Виталий Третьяков

Конфликт с Западом. Уроки и последствия

О новом хозяине Европы

Зачем Обама назвал Россию «региональной державой»?

Мало кто обратил на это внимание, но Обама, выступая на недавней пресс-конференции в Брюсселе, не только сообщил об исключении России из Большой восьмерки, но и назвал ее «региональной державой», которая создает проблемы своим соседям.

Главное здесь, конечно, то, что президент США попытался публично лишить Россию звания великой державы, переведя ее в категорию региональных.

Видимо, это главная пропагандистская и психологическая находка нынешних американских советологов.

Что интересно? То, что при Ельцине, когда в Вашингтон отсылались на утверждения проекты госбюджета России, и до последнего времени, в том числе и при Путине, США называли Россию великой державой.

А вот в Москве существовала целая группа политологов (многие активны и до сих пор), которые утверждали, что Россия это не СССР и она уже «по факту» превратилась в региональную державу, перестав быть и глобальной, и мировой, и великой.

И эти политологи предлагали нам с этим смириться. А тем, кто с ними спорил по этому поводу (я, например), говорили: вы ничего не понимаете, это у вас фантомные боли, смиритесь с реальностью.

Но американцы публично продолжали тешить тщеславие Ельцина (чтобы он делал то, что им нужно) подтверждением того, что он возглавляет великую державу.

То же продолжалось и при Путине, хотя сами американцы реально великой державой Россию уже не считали.

И вот теперь, когда Путин сделал то, на что, как думали в Вашингтоне, никогда не решится, Обама, как известные западные рейтинговые агентства, публично понизил ранг России.

Интересно то, что Россия является великой державой фактически официально и по определению – 1) как постоянный член Совета Безопасности ООН; 2) как одна из двух ядерных сверхдержав; 3) исторически (как и другие европейские великие державы – Великобритания, Франция и – несмотря на поражение во Второй мировой войне – Германия).

Но, надо думать, Обама своим новым определением России пытался не только однократно уязвить нашу страну или лично Путина. Скорее всего, это сигнал к началу пропагандистской кампании в западных и иных подвластных американцам СМИ, а также к руководителям всех стран НАТО и Евросоюза, каковые, включая Германию, являются, что теперь уже очевидно, подчиненными американцев, – начать постепенную ДИПЛОМАТИЧЕСКУЮ кампанию по снижению статуса России как великой державы.

В этом смысле и смехотворные заявления Яценюка о необходимости вывести Россию из числа постоянных членов Совета Безопасности ООН, а главное – и, казалось бы, самое несерьезное – о готовности Украины занять место России в СБ ООН и в Большой восьмерке, это не «шутка украинского юмора», как я пару дней назад об этом выразился, а пробный шар, запущенный Яценюком с подачи американцев.

Так что Кремлю и Смоленской-Сенной нужно приготовиться к отнюдь не шутейной продолжительной операции по дискредитации России как страны, якобы фактически не являющейся великой державой.

Если моя версия верна, то в ближайшее время руководители еще двух – трех государств (одно обязательно из Европы) тоже публично назовут Россию «региональной державой». И то же, естественно, начнут делать СМИ США, Великобритании, увы – Германии, Франции и Польши. Ну и некоторых малых стран Европы. Каких, догадаться нетрудно.

2014 г.

Зомбированные евросоюзовцы

Недавно я участвовал в конференции российских и немецких политиков и экспертов. В Москве. В гостинице «Украина».

Главный предмет дискуссий – Украина, естественно.

Не могу не поделиться впечатлениями от выступления большинства немецких гостей (включая членов бундестага). Вот утверждения, которые звучали из уст почти каждого немецкого участника дискуссии.

– Россия сломала нерушимость границ в Европе, чего не было с 1945 года.

– Присоединение чужих территорий – это политика 18 и 19 веков. (Я, в ответ на это, сказал, что не немцам бы это говорить.)

– Россия должна гарантировать территориальную целостность Украины.

– Россия разместила войска рядом с Украиной.

– Запад не вмешивался в дела Украины. Смешно говорить, что американцы организовали майдан и поддерживают неонацистов на Украине.

– Говорят, что «Правый сектор» управляется ФСБ. Что вы об этом думаете? (это в виде вопроса, а не утверждения).

– Проблемы Украины должен решать народ Украины – без вмешательства извне.

– После 21 февраля 2014 г., благодаря соглашению, достигнутому при участии стран Евросоюза, на Украине прекратилось насилие и больше нет человеческих жертв.

– Россия должна помочь украинской экономике.

– Так как новое украинское правительство это коалиционное правительство, то естественно, что в нем есть националисты и нацисты. Постепенно они будут вытеснены политическими и экономическими методами.

– Россия действует непоследовательно и непредсказуемо. Если вы не признали отделение Косово, то почему вы признали отделение Крыма?

– Российским фирмам, которые будут работать в Крыму, могут запретить вести бизнес в ЕС.

И прочее в том же духе.

Такое впечатление, что немцы (а приехали те, кто, как они сами утверждают, подвергаются в Германии критике за то, что не совсем жестко выступают за санкции против России и хотят продолжить сотрудничество с Москвой) просто кем-то зомбированы.

Мало того, что они повторяют все то, что я перечислил, так еще и не слышат возражений в ответ на свои утверждения. Просто пропускают их мимо ушей. Даже не возражений – факты они не слышат.

Вот, например, что говорил я:

– Какая нерушимость границ в Европе после 1945 года? Где подписавшие Хельсинкский акт Чехословакия, СССР, Югославия? Где, наконец, ГДР?

– На Украине нет единого народа Украины, а есть (помимо меньшинств) два примерно равных по численности народа – украинский и русский. О каких правах «русского меньшинства» вы говорите?

– Никакой Украины в момент присоединения Новороссии и Таврии к Российской империи не существовало.

– Украина в нынешних границах есть заслуга Ленина (Юго-Восток) и Сталина (Западная Украина). Ну и Хрущева, но Крым уже ушел.

– А почему Запад, раз он признал независимость Косово, не признал независимость Крыма?

– Относительно российских войск, которые угрожают Украине. Это же войска на нашей территории. На Дальний Восток, что ли, мы должны их вывезти?

– Почему, если Украина вышла из единого с Россией государства, Москва должна заботиться о территориальной целостности Украины? Еще о чьей территориальной целостности мы обязаны заботиться?

Ну и так далее…

В конце своего выступления я посоветовал тем, кто так беспокоится о судьбе Украины, посетить разные регионы этой страны (а не только Киев с майданом) и поговорить с людьми.

2014 г.

Если все это правда, России надо выходить из ПАСЕ

Я уже давно предлагал выйти из ПАСЕ (и ОБСЕ), но сейчас (если цитируемое ниже они написали и приняли) России просто постыдно оставаться в рядах покровителей русофобов и антирусских шовинистов, не говоря уже о прямых идейных последователей коллаборационистов-гитлеровцев.

Далее привожу присланные мне цитаты из резолюции ПАСЕ.

ПАСЕ приняла резолюцию по докладу «Последние события на Украине: угрозы функционированию демократических институтов».

В документе, в частности, утверждается, что действия России в отношении Крыма «являются явным нарушением норм международного права». По мнению ПАСЕ, «ультраправые силы не захватывали центральную власть в Киеве», передает ИТАР-ТАСС.

«Не было никакой непосредственной угрозы для прав этнического русскоязычного меньшинства в стране, в том числе и в Крыму».

Крымский референдум о вхождении в состав России называется в резолюции «неконституционным», а его результаты «не имеют юридической силы и не признаются Советом Европы».

«Ассамблея вновь заявляет о своей решительной поддержке независимости, суверенитета и территориальной целостности Украины».

ПАСЕ выступила решительно против федерализации Украины, признала легитимными самопровозглашенные киевские власти, потребовала осудить применение оружия со стороны свергнутого правительства «против протестующих и наказать виновных в нарушении прав человека на Майдане», а также провести досрочные парламентские выборы в Верховную раду.

Парламентская ассамблея Совета Европы в среду приняла резолюцию, в которой выступила с жестким «осуждением использования снайперов и применения огнестрельного орудия против протестующих украинскими властями» на Майдане. В тексте резолюции отмечается, что «подобные действия неприемлемы».

2014 г.

Как спасти Европу от терроризма?

Теракт в Париже – убийство журналистов еженедельника «Charlie Hebdo» – событие ужасное, но, конечно, беспрецедентным в истории Европы не останется. Будут и следующие.

Будут, если те, кто гордо и часто высокомерно называют себя европейцами, не извлекут из него урок. Хотя странно, что картезианский европейский ум не сподобило сделать это раньше.

У французов есть поговорка – «понять, значит простить». Я предлагаю французам и всем европейцам понять не террористов, а настоящие причины того, что теракт 7 января, во-первых, стал возможным, а во-вторых, окажется далеко не последним. Понять реальные, а не желаемые или пропагандистские причины случившегося.

1) Европейская цивилизация, когда-то христианская, есть всего лишь одна из составляющих общей цивилизационной картины мира. Это европейцы могут считать свою цивилизацию лучшей и самой передовой, но другие делать это не обязаны. И никто их заставить не может. Более того, тогда и представители других цивилизаций, включая исламскую, имеют не меньшее право считать лучшими себя. Сейчас не расцвет глобального европейского колониализма, сейчас ХХI век, а потому то, что позволено европейцам, позволено и другим.

2) Европейцам пора, ради собственной безопасности хотя бы, перестань вмешиваться во внутренние дела исламских (как, впрочем, и других) стран и во взаимоотношения между ними. Ведь мусульмане же не вмешиваются во внутренние дела европейских стран и в отношения внутри Европы.

3) Тем более европейцам пора перестать делать это с помощью оружия. Неужели они до сих пор не поняли, что рано или поздно им ответят оружием же, но уже в европейских странах, в европейских городах?

Раз вы, европейцы (впрочем, под водительством и присмотром американцев), своими якобы гуманитарными военными операциями ввергли в хаос, безвластие, гражданские войны и террористический беспредел целый ряд ближневосточных и африканских государств, то кто может помешать выходцам из этих государств попытаться ответить вам тем же? Страсбургский суд, который погряз в разборе ваших европейских неурядиц и несуразиц? Гаагский трибунал, которому верят только в окрестностях Гааги?

4) Пора понять (давно пора понять, ведь именно европейские ученые, следовавшие в отрядах европейских колонизаторов, создали целые школы национальной и цивилизационной антропологии, психологии и социологии «аборигенов», что так называемые фундаментальные ценности европейцев могут не только не совпадать с фундаментальными ценностями других цивилизаций и даже народов, но и прямо противоречить им. И что ни один народ по своей воле от своих фундаментальных ценностей, нравятся они французам, немцам или англичанам или нет, отказываться не собирается. Да и не может.

Если для европейцев свобода слова, свобода печати, свобода самовыражения и секуляризм суть фундаментальные ценности, то фундаментальные ценности других цивилизаций и народов могут быть иными, в том числе традиционными и религиозными.

5) Если ныне к числу фундаментальных ценностей Европы относятся насмешки, издевательства и даже надругательства над христианскими святыми и святынями, над историческими персонажами Европы и ее нынешними политиками, то это ее право. Но это не означает, что другие народы, представители других религий должны перенять эту ценность, а особенно терпеть, когда европейцы переносят эти насмешки, издевательства и надругательства на их святыни, на их героев, на их политиков.

Европа может считать это отсталостью, нецивилизованностью, мракобесием и чем угодно еще. Это, как теперь уже очевидно, проблема Европы. Неевропейские народы и страны, в первую очередь мусульманские, больше не желают считать себя отсталыми и цивилизационно отстающими от Европы.

Когда-то европейцы вознамерились цивилизовать их – приучить неевропейцев к европейским ценностям (в том числе, что интересно, и религиозным, от которых сама Европа фактически уже отреклась). Теперь, как это часто бывает в истории, роли поменялись. Теперь неевропейцы желают привить иные ценности европейцам. Тем более, что ныне уже никто не может понять, а что такое сегодня – европейские ценности.

6) Да, что такое фундаментальные европейские ценности сегодня? Свобода слова, печати, самовыражения. А максимально тенденциозное отражение в европейских СМИ всего, что происходит в других странах, в том числе исламских? А пресловутая европейская политкорректность, когда вроде бы все можно, однако все больше и больше того, что нельзя – кроме бичевания чужих (неевропейских) пороков? А прослушка всего и вся и подглядывание за всеми – при одновременном возвеличивании права на неприкосновенность частной жизни? А поддержка, фактически открытая, исламского терроризма во время двух чеченских кампаний, которые вела Россия? А замалчивание правды о жертвах среди мирных жителей во время так называемой АТО, которую ведет нынешний режим Киева в Новороссии? А практически нулевая реакция на убийство в ходе этой АТО российских журналистов? А игнорирование реальных обстоятельств сожжения живых людей в Одессе 2 мая 2014 года?

Да и сами отношения с разного рода вооруженными (и часто Европой вооружаемыми) группами вне Европы. Для нее это в одном случае всего лишь «вооруженная оппозиция», в другом – «террористы», в третьем – «повстанцы»… Европе давно бы пора прекратить делить террористов на плохих, которые действуют против стран граждан Евросоюза, и хороших – которые приносят смерть гражданам стран, не желающих выполнять то, что им диктуют из Вашингтона, Брюсселя, Лондона, Берлина или Парижа.

7) Фундаментальные европейские ценности фундаментально меняются каждые полвека, а то и каждый день – в зависимости от прямого интереса, порой чисто спекулятивного – финансового, политического или простого высокомерия. Что же в них тогда фундаментального? То свобода слова и печати, то политкорректность и чуть ли не уголовные наказания тем, кто трактует те или иные исторические события иначе, чем полагается – порой и законом. То религиозность (кто яростнее всех клеймил атеизм и богоборчество большевиков в России?), то секуляризм. То право наций на самоопределение, то нерушимость границ. То традиционная семья и родительский авторитет, то однополые браки, какие-то фарсовые родитель № 1, родитель № 2, официальное доносительство детей на настоящих родителей и пр. То продление жизни безнадежно больным, то эвтаназия. То открытое общество и мультикультурализм (хотя всем известно, что половина европейцев до сих пор латентные или открытые националисты и даже расисты), то закрытие границ, заборы и стены, и какие-то особые неприкосновенные «европейские ценности». Почему неприкосновенные, если они все время меняются?

Если Европа каждые полвека, а теперь и чаще, шарахается из стороны в сторону, то почему остальной мир должен шарахаться вместе с ней?

8) И еще пора бы вспомнить, что современный политический терроризм родился не на Востоке, а в Европе; что именно европейские страны, а отнюдь не исламские, развязали все войны, которые называются мировыми и являлись таковыми, не нося этого названия; что именно в Европе изобретено все оружие, которое теперь используют террористы по всему миру. Да вообще все современное оружие. Так что – по исторической правде – не Европе учить миру и гуманизму все другие цивилизации и народы! В этом плане Европе, напротив, как раз нужно бы стыдливо всех других послушать…

9) Наконец, так называемым европейцам пора понять, что в своей безумной вражде к России они сами отталкивают от себя не только своего главного потенциального союзника в борьбе с любым терроризмом, но и отрывают от себя гигантский кусок европейской цивилизации, причем отрывают исключительно потому, что Россия не хочет жить по европейской указке и приказам из Брюсселя.

Теракты, подобные тому, что произошел в Париже 7 января, увы, но несомненно, будут продолжаться в Европе. По крайней мере, до тех пор, пока Европа не отрешится от своей фанаберии и уже утомившего весь мир европоцентризма. Пока Европа не поймет, что она не образец для подражания, причем навязываемый всем вооруженной силой, а всего лишь равная среди равных. Пока Европа не перестанет совать свой нос в дела других стран и народов, особенно если ее об этом не просят. Пока, наконец, Европа не начнет спасать саму себя, а не другие цивилизации и народы, которые в ее (да еще американцев) мессианстве давно уже не нуждаются. И если их до этого доведут, ответят таким контрмессианством, что от Европы останутся только дворцы, замки и автобаны.

2015 г.

О европейских свободах, чувстве юмора и «химерах морали и совести»

К сожалению, трагедия с убийством сотрудников французского еженедельника Charlie Hebdo все явственней раскручивается в сторону фарса и политической провокации, за которыми, увы, рано или поздно последуют новые подобные трагедии.

И раскручивают в этих направлениях трагедию те, кто настаивает на праве карикатуристов, юмористов, журналистов и людей прочих подобных профессий осмеивать, а фактически – со смехом оплевывать все и вся, включая чужие святыни.

Поразительно, что этим занимаются люди, которые одновременно твердят как о своей толерантности, а в данном случае даже и протестуют против исламофобии, хотя, на мой взгляд, именно они эту исламофобию и разжигают.

Массовое убийство сотрудников редакции Charlie Hebdo – это преступление. Тут никакого сомнения нет. Кто совершил это преступление – известно. Они уничтожены. Но что привело к этому преступлению? И что ждет Европу впереди, если она по-прежнему будет поклоняться только своим «ценностям», издеваясь над чужими или оскверняя их, хотя бы и только словом или рисунком?

Я журналист, и убеждать меня в ценности и необходимости свободы печати, свободы СМИ и свободы самовыражения не нужно.

Но если эти свободы используются для осмеивания того, что является святынями для других людей, тем более религиозными святынями, то либо сам институт этих свобод ущербен, либо им пользуются люди, лишенные какого-либо уважения ко всему, кроме своего собственного мнения, или провокаторы, или просто неумные люди, не способные понимать последствия своих поступков.

Причем ведь в данном случае речь идет о святынях, являющихся таковыми для сотен миллионов людей, и на протяжении нескольких сотен лет. Считать, что среди этих сотен миллионов не найдется нескольких человек, которые попытаются ответить на оскорбление теми способами, которые они сами считают приемлемыми, – это и есть в лучшем случае глупость.

Даже странно объяснять, что если, например, в каком-нибудь школьном классе группа учеников будет постоянно осмеивать то, что один из сверстников считает для себя сверхценностью – например, его религию, его родителей, наконец, просто его как личность (хороши эти религия, эти родители и эта личность с точки зрения других или плохи – неважно), – то рано или поздно это приведет к драке. В предельном случае – либо к самоубийству, либо к убийству обидчиков. Если даже у них выдающееся, по их мнению, чувство юмора.

После парижской трагедии в Сети быстро разошелся рисунок с рождественской обложки еженедельника Charlie Hebdo, «героями» которой стали христианские Бог-отец, Бог-сын и Святой дух. Похабный рисунок, в котором лично я не вижу ничего остроумного, тем более что по сюжету он прямо совпадает с тем, что я многократно в своей жизни видел, но только в общественных туалетах, причем самого низкого пошиба.

Я человек неверующий. И в этом смысле сортирный рисунок с обложки еженедельника меня никак не впечатлил. Но я прекрасно понимаю, какие чувства может вызвать такой публично растиражированный рисунок у верующих христиан. Если сейчас в Европе принято на подобные публикации не обращать внимания или считать их образцом остроумия и свободы творчества, то это дело европейских христиан. Но почему европейцы думают, что неевропейцы и особенно верующие других религий обязаны также безразлично и безропотно к этому относиться? Тем более когда «европейское остроумие» касается их религиозных святынь?

Теперь о свободе СМИ и свободных журналистах.

Бесспорно, профессиональная мораль журналистики отличается от общечеловеческой морали, но только на такую величину, которая необходима для честного и ответственного выполнения своей работы. Если журналист крадет (хотя кража – уголовное преступление) спрятанные кем-то материалы о коррупции в верхних эшелонах власти, то он выполняет свой профессиональный долг. Но если умыкает при этом еще и пачку денег, то никакой свободой СМИ это оправдать нельзя.

Если журналист через замочную скважину записывает на пленку любовные утехи политика, который собирает голоса избирателей призывами к укреплению брачных уз, то он, выполняя свою работу, отступает от общечеловеческой морали, так как подсматривать в замочную скважину дурно, неприлично, аморально, бессовестно. Но если он потом начинает прокручивать эту пленку своим знакомым или по телевидению, причем с подробностями, то он выходит за нормы профессиональной морали. Ибо для обличения лицемерия политика или какого-либо порока совсем не нужно публично показывать то, чему посвящены порнографические фильмы.

Своим студентам я привожу такой очень ясный и в общем-то совсем не утрированный пример. Резать ножом людей – это преступление. Но хирург, следуя профессиональному долгу и нормам профессиональной морали, делает это. Однако если такой хирург в экстазе «свободы хирургического творчества», закончив манипуляции с пациентом, в той же операционной и теми же инструментами начинает расчленять стоящую рядом медицинскую сестру, то он становится преступником.

Итак, отступление профессиональной морали от общечеловеческой есть всегда (и не только в журналистике), но оно должно быть ограничено только той дистанцией, которая необходима исключительно для выполнения профессионального долга.

Неприятие терроризма вещь естественная. Не менее естественным является и неприятие чужой религии (или религии вообще). Но нужно ли для демонстрации своего неприятия исламского (в данном случае) терроризма издеваться над тем, что является святым (сверхценностью) для мусульман? Человеческая мораль, да и здравый смысл однозначно говорят: нет! И особое остроумие (если оно при этом присутствует) есть не извиняющий и не оправдывающий такое поведение фактор, а усугубляющий.

Странно, что многие европейцы, страдающие, между прочим, явно (и все более и более явно) самоуверенностью, в частности, по поводу того, что они единственные «цивилизованные» люди на нашей планете, этого не понимают. Еще более странно, что они культивируют такой подход и им гордятся.

Если право оплевать чужую мать (да и свою тоже), или чужую святыню (за что в обыденной жизни можно просто получить по морде) через институт свободы печати становится признаком «выдающейся цивилизованности», то очевидно, что такая цивилизация вырождается или сама ищет самоубийственного выхода из своей «цивилизованности». Возможно, и суицидально провоцируя других – путем издевательства над их святынями – на агрессию против самой себя. Но тогда не нужно считать виновными в происходящем только каких-то чужеземных или иноверных террористов.

Флаг «европейского мультикультурализма», которым Евросоюз долго тыкал в лицо всем другим странам, народам и цивилизациям, самими европейскими политиками под похоронный марш уже спущен. Всем объективным людям известно, что и «европейская толерантность» весьма избирательна (например, Евросоюз упорно пытается не замечать заигрывание с идеями, лозунгами и эмблемами гитлеризма и нацизма на Украине), а «европейская политкорректность» все больше напоминает реальную цензуру. Может быть, и с поклонением собственной «свободности» и собственному особому «чувству юмора» Европа перебарщивает? Понятно, что хочется считать самих себя, европейцев, «сверхчеловеками» или «людьми высшей расы», для которых мораль вообще, а тем более моральные нормы других, суть химеры. Но ведь Европа, именно Европа исторически еще совсем недавно продемонстрировала, к чему приводит идейное и политическое освобождение от этих якобы «химер совести и морали». А это случилось тогда, когда в Европе еще было живо христианство, которое, казалось бы, могло сдержать один из самых просвещенных народов Европы от нацистского безумия, по своему тоже весьма остроумного. А теперь, кажется, и христианства того не осталось. Кто будет сдерживать?

Так стоит ли, отказавшись от своих богов, плевать, да еще со смехом, в чужих?

Сотни тысяч мусульман, участвовавших после 7 января в митингах и демонстрациях с лозунгами «Je suis Charlie» – кто знает, что они думали, шагая в этих демонстрациях? И кто знает, что они думают сейчас, когда еженедельник Charlie Hebdo, до того выходивший тиражом в 60 тысяч экземпляров и о существовании которого они не подозревали, теперь вышел 3-миллионным, а затем и 5-миллионным тиражом, а о творчестве его художников стало известно всем мусульманам Европы? Телевидение ведь показывает лица, но не мысли…

2015 г.

О новом единоличном хозяине Европы

Какая-то в Европе гниль. Это чувствуют все. И все в меру своих сил и разумения готовятся к тому, что скоро что-то нехорошее должно произойти. В предшествующие сто лет дважды происходило не просто нехорошее, а две общеевропейские войны, которые стали еще и мировыми. Надеюсь и даже верю, что сейчас никто в Европе (не знаю, как за океаном) такого выхода из кризиса не желает. Но к чему-то готовятся, какого-то исхода ждут и желают.

То, что рухнули розовые мечты о общеевропейском доме (не без помощи тех, кому этот общеевропейский дом и не был нужен), это давно понятно. Теперь даже и риторики подобной не слышно. Но трещит по швам сам Евросоюз, эта, как казалось многим, незыблемая крепость современной европейской цивилизации, к тому же прикрытая американским натовским щитом.

Еще десять лет назад, да что там десять – пять лет назад, когда некоторые наблюдатели, в том числе и я, говорили, что Евросоюз распадется, нас называли либо профанами, либо провокаторами. А теперь в каком уголке Европы об этом не говорят? С каких трибун, включая официальные, не рассуждают?

Описывать ситуацию в нынешней Европе (надо бы напомнить, что она Евросоюзом не исчерпывается, хотя Брюссель, Лондон, Берлин и Париж это пытаются игнорировать) можно долго. И, к сожалению, только в тревожных красках и тонах.

Что является главной проблемой Европы (как континента и цивилизации) сегодня? Это совсем не экономические неурядицы и прочая важная ерунда, а четыре фундаментальных обстоятельства.

Первое: европейская цивилизация (в евросоюзовском варианте) становится все менее европейской.

Второе: Евросоюз, как я уже отметил, считает Европой только себя и продолжает игнорировать право России (не только ее, но ее в первую очередь) не разделять так называемые европейские ценности только в их брюссельской интерпретации, иметь собственные представления о будущем Европы и мира и даже иметь собственные представления о настоящем и будущем самой России. Тем более Евросоюз отказывает России в праве проводить собственную, независимую от Вашингтона и Брюсселя внешнюю и даже внутреннюю политику.

Третье: политически Евросоюз превратился в полного вассала США.

Четвертое: ни вместе с США, ни тем более без них Евросоюз уже не является доминирующим мировым игроком. А сами США все стремительней теряют роль глобального гегемона.

Бравурные заявления Вашингтона (о том, что он кого-то изолировал, а чью-то экономику порвал в клочья), конечно, звучат, но нет сомнения, что США, тщательно и каждодневно следящие за тем, чтобы антироссийский раж Евросоюза не истончался, выстраивая свою стратегию на будущее, руководствуются не только фантазиями о собственной избранности, но и реальными оценками и расчетами.

Главный такой расчет, на мой взгляд, состоит в том, что США уже готовятся к распаду ЕС и в связи с этим пересмотрели свое отношение к роли Германии в будущей «распавшейся Европе» и, соответственно, к задачам НАТО, реальный боевой потенциал которой без США равен примерно боевому потенциалу нынешних вооруженных сил Украины.

История с Украиной в этом смысле крайне показательна. Как, зачем европейцы подожгли эту страну, которая и так при всех своих президентах, избранных что в первом туре, что во втором, что в химерическом третьем, постоянно обманывала Россию? Разве европейцам нужен был Севастополь как военно-морская база? Конечно, нет. Только американцам…

И вообще объяснить странности поведения Евросоюза и лидеров его отдельных стран, да и европейских СМИ, в случае с Украиной можно либо коллективным суицидальным помешательством, либо какой-то далеко идущей, но от большинства самих европейцев скрываемой целью. И тут самое главное – обратить внимание на поведение Германии и лично ее нынешнего канцлера г-жи Меркель. Как известно, НАТО была создана американцами с тем, чтобы держать США в Европе, Россию (первоначально – СССР) вне Европы (это, кстати, о западноевропейских и горбачевских мечтах об общеевропейском доме), а Германию – под Европой. Авторство этой формулы приписывается разным людям, но содержание ее никто не оспаривал.

Англосаксы всегда боялись Германии (и Германия Гитлера этот страх подтвердила), посему и все послевоенные годы не хотели никакого, кроме экономического, усиления ФРГ. Не с меньшим опасением к Германии всегда относилась и Франция.

Но еще больше европейские англосаксы (Великобритания) и Франция всегда боялись союза Германии и России. По этим двум причинам Германия и должна была с помощью НАТО быть «под Европой», а Россия «вне Европы».

Но история пошла другим путем. Даже в советское время тогда еще Бонн наладил слишком хорошие (по мнению американцев и англичан) отношения с Москвой. А уж после присоединения ГДР к ФРГ, произошедшего с помощью Москвы и вопреки желанию Парижа и Лондона, отношения Германии и России стали слишком, опасно для Вашингтона хорошими. Канцлер Шредер немало пострадал за свое доброе отношение к России, но и сменившая его Меркель первое время продолжала политику вывода Германии на глобальный политический уровень с помощью, в частности, укрепления экономического и политического союза с Россией.

Что уж там произошло с канцелерин Меркель полтора года назад, гадать можно долго, но результат такой метаморфозы однозначен. Меркель, вопреки желаниям многих немецких политиков и предпринимателей, превратилась фактически в главного оппонента Москвы и лично Путина, с которым раньше едва ли не дружила.

Конечно, под этой метаморфозой находящейся под американской прослушкой канцелерин есть что-то и личное. Но ведь в политике помимо кнута обязателен и пряник. И если таким политическим временщикам, как Порошенко, можно давать гомеопатическими дозами лишь печеньки, то такому политическому тяжеловесу, как Меркель, возглавляющей страну, уже являющуюся, пусть только через финансы, гегемоном современной Европы (помимо Великобритании, которая и так никуда от США никогда не уйдет), необходим полноценный пряник. А других независимых игроков в Европе и не осталось.

Вот почему, по моей гипотезе, США и Германия под руководством Меркель начали фронтальное наступление на Россию – политическое, экономическое, информационное, психологическое. И историческое.

Используя комплексы европейских стран, входивших в гитлеровскую коалицию, и наследников коллаборационистов, верно и по собственной воле служивших нацистам, было решено лишить Россию как правопреемницу Советского Союза исторического и морального права оставаться страной-победительницей во Второй мировой войне, более того – страной, не только внесшей решающий вклад в разгром нацистской Германии, но и страной, которая вместе с остальными державами-победительницами определила конструкцию нынешнего мироустройства и его ключевого института – Организации Объединенных Наций.

Кому-то может показаться, что такие политические марионетки, как Яценюк и Схетына, несут свою ахинею про Вторую мировую войну по невежеству или просто в антироссийском раже. Нет, тут все серьезней. Как всегда, шутам позволяется проговаривать то, что потом начнут говорить короли.

Итак, гипотеза моя такова. Соединенные Штаты предвидят распад Евросоюза. И им нужен новый хозяин новой Европы, которая образуется на обломках «европейской мечты». Англичане на своем острове таковым быть не могут. Французы с их карикатуристами и бесхозными «Мистралями» – тоже. Остается Германия. Теперь ее уже не нужно сдерживать с помощью НАТО – ее нужно направить против России. Ну и пообещать что-то, что бы на десятилетия Россию и Германию поссорило, а госпоже Меркель обеспечило лавры не менее пышные, чем канцлеру-объединителю Колю.

Первый кусок – Украина, политический контроль над которой все-таки будет осуществляться из Вашингтона, а экономический – уже из Берлина. Второе – Калининградская область.

Вот для чего Яценюк и прочие политические проходимцы рассуждают о том, что «Россия вторглась в Украину и в Германию» во время Второй мировой войны. Пока им подпевают поляки, но о Калининградской области вряд ли они заикнутся – ведь тогда логичен вопрос и о принадлежности Восточной Пруссии вообще. Но не обязательно же полякам рассказывать обо всем, пусть пока поработают на голом энтузиазме. Грех не использовать чужую глупость.

Получается, что стратегия США в Европе кардинально изменилась. Диктатором (цивилизованным, разумеется) Европы и главным союзником США здесь после распада Евросоюза должна стать Германия. Немецкое государство, «в которое вторглась Россия», получит перспективу «возвращения исконно немецких земель», ну а Россия должна в западных учебниках истории стать главной виновницей Второй мировой войны.

Кто сказал, что историю нельзя переписать? Ее можно даже переделать, что сегодня на наших глазах и происходит. И пока довольно успешно. Ибо свободная и просвещенная Европа молчит, а США и Германия действуют.

2015 г.

США и Россия: экзистенциальная несовместимость

Одна из главных интриг современной мировой дипломатии – имеется ли перспектива, да и сама возможность того, что отношения России и США восстановятся в ближайшие годы (уже при новом американском президенте) до того уровня, который мы имели до украинского кризиса? Разумеется, я исключаю как условие положительного ответа на этот вопрос изменение позиции России по поводу этого кризиса, а тем более отказ Москвы от Крыма. Такая капитуляция просто невозможна.

Надо думать, что и США ни до окончания срока Обамы, ни при новом президенте от своего подхода не откажутся. Следовательно, с практически стопроцентной уверенностью можно предполагать, что нынешняя «почти холодная война» между США и Россией сохранится минимум на ближайшее десятилетие. И я считаю такой прогноз основательным и реалистичным.

И в этой связи стоит задаться вопросом: а могут ли в принципе, когда-нибудь в ближайшем будущем и при каких-либо условиях отношения между США и Россией наладиться? Мой ответ: нет! Так как между нашими странами наблюдается экзистенциальная несовместимость, то есть невозможность одновременного существования на Земле. Фактически такая же, какая наблюдалась между США и СССР после Второй мировой войны.

Причем, что принципиально важно, причина этой несовместимости в подходе США к мироустройству вообще и положению внутри этого мироустройства всех стран, включая Россию.

Америка хочет определять границы России, систему ее отношений с окружающими ее странами и с Евросоюзом, вообще ее национальные интересы, а также ее политическое устройство, ее внутреннюю политику, содержание российского законодательства и даже то, какой именно человек должен находиться во главе российского государства. Казалось бы, это абсурд, но ведь дело обстоит именно так.

Несмотря на расхожие утверждения, что Россия якобы очень мало интересует Америку, мы видим прямо противоположное. Нет практически ни одного сколь-либо значимого события, происходящего в России, и практически ни одного сколь-либо значимого ее внешнеполитического шага, которые не вызывали реакции, как правило – негативной, со стороны США.

Теперь посмотрим под тем же углом зрения на поведение России по отношению к США. Москва никак не вмешивается в отношения США с Канадой и Мексикой. Никогда на официальном уровне Москва не вмешивалась и в отношения США с Евросоюзом или, например, Японией – ближайшими союзниками Вашингтона. Москва даже не комментирует эти отношения. Исключения бывают лишь тогда, когда сам Вашингтон пытается корректировать отношения Москвы с Брюсселем, Берлином, Парижем или Токио. Невозможно найти ни одного факта, когда бы Россия официально указывала Соединенным Штатам на недостатки их внутренней политики, диктовала, какие законы нужно принимать, а какие нет. Совершенной фантастикой было бы утверждение, что кто-либо из хоть сколько-нибудь значимых официальных лиц России указывал Америке, какого конкретно президента она должна иметь.

Вывод из всего этого прост и очевиден. Россию устраивает существование на Земле Соединенных Штатов Америки, если даже всем ее официальным лицам, начиная с президента, что-то в поведении США и не нравится. И наоборот: Америку не устраивает существование на Земле России, если Россия, во-первых, не проводит внешнюю и внутреннюю политику, которая нравится США, во-вторых, не возглавляется человеком, который подчиняется США и, соответственно, не обеспечивает выполнение первого условия. Все. Точка. Баста.

Всякие западные и наши политологические глупости, всякая западная политическая риторика, сводящиеся к тому, что Америке якобы нужна «сильная процветающая и демократическая Россия», либо самообман глупцов, либо обман хитрецов.

Совершенно очевидно, что если бы Россия не имела своего ракетно-ядерного потенциала, но проводила бы ту политику, которую проводит Владимир Путин (максимально возможное обеспечение национальных интересов России в заданных международных и внутренних условиях), Вашингтон давно бы уже перешел, как минимум, к политическому уничтожению России как мощного и самостоятельного государства.

Не менее очевидно, что Россия таких планов по отношению к США не имеет и не предполагает иметь. И отсчет тут надо вести не от президентства Путина, а, по меньшей мере, от прихода к власти Брежнева, то есть еще с советских времен.

Более того, Россия даже готова мириться (в разумных пределах и с учетом своих стратегических интересов) с мировым гегемонизмом США как с геополитической данностью после распада СССР. Естественно, при этом Москва предполагает, что в ближней или дальней перспективе гегемонизм Вашингтона истончится окончательно, и США перейдут из разряда глобальной сверхдержавы в статус одного из полюсов (3-4-х или 5-6-ти) многополюсного мира. Но и в этом случае Москва не будет вмешиваться во внутренние дела ослабшей Америки ни своими рекомендациями, ни тем более своими командами.

Итак, со стороны США по отношению к России мы видим классическую игру с нулевой суммой: Россия должна проиграть, иначе победа Соединенным Штатам не засчитывается. А со стороны России по отношению к США линия не противоположна, а принципиально иная: Россия не хочет проиграть сама, но не желает и не ставит своей целью поражение Америки. Я бы сказал, что позиция Москвы не только реалистичней, но она еще и умнее, цивилизованней и гуманней.

И в этом смысле действительно не имеет значения, существует ли конкретный украинский кризис и по чьей вине он возник. Если Америку в принципе не устраивает наличие самостоятельной России на планете, то поводы, кризисы и казусы (включая казус белли, если Вашингтону приспичит) найдутся.

