Алисия Тейлор

Пульс

Глава 1

Самым лучшим, что произошло за всю эту неделю, было то, что она наконец закончилась. Абсолютно вся моя одежда валялась грязной из-за сломанной с прошлой пятницы стиральной машины, и, увы, устроить большую стирку не предвиделось вплоть до следующей недели. Так как мне приходилось каждый день работать допоздна, мой блестящий план на сегодня начался с раннего подъема утром, чтобы отправиться в прачечную. По крайней мере, я успела постирать хотя бы одну партию, чтобы появиться на работе при полном параде. Но, «благодаря» моей забывчивости, утро началось с подлости в лице разряженного телефона, ибо пока я ночью мирно спала, он удачно разрядился, и будильник так и не прозвенел.

Проснувшись в панике от ярких лучей солнца, пробирающихся сквозь жалюзи, я поняла, что мое утро началось намного позже, чем планировалось. Отбросив упрямое одеяло, я выбежала в гостиную в одном нижнем белье, точнее, в единственной последней чистой паре нижнего белья. Слава богу, я жила одна и успела накануне принять вечерний душ. На часах было уже 7.30, в то время как моя первая встреча была записана на 8.00. Спортзал находился в десяти минутах спокойной или пяти минутах быстрой езды, если надавить на газ, при удаче, что все копы застрянут в «Старбакс». Пока я, стоя в одном нижнем белье, прокручивала эти мысли в голове, драгоценные минуты уплывали со скоростью света. Быстро забежав в ванную, я сняла трусики чтобы принять едва нагревшийся душ, что заняло еще пару минут. Я вытерлась полотенцем, затем натянула компрессионные штаны и помятую майку из корзины, предварительно убедившись, что они не уничтожат все живое в радиусе километра. Схватив сумку с дезодорантом и спреем для тела и натянув вчерашние носки и Найки, я наконец молниеносно за дверь.

Я даже не побеспокоилась разогреть мою малютку-машинку перед тем как выскочить на дорогу. Но она быстро прогрелась, пока я сидела и проклинала уборщика, который заблокировал выезд. Несмотря на то, что после мне удалось выиграть пару спокойных минут, было чувство, что весь город настроен против меня. Тупой автобус застрял на зеленом светофоре прямо передо мной, и мне пришлось ударить по тормозам, чтобы избежать столкновения с ним, в ожидании, пока он решит двигаться дальше, так как повернуть в другой переулок я не могла. Да и ругательств там было бы гораздо больше. Наконец, обогнув его с одной стороны, все продолжили движение вместе со мной.

Припарковав машину на стоянке перед спортзалом «Медисон», где я и работала, я наконец перевела взгляд на часы. Черт! Уже 8.05! Выскочив из машины, я почувствовала холод от влажных волос на спине, пока забегала в зал. Как же хотелось, чтобы все случившееся сегодня... просто прошло.

Оказавшись внутри, я вытащила свой пропуск из сумки и застыла перед часами, словно от удара. Время на часах показывало 8.10, черт побери. Согнувшись пополам и используя руки и резинку на запястье, я собрала свой кудрявый бардак в пучок. Вернув свое тело в горизонтальное положение, я тут же поняла, что привлекла к себе много внимания. Некоторые мужчины на какое-то время прекратили занятия и тупо уставились на меня. Боже, я что, настолько плохо выглядела?

Мое лицо покраснело, стремительно сливаясь с цветом волос, пока я пробиралась через лабиринты тренажеров и любопытные пристальные взгляды к своему первому клиенту на сегодняшний день. Марк Фокс, боец ММА. Он был одним из тех парней, что родились с шестью кубиками и страстью к спорту, так что ему не приходилось слишком стараться ради своего тела — оно было дано ему природой. Он быстро осознал, что смешанные боевые искусства были уже, так сказать, совсем другим делом. Но по большей части у него тоже все получалось.

Подойдя к нему, я видела, что он был чем-то расстроен.

— А вот и она, — усмехнулся он.

— Прости, я опоздала, — ответила я ему. — Ты не поверишь, какая это была неделя.

— Не беспокойся, — сказал он. — Я никуда не тороплюсь сегодня.

— Хорошо, — ответила я. — Пожалуйста, не обращай сегодня внимания на мой вид. Стиральная машина сломалась, и я проспала.

Мой рот слишком много говорил. Он имел особенность не закрываться, когда нервы шалили, и я частенько выдавала глупости, когда волновалась. Так что мне пришлось заткнуть себя, прежде чем выболтать лишнее перед одним из своих лучших клиентов. Я здесь новичок, но уже выступала в качестве помощника тренера, который был одним из моих немногих личных клиентов. Мне нравилось тренировать Марка. Он был милым парнем и не совершал нападки на меня в ходе тренировок, как делали некоторые мужчины.

Сделав глубокий вдох, я начала:

—Так или иначе, давай начнем с шагов.

— Как я это ненавижу, — сказал Марк, как маленький капризный ребенок.

Рассмеявшись, я ответила:

— Как и большинство ребят; но, поверь мне, твои ноги — фундамент для всего твоего тела. Если они не функционируют первосортно, это может отбросить всю твою кинетическую цепь.

— И что это такое — кинетическая цепь, объясни.

Он знал, что такое кинетическая цепь, просто тянул время.

Я могла бы ему ответить, если бы он на самом деле этого не знал.

— Пятьюдесятью процентами определения является то, что каждая часть твоего тела, твоих мышц, суставов и нервов должны работать вместе для того, чтобы заставить тебя двигаться. Если что-то одно будет выключено, то это отбросит все остальное... включая твои ноги. Итак, начали! Захваты в четырех направлениях.

Марк скорчил мне гримасу, но перешел на шаг. До этого же он просто стоял там, показывая, будто не знает, что делать. Меня иногда убивало, как эти взрослые мужчины изображали из себя малышей-великанов.

— Подъем ноги пяткой на двенадцать, три, шесть и девять часов. И удерживаешь в течение тридцати секунд.

Я посмотрела на свой секундомер, сказав:

— Итак, сейчас!

Марк начал упражнения, и, пока он работал, я поддерживала его: «Хорошо, ты замечательно справляешься. Скоро ты сам увидишь, что это укрепляет твой фундамент, и ты можешь дольше держаться на своих ногах».

Марк выдавил смешок и сказал:

— Ты думаешь, что я провожу больше времени на заднице, чем на ногах?

— Я бы отложила решение суда, пока не увидела хотя бы один из твоих боев, — ответила ему.

Мне не нравились бои. Смотреть, как двое мужчин избивают друг друга, вызывало лишь тошноту в животе. Я хотела добавить еще что-то, но отведя взгляд от Марка и увидев открывшийся передо мной вид, растеряла все мысли.

На секунду я поверила, что это мое воображение. ОН смотрел прямо на меня, наблюдая. Я никогда не видела никого, похожего на НЕГО. Он был буквально прекрасен. Высокий, метр девяносто или выше, с коротко-бритыми темными волосами и самыми сексуальными бледно-голубыми глазами, которые я когда-либо видела. Отсутствие на нем футболки стало причиной моего разом пересохшего горла. Я попыталась сказать себе, что этого не было. Будто я никогда не видела полуголого человека прежде. Нет, я видела их каждый день, на протяжении целого дня на работе. Я работаю с ними, рядом с ними, я обучаю их и даже… касаюсь их… много. Но этот парень отличался от всех. Он был похож на скульптуру из глины, которая слеплена мастером. Тело было покрыто потом от тренировки, который блестел на цветных татуировках, покрывавших его мускулистую грудь и исчезавших через одно плечо.

Вдруг я осознала, что все время, пока я пребывала в своих мыслях о том, насколько горяч этот парень, он не спускал с меня своих глаз. И, конечно, факт моего разглядывания не остался им незамеченным. Немного непрофессионально с моей стороны. Он явно должен был задаться вопросом, почему кто-то, кого, очевидно, выгодно наняли, похож на бездомного с помятой одеждой и растрепанными волосами. Мне пришлось вернуть внимание к моему клиенту, который как раз закончил свои захваты в четырех направлениях.

—Так, на ягодицы, — дала я следующее задание.

Подмигнув мне, он ответил:

— Тебе просто нравится смотреть на мою задницу, не так ли?

Закатив глаза, я сказала ему:

— Может, если бы ты больше приседал, как я тебе и говорила, то у тебя был бы зад, достойный разглядывания.

Марка это ни капельки не обидело, а только вызвало смех. Он явно был парнем, который знал, насколько он симпатичен, и никакое количество дразнилок от меня этого бы не изменило. Мы переместились к другому мату, и я передала ему длинную широкую ленту.

—Толчки бедрами, — распорядилась я.

Он скривил губы, но взял ленту и обернул ее вокруг бедер, готовясь приседать с ней. Пока он выполнял упражнение, я считала повторения. В последний раз мы делали десять приседаний и условились, что в следующий раз увеличиваем их до двенадцати. Марк был в отличной форме, и это не составляло для него большого труда. Это были те же приседания, только добавлялся вес с помощью ленты. Мы не использовали ее каждый раз, но на завтра у него была запланирована тренировка с весами.

Я вернула взгляд на горячего парня с татуировками. Теперь он стоял спиной ко мне, и я позволила себе пройтись взглядом по его татуировкам, проходившим по задней части одной руки и через вершину его спины. Обе ноги также переплетали кружева рисунка, и, говоря о ягодицах… черт! Марк мог бы поучиться у него.

— Прием? — вернувшись в реальность, я поняла, что мой отсчет для Марка так и не начался.

— Прости, я думала о счетах, которые я должна оплатить позже.

Марк посмотрел в направлении моего взгляда и сказал:

— Да, вижу. Я плачу тебе, чтобы ты смотрела на мою задницу, а не его.

— Проехали, давай поработаем над мышцами живота.

Мы переместились к мату, где мощное колесо было свободно. Марк встал на колени, взявшись за ручки на колесе, прокручивая его от себя и обратно. А я объясняла ему правильную технику для достижения оптимального эффекта.

— Хорошо, держи свои бедра, позвоночник, плечи и голову в прямой линии.

Он сделал еще пару движений, и тогда я сказала:

— Твоя спина будет болеть, если ты будешь так продолжать... мне вернуться к технической части?

Марк не ответил, не желая сбивать дыхание, но я знала, что он услышал меня, потому что его тело теперь было прямое, как доска. Иногда с ними нужно говорить как с детьми, чтобы получить результаты.

— Знаю, — встав коленями на мат, ответил Марк. — Я ненавижу их все.

Он начал ползать задом. Я знала, что это было действительно хорошее упражнение для укрепления верхней части спины и плеч, а также исправления позвоночника. Это было большой пользой для борца, так как добавляло еще больше силы к удару. Ненавидели они его потому, что кто, действительно, смотрелся бы круто, ползая вокруг на полу… задом? Но я напоминала им, как это будет выглядеть позже, на ринге, или в октагоне[1], или на матах … везде, где их мастерство можно показать.

Я заставила его ползать в течение десяти минут, после чего он получил бутылку воды, и мы приступили к его шее. Когда я бросила ему стабилизирующий шар, он обхватил его руками и держал против стены. Зафиксировав шар напротив стены, он наклонился немного вперед и уперся в него лбом.

— Прочно держись на ногах, стабильнее, — сказала я ему.

Он пошевелился, чтобы приспособиться к нему, и, когда встал в положение, приступил к изометрическим захватам. На этой неделе его норматив дошел до шести секунд, и, пока он его отрабатывал, мой секундомер и я имели для него значение.

Когда же он закончил, то сказал мне:

— Я ненавижу это больше всего остального.

Это смешило меня, ведь я знала, что он просто пытается выбесить меня, ненавидя каждый мой выбор упражнения для силовой подготовки. Это не сработает, так как по сути я была безжалостным тренером, и Марк знал это. Не знаю, почему он даже пытался.

— Ну и хорошо тогда, что мы почти закончили, — сказала я ему. — Мы начнем тренировку захватов.

— Знаешь, я никого не «захватываю», я больше «ударить и отойти назад» тип парня.

— Крепкий захват помоет сильнее ударить.

— Не вижу здесь связи, — ответил Марк.

— Ты серьезно? Или тебе просто нравится перечить мне?

— Всего понемногу, — был его ответ.

Со вздохом я сказала:

— Сильный захват — это переключатель игры, поверь мне.

Он закатил глаза, будто бы не удовлетворён ответом. Приблизившись к веревке, Марк схватил ее.

— Хорошо, откинься назад, — скомандовала я, — и затем опускай руки вниз, теперь вверх… держи стопы плотно к поверхности.

Он сделал несколько повторений, и затем я продолжила:

— Хорошо, сильнее.

— Дерьмо!

Это прозвучало сквозь дыхание достаточно громко, чтобы можно было услышать. Я снова улыбнулась. Марк схватил веревку выше головы таким образом, что его руки были полностью вытянуты. Я вела счет, пока он подтягивался, задерживаясь на три секунды и отдыхая одну, и так совершал двенадцать повторений.

Когда он закончил, я сказала:

— Выпей немного воды и натри руки мелом.

— Ты что, хочешь заставить меня взбираться? — заныл он.

— О, да!

Марк продолжал ныть. Пока он наслаждался поглощением воды, я изучала зал в поисках горячего парня. Он был в задней части зала и разговаривал с моим коллегой и начальником в одном лице. Сэм. Они пожали друг другу руки, а я стояла загипнотизированная, пока горячий парень надевал майку. Каждый мускул на его спине и руках были такими же рельефными, как и он сам. Затем он, накинув полотенце на одно плечо и сумку на другое, направился к входной двери. Я пыталась сделать вид, что не смотрю на него, но он даже не пытался прикинуться. Парень снова уставился на меня через плечо, не отводя взгляда. Боже! Я могу насчитать, по крайней мере, пять человек в комнате, которые выглядят хуже меня. Интересно, почему он выбрал именно меня.

— Мы закончили? — вопрошал голос Марка за спиной.

Улыбнувшись, я повернулась к нему лицом.

— Мы даже не приблизились к концу, — выпалила я.

