Осипов Сергей Александрович

Дракон

Сергей Александрович Осипов

Дракон

Написано Осиповым Сергеем в романтическом бреду 16.09.2003, ввечеру

Игровой квартал

Район торговли играми кипел жизнью. Опытные игроки важно ходили по элитным заведениям, предлагающим утонченные и непонятные непосвященным игры. Начинающие толпились возле стендов с простыми, массовыми играми.

Глаза разбегались от всего того, во что можно было поиграть.

Я растерянно стоял посреди этого столпотворения. Вдруг из воздуха материализовался ангел и спросил:

— Впервые здесь?

— Да. — растерянно ответил я.

— Ну что ж, я тебе помогу. Скажи, раньше ты любил играть на компьютере?

— Да, конечно.

— Представь, что ты выбираешь компьютерную игру, только на порядок интереснее и зрелищнее. Какие у тебя были любимые игры?

— Ну, там где нужно было много стрелять и мало думать.

— Это хорошо, но в этой игре исполнятся самые затаенные твои желания. Вспомни, чего ты хотел в жизни?

— О да, я до сих пор помню это все так хорошо. Только я не понял, почему ты привел меня сюда, на ярмарку игр.

— Ну что ж, позволь я тебе предложу игру, в которую играли практически все начинающие. Она тебе понравится и ты получишь представление о том, что такое Игра.

— Согласен, — сказал я ангелу и он протянул мне коробку, а затем растаял в воздухе.

Я с любопытством открыл крышку коробки. В ней лежал небольшой манускрипт. Я прочитал:

"Игра Земля-21 век. Для начинающих пользователей. Для начала игры произнесите Старт."

ВНАЧАЛЕ БЫЛО СЛОВО…

Первый уровень

Летний теплый вечер. Я стою на тропинке возле березовой рощи на берегу великолепного озера. Шорты, футболка, легкие сандали, за плечами рюкзак, на поясе болтается амуниция. Где-то невдалеке изредка проезжают по шоссе машины. Ага, первый уровень.

Вспоминаю все то, что говорил мне робот-инструктор. Хахаха. Вот это жизнь!

Тропинка заканчивается возле небольшого придорожного кафе. Народу немного, я сажусь за столик, заказываю шашлык и напитки. Да, прошло уже достаточно времени, с тех пор как я ел. Пора проголодаться по-настоящему. Мясо и сок радуют своим неповторимым вкусом. Я наслаждаюсь едой, мило улыбаясь официантке. Официантка обходительна и соблазнительна. Наверное рассчитывает на чаевые. Одежда на мне приличная, а то что я пришел пешком, она не видела.

Однако, пора уходить. Роюсь по карманам — денег, конечно нет. Ну что ж, судьба взяла управление в свои руки и переиграть уже не получится.

Рука ложится на пояс. В небольшой коробочке, которая могла бы сойти за фотоаппарат, находится гораздо более серьезная вещь. Я нащупываю рукоятку и благородное дерево приятно холодит кожу. Блин, я всегда мечтал об этом, но никогда не делал этого.

Я растерян и смущен, страх одолевает меня. Но денег нет и расплата неминуема. Чтобы потянуть время, я заказываю чай и пирожные. Напротив меня сидит бородатый дальнобойщик и весело рассказывает своей подруге о том, как он набил все морды на вчерашней пьянке. В дальнем углу сидит лысоватый громила, очевидно из местной преступной группировки. Он наверняка опасен. Черт, я умер тихо мирно в постели, это было совсем небольно, сейчас все по-другому.

В какой-то момент я понимаю, что больше уже так не могу. Встаю из-за стола и отправляюсь к выходу. Охранник видит, что у меня в руках и на мгновение замирает.

— Лицом к стене! — ору я ему. Он испуганно поворачивается и это хорошо, потому что руки у меня начинают трястись. Я смотрю назад и вижу, что лысый браток куда-то исчез. Я не хочу даже думать о том, куда он пошел, просто выбегаю из кафе и ныряю в рощу. Некоторое время я бегу не останавливаясь, затем падаю на колени и перевожу дыхание.

— Господи, как тяжело! — шепчу я. Но в душе все ликует. Небольшое пережитое ощущение власти распирает грудь.

Я осторожно подкрадываюсь назад и наблюдаю за стоянкой. Припаркован только тягач дальнобойщика, а вот на чем приехал браток — я уже не помню. Но милиции не наблюдается, очевидно хозяева решили не связываться.

