Ночник памяти

Максим Николаевич Вязников

© Максим Николаевич Вязников, 2015

© Максим Николаевич Вязников, дизайн обложки, 2015

Создано в интеллектуальной издательской системе Ridero.ru

Часть 1

Из Сан-Франциско и обратно

Средняя школа № 6. Обшарпанные стены, темноватый коридор третьего этажа, справа – единственное окно без занавесок. Скоро прозвенит звонок на урок, но пока мимо него с диким воплем проносятся ученики младших классов, размахивая портфелями.

Ему 15 лет. Огромное волнение пронизывает каждую жилку, сердце бешено колотится. Руки подрагивают от осознания предстоящего поступка. Впереди дверь кабинета информатики. Он медленно её открывает. Осталось только войти и рассказать о том, что он сделал:

– Елена Юрьевна, извините за беспокойство, я бы хотел вам кое-то рассказать… – в словах чувствуется волнение, глаза упёрлись в пол и лишь изредка осмеливались на мгновение подняться, чтобы потом обратно упасть.

Учительнице информатики самой обычной средней школы кажется странным, что её ученик, пусть даже один из лучших, подходит к ней после только что проведенного урока для его класса. Елена Юрьевна, сидя за своим столом, поворачивает голову в ответ. Она чуть наклоняется и её глаза смотрят прямо на него, минуя очки. Отступать теперь уже некуда. Потеряв настрой на длинное оправдание своего поступка, он выпалил:

– Я взломал Ваш пароль суперпользователя во время урока, – когда-то смелые глаза опускаются ещё ниже, как бы осознавая вину и предчувствуя административные последствия, взгляд упирается в воротничок рубашки. Но после бесконечных секунд он вдруг услышал весьма спокойный голос:

– Да? Напишешь на бумажке в качестве доказательства?

– Конечно! – говорит он, закрывая за собой дверь, ведь речь идёт о чужих паролях. Он делает несколько шагов внутрь и боковым зрением видит кого-то в углу класса, но не придаёт этому особого значения – наверняка это слабо разбирающийся в компьютерах ученик, оставленный для дополнительных занятий. Что-то с этим «двоечником» не так, какое-то смутное волнение накатывает на малолетнего хакера… Но чувство тревоги и подозрения быстро улетучивается, ведь в голове уже раздуваются мысли о собственном гении, умении держать себя в критичной ситуации и благородстве, с которыми он пришел к своей любимой учительнице. Нужно помочь ей в этом нелегком деле – информационной безопасности. Пусть даже это всего лишь один или два компьютерных класса. Он взял протянутую ему половинку чистого листа из чьей-то тетради и максимально четко написал ключевые символы: «Al2VeeMe»…

Сон начинал развеиваться. Кто был в другом конце класса? Почему он обратил на внимание на незнакомого школьника? А, главное, почему эти вопросы сильно тревожили его именно теперь? Он пытался уцепиться за мельчайшие образы в памяти, но они таяли все быстрее. Им на смену приходил уже другой эпизод сна…

Компьютерный класс университета. Решетки на окнах, массивная железная дверь грязно-коричневого цвета. Недавно установлены мощные компьютеры. Он учится здесь второй год. Сейчас перемена – из коридора слышен гул, но в классе заняты почти все компьютеры. Причина, конечно же, в том, что здесь есть возможность выхода в интернет любому учащемуся, но только с очень узким каналом связи – скачать что-либо весомое представлялось героическим поступком. Ограничений нет только для администраторов, которыми назначают студентов старших курсов профильных факультетов. Многие с ними общаются, в основном, ради того, чтобы скачать фильмы, операционную систему, среду разработки или что-нибудь в этом духе.

Однако он подходит к администратору Роме совсем с другой просьбой. Увлекающийся компьютерной безопасностью подросток хочет узнать, что творится на компьютере в другой части класса. Сидевший там, вызывает какое-то странное смутное ощущение опасности. Но кто это – снова не видно. Лишь ощущение, что человек уже знакомый и именно он был в предыдущем сне. Может быть, удастся разглядеть его теперь?

Образ, упрямо расплывчатый, не дающий за что-то зацепиться. Ему даже не понятно, парень это или девушка. Одно он улавливает совершенно точно: судя по поведению, он или она совершает что-то, что заставляет нервничать и постоянно оглядываться по сторонам. Заметны дёрганые движения, которыми руки бегают по клавиатуре.

Он вглядывается сквозь сон и пытается всмотреться. Не хочется ябедничать – что-то удерживает от того, чтобы слепо сдать незнакомого человека, не выяснив подробностей. Но внутри снова поднимается детское чувство благородства и гордости за возможное разоблачение. Он в последний раз сквозь сон напрягает зрение и интуицию, но ничего не удаётся разглядеть – всё в тумане. Что ж, придётся сообщить о своих подозрениях администратору.

Рома понимает всё с полуслова. Даже кажется, что он делает это привычным движением: раз, и подключён удаленный доступ, два – и он уже подсматривает за экраном другого пользователя. И вроде бы решение было взвешенным и обдуманным, но как только всё это случилось, ему становится настолько не по себе, что хочется отмотать жизнь назад. Но событиям уже дан ход. Теперь это выглядит, скорее, как слежка за подозреваемым, пусть даже в скромных рамках университетского класса.

Они с Ромой видят, что незнакомец с легкостью путешествует по сетевым ресурсам разнообразных групп пользователей университета. В их числе были преподаватели, лаборанты, администраторы, ученики и все-все-все, кто имел учетную запись, вплоть до бухгалтеров и ректора. У Ромы уже блестят глаза, и он четко знает что делать – контроль над ситуацией утерян. Остаётся лишь корить себя за то, что поторопился с выбором более сильного в данных обстоятельствах союзника…

Ник еще цеплялся за сон, растворяющийся вместе с едва уловимым, но очень знакомым ароматом лилий…

Пробуждение

Еще не открыв глаза, Ник почувствовал, что отлежал спину. Пришлось перевернуться на бок: спать уже не хотелось, но и вставать тоже.

Выплывая из сна, он почувствовал, что болит голова. Такое с ним случается очень редко. Боль не была изматывающей, её вполне можно было терпеть, но просыпаться с таким ощущением всё же неприятно.

Ник открыл глаза. За окном была хмурая декабрьская суббота, кажется, капал дождь. Или это мокрый снег? На часах почти 7 утра, через минуту должен прозвенеть будильник. На улице темновато, ветрено, и ещё горели фонари.

Сев на край кровати, Ник стал размышлять о том, что видел во сне: какие-то отрывки из прошлого. Он чувствовал, что чего-то в этих историях не хватает, но чего именно уловить не мог. Эти истории были частью его жизни, внесли в неё много опыта – того самого, который делает человека таким, какой он есть.

Зазвенел будильник, за что получил ладонью по крышке. Ровно 7 часов. Учитывая, что сегодня суббота, можно было дать себе время на то, чтобы расслабиться в тёплой постели. Но события последних нескольких часов требовали от него участия. Ник подумал несколько секунд и решил, что можно уже сделать звонок. Он дотянулся до телефонной трубки и набрал номер менеджера…

Работа в современной IT-компании с утра и до позднего вечера стирала между коллегами многие привычные для обычных людей рамки. Разговор начался без приветствия так, будто два человека возобновили только что прервавшуюся беседу.

Проект был революционный, и стоило ожидать конкуренции от крупных зарубежных фирм. Поэтому работали много, днем и ночью. Кто первым выйдет на рынок, с именем той фирмы и будет ассоциироваться новый инструмент, так было с фирмой Xerox, маркой Jeep и многими другими брендами.

Команда Ника разрабатывала систему под названием «ProXeam», целью создания которой является применение новейших технологий для совместной разработки программного обеспечения. Каждый ощущал важность своих действий, поэтому работа шла достаточно эффективно. А звонки по утрам были уже привычны, поскольку ночью во время сна у многих рождались неожиданные и очень нужные ответы на самые разнообразные вопросы. Порой, это даже рождало споры по поводу того, чья интеллектуальная находка лучше. В его команде каждый мог высказать предложение по усовершенствованию разрабатываемого продукта – это культивировалось руководством, выносилось на обсуждение и могло быть запланировано к реализации в ближайшем или недалёком будущем.

Сегодня, несмотря на выходной, Ник начал собираться в офис. Вообще, выходных на его работе, впрочем, как и фиксированного графика, не существовало. Многие не приезжали в офис месяцами – работали прямо из дома. Кому-то лучше удавалось решать задачи ночью, кто-то, наоборот, с самого раннего утра уже находился в сети. В общем, каждый выбирал себе то время, когда эффективность работы была максимальной. Руководство не вмешивалось, давая полную свободу действий, но требовало присутствия в офисе для решения глобальных вопросов, касающихся разрабатываемого продукта, а так же пересечение графиков работы всех членов команды как минимум на 2 часа в день.

Ник считал, что он намного эффективнее работает в офисе, вероятно, из-за отсутствия там уюта. Дома мягкие кресла, приятный диван и огромная двуспальная кровать совсем не располагали к труду с утра до вечера. Находясь здесь, Ник грешил тем, что постоянно ходил к холодильнику и что-то жевал, без конца пил чай, кофе, горячий шоколад, а порой отвлекался на чтение интересных статей с любимых сайтов. Работа двигалась медленно, наваливалась непривычная для Ника лень, а после ужина мозг тяжелел и просто отключался.

В офисе всё было совсем иначе: он легко входил в состояние потока и частенько забывал про обед.