Глава 2

После того как я закончила с тремя клиентами, что были запланированы у меня на этот день, я помогла Сэму с его. Сэм был тем, кто нанял меня, и он был потрясающим. До сегодняшнего дня мне никогда не приходилось с ним работать и узнавать что-то новое. После того как последний клиент Сэма уехал, он, Дебби и я занялись уборкой. Мы тщательно вытерли все тренажеры и вытряхнули мусорные ведра в одно большое и металлическое, что стояло перед зданием. Я убралась в раздевалках и душевых, старательно закрывая нос от едкого запаха потных мужчин. Дебби протерла стекло снаружи и прошлась по поверхностям. Она была администратором на ресепшене и по совместительству девушкой Сэма. Мы уже почти закончили, когда у Сэма зазвонил телефон. Я слышала, как он сказал в трубку: «Да, черт возьми, я могу выпить пиво».

Повесив трубку, Сэм обратился к нам:

— Джефф, Виктория и Грег зависли в спорт-баре «Сансет» и смотрят игру. Вы, девочки, не хотите ненадолго пойти со мной?

Грег владел спортзалом, где мы работали, а Виктория с Джеффом были нашими коллегами, у которых сегодня был выходной.

— Конечно, если только ты обещаешь кормить меня, пока мы будем там. Я просто умираю с голоду, — ответила ему Дебби.

— Не думаю, что у меня получится, спасибо. Сегодня я как пугало...

Я не могла представить себе, как можно показаться на людях в таком ужасном виде. На сегодня с меня было достаточно и того, что я явилась на работу в грязной одежде.

— Ой, да ладно, ты прекрасно выглядишь, — сказал Сэм. Большой врунишка. Скорее всего, он и сам не мог описать, во что я была сегодня одета.

— Да, даже когда ты утверждаешь, что выглядишь как пугало, мне трудно не ненавидеть тебя за твой великолепный вид, — сказала Дебби.

Это был милый комплимент, и я ценила то, что она делает, но все же не верила ей. Я чувствовала себя взъерошенной. Но мне действительно хотелось поболтать с друзьями, и потому я сказала:

— Ладно, ребята, вы выдвигайтесь. Я собираюсь немного освежиться и посмотреть, что смогу сделать с этими волосами. Лучше я все здесь закрою и встречу вас в баре.

Когда они наконец ушли, я поплелась назад к раздевалке в надежде, что случайно оставила там хоть какую-то чистую одежду. Мне, конечно же, не повезло, и в шкафчике нашлись лишь джинсы и зеленая футболка, которую я оставила скомканной на самом дне. Достав вещи, я по привычке проверила их на наличие запаха. Но хоть они и были слишком мятыми, пахли не так уж и плохо. Быстро приняв душ, я надела найденные вещи, а затем, еще раз тряхнув головой, пробежала пальцами по еще пока влажным волосам. Наверное, это был первый раз в моей жизни, когда я была рада их естественной завивке, которую обычно мне приходилось часами укрощать в спешке перед зеркалом. Найдя в шкафчике полупустую бутылку геля для волос и выдавив немного на руки, я наскоро прошлась по всем своим прядям. По крайней мере, это не позволит волосам высохнуть беспорядочным комком кудрей. Так как у меня в косметичке было немного косметики, я нанесла основу на свое бледное лицо и немного туши на бледно-рыжие ресницы, чтобы хоть как-то выделить зеленые глаза. Посмотрев в зеркало, я поморщилась. Моя одежда все еще была грязной и мятой, и что бы я сейчас ни сделала, это не помогло бы мне почувствовать себя более уверенно. После того как нанесла немного блеска на губы, я решила, что быстро забегу пропустить стаканчик и сразу же отправлюсь домой. Может, я даже успею вернуться так, чтобы попасть-таки в прачечную на ночные постирушки.

Зайдя в спорт-бар, я с легкостью вычислила своих друзей. Они заняли большой стол в самом углу кафе. Я присоединилась к друзьям, в то время как мои гормоны пришли в бешеный восторг, завидев здесь того самого горячего парня. Он успел переодеть свежую одежду, и будь я проклята, если она сидела на нем не идеально. Он стоял у барной стойки и разговаривал с Сэмом. Когда же наконец моя попа уселась, официантка приняла у меня заказ. Вскоре выбранный напиток оказался на месте, и, наклонившись к Дебби, я спросила:

— Кто тот парень, с которым говорит Сэм?

— Ты шутишь? Как такое возможно, что девушка, настолько тесно работающая со спортсменами, не может узнать одного из них?

Я пожала плечами. Мой интерес заключался в физической подготовке. Реальные игры, в которые они играли после того, как я над ними поработала... не особо меня интересовали.

— Он что, футболист? — спросила я.

— Нет.

Она хотела заставить меня угадывать. И я, подумав о его милой круглой заднице, предположила:

— Бейсбол?

И снова смех.

— Нет, его имя Пол Делпорт. Он боец ММА... один из лучших вообще-то… Ты что, никогда не видела его боев? Даже на YouTube?

— Может быть. Я ловила себя на мысли, что он выглядит знакомо...— соврала я.

Я никогда не смотрела бои на YouTube. Марк часто пытался завлечь меня к просмотру его боев, но до сих пор мне удавалось успешно избегать этого зрелища. Дебби знала о моей лжи и, посмеявшись, продолжила угощаться едой со своей тарелки.

— Ты не думала о том, что он выглядит знакомо, — продолжила она. — Ты думала о том, что он выглядит горячо.

Я посмотрела на него. Не думала, что смогу лгать об этом. Так или иначе, Дебби не купилась на мой обман.

— Да, тут ты права, — сказала я. — Это сложно не заметить.

Дебби снова рассмеялась и добавила:

— Сэм не представлял тебя ему? Думается мне, он одинок.

— И за пределами моей лиги, — ответила я.

— Ой, пожалуйста! Ну почему ты не видишь себя с той же стороны, что и все мы. Ты чертовски привлекательна!

— Ты такая милая, — сказала я и, вернувшись к разглядыванию Пола Делпорта, выпалила: — Может, Сэм познакомит нас в следующий раз, например, когда я буду в чистой одежде.

Дебби закатила глаза и протянула мне корзину с картошкой фри. Оторвавшись от созерцания борца, я принялась ее уплетать. Не хотелось бы, чтобы он поймал растрепанную меня, снова его разглядывающую. Я уже допила Crown Royal и Seven-up, которые быстро появились на столе, и сделала еще один заказ. Затем я все же сосредоточилась на общении с друзьями. Показался Марк Фокс. Я заметила его, когда он поприветствовал Пола рукопожатием, перед тем как расположиться за нашим столом.

— Итак, а вот и она, — опять началось. — Дьявол во плоти.

— Она опять обижает тебя? — поддразнил Грег. Мы с ним как раз говорили о том, каким большим плаксой был Марк для такого «крепкого» парня.

— Она злая, Грег. Ты нанял злую девчонку. Она же тащится от моих терзаний и страданий.

— Бьюсь об заклад, ты будешь благодарить ее в следующий раз, когда останешься стоять на ногах, а другой парень распластается на своем заду, — ответил ему Грег.

Марк посмотрел на меня, расплываясь в улыбке.

— Может быть, — продолжил, улыбаясь. — Но я уверен, что буду крепко материть ее, выбираясь утром из своей постели.

— Если ты настолько разваливаешься, то Джесси провела великолепную работу, — добавила Виктория. — Может, она заслужила повышение?

Подняв бокал за прекрасный тост, залпом осушила свой напиток.

— Или хотя бы угости меня, — предложила я боссу.

Подозвав официантку, он заказал напитки по новому кругу. Было забавно работать с людьми, с которыми у тебя было взаимопонимание. Это делало трудовые будни более легкими. Грег был женат на замечательной девушке по имени Иоланда , которая, к сожалению, сегодня работала. Она нравилась мне, была более взрослой и мудрой, и ее советы всегда были в точку.

— А где Джастин? — поинтересовалась я у Грега.

Джастин был их с Иоландой шестилетним сыном.

— Он гостит у бабушки с дедушкой несколько деньков. Отец купил ему немного поношенный «Honda 50». Иоланда бесится, когда катает его, и пытается найти причины, почему ему еще нельзя этого делать. Так что теперь его не выгнать из их дома.

— Вот это да, я бы тоже нервничала на ее месте.

Джастин был очень хрупким ребенком. Сложно представить его на байке, даже несмотря на небольшие габариты последнего.

Грег пожал плечами и сказал:

— У него есть защита, и папа достаточно с ним практиковался прежде чем посадить за руль. Пока его разрешенный предел всего 80 км...

— Всего лишь? Ему шесть лет!

У каждого за столом был свой взгляд на данную тему. Это было столкновение мнений женщин с их предосторожностью и мужчин с их любовью к мотоциклам и скорости. После спора наше внимание привлек захватывающий футбольный матч на широкоформатном плоском экране. Волнение в воздухе было более чем ощутимо. Все болели за свои команды, в том числе и я. Все мысли разом покинули мою голову, в том числе и ту, что я собиралась выпить только один бокал и отправиться в прачечную. При каждой возможности я косилась на Пола, слишком много пила и слишком мало ела. В заключительной четверти игры счет был шокирующе смешным, что-то около сорок к семи, и бар начинали убирать. Мои друзья испарялись один за одним или двое за двоими. Тогда я стала уговаривать себя последовать их примеру. Но весь мой внутренний мир не мог оторваться от Пола и кричал мне забыть о страхе. Просто подойти и поговорить с ним. Я была пьяна... но мне определенно нужен был еще один напиток для начала...

— Эй, Джесси, я сваливаю! Ты уверена, что доберешься до дома?

— Конечно, — подняв глаза на Грега, я расплылась в улыбке.

Улыбаясь мне в ответ, он добавил:

— Милая, и попроси бармена вызвать тебе такси, ладно? Если завтра с утра тебе будет необходимо добраться до твоей машины, просто позвони мне или Иоланде, мы поможем.

— Конечно, — снова ответила я.

На прощание он чмокнул меня в щеку и уточнил:

— Это значит, что сегодня ты не сядешь за руль.

— Не сяду, — послушно ответила я.

Наблюдая, как он покидает бар, я еще раз порадовалась тому, с какими замечательными людьми работаю. После его ухода я заметила, что Сэм снова общается с Полом и сказала себе: «Сейчас или никогда».

Подойдя к ним, я небрежно сказала:

— Привет, Сэм.

— Эй, Джесси, это — Пол Делпорт. Пол, это — Джесси Купер. Она — одна из помощниц тренера в спортзале. Ты будешь счастливчиком, если сможешь поработать с ней когда-нибудь, Она великолепна, — сказал Сэм.

— Приятно познакомиться, — поприветствовала я.

Бледно-голубые глаза Пола прошлись по мне, делая быстрый поверхностный осмотр. Вероятно, он все еще задавался вопросом, почему моя одежда была такой мятой.

Его лицо было абсолютно бесстрастным, когда он сказал:

— Да, мне тоже.

После чего он возвратился к просмотру матча.

Дебби вернулась из дамской комнаты, и Сэм обратился к нам:

— Итак, мы с Дебби собираемся уходить. Вы как?

— Я в порядке, — ответила я.

После обнимашек с Сэмом и поцелуев с Дебби я проводила их взглядом к выходу. Как только они исчезли за дверью, мое тело повернулось в сторону Пола, который теперь сидел за баром в одиночестве. Расположившись на стуле, который только что покинул Сэм, я заказала себе еще выпить. Услышав мой голос, Пол повернулся и снова посмотрел на меня, по-прежнему не проронив ни слова. Это немного тревожило меня.

— Хорошая игра? — спросила я.

Я знала, что эта игра была ужасной. Именно поэтому все мои коллеги один за другим разбежались по домам... но надо же было с чего-то начать беседу.

— Нет, — сказал он.

Хорошо, мне кажется, что беседа продвигалась бы лучше, если бы твой собеседник был так же в ней заинтересован. Но я не была готова сдаться так просто.

Продолжим.

— Ты новенький в спортзале? Я не видела тебя там до сегодняшнего дня.

Он все так же продолжал изображать «короля односложных ответов».

—Нет, — сказал он и отвернулся к большому экрану.

Было более чем очевидно, что он предпочел бы досмотреть матч до конца, чем общаться со мной. Я не была любительницей бросаться на парней и потому, собравшись с мыслями, встала со стула, чтобы уйти. Но помещение вдруг резко пришло в движение, будто попало в воронку. Вот черт! Мне срочно нужно такси. Найдя телефон в сумке, я осознала, что неделя становилась все «лучше и лучше». Глядя на бесполезный кусок металла, я вспомнила свой утренний побег из дома... телефон не разбудил меня утром и все еще находился в «отключке». Вот же черт!

— Простите, — обратилась я к бармену.

Он был занят с только что пришедшими десятью ребятами, стоя по ту сторону бара.

— Эй! Можно вызвать такси?

Он либо игнорировал мои просьбы, либо действительно не слышал меня.

— Эй!

— Тебя подвезти до дома? — услышала я мягкий голос Пола за спиной, а затем развернулась к нему.

Он стоял, изучая меня и, как мне казалось, ожидая ответа.

— Я просто хотела попросить бармена вызвать мне такси, — я ответила ему.— Я забыла зарядить телефон с утра и поэтому опоздала сегодня на работу. А пока целый день переживала за свои грязные шмотки, опять забыла его зарядить. — Я резко остановилась, понимая, что выдала слишком много ненужной информации. — Неважно, мне просто нужно вызвать такси. По-моему, я немного перебрала с напитками.

Мои попытки выговаривать слова более четко, чтобы не выглядеть настолько пьяной, похоже, не срабатывали.

Пожав плечами, он сказал:

— Похоже, что бармен не планирует уделить тебе какое-либо внимание. Я уезжаю, поэтому подумал, если ты хотела уехать, я мог бы тебя подвезти...

Неожиданно я поняла, что мне до ужаса необходимо уехать.

— Ты точно не возражаешь?

Этот теперь очень разговорчивый мужчина просто пожал плечами. Это можно истолковать как угодно, но я восприняла это как «я не возражаю».

