Маханенко Василий Михайлович

Час боли

Час боли

— Барсина, приветствую! — произнесла я в амулет, как только Махан впал в свой творческий транс. — Есть дело на сотню миллионов, хочешь поучаствовать?

Стандартная кодовая фраза, которую мы с матерью согласовали еще в самом начале нашей эпопеи с Шаманом, говорила ей о том, что у меня есть приватный разговор. Еще раз посмотрев на замершего Шамана, я горько вздохнула — то, что я собираюсь сделать, убьет наши отношения. Но не сделать я этого не могу, иначе это может убить мою семью… Как же меня все достало!

— Минут через пять, — ответила мама, — у меня сейчас встреча со старостой. Что-то срочное?

— Махан должен через неделю закончить шестой набор фигурок, — судя по тону, Барсина находилась среди НПС, поэтому можно было говорить открыто. Ни ее, ни меня никто не слышал, поэтому можно было не таиться. — Я думаю, что можно будет запускать наш план в действие!

— Отлично! — голос Барсины наполнился радостью. — Наконец-то все это закончится, и я вернусь обратно в Феникс! Выходи в реальность, это нужно отпраздновать!

— Через пять минут, — бросила я, отключая амулет. Вот и все — все нужные слова сказаны, все действия проделаны, теперь от меня ничего не зависит. Усевшись напротив Димы, я нарисовала на лице злорадную ухмылку торжествующего победителя и едва не расплакалась. Хотелось орать, реветь, рвать и метать, обнять это милое существо, прижать к себе и никогда не отпускать, но нельзя! Несмотря на то, что представители корпорации говорят обратное, я прекрасно знаю, что любое мое действие, эмоция и слово строжайшим образом контролируется и записывается людьми Прокофьевых. Сейчас наступил тот самый момент, который должен реализовать весь мой план и совершенно глупо срываться в последний момент. Нельзя, Настя, ты сильная! Ваш ход, господа Роксана и Александр…

— Значит, через неделю фигурки будут созданы, — произнес отец, наливая мне бокал вина. — Как нога, не беспокоит?

— Уже нормально, — с улыбкой ответила я, принимая вино. — Врачи обещали через неделю снять фиксаторы и еще через месяц гарантировали, что я вновь займусь танцами.

— Насть, я…, — начал было папа, но замолчал. Я даже улыбнулась — мультимиллионер, глава ведущего клана, человек, принимающий грандиозные решения стесняется поговорить с дочерью о чувствах. Об отношениях. Отцы могут совершать великие дела, но просто поговорить о личном… Для многих это невозможно.

— Доченька, — поддержала отца мама. — Спрошу, наверно, сотый раз — ты все хорошо взвесила? Ты понимаешь, что Дима больше не будет твоим? Никогда!

— Мам, все я прекрасно понимаю! — горько улыбнулась я, устало закрыв глаза. Вздохнула, выпила вина, еще раз вдохнула, набираясь решимости для разговора — мало кто знает, что на самом деле Анастария — огромная трусиха. Только родители, но они любят меня и такой.

— Девочка моя, пойми — мы можем все переиграть! Год — это не так много, а они…

— Мам, они убьют его! Вы прекрасно знаете, на что способны Прокофьевы — посмотри на мою ногу! Если они поймут, что мы знаем о Махане, его спишут, как расходный материал. Я не хочу, чтобы его списали…

— В таком случае, нам не остается ничего, кроме как следовать плану и верить, что Махан действительно сделает то, на что ты рассчитываешь, — философски произнес отец. — У меня для тебя сюрприз — я нашел владельцев еще двух свитков Армагеддона. Теперь нужно будет по тихому отдать брату.

— У Махана будет три свитка? — удивилась я, так как тут меня полностью переиграли. Согласно плану, Махан должен получить всего один Армагеддон, так как больше у нас не было, и начать бегать пугать народ по Барлионе. Имея еще два свитка, он начнет взрывать наши замки, показывая, таким образом, свою ненависть к Фениксу. Что мне и нужно.

— Да, сейчас ищу четвертый. Знаешь, Настя, меня поражает твоя вера в Диму. Почему ты думаешь, что он сделает именно так, как ты сказала?