Ник устроился в эту IT-компанию два года назад. На первое собеседование он пришёл пешком – офис находился в часе ходьбы от дома в высотном современном здании на 21-м этаже. Поднявшись на лифте, Ник попал в светлое просторное помещение. За стойкой, вопреки стереотипам, сидела не длинноногая блондинка с шикарным бюстом в просвечивающей блузке, а немолодая приятная ухоженная женщина в деловом костюме. Ник представился, и его сразу проводили в комнату, которая явно была оборудована для переговоров с клиентами. Большой овальный стол, десятка полтора офисных стульев, проектор, несколько постеров в строгих рамках на светлых стенах. Но что его впечатлило не меньше, чем беседа с будущими коллегами, так это огромное окно во всю стену с видом на город. Волнения Ник не испытывал никакого: на тот момент у него была интересная работа, неплохой доход и уверенность в завтрашнем дне. Он вовсе не собирался искать другое место, но случайно наткнулся в сети на реферат патента на изобретение весьма интересного датчика, который, как позже оказалось, «читал мысли», но конечно их ещё нужно было расшифровать. Собирая информацию, он сам не заметил, как оказался на странице с вакансиями фирмы, которой принадлежал патент. И одна из них вполне подходила Нику. Сначала он долго думал, взвешивал все «за» и «против». Но потом решил, что работа должна приносить удовольствие, а в этой фирме удовольствия будет гораздо больше. Поэтому направил своё резюме и уже через час получил приглашение на собеседование, чему был весьма удивлен. На встрече с ним разговаривали трое: генеральный директор, менеджер проекта и будущий технический лидер. Вопросы из профессиональной области быстро закончились. Практически сразу стало ясно, что Ник достаточно квалифицированный специалист. Но вопросы личного характера задавали долго. Нику пришлось рассказывать довольно подробно обо всех сторонах своей жизни. В какой-то момент он понял, что эти люди узнали о нём многое ещё до того, как он переступил порог компании, – слишком уж часто вопросы затрагивали сложные для объяснения темы. Когда настала пора проявить свой интерес относительно проекта, которым заинтересовался, Ник получал лишь уклончивые ответы не способные удовлетворить любопытство. После часа беседы, его поблагодарили и обещали сообщить о решении в течение суток. Около 11 часов вечера того же дня на почту пришло официальное приглашение присоединиться к группе разработчиков. А утром позвонила женщина с приятным голосом и повторила текст письма.

Компания занимала весь 21-й этаж. Помимо приёмной, в офисе было четыре помещения площадью около 150 кв. м., разгороженных матовыми стойками и десяток небольших кабинетов. Когда Ник впервые вошёл в комнату, где располагалось его место, то ему почудилось, будто он попал в кадр из какого-то американского фильма: планировка, вид из окна и улыбки соседей – вышел бы отличный кадр. От предыдущего обитателя закутка, который отвели Нику, достался стационарный, но довольно мощной компьютер с хорошим дисплеем и какое-то растение в красном горшке, похожее на папоротник.

Пока Ник входил в курс дела, знакомился с особенностями проекта и текущими вопросами, он засиживался до двух часов ночи, хотя раньше в 23:59 его глаза сами собой закрывались, несмотря ни на какие обстоятельства. Однако в последний месяц в офисе стало совсем пустынно и тихо. Это произошло после того, как общение между членами команды разработчиков полностью перенеслось в виртуальное пространство с помощью разрабатываемого «ProXeam».

Но Ник ездил на работу в офис по будням, а нередко и по выходным, хотя это для большинства работников его фирмы можно было уже считать архаизмом.

Главное, не забыть с собой «ночной горшок», как в шутку называли его коллеги, – прототип системы с нейронным интерфейсом, позволяющего устанавливать полноценную связь между человеческим сознанием и компьютером. Специальные датчики, встроенные в шлем, считывают сигналы от коры головного мозга для получения команд – технология, испробованная еще в 2000-е. Но что стало настоящим прорывом после повышения точности распознавания мыслей – это проецирование на сетчатку глаза изображений с помощью линз и беспроводной связи. Очень удобная штука, например, для ввода текста, рисования или 3D-моделирования. Достаточно подумать о чем-то и компьютер, закрепленный у пользователя на голове, поймет. Это сильно экономит время, а оно для многих чрезвычайно важный ресурс.

Всего за час до того, как Ник открыл глаза, в Интернете появилась важная новость: конкуренты из «Кремниевой долины» сделали анонс альфа-версии своего продукта, к тестированию которого допускали лишь немногих избранных. Нужно было срочно добыть о нем максимум информации, чтобы подготовиться к разговору с инвесторами. Ведь их это заставит поволноваться. Всё таки, Ник уже давно не рядовой разработчик, а технический лидер проекта и наверняка будет давать свою оценку происходящему со своей точки зрения.

Речь шла о программном обеспечении для организации совместной работы с помощью нейрокомпьютерного интерфейса. Только представьте себе команду, которой не нужно обмениваться даже взглядами, каждому достаточно лишь надеть на голову специальный шлем, подключенный к серверу для организации видео-конференций и совместного редактирования кода.

Ребята вместе с Ником работали над проектом уже два месяца, с того самого момента, как компания перешла от создания первых экземпляров аппаратной части и фундамента операционной системы для этих «игрушек» к профессиональным средствам организации общения.

Стоимость контракта на промышленное производство прототипов была баснословная. Ник не имел отношения к финансовой части бизнеса, но цифра была настолько велика, что держать её в секрете было крайне сложно. Конечно, ходили только слухи, но даже самая скромная оценка поражала воображение. Выгоды, которые сулил успешный старт продаж, никто не брался даже подсчитать. Ясно было одно: в случае удачи список самых богатых людей по версии журнала «Forbes» претерпит серьёзные изменения за короткое время. Поставщики компонентов аппаратной части были в Китае, поэтому надежд на сохранении проекта в секретности от их разведки не было. Решили, что вместо соблюдения тайны, лучше обуздать надвигающуюся волну переворотов человеческой жизни в другом плане. Чертежи прототипа всё равно однажды станут известны всем, да и скрывать что-либо не имеет смысла: лучше построить на этом империю. Поэтому фирма активно получала патенты на приборы для «чтения мыслей», проецирования изображения на линзы, а чуть позже и прямо в мозг вместе со звуком, минуя глазные яблоки и уши. Но руководство до определённого момента избегало шумихи, чтобы не раскрывать козыри своим конкурентам раньше времени. Операционную систему предполагалось распространять свободно, но для неё требовался уникальный графический интерфейс на основе систем распознавания мыслей, баз данных оперирующих образами, синтезирования голоса, трансляции видео и так далее. Следующим шагом было коммерческое программное обеспечение, которое можно было бы распространять вместе со шлемами и зарабатывать на нём. Первыми в их списке были: среда разработки под новую операционку и приложение для организации онлайн-конференций с большим количеством участников. Но в перспективе к ним могли быть добавлены другие программы, например, для обучения солдат, резервное копирование воспоминаний и тому подобные. Однако главным козырем в сфере монетизации проекта станет, конечно же, технология дополненной реальности, разумеется, с интеграцией рекламы. Только представьте. Вы стоите на остановке и видите, что нужный автобус едет в 500 метрах от вас и вот-вот появится из-за поворота, а в нём больше половины свободных мест. Или ведёте свой автомобиль, а навигатор прямо на видимом дорожном покрытии показывает направление движения, обращая внимание на текущий скоростной режим, информацию о пробках на пути следования, данные о машинах вокруг, предупреждения о низком сцеплении колёс с дорогой, чуть заметных в ночи пешеходов и, вероятно, найденных другими постах ДПС…

Стратегия фирмы состояла в том, чтобы выводить на рынок одно революционное решение за другим, заранее подготовив их. Например, сначала на рынке появится шлем с операционной системой и минимальным набором программ. А через несколько месяцев, когда новинка соберёт отзывы, будет завершён проект «ProXeam» для совместной разработки программного обеспечения, создаваемый для корпоративных клиентов.

Один час по утрам Ник отводил на завтрак. Он никогда не торопился, спокойно ел, параллельно читая статьи или просматривая новости. В отличие от большинства российских граждан, с детского сада ненавидящих кашу, Ник любил и манную, и овсяную, и гречневую, и рисовую. Сегодня он решил приготовить ту, что занимала минимум времени. Заварив овсяные хлопья кипятком и добавив молока, Ник поставил кашу довариваться, и, заглянув в холодильник, стал думать, что взять с собой на обед.

В принципе, социальный пакет в компании был очень даже приличным. Сотрудников кормили обедом, предоставляли возможность раз в неделю ходить в спортзал, оплачивали мобильную связь и часть транспортных расходов. На дни рождения все получали достойные подарки, а праздники отмечали с размахом в хороших ресторанах. Но, несмотря на ненормированный график работы, к корпоративным бонусам, помимо обеда, ужин добавлять отказывались, тем более, в субботу. По выходным не работал ресторан, где кормили сотрудников, поэтому обедать придется либо в ближайшем кафе, либо нужно было взять что-то с собой. В ящиках стола и в машине у Ника всегда лежала пара шоколадок и кексов, но на день этого явно не хватит, а чашечка любимого кофе ещё и раззадорит аппетит.

Заглянув в холодильник, он понял, что может рассчитывать максимум на бутерброды. Придется покушать в кафе напротив офиса. Но сейчас хотелось поскорее попасть на работу, так что выбор был предрешён.

Полчаса ушло на то, чтобы поесть и погладить рубашку. Затем 30 минут в машине, 5 в лифте и он окажется на своем рабочем месте.

Войдя в офис, он включил свет и подошел к своему рабочему столу. На нем до сих пор пылился привычный компьютер. Положил на стол «ночник», устроился в кресле и взял другой прототип шлема – такой же, как у остальных членов его команды. В офисе они появлялись, в основном, для плановых медосмотров.

Как только он надел шлем, перед его глазами тут же появился шар, потихоньку приближающийся издалека к его лицу. Глаза закрыты, но картинка весьма четкая – человеческий глаз продолжает обрабатывать информацию даже при закрытых веках. Когда крутящийся объект приблизился к его лицу примерно на расстояние полуметра, то преобразился в форму ввода пароля. Подумать о нескольких ключевых символах и система готова к работе. Чтобы запустить нужную программу, достаточно задуматься об этом и взору предстанут возможные варианты. Но мысль о телефоне была ассоциирована только с одной, и он уже выбирал из списка контактов нужный…

– Когда мы избавимся от этих глупых паролей в нейромозговых интерфейсах? – спросил он. Менеджер уже ждал его в сети, физически находясь в своем доме – это было видно по его статусу в чате, который он, судя по всему, выставил еще много лет назад, т. к. тот гласил: «Не смешите мои тапочки – мозжечок не поймет».