— Отлично, спасибо, — согласилась я, пока он не изменил решение.— Я живу всего лишь в нескольких кварталах от спортзала.

Он принял это… хорошо, никак. Он просто двинулся к выходу, и я проследовала за ним.

Так я проследовала за ним до самой парковки. Он даже не обернулся проверить, здесь ли я вообще. Я могла бы отключиться по пути, и парень об этом даже не узнал бы. Не удивилась я и тогда, когда он остановился возле черного хромированного гиганта «Ford F-350». Его сложно было представить в другой машине.

— Хороший грузовик, — сказала я.

Разблокировав двери, он рывком открыл дверь для меня. При этом я не услышала никакого «пожалуйста», но мне показалось, что я увидела незначительный след от улыбки, играющей на его губах. Повезло улыбочке, я бы тоже не отказалась поиграть с этими губами. Боже, я точно пьяна. Надеюсь, мой рот не выпалит еще какую-нибудь глупость по дороге домой. Теперь мне надо было добраться до ручки двери и затащить свой пьяный зад в этого монстра. И я снова была оскорблена, когда Пол схватил меня за талию и практически закинул на сиденье.

— Спасибо, — успела сказать я перед тем, как он закрыл дверь и обошел машину, чтобы сесть за руль.

Я сама справлялась с ремнем безопасности, пока двигатель оживал.

Как только мы двинулись, я услышала:

— Ты долго работаешь на Грега?

Вау! Общение!

— Не очень, — ответила я.

Мне все больше хотелось спать и все труднее становилось управлять словами, вылетающими из моего рта. Он, казалось, внезапно заинтересовался общением со мной, так что мне нужно было постараться выдать самое лучшее, на что я была сейчас способна.

— Я закончила обучение в УЮК (прим. перев. — Университет Южной Калифорнии) в прошлом июне. Грег взял меня на стажировку, когда я еще училась в школе, так что между той и моей постоянной работой сейчас, прошло уже, я думаю, около года.

Кивнув, он добавил:

— Грег — хороший парень.

— Да, он такой. Я счастливица.

Моя голова становилось все тяжелее и тяжелее для того, чтобы шея могла ее удержать. А все мои мольбы были только о том, чтобы мой желудок не вывернуло прямо на сиденье.

— Сэм фактически спас меня. Он был одним из моих частично занятых преподавателей в УЮК, и он представил меня Грегу. Я люблю работать там, и они действительно стали моими хорошими друзьями. Я многим обязана им.

— Да, Грег — лучший квалифицированный тренер, который у меня был, — добавил он.— Он, определенно, знаток своего дела. Его видение разницы между спортсменами — большое дело. Могу сказать, что он никогда не тренировал меня так же, как бейсболиста или футболиста. Это была самая ценная наука, которую я узнал от Сэма.

— Как долго ты участвуешь в боях? — спросила я.

— Около восьми лет, — ответил он.

— Восемь лет? Ты был еще в средней школе, когда начал? — спросила я, на что он засмеялся.

Изменения на его лице, вызванные смехом, заставили трепетать бабочек в моем животе. Он был сногсшибателен.

— Мне было восемнадцать лет, когда я начал. Я был борцом в средней школе.

Делая математические подсчеты в своей пьяной голове, я почувствовала, как веки смыкаются. Нет, нет, нет! Нельзя было позволить себе опозориться еще больше. Я будто видела себя со стороны: в отключке, пускающая слюни, в грязной одежде. Нет, с этим срочно нужно было что-то делать.

— Так ты очень хорош? — спросила я, осознавая свою беспомощность в попытках заставить свои слова звучать правильно.

Он снова засмеялся. Боже, как же мне это нравилось. Он действительно должен делать это намного чаще.

— Я выиграл несколько чемпионатов и турниров, — сказал он.

— Какие, например? — во мне проснулся интерес.

Большинство спортсменов любят говорить о своих успехах. Однако этот парень точно не входил в их число. Скорее, информацию из него приходилось вытаскивать клещами.

Он ответил:

— Когда мне было двадцать один, я победил на King of the Cage[2]. Потом, в 2010 году, я отправился в Японию и победил на UFC Japan Tournament[3], в прошлом году я победил на UFC TUF Middleweight tournament[4].

— Великолепно, — ответила я.

Это было последним, что я помнила из того, что говорила. Я надеялась... в любом случае, позже, когда я протрезвела, что это было все, что я сказала. Мой рот иногда не поддается контролю, когда я взволнованна и встревожена. Одному Богу известно, что может выдать мой речевой аппарат в бессознательном состоянии.

Глава 3

Я проснулась от дикой головной боли и сухости во рту. Боже, как же я ненавидела себя в этот момент за то, что напилась вчера до чертиков. Пора было бы уже выучить, что пить мне нельзя, а если и можно, то очень мало. Когда же я аккуратно перевернулась, чтобы не вызвать новых болевых ощущений, меня накрыла невероятная паника, скрутившая в животе узлы. Я была не дома. От резкого прыжка в кровати незнакомая обстановка в комнате закружилась перед глазами. Пришлось застыть на месте, чтобы эта карусель остановилась, и после остановки мои глаза еще раз смогли, на этот раз внимательнее, рассмотреть интерьер. В этот момент я осознала, что сижу на кровати огромных размеров, в бюстгальтере и плавках, однозначно в мужской спальне. Вот же дерьмо! Какого черта я натворила?

В то долгое время, пока мозг наворачивал круги воспоминаний, моя голова медленно приходила в себя. С кем я уехала прошлым вечером? Смутно и неуверенно всплывали в голове скудные отрывки: вот я обещаю Грегу взять такси... после он уходит... уходят также и Сэм с Дебби... О боже, что же я натворила? У меня не было дурной привычки возвращаться домой с незнакомцами. Факт в том, что в свои двадцать три я еще не делала таких глупостей. Ведь не могла же я сделать это прошлой ночью... или могла? Мои глаза еще раз прошлись по комнате. Она была чисто убранной, и тем не менее, очевидно, что это была мужская комната. На стене в массивной раме висел плакат с бойцом с гигантским поясом с титулом UFC[5] на плече. Я была уверена, что знаю его, но моя голова не была готова проводить умственную проверку на имена. Зеркальный комод весь был заставлен мужскими дезодорантами и одеколонами, мебель была из темного массивного дерева. Деревянные жалюзи на двух окнах обрамлялись опрятными синими занавесками, хорошо сочетавшимися со стеганым одеялом, в которое я была уютно завернута. Ничего из этого не давало ни малейшей подсказки на то, где я была. Черт! Боже, я помню, что Марк был в баре прошлым вечером. Неужели я переспала с Марком? О боже, надеюсь, нет! Он же мой клиент. Это ведь было бы непрофессионально? Как мне теперь смотреть ему в лицо? Я должна уволиться!

Так или иначе, понятно было одно — если оставаться в постели незнакомца в нижнем белье, выяснить, где я, определенно не получится. А еще у меня не было ни единой идеи, с чего начать поиски своей одежды. Не придумав ничего лучше, я встала с постели, схватила синее уютное одеяло и завернулась в него. Чувство было такое, словно я злоумышленник, который ходит на цыпочках и взламывает двери.

Следующее, что предстало перед глазами, была прихожая, но и тут я не нашла никаких догадок о хозяине дома. На стене висело изображение пары боксерских перчаток, и шансы того, что я переспала со своим клиентом, стремительно росли.

Из холла внизу доносились тихие звуки включенного телевизора. Нужно с этим срочно заканчивать, так что теперь — смело вперед. Когда я добралась до зала, меня озадачил ребенок, спокойно сидящий на синем диване. Здесь, как мне казалось, было много синего... Все внимание маленького паренька было сосредоточено на 60-дюймовом экране прямо перед ним, и он играл во что-то, напоминающее боксерский бой. На вид ему было около десяти... или одиннадцати, или двенадцати... Я ничего не понимала в детях. Он был милым. Его волосы были темными, а нос покрыт забавными веснушками. Боже, что он подумает о незнакомой девушке, выходящей из... папочкиной спальни? Чтоб меня, надеюсь, мамочки нигде поблизости нет. Я хотела незаметно ускользнуть, но волшебства не случилось. Малой с любопытством уставился на меня.

— Привет, — сказала я.

— Здорово, — был ответ.

— Я Джесси.

— Виктор, — сказал он, поспешив развернуться к экрану.

Я попыталась рассмотреть поверхность за телевизором в поисках подсказок или, может, фотографии. Очевидно, Виктор был не из болтливых, чем очень напоминал Пола Делпорта. О, мой Бог!

— Виктор?

Он повернулся ко мне:

— Да?

— Пол Делпорт — твой папа?

— Нет, — ответил он.

Фу! Почти вляпалась. Если я пошла домой с Полом, без сомнений, мы переспали. Я не была шлюхой, но и настолько глупой тоже не была...

— Он мой дядя, — сказал он.

Мое лицо вмиг лишилось всякой краски, и я уже была готова устроить ребенку небольшой допрос, как тут входная дверь пришла в движение, и мои глаза смогли наблюдать, как в комнату вошел Пол. Он был одет в шорты для бега и майку. Его IPod держался на поясе на его талии. На ногах были кроссовки для бега. Мои блестящие детективные навыки подсказали мне, что человек только что вернулся с пробежки. К сожалению, даже в моем состоянии паники его великолепная мужественность не оставалась незамеченной.

— Привет, — сказал он, высматривая Виктора, который даже не поднял своих глаз.

Затем он посмотрел на меня, и мне вдруг стало интересно, что он думает о том факте, что я стою здесь, завернутая в его стеганое одеяло.

— Привет, — ответила я, принуждая себя к вежливости, все же это его дом. — Можем мы пройти...— я оглянулась вокруг и обнаружила комнату со столом и четырьмя стульями, — на кухню?

Он двинулся к двери без разговора. Неудивительно. Я стала замечать, что разговоры не были его лучшей чертой или любимой. Пройдя через дверь, он присоединился ко мне.

С комком в горле, я перешла на шепот:

— Мы переспали?

Он не улыбался, но казалось, что очень этого хотел. Что ж, я была рада развлечь его.

— Нет, — сказал он.

— О, славненько.

— Ты вырубилась в машине. А я понятия не имел, где ты живешь. Я пытался тебя разбудить, но ты не реагировала, и поэтому я привез тебя в свою квартиру и уложил в постель.

Это было самое большое количество информации, которую он выдал за все время нашего знакомства. Переварив его слова, я представила, как он на своих руках несет мое безвольное тело от грузовика в квартиру. Да, можно было бы умереть от унижения прямо здесь. О мой Бог, сколько еще нелепостей могло со мной случиться?

— А что с моей одеждой? Почему я только в белье?

— Ты говорила, что одежда была грязной, — сказал он с намеком на улыбку.

— О, она была.

Волнение от воспоминаний снова сорвало меня с тормозов.

— Моя стиральная машина не работает уже около недели. Вот почему все эти дни я выглядела такой растрепанной, а моя одежда помятой... минуточку... ты забрал ее, потому что я говорила, какая она грязная?

— Нет. Ты сама ее сняла, — сказал он. — Повернувшись к холодильнику, он достал какой-то протеиновый коктейль зеленого цвета. Встряхнув контейнер, сделал долгий глоток, а после добавил: — Твоя одежда на стуле в углу моей комнаты.

Мое лицо горело. Не знаю, когда в последний раз я была так смущена и пристыжена. Обвинила человека, что тот забрал мою одежду, а сама, напившись до чертиков, не могу ничего вспомнить. Стыдоба!

— О, спасибо, — это было все, что я смогла выдавить из себя в ответ.

Развернувшись, я прошла обратно в его комнату, сгорая от стыда и раскаяния. Все это было настолько нелепо, что я не знала, как вернуться назад и посмотреть ему в лицо. Рассматривался, конечно, вариант побега через окно, но это бы вывело меня на новый уровень отвратительности. В итоге я оделась в свою чистую одежду и решила хоть как-то себя оправдать. Все же мне необходимо подойти и объяснить, что я не алкоголик. Когда я вернулась в зал, Виктор сидел в том же положении, а Пола нигде не было видно. В комнате слева от меня раздавались звуки включенного душа. Виктор все так же меня игнорировал. Я хотела что-то сказать, но поняла, что мой стыд не угасал даже в присутствии ребенка. В итоге я выскользнула через входную дверь, как настоящая трусиха. Добравшись до дороги, я в течение десяти минут пыталась поймать такси. В конце концов, пришлось идти до ближайшей автобусной остановки, чтобы хоть как-то добраться домой.

***

Единственным, что спасало это жуткое утро было то, что я была абсолютно свободна до 13.00. Марк, как обычно, был моим первым клиентом. Воскресные тренировки у нас начинались поздно: после его массажа и похода с мамой в церковь. Все в лучших традициях американских мальчиков. К счастью, этим утром раздетая я была не в его постели.

Наконец, добравшись домой на этом жарком и «ароматном» автобусе, я позвонила Иоланде. Хорошо, что она была так добра, что согласилась привезти мою крошку с парковки возле спорт-бара.

— Итак, как ты попала домой вчера, на такси?

Я предпочла бы утаить стыдливую правду, но ложь сама по себе уже была ненавистна, тем более ложь друзьям. Вранье не для меня, да и не умела я пускать пыль в глаза, поэтому предпочла недосказанность.

— Пол Делпорт был настолько мил, что подбросил меня до дома, — сказала я.

Ее бровь стремительно поднялась вверх в изумлении.

— Что?

— Да ничего, — замялась я.

— Ой, ладно, я не глухая. Ни разу не видела, чтобы парень хотя бы слово проронил. Грегу он очень нравится. Но, клянусь, у меня ощущение, что он немой, особенно когда я рядом. Полагаю, он просто замечательная кандидатура для отношений...

Смеясь, я подтвердила:

— Да, он точно не из болтливых.

В моей голове вдруг прорезались смутные воспоминания о нашем разговоре о его победах на чемпионатах... Похоже, он все-таки пытался со мной общаться, когда я была пьяна до беспамятства...