— Мой ответ не измениться, пап — он Шаман и будет следовать Пути до самого конца.

— Пришел отчет о его погружении?

— Да, еще вчера. Мои догадки подтвердились — Махан слишком плотно сидит в игре, поэтому его нужно выводить на ненависти. Других вариантов нет. Давайте о чем-нибудь другом сейчас поговорим, а? У меня есть целая неделя, чтобы побыть с ним рядом и я хочу воспользоваться ею до конца.

— Ты планируешь просидеть рядом с ним всю неделю? — удивилась мама.

— Да, я уже легенду придумала — Императора ему сделали за пару часов, поэтому никто не знает, сколько времени займут Ящеры. Мам, мне все равно, что ты сейчас обо мне думаешь — я хочу быть с ним рядом. Он со мной даже разговаривать не будет, как только вернется в игру, поэтому…

— Насть, я тебя понимаю, — успокоила меня мама. — Скинь мне текст, отрепетируем и составим легенду. Неделя на плато тебе будет обеспечена…

(шесть дней спустя)

— Димка, у тебя получилось! — прокричала я, вскакивая на ноги и бросаясь на шею любимому человеку. Наконец-то настал тот самый момент, когда не нужно играть и прятаться — легенда о моей влюбленности в Шамана уже скормлена Прокофьевым, поэтому можно побыть самой собой. Радостно поцеловав Диму, я дополнила: — Ты смог! Ты первый по всей Барлионе! Ты обогнал даже Поднебесную!

Глубокие серые глава моего Шамана недоуменно посмотрели на пытающие чистым светом руки, на которых лежали две небольшие фигурки. Судя по появляющейся на лице улыбке, Махан сам только начал верить в то, что он сумел создать Ящеров, совершенно не зная их историю, после чего сделал несколько быстрых пасов руками — по всей видимости, активировав проход. Мне так хотелось крикнуть «не нужно», что для того, чтобы сдержать вопль, я еще раз повисла на Диме, прижав его к себе.

Запущен процесс открытия прохода в гробницу Создателя. Время до завершения — 30 минут…

— Ты запустил? — печально произнесла я, скрыв печаль за возбуждением. Как я и полагала, информация об открытии гробницы пришла всем, кто находился на плато, поэтому, еще раз поцеловав Махана, я отстранилась и написала в чате сообщение: — Процесс запущен, мы на точке!

Процесс вывода Димы из игры начался…

— Наконец-то! — буквально через несколько мгновений рядом с нами появилась мама, произнеся заранее заготовленный текст. — Ты опять оказалась права, моя деточка…

— Конечно, — засмеялась я, совершенно выключив эмоции. Сейчас передо мной не любимый человек, а ставленник Прокофьевых, тот, кто должен был разрушить клан Феникс изнутри, тот, на кого должны сделать ставку все те, кто хочет нашей гибели, тот, кого я люблю… — Мам, представляешь, он совершенно не в курсе того, что происходит! Как же им легко управлять…

Глаза Димы наполнились привычной серостью, когда он чего-то не понимал. Мне всегда нравилась эта особенность Шамана — учитывая, что у него идет полное отображение текущего состояния организма, где-то в реальности, в капсуле, глаза моего любимого тоже приобрели серебряный цвет. Очень необычное явление.

— Так, активация прохода займет тридцать минут, — продолжила мама свой текст, после чего вызывала Магдея и позвонила отцу. Усевшись на камне, она практически закончила со своей ролью, собираясь передать правление мне. Только я знаю Диму, как свои пять пальцев, поэтому только я могу понять, в какую сторону нужно двигаться, чтобы он не кинулся на меня, но при этом испытал несказанное разочарование в жизни. Реветь буду потом, биться головой о стенку и называть себя дурой — тоже. Для меня сейчас Димы не должно существовать — это еще один враг, не более…

— Насть, пока ждем, не хочешь поиграть в злодея из дешевого старинного фильма? — закончила Барлиона свою роль, в то время как Магдей появился на плато и начал организовывать установку кристаллов антителепортации. Вход в гробницу должен получить только Махан, поэтому лишних гостей нам не нужно. Никто не знает, что на уме у Прокофьевых и сколько еще игроков работает на них. Наделят, например, они своего Эксадоса полномочиями, кусай потом локти. Нет — все должно быть четко и по плану!