Но нужно как-то добираться до города. К стоянке подруливает простая легковая машина. Хозяин явно не из богатых — спортивные штаны, шлепанцы и трехдневная небритая щетина. Он выходит, хлопает дверцей и отправляется в кафе. Наверное за пивом или сигаретами.

Ну что ж, можно начинать. Я подкрадываюсь с противоположной стороны от водителя и жду. Так и есть — он недолго тратил деньги в заведении. Распаковывая пачку сигарет, автолюбитель вальяжной походкой направляется к автомобилю, открывает ключами дверь.

Я подхожу к нему и спрашиваю:

— Дружище, ты в какую сторону едешь?

— А тебе какое дело. — подозрительно спрашивает мужик.

— А такое, — говорю ему и достаю пистолет — что я еду с тобой? Понял?

Звучит это все как в плохом детективе, но что поделать.

Водитель бледнеет, но спорить не решается.

Он садится за руль, забывает о сигаретах и нервно заводит машину. Машина направляется в город.

— Слышь мужик, наверное тебе не очень в моей компании-то?

— Да, м… того.

— Ну так дальше я один поеду. Тормози.

Мужик вылазит.

— Отойди от машины и стань перед ней так, чтобы я тебя видел.

Мужик отходит, я сажусь за руль. Не ахти какая красавица, но ездить можно. Я вспоминаю забытые навыки, долго мучаю зажигание, потом трогаюсь, но мотор глохнет. Наконец, былые навыки вождения восстановлены и я разгоняюсь по шоссе.

80-90-110…

Больше не тянет.

Мимо меня проносятся машины. Солнце начинает садится, небо заливает багрянец. Я включаю магнитолу и гоню под божественную музыку. Скорость и музыка — просто песня…

Встречный водитель подмигнул мне фарами. Мы то знаем, что это значит. Впереди бравые ребята с радарами.

Сегодня их ждут незабываемые приключения. Не сбавляя скорости я проношусь мимо гаишников, вдавливая педаль газа до упора в пол. Ого! Машина с ревом выжимает 120, наверное это ее предел.

Интересно, что будет дальше? Так и есть, сзади включаются мигалки и раздается вой сирен. Ха! Погоня. Уфф. Нда, первый уровень закончится очень скоро, со страхом понимаю я, но андреналин преследования вытесняет страх и я уже думаю только о преследующих меня ГАИшниках.

— Водитель черного "Ауди", остановитесь. Водитель черного "Ауди", остановитесь.

Игнорирую. Впереди развилка. Я притормаживаю, и, еле вписавшись в поворот (практики никакой) сворачиваю в лес. Дорога становится разбитой и машина еле тащится. Зато у бравых милиционеров все в порядке, их машина неуклонно догоняет меня.

Менты предчуствуют добычу и орут:

— Ну че, блин, попался. Ты кто такой.

За поворотом я выскакиваю из машины, распахиваю дверцу и ныряю в лес. Милицейская машина останавливается.

Милиционеры небрежно выходят из машины, наверное до этого они имели дело только с обычными нарушителями. На плече у одного из них висит автомат. Да, это серьезно.

Я достаю пистолет. Никакой системы наведения не предусмотрено. На тренировке я сделал около 1000 выстрелов и теперь могу попадать в цель. По крайней мере в такую, как эта туша с автоматом. Ставлю переключатель на мелкий калибр, прицеливаюсь в голову, выстрел! Все как в кино, без крови, милиционер просто падает, а изо лба у него течет тонкий ручеек крови. Выстрел беззвучный, но его напарник замечает смерть товарища и прячется за машину, достает пистолет и несколько раз стреляет. Пули свистят где-то рядом, но не по мне.

— Ну ты, если хочешь жить, ложи пушку! — ору я в запале. В ответ мне раздаются выстрелы. Наверное, сегодня я не очень убедителен. Пробую обойти машину, но треск веток выдает меня и вот уже пули свистят немного ближе. А, чтоб тебя. Ходить по лесу в духе спецназа я не обучался.

Милиционер распахнул дверцу машины и забаррикадировался за ней. Слышу, как по рации он вызывает подмогу.

Да, чтоб тебя, ору я, переключаю на крупный калибр и стреляю через машину. В двери появляется отверстие и раздается сдавленный стон.

Я осторожно обхожу машину, но мой оппонент уже при смерти. Делаю контрольный выстрел. Неприятности в тылу мне не нужны. Машина милиционеров немного пострадала — два отверстия в каждой дверце. Ну, все равно недолго осталось.

