Галина Усова

Шерше ля фам

— Жером Жестен! Шеф ждет вас.

Жером вскочил с кресла, встал навытяжку и низко наклонил голову.

— Благодарю вас, мадемуазель, — звонко обратился он к пустому пространству. Ничего другого не оставалось, ибо пригласивший его женский голос дошел до него всего только через микрофон, обладательница же его, судя по тембру, молодая и с приятной внешностью, находилась вне пределов видимости. Во всяком случае, в приемной Жером сидел в одиночестве, а дверь оттуда, как выяснилось, вела прямо в кабинет шефа — никакого закутка с телефоном, где могла бы помещаться секретарша с мелодичным голосом. Но вежливость прежде всего, особенно с дамами. И Жером от души поблагодарил голос, стащив с темных кудрей ослепительно новую фуражку со светло-синим околышем, на котором красовалось изображение золотого солнца, на отходящих вверх лучах полукругом расположились буквы ФДКП — Флот Дальних Космических Перевозок. Устав Флота допускал относительную свободу и не требовал обнажать голову перед начальством, но Жером не мог не снять фуражку перед дамой, даже если ее не видно. Кто знает, а вдруг она видит его на своем экране?

Адмирал Делабре окинул Жерома с головы до ног, как ему показалось, неприязненным взглядом. «Так и есть, Анни уже успела нажаловаться», подумал Жером с тревогой. Не надо было с ней связываться. Чувствовал ведь, что она из тех, кто потом жалуется на тебя начальству. Теперь дела не поправишь.

Взгляд адмирала сделался открытым и доброжелательным. Видимо, произведенный осмотр чем-то удовлетворил Делабре.

— Лейтенант Жером Жестен?

— Да, мой адмирал! — Жером нахлобучил фуражку, лихо выпустил из-под козырька темную прядь — пусть полюбуется старик на неотразимого лейтенанта, пусть посмотрит, какие красавцы служат у него в космическом флоте!

— Командование флота оказывает вам большую честь, лейтенант, — голос Делабре звучал сурово, но в душе у Жерома все запело: не знает, не знает! Он еле сдержался, чтобы не перекувырнуться прямо на старом вытертом ковре.

— Слушаю, мой адмирал, — отчеканил он, засияв самой ослепительной улыбкой, на какую только был способен.

— Вам доверяют секретное поручение чрезвычайной важности. От его выполнения в значительной степени будет зависеть дальнейший прогресс человечества.

— Готов служить человечеству, шеф! — горячо сказал Жером.

— Это поручение ГУКа, — Делабре смотрел на него испытующе.

— То есть Главного Управления Колонизацией? — не задумываясь откликнулся Жером.

— Хорошо, лейтенант, — Делабре улыбнулся. — Я вижу, мы с вами деловые люди и нам будет легко сговориться.

Жером просиял в ответ начальственной улыбке. Пусть знают в Управлении лейтенант Жестен не только красив, но умен и образован! Не всякий летчик Космического Флота регулярно читает газеты и знает призывы ГУКа — начать готовить колонизацию других планет сейчас, пока старушка Земля не исчерпала еще окончательно своих природных ресурсов.

— Неужели уже есть реальный проект? — заволновался Жером.

— Именно, — адмирал подошел к объемной звездной карте, щелкнул выключателем — и карта ожила. Всю стену кабинета заняло звездное небо. — Вот ваш маршрут. — Делабре заскользил полированной указкой между звездами. — К этой планете, видите? Мы назвали ее Темпора Нова.

«Что-то больно далеко, — невольно поежился Жером, следя за указкой. — А может, так оно и лучше. Как некрасиво скривились губы Анни, когда она закричала ему: «Ты еще пожалеешь!» Нет, определенно так лучше».

— Прежде чем на Темпора Нова высадится первая партия людей, там поработает колония биороботов, изготовленных специально для освоения этой планеты. — Адмирал выключил звездную карту. — Вам поручается доставить биороботов, вернее… — Он загородил широкой спиной дверцу сейфа, мгновенно набрал шифр. Дверца мелодично распахнулась, шеф извлек из сейфа изящный желтый портфель на «молнии». — Вы слышали об организации РОК? — Адмирал испытующе смотрел на Жерома, крепко сжимая ручку портфеля и не торопясь его отдавать.

— Решительная Оппозиция Колонизации!