— Думаешь, добить его окончательно? Мам — ты жестока! Порой неведенье намного приятней.

— Именно поэтому и предлагаю. Ты не представляешь, как мне надоело играть свою роль…

— Народ, может, расскажете, что происходит? — наконец, нашел в себе силы Дима, завязывая разговор. Судя по его глазам, в них начало зарождаться понимание происходящего — не зря же я его накручивала спором, детьми, кредитом, однако он усиленно отгонял от себя мысль о том, что я могу оказаться тварью. Не верил Шаман в то, что сейчас произойдет и от этого становилось еще хуже. Тяжело говорить своему любимому, что он полное ничтожество.

— Ладно, раз он сам такого хочет, — произнесла я, не сдержалась и уселась рядом с Димой, в последний раз положив голову ему на плечо. Как же мне будет недоставать его ухмылок… — Дорогой, хочу тебя огорчить — ты лох! Самый натуральный обычный лох! Ты… Хм… Даже не знаю, с чего начать, — я едва сдерживалась, чтобы не зарычать, однако нацепила маску ехидства и держала ее одним только усилием воли. — Ладно, начну с самого начала… В Анхурсе, недалеко от регистратора кланов, есть небольшой дом, называемый Залом славы. В нем отображаются все игроки, получившие Первые убийства. Именно оттуда пришла информация, что в Барлионе появилось четыре игрока, заслужившие себе эти самые Первые убийства. Первым с предложением о вступлении в Феникс пришел Растяпа…

— Растяпа пришел в Феникс? — недоверчиво переспросил Махан. Судя по тому, что он сузил глаза, происходящее перестало казаться ему шуткой. Отлично, двигаемся в верном направлении.

— Растяпа, прыгай ко входу в гробницу, — позвала я Разбойника к нам на плато. Сколько мне мук принес этот человек, даже представить себе трудно. Стыдно признаться, я до сих пор не знаю, на кого он работает, хотя в том, что он действительно на кого-то работает не сомневаюсь ни секунды. Что самое удивительное — на него не действует ни одна из методик давления и вывода на доверительный разговор. Чувствуется очень хорошая школа специальной подготовки, однако мои знакомые из специальных органов ничего не смогли нарыть об этом человеке. Его просто не существовало до того момента, пока он не решил украсть картину. Непонятный человек, поэтому нужно с ним быть крайне осторожной.

— Удивлен? — постепенно я начала свыкаться с ролью стервы. — Напрасно, он не только пришел, но и привел с собой всю троицу. О! Вот и он. Растяпа, — обратилась я к появившемуся Разбойнику. — Снимаю все ограничения на раскрытие информации. Мы получили, что хотели… Расскажи, пожалуйста, как все начиналось.

— Махан, Махан… Я же тебе дал знать, что свободен и попросил думать!

— Подробности, — не сдержалась я, понимая, что что-то пошло вразрез моего плана. Вновь Растяпа пытается играть собственную игру и мне это крайне не нравится. Сколько нервов он мне помотал с соглашением, даже страшно представить, а тут еще и Махану что-то рассказал.

— Умойся, — в ответ усмехнулся Растяпа. — Проверь Имитаторов — на мне нет нарушений. Как ты сама меня учила — нужно предусмотреть все варианты, даже самые нереальные. Так что отдыхай — я чист перед законом, а свой долг вскоре отдам. Все согласно нашему соглашению, Великая Анастария!

Растяпа стал рассказывать историю своего появления в Фениксе, позволив мне все обдумать. Соглашение было составлено мной, поэтому я за него была уверена — дыр в нем нет. Однако, что удивительно, Растяпа продолжал находиться рядом, а не коротать свой век на рудниках, поэтому я чего-то не знаю. И это мне крайне не нравилось — когда есть определенная энтропия, то план перестает превращаться в факт. Когда речь зашла о Карачуне, желавшем встретиться с Маханом и сказать ему огромное спасибо, я взяла разговор в свои руки.

