Эдвард Бонд

Лир

Трагедия

Lear by Edward Bond (1969–71)

Перевод с английского Вадима Михайлина

Первая публикация: Волга, 1998, № 1.

Действующие лица:

Десятник

1 рабочий

2 рабочий

3 рабочий

Солдат

Лир

Бодис

Фонтанель

Уоррингтон

Старый советник

Инженер

Жандармский офицер

Епископ

Герцог Норт

Герцог Корнуолл

1 солдат

Сын могильщика

Жена сына могильщика

Плотник

Сержант

2 солдат (у дома сына могильщика)

3 солдат (у дома сына могильщика)

4 солдат (у дома сына могильщика)

Судья

Пристав

Старый моряк

Бен, тюремный надзиратель

5 солдат (охранник в тюрьме)

6 солдат (охранник в тюрьме)

7 солдат (охранник в тюрьме)

Старый надзиратель

Раненый повстанец

Адьютант Бодис (майор Пистон)

8 солдат (конвоир)

9 солдат (конвоир)

10 солдат (конвоир)

1 заключенный

2 заключенный

3 заключенный

4 заключенный (позже тюремный врач)

Комендант тюрьмы

11 солдат (охранник)

12 солдат (охранник)

13 солдат (охранник)

Крестьянин

Жена крестьянина

Сын крестьянина

Томас

Джон

Сьюзен

Маленький человек

Офицер

Мальчик

Прочие солдаты, рабочие, чужаки, судейские, охранники.

Согласно древним хроникам, Лир жил около 3100 года от сотворения мира.

Он царствовал в течение 60 лет. Он построил Лейстер и похоронен был на дне реки Сор.

Отец его погиб, когда пытался пролететь, аки птица, над Лондоном.

Младшая его дочь, будучи отстранена от власти, покончила с собой.

(из Гальфрида Монмутского)

Акт 1

Сцена 1

У стены

Груда строительного инструмента и материалов — лопаты, кирки, балки, брезент. Тишина. Затем (за сценой), внезапно, невнятный крик, звук падения, крики.

ДЕСЯТНИК и ДВОЕ РАБОЧИХ вносят МЕРТВОГО РАБОЧЕГО и кладут его на землю. Следом идет СОЛДАТ.

1 рабочий. Принесите воды! Ему воды нужно.

Десятник. Он мертв.

Солдат. Давай, тада, эт', волоки его отсюда.

Десятник. Берись за ноги.

Солдат (Десятнику). Ты их видел? Иди, глянь. Там, во рву, на ту сторону пошли.

ДЕСЯТНИК идет вглубь сцены, смотрит за сцену. Входят 3 и 4 РАБОЧИЕ.

3 рабочий (входя). Я крикнул, чтобы он отошел.

Десятник (возвращаясь к рампе). Назад, все назад! За работу!

4 РАБОЧИЙ уходит тут же.

3 рабочий. Но ты же слышал, как я крикнул!

1 рабочий. Он, говорят, помер.

Десятник. За работу!

Солдат (1-му рабочему) Ты! — тебе говорю, слышь, давай, эт', отнеси его кирку на склад. (Внезапно увидев что-то за сценой, бросается к остальным) Накройте его! Быстро, блин!

Десятник (указывает на кусок брезента) Вот этим!

Они накрывают тело брезентом. Входят ЛИР, ЛОРД УОРРИНГТОН, СТАРЫЙ СОВЕТНИК, ЖАНДАРМСКИЙ ОФИЦЕР, ИНЖЕНЕР и дочери ЛИРА — БОДИС И ФОНТАНЕЛЬ. СОЛДАТ, ДЕСЯТНИК и РАБОЧИЕ встают смирно. УОРРИНГТОН делает им знак, и они начинают возиться с куском брезента.

Бодис (к Фонтанель) Может, не стоит идти дальше? И отсюда все видно.

Инженер. Здесь как раз кончается известняк. Дальше мы сможем двигаться быстрее.

Советник (сверяется с картой) А почему на карте здесь обозначено болото?

Фонтанель (к Бодис) У меня все ноги промокли.

Лир (указывает на брезент) Что это такое?

Инженер. Материалы для -

Уоррингтон (Десятнику) Кто это?

Десятник. Рабочий.

Уоррингтон. Что с ним?

Десятник. Несчастный случай, сэр.

Лир. Кто оставил в грязи деревянные балки?

Инженер. Их только что подвезли. Мы как раз перемещали их в -

Лир. Они гниют здесь уже не первую неделю. (Уоррингтону) Они никогда не закончат! Дайте им еще людей. Офицеры должны заставить людей работать!

Бодис (пожимает Инженеру руку) Спасибо за экскурсию, очень интересно, мы столько всего увидели.

Фонтанель. Всего за один день.

Уоррингтон. Мы больше не можем сгонять сюда крестьян, в деревнях и так уже почти никого не осталось. Снабжение городов продовольствием из рук вон.

Лир. Покажите мне тело.

УОРРИНГТОН и СОЛДАТ поднимают брезент.

Лир. Удар по голове.

Десятник. Топор.

Лир. Что такое?

Десятник. Топор, сэр. Свалился на него.

Лир. Все ясно, саботаж. (Уоррингтону) Вы должны покончить с этой лихорадкой. Они обращаются с людьми как со скотиной. После работы люди должны содержаться в сухих бараках. Здесь же во всех без исключения бараках — сыро. Вы попусту расходуете рабочую силу.

Советник (делает пометку) Я вызову инспектора по баракам.

Лир. Прошлой ночью под стену опять был совершен подкоп.

Офицер. Местные крестьяне, сэр. Они моментально разбегаются по домам.

Лир. Поставьте капканы. (Десятнику) Кто уронил топор?

Уоррингтон (Десятнику) Ну, живо!

ДЕСЯТНИК и СОЛДАТ выталкивают вперед 3 РАБОЧЕГО.

Лир. Под трибунал. Жандармов сюда. Он саботажник.

Все удивлены. ОФИЦЕР уходит за жандармами.

Фонтанель. У меня промокли ноги.

Бодис. Она простудится, отец.

Лир. Кто свидетель?

Уоррингтон (указывает на Десятника) Ты!

Десятник. Он уронил топор, и прямо по голове. Я давно за ним наблюдаю, сэр. Отлынивает от работы, а еще -

Лир. Военнопленный?

Десятник. Никак нет. Из наших. Крестьянин.

Лир. Все ясно. Он мной недоволен. Я согнал его с земли.

Входит ОТДЕЛЕНИЕ ЖАНДАРМОВ с ОФИЦЕРОМ.

Офицер. Отделение — стой!

Лир. Я сам свидетель. Он убил рабочего на стене. Следовательно, он уже предатель. Но есть еще кое-что. Ты подкапывал сегодня ночью стену?

Бодис (со вздохом) Это можно легко проверить. У них ведь все время переклички.

Лир. Я начал строить эту стену еще молодым. У меня было много врагов, и я их бил, но их не становилось меньше. Как, спрошу я вас, я должен был отстаивать свободу моего народа? И тогда я выстроил эту стену, чтобы враги нас не беспокоили. Мой народ будет жить за этой стеной, когда меня уже не будет в живых. Пусть даже править вами станут дураки, но жить вы будете в мире — всегда. Моя стена даст вам свободу. Вот почему враги на наших границах — герцог Корнуолл и герцог Норт — пытаются помешать нам выстроить ее. Я даже не стану спрашивать его, на которого из них он работает — они друг друга стоят.

3 рабочий. Сэр -

Фонтанель (в сторону, Бодис) Слава богу, что мы о себе позаботились сами.

Офицер. Отделение, на огневую позицию, шагом — марш!

Лир (указывая на жандармское отделение) Им бы следовало работать на стене, они ползают как улитки. (Уоррингтону) Проследи за этим. Я спущусь к болоту.

Бодис. Отец, если ты убьешь этого человека, ты поступишь несправедливо.

Лир. Дорогая моя, ты хочешь помочь мне, но позволь мне самому решать те вопросы, в которых я разбираюсь. Слушай, и учись.

Бодис. Чему тут учиться? Глупо убивать человека из-за такой мелочи. Это был несчастный случай. Только и всего.

Лир (понизив голос) Конечно, это был несчастный случай. Но работа идет слишком медленно. Я должен что-то делать. Чтобы офицеры шевелились и заставляли людей работать. Я для того и приехал, иначе визит мой не имел бы смысла. А саботажники здесь есть, и в этом человеке и впрямь есть что-то подозрительное -

Бодис. Но что скажут люди! Они уже говорят, что ты ведешь себя как мальчишка, как старая дева -

Лир. Чего они ждут? Жестоко заставлять его ждать.

Офицер. Сэр… вы…

Уоррингтон. Отойдите в сторону, сэр.

ЛИР уходит с линии огня.

Бодис (громко) Слушайте меня. Я заявляю при всех, что не несу ответственности за происходящее.

Лир. Запомни, Бодис. Ты не должна так говорить в моем присутствии.

Фонтанель. А я согласна с тем, что говорит моя сестра.

Лир. О, мои бедные дети, вы слишком хороши для этого мира. (Всем прочим) Видите, как славно они станут править вами, когда я умру. Бодис, девочка моя, как хорошо, что ты такая добрая, такая милосердная; когда я умру, ты сможешь править так, как считаешь нужным — потому что у тебя будет моя стена. Ты будешь жить за каменной стеной. А у меня нет права ни на доброту, ни на милосердие. Я должен эту самую стену выстроить.

Бодис. Из-за такого пустяка, как это низко.

Лир. Я тебе все объяснил. Теперь ты должна понять!

Бодис. Какая мелочность, какая низость -

Лир. Я тебе все объяснил.

Бодис. Мелочность. И низость! Ты выдумываешь черт знает что. Герцог Корнуолл никакое не чудовище. Герцог Норт никогда и никому не клялся, что покончит с тобой. Я могу доказать каждое мое слово.

Лир. Они — мои заклятые враги. Я убил отцов, и сыновья просто обязаны ненавидеть меня. А когда я убил их отцов, там же, на поле боя, стоя среди мертвых тел, я поклялся убить и сыновей тоже! Теперь я слишком стар, они одурачили меня. Но им не захватить моей страны, им не выкопать костей моих из могилы, когда я умру. Никогда!

Фонтанель (к Бодис) Самое время сказать ему.

Бодис. Я собираюсь замуж за герцога Норта, а моя сестра собирается замуж за герцога Корнуолла.

Фонтанель. Он благороден. Он честен и заслуживает всяческого доверия. Я верю ему так, словно мы выросли вместе.

Бодис. Господи, ты боже мой! — да как же они будут тебе друзьями, если ты относишься к ним, как к врагам? Поэтому они тебе и угрожали: то была политическая необходимость. Ну, а теперь все это в прошлом! Теперь мы одна семья, и ты можешь срыть эту дурацкую стену — совсем. Вот так! (Смеется негромко) Тебе не придется делать из подданных рабов, чтобы они защищали тебя от твоих же зятьев.

Лир. Моих зятьев?

Фонтанель. Поздравь нас, отец, и благослови нас.

Бодис. Я выхожу за Норта.

Фонтанель. А я за Корнуолла.

Лир (указывает на третьего рабочего) Эй, привяжите его! Он падает!

Бодис. Теперь нет необходимости расстреливать его. В любом случае, наши мужья тебе этого и не позволят.

Фонтанель. Я знаю, с моим мужем ты прекрасно поладишь. Он очень чуткий, он знает, как вести себя со стариками.

Лир. Поставьте его прямо.

Бодис. Ты скоро их полюбишь, как собственных сыновей.

Лир. У меня нет сыновей. И дочерей у меня нет! (Пытается успокоиться) Скажите мне — (Останавливается озадаченный) — ты, значит, выходишь за Норта, а ты за — Нет, нет! Они обманули вас! Вы же не встречались с ними, нет? Когда вы встречались с ними? За моей спиной?

Фонтанель. Мы посылали друг другу фотографии, письма. Я многое могу сказать о человеке по выражению лица.

Лир. О, вот теперь я понял! Вы их не видели. Вы как дети, как слепые дети. Вы что, не понимаете, они же спят и видят, как бы пробраться за стену! Как волки в овчарню.

Бодис. Стена, стена, стена! Эту стену нужно срыть!

Фонтанель. Ну, конечно. Мой муж настаивает на этом, как на одном из условий брачного контракта.

Бодис (офицеру) Я приказываю вам не стрелять в этого человека. Наши мужья казнят любого, кто посмеет хоть пальцем до него дотронуться. Они предлагают нам мир, и мы не можем расстреливать невинного человека только потому, что нам показалось, что он их шпион!

Лир. Застрелите его!

Бодис. Не сметь!

Лир. Но это невозможно. Мой приказ должен быть исполнен!

Уоррингтон. Сэр, не следует так горячиться. Многого ли добьешься, проявляя твердость по пустякам. Давайте посадим его под арест. Соберется Тайный Совет. У нас есть более важные проблемы.

Лир. Мои приказы — не пустяки! А за какого герцога ты выходишь замуж? Кому ты меня продал?

Бодис. Если король ведет себя неразумно, ваша прямая обязанность — не подчиняться ему.

Уоррингтон. Мэм, вы только усугубляете дело. разрешите мне -

Лир (выхватывает у офицера пистолет и направляет дуло на жандармов) Огонь!

Бодис. Ну, так оно все и вышло. Врачи дано предупреждали нас. (Громко) Мой отец нездоров. Уоррингтон, уведите короля обратно в лагерь.

Фонтанель. Ему вообще не следовало выходить сегодня. Такая грязь. У меня просто ноги отваливаются.

Лир. Моим врагам не уничтожить дела моего! Этим людям я отдал всю мою жизнь. Я видел армии, с оружием в руках, по колено в крови, безумных женщин, кормивших пустою грудью мертвых младенцев, умирающих, которые вместо последнего вздоха плевали в меня кровью, славных наших парней в слезах — но я все это вынес! Когда я умру, мой народ будет помнить имя мое, нет — он преклонится пред именем моим! … Они — мое стадо, и если одна из овец потеряется, я горы сверну, чтобы вернуть ее. Я любил моих детей, всех, без исключения, и заботился о них, а вы, вы продали их врагам! (Он стреляет в 3 рабочего, и тело повисает на веревках, как будто в земном поклоне) Все времени больше нет, вы уже ничему не научитесь.

Бодис. Да, ты сам подпишешь свой приговор. Наши мужья не позволят тебе терроризировать этих людей — своих людей в недалеком будущем. Они защитят их от твоего безумия.

Лир. За работу! Заставьте ваших людей работать! Все на стену!

РАБОЧИЕ, СОЛДАТЫ и ДЕСЯТНИК уходят, унося с собой два трупа.

Я знал, что этим кончится! Я знал, что вы злоумышляете против меня! Я выстроил стену и против вас тоже, как против иных моих врагов! Вы, значит, собираетесь замуж? Вы сами уничтожили род свой. Не будет больше детей. Ваши мужья — импотенты. Это не пустые слова. Вы им писали? Мои шпионы знают больше! Вы ничего не добьетесь преступлением вашим. Вы же извращенки. Я не стану потворствовать вашим извращенным страстям. Ибо это и есть извращение — получать удовольствие от страданий ближнего. Мне жаль тех мужчин, которые взойдут к вам на ложе. Вы мечтали о них; стоило вам закрыть глаза, и они ложились рядом с вами — вы думаете, я этого не замечал? Где предел властолюбию вашему? Вы станете стариков вытряхивать из постелей, ломать детям ноги, драть у старух волосок за волоском, вы отправите молодых мужчин попрошайничать в холод и снег, покуда их жены не умрут в тоске и бесплодии — я стыжусь моих слез! Вы довели меня до этого. Народ рассудит между вами и мной.

ЛИР уходит. ИНЖЕНЕР и СТАРЫЙ СОВЕТНИК идут следом.

Уоррингтон. Мне очень жаль, мэм. Если бы вам угодно было выбрать другое время -

Фонтанель. Вам следовало увести его, как только вы получили приказ -

Бодис. Вы выдали себя. Что ж, пусть это послужит вам уроком. Учится никогда не поздно. Идите, и будьте с ним рядом. Мы дадим вам знать, что делать дальше.

УОРРИНГТОН и прочие уходят. БОДИС и ФОНТАНЕЛЬ остаются одни.

Сегодня же ночью мы должны присоединиться к нашим мужьям.

Фонтанель. Счастье, наконец-то счастье! Я всегда боялась его.

Бодис. Мы должны атаковать прежде, чем стена будет достроена. Я поговорю с мужем, и ты поговори со своим. Мы вчетвером составим Военный Совет. Мы должны помогать друг другу. До свиданья.

Фонтанель. До свиданья.

ДОЧЕРИ уходят.

Сцена 2

Плац-парад.

Трибуна. ЛИР, СТАРЫЙ СОВЕТНИК, УОРРИНГТОН, ЕПИСКОП, ВОЕННЫЕ СОВЕТНИКИ. Слышен шаг проходящих колонн, маршевая музыка, голоса командиров — на всем протяжении сцены. ЛИР стоит на трибуне, поднявши обе руки в жесте приветственном и благославляющем.

Лир. Привет восьмому полку! (Не опуская рук, Уоррингтону) Ты поведешь мой правый фланг и охватишь их справа. Потом я перейду в атаку по центру. Так я сокрушил их отцов. (Не опуская рук) Привет вам, боевые мои товарищи!

Уоррингтон. Мы ведь могли избежать этой войны. Мы уже не те, что прежде, сэр. Может, имело бы смысл отступить; пусть эти мальчишки сами решают, что им делать. Договоритесь с вашими дочерьми, чтобы они дали вам жить в мире в вашей собственной стране.

Лир. (Не опуская рук) Как я могу им довериться? Мои дочери объявлены вне закона, на них не распространяются даже права военнопленных. Их могут изнасиловать — или убить. Зачем привлекать их к суду? На их преступления никаких наших законов не хватит. И откуда взялась в них такая подлость?

Уоррингтон. Я дал вам совет, который обязан был дать по долгу службы. Но я горжусь, что вы его отвергли.

Лир (не опуская рук) Привет, мой славный девятый!

Уоррингтон. Я получил два письма, от обеих ваших дочерей, сэр. Обе они написали мне тайно, и каждая велела никому о письме не сообщать, другой в особенности.

Лир. Они хотят снестись со мной?

Уоррингтон. Нет, сэр. Каждая просит меня предать сначала вас, а потом — сестру. Обе обещают мне пост главнокомандующего и свою постель.

Лир. Они живут, как во сне! Они сделали правильный выбор, им следовало выходить замуж только за моих врагов. Молебен уже отслужили? Впрочем, не важно. (Он берет у Уоррингтона письма. Читает из одного несколько строк) «Он сумасшедший. Если он победит, кто гарантирует вам безопасность?» (Читает из другого) Он расправится с вами так же, как и с нами. (Снова поднимает руки) Привет, друзья мои, мой девятый! (Не опуская рук) Уоррингтон, если меня убьют или если я попаду к ним в руки, займи мое место и дострой стену.

Уоррингтон. Сэр. Эти сопляки вам в подметки не годятся. Вы сами видели вашу армию!

Епископ. Наши молитвы да пребудут с вами на поле брани, сэр. Господь благословит дело правое. Женщин, затевающих войну, Господь не примет.

Советник. Я нутром чую. Никогда не подводило. Эх, будь я помоложе!

Лир. Фанфары! Я чувствую запах победы!

Приветственные клики, фанфары. Все выходят.

Сцена 3

Военный Совет Дочерей.

Стол, стулья, карта. БОДИС, ФОНТАНЕЛЬ, НОРТ, КОРНУОЛЛ. БОДИС вяжет.

Норт. Мы разделим обязанности главнокомандующего.

Корнуолл. Согласен.

Норт. Мы должны угадать основное направление удара армии Лира.

Бодис. Он пошлет Уоррингтона в обходной маневр на правом фланге, а сам атакует в центре.

Корнуолл. Ты уверена, сестра?

Бодис. Он всегда так делал, а он большой консерватор.

КОРНУОЛЛ, НОРТ и БОДИС изучают карту. БОДИС не перестает вязать.