Удастся или не удастся России при Путине и после него выдерживать линию внешней и внутренней самостоятельности – отдельный вопрос. Если предположить, что не удастся, то значит, России, в том числе и в ее нынешних границах, не будет. А из этого следует, что капитулировать перед США Россия не может, а это автоматически продлевает американо-российский антагонизм во времени и отчасти в пространстве. Во всяком случае – в постсоветском пространстве, так как на постамериканское пространство Москва не претендует. Тут Вашингтону, между прочим, нужно опасаться совсем других конкурентов, а то и часть своих нынешних союзников.

Так на что в свете этого диагноза мы можем надеяться в российско-американских отношениях? И к чему должны стремиться?

Первое. Как было, так и будет: «холодная война» между США и Россией и отчасти между подвластным Вашингтону Евросоюзом и Россией в обозримом будущем продолжится.

Второе. Надежда на то, что нормальные отношения между Вашингтоном и Москвой восстановятся, как только возникнет реальная общая угроза или реальный общий враг, эфемерна. По двум причинам. Так как США сами являются наибольшей угрозой для России. И так как американцы лучше русских умеют при общей угрозе максимизировать усилия других для обеспечения собственных интересов. Запредельный эгоизм США – это константа, и это тоже нужно воспринимать как реальность.

Третье. Те международные проблемы, которые США без помощи или содействия России решить не могут (а их довольно много, и вряд ли станет меньше) все равно оставят поле для более или менее регулярного официального взаимодействия.

Четвертое. Все программы индивидуальных человеческих контактов и контактов между различными неправительственными организациями двух стран в нынешних условиях свернуть все равно не удастся. Хотя теперь здесь нужно ждать препятствий скорее с американской, чем с российской стороны, что мы уже видим. Впрочем, не нужно преувеличивать и значение этих связей – хороших и профессионально поставленных межгосударственных отношений они все равно не заменят.

Пятое. Теоретически можно представить, что однажды группа значимых и влиятельных представителей интеллектуальной элиты, впрямую не связанных с властными институтами ни в США, ни в России, попытаются создать «параллельную российско-американскую дипломатию» и начнут регулярно ее практиковать. Впрочем, и здесь у меня большие сомнения. Интеллектуальный истеблишмент в США слишком идеологизирован, слишком эгоистичен и слишком дисциплинирован, чтобы решиться на такую самодеятельность.

Суммируя, можно сказать, что если позитивный прорыв в отношениях между Россией и Западом и возможен, то последует он не на американском направлении. Как раз по причине той самой экзистенциальной несовместимости, которой моя статья и посвящена. А вот активность других субъектов мировой политики, ради собственных интересов, а не из-за любви к России пытающихся вырваться из-под тяжелой длани американского гегемонизма, может в ближайшие десять лет создать ситуацию, когда американцы окажутся «в конце очереди». И вот тогда…

А пока приготовимся к продолжению того, что мы на данный момент имеем. И не надо, как сейчас любят говорить, дергаться, а тем более суетиться. Пик американского глобального могущества уже в прошлом. И спускаясь с этой вершины, американцы рано или поздно выйдут на русскую равнину.

2015 г.

Страх соседей перед Россией: реальное, мифическое или фальшивое?

Менее недели назад я вместе с рядом российских и американских коллег имел возможность в течение двух дней обсуждать без посторонних свидетелей и помех нынешний кризис в российско-американских отношениях. Не стану утверждать, что мы нашли много потенциальных, а тем более реальных точек соприкосновения наших и американских позиций, но в сегодняшних условиях даже систематизация и осмысление разногласий уже является хорошим результатом.

Даже самые конструктивно настроенные американцы, как я понял, утверждают, что хотя у США к России много своих претензий, но не в меньшей степени их волнует обеспокоенность европейских соседей России своей безопасностью, угрозу которой эти соседи видят именно в политике Москвы.

Допустим, что для американцев – в силу их союзнических обязательств – это действительно один из важнейших резонов для «сдерживания» и даже «отбрасывания России». Допустим, что именно так думает нынешняя администрация США, а новая придет в Белый дом с такой же озабоченностью. Но ведь тогда стоит разобраться, не построена ли эта озабоченность на не существующих или даже фальшивых основаниях.

Есть же в двух странах уважаемые, авторитетные и напрямую не связанные с Кремлем в Москве и с Белым домом в Вашингтоне независимые исследователи и аналитики. Нас убеждают, что в США таких множество. В России их тоже нетрудно найти, если возникнет желание. И почему бы не создать из этих аналитиков совместную экспертную группу, поставив перед ней задачу ответить, проведя соответствующее исследование того, что происходило в соседних с Россией странах с 1991 года и по сей день, на ряд вопросов, касающихся основательности того, что беспокоит администрацию США. Например, на такие вопросы.

По чьей инициативе и с чьей помощью или поддержкой происходили в странах постсоветского пространства, включая балканские страны, вооруженные конфликты, государственные перевороты и то, что ныне принято называть цветными революциями?

Каким образом и насколько активно проявляли себя в этих событиях официальные лица разных государств, включая Россию, США, Германию, Польшу и т. д., и их дипломатические работники, аккредитованные в столицах стран, где такие события имели место?

В каких странах нарушались или ущемлялись права разных групп населения по национальному или языковому признакам? Как изменились национальные составы населения тех или иных стран в эти годы? Как в языковом плане трансформировались их образовательные системы?

Поскольку в рамках данного исследования надо бы, на мой взгляд, проверить гипотезу, согласно которой ряд европейских государств, в том числе и новых, сделали одним из основных направлений своей внешней политики сознательное провоцирование перманентного конфликта между Россией и остальными великими европейскими державами, а также между Россией и Евросоюзом в целом и США, необходимо проанализировать риторику официальных лиц разных средних и малых государств Европы и фактологическую базу этой риторики.

В рамках этой части исследования хотелось бы, в частности, определить, не являются ли отношения России и Запада заложником бессознательных комплексов или сознательной деструктивной политики отдельных стран или их правящих элит. А если это так, то установить, а политическими партнерами каких более крупных держав эти страны и их элиты являются.

Как известно, формальным поводом для нынешнего резкого ухудшения отношений между Западом и Россией стали события начала 2014 года на Украине и действия России в связи с этими событиями. Оценки этих событий и действий России, что тоже очевидно, в самой России и на Западе, а также на Украине, как в СМИ, так и на официальном уровне фактически прямо противоположны.

Тогда почему бы не создать совместную российско-американскую журналистскую группу численностью в 20–30 человек, которая прямо на месте событий детально изучила бы нынешнюю ситуацию на Украине, в Донбассе (на территории ДНР и ЛНР) и в Крыму? Кстати, в этом случае будет легко проверить, власти каких из перечисленных объектов исследования проявят большую открытость и меньшую склонность выдавать желаемое за действительное.

При желании можно внести в этот план и еще несколько пунктов, но и перечисленного, думаю, достаточно для того, чтобы либо попытаться такое совместное исследование провести, либо понять, что у какой-то из сторон нет даже желания браться за такую работу. И причины этого нежелания будут уже не важны – сам факт отказа станет и показательным, и доказательным.

Почему я в данном случае говорю о российско-американском совместном исследовании, а не, например, о российско-западноевропейском, хотя, на мой взгляд, и второе было бы весьма полезным? Да потому, что мысль о таком проекте родилась у меня в тот момент, когда я услышал из уст одного известного, весьма уважаемого и конструктивно настроенного американского эксперта утверждение, что «только две страны в современном мире, а именно США и Россия, способны к глобальному охвату волнующих мир проблем». Он же и утверждал, что одной из главных причин нынешней линии администрации США на «сдерживание России» и ее «изоляцию в мировом сообществе» является обеспокоенность теми угрозами, которые, по мнению соседних с Россией стран, для их безопасности и независимости исходят от Москвы и от политики, проводимой Владимиром Путиным. А раз так, то почему бы объективным аналитикам и журналистам именно из США и России не попытаться прояснить реальное положение дел – для себя, для своих медиа, для своих правительств?

2015 г.

Зачем прибалтам так мало танков, если они ожидают российской агрессии?

Глава Пентагона Эштон Картер колесит по Европе с новым товаром – 250 американскими танками и бронемашинами, которые до конца года будут размещены в трех прибалтийских странах, а также в Польше, Румынии, Болгарии и в Германии. Как и зачем в эту компанию попала Германия, обладающая собственными мощными вооруженными силами, лично мне не совсем ясно, но дело не в ней.

Генеральный секретарь НАТО норвежец Йенс Столтенберг поддерживает и приветствует эту инициативу. (В скобках задам вопрос: занимал ли этот пост когда-нибудь такой политик, который бы возражал против решений Вашингтона?)

Но главное, что все это делается, разумеется, по просьбе самих европейцев. Во всяком случае, из Польши, Литвы, Латвии и Эстонии такие просьбы, причем весьма настойчивые, я бы даже сказал – истошные, действительно звучали. Почему?

Ответ известен. Россия «аннексировала» Крым, «вторглась» в Донбасс. Это, так сказать, факты.

Кроме того, Москва хочет «восстановить Советский Союз» и даже, возможно, задумала «захват всей Украины и, вероятнее всего, Польши». Это – рабочие гипотезы, которым, впрочем, некоторые европейские и американские политики, эксперты и журналисты придали модальность аксиом, то есть истин, не требующих доказательств.

Ну а далее: «защита демократии», «евроатлантическая солидарность» и пр.

Относиться ко всей этой цепочке «фактов», «прогнозов» и «аксиом» можно по-разному, но зачем вся эта переброска к российским границам американской бронетехники, Вашингтону, в общем-то, понятно. Дело в «сдерживании и отбрасывании» России, во-первых. А во-вторых, собственно в Украине, нынешний режим которой рухнет в течение максимум недели, если США и их военно-политический вассал Евросоюз перестанут оказывать ему поддержку. Но и с их поддержкой этот режим дышит на ладан, а в случае начала новых военных действий на востоке Украины (на что он рано или поздно, как раз для того, чтобы не рухнуть, вынужден будет пойти) ответный удар ополчения Новороссии может оказаться таким, что для обороны Киева потребуются уже настоящие военные профессионалы. И техника для них должна быть готова заранее. И как можно ближе к театру военных действий.

Ясно, зачем это Польше. Хотя только в горячечном бреду можно предположить, что Путин готовит захват этой страны (даже если бы большинство поляков за это проголосовало на референдуме), антирусские фобии и комплексы являются генетической основой геополитического мышления польского правящего класса. Это давно уже вопрос даже не политический, а медицинский. И ничего с этим не поделаешь.

Но вот зачем это самим маленьким восточноевропейским странам – Литве, Латвии, Эстонии, Болгарии, Румынии?

У Румынии, понятно, свой интерес – Молдавия, наличие которой на географической карте не укладывается в концепцию «великой Румынии». Болгария свою аналогичную концепцию, надо думать, давно уже забыла – выжить бы, какая уж тут «великая Болгария»! Сомневаюсь и в том, что даже правящий класс Болгарии, многократно предававший Россию, опасается агрессии со стороны Москвы. Так что тут, думаю, все сводится к простому приказу из Вашингтона.

Таким образом, остается феномен Литвы, Латвии и Эстонии. Вот эти явно чего-то боятся. Чего?

Допустим, одна из причин – кажущаяся им «агрессивность» России. И иллюзорные страхи бывают очень сильными и искренними.

Вторая причина хорошо известна. Оказавшись Европой, но слишком уж периферийной Европой, причем без собственной промышленности, эти три страны сделали центральной линией своей внешней политики поддерживание мифа о перманентно грозящей им русской военной агрессии. Это такой и политический, и собственно экономический бизнес. Только так удается постоянно доить брюссельскую корову и, разумеется, Вашингтон.

Правда, дойка не всегда бывает удачной. Например, из-за того, что Евросоюз сейчас активно перебрасывает часть своих резервов киевскому режиму, поток «брюссельского молока», идущий в Вильнюс, Таллин и Ригу, видимо, уменьшился. Именно этим, надо думать, вызван совершенно поразительный упрек, брошенный на днях президентом Эстонии Тоомасом Ильвесом Киеву: «Говорить, что мы не будем делать реформы, пока вы не дадите нам обещание (о членстве в ЕС) – это напоминает мне сценку из какого-то фильма, когда грабитель забегает в банк, приставляет пистолет к своему виску и говорит: «Дайте мне деньги, или я застрелюсь».

В самих прибалтийских государствах при некотором внешнем благополучии дела идут далеко не лучшим образом. Молодежь массово уезжает из этих стран – искать счастья и денег на подсобных работах в разных странах, вплоть до Исландии. Причем уезжает как раз молодые эстонцы, латыши, литовцы. Кому охота жить в провинциальных и скучных Таллине или Вильнюсе, когда вся Европа перед тобой? Да и какую карьеру можно сделать молодым в сегодняшних прибалтийских странах? Кстати, сейчас, когда местные политики окончательно запугали население русской угрозой, а в Литве даже вернули обязательную военную службу, молодые побегут из Литвы, Латвии и Эстонии еще стремительней.

Параллельно, что отмечают все эксперты по этим странам, правящие там партии набирают все меньше и меньше голосов на выборах. И это еще при том, что в Латвии, например, то ли 200, то ли 300 тысяч местных русских по-прежнему лишены права голосовать на общенациональных выборах. А ведь рано или поздно это право им придется дать. Не может же Евросоюз вечно закрывать на это глаза.

Короче говоря, электоральная база под нынешними прибалтийскими режимами стремительно сужается. Это подтверждают результаты всех последних парламентских и президентских (там, где они есть) выборов в Прибалтике.

И, естественно, местные элиты понимают, что в течение ближайших 10 лет мягким парламентским путем (а может, и по методу майдана, но иной, чем на Украине, направленности) в Латвии и Эстонии в первую очередь, но с большой вероятностью – и в Литве, к власти придут партии, ориентирующиеся не на конфронтацию с Россией, а на теснейшее сотрудничество с ней. А если еще эта новая власть даст местным русским право голоса? А ведь она им это право даст.

И что тогда поможет удержать власть в Литве, Латвии и Эстонии тем, кто ее захватил, кстати, обманув местных русских, в начале 90-х? Прибалтийские элиты прекрасно помнят события весны 2007 года в Таллине, связанные с демонтажем памятника советскому солдату («Бронзового солдата»).

Сохранить свою власть эти элиты смогут только в случае реального присутствия американских военных на своей территории. Вот для чего им нужны американские танки и бронетранспортеры. Не нападения Псковской десантной дивизии боятся в Таллине, Риге и Литве, а недовольства собственного населения, которое однажды без всякой русской конницы и без русских танков мягко или жестко снесет эти этнократические режимы. Тем более что свои Донбассы есть в Латвии и в Эстонии точно. Отсюда и искренность желания политиков Литвы, Латвии и Эстонии разместить у своих кабинетов американскую военную технику.

В этом смысле нельзя не оценить дальновидность этих политиков. И, надо думать, эту перспективу они весьма доходчиво и аргументировано доносят до Вашингтона. А американцы, осуществив свою давнюю геостратегическую мечту, пришли в Прибалтику совсем не для того, чтобы в ближайшие годы отсюда убраться. Ведь не исключено, что тот же мэр Риги Нил Ушаков, с улыбкой радости встречавший американские танки в рижском порту, с такой же улыбкой через десять лет будет их провожать.

Кстати, подобная обеспокоенность явно мучает и правящий класс нынешней Румынии и особенно Болгарии.

Именно в этом главная причина того, что в 2015 году 250 американских танков и бронетранспортеров будут перекинуты к границам России. Ведь для того, чтобы отразить «российскую агрессию», этой техники явно мало. А вот для того, чтобы оградиться от недовольства собственного населения, вполне достаточно. Так, по крайней мере, кажется тем, кто сидит в президентских и правительственных дворцах Риги, Таллина и Вильнюса. Но не исключено, что в 2016-м они потребуют большего.

2015 г.

Когда и почему распадется Евросоюз?

Начну с цитаты. «Евросоюз, если и дальше он будет заниматься столь же безрассудной экспансией, рухнет по той же причине, по которой рухнул Советский Союз, – из-за того, что захватит слишком большой кусок территорий и ответственности. Из-за того, что национальные элиты никогда до конца не захотят подчиняться власти элит центральных. Из-за того, что в обществе, стремящемся ко всеобщему благоденствию, с каждым годом все больше и больше средств из богатых территорий (то есть стран классической Западной Европы) нужно будет передавать территориям бедным, то есть тем самым «новым» членам, которые к тому же больше политически поддерживают Вашингтон, чем Париж и Берлин».

Это один из финальных абзацев моей статьи «Раздувшийся Евросоюз», опубликованной в «Российской газете» десять лет назад, 2 июня 2005 года.

К сожалению, в России не любят и не умеют ценить мнение собственных экспертов, а верят только западным. Тем более игнорируют наши мнения на Западе – раз русские сами готовы лишь повторять зады «европейской» и американской политической мысли, так что же нам обращать внимание на их выводы и прогнозы?

Процитированная мною статья не первая, в которой я предрекал гибель (распад) Евросоюза. Просто в ней в наиболее концентрированном виде было собрано все, что позволяло сделать такой прогноз.

Не я один такой прогноз делал, но абсолютное большинство и западных экспертов, и уж тем более наших «евроатлантистов» и «специалистов по Европе», пренебрежительно выслушивая такие мнения, почти открыто называли их авторов в лучшем случае «некомпетентными людьми», а в худшем – провокаторами.

За последние годы подтвердилась именно та тенденция, о которой говорили мы – «некомпетентные» и «провокаторы». Более того, сравнение нынешнего Евросоюза с Советским Союзом времен его упадка ныне стало расхожим в устах даже не экспертов, но и политиков. Особенно восточноевропейских политиков, которые сами еще застали времена СССР.

Я уже давно утверждаю, что идея «европейской интеграции», в начале ХХ века, в частности, воплотившаяся в лозунг Соединенных Штатов Европы, после Великой Октябрьской революции в России была перехвачена лидером русских большевиков Владимиром Лениным. И именно на основе этой концепции он и создал в 1922 году де-факто Европейский Союз № 1, то есть Советский Союз. А нынешний ЕС является лишь Евросоюзом № 2.

Список сходств (при наличии и различий, естественно) двух этих образований насчитывает десятки пунктов, но я коснусь немногих. Потому что в контексте последних событий, связанных с тем, что привело к греческому референдуму, а также в контексте не собственно финансовых, а политических последствий этого референдума, хочу еще раз сказать о том, когда и почему Европейский союз № 2 распадется.

И основание для этого прогноза – параллель с судьбой СССР (Евросоюза № 1).

Советский Союз возник в самом конце 1922 года, а юридически исчез в конце 1991 года, то есть просуществовал без малого 70 лет.

И Евросоюз № 2 распадется в таком же возрасте. Если считать от вступления в силу Парижского договора (1952 г.), то примерно в 2022 году. Если за точку отсчета брать Римский договор об образовании Европейского экономического сообщества (ЕЭС, или Общий рынок; вступление в силу – 1958 г.), то примерно в 2028 году. Формальное оформление ЕС Маастрихтским договором (с 1993 г.) – слишком поздняя веха.

Фактически к тому времени Евросоюз № 2 давно уже существовал.

Я считаю, что реальный распад Евросоюза к 2022 году уже начнется и никакой отсрочки еще лет шесть не будет.

70 лет – это не случайный срок, а закономерность. 70–75 лет – это три человеческих поколения. И раскладывается он в реальной жизни, включая прежде всего политическую, так. Отцы создают и строят новое. Их дети этим новым пользуются, но при этом нещадно его эксплуатируют и стараются не замечать недостатки, заложенные не столько в конструкции, сколько в своих собственных методах использования этой конструкции. А вот внуки диссидентствуют: видят в созданном дедами одни недостатки. Более того, прямо и открыто отвергают и идеалы своих дедов, и то, что дедами создано. В конце концов либо конструкция рушится сама, если инакомыслие внуков накладывается на безволие их отцов, либо – если отцы примыкают к внукам в их неприятии созданного первым поколением, – все рушат сами.

Посмотрите на историю Советского Союза под этим углом – и вы увидите, что именно так она и развивалась. Посмотрите на историю нынешнего Евросоюза. Вы увидите, что дети (нынешние европейские политики), закрывающие глаза на все недостатки и противоречия и самой конструкции, и своей собственной политики, все еще властвуют, но уже мало что могут объяснить своим детям («внукам Евросоюза») и мало чем, кроме заезженных, лживых или пропагандистских лозунгов, могут их вдохновить. А к началу 20-х годов нашего века «внуки Евросоюза» как раз станут главной политической силой ЕС. Ну а разочаровавшихся в идеалах и практике «единой Европы» «детей ЕС» и сегодня уже более чем достаточно. Как минимум, это те, кого в самом Евросоюзе называют евроскептиками, а то и европессимистами.

Теперь вспомним, каковы главные причины крушения и распада Евросоюза № 1 – СССР.

Власть союзной бюрократии, интересы и официальная идеология которой все больше и больше расходились с интересами и взглядами большинства населения СССР в целом.

Власть союзной бюрократии, чьи взгляды и интересы все больше и больше расходились со взглядами и интересами элит входивших в СССР союзных республик. И это при том, что публично единство идеологических установок (в том числе и намерение сохранить «целостность СССР» и даже «идеалы социализма») и те, и другие декларировали едва ли не до последнего дня существования Евросоюза № 1.

Взаимные упреки в том, кто кого кормит и кто работает, а кто бездельничает. Как и сегодня в Евросоюзе № 2, в СССР упреками этими обменивались в первую очередь северные и южные республики (в ЕС – страны). В течение сравнительно короткого срока (в СССР это горбачевская перестройка) эти упреки, вдруг вырвавшиеся из-под спуда, резко развернули общественное мнение: от убеждения, что Союз экономически нужен всем, массы населения и экспертов пришли к прямо противоположному – Союз не выгоден никому.

Национализм элит (включая интеллигенцию) союзных республик (в СССР), быстро разжегший дремлющий национализм не только маргинальных, но даже и вполне, казалось бы, цивилизованных масс населения.

А что мы сейчас видим в Евросоюзе? И это при том, что в СССР политика «дружбы народов» реализовывалась достаточно успешно, а лидеры Евросоюза уже несколько лет назад вынуждены были признать, что их политика мультикультурализма провалилась.

А ведь в Советском Союзе не существовало проблемы иммигрантов, которая сегодня не только терзает Евросоюз, не только ставит под вопрос его будущее как собственно Европы, но и разводит в противоположные стороны старых и новых членов ЕС.

Национальная терпимость Старой Европы, пусть во многом искусственная, но официально незыблемая, все жестче и жестче сталкивается с открытой расовой нетерпимостью, с национализмом в крайних формах и с откровенным расизмом населения и властей (!) новых (восточноевропейских и прибалтийских) членов Евросоюза № 2.

Наконец, все возрастающая ненависть к союзной (в СССР) и к брюссельской (в ЕС) бюрократии, забирающей себе все больше политической и финансовой власти в ущерб национальному суверенитету стран-членов. Более того, эта бюрократия представляется гражданам отдельных частей и того, и другого Союзов цитаделью авторитаризма, подмявшего под себя демократию отдельных стран и территорий.

Тут еще важно учесть, что на советском пространстве исторический авторитет Москвы как мирового города и одной из мировых столиц был фактически непререкаем и несопоставим с авторитетом ни одной другой из республиканских столиц. Но что в этом смысле может противопоставить заштатный Брюссель Афинам (что мы уже увидели), Праге, Будапешту, не говоря уже о Риме, Мадриде, Лондоне, Париже или Берлине (хотя последние два более всего заинтересованы в сохранении ЕС, ибо они фактически властвуют в нем)?

Наконец, уместно отметить, что распад Советского Союза случился сразу за временем его максимального расцвета. Ведь сам СССР был не только Евросоюзом № 1, но одной из двух глобальных сверхдержав: вокруг него и во главе с ним существовали и военный союз – Организация Варшавского договора, и экономический союз – Совет экономической взаимопомощи, и мощнейшее международное коммунистическое движение (включая крупнейшие компартии Европы – французскую и итальянскую). Так что никого не должны вводить в заблуждение ни недавний экономический расцвет нынешнего Евросоюза, ни его современная политическая мощь.

Много еще параллелей между СССР и нынешним Евросоюзом можно провести, но и сказанного, думаю, достаточно для того, чтобы понять: закат и распад Евросоюза № 2 не за горами, а скорее всего – уже на кончике носов нынешних европейских политиков. И они, бесспорно, это чувствуют. Потому и поднялся такой шум, несмотря на привычные заклинания в «незыблемости идеалов Евросоюза и его единства», вокруг в общем-то локальной долговой проблемы не самого большого и отнюдь не самого «дорогостоящего» члена ЕС – Греции, а главное – вокруг открытого неподчинения Афин «власти Брюсселя». И, между прочим, «власти Берлина». А возрождение давних исторических претензий и обид – это еще один признак субстанционального кризиса межгосударственной системы. Советский Союз тоже через это прошел.

Сценарии распада нынешнего ЕС могут быть разными: от организованного до хаотического. Я их сейчас описывать не буду. Лишь скажу, что, скорее всего, на развалинах Евросоюза № 2 первоначально возникнет нечто, аналогичное тому, что возникло на развалинах СССР – некое «европейское СНГ». Ну а далее – новая и более компактная реинтеграция, что мы и наблюдаем в последние годы на постсоветском пространстве.

В этом анализе я полностью проигнорировал фактор США, заинтересованных в сохранении Евросоюза как своего политического и военного (через НАТО) вассала. Этот фактор крайне важен, но и он не может противостоять естественному ходу истории, который размоет берега Евросоюза № 2, так же, как она это сделала с Евросоюзом № 1.

2015 г.

ОБСЕ умерла, да здравствует новая ОБСЕ

Нужна ли нам сегодня Общеевропейская организация по безопасности и сотрудничеству? Да.

Является ли нынешняя ОБСЕ организацией, эффективно обеспечивающей безопасность и сотрудничество в Европе? Нет. Причем уже давно не является.

Вывод: ОБСЕ нужно с почетом похоронить и создать новую организацию, отвечающую когда-то заявленным от имени еще СБСЕ (предшественницы ОБСЕ) целям.

Ничего страшного в этом нет. Все когда-то рождается и когда-то умирает. Так, между прочим, до сих пор происходило со всеми международными организациями, которые живут куда меньше, чем государства.

Напомню, что ОБСЕ, наследуя СБСЕ, была призвана обеспечивать заявленные в самом ее названии цели:

1) в военно-политической сфере – путем контроля над распространением вооружений, дипломатических усилий по предотвращению конфликтов, мер по построению доверительных отношений и безопасности;

2) в экономической сфере – посредством обеспечения экономической и экологической безопасности;

3) в гуманитарной сфере – посредством защиты прав человека, развития демократических институтов и мониторинга выборов.

Совершенно очевидно, что по первому пункту ОБСЕ способна лишь, да и то с массой претензий к ней, организовывать контроль за поведением сторон во время конфликтов. В экономической области роль ОБСЕ равна нулю. В гуманитарной сфере (так называемая третья корзина) соответствующие институты и наблюдатели ОБСЕ создают больше конфликтов между странами, чем помогают их решению.

А чаще всего, если называть вещи своими именами, просто навязывают одним странам политические и цивилизационные нормы других. Но это с таким же успехом делают и другие «европейские организации», от Совета Европы и его институтов до самого Евросоюза. Зачем тут еще и ОБСЕ?

Словом, то немногое полезное, что делает ОБСЕ, является лишь дублированием работы других структур. А к действительно серьезным проблемам (военная безопасность и экономическое сотрудничество) ее просто никто не подпускает.

Ценность ОБСЕ для России состоит всего в двух вещах. Эта общеевропейская организация была создана (в виде СБСЕ) при активном участии России (СССР), то есть и с учетом интересов нашей страны. Но после превращения СБСЕ в ОБСЕ (1994) Россия фактически сама минимизировала свою роль в этой организации.

Второе, чем была когда-то ценна СБСЕ (но уже не ОБСЕ) – своей универсальностью, каковая тоже, как показывает реальность, ушла. О поддержании военно-политической стабильности и развитии сотрудничества «от Ванкувера до Владивостока», о чем говорили еще в начале 90-х годов, уже никто всерьез не вспоминает.

Кстати, обессмысливание ОБСЕ как международной организации хорошо демонстрируется тем, что встречи на высшем уровне в ней проводятся реже, чем в любой другой аналогичной по формальному представительству структуре. Предпоследняя была в 1999 году, последняя – в 2010-м. Следующая явно в ближайшие пять лет не состоится.

Большая семерка, Большая восьмерка, саммиты Евросоюза, ШОС, БРИКС собираются чаще. И это неслучайно. Что собираться, если обсуждать нечего, да и нет желания обсуждать хоть что-то вместе? И это тоже реальность. Фактически фиксация летального исхода.

Но какой должна быть новая, созданная с чистого листа, организация по безопасности и сотрудничеству в Европе?

Первое. Прежде всего и самое главное – эта организация должна включать только европейские страны. Сейчас в ОБСЕ входят 57 стран, хотя самих европейских государств как минимум на 8 меньше. В новой ОБСЕ не должно быть США и Канады, а также независимых государств, возникших из союзных советских республик Средней (Центральной, как говорят сейчас) Азии.

Почему в составе СБСЕ были Соединенные Штаты Америки – понятно. Хельсинкский акт 1975 года в принципе был геостратегическим компромиссом по поводу границ и военной безопасности в Европе между двумя тогдашними сверхдержавами – СССР и США. Но какое сейчас отношение американцы, и уж тем более канадцы, имеют к европейским делам? Свои личные дела в этой сфере со своими военными союзниками они вполне могут решать и через НАТО, что активно (даже чересчур активно) и делают.

Невключение центральноазиатских государств в состав новой организации – всего лишь дань географической, цивилизационной и политической логике.

Второе. Членами новой организации с совещательным голосом должны стать так называемые непризнанные государства: с постсоветского пространства это, в первую очередь, конечно, Абхазия и Южная Осетия, уже признанные Россией, а также Приднестровская Молдавская Республика и Нагорно-Карабахская Республика, Донецкая и Луганская Народные Республики. И Республика Косово.

Если уж говорить об эффективной организации по безопасности, то нужно брать реальность, включая, кстати, и военную, во всей ее полноте. А реальность в историческом смысле не равноценна факту признания или непризнания ее кем-то. Политический крах ОБСЕ ведь в значительной степени как раз и связан с тем, что она сохранилась как преемница СБСЕ, полностью проигнорировав то, что краеугольный принцип СБСЕ – нерушимость послевоенных границ в Европе – был просто сметен историческим процессом. И совершенно очевидно, что история не остановилась – эти изменения будут происходить и дальше.

Третье. Структура новой организации должна признать и еще одну реальность, а именно – разделенность Европы. Никакого общего европейского дома сложить и построить пока не удалось. И не факт, что удастся в будущем. Тем более что противников того много, и не в России в первую очередь. А вот реальность такова: на континенте существует два военных блока – НАТО и ОДКБ, – и два экономических (даже шире) объединения – Евросоюз и ЕврАзЭС. Эти четыре организации должны вместе составить особый институт внутри нового образования. И заняться мерами обеспечения, соответственно, коллективной военной безопасности и экономического сотрудничества.

Четвертое. Совершенно определенно должен быть зафиксирован непреложный принцип новой организации: невмешательство в дела Европы и стран Европы неевропейских государств, а равно и невмешательство членов организации во внутренние дела друг друга.

Пятое. Новая организация, все члены которой, бесспорно, должны обладать равными правами (принцип консенсуса), должна сделать отправной точкой своей работы на ближайшие полвека выбор – на основе трезвого и честного восприятия реальности – стратегического пути Европы.

А именно: взяться ли все-таки за строительство «единого европейского дома» (и тогда становится актуальным вопрос о «едином пространстве коллективной безопасности» и прочем едином) или, отказавшись от создания воздушных замков, двигаться по пути налаживания и укрепления сотрудничества между существующими в разных концах Европы политическими, военными и экономическими союзами.

Что должна сделать Россия как трезвое и ответственное европейское государство, как великая европейская держава, как, в конце концов, инициатор и один из главных создателей СБСЕ? Совсем немного: заявить о своем выходе из этой мертвой в ее нынешнем виде (ОБСЕ) организации и предложить европейским странам план создания новой организации, основанной примерно на тех принципах, которые я описал.

А дальше уже дело свободного выбора суверенных европейских государств, если, помимо России, в Европе такие еще остались.

Ну а на надгробном камне ОБСЕ можно будет написать: «Ее жизненный путь был вымощен благими намерениями, но история пошла по другому пути».

2015 г.

Почему Путин победит

Апрельские тезисы Путина

(комментарии к выступлению президента 17 апреля 2014 года)

…Телетрансляция из Гостиного двора еще не включена, но обстановка там нам примерно известна.

Достаточно очевидны и главные темы: Крым, Украина, возможен ли военный конфликт с Украиной (киевским режимом), возможен ли военный конфликт с НАТО, насколько опасны для России санкции Запада. Ну и ЖКХ и прочие очевидные провалы во внутренней социальной политике России.

А вот какие темы будут активно представлены в вопросах помимо этого очевидного?

Кроме того, всегда интересны некоторые «формальности». Долгим ли будет вступительное слово Путина? Будет ли оно посвящено только событиям на Украине? Для меня всегда важно увидеть, какой галстук будет на Путине. В отличие от Медведева, который окончательно перешел на модные узкие галстуки, Путин продолжает носить классические. Практически всегда черно-серо-сине-бордовой гаммы. То есть консервативные классические цвета. Никогда – с крупным рисунком.

Какой галстук будет на нем сегодня?

Ну и, наконец, будет ли сегодня Путин в ударе? Сколько неожиданных путинизмов вылетит из его уст? Каких писателей он будет цитировать? Кого из западных и иных мировых лидеров по ходу своих ответов упоминать? С какими эпитетами.

12:02. Владимир Путин появился. Галстук традиционный для него – темный, с мелким рисунком. И сразу об Украине.

Подтверждает оценку случившегося на Украине как антиконституционного переворота.

12.06. Назвал русских на Украине меньшинством, хотя и оговорился, что русские там живут на своей земле. На мой взгляд, первое (русские – меньшинство) слишком политкорректная оценка. Фактически русских до половины населения Украины. Особенно если учесть тех, кто вынужден был в последние 20 лет на всякий случай «переписаться в украинцы».

12.10. Пока подтверждает то, что было им сказано по поводу Украины и Крыма ранее. Но нас больше всего, естественно, интересует новое.

12.14. Первый вопрос от «простых людей», естественно, из Севастополя. Понятно, почему, и разумно.

12.16. А все-таки приятно видеть из Москвы Севастополь, да еще вновь русским. Особенно тем, кто там, как, например, я, многократно бывал, в том числе и в последние 20 лет.

12.18. Путин: Черноморский флот фактически полностью возвращается из Новороссийска в Севастополь. Для севастопольцев это просто счастье. Нужно просто знать этот город – это я уже от себя добавляю.

12.20. О семьях, разделенных границей между Россией и Украиной. Путин выражает оптимизм – найдем взаимопонимание с властями Украины. Разумеется, он имеет в виду не нынешний киевский режим.

12.25. Путин поименно назвал банкиров Украины, которые держат средства крымчан и не выдают их. Думаю, специально назвал эти фамилии. Вряд ли он раньше их знал. То есть сейчас сам контролирует эту ситуацию.

12.29. Пока отвечает очень кратко. Очевидно, настроен на то, чтобы ответить на как можно больше вопросов.

12.33. Первые полчаса: немного об Украине, а все остальное – Крым. Пока других тем не возникло.

12.34. Мария Ситтель спросила о «вежливых людях». Путин подтвердил, что за спиной сил самообороны Крыма встали наши военнослужащие. Объяснил, почему это было необходимо.

12.40. Вопрос об Януковиче – более чем жесткий. Путин, естественно, не поддержал определение Януковича как «труса и предателя», не оправдал его, не похвалил. Просто объяснил, что Янукович действовал так, как считал возможным.

О «Беркуте» – напротив, очень определенно и категорически положительно.

12.45. В очередной раз сказал, что Запад обманул Януковича. Хотя Янукович на все условия Запада согласился.

Назвал действия Запада «глупыми и непрофессиональными».

12.47. В бой вступает интеллигенция. Первым – Карен Шахназаров. С этой стороны ясно, кто это будет. А вот кто со стороны московских поклонников майдана получит микрофон?

12.49. Карен Георгиевич взял быка за рога: возможен ли военно-политический союз России с Китаем?

12.51. Путин: мы как-то не думали о том, чтобы создавать новые военные блоки. И похоже, не лукавит (да и зачем в данном случае?). Военный блок с Китаем при масштабах Китая и его вооруженных сил будет означать военное подчинение Москвы Пекину. В этом Путин прав.

12.54. От «иной интеллигенции» – журналист Андрей Норкин. Но Норкин, оказывается, уже не с «болотом». А хотелось бы настоящего щирого московского болотника услышать.

12.59. Путин: оказалось, что патриотизм глубоко в нас сидит.

13.00. Час работы Прямой линии. Пока только Украина и Крым. Один раз мелькнул Китай.