Подъехав к бару, Иоланда сказала:

— Просто будь аккуратнее с этими высокомерными спортивными типами, милая. Я знаю, ты их много видишь в спортзале... но мне ненавистна мысль о твоих возможных разочарованиях.

Улыбнувшись, я заметила:

— Грег тоже спортсмен.

Грег играл в классе ААА (прим. перев. — высший уровень игроков) по бейсболу задолго до того, как открыл спортзал.

— Действительно, но он исключение из правил, — усмехнулась Иоланда .

Я была очень благодарна ей за поездку и беспокойство обо мне. Так мило с ее стороны. В своем роде, они оба словно удочерили меня.

Забрав машину, я быстро забежала домой по пути в прачечную. Наконец-то у меня будут чистые вещи на денек или два, пока мою машинку не починят. Тем временем я вернулась домой, чтобы принять быстрый душ и перекусить перед работой. По пути я нарушила несколько скоростных режимов, но то, что не видят копы, не считается нарушением, верно? Это вопрос на сто баксов.

Марк уже поджидал меня для отработки, но увидеть Пола здесь было, пожалуй, как ножом по живому.

— Эй, как голова? — начал свои извержения Марк.

Его громкий голос мне был не нужен. Да и вообще, весь зал разрывал мои перепонки на тысячи кусочков.

— Голова? — переспросила я, неуверенная, правильно ли его расслышала.

Я что, вчера где-то еще и головой треснулась?

— Да, твоя голова, — согласился он. — После твоего ухода вчера, думал, у тебя точно будет жуткая мигрень.

Мое лицо опять стремительно краснело, предавая меня. Казалось, этим унижением не будет ни конца, ни края.

— Нее, все отлично. Не настолько я была пьяна.

Марк засмеялся. Похоже, он не купился на мою ложь.

— Ты осушила все шоты с текилой!

— Шоты с текилой? Правда?

Засмеявшись снова, он ответил:

— Нет, я не видел тебя рядом с текилой. Но ты должна была быть достаточно пьяной, ибо я почти завоевал твое доверие.

Ладно, заработал очко, сопляк. Я отыграюсь на нем в спортзале.

— Я не знал, что Crown Royal так заставляет тебя танцевать на столах.

— Хорошо, давай начнем. Сегодня с весом, — сменила я тему.

Знаю, у него припасено для меня много язвительных слов.

— Черт, ненавижу силовые тренировки, — начал он, усмехаясь.

Я только потрясла на это головой. Мой взгляд быстро прошелся вскользь по занятым тренировкой Полу и Сэму. Слава Богу, Пол стоял ко мне спиной. Я не имела ни малейшего понятия, что ему сказать, если придется. Но осознание того, что мы были вместе в одной комнате, заставляло трепетать мои внутренности. Я сосредоточилась на Марке.

С Марком мы уже две недели как выполняли силовую нагрузку. При условии, что он занимался со своим тренером хотя бы один полноценный раз, этого было более чем достаточно. Со мной у него был второй раз его силовых нагрузок за одну неделю. В первый день мы выполнили жим лежа, подтягивания, тягу одной ноги, а также болгарские приседания. Его нытье было намного меньше при работе с весами, чем при основной подготовке. Сегодня мы собирались выполнить жим стоя, подтягивания до уровня подбородка, подтягивания на перекладине, затем немного легких захватов и работа над прессом — это немного его остудит.

Я слишком поспешила на счет Марка, потому что в этот день он ныл на протяжении большей его части. Когда мы закончили с отработкой пресса, то оказались совсем рядом с Полом и Сэмом. Я планировала избегать зрительного контакта с Полом вообще, но это выглядело бы грубо с моей стороны, особенно после его заботы обо мне. Вместо этого я добровольно подняла глаза и улыбнулась. Он не улыбнулся в ответ, просто продолжил сосредоточено отрабатывать кранч[6]. Как грубо с его стороны, мог бы быть немного более милым с женщиной, которая провела ночь в его комнате. Как обычно перестаравшись, я вернула внимание к Марку, который не переставал прыгать вверх-вниз, вверх-вниз на моих расшатанных нервах всю тренировку.

— Ты можешь быть таким же милым, как Пол. Я еще не слышала, чтобы он ныл.

Рассмеявшись, Марк добавил:

— Ты не слышишь его, потому что он едва говорит.

Пол вскользь взглянул на нас, не прерывая ни на секунду свои упражнения.

Марк заинтересовано посмотрел в его сторону и выдал:

— Пол — милый парень? Что-то новенькое.

Оставшись довольный собой, Марк опять взглянул на Пола.

— Он достаточно милый, чтобы не мучить своего тренера одной жалобой за другой... О! И присматривает за своим племянником. Ты так можешь?

Пока я это говорила, не отрываясь смотрела на Пола.

Все, что я услышала после слов Марка: «У меня нет племянника, вообще-то. И я не знал, что он есть у Пола...», было словно в тумане, так как я вдруг поняла, что Пол выглядел так, будто дико зол на меня. Я снова сказала что-то не то. Пол закончил упражнение, которое делал, а затем быстро встал и ушел. Я была в замешательстве, ведь то, что я сказала, должно было быть комплиментом, и потому дико удивилась тому, что он был так зол. Мужчины бывают такими странными иногда.

Закончив с Марком, я хотела быстрее уехать домой, тем более что мое расписание теперь было свободным. Но Сэм привлек мое внимание.

— Привет, Джесси! Можешь подойти на секундочку?

До сих пор он работал с Полом, который совсем не горел желанием смотреть мне в глаза. Невозможно было проигнорировать Сэма, поэтому я собрала себя и привела к нему.

— Что такое? — спросила я, стараясь не смотреть на Пола.

Но его взгляд просто вцепился в меня, источающий или гнев... или раздражение.

— Дебби только что звонила. Ее машина озябла на 405 км. Она вызвала эвакуатор, но я бы сам хотел ее забрать... мне не по себе от мысли, что она одна на автостраде...

— Конечно, езжай забери ее. Я прикрою тебя.

Однажды я застревала на 405 км, и тогда на эвакуаторе ко мне приехал, думается, самый странный водитель. Проведя тридцать минут с ним, я была готова выброситься на обочину.

— Хорошо, Пол — мой последний клиент и, если ты меня подменишь, буду очень благодарен.

Черт! Дерьмо! Черт! Я подняла глаза на Пола, на его лице не осталось и следа от гнева, просто полное безразличие. Сейчас я предпочла бы провалиться сквозь землю, если честно. Но, по крайней мере, теперь меньше хотелось видеть в нем скульптурное изваяние, а больше обычного мужика.

— Да, конечно... если Пол не возражает, — сказав это, в глубине души я надеялась, что он не согласится.

— Он не против, — сказал Сэм. — Ведь так?

Мне показалось, что Пол незаметно для всех кивнул. Его также сложно было прочитать и понять и по языку тела. Попрощавшись с Сэмом, Пол закончил свои повторения на тренажере для бедер, и я, улыбаясь, попыталась наладить контакт.

— Извини, что расстроила тебя ранее. Я сказала не подумав.

— Ерунда, — ответил он. — Скамья — следующая по плану.

— Хорошо... но мне, действительно не по себе оттого, что я тебя расстроила. Иногда я говорю не подумав.

— Я не расстроен, — отрезал он. — Можем мы закончить мою тренировку?

— Да, конечно.

Да, похоже, он и правда не расстроился. А меня так и распирало любопытство спросить, что из мною сказанного так его взбесило, но это было лишнее. Что с этим парнем не так? Мы подошли к скамье с грузом, и он приготовился. Когда я собралась поинтересоваться, какой вес он использует, услышала шум возле входной двери.

Сегодня на ресепшене стояла Виктория, и я услышала ее голос:

— Прошу прощения, сэр, но мы уже закрыты.

Я повернулась как раз в нужный момент, чтобы заметить, как большой парень проходит мимо нее, готовый снести все на своем пути. Он быстро шел к нам, выстреливая искры из-под своих тяжелых шагов. К тому времени как он оказался рядом, Пол уже стоял на ногах. Мои инстинкты кричали мне отступить в сторону. По каменному же лицу Пола можно было с уверенностью сказать, что встреча не предвещала ничего хорошего.

— Где она? — сразу выплюнул он слова.

Его неудержимый гнев, очевидно, был вызван тем, что Пол, похоже, знал, где «она», а крепкий парень — нет.

Я вернула свой беглый взгляд Виктории. Она уже висела на телефоне. Была надежда, что это звонок в полицию. Судя по парню, он рвется в бой.

— Если бы она хотела, чтобы ты знал ее местоположение, сама бы тебе и сказала, — сохранял хладнокровие Пол.

Я посмотрела на парня, который был намного менее привлекателен, чем Пол и мне практически стало его жаль. Если та женщина, в поисках которой пришел здоровяк, была с Полом, то не было ни единого шанса, что она вернется. Чувство странного и абсолютно незаслуженного укола ревности к незнакомке ударило током по всему телу.

Мужчина подошел к Полу слишком близко, практически лицом к лицу. Я видела напряжение в мышцах, готовое сорваться в любую секунду, но выдержка Пола была непоколебимой. Полностью готовый к бою человек. Я надеюсь, Пол действительно хорош, как все говорят, ведь другой парень был больше в разы. Снова повернувшись к Виктории, увидела, что звонок завершен, и ее внимание полностью сосредоточено на происходящем. Все клиенты уже разошлись из спортзала... хвала небесам.

— Ты сказал ей... — стиснув зубы начал незнакомец.

— Я не передаю всякое дерьмо. Запомни! Помимо того, что она не хочет слышать ничего от тебя, я не гребаный мальчик на посылках.

Это было спусковым механизмом для парня, готового надрать чей-то зад. Его кулак стремительно взлетел в воздух, но то, насколько быстро отреагировал Пол, просто ошеломило меня. Блокировав его одной рукой, другой он жестко ответил ударом в область низа живота. Тот тут же согнулся пополам, казалось, его легкие выпустили весь воздух и не смогли сделать вдох.

Пол прокричал:

— Вали к черту отсюда и не пытайся найти ее. Свяжешься с ней, и получишь по всем статьям, ты, жирный кусок дерьма.

Боковым зрением я заметила стремительно приближающегося через входную дверь Грега. Понятно, кому звонила Виктория.

— Пошел ты!

С играющими жилками тело мужчины выпрямилось в атаке. Он не мог это оставить без ответа. Мускулистая рука закрутилась вокруг шеи Пола, как змея, затягивая в жесткие объятия. Выкрутив тело с удивительной скоростью, Пол сделал шаг назад. Он только что ушел от удушья, а лицо у него было такое, будто он просто прогуливался по парку. Тело двигалось молниеносно, и, прежде чем парень потерял контроль, он получил удар по верхней части бедра, оседая на землю, и удар с правой по подбородку. Тело его жестко упало на колени.

Грег смело вторгся на бегу:

— Я уверен, тебя просили уйти.

— Выбрасываете меня, выбрасывайте и этого сукина сына, — едва в состоянии говорить, проронил мужчина.

— По словам очевидцев, ты начал это. Пол — наш клиент. Ты — нет. Кроме того, это мой зал, и я имею полное право выкинуть тебя, просто из-за противной рожи. Теперь проваливай на хрен! И чтобы ноги твоей здесь больше не было. В следующий раз будет звонок в полицию.

Шатаясь на ногах, он поднялся и указал на Пола. Здоровяк собрался что-то сказать, но Грег его прервал:

— Можем вызвать и сейчас, если хочешь.

Мужчина опять взглянул на Пола... возможно, предупреждая. Затем направился к двери уже не с той прямой осанкой, с какой заходил.

Добравшись до выхода, он сказал, взглянув через плечо:

— Ты пожалеешь, мудак!

Непонятно, к кому были обращены его слова, Грегу или Полу, но ни один из них не был обеспокоен. Пол даже не выглядел взвинченным. Большому парню стоит лучше задуматься, кто из них в опасности.

Глава 4

— Эй, Джесси, я сам закончу с Полом, раз уж я здесь. Если не возражаешь, можешь начать прибираться, — сказал Грег.

— Конечно, отлично.

Я взглянула на Пола. Он был ужасно зол. Было не совсем понятно, он злится по поводу того громилы или по поводу моих необдуманных слов, которые не содержали в себе ничего оскорбительного, как мне казалось... Так что я предпочла протирать тренажеры, они хотя бы не злятся на меня.

В задней части зала я взяла чистящие средства и чистые полотенца и начала свою возню с тренажерами, неспешно продвигаясь вперед. Мне были слышны только сопения Пола, пока он дорабатывал свою прерванную тренировку, больше ничего. Когда же звуки прекратились, мой любопытный взгляд неконтролируемо перешел в сторону молчания. Пол к тому моменту уже испарился в мужскую раздевалку, и Грег общался с Викторией. Когда моя работа закончилась на нескольких последних тренажерах, Пол вышел, свежий после душа и в чистой одежде. Что ж, он опять походил на произведение искусства.

— Джесси, мы уходим. Я закрою вас, ребята, снаружи, — сказал Грег.

— Хорошо, я почти закончила. Спокойной ночи.

— И тебе, Джесси. Увидимся завтра, Пол.

— Спасибо, Грег, — ответил Пол.

В ответ Грег кивнул, и Виктория махнула нам на прощание. Помахав в ответ, я взглядом проводила их к выходу и расположилась на тренажерах, которую чистила. Подняв глаза, я увидела Пола, стоящего рядом.

— Прости меня, я немного разозлился, — сказал он мне. — Я знаю, ты ничего плохого не имела в виду, говоря Марку о моем племяннике. Просто ты не в курсе всей этой ситуации, и я не должен тебя втягивать.

— Ааа… — теперь, когда он извинился, я не знала, что сказать. — Все хорошо, — в конце концов нашлась я.

— Виктор — сын моей сестры. Когда он родился, ей было шестнадцать, и она очень переживала по этому поводу. Боялась, что люди ее осудят. Я знаю, что в настоящее время большинство не обратили бы внимания... но ей пришлось столкнуться с людьми, которые последними из всех достойны судить ее. И сейчас, чем больше я боев выигрываю, чем больше становлюсь публичным, тем больше люди лезут в мою семью и наше прошлое. Поэтому я не треплюсь о Викторе.

