прошептала я. – Мы будем помнить. И будем теперь драться и за себя, и за неё. И жить за неё тоже будем. И тогда всё будет не напрасно.

– Мне страшно, Алиса, – всхлипнула Лена. – Я боюсь всего этого…

– Мне тоже страшно. Я тоже боюсь. А знаешь что? Давай бояться вместе? Давай бояться и драться вместе.

Девушка тихо заплакала, уткнувшись мне в плечо.

– Ты поплачь, Лена, поплачь… – прошептала я. – И я с тобой тоже поплачу. А потом мы встанем, приведём себя в порядок и пойдём в город убивать монстров. Та девчонка ничего не знала, но вышла против кишина. А мы знаем, но не выйдем? Нет, мы выйдем. Выйдем и докажем, что всё это – не зря.

* * *

Телекинетический удар, пущенный Леной, разнёс в щепки кусок старого и гнилого забора, через который перемахнул небольшой кишин.

– Стой! – выкрикнула волшебница на бегу.

Так он тебя и послушался, подруга…

Выбежала из переулка. Демон промелькнул мимо меня, так что я даже не успела в него выстрелить, и понёсся в направлении полуразвалившегося двухэтажного барака.

Бросилась следом за ним.

Монстр одним огромным прыжком вскочил прямо в окно второго этажа, выбив лишённую стёкол раму внутрь.

Оттолкнулась от земли, запрыгнула на крышу старого покосившегося угольного сарая, а оттуда – в то же окно. И успела несколько раз выстрелить в ускользающую в дверном проёме чёрно-багровую спину твари.

Крупнокалиберные пули швырнули кишина вперёд и опрокинули мордой в пол. Но монстр достаточно быстро поднялся на ноги и приготовился уже было бежать дальше…

Окованный сталью носок моего сапога врезался ему в бок, подбросив демона в воздух и отбросив его к стене. Несколько раз выстрелила, но пришедший в себя кишин успел пригнуться, и мои пули лишь продырявили хлипкие деревянные стены.

А вот удар ногой с разворота отправил тварь в короткий полёт.

Монстр собственным телом разнёс на куски кирпичную печку, попытался неловко подняться…

Я прострелила ему колени, и он вновь рухнул мордой в пол. Вцепился когтистыми передними лапами в дощатый пол, подтянулся, пополз…

Пули, выпущенные из «кольтов», перебили ему и эти конечности.

Подошла поближе, брезгливо перевернула демона носком сапога…

На миг мне показалось, что алые огоньки в глубине пустых глазниц его уродливого черепа глядят чуть ли не со страхом и какой-то мольбой, будто прося о пощаде…

Моргнула, и секундное наваждение спало.

– Прогнило что-то в королевстве Дальневосточном, – произнесла я, вытягивая руку с зажатым в ней пистолетом вперёд. – Чем кончится всё это? Всем будет править небо, когда принцесса Элис сожжёт всю гниль. Проследуй в Ад, мой бедный Йорик!

– Стой, Алиса!

Послышавшийся позади меня запыханый голос Лены заставил меня замереть, но оборачиваться я не торопилась.

– Что?

Девушка обошла меня сбоку и встала передо мной. Наклонилась, положив руки на колени, слега отдышалась и успокоила тяжёлое дыхание. Выпрямилась и посмотрела мне в глаза.

– Я… Я хочу сама сделать…

– Сама сделать что?

– Ну… – замялась Лена. – Кишина…

Слегка наклонила голову вбок, внимательно рассматривая Лену, будто бы видя в первый раз. Усмехнулась, подкинула правый «кольт» в воздух, поймала его за ствол и протянула рукояткой вперёд волшебнице.

– Держи.

Девушка осторожно приняла тяжёлый пистолет, схватила его двумя руками, и направила слегка дрожащий ствол на кишина.

– Надо… – прошептала Лена. – Я должна…

По ушам ударил громкий выстрел, в воздухе промелькнула золотистая гильза, растаявшая до того, как коснуться пола. «Кольт» в руках волшебницы с силой подбросило вверх, а сама она дёрнулась от непривычки.

Промеж глазниц демона появилась густая сеть глубоких трещин.

– Стать… Такой, чтобы… Ради… – нервно сглотнула девушка.

«Кольт» громыхнул ещё два раза, и демон распался в светящуюся пыль.

Наклонилась, подобрала упавшую на пол чёрную жемчужину, прошла мимо Лены, вытащив из её рук тяжёлый золотисто-чёрный пистолет.

Слегка наклонилась к ней и шепнула.

– Добро пожаловать в реальный мир.

Спрятала пистолеты за спину и выпрыгнула из окна, мягко приземляясь на землю, сбрасывая боевой облик и слегка улыбаясь.

* * *

Мой взгляд плавно скользил по огромной карте Саппоро, которая теперь висела в моей комнате. Постоянный мониторинг местных новостей – как текущих, так и за прошедшие годы, позволял всё чётче определить границы наибольшей активности кишинов.

Россыпи воткнутых в карту булавок с круглыми красными головками казались выступившими капельками крови терзаемого демонами города. Они были распределены неравномерно – где-то почти ни одной, где-то – десятки. Первоначально границы зон атак простирались на несколько кварталов, но постепенно они начинали сужаться до размеров отдельных перекрёстков и зданий.

В любом городе всегда есть места, пользующиеся нехорошей славой. Улицы, где постоянно происходят аварии. Дома, чьи хозяева гибнут друг за другом. Девяносто девять процентов подобных случаев можно объяснить – нерегулируемые перекрёстки, соседи-алкаши, плохая проводка…

Один процент объяснить невозможно.

А в Саппоро таких случаев и мест было намного больше…

И везде мне не успеть. И не успеть даже команде, которую я, возможно, создам. Поэтому каждый выход на охоту должен приносить гарантированный результат в виде призовых чёрных жемчужин. Зачем они нужны, кстати? Вряд ли только в качестве халявной магической энергии. Песец не говорит ничего больше того, что уже рассказал, а я пока и не настаиваю – хватает и других забот.

Самая главная из которых как вычислить других волшебниц? Не могу же я ходить по улицам с плакатом «Волшебницы всех стран, соединяйтесь!»… Телевидение? Пустить объявление бегущей строкой? Или дать какое-нибудь кодированное послание в местные газеты? Бессмысленно. Я сама-то почти не смотрю телевизор, а уж газеты и подавно. Просто ходить и смотреть на руки девушек, выискивая браслеты-детекторы? И много я так насмотрю, интересно?

– Песец, как можно вычислить в толпе волшебницу? – поинтересовалась я у уткнувшегося в монитор ноутбука оборотня, не отрывая взгляда от карты.

– Это будет молодая девушка, – содержательно, но абсолютно бесполезно ответил лис, сосредоточенно щёлкая мышкой.

– Офигеть, как ты мне сейчас сузил круг поиска. В Саппоро полтора миллиона человек населения. Даже если грубо прикинуть, то женщин будет половина. Из них девушек лет… Скольких лет, кстати?

– Шестнадцать-двадцать, примерно. Хотя, бывают и исключения.

– Шестнадцати-двадцати… Да это ж минимум тысяч сто!!!

– Ага…

– Блин, – я заложила руки за спину и начала ходить вперёд-назад.

Остановилась, посмотрела на своё левое запястье, где теперь всё время находился браслет. Снять его, кстати, не получалось – он, словно бы, прирос к руке. Песец сказал, что он исчезнет сам после окончания срока Контракта… То есть через три года.

Шикарно…

– Лис, браслет есть у всех волшебниц?

– У тех, что заключали Контракты с моими сородичами. То есть от Камчатки до Окинавы. Насчёт остальных мест не знаю, но там Контрактами могут заниматься и другие Древние…

– Ясно… – задумчиво накрутила на палец прядь своих волос. – Кстати, волшебницы – это всегда девушки?

– Человеческие мужчины к подобного рода магии не способны в принципе, – объяснил Песец. – Среди них маги всегда были крайне редки – все эти истории о ведьмах не на пустом месте ведь возникли. В случае же с подобными тебе… У женщин энергетика более пластичная, поэтому они могут без больших проблем переносить трансформации. Оптимальный возраст волшебницы – шестнадцать-двадцать лет. Организм уже достаточно сформирован, но и изменения ещё допустимы.

– Кстааати… А чего это ты перед заключением Контракта не поинтересовался – девственница я или нет? – ехидно поинтересовалась я у лиса. – Или это неважно?

– Это уже ваши людские предрассудки, – буркнул оборотень, чьи уши моментально порозовели. – И к реальности они не имеют ни малейшего отношения.

– Хм… Ладно. А что насчёт самой магии?

– А что с ней не так?

– Пиломеч и пистолеты. Неужели это всё? Первого… Ну, то есть второго кишина я ведь уделала каким-то чёрным огнём…

– Как бы тебе объяснить-то попонятнее… – лис оторвался от экрана ноутбука и задумчиво потёр лоб. – Допустим, ты хочешь есть…

– Не, я уже пообедала…

– Алиса, я говорю абстрактно.

– Да я поняла! Это ты ничего не понял!

– Я лучше проигнорирую твою шпильку, – заявил оборотень. – Смотри: Допустим, ты хочешь есть. Допустим, у тебя имеются деньги. Но решить свою проблемы ты можешь по-разному – можешь купить кучу уже готовых гамбургеров, можешь пойти пообедать в кафе или купить продуктов и приготовить что-то самой. Сила волшебницы – тоже своего рода деньги. И её можно воплощать по-разному, чтобы сражаться с демонами. Можно реализовать в чистом виде, получив просто воплощённую разрушительную энергию. Или какие-нибудь заклинания. Можно воплотить в мече и умении им владеть. Можно воплотить в пистолетах и навыке обращения с ними.

– Поэтому ты назвал тогда меня гибридом, да? У меня получилось всего понемногу…

– Верно, Алиса. Но как и любой гибрид, сочетая в себе лучшие качества исходных образцов, ты всё-таки будешь уступать каждому из них в своей нише. Да и общие недостатки тоже вберёшь в себя… Волшебница, полностью заточенная на бой холодным оружием, скорее всего, победит тебя в поединке. Волшебница-стрелок будет быстрее и точнее. Про чистую волшебницу я вообще молчу…

– Подожди-ка… – я замерла на месте. – А почему ты оцениваешь мои шансы в бою с ВОЛШЕБНИЦАМИ, а не кишинами?

– Что? А, да просто к слову пришлось… Я ведь к чему веду…

…Он был сейчас очень убедителен. Я ему поверила… Почти. Что-то всё-таки было не так.

Ты всегда что-то недоговариваешь, Широ Дзёдаи. Что именно не так во всём происходящем?

Во что же я так неосторожно вляпалась?

– …Я ведь к чему веду… Если твоя сила воплотилась именно в виде мечницы-стрелка, то и ориентироваться тебе в первую очередь стоит именно на эти ветви. Спору нет, чистая магия эффективнее и могущественнее, но только лишь в умелых руках. Если ты плохо поёшь, но хорошо танцуешь – есть смысл становиться именно танцовщицей, а не певицей.

– Ладно, убедил, – хмыкнула, подходя к окну и вглядываясь в очертания виднеющихся вдали башен из стекла и стали Саппоро-Сити.

Неожиданно зазвонил валяющийся на кровати телефон. Подошла, взяла его в руки, посмотрела – кто там мне названивает…

«Вол. Лена».

«Вол.» – значит волшебница.

Тааак… Нутром чую, опять что-то у неё стряслось. Хотя и отошла немного после того случая, но до сих пор чуть что, так глаза сразу же на мокром месте…

– Да?..

– Ты была права.

– Чего? – не поняла я, но от тона девушки мне стало не по себе.

– Ты была права, Алиса, – похоронный голос волшебницы прервался коротким всхлипом. – Ты была права.

– Так, – моментально собралась я. – Только без глупостей, подруга. Я сейчас приеду.

– Не… надо…

– Надо, Лена, надо. Жди, я уже скоро.

Нажала на клавишу «отбой».

– Как я иногда ненавижу быть правой! – в сердцах бросила я.

– Что-то случилось? – забеспокоился Песец.

– У нашей новой знакомой неожиданно открылись глаза, и она охренела от всего увиденного – вот что случилось.

* * *

– …Сначала я пошла по адресу, где, как он говорил, живёт его бабушка, – шмыгнула носом Лена.

Глаза у неё были красные – явно заплаканные, но вот голос совсем не дрожал. Напротив – был серьёзен и сосредоточен.

– Оказалось, что там живут какие-то алкоголики. А ни про Рому, ни про его бабушку никто и никогда не слышал, – продолжала девушка. – Потом пошла к нему домой… Он ведь в элитном доме жил – высокий забор, охрана… Сама видела, как он не раз оттуда выходил. Иногда с охранниками разговаривал даже… А когда я с ними поговорила, выяснилось, что он там никогда не жил, а ходил по домам вроде как от социологического центра исследований. Говорят, удостоверение даже показывал какое-то… А мне говорил, что в юридической организации работает.

– Ты и туда успела сходить? – поинтересовалась я, усаживая на высокий каменный парапет набережной.

– Сходила. На следующий день, правда… – девушка замялась. – Я ведь даже тогда думала, что всё это просто недоразумения… Да я сейчас до конца не верю, что Рома… или как там его на самом деле… так меня обманул.

– Так что с его работой-то?

– Сказали – да, приходил как-то такой, у нотариуса копию заверял… В центре социологии о нём вообще никогда не слышали… А когда я ему позвонила… Попробовала позвонить. Но там было уже не «абонент выключен или находится вне зоны доступа», а «набранный вами номер не существует». Вот.

Лена тяжело вздохнула и шмыгнула носом.

– Я теперь уже ни в чём не уверена, Алиса… Такое ощущение, что был человек… а вроде как, получается, его и не было. Вместо человека – один сплошной обман. Зачем он так сделал? Он же казался таким искренним, когда говорил, что я ему нравлюсь и очень нужна… Зачем он так? Я ведь ему поверила!

– А потому что козёл, – ответила я. – Точнее, не козёл, а лис. Лис-оборотень. Нечеловек. Нелюдь. Кто его знает, что у них за понятия о морали и чести? Хотя… Скажи, подруга, а он тебе когда-нибудь говорил, что любит тебя?

Девушка быстро вытерла набежавшие слёзы и задумалась.

– Знаешь… А ведь нет! Говорил, что я ему очень нравлюсь. Говорил, что я ему нужна. Что сделает меня счастливой…

– Не соврал братец… – хмыкнула я. – А ведь, получается, эти самые кицунэ действительно не умеют лгать.

– А что это всё такое, если не наглая и отвратительная ложь?!

– А ты подумай, подруга. Вспомни все его слова и примерь их не на влюблённого парня, а на стремящегося заключить Контракт оборотня. Ты ведь ему действительно была нужна, как контрактор. И как контрактор ты ему, видать, тоже нравилась. И делая тебя волшебницей, этот урод вполне мог считать, что делает тебя счастливой.

– Как это мерзко! – в сердцах воскликнула девушка. – Я ведь ему действительно поверила!

– Лена, это жизнь. Это надо пережить.

– Но, как же так! Ну, почему всё так несправедливо?! – всё не успокаивалась волшебницца.

– Подруга, жизнь – вообще несправедливая штука. И к этому нужно привыкнуть… Не смириться, нет, а именно привыкнуть. Научиться переносить удары и бить в ответ.

– А если я не хочу бить в ответ?

– Люди, на самом деле, не так уж ушли в своём развитии от животных, – скривилась я. – И мы всё так же живём по законам джунглей, где или ты, или тебя.

– Рома мог мне всё рассказать, – упрямо мотнула головой девушка. – Я бы, наверное…

– Наверное или точно? И что ты всё заладила – Рома, Рома… Ты уверена, что его вообще так зовут? Ты уверена, что он тебя хоть в чём-то не обманул? Так! Так! – забеспокоилась я, видя, что у Лены опять на глаза набежали слёзы. – Хватит уже мокроту разводить, подруга! Давай лучше остановимся на том, что этой твой оборотень – редкостный козёл, как и многие из парней.

– Это я во всём виновата…

– И вот эти завихрения женской логики – тоже стопори! Ишь, чего удумала… Нет, подруга, – всё! Ты ошиблась, свою ошибку поняла и вынесла из неё жизненно необходимый опыт. Дальше самокопаниями заниматься не надо, иначе это можно будет продолжать до бесконечности без пользы, а лишь во вред себе и другим.

– Ну, почему на меня столько всего сразу свалилось? Почему?!

– Потому. Что. Лена, ну не надо этих глупых и сопливых вопросов! Хватит уже так убиваться по этому хмырю! У тебя таких ещё сто штук будет!

– Мне не надо сто! Мне он нужен один!

– Убееейте меня… – замогильным тоном взывала я, хватаясь за волосы, обматывая их вокруг шеи и начиная себя «душить».

– Если бы… если бы он мне всё рассказал… Я бы, наверное, согласилась… И мы были бы вместе…

– Если бы бабушка была дедушкой, то это был бы первый однополый брак на Руси. Лена, ну ты же вроде поняла, что этому нелюдю от тебя нужен был только Контракт!

– Вот! Это потому что я уродина!

Я слезла с парапета, заложила руки за спину и начала нервно ходить взад-вперёд перед девушкой.

Чёрт, всё-таки любовные страдания – это штука посильнее «Фауста» Гёте и постменструального синдрома! Сама такие же истерики устраивала – поэтому и говорю так уверенно. И выслушивала тоже. Много выслушивала! И больше не хочу!

Так…

Так. Так. Так. Аргументы в этом деле бесполезны – и это факт. В таких делах мозг вообще работает лишь изредка – отдельными вспышками. Когда успокоишься и начнёшь вспоминать, то сразу думаешь – я грибов тогда, что ли, галлюциногенных переела? Или под гипнозом была, раз такую чушь несла? Но когда тебя вот так вот несёт – посторонних мыслей просто не возникает…

Да их и вообще, в принципе, в такие моменты не возникает. Как говорится – в эти секунды ты чувствуешь исключительно своим сердцем…

А что есть сердце? Мышца! Как и ягодицы, например. Ну, и как много и насколько хорошо такими непрофильными органами можно надумать?

Надумать нельзя. Зато натворить чего-нибудь можно запросто!..

– Слушай, подруга, ты эти глупости брось. Ушлёпал этот ушлёпок? Ну, и скатертью ему дорога! И вообще, такие, как он тебя в принципе не достойны! Ты красивая, умная и добрая, а он – козёл! А раз такое золото бросил – ещё и баран!

Девушка самозабвенно заливалась слезами, хотя и без особо энтузиазма…

– Господи! – схватилась я за голову. – За что мне это? ЗА ЧТО?

Решительно схватила Лену за руку и потащила за собой.

– А куда… – шмыгнула носом волшебница. – Ты меня…

– Я тебя, – огрызнулась я. – Лечить тебя буду. По бразильской системе.

– Это… это как?

– Это – через агрессивную трудотерапию!

Глава 13. Да, я умею развеять скуку

Закрапавший с самого раннего утра мелкий противный дождик к полудню перерос в самый натуральный тропический ливень. Вылезать в такую погоду на улицу не то что на охоту за кишинами, а даже в магазин было страшно неохота.

Поэтому я и не вылезала.

Решила себе устроить небольшой выходной, потому что всю последнюю неделю контрдемонических операций мне пришлось как непосредственно убивать кишинов, так ещё и вдобавок слушать постоянные причитания Лены. Первые два дня она поставила рекорд по масштабности заездов по моим мозгам, выдавая поток сознания на тему несчастной любви на протяжении шести часов с перерывами на охоту. Правда, в последующие дни уныние девушки постепенно начало идти на спад, а вчера она так и вообще всего минут пятнадцать сокрушалась по поводу того, какая она дура и почему мир в лице какого-то брюнета-оборотня к ней так несправедлив…

Но сегодня у меня самый натуральный выходной, ура!..

А чего «ура», собственно? Выспалась. Покушала. Посидела в интернете с телефона. Послушала музыку. Но часам к трём уже начала натурально маяться от безделья – оказалось, что я уже слишком привыкла к постоянным выходам в город за трофейными энергожемчужинками…

Послонялась по дому. Сделала гимнастику, размялась. Повалялась на кровати. Окончательно заскучала и пошла к Песцу в комнату в поисках хоть какого-нибудь развлечения. Пусть эта морда мне что-нибудь интересненькое из жизни нелюдей расскажет, или просто попривязываться к нему, развлечения ради…

Лис обнаружился сидящим на кровати и во что-то сосредоточенно играющим на ноутбуке.

Вот паразит! Нет, чтобы своими прямыми обязанностями информатора и аналитика заниматься!.. Кстати, во что это он там играет-то?..

Плюхнулась на кровать рядом с пацаном, заглянула через его плечо в экран ноутбука. Пару минут понаблюдала и начала давать советы по прохождению:

– Так, бей тётку. Бей! А теперь отходи. Используй «аптечку». Нет! Лучше заклинанием вылечись! Теперь бей мужика. А теперь тётку. А чего ты с голыми руками-то ходишь? Быстрее доставай меч… Нет, лучше лук – вон сколько монстров вдалеке!..

– Алиса, ты с ума сошла?! – не выдержал Песец. – Это симулятор свиданий вообще-то, а не РПГ или стрелялка! Тут вообще драться не нужно и нельзя!

– То-то смотрю – хрень какая-то, а не игра, – хмыкнула я, разваливаясь на кровати и начиная исподволь выпихивать оборотня.

– Изумительная наглость! – возмутился лис. – Мало того, что я сидел и тебя не трогал, так ты ко мне пришла и начала приставать, так ещё и пихаешься!

– Это кто тут пристаёт, а? Ты эти свои извращенские фантазии брось!

– И ничего они не извращенские – я, так сказать, за традиционную любовь… Хотя вот тебя было бы нелишне и связать для начала!

Пинком сбросила скандализированного сверх меры Песца на пол и заняла площадь кровати по максимуму, раскинув ноги и руки в стороны.

– Можешь называть меня Госпожой, смерд, – милостиво позволила я и тут же начала кататься по постели.

– Мне скучно, бес!

– Что делать, Фауст?

Таков положен вам предел,

Его ж никто не преступает.

Вся тварь разумная скучает:

Иной от лени, тот от дел;

Кто верит, кто утратил веру;

Тот насладиться не успел,

Тот насладился через меру,

И всяк зевает да живет –

И всех вас гроб, зевая, ждет.

– Зевай и ты, – невозмутимо выдал лис.

– ЧЕГО? – у меня глаза стали размером с блюдца.

– Ну, раз ты сама предлагаешь, то давай развлечёмся… – блеснул глазами оборотень, откладывая ноутбук в сторону. – Чур, я сверху!..

– Умри, поганый ксенос! – воскликнула я, запуская подушкой в лиса. – Пади перед моим гневом!

Минут пять занял азартный переброс подушкой.

– Вы чего тут шумите? Некоторые, между прочим… – высунувшийся из-за занавески, которая теперь заменяла стену между нашей и соседней квартирами, сонный Дарий получил подушкой в лицо и моментально исчез обратно.

Подушка оказалась на чужой территории.

– Вот теперь иди и неси её обратно, – недовольно надулся Песец.

– Твоя подушка – тебе и идти, – парировала я. – Тем более, что запустил её в Дария тоже ты!

– Эксплутаторша… – буркнул лис, откидывая занавеску и проникая в соседнюю квартиру. – А ведь рабство отменили ещё в позапрошлом веке…

– Ты мне ещё тут пооговаривайся!..

Когда лис не вернулся ни спустя пять, ни спустя пятнадцать минут, я почуяла очередной приступ скуки. А также неладное, потому как из соседней квартиры начала доноситься довольно бодрое бормотание на два голоса, сдобренное какой-то полудетской песенкой, играющей на заднем фоне.

Сползла с кровати, аккуратно просочилась по ту сторону занавески и стала свидетельницей маленькой идиллии.

Песец и Дарий мирно сидели перед широченным компьютерным монитором, по которому крутились те самые бурятские мультфильмы. В главной роли – девочки в вычурных платьях, творящие какую-то уличную магию. Насчитав целых семь вроде как героинь, имеющих волоса всех цветов радуги, прислушалась к негромкому разговору между этими двумя упоротыми бобрами.

– …Ну, Арису-тян просто не может хоть кому-нибудь не нравиться – она же эталон доброты и красоты.

– Идеал.

– Согласен.

– А кто тебе ещё оттуда из персонажей нравится? Кьо?

– Нет, Кьо ведь классическая кудере, а мне этот типаж не слишком нравится.

– А почему? Кудере ведь весьма кавайны. Тихие, спокойные, красивые… Молчат себе большую часть времени и читают книги…

– Нет, мне больше по нраву активные типажи.

– Эээ, Дарий… Да у тебя просто нет такой, гм, сестры, как Алиса! Иначе ты сразу бы полюбил милых, скромных и тихих девушек.

– Неужели всё настолько плохо? По-моему, она типичная цундере с классическими переходами от режима «цун-цун» (наглость и хамство) до режима «дере-дере» (любовь и забота)… Ну, по крайней мере, мне именно так показалось.