13.01. Норкина теперь, конечно, его бывшие друзья заклеймят окончательно.

13.02. От «оппозиции» – Хакамада. Но Путин сразу постарался ее выгородить.

13.03. Хакамада назвала Путина победителем. Две минуты – хвалит Путина.

13.04. Хакамада и «Европу» лягнула. Нет, не выступает Ирина Муцуовна как настоящий болотный оппозиционер. Нужно было другого достать.

13.06. После панегирика Путину Хакамада предлагает ему план мягкой капитуляции.

13.06. Путин (впервые) назвал Юго-Восток Украины Новороссией! Впервые заявил, что это русские, а не украинские земли!

13.08. Разительное отличие Путина от «оппозиции». Оппозиция – о компромиссе с Западом и с киевским режимом. Путин – о гарантиях населению Юго-Востока Украины.

13.10. Еще один оппозиционер – Ирина Прохорова. Но теперь забота об «оппозиционных деятелях культуры». А причем тут Путин. Пусть творят, но на свои деньги и деньги меценатов. А они хотят на деньги госбюджета «творить»?

13.12. Оказывается, Путин разбирается в психологии российской интеллигенции лучше, чем Прохорова.

Впрочем, это неудивительно.

13.13. Путин пообещал «оградить» кого-то от «шельмования». Интересно, а кого теперь первым впишут в список «нуждающихся в защите Путина»? Список уже составлен? Будет введен в действие указом президента России? Запрещается шельмовать: 1. Музыканта такого-то; 2. Писателя Х; 3. Интеллигента Y?

13.16. Путин о Юго-Востоке Украины и возможности вооруженного вмешательства России. На примере Крыма говорит: проведите референдумы. Посмотрим, какие будут результаты. И тогда я приму решение.

13.18. Приднестровье. Путин фактически сказал: потерпите еще немного… Мы о вас помним.

13.22. По-прежнему об Украине. Сослался на воспоминания лидеров Белого движения. И на государей-императоров. Можно сказать, империализм. А можно – историческое мышление.

13.25. О судьбе русских (миллионов русских, уточнила Мария Ситтель) на Украине. Об информационной глухоте Запада.

Путин: Украина многострадальная земля. И даже демонстрирует понимание «психологии западенцев», которые никогда не имели своего государства.

Нынешняя Украина собрана по частям в советское время. Все правильно. Правда, нужно бы было и раньше об этом говорить нашим официальным лицам.

Путин опять протягивает Западу (Европе) руку. Надеется, что Западная Европа его поймет. Это вряд ли, Владимир Владимирович! Только обстоятельства могут «принудить» их к разумению.

13.31. Путин еще раз предупреждает, что Россия не признает президентские выборы 25 мая.

13.32. Опять вынул Януковича в виде козыря из кармана.

13.33. Путин-миротворец и миролюбец: даже Тимошенко попытался выгородить. Помогает им выбраться из тупика.

13.35. Доберутся ли до ЖКХ? Надо думать, Путин в определенный момент волевым решением переведет разговор на внутренние темы, иначе 4 часа разговоров об Украине.

13.37. Дмитрий Киселев: удушающие действия НАТО.

Путин: Мы сами всех задушим.

13.40. Судя по ответу Путина на вопрос Киселева, Путин вообще не боится НАТО. Только американцы вызывают его опасения.

13.42. Почти два часа работы. Пока ни одной литературной цитаты и ни одного путинизма. Разве что «мы сами кого угодно задушим».

13.47. Почти два часа – только Крым и Украина. Вся остальная Россия обидится, если так будет и дальше.

13.50. Кажется, перешли к внутренним проблемам (помимо Крыма). Теперь в бой пошли пенсионеры. Но Путин умеет разговаривать с пенсионерами. Так что неожиданностей ждать не приходится.

13.53. Путин и с Саудовской Аравией дружит. Судя по его словам (и спокойному тону), у него вообще все в мире схвачено. Кроме Вашингтона.

13.56. И до Аляски дошло. Отшутился.

13.58. Крымские татары. Ответ Путина предельно корректен.

14.00. От Аляски отказался (пока). Теперь о Дальнем Востоке. Прошлогоднее наводнение. Понятно, что и здесь Путин готов к любым вопросам.

14.01. Пока предельно миролюбив, спокоен. Практически ни одной злой шутки и раздражения.

Бесспорно, эта уверенность Путина сама по себе раздражает Запад, тем более что там каждый день у кого-нибудь истерика по поводу России (в связи с Крымом и Украиной).

14.03. В одном из районов Хабаровского края теперь построят 50 километров дороги. Дозвонись Путину на прямую линию – получишь дорогу.

14.08. И газ там будет.

14.16. Дальний Восток. Приграничные (с Китаем) населенные пункты покидает молодежь. Путин: я вас понял!

Вот местное начальство, думаю, не очень это понимает.

14.21. Политика практически закончилась. Начались конкретные проблемы «маленьких людей». Мой комментарий: для того, чтобы решать проблемы «маленьких людей», нужно снимать больших начальников. Пока Путин никого из них даже не раскритиковал. А народ этого ждет. Да и я, например, как часть народа, тоже жду. Пусть не снимет, но хотя бы обругает публично. Уже легче.

14.25. Управляющие компании в ЖКХ. По ненависти, которые они вызывают у населения (и не без оснований), они, кажется, обогнали олигархов и даже совсем скрывшегося от глаз людей Чубайса.

14.27. Ура! Тема ПАСЕ возникла. Надеюсь, хоть сейчас Путин «изящно» выразится.

14.28. Не получилось. Даже ПАСЕ по-настоящему не обругал. И выходом не пригрозил. Слишком миролюбив сегодня.

14.29. О друзьях Путина, пострадавших от санкций. Солидаризировался.

14.36. Газовые долги Украины. Это конек Путина.

Вообще если в первые два часа реагировать на слова Путина приходилось довольно часто, то сейчас я спокойно пью кофе и выкуриваю сигареты, не стуча по клаве. Теперь пошли вопросы, повторяющиеся из года в год. Ибо проблемы все те же. Соответственно, и ответы повторяются.

То есть, Владимир Владимирович, я хоть и не писал вам вопросов заранее, в эту паузу скажу: во внутренней политике нужно иногда действовать также решительно и стремительно, как в ситуации с Крымом!

14.44. Баррозу неожиданно возник. Но Путин его, кажется, не заметил. Как возник, так и исчез.

14.47. Опять сказал Западу правду о нем самом. Правильно, конечно.

14.49. Из Берлина вопрос о будущем Европы. Александр Рар задает. Послушаем ответ Путина, а потом я дам свой.

14.51. Мой ответ. В ближайшие 15 лет Единой Европы от Лиссабона (а где, кстати, Лондон?) до Владивостока не будет. И вы сами в это не верите.

14.52. Об отношениях и недопонимании с США. Путин все правильно говорит. Но теперь, Владимир Владимирович, вам придется ждать следующего президента США. Нынешний точно никакого доверия не вызывает. Как пелось в старой советской частушке: Берия, Берия! Нет к тебе доверия!.. Там и дальше есть, но не буду цитировать…

14.56. И опять Путин объясняет европейцам (в основном правильно), что у них происходит.

14.58. Путин рассказал о Расмуссене, генсеке НАТО. Неприличная история, мягко говоря. Застигнутый за таким честный человек должен бы… Словом, в России за это канделябром по голове били.

15.01. Житель России Сноуден тоже записал свое видеообращение к Путину. Вот что значит, что у нас все равны. Хотя некоторые, конечно, равнее.

15.02. Путин Сноудену: как агент (шпиён) агенту (шпиёну): мы, конечно, следим, но не за всей планетой.

15.04. О возможной новой женитьбе. Кратко. Отшутился. Но саму возможность не опроверг.

15.14. В Сочи заскучали без Олимпиад, Путина и Козака. А праздник никогда долго не длится…

15.21. После появления Сноудена я надеялся, что дадут и видеовопрос Барака Обамы Путину. Почему Белый дом не подумал об этом? Барак бы наш Обама прилюдно и задал вопрос Путину: Признайся, Влад, будешь захватывать Украину или нет! – Такой шанс американцы упустили.

15.23. Вопрос о здравоохранении на местах и зарплатах медицинских работников. Совершенно справедливый. Путина обманывают относительно положения в этой сфере, обманывают постоянно и брутально. Реформа здравоохранения губит здравоохранение.

Свидетельствую об этом, как и десятки миллионов других людей.

15.26. В.В.! Относительно здравоохранения правительство вас точно обманывает. Это всем известно, кто бывает в поликлиниках и больницах.

15.31. О либеральной оппозиции. Путин: ее у нас мало, но беречь ее будем. Гуманно.

15.41. Так и думал, что защитит хомячков относительно зубов.

15.43. Любимый фильм – «Чапаев». Ответ правильный.

15.43. О публичных расстрелах. Не хочет расстреливать. Но зачитал.

15.44. Советский занавес – советское изобретение. Неправильно, Владимир Владимирович. Точнее, не совсем правильно.

15.45. Похвалил Обаму. Это правильно. Обаме сейчас тяжело. Почти как Турчинову.

15.55. О русском народе. Путин сам (sic!) отобрал этот вопрос. Не буду комментировать этот ответ – кратко не получится. Но многое правильно.

15.56. Все! Спасибо всем за внимание.

Мои десять вопросов Путину

(вопросы к главе государства перед ежегодной пресс-конференцией президента 18 декабря 2014 года)

Я не отношусь к числу тех, кого нужно убеждать, что суверенитет для России в сто крат выше хамона; что воссоединение Крыма с Россией не только абсолютно справедливо исторически, не только стало осуществлением сохранявшейся 23 года мечты подавляющего большинства крымчан – это воссоединение разом стратегически подняло военную безопасность России на порядок; что на санкции против твоей страны нужно отвечать контрсанкциями; что Россия не поссорилась со «всем миром», и что США со своим, увы, политическим вассалом Евросоюзом – это далеко не весь мир, хотя и весьма значимая, а часто и доминирующая часть этого мира…

Но одновременно я понимаю, что, решившись на действия, которые очевидно не понравятся Западу и обязательно будут трактоваться им так, что Россия – это агрессор, а украинские расисты – защитники демократии и свободы, Владимир Путин перевел международную политику в стадию форс-мажорного, с точки зрения Вашингтона, развития. И США уверены, что либо они «поставят Россию и лично Путина на место», либо разрозненные части пока еще в основном молчащего глобального антимайдана, уставшего от американской гегемонии и безрассудств, рушащих страны и вызывающих войны, причем вдали от самих США, могут соединиться в целое. И, видимо, как раз под идейным лидерством России. А там уже вопрос времени, когда и каким образом этот антимайдан низведет США до уровня «региональной североамериканской державы».

Я полностью согласен с тем, что в реальных обстоятельствах конца 2013 – начала 2014 года Россия не могла поступить иначе, чем она поступила. Но я знаю и то, что Запад вообще, и США в первую голову, не могли не поступить так, как они поступили, в очередной раз объявив Россию «мировым злом».

И именно в связи с этим у меня возникают вопросы к Владимиру Путину, ответы на которые я жду не во время его выступления 18 декабря, хотя это и было бы идеальным вариантом, а в ближайшие недели и месяцы. Причем ответы эти не обязательно должны быть словесными. Делами даже лучше. Хотя некоторые вещи лучше бы все же сначала продекларировать.

1-й вопрос. По-моему, ясно, что при нынешних политических лидерах Европы отношения России и Евросоюза к прежнему (и тогда-то не очень впечатляющему) состоянию не вернутся. Не стоит ли российской дипломатии перейти, наконец, к традиционной для Запада методике – открытой работе не только с официальными властями западных стран, но и к постоянным контактам с оппозицией?

2-й вопрос. Сегодня Россия выступает в почетной роли единственной политически инакомыслящей страны мира. Роль почетная, но, как видим, уязвимая. Между тем международная политика очень прагматична, чтобы не сказать цинична, и складывается впечатление, что многие страны, не менее нас заинтересованные в крушении американской гегемонии, отсиживаются за нашей спиной, наблюдая, удастся ли России не проиграть. Не пора ли России открыто призвать к созданию альтернативного западному политического союза, гарантирующего военную безопасность от вмешательства извне для стран, которые в него войдут? И начать привлекать в этот союз страны, находящиеся на периферии Paх Amerikana?

3-й вопрос. Вы уже примерно сформулировали идеологию этого альтернативного политического альянса: гарантированное невмешательство во внутренние дела других стран; опора на собственные (традиционные) политические и демократические традиции; полный отказ от «экспорта революций»; сохранение традиционных моральных и иных ценностей; максимальная социальная справедливость. Не стоит ли громко и впрямую продекларировать эту концепцию и предложить всем желающим присоединиться к ней в форме международного пакта?

4-й вопрос. Очевидно, что нынешняя искусственная политическая система России с ее фантомными партиями, некритично перенесенная к нам с Запада, почти полностью не соответствует реалиям нашей страны, а потому не только не функционирует эффективно и демократично, но и вообще трещит по швам. Не пришло ли время для широкомасштабной конституционной и политической реформы в России?

5-й вопрос. Не пора ли начать выводить Россию из-под фактической юрисдикции Запада, евросоюзовских юридических законов и норм, объявив законодательство России высшей юридической нормой для всех ее граждан, юридических лиц и любых властных институтов, а международные правовые нормы и договоры – лишь в той части, где они не противоречат российскому законодательству?

6-й вопрос. Очевидно, что географические и иные особенности России никогда не позволят создать в нашей стране тот уровень жизни, который характерен для некоторых малых и средних стран Европы, причем уровень, относящийся уже скорее к прошлому (60—90-е годы ХХ века), чем к настоящему и будущему. Не стоит ли разработать и продекларировать как цель собственные стандарты уровня жизни в России (причем разные для разных ее регионов) и соответственно перестроить экономическую и социальную политику?

7-й вопрос. Не пора ли перестать упрекать население России в том, что производительность труда у нас в 2–3 раза ниже, чем на Западе? Во-первых, представляется, что это просто неправда. Во-вторых, как тогда в этом смысле оценивать производительность и эффективность труда наших чиновников всех уровней, а особенно самого высокого уровня, получающих, в отличие от наших рабочих, крестьян, инженеров, ученых, вполне западные зарплаты? И не пора ли в нынешних условиях, когда каждый сравнивает свою зарплату не только с соседним городом, но и со странами Запада, найти новую модель для мотивации к высокоэффективному труду: сначала плати больше, потом требуй лучшей работы?

8. Вопрос о социальной справедливости. Не затянулся ли у нас период «первоначального накопления капитала» со всеми его безобразиями? Постоянно воспроизводить элиту, которая купается в миллиардах, да еще выводит их из страны, и ждать, когда она «насытится» и проникнется «духом патриотизма» – не слишком ли это накладно для России материально и не слишком ли опасно социально? 2017 год не за горами…

9. Думаю, вы не заблуждаетесь относительно того, что многие ваши подчиненные вас обманывают, когда рассказывают об успехах своих ведомств и проводимых ими реформ. Но уверен, что заблуждаетесь относительно масштабов этого обмана. А ведь он все нарастает. Не пора ли разорвать этот порочный круг?

10. Понятно, что один человек не может контролировать все в стране, и он неизбежно должен передоверить многое начальникам более низкого уровня. Однако какова ответственность этих начальников? Не стоит ли признать, что так называемый либеральный экономический курс потерпел полный крах, а, следовательно, нужно отказаться и от него, и от всех его проводников? То же самое можно сказать и о большинстве социальных реформ, алгоритмы которых некритично или в эгоистических целях их инициаторов позаимствованы на Западе или даже навязаны им России.

Кто из инициаторов и проводников этих реформ поплатился за их провал? И будет ли эта безответственность и безнаказанность продолжаться?

Не пора ли остановить большую часть этих реформ, тем более что население устало от них? А те реформы, что действительно нужны России, поручить совсем другим людям – прежде всего тем, кто априори обладает патриотической, гражданской и профессиональной позицией и знает и понимает Россию, ее народ; тем, кто не считает Россию «нецивилизованной страной», из которой нужно делать «Швейцарию», а народ – ничего не умеющим иждивенцем, находящимся на содержании у мифического «креативного класса»?

Конечно, это не все вопросы, ответ на которые я бы хотел услышать от президента России и сегодняшнего, бесспорно, национального лидера нашей страны, но для одного раза достаточно. Кроме того, мне кажется, что так или иначе сформулированные, но именно эти вопросы волнуют сегодня большинство населения страны, а отнюдь не то, как нам «наладить отношения с Западом», «стоит давать эфир лидерам оппозиции» и «сможем ли мы проводить отпуск на курортах Европы».

2014 г.

Путин, горящая баня и пьющий пиво канцлер Германии

Мелкодробный анализ ответов Владимира Путина на состоявшейся 16 апреля 2015 года так называемой прямой линии президента России, конечно, интересен, но, на мой взгляд, гораздо важнее оценить, как в этих ответах проявилась уже сложившаяся стратегическая линия политического поведения Путина как главы одной из мировых сверхдержав (он, кстати, и восстановил Россию в этом статусе) и одного из ведущих политиков современного мира. Это я и попытаюсь сделать.

Прошедший год был для Путина как президента России и лично для него победным. Воссоединение с Крымом и успешное противостояние западным санкциям, посредством которых не удалось «порвать в клочья» российскую экономику и резко ослабить внутриполитические позиции самого Путина, – две главные в череде других победы Путина.

Он и вел себя в ходе разговора 16 апреля как победитель.

Но как спокойный и уверенный в себе победитель. Не кичился своими победами и даже фактически не упоминал о них. Никому не грозил.

Был великодушен: подождем, когда французы, как «порядочные люди», наконец отдадут деньги за не поставленные по контракту «Мистрали».

Путин был крайне аккуратен в описании и трактовке того, что происходит на Украине. Фактически лишь после настойчивого вопроса о возможности признания Россией независимости ДНР и ЛНР он корректно предположил, что если нынешняя киевская власть не будет вести себя «гибко», то этот вопрос решат люди, которые живут на землях Новороссии.

Я не думаю, что Путин верит в то, что Порошенко способен, хочет или имеет возможность проявить такую гибкость – из-за давления внутренних и внешних сил, требующих как раз не гибкости, а максимальной жесткости и жестокости, или по собственной слабохарактерности или недальновидности, неважно.

Но Путин опять дает шанс Порошенко. В принципе, Порошенко должен трижды в день, стоя на коленях, молиться перед портретом Путина, ибо сидит до сих пор в своем кресле в Киеве этот президент части Украины только потому, что хотя в это кресло его и посадил Вашингтон, но Путин до сих пор не произнес публично тех двух-трех фраз, которые, как только эти фразы донесутся до ушей миллионов русских на Украине, вышибут «Петра Алексеевича», как всякий раз вежливо именует его Путин, не только из президентского кресла, но и из страны вообще.

Путин давно уже не верит Америке. Но по отношению к ней использует риторику, построенную не на злобе или агрессивности, а исключительно на иронии, правда, порой весьма желчной. 16 апреля это стало совершенно очевидно, ибо Путин впервые (что отметил не только я) назвал США «Вашингтонским обкомом». До сих пор предельным уровнем его иронии по отношению к США было «наши американские друзья и партнеры». Сейчас же он воспользовался термином из лексикона российских антиамериканистов. Но без их ярости.

На Европу Путин не то что махнул рукой, но фактически почти прямо называет многие европейские страны «вассалами США». А с вассалов какой спрос? Люди они подневольные. Вот, видимо, почему 16 апреля Путин практически не упоминал Европу вообще и исторические великие европейские державы в своих ответах. В этом смысле даже прозвучавший в самом конце «прямой линии» рассказ о том, как канцлер Германии Шредер продолжал пить пиво, когда Путин ему говорил: «Бежать пора! Баня горит!», можно рассматривать как иллюстрацию этого отношения, подсознательно выскочившую из памяти Путина.

Я мог бы привести еще несколько примеров невозмутимого спокойствия Путина перед лицом брошенных России извне вызовов, но и сказанного, думаю, достаточно.

Гораздо меньше мне понравились ответы Путина на многие вопросы, касающиеся внутренней политики России, ее экономических и финансовых проблем и особенно хода реформ в сферах здравоохранения, образования, пенсионного обеспечения, но это отдельная тема.

Тут Путин явно исходил из того, что сразу продекларировал (и даже несколько раз повторил) в начале «прямой линии»: правительство проводит «оптимальный экономический курс».

Я уверен, что такую оценку не разделяет большинство населения страны. Причем в данном вопросе это большинство стоит не на стороне бывшего министра финансов Кудрина, критиковавшего правительство с позиций либералов-монетаристов, а на стороне «русского англичанина Джона», на своей и своих коров шкуре прочувствовавшего ущербность экономической политики.

Но теперь правительство России в его нынешнем составе может быть спокойным по крайней мере до конца ближайших думских выборов, а это осень следующего года. Оно более или менее обеспечило выживаемость российской экономики в условиях падения цен на нефть, экономических санкций и высокой инфляции. Это, видимо, пока все, что нужно Путину для того, чтобы заниматься теми проблемами, которые отнимают у него основную часть времени, и чтобы не беспокоиться по поводу экономических потрясений в оставшиеся до выборов 15 месяцев.

Словом, в ответах Путина, касающихся и внешней политики России, и ее внутриполитических и экономических проблем, я отчетливо вижу его любимую стратегическую линию поведения: Путин предпочитает без крайней нужды не делать резких политических и экономических движений. Прежде всего для того, чтобы сохранять стабильность и не совершать, вольно или невольно, крупных и катастрофических ошибок. При этом он внимательно наблюдает за действиями оппонентов, конкурентов и недругов России, разумно предполагая, что рано или поздно каждый из них сам совершит какую-нибудь катастрофическую ошибку. И вот тогда Путин этим непременно и стремительно воспользуется.

Собственно, так и случилось в прошлом году с Крымом. Путин, конечно, не строил дальние планы по его возвращению, но, когда обезумевшая украинская элита начала на Евромайдане сама крушить свое государство, Путин моментально сделал то, о чем 23 года мечтало абсолютное большинство жителей Крыма.

Думаю, Путин уверен, что, к сожалению, рано или поздно это случится и с юридически эфемерным, но реально террористическим и все более кровавым режимом Порошенко. Однако, вопреки совету Ницше, подталкивать стоящий перед пропастью Киев в спину Путин не намерен. Хотя бы потому, что тогда Москве придется опять брать всю ответственность за происходящее на себя.

Еще больше Путин надеется, что от края пропасти безумной конфронтации с Россией отойдет Евросоюз. Во всяком случае, Путин делает все, чтобы уговорить и этого потенциального самоубийцу сделать хотя бы несколько шагов назад.

Ну а не сделает, будет продолжать пить пиво, когда баня уже полыхает огнем, то не Путин будет в этом виноват. Не все же время ему спасать германских канцлеров и разных иных европейских политиков. У него задача другая – блюсти национальные интересы России. И пока это Путину удается. Во всяком случае, лучше, чем всем иным, кто занимал президентский пост до него.

2015 г.

Почему Путин победит, а Обама и Меркель проиграют

Споры о том, Обама ли обыграл Путина в украинском вопросе, или Путин обхитрил Обаму, продолжаются. Меркель, являющаяся то ли символом, то ли реальным главой Евросоюза, хоть боком, но в контексте этих споров тоже присутствует.

Кто кого перехитрил и кто кого обыграл тактически, я сейчас обсуждать не буду. И в общем-то меня интересуют не Путин, Обама и Меркель, так как я хочу поговорить не о тактике и не о персональной политике каждого из этих лидеров, а о национальной стратегии глобальных игроков, которых эта тройка представляет. То есть о России, США и Евросоюзе. Оставим в стороне личные качества, успехи и провалы двух президентов и одного канцлера. Поговорим об объективно вполне уже определившихся внешнеполитических линиях Вашингтона, Берлина-Брюсселя и Москвы. И описав и проанализировав эти линии, спрогнозируем, какая из них с неизбежностью должна победить.

За точку отсчета возьмем 1991 год, в конце которого перестала существовать одна из двух глобальных сверхдержав – Советский Союз. И зададимся вопросом: чем в связи с этим и после этого определялась геополитическая линия Евросоюза, США и России, ставшей по исторической и юридической справедливости правопреемницей СССР, правда, значительно уступающей ему в мощи и влиянии.

Если оставить за скобками все остальные факторы и обстоятельства международной политики, то ситуацию можно описать предельно ясно и кратко: началась борьба (а временами и война) за советское наследство.

Евросоюз пожелал подобрать все, что выпало из рук Москвы – прежде всего, естественно, в Европе. Как часто бывает при резком ослаблении давнего конкурента, его удачливого соперника охватывает беспредельная алчность. Так и случилось: Евросоюз стал безоглядно вбирать в себя все, что после 1991 года плохо лежало на постсоветском пространстве.

На момент ликвидации СССР Евросоюз насчитывал всего 12 стран, причем это были, так сказать, классические европейские страны Западной, Центральной и Южной Европы. В 1995 году к ним прибавилась Австрия и две страны Северной Европы. И членов ЕС стало 15 – как в СССР союзных республик.

В 2000-е годы Евросоюз вобрал в себя еще 13 государств, причем в основном это были как раз страны бывшего советского блока (Балканы) и территории бывшего СССР (Прибалтика). То есть число членов ЕС выросло почти вдвое.

Аппетит, особенно у обжоры, приходит во время еды. Евросоюз раскрыл рот и на Грузию, Молдову и Украину. Правда, это не получилось, но тенденция показательна: алчность требовала проглотить все, что когда-то было под контролем Москвы.

США в это время занимались тем же самым, но уже в масштабах всего мира. Благо Евросоюз, контролируемый НАТО, обеспечивал участие Вашингтона в захвате советского наследства в Европе инициативно.

Обрадовавшись, что Россия под названием СССР сама ликвидировала себя как глобальную сверхдержаву, Вашингтон более или менее успешно оприходовал почти все мировое советское наследство и переключился на конкуренцию с набравшим мощь Китаем. Теперь следовало либо устранить, либо приручить нового глобального соперника – благо тылы, казалось, надежны.

И действительно, с Советским Союзом было покончено не только юридически, но и фактически: и в мировом, и в европейском масштабах. Вашингтон и Берлин-Брюссель успокоились, не оценив трезво, что, поставив под контроль большую часть советского наследства, они получили и сумму всех расходов, связанных с поддержанием этого наследства в работоспособном состоянии, и букет всех проблем, связанных с этими странами и территориями, с капризами и аппетитами их элит и правителей, даже и марионеточных. Вообще говоря, одному начальнику ублажать несколько десятков своих подчиненных, каждый из которых считает себя президентом, премьер-министром или даже коронованной особой, очень непросто и долго никогда не получается. А как не ублажать? Потеряешь контроль над целыми странами…

Россия же, вольно или невольно избавившись от большей части этого наследства, соответствующие проблемы и расходы со своих плеч в основном сбросила. Конечно, Москва российская стала гораздо слабее Москвы советской, но, во-первых, не так радикально, как это кое-кому показалось (великой мировой державой, а уж европейской и азиатской – точно, Россия все равно осталась). А во-вторых, у России был опыт (и позитивный, и, что особенно важно, негативный) советского владения половиной мира и половиной Европы.

Когда победители получают все, они не задумываются о дальних последствиях своей победы. Москва, например, знала, как тяжело управлять 15-ю союзными республиками, сильно отличающимися друг от друга экономически, конфессионально, культурно, ментально. Москва понимала, что руководить из единого центра Литвой, Латвией и Эстонией, с одной стороны, Грузией и Арменией с другой, Узбекистаном и Таджикистаном – с третьей, очень и очень непросто. А еще страны так называемого социалистического лагеря: ГДР – это одно, Болгария – другое, Польша – третье (и это только в Европе), Монголия и Вьетнам (а это уже Азия) – четвертое и пятое. Ну и так далее.

В 1995 году, через четыре года после распада СССР, состоявшего из 15 республик (фактически – стран), в Евросоюзе стало столько же членов – 15 государств. Видимо, именно в 1995 году (заметим, еще до принятия в ЕС собственно постсоветских – балканских и прибалтийских государств) Евросоюз перешел границу естественной эффективной управляемости создававшегося Берлином-Брюсселем межгосударственного союза в форме то ли конфедерации, то ли даже федерации.

А США создали (из мирового советского наследия) еще более сложную и многосоставную глобальную конфедерацию, для соблюдения порядка в которой нужны были не только гигантские расходы (и прежде всего военные), но и диверсифицированная политика, к чему американцы никогда не были особенно склонны. Поглотить советское наследство, конечно, приятно (да и желанная мечта о глобальном господстве почти сбылась), да только руководить внешней и внутренней политикой полусотни, а то и больше, стран мира из Вашингтона – это не домашняя западная мигрень, а глобальная головная боль. Тут и проблемы Евросоюза с его всего лишь 28 членами покажутся игрушечными.

А что Россия, сегодня и в перспективе? Россия, сначала в силу своей ослабленности, а затем (начиная со второго срока Путина) сознательно отказалась как от глобального доминирования, так и от восстановления своей власти в тех пределах, до которых распространялась власть СССР в Европе, Азии, Африке и Латинской Америке. Зато она очертила на постсоветском пространстве несколько красных линий (Черное море, Кавказ, Каспийский регион, отчасти Центральная Азия, Приднестровье, Украина и Белоруссия), переход любого мирового игрока через которые очевидно ущемлял бы ее стратегические национальные интересы, прежде всего – интересы военной безопасности и 25–30 миллионов русских, оставшихся после распада СССР за пределами страны. На этих линиях Москва и сосредоточилась. В остальном мире Россия умерила свои амбиции до сотрудничества исключительно с теми странами, которые такового сотрудничества сами желают.

Итак, США и Евросоюз взвалили на свои плечи управление всем миром и фактически всей Европой (ведь и Россию они хотели поставить под свой контроль), то есть как минимум полутора сотнями государств. И вот тут нужно было не только радоваться, но и приступить (особенно Евросоюзу) к внимательному изучению негативного опыта СССР. Но Запад не таков – фанаберия не велит. Самым умным он считает только себя.

Конечно, никому не возбраняется почувствовать себя Господом Богом или властелином человечества, но история показывает, что надрываются от такой ноши даже самые могучие, амбициозные и хорошо отлаженные внутри себя государства очень быстро. Фактически в пределах жизни одного-двух поколений. Что мы и видим сегодня.

Я уверен, что и без совершенно провокационной прошлогодней попытки разом и окончательно оторвать Украину (и это при том, что там не менее 20 миллионов русских!) от России (когда и с крохотным Приднестровьем не справились), Евросоюз уже надорвался в своем безудержном расширении (говоря по-медицински, болезненно распух). А уж это попытка обернулась абсолютной авантюрой и, в конечном итоге, провокацией не столько против России, сколько против самого Евросоюза и его будущего. Распад данной европейской конфедерации явно не за горами.

Болезненное глобальное распухание США тоже очевидно. И от этой империи постепенно откалывается то один, то другой кусок. Другое дело, что здесь агония продлится дольше и, видимо, с более болезненными последствиями для всего мира. Впрочем, это тема отдельного разговора.

Нынешняя компактная геополитическая линия России, усвоившей негативные уроки глобального господства Советского Союза, и тактически, и стратегически является более эффективной. Мы это уже видим. Скоро увидим еще отчетливей. А вот глобальные гигантизм и гегемонизм США и Евросоюза все чаще дают сбои. Ситуация с Украиной и вокруг нее это демонстрирует. И американские танки, массово переправляемые ныне к границам России, делу не помогут. Разве что Вашингтон решится развязать большую европейскую войну, в которой угробит прежде всего своего главного союзника – тот же Евросоюз.

Вот почему победит Путин, а Обама и Меркель проиграют. Точнее говоря, если опять же отвлечься от личностей, вот почему в перспективе Россия выиграет, а США и Евросоюз, если не умерят свои аппетиты, на что пока не похоже, проиграют. Как минимум, опыт двух европейских диктаторов ХIХ и ХХ веков, желавших создать «единую Европу», и исключительно под своим началом, тому исторической порукой. А ведь у тех диктаторов было в момент их максимального могущества не меньше союзников, чем сегодня у Вашингтона и Берлина. Довольно быстро эти союзники разбежались, хотя и умасливали их, и запугивали…

А нынешним «мировым и европейским» лидерам надо бы еще помнить, что те властители, при которых их империи распадаются, никогда не остаются в истории своих стран с добрым именем. Разве что Наполеон, да и то потому, что победители его империю разрушили не до конца, а лишь до естественных для нее тогда границ. Вот и нынешним европейским и американским наполеонам нужно бы вернуться в естественные границы своих империй. Пока еще есть такой шанс…

2015 г.

Психология невозвращения капиталов

Опросы не врут. У Владимира Путина высочайший рейтинг (обычно приводят цифру в 85 процентов), то есть гигантская поддержка населения.

Но не все так просто и не все так радужно с этим рейтингом.

Во-первых, эта поддержка связана с внешнеполитической деятельностью Путина, и прежде всего, конечно, с блестящей и бескровной операцией по воссоединению Крыма с Россией. Между тем каждый год присоединять по Крыму не удастся, а глубочайший и не скоротечный кризис в отношениях с Западом будет продолжаться.

Во-вторых, это личный рейтинг Путина. Ничего подобного не наблюдается у любых иных институтов власти в стране.

В-третьих, кто бы и что бы не говорил, материальное положение значительной части населения уже ухудшилось и продолжает ухудшаться. В первую очередь, из-за резкого падения курса рубля и соответствующего повышения цен. Бухгалтерски-статистически инфляция у нас, может, и 8 или 9 процентов. Реально в последние месяцы – никак не меньше 30–35 процентов.

В-четвертых, рейтинг не космическая ракета. Лететь в бесконечность он не может. Даже 100 процентов он не может достичь. А точнее, не может быть больше 90 процентов. Следовательно, рано или поздно (и при нынешней экономической ситуации, скорее рано, чем поздно) рейтинг снизится.

И главной причиной этого снижения (хорошо еще, если не падения) станет как раз экономическая ситуация.

Публично сейчас принято расхваливать экономическую часть выступления Путина 4 декабря. Между тем, не публичные, но очень распространенные оценки этой части речи весьма скептические, причем как справа, так и слева.

Вот, например, провозглашенная в этом выступлении «полная амнистия капиталов, возвращающихся в Россию». По моим наблюдениям, мало кто верит не столько в «полную амнистию» (хотя и в нее – не очень), сколько в то, что капиталы вернутся. Провозгласи Кремль хоть не просто полную, а «полнейшую» амнистию.

Вера в «невидимую руку рынка», которая все устроит во благо всех, осталась у нас только в анекдотах. Все давно уже знают, что «невидимая рука рынка» сначала все сворует и все выведет за рубеж, а потом… Какая разница, что она будет делать потом?..

Да, вера в «невидимую руку рынка» у нас испарилась, а вот экономический детерминизм в сознании нашей власти остался. Между тем, психология сильнее экономических теорий, а уже тем более их рахитичных отпрысков, называемых ныне «дорожными картами».

И если в экономических теориях разбираются только экономисты, то в психологии – все, кто обладает приличным жизненным и политическим опытом.

Мой опыт мне подсказывает, что никакие сколь-либо существенные капиталы в Россию не вернутся. И причина проста. Те, кто ими обладает, не верят ни в саму Россию, ни власти в ней. И боятся народа России. Предполагаю, что многие из них к тому же опасаются и лично Путина.

Главная проблема сегодняшней России (и, соответственно, Путина) – это проблема двойной лояльности правящего (властно-владетельного) класса.

Владетельной части этого класса Россия нужна как место создания капитала, а Запад – как место его хранения и траты. Можно назвать их космополитами. Можно выбрать определение и пожестче – значительная часть этих людей точно является компрадорами и даже коллаборационистами. Но дело в том, что помешать им вывозить капиталы из России невозможно, а заставить вернуть – нереально. Им даже не нужны ни Крым, ни Сочи как место отдыха и траты денег – они уже давно ориентированы, в том числе и нашим телевидением, на другие места.

Я бы даже сказал, что при умной и эффективной экономической политике скорее можно привлечь иностранные миллиарды в Россию, чем заманить к нам уже выведенные за границу миллиарды наших богачей.

Властная часть нашего правящего класса имеет иную двойную лояльность (хотя и первой тоже заражена): на своих рабочих местах она служит сначала себе, а потом (и то, если это не противоречит ее интересам и время на это остается) государству, в котором получила свои посты. Исключения, конечно, есть. Но не они определяют жизнь нашей экономики.

Жизнь нашей экономики определяет как раз этот властно-владетельный класс, его описанная мною двойная лояльность, а также величайший по норме прибыли бизнес – бизнес на реформах. Придумывание и проведение реформ ведь требует только пачки бумаги, смены вывесок и перестановки кадров. Зато в доходной части: высокие должности, гигантские бюджетные потоки, имущество, недвижимость, свои люди всюду, куда дотянулась рука реформатора. И никакой ответственности даже при отрицательном результате реформы.

Психологию не запретишь указом или распоряжением не переделаешь. И даже Общероссийским народным фронтом не испугаешь. Надо менять либо сам властно-владетельный класс, либо экономическую политику, либо и то, и другое.