— К сожалению, я не рассчитывала, что ты познакомишься с Рептилем, — я полностью решила переменить тему разговора, выбивая почву из-под Растяпы. — Изначально все шло по моему плану — клан, игра на твоих чувствах, которые даже предсказывать не нужно — слюни, распускаемые тобой при взгляде на меня, были видны за километр. Но, как говорится, возник форс-мажор, который нужно было быстро преодолевать. Так мы ввели тебе Барсину.

Когда я произносила слова о слюнях на меня, глаза Димы наполнились огнем. Несмотря на него, он смог задать вопрос, едва ли не выплюнув его из себя:

— Барса пришла в клан до того, как я получил свиток.

Махан начал входить в то самое состояние, которое мне было нужно. Как бы больно не было, менять сейчас тактику нельзя — если Дима не будет испытывать ко мне ненависть, он может не вернуться в Барлиону. По всем признакам у него полная игровая зависимость черного уровня подверженности, поэтому в центре реабилитации он может провести несколько лет, учась заново общаться с реальностью. Мне этого не нужно…

— Рептиль отказался отдавать нам свиток, угрожая передать его либо Императору, либо автору фигурок, поэтому мы не стали рисковать. Мама удалила своего старого Мага и буквально за несколько дней ее прокачали до 147 уровня. Клановые прокачки порой творят настоящие чудеса. Когда Растяпа сообщил, что вы ищете дополнительного игрока, стало понятно — вот он шанс. Изначально Барсину планировали прокачать до 250-го уровня, после чего свести с тобой, но успели, сколько успели. Так Барсина попала к тебе.

— Признаться, первый вопрос, который я бы задала, каким образом наемник, позиционирующий свою игру как средство заработка, имел всего 147 уровень? — к нам подошла Барсина и начала говорить не по заранее отработанному сценарию. Если бы была возможность, то я бы ее расцеловала прямо сейчас — мне нужна была эта пауза, иначе я могла сорваться. Мама, как человек, лучше всех меня знающий, это увидела и решила прийти на помощь. Хватит, Настя, соберись!

— Я скрипела зубами, когда ты пропускал в Темном лесу один сценарий за другим, но молчала, — начала я говорить откровенную ложь, показывая Диме, какой он несостоятельный игрок. Ненависть ко мне не сможет вызвать у него желание выйти из игры. Нужно уничтожить его по всем возможным фронтам, особенно в заданиях, которые щедрой рукой Прокофьевых сыпались на него, как из рога изобилия. Вновь вмешался Растяпа сообщивший о подготовке плана с Риком и Хелфаером. Наивный парижский мальчик! Этот планы был разработан давным-давно и Растяпе позволили его озвучить, считая своим. Пускай на этого непонятного человека нельзя влиять, но переиграть себя я никому не позволю.

— Как я и предсказывала, тыпрочитал свиток и начал меня обвинять, мол, я с тобой только ради шахмат. В кои-то веки ты был прав!— продолжила я, дождавшись, пока Разбойник умолкнет. В настоящий момент я уже практически сама верила, что все, что говорю — чистая правда, что я не люблю Махана и мне плевать на его чувства. Я даже зло рассмеялась, причем искренне рассмеялась, почувствовав себя главной злодейкой. Понимая, что уходить в эмоции мне нельзя, я усилием воли вернула себе адекватное состояние и продолжила рассказывать Диме заранее заготовленный текст. — … Больше Шаман Махан никому не нужен…

— После Темного леса Анастария заключила с нами всеми соглашение, а Феникс выплатил весь долг, предоставив нам рассрочку, — произнес Растяпа, полагая, что портит мне все планы, рассказывая о том, какая я плохая. На самом деле Разбойник играл мне сейчас на руку, затронув нужную тему — тему денег. Пора в очередной раз рассказать Махану сказку про белого бычка, все равно он не сможет сейчас ее проверить, а с его текущим состоянием примет ее, как данность.

— Выкупили после Темного леса? Лэйте взял кредит, чтобы выкупиться…, — сделал попытку опровергнуть все сказанное Махан. Удивительно, но он все еще продолжает объективно мыслить! Этого очень плохо, нужно бить в самое больное, что только есть и деньги тут не помогут. Он никогда на них не зацикливался.