– Новая прошивка для шлемов уже есть, но тестировшик еще не успел проверить корректность её работы. Так что пока по-старинке. – ответил тот, вероятно, просматривая статус текущих задач. Текстовые пароли планировалось заменить на графические, так как человеческий мозг оперирует образами. То есть для ввода такого пароля достаточно было подумать о чем-то ключевом. В формулировке к задаче про пароли, например, указывалось, что паролем по умолчанию должен быть логотип нашей фирмы.

– Окей, шлем до графических паролей обновлю и сам тоже проверю. А что с этой американской компанией и её альфа-версией?

– Этим уже занимается новенький из отдела безопасности – на собеседовании в четверг он явно дал понять, что владеет необходимыми навыками, а затем продемонстрировал свою лояльность.

– То есть он что-то взломал и рассказал тебе как?

– Веб-сайт – я уже отправил его к нашим админам – обещали совместными усилиями исправить ошибки. А что у тебя сегодня случилось с «ночником»? Почему звонил по телефону, а не через него? Или забыл, что в нем не только новости во сне читать можно?

– Голова болела – сейчас отдам на диагностику в соседний отдел, но сегодня ночью снова с ним.

– Окей.

Он мысленно «отодвинул» в сторону виртуальный прямоугольник с изображением менеджера и телефонной трубки. Когда такая панель «свернута», внутренний голос пользователя не транслируется в сеть, поэтому можно было не волноваться на этот счет. Теперь его вниманию предстали чертежи того самого «ночника», о котором они только что говорили. Он просматривал последние изменения в конструкции, заметки инженеров (эта версия шлема еще дорабатывалась, поэтому была весьма громоздкой), а затем собирался переключиться на исходный код. Сегодня утром он взял обычный телефон не просто так – нужно было предупредить коллегу. Шлемы с текущей прошивкой, вероятно, неисправны, т. к. после сна жутко болела голова.

Эта серия была особенная – специальная разработка «Drealm» – версия шлема с возможностью путешествовать в интернете во время сна, не влияя на мозговые процессы переноса накопленных за день знаний из временной памяти в постоянную. Проще говоря, тело делает всё то, чем занимается в любую другую ночь, но человек получает возможность читать текст, смотреть видео или изображения, показ которых контролируется шлемом. В нём работает мини-компьютер, который не только умеет «читать мысли» человека, как стандартная модель, он еще и «понимает», в какой фазе сна находится пользователь, может «показывать сны» и инициировать сохранение показанной информации в постоянную память пользователя. Таким образом, можно было быть в курсе последних новостей даже во сне. Подготовиться к какому-нибудь сложному теоретическому экзамену за одну ночь, при этом хорошо выспавшись, поставить будильник не на определенное время, а в том числе и на событие (например, речь в новостях о пожаре в соседнем здании) и так далее.

Скорее всего, проблема заключалась в одном из последних обновлений.

Несмотря на свою громоздкость, спать такой компьютер мешал не сильно. Да и следующее поколение обещало быть весьма миниатюрным. Но брать такую работу на дом, чтобы во сне читать новости и научные статьи было приятно. Просто выбираешь на ночь интересующие тебя новостные каналы, несколько статей или хорошую книгу и ложишься спать. Такой компьютер имел не только стандартный нейромозговой интерфейс из проекта «ProXeam», но и специальный модуль обратной связи: компьютер передавал нужные образы прямо в мысли человека.

К концу рабочего дня стало понятно, что никаких проблем со шлемом нет. Хотя утром он по неясным причинам выключался примерно на час. Собственно, поэтому Ник и видел привычные многим сны, вместо ожидаемых новостей из интернета.

В результате ревизии, было исправлено лишь несколько мелких ошибок, не заслуживающих особого внимания. Близилась новая ночь для испытания прибора. Ведущий инженер-нейробиолог лишь предложил Николаю поменьше работать, чтобы не болела голова, и не крутить ей во время сна. «Сам бы попробовал» – подумал про себя Ник. Тем временем все ждали новостей от новичка из отдела безопасности о результатах исследования наших конкурентов.

Вечер

Николай поднялся на лифте на нужный этаж и подошел к двери своей квартиры. Он сделал два поворота ключом. Дверь была закрыта лишь на один из двух замков, хотя он перед уходом запирал все. Значит, кто-то уже внутри. Он без лишнего шума открыл внешнюю дверь, сделал шаг, нажал на ручку внутренней и слегка приоткрыл её. В квартире было очень темно, по видимому уголку комнаты стало понятно, что шторы задёрнуты, а у входа виднелся край чемодана. Еще один шаг вперед, и на постели стали видны кончики ног, торчащие из-под одеяла. Все ясно – это Диана, его девушка. Видимо, прилетела днем и сразу легла спать после тяжелого перелета. «Как я мог забыть про её возвращение?» – подумал он. Но потом сообразил, что она забудет обо всем на свете, если…

Он поставил кейс на пол, потихоньку снял пальто и ботинки, закрыл дверь. Плавно прошел в ванную, чтобы побриться станком. Затем перешел на кухню, достал из шкафа пару плиток молочного шоколада, погрузил их в кастрюльку для фондю и зажег в ней свечку. Пара бананов и персиков превратились в аккуратные кусочки. На поднос, кроме всего прочего, легли еще несколько свечей и палочки для канапе. Он вошел в комнату и замер на несколько секунд. Глаза не хотели отрываться от такой неземной красоты, как линии Её лица и силуэты тела. Аккуратно поставив поднос, он взял пару свечей и перенес их на соседнюю тумбочку. На стуле висело полотенце – видимо, принимала душ. Он снял рубашку и сел у её ног. Теперь, легким движением руки можно было слегка отодвинуть одеяло. Он никогда не видел, чтобы она спала в белье – только голой, поэтому его сердце забилось чаще. Он слегка коснулся её колена, и ладонь медленно заскользила по внутренней стороне бедра, поднимаясь все выше. Его дыхание становилось глубже, и рука вернулась обратно, чтобы уступить место губам. Он знал, что такое нежность и как вызвать Желание… раздался сладкий выдох – она уже просыпалась, но думала, что еще спит. Теперь её руки путались в его волосах. Он держал её за талию, когда она окончательно проснулась вместе со сладким стоном и выгнула спину…

Они оторвались друг от друга, когда шоколад уже давно растаял. Полусидя, они еще не могли говорить и лишь часто дышали. Изредка, под таинственное колыхание теней от огня, каждый нанизывал кусочки фруктов и макал их в теплый шоколад. Его план сработал: она и думать забыла о его уходе на работу в выходной день, вместо того, чтобы встречать её. Диана уже начинала рассказывать о своей командировке в Сан-Франциско. О том, что Бэйкер-стрит есть не только в Лондоне, что дома там в основном 3—4-хэтажные и как на западе Америки популярны пикапы. Когда вдруг прервалась и спросила:

– А как у тебя прошла эта неделя? Что нового? – Помню, ты хотел испытать какой-то шлем в мое отсутствие – спросила она, даже не заметив его отстраненный вид, – теперь твоя очередь рассказывать.

– Да, мы уже довольно сильно продвинулись. Последние несколько дней я испытываю прототип – он понимал, что излишние подробности могут повредить их гонке тем или иным образом. Но ведь это была девушка, которую он любил. Хотя они и были вместе всего месяц…

– И как он, – перебила она полет его безмолвной мысли, – работает?

– Сегодня утром почему-то болела голова, но это ничего не значит. Может быть, шлем неудобно сидел. В любом случае, через несколько дней у нас появится его миниатюрная версия – партия из Китая скоро будет доставлена.

– Надеюсь, ты не собираешься надевать его сегодня ночью? – её правая бровь чуть приподнялась, как бы, бросая вызов. Затем к ней присоединилась вторая, как бы поддерживая подругу, – Мне бы не хотелось, чтобы утром у тебя снова болела голова…

– Ну что ты, – он ощутил очень странное, тревожное, еле уловимое ощущение от её слов. Хотя ничего странного в них не было. Такое ощущение появлялось и раньше, но каждый раз воспринималось как напускная таинственность, желание создать интригующий образ или попытка завлечь женскими чарами. А сейчас оно возникло от самых простых слов…

Мелодия её мобильника прервала размышления и дальнейший разговор. Такой он еще не слышал – видимо, успела сменить в Америке. Она схватила телефон и сразу же сняла трубку. Поздоровалась с некой мисс Перэз, а потом сказала по-английски, что добралась хорошо и волноваться нет повода. Было еле слышно, как мисс Перэз на другом конце между делом пожаловалась на горло, а потом заверила Диану, что аренда комнаты все еще за ней, т. к. оплата была внесена за полгода вперед. Затем женщины, попрощались. После чего Диана сказала, что собирается в душ, откинула одеяло и поднялась, несмотря на то, что всё ещё была голой. Она медленно подошла к шкафу, нагнулась, чтобы достать халат, и, перекинув его через руку, застыла в двери. Обернувшись, бросила хитрую улыбку – знала, что он пристально наблюдает за каждым её движением. И, подмигнув, скрылась. Из ванной донесся шум воды и Николай, сам того не замечая, стал представлять, как она стоит под её струями.

Через минуту он очнулся, вспомнив, что должен проверить почту и протестировать шлем перед сном еще раз на всякий случай. Поэтому он не спеша поднялся, облачился в халат и подошел к кейсу, что по-прежнему стоял в прихожей. Набрал на саквояже код, щелкнул замком и бережно достал из него шлем. Диана обычно проводит в душе как минимум час, поэтому времени было достаточно. Он вернулся к постели, сел и надел шлем. Потом откинулся на подушку и вошел в систему. Прошивка была свежая – с графическим паролем. Он представил себе логотип их фирмы и мысленно услышал знакомый мотив приветствия. Пароль нужно было сменить в целях безопасности. Какой образ лучше всего использовать? – К сожалению, образ любимой девушки был слишком очевиден. И как бы ему ни хотелось, нельзя было его использовать. Иначе любой, кто видел её смог бы войти – компьютер не учитывал связанные с образом чувства или ощущения, так как они изменчивы. Нужно было что-то тривиальное, чтобы не забыть, но при этом неочевидное. «Пусть это будет то обручальное кольцо, что я видел недавно в интернет-магазине» – решил Николай и представил себе тоненькое колечко с золотыми узорами на большом сапфире.