Мне представляется, что Владимир Путин ждал, что обещанный ему синергетический эффект от проводимых по всем фронтам реформ вот-вот проявит себя. И вслед за 5–7 процентами ежегодного роста ВВП однажды обнаружатся 10–15, а то и 20 процентов. Вместо этого мы получили нулевой рост и то ли стагнацию, то ли стагфляцию. И, кажется, никакой инновационной экономики. Что, как минимум, означает банкротство предыдущего экономического курса и бесконечного реформирования всего и вся.

В 2016 году состоятся выборы в Государственную Думу. Это значит, что уже к концу 2015-го вся политическая мысль власти будет сконцентрирована не на экономике, а на задабривании избирателей. Чем? Плодами реформ ЖКХ, здравоохранения, образования и науки? А они разве золотые?

Поддержка основной массы населения у Путина есть. Но и властно-владетельный класс, погрязший в выгодном только ему перманентном реформаторстве, свою психологию не изменил, да и не может изменить – таким он родился, таким и умрет. Вопрос в том, умрет он, сидя на нашей шее, или где-то на средиземноморских виллах, с которыми он, конечно, не расстанется.

Но если виллы у него уже не отнять, то власть – можно. И нужно. Ибо столько вилл народ России не выдержит. Или не вытерпит.

2015 г.

России нужна действительно новая экономическая политика

Стагнация, в которой после нескольких лет подъема вновь оказалась экономика России, привела к активизации дискуссий о необходимости изменения экономической политики страны. Параллельно этому все последние годы идет фактический отказ от ряда экономических реформ, предложенных в свое время либералами и ими проводившихся. Такое случилось, например, с пенсионной реформой. Почти официально признав, что она провалилась, теперь находящиеся во власти либерал-экономисты предлагают в качестве временного паллиатива повышение пенсионного возраста.

Я и сам считаю, что пенсионный возраст необходимо поднять, однако согласимся, что для того, чтобы делать такие предложения, не нужно быть экономистом или носить громкий титул «реформатора». Советский школьник (не уверен, что современный) легко бы сообразил, что чем позже начинать выплачивать пенсии, тем меньше денег в Пенсионном фонде нужно иметь.

В начале июня министр экономического развития России Алексей Улюкаев заявил: «Конечно, экономически Россия – это не супердержава, потому что наша доля в мировой экономике составляет 3–3,5 %, что в девять-десять раз меньше, чем у США. Нам понадобится, как минимум, пятьдесят лет устойчивого роста экономики, чтобы быть в клубе действительно экономических супердержав. Это вызов для нас – стать членом этого суперклуба. Но сейчас темпы роста и структура экономики гораздо скромнее, чем наши амбиции».

Эти слова вызвали множество саркастических комментариев – и понятно почему. Обычные люди (не министры) полагают, что министр экономического развития должен не только констатировать печальную реальность, тем более что мы и сами ее знаем, а предлагать революционные, радикальные, новаторские предложения по выходу из этой реальности. Нам же по-прежнему предлагается инерционный сценарий следования банальным и уже продемонстрировавшим свою неэффективность «либеральным реформам» и теперь уже 50-летнее хождение за «либеральным Моисеем». Между прочим, 25 лет за ним мы уже бредем.

Политика – управление общественными, в том числе и экономическими, процессами – есть нечто большее, чем какая-то отдельная область знания или жизни. Она должна предлагать то, что пресекает негативные тенденции на корню и реализует пусть и самые непривычные модели развития, но демонстрирующие свою эффективность не через 100 или 50 лет, а, как максимум, на протяжении двух избирательных циклов.

Думаю, что власти России необходимо, наконец, понять, что экономика слишком серьезное дело, чтобы доверять ее реформирование сторонникам тех или иных экономических догм. Ее надо либо отдать в руки так называемых хозяйственников (специалистов по реальному производству), либо, проявив политическую волю, полностью поменять модель экономики в главной ее части. А главная часть любой экономической модели – механизм сопряжения общенационального (макроэкономического) интереса и личных экономических интересов десятков миллионов граждан страны – как производителей, так и потребителей, то есть и в том, и в другом случае – экономических агентов.

По-моему, совершенно очевидно, что в сегодняшней экономике России существует единственный такой механизм – патернализм: власть позволяет крупнейшим корпорациям получать максимальные прибыли, отчуждая часть этих прибылей для волюнтаристского перераспределения среди основной массы населения. Какая мне, не акционеру Газпрома, радость от процветания Газпрома, если тарифы на газ для меня как потребителя все время растут?

На многое способен, что не раз было доказано историей, русский народ, но когда он видит, что список отечественных миллиардеров растет гораздо быстрее, чем его, народа, благосостояние, то в лучшем случае замыкается в круге собственных материальных интересов, а в худшем посылает все, включая и модернизацию, к черту. И уж тем более странно ждать в наше время, когда потребительство стало неофициальной национальной идеологией России, а правящий класс даже не пытается умерить или скрыть свой гедонизм, что кто-то принесет в жертву национальным интересам страны свой комфорт и сиюминутное спокойствие.

Между прочим, США и странам Западной Европы до сих пор чаще всего удавалось непротиворечиво соединить под маркой «национальных интересов» интересы правящего класса и остального общества. А вот в России в последние десятилетия сделать это явно не удается.

В России в треугольнике «общество-правящий класс-власть» общество, увы, является страдательным и пассивным объектом управления и эксплуатации. Правящий класс, являющийся властно-владетельным, так как у него, в отличие от общества, есть и власть, и собственность, активен, но исключительно эгоистичен и по факту слишком часто является компрадорским. Интересы России волнуют его только в той мере и до той поры, пока ему удается извлекать из этой страны сверхприбыли для себя. Надежда остается только на власть – пока у нее еще есть сила контролировать правящий класс и подкармливать народ. И право издавать законы.

Итак, что же должна сделать российская власть, чтобы доказать (а не просто продекларировать) обществу искренность своих намерений добиться процветания в России не только для элиты, а для всех? Ответ оригинальным быть не может, ибо он один-единственный. Это справедливость. Но не абстрактная, не как лозунг, а материально явленная справедливость. То есть соучастие каждого во владении тем, что является общим (между прочим, и по Конституции) достоянием всех граждан России – ее природными богатствами.

В принципе это вроде бы то же, что в свое время провозгласили и сделали большевики. Но в реальности в СССР произошло отчуждение этих богатств от основной массы населения, так как постепенно управление этими богатствами было передано тогдашнему правящему классу – партийной бюрократии. А сейчас отчуждение происходит сразу после того, как прочитывается текст Конституции. Обладающие властью и/или капиталом просто берут себе то, что считают нужным, оставляя всем остальным постыдную по содержанию «минимальную потребительскую корзину».

Безусловно, коллективное управление собственностью неэффективно, да в принципе и невозможно. Но и фактическая приватизация общенациональных богатств под прикрытием якобы лишь управления ими ни к чему хорошему не ведет. Да, прибыли максимизируются. Но только в интересах управляющих и в ущерб остальным, да и самим богатствам.

Так как же установить справедливость, которая является ценностью и сама по себе, а главное – подвигнет общество к соединению с властью?

Ответ прост, но революционен. Несколько лет назад я уже предлагал его, но, разумеется, не был услышан. Не очень надеюсь на это и сейчас. Но капля камень точит…

А ответ такой. Нужно отдать каждому гражданину России часть национальных природных богатств, не создавая при этом соблазна немедленно проесть полученное. Алгоритм этой реального экономического, политического и психологического переворота, мне кажется, должен быть таким.

Каждый гражданин России при рождении или при получении гражданства автоматически приобретает право на конкретно исчисленную долю национальных богатств России, называемую, допустим, годовой индивидуальный доход (ГИД), а еще лучше – «золотой корзиной» гражданина России. Эта доля включает в себя (единицы исчисления, естественно, условны и приводятся просто как пример): 10 кв. метров земли, 1 кубометр питьевой воды, 10 кубометров древесины, 1 тонну нефти, 100 кубометров газа, 10 граммов золота, 1 карат алмазов в год. По истечению каждого года жизни эта собственность зачисляется на персональный счет каждого гражданина. Она является неотчуждаемой и не передается по наследству. Сам гражданин может воспользоваться своей собственностью или ее денежным эквивалентом в любой момент после наступления его 18-летия. При выходе из гражданства России или приобретении второго гражданства право на ГИД автоматически пропадает.

Денежный эквивалент ГИД («золотой корзины»») исчисляется в специально созданной национальной валюте, курс которой к рублю устанавливается на основе биржевых котировок. Это что-то типа знаменитого золотого червонца.

Что дает такая схема, изложенная мною как принцип?

Каждый гражданин России реально, а не теоретически получает свою долю совокупных национальных природных (то есть не созданных другими людьми) богатств страны. И, оставаясь гражданином России, он имеет право этой долей свободно распоряжаться. И в этом качестве и самый бедный гражданин России, и миллиардер будут реально равны и равноправны на всех этапах своей жизни. А главное – равны и равноправны будут их дети.

Власть, вводящая такую систему распределения национальных природных богатств, автоматически будет вынуждена резервировать часть этих богатств за гражданами страны на случай предъявления ими своих прав, а потому не сможет отдать соответствующие природные ресурсы под полный контроль частных компаний, особенно иностранных. А частные компании вынуждены будут считаться с тем, что не весь объем природных ресурсов страны контролируется ими. Ибо если, например, 100 миллионов граждан России захотят в каком-то году получить причитающиеся им за этот год 100 миллионов тонн нефти, государство обязано будет им эту нефть выдать – из своих запасов или из запасов нефтяных компаний, неважно. Предполагаю, что одно это радикально изменит экономическую политику в стране. Ведь предъявление такого счета к государству возможно только в случае обнищания людей или даже просто постоянного получения ими за свой труд зарплаты, недостаточной для поддержания достойного уровня жизни. Подозреваю, что сам подход к определению зарплат в этом случае изменится. Он просто станет справедливым.

Мне кажется, что после введения такого механизма вообще можно будет отказаться от нынешней неэффективной и несправедливой системы начисления пенсий по старости, ибо часть накопленного людьми ГИД будет использоваться как раз во время старости (тем более что передавать по наследству ГИД нельзя).

Само гражданство России станет материально выгодным, в то время как сейчас оно слишком многим представляется невыгодным прежде всего материально. Это очень важно, ибо, хоть это часто и не вполне справедливо, понятия «Россия» и «бедность» превратились в синонимы как в сознании многих наших граждан, особенно молодых, так и жителей других стран.

Только в этом случае мы начнем, наконец, беречь свои природные богатства. Богатые не берегут их сегодня потому, что Россия им нужна только для того, чтобы получить сверхприбыль и вывезти ее на Запад. А бедные – потому, что сегодня эти богатства им не принадлежат и завтра тем более принадлежать не будут. И богатые, по убеждению малообеспеченных, все равно все разграбят.

Но главное – это ощущение необделенности, справедливости и вера в то, что страна, наконец, принадлежит и тебе, а власть встала на службу и твоих интересов. Теперь я верю, что все это не только «для них». И чем больше будем, по призыву власти, производить высокотехнологичной продукции, тем больше будет сохраняться мое богатство и богатство моих детей. А в другой стране мне ничего подобного не дадут. Хотя бы потому, что там таких природных ресурсов нет, а распределение собственности таково же, каким было в предшествующие века.

Вот это и будет действительно новой экономической политикой. Не вижу ничего другого, что бы сегодня побудило население наконец-то поверить власти. Не резолюции же партийных съездов и прогнозы, подобные тому, что дает министр Улюкаев.

2015 г.

Кто сопротивляется? Только Россия…

Битва за нашу Победу: 2015 год и далее

Берлин взяли американские войска, и 1 мая 1945 года над Рейхстагом было водружено звездно-полосатое знамя.

Вы считаете иначе? Ну и что? Ведь главное не то, как считаете вы, а то, что будут знать и думать об этом будущие поколения – те, кто будет жить на Земле, включая нашу страну, в середине ХХI века. Не забывайте, что нынешняя глобально унифицированная система образования, поглотившая без особого сопротивления со стороны наших политиков и российское образование, тотальна, а, следовательно, и всесильна. А ее подпирают голливудский кинематограф, игровой компьютерный бизнес и пропаганда, создаваемая под видом науки, «историками» многих стран.

Поясню, как это делается и будет сделано, если мы не будем бороться, причем наступая.

Сначала выпускаются фильмы и компьютерные игры, созданные по методе «альтернативной истории» – а что если Вторую мировую войну развязала не гитлеровская Германия, а коммунистический Советский Союз? А что, если американцы взяли Берлин? А что если Третий рейх и СССР затеяли отвлекающий военный конфликт друг с другом с целью завоевать и разделить Европу и остальной мир? А США и Великобритания, да еще несколько примкнувших к ним «цивилизованных» стран, разгромили этот заговор…

Кто может запретить творческие поиски и фантазии киносценаристам, режиссерам, создателям компьютерных игр, авторам комиксов? У творчества, как известно, нет границ и табу. Творчество неприкасаемо и неподсудно. Все может корежить и все перелицовывать.

А когда такие фильмы и игры заполонят собой все экраны и всю сеть, вы думаете, что не найдется нескольких сотен «историков», которые не перепишут соответствующим образом школьные и университетские учебники во всем мире? Вы думаете, что и в нашей стране не найдутся такие историки? Да они уже сейчас есть. И многое в этом духе и по этому сценарию уже написали и даже издали. И уже преподают, не очень-то и скрываясь.

Так «альтернативная история» станет «реальной».

По-моему, совершенно очевидно, что нынешняя политическая, пропагандистская, информационная и дипломатическая атака на Россию, организованная вокруг празднования 70-летия Победы, имеет две стратегических цели.

Первая – постепенно приучить мировую аудиторию к той самой «альтернативной истории», которую я уже описал. В итоге – к объявлению Советского Союза таким же виновником Второй мировой войны, как и гитлеровская Германия.

После этого (вторая цель) России как правопреемнице СССР будет поставлен ультиматум: либо вы признаете это, либо «мировое сообщество» само юридически оформит такой вердикт, выведет Россию из числа постоянных членов СБ ООН и заставит ее возместить деньгами, ценностями или территориями ущерб, который развязавший Вторую мировую войну Советский Союз нанес другим странам.

Вы думаете, что не найдется тех, кто это поддержит? Найдется – и немало. В первых рядах будут те страны, которые являлись официальными союзниками Третьего рейха, а также те, кто таким союзником был в своих мыслях. А также те, кто сдал свои страны Гитлеру без боя. Ведь они до сих пор чувствуют себя неуютно. Например, очевидно, что если бы Латвия, Литва и Эстония не вошли в 1940 году в состав СССР, то при их тогдашних режимах эти страны стали бы союзниками Германии официально, причем без всякого давления из Берлина, а воодушевленно и по собственной воле.

Но если и СССР является виновником Второй мировой войны, то коллаборационисты Литвы, Латвии, Эстонии, нынешней Украины, воевавшие против Советской Армии, обеляются автоматически.

А как поведут себя при такой постановке вопроса те несколько десятков квазинезависимых государств мира, на территории которых расположены военные базы США? Думаю, объяснять не надо…

Вот почему, помимо всех прочих причин, мы должны бороться, биться, сражаться за нашу Победу и сегодня, 70 лет спустя после того, как она свершилась.

А чтобы отстоять нашу Победу и правду истории, мы прежде всего должны сокрушить невежество и антисоветские и антироссийские трактовки истории Второй мировой войны в нашей собственной стране.

Надо, наконец, четко сказать, что Россия не стремится подменить Вторую мировую войну Великой Отечественной войной. Великая Отечественная война – это война против вторгшихся на нашу землю гитлеровской армии и вооруженных формирований многочисленных союзников Третьего рейха. Победа в этой войне могла быть обеспечена, и была обеспечена только полным разгромом самой Германии и взятием ее столицы, что Советская Армия и сделала.

Великая Отечественная началась 22 июня 1941 года, а закончилась 9 мая 1945 года. Потому мы и празднуем 9 мая прежде всего Победу в нашей Отечественной войне.

А Вторая мировая война началась на два года, а то и годами раньше. И закончилась 2 сентября 1945 года капитуляцией союзницы Германии Японии. В этой войне СССР тоже принимал участие. Но так как Япония не нападала на СССР, то эта часть Второй мировой войны в нашу Великую Отечественную не входит.

Надо, наконец, отказаться от, кажется, почти официальной трактовки в самой России так называемого пакта Молотова – Риббентропа как «преступного сговора». Ибо это, бесспорно, был вынужденный (в интересах национальной безопасности) шаг СССР и в этом смысле – дипломатическая победа нашей страны.

Я назвал лишь два момента, по которым нужно внести окончательную ясность в наше общественное и историческое сознание. В первую очередь – в сознание молодежи. Ограничившись этим, я перейду к тому, какой я вижу Красную площадь 9 мая этого года. А вижу я ее такой, чтобы она максимально соответствовала исторической реальности праздника – 70-летия Победы в Великой Отечественной войне СССР против напавшей на нашу страну гитлеровской Германии.

Вижу Мавзолей Ленина, естественно, без всяких загородок, каким он и был 9 мая 1945 года, и особенно 24 июня того же года – во время исторического Парада Победы.

На верхней трибуне Мавзолея – ветераны Великой Отечественной войны, те, благодаря кому Победа и состоялась.

На нижней, левой от площади трибуне – нынешние военачальники, высшие командиры сегодняшних Вооруженных сил России. На нижней правой трибуне, той, что ближе к Манежной площади, президент России и главнокомандующий ее Вооруженными силами, а также министр обороны России и начальник Генерального штаба. Если бы в этот день в Москве оказались президент США и премьер-министр Великобритании, тех стран, которые вместе с Советским Союзом составили ядро и костяк антигитлеровской коалиции, то по историческому праву президент России мог бы и их пригласить на эту трибуну. Равно как и председателя Китайской Народной Республики и премьер-министра Франции. Тогда бы на этой трибуне собрались руководители стран – постоянных членов Совета Безопасности ООН, организации, родившейся в результате победы над нацизмом.

На этом юбилейном параде к Мавзолею, как и на Параде Победы 1945 года, должны быть брошены знамена разгромленных Красной (Советской) Армией гитлеровских армий и дивизий и личный штандарт Гитлера.

Напротив Мавзолея на здании ГУМа, помимо иных соответствующих реалиям истории и значимости юбилея изображений, видятся мне портреты советских военачальников времен Великой Отечественной войны – маршалов Советского Союза во главе с портретом Верховного главнокомандующего ВС СССР в годы той войны и председателя Государственного комитета обороны маршала Иосифа Сталина. Между прочим отмечу, что и Организация Объединенных Наций, в верности идеалам и уставу которой постоянно клянется наша современная дипломатия, возникла не сама по себе, но в результате договоренностей Сталина, Рузвельта и Черчилля, а не Бандеры с Петеном и Квислингом.

И в речи президента, которую он произнесет на параде 9 мая, я слышу, помимо других очевидных или только ему пока известных слов, имена всех маршалов Великой Отечественной войны – всех, без изъятия, как и полагается при честном и объективном описании истории.

Кроме того, я слышу, как президент России расшифрует, наконец, публично и официально постоянно повторяемую цифру 27 миллионов советских людей, погибших в ходе Великой Отечественной войны. Ведь нужно, наконец, чтобы все поняли, а некоторые и впервые услышали, что бОльшая часть этих потерь – мирные жители, уничтоженные немцами и их союзниками (включая и коллаборационистов), а собственно боевые потери Красной Армии соразмерны суммарным боевым потерям на Восточном фронте гитлеровской армии и боевых частей ее союзников, вторгшихся на нашу землю. Точные цифры я надеюсь услышать от президента. И я бы даже хотел узнать имена тех историков, которые эти цифры для речи президента собрали и аргументировали.

Так вижу и слышу я. А вижу и слышу я так потому, что это будет соответствовать исторической правде. И потому, что я считаю это справедливым. Мой отец ушел на фронт в 16 лет и прошел всю Великую Отечественную войну до конца. Моя мать полгода была в оккупации (под немцем, как тогда и позже говорили) и ничего, кроме ужаса, из этой оккупации не вынесла, а потом до конца войны работала на пороховом заводе в Казани. На Великой Отечественной войне погибли два моих родных дяди – старший брат отца и один из старших братьев матери.

Но не только по этой причине я вижу такой Красную площадь 9 мая 2015 года. А еще и потому, что мы умудрились сами поставить себя с нашей Победой в двусмысленное, чтобы не сказать грубее, положение. Мы фактически вычеркнули из всех официальных текстов, касающихся этой победы, человека, который в той войне руководил страной и ее вооруженными силами. Сами сделали из Сталина фигуру умолчания и даже фигуру уничижения.

Это давно уже почувствовали внешние и внутренние ненавистники, конкуренты и враги России. Они и стимулируют нас к этому своими истериками относительно мифического «возрождения сталинизма в России», и постоянно бьют в эту точку. Прицельно бьют, совсем как на настоящей войне. Понимают, что если окончательно пробить нашу броню в этом месте, которое мы сами объявили самым слабым, дальше брешь можно будет расширять до бесконечности.

Пора, наконец, сделать из Сталина, который, коль скоро мы о нем постоянно умалчиваем, превратился чуть ли не во врага Советского Союза, России и нашей Победы, нашего союзника в борьбе за нашу Победу. И генералиссимус нас не подведет. Стоит 9 мая этого года отдать ему должное, как – увидите – дрогнут ряды тех, кто покушается на правду истории и на нашу страну. Завопят, но дрогнут…

А вот скрывая в дни таких торжеств Сталина, мы рано или поздно получим вместо него Гитлера и генерала Власова, как украинский народ уже получил вместо Сталина и Ватутина Бандеру и Шухевича. Разве это непонятно? Разве мы этого хотим? Разве мы будем этого ждать?

2015 г.

О фантомных болях прежних империй

И умные, и глупые люди любят рассуждать о фантомных болях по бывшим своим территориям, которыми страдают распавшиеся империи.

Такие боли действительно существуют. Имеются они и у России. И не только у нее. И к этим болям я еще вернусь.

А вот только умные люди способны рассуждать о том, что существуют еще и миражи недавно приобретенной независимости. Как эти миражи выглядят? А вот так – на постсоветском пространстве, например.

В 1991 году распался Советский Союз. Из него вышли, как считается, 15 государств, которые обычно называются новыми независимыми государствами.

В этом названии все неточно.

Во-первых, не все эти государства де-юре были государствами де-факто. Примерно половина из них истории своей государственности никогда до того не имели, и поэтому, в частности, реально не приобрели ее и поныне. А некоторые имели, но ограничивалась эта история кратким историческим периодом от распада Российской империи до 1939 года.

Во-вторых, что главное для нашей темы, государств-то оказалось не 15, как удобно некоторым считать, а, что выяснилось еще и до 1991 года, а в некоторых случаях сразу после, 19. Ибо кроме тех, что раньше были союзными республиками в составе СССР, то есть как раз 15, образовались еще четыре непризнанных (два – до 2008 года) государства: Нагорно-Карабахская Республика, Приднестровская Молдавская Республика, Республика Абхазия и Республика Южная Осетия. То, что данные территории не признавались государствами, сути дела не меняло. Ведь те новые независимые государства, которых все признали и которые считали, что эти территории входят в них, реальной власти над этими непризнанными независимыми государствами не имели и не имеют до сих пор.

Итак, по умолчанию считалось, что в 1991 году распался Советский Союз и на этом история данного пространства, да и вообще Европы остановилась. То есть то, что СССР (а фактически – Большая Россия) распался, это свершившийся раз и навсегда факт. Но вот все, кто из СССР вычленился, теперь останутся таковыми на веки вечные.

Этот странный для образованных людей или людей со здравым смыслом вывод сделали многие. И в первую очередь – так называемые элиты как новых независимых государств, так и западных стран. Но и внутри России многие так считали или хотели считать. Несмотря на то, что это противоречило не то что самой истории человечества, но даже и тому, что происходило в последние десятилетия в самой Европе и даже на постсоветском пространстве.

Давно уже у меня не было возможности дискутировать с грузинами, живущими в Грузии, а когда такая возможность была, я им говорил: «Скажите, почему вы думаете, что если распался СССР, то, во-первых, это должно было и могло случиться, а то, что фактически распалась Грузия в границах Грузинской ССР, то это нонсенс и злая воля Москвы?».

Большинство моих оппонентов просто не понимали или делали вид, что не понимают вопроса.

Я пытался им (а также еще и многим украинцам) объяснить простые вещи.

История человечества есть история возникновения и исчезновения государств, история объединения государств и история их распада. Так было всегда. Почему вы думаете, что с возникновением вашего государства история остановилась?

Почему вы думаете, что история выбрала именно вашу страну в качестве единой и неделимой на ближайшие тысячу лет?

Скажите, а каким образом получилось так, что в середине ХХ века в мире было 50 государств, а сейчас их уже больше двух сотен? Откуда новые 150 взялись? Из воздуха или образовались из тех 50-ти, что были раньше?

Почему вы считаете, что территории (и живущие на них народы), которые были вписаны в ваши границы как союзных республик в составе СССР, останутся вашими навеки? Согласно соответствующему постановлению Президиума Верховного Совета СССР?

Примерно в этом месте мои оппоненты обычно приходили в себя и вспоминали, разумеется, о Заключительном акте Совещания в Хельсинки от 1975 года. То есть – о нерушимости послевоенных границ в Европе.

А я им говорил: но где государства, подписи чьих тогдашних глав стоят под Хельсинкским актом? Где СССР? Где ГДР? Где Чехословакия? Где Югославия? Какая нерушимость границ?

Но если ее нет для СССР и Югославии, если ее нет для Чехословакии, если ее нет для ГДР, поглощенной ФРГ, то почему эта нерушимость есть для Грузии, Молдовы или Украины? Кто это сказал? Господь Бог? Он этого точно не говорил. Сама История? Ну так она, как я вам уже объяснил очевидное, только и состоит из возникновения и исчезновения государств, из их размножения…

Или это сказали те, кто Хельсинкский акт подписывали? Так и их уже нет на этом свете.

Или это вам сказали в сегодняшнем Вашингтоне, Лондоне, Париже и Брюсселе? А разве те, кто там сидит и говорит, сильнее истории?

И почему вы тогда не контролируете якобы вам принадлежащие Нагорный Карабах, Приднестровье, Абхазию, Южную Осетию? Почему Сербия потеряла Косово? Почему Румыния мечтает присоединить к себе Молдову, а Албания – Косово? Согласно предписаниям 1975 года?

Дискуссия, конечно, тупиковая. Так как я исхожу из реального хода реальной истории, а образовавшиеся в 1991 году государства – из своих пожеланий (психологически понятных) и уверенности (а вот это уже совсем непонятно), что именно их и именно в желаемых ими границах (очень часто искусственных) история теперь будет обходить стороной. Ибо иное будет несправедливо. Почему именно на этих государствах история решила продемонстрировать свою справедливость – внятных объяснений не следует.

Итак, здесь прослеживается именно то, что я и называю миражом новой независимости и территориальной целостности.

А теперь, как и обещал, вернусь к фантомным имперским болям.

Совершенно очевидно, что некоторые из них никогда не заменятся воссоединениями, которое мы только что своими глазами видели на примере России и Крыма или которое непременно рано или поздно увидим на примере Армении и Нагорного Карабаха.

Но также очевидно (для тех, кто не рассматривает историю как любезный ему ход событий, то есть распада других и вечного сохранения себя), что в нашей земной цивилизации как суммы территорий и заселяющих их народов существуют вполне определенные союзообразующие (или, если хотите, имперские) полюса.

Это и Западная и Центральная Европа, которая, однажды возникнув как Священная Римская империя, много позже возродилась в виде Европейского Союза.

Это и Великобритания, вроде бы и распавшаяся империя, но, во-первых, продолжающая существовать в виде Британского Содружества наций, во-вторых, передавшая свой имперский центр Соединенным Штатам Америки, которые сегодня стали фактически новым форматом Британской империи, внутри которого бывшая метрополия стала вассалом своей бывшей колонии.

Это и демократическая Французская республика, сохраняющая и пестующая зону франкофонии.

Это и нынешняя Турция, по мнению многих, пытающаяся постепенно воссоздать в новом формате Османскую империю.

Это и древнейшие Китай, Индия и Иран (Персидская империя).

Это, конечно, и Россия – союзообразующий полюс Востока Европы, Кавказа, Средней Азии, ну и Сибири и Дальнего Востока, разумеется.

Да, есть имперские центры, которые, кажется, исчезли навеки. Например, Рим и сама Италия это уже не та славная Древнеримская империя в новом формате, а всего лишь часть Священной Римской империи эпохи модерна и постмодерна. И Португалии как империи больше нет. И Япония уже не империя, хотя ее и возглавляет император.

Есть те, кто недолго претендовал на создание собственной империи, но не смог эти претензии реализовать – в Европе это, например, Швеция и Польша. Не выдержали конкуренции с другими геополитическими субъектами. Конкретно – с Россией. Как иные претенденты не выдержали конкуренции со своими конкурентами.

Но вот чего мы точно не видели за последние сто лет, так это возникновения абсолютно новых союзообразующих центров, к которым естественно и автоматически (таков закон истории) примыкают соседние средние и малые государства, часто распадающиеся, так как разные их территории тяготеют к разным союзообразующим полюсам. Пока нигде таких новых стран – полюсов не возникло. Видимо, потому, что цивилизационные (они же – имперские) полюса мира сформировались веками назад. Разве что в Латинской Америке такой полюс возникнет, хотя многие считают, что Испания может (и отчасти желает) возродить свои имперские (но в новом формате) границы.

Но вот что точно можно сказать, что на территории Европы новых имперских центров нет и не просматривается. Ни Грузии, ни Украине таковыми не стать. Следовательно, историческая судьба их территорий – распределиться между давно уже существующими цивилизационными полюсами.

Обрадованный распадом СССР и фактическим исчезновением коммунистических партий в странах Запада, Фрэнсис Фукуяма объявил, чем и прославился, о конце истории. В том смысле, что коммунизма-социализма больше никогда не будет, а будет повсюду только одна либеральная демократия. Довольно скоро ему пришлось отказаться от своего вывода. По той простой причине, что Фукуямы приходят и уходят, а история продолжает развиваться.

В свете последних событий на Украине кажется, что Киев, Вашингтон и столицы многих государств-членов Евросоюза населены сотнями Фукуям, считающих, что если они громко и хором будут кричать, что история закончилась (для них – благостно, для других – так, как им, Фукуямам, пришлось по душе), то так тому и быть.

Нет, ребята Фукуямы, как не все фантомные боли восполнятся, так и не все миражи воплотятся в желаемую реальность.

Петух ведь тоже думает, что солнце всходит, потому что он кричит. А оказывается, что наоборот. Но петуху простительно этого не понимать. Петуху, но не людям. Даже если они политики.

2014 г.

Россия в новой геополитической реальности

Недавно английская Financial Times опубликовала статью, в которой утверждала, что в мире образовалась новая Большая семерка стран, обогнавших по ВВП, рассчитанному по паритету покупательной способности, страны привычной всем G-7 (США, Великобритания, Германия, Япония, Франция, Канада, Италия). В эту новую Большую семерку вошли Китай, Россия, Индия, Бразилия, Мексика, Индонезия и Турция. На данный момент страны, входящие в этот список, не объединены каким-то специфическим ни экономическим, ни тем более политическим механизмом. Между тем часть из них входит в уже достаточно хорошо известную пятерку БРИКС.

Альтернативное мировое правительство.

Итак, разговор пойдет именно о БРИКС, то есть об объединении первоначально четырех стран, а именно Бразилии, России, Индии и КНР, к которым позже присоединилась Южно-Африканская Республика. Первые политические контакты этих стран именно как стран данной группы начались в 2006 году. Но до настоящего года мало кто относился к политическим перспективам этой почти случайно оформившейся (просто наиболее динамично растущие так называемые развивающиеся экономики крупных стран) группы государств.

Между тем в 2014 году, как известно, «наши западные партнеры», как любит выражаться Владимир Путин, исключили Россию из Большой восьмерки и свернули политические контакты с Москвой до минимума. Более того, перешли к санкционной и пропагандистской войне против нашей страны. Получилось, что сама история, в том числе и руками Запада, подтолкнула Россию к тому, чтобы перейти к выстраиванию из аморфного объединения «быстро растущих экономик» политического союза, альтернативного G-7, то есть политическому союзу крупнейших западных стран, претендовавшему на роль мирового правительства.

А до того, как известно, осторожный Китай отверг и предложения дополнить собой Большую семерку, и образовать вместе с США G-2 – геополитический союз двух новых глобальных сверхдержав с соответствующим разделом мира на две сферы влияния. Кроме того, по мнению многих экспертов, если кого и можно назвать сегодня условным мировым правительством, то это уже не Большая семерка, а Большая двадцатка. У меня нет никакого сомнения, что в ближайшие годы перевод БРИКС в политический формат станет основной линией развития этого объединения. Во всяком случае, со стороны России.

Конечно, важны виды и других стран БРИКС на перспективы этой организации, особенно Китая, но, на мой взгляд, сработает тот же спусковой механизм: чем больше Запад и конкретно G-7 будут настаивать на продлении своего мирового лидерства (фактически – гегемонизма), тем большая политическая консолидация будет сплачивать страны БРИКС.

А что такое эти страны?

По объективным показателям это 25 % земной суши, 40 % населения мира, самые большие лесные пространства Земли (Россия и Бразилия), гигантские ресурсы пресной воды, которая скоро станет дороже нефти, значительная часть вообще всех сырьевых ресурсов мира. И по всем расчетам, к 2050 году (некоторые эксперты считают, что даже к 2030 году) по суммарному ВВП страны БРИКС превзойдут страны Большой семерки. Кроме того, страны БРИКС расположены на всех континентах планеты (кроме Австралии и, естественно, Антарктиды), чем не могут похвастаться страны Большой семерки, кстати, вообще отсутствующие в южном полушарии, где находятся две из пяти стран БРИКС. Своей береговой линией страны БРИКС выходят во все океаны, а страны G-7 только в Атлантику, Тихий и Северный Ледовитый.

Из пяти стран БРИКС три (Россия, Китай и Индия) имеют собственные масштабные космические программы и соответствующую развитую инфраструктуру, включая космодромы. А среди стран Большой семерки таких, по сути, лишь две (США и Франция). Ядерный паритет по странам равен: в G-7 это США, Великобритания и Франция; в БРИКС – как минимум, Россия, Китай и Индия. По численности и мощи вооруженных сил страны БРИКС, строго говоря, мало чем уступают государствам Большой семерки, а во многом и превосходят их. Наконец, если страны G-7 представляют фактически одну из земных цивилизаций (если в данном случае вынести за скобки Японию), то государства БРИКС – как минимум четыре. То есть уже сегодня мировое цивилизационное представительство в БРИКС существенно масштабнее, чем в G-7. И в этом смысле БРИКС глобальнее.

Да, у Большой семерки существуют два подчиненных ей и отсутствующие (пока?) у БРИКС механизма – военно-политический (НАТО плюс военные базы США в Японии) и политико-экономический (Евросоюз). Но кого сегодня пугает собственно НАТО (без США)? Да и Евросоюз в истории с Украиной показал свое «политическое ничтожество» и полную политическую подчиненность Вашингтону, а экономически он скорее дряхлеет, чем молодеет, и скорее раздувается, чем развивается.

Большая семерка, и до того эзотерическая, вообще потеряла тенденцию к росту (Китай к ней не присоединился, Россию исключили) и фактически превратилась в секту. А БРИКС, несмотря на свою молодость, не только уже вырос за счет Южной Африки, но и планирует дальнейшее расширение. Эксперты указывают на возможность вхождения в БРИКС Египта, Ирана, Индонезии. Если это случится, то БРИКС де-факто станет самым мощным геополитическим союзом. Уже по всем показателям.

А что будет, если БРИКС однажды прямо провозгласит создание собственной политической или военной организации? Что этому, кроме возмущения, смогут противопоставить США?

А в перспективе (может, даже более близкой) возможен и валютный союз БРИКС, альтернативный и доллару, и евро. Такие проекты уже прорабатываются.

Большая двадцатка – слишком большая, чтобы внутри нее можно было принимать согласованные решения. К тому же в ней объединены и G-7, и БРИКС, интересы которых, как мы видим, все больше и больше расходятся. А поведение Запада хорошо известно: ни на какие компромиссы, лишающие его глобального доминирования, он не пойдет. Но объективные тенденции таковы, что доминирование-то это истончается и истощается. А альтернативный центр экономического, политического и военного влияния вырисовывается пока только один. И это как раз БРИКС. Понятно, что государства БРИКС будут идти к поставленной цели (а некоторыми участниками этой организации она точно поставлена) очень осторожно. Собственно, им торопиться некуда. Достаточно ждать, как Запад сделает еще одну ошибку, и еще одну, и еще… Ну и наблюдать, как меняется этнический состав Евросоюза.

Наконец, последнее. Уже прорисовывается идеологическая платформа БРИКС, которая представляется более привлекательной для большинства стран мира, чем надоевший всем гегемонизм Запада и конкретно США, сопровождающийся насильственным насаждением «демократии» повсюду. При любых формулировках очевидно, что эта платформа (новая идеология для мира) будет включать:

1) уважение и сохранение цивилизационного разнообразия мира (включая политическое разнообразие);

2) безусловное невмешательство во внутренние дела друг друга и всех остальных;

3) социальная и экономическая справедливость в масштабах не одной страны, а всего мира.