Фонтанель (в сторону) Я горько разочаровалась в своем муже. Да как он смел! Письма за него писал грамотей-слуга, а для фото позировал актер. Когда он на меня забирается ночью, меня душит такая ярость, что приходится считать до десяти. У него это занимает массу времени. Потом я жду, пока он уснет, и кончаю, как могу, сама. Мне на это времени нужно куда меньше. Я написала Уоррингтону и велела ему всех его людей пустить против Бодис, а мою армию оставить в покое — с войском Норта он справится быстро — а еще я заплатила одному лейтенанту, молоденький, и блондин, кстати, он застрелит моего мужа во время боя. А я выйду замуж за Уоррингтона, и он станет править вместо меня страной.

Норт (вглядываясь в карту) Они не смогут обойти эти горы.

Корнуолл. Не смогут.

Бодис (в сторону) Мой муж меня не разочаровал. Я ничего от него и не ожидала. Даже забавно, пожалуй, слушать, как он повизгивает на мне верхом, пытаясь заставить свой крохотный стручок войти в меня. А я лежу себе тихо, пока он визжит, и говорю себе: что ж, голубчик, ты мне за это заплатишь. Он видит — я улыбаюсь, я довольна, и приписывает это мужским своим достоинствам. Мужские достоинства! проще из камня выжать кровь, да и возни будет меньше. Я подкупила одного майора, из штабных, он его застрелит в бою — они ведь все продажны — а еще я написала Уоррингтону, чтобы он атаковал всеми силами ее. Ее он раздавит, а потом я выйду за Уоррингтона замуж и стану править страной его руками. И достанутся мне все три страны: от отца, от мужа и от сестрички со сватом.

Норт. До завтра.

Корнуолл. Хорошо. (Подходит к Фонтанель) Пойдем в постель. Я хочу твое тело, прежде чем рискнуть в бою жизнью.

Фонтанель. Дорогой мой. (В сторону) Я напою его. Он просто маленький напуганный мальчик, он боится драки. Всю ночь он будет возиться и хныкать. Уж лучше бы наблевал, что ли, я бы вытерла, и все.

Норт (к Бодис) Я хочу забраться с тобой в постель. Я должен чувствовать твой запах, когда пойду на поле боя.

Бодис. Конечно, Норт. (В сторону) Он должен доказать себе, что он мужчина, прежде чем идти играть в солдатики. Всю ночь он будет суетиться, пробовать, пробовать, пробовать, и опять у него ничего не выйдеть. Я помогу ему, и будет только хуже. К утру он не будет знать, на чьей стороне он, собственно, воюет. Что ж, тем лучше для майора.

Фонтанель. Доброго сна, сестра.

Бодис. И тебе того же.

Они выходят все.

Сцена 4

Тюремный двор.

Три солдата (1-й и еще два) в глубине сцены.

1 солдат. Сок' они нас тут еще мурыжить будут, а? Война-т' все, кранты, кончилась война. А домой не шлют ни фига.

Солдат. Им легче бздеть, чем нам нюхать. (Показывает за сцену) Ты поил его, нет?

1 солдат. Щас прям, брошусь.

Быстро входят БОДИС, ФОНТАНЕЛЬ и ОФИЦЕР.

Бодис. Что, отца взяли?

Офицер. Ему удалось уйти.

Фонтанель (топнув ногой) Черт! Все испортили!

Входит КОРНУОЛЛ.

(В сторону) Мой муж! Черт! Черт! Черт! Неужто лейтенант посмел меня выдать?

Корнуолл (целует Фонтанель) Виктория! Они дрались, как черти, но мы их разгромили!

Бодис (в сторону) Если б не я, лежать бы тебе сейчас мертвым, со всем твоим войском.

Входит НОРТ.

(В сторону) Черт! Мой муж!

Норт (целует Бодис) Твой враг повержен!

Фонтанель (Корнуоллу, с мольбой в голосе) А каковы у нас потери? Штаб весь цел?

Норт. У меня убили майора. он как раз беседовал с одним из лейтенантов Корнуолла перед боем -

Корнуолл. Молодой такой блондин. Фамилия у него была — Крэг, кажется.

Фонтанель. Да, я его помню.

Корнуолл. Первый же снаряд разорвался как раз между ними, и снес им обоим головы.

Бодис (в сторону) Ну, всего не предвидишь.

Норт. Уоррингтона мы посадили в клетку.

Бодис (в сторону) Теперь мне следует проявить осторожность. Атаковать войска сестры он не стал, и я не могу допустить, чтобы он заговорил, может всплыть мое письмо. Я приказала отрезать ему язык.

Корнуолл. Пойдем, послушаем, что он может сказать в свое оправдание.

Фонтанель. Постойте… (Норт и Корнуолл останавливаются) Он выкрикивал угрозы в наш адрес. Я не хотела, чтобы он подрывал боевой дух наших солдат. И я велела отрезать ему язык. Мне показалось, так будет лучше.

Корнуолл. О, мои солдаты просто посмеялись бы над ним, и все.

Бодис (в сторону) Что ж, судя по всему, голова у сестры работает не хуже моей. Впредь не следует верит ни единому ее слову.

Норт. Какая разница, его все равно казнят.

Бодис. Я распоряжусь сама, ладно? А ты иди, поблагодари наших доблестных солдат. (В сторону) Он может подать знак, пусть умрет молча.

Норт. Хорошо. Пойдем, Корнуолл.

КОРНУОЛЛ и НОРТ выходят, с ОФИЦЕРОМ вместе.

Бодис. Я рада, что они ушли. Мужчины после боя так сентиментальны. (1 солдату) Рядовой, вы на вид человек не глупый и сильный, вы хотели бы сделать карьеру?

1 солдат. Такточн'.

Фонтанель. И зубы хорошие.

Бодис. Избавьтесь от этих.

1 СОЛДАТ кивает головой, ДВА СОЛДАТА уходят.

Давайте его сюда.

1 СОЛДАТ выталкивает на авансцену УОРРИНГТОНА. Он растерзан, грязен и крепко связан.

1 солдат. Надо, чтоб он, эт', красиво помер, да? Без базара. Как вам его? Я один раз одному, в общем, меня дамы попросили посмотреть, я одному квас пускал, глотку порезал.

Фонтанель. Трудно так сразу выбрать.

Бодис (садится, достает свое вязание) Пусть выберет на свой вкус. (Вяжет)

1 солдат. Может, это, шкуру с него содрать? А я умею. Ток' одному здесь не справиться. Вдвоем надо. А то так его замесить?

Фонтанель. Вы только все говорите! Давайте же, черт побери!

1 солдат. Эт' ток' для начала. Я ж по понятиям, эт' ток' для начала. Вы, эт', станьте вон, в сторонке, щас будет цирк.

Фонтанель. Я хотела только -

Бодис (вяжет) Боже мой, заткнись, пусть он делает свое дело. (Кивает 1 солдату, чтобы тот продолжал)

1 солдат. Блдарю вас. мэм. Ну, дятел, позекаем, скок' надо будет времени, чтобы вывернуть тебя наизнанку, а?

Фонтанель. Вы это буквально?

1 солдат (бьет Уоррингтона) Гля, выдрючивается, погань. (Бьет его) Щас, мой генерал, я из тебя клоуна-т' сделаю. (Бьет его) Чего уставился, козел?

Фонтанель. Сапогом его! (1 солдат бьет его ногой) Прыгни на него! (Толкает 1 солдата в спину) Прыгни ему на голову!

1 солдат. Ручки, мэм, ручки! Кто его мочит, вы или я?

Бодис (вяжет) Одна лицевая, две изнаночные, одна лицевая.

Фонтанель. Подкинь его, пусть он ударится о землю. Я хочу слышать, как он ударится о землю.

1 солдат. Тяжеловато будет, эт' лебедку надо, чтоб его подкинуть -

Фонтанель. Делай что-нибудь! Не давай ему отдыха. О, Господи Иисусе, зачем я вырвала ему язык? Я хочу слышать, как он кричит!

1 солдат (рывком поднимает Уоррингтону голову) А вы, мисс, в глаза ему гляньте. Скок' радости, эт' сдохнуть можно.

Фонтанель. Ага, слезы и кровь. Хотела бы я, чтобы отец был здесь. пусть бы на него полюбовался. Посмотри на его руки. Смотри, как шевелятся. Что он там хватает, или он молится? Раздави ему руки!

1 СОЛДАТ и ФОНТАНЕЛЬ прыгают УОРРИНГТОНУ на ладони.

Убей его руки! Убей его ноги! Прыгни на него — на всего сразу! Он уже не может ударить в ответ. Смотри, руки у него, как крабы, которых бросили в кипяток! Убей их! Все убей! Убей его там, внутри! Пусть он сдохнет! Отец! отец! Я хочу сесть ему на легкие!

Бодис (вяжет) Лицевая, изнаночная, лицевая. Она и в школе такая была.

Фонтанель. Всегда хотелось посидеть у мужчины на легких. Дай мне. Дай мне его легкие.

Бодис (1 солдату) На колени.

1 солдат. Эт' вы мне?

Бодис. Быстро! (1 солдат встает на колени) Просите, чтобы я его не убивала.

1 солдат (непонимающе) Этого что ли? (В сторону) Ну и парочка — О, пощадите его, мэм!

Бодис (вяжет) Нет.

1 солдат. Видели б вы, как эт' у вас благородно получается. Пожалейте старичка, пожалейте одинокого старого пидора!

Бодис. Нет, не может быть, чтобы изнаночная. Наверно, в журнале ошибка.

Фонтанель. Ну, дайте же мне посидеть на его легких. Выньте их для меня.

Бодис. Я отказываю вам в вашей просьбе о помиловании. Это всегда доставляет мне наивысшее наслаждение. Поднимите его.

1 СОЛДАТ сажает лежащего УОРРИНГТОНА прямо.

Фонтанель. Смотри на рот. Он пытается что-то сказать. Господи. чего бы я только не отдала. чтобы его послушать. И зачем я вырвала ему язык?

1 солдат. Он спрашивает, а что, мол, дальше? По глазам видать.

Бодис (вытягивает из вязанья спицы и отдает вязанье Фонтанель) Подержи, и осторожней, пожалуйста.

1 солдат. Гля, как таращится!

Бодис. Мой долг известить вас о том -

1 солдат. Сидеть смирно! Смотреть на мэм, когда она говорит.

Бодис. Что в просьбе о помиловании вам отказано. Он не сможет ни говорить, ни писать, но он хитрый, он найдет массу иных способов распространять свои клеветнические измышления. Мы должны заставить его замолчать там, внутри. (Протыкает спицами Уоррингтону уши) Вот так, туда, сюда, обратно. Дуди-дуди-дуди-ду.

Фонтанель. Он видит мое лицо, но смеха не слышит!

Бодис. Чудно! как будто смотришь на бурю — и полная тишина.

Фонтанель. А теперь глаза.

Бодис. Нет… я думаю, не стоит. (1 солдату) Отвези его на грузовике подальше, развяжи и отпусти с миром. Пусть люди знают, что бывает с теми, кто пытается помочь отцу. (К Фонтанель) «Дайте мне посидеть на его легких». Ты, старый стервятник! Иди, полетай над полем боя.

Фонтанель. Не смей надо мной смеяться. Ты такая глупая. Ты ничего не понимаешь.

Бодис. Не думаю, чтобы мне очень уж хотелось тебя понять. (Отбирает у Фонтанель свое вязание) Ты мне половину петель спустила! (Идет со сцены) Пойдем, войну мы выиграли, но нам нельзя терять время, солнце еще высоко. надо посмотреть, чем там занимется мой муженек.

БОДИС и ФОНТАНЕЛЬ уходят. 1 СОЛДАТ помогает УОРРИНГТОНУ подняться и ведет его прочь.

1 солдат. Ну, эт', вставай, все уже! Падаль ходячая. Ты эт', зла-то на меня не держи, слышь, у тя своя работа, у меня своя. Если б нам с тобой завтра опять драться пришлось, глядишь, и я б тебе позавидовал. Жить захочешь, небось, оклемаешься.

Они выходят.

Сцена 5

Лес. Большая пустая тарелка и кувшин на пустой сцене.

Чуть дальше кусок хлеба. Входят ЛИР и СТАРЫЙ СОВЕТНИК.

Они оборваны, грязны, напуганы и очень устали.

Советник. Я знаю людей, сэр. Ваши дочери не так уж дурны. Отдайтесь в их руки. Они оценят ваше доверие.

Лир. Никогда. (Останавливается) Кувшин и тарелка. Пустые!

Советник. По крайней мере где-то рядом есть люди! А я-то уж думал, мы забрели на край света. Подождите здесь, сэр. Я схожу, посмотрю.

Лир. Нет, не оставляй меня!

Советник. Там может оказаться деревня, и я достану немного еды. Я буду осторожен, сэр. Сядьте, передохните пока.

СТАРЫЙ СОВЕТНИК уходит. ЛИР находит на земле хлеб.

Лир. Хлеб! Кто-то здесь ел, они все бросили и убежали. (Ест) Все, больше ничего нет.

ЛИР садится. он очень устал. В глубине сцены появляется УОРРИНГТОН. Он искалечен и движется странно, лицо его выглядит так, словно он перенес неудачную пластическую операцию. В руке он держит нож, тоже как-то неловко. Он заметил ЛИРА и приближается, прихрамывая, к нему сзади.

Мои дочери вынули хлеб из живота моего. Они растолкли его с моими слезами и криками голодных детей — и сожрали. Ночь — черная скатерть на их столе, а звезды — хлебные крошки, а я, я голодный пес, сижу на земле и вою. Я открываю рот, и они кладут мне на язык стертую медную монету. Они заперли двери склепа моего и велели мне сдохнуть. Кровь сочится из меня по капле, и они рисуют в ней пальцем. Я стар и слишком слаб, чтобы вылезти из этой могилы.

УОРРИНГТОН замечает кого-то и скрывается.

(Выглядывает) Идет кто-то, интересно, это дочери его послали?

Входит СЫН МОГИЛЬЩИКА Он несет хлеб и воду.

Нет, на нем нету крови. — Ты кто?

Сын могильщика. Я живу здесь рядом.

Лир. Это хлеб?

Сын могильщика. Да.

Лир. Он отравлен?

Сын могильщика. Нет.

Лир. Значит, его прислали не дочери. Они никогда не упустят случая отравить добрый хлеб. Для кого это?

Сын могильщика. Бродит тут один человек. Совсем дикий. Говорят, его ранили на войне.

Лир. Я голоден. Я знаю, что у тебя нет жалости на продажу, время военное, этого товара всегда не хватает, но ты можешь продать мне немного хлеба. Я заплачу. (Оглядывается) У моего приятеля есть деньги.

Сын могильщика. На, возьми. Тут немного. (Лир ест) Ты пришел издалека?

Лир. Нет.

Сын могильщика. А куда ты идешь?

Лир. Не знаю, пока не приду.

Сын могильщика. Так это был твой приятель, с палкой? Он тебя бросил, он спрашивал лошадь, чтобы добраться до города.

Лир. Предатель! Дайте ему дурную лошадь, и пусть он себе сломает шею!

Сын могильщика. Я не могу тебя тут бросить одного. Я думаю, лучше будет, если ты переночуешь у меня. А потом подумаешь, что тебе делать дальше.

Лир. У тебя? А дочери у тебя есть?

Сын могильщика. Нет.

Лир. Тогда я пойду. Не дочерей! В том месте, где он живет, дождь не бывает мокрым, а ветер холодным, и каждая яма кричит, едва ты занесешь над ней ногу.

СЫН МОГИЛЬЩИКА уводит ЛИРА.

Сцена 6

Дом СЫНА МОГИЛЬЩИКА. Добротный дом в глубине сцены.

Крыльцо. Колодец. Скамья, на ней лежанка. ЛИР и СЫН МОГИЛЬЩИКА сидят на земле.

Сын могильщика. Мой отец был деревенский могильщик. мне нравилось ему помогать, когда я был мальчишкой, он обучал меня своему ремеслу. Он не хотел, чтобы его хоронили на кладбище — кто же захочет быть похороненным на рабочем месте.

ЖЕНА СЫНА МОГИЛЬЩИКА выходит из дома с тремя мисками супа. она раздает миски и садится с СЫНОМ МОГИЛЬЩИКА рядом. Все трое едят.

Когда он умер, я нашел это место и стал копать ему могилу. И наткнулся на воду, вон, где колодец. И я тогда подумал: вот тебе вода, вот земля, может, не стоит всю оставшуюся жизнь рыть могилы? Я остался жить здесь и выстроил дом. (О супе) Совсем неплохо.

Лир (ест. Сам себе. Жена Сына могильщика смотрит на него) Мышь высунет голову из норки, и смотрит. Великан хочет съесть дракона, но у дракона в кармане нож.

Сын могильщика. Жена моя держит свиней. У меня две делянки, да и в лесу полно зверья. Тут за этим никто не смотрит. Еще?

ЛИР трясет головой. ЖЕНА уносит миски в дом.

По ночам сейчас жарко, и мы спим снаружи. Можешь спать в доме, если хочешь.

Лир. Я не могу спать один, с тех пор, как потерял армию.

Сын могильщика. Тогда спи здесь. (Указывает на колодец) Как лето наступило, колодец пересох. Пришлось вырыть его поглубже. Но теперь все в порядке, я добрался до самого источника.

Лир. Собаке понравилась подстилка, и дочери мои выгнали ее из конуры.

Сын могильщика. Свиньи нам ничего не стоят, я выгоняю их на день, они сами находят себе еду, а на ночь загоняю обратно. Они жиреют себе, а мне только и остается, что резать их время от времени. Ты не хочешь прогуляться? Я бы показал тебе, где я их держу. А потом — на боковую. я по утрам рано встаю. (Они поднимаются. Он кричит, к дому) Мы не долго. Найдешь еще одно одеяло? (Лиру) Обопрись на руку.

Лир. Нет. я знал однажды человека, он в половодье утоп на мосту.

ЛИР и СЫН МОГЛИЛЬЩИКА выходят. Через минуту появляется УОРРИНГТОН, в руке у него по-прежнему нож. Он наблюдал за ЛИРОМ, и сейчас глядит ему вслед. Видит в дверях движение, прячется. Из дому выходит ЖЕНА с одеялом. Она плачет, тихо, непрерывно, на ровной ноте, словно бы по привычке. Видит УОРРИНГТОНА.

Жена. Кыш! (Бросает в него одеялом) Нищие, попрошайки, старикашки пакостные!

Оглядывается в поисках чего-нибудь, чем кинуть.

Убегает в дом, рыдая в голос уже. Он прячется в колодец. ЖЕНА выбегает из дому с суповой миской наизготовку. УОРРИНГТОНА нет. Она садится на крыльцо и плачет, громко и горько. Вбегает СЫН МОГИЛЬЩИКА.

Сын могильщика. Что такое? С тобой все в порядке?

Жена (плачет) Твой дикий человек сюда приходил.

Сын могильщика. И что он сделал?

Входит ЛИР.

Лир. Тут никого нет.

Жена (плача) Конечно, нет. Он убежал.

Сын могильщика. Не плачь.

Жена (плачет) Я пытаюсь. Не получается.

Сын могильщика. Он просто пришел за своей едой. Утром схожу, покормлю его. Слушай, иди сюда, ложись. Ты вся дрожишь. (Он расстилает одеяло, кладет подушку) Давай, я тебя укрою.

Она ложится. Плачет уже не так громко.

Так-то лучше. (Лиру) Это все потому, что она беременная.

Лир. Бедная женщина.

Сын могильщика (уводит Лира на другой конец сцены) Нам лучше всем лечь сейчас спать, не будем ее тревожить. Ты можешь спать здесь. (Расстилает одеяло, кладет подушку) Тебе здесь будет славно. Доброй ночи.

СЫН МОГИЛЬЩИКА идет обратно К ЖЕНЕ и ложится с ней рядом. ЛИР садится на одеяло.

Лир (сам с собой) Ночь. Дочери мои вытряхивают тюрьмы, и скармливают людей мертвецам на кладбищах. Волк в ужасе крадется прочь и прячется меж крысами. Н-но, принц! Н-но, разбойник! Покажите фокус за кусочек мяса. Когда мертвецы наедятся, они уходят домой, по могилам, и спят. (Он ложится, в нелокой позе, и засыпает)

Жена (плачет) Обними меня. Успокой меня.

Сын могильщика (обнимает ее) Тебе нельзя волноваться. ты слишком много работаешь.

Жена. Не говори зря! Неправда!

Сын могильщика. Хорошо, не буду.

Жена. Ты мне не веришь.

Сын могильщика. Верю.

Жена. Не веришь. Я же вижу. Ну, почему я не могу сделать тебя счастливым?

Сын могильщика. Я счастлив.