– Пароль изменен, – ответил компьютер где-то внутри головы. В ответ Николай подумал, что этот голос все же слишком компьютерный и стоит нанять пару человек с хорошей дикцией, чтобы сделать его приятнее…

Примерно через час она вышла из душа, вытирая волосы перед тем, как воспользоваться феном. Ещё через несколько минут они уже засыпали лицом друг к другу.

Сны

Огромный конференц-зал. Он держит в одной руке пульт от проектора, а другой периодически жестикулирует, помогая себе донести смысл слов. Зал очень внимательно его случает, несмотря на большое скопление самой разномастной аудитории. Он рассказывает о преимуществах новых интерфейсов, одновременно демонстрируя то, как его громоздкий шлем «читает» мысли. Это первая в его жизни презентация своего продукта инвесторам. Он, то говорит, то замолкает, уступая компьютеру, произносящему слова вместо него. Речь звучит несколько ломано, но на слушателей производит огромный эффект. Он дает залу и себе несколько секунд собраться с мыслями перед слайдом со статистикой, когда замечает Её. Деловой костюм, красная шелковая блузка с узорами, голые ноги одна на другой. На лице легкое удивление и тоненькие очки, в руках планшет. Она смотрела на слайд позади него. В этот миг ему показалось, что они созданы друг для друга, когда мысли прервало чье-то поддельное покашливание…

– А теперь перейдем к статистике… – продолжил он и сменил слайд на графики с результатами предварительного тестирования прототипа на фокус-группе разработчиков…

Они случайно столкнулись вновь уже на выходе из бизнес-центра – у нее не оказалось зонта, и, как джентльмен, он обязан был проводить её до машины.

– Я на такси, – сразу предупредила она, – оно должно стоять за поворотом.

– Вы маркетолог?

– Как Вы угадали? – усмехнулась она.

– Деловой костюм, чтобы воспринимали всерьез. Очки, чтобы не упустить деталей и подчеркнуть свою сосредоточенность, – после чего чуть наклонил голову и добавил приглушенным голосом. – При этом Вы Очень красивы…

Сон уносил его все дальше и дальше.

Утро

Николай уже просыпался, когда Она растворялась в его сне, а он пытался уцепиться хоть за что-то. В момент пробуждения, он резко открыл глаза и приподнял голову в попытке окликнуть Её по имени, но так и застыл. Он не помнил, как Её зовут…

Николай быстро огляделся вокруг: на постели только он, Её шкаф открыт и пуст, на тумбочке чисто. В его памяти остались фрагменты Её тоненьких рук и то, как Она закусывает верхнюю губу, когда думает… Но Её лицо, цвет волос, имя…

Прекрасная девушка, что внимательно слушала его первую серьезную презентацию, дарила чудесные вечера, поражала игривой натурой и рождала чувство уюта, умиротворения, желания заботиться и… любить. Осталась в памяти лишь безликим образом, тенью, куклой на нитках воспоминаний. Он перебирал в памяти места, вещи, слова, которые были с ней связаны. Вдруг, поднялся с постели резким движением, как будто боясь упустить последнюю ниточку, ведущую к ней. Резко схватил телефон и начал просматривать список последних звонков, контакты, СМС…

Потом опустил руки и бессильно сел на кровать. В его альбоме не могло быть их совместных фото. О социальных сетях он и не вспоминал с тех пор, как они стали встречаться. А знакомить Её с друзьями было слишком рано – не хотелось делиться ни с кем Её улыбками, ароматом, взглядами… Следующие несколько часов он сидел на полу, опершись о край кровати. В попытках зацепиться хоть за что-то, он перебирал каждую крупицу воспоминаний связанных с Ней, которые остались в его памяти. Изредка его глаза загорались, по телу пробегали мурашки, и сердце замирало в ожидании. Но каждый раз ждало разочарование: он не знал, где Она живет, на каких автобусах приезжала, и уже не мог вспомнить Её голоса…

Лишь легкий аромат лилий из сна и где-то в комнате…

Ну конечно! Нужно поискать в квартире – вдруг что-то осталось. Он быстро поднялся и стал внимательно осматривать комнату еще раз. Затем решил осмотреть всю квартиру, пока не убедился, что Она не оставила ничего, даже зубной щетки из ванной. А когда возвращался в спальню, то не увидел своего кейса, в котором вчера принес шлем…

Днём ранее. Она

Субботний рассвет был еще впереди, когда Диана открыла глаза – спать в самолете было очень сложно. Сутки в воздухе – это настоящее испытание: жуткий сосед, невкусная еда и отсутствие интернета. Хотя персонал «Австрийских Авиалиний» отличался вежливостью, находиться столько времени в тесном пространстве было нелегко.

Билет из Сан-Франциско в Санкт-Петербург она купила в последний момент. Рейс оказался с двумя пересадками. Но это был последний шанс успеть до того, как Ник проснется.

Тем временем, Фоккер-100 плавно заходил на посадку.

Примерно через 40 минут она уже добралась до квартиры Ника и остановилась у входной двери. Поставила на пол небольшой походный чемоданчик. В него помещалось крайне мало вещей, необходимых женщине. Но сейчас была важна скорость перемещения. В такие поездки вещи покупались уже в пункте назначения онлайн за сутки, а по приезду забирались, либо хранились у подруг в обмен за сувенирчики. Она достала ключи из внешнего отделения и медленно стала открывать дверь, чтобы не разбудить Ника. Войдя, она повесила куртку, чтобы та не шумела, внесла чемоданчик и прикрыла дверь. Теперь предстояло самое сложное. Она сделала несколько шагов в спальню.

Во время полета не раз прокручивала в голове порядок действий, но тут разум смутился. Его голая грудь, монотонно вздымавшаяся, будоражила её: Диана помнила, как они сутками не выходили из квартиры, как отдавали себя друг другу без остатка… «Соберись, не время раскисать, – убеждала она себя, – нужно лишь испытать устройство». Разум брал верх над чувствами. Вдруг она заметила, что у него на голове шлем. Она мысленно выругалась – параллельная работа устройств напрямую взаимодействующих с человеческим мозгом может привести к негативным последствиям. Но через несколько секунд она рассудила, что лучше будет выключить его шлем.

Диана расстегнула плотно набитый чемоданчик. На этот раз в нем оказалась не только одежда и пудреница. Она медленно достала из него ноутбук и провода к нему – сегодня они были важнее других вещей. Положила все на столик в прихожей. Включила ноутбук, набрала на клавиатуре пароль. Затем взяла в руки блок питания размерами чуть больше обычного, выдернула из него провода, а вместо них подключила длинный USB в неприметный разъем с краю и подсоединила его к компьютеру. Блок питания подмигнул ей зеленым светом. Тогда она достала 2 пары с виду обычных наушников. Это были чувствительные датчики для получения информации через электромагнитные волны из коры головного мозга и излучатели для стимуляции его работы. Все эти сложности с маскировкой были необходимы для прохождения таможни и просто из здравого смыла.

Прибор готов. Она установила ноутбук на тумбочке рядом с Ником, блок питания положила неподалеку. Самым сложным было сдвинуть шлем, чтобы закрепить датчики, не разбудив при этом Ника. Только тогда она легонько надавила на кнопку выключения шлема и через несколько секунд та отозвалась короткими миганиями. Спящий не должен был ничего ощутить. После этого Диана расположилась с ноутбуком неподалеку. Она отыскала тот эпизод их жизней, когда он стал причиной её отчисления из университета. Ей хотелось знать, почему Ник так поступил? Зачем подставил её? – Они же были знакомы со школы! Выяснить это сразу же было невозможно – слишком большие объёмы информации. Даты он мог не помнить, но можно просто выбрать все, что связано с первым курсом университета. Она ввела нужные критерии, отметила примерные временные рамки и запустила процесс копирования… Только теперь, наблюдая за огоньками на полупрозрачной 3-хмерной модели его мозга, позволила себе немного расслабиться. Хотя адреналин от происходящего отчасти перекрывал смертельную усталость, отсутствие возможности принять душ в течение нескольких дней и безумное желание выспаться.

Время уже подходило к концу: скоро его либо разбудит будильник, либо он сам проснется за минуту до этого, как часто бывало даже в выходные. Она дождалась завершения процесса копирования. Затем выключила прибор, нажала кнопку включения шлема, убрала ноутбук к себе в чемоданчик, провода бегло свернула и, выходя из комнаты, напоследок оглянулась и подумала: «Интересно, он действительно не подозревал, что я та самая студентка, взломавшая университетскую сеть?» И дверь была аккуратно заперта, будто это сделали изнутри.

Она добралась до своей квартиры, медленно засыпая в такси. Наконец-то можно было расслабиться в своём доме! Сняла сапоги и скинула на пол все, в чем была. Взяла большое чистое полотенце, халат и отправилась в душ. О, да! Теплая вода, смывающая все волнения и страхи…

После душа можно было отдаться сну. У неё впереди целый день, чтобы решить, как быть дальше.

Мисс Перэз

Её сон был неглубоким: она как будто прикрыла глаза на 10 секунд и выпала из реальности. Зато теперь потребовалось лишь мгновение, чтобы прийти в себя. Лежать под любимым одеялом, на мягкой большой подушке было до мурашек приятно. Будучи маркетологом, она не только участвовала в трансформации восприятия клиентами компании, на которую работала, но и в презентации её деятельности крупным партнерам. Для этого приходилось много ездить. Больше всего в командировках её раздражали гостиничные подушки: ну кто, скажите на милость, придумал делать их узкими, жесткими и маленькими? Дома она не была уже несколько дней. Но, по правде сказать, за последние полгода она провела в этой квартире в общей сложности не больше пары месяцев.

Ник считал, что она прилетает лишь сегодня. Точное время прибытия было скрыто намеренно. Она объяснила, что не любит, когда её провожают и встречают. Ссылаясь на то, что презирает расставания, она создала себе свободу передвижений и возможность всегда выглядеть в его присутствии очень красивой. Посудите сами, насколько потрепано, должно быть, она выглядела вчера рано утром, когда сошла с самолета, измученная многочасовым перелетом после жизни в гостинице и минимальным набором косметики на руках? – А теперь предстанет перед ним во всей своей красоте.