— Что еще раз говорит о том, что ты совершенно не читаешь документацию, — начала я осторожно подбирать слова, внимательно присматриваясь к серым глазам Димы. Сейчас главное не перегнуть палку, чтобы у моего Шамана не появилась мысль о том, что нужно напасть на меня. Нельзя, чтобы он попал на рудники — в этом моменте оцет разносил весь мой план, как карточный домик. Если Махан не сдержится, говорил он, то год нашей работы идет коту под хвост. То есть в задницу.Приходилось отвечать, что я знаю своего Шамана и уверена в своих силах. Угу… Черт, уже говорю как он…

— Я едва не убила его, когда ты загробным голосом сообщил мне, что Лэйте не было в игре, потому за минуту придумали с ним сказку о кредите. Но, если бы уважаемый в узких кругах Шаман поинтересовался бы этим вопросом, он бы удивился тому факту, что заключенным на законодательном уроне запрещены кредиты. Но ты слишком предсказуемый… Взять, например, случай с соглашением на кредит — мне надоело ждать, когда ты соберешься творить следующие фигуры, поэтому я тебя подтолкнула. Мама развела в тебе сомнения на мой счет, тем более что был повод — спор с Плинто. Дальше я сыграла так, как нужно, подвернулся удачный момент с оглушением, когда тебе на несколько мгновений сняли дебаф «Ошеломлен», демонстрируя мой разговор с отцом о бюрократии и вуаля — Шаман Махан, словно теленок бежит за соской, ведомый туда, куда мне нужно, — судя по выражению лица, Дима воспринял информацию о деньгах слишком вяло. Эх… Очень не хотелось трогать эту тему, но, видимо, придется. — Я накачала тебя такими эмоциями, что у тебя не было другого шанса, кроме как выплеснуть их в творение. Чтобы ты не сделал ничего абстрактного, я притащила тебя на площадку к гробнице. У тебя не было других шансов, кроме как создать последних необходимый комплект фигур.

— Эмоции? Что за бред? — не выдержал Шаман, подтверждая мою догадку — для него все золото мира ничто по сравнению с возможностью творить.

— Конечно, мы же мним себя великим творцом. Хочешь, я и здесь тебя опущу на землю? Помнишь, когда мы встретились, я сообщила, что у Рика всего 14 или 17, уже не помню, уровень Ремесла. Светить его 39 единиц перед тобой не хотелось, чтобы не развивать в тебе комплекс неполноценности. Сейчас, когда у него Ремесло уже 112-го уровня, он в твою сторону даже смотреть не будет. Творец хренов… Знаешь, что действительно будет мне не хватать? Проекций! Единственная вещь, которую ты умудрился получить из тех, что у меня нет. Все остальное — уже либо мое, либо я это уничтожила. Как кальмародельфина. Оставлять тебе такую силу нельзя — слишком жирно будет для одного игрока.

— Одного? — загробным голосом произнес Шаман. Судя по всему, клиент полностью созрел к тому, чтобы сорваться с крючка, поэтому я дала отмашку на запуск второй фазы плана. Фазы выхода.

— Пускай не одного, — произнес Лэйте, увидев мой сигнал. Все как на репетиции, только что играет он плохо. Но какой же он умничка в плане финансов! Умудриться организовать бизнес клана Димы таким образом, что он будет поддерживать себя самостоятельно даже без лишних усилий со стороны — это многого стоит. Обязательно нужно забрать его к отцу и назначить третьим казначеем — такие люди на дороге не валяются. Хотя Дима их как-то находит… — Насть, у меня все готово.

— Отлично! Знаешь, Махан, ты до такой степени предсказуемый, что даже сейчас, когда тебя возят лицом по камням, полностью соответствуешь своему психологическому портрету. Если ты не против, я возьму это себе — у меня оно будет в большей надежности, да, дорогой?

Око Темной Вдовы, крастилы, добытая в морской Пучине чешуя кальмародельфина — я забрала из сумки Димы самое ценное, что нельзя было потерять. В чем я не до конца была уверена, так это в том, что Махан не удалит Шамана, поэтому нужно подстраховаться. Как только он вернется в игру, как-нибудь верну ему все это, но сейчас в моих руках эти вещи будут надежнее.