Жена. Неправда. Ты сам знаешь, что это неправда. Я вот счастлива с тобой — отец говорил, что мне здесь будет плохо, а мне совсем не плохо, мне хорошо с тобой — но почему я не могу сделать тебя счастливым? Ты же привел сегодня этого человека! Первого встречного! Почему? Я боюсь, что-то дурное случится.

Сын могильщика. Не обращай на него внимания.

Жена. Ага, не обращай! Он же оборванец!

Сын могильщика. Скажу ему, он вымоется.

Жена. Вот видишь! Ты просто не понимаешь! Кто он такой?

Сын могильщика. Не знаю. Он сказал мне, что был офицером, но это неправда. Кто стал бы слушать его приказы!

Жена. И еще он говорит сам с собой. Я его боюсь.

Сын могильщика. Просто у него привычка такая. Он же совсем один. Все будет хорошо; я просто подумал, пусть тебе кто-нибудь поможет по хозяйству. Он может ходить за свиньями.

Жена. Я так и знала! Ты его попросишь остаться!

Сын могильщика. А как иначе? Он же помрет, один-то. Бедный одинокий старик — да разве я могу его прогнать? Кто за ним присмотрит? Я так не могу.

Жена. Какой же ты дурак! Ну да, пусть все сюда идут, кому не лень. У тебя никакого чувства ответственности.

Сын могильщика. Ответственность!

Лир. …Когда он отдал честь, я увидел кровь на ладони.

Жена. Слышишь?

Лир … Я спал утром долго потому, что умерли птицы…

Жена … Замолчал.

Сын могильщика. Все, спи. Ну, пожалуйста. Ради ребенка.

Тишина. Они засыпают все. Из колодца выбирается УОРРИНГТОН. В руке у него по-прежнему нож. Он подкрадывается к СЫНУ МОГИЛЬЩИКА и ЖЕНЕ, наклоняется над ними, разглядывает лица. Идет к ЛИРУ, останавливается. смотрит. Бросается на ЛИРА, рычит, бьет его ножом. ЛИР вскакивает на ноги.

Лир (все еще в полусне) Мои дочери — на помощь! Вот они! Стража! (Хватает Уоррингтона, таращится ему прямо в лицо) Что это?… Нет! Нет!

СЫН МОГИЛЬЩИКА подбегает к ЛИРУ, УОРРИНГТОН убегает.

Призрак!

Сын могильщика. Он ушел! Сбежал!

Лир. Призрак!

Жена. Это тот, дикий человек из леса! Я видела его!

Сын могильщика. Огня! (Жена бежит в дом) Он ранен! Воды! Тряпку! (Лиру) Твоя рука! Он тебя порезал.

Лир. Он мертвый! Я видел его лицо! Оно как камень! Я скоро умру!

ЖЕНА выходит с огнем.

Сын могильщика. Воды -

Жена. Давай его в дом! Тут снаружи небезопасно!

Сын могильщика (ведет лира к дому) Да-да. Принеси одеяла. Быстро. У него кровь идет.

Лир. Я умру! Я видел призрака. Я скоро умру. Поэтому он и вернулся. Я умру.

Сын могильщика. Острожно, тут ступеньки.

СЫН МОГИЛЬЩИКА уводит ЛИРА в дом. Жена собирает одеяла и уходит за ними следом.

Сцена 7

Там же. На следующий день. На сцене пусто. Входит СЫН МОГИЛЬЩИКА. Снимает шляпу, вешает ее на гвоздь в стене дома. С противоположной стороны входит ЖЕНА. В руках у нее скребок и корыто для свиней.

Жена. Он спит?

Сын могильщика. Не знаю. я только что вернулся.

Жена. Ты его не спрашивал про вчерашнюю ночь?

Сын могильщика. Нет, не успел еще. (Целует ее) Тебе получше.

Жена. Да. (Ставит скребок и корыто к стене дома) В колодце грязь, я утром стирала, заметила.

Сын могильщика. О, Господи! Попозже слазаю.

Входит ПЛОТНИК. Он высокий, смуглый, несет деревянный короб.

День добрый.

Плотник. День добрый.

Сын могильщика. Как ты?

Плотник. Не жалуюсь. Все дела.

Сын могильщика. А это что?

Плотник. Так, кое-что смастерил.

Сын могильщика. Рановато еще, ну да ладно, пойду загоню свиней.

СЫН МОГИЛЬЩИКА выходит.

Жена. Что это?

Плотник. Люлька. (Отдает люльку ей)

Жена. О!

Плотник. Он не станет возражать.

Жена. Какая красивая.

ПЛОТНИК садится, глядит на нее. Короткая пауза.

Он тут одного при доме оставил. Старика. Ты его в деревне раньше не видел?

Плотник. Нет. а кто он такой? Я поспрашиваю у людей, узнаю.

Жена. Он просто привел его, чтобы смотреть за свиньями. И зачем? Это же так глупо, так глупо…

Плотник (после еще одной недолгой паузы) Мне работа-то есть?

Жена. Нужно бы дверь подправить, но он и сам сделает.

Плотник. Да нет, я налажу. Я только инструмент в тележке оставил, там, на дороге. Пойду, схожу.

Сын могильщика (за сценой) Ай-йуу! Ай-йуу! Ай-йуу! (Взвизгивают свиньи, два или три раза)

Из дома выходит ЛИР.

Лир (озадаченно) Надо же, весь день проспал. Уже вечер. (Замечает Плотника) Кто это?

Жена. Один человек из деревни.

Лир. А. (Садится на люльку)

Плотник. Нет, не сюда!

Жена. Ты ее раздавишь!

Лир (встает) А где твой муж?

Жена. Сейчас придет. Я думаю, тебе лучше уйти, после вчерашнего.

Входит СЫН МОГИЛЬЩИКА.

Сын могильщика. Ну, как ты? А я, вроде, твой голос услышал. Дай посмотрю, что у тебя с рукой.

Жена. Смотри, что нам Джон принес.

Сын могильщика (глядит на люльку) Ну, просто чудо. Для ребенка. Спасибо. (Плотник встает) Нет, не уходи.

Плотник. Твоя жена хочет, чтобы я поправил ей дверь.

ПЛОТНИК уходит. СЫН МОГИЛЬЩИКА разглядывает ЛИРОВ порез.

Жена (поднимает люльку) Не глубоко.

Сын могильщика. Промыть надо.

ЖЕНА уходит с люлькой в руках.

Лир. Кто это?

Сын могильщика. Деревенский плотник. Он гробы делает, и люльки, и стулья чинит, все. Он славный человек. Ты его не бойся, он все время тут ходит. Он любит мою жену.

Лир. Я прошлой ночью видел призрака.

Сын могильщика (улыбается) Мой отец говорил, что их не бывает, а уж кому бы и знать, как не ему. Это был тот человек, из леса.

Лир. Понятно, понятно… Значит, мне приснилось. (Короткая пауза) Мне бы следовало всю мою жизнь прожить здесь.

Сын могильщика (разглядывает рану) Мне очень жаль. Болит?

Лир (он все еще смущен и озадачен) Мне и раньше случалось пропускать удары. Почти прошло уже. Куда хуже было, когда я к тебе пришел. Ты так хорошо ухаживаешь за мной. Я спал, как дитя, в тишине и покое, весь день. Я давно уже так не спал, уже и забыл, когда… Теперь я поправлюсь. Здесь так просто, и так хорошо. (Вдруг озлясь) Но куда я пойду теперь, как я буду жить, что со мной станет?

Сын могильщика. Оставайся здесь. Будешь ходить за свиньями. Платить я тебе не смогу, но будешь с нами есть и спать.

Лир. Нет. я принесу вам несчастье. Нет, нет. Я должен идти.

Сын могильщика. Послушай, а сколько с тобой было людей?

Лир. Немного.

Сын могильщика. Ну, так они не станут переворачивать все вверх дном ради старика и горстки людей, которые с ним были. Оставайся.

Лир. Я бы мог начать здесь новую жизнь. я мог бы забыть все те вещи, которые пугают меня — годы, потраченные зря, моих врагов, мой гнев, мои ошибки. Я был слишком доверчив, слишком кроток! Меня мучат сожаления — я должен их забыть, выбросить прочь! Да! — позволь мне остаться здесь и работать для тебя.

Сын могильщика. Вот и славно. Из тебя и впрямь может выйти толк, когда поосмотришься тут немного. Я смогу расчистить еще пару делянок. А солдат не бойся. Они слишком заняты поисками короля, чтобы еще и за тобой бегать. Ты знаешь, что они начали рушить стену?

Лир. Стену?

Сын могильщика. То так, то эдак, то так, то эдак. Король был сумасшедший. Он забрал всех мужчин из нашей деревни. А я спрятался. Они всю жизнь работали руками, но когда они попали на стену, через неделю стерли руки до крови.

Лир. Нет.

Сын могильщика. Или ты подохнешь от работы, или тебя расстреляют за то, что ты от работы отлыниваешь. Там была такая болезнь -

Лир. С ней пытались бороться.

Сын могильщика. «Стенная смерть». У них от грязи пухли ноги. И вонь, даже когда спишь, снится вонь! Как в могиле. Вот если бы его занесло сюда — уж я бы вспомнил старое свое ремесло и выкопал бы ему могилку! Когда работы шли тут, неподалеку, мы по ночам подкапывали стену. (Вздыхает) Давай лучше поговорим о чем-нибудь другом. (Лир перестает его слушать) С женой моей все наладится. Она поначалу будет на тебя немного дуться, но потом даже рада будет, что ты помогаешь нам… Все говорили, что мы — плохая пара, вместе, мол, не уживемся. И отец ее был против. Он никогда к нам не ходит. А я звал его. Я так не люблю, не хорошо так. Он священник, научил ее всему. Она умная, очень умная, а вот понять, как я живу, не может. У меня есть свой дом, свое хозяйство, жена — и каждую ночь я ей говорю, что люблю ее. Да разве я могу не быть счастливым? Она боится, что все вдруг переменится, дай ей волю, она построит вокруг забор и запрет весь мир снаружи.

ЖЕНА выходит из дома с длинной веревкой. Она натягивает ее в глубине сцены, поперек.

Короткая пауза.

Лир. Мне как-то приснился сон. Жил-был король, и в саду у него был фонтан. Огромный, как море. Однажды ночью из фонтана раздался стон, и на следующее утро король отправился взглянуть на него. Вся вода в фонтане была красная. Тогда он велел слугам вычерпать ее до дна, и когда они вычерпали море, под морем была пустыня. Король посмотрел вниз и увидел на песке меч и шлем.

ЖЕНА уходит в дом.

Тогда король -

Сын могильщика. Да, я знаю, что было дальше. Скоморох рассказывал на ярмарке.

ЛИР пристально на него смотрит. ЖЕНА выходит из дому с корзиной стирки.

Жена. Мне нужна вода, а вода грязная.

Сын могильщика (встает) Сейчас спущусь.

ЖЕНА берет от стены несколько кольев и начинает развешивать простыни и подпирать веревку кольями. СЫН МОГИЛЬЩИКА спускается в колодец и исчезает из виду.

Лир (Жене) Давай, я сделаю сам. Тебе нельзя напрягаться.

Она не отвечает, но ЛИР встает и начинает ей помогать. Простыни он вешает так, чтобы они как раз доставали до земли.

Жена (ставит подпорку) Кто этот дикий человек? Ты его узнал вчера ночью.

Лир (поднимает простыню) Нет. Мне это почудилось, во сне.

Жена (принимает простыню) Когда ты собираешься уходить?

Лир (приносит еще кольев) Твой муж попросил меня остаться у него.

Жена (ставит подпорку) Нет, ты не останешься. Ты мне не нравишься.

Лир (отдает ей подпорки) Я ему нужен. Он сам сказал.

Жена (берет подпорки) Мне не нужны здесь старые грязные попрошайки. У меня скоро будет ребенок. Мне нельзя волноваться.

Лир (расправляет простыню. Начинает злиться) Ты вешаешь криво.

Жена (ставит подпорку) Мне раз плюнуть, и он тебя выгонит.

Лир. Прямее.

Жена (ставит подпорку) Но я так не хочу. Я больше не спорю с ним, и не кричу, он так расстраивается каждый раз. Пожалуйста, уходи, и не говори ему, что это я тебя заставила.

Лир (поднимает простыню) А куда мне идти?

Жена (принимает простыню) А куда хочешь. Вольному — воля. Весь мир у твоих ног.

Лир. Он меня просил остаться! Нет, я не уйду! (Идет к колодцу) Он сам сказал, что я могу остаться. Он как сказал, так и будет. Я не могу быть один, я слишком старый. Я не могу ночевать в канавах, в сараях, клянчить объедки и наниматься в батраки за корку хлеба! Нет, я у мужичья на побегушках жить не стану! Это мои дочери тебя подослали! ТЫ уходи! Это ты тут все портишь! Ты нам не нужна! — (Останавливается вдруг и смотрит пристально на бадью)

Жена Что там такое?

Лир. Кровь.

Жена. Что?

Лир. Кровь. Кровь в воде. Уже видел где-то. (Кричит вниз, в колодец) Что ты там делаешь? Ты где?

Сын могильщика (за сценой) Что?

Жена. Вот, значит, где он прятался! (Кричит в колодец) Он прошлой ночью спрятался в колодце, — (Лиру) — а потом выбрался, хотел убить тебя и убежал.

Лир (в страхе) Нет. Слишком много крови… Он вернулся, он и сейчас там…

Тишина. Входят СЕРЖАНТ и ТРИ СОЛДАТА (2,3 и 4). У всех в руках винтовки.

2 солдат. Всем стоять. Хуже нет, ломать бабам ноги.

Сержант. Хату обыщите.

2 и 3 СОЛДАТЫ идут в дом.

Где остальные?

Лир. Тут больше никого нет. Вы ищите меня. Идемте.

Он трогается с места. 4 СОЛДАТ останавливает его.

Нет, нет! пойдемте.

4 солдат. Давай, колись, где все. Пора бы уж перестать врать-т' в твоем возрасте, а?

Сержант. Ну, давай, красавица, не упрямься, должен быть кто-то, кто тебе тут пузо вздул.

4 солдат. Да уж не этот, эт' точно.

2 СОЛДАТ выходит из дома.

2 солдат. Разе что ему б морковку в руки.

4 солдат. А что, с него станется, грязный старый пердун.

Жена. Уходите -

2 солдат (Сержанту) Пусто.

Жена. — он ушел, совсем.

Сержант. Врешь, кто ж от этакой телочки сам сбежит?

3 солдат (выходит из-за дома) Там, эт', свиньи, в общем.

Лир. Я за ними смотрю!

Сержант. Мы знаем, живет тут один парнишка.

Лир. Никого тут больше нет! Заберите меня.

Сын могильщика (за сценой) Он тут! Я его нашел!

СОЛДАТЫ переглядываются. Они озадачены.

Лир. Идем. Девчонка не знает, кто я такой. Я дам вам показания -

4 СОЛДАТ закрывает ЛИРУ рот рукой. Тишина.

Сын могильщика (за сценой) У него шея сломана.

2 СОЛДАТ указывает на колодец.

Сержант (наставляет на Лира винтовку) Давай, што-ньть скажи ему.

Лир (говорит в колодец) Да.

Сын могильщика (за сценой) Он мертвый. Я его подниму наверх. Кинь веревку.

СЕРЖАНТ кидает веревку. СОЛДАТЫ уходят за простыни, уводя с собой ЖЕНУ.

(за сценой, ближе) Осторожно.

ЛИР идет на заднюю часть сцены, садится на крыльцо или на скамейку. СЕРЖАНТ уходит за простыни. СЫН МОГИЛЬЩИКА выбирается из колодца, несет на себе УОРРИНГТОНА. С УОРРИНГТОНА капает.

Он упал. Умер, наверно, сразу. Господи! — да он дышит. У него на губах пузыри. Смотри! Ну, помоги мне!

Кладет УОРРИНГТОНА наземь. С того натекает лужа. СЫН МОГИЛЬЩИКА смотрит на ЛИРА. останавливается. Внезапно, в панике, кричит.

Корделия!

Из-за простыней выходят СЕРЖАНТ, 3,4 СОЛДАТЫ.

Корделия!

3 СОЛДАТ стреляет в него. Он шатается, идет вглубь сцены, к простыням. Голова опущена. Цепляется за простыню и стягивает ее с веревки. за ней стоит КОРДЕЛИЯ. Голова опущена, лицо закрыто руками. 2 СОЛДАТ готовится ее изнасиловать. СЫН МОГИЛЬЩИКА поворачивается медленно вокруг своей оси, наматывая на себя простыню. Стоит секунду молча, завернутый в белую простыню. Видна только голова. Голова откинута, глаза и рот открыты. Он стоит совершенно неподвижно. Внезапно на простыне расплывается большое красное пятно.

Сержант. Свиней зарежьте.

3 СОЛДАТ убегает.

4 солдат (глядя вниз, на Уоррингтона) Т-твою мать, гляньте-ка!

Сержант (2 солдату) Не здесь, в доме.

Лир. Она беременная.

2 солдат. Хорошо, если девка, трахну обеих сразу.

4 солдат (тычет дулом винтовки Уоррингтону в рот) Б-блин, какие пузырики!

За сценой визжат свиньи. 2 СОЛДАТ уводит КОРДЕЛИЮ в дом. СЫН МОГИЛЬЩИКА внезапно падает мертвым.

Сержант. Давай вниз его.

СЕРЖАНТ и 4 СОЛДАТ бросают УОРРИНГТОНА в колодец.

4 солдат. Ну, еще один.

Сержант. Взяли!

Они бросают СЫНА МОГИЛЬЩИКА в колодец.

А этого гони в машину.

СЕРЖАНТ уходит в дом.

4 солдат. Как потеха начинается, так в машину. А у меня на дедков не стоит, между прочим.

За сценой умолкают свиньи.

Лир (встает) Дом, сожгите и дом тоже! Вы застрелили мужа, зарезали скот, отравили колодец, изнасиловали жену, убили ребенка — вы просто обязаны сжечь дом! Вы же солдаты — вы должны исполнять свой долг! Мои дочери наградят вас. Ну, поджигайте! Поджигайте!

4 солдат. Заткнись и шевели ногами, ты!

4 СОЛДАТ уводит ЛИРА. Из-за дома выходит 3 СОЛДАТ.

Лир (уходя) Сожгите! Сожгите дом!

У 3 СОЛДАТА кровь на лице, на шее, на руках, на одежде и ботинках. В доме КОРДЕЛИЯ вскрикивает коротко, на высокой ноте.

3 солдат (бормочет безостановочно) А у меня, блин, ты щас свинской юшкой рыгать будешь, курва. Будет, по крайней мере, об чем матушке рассказать.

За ним идет ПЛОТНИК. в руке у него ящик с инструментом. Он вынимает из ящика стамеску.

(Видит Плотника) Эта…? (Тут же кричит, в сторону дома) Сержант!

ПЛОТНИК убивает его ударом стамески.

Плотник (смотрит в сторону дома) Значит, там еще есть.

ПЛОТНИК подбирает с земли винтовку 4 СОЛДАТА и входит в дом. Короткая пауза. Три винтовочных выстрела в доме.

Тишина.

Акт 2

Сцена 1

Зал суда. Входят НОРТ и КОРНУОЛЛ, переговариваются тихо, пока собирается суд. Входят СУДЬЯ, ПРИСТАВ, ПИСАРЬ и другие чиновники.

Корнуолл. Нашим Женам нужен смертный приговор.

Норт. Да.

Корнуолл. Я все думаю, а не слишком ли часто мы идем у них на поводу, они все хотят решать сами.

Норт. Бодис хорошая женщина. Но ей слишком долго пришлось в одиночку сносить все эти беды. Не слишком ли поздно учить ее верить людям.

Корнуолл. Они обе из одного теста. Мы поместим его в надежную тюрьму. Без нас ему крышка.

Входят БОДИС и ФОНТАНЕЛЬ. СУДЬЯ подходит к ним.

Бодис. Вы ознакомились с инструкциями.

Судья. Разумеется, мэм.

Бодис. Это процесс политический: политика есть высшая форма справедливости. Старый король безумец и оставлять его в живых опасно. Семейные чувства не помешают нам судить здраво. Я собрала здесь всех, кто, мягко говоря ему не по душе.

Фонтанель. Я сама буду давать свидетельские показания.

Бодис. Мы привяжем ему жестянку на хвост, пусть поболтает побольше, он сам себе подпишет смертный приговор. Если подвернется случай, подпустите ему шпильку-другую, но не слишком явно.