– Знаешь, а это непростой вопрос, друг… Если быть точным, то она скорее неправильно ориентированная по жизни генки. Типичный почти неисчерпаемый запас энергии и оптимизма, и почти таких же размеров дебилизм. И вдобавок это всё усугубляется весьма агрессивной натурой и манерой чуть что – сразу драться. А иногда Алиса вообще ведёт себя как натуральная янгире…

– Яндере?

– Нет, яндере – она же обычно милая, но на почве любви легко превращается на время в кровожадного монстра и убийцу… А янгире, как и Алисе, особого повода для резни не нужно.

– Ну, некоторые и такие типажи находят привлекательными…

– Ага. Сначала такие – «хочу себе девушку-яндере», а потом «ми-ми-милая, не убивай меня».

– Твоя правда, Костя. Яндере в реальной жизни ужасны.

– И цундере тоже. А глядя на мою ненаглядную сестрёнку, начинаю думать, что и генки – не столь уж и милы…

– В реальной жизни вообще почти все типажи отвратительны. Поэтому нарисованные девушки – намного привлекательнее в этом плане.

– Твоя правда, Дарий…

– Два извращенца… – мрачно уронила я, подкравшись к этой парочке любителей мультиков. Парочка моментально подскочила на месте от неожиданности. – Два поганых извращенца… Я всё слышала, деграданты! Ну, держитесь…

– А-А-Алиса!..

– «Ми-ми-милая, не убивай меня», – передразнила я, мастерски выкручивая уши обоим оболтусам. – А, ну подъём! Развели тут пылюку, насекомые! Хватит маяться дурью – принимаемся за уборку!

Класс. Сейчас будем мне развлечение, хи-хи… Обожаю физический труд! Могу наблюдать за ними часами!

* * *

– Слушай, кишины – они ведь невидимы, да? Просто невидимы? А если со мной будет взвод автоматчиков, и я просто скажу им куда стрелять – они смогут убить тварь?

– Ммм… Сложный вопрос, Алиса, – идущий рядом со мной лис задумчиво потёр лоб. – Кишины не то чтобы совсем невидимы… Как бы это объяснить-то?.. В общем, судя по всему, они проникают в наш мир из другого. Но в то же время не полностью – какая-то их часть всё равно остаётся в их родном измерении, поэтому обычный человек и не может их увидеть. А вот магические существа и волшебницы…

– Стоп. И вновь мы возвращаемся к первому демону, которого я убила, ещё не будучи волшебницей.

– Статистики у меня нет, но один человек на сколько-то там тысяч должен видеть демонов… Может, у тебя в роду были какие-нибудь ёкаи – кто ж теперь это знает? А спустя кучу поколений нелюдская кровь пробудилась в тебе таким вот образом.

– Ну, спасибо! – фыркнула я. – Я, оказывается, ещё и не совсем человек – какая радость!

– А что не так? – искренне удивился оборотень. – Не быть человеком по крови или быть не совсем человеком по крови – это ведь не преступление. Почти все волшебные существа… ммм… без особых проблем скрещивались с человеческим родом, что подтверждает нашу общую природу.

– Ну-ну.

– Алиса, вот не ожидал, что ты такая расистка.

– Чтооо?!

– Негры или азиаты, например, внешне от европейцев отличаются круче, чем люди от сказочных эльфов. Но это всё равно люди. Так что…

– Ладно, пушистый, давай отложим урок антропологии до следующего раза и вернёмся к моему вопросу.

– Хорошо, смотри. Кишин, он как корабль – и в глубине моря не плавает, и в воздухе не парит. Находится, так сказать, в пограничном состоянии… И давай представим не современный корабль, а какую-нибудь пиратскую каравеллу семнадцатого века, когда не было ни подводных лодок, ни самолётов. Единственным оружием против корабля в море в те времена был лишь другой корабль. Поэтому мы и делаем из обычных девушек волшебниц, чтобы они тоже могли осуществлять этот, гм, фазовый переход и сражаться с кишинами в их субмире.

– Если это так, то нужды в маскировке нет, – резонно заметила я. – Я же ведь также частично выпаду из обычного пространства. И как это тогда соотносится с твоими словами о том, что обычные люди могут меня увидеть? Не находишь ли, что ты порой сам себе противоречишь? И как тогда тебе тогда верить, если сначала ты говоришь одно, потом – другое, а на деле это вообще может оказаться что-то третье.

– Сколько вопросов… – поморщился Песец. – Насчёт главного – я не врал, когда говорил, что люди могут увидеть ТЕБЯ в боевой форме… Тебя, а не других волшебниц.

– Стоп. А почему это я такая особенная?

– А я знаю?

– А ты знаешь, что отвечать вопросов на вопрос – некрасиво?

– А разве это я первый начал? – не сдавался лис.

– А уж не еврей ли вы, батенька? – парировала я. – Считается, что именно они отвечают вопросом на вопрос.

– А почему это ты спрашиваешь? Ты таки антисемитка?

– Ша! – прекратила я эту бессмысленную пикировку. – Закончили пререкания и вернулись к конструктивному диалогу!

– Если кишина серьёзно ранить в субпространстве, то он вполне может вывалиться в реальное пространство, – невозмутимо объяснил лис, будто бы и не было только что никакого яростного и бессмысленного спора. – Тогда его сможет убить хоть обычный солдат, хоть ребёнок.

– Насчёт моей видимости даже после фазового перехода догадки есть?

– Возможно всё дело в твоём уровне энергетики… Как я уже возможно тебе говорил – запас энергии у тебя огромный. Чисто навскидку – раза в два больше, чем у Елены, например. Правда, ты этот запас в бою и тратишь быстрее нормального… Но в любом случае тебя «видно» даже из субпространства. Если обычную волшебницу можно сравнить с подводной лодкой, что погружается под воду для атаки, то ты максимум можешь лишь… ммм… немного утонуть.

– Фигово, – скривилась я. – Кстати, а как скрытый кишин выглядит со стороны? Ну, для обычных людей?

– Они заметят какое-то колыхание воздуха, типа марева над разогретым предметом. Внезапный порыв ветра. Какой-то силуэт, мелькнувший на границе зрения. И, скорее всего, безотчётную тревогу и желание покинуть это место как можно быстрее.

– Ясно… Дело ясное, что дело тёмное. Если монстры вполне себе реальны, то и следы после них должны оставаться вполне реальные – следы когтей и клыков, например.

– Светлый Круг старается, чтобы это не стало известно простым людям, – туманно ответил лис.

– Нелюди в чёрном? «Это был взрыв болотного газа». «Свет Венеры отразился в верхних слоях атмосферы и создал иллюзию…» А чего ты тогда так беспокоился из-за раскрытия?

– Круг не всесилен. Он не может успеть везде и замести все следы. Поэтому ошибок лучше не совершать.

– Так, вернёмся-ка назад, братик. Получается, что ты не делаешь меня невидимой… – задумчиво накрутила я прядь волос на палец. – Верно?

– Верно. Я лишь делаю так, что с тебя соскальзывают взгляды обычных людей. Они смотрят на тебя, но им кажется, что они видят что-то обыденное и непримечательное и переводят взгляд.

– Интересно… А я могу пройти под этой маскировкой, например, в банковское хранилище и…

– Алиса, я могу отвести случайные взгляды. Если за тобой будут целенаправленно наблюдать много людей – маскировка спадёт.

– Ясненько…

Мимо нас с воем сирен промчались два красно-белых пожарных «урала».

– Наш случай? – поинтересовалась я у лиса.

– Нельзя исключать. В результате убийств кишинов частенько случаются аварии и пожары.

– Тогда бежим!

…Говоря канцелярским языком, источник возгорания находился на расстоянии двух улиц и пяти минут лёгкого бега. Горел новенький трёхэтажный многоквартирный дом, аккурат на третьем этаже.

Перед домом стояли четыре пожарных машины, одна из которых подводила стрелу лестницы к одному из четырёх окон, из которых вырывались языки пламени. Вокруг, естественно, потихоньку собиралась толпа зевак, так что мы с оборотнем глаза особо не мозолили…

Я поводила из стороны в сторону левой рукой; закрыла глаза, прислушавшись к своему «чутью»…

– Пусто, – скривилась я. – Обычный пожар.

– Значит, уходим, – пожал плечами Песец.

– …Сын! Там остался мой сын!.. – донёсся до меня сквозь ругань пожарных и шум пожара женский крик.

– Алиса, ты чего встала? Пошли уже.

Покрутила головой по сторонам. Увидела, как растрёпанную женщину лет тридцати пяти буквально запихивают в машину «скорой помощи».

– Это не наше дело, Алиса, – равнодушно бросил лис.

– Это мне решать, – резко ответила я. – Прикрывай.

– Ну, как пожелаешь…

Развернулась на каблуках, моментально перекидываясь в боевую форму…

И тут же позади меня на одном из балконов, до которого уже добрался огонь, громыхнул мощный взрыв. Во все стороны полетели куски горящего пластика и прочие обломки, а ударная волна сдвинула стрелу пожарной лестницы в сторону от окна.

– …Палыч, заклинило!

– Машину! Разворачивайте машину, вашу в Бога, душу мать!..

Нескольких секунд мне хватило, чтобы разработать какой-никакой, а план. Подошла к стоящему неподалёку осветительному столбу. Посмотрела на него, на горящий дом, примерилась… И саданула кулаком по бетонному столбу.

И моментально взвыла от боли! Попробуйте ударить со всей дури по камню и познайте мои текущие ощущения!

– Твою мать!..

– Ммм… – ошарашено промычал лис. – Алиса, а что ты…

– Заткнись! – прошипела я, пиная столб. С по-прежнему нулевым эффектом.

Очень хреново, когда тебе говорят «ты всё делаешь правильно», например, при броске мяча в баскетбольное кольцо. И вот ты стоишь и вспоминаешь то же положение и те же движения, гоня прочь мысль, что это была просто случайность…

Да что такое?! Я же помню, как у меня получилось сломать одним ударом точно такую же бетонную фиговину! Но как я это сделала?!

Тогда… Тогда я была… Сильно раздражена. Зла. Сконцентрировать всю свою злость в одном кулаке? Только как именно, вашу мать?.. Да пропади оно всё пропадом!..

Крутанулась на месте, резко ударяя пяткой правой ноги по столбу.

В стороны брызнула бетонная крошка, а затем металлическая арматура с жалобным скрипом согнулась, и столб рухнул вперёд, ударив аккурат в выбранное мною окно.

– Бинго! – улыбнулась я, с разбега запрыгивая на наклонённый столб и взбегая по нему вверх.

Рванула из-за спины меч и в последний момент несколькими ударами развалила на части пластиковое окно и ввалилась внутрь квартиры.

Закашлялась от витающего в воздухе вонючего дыма. Огляделась по сторонам.

Так, вот и дверь… Мне направо. В темпе пробегаем через комнату… О, телевизор шикарный… Так! Не отвлекаться. Мне нужно…

Я упёрлась в стену.

Коротко ругнувшись, крутанула мечом, и тотчас же мономолекулярные зубья с радостным визгом вгрызлись в бетон. Выпилила в стене П-образную фигуру и что есть силы саданула ногой. Кусок стены обвалился внутрь, и мне в лицо полыхнуло нестерпимым жаром.

Чёрт, как много огня… Зараза! У меня же волосы до пят – погорят в миг!..

Увидела на столе здоровый графин с водой, схватила его, вытащила пробку и, скорчив зверскую рожу, вылила его себе на голову.

М-мерзость…

Глубоко вдохнула и буквально нырнула вперёд – на территорию квартиры, охваченной огнём. Костюм и волосы опасно затрещали, но полыхающему повсюду пламени не поддались.

Убрав меч за спину и прикрывая лицо рукой, рванула вперёд.

Горячо. Очень горячо. Так. Так! Если я была бы ребёнком, то куда бы спряталась? В самое безопасное место… Ага!..

Миновала объятый огнём зал и проскользнула в следующую комнату, которая оказалась детской. Наклонилась и заглянула под кровать – под ней обнаружился темноволосый мальчик лет четырёх-пяти, испуганно глядящий на меня.

– Привет! – дружелюбно улыбнулась я и, не сдержавшись, закашлялась. – Ты чего тут сидишь? Тебя там мама ищёт.

– Ты кто? – серьёзно спросил у меня малыш.

– Друг. Я тебя к маме отведу – хорошо?

– Мама. Идём, – ребёнок протянул мне руку.

Вытащила его из-под кровати, прижала к груди покрепче и обхватила левой рукой.

– Тебя как зовут?

– Денис.

– Дениска, хватая меня за шею, закрывай глаза и ничего не бойся. Понял?

– Понял.

Так, ну а теперь пора бы и честь знать…

Резко полыхнувшее в коридоре пламя дало мне понять, что вернуться тем же путём не получится. Ну, и ладно! Раз пошла такая пьянка – режь последний огурец!..

Достала из-за спины меч, выпилила ещё один проход в стене, выскользнула в коридор… Чёрт, и тут уже повсюду огонь. Так, бегом, бегом к выходу… А вот и дверь.

Позади грохочет ещё один взрыв – кажется, у кого-то на балконе был склад газовых баллонов… Плохо. Совсем плохо. Открывать дверь. Возясь с замками? Нет времени!

Клинок пиломеча легко врубился в дверь, разрезая дерево и сталь, словно бумагу. Пинком распахнула дверь, выбегаю на лестничную площадку…

В спину мне ударила обжигающая волна, швырнувшая меня как игрушку вперёд. В полёте умудрилась извернуться и поэтому впечаталась в расположенную напротив дверь не грудью, а плечом и спиной. Что-то жалобно хрустнуло и правую руку тут же прострелило обжигающей болью. Я вскрикнула и, чувствуя, как темнеет в глазах, убрала меч за спину. Неловко привалилась к стене, вытянула ноги и почти оторвала от себя ребёнка, крепко вцепившегося мне в шею. Быстро осмотрела его – ожогов не было. Удивительно, но даже брови и ресницы не опалились. А вот моя красная грива наверняка теперь стала значительно короче… Ладно, плакать не буду.

Однако когда я решила осмотреть и себя в том числе, оказалось, что я хоть и жутко грязная, но тоже ни капельки не пострадала от огня. Но грязи-то, грязи!.. Аж чернющая всё, как негр…

Стоп.

Пригляделась повнимательнее, щурясь в тусклом свете, пробивающемуся сквозь небольшое пыльное окно на лестничной клетке, и… Батюшки святы! Пресвятые укупники! Что это, мать его, за чертовщина?!

Оказалось, что я самым натуральным образом свечусь. Тускловато, неярко, если только это определение вообще применимо к чёрно-серому сиянию.

Круто. Встроенная антипригарное покрытие. Тефлоновая Алиса Тефалевна. Думаю за вас, как последняя сковорода.

Так, раз всё в порядке – надо двигаться. Рука… Чёрт с ней с рукой – дома подлечусь. Всё, ходу, ходу!..

Схватила ребёнка в охапку, понеслась вниз по лестнице… И неожиданно для себя столкнулась нос к носу с троицей пожарных.

Упс…

– Всё! Дальше уже без меня! – невпопад заявила я, всучила мальчишку первому из них и перемахнула через перила лестницы на пролёт ниже и натурально поскакала вниз, перепрыгивая через три ступеньки.

На выходе из подъезда я всё-таки догадалась скинуть боевую личину и выбежала уже вполне себе неподозрительной, хотя и изрядно помятой девушкой. Технично избежала новых ненужных встреч и нырнула в толпу зевак.

* * *

– Ван Перси! – важно провозгласил компьютер.

– Ван Персик, – кивнула я, азартно нажимая на клавиши.

– Иньеста!

– Инцеста.

– Пуйоль!

– Без комментариев.

Я как-то непонятно упустила мяч, немцы моментально перехватили его и пошли в контратаку, шутя взломав всю мою хлипкую защиту. Выход один на один, а у меня в запасе остался только вратарь!..

– Нет! – взвизгнула я и выбежала вратарём вперёд…

И, о чудо!!! Он выбил мяч прямо из-под ног немца!!!

– Я! – потрясённо выдохнула я. – Я – гений!!! Икер Касильяс – ты просто цыпа!

Смачно поцеловала компьютерный монитор.

– Алиса, ты там что делаешь?

– Побеждаю, – огрызнулась я, вновь погружаясь в игру.

Устраивать ежевечерние набеги в квартиру Дария быстро стали для нас с лисом главным способом развлечения. Песец моментально сошёлся с парнем на почве общего слабоумия… ах, простите! увлечения аниме. Теперь они дружно смотрели по вечерам какие-нибудь мультики по телевизору, и вели свои маньческо-извращенские разговоры, обсуждая нарисованных девочек.

Я же обнаружила на компьютере соседа среди залежей всякой дряни неожиданно хорошую подборку игр, включая даже мою любимую серию футбольных симуляторов «Pro Evolution Soccer». Вот так уж получилось, что я футбол люблю. А из компьютерных игр предпочитаю именно эти симуляторы… Так что нашла и я себе развлечение по вечерам.

– …спасла молодая девушка с длинными красными волосами. Напомним, что это уже не первый случай, когда… – я невольно прислушалась к тому, что бормочет телевизор, который сейчас смотрели Дарий и Широ в ожидании очередного сеанса своей порномультотерапии.

Да что ж такое! Опять попала в вечерний выпуск новостей! Вот только популярности мне до кучи не хватало! Так ведь никаких нелюдей в чёрном не хватит все следы замести, а заметать их, считаю, необходимо… Правда, здесь, как говорится, легче лечиться, если не заболевать – то есть не прятать концы в воду, а просто не попадаться в глаза. Увы, но, видать, я в чём-то провинилась перед лисьими богами, раз они категорически не хотят меня прикрывать от глаз простых людей.

– Слыхал? – неожиданно поинтересовался Дарий. – Между прочим, это уже третий случай.

– И что? – моментально насторожился Песец.

– Слушай… Ржать не будешь?

– Да что-то мне как-то не до смеха…

– Ну, тогда слушай. Бредово, конечно, звучит, но есть у меня предположение, что это… Ммм… Ну, в общем людские чаяния как-то воплотили в жизнь саму Арису-тян из сериала.

Услышав такую изумительную ересь, я аж хрюкнула и поперхнулась диким смехом, попутно не попав с двух метров в семиметровые ворота…

– Ты это серьёзно? – поперхнулся оборотень.

– Как вариант – кто-то сильно обсмотрелся сериала и решил так же, как и Арису-тян защищать справедливость в городе.

Я попыталась отвлечься от разговора этих двух шизиков и вернуться к игре, потому как шёл уже второй тайм, а счёт был 1:0, причём не в мою пользу…

– Вперед, мои мальчики, – пробормотала я, делая последние доступные замены. – Алиса верит в вас, она следит за каждым вашим шагом… Атакуйте! Забивайте! Топите всех! Французов, немцев – всех! Вива Барселона!..

– Начинается, начинается! – дружно завопили Дарий и Широ, когда из телевизора заиграла какая-то бодрая песенка.

Да машу ж вать, дайте серьёзным делом заняться!..

Так, проходим по флангу… Пасуем… Ещё. Ещё пасуем. Так, а сейчас попробуем сыграть как Зидан…

Мда. Хреновый из меня Зидан… Называется, Алиса решила выпендриться и пофинтить… Увы, финты не получились, и мяч я тоже профукала… Ха-ха, дурашка! А теперь и ты его упустил, мистер железные мозги. Угловой? Отлииично… Так. Теперь главное, грамотно навесить и поработать головой… Иииииии… Ннна!.. Уррраааа!..

Обернулась, чтобы похвастаться красивым голом, повторы которого сейчас шли…

Да уж, похвасталась одна такая. Сидят и смотрят горящими глазами на…

…Солдат высунулся из люка едущего военного джипа и выпалил из противотанкового гранатомёта. Летящая по спирали реактивная граната, оставляя за собой дымный след, врезалась… Аккурат в шею дракону?!

Бабах! Голову кроваво-красной рептилии-переростку оторвало напрочь, и та в облаке кровавых брызг приземлилась прямо перед едущим джипом, который лишь в последний момент успел затормозить.

Я обалдело икнула.

– Эээ… Парни, это что такое? – осторожно поинтересовалась я, ткнув пальцем в идущее по телевизору рисованное нечто.

– «По ту сторону врат», – не сводя глаз с экрана, ответил лис. – Хит сезона!

– Шикарное аниме! – кивнул, находящийся в точно такой же позе, Дарий. – Круче него может быть только выходящий осенью третий сезон «Волшебницы Арису-тян»…

Поставила игру на паузу и развернулась на стуле, подключаясь к просмотру.

Ничего себе мультики! Брутальненько… Надо будет хоть минут пять посмотреть, чтобы оценить степень идиотизма создателей…

…Ну, ещё пять минут, пожалуй…

…Ладно уж, досмотрю до конца – так и быть…

– …То есть как это – ВСЁ? А дальше?!

– …Ууу… Только на следующей неделе…

– …Кстати, что там до этого было-то? Дракона из гранатомёта – ну надо же…

– …Ага…

– …Ага…

– …А у тебя они есть?

– …Нет, полностью смотреть не хочу.

– …Потому что.

– …Потому что иди на хрен со своим аниме.

– …Хотя это, в принципе, не было похоже на аниме – нормальный такой мультик, типа «трансформеров»…

– …Да ладно заливать…

– …Врёшь.

– …То есть «трансформеры», ну который старый такой сериал… Японский?!

– …Охренеть. Я в шоке.

– …Не, чушь всё это.

– …Нет, там явно было сделано для западной публики, так что это было не аниме, сынок.

– …«Ещё один адепт»? Это что ещё за реплика, братец?

– …Нет, сначала доиграю «барсой» против этих поганых баварцев…

– …Чёрт, ничья. Ненавижу бить пенальти. Всё, вырубаю игру…

– …Где, говоришь, у тебя эти серии?..

– … НЕТ. Мне нужен реванш! Надо утереть нос «Мюнхенской Баварии»!

Глава 14. Да, но несмотря на достигнутые успехи…

– Итак, что мы имеем? – я решительно взмахнула указкой, которую сделала из поломанной антенны от телевизора, найденной в кладовке.

Лена и оборотень дисциплинировано сидели передо мной и не просто слушали, а натурально внимали.

– Спустя три недели после начала деятельности сводного отряда Корнилова-Че-Джедай…

– Дзёдаи, – педантично поправил лис.

– Заткнись и не перебивай!.. Итак, спустя три недели после начала деятельности сводного отряда Корнилова-Че-Джедай, мы устойчиво контролируем территорию площадью около четырёх квадратных километров в северной части Саппоро. Здесь наше патрулирование наиболее эффективно. Территорию в десять квадратных километров мы контролируем лишь условно из-за трудностей с мобильностью. Там мы можем лишь время от времени совершать отдельные рейды, но говорить о полной защищённости мирного населения нельзя. Восемьдесят четыре подтверждённых жемчужинками убитых кишина. Ещё тринадцать – без твёрдого подтверждения.

– Теперь о плохом, – я начала ходить взад-вперёд перед висящей на стене картой города, постукивая по ноге указкой. – Похоже, что при текущих возможностях эта территория – наш предел. Потом. Уважаемая Елена Анатольевна! Вашу мать!.. я нахожу очень приятной женщиной, как и вас. Но! В одиночку вас в бой, коллега, пускать категорически противопоказано.

– Прости, – покраснела девушка, опуская голову.

– Ааа… – махнула я рукой. – Я чего-то такого и ожидала, так что можешь не извиняться. Главное – никаких героических подвигов без меня. Иначе ты всё-таки можешь стать героиней, но, увы, посмертно.

– Прости, – волшебница склонила голову ещё ниже.

– Ладно, фигня это, в принципе. В любом случае первый этап деятельности нашей организации можно считать завершённым. Мы представляем вполне организованную силу, неплохо изучили и закрепились в выбранном районе, успешно ведёт борьбу с насекомыми вредителями… И что же это означает, мои дорогие коллеги?

– И что же это означает? – лениво поинтересовался лис.

– А это означает, что пора переходить к следующему этапу нашей борьбы, – торжественно заявила я, принимая горделивую позу. – Нужно наладить сотрудничество с другими волшебницами и тем самым увеличить контролируемую нами территорию. И раз этот непонятный Светлый Круг либо не имеет иной информации о кишинах, либо не желает её нам предоставлять, то нам придётся добывать её самим.

– И как же, интересно мне знать? – лень в голосе оборотня сменилась ядрёным скептицизмом.

– Обыкновенно, радость моя. Я загоняю и изматываю добычу, Лена парализует урода, а затем мы его отволакиваем в ближайшие кусты и начинаем с твоей помощью глумиться над демоном…

– Извращенка.

– Сейчас по шее не дам, – сообщила я. – У меня сегодня хорошее настроение, так что я просто припомню это тебе, когда у меня будет плохое настроение (а оно у меня обязательно будет), и я обязательно это тебе припомню. Врубаешься, морда? Теперь едем дальше… Припомнив все столкновения с кишинами, которые только получилось, я составила их небольшую классификацию…

Достала из пустующего серванта пачку изрисованных листов формата А4 и вручила их Песцу и Ленке, которые тут же принялись их внимательно изучать.