Даю задний ход, разворачиваю и выруливаю на шоссе. Где-то вдалеке раздается завывание сирен. Ага, охота началась и это явно охота за мной.

Я выезжаю на шоссе и разворачиваю машину поперек дороги. Выхожу из нее. Начинают собираться другие машины, образуется пробка. Из машин выходят злые водители и идут ко мне. Перекресток, рядом лес. Хорошее место для… Ну да ладно, это лирика.

Я машу пистолетом, чтобы показать, кто здесь хозяин, залажу на капот и ору:

— Я ваш царь! Вы еще об этом не знаете и конечно мне еще не верите, но это так! Запомните меня, скоро вы все поклонитесь мне.

Мигалки наконец-то появляются в поле зрения. Я вижу, как из них выбегают вооруженные люди. Я стою на капоте с пистолетом и веду свою маленькую рекламную компанию. Пока в меня не стреляют. Пассажиры благоразумно прячутся в лес и оттуда слушают меня.

Но мою пропаганду прерывает голос динамика:

— Брось оружие и сдавайся.

— Ага, счас, говорю я им. Фиг вам, русские не сдаются.

Как это ни странно, в меня не стреляют. Наверное потому что я уже под прицелом.

— Чего ты хочешь?

— Хахаха. Денег, жратвы и баб. Но это сначала. А потом я хочу править всеми вами.

Очевидно меня принимают за сумасшедшего, потому что я слышу короткие смешки.

— Ну ты, придурок, бросай пушку и сдавайся.

Ага, и ждет меня лет пять тире пятнадцать за убийство двух бравых милиционеров. Нет, у меня другие правила игры.

— Подчинитесь мне сейчас, и я благословлю вас, — ору я им.

В ответ раздается дружный смех, но автоматы все так же нацелены на меня.

Мой пистолет стоит на максимуме, я резко опускаю его вперед и нажимаю на курок. Ближайшая машина взрывается, но милиционеры где-то дальше. Последнее, что я чувствую — обжигающая короткая боль в груди, а потом холод… холод… холод….

ПЕРЕЗАГРУЗКА…

Первое публичное выступление

Да, я был убит слишком быстро. Но что я хотел. Обычная реакция самозащиты. Что ж, попробуем длительные переговоры.

Нужно пообщаться с ними, причем долго. Школа, магазин, кафе или метро? На этот раз я в центре большого города. Москва. Сколько с этим городом всего связано. И хорошего и плохого, но теперь будет только хорошее.

Я останавливаюсь на ресторане "Макдональдс". Хорошее место — нет стеклянных витрин, как обычно, один вход — больше не позволила сделать территория.

Я вхожу и улыбаюсь вежливым продавцам. Подхожу к кассе. Народу не очень много — очереди нет.

— Здравствуйте, — улыбается мне девушка. Я делаю заказ, она называет мне сумму и все улыбается. Она еще улыбается, когда я лезу в карман брюк, но лицо ее покрывает гримасса страха, когда я достаю оттуда не кошелек а пистолет.

— На пол, на пол! — ору я и делаю выстрел в потолок. Шумовые эффекты на высоте, гремит что надо. Сверху на меня сыпется штукатурка. Я пристреливаю охранника у дверей и подстреливаю еще несколько человек, которые спешат к выходу.

— Всем на пол и смотреть на меня. Я не шучу.

Я перехожу в дальний угол отдельной комнаты и беру своих заложников с собой. Я сажаю их между собой и дверью, беру в руки пистолет и сажусь на стул. Некоторые посетители пришли с детьми.

— Так, детей я отпускаю. Дети, бегите и скажите взрослым дядям, что ваших мам и пап захватил злобный дядя!

Родители отпускают детей, те с плачем бегут на улицу.

Я уже немного поднабрался уверенности в себе, но мне еще жутковато. В этом ведь и смысл игры — опасность и приключения.

То, чего я жду, появляется довольно таки скоро. Голос из громкоговорителя предлагает мне сдаться. Сдамся, сдамся, только не так скоро!

— Я хочу прессу и телевидение! — ору я им.

Да. Какой удар по репутации градоуправителей, хаха. Захват заложников прямо в центре Москвы. Мне обещают, что исполнят все мои просьбы, но я хорошо спрятался.

Возле дверного проема какое-то движение.

— Кто там? — ору я и на всякий случай стреляю в потолок. Мне уже почти не страшно, даже забавно.