— Браво, я окончательно убедился, что мы не ошиблись в выборе, Жестен. Вы человек образованный. И понимаете, что, как ни строго засекречена порученная вам операция, шпионы РОКа…

— Будьте спокойны, мой адмирал! Я сумею ускользнуть от любого шпиона и лазутчика.

— Тогда берите. Удачи вам.

Жером взял у него из рук желтый портфель и теперь медлил, ожидая, не дадут ли ему еще что-нибудь.

— Это всё? — спросил он наконец, видя, что адмирал молчит.

— Да, всё, — адмирал улыбнулся. — Тут зародыши биороботов — они легче транспортируются, да и места занимают меньше. Они запрограммированы таким образом, что, попав на почву Темпора Нова, в несколько минут разовьются во взрослых особей и начнут трудиться. После посадки вам надлежит сразу открыть портфель и вытряхнуть его содержимое в траву. На этом задачу считайте выполненной. Понятно?

— Понятно. Приступаю к исполнению.

Крепко сжимая желтый портфель, Жером шагнул к двери, но Делабре остановил его:

— Еще не всё. Ввиду того, что экспедиция может оказаться опасной… Ваш пистолет в порядке?

— Конечно, мой адмирал.

— Будьте начеку. Надеюсь, в случае… Вы понимаете, как должен поступить настоящий мужчина?

— Но, мой адмирал, провал исключается.

— Разумеется. Но я на всякий случай позволю себе напомнить вам о вашем долге как работника ФДКП.

— Я всегда о нем помню. Но прибегать к этому не придется — я уверен, что довезу их в полной исправности. Разрешите идти?

— Идите. Да, Жестен, — адмирал вроде бы в последний момент припомнил нечто важное. — Обработку на невесомость в этот раз пройдете в пятой камере.

— Как в пятой? Я прохожу в первой. Мои параметры…

— Потому я вас и предупреждаю. Вот ведь чуть не забыл! Там у них какая-то перенастройка, так что меня просили вам сообщить, что сегодня ваша камера пятая.

«Пятая так пятая, — с какой-то смутной тревогой думал Жером, шагая по коридору в сектор биообработки. — К чему бы вдруг перенастройка? Непонятно».

В биосекторе имелось около десятка камер. Обработка делала человека на время нечувствительным к невесомости и усиливала сопротивляемость инфекции. Полагалось проходить обработку только в своей камере, настроенной на соответствующие психологические параметры. Перенастройка требовала слишком много энергии и возни, к чему бы ее затеяли, недоумевал Жером. Да ладно, не все ли равно. Главное, что Анни пока не выполнила свою угрозу и не написала адмиралу кляузу. А не то хлопот бы не обобраться! Уж тогда ему не доверили бы такого ответственного поручения, это точно.

Жером не видел лица адмирала, который с довольной усмешкой глядел ему вслед.

Вылет предстоял назавтра к вечеру. А сегодня Жером, повеселевший оттого, что ожидаемая гроза не состоялась, посвежевший после биообработки, зашел в «Космос» — любимое кафе звездолетчиков, где было принято назначать встречи с друзьями, праздновать удачные полеты и новые назначения. Жером был счастлив и беззаботен, точно вчерашний школьник, только что получивший новенький аттестат. Тесный прокуренный зал был переполнен, но Жером подмигнул знакомому официанту, и тот устроил его за служебный столик. Желтый портфель Жером положил на колени.

— Простите, мсье, возле вас свободно?

Жером поднял глаза на говорившую — и прямо обалдел. За свою жизнь он перевидал множество красивых девушек, но эта! Он даже лишился дара речи на несколько секунд — ну разве можно было представить себе, что подобные существа в наше время ходят по земле и даже могут с тобой заговорить! А девушка в отчаянии продолжала, видимо, принимая его молчание за отказ:

— Понимаете, я пришла сюда встретиться с братом, через час он прибывает с Венеры. А все места заняты. Нельзя ли возле вас присесть, хотя бы дождаться его, а то мы разминемся?

— О да, разумеется, мадемуазель! — Жером вскочил на ноги, предусмотрительно подхватив желтый портфель под мышку. — Пожалуйста, садитесь. Жером Жестен к вашим услугам.

— Благодарю вас. Меня зовут Мадлен Надье. Не знаете ли вы случайно моего брата, Жака Надье? Он лейтенант ФДКП, как и вы.

— Не знаком, но слышал это имя, — радостно ответил Жером. — Вообще этот столик служебный, — гордо пояснил он, — но для меня и для моих друзей…

— Благодарю. Для моих друзей — тем более, — Мадлен сказала это с таинственной многозначительностью.