– Так как в основном кишины между собой похожи мало, то я решила изначально классифицировать их по размерам – уроды маленькие, уроды большие и идолища поганые… Но потом решила, что это будет не слишком верно, – начала вещать я, вновь выхаживая вперёд-назад и для пущего эффекта активно жестикулируя. – В итоге остановилась на разделении по степени опасности. Здесь я выделила следующие категории – мясо, суслики и элита.

– Суслики?.. – искренне удивилась Лена.

– Не спрашивай, подруга – сама не знаю. Значит, что мы имеем? Во-первых, мясо. Мясо – оно и есть мясо. Самые хилые и слабые среди кишинов – таких за раз я могу уделать полдесятка и даже не вспотею. Вооружены только когтями и клыками, поодиночке стараются не действовать. Опасность представляют только в случае собирания в толпу и массового набегания.

Далее идут суслики. Середнячки по опасности и возможностям. Опять же вооружены только когтями и клыками, но зато сильнее, быстрее и живучее своих более примитивных собратьев. Действуют поодиночке или небольшими – в два-три черепа, группами. Если щёлкать клювом – опасны, но справиться с ними не особо трудно.

Элита. Вот это самые мерзкие твари – тяжело бронированы, умеют чем-нибудь стреляться, призывают уродцев рангом пониже, ну и или просто тупо очень большие. Одиночки. Уничтожение каждого – нетривиальная задача всегда сопряжённая с опасностью получить по щам…

– Алиса, это ты сама всё нарисовала? – странным тоном поинтересовался Песец.

– Ага, – гордо заявила я.

– Жуть. Ты, оказывается не только ужасно поёшь, но ещё и совершенно отвратительно рисуешь. У тебя явно не развито творческое полушарие мозга. Просто отвратительная мазня…

– Чего сказал?! – взревела я, отбрасывая указку в сторону, прыгая к лису и захватывая его в шею в сгиб локтя. – Я классно рисую! Мне все в школе это говорили!

– Неудивительно, – пропыхтел яростно вырывающийся Песец. – Они тебя – психопатку, просто боялись!

– Как по-моему очень мило, – дипломатично произнесла отодвинувшаяся на всякий пожарный Лена, держа в руках один из листиков. – И похоже очень…

Девушка перевернула рисунок на девяносто градусов.

– Ой, а так ещё лучше!

Перевернула ещё раз.

– Ой, а так вообще здорово!

Я взвыла, отпустила лиса и прыгнула на кровать. Приземлилась, рухнула лицом вниз, раскинув руки в стороны… Полежав так пару секунд, начала кататься из стороны в сторону, причитая:

– Предатели… Не оценили мой талант… Неблагодарные…

– …Эээ… Алиса, с тобой всё в порядке? – испуганно произнесла Лена.

– Никто меня не любит… никто не приласкает… Пойду я на болото – наемся жабенят!

– Вы чего такие шумные? – проворчал вышедший из комнаты оборотня Дарий. – Постоянно какие-то вопли, крики… И обычно как раз, когда я хочу немного подремать после работы!..

– З-здраствуй, – покраснев выдавила Лена.

– Привет, Дарий, – вздохнул лис. – Прости, но у моей сестры очередной припадок.

– Всем приве… Мда. Что это с ней?

– Хронический дебилизм.

– Надеюсь, это не заразно?

– Дарий! – обрадовалась я, прекращая кататься, вскакивая на ноги и бросаясь к парню. – Лапушка!

Сосед на всякий случай попятился, наградив меня опасливым взглядом.

Поздно, батенька!..

Схватив первую попавшуюся под руку собственноручно выполненную иллюстрацию к запланированному мной эпохальному труду «Жизнеописание гадов и уродов, умерщвлённых Алисой Прекрасной и Великолепной», мёртвой хваткой обняла Дария за талию. Увы, но даже при моём метре семидесяти с лишним, я доставала этому дылде только до уха.

– Дарий, я знаю – ты умный и адекватный человек даже несмотря на анимешную плесень в у тебя в мозгах, – делая максимально милые глазки, почти пропела я. – Скажи честно – вот этот рисунок… Он просто хорош или всё же бесподобен?

– В жизни ничего прекраснее не видел, – с каменным лицом выдал парень.

– Врёшь, – нехорошо улыбнулась я.

– Да чтоб мне сдохнуть, если вру. Только отпусти, а то дышать тяжко.

– Вот так-то, – блаженно зажмурилась, а затем открыла один глаз и сурово посмотрела на потихоньку проникающихся всем комизмом происходящего Лену и Песца. – А вы – злые, уйду я от вас… к Дарию!

– Не надо! – не на шутку забеспокоился парень. – Я ещё слишком молод, чтобы так страшно умирать!.. О, а что это у вас за карта?

– А мы с Ленкой решили в городские сталкеры податься, – не моргнув глазом, соврала я. – Айда, с нами?

– Нет уж, нет уж – спасибо, я лучше к себе подамся…

– Иди, конечно, – я вновь блаженно прикрыла глаза. – За признание моих выдающегося художественного таланта милостиво позволяю тебе делать всё, что захочешь… в своей квартире.

– Огромное-преогромное вам спасибо, ваше величество!

– Да пожалуйста…

– Эмм… Алиса…

– А?

– Может, ты меня уже отпустишь?

* * *

Кишин был похож на большого варана – длинное гибкое тело, массивный хвост, вытянутый череп и четыре расставленные в стороны когтистые лапы. Передвигался он, правда, более ловко и быстро, чем настоящая рептилия. Да и маскировался в высоких кустах, растущих вдоль дороги, вполне грамотно…

Вот уже метров пятьдесят демон полз за выбранной жертвой, постепенно сокращая расстояние. Кто жертва? Да жертва как жертва – стройная красивая темноволосая девушка в джинсах и блузке; с небольшой чёрной спортивной сумкой через плечо…

Девушка свернула в сторону расселённой каменной двухэтажки. Естественно, кишин последовал за ней. Завернул за угол дома, приготовился прыгнуть на выбранную жертву со спины…

…Я остановилась и с улыбкой повернулась к монстру, готовясь в любое мгновение перекинуться в боевую форму.

Впрочем, этого не потребовалось – вылетевший из ближайших покрытых дорожной пылью кустов поток золотистых искр заставил кишина застынь на месте.

– Обязательно было так рисковать? – сидящий на растущем поблизости дереве Песец, раздражённо махнул хвостом.

– Какой риск, братец? – удивилась я, подходя к демону и на ходу расстёгивая сумку. – Это же мясо. Да ещё и одиночка. Так что никаких проблем с ним быть не могло. А тащить на себе эту тушу мне совсем не улыбалось – пускай наша добыча сама себя транспортирует, как можно дольше… Эй, Ленка, выходи! Отличная работа, подруга!

Вылезшая из кустов волшебница имела несколько затрапезный вид, потому как умудрилась вымазаться в пыли и запачкать свой лимонно-жёлтый костюмчик. Впрочем, при переходе в обычную форму грязи всё равно не останется, а в следующий раз «боевое» платье будет всё таким же чистеньким и опрятным…

Весело и ужасно фальшиво напевая какую-то песенку, я достала из сумки моток толстой проволоки и начала деловито скручивать кишину лапы и пасть.

– «…Любовь приходит и уходит – такое свойство у неё… Бояться этого не стоит… Совершенно! Она вернётся всё равно!..»

– Алиса, а это не слишком ли… – неуверенно протянула Лена.

– …слабо? Увы, подруга, но понимая твоё стремление отрубить уроду все конечности, вынуждена отклонить это предложение, – беззаботно ответила я. – Нам нужен максимально целый экземпляр для опытов.

– Ты б его ещё скотчем додумалась замотать, – ехидно заметил лис, распластываясь на ветке.

– Я думала об этом, братец. Но после того, как испытала обматывание скотчем на тебе, вынуждена была отказаться от этой идеи. Слишком уж легко из него высвободить… О, как хорошо затянулось-то!.. Слышь, пушистый – слезай оттуда. Помоги нам оттащить кишина в сторону.

– Ещё чего.

– …или ты будешь вторым подопытным.

– Бегу! Уже бегу, дорогая!

Совместными усилиями перенесли неожиданно весьма тяжёлую тварь в одну из квартир на первом этаже брошенного дома.

– Ну и как ты собираешься пытать демона из другого измерения? – саркастически поинтересовался Песец, перекинувшийся в человека и вытирающий пот со лба. – Будешь загонять ему иголки под… эээ… когти? Прижигать сигаретами? Сверлить зубы бор-машиной?

– Пытать? – искренне удивилась я. – Ты хотел сказать – препарировать? Ну, тут ничего особенного ведь и не требуется… Нужен лишь скальпель или иной режущий инструмент.

Достала из сумки большой раскладной нож и нажала на кнопку, раскладывая изогнутое лезвие.

– Но по-моему тут можно обойтись и простым ножом. Главное, чтобы он был большим и очень острым. Нож хорош тем, что доступен и универсален. А ещё в отличие от твоей бор-машины он – бесшумный. А чем меньше шума – тем лучше. Мы же это не для прикола или куража делаем – мы информацию собираем. Мы не шутим, так что наш выбор – это выбор серьёзных людей – профессионалов. А бор-машина – это для тупых выпендрёжников.

– Знаешь, Алиса, – Песца передёрнуло. – Иногда ты меня пугаешь…

– Иногда я сама себя пугаю, пушистый. Так, где там мой мобильник?.. Включаем кааамеру… Ну, поехали!..

– …Лена, держи телефон – я буду резать, Песец будет анализировать, а ты записывай всё происходящее…

– …Что значит «не записывает»?

– …Лис, дай свой телефон.

– …Что за!.. Лена, дай свой.

– …Ничего не понимаю. Одна сплошная помеха вместо кишина…

– …Эманации магической энергии? Большое тебе человеческое спасибо, Песец, за столь исчерпывающее объяснение!

– …Ну и ладно. Тогда будем действовать более стильно… Всегда мечтала вести диктофонную запись эксперимента.

– …Пятнадцатое июля две тысячи пятнадцатого года. Четыре часа сорок две минуты местного времени… Купить на обратном пути бутылку растительного масла и полбулки чёрного хлеба…

– …Поверь, подруга, это была очень важная запись.

– …Подай, пожалуйста, перчатки и защитные очки.

– …Ты чего ржёшь, морда? Я вчера лично вырезала эти очки из бутылки из-под «дюшеса»!

– …Начинаю вивисекцию. Объект – кишин. Тип – мясо. Приблизительно двух метров в длину и сорок килограммов весом. Внешне похож на варана. Особых отличительных черт не наблюдаю.

– …Делаю Т-образный надрез на груди объекта. Крови нет, физиологических жидкостей нет.

– …Разделения на кожу и плоть нет – сплошное чёрное мясо с багровыми прожилками. Температура примерно соответствует температуре человеческого тела. На ощупь – как желе.

– …Начинаю снимать плоть с левой верхней лапы.

– …Отмечаю – отделённые кусочки моментально рассыпаются в светящуюся пыль.

– …Скелет есть. Состоит из чёрной фигни, похожей на окостеневшие хрящи.

– …С большим трудом, но можно разрезать. На фоне мяса эту хрящекость так сразу и не обнаружишь…

– …Вскрываю грудную клетку.

– …Наблюдаю рёбра. Одна, две, три… Короче, до хрена пар. Лена, дай-ка мне плоскогубцы…

– …Так, подруга, отдай телефон Песцу, а сама лучше иди, подыши воздухом. Ну или просто погуляй.

– …Продолжаю.

– …Внутренних органов нет. Совсем нет. Всё то же мясо.

– …Вскрываю брюхо.

– …Такая же фигня. Как они вообще живут?!

– …Хорошо, ищем источник жизненной энергии…

– …Череп ножом не режется… Лис, достань-ка из сумки ножовку по металлу!..

– …У Дария попросила.

– …Слушай, а вот он албанских вопросов в отличие от тебя не задавал и сразу мне её отдал.

– …Заткнись уже.

– …Я не психопатка!..

– …Если я сейчас встану, то ты ляжешь. Рядом с кишином.

– …Тэк-с… Как думаешь ему надо вскрывать череп, чтобы не прибить раньше времени?

– …ОК, отпиливаем носовую часть…

– …Ммм… Что-то тяжко как-то…

– …А ну-ка сел и начал быстро и решительно пилить вместо меня!

– …Потому что я – девушка и слабый пол.

– …А я сказала – слабый! Тебе по башке дать, чтобы дошло?

– …То-то же.

– …Пилите, Шура, пилите – он золотой…

– …Смотри-ка, тоже рассыпался… Ладно, чёрт с ним, с опиленным куском. Давай-ка лучше внутрь заглянем…

– …Эй, не пихайся!

– …Значит, череп у этого урода пустой…

– …Хо-хо… Ты видишь то же, что и я?

– …Значит, скорее всего, вот этот висящий внутри черепа светящийся шарик – и есть средоточие жизненных сил кишина… И пока он цел, думаю, что и демон не подохнет.

– …Хм… Вполне возможно. Когда прикончим его – посмотрим, совпадёт ли жемчужинка по размеру с этим шариком.

– …Ну, давай – проводи свой магический анализ…

– …Ну, что? Узнал что-нибудь интересное? А то я уже вся извелась прямо!..

– …А ты расскажи так, чтобы я поняла.

– …Ладно, подожду до вечера – пока ты всё окончательно не проверишь…

– …Блин, чего ещё с ним сделать-то можно в целях научного познания…

– …Делаю разрезы на спине. Обеспечиваю доступ к позвоночнику…

– …Ага… Здесь хрящ тоже цельный – никакого спинного мозга нет и в помине. Значит, перелом спины для кишина – не слишком уж большая трагедия…

– …Мда… Было бы, конечно, здорово оставить его и посмотреть на скорость регенерации, но слишком уж это рискованно. Так что быстренько добиваем этого мыгана и возвращаемся домой – думать над полученными данными.

* * *

– Кровеносной системы нет, пищеварительной системы нет, дыхательной системы нет, населена роботами, – задумчиво произнесла я, лёжа на кровати и смотря в потолок. – Действительно совершенно иная форма жизни… Что думаешь по этому поводу?

– А что тут думать? – пожал плечами сидящий в кресле Песец, что-то выстукивающий на клавиатуре ноутбука. – Ты всё верно сказала – это иная форма жизни. Магическая, так сказать…

– Поясни.

– Ну… Видишь ли в чём дело, Алиса…

– Не вижу. Ближе к телу, братец.

– Знаешь все эти истории о мертвецах, поднятых магами-некромантами? Или про призраков там, или водяных и огненных элементалей…

– Допустим слышала. И что с того?

– Вот они тоже – магические формы жизни. Им не нужен кислород, пища, вода, но они всё равно живые. Вместо всего этого их питает магия. Но когда тысячу лет назад магия исчезла из мира, то большая часть подобного рода волшебных существ вымерла. Остались лишь те, что не противоречили новым законам мира – имеющие плоть и кровь, дышащие, испытывающие голод и жажду… В измерении кишинов же, похоже, магии полно, как воздуха, поэтому и эволюция в их мире пошла совсем по иному пути.

– Кстати, что-нибудь известно о том, почему тысячу лет назад в мире пропала магия? – поинтересовалась я, поднимаясь и садясь на постели, скрестив ноги по-турецки. – Что это вообще такое и как она могла исчезнуть? Это какая-то энергия? Излучение? Поток частиц?

– Кто знает, – хмыкнул оборотень. – В те времена никто не задавал подобных вопросов… Но правильнее сказать, что магия никуда не исчезала из этого мира. Не могло исчезнуть то, чего никогда не было.

– Что за чушь?

– Это не чушь, Алиса. Смотри,

Песец достал из нагрудного кармана рубашки тяжёлую чёрно-золотистую ручку и уронил её на пол.

– Видишь? Если уронить предмет – он упадёт. Не взлетит, не зависнет в воздухе, не испарится и не исчезнет. Это закон – строгий и непреложный. А пока существовала магия, то этот закон мог иметь трактовку.

– То есть, тысячу лет назад я могла представить, что если уронить ручку, то она зависнет в воздухе, и это бы произошло в реальности? Я правильно понимаю?

– Ты правильно понимаешь, – кивнул лис. – Наш мир не закрывали от галактических потоков Силы. Никто не поднимал рубильник супернегатора в положение «магия выкл.» Просто однажды изменились законы нашего мира, и то, что им противоречило утратило шанс на существование.

– Мудрёно… – потёрла я лоб. – Тогда что же происходит сейчас? Ведь ты оперировал такими понятиями, как сила и энергия, когда объяснял мне принцип существования волшебниц? В чём тогда ты мне наврал… Ой, прости-прости! Ввёл в заблуждение.

– Ни в чём, Алиса. Ну, или сделал это несознательно от неумения объяснить. Говорить, что три года назад в мир вернулась магия всё же не слишком корректно. На большей части Земли законы не изменились – люди не могут бросаться огненными шарами, а каменные горгульи не летают… Но из-за постоянных проникновений кишинов из их измерения в наше грань между двумя мирами истончилась на всём протяжении тихоокеанского побережья. Эманации демонического измерения проникают к нам, смешиваются и порождают огромную пограничную зону отчуждения. Место, где частично действуют законы мира кишинов.

– Я вновь возвращаюсь к вопросу об энергии, братец. Если волшебство – это нестрогие законы мироздания, то зачем нужны такие проводники, как ты?

– Скажи, ты хорошо представляешь себе одномерную суперструну? – вопросом на вопрос ответил Песец. – Гамма-излучение? Электромагнитную волну?

– То есть так просто удобнее, – кивнула я. – Ты представляешь себе не закон, а просто какую-то абстрактную энергию, которой можно делиться, использовать или реализовывать…

– Именно так.

– Тогда в третий раз спрашиваю – на хрена вы нужны? На хре-на? Разве я не могу сама делать это?

– Почему не можешь? Можешь. Но не слишком хорошо.

– Да ну? – скептически хмыкнула я.

– Ну да, – не принял иронии оборотень.

– Каждая волшебница или несёт в себе частичку нелюдской крови, или является дальним потомком человеческих магов. Но самостоятельно чему-нибудь научиться ты вряд ли сможешь.

– Это ещё почему?

– Допустим, ты праправнучка Эйлера. Имеешь выдающиеся способности к математике, но живёшь на необитаемом острове, где дикари давно пустили все книги на растопку или туалетную бумагу. Как ты собираешься научиться математике, чтобы раскрыть себя?

– Имеешь в виду, что никаких особых методик обучения человеческих магов не осталось? – задумчиво накрутила я на палец прядь волос.

– Именно, Алиса, именно. Человечество за тысячу лет успело растерять все знания, что копили тысячелетиями. Как, например, большинство современных людей разучилось запрягать лошадь или охотиться с луком и копьём…

– С чесноком и алебардой. А у нелюдей, значит, такие знания остались.

– Конечно остались, – слегка надулся от важности Песец. – Мы, в силу врождённой мудрости, решили сохранить всё это на будущее…

– Скорее уж в силу врождённой упёртости. А почему бы тебе просто не обучить меня всему, что нужно, и благополучно свалить?

– Могу и так сделать – канал нашего с тобой Контракта можно держать хоть за полмира.

– А почему не делаешь? – улыбнулась я.

– А зачем? – удивлённо приподнял брови лис. – Конечно, твоё общество – не самый лучший вариант, на который я рассчитывал…

– Чтоооо…

– …но с другой стороны это намного интереснее, чем усилив свои способности, заниматься карьерой в какой-нибудь из человеческих корпораций. Мои предки тысячу лет занимались этим, а мне выпал такой замечательный шанс проявить себя…

– Нда? И как же это соотносится с тем, что тебе не особо по нраву всё происходящее?

– Скажем так, я несколько пересмотрел свои приоритеты, – спокойно ответил Песец.

– Ну-ну, – хмыкнула я, падая на спину и закладывая руки за голову. – В таком случае, вернёмся к нашим хищным иномировым баранам… Получается, что убить кишинов можно лишь уничтожив этот их мини-реактор в черепе?

– Это не реактор – он не вырабатывает или запасает энергию, насколько я понял.

– Что же это тогда – праздничная иллюминация?

– Нет, Алиса. Это что-то вроде центрального узла, который скрепляет их организм.

– Подожди-ка, – остановила я оборотня. – Но при всей их чуждости я бы совсем не удивилась, что кишины не испытывают боли. А выстрелы и удары мечом на них влияли очень даже неплохо, даже не попадая в череп… Есть предположения почему?

– Увы, но мы с тобой отнюдь не эксперты в ксенобиологии и не имеем нормального комплекса исследовательской аппаратуры… – тяжело вздохнул лис.

– Ты только слишком уж мысью по древу не растекайся, ага? Я поинтересовалась твоей версией, а не пожелала выслушать жалобы на то, какая мы перспективная, но скудно финансируемая организация.

– Энергосистема, – ещё тяжелее вздохнул оборотень. – Если в голове у кишинов связующий узел, то для нормальной жизнедеятельности у них в организме должна быть какая-нибудь энергетическая система. А физические повреждения нарушают её целостность – меч разрубает связующие нити, а попадания пуль вызывают баллистический шок…

– Звучит логично, – вздохнула я. – Хотя и опять же очень замудрённо… А какой нам реальный толк со всего выясненного?

– Мы действуем правильно.

– Офигеть, какое облегчение… То есть реального толка – ноль.

– Ага.

– Хреновые из нас учёные, – перекатилась я на живот и уткнулась лицом в подушку.

– Уж какие есть. Но охотники на кишинов из нас всё же получше будут.

Глава 15. Да, я – принцесса

– Елена Че! – рявкнула я. – Хватит извиняться и оправдываться! Сиди дома, пока не вылечишь свою сестру. Всё! До связи, подруга.

Завершила звонок, убрала телефон в чехол, а затем в сумочку.

– Сурово ты, – хмыкнул Песец.

– Не, а чего, а? Ну, приболела у нашей волшебницы-лекарки младшая сестрёнка – ну и пусть сидит себе и лечит её своим колдунством… Но зачем, ЗАЧЕМ выносить мне мозг своими извинениями?!

– Ну, что ты кричишь, Алиса? Елена просто очень вежливая и культурная девушка… В отличие от тебя, между прочим.

– «В отличие от тебя», – передразнила я оборотня. – Смотри, животное, будешь приставать к Ленке, я тебя живо…

– Она не в моём вкусе, – небрежно бросил лис.

– Иди ты! А я думала, что тебя в принципе интересует любая представительница противоположного пола.

– Это было заблуждением, Алиса. Противоположности притягивается, знаешь ли… Поэтому кицунэ в этом плане больше всего руководствуются цветом волос. Рыжим лисам действительно нравятся все, чернобурым – светловолосые и русоволосые дамы, белым (и мне соответственно) – брюнетки…

– Ближе двух метров ко мне не подходи, животное, – с отвращением произнесла я. – Мог бы соврать и сказать, что тебе нравятся лишь такие сногсшибательные красотки, как я, а ты вместо этого…

– Ёкаи не врут, – педантично поправил меня оборотень. – Могла бы уже и запомнить.

– Ага. Не врёте. Зато и всей правды не говорите.

– Иногда правда вредна, опасна или просто нежелательна…

– Песец, ну ты и песец! Совсем дурак, что ли? Лучше уж горькая правда, чем…

– В таком случае, Алиса, ты – вредная стерва с отвратительным характером и манерами, – хладнокровно произнёс лис, предусмотрительно пятясь назад. – Учитывая твои мужеподобные замашки, то ни капельки не удивлюсь, если ты окажешься латентной лесбиянкой.

– О как! – даже восхитилась я, молниеносно выбрасывая вперёд левую руку и ловя Песца за ухо. – Да ты никак бессмертным себя решил посчитать, дружок? Так я тебе сейчас быстренько и наглядно докажу глубину твоих заблуждений…

Шум подошедшего поезда лёгкого метро, линии которого густо опутывали Саппоро, благополучно заглушили возмущённые вопли мелкого паразита. Раскрутив его за ухо вокруг себя, я запустила оборотня по направлению к перрону, придав дополнительное ускорение в виде несильного пинка по заднице.

– Сделала гадость – и на сердце радость… – блаженно сощурилась я и зашагала следом за удирающим от меня лисом. – Стой, сволочь! Попытка бегства лишь накинет тебе дополнительные неприятные бонусы!

– Нашла дурака!

– Если быть точной, то это дурак нашёл меня… – включила я режим «педантичный и занудный Песец». – И в своё время он очень настойчиво добивался моего внимания… За что боролись – на то и напоролись, батенька!

Хорошо время было уже ближе к трём часам дня, и народу на станции было всего ничего. А кто был, тот на нас особого внимания не обращал. Подумаешь, девчонка младшего братца гоняет – эка невидаль! Мы даже двух полицейских, что стояли невдалеке, не заинтересовали.

Абыдна, слюшай, да?..