— Шахматы, пожалуй, я тоже заберу, — немного подумав, произнесла я. Они сыграли свою роль и уже особо не нужны, но свойства фигурок очень пригодятся и мне, и Диме, когда я их верну. Говорить Шаману о том, что с открытием гробницы фигурки больше никогда не исчезнут, я не стала — сам до этого дойдет. К тому же, это будет ему определенный стимул для создания полного комплекта. По идее, результат должен получиться феноменальным. — Ведь мы же супруги, имущество даже в игре должно быть совместным!

— Инь-Ян! Как тебе удалось заставить его расцвести? — закрыв доступ к мешку, спросил Дима. Кто его просил трогать эту тему?! Даже сейчас, осознав всю тяжесть удара, он находил некие опоры, за которые мог зацепиться и не сорваться с крючка. Блин! Придется очередной раз обманывать, причем в той области, которую трогать очень не хочется… Ибо чувства к этому человеку хоть и спрятаны глубоко, но могут выпрыгнуть в самый неподходящий момент, уничтожая весь план.

— Элементарно — в тот момент я просто поверила, что люблю тебя. Влюбленность, она как баф — то есть, то ее нет. С этим камнем, как раз, все вообще было просто…

— Готова? — произнес Хелфаер, спасая меня от дальнейших разговоров.

— Давай. Пора возвращаться домой…

Я открыла интерфейс клановой принадлежности и, напоследок погладив свою маленькую сирену, нажала кнопку выхода из Легенд. Перед глазами тут же появилось сообщение о том, что я должна выплатить компенсацию, если продолжу сие мероприятие, однако я знала, на что иду. Мне нужно кинуть на счет клана Махана сто миллионов золотых, разыграв это таким образом, чтобы Прокофьевы, которые следят за всем происходящим, так как Эксадос, как и все остальные присутствующие, снимает видео, не поняли ничего. Мне нужно выводить Диму и я это сделаю. Только нужно добавить несколько маленьких штрихов, чтобы подтолкнуть его к выходу, но при этом оставить ему место, куда возвращаться.

— Хотела сказать тебе отдельное спасибо за Лэйте — начала я, демонстрируя Махану, что собираюсь уничтожить его финансово. Дотошный Растяпа очень сильно привязывался к суммам выкупа людей, поэтому у меня не получилось набрать нужной суммы сразу. Пришлось использовать вариант с покупкой Императорской стали, к тому же она очень нам пригодится. Да и заберем мы ее не всю — процентов двадцать оставим Диме на починку замка, ему должно хватить. — Проверить качество работы казначея на живом клане — дорогого стоит. Тем более если этот казначей имел полный доступ в клановые хранилища…

Когда перед глазами пронеслось сообщение о списании огромной суммы денег со счета клана — все же я заместитель главы и такие вещи мимо меня не проходят, я объяснила Диме, что его обокрали:

— Тебе же не нужна Императорская сталь, да, дорогой? Причем не сможешь нас обвинить в необъективности — твой казначей имел все полномочия продать ее со скидкой 40% от рыночной цены. Ты же сам согласовал с ним такое соглашение… Так, что еще у тебя осталось?

— Но зачем сейчас? — выпалил мертвым голосом Махан, показывая — он еще держится. Непонятно как, но держится, хотя находится на самом краю. У меня осталось всего три заготовки — Драконы, замок и Шаманы. Последних я очень не хотела трогать, так как Дима может действительно удалить своего персонажа. Вначале расскажу ему сказку о Драконах, а там посмотрим, как он себя поведет. Но прежде еще раз пройдусь по несуществующим заданиям:

— Потому что ты больше не нужен! Твоя задача была проста — открыть проход. Все, что будет дальше — тебя не касается. Если ты думаешь, что являешься удачливым игроком, видящим то, что не видят другие — могу тебя расстроить. За наше знакомство ты упустил, как минимум, три континентальных сценария. Три! Например, последнее — Верховная Жрица и торговец. Каким же нужно быть придурком, чтобы поверить в то, что это еще одна точка запуска сценария Картоса? Хорошо, что я успела вовремя и сейчас этим вопросом занимаются мои люди. Так что все, Махан — ты отработанный материал. Гробница — это обычное Подземелье, до тех пор, пока я его не пройду, никто даже близко к нему не подойдет, и, что больше всего меня радует — Нашлазар будет мной довольна.