Более того, ни одна из стран БРИКС, включая Китай и Россию, не будет претендовать на ту роль гегемона и даже диктатора, которую фактически играют США в G-7 (и в НАТО, и Евросоюзе).

Что сможет противопоставить этому G-7 через 10–20 лет? Все те же филантропические программы для «развивающихся и беднейших стран» и кредиты МВФ, всегда связанные с политическими условиями?

У меня нет сомнения, что целенаправленно или невольно БРИКС вырастает в альтернативу G-7, причем с 2014 года этот процесс резко ускорился. И бесспорно, Россия будет (даже вынужденно) играть в этом процессе роль одного из движителей. Тем более что это, на мой взгляд, отныне прямо отвечает ее стратегическим национальным интересам. Но для России тут возникает один принципиальный вопрос: означает ли описанный сценарий, что Россия окончательно выходит из мира «цивилизованных стран», окончательно поворачивается спиной к Европе и отказывается от так называемых «европейских ценностей»? А если нет, то как можно соединить одно с другим: углубление в БРИКС с сохранением европейскости?

У меня есть ответ на этот вопрос. Кстати, я его уже давал в своих публикациях десятилетней давности (да и позже об этом писал), посему сейчас изложу его кратко.

Россия и судьба европейской (евроатлантической) цивилизации.

Прежде всего должно признать, что именно так называемая Европа (ну и США, естественно) сделали все, чтобы мечта об общеевропейском доме, о Европе от Лиссабона до Владивостока или даже от Ванкувера до Владивостока, превратилась в химеру. Теперь, кажется, даже идиотам должно стать ясно: не подчиненной Вашингтону или Брюсселю России, суверенной и независимой России, самостоятельно мыслящей России до тех пор, пока будет существовать НАТО – Евросоюз, в европейскости будет отказано.

Между тем стоит взглянуть на европейскую, по сути – христианскую, цивилизацию не только из Лондона, Парижа, Берлина или Вашингтона. А объективно. И тогда мы обнаружим, что до открытия Америки и возникновения США Европа (европейская цивилизация) состояла из двух субцивилизаций – западноевропейской и восточноевропейской. Их внутриевропейская конкуренция (иногда переходящая в войны) и была главным движителем европейского развития и главным механизмом, обеспечивающим лидерство Европы в мире.

Если не забираться совсем уж в глубины истории, то государственными формами этой двухцентричности были Священная Римская империя (ныне Евросоюз) и Российская империя (затем Советский Союз, а ныне – Российская Федерация со своими явными и латентными союзниками, а именно Беларусью, Казахстаном, Арменией, Киргизией, Сербией, Абхазией, Южной Осетией, Приднестровьем, Новороссией, Гагаузией и пр.).

Начиная с ХIХ века, но уже определенно в ХХ веке, внутри европейской цивилизации (ставшей евроатлантической) образовался третий, самый молодой, субцивилизационный центр – США (вместе с Канадой).

Главное геополитическое и идеологическое противостояние ХХ века – между двумя глобальными сверхдержавами СССР (по сути – Евросоюзом № 1 на европейском континенте) и США (колонией, перехватившей у Британской империи роль метрополии, и в этом качестве – ставшей европейским государством) затушевало уже сложившуюся к тому времени трехполюсность Европы (евроатлантической цивилизации). А после распада СССР «европейцы» (западноевропейцы) решили, что теперь только они одни и есть Европа. В этом, естественно, проявляется свойственный европейцам (но не русской их части) европоцентризм, а проще говоря – европейская фанаберия, которая предписывает всем считать, что история мира есть история Европы, что европейцы – самые умные, прогрессивные и цивилизованные. Правда, почему-то европейская фанаберия пасует перед американской фанаберией, но это уже детали…

Итак, справедливой политической организацией европейской цивилизации была бы следующая конструкция.

Евроатлантический союз, включающий в себя три равных партнера: Евросоюз, Россию (Российский союз) и Североамериканский союз (США и Канада).

Евроатлантический парламент, с равным представительством депутатов от Евросоюза, Российского союза и Североамериканского союза.

НАТО, естественно, должна быть распущена, а все американские военные базы выведены с территории Европы. Совокупной ракетно-ядерной мощи США и России (плюс Великобритания и Франция) вполне достаточно для защиты европейской цивилизации от любых внешних угроз.

Евроатлантическое протоправительство создается из равного числа представителей всех трех союзов, а главой этого протоправительства назначается на срок в два года сначала представитель Евросоюза (старейшая часть европейской цивилизации), затем Российского союза (вторая по древности часть европейской цивилизации), потом Североамериканского союза (самая молодая часть).

Евроатлантический союз прежде всего декларирует политику невмешательства в дела любых государств и за пределами этого союза. Его цивилизационная и политическая программа – тема отдельной статьи.

Только так можно спасти евроатлантическую цивилизацию в целом. Если этого не произойдет, то расколотая на три части, она рано или поздно погибнет. Сначала, разумеется, «старая добрая Европа» (Западная и Центральная Европа). США пока будут скрываться за своими океанскими рубежами. Россия спасется (укрыв у себя часть населения, сбежавшего к нам «из Европы»). Спасется, в частности, и потому, что у нее есть альтернатива в виде БРИКС.

Одно время я думал, что реализацию этого плана сподручней начинать с создания «единой Европы», то есть паритетного объединения (по той же схеме) Евросоюза и Российского союза. Но события последнего десятилетия показывают, что Евросоюз не имеет собственной политической воли, в том числе и в деле сохранения родных ему европейских (христианских) ценностей, и без разрешения США ни на что подобное не решится. А США такого разрешения не даст. Возможно, коллизии, кризисы и катастрофы ближайшего десятилетия – двух эту политическую волю (фактически – инстинкт выживания) в нем пробудят. Пока этого не видно, но посмотрим.

Я не вижу проблемы в параллельном участии России и в описанном мною Евроатлантическом союзе, и в системе БРИКС. А обсуждать формы такого параллельного участия прежде, чем Евросоюз не поймет, что он один не есть Европа и что первым падет он, преждевременно.

Географически США – не Европа. Россия географически тоже не только Европа, а потому ей есть куда развернуться, отгородившись от грядущей европейской катастрофы. А вот Евросоюзу деться некуда. И отвернувшись от России, он останется один на один со всеми остальными, в том числе и имеющими много претензий к нему цивилизациями и народами. И об этом тоже нужно помнить… Прежде всего, самим «европейцам». Ну и нам, России, ибо, если дела пойдут так, как сейчас и дальше, нам еще предстоит решать: будем ли мы спасать гибнущую спесивую Европу или, вспомнив все старые и новые обиды, плюнем на нее, как на сумму стран и территорий, оставив, естественно, за собой все растранжиренные и преданные ею европейские ценности.

2014 г.

Внешние вызовы национальной безопасности России

Когда говорят о внешних вызовах и угрозах, практически всегда приводят один и тот же набор: международный терроризм, распространение ядерного оружия, региональные войны – и так вплоть до глобального потепления.

Я же хочу назвать те вызовы национальной безопасности России (кстати, и не только ее национальной безопасности), о которых либо говорят редко, либо вообще не говорят.

Первым таким вызовом, на мой взгляд, являются национальные интересы США.

Можно долго спорить, правильно ли мы понимаем эти интересы, так ли, как нам хотелось бы, толкует их правящий класс США, но все эти дискуссии, в общем-то, бесполезны. Ибо ясно, что пока никто не может заставить американскую элиту трактовать национальные интересы США иначе, чем она это делает. А, следовательно, и действовать соответствующим образом.

Но мы должны осознать, что национальные интересы США (мировой гегемонизм во всех его проявлениях и пр.) являются прямой угрозой национальным интересам России (как и большинству других стран мира, что создает объективные и субъективные предпосылки для расширения круга реальных союзников нашей страны). Я бы, кстати, не постеснялся сформулировать эту угрозу на официальном уровне и даже более того – вынести эту формулировку для обсуждения на международных трибунах. Но в любом случае – внешняя политика России должна прямо и определенно исходить из этого понимания.

Кстати, сегодня практически все уже признают, что рост международного терроризма (вплоть до возникновения ИГИЛ) является прямым следствием политики США, вознамерившихся (согласно своим национальным интересам) установить «демократические режимы» в целом ряде стран Востока и Юга.

Второй вызов – умножение субъектов мировой политики (стран).

Этот вызов кажется менее очевидным, хотя простая логика и здравый смысл подсказывают, что он существует.

В середине ХХ века в мире было несколько более полусотни государств, а теперь их больше двух сотен.

Если применительно к 50 государствам такой большой стране, как Россия, можно было вести «персонально» выверенную политику, то говорить об этом в условиях, когда государств больше двухсот, не приходится по определению.

Более того, наличие столь значительного числа государств, во-первых, обессмысливает и так-то по большому счету лишь внешний демократизм ООН, а во-вторых, неизбежно приводит к возникновению иерархии главных субъектов международной политики, то есть так называемых независимых государств.

В советский период уже были выстроены две главных глобальных иерархии: американская и советская, которые более или менее уравновешивали друг друга. И собственно глобальная политика определялась скоординированными из Вашингтона и Москвы действиями этих двух иерархических систем.

Между прочим, уже тогда возникла и альтернативная этим двум иерархиям более демократическая (но и более аморфная) межгосударственная структура – Движение неприсоединившихся государств, во главе которого стояли Индия, Югославия и Швеция. Показательно, что именно Советский Союз поддерживал это движение, что объективно свидетельствовало о потенциальном и реальном стремлении Москвы приветствовать разнообразие мира и демократизировать международную политику. Вашингтон же все возраставшие в 70 – 80-е годы активность и авторитет этого движения раздражали. США опасались, что в конечном итоге это движение станет политическим союзником СССР. Убийство в 1984 году премьер-министра Индии Индиры Ганди, а затем еще более загадочное убийство в начале 1986-го шведского премьер-министра Улофа Пальме, двух персональных лидеров этого движения (глава Югославии Иосип Броз Тито умер в 1980 году), многие считают следствием этой тенденции, каковая со смертью Пальме фактически и пресеклась.

С тех пор никого Движения неприсоединения нет. Есть единственная глобальная иерархия, выстроенная США (сюзереном) из находящихся в той или иной вассальной зависимости от Вашингтона более чем сотни государств, а также две более слабые и менее многочисленные, но все больше и больше тяготеющие к союзничеству иерархии государств во главе с Россией и Китаем.

Ясно, что это довольно нестабильная система, каковой она и будет оставаться до укрепления новой альтернативной США иерархии во главе с Россией и Китаем (например, через БРИКС) и, соответственно, до ослабления вассалитетов внутри вашингтонской иерархии.

Третий вызов национальной безопасности России непосредственно связан со вторым – это постепенное, но довольно стремительное обветшание и разрушение Ялтинско-Потсдамской системы мироустройства во главе с ООН.

Понятно, что Россия, участвовавшая (под именем СССР) в создании этой системы и обладающая внутри нее соответствующими привилегиями, не заинтересована в одномоментном разрушении ООН и всех выстроенных под ее эгидой организаций и соответствующего пакета международных пактов и договоров. Однако не замечать, что ныне эта система либо работает по американским сценарным разработкам, либо просто пробуксовывает, невозможно.

Если совместными усилиями России и Китая невозможно восстановить баланс сил в системе ООН, то нужно думать о создании альтернативной глобальной системы, проект которой моментально должен быть представлен мировому сообществу в тот момент, когда Ялтинско-Потсдамская система в силу какого-то кризиса просто развалится, а ООН окончательно превратится в «демократические декорации» глобальной американской иерархии.

Если по каким-то причинам Пекин об этом до сих пор не задумывается, то российская дипломатия обязана не только разрабатывать такой проект, но и постепенно путем конфиденциальных переговоров готовиться к его стремительной (в случае нужды) или плановой реализации.

О четвертом вызове национальной безопасности России временами довольно много говорят, но пока не видно, чтобы что-то серьезное в качестве ответа на этот вызов делалось.

Речь о наличии все возрастающего числа неклассических субъектов международной политики (то есть не государств): от давно и хорошо всем известных транснациональных корпорация (ТНК), большинство из которых по-прежнему находятся под юрисдикцией англосаксов и действуют в интересах США и Запада вообще, до многочисленных так называемых неправительственных (некоммерческих) организаций, действующих в международных масштабах. Сюда же бы я отнес и такие все более и более активно действующие субъекты глобальной политики, как громадные IT-корпорации, работающие в системе Интернета (да и сам Интернет), и, например, очень компактные, но и очень агрессивные частные военные компании.

Думаю, считанными процентами мы может обозначить присутствие России на этом рынке глобальной политики. А ведь именно он компенсирует увядающую мощь США как мирового гегемона.

Наконец, пятый вызов национальной безопасности России есть прямое следствие нашего поражения в холодной войне и возникших в этой связи в руководстве страны, в ее правящем классе, а отчасти и в обществе в целом комплексов.

Я имею в виду нашу идейную, а если хотите, то и идеологическую пассивность и, я бы даже сказал, стеснительность. Этот вызов можно считать и внутренним, хотя так или иначе относится он именно к внешней политике. Понимая, что параллель, которую я приведу, слишком рискованна и может быть (и обязательно будет) истолкована превратно, все-таки приведу ее.

России нужен официально и публично продекларированный глобальный идеологический (лучше бы сказать – цивилизационный) проект и соответствующие альтернативные всем ныне существующим глобальные (региональные уж точно) сетевые структуры типа Коминтерна или того, что в 70—80-е годы ХХ века называлось «международным рабочим движением» и «международным коммунистическим движением».

И даже не потому, что США и Евросоюз после распада СССР свои соответствующие сетевые структуры не ликвидировали, а расширили и модернизировали (кстати, и с использованием «модели Коминтерна»). А потому, что претензии на лидерство в мире (пусть и равновеликое другим лидерство в многополярном мире) беспочвенны без соответствующих действий, организаций и заранее идейно ангажированных и желательно даже рекрутированных сторонников и готовых к действию, как сейчас выражаются, «активистов».

2015 г.

Кто сопротивляется? Только Россия…

Недавно я участвовал в состоявшейся в Крыму международной научной конференции «Ялта 1945: прошлое, настоящее, будущее». Конкретное место проведения конференции – Ливадийский дворец, в котором в феврале 1945 года Большая тройка (Сталин, Черчилль и Рузвельт) определяли как архитектуру будущего мироустройства, так и, между прочим, систему гарантий (в том числе и географических) безопасности стран, внесших наибольший вклад в разгром нацистской Германии. И понятно, что максимальные гарантии в этом смысле, что прекрасно понимали Черчилль и Рузвельт, должен был получить Советский Союз. Между прочим, Черчилль предлагал Сталину даже включение в СССР территорий нескольких балканских и восточноевропейских стран (из числа бывших союзников Гитлера), от чего Сталин отказался, правда, оставив эти страны в зоне советского влияния.

Это я к тому, что непосредственные участники Второй мировой войны, причем в лице своих высших руководителей, прекрасно понимали, кто начал войну и кто внес решающий вклад в победу над гитлеровским нацизмом как агрессором и вооруженной силой.

То, что вскоре после 1945 года союзнические отношения между великими державами, образовавшими антигитлеровскую коалицию, переросли в конфронтацию, вопрос отдельный. А вот то, что ныне то украинский премьер-министр, то польский министр позволяют себе ставить под сомнение то, что было очевидно Рузвельту и Черчиллю, а именно: роль Советского Союза, то есть России (на Западе и в советские времена нашу страну чаще именовали Россией, чем СССР), во Второй мировой войне, – вопрос, прямо относящийся к трактовке конкретных исторических событий.

Выступая на конференции, я попытался объяснить некоторые причины того, почему сегодня схетыны и яценюки осмеливаются делать свои провокационные высказывания и не несут за это никакой ответственности, а также почему слишком многие, причем не только на Западе, но и в самой России, пытаются замолчать, исказить или опошлить и роль России во Второй мировой войне, и то, что мы абсолютно справедливо называем Великой Отечественной войной.

Прежде всего, я поставил под сомнение состоятельность истории как науки. Формула, согласно которой история не имеет сослагательного наклонения, может быть, и правильна применительно к тому, что уже случилось, но уж точно не к описанию истории, то есть к собственно науке. И в этой истории определенные трактовки сначала возникают в сослагательном наклонении, которое затем может превратиться в изъявительное, а затем уже стремительно стать повелительным – когда эти трактовки прозвучат уже из уст тех, кто ныне занимает кабинеты, в которых когда-то работали Черчилль и Рузвельт. Вот чем вдохновляются схетыны и яценюки, зная, что всегда найдутся историки, которые облачат их бред в научные одежды. И политики следующих поколений будут ссылаться уже на эти «труды».

А для общества в целом (давайте, наконец, признаем это открыто) историю пишут вообще не историки, а средства массовой информации и кинематограф, прежде всего – Голливуд. Ориентируясь не на науку, а как раз на политику.

Если бы это накладывалось на основательность исторического знания, даваемого системой образования молодежи, беда была бы не столь велика. Но ведь мы в России и здесь умудрились сдать почти все наши исторические позиции.

И еще одно мы должны признать и осознать. Наши отечественные, то есть российские, историки сдали свою родную (нашу) историю. Некоторые даже предполагают, что продали – за гранты, поездки и прочую мишуру. Мне в общем-то все равно, – за деньги, по внутренней убежденности, по причине болезненных фантазий или в эйфории открывшейся научной свободы наши историки (в целом, хотя исключения, конечно, были) капитулировали перед западными трактовками нашей собственной истории, в том числе и истории Великой Отечественной войны. Но считать таких историков учеными я не могу.

Кстати, о научной свободе. Что радикально нового об отечественной или мировой истории нам рассказали с 1985 года, с момента наступления этой самой свободы? Даже на уровне фактов я не могу припомнить ничего существенного, что не знал бы образованный советский человек 60—70-х годов прошлого века, о чем бы мы в свое время не спорили, что бы ни рассматривали, сравнивая западные и советские трактовки. И в конечном итоге все новое свелось как раз к замене советских исторических идеологем на западные.

Не могу я понять и опять же с Запада пришедшую к нашим историкам веру в то, что можно сочинить какие-то совместные учебники, в которых будет для школьников, например, России и Польши, «объективно» изложена история. А на написание таких совместных «трудов и учебников» были брошены немалые академические силы. Ведь и с все больше и больше впадавшими в идолопоклонство Бандере украинскими историками такие совместные учебники пытались создать. Надеюсь, сейчас прекратили.

Нельзя не видеть, что каждая обретшая независимость территория (например, бывшие колонии европейских держав) начинает писать «свою историю» фактически с чистого листа, замещая отсутствующие факты идеологическими и политическими фантазиями. И авторы таких трудов тоже признаются историками. Все это видят. Все это знают. Кроме самих историков.

То, что история, видимо, оставаясь наукой, является еще и политикой, очевидно. А потому и «борьба за историю», в нашем случае – наша борьба за нашу историю, в которой мы в последние годы терпели поражение не только из-за того, что слишком объективные западные историки почему-то слишком в свою пользу трактуют историю мира, но и потому, что мы сами, повторюсь, кинули знамя нашей Победы к их кафедрам и ногам.

Завершил я свое выступление вот чем. Не будучи историком, сказал я, знаю, что Россия умеет одерживать победы, но не умеет выжимать максимум материальной выгоды из своих побед. И еще я знаю, что раз за разом Запад, да и многие не западные страны оказываются отвратительно неблагодарными по отношению к России даже тогда, когда она прямо спасала их ценою жизней своих солдат. Посему если какой-нибудь современный Гитлер захватит Польшу, я буду категорически против того, чтобы Россия ее спасала. Пусть гибнет…

В перерыве ко мне подошел один из польских участников конференции и сказал, что народ Польши относится к России не так, как нынешние руководители этой страны. Я ответил: знаю. Но меня уже не интересует это различие. Раз вы выбрали таких руководителей, то и сражайтесь вместе с ними за вашу землю. А Россия, надеюсь, больше никогда этого делать не будет.

2015 г.

Киев плюс Запад: ловушка для России

Украина стремительно теряет свою «незалежность»

С 1991 года Украиной управляли три главных политических субъекта: пассионарные западенцы, постепенно набиравший силу местный олигархат и США (через свое посольство в Киеве и частично через Евросоюз и конкретно Польшу).

Над всем этим был возведен театр украинской многопартийной демократии, так нравящийся в России болотным активистам и музыкальным политическим мыслителям.

Отмечу, что в этом треугольнике власти все-таки присутствовала украинская (со всеми уточнениями) составляющая. Даже две.

Теперь Украиной управляют непосредственно США (позволяя Евросоюзу решать ряд стратегически непринципиальных тактических и оперативных вопросов).

В их подчинении находятся местный олигархат и сменившие пассионарных западенцев суперпассионарные бандеровцы (радикальные националисты).

Демократический театр остался тем же, только из него изгоняют и скоро изгонят полностью представителей юго-восточных регионов.

Таким образом, очевидно, что незалежность испарилась полностью. Украинский олигархат в надежде сохранить свои состояния из квазинационального субъекта политики превратился в ненациональный.

Надо отдать должное суперпассионарным бандеровцам. В этом раскладе они одни пытаются представлять (от имени якобы всей Украины, но, конечно, без русских) национальные интересы Украины так, как их понимают они сами (все-таки украинцы), а не олигархат или США.

То есть крохотный остаток украинской незалежности охраняют (в том числе и с оружием в руках) только они – суперпассионарные бандеровцы. И рано или поздно именно они восстанут против политической (уже состоявшейся) и экономической (грядущая перспектива) оккупации Украины США и Евросоюзом (в дозволенных ему Вашингтоном пределах).

«КП». 2014 г.

Об Украине, России и Армении

(ответы на вопросы армянской газеты «168 Жам»)

Со мной связался корреспондент армянской газеты «168 Жам» Арам Саргсян. Он попросил ответить на вопросы его газеты – в связи с событиями на Украине, но в свете проблем, интересующих Армению. Я согласился.

Г-н Саргсян прислал пять вопросов, в каждом из которых содержалось еще по пять подвопросов. Я ответил. Правда, мой ответ на последний вопрос (в котором была ссылка на еще одно мое недавнее интервью – другой ереванской газете) создал какую-то проблему – но об этом ниже.

Несмотря на свое обещание сообщить мне о выходе интервью, г-н Саргсян этого не сделал. Как, между прочим, и корреспондентка, которая взяла у меня предшествующее интервью. Какая-то в этом смысле странная необязательность царит в Ереване.

Я выждал неделю и теперь считаю себя вправе опубликовать свои ответы (содержание вопросов будет из этих ответов ясно) – вне зависимости от того, опубликовала их газета «168 Жам» или нет).

Арам! Посылаю свои ответы. У вас вообще-то не пять вопросов, а двадцать пять. Но я изложил самое существенное, что, на мой взгляд, можно и нужно было сказать в ответ на ваши вопросы. Прошу публиковать мои ответы без изменений и сокращений.

1. Ответ на первый вопрос соединю с вашими же вопросами по поводу Нагорного Карабаха. Крым для России практически то же, что Нагорный Карабах для Армении, хотя истории тут совсем разные. Но символически – абсолютно то же самое. И, кстати, для большинства жителей то же самое. Так что вопрос о воссоединении Крыма с Россией всегда стоял в повестке дня. Сейчас просто созрели условия. В значительной степени – из-за безумной националистической политики украинских властей. И предыдущих, а уж нынешних – в особенности.

Путин шаг за шагом исправляет многие ошибки Ельцина. Теперь пришла очередь исправления этой.

Если бы все международные договоренности всегда соблюдались, в том числе и невыгодные определенным странам, но заключенные в момент их слабости, история бы остановилась.

2. Холодная война – особая страница в мировой истории ХХ века. И более она не повторится. Ухудшение отношений между Россией и США – да, это уже есть. Так они хорошими после 1945 года никогда и не были. То же и с Западной Европой. Переживем.

Главная вина в нынешнем кризисе – политика властей Украины, которые после 1991 года упорно игнорировали то, что половина населения этой страны – русские. И на абсолютную власть украинских националистов русские на Украине никогда не согласятся. Правящая элита Украины сама взорвала страну. А ведь история дала Украине шанс стать самостоятельным государством в границах УССР внутри Советского Союза. С двумя третями русских земель. Сами этот шанс упустили. По алчности и националистической злобе.

3. Легитимно в современном мире (как, впрочем, и всегда) то, что диктуется балансом сил основных игроков мировой политики. Международное право запутано и противоречиво. При желании юридически можно обосновать все. И не США рассуждать о каком-то международном праве – они его постоянно нарушают.

4. Этнические русские на Украине, как мы видим сейчас, находятся под постоянной угрозой физического насилия и насильственного лишения своей национальной идентичности. Понимаю, что для вас вопрос Нагорного Карабаха эксклюзивен. Но не нужно думать, что нигде в иных точках Земли не происходит что-то подобное.

Никто не может переплюнуть Запад в проведении политики двойных стандартов. Так что небольшие хитрости Путина на этом фоне можно характеризовать как просто умелую дипломатию.

5. Я всегда выражаю свою личную точку зрения. Я не являюсь официальным лицом. Я отвечал на конкретный вопрос: кому больше выгодно присоединение Армении к Таможенному союзу – Армении или России. Вот я и ответил, что Армении (в том числе и в свете карабахской проблемы). А решать, сказал я, вам, армянам. Какая здесь угроза? С чьей стороны? С моей? А чем я могу угрожать Армении даже теоретически? Кроме того, поинтересуйтесь у московских армян и у многих армян в Ереване – в том числе в руководящих и интеллектуальных кругах, кем они считают Третьякова – другом или врагом Армении? Думаю, на сто опрошенных вы получите сто ответов: другом. Так что самый последний ваш вопрос оставляю на совести неглубоких интерпретаторов чужих слов.

Последний мой ответ вызвал какое-то недовольство Арама Саргсяна (или редакции газеты). И вот что мне написал г-н Саргсян:

«Хорошо, только ответьте на последнее примечание: никто не говорил, что кто-то может вас считать врагом, речь идет о следующем: когда в публичном слове говорят – «Вы хотите окончательно потерять Карабах?», это воспринимается как – «или вы с нами (с Россией, с ТС) и вы сохраняйте Карабах, или вы с другими (естественно, с Западом) и без Карабаха, решайте!». Вы не согласны, что ваше заявление может иметь такую интерпретацию?».

На это я ответил так:

«Нет, не согласен. Я говорю о ключевой для Армении проблеме. Не я же ее придумал – она существует. И говорю: ваше дело (Армении), вступать или не вступать в ТС. Это вы взвешиваете за и против. Посему я и предлагаю взвесить вопрос о вступлении (либо невступлении) в ТС или в любую другую организацию (например, ЕС, НАТО) в свете вашей главной политической проблемы. Не хотите – не учитывайте этот фактор. Решайте на основе чисто экономических расчетов».

2014 г.

Как им обустроить Украину

Главный вопрос сегодняшней Украины – не отражение мифического вооруженного вторжения России, а задача своего выживания как независимой страны и дееспособного государства.

Уже потеряв из-за своего националистического головотяпства часть по иронии истории доставшейся ей русской территории, Украина рискует потерять и многое другое. Причем не надо думать, что это относится только к юго-восточным областям этой страны, но и к самым западным – к Закарпатью, к Львову.

Спасти Украину еще можно. Об этом прямо сказал в своем выступлении 18 марта 2014 года Владимир Путин. Он изложил ряд очевидных условий этого. Но не стал навязывать Киеву конкретных политических схем. Видимо, в надежде на то, что здравомыслие, наконец-то, возьмет верх над шовинистическим угаром.

А в чем заключается в данном случае здравомыслие? То есть, как нужно обустроить Украину, чтобы она стала дееспособным государством в своих нынешних границах?

Прежде всего, украинцам нужно признать две главных реальности. Первая: современная Украина является страной, в которой, помимо национальных меньшинств, есть два государствообразующих народа – украинцы и русские. Вторая: и украинцы, и русские, являющиеся гражданами Украины, живут на своих землях. Русские, напоминаю тем, кто делает вид, что забыл историю, – на землях Новороссии, что совсем не то же, что Малороссия.

И еще одно: если русское население Украины в цивилизационно-религиозном отношении едино, то как раз украинское-то разделено, как минимум, на четыре части, относящихся к православным Московского патриархата, к православным Киевского патриархата, к униатам (греко-католикам) и к просто католикам. Впрочем, это отдельная проблема, в которой надо бы разобраться самим украинцам.

Сообразно главной специфике и оригинальности современной Украины (два государствообразующих народа, причем каждый со своими землями) эта страна должна называться так: Украино-Русская Демократическая Республика (УРДР).

И если на общенациональных выборах президента этой республики побеждает украинец, то главой правительства должен стать русский. А если президентом станет русский, то главой правительства – украинец. А председателем парламента – представитель какой-то третьей национальности (венгров, поляков, румын, русинов).

Парламент УРДР должен стать двухпалатным: вторая палата – палата земель (областей). С равным представительством от всех областей – вне зависимости от числа их жителей.

И ключевые посты в исполнительной и судебной власти должны быть разделены сообразно реальному национальному составу республики. Например, глава МИД – украинец, глава Министерства обороны – русский; глава МВД – русский, генеральный прокурор – украинец; председатели Конституционного суда и Центральной избирательной комиссии – представители других народов.

И федерализация, о которой уже немало сказано и до меня. И, естественно, два полностью равноправных государственных языка – украинский и русский.

Наконец, столь желанная многим люстрация. Коль так многие на Украине ее жаждут, она должна быть проведена. Но не только для бывших чиновников времен Кравчука, Кучмы, Ющенко и Януковича, но и для боевиков и организаторов майдана.

Ранее никогда не существовавшее государство (Украина или любое иное) может сохраниться и быть независимым от внешних сил только в том случае, если оно строится на основе его реального национального и земельного состава. Неестественное доминирование одной национальности рано или поздно взорвет искусственно сложенную страну. Первый эксцесс чего Украина только что испытала. Неужели радетели целостности Украины хотят длить дальше свой неудачный эксперимент?

2014 г.

Что будет, если Украина введет визовый режим с Россией

1) Миллионы украинцев (а с семьями – до десятка миллионов) не смогут зарабатывать деньги в России. То есть у них исчезнут средства для существования;

2) Евросоюз на содержание 40 миллионов граждан Украины не возьмет, тем более что все революционеры-бандеровцы работать не умеют и не желают;

3) Если Евросоюз не откроет свои границы для граждан Украины, то экономический коллапс случится не осенью, а уже к концу весны;

4) Если Евросоюз откроет свои границы для граждан Украины, в ЕС хлынут несколько миллионов человек – в надежде на заработки. А в ЕС во всех странах безработица.

5) Население Украины сразу уменьшится;

6) Не будучи принята в ЕС (соглашение об ассоциации – это не членство), Украина окажется изолированной и на постсоветском пространстве. Конечно, можно образовать союз Грузии, Украины, Литвы, Эстонии и Латвии – так сказать, Малую пятерку. Но вряд ли Грузия и три прибалтийских страны смогут прокормить Украину. И вряд ли захотят;

7) Вашингтон и Брюссель не могут заниматься Украиной бесконечно. И так уже все свои дела, включая внутренние, побросали на месяц. Неужели Киев думает, что весь 2014 год Обама, Меркель, Олланд и Кэмерон будут раз в неделю встречаться с Яценюком и решать проблемы других многочисленных украинских и.о.? Вот вам 2–3 миллиарда евро в зубы – и действуйте сами. А на 2–3 миллиарда можно только национальную гвардию содержать, да и то летом – когда ягоды, фрукты и овощи на огородах появятся;

8) можно срочно вступить в НАТО. Но НАТО не экономическая организация – кормить украинцев она не будет. Экономических проблем присутствие баз НАТО не решит. Натовцы будут питаться в своих казармах своим харчем, а кормить щами и кашей украинцев, как советские солдаты кормили население Восточной Германии после разгрома Гитлера, они не станут.

2014 г.

Украинская арифметика

Когда украинские власти (неважно – при Кравчуке, Кучме, Ющенко, Януковиче или при нынешних и.о.) говорят России: вы нам дайте кредит, а мы из него заплатим долг за газ, то это не только черта национального характера.

Это еще и глубокое убеждение украинского политикума, возникшее еще в 1991 году, что 1) Россию можно и нужно обманывать; 2) Россия обязана снабжать Украину газом бесплатно, а раз совсем бесплатно не принято, то тогда нужно оплачивать русский газ русскими же деньгами (часть из которых еще и воровать).

Из этого порочного круга нет выхода. Киевские власти психологически и психиатрически нацелены на то, чтобы ближайшие 100, 200, 1000 лет доить Россию по линии газа, так как газопровод проходит по территории Украины.

Следовательно, прервать это можно только одним способом – вообще перестать транспортировать газ через Украину.

Как и когда это можно сделать технически – вопрос к соответствующим специалистам. Но то, что независимая Украина никогда за свои деньги газ у России покупать не будет, это константа.

2014 г.

Цели Киева

Цели Киева (переброска спецназа, боевиков Правого сектора, наемников и боевой техники) на Юго-Востоке ясны:

1. Подавить восставших под гнетом киевских властей жителей Юго-Запада.

2. Одновременно спровоцировать Россию на ввод на территорию Украины воинских подразделений для защиты жителей Юго-Востока.

3. Объявить это агрессией и обратиться к НАТО с просьбой ввести войска на Украину.

4. Провести под прикрытием НАТО президентские выборы, которые НАТО, ЕС и Вашингтон тут же признают.

5. Желательно добиться прямого военного контакта военных НАТО и России.

Спровоцировать долговременный политический конфликт между Россией и НАТО.

6. Под этим соусом моментально получить от Вашингтона и Брюсселя 10–15 миллиардов долларов для предотвращения банкротства страны и режима.

7. Киев желал бы, чтобы на Украине высадились американцы. Во-первых, для того, чтобы столкнуть Россию и США лбами непосредственно.

Во-вторых, чтобы уговорить США «освободить Крым».

Все это позволит Порошенко-Тимошенко-Турчинову-Яценюку просидеть на натовско-американских штыках несколько лет.

Чего не учитывает Киев?

1. США не пойдут на прямое военное противостояние с Россией. Даже на территории Украины.

2. Единственные боеспособные европейские войска НАТО – немецкие. Но вступление немецких войск на территорию Украины будет означать непосредственное возвращение европейской истории к 22 июня 1941 года. Половина Европы, половина Украины и вся Россия прямо поставят знак равенства между войсками Гитлера и бундесвером. Ангела Меркель моментально из христианской демократки превратится в… Если она хочет убить себя как политика, то только в этом случае согласится на ввод немецких войск на территорию Украины, где половина жителей – русские.

Остальные натовские военные силы недееспособны.

Французы на Украину не сунутся. Бриты? Думаю, нет, даже если Вашингтон будет на них давить.

Но Путин тем не менее дает Вашингтону, Брюсселю и Берлину шанс одуматься. Киеву бесполезно, так как он не способен одуматься.

Путин пункт за пунктом перечислил вчера, каковы экономические последствия дальнейших безумств Турчинова-Яценюка-Авакова.

При самом драматическом развитии событий через несколько дней Украина автоматически будет разделена на Правобережную Украину, оккупированную НАТО, и Левобережную независимую республику (с южными областями или без оных) – Новороссийскую федерацию под военным протекторатом России.

Через пару месяцев встанет вопрос (между Вашингтоном, Брюсселем и Москвой с другой стороны) о разделе Киева на украинскую и русскую зоны.

Дополнительная вводная: возможны провокации против Приднестровья или «обострение ситуации» в Молдавии, после чего войска НАТО будут введены не непосредственно на Украину, а в Молдавию.

Словом, Киеву нужно спровоцировать выдвижение войск России и НАТО на свою территорию. Желательно (для Киева), чтобы первыми вошли войска России. Для достижения этой цели Киев способен НА ВСЕ.

2014 г.

Кто похоронил единую незалежную Украину?

(20 тезисов, похожих на эпитафию)

1. Сегодня мы уже знаем имена тех, кто похоронил недолго существовавшее в искусственных границах 1991 (1954) года независимое государство Украина: Яценюк, Кличко, Ярош, Турчинов и Аваков. Это первая пятерка. Ее можно дополнить, но это главная похоронная команда незалежной Украины.

2. Украинская элита не воспользовалась уникальным историческим шансом, который возник в 1991 году, – получив территорию, в четыре раза превосходящую по размерам ту, с которой несколько областей запорожского казачества (а отнюдь не Украина, которой вообще тогда не было) вошли в состав Российской империи, и сложенную благодаря Ленину, Сталину и Хрущеву, сохранить ее в виде единого и демократического государства.

3. При всех ошибках и всем двуличии Кравчука, Кучмы, Ющенко и Януковича, при них Украина в границах УССР 1954 года выживала. И продлись это еще лет двадцать – сохранилась бы такой, возможно, до середины ХХI века.