Впрочем, это объяснимо. Потому как эти стражи порядка сейчас с увлечением наблюдали, как пьянющее в хлам тело мужского пола средних лет и одетое в достаточно приличный костюм, зигзагами направлялось…

К мусорной урне, зажав в руке бумажку из-под мороженного. Однако, культурный тут всё-таки народ…

Догнала Песца, поймала, обняла со спины и навалилась всем телом, вызывав возмущённый лисий писк. Посмотрела на тормозящий поезд, останавливающийся около перрона…

– И какого демона мы что-то забыли на другом конце города, Алиса? – проворчал оборотень, клонясь под моим весом вперёд. – Блажь какая-то…

– Не блажь, а разведка боем! – наставительно заметила я. – Готов к небольшому путешествию, братец? Тогда – вперёд!

Мы поедем, мы помчимся

На оленях утром ранним!

И отчаянно ворвёмся

В близлежащий гастроном!

Там мы спрашивать не будем

«А за водкой кто тут крайний?»

Сразу ломимся к прилавку –

Восемь ящиков берем!

– Алииисааа!.. – буквально прохныкал оборотень, когда я потащила его в вагон. – Ну, почему ты не только лишена голоса и слуха, но и нормального репертуара?! ПОЧЕМУ?

– Потому что гладиолус. А ещё потому что у меня был брат, который ещё в школе обожал стихи и песни… Правда, его не пускали ни на один конкурс чтецов после попытки прочитать со сцены матерный вариант «Ивана Сусанина».

– Смотрю, у вас в традиции маяться концептуальной ерундой всей семьёй…

– У нас, дружочек, у нас, а не у вас, – разглагольствовала я, так и идя в обнимку с лисом в проходе между сиденьями. – Ты же у нас теперь тоже Корнилов. Так что изволь соответствовать высокому званию!.. Эх, всю жизнь ненавидела быть самой младшей… Но теперь! Справедливость! Восторжествовала! И у меня есть названный младший братец, которого можно совершенно законно гонять и шпынять! Так, падаем здесь.

Уселись. Милостиво выпущенный из моих цепких объятий Песец на одно сиденье, я – напротив него. Дружно уставились в окно, смотря как мимо постепенно набирающего ход поезда начинают мелькать городские пейзажи. Некоторое время провели в молчании…

– Мда, – первой решилась его нарушить всё-таки я. – Вскрытие того урода так ничего дельного и не дало.

– Это не моя вина, – на всякий случай открестился Песец.

– Да я тебя и не виню… Хотя могла бы сделать это чисто из вредности.

– Ну, спасибо, что всё-таки решила не быть такой уж стервой!

– Пожалуйста, – я вздохнула и на секунду прикрыла глаза. Желания всё переводить в штуку почему-то не было. – Но мне не даёт покоя мысль, что мы делаем то же, что и все. Сражаемся так же как и все. Изучаем врага так же как и все. Мы – как все. И это…

– Это плохо?

– Это неправильно, братец… Я уже говорила тебе, что такое безумие? Вот то, что мы делаем и есть безумие. Повторение одного и того же, лишённое малейшей попытки разорвать замкнутый круг. Волшебницы убивают кишинов, кишины убивают людей, из людей выкукливаются волшебницы… Нет логики в том, чтобы вербовать одиночек и заставлять сражаться порознь. Это неэффективно. Нерационально. Нелогично… Но это повторяется раз за разом. Раз за разом!.. Как пляски дикарей-людоедов вокруг костра – без логики, но во исполнение священного ритуала. Безумие. Форменное безумие.

– Ты часто говоришь о безумии, – слегка приподнял бровь лис. – К чему бы это?

– Школьная медсестра с первого же класса говорила моему отцу, что у меня не всё в порядке с головой, – усмехнулась я. – Знал бы ты, братец, как я ненавидела эту старую выжившую из ума маразматичку… Отец у меня – железный мужик. Настоящий полковник в прямом и переносном смысле. А вот из-за такого бреда ни на шутку нервничал. Расстраивался. По врачам меня таскал. «У вашей дочери было два сотрясения мозга – неудивительно, что у неё отклонения в психике!..»

Последнюю фразу я произнесла визгливым и мерзким тоном, едва не плюнув на пол вагона от отвращения. Но затем через силу рассмеялась.

– Тупые идиоты. Сказочно тупые сказочные идиоты. Как? Как можно не понять того, что берёза из леса и берёза, выросшая в городском дворе, не будут одинаковы? Как можно не понять того, что…

Опустила голову, подперев её рукой. Провела ладонью по лицу, выпрямилась, откинула с плеча волосы. Подмигнула и улыбнулась внимательно наблюдавшему за мной лису.

– Не обращай внимания, братец. Алиса Корнилова – не терминатор, а живой человек, который тоже может впадать в меланхолию и страдать эмоциональными приступами.

– Знаешь, Алиса, я иногда не знаю, чего ты у меня вызываешь больше – раздражения, восхищения, страха или жалости, – покачал головой оборотень. – В тебе словно бы уживаются несколько совершенно разных личностей… Но какая из них – настоящая Алиса Корнилова?

– Смотри, пушистый, – я выставила правую руку ладонью вперёд, растопырила пальцы. – Вот мизинец – он слаб и никчёмен. Вот безымянный палец – ничем непримечательный спокойный середнячок, но со слабиной. Это – средний палец. Он высокий, крепкий, уверенный в себе и может послать куда подальше. Это – указательный. Он трудолюбив, весел, подвижен и без него не обойтись. А это – большой палец. Сильный, упёртый, и если надо, то будет противостоять всем…

Выписала в воздухе замысловатую фигуру, пошевелив пальцами.

– Они – как я, – прошептала я. – Они – часть меня, но они – это не я…

Резко сжала пальцы в кулак. До боли в ладони, в которую вонзились коротко стриженные ногти. До побелевших костяшек.

– Я – это всё. Все мои слабости и недостатки, спаянные в один кулак, который сметёт любого. Понимаешь меня, брат мой Широ? Понимаешь, почему кишинам со мной крупно не повезло?

– Отлично понимаю, Алиса, – тонко улыбнулся лис, нехорошо блеснув глазами. – Отлично понимаю, что не ошибся в тебе тогда, не ошибаюсь и сейчас.

– Ненависть – мой меч, презрение – моя броня, – ухмыльнулась я. – Ладно, к чёрту философию – чего-то меня в сон от неё клонит… Подремлю-ка я полчасика.

– Ага… – неопределённо кивнул лис, доставая мобильник и включая на нём какую-то игру.

А я поудобнее устроилась на мягком сиденье, скрестила руки на груди, откинулась назад и прикрыла глаза.

Мерное покачивание вагона и размеренный перестук рельсов постепенно убаюкивал, и я даже и не заметила, как успела задремать…

Сон был странный.

Уж явно не из того разряда, что положены сниться молодым девушкам. Никаких тебе прогулок на закате под ручку с белокурым прекрасным принцем, розовых облаков, поющих птичек и порхающих бабочек. Никаких зайчиков, котяток и пушистых пони с бантиками.

Ничего подобного.

Просто огромное бескрайнее поле от горизонта до горизонта. И от горизонта до горизонта заваленное трупами, испещрённое воткнувшимися стрелами и копьями. Поле полное мёртвых лошадей и кружащихся в воздухе воронов. И серо-чёрное низкое небо, готовящееся разразиться проливным дождём.

Натуральное поле Куликово. Или Калка. А может быть Кресси или Грюнвальд. Увы, но история – не мой конёк. Пятёрка в итоговом табеле есть, но сверх описанного в учебниках я особо и не знаю.

Копья. Стрелы. Сломанные мечи. Целые мечи. Кольчуги. Шлемы. Разноцветные щиты разных форм.

Но я не скажу вам, чьи они – не разбираюсь я в них. Кажется, Европа. Вроде как Средневековье. Ни римлян, ни самураев, ни мушкетов.

Всё.

И, если честно, то мне плевать, где это затерянное во времени и пространстве поле находится. И кто, и ради чего здесь умер. Самые разные придурки тысячи лет напяливали на себя металлолом и, прикрываясь красивыми словами, резали других таких же придурков ради денег, власти, удовольствия или просто дебилизма. Так с чего бы мне знать, где и когда я оказалась?

Но я знала, что меня здесь быть не должно.

Я всегда в нужное время и в нужном месте? Всегда, да не всегда. Ошибки – тоже случаются. И сейчас меня здесь не должно быть. Не. Должно. Быть.

Странно, что я могу так логично рассуждать во сне? Отнюдь. Надо просто понять, что вокруг сон, и всё будет в порядке.

Но иногда просто невозможно понять – спишь ли ты или бодрствуешь. Невозможно понять, что вокруг тебя – реалистичный кошмар или кошмарная реальность.

Но сейчас я точно знала – здесь мне не место.

Тяжёлые, закованные в металл, ботинки размеренно ступали по земле, на которой степную пыль прибило свежей кровью. Я шла вперёд, перешагивая через мёртвых. Негромко поскрипывал чёрный металл доспехов, на левом бедре покоилась приятная тяжесть пистолета. За спиной в такт шагам покачивался длинный меч, что лежал между двух сложенных крыльев.

Не было других звуков – беззвучно парили в небе вороны, не стонали умирающие, ветер не шелестел упавшими знаменами.

И не было других запахов – ни удушливого смрада крови и изрубленных тел, ни тяжёлого запаха оружейного металла.

А потом в воздухе родилась и начала крепнуть мелодия.

И повинуясь ей сон начал оживать запахами и звуками, а облака надо мной начали закручиваться в исполинский водоворот. Он оживал… Но лучше бы не делал этого.

Здесь не было живых. Поэтому лишь только я могла стоять прямо, а не валяться на земле безжизненным телом.

Поэтому я не поняла, откуда он взялся.

Человек как человек. В изрубленной длинной кольчуге, простом шлеме, и некогда жёлтой накидке. Некогда жёлтой… А сейчас заляпанной буреющей кровью. Своей или чужой? Не знаю. И надо ли мне это знать?

Человек просто стоял и играл на небольшой, грубо вырезанной деревянной флейте. Хотя музыка была совсем не той, что мог бы родить столь неказистый инструмент – глубокая, многоголосая, непривычная. Тяжёлая. Грохот лавин и шум горных рек, раскаты грома и вой лесного пожара слышались в ней…

Лица я его не видела – человек стоял ко мне спиной. Просто стоял и играл – один среди целого поля мёртвых.

А затем он неожиданно прервался, наклонился и что-то подобрал с земли. Короткий взмах рукой, в воздухе мелькает какая-то тень, и я ловлю брошенную мне вещь.

Диадема. Простая и грубая. Когда-то золотистая, а сейчас почти алая от запекшейся крови.

Человек вновь поднёс к губам флейту и заиграл опять, а небеса наконец-то обрушились вниз стеной дождя.

Капли воды наотмашь ударили по полю, забарабанили по металлу доспехов и смыли с них кровь…

А вот диадема почему-то так и осталась покрыта кровью. Как будто она впиталась в металл.

Странно.

…Резко открыла глаза и поморщилась от боли в затекшей шее. Бросила взгляд на циферблат наручных часов – минут пятнадцать я всё-таки подремала…

Сидящий напротив меня лис всё так же пялился в сенсорный экран мобильного телефона, хотя уже и сам клевал носом.

Вагон на краткий момент погрузился во тьму.

Я взглянула в окно – по ту сторону стекла проносился Саппоро-Сити с его небоскрёбами, многочисленными эстакадами и тоннелями, через которые мы сейчас проезжали.

Город в городе… Остров стекла и бетона, остров будущего среди городского моря образца двадцатого века… Это прекрасно. Прекрасно той странной и уродливой красотой урбанистического пейзажа.

Вагон вновь на мгновение погрузился во тьму, когда мы нырнули в тоннель. Потом ещё раз, когда нырнули во второй. А за миг до того, как мы нырнули в третий, где-то от головы состава донёсся глухой удар и скрежет.

Камень в браслете на моей левой руке тотчас же полыхнул россыпью багровых искр. Сон слетел с нас с Песцом, будто пыль на ветру.

«Кишин».

Мы переглянулись с лисом. Слов уже не требовалось. Слова – это слишком медленно. Мысли – это слишком медленно.

В таких случаях должны говорить только удары сердца и рефлексы.

Мы с лисом дружно вскочили на ноги и понеслись к головным вагонам. Миновали один, второй, третий. Теперь оставались только два…

Миновала ходящий ходуном переход, рванула дверь в предпоследний вагон, на ходу перекидываясь в боевую форму…

Прямо мне в лицо летел какой-то предмет, который я в последний момент успела перехватить.

Это была рука. Человеческая рука. Крепкая, загорелая и с широким стальным браслетом массивных часов. Мужская рука.

Оторванная по локоть.

Пару секунд я бездумно смотрела перед собой, глядя как в вагоне беснуется смазанная вытянутая тень, буквально рвущая людей на части…

А затем выбросила руку прочь, резко захлопнула дверь, повернулась и прижалась к ней спиной, судорожно вздохнула… В следующий момент меня вывернуло наизнанку.

Перед глазами стоял вагон, по полу которого самым натуральным образом текла кровь. Кровь на полу. Кровь на стенах и окнах. Кровь на потолке, в котором зияла огромная дыра с рваными краями. Изувеченные тела повсюду. Части тел. Чьи-то потроха, висящие на поручнях. Не вагон, а какая-то скотобойня.

– Чёрт… – выпрямилась я, пытаясь кое-как унять дрожь во всём теле и утирая тыльной стороной ладони губы. На языке был мерзкий привкус желчи…

Взгляд невольно зацепился за испачканные кровью перчатки и брызги на блузке и корсете…

В тот раз – в автобусе, всё было не так. Всё было совершенно иначе. Тогда у меня не было ни секунды, чтобы осмыслить всё вокруг и погрузиться в ужас и панику. Тогда у меня кипела кровь от адреналина, и я просто-напросто очень сильно – до одури, хотела жить и делать ноги оттуда подальше.

Сейчас всё, вашу мать, не так.

– Алиса?.. – подоспел наконец-таки и запыхавшийся Песец, немного отставший от меня.

Не думай, Алиса. Действуй. Действуй, дьявол тебя побери!..

– Чёрт… Чёрт… Чёрт… – процедила я сквозь плотно стиснутые зубы. – Брат, отойди назад.

– Что ты соби…

– НАЗАД, Я СКАЗАЛА.

Оборотень отступил назад в вагон, а я, резко выдохнув, аккуратно вытащила в тесноте перехода из-за спины цепной меч, примерилась и вонзила его в пол.

Удар. Удар. Ещё удар.

Усеянное стремительно движущимися сверхострыми зубцами, лезвие пиломеча разорвало металл перехода и наконец с противным визгом врубился в сцепку, соединяющую два вагона. Перехватила рукоять обеими руками, с силой надавила, чувствуя, как металл понемногу поддаётся…

Рывок, одной рукой крепко вцепляюсь в ручку на двери. Переход между вагонами буквально разорвало, а спустя пару секунд оборвался и шланг пневмотормоза.

Предыдущий рывок был просто фигнёй по сравнению с тем, когда идущий на полном ходу поезд резко затормозил. Удар был настолько силён, что я лишь чудом удержалась и не свалилась на рельсы.

Основная масса вагонов начала тормозить и отставать, лишь только два головных ещё продолжать двигаться из-за набранной инерции.

Проводила взглядом останавливающиеся вагоны и лицо оборотня за небольшим окошком в двери, глубоко вдохнула, рванула дверь в сторону и влетела внутрь вагона.

Подошвы ботинок скользили в крови, я перепрыгивала через трупы, как в давешнем сне. Меч забросила обратно за спину – в тесноте вагона от него немного толка. Да и от пистолетов, пожалуй, тоже. Так что прежде всего сейчас стоило надеяться на свои новообретённые навыки рукопашного боя…

Миновала снесённую напрочь дверь в проход между вагонами, вошла в головной.

Кишин, устроивший кровавую бойню, сейчас изволил «пировать».

Метров шести в длину, похожий не на гуманоида или даже насекомое, а скорее на исполинских размеров многоножку. Длинное сегментированное тело, прикрытое чёрными с багровой окантовкой щитками. Десятки коротеньких лап и массивный круглый череп, у которого вместо нижней челюсти имелась пара острых и длинных жвал…

Которые сейчас непрерывно шевелились, кромсая чьё-то обезображенное тело.

До кишина метра три. При своих новых возможностях покрыть это расстояние одним прыжком – не проблема. Проблема в том, что демон стоит ко мне хвостом и так просто до его черепа не добраться. Мечом особо не размахнуться, пули вряд ли его возьмут, если не в упор. Тварь явно из элиты и так просто его не уделать… Чёрт! Врукопашную сцепляться всё-таки слишком опасно… Мне бы что-нибудь для совсем ближнего боя – типа кинжала… Но ничего такого нет. А значит…

Рывок вперёд. В последний момент кишин успевает почуять какую-то угрозу для себя с тыла и поворачивается ко мне. Удивительно, но в тесноте вагона эта многоножка маневрирует просто превосходно.

Прыжок в сторону – увенчанная жвалами пасть проносится мимо меня. Хватаюсь на вертикальный поручень и как, прости Господи, заправская стриптизёрша крутанулась вокруг него, обрушивая сдвоенный удар ног в бок туловища. Кишина тут же отбросило в сторону, но он почти сразу же начал подниматься.

Приземляюсь, демон рвётся ко мне. Бью правой ногой ему прямо в морду и на пару мгновений заставляю замереть на месте, приходя в себя. Рывок вперёд, пасть кишина вновь мелькает рядом – успеваю увернуться. И со всей силы бью правой его в брюхо, ломая ударом несколько лапок.

Туша монстра слегка прогибается вперёд и вниз, поворот – добавляю локтем левой руки по хребту. Кишин падает на пол, попутно круша поручни и сиденья. Пинок вперёд слегка отбрасывает его вперёд, но ненамного – тварь слишком уж велика.

Неожиданно что-то с силой ударило меня в спину и швырнуло на пол. Я перелетела через кишина и едва успела приземлиться на руки. Резко откатилась в сторону, вскакивая на ноги, и жвала демона глубоко вонзились в металлический пол там, где я только что была.

Извернулась и пнула монстра в голову, сама отлетев назад на одно из сидений. Резко выбросила ноги вперёд, оттолкнувшись лопатками от него и оказалась прямо морда к морде с кишином.

Резко отпрянула назад, и жвала клацнули прямо перед моим лицом. Уклонилась в сторону, и удар головой прошёл мимо меня.

С коротким рычаньем впечатала крепко сжатый кулак правой руки в брюхо монстра. Потом ударила левой. Потом правой ногой, окончательно отбрасывая тварь подальше. Ударила кулаком правой прямо в левый бок черепа кишина, отчего его голова мотнулась в сторону. Добавила левой. Ещё правой. Ещё левой.

Белоснежная кость монстра начала крошиться и трескаться в тех местах, куда я раз за разом впечатывала кулаки, медленно, но верно наступая на монстра.

Удар! Удар! Удар!

Кишина повело, он потерял бдительность и концентрацию. Но затем словно бы очнулся и рванул вперёд своим коронным ударом головой. Увы, для чудовища, этот удар оказался слишком уже медленным – не чета прежним.

Схватила тварь за растопыренные в стороны жвалы и остановила её уже в считанных сантиметрах от собственного лица. Заглянула в глазницы черепа, в глубине которых полыхали багровые огоньки, и коих насчитывалось целых пять штук расположенные на одной горизонтальной линии.

Несколько секунд мы почти что замерли в неподвижности, меряясь силами – тварь стремилась броситься вперёд и размозжить мне череп, а я этому всячески препятствовала. Медленно – миллиметр за миллиметром начала отводить страховидную башку кишина прочь от себя. А затем слегка улыбнулась и резко дёрнула в стороны.

Левая жвала монстра с влажным хрустом отломилась и осталась у меня в руке – натуральный костяной клинок сантиметров тридцать длиной…

Грех таким не воспользоваться.

Резко всадила жвалу в шею монстра – прямо под череп, ударив костяным лезвием снизу вверх. Резко крутанула кистью, отломила второе и всадила с другой стороны. И не выпуская обе жвалы из своих рук, с натугой швырнула кишина прямо в окно давным-давно остановившегося вагона.

Здоровенный монстр своим телом буквально вынес стекло, разнеся его в крупную стеклянную крошку и вылетел прочь. А следом за ним в окно сиганула и я.

Подошла к краю линии лёгкого метро, опёрлась одной рукой на развороченной металлическое ограждение и бросила взгляд вниз.

Два головных вагона остановились на рельсах, что были метров на десять приподняты над землёй. Выкинутый мной кишин пробив окно и ограждение путей, рухнул вниз с этой высоты прямо на грязный и заваленный мусором зданий двор какого-то высотного здания.

Гигантская шестиметровая многоножка кое-как пыталась ползти вперёд, хотя тело кишина в некоторых местах явно было натурально переломано. Больше половины многочисленных лапок монстра не шевелились, но он всё равно пытался ползти вперёд.

Если рассудок и жизнь дороги вам – воздержитесь от прыжков с высоты трёхэтажного дома. А не то переломанные ноги будут минимум последствий.

Впрочем, можете пренебречь этим советом, если вы – волшебница.

Мягко спрыгнула вниз, приземлившись рядом с кишином. Достала из-за спины меч и, забросив его незаточенной стороной на плечо, неторопливо зашагала к монстру. Когда я подошла к его хвосту, то замедлила шаг и скинула с плеча клинок.

– Я поймала тебя, – сообщила я, на пробу крутанув меч в руке. – Я поймала тебя, насекомое. Гадкое, гадкое, гадкое насекомое… Уф, сегодня определённо не твой день. Не так ли?

Крест накрест рубанула пиломечом по туловищу кишина, отчего у него парализовало ещё какое-то количество лапок.

– Если сегодня тебе выпало встретиться со мной, то всё. Всё, дружок! Значит пришло время взыскать с тебя все долги, да ещё и с процентами.

Сделала ещё два шага и вновь рубанула демона.

– Понимаешь меня, нет? Наверное, всё-таки понимаешь. Думаю, что ты хоть и туп, но разумен.

Ещё один удар – почти в основание шеи.

Остановилась, опустилась на правое колено.

– Интересно, а насколько ты разумен? – прошептала я. – Ты понимаешь, что ты жрёшь не просто бутерброды, а разумных существ? Понимаешь, что ты убийца? Или же ты всё-таки просто хищник? Просто очень умный зверь? Чертовски опасный и умный зверь?

Вцепилась левой рукой в череп кишина, запустив пальцы в глазницы, задирая его вверх и просовывая снизу клинок цепного меча. И в этот момент кишин неожиданно для меня издал протяжный полувой-полускрежет, пробирающий до самых корней зубов.

Я помедлила секунду, а затем громко и несколько истерично расхохоталась.

– А ты шутник! Но это не ответ. Надеюсь, что в следующий раз мне попадётся кто-нибудь поразговорчивее…

Короткое движение и слегка жужжащий и вибрирующий клинок пиломеча легко развалил череп кишина снизу до верха. А затем тело монстра распалось в светящуюся пыль.

Поймала левой рукой крупную чёрную жемчужину, выпрямилась и немного отряхнулась…

И тут же камень в моём браслете начал выдавать просто бешеную цветомузыку багровыми искрами.

На бетонной крыше расположенного невдалеке большого склада появилась пара небольших кишинов-гуманоидов. Слегка обернулась назад и увидела, как из-за угла другого здания выползает ещё парочка тварей. Из-за пустой многоярусной парковки выдвинулась ещё одна группа монстров – самая многочисленная, насчитывающая больше полудюжины кишинов…

Выставила клинок цепного меча в сторону, убрала жемчужину в карман блузки, взяла в левую руку пистолет и улыбнулась.

– Позвал перед смертью на помощь, урод? Ну, тогда посмотрим, чего они стоят!

Неожиданно откуда-то сверху прямо в самую большую группу монстров врезалась пара стремительных огненных росчерка, а затем полыхнули мощные взрывы, разбросавшие тварей в стороны. Прямо с чистого неба ударила огромная ветвистая молния и обратила в прах одного из кишинов на крыше склада, после чего остальные немедленно отступили и скрылись из вида.

Я невольно перевела дух – всё-таки, несмотря на браваду, драться с такой толпой мне сейчас категорически не хотелось. Немало сил было потрачено на эту чёртову многоножку, так что в бою с более чем десятком тварей мои шансы были отнюдь не радужны…

Стоп!

А что это вообще было-то?!

Я обернулась и как раз успела заметить, как с поднятых над землёй рельсов в воздухе неторопливо скользит какая-то девушка. Не просто прыгает, а именно что скользит – медленно-медленно опускает с десятиметровой высоты, будто бы весит не больше бумажного листика.

Земли мягко коснулись высокие шнурованные ботинки коричневого цвета. Девушка небрежно поправила длинные – до пояса, волосы пшеничного цвета и с лёгким любопытством взглянула на меня.

Лет ей было примерно столько же, сколько и мне – то есть где-то семнадцать-восемнадцать. Высокая, стройная и с неплохой грудью. Симпатичная голубоглазая блондинка.

Высокие коричневые ботинки из замши, как мне показалось. Узкие чёрные брюки и чёрно-красная блузка с длинными рукавами, но оставляющая открытыми плечи. На шее – что-то вроде белого воротничка с крупной ало-золотой брошью. Но главное – на широком кожаном ремне, на левом боку девушки спокойно и подозрительно привычно покоилась массивная шпага и длинный тонкий кинжал, в рукоятях которых сверкали алые камни размером с голубиное яйцо. А ещё левое запястье девушки охватывал уже привычный золотистый браслет с красным камнем посередине.