После визита к Нику пока тот спал, она сама отдала отдыху 10 часов. От этого её дневной ритм сбился окончательно. И сейчас, в 4 часа дня, Диана чувствовала себя совершенно отдохнувшей. Можно было позволить себе еще немного полежать. Но она достала из чемодана ноутбук и вернулась обратно в постель – ей было очень важно увидеть то, что она скачала. Положив компьютер на колени, она ждала, пока все загрузится. Ей нужно было понять, почему несколько лет назад Ник обрек её на отчисление из университета, дурную славу среди преподавательского состава и необходимость сменить профессию.

Она, конечно, была согласна с тем, что в области маркетинга её принадлежность к женскому полу была преимуществом, а в области ИТ – недостатком. И это прослеживалось достаточно четко, например, на экзамены по техническим наукам нужно было надеть короткую юбку. И причина, по которой она это делала, была не в незнании изучаемого предмета. Все дело в предвзятом отношении к девушкам в её университете, стремящимся работать в ИТ сфере. Надела короткую юбку, значит признает, что ничего не знает – низкая оценка подойдет. Не надела – нужно дать понять, что ничего не знает. С другой стороны, так рассуждал лишь один из преподавателей, но вел он по 2 дисциплины каждый семестр. Теперь же на ней всегда был деловой костюм, хотя её волосы спускались с плеч, а блузка ни сколько не умаляла естественной женской красоты.

Она просматривала нужный день в слепке его памяти и видела, что им двигал интерес. Но не только к любимому предмету, а главное, к ней самой. Только он допустил серьезную ошибку – обратился за помощью к администратору вместо того, чтобы подойти к ней. Чересчур стеснительный или, может быть, осторожный. Но, будь иначе, она рассказала бы ему что искала в тех сетевых папках. Это было всего лишь стремление к знаниям: ей нужны были скачанные дистрибутивы операционных систем. Искала потому, что такие вещи занимают много места и скачиваются очень долго, по крайней мере, от лица простого студента. Дома интернет у нее тогда еще был очень дорогой: оплата по объему трафика. А обращаться к администратору с такой просьбой не хотелось. Да и зачем, если те же самые администраторы всего пару месяцев назад на блюдечке предоставили ей свои учетные записи с паролями к ним: выходили в сеть из-под Windows 98 в одном из самых отсталых компьютерных классов. Его, правда, в том виде уже нет – обновили, но добытые пароли остались неизменными.

Из его воспоминаний было видно, что он не помнил её. Точнее, не понимал, что любимая им Диана была той девушкой-хакером, которую он когда-то разоблачил. Не догадался, не вспомнил. А может быть и имени тогда не знал.

Не один год она винила только его. Его одного во всех тех бедах, которые свалились на её плечи после это самого дня. Сетевой администратор, разумеется, расписал во всех мерзких подробностях то, к каким последствиям могли привести имеющиеся у неё права доступа к компьютерам университетской сети. В списке оказались и личная переписка преподавателей, а многие использовали университетские почтовые ящики для дружеских контактов, включая обмен фотографиями с отдыха и тому подобные… Как выразился ректор во время личной разъяснительной беседы, «публикация данных такого рода могла вызвать существенное падение доверия ко всему университету». Проще говоря, никто не любил выставлять своё грязное белье, а у страха, как говорится, глаза велики. Поэтому наказали её старательно, но так, чтобы придраться было не к чему. То есть официально все ограничилось предупреждением, беседой и выговором главному администратору за допущенные ошибки. Но после этого наступила неофициальная часть, которая настигла её перед сессией – в разгар зачетной недели, причем по профильным предметам. Слухи о предвзятости, разумеется, разошлись по всему университету, и руководство, таким образом, добилось желаемого: наказали одну – научили всех.

Как же тяжело было рассказывать родителям о том, что сразу по нескольким зачетам у нее «неуд.». Как сложно было объяснить, что послужило тому причиной. Отец, пока было еще не поздно, заставил её попытаться сдать эти зачеты с комиссией – деканат неожиданно пошел им на встречу и позволил. Она предполагала, что причиной тому были связи в околофакультетских кругах её папы. Но даже так у неё ничего не получилось. В итоге, мама долго плакала, любимая бабуля попала в больницу с сердечной недостаточностью. А папа, вероятно, разузнав подробности, назвал тот университет «гадюшником» и напомнил ей, как хорошо в школе у нее получалось выступать с докладами, рефератами и вообще отвечать у доски. Просто напомнил, не навязывая своего мнения. Но ей этого было достаточно, чтобы понять его мысли, с которыми она сама согласилась почти сразу же.

В то время Диана окончательно убедилась, что знания решают всё. Но показывать одни только знания недостаточно – нужно их использовать. Например, при сдаче истории религии, уже учась на маркетолога, достаточно было поздравить преподавательницу с днем рождения после пар и сделать маленький подарок, чтобы расположить к себе и с легкостью сдать экзамен.

Она и сама не заметила, как превратилась из компьютерного хакера в социального. Вместо художественной и технической литературы, в её ноутбуке стали преобладать книги по психологии и маркетингу. Со временем, ей стало удаваться всё быстрее находить ключи к попадающимся на пути замкам человеческого доверия. А на выпускном курсе она с успехом выиграла один из крупных конкурсов среди маркетологов, что позволило устроиться в отличную американскую фирму для продвижения её программных продуктов. Тогда и начались путешествия по всему миру и гостиничные номера.

Так продолжалось, пока однажды она не увидела Ника на самой обычной конференции. Она узнала его сразу же. Мужчину вообще легко узнать, даже не заглядывая ему в лицо. Например, у Ника есть свойственная только ему привычка широко закидывать руку назад и поглаживать шею – какая-то измененная версия почесывания затылка. Там же она познакомилась с его конкурентами и на всякий случай взяла предложенную визитку. А по окончании конференции решила узнать Ника поближе, и он клюнул. Она еще не знала, как ему отплатить за пережитое. Но сразу после знакомства с ним, воспользовалась телефоном с полученной визитки. А уже через 2 недели сменила работу – она знала, что на старой уже некуда было расти.

Новый работодатель имел в своем запасе весьма нетривиальные приборы и стремление к нестандартным способам конкуренции. Так она превратилась из обычного маркетолога в промышленного шпиона. Хотя процесс закрепления доверия перед такой серьезной операцией был весьма нетривиальный. Но соблазн получения прототипа шлема из лаборатории их основного конкурента был слишком велик. Тогда в её жизни появилась некая мисс Перэз. Это было контактное лицо. По легенде – американка, сдающая в аренду комнату в Сан-Франциско.

Изначальным планом была только кража прототипа проекта «Drealm». Но со временем её руководство передумало. Тогда-то ей и поручили взять с собой один из прототипов их разработки для чтения и редактирования памяти, а затем сделать копию информации, содержащейся в голове Ника. Она же чувствовала себя настоящей шпионкой, о которых снимают фильмы и пишут детективы. Разумеется, какой-либо подготовки у нее не было, поэтому вечерами она много читала всевозможные материалы про ЦРУ и ФСБ по собственной инициативе: практики, методики, просочившиеся в сеть видеоматериалы. Такая уж у нее сложилась привычка – погружаться в профессию целиком.

После часа раздумий, она всё таки решила, что выполнит то, что ей поручили. Но для этого потребуется вся ночь.

Она начала собираться к Нику – подходило время возвращения его девушки из командировки в Штаты. Он не звонил, так что было очевидно: просто забыл об ней. Неудивительно – серьезный проект, большие ставки и важная роль в команде разработки. Должно быть, он очнётся только к вечеру…

Звонок

…он раздался так неожиданно! Диана поставила специальную мелодию на вызов от «мисс Перэз», чтобы с первых нот было понятно, кто это. Приход Ника был столь волнующий, что ей хотелось забыть про свои шпионские игры. Но трубку снять пришлось. Условным кодом американка сообщило, что срочно требуется прямой разговор по закрытому каналу (условная фраза – жалоба на боль в горле). Диану тут же захлестнули эмоции. «Нельзя, чтобы Ник видел её волнение: подумаешь, какая-то рядовая беседа с малознакомой женщиной» – тут же подумала она. Поэтому, под предлогом желания принять душ, Диана ушла в ванную комнату и включила воду. А сама достала из халата мобильный телефон, через интернет с помощью специальной программы шифрующей трафик позвонила работодателю. Ник, конечно, и не заметил, что в душе она была перед его приходом, а после секса она раньше никогда не мылась.

Разговор был короткий. Ей поручили не только скопировать всю его память, но и стереть последние несколько лет из его головы, а затем передать шлем Ника посыльному, что будет ждать в 7:00 на следующее утро около подъезда в черной ауди. А слепок памяти доставить лично в Сан-Франциско. Должно быть, не хотели рисковать потерять сразу все: и шлем, и память. Естественно – русская таможня не дремлет. Переслать по интернету слепок не получилось бы: слишком большого размера – на это ушла бы минимум неделя. А лететь тут всего-то 1 день.

Она отложила телефон, скинула халат и встала под душ – было бы странно появиться сухой. Теплые струи воды устремлялись вниз по телу, лаская кожу. Это позволяло расслабиться, чтобы дать мыслям парить вокруг. Обдумать следовало многое.

На этот раз подключить прибор было гораздо легче, чем в первый. Ник спал без шлема, да и времени для работы с его памятью было предостаточно. За всю ночь она записала несколько тысяч гигабайт прежде, чем закончила. Все сохранено на портативный накопитель и подготовлено к передаче.

Ауди действительно стояла неподалеку: мотор заведен, минимум света, внутри мужской силуэт и огонек от сигареты. Она страшно ненавидела курящих людей. Хотя понять можно было каждого, но курить на близком с ней расстоянии не позволяла. Поэтому она подошла к машине, открыла дверь, и, уже садясь, сказала:

– Затушите её или я задушу Вас, – и через мгновение добавила, – а потом скажу, что так и было.