4. Все четыре украинских президента, включая и Януковича, вели примерно одну, традиционную для украинской элиты, но все-таки самостоятельную политику, суть которой – более или менее скрытая украинизация русского населения Украины и постепенное «ввинчивание» Украины в Евросоюз и, скорее всего, в НАТО. Это – стратегия. А тактика и политика – осуществить все это за счет России и на деньги России (это и Западу подходило) и на наиболее выгодных для украинской элиты (прежде всего олигархата) условиях.

Конечно, это была традиционная для украинизма политика маневрирования между Москвой и Западом, причем чем более долгого, тем лучше. Но все-таки это была своя, национальная, можно даже сказать – независимая политика.

5. Янукович проводил ее не менее последовательно, чем Кучма, но не так прытко, как Ющенко. И при Януковиче Украина как государство существовала, территориальная целостность ее сохранялась, экономика функционировала, постепенное вползание в Евросоюз продвигалось.

Более того, Янукович мог позволить себе и отказаться от вступления в Таможенный союз, и отложить подписание соглашения об ассоциации с Евросоюзом. Чем не независимость? При этом ему удалось (конечно, благодаря благосклонности к «братской стране» со стороны России) уговорить Москву в очередной раз спасти Украину от экономического краха.

Янукович был слабый и эгоистичный президент, но он все-таки был президент своей, пусть и искусственно сложенной, по-украински незалежной страны.

6. А что мы видим после свержения Януковича?

Территориальной целостности Украины уже нет. И, скорее всего, это только начало.

Украинское государство и государственная власть вообще рухнули.

Значительная часть территорий, входящих в Украину, либо не подчиняется, либо не желает подчиняться нынешним киевским властям.

Экономический коллапс Украины не за горами. Москва, наконец, сказала: все, ребята, теперь доите тех, к кому окончательно перекинулись. Но Запад, конечно, не будет спасать Украину десятками миллиардов долларов. «Братства» с ее «народом» он не чувствует, а деньги готов давать тем, у кого в руках реальная власть, а не подмайданникам.

Наконец, Украина стремительно вползает в гражданскую войну.

Вот почему я утверждаю, что незалежную Украину в границах 1991 года умертвили и похоронили Яценюк, Кличко (теперь куда-то слинявший), Ярош, Турчинов и Аваков. Где-то там, рядом и Тимошенко, но она, видимо, во-первых, не хочет быть внесенной в этот список, каждое имя которого будет проклято будущими украинцами, а во-вторых, надеется стать украинским Пиночетом.

7. Но президентские выборы 25 мая вряд ли состоятся (сейчас за это не более 50 шансов из 100, то есть фактически ситуация подброшенной в воздух монетки), а если и состоятся, они почти ничего не изменят. Тот, кто на них «победит», будет иметь реальной власти не больше, чем и.о. то ли Януковича, то ли самого себя Турчинов.

8. Почему Запад не даст Киеву денег, нужных Турчинову-Яценюку-Авакову для проведения выборов в более или менее стабильной ситуации? Да потому что сам Запад не верит этой тройке. Не верит, что они удержат власть как до 25 мая, так и после 25 мая – в союзе с новым «президентом» Украины. Не верит, что они удержат власть на всей оставшейся территории Украины. Не верит, что Украина не распадется. Не верит, что люди, за один месяц промотавшие то, что предыдущие президенты Украины хитростью и изворотливостью сохраняли 23 года, сумеют разумно распорядиться такими деньгами. И, конечно, Запад понимает, что бросать миллиарды евро или долларов в топку гражданской войны и распадающегося государства не есть «эффективная» трата денег.

9. Почему Запад помог свергнуть Януковича? То ли потому, что решил отомстить Путину за его внешнеполитические успехи. То ли в качестве наказания Януковичу за отказ подписать соглашение с Евросоюзом. А скорее всего, потому, что решил – настал удобный момент и, возможно, последний шанс окончательно оторвать Украину от России. Но это уже не важно.

Важно то, что Запад совершил катастрофическую ошибку, плоды которой он пожинает сейчас. Но Запад-то их пока пожинает скорее теоретически, а вот Украина и ее население – практически.

10. Запад поверил Киеву (и своим собственным иллюзиям, которые были столь сладостны) в том, что на Украине живут только украинцы и еще несколько (но немного) миллионов «русскоязычных москалей», которые, раз они 23 года терпели украинизацию и обман со стороны всех предыдущих президентов, то и сейчас ничего не сделают. Однако этого не случилось.

11. Политика, построенная на невежестве, предрассудках и иллюзиях, рано или поздно кончается крахом. Население Украины как состояло до 1991 года, так и состоит до сих пор из двух примерно равных по численности этносов – украинцев и русских. Плюс национальные меньшинства.

20—25 миллионов русских можно сколько угодно украинизировать, но рано или поздно им это надоест. Что и случилось, когда эти 20–25 миллионов русских увидели, что на смену постоянно их обманывавшему Януковичу пришли отъявленные националисты, почти нацисты, точно – расисты и шовинисты. Причем пришли они путем государственного переворота и вооруженного захвата власти с физическим подавлением всех несогласных.

После 21 февраля 20–25 миллионов русских на Украине поняли, что теперь начнется уже не ползучая украинизация, а открытая и действительно насильственная.

12. Как «цивилизованная и просвещенная Европа» могла спокойно, делая вид, что она ничего не замечает, наблюдать, как не тысячу, не миллион, а 20–25 миллионов русских пытаются лишить их национальной идентичности и родного языка, не говоря уже о власти, вопрос риторический. Евросоюз – НАТО желали этого, помогали этому, стимулировали это, участвовали в этом.

Но европейские «гуманисты», цинизм которых равен только их фанаберии, ошиблись. Вместо целостной и покорной Украины, которую они желали получить под свой политический протекторат и под свое экономическое управление, они получили распадающуюся страну, временную власть в которой захватили странные люди, требующие только двух вещей – денег (много денег) и натовских солдат для подавления восстания «недоукраинизированных москалей с Востока».

13. Но к этому моменту Запад уже понял (не делясь этим пониманием со своими СМИ), что русских-то на Украине не 2 и не 22 человека, не 22 тысячи, а не менее 20 миллионов. И сдаваться Турчинову-Яценюку-Авакову, а тем более Ярошу, они, русские, не собираются.

14. Киевская власть ждет, когда «Запад поможет», а Запад хочет, чтобы киевская власть сама усмирила русских на Востоке Украины. Желательно без большой крови. А деньги – потом. Но Киев не может усмирить Восток, тем более без крови. Он и с кровью-то не сможет, но это отдельная тема.

Что делать Турчинову-Яценюку-Авакову? Отступить? Тогда тюрьма – самое малое, что их ждет. Значит, надо идти на кровь, после которой, во-первых, они неизбежно будут дискредитированы и в глазах многих на Западе, который их, естественно, быстренько сдаст, а во-вторых, вынуждены будут устанавливать диктатуру. Иначе из крови не выходят – если только не в сторону скамьи подсудимых.

15. А вы представляете, что такое установить диктатуру в огромной по площади стране с населением в 45 миллионов человек? Это вам не Косово. И долго она, диктатура, все равно не продержится. А гарантий безопасности – вы сделайте свое дело, а мы вас потом в Брюсселе или Париже спрячем до конца вашей жизни – Запад Турчинову с Яценюком не дает. Не такое у Запада воспитание.

16. Более того, может, кто на Западе до сих пор и этого не знает, но Путин, надо думать, Обаме и Меркель, а Лавров – Керри все-таки объяснили, что вообще-то и единой украинской нации нет. А есть, по мнению многих настоящих, а не прибалтийских и грузинских экспертов и Ющенко-Чумаченко, как минимум, малороссы (практически русские или, во всяком случае, максимально к русским лояльные), собственно украинцы (типа Януковича и Кучмы) и есть галичане. И все эти три (а можно выделить и другие составляющие) части «единой украинской нации» между собою не очень-то ладят. Посему, раз уж начался распад Украины, то распадется она в конечном итоге (через несколько лет хаоса и анархии) не на Восток (Новороссию) и все остальное во главе с Киевом, а на Новороссию (Харьков-Донецк), на Малороссию (с центром в Киеве), на южные новороссийские земли (Одесса-Николаев), на собственно «Украину» (северные и восточные области) и на Галичину. Это минимум.

Да еще в этом случае Польша захочет спасать поляков, живущих на Украине, Румыния – румын, Венгрия – венгров… Такая внутриевросоюзовская каша заварится!

С кем тут Евросоюзу подписывать соглашение об ассоциации? Куда вводить войска НАТО? Кому давать десятки миллиардов евро? Наследникам дивизии СС «Галичина»? Привыкшим жить за счет заводов и шахт Новороссии киевским письменникам и журналистам?

17. Запад хотел наказать Россию и, видимо, лично Путина. Сделал ставку на политических маргиналов из Киева (Турчинов, Яценюк, Кличко) и обещавших запугать москалей украинских шовинистов-русофобов (кстати, заодно и антисемитов) типа Яроша. А в результате создал: 1) все необходимые условия для распада Украины; 2) получил в виде своих политических партнеров в Киеве певицу Руслану и ненавидимых половиной населения Украины ни на что не способных марионеток, думающих теперь только о сохранении своей жизни и равно боящихся и русских с Востока, и западенцев, и Запада, и Путина. В чем, видимо, лично и убедился прилетевший в Киев директор ЦРУ Джон Бреннан.

18. Если на землю левобережной Украины вступят войска НАТО, то есть немцы (а кто еще там боеспособен?), то это для всех русских (кроме, разве что Макаревича и Ахеджаковой) как в России, так и на Украине будет означать 22 июня 1941 года.

Если на землю нынешней Украины вступят американцы, то это прямой шаг к непосредственному военному противостоянию с Россией. Как если бы русские солдаты высадились в Канаде или в Мексике.

Конечно, американцы могут высадить десант в Киеве. Так Турчинову и всей (почти всей) киевской политической тусовке будет спокойнее. Но, во-первых, Киев теперь контроль над всей территорией Украины не имеет. Во-вторых, накормить огороженный американскими штыками от всей остальной Украины привыкший вкусно есть и красиво жить киевский политикум – никаких денег не хватит.

19. Создание (воссоздание) суверенной Новороссии (Донецко-Криворожской республики или чего-то подобного) теперь уже практически неизбежно. Ну и так далее. Запад, желая противоположное, сделал свое дело. Теперь бы ему в сторонку отойти и погрузиться в изучение истории России и Восточной Европы вообще. Так было бы всем, включая Украину, спокойнее.

20. Но в сторонку Запад отходить не привык. А потому нужен, нужен Западу демократический украинский диктатор. Но где он? Тимошенко, видимо, ждет, что Вашингтон, наконец, сделает ставку прямо на нее. Даст соответствующий сигнал. Однако и популярность Юлии Владимировны поизносилась, и гарантий и денег она потребует больше, чем Яценюк с Турчиновым вместе взятые. Да и проблема «не сильно кровавого усмирения Востока» остается – ее же нужно решить прежде всего. И для собственно «усмирения». И для того, чтобы вынудить Россию послать своих военных для спасения русских и малороссов в восточных областях Украины. И для того, чтобы в очередной раз свалить на Россию, русских и Путина вину за собственное невежество, за свою алчность, за свой провал в деле «мирного поглощения Украины».

2014 г.

Киев все равно обманет

Предложение Путина «перенести референдум о федерализации», причем без указания срока такого переноса и точных условий, стало неожиданным и многих разочаровало. Напрашивается объяснение – Путин отступил и отказался от поддержки восставшего населения Новороссии.

Это предложение стало неожиданным и для меня. Прежде всего на фоне того, что Запад с каждым днем занимал все более жесткую позицию по отношению к России, явно оберегал киевский режим, продолжал помогать ему и явно вел его к легитимизации.

Посему я продолжаю считать, что референдум 11 мая нужно проводить.

Но я могу привести не менее пяти объяснений вчерашнего заявления Путина – от самого нелестного до самого лестного, и все они будут убедительными. Но проблема в том, что полнотой информации относительно мотивов этого заявления обладает только Путин. Посему нужно посмотреть, как будут развиваться события в ближайшие дни.

Что для меня остается в данной ситуации константами:

1) Нынешней киевской власти, как и вообще украинским националистам, верить нельзя по определению. Ни одно соглашение с ними не стоит бумаги, на которой это соглашение подписывается.

2) Нынешняя киевская власть как порождена в результате провокаций (а точнее – многих), так провокаторской и остается. Посему договариваясь с ней, нужно помнить не только о том, что она обязательно тебя обманет, но и то, что при этом еще и обвинит тебя во всех смертных грехах и преступлениях, прежде всего в тех, которые совершила она сама.

3) Если даже представить себе, что завтра Турчинов и вся нынешняя киевская компания публично пообещают русским на Украине и областям Юго-Востока то, что эти области и люди просят, а в обмен получат согласие на участие избирателей Юго-Востока в голосовании 25 мая, то сразу после признания Западом результатов этих выборов киевские власти начнут форсированную украинизацию Юго-Востока и физические репрессии против тех, кто был замечен в весеннем сопротивлении.

И Запад при этом будет либо молчать, либо поддерживать такую политику.

Думаю, Путин тоже это прекрасно понимает.

Посему какое-либо участие жителей южных и восточных областей Украины (Новороссии) в выборах 25 мая будет означать, что они сами откроют ключи тюремных камер, в которых их потом запрут.

2014 г.

Распад Украины неизбежен

После всего того, что произошло в последние месяцы на Украине и что происходило там в последние 23 года (а последние месяцы – квинтэссенция предшествующих 22 лет), точно можно сказать следующее.

1. В нынешних своих границах Украина точно не сохранится. Это просто исключено. Ненавидящие русских нацисты-бандеровцы и впавшая в антирусскую шизофрению киевская интеллигенция окончательно превратили Украину в националистическое антирусское государство, в котором русские Юго-Востока и малороссы жить не только НЕ ЗАХОТЯТ, но и НЕ СМОГУТ.

США, НАТО, Евросоюз – если даже они засыплют киевские власти триллионами евро и долларов, не способны заставить украинцев перестать быть националистами, а русских – верить украинским националистам и находиться под их властью. Вопрос только в одном – когда и при каких обстоятельствах произойдет окончательный физический распад Украины и как он будет оформлен юридически? Понятно, что в любом случае это дело недалекого будущего.

2. Так как США, НАТО и Евросоюз не хотят видеть очевидное, то они продолжают (и, надо думать, не откажутся от этого в ближайшее время) всячески мешать этому ЕСТЕСТВЕННОМУ процессу. То есть фактически способствуют увеличению числа человеческих жертв и разрушению экономики страны.

3. Лучшим выходом из создавшегося положения было бы следующее: США отзывают из Украины всех своих советников – как штатских, так и из спецслужб. США, НАТО и Евросоюз перестают вообще вмешиваться в дела Украины, тем более что это не их дела. Почему вообще американцы и даже канадцы продолжают постоянно вмешиваться в европейские дела и почему европейцы это до сих пор терпят – это отдельная проблема. И с ней, как с любым иным анахронизмом холодной войны, давно пора заканчивать. Большинство стран Латинской Америки сегодня более независимы от США, чем практически все европейские (кроме России) страны. Это и смешно, и позорно для Европы.

4. Никакие «переговоры между противостоящими сторонами», никакие «общенациональные круглые столы» создать прочный, единый политический режим на Украине не помогут. Причина – см. пункт 1. Навязывание Евросоюзом (США-то просто за власть бандеровцев на Украине) каких-то «дорожных карт», «круглых столов» и иных модных по формулировкам, но бессмысленных в случае Украины «форматов» – в лучшем смысле самообольщение, а скорее всего – просто циничная попытка принудить Новороссию смириться с властью бандеровцев. Но это не удастся, так как в своей зоологической ненависти к русским и России, до которой опустились практически все признаваемые Западом политики Украины, эти политики, во-первых, никогда не согласятся на действительно существенные уступки жителям Юго-Востока, а во-вторых, обманут и в тех мелких, на которые под давлением Запада формально и притворно согласятся.

2014 г.

«Цивилизованная Европа» и украинский нацизм

Что будет дальше с Украиной, мне совершенно ясно – она в любом случае распадется.

А вот как долго «цивилизованная и демократическая Европа» будет «не замечать» оголтелый национализм киевских властей и политиков, почти каждый день переходящий в фактическое оправдание нацизма и гитлеризма, а также карательный характер действий украинских военных и вооруженных шовинистов, – это для меня является вопросом.

Я понимаю, что Европа может не любить Россию и русских. И, видимо, именно за то, что почти вся эта Европа легла под Гитлера и фактически сотрудничала с ним в покорении других стран или была раздавлена нацистами – кроме России (СССР), кроме русских и других народов Советского Союза.

Но как «цивилизованная Европа» может покровительствовать украинскому нацизму – это выше понимания нормального человека.

2014 г.

Киев плюс Запад: ловушка для России

Сразу после легализации Порошенко как президента Украины Газпрому дано обещание заплатить 2 миллиарда долларов (даже не всю сумму) за уже полученный газ и одновременно – резкое ужесточение и расширение масштабов карательной операции в восточных областях Украины.

Запад способствует выплате Киевом газовых долгов России, но при этом по-прежнему закрывает глаза на карательную операцию.

Конечно, это отнюдь не щедрость или проснувшаяся совесть должника, а новая политическая и психологическая ловушка для России – деньги в обмен на жизни. Надеюсь, Кремль в нее не попадет. Хотя это будет трудно. Ведь и не брать деньги нельзя – требовали, и резонно, отдать долг. И взять, никак, кроме слов, не реагируя на смертоубийства на Востоке, очень достойно…

Тонкая должна быть игра. Против шулеров – тем более.

Политики редко говорят то, что думают. Двусмысленности, умолчания и прямой обман – обычное оружие политиков. И самых злокозненных, и самых праведных. Лгать – проще и привычней, говорить правду – труднее и рискованно.

Ведь правды потому и боятся, в том числе и в первую очередь политики, что она разит наповал. Часто тех, кто ею неумело воспользуется. Однако случаются моменты, когда максимальная правда, способность называть вещи своими именами является самым сильным оружием. Причем единственным, которое обеспечивает победу.

Возьмем историю с Крымом. С точки зрения властей Украины и стран Запада, Россия просто аннексировала Крым. И формально они правы. Но только в том случае, если рассматривать Крым как не более чем один из регионов Украины в границах 1991 года.

А вот если рассматривать крымский казус как воссоединение русского народа и территории, на которой он веками проживал, с Россией, то тут и формально нетрудно найти аргументы для юридического обоснования возвращения Крыма в состав России.

Однако для этого России как государству нужно было давным-давно официально заявить о том, что с момента исчезновения Советского Союза русский народ является разделенным народом.

Насколько мне известно, лишь единожды – и уже после проведения референдума в Крыму – Россия официально (устами президента Путина) заявила об этом. Однако разовое выступление, тем более – не оформленное как официальный документ, является слишком мягкой формой для столь важной декларации.

Фактически и политически проблема Крыма решена, хотя юридически России еще очень долго придется доказывать правомерность того, что случилось весной 2014 года.

А вот гораздо более сложная (в том числе и юридически) проблема Новороссии (в ином варианте: Юго-Востока Украины или Донецкой и Луганской Республик) не только стоит во всей своей остроте – вообще и для России в особенности. Это вопрос жизни и смерти для сотен тысяч людей, дальнейших судеб миллионов.

Ясно, что Россия не имеет права вооруженным путем пресечь карательную операцию киевской власти против населения восточных областей Украины. Ясно, что США не позволят Совету Безопасности ООН проголосовать за миротворческую операцию России в Донецкой и Луганской областях, если даже украинская армия, т. н. национальная гвардия, частные армии украинских олигархов и даже просто банды вооруженных украинских националистов будут десятками тысяч уничтожать «сепаратистов и террористов, восставших против законной власти и выступающих против территориальной целостности Украины». Запад патронирует киевский режим (на ближайшие месяцы – режим Порошенко) и в ближайшие годы от этого не откажется.

Увы, Россия сама дает аргументы для того, чтобы быть в этой ситуации связанной по рукам и ногам т. н. международным правом. Вернее, не осмеливается предъявить публично аргументы противоположного свойства. Аргументы, которые являются правдой, однако правдой, до сих пор никогда не произносимой Россией официально.

Но если Россия эту правду не произносит сама, что же удивляться, что украинские националисты и Запад на нее не реагируют, лицемерно или по невежеству ее не замечают, постоянно бубня о каком-то «народе Украины» и о какой-то «единой Украине», во внутренние дела которой Россия вмешивается или желает вмешаться?

О чем же должна заявить Россия, чтобы эта правда стала, наконец, фактом международной политики? О следующем:

1. С декабря 1991 года русский народ является самым большим разделенным народом Европы.

2. Россия ставит целью своей политики воссоединение русского народа, особенно в том случае, когда русские, оказавшиеся помимо своей воли на территории других государств, подвергаются каким-либо видам систематических и массовых преследований или дискриминации по национальному признаку, а особенно в случае прямой угрозы физического насилия или уничтожения с помощью оружия.

3. Большая отделенная часть русского народа, численностью до 25 миллионов человек, осталась в 1991 году на территории Украины. Причем русские граждане Украины живут на территории этой страны на своих землях.

4. Население возникшего в 1991 году государства Украина, помимо многочисленных национальных меньшинств, состоит из примерно равных по численности двух народов – украинцев и русских. Однако этот факт украинским государством не признан, а власти Украины при всех ее президентах последовательно и целенаправленно проводили политику украинизации русского населения Украины.

5. У Украины был шанс создать свое государство как украино-русскую демократическую республику (федеральную или унитарную), в которой украинцы и русские пользовались бы равными правами во всех сферах – от политической до языковой, но этого не случилось. Более того, центральная власть Украины по собственной инициативе или под давлением украинских националистов сделала все, чтобы помимо их воли «превратить русских в украинцев», а сам русский народ на Украине свести до уровня и статуса всего лишь «национального меньшинства», а не признать его как одну из двух (наряду с украинцами) государствообразующих наций Украины.

6. Весной 2014 года центральная власть Украины окончательно приняла идеологию «украинизма» (украинского национализма) как государственную идеологию и перешла к форсированному и насильственному строительству этнократического государства украинцев.

7. Русские и русскоязычные граждане Украины – в первую очередь жители юго-восточных областей Украины, но не только их – не пожелали признать эту идеологию, ибо она напрямую предписывала превращение их из русских граждан Украины в «украинцев». В ответ центральная власть Украины, сформированная в результате государственного переворота, перешла к прямому политическому и физическому преследованию всех несогласных. Более того, она допустила и даже институализировала вооруженный националистический (украинский) террор против русских.

8. Украинские националисты, перейдя к вооруженному физическому насилию против инородных граждан своей страны, развязали гражданскую войну на Украине. Русские вынуждены были перейти к самообороне, сначала политической, а затем и вооруженной.

9. Однако после того как центральная власть Украины встала в этой гражданской войне на одну сторону, а именно – на сторону украинских националистов, гражданская война на Украине превратилась в национально-освободительную войну русского населения Украины (в основном на территории Новороссии, то есть на землях своего исторического проживания) против националистической власти Украины и поддерживаемых ею незаконных формирований украинских националистов, часть из которых открыто исповедует расистские, шовинистические и прямо нацистские идеи.

10. Россия не может рассматривать национально-освободительную борьбу многомиллионного русского населения против государственного и неофициального украинского национализма и за свое физическое выживание на своей собственной земле как внутреннее дело Украины, а посему будет принимать решения, исходя из реального понимания происходящего на территории, ранее признававшейся ею территорией суверенного государства Украина.

Вот в этом и состоит правда. И эту правду Россия обязана публично продекларировать и официально довести до сведения всех правительств мира и до ООН. Национально-освободительную войну части русского народа, оказавшейся на территории другой и враждебной этому народу страны, Россия не может не поддержать. А уж какими методами, вопрос даже уже не политический, а скорее технический.

Без этой правды мы не сможем сделать ничего. Это значит, не сможем спасти от уничтожения или изгнания с их собственной земли не менее чем 20 миллионов русских. Вот такой выбор. И его надо делать.

2014 г.

Что нужно сделать, чтобы не вводить войска на Украину?

Не подлежит сомнению, что Вашингтоном перед киевским режимом поставлено несколько целей. И одна из главных – вынудить Путина принять решение о вводе войск в восточные области Украины, нарушив тем самым суверенитет этой страны.

В этом случае Россия, естественно, будет объявлена агрессором. Евросоюз, многие лидеры которого все понимают, но как некоторые животные, сказать ничего не могут, точнее – боятся, с таким определением согласятся.

То, что США в ситуации на Украине и вокруг Украины превратили Евросоюз в полное политическое ничтожество, идущее как против своих экономических интересов, так и навстречу военному конфликту с Россией, печально, но и с этим фактом приходится считаться. В обозримой исторической ретроспективе только перед Гитлером руководители тогдашних европейских стран трепетали больше, чем перед нынешним американским руководством.

Американская администрация, возглавляемая лауреатом Нобелевской премии мира (!), прекрасно понимает, что Путин не хочет вводить вооруженные силы России на территорию Украины. Значит, нужно его вынудить это сделать.

Этим императивом по сути определяется вся нынешняя политика США на европейском пространстве. Киевский режим – исполнитель. Евросоюз – клака. Западные правозащитники, как по команде, онемели. Заговорят, когда нужно будет осуждать «агрессию России».

Для реализации поставленной цели Киеву дан карт-бланш на убийство мирных жителей в восточных областях Украины, да и в других, буде нужно, тоже. Более того, Киеву уже позволено убивать и граждан России, например, журналистов.

Чтобы Путин дал приказ на ввод войск в восточные области Украины (Донецкую и Луганскую Народные Республики), нужно убить как можно больше мирных граждан на этих территориях. Сколько? Да столько, сколько будет нужно для получения искомого результата.

Итак, если Путин даст команду на ввод войск, то США объявят Россию агрессором, а Путина – военным преступником.

Но и если не даст, то тоже хорошо. Юго-Восток Украины будет окончательно «зачищен», а украинские войска и так называемая нацгвардия будет брошена на Крым. Тут уже от прямого военного столкновения России и Украины не увернуться. Но при этом у Путина уже не будет той народной поддержки, которая у него есть сейчас. Коллаборационисты в московской политической элите возьмут верх, а снизу их поддержит примолкшее в последние месяцы, но ждущее команды Болото.

Программа-максимум: Путин свергнут, Севастополь – база американского военного флота, Россия полностью деморализована, и во главе ее поставлены какие-нибудь местные Порошенко с Яценюком.

Все. России как великой державы и даже как самостоятельного государства больше нет. Евросоюз политически тоже уничтожен. И его как субъекта мировой политики тоже больше нет.

Естественно, тут еще множество всякого рода нюансов, но сути дела они не меняют.

Итак, проводить упреждающую военную операцию по спасению сотен тысяч и миллионов жителей восточных областей Украины от физического истребления и превращения в узников «фильтрационных лагерей» или бессловесных и безъязыких рабов украинских националистов, России опасно.

Но и не проводить рано или поздно станет уже невозможно. Не решится Путин на упреждающую – придется после того, как трупы в восточных областях Украины будут вывозить не автомобилями-рефрижераторами, а вагонами.

Избежать войны всегда лучше, чем в нее ввязаться. Тем более ввязаться по чужой прихоти. Но только в том случае, если есть возможность ее избежать, не став при этом колонией того, кто тебе эту войну навязывает. И не жертвуя десятками тысяч жизней своих соотечественников и судьбами миллионов изгнанных со своей земли, из своих домов людей. Кстати, в основном родственников граждан России.

Думаю, что, к сожалению, шансов избежать превентивной военной операции по спасению мирных жителей Новороссии (перейду теперь к этому обозначению земель, на которых по инициативе Вашингтона и Киева и при попустительстве и глупости Брюсселя, Парижа и Берлина разразилась уже кровавая и уже трагедия) очень мало. И не по вине России.

Однако попытаться необходимо. И это даже обязанность Москвы – предпринять такую попытку. Для этого нужно, наконец, перехватить у Киева и стоящего за ним Вашингтона инициативу. Слов они не понимают. Только готовность проявить волю и применить силу, о чем Путин, кстати, прекрасно знает.

Но, несмотря на всю военную беспомощность киевского режима, именно он все последние недели диктует ход событий на востоке Украины. И в этом смысле – укрепляется. Умиротворить этот режим нельзя. Он создан для иных целей. Его можно только отрезвить. Если хотите, напугать.

Что же должна сделать Россия? Повторяю, и для того, чтобы не вводить свои войска на территорию Украины и не вступать по собственной инициативе в прямое столкновение с украинскими войсками, и для того, чтобы реально спасти население Новороссии от физического уничтожения и изгнания с его исторических земель.

На мой взгляд, помимо тех действий, о которых нет резона распространяться публично, необходимо официально объявить о следующем.

1. Россия заявляет, о чем я неоднократно писал и говорил, что русский народ является самым большим разделенным народом Европы, а в пределах Украины в границах 1991 года проживает не менее 20 миллионов русских. И всем им теперь угрожает опасность – вплоть до физического уничтожения.

2. Россия предъявляет киевскому режиму официальное обвинение в геноциде русского народа. Кстати, еще и людей других национальностей – малороссов и самих украинцев, не признающих законность нынешней киевской власти. ООН при Пан Ги Муне, естественно, это обвинение не поддержит. Но ждать, когда следующим генеральным секретарем ООН американцы назначат какого-нибудь Дешицу, резона точно нет.

3. В случае отказа «подкаблучного», так называемого мирового сообщества признать факт геноцида русских в восточных областях Украины, Россия объявляет, что она вынуждена сама принять все необходимые меры для спасения русских (и не только русских) в восточных областях Украины. И меры эти будут в первую очередь политические и дипломатические. А именно…

4. Россия признает действия сил самообороны Новороссии национально-освободительной войной.

5. Россия признает Донецкую Народную Республику и Луганскую Республику независимыми государствами, уже обеспечившими собственными силами минимизацию геноцида населения Новороссии, а потому и естественными союзниками России.

6. Россия обязуется выполнить все просьбы ДНР и ЛНР, или Народной Республики Новороссия (если ДНР и ЛНР объединятся), направленные на защиту их населения от уничтожения или выселения с их исторических земель.

7. Россия будет готова заключить с Народной Республикой Новороссией военный союз, взяв на себя обязательство ввести на территорию Новороссии необходимый для отражения любой агрессии из любой точки мира воинский контингент.

8. До заключения такого союза Россия не будет препятствовать своим гражданам, желающим добровольно отправиться в Новороссию и вступить в ряды сил самообороны Новороссии.

9. Россия объявит, что с момента признания ею независимости ДНР и ЛНР или объединенной НРН любые вооруженные действия любых воинских формирований третьих стран или отдельных граждан этих стран будут рассматриваться ею как военная агрессия против самой России.

10. До создания Народной Республикой Новороссией собственного Министерства иностранных дел Россия, если о том попросят органы власти Новороссии, будет готова представлять интересы республики на международной арене.

11. Постоянным жителям Новороссии, пожелавшим покинуть пределы НРН как места постоянного проживания, такая возможность будет беспрепятственно предоставлена, причем с возмещением (за счет бюджета Новороссии, но под финансовые гарантии России) стоимости оставленных жилищ.

Думаю, что именно такой или примерно такой план, причем – напоминаю – объявленный загодя и открыто, а также параллельное развертывание необходимого воинского контингента в приграничных с Новороссией областях России, но пока, до признания Россией независимости Новороссии, без вступления на ее территорию, во-первых, заставят Вашингтон задуматься, к какой роковой черте он подвел не только Украину и Европу, но и сами США;

во-вторых, продемонстрируют военнослужащим Украины, что если они не образумятся, вскоре им предстоит встретиться на поле боя уже не с ополченцами (хотя и их они победить и покорить не могут), а с регулярными и хорошо подготовленными войсками;

в-третьих, выведут из бессознательного состояния лидеров ведущих стран Евросоюза, которые, наконец, признаются сами себе, к чему привела народы и Европу в целом их собственная или навязанная им Вашингтоном политика.

Не стоит и говорить, какое воодушевление вызовет обнародование такого плана у абсолютного большинства жителей Новороссии.

Думаю, такому решению будут аплодировать про себя, а кто посмелее – и вслух, руководители абсолютного большинства стран мира.

Если и после этого Киев не прекратит карательную операцию против жителей Новороссии и не сядет без всяких условий за стол переговоров с лидерами ДНР и ЛНР (что еще может позволить сохранить Украину в ее нынешних границах), то означенный план должен перейти в стадию стремительной реализации. И это тоже позволит избежать прямых военных столкновений между вооруженными силами России и Украины, то есть украино-русской войны. Если, конечно, в Вашингтоне и Киеве у власти сохранились хоть сколь-нибудь вменяемые люди.

2014 г.

Под украинским президентом не осталось политической базы

На Украине прошли признанные Западом демократическими и прозрачными парламентские выборы.

Тезис о прозрачности можно признать справедливым в том смысле, что теперь совершенно ясно видно, что из себя представляет нынешняя Украина политически.

1. Считается, что на выборах победил «Блок Петра Порошенко». Громко сказано. «Блок Петра Порошенко» всего лишь занял первое место со слабеньким результатом в 22–23 процента (здесь и далее – данные экзит-поллов), а главное – с минимальным отрывом от «Народного фронта» Яценюка и его духовного пастыря Турчинова. Вот их-то, Яценюка и Турчинова, и нужно считать персональными победителями этих выборов.

2. Слабая легитимность Порошенко как президента и фактическая неподчиненность ему большинства государственных институтов Украины, и прежде всего – правительства Яценюка, не только подтвердились, но и стали еще очевидней.

Единственное, на что доныне опиралась и отныне в ближайшие месяцы будет опираться президентская власть Порошенко – это Вашингтон, пока сдерживающий порывы Яценюка и Турчинова словами: «Потерпите, ваше время еще не пришло…»

На самой Украине после выборов 26 октября под Порошенко вообще не осталось никакой серьезной политической базы, в том числе и в парламенте. До этого – пока он вел не управляемую им войну в Новороссии – она еще была. Теперь он вынужден сколачивать «объединенную коалицию партий Майдана», каждые две соединенные вместе части которой будут сильнее его собственного «блока».

3. А что это за коалиция? В полном варианте она такова: все прошедшие в Раду партии, кроме «Оппозиционного блока», косвенно и робко защищающего интересы русского и русскоязычного населения Украины.

То есть это коалиция с «Народным фронтом» (Яценюк-Турчинов), Радикальной партией (Ляшко), партией «Свобода» (Тягнибок), «Батькивщиной» (Тимошенко) и малоизвестной партией «Самопомощь», возглавляемой мэром Львова, вряд ли большим поклонником двуязычия и федерализации. В сумме это больше 75 процентов депутатов Верховной Рады. Абсолютное большинство. Причем абсолютное большинство, в котором «Блок Порошенко» имеет абсолютное меньшинство.

4. Подтвердились прогнозы трезвых и объективных аналитиков: никакой партии мира в Верховной Раде не возникло (ибо не могло возникнуть, несмотря на грезы некоторых московских аналитиков), а вот партия войны (смотри список всех перечисленных выше партий) сложилась определенно и в абсолютном большинстве. Что, исходя из этого, будет вынужден делать Порошенко в Новороссии (если даже в душе он главный миротворец Украины), если хочет собрать «объединенную коалицию» и не быть свергнутым Яценюком и Турчиновым? Ответ очевиден.

5. Нетрудно заметить (если не прикидываться слепым или «цивилизованным европейцем»), что партия войны, победившая на выборах в Раду, есть одновременно партия украинского национализма в основном антирусской направленности.

Можно, конечно, вести метафизические дискуссии о том, кто из Яценюка, Турчинова, Тимошенко, Ляшко, Тягнибока и самого Порошенко «мягкий националист», кто просто «националист», а кто бандеровец нацистского или расистского розлива, и на кого в этой связи делать ставку – для переговоров, компромиссов, сотрудничества.

Но лучше признать очевидное: в сегодняшней Украине «мягкие националисты» будут дрейфовать к центру, «центровые» – к бандеровцам, бандеровцы – к нацистам. И не «Блоку Порошенко» при таком слабом представительстве в Раде определять пути и направления этого дрейфа.

6. Еще одно очевидное и чрезвычайно важное: партия войны и партия украинского национализма на Украине – это одна и та же партия – партия агрессивного вооруженного национализма. Такой и будет «объединенная коалиция» под руководством (достаточно эфемерным) Порошенко, если ему удастся ее создать. А назвать эту коалицию можно хоть «Европейский выбор», хоть «Цивилизованная Украина», хоть «Коалиция Майдана», что, вообще-то, и откровенней, и показательно.

7. Кроме того, не надо забывать, что партийно-фракционное членение в Верховной Раде Украины всегда было декоративным. Все важнейшие решения в этом парламенте всегда принимались согласно приказам дюжины украинских олигархов, цинично и почти открыто эксплуатирующих в своих интересах украинский национализм. И сейчас вновь именно олигархи будут решать, позволить ли их заклятому коллеге Порошенко создать коалицию, а если позволить, то как она должна голосовать по тому или иному вопросу.

Конечно, в создании коалиции и сохранении Порошенко пока на посту президента решающее слово, повторюсь, сейчас за Вашингтоном. Но следующий решающий голос – голос олигархов, имеющих своих, лично им принадлежащих, депутатов во всех прошедших в Раду партиях, включая и порошенковскую.