— Телевидение! — также орут мне, хотя их крик после грохота выстрела звучит как шепот.

— Ок, заходите.

Входят несколько человек с суровыми лицами и бравой выправкой. Оружия нет, в руках телекамеры. Наверняка, переодетые спецназовцы. Я держу их под прицелом.

— Так, устанавливайте здесь камеру, и вон отсюда.

Они пытаются сопротивляться, говорят, что оператор должен остаться, но пистолет — весомый аргумент.

Я замечаю на поясе у заложника мобильник и забираю себе. Красивая штуковина. Вспоминаю номер. 911? Нет, это же не Америка — 02! Как ни странно, на том конце уже ждут моего звонка. Да, технология!

— Я хочу сделать заявление, а потом попробую уйти. Если все будет тип-топ, заложники не пострадают, — вру я им.

Не знаю, передает ли в эфир камера, но это не так важно. Рекламная кампания набирает обороты.

Я смотрю в камеру и говорю:

— Я просто хочу сказать, что я ваш царь и господин. Вы еще об этом не знаете, вы еще мне не верите, но это так и скоро вы склонитесь передо мной. Я не жду сейчас вашего почтения, я просто предупреждаю вас, что чем быстрее вы это сделаете, тем меньше крови прольется. А теперь я хочу с честью умереть, — с этими словами я вытаскиваю пистолет и начинаю палить по заложникам. Из за двери врываются спецназовцы и падают под выстрелами из пистолета в автоматическом режиме. Пуля попадает мне в плечо и я падаю за стол. Еще несколько уколов.

System Health — 20 %. Warning. Malfunction — надрывается бортовой компьютер.

Грустно смотрю в горящие ненавистью глаза омоновцев. Одини из них наступает мне на руку и забирает пистолет. Я лежу на боку, вокруг меня все в крови. Больно, но усилием воли я снижаю уровень боли, теперь боль жжет тело, как причудливый коктейль обжигает желудок.

Жизнь медленно уходит из моего тела. Подбегают санитары, но я уже знаю, что они окажутся не удел. Зрение сужается в точку, звуки растворяются в вакууме и я исчезаю-исчезаю-исчезаю…

Любимец прессы

Вот я и в Ленинграде. От Москвы далеко. Денег как обычно нет, пришлось ограбить водителя джипа. Похоже, крутой был парень, но ездил без телохранителя. Да, тяжело добываются деньги на грешной земле! Денег должно хватить на неделю веселой жизни, перед его смертью мы еще съездили к банкомату и он принес мне около $1000, это даже много, мне повезло.

Я снял квартиру по объявлению. В гостиницу без документов не пускают. В ларьке купил газеты и начал читать. Недалеко было интернет-кафе и я провел пару ночей там, исследуя паутину.

Дело приняло серьезную огласку, но целиком видеозапись не попала в эфир. И даже моих фотографиий не напечатали. А зря, между прочим, иначе бы я так свободно не гулял по Питеру.

Ну что ж, я взял себе небольшой перерыв. Пистолет с собой не носил. Заказывал дорогую еду и шлюх, катался на чужих машинах, убегал от милиции. Как ни странно, меня не убили и не вычислили, хотя я понимал, что скоро этому придет конец.

К тому же моей целью было не наслаждение райскими кущами.

И я пошел напролом.

Я появлялся и убивал всех, кого можно было увидеть, прежде, чем расправлялись со мной. Скоро меня начали узнавать и разбегаться при моем появлении. Иногда я не стрелял, а гордо шел по городу, неизменно получая пулю.

Но однажды я очнулся с дикой головной болью. С трудом открыв глаза я обнаружил, что попал в тюрьму. Да, сколько веревочки не виться….

Однако моего пробуждения ждали. Все обошлось без мордобоя и света в лицо.

Напротив меня сидел самоуверенный офицер.

— Кто ты и чего хочешь? — взял он быка за рога.

— Вы должны уже кое-что про меня знать.

— Да, тот тероррист в Москве и то, что тебя нельзя убить, это мы уже знаем. Но чего ты хочешь?

— Я хочу править вашей гребаной страной.

— Послушай, но зачем тебе это надо? А что, если мы будем держать тебя здесь до старости.

— Ха, ха, ха! — засмеялся я, и мое обмякшее тело сползло на пол.

Следующая наша встреча была через день и двадцать фрагов.

— Послушай, мы можем дать тебе столько денег, сколько ты захочешь, можешь давать автографы репортерам и поклонницам, зачем тебе власть?