Зуб даю, она – волшебница!

– Хм, – девушка с лёгким интересом окинула меня взглядом от макушки до пяток. – Наряд в высшей степени нелепый, но ты явно неплоха. Новичок? Как твоё имя, девочка?

Вот эта вот «девочка» моментально понизила репутацию незнакомки в моих глазах на добрых полсотни пунктов.

– Алиса Корнилова, – слегка прищурившись, ответила я. – Волшебница. С кем имею честь?

– Принцесса Эрика Анна Мария Фредерика фон унд цу Лихтенштейн, – торжественно провозгласила блондинка. – Волшебница.

Глава 16. Да, Чёрный Дозор явно темнит

– Прости, если помешала, но я решила, что тебе сейчас не помешает моя помощь, – слегка снисходительно произнесла Эрика. – Но если бы я знала, что этот район города уже за кем-то закреплён, но не стала бы сюда приходить. Доброго дня и удачной охоты, Алиса Корнилова. Прощай.

– Подожди! – выкрикнула я.

– Что такое? – слегка приподняла бровь девушка.

– Эээ… А поговорить?

– А о чём? – удивилась принцесса.

Когда вам в лицо летит брошенный камень, то думать некогда – надо действовать. Так же было и сейчас – мне нужно было в считанные мгновения наладить хоть какой-нибудь первичный контакт с этой блондинкой, даже несмотря на то, что она мне уже не особо-то и нравилась. Но она всё-таки была волшебницей, да ещё и вдобавок такой неслабой!..

– Я была бы очень рада, если бы вы, Эрика, рассказали кое-что такому новичку, как мне о своей борьбе с кишинами, – единым духом выпалила я.

Ни хрена я не была бы рада. Но мне позарез необходима любая информация.

– Хм… – слегка задумалась девушка. – Ну, если ты просишь, то разумеется… Только, быть может, переместимся куда-нибудь в более подходящее место?

– Разумеется, – кивнула я. – Поищем какое-нибудь летнее кафе?

– Пусть будет так.

Эрика эффектно щёлкнула пальцами, мгновенно перекидываясь в нормальный облик – короткое лёгкое белое платье и туфли на высоком каблуке. Секунду спустя, её примеру последовала и я.

– Да, так гораздо лучше, – заметила принцесса. – Твоё одеяние в овермоде… ммм… несколько резало мне глаз.

Я слегка прищурилась. Пусть это безобразие, всех оттенков розового, резало глаз и мне тоже, но выслушивать подобное от этой фифы… Впрочем, собой я владела более-менее прилично, чтобы не показывать то, что думаю…

– Овермод? – моментально зацепилась я за незнакомое слово.

– Твой облик в котором ты борешься с… – Эрика осеклась и как-то странно посмотрела на меня. – Подожди-ка… эээ…

– Алиса.

– Ты даже этого не знаешь, Алиса?

Я почувствовала глухую волну раздражения, поднимающуюся внутри меня. Но уже не на эту блондиночку, а на складывающуюся ситуацию. Пару недель назад я была вся такая умная, объясняя растерянно хлопающей глазами Ленке, кто есть кто в волшебном мире, а теперь сама оказалась на её месте.

Очень и очень неприятное чувство.

– Увы, но не знаю.

Тебе казалось, что ты знаешь очень много… Оказалось, что казалось. И теперь нужно узнать насколько же на самом деле глубока кроличья нора…

– Странно… – Эрика убрала со лба выбившуюся прядь волос. – А что же ты в таком случае вообще знаешь?

– Думаю, что это действительно не самое подходящее место для нормального разговора, – махнула я рукой на грязный задний двор.

…Пока я определяла наше местонахождение, вызывала такси, выбиралась вместе с Эрикой на центральную улицу, а затем ехала к ближайшему кафе, то мы с принцессой по обоюдному, хоть и негласному уговору молчали. Или перебрасывались лишь незначительными репликами.

А я лихорадочно размышляла над тем, как себя вести.

Это ведь явно не простодушная Ленка. Эрика – сильная и опытная. Уж явно опытнее меня, а возможно что и сильнее. Иностранка к тому же. Да ещё и с фамилией-именем-отчеством не короче, чем хвост у динозавра. Интересно, вот это её «принцесса фон унд цу Лихтенштейн» – это правда? Если правда, то тогда ой. Даже очень ой.

Такую просто на слабо не взять, но и упускать нельзя ни в коем случае…

Чёрт, и как же мне быть? Разговор. Мне позарез нужен предварительный разговор. Чтобы понять, что эта леди из себя представляет… На чём её можно поймать. Как подружиться или просто расположить к себе.

Настало твоё время, Алиса! Расшибись в лепёшку, а заполучи себе в союзницы эту блондиночку!..

– …Ну, давай сначала ещё раз представлюсь, – произнесла я, когда мы с Эрикой уселись за дальний столик на открытой площадке летнего кафе и заказали себе по бутылочке минералки. – Алиса Корнилова, семнадцать лет, гражданка Российской Федерации. Четыре недели назад приехала сюда на отдых после школьных выпускных экзаменов, и вляпалась во всю эту бурду.

– Можно уточнить – как именно? – поинтересовалась девушка.

– На рейсовый автобус в котором я ехала напал кишин. Выжила только я одна, после чего попыталась убежать куда подальше… Но не получилось. Поэтому пришлось с помощью подручных средств уничтожать тварь.

– Неплохо… У тебя уже было волшебное оружие?

– У меня было много удачи и гигантская мотивация выжить любой ценой, – скривилась я. – Когда монстр гнался за мной, то умудрился насадиться на дерево. После чего я загнала ему в глаза пару его же собственных шипов…

– Подожди-ка… То есть не применяла магию или магическое оружие?

– Эрика… Я ведь могу тебя называть просто Эрикой?

– Ммм… – поморщилась девушка. – Да, можешь.

– Эрика, я тогда ещё не была волшебницей. Только когда я столкнулась с кишинами во второй раз, то заключила Контракт и стала волшебницей.

– Кажется, в Азии этим занимаются оборотни?

– Да, мне помогает белый лис-оборотень…

– Прости, что делает? – переспросила Эрика.

– Ну… помогает. Отводит глаза, когда я перекидываюсь в боевой облик, лечит мои раны…

– Хм, интересная тактика… Продолжай, пожалуйста.

– Где-то недели полторы назад встретила ещё одну волшебницу, так что теперь мы охотимся на кишинов вместе. Увы, но девчонка как боец очень слаба, но на безрыбье…

– Вместе? – поразилась принцесса. – Но ведь это запрещено!

– То есть как запрещено? – теперь была уже моя очередь приходить в изумление.

– Алиса, если рядом с тобой длительное время находится другая волшебница, то магический потенциал их обеих значительно падает, – невыносимо нудным менторским тоном произнесла Эрика. – Это общеизвестный факт.

– Ну, уж явно не для меня, – слегка огрызнулась я. – Тем более что за всё время, что мы вместе с Ленкой убиваем монстров, слабее я себе чувствовать не стала. Даже наоборот. А Ленку в одиночку вообще бы сожрала даже не самая сильная тварь, так что…

– Значит, вы просто недостаточно времени проводите вместе.

– Четыре-шесть часов почти ежедневно – это недостаточно?

– Нет, это всё ерунда, – упрямо мотнула головой девушка. – Дозорные говорили об этом совершенно однозначно, так что ты, наверное, просто не замечаешь своего ослабления.

А это будет ещё сложнее, чем я думала – эту леди ведь ещё и переубеждать придётся… Она явно испытывает немалый пиетет к вышестоящему начальству и твёрдо уверенно в том, что знает – то есть, по сути является той ещё консерваторшей. Вдолбили ей какие-то идиоты мысль, что нужно действовать только поодиночке, вот она и…

Стоп.

Стоп, а если она права?!

А что если действительно, если рядом находятся две и более волшебницы, то они…

Так. Так! Не о том я сейчас думаю. Дозорные… Дозорные? Что ещё за дозорные?!

– Может быть, расскажешь о себе? – вкрадчиво произнесла я.

– Принцесса Эрика Анна Мария Фредерика фон унд цу Лихтенштейн, – с лёгким превосходством в голосе выдала блондинка. – Вторая наследница княжества Лихтенштейн.

Принцесса? Ну-ну. Хотя, пусть будет принцессой – каждый имеет право содержать в своей голове собственный выводок тараканов.

– …Два года назад в Новой Зеландии при… определённых обстоятельствах столкнулась с демонами и заключила Контракт. Теперь путешествую по миру и веду свою борьбу. Приехала в Эдзо по поручению Чёрного Дозора.

– А что это такое?

– Секретная международная организация, противостоящая демонам.

– В первый раз слышу… – протянула я.

Можно ли доверять этой Эрике? Она врёт или говорит правду? Или верит, что говорит правду? Неизвестно. Непонятно. Всё слишком усложняется…

– Насколько я знаю, Дозор в основном контролирует восток Тихого Океана – обе Америки, частично Океанию… – произнесла Эрика. – В Азии, если мне не изменяет память, действует Светлый… ммм… Светлый…

– Светлый Круг?

– О, точно. Светлый Круг – именно.

– Можешь что-нибудь рассказать о кишинах? А то я с ними всего месяц дерусь…

– Кишины? – не поняла Эрика. – А, это вы так демонов называете… Да без проблем. В среднем около двух метров ростом, внешне обычно гуманоидного или инсектоидного вида. Чаще всего действуют или поодиночке, или группами в три-шесть особей. Самые опасные те, у кого белая костяная броня на теле – как правило такие умеют стрелять, они более умные и живучие.

Мда, ничего интересного.

– Да, насчёт этого я уже в курсе, – кивнула я. – Что-нибудь ещё?

– Что-нибудь ещё… Ну, хорошо, слушай. В последнее время появилась информация, что время от времени начали попадаться демоны, принципиального иного уровня. Лично я уничтожила двух монстров, размером с железнодорожный вагон. Выглядели они как хаотическая мешанина челюстей, щупалец и клешней, а убить их было очень непросто. Обычному демоны нужно уничтожить череп – этих же пришлось буквально рвать на части, чтобы добраться до их глобул…

– Подожди-ка… – я порылась в кармане блузки и выудила оттуда небольшой чёрный шарик. – Оно?

– Да, оно, – кивнула Эрика. – Ты хотя бы знаешь, зачем они нужны?

– Восстановление сил?

– Верно. Поначалу без глобул можно и обойтись, но когда ты становишься сильнее, то чтобы постоянно быть в форме приходится постоянно ими «подзаряжаться».

– Силы больше не восстанавливаются? – нахмурилась я.

Плохо. Очень плохо…

– Восстанавливаются, но лично на мой взгляд – слишком медленно, – успокоила меня Эрика. – После сражения с полудюжиной демонов нужно восстанавливаться примерно сутки. А даже небольшая глобула на пару часов почти полностью восстанавливает внутренний резерв.

Уфф… В целом информация, полученная от Песца, вновь подтверждается… Это хорошо.

– Ещё что-нибудь о кишинах? – произнесла я.

– Как бы сказать… – неожиданно замялась принцесса. – Есть одно… Хотя официально циркулярами Дозора это ещё не подтверждено…

– И что же это? – я почувствовала азарт гончей, взявшей след раненого зверя.

– Два месяца назад, на Тайване… – нехотя произнесла Эрика. – Я столкнулась с тем, что какой-то бандит убивал мирных жителей. Разумеется, моя честь не позволила мне остаться в стороне, и поэтому я вмешалась, дабы покарать негодяя… Но тот бандит неожиданно… Как бы это сказать-то?.. Начал изменяться, что ли… Словно бы из ниоткуда в его руках появился меч, а сам он начал покрываться шипастой бронёй чёрно-багрового цвета. И мой Д-2 сразу же начал выдавать сигнал об обнаружении, хотя до этого был глух и тускл.

– Д-2?

– Детектор демонов, – девушка подняла левую руку, демонстрируя золотой браслет с алым камнем в центре. – У тебя такой же.

– Ага… Подожди-ка, Эрика! Так что было с тем человеком-демоном?

– Он от меня ушёл, – недовольно поджала губки аристократка. – И был очень силён – ему удалось меня ранить, чего не случалось уже почти год. Даже за помощью к Дозору пришлось обратиться из-за этого…

– А что Дозор?

– Мне сказали, что сообщения о подобных стычках регулярно поступают в последнее время… Но доказательств пока что нет.

– Любопытно… – задумчиво побарабанила я пальцами по столешнице.

Итак, что мы имеем? Оказывается, вся эта странная война с кишинами координируется не просто кучкой нелюдей, а полноценной межгосударственной организацией. Чёрный Дозор, ну надо же… Хе, а почему тогда не Ночной?

Впрочем, шутки в сторону. У меня было два источника информации о происходящем и, в принципе, Эрика и Широ друг другу не противоречат. Разве что оборотень либо менее осведомлён, что является полной ерундой – куратор и представитель руководства знает меньше, чем рядовой боец из другой страны? Чушь, тысяча раз чушь. Значит, опять что-то не договорил, лисья морда. Значит, опять не сорвал, а умолчал.

С другой стороны могу ли я так без оглядки доверять этой блондиночке? Учитывая, что ей, например, запудрили мозги о том, что нужно действовать исключительно в одиночку?

Но опять же – а вдруг не запудрили?..

Чёрт, чёрт, чёрт…

– Кхм, кхм, – выразительно прокашлялась Эрика, бросая на меня слегка раздражённый взгляд. – Это всё, что ты хотела узнать?

– Ммм… – неопределённо промычала я, чтобы в случае чего меня можно было понять двояко, или же вообще не понять. Что ж мне ещё у неё спросить-то?.. – Возвращаясь к тому, что волшебницам нельзя находиться долго рядом друг с другом… Неужели за два года ты ни разу не контактировала с кем-нибудь продолжительное время?

– Допустим. И что с того?

– Скажи, Эрика… – медленно произнесла я, тщательно подбирая слова. – А тебе не казалось это ограничение несколько… неестественным?

– Не понимаю о чём ты, Алиса, – нахмурилась принцесса. – Ты задаёшь очень странные вопросы. К чему ты вообще ведёшь?

– Тогда позволь мне ещё один странный вопрос – как ты сражаешься? Не в смысле какие… ммм… заклинания используешь в схватке, а какова твоя тактика в целом?

– Я поступаю, как велит мне честь, – гордо вздёрнула подбородок Эрика.

– Чего? – я подумала, что ослышалась.

– Я поступаю, как велит мне честь, – терпеливо повторила девушка. – Если я встречаю на своём пути демона, то не успокоюсь, пока не уничтожу его.

Мда. Как всё запущенно-то… Хорошо, пойдём другим путём – «а привези-ка ты мне, батюшка, цветочек аленький…»

– А как ты прокладываешь свой путь, чтобы встретить демона? – не менее терпеливо произнесла я.

– Хм… – нахмурилась Эрика. – Опять же не вполне тебя понимаю… Но догадываюсь, что ты имеешь в виду… Я просто хожу по городу.

– П-просто ходишь?

– Просто хожу. И если в городе свирепствуют демоны, то я обязательно рано или поздно с ними встречусь. Нелогично, но факт.

Я закрыла глаза, мысленно досчитала до трёх, а затем обратно открыла их. К такой феерической логике настоятельно требовалось привыкнуть, иначе мой мозг рискует зависнуть всерьёз и надолго.

– А ты не думала, что демон может появиться через минуту там, где ты прошла, и исчезнуть за минуту до твоего прихода в другое место? – поинтересовалась я, решив бить потяжелее. – И это будет означать, что пока ты «просто гуляешь» кишины будут убивать.

Эрика побледнела и нехорошо сощурилась.

– Не тебе обвинять меня в чём бы то ни было, девочка.

– А я и не обвиняю, – «девочку» волевым усилием пришлось проглотить.

Хотя, какого чёрта?! Эта фифа ведь не старше меня – почему я должна терпеть к себе подобное обращение?!

Очень захотелось не просто капитально заехать блондиночке в челюсть, а от души расцарапать морду и оттаскать за волосы. Такой вот, так сказать, души прекрасный порыв…

– …А я и не обвиняю, – максимально спокойно произнесла я. – Но считаю, что если бы, например, волшебницы поддерживали бы между собой связь и координировали действия, то толку бы вышло намного больше. Согласись, так было бы намного лучше?

– Если мы будем контактировать друг с другом, то потеряем свою силу, – упрямо повторила Эрика. – Ты ведь мало что знаешь, Алиса. А я сотрудничаю с Чёрным Дозором уже не первый год, и оснований не верить им у меня до сих пор не было.

Всё когда-нибудь бывает в первый раз, деточка…

– Да я ведь и не предлагала повсюду ходить вместе, – пошла на компромисс я, чувствуя, что если уж проигрывать, то хоть с какой-нибудь выгодой. – Достаточно было бы просто поддерживать связь… Хотя бы по телефону.

– Это разумная мысль, – поразмыслив секунду, нехотя согласилась Эрика. – Диктуй свой номер.

Обменялись телефонами.

– Прощай, – сухо кивнула мне принцесса, поднимаясь с места и направляясь к дороге.

– До встречи, – многозначительно ответила я, стараясь не показывать неудовольствия от того, что мне не удалось завербовать ещё одну волшебницу.

Увы, но Эрика – это не Ленка, на хромой кобыле к ней подъехать не удалось… На этот раз ты проиграла, Алиса. Хорошо ещё, что это всего лишь проигранная битва, а не проигранная война…

– Кстати, для русской твой немецкий язык великолепен, – бросила мне на прощание Эрика, садясь в остановившееся около обочины такси. – Если бы я не знала, то готова была бы поклясться, что ты откуда-то из столицы, судя по твоему оберландскому диалекту… Ещё раз прощай, Алиса.

Хлопнула дверца, и жёлтая «дэу» с табличкой «TAXI», негромко заурчав мотором, поехала прочь.

– Чё? – только и смогла я ответить на столь обескураживающее заявление.

* * *

– …Чёрный Дозор? Да, такая организация существует, – хладнокровно ответил Песец, по обыкновения не отрывая взгляда от экрана ноутбука.

И вообще в последнее время у меня начало складываться впечатление, что у оборотня какие-то симбиотические отношения с креслом в моей комнате. Как ни погляжу – сидит, паразит, уткнувшись в выделенный мною ноутбук. К себе в комнату уходит редко, жалуясь, что я всё равно время от времени его оттуда достаю на потеху своей тёмной душе…

Не, ну вот насчёт души он, конечно, перегибал… А так да, действительно, с Песцом всегда было куда веселее, чем без него.

– А чего тогда мне не сказал, морда? – возмутилась я.

– А ты не спрашивала, – буркнул лис.

– Врёшь!

– Дорогуша, ты ведь знаешь, что я не умею врать… Видимо, ты просто неточно сформулировала вопрос.

– Всё я точно формулировала! Не держи меня за выжившую из ума маразматичку!

– Что ты! Что ты! – вяло запаниковал оборотень.

– Я хорошо помню, как спрашивала, кто занимается уничтожением кишинов в других странах!

– А я хорошо помню, как ответил тебе, что этим занимаются местные сообщества древних сил. Конкретные названия и методика работы тебя не заинтересовали.

– Ррр!

– Не рычи, Алиса, – лис был сама Её Величество Вежливость. – Когда ты рычишь, то у тебя начинают появляться морщины.

– Врёшь, – не слишком уверенно заявила я, подтягивая поближе валяющуюся на кровати сумочку, доставая из неё зеркальце и начиная корчить в него разнообразные рожи.

– Какие ужасы мне приходится лицезреть на ночь глядя, – скорбным тоном произнёс белобрысый, бросив на меня короткий взгляд, на краткий миг оторвавшись от экрана ноутбука.

– Что, что? – нарочито ласково произнесла я.

– Во, – Песец развернул ко мне компьютер, демонстрируя открытую страничку какого-то новостного сайта, на которой были фотографии искорёженного вагона. – По твой милости проверяю сводки происшествий и вынужден опять смотреть на эти ужасы.

– Это наш сегодняшний?.. – помрачнела я.

– Ага. По официальной версии – очередной терракт со стороны «хакогунцев».

– Неужели в это кто-то верит?

– Верят, Алиса. А куда деваться? Люди всегда отличались умением заставить себя объяснить знакомыми вещами нечто, находящееся за гранью их понимания…

– «Когда мои мечты за гранью прошлых дней найдут тебя за дымкою туманной…» А расскажи-ка мне лучше, дружок, что-нибудь об этом самом Дозоре.

– Да нечего особо рассказывать, – пожал плечами лис. – Если в Японии большинство ёкаев представлено оборотнями и всем заправляет Светлый Круг – совет представителей кланов, то по ту сторону океана рулит Чёрный Дозор. На сегодняшний день, пожалуй, сильнейшая в мире организация нелюдей…

– А Светлый Круг ему подчиняется?

– Нет, конечно, – моментально надулся от важности. – Как одна из наиболее древних, и как одна из немногих групп сверхъестественных существ, сумевших сохранить собственную самобытность на протяжении…

– Короче, Склифосовский.

– Мы – союзники.

– А тогда какого хрена эти союзники дурят волшебниц, чтобы они ни в коем случае не кооперировались между собой?

– Это тебе та волшебница так сказала? – удивился Песец.

– Именно так, – подтвердила я. – Прямым текстом сказала, что руководство Чёрного Дозора запрещает нам контактировать друг с другом из-за того, что мы можем потерять свою силу.

– Бред какой-то… – пробормотал лис, лохматя себе волосы. – Ладно у нас в Круге всё слишком завязано на старые традиции, что с контракторами, действующими в одиночку… Но вот от Дозора я такого ретроградства совсем не ожидал…

– То есть ты утверждаешь, что это – ложь? – уточнила я.

– Утверждаю и подтверждаю, – твёрдо заявил оборотень. – Уж не знаю, чем руководствуется Дозор, но он явно руководствуется чем-то неправильным.

– Темнит что-то этот Чёрный Дозор… Надо будет при случае устроить очную ставку тебе и этой принцесске…

– Кстати, как, говоришь, она представилась? – поинтересовался Песец, вновь утыкаясь в ноутбук.

– Её фамилия-имя-отчество начинается на Эрика, а заканчивается на Лихтенштейн. Между ними было ещё много других слов, но я не запомнила.

– Девичья твоя память… – вздохнул оборотень.

– Ещё она сказала, что является ни много ни мало, в второй наследницей княжества Лихтенштейн.

– И ты ей поверила?

– Не до конца.

– А вот Интернет мне подсказывает, что у правящего князя Алоиза III кроме старшего сына наследного принца Франца Иосифа действительно есть симпатичная дочь семнадцати лет от роду, – хмыкнул Песец. – И зовут сию особу Эрика Анна Мария Фредерика унд цу Лихтенштейн… Она?

Я присмотрелась к небольшой фотографии на экране ноутбука.

– Она, родимая.

– Занятно… Как же европейка стала волшебницей?

– Она упоминала, что два года назад была в Новой Зеландии и именно там заключила Контракт, – вспомнила я.

– Хм… – задумался. – В принципе, при желании можно поднять данные двухгодичной данности по Новой Зеландии – всё-таки принцесса пусть и карликового, но государства… Но, если честно, совершенно неохота этим заниматься.

– Не занимайся, – милостиво позволила я. – Для начала не помешает подумать, как можно склонить её к сотрудничеству. Мысли есть?

– Мозговой центр здесь ты – тебе и отдуваться, – ядовито заметил оборотень.

– Сволочь.

– От стервы слышу. Видела эту Лихтенштейн в деле?

– Видела.

– И как?

– Сильна, – признала я. – Скорее всего значительно сильнее меня. Шпага у неё на поясе висела, но вряд ли она ей необходима – она разогнала десяток тварей и даже не вспотела.

– Классическая магия? – деловито осведомился Песец.

– Не знаю. Наверное. Молнии и огненные шары.

– Ммм, значит всё-таки европейская школа… Было бы занимательно увидеть это в живую. Так сказать, пощупать…

– Знаю я твоё «пощупать», – рыкнула я. – Полезешь с таким к этой принцессе, да и облезешь, а мне потом как без личного лекаря куковать?

– Какая же ты всё-таки эгоистка, Алиса! – возмутился лис.

Мой уже готовящийся сорваться с языка ответ оказался прерван телефоном, неожиданно начавшим выдавать яростные трели.

Хм… Вообще-то для традиционного ежедневного «сеанса связи» с домом что-то рановато – братья с отцом должны быть ещё на работе…

Взяла мобильный в руку, посмотрела кто звонит… И, удивлённо причмокнув, приняла вызов.

– Да?

– День добрый, Алиса, – ровным тоном произнесла Эрика. – Как твои дела, как самочувствие?

– Ммм, чудесно.

Из трубки послышался какой-то непонятный грохот, как будто бы что-то взрывалось и падало.