Судья. Я понимаю, мэм.

СУДЬЯ занимает свое место. Под конвоем вводят ЛИРА.

Бодис (к Фонтанель). Он совершенно изможден. Надо будет представить начальника тюрьмы к награде.

Судья. Вы — бывший король?

Лир. Ты знаешь кто я. Я дал тебе твой нынешний пост.

Судья. А эти леди — ваши дочери.

Лир. Нет

Судья. Они — ваши дочери.

Лир. Нет

Судья. Вы их не знаете?

Лир. Не видел их ни разу в жизни.

Судья. Садитесь. (Лир садится) Бывший король утверждает, что его дочери -

Лир. Они мне не дочери!

Фонтанель. Я буду говорить правду.

Судья. Мэм, попытайтесь заставить бывшего короля вспомнить вас.

Фонтанель. Отец, как-то раз вы нашли на поле битвы белую лошадь. Вы подарили ее мне, а потом она на льду сломала ногу. Ее привязали к дереву и застрелили. Бедная маленькая Фонтанель плакала.

Лир. Бедная лошадь.

Фонтанель. В другой раз я спросила вас, сколь высока должна быть стена. Вы подняли меня над головой и сказали, что и оттуда я не смогла бы через нее заглянуть.

Лир. Я всегда был точен. — Отведите меня обратно в тюрьму. Там люди чувствуют себя свободнее.

ФОНТАНЕЛЬ передергивает плечами и уходит на прежнее вое место, рядом с БОДИС. БОДИС улыбается ей, На свидетельское место выводят СТАРОГО МОРЯКА.

Старый моряк. Я клянусь говорить правду. Я не могу видеть. Я был моряком, и море ослепило меня. Я вижу чуть-чуть, но все как в тумане. Я учил вас ходить под парусом. Ваш голос не изменился. Вы вернулись потом, когда стали королем, и показывали мне ваших дочерей. Тогда я еще мог видеть. Это ваши дочери сэр.

Лир. Тебя лечили?

Старый моряк. Я уже семь лет как ослеп, сэр. Они говорят, что глаза-то у меня хорошие, вот только я через них не вижу ничего.

Лир. Есть кому присмотреть за тобой?

Старый моряк. Так точно, сэр. У меня славная дочь.

Лир. Иди домой и присматривай за ней хорошенько. Они быстро меняются, быстрее, чем ветер в море.

СТАРОГО МОРЯКА уводят. На свидетельское место выходит СТАРЫЙ СОВЕТНИК.

Советник. Я клянусь говорить правду. (Вынимает записную книжку) Сэр, вы знаете меня.

Лир. Насквозь.

Советник. (заглядывает в записную книжку) Я помог спастись вам при -

Лир. Ты побежал за мной следом, чтобы спасти собственную шкуру.

Советник. Вы не должны говорить теперь, что -

Лир. А когда ты понял, что со мной все кончено, удрал сюда, обратно.

Советник. Я исполнил свой долг, как человек сознательный -

Лир. Весьма признательны!

Советник. Сэр, когда я понял, что -

Лир. Меня все равно поймают -

Советник. — что вы не в своем уме -

Лир. — то ты меня предал! Неужто и среди стариков не осталось чести? Тебя испортили твои дети!

Бодис. Дайте ему мое зеркало! (В сторону, судье) Сумасшедшие пугаются собственного отражения.

ПРИСТАВ направляется к ней, но БОДИС проходит у него за спиной и подносит ЛИРУ зеркало.

Лир. Какой отвратительный голос! Это не голос моей дочери. Как цепью звякнули о тюремную стену. (Бодис всовывает ему в руку зеркало и возвращается на место) И ходит она так, словно кто-то дергается в мешке. (Лир взглядывает мельком на зеркало) Нет, это не король.

Судья. Сперва принесите присягу.

Лир. Ты не имеешь права сидеть здесь!

Судья. Принесите присягу.

Лир. Я посадил тебя суда, потому, что ты продажен!

Судья. Принесите присягу.

Лир. Король всегда под присягой! (Глядится в зеркало) Нет, это не король… Это железная клетка, а в ней сидит зверь. (Вглядывается пристальней) Нет, нет это не король! (Начинает вдруг делать резкие, беспорядочные жесты. Пристав отбирает у него зеркало) Кто запер зверя в клетке? Отпустите его. Вы видели его лицо за решеткой? Это несчастный зверь, у него на голове кровь, и слезы бегут по лицу. Кто его так? Он лошадь, а может быть, птица? Он лежит в пыли, и крылья сломаны. Кто сломал ему крылья? Кто отрезал ему руки, чтоб он не мог трясти решетку? Он мордой прижимается к стеклу. Кто запер зверя в стеклянной клетке? О Господи, в этом мире нет жалости. Вы оставили его слизывать с шерсти кровь в углу клетки, и ему негде даже укрыться от своих палачей. Ни норы, ни тени! Выпустите зверя из клетки! (Он хватает зеркало и, отвернув от себя, обводит его кругом) Смотрите! Смотрите! Сжальтесь над ним. Смотрите, как он когтями пытается открыть в клетке дверь. Он тянет ломаное тело по полу. Вы сами звери! Звери! Смотрите, вот он, забился в угол! Он дрожит, он напуган, он весь в порезах и слизывает кровь с боков. (Пристав опять забирает у Лира зеркало) Нет, нет! Куда они его, зачем? Не уносите его от меня! Что они собираются с ним сделать? О Господи, отдайте его мне! Я возьму его на руки, я буду гладить его и утирать ему кровь!

(Бодис берет у Пристава зеркало) Нет!

Бодис. Я буду протирать его каждый день и следить, чтобы оно не треснуло.

Лир. Тогда убейте его. Убейте! Убейте его. Не позволяйте ей его мучить. Я не могу жить, когда в мире столько боли.

Судья. Вы все убедились, король безумен.

Лир. Моих дочерей убили, а эти чудовища заняли их место! Я слышу крики их жертв, всех до единой, где же правосудие?

Бодис. Да! Именно! Я закрыла этого зверя в клетке, и я его оттуда не выпущу!

Фонтанель (смеется и подпрыгивает на стуле) Смотрите, заплакал!

Лир. Жестокость! Жестокость! Смотрите, они тащат зверя за волосы, куда они тащат его?

Бодис. (Писарю) Запишите все это.

Писарь. Уже записано, мэм.

Судья. Суд удаляется на совещание.

СУДЬЯ подходит к БОДИС и ФОНТАНЕЛЬ.

Судья. Лучше, чем я ожидал, мэм.

Бодис. Все шло строго по плану. Он должен быть приговорен к смертной казни, хотя не все еще решено окончательно. Всего доброго.

СУДЬЯ кланяется и выходит. БОДИС и ФОНТАНЕЛЬ одни.

Фонтанель. Все было решено — пока не вмешался твой муж.

Бодис. И твой! Держи его на коротком поводке! Их нужно обоих привести в чувство. Мужчины упрямы всегда, это их форма зрелости. У меня дурные новости. Мои осведомители выявили в каждой деревне агитаторов и недовольных. Будет серьезная драка — гражданская война.

Фонтанель. Ну, и прекрасно! Если это правда, уничтожим заразу в корне. Встретим опасность лицом к лицу. Ты знаешь, что всем этим сбродом командует женщина? По имени Корделия.

Бодис (в сторону) Да-да, у моей сестрицы собственная шпионская сеть. Власть ударила ей в голову. Головенку-то надо бы свернуть. Покуда всем ее шпионам я плачу больше, чем она, и ей известно только то, что я уже знаю. Но с этих пор доверять ей следует еще меньше. Если все пойдет, как надо, ее дни сочтены. (К Фонтанель) Ну что ж, нам лучше пойти и повидаться с мужьями. К этой компании нужно подготовиться как следует.

Фонтанель. Значит, все придется брать в свои руки!

Бодис. А в армии следует произвести чистку. Победа вредна для солдата. Она разлагает армию.

Сцена 2

Камера ЛИРА. Голо, пусто. Каменная скамья. 5 и 6 СОЛДАТЫ вводят ЛИРА. 6 СОЛДАТ бросает на пол тюфяк. 5 СОЛДАТ стоит в дверях. На ЛИРА они внимания не обращают.

5 солдат. Не самый худший способ зарабатывать на жизнь. Вот только, блин, вонища тут.

6 солдат. Не боись, не долго ищ' нюхать-т'.

5 солдат. Да уж, скоро загремим на фронт, со всей братвой, без нас-т' куда же.

6 солдат. Вычеркни этого придурка.

5 СОЛДАТ делает отметку в списке и ОБА СОЛДАТА уходят.

Лир. Я должен забыть! Я должен забыть!

Появляется ПРИЗРАК СЫНА МОГИЛЬЩИКА. Блеклая, обесцветившаяся одежда, бледная кожа. Запекшаяся кровь.

Призрак. Я слышал, как ты кричал.

Лир. Ты мертвый?

Призрак. Да.

Лир. Зверь сидит в клетке. Я должен выпустить его, а не то погибнет весь мир. Придет большое пламя, и высохнет вода повсюду. Люди сгорят, и ветер сметет их пепел в большие столбы, и смерчи будут ходить вокруг земли, круг за кругом, и так будет всегда! Нам нужно выпустить его! (Кричит, стучит в стену) Сюда! Волоки свою цепь. Сюда! Разбей ее! (В стену стучат с другой стороны) Что такое? Он здесь! Это конь!

Призрак. Нет, это другие заключенные.

Лир. Помоги мне!

Призрак. Какого зверя ты ищешь? Я здесь не видел зверей.

Лир. Где мои дочери! Они бы помогли мне!

Призрак. Хочешь, я позову их сюда.

Лир. Моих дочерей? Ты можешь их вызвать сюда?

Призрак. Да.

Лир. Давай! Ну, быстрее! (Призрак свистит негромко) Ну, где же они?

Призрак. Ты их увидишь. Погоди. (Снова свистит негромко)

Появляется ПРИЗРАК ФОНТАНЕЛЬ.

Лир. Фонтанель!

ПРИЗРАК свистит. Появляется ПРИЗРАК БОДИС.

Бодис!

ПРИЗРАКИ ДОЧЕРЕЙ движутся поначалу медленно, словно бы во сне.

Фонтанель. Уложи мне волосы… Отец приедет сегодня домой.

Бодис. Мне надо надеть платье.

Фонтанель. Ну, ты одеваешься быстро! Уложи мне волосы. (Бодис принимается за ее волосы)

Лир. Дочери мои!

Бодис. Они хоронят солдат на погосте. Отец привез на телегах гробы. Смотри, на покровах снег. И лошадь лижет копыто.

Фонтанель. Я утром лежала в постели и глядела, как ветер играет шторой. Он тянет, тянет, тянет… А теперь я слышу этот страшный колокол.

Лир. Фонтанель, девочка моя маленькая. (Садится на каменную скамью) Иди, сядь ко мне.

Фонтанель. Нет.

Лир. Ко мне на колени. (Он сажает ее к себе на колени) Маленькая моя.

Бодис (прислушивается) Отец! Мне надо одеться! (Торопливо натягивает платье)

Лир. Так-то лучше.

Фонтанель. Слушай, ветер и колокол.

Лир (слюнявит палец и поднимает его вверх) Куда он дует? (Бодис справляется, наконец, с платьем и подходит к нему. Он указывает на нее) Сними это сейчас же.

Бодис. Нет.

Лир. Сними. Это платье твоей матери.

Бодис. Она умерла! И подарила платье мне!

Лир (указывает пальцем) Сними, говорю.

Бодис. Нет!

Лир. Сними, а не то навечно останешься в нем. (Притягивает ее к себе) Бодис! Бедное мое дитя, это все равно, что надеть ее саван.

БОДИС вскрикивает, глядя на ЛИРА. Входит БЕН, молодой надзиратель, в руках у него плошка и кружка. Он ставит их на пол.

Бен. Ты, эт`, не тяни резину, дед. Они пройдут через минуту, плошки соберут. А если жрачка не глянется, я тут не при чем, не обижайся. Я-тте тут не шеф-повар, я вроде как старший официант.

БЕН уходит. ПРИЗРАКИ ДОЧЕРЕЙ садятся на пол, рядом с ЛИРОМ и кладут ему головы на колени. Он гладит их волосы.

Бодис. Где это мы?

Лир. В тюрьме.

Бодис. А почему?

Лир. Я не знаю.

Бодис. Кто нас посадил сюда?

Лир. Я не знаю.

Фонтанель. Я боюсь.

Лир. Попробуй не бояться.

Бодис. Мы выберемся отсюда?

Лир. Да.

Бодис. Ты уверен?

Лир. Да, конечно.

Бодис. Если бы я могла еще надеяться! Но эта тюрьма, и боль -

Лир. Я знаю наверняка, все кончится. Все проходит, даже то, что остается. Дураки замолчат. Мы не станем таскать с собой наших мертвых, и детей перестанем водить вместо школы на кладбище. Палачи, министры, попы потеряют работу. И мы будем встречаться на улице и не вздрагивать, вспомнив, что мы друг с другом сделали.

Бодис. Так спокойно сейчас.

Фонтанель. И тихо.

Лир. Зверь сбежит из клетки, и ляжет в поле, и побежит вдоль реки, и вычистит шкуру на солнце, и заляжет в нору спать, с вечера до утра.

Входят ТРИ СОЛДАТА (5,6 и 7) Ведут себя тихо и по-деловому.

5 солдат. Смари внимательно, и все запоминай, понял?

7 солдат. По`эл.

5 солдат. Под тюфяком и в углах. (6 солдат показывает, как делать обыск) Запомнил? Пять раз в день. Личные вещи оставляешь.

7 солдат. По`эл.

5 солдат. Давай, пошмонай сам.

7 солдат. Када вам туда-т`.

6 солдат. Завтра, с утреца. Хоть ноги сделаем из этой дыры, и то хлеб.

7 солдат. Уж лучче тут, чем задницу под пули подставлять.

5 солдат. Кто знат. Када война — всяк` задница мишенька.

7 солдат (кончает искать) По`эл.

5 солдат. Все? Иди, эт`, акт подмахни.

7 солдат. По`эл. (Подходит, чтобы подписать акт)

5 солдат. А под тюфяком смотрел, чуня?

7 солдат. А, по`эл.

5 солдат. Ну, так иди, глянь под тюфяк.

7 солдат (смотрит под тюфяк) По`эл.

5 солдат. А теперь иди, ставь закорючку.

7 солдат. По`эл. (Подписывает акт)

5 солдат. Порядок!.. (Когда 7 солдат закончил) Все, давай, топаем в следующую.

ТРИ СОЛДАТА уходят.

Бодис. Слушай. (Встает)

Лир. Куда ты?

Бодис. Мать умерла. Я должна подать им чай. Они звонят в колокольчик.

Лир. Останься здесь.

Фонтанель. Они ждут. За гробами такая очередь. И все стоят так тихо!

Лир. Останься здесь, и они не начнут. Мы можем все здесь остаться!

Призрак. Они должны идти! Ты не в силах удержать их!

Лир. Но мой рассудок! Мой рассудок!

ДОЧЕРИ уходят.

Послушай! Зверь скребется! У него в пасти кровь. Вся морда в крови. Он пытается рыть. Нашел что-то! (Падает на тюфяк без чувств)

Входит СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ.

Старый Надзиратель. Не шурудись, я тя не трону. Я за плошкой. (Видит, что еда не тронута) Ну, дела. Что, еще раз к тебе таскаться? Прошения там писать, апиляции, чтоб о тебе, в смысле, помнили, и чтоб мозги занять — эт' я понимаю, но жрать-то надо. Ну, брюху твому видней. (Доверительно) Я и сам из вашего брата, х-хе, внештатник. (Короткая пауза) Весь молодняк-то, их всех, засранцев, пинком под зад на фронт. Ну, и хрен с ними, пусть сгниют там, в окопах. Да на них и пули порядошной жалко. Я сам уж тыщу лет, как сюда попал, сотню тыщ, наверно. И не помню уже, как оно так получилось. Забыл. Я сток' слыхал всего, кого, за что, вот в башке у меня все и спуталось. Книгу, скажем, открою, там все записано, кто, за что — а я все эт` своими ушами слышал. Должна быть она, запись-т'. Ток` я теперь и не знаю, какая, значит, она будет моя. Убийство? Грабеж? Изнасилне? Хотел бы я знать. Просто чтоб на душе спокойней. Удвалетварить свой разум. Но теперь никто и не знает. Пропало все. Да-авно уже. Записи потерялись. Тому лет триста как. (Указывает на плошку) Ну, что, обождать мне? (Ответа нет) Ну, эт`, в общем, посетитель всегда прав.

СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ забирает плошку, кружку и уходит.

Лир. Зря я посмотрел. Я столько людей убил, и никогда не смотрел им в лица. А зверю посмотрел. Зря. Зря. Зря. Ни капли ума не осталось в этой старой голове. Какого цвета у меня волосы?

Призрак. Седые.

Лир. Я боюсь смотреть. На них была кровь, когда я провел по ним пальцами.

Призрак. Лир, можно мне остаться с тобой? Когда я умер, я попал в другое какое-то место. Не знаю, где это. Я ждал, и ничего не случилось. А потом я стал понемногу меняться, как тело в земле. Посмотри на мои руки, они как у старика. Высохли. Я же молодой, а живот у меня весь ссохся, и волосы поседели. Смотри, вот руки, да? Потрогай, какой я худой. (Лир не двигается) Ты боишься дотронуться до меня?

Лир. Нет.

Призрак. На, потрогай.

Лир (колеблется, потом дотрагивается до него) Да, худой.

Призрак. Я боюсь. Позволь мне остаться здесь, с тобой, пожалуйста.

Лир. Да, конечно, бедный мой мальчик. Ложись со мной рядом. Сюда. Я обниму тебя. Мы станем помогать друг другу. Плач, пока я буду спать, а когда уснешь ты, я стану глядеть на тебя и плакать. Мы будем спать по очереди. И звук людского голоса успокоит нас.

Сцена 3

Наблюдательный пост повстанцев. КОРДЕЛИЯ, несколько ПОВСТАНЦЕВ. ПИТ ухаживает за РАНЕНЫМ ПОВСТАНЦЕМ по имени ТЕРРИ. ЛЬЮИС стоит в глубине сцены, он на посту. 7 СОЛДАТ сидит на земле со связанными за спиной руками и без кепи. Рядом с ним СУТУЛЫЙ ПОВСТАНЕЦ с винтовкой. Другие ПОВСТАНЦЫ с винтовками. На них простая удобная одежда, ни мундиров, ни знаков отличия. Напряженное молчание.

Льюис. Идут.

Корделия. (расслабляется немного, подходит к РАНЕННОМУ ПОВСТАНЦУ) Ну, как он?

Пит. Ни лекарств, ни бинтов, ничего — как он?

Входит ПЛОТНИК с двумя другими ПОВСТАНЦАМИ. Они несут винтовки и узлы с чем-то тяжелым.

Плотник. Что тут была за стрельба?

Корделия. Их разведка напоролась прямо на нас. Все в порядке, тут они и остались.

Плотник. Чай, картошка, два одеяла. Денег не взяли. Они хотят к нам.

Корделия. Сколько их?

Плотник. Человек двадцать.

Корделия. Продовольствия себе возьмут?

Плотник. Да

Корделия. Захватим их когда пойдем через деревню. Мы почти готовы.

Плотник. (указывает на 7 солдата) Разведчик?

Корделия. Да. Остальных убили. С этим я сперва хотела поговорить. Терри подстрелили.

Плотник. Ба…

Двое только что прибывших ПОВСТАНЦЕВ торопливо пьют чай. Другие ПОВСТАНЦЫ уносят узлы за сцену. ПОВСТАНЕЦ приносит ПЛОТНИКУ кружку чая.

Корделия. (7 солдату) Где твоя часть?

7 солдат. Легч' спросить, чем сказать. Мы по прямой-т' не шли, а карты все американские. Я ж в городе родился — мне эти ваши поля, что Китай.

Корделия. Как долго вы шли?

7 солдат. Ну, эт' я могу сказать. Чуть рассвело, мы и вышли.

Плотник. (прихлебывая чай) До реки дошли.

7 солдат. Да, вчера как раз переправа была. По веревке — о, развлекушка! Там еще мост был, но крестьяне его, эт', сожгли, в общем. О, дела!

Корделия. Что у вас со снабжением?