Я почувствовала себя полной идиоткой.

— Прости меня, иногда я бываю слишком болтливой. Мне так стыдно за прошлую ночь и это утро, я просто пыталась начать с тобой разговор... — я остановилась. — Ну вот, опять тараторю. Прости.

Он ответил улыбкой. Она была сногсшибательная... Боже, как я любила эту улыбку.

— Все хорошо, — сказал он, усаживаясь на скамью рядом со мной. — Тебе не за что извиняться. Этот здоровяк — отец Виктора. Он... как сказать, ты сама видела, у него свои проблемы. Сестра не хочет, чтобы их нашли. Он хочет забрать Виктора. Его отец — плохой тип, и готов забрать ребенка, даже через мой труп.

— О, боже. У нее есть запретный судебный ордер?

— У нее есть я, — сказал он. — Скоро суд. Надеюсь, что все аргументы, которыми он собирается уговаривать судью, не будут взвалены на одиннадцатилетнего парня. Если это не сработает, то будет распоряжение на официальные посещения и... — он остановился, все мысли отражались у него на лице.

Меня пробрала дрожь. Он же быстро сменил тему:

— Ты только тренируешь на этих тренажерах или сама тоже практикуешься?

— Ох, я сейчас сильно оскорблена... как ты мог сказать, что я их не использую?

Я флиртовала. Совершенно не надеясь на то, что это сработает.

— Я заметил твою форму. Сколько ты можешь поднять? — сказал он, ухмыляясь.

— Испытай меня и увидишь, — ответила с улыбкой.

Он сошел со скамьи, и я устроилась, лежа под стойками с грузами. На каждой стороне было установлено по девять килограммов. Я отжимала свой вес и еще немного.

— Добавь по двадцать два с половиной на каждую сторону, — распорядилась я.

— Не навреди себе, выделываясь, — сказал с усмешкой.

Мои руки тряслись, но это все воздействие его тела, которое находилось рядом с моим.

— Просто сделай это, умник! — сказала я, надеясь, что мой голос не выдаст мою дрожь.

Он выполнил приказ и наблюдал, как я отжала шестьдесят три килограмма без особых усилий.

— Впечатляет. Я был уверен, что тебя придавит этим весом.

— Это недостаточно тяжело для меня.

— Здорово, твои мышцы в хорошей форме и весьма рельефные, не зря говорят, они тяжелее жира. Как долго ты над ними работала?

— Свои первые подтягивания начала около тринадцати вместе с папой, — ответила я ему. — Я люблю тренироваться. Это делает меня счастливой.

Он кивнул, словно разделяя мои чувства.

Когда мой контроль над речевым аппаратом снова вышел из строя, я сказала:

— Мой бывший не понимал этого. Работа с природными эндорфинами была ему чужда. Я всегда думала, что он был бы менее обеспокоен, если бы изучил естественные способы работы над своими проблемами.

Вдруг я осознала, что выбалтываю слишком много лишней информации. Не думаю, что Пол был заинтересован в моей истории.

Сменив тему, я сказала:

— Эй, по правде говоря, если твоей сестре и племяннику нужно безопасное и уединенное место... я живу одна и была бы им рада.

Он подозрительно посмотрел на меня, пытаясь понять, зачем мне это нужно. Возможно, он прав, я даже не знаю его... или его семью. Мне была ненавистна мысль о том, что кто-то нуждается в таком комфортном и безопасном месте, как мое. На минуту мне показалось, что он просто проигнорирует мое глупое одолжение, но я ошибалась.

— Это любезно с твоей стороны. Спасибо, — ответил он.

Я подскочила со скамьи, на которой закончила и показуху, и уборку. Жар прошелся по всему телу, и лицо залило ненавистной краской. Как бы мне хотелось уметь читать мысли в этих небесно-голубых глазах. Он мог быть одинаково как заинтересован, так и разочарован. С его умением оставаться хладнокровным без лишних эмоций на лице, кто знает?

— Мне пора идти, — выпалила я слишком быстро.

— Да-да, мне тоже.

Мы вместе покинули здание, закрыв все на выходе. Он попрощался еле заметным кивком и покинул парковку на своей хромированной гигантской игрушке для мальчиков. Сама я ехала домой, борясь с бабочками в животе, и давая себе указания не позволять ему пробраться ко мне под кожу.

***

Добравшись до дома, я решила собрать вещи в стирку. Думала еще позвонить маме, чтобы доехать до ее дома и запустить стирку на ночь. Но когда я взяла трубку, раздался входящий звонок. Это был Сэм.

— Привет, Джесс! Слышал, у тебя был волнующий день после моего ухода.

— Да, можно и так сказать. Пол был очень впечатляющий, и Грег строил из себя крутого парня.

Он засмеялся.

— Я рад этим двоим в своей команде, особенно когда что-то выходит из-под контроля. Эй, мы все встречаемся в семь на арене. Пол сегодня бьется.

— У него бой? Тогда зачем он был в зале сегодня? Он только недавно отжимал по девяносто килограммов. Он спятил? Он мог себя жестко травмировать.

Сэм засмеялся и сказал в ответ:

— Я ему говорю это каждый раз. Он твердоголовый, один из упрямейших людей, которых я когда-либо встречал. Удачи, заставь его прислушаться к голосу разума. Он борется с парнем по имени Алекс Уилсон сегодня. Алекс занимает четвертое место в полутяжелом рейтинге. Это должен быть отличный бой.

Посмотрев на кучу стирки, я приготовилась сказать «нет». А потом представила Пола... и все внутренние споры остановились.

— Увидимся на месте.

Я выкопала очень милые джинсы, увлажнила, прогладила. К счастью, у меня нашлось несколько довольно приличных чистых блузок. Это просто повседневная одежда и джинсы, в которых я обычно выбегаю на улицу. Приняв быстрый душ, я уложила волосы. И понимая, что Пол, возможно, увидит меня, нанесла легкий макияж.

Я прибыла на арену около 6.30, и поджидающая снаружи команда быстро бросилась мне в глаза. Грег держал билеты для нашей четверки, когда мы проходили на свои места. У него были связи, так что мы всегда получали лучшие места на все спортивные мероприятия в городе. И это не было исключением: первый ряд на стороне — как я и предполагала, на стороне Пола. Арена вовсю разрывалась от шума, и наша компания активно кричала о том, как Пол надерет задницу своему сопернику, и ярко обсуждала его последний бой и несколько видео с YouTube. Я не была большой поклонницей боев вообще. Я даже не видела боев Пола ни вживую, ни на видео. Здесь же я оказалась лишь из-за необъяснимого притяжения к человеку, который со мной и поговорить толком не может. Я не была уверена, насколько многие подозревали реальную причину моего пребывания здесь. Мои подопечные бойцы всегда пытались приучить меня смотреть их бои. Марк усердно пытался этого добиться с того дня, как я его встретила, уже чуть больше года назад. Но мне всегда удавалось сливаться. Я понимала, что это, должно быть, глупо, ведь как истинный тренер я обязана просматривать их, чтобы видеть результат своей работы. Но мне совершенно не хотелось видеть, как они надирают друг другу задницы... по крайней мере, до того, как бывший парень сестры одного из них не пришел и не начал разборки. К большому удивлению, мое торжествующее волнение нарастало с каждой секундой размышлений о бое Пола с другим борцом. Его контроль был на высшем уровне, тело взмокло после разогрева перед боем, без сомнений, ничто не могло сломать его. Еще одна мурашка пробежала по тему при мысли о нем.

Около 7.05 диктор вызвал бойцов. Первым вышел Пол, об этом можно было догадаться, ведь пока у него еще не было такого титула. Сегодня вечером Алекс Уилсон был большой звездой, как видимо. Лично я не представляла, как кто-то мог оторвать взгляд от Пола. Он был одет в небесно-голубые шорты, и я поймала себя на мысли, что они отражают цвет его глаз. Татуированные узоры светились от вспышек софитов, и он потерялся где-то в своих мыслях.

Пол стоял в углу ринга, когда диктор вызвал соперника. Его мало волновало вдвое большее количество аплодисментов, приветствующее Уилсона. Его вид, конечно же, показывал абсолютное безразличие. Скорее всего, он был настолько сфокусирован, что не слышал и не видел ничего вокруг.

Уилсон казался одного роста с Полом, но Пол выглядел несколько более мощно. Его плечи были шире, и руки казались больше. Я думаю, это большое преимущество для захватов через бросок или ударов. Рефери вывел их в центр ринга для рукопожатия. После они разошлись по своим сторонам, и с гонга начался первый раунд.

Рефери подал сигнал для начала раунда, и бойцы вышли в бой. Уилсон без заминок выбросил джеб[7], который пришелся по подбородку Пола. Но он даже не отшатнулся назад, такое впечатление, что ноги его намертво приклеены к мату. Было видно, как Уилсон собирается атаковать левым хуком, но, к общему восторгу, Пол взлетел в воздух. Его ноги в одну секунду стояли на полу и в другую рассекали воздух. Это было потрясающее зрелище. Он поймал левое бедро Уилсона с мощнейшим ударом, затем закончил вращение ударом с левой по голове Уилсона, что вышибло того из баланса на маты. Тот сгруппировался прежде, чем удариться об пол, но, тем не менее, очевидно, был ошеломлен и выбит из колеи.

Пол уже был в стойке, готовый нанести новый удар, когда соперник еще даже не пришел в себя. Пол выбросил правый кулак в сторону Уилсона, но тот, воспользовавшись обеими руками, захватил его и провернул вокруг себя. Пока Пол приходил в себя от неожиданной реакции, Уилсон уже был готов, и удар пришелся по левой стороне корпуса. Тот едва вздрогнул перед тем, как выпустил серию хуков и джебов по лицу противника. Уилсон был хорош в защите, но Пол был молниеносней. Пара хуков с правой оставили метки на лице соперника, и к тому моменту, как раздался гонг, можно было с уверенностью сказать, что этот раунд был за Полом.

Мужчины разошлись по углам, где их помощники быстро обливали их водой и вытирали излишки пота и повреждений, после чего снова стремительно прозвучал гонг для второго раунда. Не было никаких сомнений в том, что напряжение их тел было на пределе к новому поединку. Без промедлений правый кулак Пола пришелся на мягкую область живота Уилсона. Пол перегруппировался, но Уилсон оказался быстрее, ответив левой, придя в стойку. С легкостью увернувшись, он вернул удар, пришедшийся по лицу Пола. Я увидела капли крови и брызги пота, пролетевшие над рингом. Мой рот раскрылся в немом крике; закрывая себя руками, я молила о скорейшем завершении этого жуткого боя. Это было похоже на крушение поезда, но мои глаза все же не могли оторваться от зрелища.

Следующие два раунда прошли с переменным успехом. Я замечала, что Пол отвечал одним-двумя ударами на каждые три-четыре Уилсона. Его ноги были такими стремительными, а тело изящным, что, казалось, он не выбрасывает удары, а танцует. Он не тратил свою энергию на пустые выпады и атаки. Каждый бросок или удар в сторону его прелестного лица или тела не выбивали его из колеи, а сосредоточенный вид рушил впечатление от атак Уилсона.

Уилсон потерял свою форму в пятом раунде, и Пол взял верх своими хуками. Он бросил крест, а затем хук и джеб, а затем сделал удивительное маленькое вращение и ногой отбросил Уилсона на землю. Чемпион был явно утомлен, что, очевидно, и являлось целью Пола. В начале шестого раунда, когда Уилсон был на последнем издыхании, Пол выбросил левый кросс, который ошеломил противника, а затем сразу послал правый апперкот снизу в челюсть. Тело Уилсона буквально отлетело назад на пару метров, и он приземлился на мат без сознания. Я видела, как Пол ожидал рефери для того, чтобы убедиться, что тот дышит. Я задалась вопросом, о чем думает и что переживает боец, когда это происходит? Всегда была вероятность того, что соперник умрет. Как только он узнал, что Уилсон не сделал такую глупость, как умереть, мягкая улыбка озарила его красивое лицо. Он только что выиграл матч и выглядел как профессионал.

Рефери объявил Пола победителем и сделал знак, чтобы беспомощного Уилсона вынесли, пока победитель накручивает круги по рингу. После он вышел к толпе, визги и крики, предназначенные ему, сводили с ума своим безумием. По пути его приветствовали пятерней в воздухе, пока в этой суматохе он не увидел нас. Мы находились в море тел, тесно прижимающихся к победителю, и я тонула в них, пока сама не оказалась вплотную прижатой к Полу. Еще чуть-чуть, и мы сольемся в одно целое.

Я подняла глаза на него.

— Вау, ты был великолепен.

Он улыбнулся мне в ответ, и я потерялась в этих сексуальных небесных глазах, а мы вдруг словно оказались в вакууме. Я больше не слышала шум толпы, все, что я слышала — это его тяжелое дыхание и стук моего сердца в ушах. Это было такое же чувство, как и перед первым поцелуем, и я клянусь, он думал о том же. Я медленно на цыпочках плотнее придвинулась к нему. Все было так нереально до тех пор, пока на его плече не появилась женская рука, и он от меня не отвернулся. Заключив ее в свои крепкие объятия, он поднял ее в воздух. Ее лицо остановилось на одном уровне с его. Мое же внимание застыло на схожести цвета их глаз. Я сказала себе, что это его сестра... она должна была быть его сестрой.

Глава 5

Спать я легла будучи все еще полна того сексуального напряжения, которое почувствовала, стоя после боя так близко к Полу. Я думала о нем всю ночь. В моем сне он все-таки поцеловал меня, и это был один из тех поцелуев, который вам хотелось бы, чтобы длился вечно, и который, вы знаете, никогда не сможете забыть. Когда я проснулась на следующее утро, эта картина все еще стояла у меня перед глазами. Как ни старалась, я не могла не думать о нем. Это было сумасшествием. Меня не покидало ощущение, что мы не просто целовались, а провели вместе невероятно страстную ночь. Там были сотни других людей, которые продолжали толкать его вперед, несмотря на то, что он и так стоял слишком близко.