– Я решила, что мы с тобой расстались на несколько минорной ноте, и подумала, что всё-таки не будет большой беды, если мы ещё раз встретимся и немного поговорим…

Опять послышался какой-то грохот, скрежет и треск, да ещё в таких децибелах, что я невольно поморщилась и ненадолго отодвинула трубку мобильного от уха.

– Совершенно вылетело из памяти, что я даже не поинтересовалась текущей остановкой в…

Новая порция грохота.

– Эрика, да что у тебя там, чёрт возьми, происходит?!

– Не обращай внимания, – хладнокровно ответила Лихтенштейн. – Небольшие неудоб… Чёрт! Н-на!..

– У тебя там всё в порядке? – подозрительным тоном осведомилась я.

– Ну, практичес… Чёрт!.. Алиса, это вообще-то не в моих правилах, но…

– Дааа?

– Можешь… подойти кое-куда? Есть тут небольшое… дело…

– Запросто, – хищно улыбнулась я. – Диктуйте адрес, коллега.

Глава 17. Да, есть кто-то покруче обычных кишинов

– Так, вроде бы здесь… – я огляделась по сторонам.

Северный Саппоро, что раскинулся по эту сторону речного берега, был представлен скоплением множества старых бетонных складов. Часть из них была явно заброшена, причём уже давно и основательно – одни стены без крыш, выбитые двери, ржавый металлический мусор повсюду…

Увы, но даже этот город был неидеален. Его лицо – лик мегаполиса двадцать первого века, но уже за поворотом начинаются восьмидесятые, в какой-то момент резко переходящие чуть ли не в пятидесятые годы прошлого века. А местами так вообще – как будто посреди города уцелели островки ещё времён Второй Мировой и ковровых бомбардировок.

– Алиса, а что мы тут делаем? – поинтересовалась Лена, которую я оперативно вызвонила и назначила рандеву, не особо вдаваясь в подробности. Вот что мне нравится в этой девчонке – так это лёгкость на подъём…

– Да познакомилась я тут с ещё одной волшебницей недавно… – небрежно бросила я.

Где-то в отдалении послышался резкий грохот.

– И, похоже, что ей сейчас очень даже не помешает помощь…

Причём очень и очень требуется. Иначе бы эта леди никогда не стала бы идти поперёк себя, прося фактически первую встречную о помощи…

– Ой, правда волшебница? Как здорово! – искренне обрадовалась девушка. – А Широ где?

– Лень ему видите ли, – буркнула я. – А я сегодня была не в настроении применять самые убедительные аргументы убеждения к нему…

– Ну, тогда вдвоём справимся. Ведь справимся?

– Конечно, подруга… Конеч-но… – рассеяно пробормотала я, обдумывая кое-какую пришедшую мне в голову мысль. – Слушай, Лена.

– Да?

– Можешь что-нибудь сказать по-английски?

– А зачем? – удивилась волшебница.

– Да так… Надо, – уклончиво ответила я. – Так можешь?

– Да пожалуйста:

Когда похоронный патруль уйдет

И коршуны улетят,

Приходит о мертвом взять отчёт

Мудрых гиен отряд.

– Неплохо, – оценила я.

– Это Киплинг – «Гиены», – заметно погрустнела Лена. – У нас в школе очень строгая учительница английского была – заставляла много всего учить…

…За что он умер и как он жил –

Это им все равно.

Добраться до мяса, костей и жил

Им надо, пока темно.

Что это – меня вообще-то сейчас волновало мало. Гораздо интереснее было то, что я не восприняла этот текст как произнесённый на чужом языке. Английский я ведь хоть и знаю, но в пределах школьной программы – то есть не идеально. Как звучит, например, «похоронная команда» – не знаю, но…

У Песца я этим поинтересоваться банально забыла, когда пришла домой и совсем заговорилась о том, что со мной произошло с того момента, когда я расцепила вагоны. Но ещё после ухода Эрики у меня было время подумать, а последняя проверка окончательно утвердила меня в мысли, что статус девочки-волшебницы чреват дополнительными плюшками.

Например, знание других языков.

Биофак? Да нет, с таким впору поступать на факультет переводчиков-лингвистов…

А, нет – облом, это ж суперспособность мне только на три года, а потом я опять скачусь к позорному «Май нэйм из Элис. Ай лив ин Раша. Ай лёрнд инглиш ин скул и ни хрена не андестенд ю. Гейм овер»…

Небо над одним из складов пронзила длинная ветвистая молния бело-голубого цвета, и тотчас же наши с Леной браслеты начали расцвечиваться искрами.

– Перекидываемся, – скомандовала я.

Следующие метров десять мы с девушкой крались уже в боевых обличьях, или как назвала их Эрика – овермодах.

Неплохое, кстати, слово. Ёмкое, звучное и короткое – мне нравится…

Попутно я в очередной раз бурно и громогласно возмущалась (правда, исключительно про себя) о том, что платьица и блузочки – совершенно не подходящая одежда для таких волшебных спецназовцев, как мы. Ладно ещё я в своих ботинках имела достаточно высокую проходимость, а вот Ленке в её лёгких туфельках приходилось несладко. Ведь те задворки города, где мы сейчас шли – это такое место, где грязь и мусор накапливаются чуть ли не по волшебству… Но грязь – не грязь, а идти вперёд было необходимо.

Что ждало нас впереди? Глупый вопрос. Вряд ли бы Эрика стала назначать встречу в столь неподходящем месте, а судя по телефонному разговору и текущей обстановке, нашу леди конкретно зажали в угол. А учитывая то, с какой лёгкостью она тогда разметала десяток кишинов – опасность была явно нешуточной…

– Значит так, подруга, – негромко произнесла я на ходу следующей за мной по пятам Лене. – Всё как обычно – вперёд не суёшься, прикрываешь спину. Если видишь возможность – отвлекаешь уродов. Главное – не лезь на рожон. Понятно?

– Понятно, – послушно ответила девушка.

Обходим невесть когда выкопанную канаву, уже успевшую зарасти травой. Обходим проржавевший корпус машины и груду металлолома. Заворачиваем за угол этого склада и…

Я предостерегающе подняла руку, прошипев что-то невнятное, пригнулась и буквально прилипла к потрескавшейся стене старого склада.

Вокруг ещё одного полуразрушенного здания крутилась целая куча кишинов, общим числом до фига. Может, даже и больше. Чисто навскидку их тут было десятка три – не меньше. В основном, правда, середнячки-гуманоиды, телосложения – «две грабли, две ходули, тыква, посередине – сволочь». Зато их было много, и они наглухо взяли в осаду старый склад с начисто обвалившейся крышей. На неё они, кстати, тоже лезли, но из глубины здания кто-то постоянно огрызался молниями, потоками огня и натуральными шаровыми молниями.

Кто-то?.. Ха, да кроме Эрики и особо и некому!

Вот только что-то не больно часто она бьёт заклинаниями… Да, и почему наша леди вообще оказалась зажата в этом месте? С её силищей, думаю, не слишком сложно было бы или перебить всю эту ораву, или прорваться из окружения и свалить куда глаза глядят…

Значит, «у Хьюстона проблемы»? Вероятно, вероятно…

А теперь, уважаемые знатоки, внимание! Вопрос на миллион долларов! Летят два крокодила – один зелёный, а другой – на юг. Сколько весит килограмм асфальта, если ёжику двадцать лет?

То есть, а что делать-то прикажете?

Если Эрика сама не в состоянии вырваться, то ей нужно как-то помочь. Вся проблема только в том, что не особо понятно – как именно. Лену за боевую единицу считать не будем – будем считать за боевую треть или четверть, потому как пяток кишинов она парализует, а пяток на время отбросит, но и только-то. А я всю эту кучу-малу в одну морду не вытяну. «Кольты» – это же не пулемёты, хоть даже и имеют условно бесконечный запас патронов. Да и слабоваты они всё-таки против нормального противника… Мечом я тоже много не навоюю, если кишины навалятся всей толпой. Магия тоже отметается, потому как я прикончу одного-двух демонов, после чего грохнусь в обморок. Жаль, что нельзя, как в той галлюцинации отрастить пару крыльев и взлететь – это было бы просто замечательно, но, увы, превосходство в воздухе мне только снится…

С другой стороны даже незамысловатая атака в спину может и увенчаться успехом, если удар наносить сразу снаружи и изнутри «крепости» – то есть, если бы я и Эрика синхронно бы вломили кишинам, то наше дело было бы в шляпе. Жаль, очень жаль, что у нас нет такой полезной вещи как телепатия, чтобы координировать свои действия…

Телепатия? Тьфу ты! Совсем Алиса уже сбрендила – настоящей волшебницей решила себя считать… К чёрту магию! Ваше слово, товарищ технический прогресс!..

Обычные дамские сумочки или барсетки я не особо жалую, потому что на меня периодически нападают случаи рассеянности, и я их где-нибудь благополучно забываю. Хорошо, если там в этот момент находится лишь зеркальце и пудреница. Плохо – когда паспорт и ключи от квартиры. Пару лет назад я такой «подвиг» совершила, после чего папа на месяц посадил меня под домашний арест и лишил всех карманных денег. После этого я решила, что с собой нужно носить лишь самый необходимый минимум, который можно распихать по карманам.

Как я выяснила, при переходе в овермод всё добро в карманах равномерно рассредоточивается по новой одежде, оказываясь преимущественно в карманах блузки. Главное – ничего слишком много при себе не иметь, иначе будет очень неудобно… Банковская карточка, паспорт, ключи от дома и немного наличных – большего, в принципе, и не надо… Ну, и телефон ещё разве что.

Итак, телефон!..

Достала из-за пазухи новенький «сони» в чехле и с гарнитурой. Прицепила её к воротнику блузку, воткнула наушник в левое ухо и набрала номер Эрики.

Томительно потянулись секунды, прерываемые противными гудками…

– Слушаю, – хладнокровно ответила Лихтенштейн, хотя на заднем фоне что-то постоянно трещало и грохотало.

– Леди, я подле ворот вашей башни из слоновой кости, – ёрнически произнесла я, пытаясь как-то компенсировать нервнозность ситуации, и осторожно выглядывая из-за стены склада. – Как будем действовать?

– Спасибо, что пришла, Алиса, – невозмутимо ответила «принцесса» (или же всё-таки кавычки не нужны?..). – Тут сложилась несколько неприятная… ситуация, скажем так. Сможешь прорвать осаду?

– Всех не перебью, – честно призналась я. – Три десятка для меня – многовато…

– Неприятно.

– …но если мы одновременно нанесём удар с двух сторон – может и получится. Как тебе идея?

– Ну, других у нас всё равно нет… – протянула Эрика. – Сколько тебе нужно времени на подготовку?

Выдернула из-за спины пистолеты, вскинула их стволами вверх и взвела большими пальцами курки. Мелочь, да и не нужно, но уверенности добавляет…

– Сколько ТЕБЕ нужно времени?

– На счёт «пять».

– На счёт «пять», – повторила я, подмигивая нервно тискающей в руках свой жезл Лене.

– Раз, – левой рукой с зажатым в ней пистолетом вогнала наушник поглубже в ухо, хотя он теперь, в принципе, был и не нужен.

– Два, – прерывисто, словно бы на бегу, выдохнула Эрика.

– Три, – убрала стволом правого «кольта» волосы с плеча.

– Четыре.

– Пять! – рявкнула я, молнией бросаясь вперёд.

До толпящихся около стен склада кишинов было метров пятнадцать, но стрелять я начала лишь когда расстояние между нами сократилось втрое.

«Кольты» на пистолетной дистанции боя оказались чудо как хороши – только-только что-то сообразившие кишины начали разворачиваться мордами ко мне, как им в рожи полетел град крупнокалиберных пуль.

Конкретно эти демоны по комплекции были даже пониже и потощее отнюдь не высокой и не толстой меня. Поэтому тяжёлые пули буквально разметали пяток кишинов в стороны. Одному перебило верхнюю правую лапу, ещё трём прилетело в грудь, а самый невезучий рассыпался в пыль, получив крупнокалиберный привет в череп.

Рывок назад!

Когтистые лапы ещё одного демона лишь бессильно захватывают воздух. Пистолет в левой руке бьёт кишина почти в упор – с сантиметров тридцати, прямо в брюхо, отчего тварь сгибается пополам. Шаг, другой. Обхожу монстра слева. Локоть согнутой левой руки впечатывается в глубокий кратер раны демона. «Кольт» в правой выплёвывает три выстрела прямо в морду ещё одному набегающему кишину, кроша его череп.

Поворот. Правый пистолет утыкается в затылок скорчившегося монстра, а левый нацеливается на ещё одного.

Два выстрела почти сливаются в один.

И так уже раненый кишин оседает с развороченным затылком, рассыпаясь в пыль, а ещё один падает в паре метров от меня с перебитым коленом.

Отбегаю в сторону, по дуге обходя угол склада, часто и неприцельно стреляя.

…Когда я увидела, как прямо на меня буквально несётся толпа из пары десятков кишинов, то признаться не на шутку струхнула. Я же не психопатка, чтобы не бояться ничего и никого? Я, может, и храбрая, но не отмороженная.

Потому что храбрость – это когда о том, что тебе до ужаса страшно знаешь только ты.

Оскалилась, вскинула пистолеты перед собой, вгоняя пулю за пулей в наступающих кишинов, прикидывая как буду в последний момент отпрыгивать с их пути, а потом принимать очень ближний бой в стиле собачьей свалки…

Бетонная стена склада с оглушительным грохотом взорвалась, шутя сметя половину наступающих демонов градом каменных обломков и ударной волной. А спустя пару секунд из пролома вывалилась кашляющаяся и чихающая Эрика, которую самым натуральным образом шатало. Будем надеяться, что просто от слабости, а не от ранений.

Лихтенштейн с момента нашей последней встречи заметно подурнела.

Волосы – спутанные и грязные, одежда – опять же грязная и порванная, местами заляпанная чем-то тёмным. Лицо исцарапанное и бледное, в руках крепко зажаты рукояти шпаги и кинжала.

Не пойму. Быть грязной и оборванной – это что, нормально для девочки-волшебницы?!

Тяжело дышащая Эрика, быстро огляделась по сторонам. Блеснула глазами, увидев меня, а затем обернулась к ещё одной группе демонов, которые появились буквально из ниоткуда. Ещё секунду назад их было от силы штук пять, а затем из всех выпуклостей и впуклостей местности повылезали их собратья…

Лихтенштейн резко рассекла воздух перед собой шпагой, и с её клинка тут же рванул поток ревущего жёлто-оранжевого пламени, ударивший прямо перед демонами.

На какое-то мгновение они скрылись из виду, отрезанные стеной огня, но затем она стала понемногу угасать. И кишины рванули по новой, прокладывая путь прямо сквозь пламя. Полдюжины монстров прорвались первыми и почти сразу же рухнули на землю, рассыпаясь прахом и с ног до головы объятые пламенем. Но уже следующие ряды бестрепетно рванули вперёд прямо по ещё не до конца распавшимся телам своих собратьев.

Эрика ткнула перед собой кинжалом, с клинка сорвалась ветвящаяся бело-голубая молния, пробившая в шеренгах наступающих демонов настоящую брешь. А затем вновь взмахнула шпагой, и в воздухе буквально из ничего соткался багрово-оранжевый шар, по дуге улетевший под ноги демонам.

Взрыв!

Ещё пяток тварей раскидало в стороны, поотрывав им некоторые лишние части тел, и тут кишины наконец-то решили отступить.

Тяжело пошатываясь, волшебница побежала ко мне.

Я коротко мотнула подбородком, останавливаясь на месте и вытягивая левую руку прямо перед собой, а правую – прижимая около груди.

Несмотря ни на что, Эрика меня поняла и без разговоров рысью двинулась прочь. Выждав пару секунд, начала пятиться и я, прикрывая отход.

До того места, где я оставила в резерве Лену оставалось уже всего метра два, когда из-за ближайшей кучи мусора на меня неожиданно выпрыгнул ещё один монстр. Я начала уклоняться, прекрасно понимая, что это у меня уже не получается…

Кишин не долетел до меня всего каких-то полметра.

Короткие кривые когти лишь бессильно врезались в стену золотистого света, отделившего меня от твари.

Спасибо, подруга!..

В следующий момент сияние исчезло, и демон рванул вперёд, но меня на прежнем месте уже не было. Сдвинулась чуть вправо, крутанулась на месте, обрушила рукоять пистолета на хребет демона и отвесила ему вдобавок мощный пинок. Кишин ткнулся мордой в грязь, а затем «кольты» несколько раз коротко и отрывисто рявкнули, превращая его череп в крошево.

Краем глаза почувствовала какое-то движение впереди себя, обернулась.

Ч-чёрт!..

Отступившая было волна тварей, вновь собралась воедино и накатывала прямо на меня. Между нами оставалось уже не более пяти метров и…

Неожиданно разнёсшийся в воздухе резкий отрывистый клёкот, заставил демонов буквально замереть на месте. Не парализованными статуями, а нетерпеливо переминающимися с лапы на лапу тварями. Как будто охотничьи псы, которых прямо перед последним броском на дичь остановил резкий окрик хозяина.

Клёкот повторился. И теперь в нём чудились уже какие-то металлические нотки.

Я осторожно обвела взглядом всё вокруг, не сводя глаз с замерших чудовищ, и не прекращая потихоньку пятиться назад.

Метрах в тридцати впереди на крыше старой трансформаторной будки стоял человек. Выглядел он как гот или ещё какой-нибудь неформал низкого пошиба – длинные чёрные волосы, заплетённые у правого виска в тонкую косичку. Длинный чёрный кожаный плащ (и это посреди лета – в такую-то жару!) и высокие полуботинки-полусапоги, украшенные множеством серебристых пряжек. А ведь это по виду был явно не пацан – мужику было лет тридцать, не меньше, но одет он был как последний малолетний идиот…

Впрочем, больше всего меня сейчас волновало то, что у него было в руках.

Меч.

Не катана, не двуручник с волнистым клинком и вообще ничего особенного. Меч как меч – прямой, с простой гардой и массивным кругляшом на рукояти.

Странный мужик, одетый как типичный представительно молодёжной суб-культуры. С мечом в руке. Среди заброшенных складов на окраине города. Среди повсюду шныряющих кишинов, которым обычный человек – закуска на один зуб.

Нет, может быть, это у меня паранойя… Но это всё равно слишком подозрительно!

Полностью оправдав все мои опасения, этот самый «гот» вновь издал клёкот, после чего собравшаяся стая кишинов (ориентировочно в голов полсотни) начала разбредаться и исчезать – осталось лишь от силы десяток тварей.

Я остановилась и нехорошо прищурилась, вытягивая правую руку и прицеливаясь в непонятного… человека? Но человека ли? Может, лучше сказать – существо?

В моей голове словно бы загудел компьютер.

Тридцать метров. Для пистолета – почти предел. Особенно для такого, как волшебный «кольт-1911». Попасть из него на такое расстояние – почти нереально.

– З-зараза… – выдохнула сквозь плотно сжатые зубы.

И тотчас пистолет в моей правой руке начал буквально на глазах изменяться. Позолота слетела, будто старая краска. Рукоять расширилась, ствол вытянулся вперёд и начал утолщаться снизу. Затвор-кожух начал изменяться, а в его задней части выросло колечко прицела.

Пара секунд, и у меня в руке лежит тяжеленный воронёный «дезерт игл» – монстр среди пистолетов. Правда, его чудовищной тяжести я совершенно не ощущала, как не ощущала и массы «кольта», который вообще-то должен весить куда больше килограмма.

Вдохнула, прицелилась…

Кольцо прицела совместилось с мушкой, остановившись на груди «гота». Выдохнула, выбирая свободный ход спускового крючка и выжимая его до конца.

Выстрелы из «кольта» и «макарова» показались хлопками петард на фоне того грохота, что выдало это пистолетоподобное чудовище в моей руке.

«Дезерт игл» выбросил чуть ли не полуметровый язык пламени, а его ствол моментально подбросило вверх. Около лица мелькнула дымящаяся золотистая гильза, на лету превращающаяся в ничто, но напоследок обдав жаром кожу.

Спустя мгновение стоящее на крыше трансформаторной будке существо резко дёрнулось, а его левое плечо буквально разлетелось ошмётками плоти и крови.

Моё сердце на мгновение пропустило удар.

Человек? Это всё-таки человек?..

Но в следующую секунду, даже несмотря на расстояние, я увидела, как алая кровь, запачкавшая разодранный чёрный плащ постепенно то ли становиться чёрной, то ли просто исчезает. А затем развороченное плечо «гота» начало постепенно затягиваться, пока на нём не осталось ни следа от выстрела. Даже чёрный плащ стал точно таким же, как и прежде – без единой дырки!..

Гот выпрямился. И я тотчас же ощутила на себе пристальный взгляд. Холодный взгляд, нечеловеческий.

Мы стояли и смотрели друг на друга. Просто стояли и просто смотрели. «Дезерт игл» в моей руке вновь превратился в уже привычный чёрно-золотистый «кольт», а себя я ощущала так, будто бы только-только пробежала пару километров.

Неожиданно гот отсалютовал мечом и нечеловечески быстро спрыгнул с крыши, моментально скрывшись из вида.

Мозг подсказывал, что преследовать гота – смертельно опасно. Это вполне могло быть и ложное отступление, чтобы заманить преследователя в ловушку. Плюс уносить отсюда ноги и прочие части организма требовалось как можно быстрее и как можно дальше, потому как сегодняшний день наглядно продемонстрировал, что такое подавляющее численное преимущество.

Но вот задница, настоятельно требуя на себя приключений, упорно агитировала за преследованием непонятного существа.

Кто он такой? Что оно такое? Не человек – это уж точно. А кто или что в таком случае? Какой-то особенный кишин или вообще нечто вроде хозяина-погонщика этих тварей?..

Окончательно все мои сомнения разрешились, когда на месте почти моментально рассеявшейся толпы демонов, десяток оставшихся тварей начал потихоньку двигаться ко мне, грамотно окружая с флангов.

Всё, дудки! Надо пихать гордость подальше и поглубже, и линять отсюда как можно скорее!

Плюнув на всё, развернулась и развила максимально возможную скорость, уходя прочь.

Резво добежала до того места, где оставила Лену… Где оставила, там она и осталась. Ну, и правильно – поле боя ей было и так видно, зато она меньше светилась перед кишинами.

Сейчас же Лена была занята тем, что, закусив губу, ударными темпами приводила в норму Эрику. Сидевшая на куске бетона Лихтенштейн, время от времени морщилась и оглядывалась по сторонам, не выпуская из рук оружие. Лена же в это время выписывала круги своим жезлом, с которого на раны волшебницы стекал мягкий золотистый свет.

Подранило Леди всё-таки чувствительно. На левом боку несколько глубоких рваных порезов, похоже что от когтей. Правая рука в крови, левая штанина в районе икры разорвана и окровавлена. Ну, и просто целая куча мелких царапинок, которые Лена оставила на потом, в первую очередь занявшись более серьёзными ранами.

– Эрика?.. – бросила я вопросительный взгляд на Лихтенштейн.

– Я в норме. Что с демонами?

Развернулась, оценивающе посмотрела на десять кишинов, размеренно наступающих в нашу сторону.

– В основном отступили. Против нас сейчас только десять штук.

По кинжалу Эрики промелькнули небольшие голубые молнии… и тут же погасли.

– Проклятье, – выругалась девушка. – Всё, я на нуле. Теперь только рейтшвертом с дагой могу в случае чего отмахнуться.

– Ничего, – процедила я сквозь зубы, пытаясь вспомнить, как у меня получилось превратить «кольт» в дальнобойную ручную пушку… – Прорвёмся.

Вспоминалось, если честно, плохо.

– Значит так. Лена, выводишь Эрику отсюда. Желательно подальше. Я немного задержу этих клоунов, а потом присоединюсь к вам. Всё, вперёд.

– Я не согласна, – отчеканила Лихтенштейн. – Я ещё могу сражаться – не стоит меня недооценивать.

– Раненым слова не давали! – с наслаждением рявкнула я. Как же давно мне хотелось это сделать!.. – Так что не спорить, а действовать!

– Кто ты такая, чтобы мне!..

– Спасательная команда, блин. Я – Чип, а вот она – Дейл. Сама же нас вызвала, между прочим. Так что подчиняйся, и нечего тут мне демократию разводить!

– Но… – Эрика заколебалась.

– Лена, принцессу в зубы и ходу. Вжик-вжик, отседова!

Вот, а это уже совсем другое дело…

Напарница сопли разводить не решилась, а вместо этого, взяв Лихтенштейн под руку, начала бодро буксировать её прочь. Эрика напоследок бросила на меня яростный взгляд, но пререкаться больше не стала.

Ну, и чудненько.

Развернулась к неторопливо наступающим кишинам, растянувшимся редкой линией. До них оставалось от силы метров десять…

Резко вскинула правую руку, пистолет в которой в мгновение ока превратился в «дезерт игл» и, чувствуя, что у меня есть лишь несколько секунд в запасе, выстрелила в ближайшего кишина.

Череп демона буквально разлетелся на части, и он распался в светящуюся пыль, но и пистолет в моей руке вновь превратился в обычный «кольт».