7 солдат. Чухня, считай ничего. Раньше клево кормили. А теперь пожгли все. Мы тут через город шли. Тож' самое — одни головешки. Взять нечего. А местечко-то, было, видать ничего.

Корделия. Почему ты против нас воюешь?

7 солдат. Да я своих больше боюсь, чем ваших. Я бы давно уже ноги сделал, если б не боялся пулю в спину схлопотать. А в ваших я даже и не стрелял! Вы на меня-т' гляньте, я ж как вы, такой же точно. Если б родился тут где-ньть, за вас бы воевал, а что нет што-ли?

КОРДЕЛИЯ и ПЛОТНИК отходят в сторону.

Плотник. Давай возьмем его с собой.

Корделия. Он еще глупый совсем, куда бросило, там и барахтается. А кто его поймает, с тем и поболтает. Чтобы воевать так, как мы, нужна ненависть, пока в человеке нет ненависти, мы ему доверять не можем. А иначе, что в нем толку. (Сутулому солдату) Все, давай.

СУТУЛЫЙ СОЛДАТ и ЛЬЮИС поднимают 7 СОЛДАТА на ноги. Другой ПОВСТАНЕЦ занимает место ЛЬЮИСА на посту.

7 солдат. А, по'эл, трогаемся уже, да?

Все трое уходят ПЛОТНИК смотрит на РАНЕНОГО ПОВСТАНЦА

Плотник. Куда?

Пит. В живот.

Раненый повстанец. Да ладно вам, не шепчитесь. со мной проблем не будет. Нам же велено было умирать по возможности без шума. Не стонать, ни о чем не просить. Только другим мешаешь…

Корделия. Тебе нужно отдохнуть, а потом -

Раненый повстанец. Да, да, конечно. Если я умираю, это не значит, что со мной нужно обращаться как с ребенком. Дайте лучше воды попить.

Пит. Тебе нельзя.

Раненый повстанец. Забудь ты про мой живот. У меня в горле пересохло. (Плотник приносит ему воды) Ага. А теперь идите, собирайтесь.

Они оставляют его, собираются в путь.

Корделия (дозорному) Передай им, чтобы трогались. Держаться от дороги подальше.

ДОЗОРНЫЙ уходит

Раненый повстанец. Когда совсем стемнеет, представлю себе, что жена меня встречает, как они идут по дороге мне на встречу. Я дочку посадил на плечи, она меня за волосы тянет, а ей говорю, ах ты…

Пит. Чай будешь?

Плотник. Нет.

ПИТ выливает из котелка чай, пакует его.

Раненый повстанец. Она увидела птичку и спрашивает меня, это кто, а я говорю — кулик, хотя сам-то и не знаю… Кто жене скажет, что меня убили?

За сценой одиночный выстрел. Никто не реагирует.

Темно уже, и звезды… смотрите…

Возвращаются ЛЬЮИС и СУТУЛЫЙ ПОВСТАНЕЦ. Подбирают свои вещмешки.

Корделия. Когда мы к власти, необходимость в подобных вещах отпадет.

Уходят все, кроме Раненого повстанца.

Раненый повстанец. Звезды… Смотрите-ка… Одна… Другая… Третья…

Тишина.

Сцена 4

Штаб-квартира. За столом, опустив голову на руки, спит БОДИС. На столе разложены карта, бумаги, ручки, чернильница, учительский колокольчик. У стола лежит ее сумка для вязания, набитая бумагами. За сценой стук. БОДИС слышит, шевелится, но не встает. За сценой снова стук. БОДИС садится прямо, звонит один раз в колокольчик. Входит АДЬЮТАНТ.

Адьютант. Прибыла ваша сестра, мэм.

Бодис. Который час?

Адьютант. Два.

Бодис. Впусти ее.

АДЬЮТАНТ прглашает ФОНТАНЕЛЬ войти и уходит сам.

Фонтанель. Твой адьютант говорит, что наши мужья бежали!

Бодис. У них была сегодня встреча с Главвоенсоветом. Генералы уверены, что войну мы проиграли.

Фонтанель. Чушь. Мы же воюем с мужичьем.

Бодис. Генералы думают, что -

Фонтанель. Они не умеют думать! Компанию вели наши мужья, только поэтому мы и проиграли. Но если они и впрямь сбежали, теперь мы начнем выигрывать!

Бодис. Дурочка, ты что, так ничему до сих пор и не научилась? Я отправила за ними погоню. Они сейчас там, внизу.

Фонтанель. Зачем?

Бодис. Зачем? Нам нужны их армии.

Фонтанель. Да брось ты. Они бы и за нас дрались не хуже.

Бодис. Ради нас они бы и пальцем не шевельнули. Почему, ты думаешь, я столько времени терпела своего мужа?

Фонтанель. Терпела?

Бодис. В лицемерии будешь упражняться с кем-нибудь другим. Ты-то ведь своего даже и убить пыталась. Мне об этом сообщили мои осведомители, а они не врут. Только у них и сохранились в этой стране какие-то моральные устои.

Фонтанель (передергивает плечами) А, впрочем, мне все равно. Он перестал хныкать и пускать на мне по ночам слюни, и я сплю теперь, с кем хочу.

Бодис. Трудновато, должно быть, становится найти желающих.

Фонтанель (чуть погодя, негромко, но очень отчетливо) Н-ну что ж, зато я не бужу их среди ночи и не прошу подержать мою шерсть. А ты — ты потому и спишь одна?

Бодис. По крайней мере, они засыпают раньше, чем я. Подпиши вот это, пока не ушла.

Фонтанель. Что это?

Бодис. Приговоры. Нам придется управлять страной вдвоем — но администратор из тебя никудышный, лучше и не пробовать.

Фонтанель. Я подпишу только те из них, которые не противоречат моей воле. (Берет документ наугад) Что это такое?

Бодис. Смертный приговор — отцу.

Фонтанель. Где ручка?

Бодис (пока Фонтанель подписывает) Есть масса старых вопросов, которые оставлять открытыми политически неблагоразумно. Их уже давно следовало решить, но все, конечно же, досталось нам!

Фонтанель. А где он?

Бодис. Партию заключенных переводят сюда, в штаб-квартиру. Пришлось эвакуировать тюрьмы. Приговоры будут приведены в исполнение немедленно, как только они прибудут. Подпиши остальные.

Условный стук в дверь. БОДИС звонит один раз в колокольчик. ДВА АГЕНТА в штатском вводят ГЕРЦОГОВ КОРНУОЛЛА и НОРТА. Их явно допрашивали, но так, чтобы явных следов не осталось. Они без курток, поясов и шнурков. Они пытаются что-то сказать. БОДИС встает.

Молчать! Ни слова! Ничего объяснять не нужно. Мои осведомители узнали о вас больше, чем вы сами о себе знаете, хотя все это я знала и раньше.

Фонтанель. На костер их!

Бодис. Тихо! Вас будут держать в камерах до тех пор, пока не появится надобность показать вас публике, или до иного какого случая. (Норт открывает рот, пытается сказать что-то) Молчать! Пока вы будете на свободе, вас повсюду будут сопровождать мои агенты в штатском. Если вы хоть что-нибудь сделаете не так, вас тут же застрелят. (Норт открывает рот, пытаясь что-то сказать) Будешь ты молчать или нет! — Публично мы в таком случае объявим, что вы пали от руки врага.

Фонтанель. На костер их! Я суеверная, они принесут нам несчастье!

Бодис. Уведите их вниз.

ДВА АГЕНТА В ШТАТСКОМ уводят ГЕРЦОГОВ НОРТА и КОРНУОЛЛА со сцены.

Фонтанель. А что ты будешь делать с войной?

Бодис (звонит один раз в колокольчик) Иди-ка ты лучше обратно в постель. Не заставляй шофера ждать.

ФОНТАНЕЛЬ идет к двери и сталкивается со входящим АДЬЮТАНТОМ.

Фонтанель. Майор Пистон, не позволяйте моей сестре слишком загружать вас работой.

Адьютант. У нас очень много дел, мэм.

Фонтанель. Если она станет обижать вас, дайте мне знать.

Адьютант. Есть, мэм!

АДЬЮТАНТ выходит. БОДИС смотрит на карту.

Бодис. Война. Власть. (За сценой Фонтанель смеется коротко, потом так же коротко смеется Адьютант) Мне приходится ночи просиживать за этим столом, работать с сестрицей, вышагивать рядом с мужем. Ты, говорят, решила так-то и так-то, но я ничего не решаю. Мне навязывают мои решения. Я меняю людские судьбы, и что-то происходит — как будто гора движется, вперед и вперед, но вовсе не потому, что я приказала ей двигаться. Я приказала срыть стену, и я же приказала остановить работы — потому что люди нужны здесь. (Она стучит по карте кончиками пальцев одной руки) А теперь я должна их перебросить сюда и сюда — (Водит по карте указательным пальцем) — потому что карта эта — моя смирительная рубашка, и это все, на что я теперь способна. Я попалась, и крепко. (За сценой быстро бьют часы. Тишина. Она задумывается, о жизни, но это не самооценка, не рефлексия. Она пытается понять, что с ней произошло) Мне не нравилось быть девочкой, но по крайней мере я иногда бывала счастлива. Потом, когда я выросла, стало получше, я смогла быть сама собой — и меня больше не унижали. Я была почти свободна! Столько у меня было планов: в один прекрасный день я стану сама себе хозяйка! Теперь вся власть в моих руках … и я рабыня! Хуже! (Звонит в колокольчик, один раз) Пистон! — Я буду работать. Я воспользуюсь каждой ошибкой, которую допустят мои враги! (Звонит в колокольчик, один раз) Война вся состоит из случайностей! Мне и нужно-то всего немного удачи!

(Звонит в колокольчик, два раза) Пистон! Пистон!

(Берет со стола карту и идет к двери с ней вместе) Ты что, уснул там?

Она выходит.

Сцена 5

Проселочная дорога, на ней тюремный конвой. ЛИР и ЧЕТВЕРО ЗАКЛЮЧЕННЫХ, скованные вместе за шею, с завязанными глазами. У ЛИРА еще и кляп во рту. Их и стерегут ТРИ СОЛДАТА (8,9 и 10). Все усталые и грязные. Все, кроме ЛИРА переговариваются негромко и нервно. Вдалеке непрерывная артиллерийская перестрелка.

8 солдат. (смотрит на карту) Долбаная карта!

9 солдат. (оглядывается кругом) Все, кранты, заблудились!

8 солдат. Заткнись! (заключенным) Ну, живей, живей!

1 заключенный. (тихо) Я больше не могу идти.

2 заключенный. Обопрись на меня.

9 солдат. Живей!

3 заключенный. (2 заключенному) Да хрен бы с ним. Всяк свою норму знает.

10 солдат. Давай вперед.

2 заключенный. Нет. Они же его застрелят.

9 солдат. Мы тут, кажись, эт', были уже, обратно идем.

8 солдат. Стоять! (заключенные тут же останавливаются) Сесть! (Они садятся. 9 солдату) Смотайся-ка, оглядись. У тебя с чувством нюха все в порядке.

9 СОЛДАТ уходит. ЗАКЛЮЧЕННЫЕ пускают вкруговую фляжку с водой. Повязки с глаз не снимают.

4 заключенный. Я следующий.

8 солдат. (нагибается над картой, штудирует ее) Они ее, не иначе, для Крымской компании рисовали.

2 заключенный (поит 1 заключенного) Давай, я тебе подержу.

10 солдат. Я тебе говорил, сверни ее.

8 солдат. Так, откуда пушки лупят?

10 солдат. Да, вроде, то здесь, то там.

2 заключенный. Все, хватит.

1 заключенный. Спасибо тебе.

2 заключенный. Я попробую посмотреть, где мы. Закрой меня спереди.

4 заключенный. Сюда. (Ему передают фляжку. Она почти пустая) Сволочи! Там же нет ничего! (Пьет)

3 заключенный. Оставь чуток. (Забирает фляжку)

10 солдат (замечает, что 2 заключенный выглядывает из-под повязки) Э-эй, ты там, завязывай с этим делом!

8 солдат. Что такое?

2 заключенный. Нет, нет ничего.

10 солдат. Я видел, как ты зенки пялил.

2 заключенный. Да нет.

8 солдат. Он смотрел?

10 солдат. А то! Еще раз увижу, будешь пялиться сквозь дырочку во лбу, понял? Мне противник в жопу дышит. Мне с тобой, сынок, возиться некогда.

ОБА СОЛДАТА вновь склоняются над картой.

8 солдат (смотрит вдаль) Куда он провалился?

10 солдат. Только не вешай мне лапшу, что он заблудился. Может, и нам за ним следом?

8 солдат. (указывает на заключенных) А этих куда?

10 солдат. Кончим, или так бросим.

8 солдат. Погоди. Приказы лучше выполнять, пока совсем уж хреново не стало.

10 солдат (ворчит злобно) Скок' можно таскать туда-сюда эту падаль, пора бы и о собственной заднице подумать. (Вдруг зовет 9 солдата, негромко, но резко) Билли? (Тишина) Уши в задницу засунул. Спорим, смылся?

8 солдат. Билли? Ну, нет.

3 заключенный (вынимает у Лира изо рта кляп и подносит ко рту фляжку) Ну, давай, пей, ток' тихо.

Лир (отхлебывает глоток) Еще.

4 заключенный. Больше не припасли.

Лир. Я ничего не вижу.

3 заключенный. Нам завязали глаза.

Лир. Где мы?

10 солдат. Шутник. Кто ему затычку вынул, придурки?

Лир (громко и спокойно) Зачем они меня таскают с места на место? Зачем они тратят на меня свое время? Если они меня отпустят, я просто уйду и все. Тихо. Разве я могу им навредить? Они молодые, зачем они тратят свою жизнь на то, чтобы таскать за собой старика на веревке?

Перестрелка приближается

10 солдат. Слышишь, да? (Зовет, как раньше) Билли?

8 солдат. Кончай.

10 солдат. Я сбегаю, поищу его, а?

8 солдат. Я те сбегаю.

Лир. Я потерял его.

10 солдат. (заключенным) Последний раз предупреждаю, вы. Заткните ему пасть.

Лир. Как много голосов! Я должен его найти. Мне было так больно, вот здесь, в голове, а он мне помог, и боль ушла, теперь я должен ему помочь. Он потерялся. Я ему нужен. Что они с ним сделают теперь, когда меня нет рядом, и некому их отвлечь? Сынок! Сынок! Эй!

10 солдат. Ну, дед, ты щас дождешься!

Лир (встает) Сюда! Сюда!

4 заключенный. Остановите его! Он мне шею свернет!

8 солдат. Совсем старик спятил!

4 заключенный. Дай ему!

10 солдат. (подбегает к Лиру и всовывает ему в рот кляп) Я те сказал, заткнись дед. Во, теперь побазарь сам с собой. (Возвращается к 8 солдату, который все еще стоит с картой) Давай, цепляй пушку. Они меня достали.

8 солдат. Пускай побарахтаются еще чуток (Встает над картой на колени) Мы скорей всего де-т' тут.

Пауза. ЛИР мычит сквозь кляп. СОЛДАТЫ 8 и 10 медленно поднимают над головой руки — как мусульмане перед молитвой. Входит с поднятыми руками 9 СОЛДАТ. Несколько секунд они стоят так, в полном молчании. Входят ПЛОТНИК, ЛЬЮИС, ПИТ и другие ПОВСТАНЦЫ. Они движутся быстро, тихо, возбужденно.

Плотник. Они?

9 солдат. Ага.

ЛЬЮИС идет вглубь сцены, на наблюдательный пост.

ПОВСТАНЕЦ подбирает винтовки СОЛДАТ 8 и 10.

Плотник. Сколько человек ведете?

8 солдат. Вот все.

Плотник. Куда шли?

8 солдат. В штаб-квартиру. Эвакуировали этих вот.

Плотник. Нет больше штаб-квартиры.

4 заключенный (снимая с глаз повязку) Мы свободны. (Заключенные начинают двигаться суетливо, судорожно) Нам можно снять цепи?

Плотник. Нет. Пока политотдел с каждым из вас не разберется. (указывает на солдат 8, 9 и 10) Этих связать.

Троим СОЛДАТАМ связывают руки за спиной. ПЛОТНИК уходит на край сцены, свистит, подзывает кого-то жестом.

4 заключенный. Вы смело можете расковать меня. Я политический заключенный. На вашей стороне. Когда власть переменится я буду влиятельным человеком. Я замолвлю за вас слово, солдаты. Вы спасли мне жизнь.

С той стороны, куда свистел ПЛОТНИК, выходят ФОНТАНЕЛЬ и ПОВСТАНЕЦ. Руки у нее связаны за спиной. Она вся в грязи, растрепана, одежда порвана.

Плотник. Привяжи ее в хвосте.

Пит (привязывает Фонтанель к цепочке заключенных) Можно им снять с глаз повязки?

Плотник. Давай, если хочешь.

ЗАКЛЮЧЕННЫЕ снимают повязки, 3 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ снимает повязку с ЛИРА.

Лир. Снимите эту цепь. Руки у меня совсем белые. В них не осталось крови. Шея у меня как старая кожа. Попробуйте-ка теперь меня повесить, дудки! Я и жить-то не хочу, вот только паренек у меня. Кто станет за ним присматривать?

Фонтанель. Не привязывайте меня с ним рядом! (Рыдает от злости) О, господи, как это мерзко…

Лир. Кто там плачет? (Все так же спокойно. Он ее не узнает) Не стоит, дитя мое. Попроси их, но тихо. Ты женщина, ты должна знать, как делаются такие вещи. Кое-кто из них добр, кое-кто способен слушать.

Фонтанель. Ты глупый, глупый, злой дурак!

Лир. Не надо кричать. Все равно не будет толку. Здесь все кричат.

Плотник. Кто он такой? Я где-то его раньше видел.

8 солдат. Я тоже с ним не сто лет знаком. Ему кажется, что он король.

Плотник. Назвался бы Иисусом Христом, и то безопасней было б.

За сценой свистят.

Льюис. Все, тронулись (Свистит в ответ)

Пит. Встать. (Заключенные встают)

Фонтанель. Не ведите меня так. Люди будут швырять в меня камни, кричать. Они ненавидят меня. Я боюсь. У меня закружится голова, я стану сама визжать. Меня ни разу в жизни не унижали, я не знаю, как себя нужно вести. Помогите мне. Пожалуйста.

Лир. Не проси их о милости. Иди с ними. Будь смирной и не натягивай цепь.

Плотник. Следи за стариком. Он смутьян.

Лир. Мы пойдем степенно и тихо, и будем искать моего паренька. Он был ко мне очень добр. Он спас мой рассудок, когда я сошел с ума. И, если вам угодно знать правду, я причинил ему однажды большое зло, очень много зла. А он ни разу меня этим не попрекнул. Я должен заботиться о нем теперь. Ну, в дорогу, поищем его все вместе.

Они уходят в том направлении, откуда ЗАКЛЮЧЕННЫЕ пришли

Сцена 6

Вторая камера ЛИРА. Она темная, как первая. ЛИР, ФОНТАНЕЛЬ и ЗАКЛЮЧЕННЫЕ из их партии (кроме 4-го заключенного) сидят на земле. С потолка свисает голая электрическая лампочка. Она не горит. За сценой ружейный залп.

1 заключенный. (вскакивает на ноги) Они опять начали!

2 заключенный. Да нет. Они же сказали: на той неделе, один раз, и все. Они избавлялись тогда от нежелательных элементов. (Пытается говорить спокойно) Для паники повода нет.

СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ входит с ведром и ставит его в глубине сцены.

3 заключенный. Ясн' дело, они ж нас кормят. Стали бы они тратить жратву…

2 заключенный. (Старому Надзирателю) Что они там делают?

Старый Надзиратель. Была охота смотреть.

1 заключенный. Мы слышали стрельбу.

Старый Надзиратель. Может и слышали. Я уже лет сто как ничего не слышу.

3 заключенный. Кой хрен они нас тут держат? Давно бы уже разобрались во всем.

Старый Надзиратель. Ни те' приказов, ни бумаг, ни бланков, ни входящих, ни исходящих — никто и не знает, что делать-то.

СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ выходит, все едят, кроме ЛИРА и 1-го ЗАКЛЮЧЕННОГО. Те, что едят, глядят друг на друга голодными глазами. ФОНТАНЕЛЬ ест совсем чуть-чуть. ЛИР сидит на земле. Он по-прежнему спокоен и отстранен.