Суммируя, можно утверждать: лично Порошенко парламентские выборы проиграл и стал еще более слабым президентом, чем был до 26 октября; украинский национализм, включая его расистские формы, получил окончательную политическую (парламентскую) легитимацию; в целом политический режим нынешней Украины окончательно превратился в националистический, по определению игнорирующий любые интересы неукраинского (прежде всего – русского) населения страны; химера федерализации Украины и какого-либо компромисса между Киевом и Новороссией окончательно растворилась в прозрачных урнах прозрачных украинских выборов.

Последующие действия Киева будут определяться именно этим, а потому и предсказать их нетрудно.

2014 г.

Украинизация – это анекдот

Украинизация сама по себе уже стала известным анекдотом. Она становится сутью не только украинской политики, но теперь и европейской.

Старый анекдот сейчас – просто в точку. Абсолютно точно характеризует смысл и форму украинской политики, украинского политического менталитета, этого расистского режима.

– Ты куда, Петро? – На войну, москалей бить. – А если они тебя убьют? – А меня-то за что?

Такая же реакция была в Европе, когда Россия ввела санкции: а мы-то в чем виноваты? Мы тут санкции против России ввели, все запретили, а Россия в ответ яблоки не хочет покупать. Ну надо же какая наглость, преступление перед садоводством Польши.

Это и к Японии относилось. Потому что Япония ввела список санкционных граждан. И мы ввели список. Там собирали чуть ли не госсовет по поводу того, что это ухудшит российско-японские отношения. Санкции к России со стороны Японии – это, видимо, укрепление дружбы, они считают.

А украинцы каждый день что-то подобное делают. Все эти Яценюки, Турчиновы и, прости Господи, Порошенко, который сам-то – хоть и компромиссная фигура, но он официальный лидер этого режима и не может ему не соответствовать. Может быть, он по ночам мучается от своего лицемерия и от лицемерия этой политики, но только по ночам, а вслух днем он говорит и действует точно так же. Они каждый день демонстрируют не пойми что, а европейцы вынуждены каждый день это лицезреть и както на это реагировать. Это будет нарастать и нарастать.

Тем не менее, режим Порошенко Западу нужно сохранить. Националистический, антирусский режим нынешней Украины им нужно сохранить. И будут сохранять его до тех пор, пока он не рухнет сам. А он обязательно рухнет, потому что рано или поздно задавленное психологическим и физическим террором население Украины его скинет. Там же здравомыслящие есть.

Часть людей, конечно, заражена этой русофобией, психоз существует. Но есть и нормальные люди. Они просто боятся. Но однажды они просто перестанут бояться, потому что либо ты замерзаешь в своей квартире, либо ты все-таки выходишь на улицу. Либо ты переходишь на нелегальное положение, либо тебя посылают в Донбасс стрелять по твоим же родственникам, которые там живут. Иначе тебя посадят в тюрьму. Вот такой выбор для масс рано или поздно придет. И они сами скинут этих турчиновых, яценюков…

Это я прогнозирую. Специально не разбираюсь в их партийном раскладе. В Верховной раде никакой партии мира нет. Вопрос только в том, будет ли партия войны разыгрываться сегодня сильнее, или идеология Фарион (уничтожить Москву) активизируется чуть позднее. Но все равно постоянно будут антироссийские призывы. Естественно, будут призывать воевать до последнего жителя Донбасса. Только такой расклад возможен в Верховной раде и во всей киевской власти. Только это все рухнет. И чем больше будет сейчас во власти националистов и национализма, тем лучше. Потому что тем быстрее рухнет этот режим. Ну, не нам же освобождать Киев от националистов. Мы Донбасс пытаемся как-то сберечь от них – и то на нас сколько наскоков, упреков, обвинений.

Киев – русский город. Я многократно бывал в Киеве в последние годы. Сейчас уже не поедешь – все запрещено. Найти антирусски настроенных националистов там было невозможно, если ты специально их не ищешь. Для этого нужно было прийти в определенные партии, в определенные издания, к людям, о которых было известно, что они националисты, так они ими и остались. Но нигде в быту, в реальности, национализма, неприязни к русским не встречалось. Хотя были запрещены вывески и меню на русском языке. Вообще, вывески были запрещены на иностранных языках, но странным образом на английском они все равно были, а на русском не было. Однако все равно найти в городе Киеве националиста было невозможно. Это город русских. Это город, говорящий на русском языке. Это объективно.

Не Москва же должна освобождать этих людей от этой националистической верхушки. Пусть они сами это сделают, в конце-то концов. Для этого националисты их должны довести до этой крайней точки. Это рано или поздно произойдет. И чем больше будет националистов и нацистов во власти, тем лучше для Киева, тем быстрее они людей доведут и быстрее это произойдет. Сам народ скинет этот режим.

2014 г.

Первый президент «незалежной» не видит будущего Украины

Констатация распада Украины как единого государства в самой незалежной перестала быть уделом политических маргиналов. Первый президент страны Леонид Кравчук в День Соборности (отмечается в честь провозглашения в 1919 году Акта воссоединения Украинской Народной Республики и Западно-Украинской Народной Республики) подпортил праздничное настроение киевским властям, неожиданно признав, что Украина разваливается как государство. По мнению Леонида Макаровича, вина за это лежит на правящих элитах, амбиции и склоки между которыми буквально раздирают страну на части. «Сегодня элита разодрана, она не объединена и не показывает примера объединения, она ссорится между собой неизвестно за что… На самом деле элита не имеет ответственности перед угрозой, которая уже есть над Украиной. А угроза чрезвычайно высока. И я даже могу сегодня в праздник сказать, что государство начинает разваливаться. И это уже факт, ведь территории у нас забирают. Надо об этом говорить по-взрослому», – высказался в алармистском ключе политик, который еще совсем недавно демонстрировал полную уверенность в реализации программы Майдана.

Более того, экс-президент Украины позволил себе немного самокритики, отметив, что ни один из бывших руководителей государства ничего не сделал для сохранения единства украинского народа. «Хоть один из президентов что-то сделал в своих действиях, чтобы эта свобода и единство были? Кто сделал что-то серьезное для Донбасса? Кто понял по-настоящему Крым и занимался Крымом, как положено? А теперь хотят, чтобы за два дня, когда идет война, мы что-то могли сделать», – разводит руками Леонид Кравчук. При этом он, правда, предпочел умолчать о собственной роли в закладывании мин замедленного действия в украинскую государственность на заре ее существования. В частности, один из участников «Беловежских соглашений» тогда занял жесткую позицию по Крыму. В отличие от своих преемников в президентском кресле, которые хотя бы что-то обещали, Кравчук «в упор не видел» проблему русского языка.

И лишь когда в ближайшей перспективе обозначилась перспектива распада государственного «детища» Кравчука, его постигло внезапное прозрение. «Нужно, чтобы в парламенте и президент начали с того, что внутренняя и внешняя политика должны быть направлены на защиту интересов не только части украинцев, а всего народа. Второе – нужно перестать говорить о том, какая будет Конституция, а заняться и предоставить широкие полномочия регионам. Чтобы мы могли сказать, что украинская Конституция обеспечила эти полномочия. И третье – надо говорить в один голос: не может каждая партия или чиновник иметь свое толкование сегодняшней ситуации. Есть общая позиция, за которую должна нести ответственность вся вместе взятая власть. И тогда народ может прислушиваться», – озвучил программу спасения Украины Леонид Кравчук.

Я расцениваю выступление Леонида Кравчука как неожиданное. Потому что бывший глава государства в какой-то степени остается официальным лицом. Тем более что он в свое время поддержал майданный переворот, принимал участие в официальных мероприятиях вместе с Порошенко. К тому же не следует забывать, что, будучи участником Беловежских соглашений, Кравчук, по сути, выступает учредителем украинского государства.

В течение последнего года среди правящих элит на Украине, казалось, вообще не осталось здравомыслящих политиков. Выступление экс-президента выглядит светлым пятном на фоне казенной пропаганды и лицемерия со стороны новых властей. Хотя, по большому счету, для адекватных людей Кравчук не «открыл Америку». Многие аналитики в течение последнего года констатировали, что Украина как государство разваливается буквально на глазах. Территориальные потери уже есть, и этот факт трудно оспорить. Это произошло исключительно по вине тех, кто захватил власть в Киеве.

Следует ли воспринимать слова Кравчука «ни один из бывших руководителей государства ничего не сделал для единства украинского народа» как самокритику? Да, вина за развал страны лежит на всех правителях, которым довелось подержать в своих руках булаву. Поскольку все они так или иначе экономически эксплуатировали промышленный Донбасс, высасывали из него финансовые соки. В ходе предвыборных кампаний обещали русским «золотые горы», включая госстатус русского языка, и каждый раз дело заканчивалось банальным обманом. Этим занимались все, начиная с Кравчука и заканчивая Януковичем. О Порошенко я вообще не говорю. Этот политик представляет режим, полностью построенный на лжи. В силу этого обстоятельства он просто обречен на то, чтобы рухнуть.

Повторюсь, ничего нового в словах Кравчука нет. Любопытно, что кто-то из заметных публичных фигур об этом говорит открыто.

Другое дело, что Кравчук сейчас не находится у властных рычагов. И поэтому может позволить в своих высказываниях быть откровенным и демонстрировать обоснованный алармизм. А вот те, кто формально обладают властью, уже находятся в тупике. У Порошенко, Яценюка и Турчинова «руки по локоть в крови», а перечень их военных преступлений может составить многотомную книгу. У них нет выхода – их могут даже не довести до суда, а повесят на ближайших столбах. Единственный вариант – это победить, что в нынешней ситуации и с учетом всех обстоятельств практически исключено.

Помощь со стороны Запада весьма ограничена. Ни европейцы, ни даже американцы не намерены тратить в кризис ресурсы на украинскую армию. Хотя, казалось бы, они кровно заинтересованы в ее победе. Порошенко и команда осознают, что захватили власть незаконно, что майданные «штурмовики» сжигали людей в Одессе, а также, что их снайперы стреляли по своим же на Майдане.

Встает вопрос, насколько далеко может зайти центробежная тенденция на Украине, какие еще регионы могут последовать примеру Донбасса и Крыма? Не секрет, что Украина – это «лоскутное государство». В такой ситуации федерализм нужен вовсе не для того, чтобы потрафить русским (хотя они составляют как минимум половину населения страны). На Украине проживают и поляки, и венгры, и словаки, и молдаване. Они оказались здесь вместе с территориями, которые присоединяли цари и большевики. Последний территориальный «подарок» в виде Крыма Украине сделал Хрущев.

Те, кто не желают мирными способами поддерживать стабильность этого сложносоставного государства (это нежелание в разной степени демонстрировали все президенты, включая Януковича), делают неизбежным крах украинской государственности. Дальше прогнозы могут быть самыми разными. Крым уже с марта «отрезанный ломоть». А независимая Новороссия может дойти до Приднестровья через Херсонскую, Николаевскую, Одесскую области включительно. Есть еще Галичина, которая до Первой мировой войны входила в состав Австро-Венгрии, где проживают «свидомые» западенцы. Эта часть Украины наиболее непримиримо настроена по отношению к России.

Когда Украина начнет разваливаться окончательно, Румыния сразу вспомнит про Южную Бессарабию (сейчас Украинское Придунавье) и Северную Буковину (Черновицкая область). А Будапешт заговорит о возвращении Закарпатья. Тем более что еще до майдана венгры Закарпатья открыто требовали территориальной автономии. Но здесь возникнет проблема соседей русинов, которые ориентированы на Россию. Максимально Украина может распасться на 15 государств. Но это наименее вероятный сценарий. Минимально (если вынести Крым за скобки) – на три: Галичина, Новороссия и нечто непонятное с центром в Киеве.

Едва ли США и ЕС будут безучастно смотреть, как у них на глазах рассыпается лакомый геополитический кусок, который они мысленно уже проглотили. Они ведь затевали всю эту историю не для того, чтобы Украина распадалась. Ее видели в качестве платежеспособного сбытового придатка Евросоюза и плацдарма для расширения НАТО. Правда, в отличие от Брюсселя Вашингтон может вполне довольствоваться и просто хаосом на пространстве бывшей Украины. Евросоюзу это невыгодно, иметь «черную дыру» у своих границ. Но США, которые заварили эту кашу, не интересовались мнением своих «братьев меньших» из ЕС. А несостоятельная, ввергнутая в анархию войн и междоусобиц Украина уже сегодня пытается в финансовом плане сесть на шею Европе. Это очевидное поражение ЕС в его «восточной политике».

Зато Америке выгоден любой беспорядок в мире, разрыв связей между Европой и Россией, актуализация «русской угрозы», которая позволяет окончательно и бесповоротно консолидировать «под себя» ослабленный ЕС. Плюс достигается цель максимальной дестабилизации ситуации в России посредством санкций и вовлечением в поддержку Новороссии.

Хотя сказать, что все мечты Госдепа на Украине сбылись, тоже нельзя. Еще зимой прошлого года американцы уже видели свои военные базы США в Севастополе или Одессе. Сегодня эти надежды рушатся на глазах.

2015 г.

Кто виноват в территориальном распаде Украины?

Создатели независимого украинского государства совершили в 1991 году фундаментальную ошибку, которая, как мне неоднократно приходилось писать, рано или поздно должна была обернуться катастрофой и для их проекта, и для всех остальных, кто так или иначе связан с Украиной. Они отринули реальные характеристики того, чем являлась территория, объединенная под названием Украинская Советская Социалистическая Республика, и попытались пойти по пути создания чисто украинского государства-нации (а фактически – «Украины для украинцев»), к чему не было никаких объективных показаний.

Эти реальные характеристики очевидны, но украинская элита, особенно в националистической своей части, пытается убедить себя и других, что их просто не существует.

Украина есть двунациональная страна, государствообразующими народами в которой являются как этнические украинцы, так и этнические русские. Этнических русских, ментально русских, исторически русских на Украине никак не меньше половины населения. И никакие официальные переписи, «фиксирующие» уменьшение их числа до 8 млн (в следующую перепись обещают уже 4 млн), изменить этот факт не могут. Они скорее наводят на мысль либо о фальсификациях, либо, если число русских столь катастрофически и стремительно уменьшается, о геноциде русского народа.

Более того, русские не висят на Украине в некоем безвоздушном пространстве. Они расселены на землях (Новороссия, но не только она), на которых жили веками и которые заселили раньше, чем туда пришли и украинцы, и тем более украинская власть. То есть формула Украины как государства состоит одновременно из двух уравнений: «украинцы плюс русские» и «украинские земли плюс русские земли».

Особая «официальная ненависть к России», возгоняемая нынешними властями Украины, направлена на Советский Союз. Можно было бы рассуждать о плодотворности этой антироссийско-антисоветской ненависти для реализации плана строительства чисто украинского государства, если бы именно в советский период Украине не были переданы те русские территории, о которых шла речь выше.

Умеренные украинские националисты, возглавившие выход Украины из СССР, видимо, собирались строить украинское государство в рамках своего умеренного национализма. Однако они не учли, что на западе Украины живут гораздо более активные, антирусски настроенные и идеологически мотивированные националисты неумеренные. И, естественно, ставка на националистический проект открыла дорогу к власти именно им, а отнюдь не умеренным, что окончательно и произошло после «оранжевого переворота» 2004 года и прихода к власти Ющенко.

Ну и после госпереворота февраля 2014 года украинский национализм расистского (бандеровского) розлива стал уже официальной идеологией государства Украины.

Наконец, этническая и территориальная двусоставность Украины имеет четкие географические границы, делящие эту страну на по преимуществу украинский запад и по преимуществу русские восток и юг. То есть даже продуманная реализация плана строительства чисто украинского государства (без агрессивной украинизации и форсированного вытеснения русского языка и русской культуры) автоматически ведет к раздвоению или разделению страны, а отнюдь не к ее объединению. Что и произошло сразу же, как только бандеровский «украинизм» стал официальной государственной идеологией и одновременно практикой внутреннего политического террора, включая и прямой бандитизм на расистской основе.

Ведь бежать с русских земель Украины миллионам русских не позволяет то, что это их родина и родина их предков. Потому русские могут лишь отделиться от национал-расистской Украины вместе со своими землями. Что и произошло бескровно благодаря помощи России с Крымом. Что, увы, уже с кровью происходит в Донбассе, который, между прочим, составляет лишь малую часть Новороссии.

Безусловно, если бы в 1991 году украинская элита приняла решение о создании украинского государства как государства украинцев и русских (Украино-Русской Республики) как двух равных и государствообразующих народов данной страны, вопрос о территориальной целостности Украины не стоял бы так остро, как он стоял все годы, начиная с 1991-го, и как стоит сейчас.

Что, собственно, было нужно России от Украины после их разделения? В принципе, речь шла о самых простых, хоть и фундаментальных вещах. Это: равноправие 15–20 миллионов русских, живущих на территории Украины, и собственно украинцев; сохранение исторической лояльности любых официальных властей Украины к России; соблюдение очевидных интересов России на востоке Европы, особенно в черноморском бассейне. Более – ничего.

Но даже до этого малого не смогли подняться умеренные украинские националисты (президентство Кравчука и Кучмы), а уж тем более – сменившие их на властных высотах националисты неумеренные (президентство Ющенко).

Даже вроде бы ориентированный на Россию Янукович, двигаясь уже в русле сложившейся при Кравчуке и Кучме политике обмана Москвы и русских граждан Украины, не смог понять, что рано или поздно лицемерие киевских властей обернется не только против них самих, но и против Украины как государства в границах 1991 года.

Россия получила от Украины постоянную и целенаправленную дерусификацию и фактическое попрание прав русских на Украине; постоянно ведущиеся как внутри самой Украины, так и на международной арене антироссийскую и антирусскую пропаганду и политику; планомерно реализуемый проект превращения Черного моря во внутреннее озеро НАТО и США с максимальным вытеснением оттуда России.

При Ющенко к этому добавились еще и постоянная активность в разжигании конфликта между Россией и ее партнерами в Западной Европе, и Евросоюзом в целом, и прямая поддержка всех антироссийских режимов на постсоветском пространстве (Прибалтика, Польша, Грузия), вплоть до вооружения режима Саакашвили, очевидно готовившегося к войне против России, и даже, судя по всему, определенное участие украинских военных на стороне Грузии в самих военных действиях.

То есть при Кравчуке и Кучме не вполне явно, а при президенте Ющенко совершенно очевидно генеральной линией как внешней, так и внутренней политики официальных властей Украины стал враждебный России, как государству, и русским, как народу, курс. И курс этот выбрали сами власти Украины, так как Россия своим признанием целостности территории Украины в границах 1991 года, а также подписанием так называемого Большого договора в 1997 году, продемонстрировала максимальную лояльность к молодому государству. Даже несмотря на всю двусмысленность политики Киева.

Янукович продолжал лавировать в треугольнике Вашингтон-Брюссель-Москва, но в конечном итоге окончательно запутался в этих трех соснах, ибо к иному это лавирование рано или поздно не могло не привести. Решение о свержении Януковича означало конец геополитических колебаний то ли самой украинской элиты, то ли тех, кто вне территории Украины политически стоит за нею и принимает решение о ее судьбе. Выбор был сделан в пользу Вашингтона и против Украины как государства двух народов. Турчинов, Яценюк и Порошенко своими словами и действиями продемонстрировали это совершенно ясно.

Неизбежным следствием такого выбора и стал территориальный распад Украины.

Можно ли сегодня, да еще после холокоста в Одессе и после уже пролившейся крови в Донбассе, повернуть события вспять?

Трудно, но можно. Но только в том случае, если Украина откажется от своей идеологии «Украины как государства украинцев», а все, кто причастен к кровавой реализации этой идеологии в последние полтора года, уйдут с политической сцены. И если новая политическая элита этой страны открыто провозгласит создание демократической Украино-Русской Республики.

Реально ли это? Сомневаюсь. Точнее – не верю.

2015 г.

Мирный план для Украины

Силового решения конфликта в Донбассе не существует – Киев не победит даже с помощью своих западных покровителей, а народ Донбасса никогда не признает нынешний националистический режим Киева. Запад, США и Евросоюз, конечно, могут вкладывать деньги своих налогоплательщиков, дипломатическую и информационную поддержку в это далеко не святое дело, но Киев не победит. А людей будет уничтожено уже не тысячи, а десятки тысяч. И боевые действия автоматически будут распространяться, причем в западном направлении.

Но если Запад не желает такого числа жертв, и при этом понимает, что ни малой, ни большой кровью он победы Киеву не обеспечит – а это и есть реализм, гуманизм и политическая ответственность, – то он должен пойти (и принудить к этому Турчинова, Яценюка, Порошенко и Коломойского) на такой план:

1. Украина признает на три года (вариант: на пять лет) полную самостоятельность и территориальную целостность ДНР и ЛНР в границах Донецкой и Луганской областей (при формальном сохранении территориальной целостности Украины).

2. Линию разграничения занимают миротворческие силы, состоящие из военнослужащих стран, на которые укажет каждая из сторон (от трех стран по выбору Киева и от трех стран по выбору Донецка и Луганска). Данные миротворческие силы получают соответствующий мандат СБ ООН.

Эти миротворческие силы одновременно выполняют и функцию третьей пограничной и таможенной службы на границах Донецкой и Луганской областей с соседними областями Украины.

Условия пересечения этой временной границы родственниками, живущими по обе ее стороны, должны быть максимально либеральными. Для иных категорий граждан и для товаров условия пересечения границы устанавливаются особым соглашением.

3. Последующие три года (вариант: пять лет) власти ДНР и ЛНР ведут полностью самостоятельную политическую, экономическую и иную деятельность на своей территории. Выезд жителей ДНР и ЛНР в третьи страны осуществляется только через территорию России по специальным временным заграничным паспортам, признанным США, странами ЕС и Россией.

4. Политические партнеры Украины (очевидно, это США и Евросоюз) и политические партнеры ДНР и ЛНР (один из них очевиден – это Россия) имеют право оказывать любую, кроме военной, помощь соответствующим территориям. Украина больше, чем ДНР и ЛНР, но и экономический потенциал США и Евросоюза больше, чем российский. Так что здесь автоматически возникает равенство шансов американцев и европейцев помочь Украине создать экономический (и любой другой) рай на Украине, а России – помочь жителям Донбасса создать экономический (и любой другой) рай в ДНР и ЛНР. То есть это будет честное соревнование всех ныне конфликтующих сторон.

5. На эти три года (пять лет) Украина, ДНР и ЛНР обязуются не размещать на своих территориях иностранные военные базы и не проводить военные учения с участием иностранных государств.

6. Через три года (пять лет) в назначенный уже при подписании данного плана как обязательный для всех заинтересованных сторон день в ДНР и ЛНР под контролем международных наблюдателей проводится референдум, альтернативные вопросы которого звучат так: «Выступаете ли вы за возвращение ДНР и ЛНР в состав Украины?» и «Выступаете ли вы за существование ДНР и ЛНР как независимых государств?».

7. Результаты этого референдума автоматически признаются Киевом, Донецком и Луганском, а также США, странами ЕС, Россией и ООН.

Итак, никакой войны. Никакой крови. Никаких жертв. Никаких дипломатических и политических столкновений по этому поводу между США, Евросоюзом, Украиной и Россией. Напротив, только мир, честное соревнование и упорная работа.

Россия должна настаивать именно на таком плане, Запад должен согласиться. Можно и наоборот: выдвигают план США и Евросоюз, а Россия соглашается.

Впрочем, есть сомнение, что этот план когда-либо будет принят Западом и нынешним правительством Украины. Значит, будет война. Печально…

2015 г.

Операция «Крым» и Новороссия

Загадка операции «Крым»

Крымская тема по-прежнему остается одной из самых популярных в российских и мировых СМИ. В то время как есть один ее аспект, который, по-моему, вообще не обсуждается, а между тем, является самым загадочным. Это стремительность и стопроцентная успешность всей суммы событий, которые привели к воссоединению Крыма с Россией.

Конечно, всем, кто хоть немного знал реальное положение дел в Крыму, почти единодушное желание его жителей вернуться в Россию было известно.

Но с другой стороны, специалисты знают, что при всех президентах Украины Киев целенаправленно проводил политику по дроблению прорусских сил в Крыму и планомерно украинизировал местный административный аппарат.

С третьей стороны, мало кто признавал успешной политику России последних 23 лет на украинском направлении вообще и по поддержке местных русских и русскоязычных в частности. То, чем все эти годы занималась российская дипломатия на Украине, вообще мало кому было понятно.

Наконец, в самой Москве существовало могущественное лобби тех, кто во главу любых действий России предлагал одно – ни в коем случае не «ссориться с Западом, ибо он сильнее».

И вдруг – такая гениальная операция. Стремительная. С точно просчитанной реакцией Запада, в частности и в том, что ничем серьезным, кроме слов, Запад ответить не сможет. А там, где будет пытаться – у Москвы на все заготовлены либо дипломатические аргументы, либо конкретные и очень точно дозированные – ровно столько, сколько нужно, действия.

Только невежды могут утверждать, что с Крымом «Путину повезло». А ведь такая версия очень популярна в определенных кругах в Москве. Нет, чтобы так в политике «повезло», да еще в столь деликатном деле, – такого не бывает. Абсолютная политическая победа случайно на голову не падает.

Теперь, ретроспективно перебирая некоторые действия Кремля и некоторые слова Путина за последние годы, видишь косвенные доказательства того, что все очень хорошо было продумано заранее. Причем очень заранее.

Мне представляется, что так.

Объективные условия: жители Крыма никогда не смирятся с существованием в украинском государстве; рано или поздно политический режим в Киеве (не при этом президенте, так при следующем) рухнет. Более того, рухнет не только режим, но и само и так весьма неэффективное государство.

Следовательно, нужно, во-первых, приготовиться к тому, чтобы когда это случится, политическая воля народа Крыма смогла опереться на открыто заявленную политическую волю и соответствующие действия Москвы. Нужно подготовить все (вплоть до проектов соответствующих законодательных актов), чтобы созревший плод в нужный момент упал точно в одну из заранее подставленных корзин.

Во-вторых, нужно обеспечить максимальную секретность всей этой подготовки (в частности и от колеблющихся и прозападно настроенных чиновников в Москве), а посему круг людей, посвященных в эти планы, должен быть предельно узким. Буквально 5–6 человек.

В-третьих, необходимо замаскировать эту подготовку. И лучший вариант маскировки – бессистемная и странная (чем более странная, тем лучше) деятельность посольства России на Украине.

Если все это так, то это, бесспорно, гениальная политическая операция.

Лично меня интересуют, но вряд ли в ближайшие годы мы это узнаем, ответы на два вопроса. Первый: как долго Путин готовил эту операцию? Второй: через кого он проводил необходимую подготовку? 5–6 ближайших соратников ведь тоже не своими руками ее осуществляли. Они лишь выдавали соответствующие команды.

Итак, все было продумано заранее. Все ловушки расставлены. Все нужные силы (которые, возможно, даже не подозревали, ради чего они будут делать то, что им предписано) готовы. Путин ждал того, что рано или поздно должно было случиться. И случилось. 22 февраля 2014 года государственная власть на Украине рухнула.

2014 г.

Агентуру в архив не списывают

(о старых связях зарубежных спецслужб в Крыму)

…В Крыму все спокойно. Крым счастливо миновала судьба остальных регионов распадающегося государства, границы и земли которого были очерчены Лениным и Сталиным, а отнюдь не Петлюрой и Бандерой.

В Крыму все спокойно. И хотелось бы, чтобы так оставалось и дальше. Тем более что Крым решил свою судьбу бескровно. И посему вроде бы все предпосылки для сохранения в вернувшейся в лоно России Тавриде мира, спокойствия и благолепия налицо.

Увы, есть поводы для беспокойства, причем серьезного.

Специалистам понятно, что на постсоветской Украине царила не демократия, а причудливая смесь олигархического авторитаризма, закамуфлированного внешней парламентской вольницей и квазимногопартийностью, внешнего политического управления и анархии. Последняя, в частности, проявлялась в том, что, с одной стороны, слабое государство не могло полностью подчинить себе души, мысли и тела жителей Новороссии и Крыма, а с другой – вне его контроля находились и многочисленные экстремистские организации, в том числе и те, которые во многих странах Запада и в России признаны террористическими и запрещены законом. И в данном случае я имею в виду не организации украинских националистов и расистов, а исламские организации или их гласные и негласные филиалы.

И основной территориальной опорой этих организаций был как раз Крым. Посему небезосновательны утверждения некоторых экспертов, что именно в некоторых местах Крыма лечились и отдыхали боевики, сражавшиеся с российскими войсками в ходе первой и второй чеченских кампаний.

Боялась ли слабая киевская власть (слабая что при Кравчуке, что при Кучме, что при Ющенко, что при Януковиче) эти организации запретить и ликвидировать, или они были нужны ей для того, чтобы держать в страхе русских жителей Крыма и шантажировать их возможными межнациональными столкновениями, мнения разнятся. Скорее всего, присутствовало и то, и другое. В Киеве, конечно, понимали, что многие идеологи и активисты этих организаций и их зарубежные спонсоры рассчитывали дождаться момента, когда можно будет воспользоваться автономией Крыма для отделения полуострова от Украины, но отнюдь не для воссоединения с Россией. Знали, но рассчитывали, что традиционно для киевских политиков, усидеть между двух стульев. На чем, в конце концов, и погорели.

Однако за два с небольшим десятилетия украинской незалежности были налажены каналы финансирования таких организаций из заинтересованных стран, создана система срочной мобилизации активистов, налажена соответствующая, постоянно ведущаяся легальная и нелегальная пропаганда. Ну и, разумеется, многочисленные западные, а в данном случае и восточные НКО, чувствовали себя в Крыму, как и по всей Украине, более чем свободно.

Все отмечают, что странным образом на Украине, где некоторые известные политики и бизнесмены погибали от пуль, а криминальные переделы собственности были почти нормой, не случалось терактов. Не было их и в Крыму. Потому, утверждают те, кому положено знать больше, чем широкой публике и экспертной массе, их и не случалось, что было решено не вынуждать украинские спецслужбы прибегать к мерам, которые могли бы разрушить структуры, время активных действий которых еще не настало.

Провозглашение независимости Крыма, а затем и воссоединение его с Россией, которому не слишком открыто, но упорно сопротивлялись некоторые крымские организации и группы граждан, связано как раз с тем, что привычная им жизнь, очевидно, закончилась. Привычная жизнь, но не намерения, не зарубежные связи, не зависимость от тех, кто ждал желанного момента, но так и не дождался. И что теперь им делать?

Такие структуры просто так и сами по себе не исчезают. И те, кто их так долго пестовал и финансировал, тоже не склонны списывать все предыдущие усилия и расходы по графе «упущенная выгода».

Думаю, что именно то, о чем я говорю, и имел в виду Путин, произнося 7 апреля на заседании коллегии ФСБ следующие слова: «Прошу вас особое внимание обратить и на формирование территориальных подразделений ФСБ в новых субъектах Российской Федерации: Крыму и Севастополе. В том числе перед ними будет стоять задача не допустить проникновения во властные структуры лиц с криминальным прошлым, представителей разного рода радикальных и экстремистских течений. Словом, тех, кто попытается мешать нормальному развитию Крыма и Севастополя».

Спецслужбы России не смогут занимать по отношению к тем, кого имел в виду Путин и о ком говорю я, позицию «холодного мира», которой придерживалась СБУ. Это ясно. А вот что неясно: какую тактику действий (или бездействия?) изберут по отношению уже к российскому Крыму те, кто готовился отнюдь не к расцвету курортного бизнеса и вообще экономики полуострова, кто вполне комфортно чувствовал себя под политической защитой Киева и националистов с Галичины?

Спокойствие в Крыму после воссоединения его с Россией становится политической категорией исключительной значимости и большого информационного веса. Любая из сторон может сделать неверный шаг. Может быть, даже маленький. Но неверный. И с большими последствиями…

2014 г.

Курортный Крым. Майские впечатления

Я прилетел в Крым 2 мая, а улетел 8-го. Прилетел только для того, чтобы отдохнуть от московских дел, но, конечно, вынужден был следить за всем, что происходит на Украине и вокруг нее, – и даже каждодневно писать по этому поводу тексты в свои блоги.

И все-таки в Крыму я отдыхал. Попутно фиксируя все, что удавалось подметить из новой жизни. В последние 20 лет (то есть при власти Украины) я бывал в Крыму десятки раз, так что мне было с чем сравнить сегодняшнее положение. Я помню еще те дни (в начале 90х), когда местные жители продолжали называть уже введенные гривны рублями, ибо так было привычней. По крайней мере, для языка и их психологии.

Жил я на сей раз в Ялте, в гостинице, в которой останавливаюсь уже много лет. Но в один из дней съездил в Феодосию (в музей Ивана Айвазовского; а вот музей Александра Грина был, к сожалению, закрыт – выходной день), а также в Солнечную долину и Судак, в которых раньше никогда не был. Проехал через Коктебель. Так что за 6 дней впечатлений набралось достаточно.

Прилет в Симферополь. Новое – на летном поле нет ни самолетов «Аэросвита», ни турецкой авиакомпании. А ранее один «турок» стоял тут обязательно. Как мне сказали, теперь турки сюда не летают (а они перевозили главным образом челноков, летавших в Турцию за дешевым товаром). Ну, и украинский «Аэросвит», естественно, тоже в Крым не летает.

Непривычное в крохотном здании аэропорта – пустые кабинки пограничников, на линии которых раньше мы предъявляли свои паспорта. И закрытые обменники валюты в аэропорту.

А вот обилие встречающих с названиями разных фирм и фамилиями встречаемых – как всегда в это (ранний май) время. Ну и частные таксисты, предлагающие дешево отвезти куда угодно (дешево, если не обговоришь цену заранее, конечно, не получится), тоже во множестве.

Аэропорт явно перегружен. Это стало особенно очевидным, когда 8 мая я улетал в Москву. Если к началу большого курортного сезона «Аэрофлот» не развернет здесь сеть своих касс (вместо одной) и другого сервиса, то будет каждодневное столпотворение. Число рейсов-то увеличилось (но в билетах, купленных в Москве, неправильно указывается время обратного вылета), и самолеты летят без единого свободного места.

В прошлом году весна в Крым пришла с почти месячным опозданием, а в этом – в должное время. Тем не менее, шоссе Симферополь-Ялта (да и остальные крымские шоссе) удивительно свободно. Понятно: автомобилей, приезжающих с Украины, практически нет. Так что пока Крым (и даже сама Ялта) испытывают облегчение от пробок.

Довольно много машин с российскими номерами. Видны и местные машины с уже новыми крымскими, но российской регистрации, номерами. На некоторых украинских номерах (но далеко не на всех) украинский герб заклеен российским. Это в Ялте. В Севастополе, как говорят, такие наклейки почти у всех. На то это и Севастополь.

Во всех видных местах – российские и крымские флаги. А вот вывески и дорожные указатели на украинском языке как были, так и остались. Очевидно, что их замену тут не форсируют. То ли руки не доходят, то ли не считают это самым важным делом.

Зато исчезли многочисленные ранее билборды с лицами украинских политиков. Помню один год (предвыборный), когда с каждого второго билборда на тебя смотрел Яценюк в камуфляже. Такой вот был уже тогда воинственный товарищ.

Из российских политиков на билбордах только Сергей Миронов, от имени партии «Справедливая Россия» поздравляющий крымчан с Днем Победы. Еще пару раз встречал рекламу какой-то мелкой российской партии. Но ни «Единая Россия», ни КПРФ, ни даже ЛДПР на билбордах от Симферополя до Ялты и от Симферополя до Керчи не представлены. Отсутствуют полностью. Может, это и хорошо?

За все время видел только одно «передвижение войск» на шоссе Симферополь – Ялта. На трех тягачах везли БТРы. Во время украинской власти военные грузовики встречал здесь гораздо чаще – и российские, и украинские.

ЮБК – Южный берег Крыма, то есть курортная зона, живет своей обычной жизнью. Это не предельно политизированные Севастополь и Симферополь. В Ялте сейчас больше интересуются личными и коммерческими делами, чем политикой. Политика уже свершилась. Но надо отдать должное и Ялте: здесь все последние 23 года как могли сдерживали украинизацию, хотя именно сюда Киев назначал самых изворотливых в этом смысле градоначальников: они всегда мягко стелили русским, да с каждым днем все жестче было спать.

Но в Ялте (как и вообще в Крыму) не тронули грандиозный памятник Ленину. Не говоря уже о памятниках Чехову (невдалеке от которого и расположена моя гостиница) и Горькому (чуть дальше по направлению к гостинице «Ореанда»). Из новых, как известно, в последние годы были установлены памятники Ханжонкову, Даме с собачкой (на набережной) и, самый последний, – Юлиану Семенову (у входа в «Ореанду»).

Тихо и одиноко сидит у своего музея в глубине одной из улиц старого города Леся Украинка.

В Ялте закрыты офисы многих компаний (украинских), как говорят местные жители, увеличилось количество объявлений о продаже участков земли, зданий и квартир. Сам судить не могу – таких объявлений прямо на зданиях и заборах здесь всегда было много. Но строительство трех – четырех высоких гостиниц и дорогих жилых домов в Приморском парке продолжается, причем весьма активно.