— Я не могу отказаться, объявим перемирие. Называйте меня Милорд.

Перемирие.

Итак, я располагал всем, чего пожелаю. Платить мне было дешевле, чем справлять похороны. К моим услугам были роскошные отели, дорогие лимузины, шикарные шлюхи, изысканные явства и известность… Поклонницы толпами осаждали мои особняки, я жил на широкую ногу и не считал денег.

На меня организовывались покушения, а потом я мстил своим недоброжелателям. За деньги у меня появилось куча информаторов и связей.

Война.

В то утро я подкатил к школе на своем шикарном лимузине. Дети с любопытством смотрели на меня. Иногда я посещал школы, раздавал детям автографы и брал у них цветы, целуя учительниц, а потом трахая их в учительской. За деньги соглашались многие. Насилия я не применял… пока.

Меня встретил приветливый импозантный директор. Я сказал ему, что хочу выступить с речью перед выпускницами старших классов. Директор обещал все организовать на перемене. Я сказал, что не хочу ждать перемен и он отправился собирать классы.

Я сел за трибуну и лениво наблюдал, как стекаются толпы напомаженных девушек-подростков. Всем им было по 15–16 лет.

Когда все собрались, я вышел на трибуну и шум стих. Все внимали.

— Я ваш царь и властелин. Пока еще вы сомневаетесь так ли это и поэтому я еще не в короне, хотя и на коне. Но сегодня я думаю вы поймете, что это так. Я могу делать, что хочу и с кем хочу. Вы будете подчиняться мне или умрете.

С этими словами я достал пистолет. Краем глаза я заметил, как напрягся в дальнем углу один из учителей. Откормленный такой, плотный учитель. Возможно, физрук, а возможно, кто-то из охранки. Моя интимность была разрушена с началом перемирия и за мной постоянно следили.

С пистолетом в руках я пошел по рядам. Я выбирал самых красивых девушек и отправлял их на подмостки с трибуной. В зале стояла мертвая тишина. Ситуация нагнеталась и я почти чуствовал, как раскаляется воздух.

Я выбрал десять самых красивых девушек. Они находились на сцене, выстроившись в ряд. Я прошелся несколько раз вдоль них, любуясь свежими телами и милыми, испуганными лицами.

Остановившись на самой красивой, я сказал:

— Девушка, жить хочешь?

Она покраснела и прошептала: "Да".

Это слово так редко услышишь от женщин.

— Ну так раздевайся.

Но она не поняла. Я навел на нее пистолет:

— Раздевайся или умрешь.

Краем глаза я заметил, как физрук выдвигается ближе к подиуму. Но мне было все равно. Я наблюдал, как девица расстегивает пуговки на блузке.

— Милорд, прекратите. Мы об этом не договаривались, — сказал физрук. Он был уже рядом со мной.

Девушка стояла передо мной и нервно теребила последнюю пуговку.

С момента перемирия я никого не убил и испробовал все, что можно добыть за деньги. Стоило ли теперь останавливаться.

— Это конец перемирия, дружище, и если ты меня остановишь, умрешь.

— Давайте это обсудим. Сейчас придут наши люди. Скажите, что вы хотите, Милорд, и мы все исполним.

— Я хочу трахнуть эту малышку, прямо сейчас, — сказал я и опустил девушку на колени.

В зале раздался крик и началась паника, девушки с воплями бросились к выходу и на подиуме остались я, девушка и спецназовец. Стало неожиданно тихо. Вдали гулким эхом раздались шаги и в зал вошла группа военных.

— Ты хочешь нарушить перемирие? — спросил главный.

— Я хочу эту девушку.

— И только? Мы купим ее тебе.

— Нет я хочу любую девушку, которую захочу.

На лице военного промелькнула звериная злоба. Он хотел убить меня, я это знал, но он знал, что это бесполезно. Власти не убивали меня, это делали личные враги.

— Ты не тронешь ее.

— О Кей, убейте меня и я трону другую. Что стоишь дура, раздевайся, — крикнул я на ее. Она испуганно начала расстегивать лифчик и юбку. Вскоре это прекрасное создание стояло передо мной голой. В меня не стреляли — думали.

— Знаете сказку про дракона? Он съедал самых красивых девушек, но не нападал на города. Я и есть этот дракон. Бегите к своим хозяевам и скажите, что теперь вы будете пресмыкаться перед могучим пресмыкающимся! Вы можете меня убить много раз, но я убью вас еще больше, пока вы не признаете мою силу.