На пару секунд у меня потемнело в глазах и зазвенело в ушах. Ноги слегка подкосились и меня натурально повело в сторону, но я успела быстро придти в норму. Одновременно пришло понимание, что слишком часто проворачивать такой фокус мне явно не под силу.

– Минус один, – сплюнула я, вскидывая пистолеты стволами вверх. – Тоже дело.

Резко сорвалась с места вперёд.

Двое кишинов, что шли по центру, кинулись ко мне, явно пытаясь взять в клещи, но выйдя на кинжальную дистанцию огня, я огрызнулась из обоих стволов. С двух метров попасть по мишени с габаритами человека – легче лёгкого.

Крупнокалиберные пули разворотили грудь и одному, и второму демону, заставив их на секунду словно бы споткнуться, натолкнувшись на невидимое препятствие. В следующий момент увенчанные мощными кривыми когтями лапы монстров рассекли воздух, но я успела пригнуться и крутануться на месте, проскользнув между ними.

Твари не смогли вовремя затормозить и столкнулись, моментально потеряв равновесие и повалившись на землю.

«Кольты» коротко и зло пролаяли, разнеся черепа кишинов вдребезги.

Минус три. Ещё семь.

Рывок влево. Два выстрела по поворачивающему ко мне ближайшему демону.

Одна из пуль перебивает его ногу, и кишин припадает на одно колено. Ещё одна пуля толкает его в грудь, выбивая неглубокий кратер, и опрокидывая монстра на спину. Три выстрела в грудь следующего за ним, четвёртый – добивает первого.

Движение сзади!

Едва успеваю отскочить в сторону, но всё-таки недостаточно быстро. Удар в правый бок моментально вышибает из меня дух, печень простреливает резкая вспышка боли, а на языке появляется неприятная горечь желчи. Но удар второй лапы кишина цели всё-таки не достигает, и его когти лишь бессильно скрежещут по металлической чешуе корсета.

Но даже вскользь это всё равно было очень больно – сила у этой твари явно нечеловеческая…

Пистолеты огрызнулись огнём прямо в морду демона. Одна пуля разворотила правое плечо монстра, вторая раздробила его нижнюю челюсть. Третья ударила по касательной в череп, оторвав кусок кости в районе левого виска, но кишин всё ещё был жив.

Тварь стремительно рванула ко мне, я уклонилась вправо, но недостаточно быстро, и когти демона рванули моё левое предплечье, а клыки единственной оставшейся верхней челюсти полоснули по плечу. Жалобно затрещала разрываемая ткань блузки; в стороны брызнула кровь, тут же заструившаяся вниз по руке. Ослепительной вспышкой полыхнула боль, но почти сразу же начала утихать.

Зашипев рассерженной змеёй, резко выпрыгнула вверх, впечатывая левое колено под дых монстра. А когда тот согнулся пополам, добавила локтём правой, опрокинув кишина на землю.

Поворот. Пистолет в левой нацелен в набегающую пятёрку чудовищ, «кольт» в правой утыкается в затылок демона – там кость тоньше, пробить легче.

Широким веером выпускаю пули – не убить, а просто на время задержать. Одновременно добиваю подранка, выпускаю пистолет из руки и выхватываю из-за спины цепной меч.

Отпрыгиваю назад… Поздно. Шесть кишинов (к пятёрке невредимых присоединился ещё и подранок, которого я не добила), грамотно рассеялись под огнём, одновременно беря меня в кольцо.

Слишком грамотно! Нереально грамотно для этих тупых тварей!

Никогда ещё я не сталкивалась с уродами, что могли бы действовать столь слаженно.

Гудящий клинок пиломеча со свистом описывает круг вокруг меня, очерчивая границы зоны, куда соваться демону – смерти подобно. А в это время пытаюсь кого-нибудь подстрелить. Череп с одной пули можно и не пробить, да и слишком маленькая эта цель, поэтому целюсь или в грудь, чтобы на пару секунд вывести из строя, или по ногам…

И ничего!

Весь мой арсенал максимально эффективен лишь на более-менее близкой дистанции – так было всё время…

Но сегодня система дала нехилый сбой, потому как если на расстоянии эти дохлые кишины были относительно вялыми, то теперь они начали двигаться очень и очень шустро!

Бросок вперёд. Остриё меча рассекает плечо кишина, но тот успевает отпрыгнуть назад, а с боков в это время атакуют два его собрата. Теперь уже приходит пора мне уклоняться – отскакиваю вправо и назад. Взмах мечом назад, остриё вспарывает брюхо и грудь демона, подкравшегося с тыла, но рана не смертельна.

Пистолет в левой руки плюётся в морды кишинов – один получает две пули в грудь, у второго – прострелена правая верхняя лапа.

Шаг вперёд, поворот, пиломеч рубит параллельно земле. Одному из подранков не везёт – он не успевает уклониться, и клинок перерубает его тело пополам почти без особых усилий.

Верхняя половина туловища монстра валится назад, а я в это время прыгаю вперёд, отталкиваясь ногой от рухнувшей на колени его нижней части…

Вовремя.

В последний момент успеваю уклониться от пары мелькнувших когтистых лап, и впечатываю подошву ботинка прямо в череп ещё одной твари. Демон отлетает прочь, перекувыркнувшись в воздухе, а я разворачиваюсь, чувствуя какое-то движение позади себя…

Недостаточно быстро разворачиваюсь.

Мощный сдвоенный удар двух передних лап больно толкает в спину, и меня относит в сторону. Быстро разворачиваюсь, успеваю заметить тянущего ко мне свои лапы монстра, и почти на уровне рефлексов отмахиваюсь мечом. Тяжёлый клинок шутя смахивает клыкастый череп с плеч твари, и она тут же начинает рассыпаться в пыль…

Движение справа!

Наугад бью мечом туда быстрее, чем даже успеваю сообразить что-либо. Клинок с гудением и влажным чавканьем врубается в плоть кишина… Но походя перерубив обе передние лапы, вскинутые в попытке сблокировать удар, цепной меч застревает в теле чудовища, разрубив его от плечо до груди.

Демон неожиданно зажимает клинок обрубками передних лап и, собственным телом вывернув врубившийся в него меч, рвётся ко мне. Рукоять выворачивает из рук, в острые клыки впиваются в моё плечо. Заорав от боли, ударила кишина коленом, и в упор разнесла его череп из пистолета, но в это же время что-то схватило меня за щиколотки и опрокинуло на землю.

Уполовиненный демон, которого я уже поспешила списать в расход, умудрился подползти ко мне и опрокинуть на землю. Обе моих руки были в крови, а от новых ран уберегла лишь добротная кожа ботинок. Пусть и розового цвета, но очень крепкая, раз оказалась не по когтям кишину.

Ударилась и так укушенным правым плечом – от боли потемнело в глазах, поэтому стреляла в вцепившегося в мои ноги подползающего поближе полудемона почти вслепую. И не особо удивилась, что умудрилась не попасть фактически в упор. Подранок резво отковылял в сторону, но свою задачу он уже выполнил – троица оставшихся в строю кишинов была совсем рядом…

Кое-как отползла назад, уперевшись спиной стену склада. Нацелила пистолет на монстров, готовясь из последних сил сразиться ни на жизнь, а на смерть…

Воздух разорвало серебристой молнией, и в грудь крайнего левого монстра, заставив его на пару секунд замереть, вонзился… нож?!

Откуда-то сверху послышался лихой свист.

Подняла голову.

На высоте метров трёх из небольшого окна, в котором давным-давно не было ни единого осколка стекла, по пояс торчала девчонка примерно моих лет с длинными тёмными волосами. Внешне – настоящая красавица. Отчего-то навевающая мысли о Латинской Америке, и одетая в высшей степени странно…

Хотя, с другой стороны, как раз абсолютно нормально.

Короткий обтягивающий топик из материи тёмно-синего цвета, похожей на тонкую кожу, заканчивающий под грудью. Тонкие длинные печатки; что-то вроде наручей и наплечника на правой руке. Левая же до локтя была обмотана тонкой цепью со странного вида звеньями…

– Эй! – с улыбкой помахала мне девушка. – Это частная драка или могут участвовать все?

– Присоединяйся, – хрипло ответила я, открывая огонь по кишинам.

Воздух разорвали ещё несколько серебристых молний. Уже подраненному демону прилетевший кинжал пробил череп, распылив монстра в прах. Та же участь постигла и второго кишина, а вот третий успел в последний момент немного увернуться и отделался «всего лишь» пробитым горлом.

Неизвестная метательница кинжалов мягко приземлилась рядом со мной. Кто она? Неважно. Важно, что она наверняка волшебница, и этого мне было вполне достаточно…

– А ты шустрый, – дружелюбно сообщила красотка. – Иди сюда!

Девушка как-то по-особенному махнула левой рукой, и до поры до времени намотанная на неё цепь моментально развернулась и почти что выстрелила вперёд, оказавшись в длину метра четыре – не меньше, увенчанная на конце небольшим кинжалом.

Он вонзился в грудь последнего из оставшихся кишинов, а затем девушка резко дёрнула за тот конец цепи, что держала в руке, как-то замысловато подтянув к себе добычу. Кинжал при рывке не выскочил из тела монстра, как можно было бы этого ожидать, а утянул за собой всего демона – силы красотке явно было не занимать.

Кишин невольно пробежал вперёд пару метров, а затем девушка прыгнула вперёд, перехватывая цепь немного ближе к центру и оставляя второй конец волочащимся по земле. Красотка приземлилась немного в стороне от демона, стремительно крутанулась, и воздух со свистом рассекла цепь, неожиданно смахнув голову твари с плеч. Чудовище рассыпалось, высвобождая кинжал. Ещё один стремительный поворот, и закреплённый на конце цепи клинок с лёгкостью вонзился в череп того гадкого полукишина, что едва не стал причиной очень больших проблем…

Девушка огляделась по сторонам и, не обнаружив больше поблизости врагов, деловито намотала цепь обратно на руку, а кинжал вложила в ножны на поясе. Прикрыла глаза, что-то прошептала, и валяющиеся на земле метательные кинжалы расплылись синеватым туманом, который быстро стёкся к красотке. Он поднялся по спирали по ногам, скользнул по телу и затёк в пустующие ножны на плечах.

Мгновение, и вот уже вместо тумана там вновь торчат короткие рукояти кинжалов с крупным кольцом в навершии.

Как оказалось, наручным арсеналом запас колюще-метательного снаряжения красотки не исчерпывался. На узких тёмно-синих кожаных брюках в районах икр и бёдер были закреплены почти такие же пластины с точно такими же метательными кинжалами.

Девушка открыла глаза, вновь огляделась по сторонам, взглянула на меня, подошла поближе.

– Жива?

– Вроде бы, – поморщилась я, начиная аккуратно подниматься.

Моментально закружилась голова, что было вообще-то неудивительно, учитывая, что в том месте, где я лежала всё было перепачкано кровью. Хватало её и вокруг – пусть нанесённые кишинами раны и не были такими уж смертельными и особо опасными, но ослабили они меня прилично. Да и крови потеряла я преизрядно…

– Главное – жива, а остальное – уже мелочи, – с улыбкой произнесла красотка, протягивая мне руку и помогая подняться. – Новичок?

– Типа того, – на всякий случай уклонилась я от ответа, хотя и неприязни эта метательница ножиков у меня не вызывала. Даже совсем наоборот – что-то в ней было такое доброе и располагающее к себе…

– Ничего, сама такой же была, – дружелюбно произнесла девушка. – Хотя ты очень неплохо держалась… А я даже и не знала, что у русских всё так плохо, и жнецы у вас так лютуют…

– Ага… – рассеяно кивнула я. – Слушай… Тут неподалёку должны быть две моих подруги… Сходим до них – не против?

– Нет, конечно. Если хочешь, я пока побуду с тобой, пока ты хоть немного не оклемаешься – попятнали тебя неслабо… В конце концов защитницы должны помогать друг другу в беде.

Я мысленно возликовала – эта волшебница оказалась куда более перспективной, чем леди Эрика с её заскоками. Похоже, что она была представительницей ещё какой-то группировки – Светлый Дозор, Чёрный Круг или ещё что-нибудь в этом роде…

Впрочем, прежде чем ликовать, стоило проверить, что с Ленкой и Эрикой…

– Да, очень хочу, – честно призналась я. – Спасибо тебе.

– Да не за что. Я тут случайно, в принципе, оказалась… – жизнерадостно произнесла красотка. – Первый раз в этом городе, вот и заблудилась немного. Потом почуяла поблизости большую кучу жнецов и решила их немного побить. А тут смотрю – ты с ними дерёшься, ну и решила немного тебе помочь… Ты же не из этих сумасшедших рыцаршей, которые смертельно обижаются, когда вмешиваешься в их драку?

– А что, и такие есть? – поинтересовалась я, хотя спустя секунду вспомнила про Лихтенштейн и решила, что такое вполне может быть в её духе…

– Ой, да каких только нету!.. Кстати, а как тебя зовут?

– Алиса. Алиса Корнилова.

– А я – Изабелла, – представилась девушка. – Изабелла Вальдес.

* * *

– В первый раз видела столько жнецов в одном месте, – покачала головой Изабелла, осторожно поддерживая меня за руку, пока мы выбирались из складской зоны.

Увы, но пришлось наступить на горло собственной гордости и принять помощь Вальдес, потому как я потратила слишком много сил за раз и поэтому уже не могла находиться в овермоде.

– Я видела странного человека… – хмуро произнесла я, едва переставляя ноги от усталости. – Хотя, наверное, не человека… Я прострелила ему плечо, но рана почти сразу же заросла. А ещё он управлял демонами.

– Это был высокий темноволосый мужчина с мечом? – уточнила Изабелла.

– Ты тоже его видела?

– Не его. Подобных ему. Так да или нет?

– Ну… да…

– Плохо… – девушка мрачно нахмурилась. – Очень плохо. Эх, а я так надеялась, что командировка пройдёт гладко…

– Ты можешь мне по-человечески объяснить, кто это был? – традиционные для всех волшебниц пространные слова уже начинали меня понемногу бесить. – И что это за командировка такая?

– А ты местная, да? Ну, командировка – это когда кто-нибудь куда-нибудь едет по работе…

– Я в курсе, что такое командировка, – резковато ответила я. Пожалуй, даже чересчур резко.

– Ну, так и тут то же самое, – если мои слова и как-то задели Вальдес, внешне она этого никак не показала. – Со мной связались парни из Чёрного Дозора и предложили поработать на выезде. За отдельную плату, разумеется. Я до этого только в Штаты ездила, а тут предложили в России на жнецов поохотиться… Платили хорошо, так что я получила у сестёр разрешение и сразу же поехала.

– Платили? – тупо переспросила я.

– Ну да, – Изабелла непонимающе посмотрела на меня. – В долларах и без обмана. Половина вперёд, половина после того, как вернусь. Стандартный контракт на выездную сессию…

– Так, подожди с деньгами. Кто был тот хмырь с мечом?

– Слышала легенду о Крысолове? – моментально оживилась девушка.

– Ммм… Нет, вроде бы. Напомни.

– Однажды в неком городе объявились полчища крыс, – вдохновенно начала Вальдес. – От них не было никакого спасения, а с каждым днём они наглели всё больше и больше, вплоть до того, что стали сами нападать на кошек и собак, и кусать младенцев в люльках. Тогда старейшина города объявил о награде любому, кто поможет избавить город от крыс. И однажды на рассвете в городе объявился одетый в пёстрые одежды флейтист… Неизвестно, кем он был на самом деле и откуда появился. Но получив от старейшины обещание заплатить ему столько золота, сколько он сможет унести, флейтист вынул из кармана волшебную флейту и заиграл. К нему сбежались все городские крысы, а потом он вывел их из города и утопил их всех в реке. Но…

– Это безусловно очень интересная легенда, но какое она имеет отношение…

– Подожди, сейчас самое интересное будет!..

– Изабелла, можно, пожалуйста, покороче? – я уже едва скрывала раздражение.

– Ну, можно и покороче, – вздохнула девушка и неожиданно затораторила. – В общем, старейшина отказался платить, а флейтист за это опять заиграл, но вывел на этот раз из города не крыс, а всех детей, и потом…

– Изабелла!! – раздражение ушло, как будто его и не было никогда. На Изабеллу категорически не получалось сердиться хоть сколько-нибудь долго.

– В общем, – уже спокойнее продолжила Вальдес. – Есть то ли слух, то ли легенда, что и среди жнецов появились кто-то типа крысоловов. Они выглядят как люди, но на самом деле такие демоны, как и простые жнецы. А ещё они могут ими управлять, и не только жнецами, но и обычными людьми. Они выглядят как высокие темноволосые мужчины, а при себе у них всегда есть меч…

– И ты их встречала? – без особого энтузиазма поинтересовалась я – уж больно всё это действительно походило на какую-нибудь городскую легенду… С другой стороны, на чём-то ведь эти легенды основываются?

– Три раза, – серьёзно кивнула Вальдес. – Одного я почти убила, второй почти убил меня, с третьим подраться не получилось. Все были мужчинами – молодыми и симпатичными, высокими и с тёмными волосами. И те двое, с кем я дралась, действительно были при мечах. Ну, и при них была ещё свита из обычных жнецов… Тот, который меня почти прикончил был как раз с десятком демонов, как и сегодня.

– Больше, – я рассеянно провела ладонью по волосам.

– Что?

– Их было намного больше, чем десять…

Нет, а что? Вообще-то вполне логично. Кишины и прежде демонстрировали, что хоть некоторые из них явно не блещут умом, но в то же время и просто зверями их назвать было нельзя. Крысоловы? А почему бы и нет? Почему бы и не быть кому-то, кто может управлять своими более глупыми сородичами? Кого-то такого я ведь уже встречала… Тот, здоровый и сильный демон около детского садика с каким-то странным названием. Кишин тогда тоже командовал другими тварями, да и маскировался дай Бог любому… Притворился машиной? А почему бы тогда не притвориться и человеком?..

– Если это действительно так, то этого крысолова нужно уничтожить, – заявила Изабелла. – Правда, это будет очень непросто…

– Я помогу, – немедленно отреагировала я. – Подругу-волшебницу позову. Ещё одну, возможно, смогу сагитировать. Как насчёт поработать в команде?

– Здорово, здорово! – радостно захлопала в ладоши девушка. – Я люблю работать в команде! Жалко, что мало кто кроме меня это любит…

– А мне тут недавно сообщили, что когда рядом находятся две волшебницы, то со временем они начинают терять свои силы…

– А, это, наверное, был кто-то из гринго? – недовольно поморщилась Вальдес. – У них в этом самом Дозоре действительно так принято считать… Хотя это и большая чушь. У нас мы спокойно работаем и по двое, и по трое…

– «У нас» – это где? – уточнила я.

– Колумбия.

– Ааа…

То-то я что-то латиноамериканское в Изабелле подозревала… Интернационал настоящий собирается, однако – Россия, Эдзо, Лихтенштейн и Колумбия.

Волшебницы всех стран, соединяйтесь!..

Хотя, к чёрту нелепые речи – пора отсюда выбираться… На кучу законных трофеев-жемчужин, которые должны валяться на поле недавнего боя – наплевать. Песец и так уже почти полную коробку из-под обуви насобирал, так что жадность – грех.

– Ну, куда дальше? – поинтересовалась колумбийка. – А то я в вашем городе совсем не ориентируюсь.

– Я тоже не очень, честно говоря… – мысленно прикинула примерный азимут движения. – Думаю, нам туда.

– …Я грязная, как поросёнок! – жизнерадостно сообщила Изабелла, когда мы с ней наконец-то продрались кустами и закоулками к ближайшей дороге.

Вообще-то, особо грязной Вальдес не казалась, потому что и одежды на ней было маловато – небольшой топик и коротенькие обтягивающие шорты. Не девушка, а прямо ходячая цель для полиции нравов, если бы такая здесь имелась в наличии…

– Так, – я вытащила из волос пару мелких веточек и огляделась по сторонам. – Кажется, нам… туда!

– А там – что? – полюбопытствовала девушка.

– Автобусная остановка. В случае чего мы уговорились с Ленкой встретится именно там.

– А Ленка – это…

– Тоже волшебница и по совместительству моя подруга. И с ней должна быть Эрика – тоже волшебница, но не подруга. Это её мы сюда выручать попёрлись…

– Как интерееесно… Кстати, Алиса, а ты не знаешь, где тут у вас в городе можно остановиться? Мотель какой-нибудь там… Подешевле желательно.

– Надолго? – у меня в голове моментально защёлками шестерёнки механизма под названием Коварство и Расчётливость.

– Нуууу… Пока я буду здесь – месяц примерно. А то я что-то такая вся радостная сюда приехала, а тут меня никто из Дозора не встретил и не устроил…

– А зачем мотель? Мотель нам не нужен, – вкрадчиво произнесла я. – Я тут квартирку небольшую снимаю… Могу поговорить с хозяином, чтобы и тебя по соседству заселить.

– Здорово! – обрадовалась Изабелла. – Я буду тебе очень благодарна!

– Да не за что… пока что. Только сразу предупреждаю – там не пентхаус, и район не из фешенебельных.

– Ерунда. Я непривередливая.

– Ну, как знаешь… Только потом не жалуйся.

– И даже не подумаю. О, а это, наверное, твои подруги?

Я слегка прищурилась, высматривая кто же это там сидит на скамейке около автобусной остановки.

– Да, это они.

* * *

– Ну, как вы тут без меня? – поинтересовалась я, подходя поближе.

– Терпимо, – слегка поджала губы Эрика, видимо, всё ещё дувшаяся на меня за тот тон, которым я ей! отдавала! приказы!

– Алиса! – ахнула Ленка, увидев меня. – Ты не ранена?

– Ничего серьёзного, только правый бок немного побаливает.

– Давай я тебя…

– Давай чуть попозже, ОК?

– А вы, девушка, собственно кто будете? – Лихтенштейн смерила оценивающим взглядом колумбийку.

– Изабелла Вальдес, защитница, – с улыбкой представилась девушка. – А ты Ленка или Эрика?

– Принцесса Эрика Анна Мария Фредерика фон унд цу Лихтенштейн, – блондинка моментально перешла в состояние «режим Снежной Королевы вкл.».

– Вааааууу…

– Лена – это я, – подала голос вторая волшебница. – Полностью – Елена Че, но лучше просто Лена.

– Очень приятно познакомиться!

– Ну, раз все теперь друг другу представлены, перейдём к более насущным вопросам, – произнесла я, усаживаясь рядом с Ленкой. Изабелла же предпочла остаться стоять, оперевшись руками на спинку скамейки.

– Вопросы? – изящно приподняла бровь Эрика. – О, конечно, прости. Я весьма благодарна вам за то, что вы смогли выручить из сложившейся ситуации…

– Да всегда пожалуйста. Но я вообще-то не об этом.

– А о чём же тогда?

Я пересказала всё связанное с готом-крысоловом. Отреагировали все по-разному.

Вальдес осталась спокойной, потому что всё это уже слышала. Ленка сразу же переполошилась, а вот Лихтенштейн немедленно сверкнула глазами и выпалила:

– Найти. И уничтожить.

– Концептуально, – оценила я. – А поконкретнее?

– Я сильная и опытная волшебница, – моментально надулась принцесска. – Мне не нужно спрашивать, как победить врага – мне достаточно знать, где он находится.

– Ну, вот знала ты, что вокруг того склада, где тебя окружили ошивалась целая толпа уродов. И что – сильно тебе это помогло?

– Это был форс-мажор, – кинула в меня неприязненный взгляд Эрика. – Больше такого не повторится.

– А как ты там вообще оказалась-то? – подала голос Изабелла.

– Могу задать тот же самый вопрос, – огрызнулась блондинка.

– А я могу и ответить, – спокойно пожала плечами Вальдес, демонстрируя левое запястье, на котором имелся уже традиционный для всех волшебниц браслет.

Беловатый металл и овальный камень насыщенно-синего цвета, вокруг которого имелась россыпь таких же камешков помельче. Смотрелись они, кстати, несколько чужеродно…

– Я тут недавно участвовала в исследованиях Чёрного Дозора и мне немного модифицировали эту штуковину, так что я теперь могу засекать жнеца не с полусотни футов, а почти с двух сотен. А оказалась я поблизости потому что просто неправильно назвала таксисту адрес, и поэтому он привёз меня сюда. Потом засекла жнеца, решила посмотреть чего они у вас тут стоят, а потом увидела, как Алиса дралась с целой толпой, и решила немного помочь…

Браслет, кстати, показывал, что где-то неподалёку есть по крайней мере один кишин.

– Значит случайность, – хмыкнула Лихтенштейн. – В свете последней информации о демонах в человеческом обличье звучит в высшей степени подозрительно…

– Демон?! Яааа?! – с непередаваемым изумлением воскликнула Вальдес.

– Девочки, а давайте не будет разводить паранойю, ОК? – вмешалась я. – Давайте лучше займёмся этим… крысоловом. Вряд ли он мог уйти далеко, так что если соберёмся, то вполне сможем его догнать. А если скооперируемся, то и завалим без проблем.

– И как ты себе это представляешь? – скептическим тоном осведомилась Эрика. – Возьмём след, как борзые, или будем опрашивать прохожих, как полицейские? Я очень слабо представляю себе целенаправленную охоту за отдельным демоном, если ты не гонишься за ним по пятам.