Она с первого взгляда поняла, что с такими любезничать бесполезно. Водитель молча выкинул окурок в полуоткрытое окно и посмотрел на неё исподлобья. Это был мужчина лет 40 в черном пальто, костюме, белой рубашке, тонком чёрном галстуке и кожаных перчатках. Он положил руку на рычаг коробки передач и сказал: «Довезу до аэропорта, билет в бардачке снизу, шлем в проход за сиденье». Она открыла бардачок, убедилась, что в билете всё указано верно. После этого поставила кейс за водительское сиденье. Только тогда машина тронулась с места. Ей же, судя по билету, предстояло 17 часов пути с одной пересадкой во Франкфурте. А что будет после, она даже не представляла.

Часть 2

Вместе мы разберёмся

Как только Николай осознал своё бессилие в сложившейся ситуации, единственное, что ему оставалось – предупредить руководство о случившемся, ведь пропал прототип стоимостью в миллионы долларов. Он достал мобильник и нашел нужный номер. Хотя уже начал отвыкать от этого устройства, но всегда носил с собой. Ему не хотелось держать СИМ-карту в нестабильном шлеме, поэтому тот всегда выступал в роли гарнитуры для телефона, а не как полноценное устройство связи.

Как только менеджер взял трубку, Николай сказал:

– Женя, ты не поверишь! – а после этого скороговоркой рассказал о краже шлема и о том, как он внезапно забыл девушку, с которой встречался.

– Я всё знаю. Но ты точно всё это помнишь? – прервал его Женя.

– Как это? Откуда? Я сам всего час назад обнаружил!

– Приезжай в офис – мы уже здесь. Заодно с новеньким познакомишься.

– Хорошо.

Николай ничего не мог понять, но по опыту знал, что Женя палку перегибать не станет. Раз присутствие необходимо, значит нужно пулей лететь туда. Да и Женя просто так в офис бы не приехал, а оставаться дома уже было невмоготу: рождалось ощущение бессилия, бездействия и собственной ничтожности после случившегося.

Не тратя времени на завтрак и проглаживание брюк, Николай надел джинсы с футболкой и помчался на работу. Ему, как обычно, потребовалось чуть больше получаса.

– Привет, – начал он, войдя в кабинет, в котором был его менеджер и незнакомый человек, который сразу же повернулся:

– Василий, оперуполномоченный в ФСБ России, отдел информационной безопасности. Для остальных: рядовой сотрудник вашей фирмы. Поэтому можно просто Вася – Николай пожал твердую руку и представился. Василий продолжал:

– Прости, что держали тебя в неведении, но когда ты узнаешь подробности происходящего, то поймешь причины. – Николай потихоньку присматривался к серьезному союзнику, который в столь неожиданный момент вышел из тени. Это был не очень высокий харизматичный мужчина лет 24–26, в рукопожатии чувствовался характер и физическая подготовка. Все трое стояли посреди небольшого пустого кабинета. За окном было воскресенье, поэтому бизнес центр должен был быть закрыт. Вероятно, Женя заранее согласован исключение в расписании.

– Всё началось с того, что в Москве без вести пропал некий Андрей Петрович Привольский ’79 года рождения. работал сантехником. Жена оставила в полиции заявление и через некоторое время его внесли в список пропавших без вести. На первый взгляд, ничего особенного, но одна из наших систем распознавания лиц нашла его. В итоге муж с женой встретились, однако он понятия не имел, кто она. Даже штампы в их паспортах, общие фотографии и дочка 5 лет, которая узнала своего папу его не смутили. Должно быть, жена решила, что он либо умом тронулся, либо другую нашёл. Но попытки до него достучаться она оставила, а в полиции хоть и посчитали дело странным, но сделать тоже ничего не могли. И вряд ли бы на этот случай обратили внимание, но таких дел появилось целых 5 в течение полугода, поэтому попадание фигурирующих в них лиц в камеры проанализировали. Выводом стало наличие некой организации в нашем городе, которая каким-то образом подменяет память похищенным людям, так как наши психологи, работавшие с одним из таких только разводили руками.

Он достал из кожаной сумки папку раскрыл её и положил на столе. В ней были фотографии людей по несколько снимков на каждого.

– Узнаете кого-нибудь? – Здесь те, кто, вероятно, не свихнулся после такой операции на мозге. Остальных участников больше никто не видел.

Николай внимательно рассматривал фото. На них было три разных человека. А потом обратил внимание на машину, которая попала в кадр с одним из них.

– Нет, никого. Но эта черная ауди… По-моему, я видел её около своего дома несколько раз – номер выглядит похожим. Откуда у сантехника такая машина?

– Это самое интересное. Судя по всему, он ведёт слежку. Мы давно уже наблюдаем за его перемещениями и объектами внимания. Среди них, кстати, оказалась и твоя знакомая, что смылась из квартиры пару часов назад, что должна была улететь сегодня в Сан-Франциско.

– Кто она? Почему так поступила?

– «Кто она?» – это сложный вопрос. В этой организации они все немного «сдвинуты». Но фамилия, имя, внешность настоящие, потому что нет смысла их менять, если можно взять любого человека из толпы и запрограммировать его на полное подчинение, манипулируя его памятью.

Василий вытащил несколько фотографий девушки и сказал:

– Это Диана.

Николай придвинул их к себе. Он уже знал эту девушку: как она улыбается, сердится, на какие темы любит шутить. Единственное, чего ему не хватало – это её лица и имени.

– А вот это она до того, как попала к ним. – Василий вытащил ещё несколько фотографий. На них была та же самая Диана, только одета по-другому.

– А где это она?

– Вологда. Она жила там, пока на одной из студенческих олимпиад по программированию её не похитили.

– Погоди-ка, она по возрасту не может быть студенткой.

– Ездила в роли тренера. Диана в Вологде заканчивает аспирантуру. По крайней мере, заканчивала.

– Я думал, что она маркетолог.

– Да, эта роль была выгодна для того, чтобы завести с тобой отношения.

– Но зачем им я? И почему не подменили память мне?

– Ты слишком яркая персона – стало бы заметно. До сих пор в свои марионетки они выбирали людей, из-за пропажи которых не будет поднят шум. В твоём же случае им нужен был лишь слепок памяти. Поэтому мы и держали тебя в неведении, чтобы они тоже о нас не узнали, когда получат его. Редактировать чужие воспоминания очень и очень сложно, знаешь ли.

– Редактировать? – Погодите-ка! То есть, вы берегли мою память, чтобы не «засветиться»?

– Мы следили за сантехником, а тот, в свою очередь следил за ней. Так мы вышли на тебя и поняли причины ведения столь дерзкой игры этой фирмы из Кремниевой долины в чужой стране. Они охотились за прототипом вашего продукта и полной информацией по проекту. Так что твоя память оказалась для них баночкой с мёдом. Диана сделала её слепок сегодня ночью, затем села в черную ауди к сантехнику и они поехали в аэропорт. Там мы его и задержали – он должен был посадить Диану в самолет (мы подслушали её разговор с некой мисс Перэз). Но в машине кроме него никого не оказалось. Думаю, сантехник сам собирался лететь и вывезти украденный у тебя шлем по частям.

– А что с Дианой?

– Для этого ты здесь. Нам нужно понять, где она может быть сайчас. Судя по-всему, указание стереть тебе память она выполнила лишь частично.

– Значит, вы готовы были принести в жертву мою память?!

– Со слепком её можно без проблем восстановить.

– Погодите, а когда она разговаривала с этой… как её там?

– Мисс Перэз? С… – он выдвинул какой-то листок из папки и заглянул в него, – с 22:45 и до 23:07. Судя по шуму в трубке, из душевой или кухни. У неё жучок в телефоне. Мы планировали перехватить флешку со слепком твоей памяти и отредактировать так, чтобы они не смогли бы найти в ней полезную им информацию. Что ж, во всяком случае, до сих пор никто не пересекал нашу границу под её именем или с её внешностью. Если предположить, что она начала передавать содержимое флешки с момента задержания сантехника, то у нас не так много времени. Ведь даже часть твоей памяти может служить источником полезной для них информации.

– Да, я понимаю. – Николай уже слушал его без внимания. Он активно искал в памяти хоть какие-то намеки на то, где она могла бы укрыться в случае опасности. Николай перебирал диалоги, её взгляды, редкие разговоры по мобильнику, упоминания чего-нибудь примечательного…

Как вдруг сознание остановилось на конкретном моменте жизни. Это была их первая встреча, они шли под зонтом до такси. Он открыл для неё дверь и помог сесть. «Что же здесь может быть примечательного? Может быть, адрес, который она назвала таксисту? – Нет, я не обратил на это внимание, видимо, поэтому не могу вспомнить движение её губ», – размышлял он про себя – «Да и как такое можно запомнить? – Вот оно! Моментом ранее она сказала: „А я загляну, как приеду в Ваш блог. Презентация мне понравилась, может быть и там есть что почитать“. А когда я вышел в сеть, то она написала свои мысли в письме по поводу статьи о будущем нейромозговых интерфейсов». Он вдруг резко открыл глаза и сказал: «Логи веб-сайта!».

Пока Николай размышлял, Василий успел сесть в кресло лицом к нему, а Женя всё так же стоял около двери, но теперь читая что-то с мобильника. На слова Николая оба подняли головы и вопросительно посмотрели. «Видимо, меня не было здесь несколько минут» – подумал Николай. Следующей мыслью было то, что Василию нужны результаты, но сдавать Диану с потрохами очень не хотелось. Николай прекрасно знал, что бывает, если раскрывать все козыри более сильному союзнику. Он быстрым движением сел в кресло и пододвинул к себе клавиатуру. Логин, пароль, запуск нужных программ. Движения были привычны, поэтому позволяли голове работать отдельно: нужно было придумать, как обхитрить Василия так, чтобы тот не догадался.

Он уже просматривал записи вебсервера («логи»), о посещениях в тот самый день, когда проводил презентацию.

– Здесь слишком много записей! Мне нужно точное время, когда закончилась наша первая презентация «ProXeam’а» – Женя тут же набрал на своём смартфоне несколько слов, запустил видео с официального сайта бизнес-центра, в котором всё проходило, и стал искать нужный момент. Всего через 20–30 секунд он сказал:

– В 15:33 ты ответил на последний вопрос и поблагодарил за внимание.