— Нашлазар?

— Конечно! Так красиво уничтожить Врага! Думаешь, она забыла прошлое? Ха! Я, наконец-то, получу свой 50-й ранг!

— Хотелось бы мне присутствовать, когда ты будешь Элуне в глаза после такого смотреть, — бросил Махан, — Паладин света…

Я кивнула внимательно следящей за нашим разговором маме о том, что нужно запускать вариант с замком, после чего ответила:

— О! Отлично буду смотреть! Ведь ничего страшного с точки зрения игры не произошло! Я просто поменяла клан, не предавая Империю или свои идеалы. Это не реальность, Махан, здесь другие ценности… , — закусив губу, ответила я. Откуда мне знать, как поведет себя Элуна или мой Генерал, когда они узнают о том, что я сделала? Запросто могут и снять все бонусы. Но Диме этого знать не нужно. — О! Вот и долгожданный звонок! Слушаю! — ответила я по завибрировавшему амулету.

— Мы на позиции, готовы атаковать.

— Действуйте…, — произнесла я, после чего вернулась к Шаману, — оставлять тебе замок 24-го уровня не в моих интересах. Сейчас его доведут до первого, и тогда моя цель будет достигнута — Дракон сломлен окончательно.

У Димы дико заорал амулет и он на автомате нажал кнопку ответа.

— Хозяин! На нас напали! — голос Вилтраса разнесся по всему плато. — Срочно нужна защита!

— Вилтрас, переноси замок! — прокричал Махан. Я недовольно поморщилась — что значит «переноси»? Дим, разве так спасают замки? Где разрешение на оплату прыжка? Ты почему мне весь план рушишь?

— Не могу! — подтверждая мои опасения, послышалось из амулета. Блин, мне уже нужно доставать меч и уничтожать Махан, но он все еще тормозит! Неужели я перестаралась? — До официально разрешенного переноса еще месяц, а стоимость прыжка по воле хозяина замка составляет пятнадцать миллионов. У меня нет доступа к таким деньгам…

— Даю разрешение на снятие денег со счета клана! Выбери место в Свободных землях и прыгай туда! Заблокировать доступ в замок всем, кроме меня! На вызовы не отвечать!

— Слушаюсь, хозяин, — радостно ответил гоблин, после чего я с облегченным вздохом сделала шаг и отправила Махана на перерождение. Наконец-то!

— Барса, принимай группу и поднимай его, — устало произнесла я, всаживая меч в ножны. Каким бы ни был завтрашний день, я сделала то, что планировалось еще полгода назад — я морально уничтожила человека Прокофьевых, не позволив тому войти в Феникс. Обидно, что я люблю этого человека и после того, как он вернется в игру, он будет меня ненавидеть всей душой — я знала, на что шла. Теперь главная задача — правильно направить Диму на месть, чтобы Прокофьевы раскрыли перед ним все карты. Не знаю, откуда у меня такая уверенность в этом человеке, но я просто верю в то, что у него все получится. Ничего другого мне не остается делать. Отец был в бешенстве, когда я озвучила ему этот план, однако постепенно смирился и обещал уничтожить Диму, если он что-то будет делать не так. Плевать! Мой любимый Шаман сделает все так, как нужно. Главное, чтобы он вернулся в игру. Осталось сделать еще несколько маленьких штрихов, которые уже ни на что не влияют. После возрождения Махан должен выйти из игры, или я его не знаю. Трогать его Шаманизм я очень не хотела.

— Успел — таки, — ухмыльнулась я, как только Махан возродился. — Ничего, мы его все равно найдем, рано или поздно. Но мы тебя не будем убивать — мне хочется запечатлеть тот момент, когда откроется вход в Подземелье, и ты окончательно поймешь, что все, к чему стремился последние полгода, теперь тебе недоступно. Такие моменты нельзя упускать…

— Взываю к Вестнику. Мне нужна твоя помощь… — прошептал Махан и его персонаж растаял в окружающем пространстве. До свиданья, любимый, надеюсь, ты ненавидишь меня достаточно для того, чтобы снова полюбить. Иначе я этого не выдержу.

Content

Маханенко Василий Михайлович Час боли