С этими словами я перевел пистолет с девушки на главного и выстрелил. Военный осел на пол, но в меня никто не стрелял.

— Умнеете на глазах, — с этими словами я повалил на пол девушку и вошел в нее, отбросив ненужный уже пистолет.

Дракон.

Со мной не стали воевать в России. В Англии мне пришлось сделать около тысячи фрагов, прежде чем жители альбиона поняли, что небольшое кровопускание лучше, чем фонтанирующая артерия.

Я развлекался по всему миру. Власть уже не прельщала меня. Я оставил ее политиканам, а те служили мне.

Иногда, разоружив меня, политики встречались со мной. Я говорил им, что мог бы править странами, всем миром. Силой своей власти я мог бы положить конец войнам и преступлениям, оставив только единственного преступника — себя. Но я слишком ленив, чтобы править этим миром, говорил я им. И они удалялись, опять дрожа от страха хватаясь за штурвал управления страной.

Я мог убивать кого захочу, трахать кого захочу. Конечно, к важным шишкам меня не подпускали. За мной следили, но со мной связывались и настоящие преступники. Однажды через своих знакомых преступников я купил снайперскую винтовку и устроил охоту на мирных жителей. Но и это мне простили.

Ежедневно ко мне приходили толпы молящихся и благославляли меня как своего бога. Некоторым я давал денег, некоторых набожных девочек трахал, некоторых убивал.

Меня убивали много раз, но месть моя была страшнее того преступления, за которое меня казнили.

Я находил своих убийц и публично казнил их. Медленно, но верно, я проходил школу тирана.

Я был властным и бесстрашным. А главное — бессмертным.

Когда я вдоволь надышался огнем, я покинул этот мир.

Обо мне остались легенды и сказания, но вскоре они были забыты и мир предался обычной суете. Мне в нем было уже неинтересно.

Наступило время других игр.

Эпилог.

Я с ностальгией вспоминаю эту игру даже теперь, когда мои игры уже непонятны простым смертным. Тот мир давно сгорел в ядерном огне, но иногда я любовно просматриваю то, с чего все началось — манускрипт с описанием игры. Но с моих губ уже никогда не сорвется "Старт". Что было, то было.

… И СЛОВО БЫЛО "СТАРТ"

Приложение. Описание игры "Земля-21 век".

Цель игры — добиться максимальной власти. Результаты оцениваются по достигнутому уровню власти и времени, за которое он был достигнут.

Вас ждут потрясающие приключения, стрельба, девушки, поединки, заговоры. Вы можете стать властелином мира.

Вы бессмертны. Вы можете появиться в любом выбранном месте с полностью восстановленным телом, со случайным разбросом плюс-минус 50 километров от выбранной вами точки не раньше чем через 3 часа после смерти.

Вы обладаете обычным физическим телом, выбираете его в начале игры и не можете менять в процессе игры. Вы можете оценивать уровень повреждения тела, регулировать уровень ощущений и боли, в любой момент прекращать жизнедеятельность. Регенерация некачественная, стандартная для данного мира.

В начале игры вам выдается комплект стандартной одежды. В последующем вы можете соб ирать гардероб и появляться в нужной вам одежде.

Из оружия вы располагаете только лазерным пистолетом, другое оружие подбирайте только в процессе игры. Разрушение происходит за счет нагревания вещества до огромной температуры. Можно подключать шумовые эффекты для имитации выстрела из порохового пистолета. Регулируется скорострельность и диаметр пучка — калибр. Однако заряд может сжечь только ограниченное количество материи, следовательно, чем больше пучок, тем меньше глубина поражения. Сжиганием воздуха можно пренебречь. Пистолет заряжен на 200 выстрелов. Запас невосстановим.

Созданный вами игровой мир разрушается автоматически через 1000 лет после вашего отсутствия в процессе "Судного Дня".

С результами игры другиг участников можно ознакомиться только после успешного прохождения игры.

Приложение. Письмо, полученное в конце игры

Поздравляем с успешным прохождением игры. Большинство игроков, как и вы, выбирают не достижение власти мира, а использование его благ для удовлетворения своих желаний.

Теперь, когда вы удовлетворили большую часть своих желаний, приобрели уверенность в себе и силу, мы можем предложить вам совсем другие игры, цель которых — Творчество.

Корпорация "Бог и Сын".

ВСЯ ЖИЗНЬ — ИГРА!

Content

Осипов Сергей Александрович Дракон

Сергей Александрович Осипов Дракон