2 заключенный (о ведре) Тихо вы!

Входит ПРИЗРАК СЫНА МОГИЛЬЩИКА. Он белый и очень худой.

Лир. Где ты был? Тебе больно?

Призрак. Что? Я не знаю. Мне холодно. Смотри, какой я худой. Глянь на мои ноги. Я думаю, моя грудная клетка изнутри пустая. Где ты был?

Лир. Какие-то люди вывели нас из города, повели по дороге, а потом другие люди нас остановили и привели обратно. Мне было одиноко без тебя, и тоскливо, но я знал, что я тебя найду.

ЛИР и ПРИЗРАК садятся, опираясь друг на друга.

Призрак. Расскажи мне, что ты видел. Этот город — как могила. Я пытался за тобой идти, но когда мы вышли на открытое место, ветер стал слишком сильным и отнес меня обратно.

Лир. Там было столько неба. Я все глядел, глядел. Раньше я всегда смотрел ниже, на холмы, на обрывы по берегам рек, где могли затаиться враги. А земли, оказывается, всего-то узкая полоска, а все остальное — небо. Ты мне как сын теперь. Я бы хотел быть твоим отцом. Я бы хорошо за тобой смотрел.

Входят КОМЕНДАНТ, СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ и ТРИ СОЛДАТА (11,12 и 13). У СОЛДАТ винтовки.

Комендант. Что здесь делает пищевое ведро?

Старый Надзиратель. Их всегда об это время кормят. Как мне приказано, так я и делаю.

Комендант. Старый дурак. (Читает из списка) Ивенс.

3 заключенный. Тута.

Комендант. М-413. Вещи оставь. Л-37. Хьюит.

2 заключенный. Здесь.

Комендант. Х-257, Уэллстоун.

1 заключенный. Здесь.

Комендант. На выход.

11 солдат. Делать в шкуре дырочки.

2 заключенный. Мы попали не в тот список.

12 солдат. Ты мне об этом снаружи расскажешь.

3 заключенный. Мы же политические.

2 заключенный. Я был на вашей стороне. Я потому сюда и попал.

Комендант. Мы все выяснили. Вы все по уголовной. На выход, вас там ждут ваши приятели.

2 заключенный. Нет.

11 и 12 СОЛДАТЫ вытаскивают 2-го заключенного вон. Он по дороге еще раз выкрикивает «Нет!». КОМЕНДАНТ и 13 СОЛДАТ выводят 1 и 2 ЗАКЛЮЧЕННЫХ. СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ подбирает с пола объедки и бросает их обратно в ведро. ЛИР подходит к веду, чтобы поесть.

Старый Надзиратель. Разбрасывают жратву по всему полу.

Фонтанель. Сколько я себя помню, и куда бы ты ни попал, с тобой всегда приходили разорение, порча и боль. Ты живешь в своем собственном безумном мире, ты не слышишь меня. Ты мне всю жизнь поломал, а я тебе не могу даже сказать об этом. О господи, где же справедливость!

Лир. Н-да, немного они оставили.

За сценой ружейный залп.

Старый Надзиратель. Сделай то, сбегай туда, это достань, то принеси. Кончил, нет? (Забирает ведро). Никто и шагу правильно ступить не может, дожили. Было приличное заведение, а теперь, тьфу, бардак. (Поворачивается, чтобы уйти) Работай. Работай. Работай.

СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ выходит. ФОНТАНЕЛЬ подходит к ЛИРУ.

Фонтанель. Поговори с ними. Скажи, что ты знаешь что-то очень важное, государственной важности. Пообещай им что-нибудь. Все, что угодно. Заставь их — торговаться! — пусть они хотя бы начнут процесс! Отец, ради всего святого, придумай что-нибудь!

Лир. Ведро забрал. Я его всегда выскребаю.

Фонтанель. Бодис все еще сражается. Она их побьет, она такая. Помоги мне, отец. Если Бодис нас выручит, я стану заботиться о тебе. Теперь я тебя понимаю. Все, все забирай обратно. Видит бог, мне ничего не надо. Ну же, я для твоей пользы стараюсь. Отец, подумай. Попробуй. Поговори с ними, спорь с ними — у тебя так хорошо всегда получалось. Сядь. (Отбрасывает волосы у него с лица) Мы не должны друг на друга кричать. Я же люблю тебя. Я такая дура. Ага (Она смеется) — дура, дура! Но ты ведь понимаешь меня? Ну, что ты им скажешь?

Лир. Одно только небо.

Фонтанель. Ну, вспомни же! Вспомни!

Лир. И маленький клочок земли.

Входят ПЛОТНИК, КОМЕНДАНТ, СТАРЫЙ НАДЗИРАТЕЛЬ, 4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ и СОЛДАТЫ 11, 12, 13. На 4 ЗАКЛЮЧЕННОМ мятый темно-синий костюм в полосочку.

Комендант (солдатам, указывая на камеру) Эту сделаете отдельной, для семьи.

Фонтанель. Вы начинаете против нас процесс?

Плотник. Дело вашего отца все еще открыто. А ваше уже закрыто.

Фонтанель (спокойней) Если я подам аппеляцию, она, конечно, попадет к вам.

Плотник. Да.

Фонтанель. Моя сестра отомстит вам, если вы хоть пальцем до нас дотронетесь!

Плотник. Ее мы тоже взяли. И переводим ее сюда же.

За сценой ружейный залп.

Фонтанель (она опять очень возбуждена) Дайте мне яду. Какая вам разница, как я умру, если уж вы решили от меня избавиться. Неужто необходимо делать мне больно?

Плотник (качает головой) Нет. Я не могу долго здесь оставаться, я должен все увидеть собственными глазами. В мои обязанности входит идентифицировать тело.

12 СОЛДАТ стреляет ФОНТАНЕЛЬ в спину. Она сразу падает мертвой.

Комендант. Может быть, вы подождете в моем кабинете? Там теплее.

Плотник. Благодарю вас.

КОМЕНДАНТ и ПЛОТНИК устало уходят. 11 и 12 СОЛДАТЫ идут следом. Остаются ЛИР, 4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ, ПРИЗРАК и 13 СОЛДАТ. 13 СОЛДАТ помогает 4 ЗАКЛЮЧЕННОМУ установить раскладной столик.

4 заключенный. Давай ее сюда.

13 СОЛДАТ помогает 4 ЗАКЛЮЧЕННОМУ разложить тело ФОНТАНЕЛЬ на столе. Двигаются они тихо и без лишних движений. 4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ включает электрическую лампочку, как раз над столом. Манжеты белой рубашки он заворачивает поверх рукавов пиджака. ПРИЗРАК съеживается от страха и отворачивается. ЛИР пристально глядит на 4 ЗАКЛЮЧЕННОГО. Медленно встает. Начинает понимать, где он находится.

Призрак. Начинается.

Лир. Что?

Призрак. Ну же, Лир! Я заберу тебя отсюда! Мы отправимся в то место, где я потерялся!

Лир. Нет. Я столько раз спасался бегством, и становилось только хуже. Теперь я останусь. (Смотрит на 4 солдата)

4 заключенный (уверенным тоном) Я тут тюремный врач. Hам довелось встречаться в менее удачные времена. Я же говорил, что я в хороших отношениях с правительством. И мои бумаги это подтвердили. Я тут временно, жду, должны подойти еще другие бумаги, и тогда меня назначат на значительно более важный и ответственный пост. Ну, все готово.

Лир. Что ты делаешь?

4 заключенный. Небольшое вскрытие. Не полное. Мы знаем, от чего она умерла. Но даже и эту рутинную работу я делаю методически. Иначе, они считают, человеку нельзя доверять более серьезные вещи. Мои новые бумаги откроют передо мной очень широкие возможности.

Лир. Кто она была такая?

4 заключенный. Ваша дочь.

Лир. У меня была дочь?

4 заключенный. Да, так написано в ее учетной карточке. Вот ее желудок, а под ним кишечник. Я сделаю всего несколько надрезов, чтобы удовлетворить начальство.

Лир. И это моя дочь..? (Указывая) Вот это…?

4 заключенный. Желудок

Лир. А это?

4 заключенный. Легкие. Вы можете видеть причину смерти. Пуля прошла через легкие этой дамы.

Лир. Но где же… Она была жестокая, и злая, и жадная…

4 заключенный (показывает) Матка.

Лир. Столько крови, и все эти части собраны и пригнаны вместе так заботливо. Но где же, где…?

4 заключенный. А в чем вопрос?

Лир. Где зверь? Кровь тихая, как озеро. Где же…? Где…?

4 заключенный (к 13 солдату) О чем он спрашивает? (Ответа нет)

Лир. Она себе спит внутри, как лев, ягненок и дитя. Так все красиво. Я удивлен. Я никогда не видел ничего настолько прекрасного. Если бы я знал, как она прекрасна… Ее тело было изваяно рукой ребенка, так уверенно, и ничего нечистого в нем… Если бы я знал об этой красоте, о терпении и о заботе, как бы я любил ее.

ПРИЗРАК принимается плакать, но остается совершенно неподвижен.

Неужели я сотворил это сам — и разрушил?

11 и 12 СОЛДАТЫ приводят БОДИС. Она в грязи, растрепана, но явно пыталась вычистить одежду и привести в порядок волосы. Она старается выглядеть энергичной и собранной.

Бодис. Сюда? Ясно. Благодарю вас. Мое письмо отослано в адрес правительства?

11 солдат. Стоять здесь.

Бодис. Ясно. Благодарю вас. Мне нужно увидеться с кем-нибудь из начальства. Видите ли, мое письмо нуждается в комментариях. (Видит Лира) Ага, понятно, они посадили нас вместе. Хороший знак. Теперь я уверена, что действовать они будут так, как должно!

4 заключенный. Передай мне бланки. (13 солдат дает ему несколько бланков)

Бодис (изо всех сил пытается выказать заинтересованность) Что вы делаете?

Лир. Это твоя сестра.

Бодис. Нет.

Лир. Я погубил ее.

Бодис. Погубил? Нет! Нет! Я ничего не признаю. Мы хотели как лучше. Мы выполняли свой долг.

Лир. Я погубил ее! Я ничего не знал, ничего не видел, ничему не научился! Дурак! Дурак! Какой же я дурак! (Опускает руки в Фонтанель и вынимает их, покрытые темной кровью. Солдаты пытаются помешать ему, очень неловко и безуспешно) Смотри — вот моя мертвая дочь!

Бодис. Нет! Нет!

Лир. Смотри! Я убил ее! Ее кровь на моих руках! Погубитель! Убийца! А теперь я должен начать все сначала. Я должен пройти всю мою жизнь, шаг за шагом, я должен идти, устало и горько, я должен стать ребенком, голодным, нагим, дрожащим, и в крови, я должен открыть глаза и видеть!

Вбегает КОМЕНДАНТ, кричит, указывает на солдат.

Комендант. Вы! — Вы! — Что здесь происходит? Навести порядок, живо!

4 заключенный. Я пытался их остановить — саботажники! — но это же не отразится на моей петиции -

Входит ПЛОТНИК.

Бодис. Слава богу! Наконец-то! Я писала к вашей жене. Она вас ко мне и прислала. Она принимает наше предложение о сотрудничестве. Я была против войны. Я могу показать вам записи. Мой отец безумен, вы убедились сами — а довела его до этого моя сестра.

Плотник. Правительство не нашло в вашем деле смягчающих вину обстоятельств.

Бодис. Но — но вам же не все объяснили. Вы должны ознакомиться с фактами. Нет, я не жду, конечно, что вы возьмете и отпустите меня. Я причастна ко многим вещам. Я натворила массу глупостей. Я это признаю. Я отсижу столько, сколько положено. Я прекрасно вас понимаю.

Плотник. Вы приговорены к смертной казни.

Бодис. Нет! Вы не имеете права! Мной не должен заниматься ваш комитет! Я имею право на судебное разбирательство! Какими жестокими вы становитесь, дорвавшись до самой даже маленькой власти — когда вы будете обладать той полнотой власти, какой обладала я, вы будете просить людей принять ваши милости, чтобы бог не судил вас! (Падает на землю) Ну, пожалуйста! Пожалуйста! Пожалуйста!

Плотник. Ну, быстро.

12 СОЛДАТ заходит БОДИС за спину, с пистолетом наизготовку. Она замечает его, повисает на руке, бьется отчаянно. 11 и 13 СОЛДАТЫ ввязываются в драку. Они никак не могут поймать цель. 13 СОЛДАТ пристегивает штык. БОДИС кусает 11 СОЛДАТА.

11 солдат. А, с-сука!

11 СОЛДАТ бросает ее обратно на пол. Она ползет прочь, визжит.

Держи ее!

12 СОЛДАТ бьет ее ногой. 11 и 12 СОЛДАТЫ придавливают ее ботинками к полу. Она привстает и визжит.

Куда, блин! Стоять!

13 СОЛДАТ колет ее штыком, три раза. Короткая пауза. Она извивается снова. Он опять ударяет ее штыком. По телу пробегает дрожь, она умирает.

Плотник. Спасибо, ребята. Мне очень жаль.

13 солдат…Н-ну, курва.

Комендант. (Солдатам) Ребята, уберите все тут.

ПЛОТНИК поворачивается, чтобы уйти. КОМЕНДАНТ останавливает его. Пока КОМЕНДАНТ и ПЛОТНИК разговаривают, СОЛДАТЫ выносят ФОНТАНЕЛЬ, БОДИС и столик.

Комендант (он пытается надавить на Плотника) Мы должны закончить с этим делом. Остается один старик.

Плотник. Вы же знаете, я не могу. Моя жена против. Она его знала раньше.

Комендант. Я тут переговорил с тюремным врачом. Очень надежный человек, сэр. (Он подводит 4 заключенного) Насчет старика.

4 заключенный. Если его необходимо оставить живым -

Плотник. Я ведь уже объяснил, что -

4 заключенный. Я понял вас, сэр. Но его ведь можно, так сказать, политически обезвредить.

Плотник. Что это значит?

4 заключенный. Сумасшедшие часто калечат себя сами.

Плотник. Но только не убивать. Слишком будет явно.

4 заключенный. Только покалечим, и все.

Плотник. Ну, что ж, на войне всякое бывает.

Комендант. Понял.

КОМЕНДАНТ и ПЛОТНИК уходят.

4 заключенный. Это шанс, теперь на меня обратят внимание.

4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ уходит вглубь сцены, в темноту.

11 солдат. Она меня тяпнула. От змеиных укусов что помогает?

12 солдат (осматривая укус) Я бы прижег.

13 солдат. Не, эт' бешенство обеспечено.

4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ возвращается с кипой всякого инвентаря. ПРИЗРАК встает, смотрит молча. ЛИР неподвижен. Он явно не здесь.

4 заключенный. Вот так. (Подходит к Лиру) Доброе утро. Карета подана. Пожалуйте одеваться. (Лира заталкивают в смирительную рубашку. Он не мешает и не помогает) Скрестите ваши руки и возьмите в них знаки королевской власти. Теперь — пуговички. Этот противный ветер так и лезет в каждую дырку. Вы слишком долго пробыли здесь, чтобы подвергнуть себя воздействию свежего воздуха. (Лир садится на стул) Пристегните ремни. (Его ноги привязывают к ножкам стула) И, наконец, ваша корона, сэр. (На голову и на лицо ему надевают квадратной формы рамку. 4 заключенный отходит на шаг назад. Лир говорит.)

Лир. Вы снова сделали меня королем.

4 заключенный (вынимает инструменты) Это инструмент для удаления человеческих глаз. Я отработал его на собаках.

Лир. Нет-нет. Вы не должны трогать мои глаза. Мои глаза должны оставаться при мне.

4 заключенный. С помощью данного инструмента вы удаляете глаз, не повреждая его, и в дальнейшем его можно использовать в практических целях. Я сделал первый образец еще в детстве, а потом усовершенствовал его.

12 солдат. Давай, давай, не тяни резину.

4 заключенный. Вы, конечно, понимаете, это не орудие пытки, это научный инструмент. Смотрите, как он отодвигает веко, чтобы оставить его неповрежденным.

Лир. Нет… нет!

4 заключенный. Аккуратно и чисто. (Удаляет Лиру один глаз)

Лир. Аахх!

4 заключенный. Обратите внимание, как глаз перемещается в нижнюю камеру и попадает в смягчающий раствор кристаллов формальдегида. Будьте добры, еще один. (Удаляет Лиру второй глаз)

Лир. Аааххх!

4 заключенный (Разглядывает глаза в стеклянном контейнере) Прекрасно!

Лир (дергается на стуле) Аааххх! Солнце! Жжет мне глаза!

4 заключенный (Брызжет аэрозолью в глаза Лира) Это поможет образованию ткани и отпугнет мух. (Солдатам) Возьмите ведро и тряпку, уберите тут все.

4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ направляется к выходу

Лир. Аааххх! Как больно!

4 заключенный. Сидите тихо. Только хуже будет.

4 ЗАКЛЮЧЕННЫЙ уходит.

11 солдат. Давайте смоемся отсюда и дверь за собой закроем, а?

12 солдат. Он все равно тут весь пол уделает.

13 солдат. Тьфу, зараза, блин.

ТРИ СОЛДАТА уходят. Остаются ЛИР и ПРИЗРАК

Лир. Аааххх! В голове рык и грохот! Я вижу кровь. (Сплевывает) Кровь у меня во рту. (Дергается) Руки — развяжите мне руки, дайте мне убить себя.

Призрак. Лир.

Лир. Кто там еще! Что тебе нужно? Глаз тебе уже не достанется, но остальное — забирай! Убей меня! Убей меня!

Призрак. Нет — теперь люди будут добры к тебе. Теперь ты страдал довольно.

Лир. А, это ты. (Призрак начинает развязывать Лира) Скажи мне, что боль утихнет! Такая боль не может длиться долго! Ну, хватит, хватит, хватит!

Призрак. Она утихнет. Она еще будет иногда возвращаться, но ты научишься ее терпеть. Теперь, когда я тебе нужен, я могу с тобой остаться.

Лир. Вытри мне рот. Там кровь. Я наглотался крови.

Призрак. Вставай. Пожалуйста. (Лир с трудом поднимается на ноги) Иди так, как будто ты видишь. Попробуй. Мы пойдем обратно, ко мне домой. Там тихо, и там они оставят тебя, наконец, в покое.

Лир. (с трудом передвигая ноги) Уведи меня отсюда! Эта боль должна стихнуть. А-ах! (Ковыляет к выходу) Уведи меня куда-нибудь, где можно умереть!

Ковыляя, выходит, с ПРИЗРАКОМ вместе.

Сцена 7

У стены. Открытое поле. Быстро входят КРЕСТЬЯНИН, его ЖЕНА и СЫН. Они пересекают сцену в задней ее части. Они несут узлы.

Сын. Однак' побыстрей бы, а? Дело-т' к вечеру.

Жена крестьянина. Не гоношись. Иди первый, мы поспеем.

ЛИР ковыляет по авансцене, с ним ПРИЗРАК. У ЛИРА палка.

Лир. Где мы, где мы? Ветер жалит мне глаза. Они полны пыли.

Призрак. Мы у стены. Было бы проще идти по верху. Стой. Какие-то люди. Спрячемся в кустах?

Лир. Нет. Я должен просить милостыню.

ЛИР вынимает чашку для подаяния, просит.

Подайте Христа ради! Я не преступник, не судья мне выколол глаза. Подайте Христа ради.

КРЕСТЬЯНИН, его ЖЕНА и СЫН подходят к нему.

Крестьянин. День добрый, отец. (Смотрит на чашку. Сын делает жест отрицания) У нас пока нет для тебя ничего. Мы народ бедный, безземельный. Тут вот со мной жена моя, сынишка.

Лир. А можно мне передохнуть в вашем доме, я так устал.

Крестьянин. Был бы дом, и пригласили бы, и накормили, да только дома-то и нету. Как все вышло-то, господин хороший; когда старый король свихнулся, сюда мно-ого народу нашло. Король, он землю по обе стороны от стены освободил, тогда еще. А земля была — что масло. Ну мы ее и запахали, построились в общем.

Жена. А теперь они опять стену строят, власть-то переменилась.

Крестьянин. Ну, ребята пришли, солдаты, и с землицы-т' нас погнали. Теперь сгоняют всех в работные лагеря, чтобы стену, значит, строить. Так что нам бы поторапливаться, а то местов не будет.

Жена. И баб тоже, всех берут.

Крестьянин. А сынишку-т', вот, в солдаты определяют.