Найдя, в конце концов, в себе силы твердо решить не раздувать из этого проблему, я пошла в душ. Но это не сработало. Я думала о нем после душа, думала о нем, пока одевалась. Наливая чашечку кофе, я снова и снова думала о нем. Пока готовила тост, мысли мои были о нем, это становилось все более невыносимым, хотя, возможно, и он так же думал обо мне. Он все еще не выходил у меня из головы и в тот момент, когда я ехала на работу. И чем больше мои мысли возвращались к нему, тем больше была надежда на то, что он тоже ощущает эту химию между нами. Пока я пребывала в стране грез под названием «Пол Делпорт», машина привезла меня к работе, а дымка мечтаний так и не рухнула. На парковке возле зала тем временем было полно полицейских машин.

Пришлось оставить машину где-то на дороге вниз по улице, потому что на нашей площадке не было даже свободного сантиметра. Когда я выбралась из машины и стремительно приблизилась к залу, мои глаза не смогли поверить происходящему передо мной. Два огромных окна на фасаде были вдребезги разбиты. В шоке ноги повели меня к входной двери, но полицейский преградил мне путь.

— Прошу прощения, мисс, но вы не можете зайти внутрь.

— Я здесь работаю, — опешила я.

Офицер хотел было что-то добавить, но Сэм уже стремительно шел в нашу сторону.

— Все хорошо, — сказал он полицейскому. — Можете ее впустить. Она одна из последних, кто закрывал дверь.

Офицер отошел в сторону и впустил меня.

— Какого черта происходит? — спросила я Сэма.

— Ранним утром Грегу позвонили из охраны безопасности. Чтобы там ни произошло, те, кто это сделал, успешно скрылись к прибытию полицейских.

Когда я оказалась внутри, то, осмотревшись вокруг, обнаружила, что одна часть оборудования исчезла, а другая раскидана по всему пространству. Мусор из уличной корзины был разбросан по всей парковке, а сам металлический бак перевернут в центре зала.

— Полиция хочет поговорить с тобой. Ты была последней, кто уходил отсюда прошлым вечером.

Я молча кивнула. Странное онемение прокатилось по всему телу, когда я подумала о том, как же сейчас паршиво Грегу и Иоланде. Должно быть, для них это большие неприятности. Они вложили в это место душу, даже Иоланда держалась за свою дневную работу для того, чтобы, так сказать, поддержать это место. Сегодня зал однозначно был бесполезен. Я очень надеялась, что страховка покроет причиненный ущерб.

Когда Сэм проводил меня к старшему офицеру, я увидела того, о ком сегодня были все мои мысли. Пол был сильно подавлен. Он стоял внутри всего этого хаоса и разговаривал с Грегом и с одним из офицеров. Я буквально осязала исходящий от него гнев. Скорее всего, он, как и я, воспринимал эту трагедию слишком близко к сердцу из-за близости к Грегу, или же здесь было что-то еще?

— Мисс Купер? — спросил офицер.

— Да, Джесси Купер, — ответила я.

— Вы закрывали двери вчера вечером?

— Да, я закрывала.

— Вы включили сигнализацию?

— Да, я всегда включаю сигнализацию, когда закрываюсь последняя. Она сработала, правильно?

— Да, она сработала. Я просто хочу установить временные промежутки. В котором часу вы покинули помещение?

— Может, в 16.45 или 17.00.

— Вы отметили время, когда уходили?

Я начала вспоминать. Сначала я сделала жим веса... красуясь перед Полом, потом встала рядом с ним, когда мои внутренности закружились в карусели, а затем, одурманенная, я убежала, сверкая пятками, и, конечно же, не отметила время перед уходом.

— Я так не думаю, — призналась офицеру.

— Были особые причины для этого? — уточнил он.

— Нет, никаких, — мой голос поник. — Я просто забыла. Со мной такое случается временами.

— Был кто-нибудь с вами, когда вы покидали место?

Мой взгляд вернулся к входной двери. Пол стоял в одиночестве и в стороне ото всех, и все так же кипел изнутри.

— Ммм, да. Пол Делпорт был нашим последним клиентом. Он покинул помещение вместе со мной.

Полицейский посмотрел на Сэма, и тот кивнул в ответ:

— Другой офицер только что разговаривал с ним, он снаружи с моим боссом.

— Кто-нибудь бродил вокруг снаружи, или, может, вы заметили какие-либо транспортные средства на автостоянке, которые не должны были там быть?

— Ничего такого, что бы я заметила... точно помню, что грузовик Пола и моя машина были единственными.

— Хорошо. Мисс Купер, вы находились здесь, когда произошел инцидент между мистером Делпортом и другим мужчиной?

— Да, я была здесь.

— Можете рассказать, что произошло?

— Виктория уже закрывалась, а незнакомец ворвался во внутрь. Она сказала ему, что мы закрыты, но он все равно прошел. Пол был занят и начинал упражнения на скамье с грузом. А этот маньяк просто подлетел к нему и начал драку.

— Вы слышали слова, которыми они обменивались?

У меня не было вредной привычки лгать или утаивать правду от полиции, но я не знала всех деталей и не была уверена, что мои слова будут правильно расценены.

— На самом деле, не очень много. Помню громкие ругательства здоровяка. Я тогда отошла в сторону и потому не слышала четко, о чем они говорили.

— Вы можете описать мужчину, который дрался с мистером Делпортом?

— Да, рост около сто девяносто сантиметров, очень большой мужчина... темные волосы, темные глаза... белокожий. По-моему, есть татуировки на руках.

— Хорошо, спасибо. Вы не возражаете дать нам свой номер телефона на тот случай, если возникнут вопросы?

Записав мой номер, он поблагодарил меня и ушел. Затем я наконец решилась подойти к Полу.

— Привет, как ты?

Он опустил глаза с суровым выражением, которое до сих пор было на его лице.

— Отец Виктора, Митч, сделал это.

Этот факт объяснял его гневный вид.

— Ты уверен? — спросила я.

— А кому еще это могло быть нужно? Это не была кража со взломом.

— Ведь забрали некоторое оборудование...

— Если бы это была кража, то забрали бы больше, чем один или два тренажера. Здесь все же больше вандализма, чем чего-то еще. Митч был сильно раздражен тем, что я не сказал ему, где моя сестра, и тем, что я надрал ему задницу. И ты и Грег слышали, как он говорил, что мы еще пожалеем после его ухода...

От растущего гнева его голос вибрировал. Вдруг мне стало не по себе от осознания того, о чем могли быть его мысли и какими могли быть планы.

— Эй, а что, если мы с тобой пробежимся по свежему воздуху и проветрим голову? Я на грани психоза, а нагрузка меня немного успокаивает.

Пол окинул глазами зал. Осознав свою беспомощность, он ответил:

— Хорошо, ладно. Давай выбираться от сюда.

Предупредив Сэма о наших планах, я предложила помощь Грегу и Иоланде, если все еще понадоблюсь здесь. Сэм предположил, что полиция будет осматривать зал до конца дня, и помощь понадобится не раньше следующего утра.

Выйдя с Полом на улицу, я оставила свою сумку с вещами в машине. Он уже подпрыгивал на месте от переполнявшей его энергии, которая была готова вырваться в любую секунду, как бомба замедленного действия. Ему срочно нужно было ее перенаправить на более безопасный уровень.

Мы начали свой путь по тротуару, выбегая по направлению от города к небольшому милому жилому району, где, как я помню, был парк с прелестным озером и несколько беговых дорожек. Не уверена, сдерживал ли он свою скорость намеренно, но мы бежали в ногу, пока не достигли парка. Весь путь Пол молчал, но, как только мы вступили на беговую дорожку, его темп замедлился до шага, и он заговорил:

— Я чувствую себя причастным к этой разрухе. Мне паршиво перед Грегом.

— Это не твоя вина.

— Это как... я не знаю... Митч — это моя война, не Грега. Я уверен, что именно он это сделал. Митч — отвратительный человек, и это самое безобидное, что он мог сделать. Я пытался сказать об этом сестре еще тогда, когда только встретил его двенадцать лет назад. Я был еще ребенком, но уже мог ощущать опасность, исходящую от него. Он обращался с ней как с мусором... а потом она просто забеременела. Думаю, тогда она поняла, что попала в ловушку и застряла в ней с ним. Он давил на нее с замужеством, хотя мы с мамой и пытались ее отговорить. Тогда она была слишком твердолобой и из-за беременности, и из-за страха вылететь из школы, поэтому нашла меньшим наказанием для себя остаться с Митчем. Также она прошла через все круги ада благодаря стараниям нашего отца. Думаю, это было еще одним дополнительным толчком для того, чтобы покинуть родительский дом и поспешно выскочить замуж.

— Она прожила с Митчем пять лет. Не знаю, как она это выдержала, но был безумно счастлив, когда примерно шесть лет назад она позвонила мне и сказала, что бросила его. Виктор тогда, как раз пошел в школу. Она нашла работу и жилье, а Митч не беспокоил их первые пару лет. Не уверен, где он был... может, в тюрьме или где еще, главное, он не беспокоил ее. Но в итоге он вычислил их местонахождение и начал ошиваться вокруг. Сестре приходилось три раза менять свой номер телефона, ей нельзя было заводить страницу на Facebook, пришлось дергать Виктора, менять школы и места... Ублюдка совершенно не волновало, что это значило для его сына. И теперь он говорит, что хочет совместной опеки. Да пошел он!

— Он применял к ней силу?

— Сестра не сказала бы мне, даже если бы он и делал это. Но я не замечал следов на теле... к счастью для него. Она понимала, если бы я узнал о том, что он хоть пальцем ее тронул, все закончилось бы для меня тюрьмой. Ее защита заключалась в умалчивании того, через что ей пришлось пройти. Если бы он причинил ей боль... я не смог бы себя контролировать.

— Что насчет Виктора? Думаешь, он его тоже бил?

— Нет... не физически. Моя сестра сама бы убила его во сне. Виктор — ее мир, и она сделает что угодно для его защиты. У Митча есть определенные сдерживающие факторы в лице Виктора. Насколько я могу судить, Виктор ничего не знает. Он хороший и спокойный ребенок. Пребывание рядом с таким человеком, тем более своим отцом, может травмировать любого ребенка. Знаю это не понаслышке. Воспитание озлобленным человеком делает озлобленным и ребенка, а позже эта злость направляется и на весь мир. Он был ужасным парнем для моей сестры и будет еще более ужасным отцом. Мари — моя сестра, и я знаю, о чем говорю.

— Твоей сестре и племяннику повезло, что у них есть ты, — сказала я, впечатленная его любовью и привязанностью к семье больше, чем боевыми навыками на ринге. — Так здорово, что ты готов на все для их защиты.

Он пожал плечами в ответ и добавил:

— Это то, что ты делаешь для своей семьи, — сказал он так, будто это было вполне понятным фактом для всех. — Вы должны приглядывать друг за другом, правильно?

— Да, это верно, — согласилась я. — Было бы замечательно познакомиться с твоей сестрой, — это не было просьбой, просто констатация факта.

Его брови нахмурились, на лбу образовались морщины, и он сказал:

— Возможно, это не очень хорошая идея.

— Почему?

— Не хочу, чтобы она знала, что я треплюсь с тобой про ее жизнь, — сказал он. — Ей это не понравится, и я потеряю ее доверие. Пока она мне доверяет, она в безопасности.

Он замер на месте. Мы были в глубине парка, и перед нами открылся берег небольшого искусственного озера. Пол тяжело дышал и истекал потом. Можно было подумать, что это от все еще взвинченного состояния, но мое тело изнемогало также и легкие задыхались. Его взгляд перешел от озера ко мне.

— Как насчет того, чтобы поплавать? — выдал он с ухмылкой.

— Звучит замечательно, — сказала я.

С детской радостью на лицах мы решили проигнорировать расставленные по всему пляжу знаки «Не купаться».

Не тратя время на разговоры, он стянул с себя футболку, шорты с ботинками и носками полетели в сторону от него. У меня не было невероятного изящества в сбрасывании одежды, и хоть он уже и видел меня во всей красе и не в самом лучшем белье, это было бы слишком для городского парка. С моим везением в этот момент точно должны были выскочить смотритель парка из-за деревьев и поймать меня на месте преступления, тогда в тюрьму я отправилась бы в одном белье.

Я сбросила носки с кроссовками и нырнула за ним в своих шортах и футболке для работы. Пол на тот момент уже достиг другого берега. Он перевернулся на спину и, широко раскидывая руки, скользил по поверхности озера. Вода приятно освежила своей прохладой и растеклась по телу удивительным блаженством, когда я нырнула вглубь и затем вернулась на поверхность. После третьего погружения с головой мое тело оказалось возле Пола. Он странно посмотрел на мое лицо, и его рука потянулась к пряди моих влажных волос, чтобы заправить ее за ухо. Мурашки стремительно пробежали по моей спине. Но еще больший шок простелил по телу, когда мягкие губы Пола прильнули к моим с невероятно жестким напором, видимо, ожидая сопротивления. Это было выше моих сил, и я просто растворилась в нем, а он жадно накрыл мои губы своими, притягивая за плечи еще ближе к себе. Его нетерпеливый язык раскрыл мои онемевшие губы и сделал поцелуй еще более глубоким, более жадным, а потом Пол просто резко остановился. Несколько секунд он в упор смотрел на меня, после чего его тело погрузилось в воду, и он уплыл прочь. Я же осталась одна, окруженная водой и с диким головокружением. Каждый нерв взрывался в моем теле вспышками фейерверка. А он просто накручивал круги по поверхности воды, словно ничего и не произошло. Какого черта? Может быть, просто вся энергия и гнев, разрывающие его тело, вырвались наружу в виде страстного поцелуя?

Глава 6

Когда мы наконец выбрались из озера, Пол сказал:

— Я чувствую себя гораздо лучше... ну, по крайней мере, мне больше не хочется никого убить. Спасибо.