— Я просто хотел… — смутился Жером. — Я счастлив, что вы разделите мое одиночество на сегодняшний вечер. Ведь завтра мне предстоит далекая и, не стану скрывать, опасная экспедиция. Когда вернусь — бог весть. Если вообще вернусь.

— Далеко ли вы летите? — вежливо поинтересовалась девушка.

— О да! Ваш брат раз пятьдесят успел бы слетать на Венеру и столько же раз вернуться, пока я доберусь лишь туда!

— Интересно, где же это?

— Видите ли, служба! — Жером невольно скосил глаза на желтый портфель, притаившийся у него на коленях. — Знаете, как в одной старинной песне поется: «Наша судьба — то гульба, то пальба».

— Не смею настаивать, служба есть служба, — согласилась Мадлен. — А я ни разу в жизни не была в космосе. Это и в самом деле так грандиозно, как рассказывают?

— Еще грандиознее, мадемуазель! — пылко воскликнул Жером.

В тот вечер брат Мадлен так и не прилетел. Когда они обратились за справкой, диспетчер космодрома заявил, что корабль задерживается из-за карантина, в который попал на Луне. Но ни Жером, ни Мадлен об этом не пожалели.

Корабль приближался к месту своего назначения. Жером в пилотском кресле в сладкой полудреме поглаживал желтый портфель, лежавший у него на коленях. Кажется, все складывается удачно. Никаких приключений в пути, ни малейших задержек. Жером мысленно видел, как он ступает на твердую почву Темпора Нова, отдергивает молнию на желтом портфеле и переворачивает портфель над ласковой зеленой лужайкой, совсем такой, как земная. И из травы появляются роботы, они растут и принимаются за дела, готовя планету к появлению первых земных колонистов. Возможно, когда-нибудь на Темпора Нова поставят памятник скромному звездолетчику Жерому Жестену. А пока — он убедится, что всё в полном порядке, и поведет корабль на Землю… Интересно, помнит ли его Мадлен? Ждет ли, как обещала?

И тут он вздрогнул, различив негромкий сигнал бедствия. Кого занесло в эти забытые богом края? И что приключилось с неведомым авантюристом? Продолжая левой рукой придерживать портфель, он потянулся правой рукой к пульту, включил экран обзора. Сигнал взвыл громко. Ага, вот. Совсем близко одноместная туристская ракета неподвижно повисла среди звезд. Какого дьявола понадобилось этому чертову любителю забираться в дебри вселенной? Катался бы по земле на велосипеде, пижон несчастный. Ясно — автоматика отказала, а сам справиться не может. Жером крутанул ручку до упора, переводя изображение на крупный план, — с экрана смотрело на него знакомое лицо, перекошенное отчаянием.

— Мадлен!

— Ох, Жером, — простонала она сквозь слезы. — Я так боюсь, у меня с ракетой что-то случилось. Возьми меня к себе, скорее! Ну! Я так боюсь одна, Жером!

Через несколько минут Мадлен была в каюте Жерома. Она благодарно повисла на шее у своего спасителя.

— Постой, я все-таки не понял: как ты здесь очутилась?

— Очень просто, дорогой. Жак прилетел, снова улетел, тут мне неожиданно дали отпуск, и я решила провести его с тобой. Села в ракету и полетела вдогонку.

— Но как же… Откуда ты узнала, где меня искать?

— О, при моих знакомствах в космопорте это несложно! Я хотела обогнать тебя и сделать сюрприз на Темпора Нова, да вот застряла… Ох, Жером, если бы ты не оказался рядом, я бы погибла! — Девушка содрогнулась.

— Успокойся, опасность позади. Ты здесь, со мной.

— Жером, ты долго пробудешь на Темпора?

— Нет, только выполню одно пустяковое поручение. До чего же я рад, что обратно мы полетим вместе!

— И я рада, Жером! Для того я и отправилась за тобой.

Его разбудил резкий толчок. В ногах постели загорелась зеленая сигнальная лампочка — корабль благополучно сел по заданной программе. Но почему он один? Где Мадлен? Неужели она только приснилась? Жером протер глаза и сел:

— Мадлен!

Никакого ответа.

— Мадлен!