Жена. Там ему одежу справят, кормить тоже будут.

Лир. Но его же убьют в армии.

Жена. Ну, не всех ведь убивают-то.

Сын. Будет болтать. Солнце, вон, садится совсем. Идем, идем.

СЫН уходит.

Жена. Идем, идем, сынок.

КРЕСТЬЯНИН и ЖЕНА уходят за сыном следом

Лир. Я научился переносить слепоту, и не жаловаться, но я никогда не научусь переносить это. (Зовет) Дети мои! Эй!

ЛИР падает на колени.

Жена. (за сценой) Старичок-т' совсем упал.

Вбегают КРЕСТЬЯНИН, его ЖЕНА и СЫН

Лир. Я король! Я стою перед этой стеной на коленях. Сколько жизней я здесь положил? Идите. Идите куда хотите. Идите хоть на край света. Бегом бегите. Я с места не двинусь, пока вы не уйдете.

Жена. Вставай, дедушка.

Лир. Я слышал ваши голоса. Я никогда не видел в жизни человека бедного! Вы взяли у меня слишком много жалости, а если жалости не станет, я умру от скорби.

Сын. А дед-то, видать, большой фокусник.

Лир. Они одевают вас, они вас кормят — вы поэтому перестали видеть? Всякая жизнь ищет, где ей укрыться. Волк, лиса, лошадь, — они сбежали бы, они сохранили рассудок. Почему вы бежите мясникам навстречу? Почему?

Сын. Ладно, в лагере увидимся.

СЫН КРЕСТЬЯНИНА уходит.

Жена. Он сам хочет жить по-хорошему, дедушка, и своей головой.

Крестьянин. Эх, бедный. Ежели его куда привести, так они его прибьют, да и на цепь посадят. Пускай он лучше тут остается, он в полях-т' небось как дома. Пускай несет свой крест с миром.

КРЕСТЬЯНИН и ЖЕНА уходят.

Лир (с трудом поднимается на ноги) Люди губят себя и уверяют, что это их долг? Но так же нельзя! Разве можно так обращаться с людьми? Корделия сама не ведает, что творит! Я должен ей сказать — написать.

Призрак. Нет, нет, нет! Они никогда не слушают!

Лир. Но я не могу молчать! О, глаза мои! Я плакал, и раны опять открылись! Опять идет кровь! Быстрее, быстрее, помоги мне! Глаза мои, мои глаза! Я должен остановить ее, пока не умер!

ЛИР ковыляет со сцены прочь, опираясь на руку Призрака.

Акт 3

Сцена 1

Дом Сына Могильщика. Вид у него обветшалый, но явно жилой. Сцена ненадолго остается пустой. Входят ТОМАС и ДЖОН.

Томас (зовет) Мы вернулись! (Счастливо потягивается, зевает) Все кости трещат.

ДЖОН достает ведро воды из колодца, моется. Из дома выходят СЬЮЗЕН с ЛИРОМ. ТОМАС обнимает ее.

Сьюзен. Что, много было работы?

Лир. Есть новости из деревни?

Томас. Нет.

Лир. Никаких? (Томас ведет Лира к скамейке) Корделия должна была ответить на последнее мое письмо. Оно было сильнее прочих, я думал, уж на это она непременно должна ответить -

Томас. (успокаивает его) Я знаю, знаю.

Джон. Я ужинать буду в деревне, у родителей моей девчонки.

Сьюзен (она слегка задета) Что ж ты раньше не сказал. (Томасу) Сейчас, почти готово.

Томас. Я с голоду сейчас помру.

СЬЮЗЕН с ТОМАСОМ уходят в дом. ДЖОН выплескивает воду. Входит МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК. Он весь в грязи, оборван и напуган.

Маленький человек. Я тут — искал кой-кого. Вы нам водички не дадите?

ДЖОН кивает на кувшин у колодца. МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК шумно пьет.

Джон. Ты сбился с дороги.

Маленький человек (видит Лира) Ах, это вы, сэр. Вас-то я и искал, сэр. Они сказали — (Останавливается) Вы меня, должно быть, помните. Я был солдатом, сэр. Маленький смуглый такой человек. Волосы черные.

Лир. Как твоя фамилия?

Маленький человек. Ах, да можно Макферсон.

Джон. Как же ты дошел до такого-то?

Из дома выходит ТОМАС. Он кладет ЛИРУ руку на плечо.

Маленький человек. Дорога, знаете ли, дорога. Потому я такой и голодный.

Лир. Да, я, кажется, тебя помню. Если ты голоден, оставайся к обеду.

Маленький человек. Вот спасибо, спасибо вам.

Лир. Пусть съест порцию Джона. Он все равно собирается в деревню. Проведите его в дом.

ТОМАС проводит МАЛЕНЬКОГО ЧЕЛОВЕКА в дом. ТОМАС в дверях оборачивается.

Томас. (Лиру) Мы не можем оставить его здесь. Помимо всего прочего еды на всех не хватит.

Лир. Я ему скажу.

ТОМАС уходит в дом. Входит ПРИЗРАК. Он выглядит еще более худым и изможденным.

Призрак. Ты знаешь, что это за человек?

Лир. Солдат.

ДЖОН оборачивается и смотрит на ЛИРА.

Призрак. Ага, он беглый. И сдается мне, что этот дурак даже и не пытался запутать следы, шел днем, и каждого встречного спрашивал, где тебя найти. Они его быстро выследят. Держись от таких подальше! Тогда мы будем в безопасности.

Из дома выходит МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК.

Маленький человек. Не хотелось жить у бабы под каблуком. Как классно, что вы меня — (Останавливается) Я просто подумал, ради старых добрых времен… У нас в полку все про вас говорили, вот мол, клевыый мужик, мужик, мол, что надо.

Джон (надевает куртку) Я ушел.

ДЖОН уходит и МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК тут же садится на скамейку.

Маленький человек. Вот были времена, эт' да. (Смеется) Вот только счастья своего не знаешь. Классно тут, и место классное. Оч' вы хорошо, говорю, тут устроились — если принять во внимание, конечно.

Лир. Да.

Маленький человек. Притом, что и вкалывать наверно приходиться по-черному, да? Народу-то, шиш да маленько. Два мужика да телочка, так, да? (Ответа нет) И за вами тоже, небось, уход нужен, а как же? А за таким человеком грех не поухаживать. Вы это заслужили. Ага. Я барабанщиком был — да вы помните.

Лир. Извини. Я отвлекся. Я написал Корделии, но она не ответила. Да, нас здесь четверо. Они сюда перебрались, пока дом стоял пустой, а потом вернулся я, и они ухаживают за мной. Я думал, приду и умру, но нет, они спасли меня. Но лучше ты раскажи мне о своей жизни. Как ты жил, чем занимался.

Маленький человек. Да так, помаленьку. Ничего, в общем, интересного для человека вот вроде вас, к примеру. И говорить не стоит.

Лир. Но ты сражался на великих войнах, великие перемены в мире происходили при твоем участии.

Маленький человек. Как-как вы говорите?

Из дома выходят ТОМАС, МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК вскакивает.

Да-да местечко-т' ваше -

Томас. Откуда ты пришел?

Маленький человек. Ну, баба у меня кони бросила, я и остался, вольный казак. Я себе и говорю — в путь. Погляди на мир, покуда есть на что смотреть. Что ни ночь, другая постель, что ни утро, новая жизнь -

Томас. А вид-то у тебя почему такой?

Маленький человек. Ну, в общем. (Садится) Н-да, а почему вам, собственно, не сказать. Не хотел говорить — от правды одно растройство, людям-то. Но вы народ с понятием. Ограбили меня. Упыри такие, детишек своих готовы псам скормить, чтоб те не лаяли, право-слово -

Томас. Врет -

Маленький человек. Вот' те крест — да чтоб мне провалиться.

Томас. А я говорю, ты врешь!

Лир. Конечно врет! Ты что, сразу не понял?

Томас. Кто угодно мог его подослать! Он может быть опасен!

Маленький человек. Нет, нет, ну что вы. Опасен! (Со смехом) Видит бог, я и мухи не обижу.

Томас. Тогда — кто ты? Говори!

Маленький человек. Я к нему пришел, не к тебе!

Томас. Кто ты такой?

Маленький человек. А никто! Я со стены — у тебя что, мозги отсохли? Я сбежал. Не мог больше работать. За версту же видно, что я доходяга. Я кровью плевать начал. А меня — в штрафную команду. Плюс черный рынок… (Останавливается) А если ты пахать не можешь, они тебя не кормят, понял! Я и срыл оттуда. Черт знает, что на меня нашло. Моча в голову ударила. А теперь поздно уже, все!

Томас. А почему ты пришел сюда?

Маленький человек. Я сперва по кустам хоронился, но их там столько рыскало. Ну я и подумал. В лагерях народ пуганый, так что слухи-то до всех доходят. Ну, в общем, так я об вас и узнал.

Сьюзен (за сценой) Все готово!

Маленький человек. Я когда сюда пришел, я подумал — ну, а если эт' все брехня, треп дешевый, они ж тебя сдадут. Господи, ты боже мой, я чего и думать-то не знал. Ну и сказал, что вы меня раньше знали. Вы ж слепой, вот я и подумал -

Лир. А что за слухи ходили в лагере?

Маленький человек. Что вы хотите эт', армию там разогнать, стену взорвать к едрене фене, лагеря закрыть и распустить всех по домам. И кто сбежит, тому денег даете.

Томас. А что, это мысль.

Маленький человек. А мне на стене все равно не жить было.

Входит ДЖОН

Джон. Там солдаты идут по склону, вверх.

Лир. Уведите его в лес.

Томас. Лир!

Лир. Нет! Потом все скажешь. Спрячь его. Предупреди Сьюзен. Его здесь не было.

МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК хнычет. Томас бегом уводит его в дом.

Сядем. (Джон и Лир садятся. Пауза. Он говорит, чтобы заполнить молчание, чтобы выглядеть непринужденно) Девчонка-то ждать будет, наверное, в деревне.

Джон. Да. Опять опоздаю. То одно, то другое, а она раасстраивается…

Лир. Ты женишься на ней?

Джон. (прислушивается) Идут.

Лир. Ты уже спрашивал ее? Она ведь может и отказать.

Джон. Да нет, нет еще.

Входят ОФИЦЕР и три СОЛДАТА (14, 15, 16)

Лир, солдаты пришли.

Лир (кивает) Вам нужно что-нибудь? Воды или поесть?

Офицер. Есть здесь еще кто-нибудь?

Лир. В доме женщина, и еще один мужчина, но я не знаю, где он сейчас.

Офицер. Еще кто?

Лир. Никого.

Офицер (солдатам) Обыскать (14 и 15 солдаты заходят в дом. Джону) Ты кого-нибудь видел?

Лир. Он на делянке был, вернулся только что.

16 солдат (порывается идти) Лес прочесать, сэр?

Офицер (раздраженно) Тут его вовек не сыщешь.

Из дома выходит СЬЮЗЕН, стоит тихо.

(Лиру) Человек спрашивал в деревне, как вас найти. Маленький, смуглый.

Лир. Ну, если они ему объяснили дорогу, значит он появится. Я дам вам знать.

СОЛДАТЫ 14 и 15 выходят из дому.

14 солдат (качает головой) Пусто.

Офицер (Лиру) Что ж, хорошо. На будущее установим за вашим домом наблюдение.

ОФИЦЕР и ТРИ СОЛДАТА уходят.

Джон. Они уходят.

Лир. Пойди, проводи их.

ДЖОН уходит. СЬЮЗЕН идет в глубину сцены, зовет.

Сьюзен. Том! (Лиру) Нам они ничего не могут сделать. Мы же его сюда не звали. Я ему дам с собой немного еды. Если его поймают, он всегда может сказать, что украл ее.

Входит ТОМАС. СЬЮЗЕН подходит к нему.

Томас. Что тут было? Что они сказали?

Лир. Я не знаю. Я их не слушал. Просто солдаты. Не бог весть, какое начальство.

Томас. Нам нужно побыстрее от него избавиться. Если его здесь поймают, мы окажемся виноваты.

Входит БЕН, молодой надзиратель. Он грязен, растрепан, оборван, едва переводит дыхание. Все смотрят на него, молча.

Бен. Там, на дороге, солдаты. Я, блин, под конец, как крыса полз, на четырех мослах.

Входит МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК, смотрит.

(подходит к Лиру) Я присматривал за вами в камере, сэр. Я начальника одного отправил, куда подальше, ну, меня так далеко отправлять не стали, дальше стены-т' не отправили.

Лир. Да. Ты кормил меня в тюрьме. Ты можешь остаться здесь.

Томас. Нет!

Лир. Он может остаться.

Томас. Но нас же всех посадят. Скажут, что мы их поддерживаем! Они нас обвинят во всех смертных грехах! Это безумие!

Лир. А куда ему идти? Ты уходи, если боишься!

Томас. Упрямство наверное вперед тебя родилось, и глупость тоже.

Бен. (Лиру) Да, отец, ты же не рядовой какой зек. К тебе-то небось цепляться не будут.

Лир. Нет, не говори так. Я не король. У меня нет власти. Но ты можешь остаться. Вреда от тебя не будет. Теперь я голоден, уведите меня в дом. Я еще раз напишу Корделии. Она ведь добра хочет, ей бы только научиться видеть правильно. Уведите меня. Я пришел сюда, мне было холодно, я был голоден, я всех боялся. Меня отсюда не выгнали, и я не стану никого гннать. Пока у меня есть пища, они могут есть ее, а когда она выйдет вся они могут идти, если захотят. Но я отказывать никому не буду. Так я закончу жизнь свою. Скоро меня запрут в могиле, а до той поры эта дверь будет открыта. (Улыбается)

ЛИР и остальные идут к дому.

Маленький человек (идет следом. Говорит в сторону) Классно эт' все. Но на стене таких нет. А сюда тоже, всех-т' не прокормишь. Тут надо головой думать.

МАЛЕНЬКИЙ ЧЕЛОВЕК уходит за остальными следом в дом.

Сцена 2

Там же. Несколько месяцев спустя. Множество пришлого народа собралось послушать ЛИРА. ТОМАС выводит его из дома и поворачивает к людям лицом. Пока ЛИР проходит в переднюю часть сцены, некоторые из ЧУЖАКОВ говорят ему «Доброе утро», ЛИР улыбается им и говорит в ответ «Доброе утро». ТОМАС встает с ЛИРОМ рядом, ДЖОН — чуть поодаль. ЧУЖАКИ глядят уважительно.

Лир (к собравшимся) Человек проснулся рано утром и обнаружил, что потерял голос. Он отправился искать его, и когда он зашел в лес, там была птица, которая голос его и украла. Она пела так дивно, что человек этот сказал себе: «Теперь и я буду петь так же. Я стану богат и славен.» Он посадил птицу в клетку и сказал ей: «Как только я открою широко рот, ты пой.» Потом человек этот пошел к королю и сказал: «Я спою в честь вашего величества.» Но когда он открыл рот, птица смогла только стонать и плакать, она ведь сидела в клетке, и король велел человека этого высечь. Человек принес птицу домой, но и семья его не смогла вынести долго птичьи стоны и плач, и все его бросили. В конце концов человек пошел в лес и выпустил птицу из клетки. Но человек этот был уверен, что король поступил с ним неправильно, а потому бормотал себе часто под нос: «А король-то дурак», а поскольку голос его все еще оставался у птицы, она и стала петь об этом на весь лес, и скоро эту песню выучили все остальные птицы. Как-то раз король поехал на охоту и был удивлен и рассержен, услышав, что все птицы в лесу поют: «А король-то дурак». Он поймал ту птицу, с которой все началось, повыдергал ей перья, переломал ей крылья, а саму ее прибил гвоздями к ветке, всем прочим птицам в назидание. И лес замолчал. И точно так же, как голос того человека поселился у птицы, боль этой птицы передалась человеку. Он бегал по округе, мотая молча головой и топая ногами, и в конце концов его посадили в клетку. Там он и умер.

ЧУЖАКИ перешептываются.

Чужак. Скажи мне, Лир -

Томас. После, сейчас он должен отдохнуть.

ТОМАС уводит ЛИРА в сторону. ЧУЖАКИ разбиваются на кучки и говорят между собой. Кое-кто уходит.

Я хочу, чтобы ты отправил Бена обратно на стену.

Лир. Зачем?

Томас. Сотни людей собираются теперь, чтобы послушать тебя. Правительство долго этого терпеть не станет, они прихлопнут нас, и все! Нам нужна поддержка. Мы должны проникнуть в лагеря.

БЕН смотрел за ними внимательно, теперь он к ним подходит.

Бен. Он сказал тебе? Я пойду к ним и сдамся. Они определят меня в штрафную команду. меня будут бить, и морить голодом, и работать заставят, как лошадь. Может, я даже и умру, но по крайней мере смогу использовать то время, которое у меня там будет. Я помогу им создать организацию и подготовиться. Я принесу им надежду. Ты должен передать со мной послание, чтобы -

Лир. Если бы я увидел Иисуса на кресте, я бы на него плюнул.

Бен. Что?

Лир. Уведите меня.

Томас. Ты нас даже не слушал!

Бен. Выслушай нас!

Лир. Уведите меня!

ТОМАС ведет ЛИРА к дому. Некоторые из чужаков подходят и провожают его до дому. БЕН и ТОМАС молча друг на друга смотрят. СЬЮЗЕН обнимает ТОМАСА одной рукой, успокаивает его.

Томас. Вид у тебя усталый.

Сьюзен. Нет.

Томас (садится с ней вместе) Тебе не нужно так много работать.

Сьюзен. А я и не работаю много.

Томас (настоятельно) И не бегай ты за всеми этими людьми. Они сами в состоянии о себе позаботиться.

Сьюзен. Да они мне и не мешают. Вот только когда у нас будет ребенок -

Томас. Ты об этом не беспокойся. Они нам помогут, все.

Сьюзен. Домик у нас очень маленький, вот и все. Мне иногда так хочется поговорить с тобой, а тут все эти люди -

Томас. Поговорить о чем? Ты всегда можешь со мной поговорить.

Сьюзен. Да нет, я не знаю… В том смысле… (Замолкает)

Томас (он думает о Лире. Чуть погодя) Мы говорим с людьми, но мы не можем им помочь по-настоящему. Мы не должны их сюда пускать, если это все, на что мы способны. Опасно говорить правду, правда без силы всегда опасна. А мы должны драться! Свобода не есть идея, она — страсть! Если в тебе этого нет, ты будешь биться как рыба на песке, за лишний глоток воздуха.

Те ЧУЖАКИ, которые до того ушли, возвращаются бегом.

Чужаки (тихо и напряженно) Солдаты. Солдаты.

ТОМАС встает.

Томас. В чем дело?

Входят СТАРЫЙ СОВЕТНИК, ОФИЦЕР, и СОЛДАТЫ 14, 15 и 16.

Офицер (читает по бумаге) Россман — (Бен выходит вперед) — и — (Указывает на Маленького человека, который пытается улизнуть) — взять его — (солдаты 14 и 15 хватают Маленького человека) — Джонс -

Маленький человек. Так эт' не я! Я Симпсон!

Офицер. Я беру вас под стражу как дезертиров из трудовых лагерей.

Из дома выводят ЛИРА. Он стоит на ступеньках в окружении ЧУЖАКОВ.

Лир. Кто там? Что тебе нужно?

Офицер. Вы прячете беглых.

Лир. Я не спрашиваю моих друзей, откуда они пришли.

Бен. Пусть они меня заберут!

16 солдат. Заткнись!

Офицер. Я препровожу их под охраной в военную комендатуру округа.

Маленький человек (пытается пробиться к Лиру. Солдаты его останавливают) Бога ради, зачем я вам нужен? Я же доходяга! Я же работать не смогу! Я только у всех под ногами путаюсь. Бога ради, оставьте вы меня в покое!

Офицер. А тебя на работу и не отправят. Определенные экономические преступления были признаны тяжкими, с правом обратного действия. Ты обвиняешься в незаконных сделках на неорганизованном рынке. Приговор пересмотрен, является окончательным и обжалованию не подлежит.

Маленький человек (он сбит с толку) Ничего не понял.

Офицер. Ты — социальная язва. Тебя повесят.

Маленький человек (слабо) Но как же так. Со мной всегда обращались — И в документах у меня написано, сэр. Я не понимаю.