– Спасибо. – Сказал Николай и уже просматривал только те записи, которые относились к упоминаемой ей статье. Написать столь глубокую рецензию было бы сложно, не заглянув в саму статью.

– Нашёл! Здесь единственная запись о просмотре статьи через час после окончания презентации с MacBook’а, – Николай повернулся к Василию и продолжил: тогда у неё был ноутбук от Apple. Вот IP-адрес того места, откуда она выходила в сеть, и точное время запроса.

Этого было достаточно, чтобы Василий тут же начал диктовать всё необходимое по телефону, а потом собрался уезжать.

– Спасибо, надеюсь, она сейчас там. Оставайся на связи на всякий случай. С этими словами он повернулся к выходу, дал знак Жене, тот кивнул в ответ, и по коридору послышались быстрые шаги.

Николай же повернулся обратно к монитору, скопировал другой IP-адрес и стал вычислять её местоположение своими средствами. Это, конечно, была не пара звонков, да и методы противозаконны. Но ему сейчас было не до этого. Ушло почти полчаса, чтобы узнать адрес абонента, который в тот отрезок времени использовал этот IP. Наконец-то он сорвался с места и за два шага очутился у двери. Потом сообразил, что стоит все закрыть, иначе они поймут его хитрость. Поэтому щелкнул рубильником около выхода, и все компьютеры в кабинете погасли. Затем побежал, что было силы, до лифта. Как же медленно ползли эти 30 секунд ожидания чёртовой металлического коробки! Прыжок, несколько раз по кнопке, чтобы глупая машина поняла, что нужно закрыть двери и ехать. Дальше только монотонное покачивание в ожидании, когда лифт минует все 20 этажей и окажется на первом. А вот и он. Нужно быть осторожным – охранники расскажут, если увидят его бегущим, поэтому до выхода неспеша. Он миновал парадную дверь и оказался на улице. Теперь уже перешёл на бег и припустил до машины, на ходу снимая её с сигнализации. Как же удобно парковаться прямо около выхода! Замок зажигания. Ремень безопасности. Снял с ручника автомобиль и, не сильно рыча мотором около бизнес-центра, помчался по найденному адресу.

Убежище

Дорога заняла всего около получаса – повезло – навигатор провел мимо пробок, при этом, не заставляя делать много поворотов налево – тратишь время на пропуск встречных машин, как это обычно бывает. Николай припарковался перед длинным 3-ий корпусом дома № 31. Нужно было найти квартиру № 37. Осталось определиться с подъездом. Он вышел из своей Тойоты, щёлкнул брелоком так, что машина беззвучно подмигнула ему фарами – незачем обращать на себя внимание. И двинулся к первому попавшемуся подъезду. Вывеска на нём гласила «I квартиры 1—27». Поэтому Николай сразу повернул ко второму, но не спешил подходить – он ещё не успел продумать то, как лучше с ней заговорить. Но мысли уже бежали галопом. «Раз она скопировала мою память и с самого начала врала, то этот визит будет задержанием преступницы» – размышлял он. «С другой стороны, неизвестно, что произошло перед приездом сантехника в аэропорт. А вдруг у неё не было выбора, и она в последний момент выскочила из машины?» – по привычке подыскивая аргументы в пользу Дианы, он возражал сам себе, замедляя шаг. Уже остановившись около подъезда, Николай занес палец, чтобы набрать номер её квартиры в домофоне, но всё ещё сомневался. «Видеть в людях плохое – легко» – сказал он сам себе и решил, что из страны ей сейчас всё равно выбраться будет очень и очень сложно. Но ему было необходимо убедиться лично, что рядом с ним она была лишь ради шлема.

Николай начал было набирать номер её квартиры, когда дверь открылась сама: выходила какая-то женщина. Он пропустил её, а потом вошёл. Это была удача! Теперь не нужно будет объяснять на улице, зачем он пришёл и что не уйдёт, пока она не ответит на его вопросы. Судя по номеру квартиры и количеству квартир на этаже, ему нужен был 3-ий. Он побежал по лестнице, перемахивая через две ступеньки за шаг, боясь, что с ней что-нибудь случится, пока он медлит.

На лестнице перед третьим этажом сбавил шаг, чтобы восстановить дыхание. Подошёл к нужной двери, мягко потянул на себя – заперто. Нажал кнопку звонка и на всякий случай шагнул в сторону, чтобы его не было видно в зрачок – мало ли что. Ждать пришлось почти полминуты. Потом дверь просто открылась. Он заглянул внутрь: Диана стояла неподалёку, прислонившись к стене и скрестив на груди руки. Её взгляд был растерянным и чуть виноватым. Она закусила губу и опустила голову. Они оба не знали, с чего начать. Как вдруг, Диана спросила:

– Как ты меня нашёл?

– Логи вебсайта перед твоим первым письмом – он пристально смотрел на неё, как будто ожидая объяснений, извинений или чего-то подобного. Но она молчала. Тогда он спросил сам:

– Чёрная ауди должна была довезти тебя до аэропорта. Куда ты исчезла?

– Смогла убедить водителя, что безопаснее будет высадить меня заранее. А потом просто приехала сюда.

– Почему ты не увезла слепок моей памяти? Зачем ты себя стёрла? И почему только своё лицо, а не всё, что с тобой связано? – Ты хотела, чтобы я тебя нашёл? – в ответ, она закусила губу ещё сильнее и закрыла лицо рукой. А потом всхлипнула и сказала:

– Я запуталась… – тогда Ник сделал к ней шаг и обнял. Она не сопротивлялась. Переборов слёзы, она подняла голову, посмотрела ему в глаза и сказала:

– Я не знаю, кто я.

Они сидели на диване перед её ноутбуком. Он держал её руки в своих, чтобы она чувствовала его поддержку.

– Сегодня утром, когда мы только отъехали от твоего дома. Я увидела в окне какую-то мелочь, и в голове что-то щёлкнуло. Это было как будто вспышка воспоминаний. Я вдруг поняла, что учусь в аспирантуре Вологодского Государственного Университета. Ощущение было такое, будто бы вчера мы с командой студентов участвовали в олимпиаде по программированию в Москве, а вечером мне на поезд до дома. В то же время я понимала, что сижу в машине с человеком, которому отдала украденный прототип ценой в несколько миллионов долларов… – она вновь заплакала. – Что со мной сделали? Откуда у меня жгучее желание отомстить тебе за слёзы, унижения и страдания моих (или не моих?) близких с самого первого курса университета? Почему я в одно и то же время училась на маркетолога в Санкт-Петербурге и на программиста в Вологде? Что было на самом деле?

В ответ он только крепче её обнял. «Видимо, ей, как и другим, заменяли память. Должно быть, сильные переживания заставили её сознание переключиться или подтолкнули к восстановлению скрытых кем-то воспоминаний из её реальной жизни» – подумал он. А потом стал её успокаивать:

– Ну, всё, всё, девочка моя. Вместе мы разберёмся.

Тебе не поверят

– Тебе не поверят. Они решат, что ты просто оказалась загнанной в угол и пытаешься вывернуться из последних сил, придумывая на ходу басни о двойной памяти, – сказал Николай. Он понял, что сделал правильный выбор, обманув Василия и Женю – сейчас она как ни кто другой нуждалась в его помощи.

– Где твой мобильник? – спросил он.

– Я его выключила, перед тем, как идти сюда. На всякий случай – мало ли что.

– Думаю, это и спасло тебя, – сказал он, беря в руки её сотовый телефон, – мне сказали, что в нём закладка.

– Странно, я не выпускаю его из рук.

Николай тем временем снял крышку, осмотрел внутренности: тут жучок не оставишь.

– Как же они узнали, о разговоре в душе, если закладки в телефоне нет? – спросил он в полголоса, как будто думал вслух. На её лице отразилось удивление, которое затем сменилось задумчивостью.

– Может быть, они прослушивали переговоры GSM-сканнером? – предположила она. – Не секрет, что разговоры и СМС-ки шифруются слабо. Поэтому, например, президент США пользуется Blackberry, равно как и террористы с крутыми бизнесменами.

– Значит, они следили за тобой, но по какой-то причине потеряли перед приездом в аэропорт.

– Когда мы туда ехали, водитель заметил хвост. Тогда я смогла убедить его в том, что нам лучше садиться на самолёт порознь. Через некоторое время ему удалось оторваться минут на 10, тогда он высадил меня в получасе езды от аэропорта. Он, конечно, тот ещё мужлан, но своё дело знает. Я сразу же взяла такси – повезло, быстро нашла. Выключила мобильник и сюда. Я не была здесь уже давно. Это моя маленькая крепость: сама установила скрытые видеокамеры в нескольких местах, – она взяла в руки планшет, что лежал на полке её стеклянного стола рядом с ноутбуком. Потом произвела на нём несколько манипуляций и показала Нику. На двух третях экрана была входная дверь, и еще два небольших прямоугольника в остальной части. «Вот почему она не спросила кто там, когда я позвонил и немного отошёл в сторону» – решил Ник.

Теперь он засомневался в своём решении помогать ей. Это была очень умная женщина. Она прекрасно разбиралась в компьютерах, на текущий момент в её голове лежало практически 2 студенческие жизни: программиста и маркетолога. А главное, не понятно, что вызвало всплеск воспоминаний.

– Дин, – так он называл её, а она порой в шутку отвечала «Дон?», но сейчас просто повернулась. – Что ты увидела, что заставило тебя вспомнить свою настоящую жизнь?

Она опустила глаза и чуть слышно сказала:

– Тебя… – потом собралась с силами, подняла голову, но тут же отвернула её. Ник чувствовал, что ей тяжело даётся говорить это вслух. – Я думала о тебе. Мне не хотелось уезжать, но если бы я этого не сделала, меня бы убрали с пути. А потом сделали бы всё по-жёсткому. Уж лучше я. Мне приказали стереть тебе всю память. Прости, – она подняла глаза, – прости, что так поступила с тобой.

Ник снова её обнял.

– Ты сохранила мне всё, кроме своего лица, хотя должна была стереть мою память полностью. И ещё извиняешься? – Я же должен быть тебе благодарен!