– Всё просто, ваше высочество – нужно просто думать, как враг. Вот куда бы ты пошла, если была бы кишином?

Лихтенштейн позеленела и рявкнула:

– Что за бред!

– Я бы… – неуверенно подала голос Лена, а когда мы все обернулись к ней, то ещё и порозовела. – Если бы я была кишином, то… то, наверное, пошла бы туда, где много людей…

Я достала мобильник, открыла городской навигатор, определила своё местоположение и быстро пробежалась по близлежащим улицам.

– Площадь 50 лет Октября… До неё где-то метров сто по прямой. Подходит?

– На площадях всегда много людей, – заметила Вальдес. – По-моему, очень разумная версия.

– Вообще-то у нас есть ещё одна проблема, – слегка скривилась Эрика. – Лично я потратила слишком много энергии, и сейчас смогу метнуть лишь пару простеньких заклинаний, не больше.

– Да я тоже, как бы не особо в форме, – хмыкнула я, доставая из кармана небольшой мешочек и вытряхивая из него небольшой чёрный шарик. – Но это хватит, чтобы подзарядиться на пару часов.

– Я потратила весь запас глобул, пока держала оборону на том складе… – помрачнела блондинка.

– А у меня на всех хватит, – я высыпала на ладонь ещё полдюжины шариков. – Ну, так что? Изабелла?

– Почему бы и нет, – с улыбкой пожала плечами Вальдес.

– Лена?

– Куда ты, туда и я, – решительно заявила девушка.

– Эрика?

Принцесса мрачно посмотрела на меня.

– И ты командуешь, – Лихтенштейн не спрашивала, а утверждала.

– И я командую, – не стала спорить я. – Потому что считаю вправе это делать, потому что больше некому.

– И ты приказываешь.

Мы скрестили взгляды.

– Я не собираюсь указывать тебе, как жить – мне просто нужно, чтобы мы в бою не действовали поодиночке, – я показала Эрике сжатый кулак. – Мы – как пальцы. Поодиночке слишком хрупкие и слабые. Но вместе – кулак, которым можно ломать носы и сворачивать челюсти.

Отогнула мизинец.

– …Но стоит одному дать слабину, и кулака больше не будет. Как таким теперь ударить? Да никак. А значит – надо быть вместе. Под командой кого-нибудь одного.

– Я опытнее.

– Я верю. Но давай всё-таки я попробую, а если не справлюсь – уступлю тебе. Годится?

Чёрт с два я тебе что-то уступлю, принцесса…

– Годится, – после некоторого раздумья заявила Эрика. – Тогда дай мне пару глобул.

– Держи, – я мысленно вздохнула с облегчением. – Всем! Десять минут на сборы, а потом выдвигаемся.

* * *

– Симпатичный город, – заявила Изабелла, глазея по сторонам. – И мальчики у вас тут симпатичные.

Эрика презрительно фыркнула, Ленка слегка покраснела, я вообще внешне никак не отреагировала.

Не спорю, встречные особи мужского пола на нас исправно пялились, чтобы было приятно, но сейчас меня занимало кое-что другое…

Где-то здесь должен был быть крысолов.

Где-то здесь.

Где-то. Здесь.

Где-то.

Вот только где?

Вокруг прогуливались десятки людей, чирикали сидящие на деревьях птицы, невдалеке шумела машинами дорога, а совсем рядом звенели потоками воды фонтаны.

Мы вчетвером неторопливо пересекали площадь по диагонали, наблюдая за всем вокруг.

Идея разделиться, предложенная Лихтенштейн, не нашла абсолютно никакого понимания. Поодиночке крысолов нас наверняка бы передавил без особых усилий. Не знаю кому как, а мне отчего-то казалось, что он просто не может быть слабаком. Надеяться на это может и стоило, но готовиться следовало всё же к худшему.

– Эрика, а ты на чём специализируешься? – поинтересовалась Изабелла, не прекращая время от времени стрелять глазками по сторонам.

– В смысле? – хмуро ответила Эрика, которая сейчас являла лицом одного персонажа из советского мультфильма.

«Мне не нравится эта экспедиция! Мне не нравятся эти матросы! Мне вообще ничего не нравится, сэр!»

– Ну, например, я крошу жнецов метательными ножами и кинжалом на цепи, а ты?

– А, ты об этом… Я – боевой маг. Уничтожаю демонов заклинаниями, в крайнем случае – рейтшвертом и дагой, но ближний бой не люблю.

– Здорово! – восхитилась Изабелла. – Боевая магия – это круто! А ты Лена?

– Я в одиночку не дерусь, потому что не очень умею, – погрустнела девушка. – Могу ненадолго парализовать чудовище или отбросить его, могу поставить защитный щит, могу лечить. Драться не могу.

– Ну… Защита и лечение – тоже нужное дело…

– Наверное…

– Да не переживай ты из-за этого, – Вальдес дружелюбно пихнула локтём в бок Ленку.

– Да я и не переживаю…

– Алиса, а ты? Пользуешься мечом и пистолетом?

– Два, – рассеяно ответила я, продолжая напряжённо сканировать пространство.

– Прости, что?

– У меня два пистолета. И цепной меч, которым я могу перепилить пополам рельсу или кишина.

– Интересненько, – оживилась колумбийка. – Очень редко встречала стрелков. А стрелков-фехтовальщиков… Ты очень интересная волшебница, Алиса.

– Волшебница не простая, а штурмовая, – пробормотала я себе под нос, а затем добавила погромче. – Да какая я волшебница… Колдовать-то как раз совсем и не умею.

Пусть Изабелла и очень милая, и располагающая к себе, но выдавать ей, что есть у меня в арсенале пара козырей, которые могут сделать большой бадабум и вырубить меня, явно не стоило… В каждой девушке должна быть загадка, изюминка так сказать.

Главное – не переборщить с ними и не превратиться в кекс.

– Простите, – робко произнесла Лена. – А что мы будем делать, если встретимся с этим самым крысоловом?

– Уничтожим, – категорическим тоном заявила Эрика.

– А… поподробнее?

– Кто засекает его первым – предупреждает остальных, – предложила я. – Я в случае чего буду сразу же стрелять на поражение…

– А почему только ты? – поинтересовалась Лихтенштейн.

– Потому что я одна из вас всех видела этого урода.

– Хм… Разумно.

– Дальше пытаемся атаковать его с расстояния, если ничего не получится – я пойду в ближний бой, а вы будете продолжать бить крысолова издали. Тебе, Ленка, особое партийное задание – попробуешь его парализовать. Тогда мы справимся с ним гораздо легче.

– Я поняла, Алиса, – сосредоточенно кивнула девушка.

– И не забудьте, наша цель – мужчина лет тридцати, европейской наружности. Одет во всё чёрное – плащ, штаны и сапоги, и имеет длинные чёрные волосы. У правого виска они заплетены в небольшую косичку. При себе возможно будет иметь меч. Не расслабляемся – это очень опасный противник.

Мы пересекли центр площади, обошли фонтаны, вокруг которых было множество людей. Прошли насквозь поток народа, направляющихся к уличным лоткам; людей в наше поле зрения стало поменьше…

Впереди нас, засунув руки в карманы, шёл высокий человек в короткой чёрной куртке с длинными чёрными же волосами, заплетёнными в хвост. На его спине красовался огромный логотип «Феррари» – вставший на дыбы чёрный конь в треугольном жёлтом щите.

Неожиданно, глядя на этого человека, меня кольнуло какое-то странное ощущение. Узнавание, ненависть, чувство непонятного родства – ничего по отдельности, а что-то среднее между ними.

– Неформал, – с пренебрежением фыркнула Эрика, удостоив человека слегка презрительным взглядом. – Везде они.

Лена мельком взглянула на украшенного логотипом «феррари» и пробормотала себе под нос:

Кто там в плаще явился пёстром,

Сверля прохожих взглядом острым,

На чёрной дудочке свистя?..

Господь, спаси моё дитя!..[2]

Человек в куртке слегка повернул голову, и меня как будто пронзил разряд тока.

Длинные чёрные волосы. Тонкая косичка у правого виска. Длинный свёрток в руках. Лицо.

Это же…

Да это же!..

– Крысолов!!! – наплевав на всё, заорала я, указывая рукой и бросаясь вперёд, прямо на ходу перекидываясь в овермод. Ладони легли на прохладные рукояти пистолетов, которые через мгновение оказались нацелены на неизвестное существо в облике человека…

Но до того, как я успела выстрелить, крысолов обернулся ко мне, слегка улыбнулся и щёлкнул пальцами.

Мир заполнила ослепительная вспышка и чудовищный грохот.

Эпилог

День был тёплым и солнечным.

В принципе, не такое уж и редкое явление для Анкориджа, даже несмотря на то, что этот город располагался в самом северном штате Соединённых Штатов Америки.

Благодаря влиянию теплого Аляскинского течения – ветви Северо-Тихоокеанского течения и хребту Чугач, который частично препятствует вторжению холодного арктического холода, климат здесь значительно мягче, чем, например, в российском Магадане, расположенном лишь немногим южнее по широте. Тем более, что сейчас как раз на дворе стоял июль-месяц – самое тёплое время года в Анкоридже, а уличные термометры показывали значение в 65 градусов по шкале Фаренгейта – вполне себе комнатное значение.

В одном из городских парков на скамейке около пешеходной дорожки сидела молодая девушка. Лет восемнадцати или чуть младше, худенькая и неестественно бледная. Одетая в лёгкое белое платье, белую шляпку и белые же босоножки. Её глаза были скрыты узкими солнцезащитными очками, а длинные волосы были в тон одежде – не просто жемчужные или седые, а именно что белого цвета.

Рядом с ней на скамейке лежала небольшая шахматная доска с расставленными белыми и красными фигурками, которые девушка время от времени двигала, не глядя. И белые, и красные – потому что она сидела в одиночестве и не имела противника. Ну, если не считать огромного белого пса с острыми ушами, вытянутой мордой и холодными голубыми глазами, который, высунув длинный розовый язык, шумно дышал, сидя подле ног своей хозяйки.

Беловолосая неожиданно улыбнулась.

– Собачка!

Выбежавшая из-за кустов маленькая девочка лет пяти, с заплетёнными в два смешных хвостика русыми волосами, моментально бросилась к псу и радостно обняла его.

– Лизи! Лизи! Да стой же ты, наконец!..

Выбежавшая следом за девочкой из кустов русоволосая девушка лет двадцати, охнула от ужаса, увидев, как ребёнок буквально висит на огромной собаке, которая даже сидя была выше девочки.

– Не бойтесь, – чуть шире улыбнулась беловолосая, глядя прямо перед собой и флегматично делая очередной ход. – Фенрис никогда не обидит ребёнка.

Пёс терпел обнимания с истинно королевской гордостью, не то что не зарычав, а даже просто не соизволив отодвинуться. Лишь слегка раздражённо крутил ушами и яростнее замахал длинным пушистым хвостом.

– Лизи, немедленно прекрати! – девушка сграбастала в охапку весело вопящую девчушку и взяла её на руки. – Ты зачем от меня опять убежала? Придём домой – я всё маме расскажу!

– Собачка! Собачка! – радостно вопил ребёнок. – Сестрёнка, смотри какая хорошая собачка!

– Вы уж её простите, мэм, – извиняющимся тоном произнесла девушка. – Она просто совершенно неуправляемая…

– Ничего, ничего, – пару раз кивнула беловолосая, всё так же глядя прямо перед собой. – И можете не беспокоиться – Фенрис совершенно здоров и незаразен.

– А?.. Ой, да… А это у вас хаски, да? Какой большой… И какой-то он…

– Это русский хаски. Они намного крупнее обычных и больше похожи на волка. Но можете не бояться Фенриса – он очень воспитанный… пёс. Погладьте его – из чужих он не любит только мужчин.

Русоволосая несмело и с некоторой опаской погладила пса, но тот имел на редкость величественный и спокойный вид, поэтому в конце концов девушка успокоилась.

– Какой красавец… Эээ… Ну, мы, пожалуй, пойдём… Извините за беспокойство и доброго дня, мэм!

– Доброго дня, – беловолосая слегка качнула головой, а её пёс лениво проводил взглядом уходящую пару. – Милые леди. Жаль, что они ничего не понимают в собаках… Не отличить хаски от полярного волка – ну, надо же…

Фенрис утвердительно махнул хвостом.

Какое-то время эта странная пара сидела в молчании, нарушаемым лишь негромким стуком фигурок о шахматную доску, да шумным дыханием волка.

Из-за поворота показалась фигура мужчины лет тридцати, одетого совершенно не по погоде – в строгий чёрный костюм и белую рубашку с чёрно-красным полосатым галстуком. Мужчина поравнялся с сидящей на скамейке девушкой, остановился, бросил слегка опасливый взгляд на огромного белого волка и открыл уже было рот…

– День, дозорный, – приветливо поприветствовала его девушка, глядя прямо перед собой и делая очередной ход в шахматной партии. – Что привело вас ко мне?

– Мисс Блэр… – на секунду мужчина слегка растерялся от неожиданности, но почти сразу же взял себя обратно в руки. – Доброго дня… Откуда вы узнали, что я из Чёрного Дозора?

– А кто ещё может в столь прелестный день вырядиться столь неуместно? – удивилась беловолосая. – Вашим имиджмейкерам определённо стоило меньше смотреть «Людей в чёрном»… Лично я порекомендовала бы вашим агентам носить гавайские рубашки. По-моему, было бы очень миленько.

– Как вы… Вы же!..

– Я думаю, что вы пришли говорить вовсе не о моём увечье, не правда ли?

– Аргх… Да, разумеется. Мисс Блэр, я от лица Чёрного Дозора уполномочен предложить вам…

– О, продолжайте – это так интересно… – скучным тоном протянула девушка. – Хотя лично я с большей радостью обсудила бы фасоны гавайских рубашек.

– Мисс Блэр.

– Даааа?..

– Дикая Охота сейчас в республике Эдзо, и на этот раз она необычайно сильна, – слегка раздражённо произнёс дозорный, доставая из-за пазухи большой бумажный конверт. – Руководство Дозора намерено отправить подкрепление в эту страну.

– Эдзо… Эдзо… – задумчиво уронила девушка. – А где это?

– Не нужно валять дурака, мисс Блэр – вы же там уже были. Если вы согласны, то прошу подписать стандартный договор о внешнем рейде. Необходимые документы и деньги уже готовы. Оплата как обычно: половина – сразу, половина – после окончания рейда.

– Но я ведь действительно не помню где это ваше Эдзо! – хихикнула беловолосая.

– Посмотрите в атласе, – холодно произнёс дозорный.

Белый волк оскалился. Он не зарычал, а просто беззвучно оскалился, но было видно, что Фенрису достаточно лишь намёка от своей хозяйки, чтобы разорвать горло «агенту» прямо здесь и сейчас.

– Спасибо, обязательно так и сделаю, – беззаботно улыбнулась Блэр резко побледневшему мужчине. – Я принимаю ваше предложение, дозорный. Всё необходимое пришлёте как обычно по почте. Можете идти. До свиданья.

– До… до свиданья, – нервно сглотнул «агент», повернулся и быстрым шагом пошёл прочь.

И лишь когда он отошёл футов на двадцать, то позволил себе коротко выдохнуть сквозь зубы:

– Ведьма…

– Ведьма? – негромко произнесла Блэр себе под нос, снимая тёмные очки и устремляя невидящий взгляд алых глаз куда-то вдаль. – Ведьма? Не спорю. Чудовище? Возможно… Но уж не чудовищнее вас, дозорные. Вы думаете, что никто не знает, что именно вам нужно? Вы думаете – никто не видит? И вы правы. Но я – слепа, и поэтому вижу то, что недоступно зрячим. Вижу вас и ваши дела. Вижу, куда ведёт ваша самоуверенность. Вижу, куда ведут ваши заигрывания с демонами. Вижу вашу судьбу… А ещё я вижу, что сейчас судьбу надо… подтолкнуть.

Альбиноска передвинула алую пешку на последнюю – восьмую диагональ, одновременно заменив фигурку на ферзя, а спустя пару секунд сделала ответный ход белыми, поставив под удар новорождённую королеву.

– Гардэ, – улыбнулась Блэр. – Уходи из-под удара, Красная королева. Беги прочь. Беги, чтобы просто остаться на месте. И да настигнет тень рока… Всех! Кто встанет на твоём пути.

* * *

– …аналитический отдел считает, что отправленных в Эдзо ведьм вполне достаточно для усиления местных сил.

– А если всё-таки случится ухудшение ситуации?

– В таком случае мы отправим туда ведьм из особого резерва. Возможно, даже Меркьюри.

– О, тогда можно не беспокоиться – она там вырежет всё, что шевелится… А остальное расшевелит и вырежет.

– Она мне не нравится.

– Мне тоже.

– Чёртова психопатка.

– Зато она – лучшая.

– Тоже верно.

– Не спорю.

– В таком случае последний вопрос на сегодня, господа…

Небольшой зал, погружённый во тьму. Т-образный стол за которым сидело человек десять. И яркий луч проектора, бросающего на большой белый экран странную подборку изображений.

– Сандра Браун. Восемнадцать лет, Австралия.

Фотография ничем непримечательной молодой круглолицей девушки с короткими волосами медно-красного цвета.

– Класс – стрелок. Опыт – один год четыре месяца. В подчинении Чёрного Дозора.

На следующей фотографии девушка была одета в короткий чёрный плащ со стоячим воротником и короткую чёрную юбку. А в руках у этой самой Браун покоились два золотисто-чёрных пистолета – явно модернизированные «кольты-1911». Фото было сделано в движении – девушка не позировала, а бежала на камеру по какой-то улице.

– Последний контакт – 4 апреля сего года, Калоокан, Филиппины. Статус – пропала без вести.

Пистолеты в руках девушки превратились в сетчатые текстуры, с левой стороны экраны появилось тёмное поле, куда схемы пистолетов были перемещены.

– Фанг Лоу. Семнадцать лет, Северные Марианские острова, США.

Ещё фотография. На ней – невысокая худенькая девушка восточной наружности, не очень-то и тянущая на заявленные семнадцать лет.

– Класс – боец. Опыт – один год десять месяцев. В подчинении Чёрного Дозора.

На новом снимке Лоу была одета в какое-то подобие национального китайского платья, но более лёгкое, удобное и откровенное. Из образа выбивались лишь высокие шнурованные ботинки с широкой рифлёной подошвой на ногах и длинные – по локоть, перчатки с обрезанными пальцами и четырёхгранными плоскими шипами на костяшках.

Девушка ударом правой руки дробила на части череп некрупного кишина-гуманоида.

– Последний контакт – 15 мая сего года, Окинава, Япония. Статус – пропала без вести.

Перчатки и ботинки превратились в текстуры и переместились на чёрное поле слева экрана.

– Киоко Томоэ. Восемнадцать лет, Япония.

Ещё одна девушка-азиатка, но на этот раз немного более высокая и с длинными тёмными волосами.

– Класс – мечница. Опыт – два года один месяц. В подчинении Светлого Круга.

На следующей фотографии она была одета в короткую кожаную куртку чёрного цвета, усеянную многочисленными шипами, обтягивающие чёрные кожаные штаны и невысокие сапоги. В руках у Томоэ имелось нечто вроде недлинной сабли, где вместо лезвия имелось нечто наподобие полотна цепной пилы.

– Последний контакт – 1 июня сего года, Вакканай, Япония. Статус – пропала без вести.

Сабля-пила превратилась в мешанину голубых линий и переместилась на чёрное поле.

– Алиса Корнилова. Семнадцать лет, Россия.

Улыбающаяся симпатичная девушка с длинными чёрными волосами и ярко-голубыми глазами.

– Опыт – один месяц, завербована 20 июня сего года. В подчинении Светлого Круга. Первоначально классифицирована, как маг. Инициация оказалась сопряжена с неожиданными трудностями. Окончательно классифицирована как гибрид стрелка, бойца и мечницы.

На следующей фотографии девушка была одета в розовые юбку и блузку, белый корсет, розовые перчатки с обрезанными пальцами и плоскими шипами на костяшках, и высокие ботинки опять-таки розового цвета. В правой руке Корниловой был тяжёлый громоздкий гибрид меча и цепной пилы, а в левой – чёрно-золотистый «кольт-1911».

Сетчатые текстуры из левой части экрана переместились на силуэт девушки – пистолет к пистолету, пиломеч к пиломечу, перчатки к перчаткам, ботинки к ботинкам.

– Ну и? – подал голос, один из сидящих в зале. – Потери есть всегда. Эксперименту это не помеха.

– Речь вовсе не о потерянных ведьмах, – произнёс кто-то, стоящий в углу зала. – Точнее не только о них. Аналитический отдел вынес на повестку дня вопрос о возможности… более плотного контакта с Алисой Корниловой.

– Чем же их привлекла их эта русская?

– Несколькими вещами. Например, процент совпадения образцов её воплощённого оружия с образцами других ведьм слишком высок. Тем более что его набор абсолютно нетипичен, а первоначальная классификация ещё никогда не давала столь больших погрешностей.

– Всё когда-нибудь бывает в первый раз…

– Не понимаю, а почему аналитический отдел в таком случае не заинтересуется процентом совпадения оружия мечниц и магов? У них же через одну – почти одинаковые мечи и жезлы…

– Точно. Ерунда какая-то. Почему Совет должен разбираться с такими мелочами?

– Я тоже не вполне понимаю всего этого ажиотажа…

– Господа, позвольте я продолжу, а уже после вы выскажите своё мнение, – произнесла тень в углу.

Изображение Алисы уменьшилось и переместилось в левый верхний угол, а в центре экрана замелькали кадры с места какой-то автокатастрофы и новостные сообщения.

– Пятнадцатого июня сего года. Республика Эдзо. Рейсовый автобус, следующий маршрутом 518 из Саппоро в загородный центр отдыха «Чайка», попал в аварию. Официальная версия – водитель уснул за рулём, и автобус сорвался с обрыва. Неофициальная и подлинная – автобус атаковал сильный демон. Сорок шесть погибших. Выжившие… Выжила только та самая Алиса Корнилова. По информации, переданной нам Светлым Кругом, она вступила в бой с демоном, даже ещё не будучи ведьмой и уничтожила его.

– Невозможно.

– Фантастика.

– Так не бывает.

– Господа, прошу выслушать меня до конца. Проанализировав данные с камер видеонаблюдения, расположенных в районе третьего северного автовокзала Саппоро, мы установили, что на том же автобусе ехала некая Кэролайн Уивер.

Новая фотография. Симпатичная девушка с недлинными светлыми волосами и серо-зелёными глазами.

– Кэролайн Уивер. Двадцать лет, Канада.

Следующая фотография. На девушке уже не обычные джинсы и топик, а короткое голубое платье с недлинными бело-голубым плащом, развевающимся позади. В руках у Кэтрин был короткий витой жезл белого цвета, увенчанный ярко-голубым кристаллом.

– Класс – маг. Опыт – два года четыре месяца. В подчинении Чёрного Дозора. Личный позывной… Снежная Герцогиня.

По залу пронёсся негромкий взволнованный шум.

– Статус… – тень в углу сделала паузу. – Выбыла. Опознана среди тел, найденных в обломках сгоревшего автобуса. Причина окончательной смерти – проникающее колотое ранение грудной клетки.

Шум в зале резко усилился.

– Это правда?

– Герцогиня действительно погибла?

– Кто это сделал – хавмайнд или форвард? Герцогиню не смог бы прикончить рядовой демон.

– Ничего не понимаю… А как та русская девчонка выжила, если даже Герцогиня умерла? Как это вообще возможно?

– Никак невозможно, – произнёс голос в углу. – Но позвольте кое-что объяснить… Вернее, уточнить.

Проектор моргнул, выводя на экран отсканированный лист какого-то документа.

– У нас есть неопровержимые доказательства того, что Алиса Корнилова умерла пятнадцатого июня этого года.

24 февраля – 4 мая 2013 г.

Невельск

Примечания

1

Фрагмент песни «Сельский туалет» группы «Сектор Газа».

2

Отрывок из народной немецкой баллады «Крысолов из Гамельна», перевод Л.Гинзбурга.

Content

Ким Сергей Александрович
Смерть Красной королевы

Историческая справка

Глава 1. Да, к тебе пришёл песец

Глава 2. Да, это Контракт

Глава 3. Да, теперь ты – волшебница

Глава 4. Да, я буду помогать тебе

Глава 5. Да, ты слишком сильна

Глава 6. Да, твоя сила – зло

Глава 7. Да, мы теперь соседи

Глава 8. Да, я наведу порядок

Глава 9. Да, ты не одна

Глава 10. Да, теперь мы команда

Глава 11. Да, мне очень больно

Глава 12. Да, иногда я ненавижу оказываться правой

Глава 13. Да, я умею развеять скуку

Глава 14. Да, но несмотря на достигнутые успехи…

Глава 15. Да, я – принцесса

Глава 16. Да, Чёрный Дозор явно темнит

Глава 17. Да, есть кто-то покруче обычных кишинов

Эпилог

Примечания