Лир. Подведите меня к нему. (Лира подводят к Офицеру. Он кладет ладонь Офицеру на руку) Ты ведь солдат, сынок, сколько смертей у тебя на совести? Не обременяй себя еще двумя. Иди обратно и скажи, что ты их не нашел.

Советник. Лир, каждое твое слово есть подстрекательство к измене.

Лир. Кто это? Кто здесь?

Советник. Я был у тебя министром -

Лир. Да — я тебя знаю.

Советник. Из уважения к возрасту твоему и к твоим страданиям Корделия терпела до сей поры твою деятельность, но теперь этому придется положить конец. В дальнейшем ты не будешь выступать публично или участвовать в каких-либо политических мероприятиях. Желающие посетить тебя будут сначала проходить собеседование в военной комендатуре округа. Все эти люди должны немедленно вернуться к месту постоянного проживания. Правительство назначит мужчину и женщину для ухода за тобой. Ты будешь жить в тишине и покое, как то и должно человеку твоих лет.

Лир. Ты в их новом правительстве?

Советник. Как и многие мои коллеги, я подписал присягу на верность новой власти. Я всегда служил моему народу. Я рассматриваю это как основную свою обязанность. Если мы разрушим административный аппарат, воцарится хаос.

Лир. Да, да, понятно — но ты же не повесишь этого человека из-за денег?

Маленький человек. Наверно, в записях ошибка… Точно, точно!

Офицер. Уведите его вниз, на дорогу.

Маленький человек (он совершенно потерялся. Кричит) Нет!

Лир (Советнику) Останови их.

Советник. Я к этому не имею ровным счетом никакого отношения. Я пришел поговорить с тобой.

Лир. Я понял. Дикари захватили мою власть. Вы совершаете преступления и называете их законом! Великан должен встать на цыпочки, чтобы доказать, что он не карлик! — Нет, зря я на тебя кричу, у тебя же столько дел, столько нужно всего наладить, исправить все мои ошибки, я же понимаю… Но он-то всего-навсего мелкий жулик! Маленький несчастный жулик! Подумай о тех преступлениях, которые ты совершаешь каждый божий день у себя в кабинете, изо дня в день, покуда они не превратятся в рутину, подумай, что тебе радости еще и в этом преступлении!

Советник. Меня послали поговорить с тобой, как старого друга, и вовсе не для того, чтобы ты оскорблял меня, Лир. Его отвезут обратно, на стену, и там повесят. И — если тебя интересует моя точка зрения — правильно сделают.

Лир. О, я знаю вашу точку зрения! Все, что ни есть на свете избитого, пустого, жестокого и низкого, без капли жалости и человеческого чувства — там ваша точка зрения, и вы еще этим гордитесь! Вы, добрые, достойные, честные, несгибаемые, законопслушные граждане, которые верят в порядок — когда умрет последний человек, это вы его убьете! Я жил с ворами и убийцами, их жестокости и жадности есть предел, но вы, достойные и честные, вы сожрете землю!

14 и 15 СОЛДАТЫ подталкивают МАЛЕНЬКОГО ЧЕЛОВЕКА к выходу.

Маленький человек. Нет — останови их!

Лир. Я ничего не могу сделать! Правительство безумно. Закон безумен.

Маленький человек (бросается к Лиру) Тогда зачем ты позволил мне прийти сюда и остаться здесь? О, Господи, я знаю, я иногда не лучший из детей твоих, и я не достоин — О, Господи, прошу тебя!

Лир. Я ничего не могу для тебя сделать.

Маленький человек. Тогда мне надо было остаться там, в дерьме, чтоб они застрелили меня сразу, как собаку. Я и жил, как собака, кой хрен тогда разница? И сейчас бы ничего уже не было. Зачем я мучился все это время?

МАЛЕНЬКОГО ЧЕЛОВЕКА уводят, он плачет. ОФИЦЕР, СТАРЫЙ СОВЕТНИК, БЕН и СОЛДАТЫ уходят с ним вместе. ЛИР начинает выталкивать ЧУЖАКОВ вон.

Лир. Отошлите их всех прочь!

Джон. Ты упадешь!

Лир (ковыляет, спотыкается, размахивает палкой) Отошлите их! Правительство отдало приказ. Власть открыла пасть и рявкнула. Убирайтесь! Что вы здесь делаете? Что я вам такое говорил? Здесь нечему учиться! Я дурак! Дурак! Убирайтесь отсюда!

Сьюзен (отворачивается) Боже мой.

Лир. Отошлите их прочь! Выкиньте их всех вон!

Томас. Они уходят. (Как можно тише говорит, обращаясь к чужакам) Обождите в деревне. Я поговорю с ним.

Лир. Убирайтесь! Убирайтесь! Я же сказал, гоните всех вон!

Чужаки уходят. Остаются ЛИР, ТОМАС, ДЖОН, СЬЮЗЕН.

Томас. Они ушли.

Лир. Убирайтесь! Убирайтесь все! Оставьте меня одного!

Томас. Нет! Я должен знать, о чем мне говорить с ними! Назад их не повернешь.

Лир. Убирайтесь вон! Вон! Вон! Вон! Что за дурак тут говорит еще со мной?

Джон. (Тянет Томаса) Пойдем.

Томас. Сядь! Я уйду, если ты сядешь!

Лир. Вон уходите… Вон.

ЛИР садится. ТОМАС, ДЖОН и СЬЮЗЕН уходят в дом.

Что я могу сделать? Я сбежал из тюрьмы, разрушил стены, ключ сломал и бросил в реку, и все-таки я заключенный. Я все это время бился головой о стену. Кругом стена. Я замурован в стене заживо. Неужели вся эта боль, и страдания будут длиться вечно? Неужели мы строим одни руины, и тратим наши жизни, чтобы создать пустыню, в которой жизни нет и быть не может? И некому объяснить мне все это, и не к кому мне обратиться за судом праведным! Я старый, уж я-то должен бы знать, как следует жить, а я ничего не знаю, ничего не могу, я сам — ничто.

Входит ПРИЗРАК, он стал еще тоньше, весь сморщенный и мертвенно-бледный.

Призрак. Глянь на мои руки! Они как клешни. Смотри, какой я худой.

Лир. А, это ты. Уходи и ты тоже. Убирайся. Все кончено. Здесь ничего больше нет, ничего. Ничего не осталось.

Призрак. Наоборот, здесь слишком всего много. Прогони этих людей. Пускай они научатся переносить свои страдания сами. Но нет, это слишком больно. Вот этого-то ты и не можешь вынести: они страдают, и никто за их страдания им не заплатит, не к кому обращаться за справедливостью.

Лир. Каждую ночь кто-то плачет под окнами, и вся моя жизнь идет насмарку. Я выхожу в темноту, но так ни разу никого и не встретил. Как же люди живут? Они хотят есть, и никто их не кормит, они зовут на помощь, и не приходит никто. А когда их голод становится невыносим, они кричат — и тогда шакалы и волки сбегаются на крик и рвут их на части.

Призрак. Да, и в этом мире ты должен научиться жить. Учись! Позволь мне отравить колодец.

Лир. Зачем?

Призрак. Тогда никто не сможет здесь жить, им придется оставить тебя одного. В лесу есть родник. Я буду каждый день водить тебя к нему, и ты будешь пить. Ляг. Смотри, как ты устал. Ложись.

ЛИР ложится.

Корделия придет завтра утром, и ты сможешь сказать ей, что знаешь, как решить проблему.

Становится темно. Лир спит на скамейке. Из дому с котомкой выходит Джон. Он пересекает сцену. К двери подходит СЬЮЗЕН, Он замечает ее, останавливается.

Сьюзен. Почему ты забрал свои вещи?

Джон. Идем со мной.

Сьюзен. Нет.

Джон. Я люблю тебя. А муж твой — уже нет. У него только Лир в голове.

Сьюзен (зло) Он меня любит.

Джон. Понятно. (Короткая пауза) Я не хотел ничего говорить, но ты вышла, и я сказал. Какая же ты красивая. Говорить-то в общем нечего, ты все про меня знаешь. Я буду ждать тебя в деревне. Если ты не придешь, женюсь на тамошней моей девчонке. Но несколько дней я буду ждать, и буду мучиться — всегда.

ДЖОН уходит. СЬЮЗЕН садится на ступеньки и начинает плакать, тихо, на ровной ноте. ТОМАС показывается в дверях за ее спиной.

Томас. Не плачь.

Сьюзен. Забери меня отсюда.

Томас. Я не могу его бросить сейчас. Это будет жестоко.

Сьюзен (все еще плачет) Я знаю, он сумасшедший. Ты не должен заставлять меня жить здесь, когда я в таком положении.

Томас (спокойно и тихо) Сегодняшнюю норму ты уже выплакала. Перестань, пойдем в дом.

ТОМАС уходит обратно в дом. СЬЮЗЕН перестает плакать и идет за ним следом.

Сцена 3

Лес. ЛИР один. Одет он не по-домашнему. Он идет на четвереньках. За сценой зло визжат свиньи. ЛИР встает. Входит ПРИЗРАК. Плоть его высохла, волосы спутаны, лицо — как морская раковина, в глазах — страх.

Призрак. Свиньи меня боятся. Чуть увидят меня — бегут.

Лир. Я собирал для них желуди. (Встает)

Призрак. В деревне солдаты. Это по твою душу. Ты отошлешь своих людей?

Лир. Нет.

Призрак. А я-то думал, ты обо всем об этом забыл: толпы, война, споры… Мы могли бы хорошо здесь жить. Я был когда-то счастлив, я знаю. Я бы водил тебя, и наблюдал, как ты стареешь, ты красиво стареешь, Лир…

Лир. Мы похоронили здесь твое тело. И Уоррингтона. Здесь под деревьями красиво. Мне казалось, здесь я придумаю, что мне сказать Корделии. Так и не придумал… Они пришли хоронить меня, а я все спрашиваю, как жить. Ты слышишь ветер?

Призрак. Нет. У меня что-то с головой. А ты слепой, потому и слух у тебя стал тоньше.

Лир. Да.

Призрак. Ты слышишь сову на холме?

Лир. Да.

Призрак А лису не слышишь.

Лир. Нет.

Призрак. Нет. (Начинает плакать)

Лир (слышит его плач) О чем ты?

Призрак. Потому что я мертвый. Я знаю, как нужно жить. А ты никогда не знал. Это было так просто, у меня здесь было все, чего я хотел. Иногда я пугался, как пугаются овцы, но страх не преследовал меня, он уходил… А теперь я мертв и боюсь смерти. Я таю потихоньку, и с головой у меня нелады… Пойду куда-нибудь, и вдруг очнусь возле дома, а то в полях… И так все чаще.

Входят КОРДЕЛИЯ и ПЛОТНИК.

Корделия. Лир. (Она берет на секунду Лира за руку.) Я привела с собой мужа.

Лир. Ты была у дома? Расстроилась?

Корделия. Нет. Я хотела на него взглянуть.

Лир. Как твои дела?

Корделия. Все в порядке. А твои? Тебе что-нибудь нужно?

Лир. Нет.

Корделия. Я пришла потому, что кабинет хочет судить тебя. Приговор может быть только один. Твоих дочерей мы убили. И каждому ясно, что между тобой и ними большой разницы нет.

Лир. Так и есть.

Корделия. Ты был здесь, когда они убили моего мужа. Я видела, как они его убивали. Я закрыла лицо руками, но пальцы раздвинулись, и я стала смотреть. Я смотрела, как они насиловали меня, как Джон их убил, как у меня был выкидыш. Я ничего не упустила. Я смотрела, и сказала себе: этим скотам пощады не видать. Мы построим новую жизнь, мы будем помогать друг другу. Правительство как раз эту новую жизнь и строит — ты должен перестать говорить и мешать нам.

Лир. Сделай так, чтобы люди перестали слушать.

Корделия. Я не могу. Ты говоришь именно то, что они хотят услышать.

Лир. Если это правда — если хоть некоторые из них хотят слушать — я должен говорить.

Корделия. Да, ты говоришь совсем как моя совесть. Но если слушать все, что говорит совесть, сойдешь с ума. Ты ничего не сможешь сделать — а сделать нужно очень много, и работа не из легких.

Призрак. Скажи ей, что я здесь. Заставь ее поговорить обо мне.

Лир. Перестань строить стену.

Корделия. Мы должны ее строить.

Лир. Значит, ничего не меняется. А революция должна менять!

Корделия. Но мы изменили все, все остальное!

Лир. Нет если вы снова строите стену! Сройте ее!

Корделия. Но наши враги, они тут же на нас нападут!

Лир. Стена погубит вас. Она вас уже губит. Как мне заставить вас видеть?

Призрак. Скажи ей, что я здесь. Скажи ей.

Плотник. Мы пришли сказать тебе кое-что, а не тебя выслушивать. Моя жена хочет тебе кое-что сказать.

Лир. Она стала такой же как все! И слушать будет так же, как прочие. Я не сходил с пути в сторону, чтобы вредить вам специально. Но я не стану молчать, когда ко мне приходят люди. А если вы помешаете им приходить ко мне — это же проще простого! — они будут знать, что я здесь, или что я был здесь когда-то! Я много выстрадал, я совершил все ошибки, какие только есть на свете, и я заплатил за каждую сполна. Меня они забыть не смогут. Я у них внутри. Чтобы убить меня, вам придется перебить их всех. Вот кто я такой. Послушай, Корделия. У вас есть два врага: один враг — ложь, и другой враг — правда. Вы приносите правду в жертву, чтобы уничтожить ложь, и приносите в жертву жизнь, чтобы уничтожить смерть. Это безумие. Вы сжимаете камень в руке, пока из ладони не станет сочиться кровь, и называете это чудом. Я стар, я неловок и слаб, как ребенок, я стал слишком тяжелым даже для собственных ног. Но это я понял, и вы должны это понять, или вы умрете. Послушай, Корделия. Если бы мир этот создал бог, власть и сила были бы неотделимы от мудрости, и потому всегда правы; от скольких страданий мы бы избавились тогда. Но мир создали мы — из ничтожности нашей и слабости. Жизни наши, они тяжелые и хрупкие, и есть одна только вещь, которая может помешать нам сойти с ума: сострадание, человек без сострадания безумен.

ПРИЗРАК начинает плакать, как только КОРДЕЛИЯ открывает рот.

Корделия. Ты говоришь о жалости к самому себе, ты только этот язык понимаешь. Нам пора возвращаться, правительство ждет нас. Ты многого не знаешь. У нас есть другие противники, и уж они-то точно не знают жалости. В подобной ситуации хорошее правительство обязано выказать силу. Я знаю, что ты не станешь сотрудничать с нами, но я хотела прийти и сказать тебе об этом, прежде, чем мы станем судить тебя: мы построим такое общество, которое тебе и не снилось.

Лир. Странно, что именно ты должна меня убить, Корделия, но совершенно ясно, что так оно и будет. Как просто! Ваш закон всегда приносит больше вреда, чем преступление закона, и ваша мораль — всего лишь форма насилия.

Корделия (Потнику) Чем быстрей теперь мы с этим покончим, тем лучше. Собери завтра с утра кабинет.

КОРДЕЛИЯ и ПЛОТНИК выходят.

Призрак. Почему ты не сказал ей, что я здесь? Она же хотела обо мне поговорить. Она не может забыть меня. Я любил ее в этом доме, каждую ночь, и на траве, вот здесь, тоже. А теперь, посмотри на меня! Я превратился вот в это — я не могу даже дотронуться до нее!

Лир. Куда ты?

Призрак. Могу я хотя бы проводить ее.

ПРИЗРАК уходит. Входит ТОМАС и СЬЮЗЕН. По случаю гостей они приоделись немного.

Томас. Мы ждали, пока они уйдут. Отвести тебя домой?

Лир. Послушай, мне нужно поговорить с тобой. Я ухожу, и Сьюзен поведет меня.

Томас. Да, правильно, тебе нужно спрятаться, уйти в бега! Не позволяй им наложить на тебя свои грязные руки.

Лир. Завтра утром мы встанем, позавтракаем все вместе, потом ты пойдешь работать, а Сьюзен останется со мной. Она может не вернуться завтра к вечеру, но она вернется, и скоро, это я тебе обещаю. Ты привязан ко мне, и мне с тобой было хорошо. Я счастливчик. Теперь у меня осталось одно только желание — дожить до глубокой старости и стать хитрым, как лис, который знает, как нужно жить. И вот тогда я смогу вас учить.

За сценой отдаленный и злой визг свиней, дальше, чем в конце 7 сцены 1 акта.

Томас. Свиньи!

Сьюзен. Что там такое?

Томас (за сценой) Они взбесились!

Сьюзен (за сценой) Быстро!

Томас (за сценой) Сюда!

Сьюзен (за сценой) Берегись!

Томас (за сценой) Совсем свихнулись! Оп-оп-оп-оп-оп-оп-оп!

Сьюзен (за сценой) Оп-оп-оп! Чокнулись!

Входит, едва держась на ногах, ПРИЗРАК. Он весь покрыт кровью. Свиньи вдалеке стихают постепенно. Еще несколько отдельных выкриков «Оп».

Призрак. Свиньи! Они драли меня! Они рвали меня и топтали! Помоги мне, помоги мне! Я же умру!

Лир (поддерживает его) Я не могу!

Призрак. Лир! Подними меня!

Лир. Нет, слишком поздно! Ничего не изменишь! Тебя уже давно убили! Ты и должен — умереть! Я люблю тебя, я буду всегда тебя помнить, но я не могу тебя помочь. Умирай, тебе же будет лучше, умирай!

Призрак. Господи, Лир, я же мертвый!

Голова ПРИЗРАКА откидывается назад. Он мертв. Он падает ЛИРУ под ноги. Крики и визг свиней за сценой стихают совсем.

Лир. Я вижу тебя, жизнь моя, черное дерево над озером. А на ветвях висят слезы. И слезы светятся, сами. Ветер сдувает слезы в небо. И слезы падают, падают на меня.

Сцена 4

Стена. Крутой земляной вал. Груда инструмента у подножия вала. Ясный день. СЬЮЗЕН вводит ЛИРА. Палки при нем нет.

Сьюзен. Ну, вот и стена.

Лир. Где инструмент?

Сьюзен. Прямо у тебя под ногами.

Лир. Ты сердилась на меня.

Сьюзен. Сердилась, но уже не сержусь.

Лир (целует ее) До свидания. Иди, иди домой одна.

Сьюзен. Но я не могу! Кто станет присматривать за тобой. Муж будет на меня сердиться.

Лир. Нет. Теперь он поймет.

СЬЮЗЕН выходит. ЛИР наклоняется, выбирает лопату.

Лопата. (Карабкается на стену) Надо же, почти совсем построили. Такая крутая, а дыхание у меня так себе. (Добирается до гребня) Ветер холодный, надо спешить. (Вгоняет лопату в землю) Когда работаешь, согреваешься быстро.

Он бросает лопату земли вниз и снова вгоняет лопату в землю. Входит МАЛЬЧИК, смотрит на ЛИРА пристально. ЛИР бросает вниз еще одну лопату земли. МАЛЬЧИК уходит туда же, откуда пришел.

А это будет третья. (Он снова вгоняет лопату) Совсем инструмент тупой. Руки бы им всем поотбивать.

Входит группа РАБОЧИХ, смотрят на ЛИРА. Он оставляет лопату воткнутой в землю. Снимает куртку, складывает ее аккуратно. Входит младший офицер. Это СЫН КРЕСТЬЯНИНА. ЛИР кладет сложенную куртку на землю и поворачивается обратно к лопате.

Сын Крестьянина. А, дед, я'ття знаю. Ты что там делаешь, дед?

СЫН КРЕСТЬЯНИНА поднимает пистолет.

Лир (плюет на ладони и берется за лопату) Я, конечно, уже не тот, что прежде. Но след по себе оставить еще могу.

ЛИР вгоняет лопату в землю. СЫН КРЕСТЬЯНИНА стреляет.

ЛИР убит наповал. Он падает со стены. Лопата остается воткнутой в землю на гребне. Некоторые из рабочих с любопытством идут по направлению к телу.

Сын Крестьянина. Эй, куда. Они его подберут. Давайте, мужики, идите осюда.

РАБОЧИЕ уходят, послушно и быстро. Один из них оглядывается. СЫН КРЕСТЬЯНИНА подгоняет их как стадо овец и выходит следом, почти что маршевым шагом. На сцене остается тело ЛИРА.

КОНЕЦ

Content

Эдвард Бонд
Лир

Акт 1

Акт 2

Акт 3