Что за чертовщина! Он же здоров как бык, никогда не был подвержен галлюцинациям. Вообще-то приходилось слышать, что с парнями, которые подолгу болтаются в космосе, бывает всякое, но чтобы с ним… Стоп, а где желтый портфель? На полу в углу каюты, куда он поставил его вчера, чтобы освободить руки, было пусто. Если это бред, если Мадлен вчера тут не было, так он и портфель туда не ставил. Где же он? В кабине управления? Жером бросился туда, но портфеля и там не оказалось. В кресле белела какая-то бумажка. Жером прочел: «Не сердись, Жером, пришлось немного тебя разыграть. Служба! Наша судьба — то гульба, то пальба. Надеюсь, ты простишь, что я взяла спасательную шлюпку, иначе мне не добраться до моей ракеты — она ведь в полной исправности, а ты не проверил! Что касается портфеля, он интересует мое начальство. Целую. Твоя М.».

Жером взвыл. В глазах у него помутилось. Он выскочил из корабля, даже не осознав торжественности того мгновения, когда нога его впервые ступила на предназначенную для массовой колонизации планету, порвал записку на мелкие клочки — их тотчас подхватил свежий ветер.

— Господи, какой дурак! — громко простонал он, сжимая кулаки. — Знал ведь, что нельзя связываться с бабами во время исполнения задания. И вот поди ты… Что же делать?

С ярко-синего небосвода вовсю шпарило солнце — совсем как на Земле. Ярко-изумрудная трава, пожалуй, еще ярче, чем земная. Высыпал бы сейчас содержимое желтого портфеля… О, как хорошо все могло быть, если бы не его глупость! Он снова застонал.

Вздохнул, вытащил пистолет и приложил к виску.

— Жером Жестен! Шеф ждет вас.

Жером вскочил с кресла, встал навытяжку и низко наклонил голову.

— Благодарю вас, мадемуазель! — звонко обратился он к пустому пространству. Сдернул фуражку, тряхнул кудрями и шагнул к кабинету адмирала.

Делабре вышел из-за массивного стола, улыбнулся и протянул на ладони что-то блестящее:

— Поздравляю, капитан! Позвольте прикрепить вам эту награду! Орден Покорителя Космоса!

Сердце Жерома так колотилось, что лацкан форменного кителя ходуном ходил, адмирал долго прилаживал орден. Наконец он отступил на шаг, полюбовался орденом и удовлетворенно улыбнулся:

— Капитан Жестен! Вы полностью оправдали возложенные на вас надежды. Командование не забудет ваши заслуги в деле колонизации!

— Что вы, — неловко пробормотал Жером. — Любой бы на моем месте…

— Нет, не любой, капитан! Мы выбрали именно вас! И заметьте, не ошиблись! Думаете, мы пальцем в вас ткнули? Нет, мы долго изучали личные дела звездолетчиков, с психологами советовались!

Жерому вспомнилось, как он очнулся после «самоубийства» на Темпора Нова и долго не мог понять, что происходит. Кругом ходили, переговаривались, трудились какие-то люди. Смутно виделось в их облике нечто странное, наконец, Жером понял — это ведь не люди, а роботы! Где же он? Кажется, он застрелился согласно инструкции — в случае провала…

— Вставайте, лейтенант, — склонился над ним робот. — Собирайтесь в обратный путь, теперь мы управимся сами. Вы оказались превосходным сейфом.

— Я — сейфом? Как так…

— Мы транспортировались в вашей черепной коробке, а вовсе не в желтом портфеле, вам его дали для отвода глаз. Мы могли перенести столь дальнюю дорогу только внутри живого организма. Своим выстрелом вы нас освободили, так было предусмотрено. Разрешите! — Робот молниеносно залепил пластырем дыру на виске Жерома. — Завтра снимете, никаких следов выхода не останется…

— Вы молодец, Жером, — снова услышал он голос адмирала. — Не всякий перенес бы операцию по вмонтированию в черепную коробку зародышей биороботов. Ее проделали с вами в кабине номер пять, пока вы лежали без сознания. Кстати, возвращаю, — он порылся в верхнем ящике стола и протянул Жерому пистолет. — Ваше личное оружие. Его подменили в пятой камере. А тот пистолет, из которого вы «застрелились» на Темпора Нова, отдайте мне, он вам больше не понадобится. Вы свободны, капитан Жестен!

— Но всё же… — Жером помедлил. — Может быть, вы объясните. Почему именно на мне остановили выбор психологи?

— Конечно, объясню. За два дня до вашего вылета мы получили письмо от некой Анни Бекар с жалобой на вас. Тогда-то мы и поняли, что вы и есть тот человек, который нам нужен.

Content

Галина Усова
Шерше ля фам