— В любое время, — ответила я. — Но боюсь, что вспотеть от пробежки в последней чистой одежде и отправиться купаться в старом грязном озере — не самая лучшая идея, если твоя стиральная машина до сих пор не работает.

— У меня есть стиральная машина, которая работает.

— Спасибо. Твое хвастовство заставляет меня чувствовать себя лучше.

Он засмеялся.

— Я имею в виду, что ты можешь устроить стирку у меня дома, — сказал Пол.

Я опять засмущалась. Мне казалось, он просто издевается надо мной.

— Хорошо, раз так, то спасибо за предложение, — продолжила я смущаться. — Я думала поехать к маме домой и устроить одну или две стирки там... но она всегда превращает это во что-то грандиозное, и просто так мне уже от нее не выбраться. К сожалению, у меня просто нет столько времени.

— Я обещаю не превращать это во что-то грандиозное, — сказал он, улыбаясь, и мы продолжили свой путь к залу.

— Почему бы тебе не оставить свою машину здесь, тем более что твой дом близко, а на обратном пути я подкину тебя сюда?

— Ладно, это было бы здорово.

Закрыв смою машину, я забралась в его монстра, чтобы доехать до дома. Полиция до сих пор находилась в зале и, судя по машинам Грега и Йоланды, они тоже. Я собиралась сделать все возможное, чтобы помочь им с уборкой, как только полиция покинет здание.

По дороге к нему наши мысли явно витали где-то далеко. Сначала я думала о спортзале, потом о поцелуе. Меня откровенно забавляло то, что сам поцелуй был похож на взрыв динамита, а после него все было тихо, и ничто не говорило о произошедшем. Я с полной уверенностью могла сказать, что Пол был, как минимум, очень странным.

Когда мы вошли в его квартиру, он оставил меня в гостиной и прошел в свою комнату. Через несколько минут Пол вернулся с огромной футболкой и передал ее мне.

— Не думаю, что у меня есть для тебя какое-нибудь нижнее белье.

Он говорил это с таким серьезным видом, что на секунду я заколебалась. После чего он улыбнулся, и тогда я не смогла сдержать смех.

— Думаю, что могу заставить футболку справиться с этой задачей, — сказала я ему в ответ. — Я очень постараюсь сидеть как леди.

— Не переживай на мой счет, — его улыбка расплылась по лицу в ответ.

Мой желудок сделал сальто, а Пол исчез в своей комнате, чтобы переодеться. Я же прошла в ванную, чтобы выпрыгнуть из своих отвратительных мокрых шмоток и раствориться в его футболке. Дальше я взялась за волосы, они явно нуждались в помощи, да и эти черные круги от туши требовали внимания. Теперь стало гораздо лучше. Футболка Пола доставала до колен, практически как платье. Меня смущало лишь то, что, когда я вышла из ванной, он знал об отсутствии на мне белья.

— Стиральная машина в том большом шкафу на кухне, — сказал он, располагаясь на диване в чистой одежде и играя в приставку племянника. Или это была его игра, и он просто давал поиграть в нее Виктору. В любом случае он выглядел уверенным в своих действиях, управляя этой штукой.

— А где сегодня твой племянник?

— В школе.

— Ой, совершенно забываешь какой сегодня день, когда работаешь семь дней в неделю.

Я прошла внутрь кухни и открыла складную дверь, где находилась стиральная машина и сушилка. Закинув свою одежду в машинку и установив режим стирки, я вернулась в гостиную. Пол поставил две запотевшие бутылки холодной воды на журнальный столик перед собой.

— Это и мне тоже? — спросила я.

— Да, — сказал он, нанося компьютерному противнику удар в лицо.

— Спасибо, — поблагодарила я его. — А где твоя сестра?

— В поисках работы.

— О.

Он продолжал рубиться в игрушку, а я — наблюдать за ним, когда с моих губ вдруг слетел совершенно необдуманный вопрос:

— Почему ты поцеловал меня сегодня?

Его руки замерли на пульте, и его игрок быстро попал под обстрел ударов.

Потом, придя в себя, он наконец сказал:

— Думаю, это был импульс.

У меня во рту вдруг резко пересохло, и я сказала:

— Ну, ладно, но если ты чувствуешь еще какие-либо импульсы... можешь не стесняться и спокойно следовать им.

Улыбка медленно расплылась по его лицу, и он опустил пульт вниз. Что-то похожее на желание, похоть... называйте это как хотите, прошла по моим нервам, а затем и по артериям и венам. Этот всплеск тепла и истомы сложно описать словами, даже если бы от этого зависела моя жизнь... это просто химия. Его лицо приблизилось к моим губам, и я знала, что жду поцелуя. Мучительное ожидание было слишком долгим и невыносимым... он приближался слишком медленно. Мои руки сорвались к его шее, и рывком я завладела его дразнящими губами. Сначала мои губы изучали его, а после, проскользнув по ним жадным языком, я попробовала его ароматное дыхание и утонула в нем. Он же щедро разомкнул губы для меня, когда я скользила между их мягкостью языком, изучая теплые влажные глубины его рта. Это был взрыв, желание, которое проходило через все тело от него при первом же взгляде.

На этот раз поцелуй длился гораздо дольше, мы словно по очереди дегустировали губы друг друга. Одной рукой он зарылся в мои волосы, пропуская огненные пряди сквозь пальцы, а другой поднимался по бедру к краю его футболки. Давай же, подними ее выше. Я вся промокла, и все тело болело от жажды его рук во мне. Вместо этого он остановился, освободив волосы, захватил мои руки своими и потянул с дивана. Мы подошли к входной двери, закрыли ее и по коридору поднялись в его комнату. Он пинком раскрыл двери спальни, которая закрылась сама от толчка, и провел меня к огромной кровати. Затем он расположился на краю со мной, стоящей перед ним. Его пальцы потянули футболку за край, открывая глазам вид на мои бедра, талию, грудь и на всю меня. Футболка полетела в сторону. Моя обнаженная грудь наливалась желанием, находясь в нескольких сантиметрах от его губ, а соски гудели от напряжения. В голове же сейчас не было ни единой мысли, кроме той, в которой я молила его, не теряя времени, накрыть ее своим горячим ртом. И Пол не разочаровал меня.

Обеими руками он захватил мою талию в оковы своих рук и нежно потянул к себе, теребя жадными поцелуями одну грудь. Он слегка посасывал ее, проводя жарким языком по затвердевшему соску. Его жадный рот раскрылся, практически скрывая всю грудь в своих глубинах, а затем перешел к сладким сексуальным пытками над другой. Едва удерживая себя на ногах, мое тело обмякло в его руках, хватаясь изо всех сил за его голову, пока его рот занимался любовью с моими грудями. Его руки опускались по моей заднице обратно к бедрам, пока эти истомные поцелуи продолжались. Затем они снова возвращались к моим ягодицам и с голодом сжимали их в крепких ладонях в соответствии с ритмом языка на моих тугих сосках. После он пододвинул меня к себе еще ближе так, чтобы я смогла тереться своим лоном об его твердое бедро, пока он продолжал оказывать внимание моей груди. Пол сосал ее так сильно, что грань между болью и наслаждением вдруг стала размытой. Мне было все равно, это была сладкая пытка. Когда этого стало недостаточно, одна его рука легла на его бедро, и его пальцы начали исследовать мою плоть, теревшуюся об его бедро. Это сводило меня с ума. Только одно долгожданное прикосновение его руки, и все мое тело взорвалось в экстазе оргазма.

— О, боже...

Мой голос был похож на сиплый шепот.

Его рот соскользнул с моего соска и расплылся в улыбке. Пол все еще жадно сжимал мой зад, пока этот великолепный палец нежно поглаживал мой опухший клитор, выглядывающий между моими разгоряченными губками. Там было почти слишком много стимуляции... почти. Он вернул свои руки на мою талию и отодвинул от себя на шаг. Стоя друг напротив друга, наши тела пускали электрические разряды, они все еще были голодны, и наконец его одежда тоже полетела в сторону. В онемении я смотрела на его великолепное обнаженное тело, уже лежа на огромной кровати. Он снова поцеловал меня... еще один жесткий, страстный поцелуй, только на этот раз между нами не было ничего, кроме голой кожи. Его сильные мышцы превосходно чувствовались на моем теле, и эта пульсирующая эрекция жадно прижималась к плоти между моих бедер. Он прервал поцелуй, откинув меня выше на кровать, а затем рукой нашел золотую упаковку в прикроватной тумбе. Пока его великолепный палец продолжал свои сладкие пытки, пакет был безжалостно разорван зубами. Одним дразнящим движением руки по твердой эрекции Пол в одну секунду надел презерватив. Теперь его палец полностью погрузился в меня, отчего мои стоны усилились, а мое тело скорчилось от наслаждения, после Пол добавил еще один. Он возвышался надо мной, безжалостно трахая меня пальцем, а я не могла даже заставить себя закрыть глаза и затеряться в этом блаженстве, настолько мне не хотелось отрывать от него взгляд.

Я была на грани оргазма, и мое тело чувствовало нарастающее тепло. Но мне было мало только его руки, я хотела почувствовать его член внутри себя. Я застонала и протянула к нему руки, чтобы схватить его за бицепс и потянуть на себя. Поняв, он вынул из меня пальцы и, взяв меня за руки, толкнул дальше на кровать. Оперевшись на бедро, он поднялся еще чуть выше, и я почувствовала, что головка его члена давит на вход. Протянув руку, я сжала его член в руке. Я не без удовольствия почувствовала, как он вздрогнул, когда я помогла ему войти в меня. Как только головка его члена погрузилась в меня, он закрыл глаза и замер, наслаждаясь моментом. Мне было невероятно жаль, что я не могла узнать, о чем он думает, но я знала, о чем думаю я... Это было идеально — ощущать его внутри себя. Пол открыл глаза и посмотрел на меня, прежде чем начать медленно двигаться, постепенно заполняя меня собой всю. Затем он резко рванул назад, оставив меня на грани взрыва, и с сильным толчком вошел обратно, пройдясь по моему клитору. Но настала моя очередь схватить его за зад и, задавая свой ритм, толкать его бедра от меня и ко мне. Я все еще держалась. Еще несколько секунд — и этот оргазм разорвет мое тело на мелкие кусочки. И вот я закричала, а мои ногти мертвой хваткой врезались в его мягкую плоть на заднице.

Он замедлил движения, выжидая, пока мое тело не перестало трясти, а затем его толчки вошли в новый жесткий ритм. Его тело навалилось, его поцелуи были безжалостными, всасывая губы и горячий язык. Теперь его член вбивался в мою плоть быстро и глубоко. Почувствовав, что он на грани, я приподняла свои бедра и дала ему еще больше доступа. Мы были уже на краю кровати, и обе мои ноги покоились на его плечах. Толчки отдавались звонкими хлопками по всей комнате, они грозили взорвать меня в очередном экстазе. Внутри меня все горело, и когда его тело и член напряглись, он издал глубокий стон, и эта груда мышц, вдавливая меня в матрас, обмякла на моем теле.

В комнате были слышны наши тяжелые вздохи, и спустя несколько минут он спросил:

— Ты можешь дышать?

— Нет, — прошептала я в ответ. — Но это неважно.

Он засмеялся и перевернулся на спину. Я почувствовала, как он вышел из меня и, согнувшись, стянул полный презерватив, после чего тот полетел в урну возле тумбы. Затем он снова перевернулся ко мне и рухнул на кровать. Некоторое время мы просто лежали, восстанавливая дыхание и слушая бешеное сердцебиение друг друга. Затем приятные ощущения начали снова пробегать по моей коже, когда его рука нежно заскользила по моему животу, образовывая кольцо из рук вокруг талии. Я думала он хочет обнять меня, но, Боги, как я ошибалась. Он поднял мое тело одной рукой и скользнул вниз по матрасу между моих бедер прямо к пульсирующей киске. Его язык начал кружить вокруг клитора, боже... Мои колени разъехались в стороны, сделав все возможное, чтобы ему было удобно. Его язык словно порхал, это было настолько хорошо, что я готова была кричать. Язык кружил, не отрываясь от меня ни на секунду. Он двигался то вправо, то влево, то надавливая, то отпуская... как же было хорошо. Сейчас больше ничего не имело смысла, существовало только наслаждение. Я была возбуждена настолько, что даже его рукам приходилось держать меня, чтобы я не отстранилась. Это было удовольствием, от которого сложно устоять на месте.

Он продолжал эти пытки в течение нескольких минут, пока давление его языка не стало спускаться и подниматься по всей поверхности моей влаги. Его лицо было похоронено во мне, но как только язык вошел внутрь, крик вырвался наружу, и меня накрыл мощнейший оргазм, оглушая и разрывая меня от макушки до самых кончиков ног. Такого я еще не испытывала... Пока мое тело продолжало гореть и трястись, он вынырнул из оков моих бедер и схватил меня, разобранную на мелкие куски, в свои крепкие руки.

Когда я снова смогла говорить, то первое, что выдал мой перегруженный мозг было:

— Это было... о, мой Бог! У меня нет слов.

Его тело тоже содрогалось в ответ. Он зарылся лицом в мои волосы, и я почувствовала его горячее дыхание на затылке. Я чувствовала себя настолько удовлетворенной, что мне пришлось встряхнуть себя физически, чтобы не заснуть.

Он выбрался из моих волос и засмеялся.

— Что это было?

— Не хотелось бы заснуть сейчас... голой. Хочешь оставить обо мне дурное впечатление, когда твоя сестра вернется домой?

Он засмеялся и крепче прижал меня к себе. Спустя несколько минут его дыхание выровнялось, и я испугалась, что он уснул.

— Пол? Ты спишь?

— Нет, — в ответ засмеялся он.

— Мне нужно положить вещи в сушилку, пока никто не вернулся.

Он кивнул в ответ, но не ослабил хватку.

Спустя пять или десять минут я спросила:

— Пол?

— Да?

— Ты отпустишь меня, мне нужно положить белье в сушку. Помнишь?