Но её слёзы уже стекали по щекам. Такое подделать невозможно. Теперь уже Ник не сомневался: она любила его. А стерла часть себя из его памяти лишь для того, чтобы он её не нашёл или, быть может, не искал. А может быть, ей было стыдно за то, что она вообще делает, но выбор был невелик. Он крепко поцеловал её в тёплую мокрую щёку и снова прижал к себе. Нужно было хорошенько подумать о том, как её выпутать из сложившейся ситуации.

Из речей Василия следовало (не мог же он хитрить во всём), что её настоящая жизнь протекала по линии программирования. Значит…

– Цепочка твоих знаний и воспоминаний по линии обучения на маркетолога принадлежит другой девушке, – сказал Ник, расцепив объятия. Но Диана ещё не пришла в себя, поэтому он продолжал рассуждения сам.

– Раз так, может быть, что-то в твоей памяти поможет найти её.

– Думаешь, это того стоит?

– Пока не знаю. Сейчас время ещё играет на нас – это нужно как-то использовать.

– На самолёт я уже давно опоздала.

– Да, но если объяснишь мисс Перэз, что пересечь границу у тебя уже не получится, они предложат иной способ передачи интересующей их информации. Уверен, она для них ценнее тебя.

– Что ты придумал?

– Мы отдадим им слепок моей памяти, но прежде, отредактируем его. Нужно как-то размыть всю важную информацию о проекте, оставив только публично доступную и ту, что изложена в патентах. Это займёт много времени?

– Смотря сколько воспоминаний на эти темы. Наверное, не меньше суток работы. Если сделать слишком грубо, они нас быстро разоблачат – там отличные специалисты.

– Ну да…

– Моего бывшего водителя задержали, поэтому о шлеме можно не беспокоиться. Скажу, что сделала слепок, пока ты спал в нём. А когда они обнаружат много мутных воспоминаний, можно будет сослаться на то, что шлем мог рождать помехи, а снять его не представлялось возможным. Таким образом, мы сможем выиграть время: они будут долго обсуждать правдивость такой истории и можно ли снова меня задействовать. Но как выдать их с потрохами, я не представляю – надо уверить их в том, что я ещё могу быть им полезной… А помнишь, ты говорил о партии миниатюрной версии шлемов?

– Точно! Думаю, для них это будет соблазнительным предложением. Но они, скорее всего, кого-нибудь пришлют за ним, так как ты уже под колпаком, – заметил Ник.

– Мы же сможем сделать подделку с жучком? – продолжала Диана.

– …а потом проследить цепочку передач, насколько это будет возможно, – подхватил Ник, – я попробую договориться со знакомым из ФСБ, который занимается твоим делом.

Впервые на их лицах появились небольшие улыбки за всё время их встречи. Это был огонёк надежды, который он подарил ей. Диана сидела на диване, положив согнутые ноги на мягкую ткань. Её взгляд не был понятен Нику – таких он ещё не видел. Диана смотрела на него, будто жизнь становилась сказкой с Ником в главной роли. Будто всё, что происходило с ней прежде, казалось лишь странным сном, который, наконец, рассеивался. В её взгляде была надежда на счастье рядом с мужчиной, который не отступает, заботится: он сделает всё, как следует – самый лучший в её жизни…

Несколькими днями позже

Это была самая обыкновенная автобусная остановка. Начинал моросить мерзкий косой дождь, поэтому Диана зашла под козырёк. Она ждала здесь уже около 40 минут. Сидеть не могла – слишком волнительная предстояла встреча. Диана внимательно вглядывалась в каждую проезжающую Хонду СРВ – договорились, что курьер будет проезжать в белой модели 2011 года. Так что фотографии таких авто были рассмотрены в интернете со всех сторон и ракурсов. Но Диана всё равно выскакивала голосовать на все белые джипы. Условие было таким: если за ней хвост или что-то подозрительное происходит вокруг – она не голосует, если курьеру что-то не нравится – не останавливается. Он опаздывал уже на полчаса.

Диана, добравшаяся до места встречи на автобусе от ближайшего метро, уже начинала замерзать, когда очередной белый джип показался из-за угла. она уже привычным движением сделала несколько шагов из-под козырька. Ветер тут же дунул в лицо, подняв в воздух те локоны её волос, что выглядывали из-под вязаной шапки малинового цвета, которая шла в комплекте с таким же уютными шарфом и перчатками. У неё была всего одна маленькая сумочка через плечо. Такие используют чтобы держать при себе лишь паспорт, кошелёк и мобильник – большее не влезает.

Машина остановилась, проехав на несколько метров дальше от остановки. Диана уверенно подошла к автомобилю, открыла дверь и села на переднее сиденье. Водитель выглядел лет на 20. Большие карие глаза, русые волосы, осенняя куртка, из-под которой виднелась толстовка – ничего необычного. Он тут же выкрутил руль влево и они уже куда-то мчались, собирая на лобовом стекле капли дождя, который уже начал переходить в сырой снег. Незнакомец первым прервал молчание, когда остановка скрылась за поворотом:

– Диана, Вы должны передать мне флешку и шлем. Но я не вижу его у Вас. Всё в порядке?

В ответ, Диана аккуратно сняла вязаную шапку. Оказалось, что шлем был у неё на голове всё это время. Да и шлемом его уже назвать было сложно. Устройство, выполненное в виде нескольких дуг, повторяющих форму головы и сходившихся на затылке под пучком волос. Оно добавляло к её причёске всего несколько сантиметров высоты. Основная часть устройства: нечто выпуклое и тонущее в пышных волосах. Диана поднесла правую руку к своему затылку и зажала какую-то кнопку на пару секунд. Устройство ответило тремя нотами – выключилось. Незнакомец лишь изредка поворачивал голову – ему явно не хотелось останавливаться, но было жутко интересно. Диана же тем временем вытаскивала устройство из причёски – непросто было высвободить такое и не запутать волосы. Наконец, ей это удалось, «щупальца» устройства были аккуратно сложены, а шапка надета обратно на голову. Диана достала из сумочки портативный жесткий диск и положила всё в бардачок. А затем посмотрела на водителя. Тот утвердительно кивнул. Ещё 10 минут дороги и машина остановилась – это была станция метро. Диана всё поняла, бросила последний взгляд на молодого человека и вышла. Машина тут же тронулась с места, а потом скрылась из виду за поворотом. С облегчением зашагав к метро, девушка стала доставать из сумочки телефон.

– Ник, он уехал. Сигнал есть?

– Да, я слежу за ним. Он высадил тебя на Мужества?

– Да, буду у тебя дома через час.

– Окей.

Николай повесил трубку. Он сидел в том самом кабинете, где впервые встретился с Василием. Тот и сейчас был рядом – так же внимательно следил за происходящим на экране. Установленный в подделке под шлем новой модели GSM-жучок исправно передавал свои координаты. Кроме того, на его номер всегда можно было позвонить: устройство тут же снимет трубку и можно будет прослушать разговоры. Довольно стандартная игрушка на китайском рынке электроники.

– А ты уверен, что в переданном слепке памяти не будет полезной для них информации? – нарушил молчание Василий.

– Да, мы с Дианой всё тщательно размыли, оставив то, на что есть патенты или, по крайней мере, поданы заявки на их получение. А то, как я моюсь в душе, их вряд ли заинтересует.

– Хорошо.

– Ну что, ты согласен сделать так, чтобы её по этому делу ни к какой ответственности не привлекали? – Николай смотрел ему прямо в глаза, – всё-таки, ей промыли мозги, чтобы она действовала по их указке.

– Я поговорю с начальством. Но лучше ей сейчас не появляться в публичных местах. И нам с ней нужно будет ещё поговорить с глазу на глаз обо всём, что она делала в интересах этой фирмы. Хотя сейчас главное, чтобы этот жучок привёл нас куда следует. Этим займёмся уже мы, но, на всякий случай, будь на связи.

– Конечно. Думаю, я сделал достаточно, – Николай встал из-за компьютера, снял с вешалки куртку. Василий тем временем набирал чей-то номер, не отводя взгляд от карты на экране компьютера. Николай тем временем надел куртку и потихоньку вышел. Его роль действительно была сыграна. Теперь на встречу с Дианой – у него полчаса, чтобы всё подготовить. Поэтому сначала он заехал в торговый комплекс в 3-х минутах от дома и быстрым шагов обошёл несколько витрин: ризотто из морепродуктов было её любимым блюдом из тех, что он умел готовить. Когда покупки были сделаны, и он вошёл с пакетом в квартиру, у него оставалось всего пара минут до её прихода – от метро ей было идти совсем недолго. Он тут же скинул куртку, ботинки и сразу пошёл в ванную. Включил горячую воду, достал с полки эфирное масло розы, и сделал несколько капель. Повесил в ванной её полотенце и халат, как вдруг услышал повороты ключа в замочной скважине. Он тут же открыл внутреннюю дверь, и увидел, что она была измучена дорогой, ожиданием, да и просто волновалась.

– Всё в порядке. Ими уже занимаются, – сказал Ник, когда она входила в дом, с усталой улыбкой. Он тут же поцеловал её и запер дверь. Она скинула шапку и шарф, а он помог ей снять куртку.

– Замёрзла на остановке? – несколько кивков в ответ. – Горячая ванна уже почти готова.

Диана посмотрела него своими большими глазами так же, как тогда на диване в своём убежище. Ник улыбнулся и обнял её.

– Всё хорошо. Давай, раздевайся и в ванну, пока не разболелась, – в ответ она снова посмотрела на него, затем поцеловала в щёку и, задержавшись на мгновение, сделала глубокий вдох, закрыв глаза, как будто хотела насытиться его запахом. Лишь после этого, с загадочным взглядом зашла в ванную и закрыла дверь. А Ник пошёл на кухню. Вечер обещал быть очень долгим…

Content

Ночник памяти
Максим Николаевич Вязников

Часть 1 Из Сан-Франциско и обратно

Пробуждение

Вечер

Сны

Утро

Днём ранее. Она

Мисс Перэз

Звонок

Часть 2 Вместе мы разберёмся

Убежище

Тебе не поверят

Несколькими днями позже