Я снова почувствовала сильное давление на бедра. Его член вновь был слишком твердым и жадным.

— Я бы не хотел.

Затем Пол перевернулся на спину и притянул меня на свое рельефное тело так, чтобы я могла смотреть ему в лицо. Снова он поцеловал меня, но на этот раз все было иначе. Теперь это был не страстный и голодный поцелуй, а нежный и мягкий. Как же я любила такие поцелуи.

— Иди положи свою одежду в сушилку, — сказал он наконец.

Но я уже скользила губами вниз к шее и нежно целовала ее. Он застонал, когда я нашла маленькое сладкое местечко и начала покусывать его. Я посасывала, захватывала зубами и облизывала, а потом опять целовала. Через минуту или две я продолжила исследовать его тело чуть ниже и сползла к его груди, задевая соски. Они были настолько же твердыми и жаждущими, как и мои, и когда я лизнула, засасывая каждый из них, Пол вздрогнул и застонал. Когда же мои губы спустились к твердости, исследуя по дороге крепкие мышцы его живота, он начал говорить своим глубоким, хриплым голосом:

— Я думал, ты собираешь положить свое белье в сушку.

— Через минуту... или две, — сказала я, захватывая его член своими губами.

— Твою мать!

Его бедра напряглись, когда я провела по ним кончиками пальцев, а затем взяла в рот головку его члена. Я провела языком по всему ободу, а затем слегка пососала головку. По звукам, которые он издавал, я поняла, что ему нравится, и это сделало меня до глупости счастливой. Затем я приподнялась на локтях и продолжала дразнить его своим языком уже по всей длине, пока его выдержка не закончилась. Обе его руки захватили мои волосы и удерживали голову, пока бедра жадно толкали всю длину в глубину, поднимая его тело от кровати. Пока его скорость выходила на новый ритм, я кружила языком по его эрекции вверх и вниз, чувствуя налитые кровью вены вдоль всего ствола. Радостная гордость накрыла меня от мысли, что я сделала его таким... уже дважды за день.

Не останавливаясь, я поднялась на колени, раздвигая его ноги шире. Теперь он был в ловушке. Затем я раскрыла рот так широко, как могла, чтобы заглотить его член на всю длину, пока его головка не уперлась в заднюю часть горла. Его руки до сих пор в крепкой хватке держали мои волосы, задавая ритм и врезаясь ногтями в кость черепа. Я дернула голову резко верх, затем с силой вниз, потом повторила... и еще раз верх, вниз, а затем Пол закричал:

— Твою мать! Вот черт! Да, детка! Я кончаю, Джесси, твою мать... малыш, да!

Он попытался вытащить его, но мне было слишком хорошо, он был так тверд, и его влажность уже бежала по венам. Я никогда не делала такого, у меня никогда не было человека, которым так хотелось наслаждаться. Мои губы вытянули все до последней капли, пока он полностью не опустел. Когда его тело расслабилось, мои губы соскользнули с его члена, и я посмотрела на него. Его голубые глаза были широко распахнуты, и было сложно понять выражение его лица. Необходимость в расшифровке его мимики отпала, когда в то же мгновение он притянул меня к себе на грудь и затянул в глубокий и страстный поцелуй.

Глава 7

Пока я собиралась отправить постиранное белье в сушку, Пол пошел в душ, и как только я справилась, он уже вышел освежившийся. Легкость и игривость, в которой мы пребывали во время наших сексуальных утех, испарились, и в воздухе повисло неловкое молчание. Думаю, это последствия случайного секса с кем-то, кого вы едва знаете, и когда после остается тысяча вопросов. Он заговорил лишь тогда, когда моя одежда высохла, и я собрала ее.

— Мой племянник вернется домой где-то через час. Мне тебя отвезти домой или до спортзала?

Не хотелось возвращаться в зал с видом «только из душа». Я люблю моих друзей, но в ту же секунду, когда они увидят меня в таком виде, выходящую из машины Пола, сплетен не избежать.

— Домой было бы замечательно. Попрошу кого-нибудь из девчонок подвезти меня до работы завтра. Думаю, мы целый день будем заниматься уборкой.

Как только мы оказались в грузовике, и я показала, как добраться до дома, в машине повисла свистящая тишина. Я раздумывала, что этот день значил для него... если вообще что-то значил, и куда мы движемся... если вообще движемся. Как же хотелось знать, что творится в его голове. Может, он жалеет о нашем сексе? Тревожит ли его необходимость видеть человека, с которым у него был горячий секс, каждый день в спортзале? Сейчас я не была такой храброй, как ранее этим утром... и не могла выдавить из себя и слова. Может, я просто боялась услышать неправильный ответ. Могло запросто оказаться, что он был из тех парней, которые придерживались принципа «поимел и бросил». Наверное, у него было море секса с десятками женщин, которым не нужны какие-либо отношения, просто голый трах. Может, если бы я спросила о наших «отношениях», он подумал бы, какая я безнадежная и смешная. Самое ужасное, что я все так же буду смотреть на него каждый день и тешиться надеждой, что никто не узнал о нашей короткой истории.

Моя голова готова была лопнуть от нескончаемых вопросов и сомнений. Почему этот великолепный мужчина двадцати шести лет не был в отношениях? Почему я пошла на этот горячий безудержный секс с мужчиной, который не верит в отношения? Или он такой разрушающий, сложный тип, что никакая женщина не выдержит долгого срока с ним? Я имею в виду, я даже толком не знаю его. Все, что я знаю о нем — это его бесконечная злость и любовь к дракам. Но также я знаю и о его трепетной заботе о сестре и племяннике. Я знала только либо его очень хорошие, либо очень плохие стороны. А это только усложняло жизнь для меня в любом случае. Вечная тоска не характерна для нормального человека. Отношения не были моей сильной стороной. Я словно магнит для мужчин, которые утопали в проблемах. Честно говоря, я не начинала отношения, собираясь исправлять мужчин, но как только я погружалась в эти отношения и находила их по какой-либо причине невозможными, начинались терзания, приводящие к сложному разрыву. Возможно, мне не было бы так грустно, если бы хоть раз я смогла похвастаться историей о счастливом конце, хотя бы для моих бывших. Нет, каждый раз мы просто оба ломались под весом всех трудностей, и все заканчивалось.

Может, когда Иоланда заберет меня на работу с утра, мне нужно попросить ее совета. Во-первых, я должна выяснить, бабник он или нет. Неужели он уже переспал со всеми одинокими женщинами в тренажерном зале? Во-вторых, мне нужен совет, чтобы понять, подпускать ли этого парня к себе со всеми его проблемами за плечами. Мои последние отношения были сплошной заморочкой, которой хватит до конца жизни. И на новую я не готова.

Доехав до моего дома, я думала, что мне придется выпрыгивать из машины практически на ходу, но Пол заглушил машину, вышел наружу и проводил меня до двери. От неожиданности смущение по уши накрыло меня своей волной. Он не был болтуном, но, когда говорил, его речь была очень правильной и в основном вежливой. На ринге он был дикарем, но в постели со мной он был ласковым, нежным и внимательным...

— Тебя подвезти завтра до работы? Я бы не возражал заехать за тобой.

— Нет!

Вот черт! Я сказала это слишком быстро. Очень грубо с моей стороны.

— Я имею в виду, не стоит, спасибо. Мы с Иоландой должны по дороге обсудить кое-какие дела, поэтому я попрошу ее заехать. Она не будет возражать.

— Ладно, я думаю, мы увидимся позже, — сказал он.

И вот этот неловкий момент. Должна ли я его поцеловать? Собирается ли он поцеловать меня?

— Хорошо, спасибо!

За поездку? За секс?

— Да, и тебе тоже.

Мне тоже что?

Открыв замок в двери, я повернулась, чтобы увидеть, как он уходит, и зашла внутрь. Как только дверь за мной закрылась, я в отчаянии облокотилась на нее. Черт, черт! Во что я только вляпалась?

Дома я быстро прошла за ноутбуком. Зашла в свой аккаунт на YouTube и набрала в поиске ММА и Пол Делпорт. Там было множество видео, начиная с 2009 года. Я выбрала одно из самых последних и решила его просмотреть. Он был просто невероятен. Его скорость была настолько сумасшедшей, что его оппоненту понадобилось бы много удачи, чтобы поймать хотя бы один момент и нанести удар. Потом я посмотрела другой ролик и пришла в дикий восторг от власти его ударов и захватов. Его даже не пытались перебрасывать налево и направо, у его противников не было ни единой возможности. Каждый удар рукой и ногой был четко вымерен и наполнен властью и контролем. Я была ошарашена собой, ведь во всем этом я видела столько сексуальности. По правде говоря, я до сих пор не нашла в нем ничего, что не было бы сексуальным.

После просмотра видео мои мысли закрутились вокруг нашего проведенного вместе послеобеденного времени. Может, у нас был секс просто потому, что я сама бросила себя в его объятия. «Следуй своим импульсам», — сказала я ему тогда. Могу ли я винить его за то, что он был игроком, когда мы били вместе? Это вовсе не было похоже на то, что он пытался заманить меня в свою берлогу для секса. Когда я сказала следовать своим импульсам, его прикосновения были далеки от того, кем он был на ринге во время боя прошлым вечером, и того, кого я только что наблюдала на видео.

Я заставила перенаправить свои мысли в другую сторону. В конце концов, у меня выходной, и сегодня зарплата должна быть перечислена на банковский счет. Взяв в руки телефон, я решила погуглить в интернете «ремонт стиральных машин». На экране выплыло два миллиона ссылок. Это много, очень много. Что ж, вслепую я выбрала первую попавшуюся.

— Сервисный ремонт Хэла.

— Здравствуйте, у меня стиральная машина, которую нужно починить.

— Что именно случилось? — спросил парень на другом конце провода.

Его вопрос заставил меня рассмеяться.

— Я думала, вы мне скажете.

Он рассмеялся в ответ и продолжил:

— Да, думаете так? — смеясь говорил он. — Я хотел спросить, что она делает или не делает?

— О да, извините. Барабан не крутится и ничего вообще не происходит. Вода просто набирается и дальше ничего. Мне приходится спасать машинку вычерпыванием воды, застрявшей в ней, или же белье просто тухнет.

— Хорошо, у меня есть пара идей, — сказал мастер.

Надеюсь, эти идеи не были слишком затратными для меня.

— Я могу подъехать к трем сегодня, если дома кто-нибудь будет.

— Три часа — это отлично. Спасибо!

Дав адрес своему спасителю, я отключила звонок, и мои мысли мгновенно вернулись к терзаниям о Поле. Я была уверена, что у него были проблемы... точно должны быть. Он рассказал о своей сестре и ее упрямстве, которое заставило ее сделать некоторые необдуманные вещи, и сам признался... что его отношения с отцом не были хорошими. Как правило, отношения с родителями могут быть отличной подсказкой. Мой бывший ненавидел свою мать. Я слишком поздно узнала, что она была религиозным фанатиком и постоянно говорила ему, что тот попадет в ад за свои неправильные поступки. Это очень встревожило меня, когда я поняла, с кого начались его проблемы. Он был алкоголиком, и в свои двадцать семь лет его здоровье можно было сравнить только с пятидесятилетним стариком. Он постоянно напивался, и мне приходилось развозить нас обоих, чтобы из-за вождения в пьяном виде его просто не лишили водительских прав.

Мне приходилось делать все возможное, чтобы включить его в программу. Я изучала проблему алкоголизма и пыталась поделиться с ним своим знанием. Я исследовала множество программ и снова пыталась с ним делиться. А он был не в состоянии даже просто меня услышать, и когда я осознала, что у него абсолютно нет желания вступать в какую-либо программу или даже клуб Анонимных Алкоголиков, то моя борьба закончилась. Все мои попытки оставались для него пустым звуком. Но и уйти из моей жизни просто так он тоже не мог, это было бы слишком просто. Нет, он ошивался на моем пороге, мешал на моей работе, зависал на телефоне... Он плакал и умолял, а затем обвинял и ругался, а затем опять плакал и снова умолял. Все это почти заставило меня начать пить тоже, пока его не арестовали в пьяном виде за рулем, когда он протаранил зад чьей-то машины. И машина была даже не его, а сестры. Слава Богу, никто не пострадал или не был убит. Показатели алкоголя в его крови в два раза превышали все нормы, его права были отобраны за три ранних преступления, и в результате он просто получил тюремный срок. Телефонные звонки остановились только после того, как я обратилась в тюрьму с жалобами за его преследования. В общем, я не была уверена, что у меня есть достаточно сил и решимости для начала чего-то подобного.

Самое время устроить легкий ланч на своей кухне. Я пришла к выводу, что пора заканчивать еще не начавшиеся отношения с Полом. Я не хочу добраться до той точки, где его проблемы поглотили бы меня и пришлось бы их исправлять. Я слишком хорошо себя знаю, чтобы суметь вовремя остановиться. Прежде чем мои ноги дошли до кухни, раздался стук в дверь. Который сейчас час? Рановато для мастера, которого я жду. Возможно, это Пол? Он только отъехал минут десять или пятнадцать назад. Как знать, может его голова так же была забита мыслями о нас, и он пришел озвучить какие-то выводы.

Я уверенно приближалась к двери, чтобы сказать ему о конце нашей короткой истории, но, когда дверь открылась, мое сердце ушло в пятки. На моем пороге стоял не Пол.... Там был Митч.

Продолжение следует…

Примечания

1

Октагон – восьмиугольный ринг

2

King of the Cage (Короли клетки) — это Американский чемпионат по смешанным видам Боевых искусств. Каждый пятиминутный раунд "Королей клетки" выводит на ринг лучших борцов мира в абсолютном поединке.

3

UFC Japan Tournament – Абсолютный бойцовский чемпионат в Японии

4

UFC TUF Middleweight tournament – Абсолютный бойцовский чемпионат в среднем весе

5

Ultimate Fighting - Абсолютный бойцовский чемпионат

6

Кранч - упражнения для проработки мышц живота.

7

Джеб - внезапный удар, тычок.

Content

Алисия Тейлор
Пульс

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Примечания