Частные обменники работают. Курс устанавливается по отношению к гривне: доллара, евро и рубля. Обменный курс рубля – 3,1 за гривну.

Торгуют всюду и за рубли, и за гривны (ценники во многих местах, в том числе и на рынках, пока только в гривнах – привычка), но именно рублей не хватает. Особенно мелких. Я специально захватил из Москвы множество мелких купюр – от 10-рублевок до тысячных. И все равно постоянно с этим мучился: нет сдачи. С 5-тысячной купюрой соваться в большинство мест бесполезно: если только согласен получить сдачу в гривнах. У меня, правда, гривны сохранились с прошлых поездок на Украину еще. Все их я оставил в Крыму. Особенно удобно давать ими чаевые. С одной стороны, оставляешь чаевые, а с другой – тебе это будто ничего и не стоит. Куда теперь с гривнами гражданину России деться?

Банки и банкоматы (в Ялте и Феодосии) до сих пор не работают, банковские карточки не принимаются нигде. Всюду объявления: «Расчет временно только наличными».

Я-то был об этом предупрежден своей гостиницей, когда созванивался накануне поездки: все только за наличные, но многие из приезжих, как я понимаю, не столь информированы. И при наличии банковских карточек оказываются в ситуации безденежья.

На начало мая это оставалось главной проблемой для местных жителей и приезжих. Особенно, конечно, для местных. Они не могут оплачивать со своих счетов даже коммунальные услуги, не говоря уже о более крупных платежах.

Но розничная торговля идет бойко. Правда, большой курортный сезон еще не начался. Днем и вечером на ялтинской набережной привычного летнего столпотворения пока не наблюдается.

Не слышал я жалоб на нехватку воды. Но это в городах ЮБК. Не слышал и о проблемах с электричеством. Все отмечают, что бензин теперь в Крыму дешевле, чем на Украине.

Во многих местах Ялты раздают листовки с протестом против создания в Крыму игорной зоны. Насколько я понял, такая перспектива здесь мало кого радует.

Проблемой для жителей ЮБК является то, что те из них, кто живет сдачей в аренду своих домов и квартир курортникам, привыкли делать это нелегально или полулегально: налог платят за пару жильцов, а заселяют дюжину. Все вокруг, включая местные власти и местную милицию, об этом знали. Как уж при этом решались коллизии, связанные с теневой частью этого бизнеса, я не знаю. Но то было «при Украине». А как теперь? Люди и их привычки ведь не изменились. А для всего ЮБК это главный вид бизнеса и главный источник дохода.

4 мая у памятника Ленину в Ялте собрался не очень многочисленный, но активный митинг в память о жертвах репрессий в Одессе. Пели советские военные песни, собирали пожертвования для семей жертв карательной операции.

Возвращение в Россию Ялта и Феодосия восприняли с радостью, но спокойно. Ведь большинство местных жителей продолжали считать себя и свои города русскими. На протяжение прошедших 20 лет я много раз и от очень многих слышал тут – даже при случайном разговоре, вопрос-отчаяние: «Когда же Россия заберет нас к себе?».

Теперь это, наконец, случилось. И люди восприняли это просто как восстановление нормы.

Люди старшего и среднего поколений до сих пор с нежностью вспоминают советские времена. Например, водитель, который возил меня по Солнечной долине, постоянно говорил: эту дорогу построили при советской власти; у нас здесь столько было пионерских лагерей – детский отдых отлично был налажен; у нас на предприятии была столовая на 600 человек – кормили вкусно и дешево… Вообще, как только выезжаешь за пределы крупных курортных центров, тебе тут же начинают показывать: здесь при СССР был завод, здесь – фабрика, здесь – техникум, там – гигантский совхоз, здесь – целый военный городок, в котором все имели работу, а снабжение – как в Москве… (я просто цитирую).

Многие с пониманием относятся к трудностям переходного периода, но многих это постепенно начинает раздражать. И это понятно: все проблемы, которые раньше можно было объяснить нерасторопностью или кознями киевских властей, теперь постепенно, но стремительно становятся российскими. Соответственно, и объектом недовольства и критики скоро станут местные, уже российские, власти и Москва.

2014 г.

Референдум в Новороссии

Референдум о самоопределении в Донецкой и Луганской областях состоялся. Это факт.

В нем приняли участие от 70 процентов избирателей этих территорий и больше.

Цифра действительно впечатляющая, так как запугивали жителей этих областей посланные Киевом войска и боевики «Правого сектора» вполне масштабно и по-бандеровски изощренно.

Кстати, в этот же день, 11 мая, проходили мало кому заметные выборы президента в Литве. Там участие составило 48,5 % (предварительные данные).

Вопрос Евросоюзу и США: что больше – 70 с лишним процентов или 48,5?

Очевидно, что абсолютное большинство участников референдума проголосовали за самоопределение областей, то есть фактически за идею независимой Донецкой Народной Республики.

Ясно, что «демократический» Запад волю населения востока Украины не признает. Все аргументы уже известны. И все они лицемерные или лживые.

Главный вопрос, как отреагирует Путин (то есть Россия официально) на факт состоявшегося референдума и его результаты?

По логике его последнего высказывания на сей счет (предложение отложить референдум для того, чтобы создать возможность для «диалога» с властями Киева), он должен:

1. Еще раз обратиться к «двум сторонам» сесть «за стол переговоров». Сославшись на то, что референдум подтвердил твердость позиции восточных областей и даже дал народный мандат лидерам движения «за федерализацию» для ведения таких переговоров.

Понятно, что лидеры Донецкой Республики по своей воле этого не сделают. Они не могут сесть за стол переговоров с теми, кто не признает самого референдума (то есть этот мандат) и причастен к убийствам жителей этих областей.

Но и киевские временщики на это не пойдут (где там знаменитая «дорожная карта ОБСЕ в никуда»?). Причины очевидны.

2. Далее Путин будет ждать, во-первых, насколько быстро будут созданы властные органы Донецкой Республики, поставят ли они под эффективный контроль территорию областей и провозгласит ли республика свою независимость; во-вторых, попытается ли Киев усилить карательные операции на востоке. В зависимости от того и другого возможна та или иная реакция Москвы.

3. Далее – суррогатные президентские выборы 25 мая. Донецкая Республика (ее жители) в них, надо думать, участвовать не будут. Запад эти выборы признает. И Путин получит возможность заявить, что Москва готова признать правомерность и результат этих выборов, но предлагает Западу одновременно признать и независимость Донецкой Республики. Возможно, предложит компромиссный вариант – создать Киевско-Донецкую федерацию. И будет ждать реакцию Запада.

Выборы 25 мая Киеву ничего существенного не дают. Запад и без всяких выборов нынешние киевские власти поддерживает максимально – куда уж больше? Правда, денег особенно не шлет. Но и после 25 мая не будет намного щедрее. Так как новый «президент Украины» всю территорию страны все равно контролировать не сможет. Да и легитимность его будет весьма сомнительной. В том числе и для Запада, хотя вслух это произноситься не будет.

Новый «президент Украины» должен сразу же начать решать ее проблемы. Вернуть контроль над восточными областями он может только силой, то есть гораздо большей кровью, чем была пролита в последние недели. Всенародного мандата на масштабную многодневную карательную операцию по всему Юго-Востоку у него не будет. Да и Россия будет «хладнокровно» наблюдать за этим только до определенной черты.

Главная задача Киева – оставить под своим контролем два крупнейших города Юго-Востока – Харьков и Одессу. До сих пор за счет негласных и открытых масштабных репрессий это удавалось. Запад на все это закрывал глаза. Но провозглашение Донецкой Республики сильно изменит ситуацию на востоке Украины. И, естественно, не в пользу Киева.

Вторая задача – срочное решение экономических проблем Украины, точнее – подконтрольных Киеву ее областей. Но быстро их решить невозможно, да и не даст Запад сразу столько денег слаболегитимному президенту.

От создания Киевско-Донецкой конфедерации «новый президент» откажется – иначе его снесут украинские националисты. Да и проигравшие конкуренты сочтут это «предательством».

Все это создает возможность для Путина выжидать – когда «новый президент» запутается в тех же проблемах, в которых уже увязли Турчинов с Яценюком. Но у них есть цель – дотянуть до 25 мая, и эта цель близка, а «новому президенту» до чего дотягивать? До конца своего срока?

Итак, вопрос сейчас в прочности формально еще не существующей Донецкой Республики. А время и сам факт ее признания Россией – вопрос тактический.

2014 г.

О Крыме, Новороссии и нынешней киевской власти

Украинский вопрос стал сегодня главным для России. Как минимум, по двум причинам. Во-первых, он по сути своей является русским вопросом. Во-вторых, потому что именно Украина образца 2014 года создала глубочайший кризис и даже крупномасштабный конфликт между Россией и странами Запада.

Крым одно, Новороссия – другое

Есть дела, которые нельзя отложить на завтра. Завтра будет поздно.

Есть решения, которые нужно принимать сегодня. Просто потому, что если ты не примешь решение сам и сейчас, то завтра его за тебя примут другие. Как минимум, в ущерб тебе. Но не исключено, что и против тебя.

Явно руководствуясь этим императивом, Путин не стал в начале этого года откладывать вопрос о Крыме на завтра, а принял единственно верное, хоть и рискованное решение «сам и сейчас». По результату видно, что правильной оказалась и засекреченность этого решения, которая до поры сохранялась.

Но есть столь же важные и рискованные решения, которые нужно оглашать, предавать гласности, выходя из той естественной части политики, которая должна быть скрыта не только от чужих, но и своих глаз. Тем более что затянувшаяся интрига вокруг Новороссии и отношений России с Украиной формата 2014 года уже вышла из стадии секретности, и теперь эвфемизмы делу не помогут. Более того, теперь они делу вредят.

О Крыме

Политическая операция «Крым наш», бесспорно, войдет во все учебники истории, политики, дипломатии. В том, что рано или поздно Путину будут поставлены памятники в центре Симферополя и Севастополя, сомнений у меня нет.

Операцией «Крым наш» Путин решил, как минимум, пять общенациональных стратегических задач.

Первая: укрепил военную безопасность России, отодвинув наши стратегические рубежи на юге и юго-западе не на сотни, а фактически на тысячи километров.

Вторая: возродил Черноморский флот России, причем как флот Средиземноморский и Атлантический.

Третья: снял опасность превращения Черного моря во внутреннее море НАТО.

Четвертая: спас здоровье, жизни и благополучие 2,5 миллиона жителей Крыма, в первую очередь – русских, ибо именно им пришлось бы хуже всего, если бы над ними сохранилась власть нынешнего киевского режима.

Пятая: восстановил историческую справедливость и отчасти искупил вину России и всех нас, ее граждан, за то, что мы 1991 году бросили 30 миллионов наших соотечественников, а часто и прямых родственников, за границами РФ.

«Русские своих не бросают!» – сейчас этот лозунг популярен и даже моден. Я никогда его не декларирую и тем более не декламирую. Ибо в 1991 году мы сделали именно это – бросили своих.

Раз Украина не Россия, то и Новороссия не Украина

Но брошенными до сих пор остаются 20 миллионов (минимум) русских, проживающих на остальной, теперь уже без Крыма, территории Украины.

Вдохновленные примером Крыма, жители Новороссии восстали против режима майдановской Украины. Почему? Потому что не просто увидели, а кожей почувствовали: все, теперь им, как русским, конец. Мягкая и полужесткая украинизация по Кравчуку – Кучме-Ющенко-Януковичу, длившаяся 23 года, в феврале 2014-го закончилась. Теперь украинизация будет не просто жесткой, а экзистенциально жестокой: либо ты украинец, либо тебе смерть!

Кучма написал опус под названием «Украина не Россия», в котором ясно прописано, что и русский это не украинец, но обязан им стать.

Турчинов-Яценюк-Порошенко начали реализовывать «доктрину Кучмы» в самом брутальном варианте – варианте Бандеры-Шухевича. Политическим, психологическим и физическим террором! Оружием! Кровью!

Инстинкт выживания русских и малороссов, жителей исторической Новороссии, подсказал им: если сегодня они не встанут с оружием в руках, чтобы защитить себя, свои семьи и свою землю, завтра не будет либо их на этой земле, либо этой земли у них. И точно их как русских и малороссов.

Раз Украина не Россия, значит, и Новороссия не Украина. Никакого иного логического и спасительного для них самих, их семей и детей, их будущего вывода они сделать не могли.

А Россия не могла (желала она того или нет) не помочь им спасти их физическое или этническое выживание.

Россия делала это явно – политически, дипломатически, информационно. Неявно, но все равно справедливо, военной поддержкой. Насколько масштабной и легальной – с точки зрения истории, справедливости и задачи сохранения русской нации, неважно. Для тех, кто спасает жизнь своей семьи от убийц, нет пределов необходимой обороны. Подумайте о своей семье – и вы поймете, что это так.

«Цивилизованному Западу» и московским коллаборационистам на жизни и судьбу русских на Украине (впрочем, как и во всех других странах и землях) наплевать. И России 23 года было наплевать. В 2014 году со стороны России это наплевательство закончилось. Потому что февральский госпереворот привел к власти на Украине нацистов.

Еще раз о Крыме

Понятно, что политика – это искусство возможного. Понятно, что решившись, наконец-то, на помощь в воплощении 23-летней (в реальности даже 60-летней) мечты абсолютного большинства жителей Крыма – вернуться в Россию, Москва теперь должна гарантированно сохранить это воссоединение и сделать его безвозвратным.

Это – стратегическая задача номер один, ради которой приходится жертвовать чем-то другим. Иногда почти столь же существенным. В частности, судьбой Новороссии.

Безответственно, не закрепив достигнутого, рискнуть еще раз – даже ради благородной и справедливой цели – и в результате потерять Крым. В этом смысле все маневры, отступления, все лавирование Москвы мне понятны.

Кроме того, взять полную ответственность за Новороссию (границы которой, вообще-то, шире Донецкой и Луганской Республик) означало еще и взвалить на Россию и ее население дополнительное, куда большее, чем крымское, финансовое бремя. И при этом опять быть «не понятыми» Западом.

Ну, и ряд других очевидных негативных последствий.

Словом, проигрыш в справедливой борьбе за спасение Новоросии и ее жителей от буквально обезумевшего на почве русофобии киевского режима, получившего полную поддержку Запада и его же карт-бланш на любые, вплоть до прямо преступных, действия, мог бы обернуться, помимо прочего, и потерей Крыма, чего, конечно, допустить было нельзя.

Но развитие событий на Украине и в Новороссии с мая по октябрь со всей остротой поставило следующий вопрос, на который тоже нужно ответить предельно честно и, конечно, публично.

А что будет с Новороссией, если она сдастся на милость киевского режима?

И тут ответ очевиден: геноцид русских. Полномасштабный, откровенный, не замечаемый Западом и даже отчасти им приветствуемый.

Террор будет установлен такой, что либо власть России будет вынуждена вмешаться прямой спасительной военной операцией, либо она должна будет сама выстроить железобетонную стену на границе с Украиной – с тем, чтобы не позволить уже не тысячам, а десяткам или сотням тысяч добровольцев из России броситься спасать жизни своих родных, близких, друзей, соотечественников, просто русских.

Порошенко – меньшее из зол?

Я не буду спорить с бессовестными, лживыми или бессмысленными аргументами тех, кто даже в Москве, искренне заблуждаясь или в предательском раже, утверждает, что «народ Украины сделал европейский выбор», и прочей белибердой.

К разряду такой белиберды я отношу и представление о том, что Порошенко является единственной приемлемой для России и русских на Украине фигурой, а потому с ним нужно «вести дела и переговоры», иначе будет только хуже.

«Хуже» русским на Украине будет в любом случае, так как генетика и способ рождения нынешнего киевского режима делают его антирусским и антироссийским злом в принципе и без каких-либо оттенков. Абсолютным злом. Повторяю, экзистенциальным. А государство Украина генетика и способ рождения нынешнего киевского режима делают злом для России при любом персональном составе его правящего класса.

Меня не интересуют личные качества и потаенные думы Порошенко. Он есть производное данного режима, следовательно, он полностью отвечает его целям. Он теперь – лидер украинизма как антирусской и антироссийской стратегии, политики и тактики. Доказательств сотни. Причем их список расширяется буквально каждый день.

Если бы Порошенко таким не был, его бы уже свергли. Украинизм не терпит предательства и даже сомнений по отношению к самому себе. Только по отношению к другим.

Украинизм враждебен России и русским по сути, по форме и по человеческому наполнению. И вариантов здесь нет.

Константы украинизма

Прежде чем ответить на главный вопрос, ради чего я и пишу эту статью, – на вопрос «Что делать России в данных обстоятельствах?», необходимо назвать своими именами и перечислить константы украинизма, вполне расцветшего на сегодняшней Украине, но отчетливо проявившихся и за все последние 23 года его, украинизма, легального, но несколько стыдливого и вполне лицемерного существования.

Константы эти таковы.

Украинизм есть концепция построения антироссийского и антирусского государства.

Украинизм есть расизм по отношению к русским. Он в принципе не предусматривает наличие русских в украинском государстве. Самое малое, что им предлагается – переписаться в украинцы.

Украинизм крайне жесток. Того, кого он считает своим врагом, он готов (и продемонстрировал это в 40—50-е годы, а теперь демонстрирует, не стесняясь и даже не очень скрывая, вновь) не просто уничтожить, а уничтожить изуверски.

Украинизм рассматривает (уже за пределами своей территории) Россию как абсолютное зло, русских – как абсолютное зло, Русскую православную церковь – как абсолютное зло, русский язык – как абсолютное зло… Далее можете продолжать до бесконечности.

Украинизм как политика предполагает, что Украине должны все и все. Другое дело, что не со всех получишь, но с России должно получать все и по возможности бесплатно.

Украинский политик – это тот, кто говорит одно, делает другое, а думает третье. Наряду с предательством ложь и обман – две главных составляющих украинизма как политики. Именно поэтому украинские политики (в президентском регистре – от Кравчука до Порошенко, а равно и все, кто рангом ниже) обманывают с легкостью, а лгут, как дышат. И даже не ощущают от этого неудобства, а тем более стыда. Ибо они такими рождены. Иначе они бы не стали украинскими политиками.

Любая политика любой страны, включая, разумеется, Россию и не исключая, естественно, какую-нибудь сверхдемократическую Францию, имеет в своем арсенале ложь и обман. Так было всегда и всегда будет. Отличие украинской политики от политики всех остальных стран в том, что она вся состоит из лжи и обмана. За последние 10 месяцев мы могли убедиться в этом сотни раз. За последние 23 года – тысячи.

Я вообще не понимаю, как наш «Газпром» (при всех претензиях к нему) ведет переговоры с Украиной. Просто представьте себе, что вы должны постоянно договариваться с тем, кто постоянно же ворует у вас часть того, о чем вы договариваетесь, при этом обвиняя вас во всех грехах. Долго ли вы бы такие переговоры, не оказавшись в сумасшедшем доме, выдержали?

Кстати, это еще одна константа украинизма как политики: он приписывает партнеру именно то, в чем виновен сам. Все, вплоть до преступлений.

Украинизм как политика всегда исходит из того, что партнер виноват всегда и во всем, а Украина – никогда и ни в чем.

Украинизм лжив, беспринципен, лицемерен, тоталитарен и террористичен в абсолютной степени. Именно поэтому он сумел за 23 года создать условия для того, чтобы в течение нескольких месяцев 2014 года даже многих русских, живущих на Украине, превратить в тех, кто искренне ненавидит Россию и русских. По-моему, иного подобного примера в обозримой истории человечества нет. Одно это показывает, насколько опасен и насколько неисправим украинизм.

А поскольку, вернусь к началу, украинизм есть антирусский расизм и концепция построения антирусского и антироссийского государства, постольку понятно, что Россия в принципе никогда не сможет с ним договориться, если, конечно, исключить из условий договоренности полную капитуляцию России.

Наконец, украинизм недоговороспособен по отношению к России еще и потому, что его тактика, политика и стратегия на обозримое будущее состоит в том, чтобы натравливать Запад на Россию – и из идейных, и из меркантильных соображений.

Кто нам нужен во главе Украины, и в частности в Верховной Раде?

Поскольку Украина как государство, если это государство основано на украинизме, и Россия несовместимы, то между ними никогда не могут существовать невраждебные отношения, а тем более нормальные отношения. Дружеские исключены по определению.

Но так как Россия не собирается уничтожать государство Украина, даже созданное на основе антирусского украинизма, единственное, что мы должны желать, – это дать украинизму проявить себя в полной мере. С тем, чтобы он был сметен самим терроризированным им населением Украины и с тем, чтобы даже самый последний лицемер на Западе не смог сказать, что это государство, которое имеет право на существование.

Посему ответ на вопрос, а кто нам нужен во главе Украины и в ее парламенте, прост и однозначен: наиболее отъявленные украинские националисты.

Тут (не нужно этого стесняться, как и всякой неприятной правды) действует принцип «чем хуже, тем лучше». Ибо чем больше украинских националистов, вплоть до прямых нацистов и расистов, будет в руководстве Украины и в ее оптом и на вынос закупленном так называемыми украинскими (в реальности – лишь теми, кто использует украинский национализм в своих интересах) олигархами, тем быстрее окончательно рухнет Украина как антирусское и антироссийское государство (не путать со страной Украиной).

Просто смешны заверения некоторых что московских, что западных, что киевских «экспертов» в том, что в Верховной раде нам нужна сильная «партия мира» и она там может появиться. Нет такой партии на Украине-2014. Если бы она была, Украина не была бы тем, чем она ныне является.

Поэтому безответственны или лукавы утверждения некоторых наших политиков, которые говорят, что после выборов Рада, или Порошенко, или украинская власть в целом станут иными. И тогда России удастся с ними договориться.

Единственное, о чем можно в данном случае рассуждать, какого размера и какой степени топорности будет украинский троянский конь. Но то, что жовто-блакитного украинского троянского коня, что в Раде, что в президентском кабинете, не отмоешь добела, сомнений быть не может. Ибо этого не может быть никогда.

Что делать России?

Так что же в этих условиях (когда лучше не будет точно и вопрос лишь в том, насколько будет хуже) России делать?

Ведь, с одной стороны, рушить государство Украина мы не должны, а с другой, оно будет оставаться таким, что русские в этом государстве будут изведены под корень, а смысл его внешней политики будет состоять в том, чтобы натравливать Запад, и прежде всего США, на Россию.

Вернув себе Крым, Россия решила тот набор стратегических задач, которые я уже описал.

Но задачу защиты от уничтожения части русского народа, живущего на территории нынешней Украины, а это, напомню, не менее 20 миллионов человек (несмотря на фальсификации киевских статистиков-переписчиков), мы не решили. И при победе нынешнего киевского режима (а иного режима на Украине в ближайшие месяцы, а, возможно, и два-три года не предвидится) над Новороссией будем иметь возможность решить ее только путем военной операции. Но не захватывать же всю Украину для того, чтобы спасти все 20 миллионов русских, ибо живут они не только в Новороссии, но и, например, в Киеве. Да еще миллионов 10 малороссов. И потом еще подавлять сопротивление тех украинских расистов, которые захватили в 2014 году власть на Украине и пока безнаказанно терроризируют все остальное ее население?

Возможно, этого ждет от нас и к этому подталкивает нас Запад (и отнюдь не из любви к русским на Украине или к России, а по иным, увы, циничным соображениям), но для самой России было бы верхом безответственности доводить до этого. Точнее – позволить украинизму довести нас до этого.

Посему мы должны сделать то, что остановит нынешний киевский режим на его стремительном движении к полномасштабному геноциду русских на Украине.

А именно, гласно и официально объявить:

– что русский народ является крупнейшим разделенным народом Европы;

– что, по мнению России, нынешний политический режим Украины является расистским, а конкретно – антирусским;

– что политическая эволюция нынешней украинской власти неизбежно приведет к полномасштабному геноциду русских и малороссов на Украине, чего Россия, конечно, не может допустить;

– что во избежание этой опасности Россия требует от мирового сообщества, и прежде всего от Совета Безопасности ООН, принятия решений, которые бы обязали Украину отказаться от такой политики и создать систему соответствующих внутриполитических гарантий (федерализация, восстановление образования на русском языке там, где того пожелают региональные парламенты, и пр.);

– что если Совет Безопасности ООН проигнорирует это требование России, наша страна вынуждена будет сама принять любые необходимые меры, вплоть до военной операции в Новоросии и на левобережной Украине;

– что Россия моментально признает независимость ДНР и ЛНР, как только получит достоверную информацию о любых репрессивных действиях киевского режима на территории ДНР и ЛНР, и заключит с этими республиками, если они об этом попросят, военный союз.

«Детали» тоже важны

Конечно, сказанное не исчерпывает всех проблем, которые существуют между Россией и Украиной, однако описывает главную из них.

Понятно, что, исходя из описанных мною констант украинизма, я не вижу возможности «продавать» газ Украине без оплаты всех долгов и предоплаты за вновь получаемый газ. Помогать ворам воровать – это только стимулировать их продолжать воровство. Ведь этот так понятно. А кому не понятно, пусть прикинет это на свое собственное имущество.

Я осознаю, как прочитают мою статью и что из нее вычитают украинские, западные и московские украинисты. Их оценки меня не волнуют.

Но для людей разумных и честных скажу, что в данной статье я описал свое представление о государстве Украина, построенном на украинизме, то есть Украину образца 2014 года.

К сожалению, украинизмом заражена и значительная часть украинцев. Украинский бог им судья, но пора перестать, вызывая раздражение и насмешки русских в России, именовать Украину «братской страной», а украинцев «братским народом».

Сами украинцы теперь должны доказать, если захотят, являются ли они для русских братским народом. А для этого им, как минимум, нужно отказаться от украинизма и поменять соответствующий политический режим.

Кроме того, я остаюсь при своем мнении, что именно захвативший власть на Украине украинизм и использовавшие его так называемые украинские олигархи погубили проект создания из УССР независимого украинского государства в границах 1991 года.

Посему я считаю, что государство Украина (но в других, гораздо меньших, границах) сохранится – где-то с западной стороны независимого государства Новороссия, возникновение которого после событий февраля 2014 года стало возможным, а после событий весны – осени 2014 года (2 мая в Одессе и пр.) и карательной операции киевского режима – неизбежным. Если, конечно, мир вообще и Россия в частности не захотят безучастно смотреть на физическое и этническое уничтожение 20 миллионов русских на Украине.

2014 г.

Наш Крым и мы

(предновогодние размышления)

Прогнозы развития событий в восточной Новороссии (Донецкая и Луганская области) могут быть разные – от фантастических (сохранение экономического и политического «единства» Украины) до реалистических (ДНР и ЛНР никогда уже не вернутся в состав Украины – это мой прогноз), но относительно Крыма все ясно. США и Киев хотят сделать все, чтобы жители Крыма возненавидели сделанный ими выбор в пользу родины, в пользу России.

К тому, что уже было задействовано летом и осенью, теперь добавились регулярные отключения электроэнергии. Вслед за этим – блокировка для крымчан платежных систем Visa и MasterCard. Наконец, прекращение железнодорожного, автобусного и автомобильного сообщения Украины с Крымом (авиасообщение прекратилось уже давно). Не исключено, что будет придумано что-то еще.

Но цель уже очевидна. Не только оставить крымчан без света и тепла, но и без какой-либо связи (и в первую очередь – телевизионной) не только с Россией, но и с Украиной, где у многих крымчан живут родственники и друзья.

Словом, поставлена задача превратить для жителей Крыма жизнь в кошмар.

Бессмысленно обсуждать, гуманно это или нет. Власти США никогда не распространяли понятие «гуманизм» на жителей других государств и для других народов, особенно тех, что осмеливаются не подчиняться Вашингтону. Ну а сегодняшний Киев и «гуманизм» – это вообще две вещи метафизически несовместные.

Обсуждать нужно то, что мы, в первую очередь жители богатой Москвы, можем и должны сделать, чтобы не оставить крымчан в их возможном унынии и даже отчаянии. Вполне понятном: Россия веселится и радуется, в том числе и по случаю воссоединения с Крымом, а они, крымчане, сидят без света в холодных квартирах перед потухшими экранами телевизоров.

Я перечислю, скорее всего, вполне очевидные и одновременно вполне фантастические идеи. Но они, возможно, кого-то на что-то подтолкнут. И прежде всего – федеральную власть, ибо только она способна в таких обстоятельствах принять оперативные и полностью обеспеченные соответствующими финансами решения.

Каждый ребенок Крыма должен получить на Новый год подарок – не от родителей (это само собой), не от местных властей или благотворительных организаций, а из Москвы.

Это же относится и ко всем пациентам крымских больниц, которые в новогоднюю ночь окажутся не у себя дома, а в больничных палатах.

В каждом городе Крыма в новогоднюю ночь должны выступить артисты из Москвы. Организовать и оплатить эти выступления может только государство.

Если бы решения принимал я, то послал бы на эту новогоднюю ночь в Крым и половину членов правительства России, и половину депутатов Государственной Думы.

Думаю, что и президенту России Владимиру Путину в данных обстоятельствах следовало бы встретить новогодний праздник именно в Крыму. Пишу об этом не без надежды на то, что такая поездка уже продумана и готовится.

Наверное, у кого-то могут возникнуть и более оригинальные или более конструктивные идеи. Но главное, чтобы они возникли в головах тех, кто занимает сегодня высшие государственные посты. Если все перечисленное или что-то иное не менее праздничное и не эфемерное нельзя успеть организовать до Нового года, то ведь в этом смысле у нас в России, как и в космической технике, есть система дублирования – впереди еще Старый Новый год.

Однако зима не сводится к Новому году, а крымская зима кажется мягкой и привлекательной только с Крайнего Севера, но даже не из Москвы.

Не знаю, да и не обязан знать, каким образом будут решать в Крыму проблемы текущей зимы региональные и федеральные власти, но считаю, что все мы, для кого слова «Крым наш» не предмет идиотских шуток и предательского (да, да – предательского! – по отношению к жителям Крыма конкретно, а уж затем и по отношению ко всей России) шипения, а человеческий и гражданский, политический и патриотический выбор, обязаны сделать что-то конкретное, материальное.

Для этого не нужно вводить «налог на Крым», которым обитатели болота пугают жителей страны, омываемой двумя океанами и десятком морей. Нужно лишь создать Открытое акционерное общество «Крым наш», поставив во главе его профессиональных и неподкупных управленцев и объявив свободную продажу его акций. Я, например, если буду уверен в тех, кто его возглавит, в абсолютную прозрачность его планов и действий, куплю таких акций столько, сколько смогу.

90 процентов крымчан мечтали вернуться в Россию. Россия мечтала, чтобы Крым вернулся на родину. Это случилось, но с неизбежными отягчающими обстоятельствами. А потому будет крайне несправедливым, если мы, бОльшая часть граждан России, возложим максимум связанных с этими обстоятельствами проблем и расходов на меньшую часть наших граждан – на жителей Крыма.

Кстати, не исключаю, что ОАО «Крым наш» может стать пионером и образцом новой эффективной общественной экономики России. Но пока не это главное. Пока главное – вспомнить, что Крым дорог нам не только в курортный сезон, а крымчане – не платное приложение к этому сезону. Главное – понять, что крымчане сделали исторический для себя и для нас выбор, за который могущественные силы мира хотят им отомстить. И уже начали это делать. Кто, как не мы, к которым они так стремились, поможет им? И прежде всего – этой зимой…

2014 г.

Закрыт ли «проект Новороссия»

Этот вопрос волнует сегодня многих – и понятно, почему.

Во-первых, официальные представители России не устают повторять, что Москва выступает за «территориальную целостность Украины». Впрочем, они говорили это и раньше.

Во-вторых, некоторые политические фигуры, живущие и действующие на территории ЛНР или ДНР, прямо заявляют, что Москва решила закрыть «проект Новороссия», и они «вынуждены подчиниться».

В-третьих, создается впечатление, что если руководители ДНР и ЛНР максимально придерживаются линии на выполнение минских договоренностей и прямо, хоть и без явного удовольствия, заявляют, что эти республики готовы остаться в составе Украины на основе «широчайшей автономии», то Киев не только не ограничивает себя в воинственной пропаганде, но и наращивает военные приготовления, а также не делает ничего, чтобы дать Донбассу хоть какую-то автономию, не говоря уже о «широчайшей».

Я не буду сейчас рассуждать о специфике официальной и дипломатической риторики, которая очень часто развивается параллельно реальной политике, а иногда и маскирует ее. Я хочу сказать о более существенном.

«Проект Новороссия», возможно, и существовал как «политический», или точнее, как сейчас выражаются, «политтехнологический» проект. И в таковом качестве он действительно может быть «открыт», «переформатирован», «заморожен» или «закрыт».

Но кроме политики как деятельности официальных лиц, государственных институтов, политтехнологических центров и пр., существует еще политика как исторический процесс. И в этом своем последнем (а по сути – в первом и основном) качестве политика очень мало подчиняется отдельным лицам и государственным институтам, а вот они ей – практически неизбежно.

Напомню, что Михаил Горбачев очень хотел сохранить Советский Союз. И ставить это желание под сомнение глупо. Однако Советский Союз распался, и Михаилу Сергеевичу осталось лишь вспоминать, как он «сделал все, чтобы спасти СССР». Однако, как по иному, позитивному, по его мнению, поводу заметил тот же Горбачев, «процесс пошел»… И президенту СССР, а равно и всем остальным официальным лицам, государственным структурам с громкими названиями и обычным доброхотам не удалось ничего сделать.

Итак, противостоять фундаментальным политическим, то есть историческим, процессам невозможно. В лучшем случае их можно оседлать (возглавить), как это сделал Ельцин в конце 90-х, в худшем – их можно притормозить.

«Проект Новороссия» как исторический феномен возник не по чьей-либо персональной воле, а по воле народа Новороссии. И Новороссия – это не историческая и политическая химера, а историческая реальность, превратившаяся в течение 2014 года в реальность политическую. Более того, по моему убеждению, в реальность и государственную, пусть и официально не признанную. И даже Кремль, не говоря уже о киевских государственных институциях, часто куда более химерических, чем Новороссия, не может «свернуть» Новороссию. Даже если откажется от какого-то «проекта» под этим названием.

Я вижу, как минимум, следующие причины этого. Причем причины фундаментальные. Перечислю их, не ссылаясь на примеры, которые каждый легко подберет сам.

Объективные причины:

1) Полиэтнические страны часто распадаются и, распавшись, как правило, не восстанавливаются;

2) Искусственно сложенные страны (государства) распадаются почти всегда. И если процесс начался, обратить его вспять может только крайне тонкая и ни в чем не эгоистическая внутренняя политика;

3) Этнократия и расизм не укрепляют, а разрушают единство страны;

4) Отделившаяся территория, особенно если в основе отделения лежат нежелание отказываться от своей национальной самобытности и несогласие быть «народом второго сорта», сумевшая быстро сформировать собственную систему государственного управления и эффективные вооруженные силы, как правило, под власть имперского центра с расистскими замашками и репрессивной практикой уже никогда не возвращается.

Субъективные причины:

1) Однонаправленное внешнее давление может заставить отделившуюся территорию вернуться под власть этнократического режима, но только военной силой; если нет готовности ее применить (собственной военной силой и собственными жертвами спасти этнократический режим), дело швах;

2) Даже дружескими уговорами и дружеским давлением нельзя заставить отделившуюся территорию (отделившийся народ) вернуться туда, где их ждут унижения, репрессии и смерть;

3) Националистические, а тем более расистские режимы (случай нынешнего Киева) не способны пойти на уступки и компромиссы, противоречащие их сути (расизму);

4) Дружеское государство может де-юре и на время отказаться от поддержки уже отделившегося от этнократического центра под страхом уничтожения народа, но этого не может сделать население этого государства. Тем более, когда на отделившейся территории живут люди, связанные с гражданами этого дружеского государства кровными и семейными узами. В результате и само дружеское государство не сможет отказаться от такой поддержки – иначе тех, кто находится в нем у власти, ждет внутреннее возмущение. Более того – такой отказ в достаточно близкой перспективе с большой вероятностью может привести к распаду уже самого дружественного государства.

Все перечисленное (а можно привести и другие аргументы) в случае с Новороссией означает, что, во-первых, сохранить ее в составе Украины можно лишь в том случае, если нынешний киевский режим перестанет быть самим собой, что просто нереально. И мы видим, что в своем радикальном национализме, все больше и больше переходящем в откровенный расизм и нацизм, этот режим только крепчает.

Во-вторых, перечисленное выше означает, что между распадом Украины и распадом России Москва не может выбрать распад России. Доказывать это, думаю, не нужно.

Кстати, замечу, что Владимир Путин, сам неоднократно говоривший, что он выступает за территориальную целостность Украины (но уже выводя из этого Крым), одновременно четко заявил, что и допустить уничтожения населения Юго-Востока Украины Россия не может.

Между прочим, сохранить территориальную целостность Украины способны скорее лидеры ДНР и ЛНР, если они возглавят власть в Киеве, чем Порошенко, Яценюк, Турчинов, даже и опирающиеся на поддержку Запада. Впрочем, и этот вариант сегодня представляется более гипотетическим, чем реальным.

А вот Новороссия (в той или иной географической конфигурации, что на первом этапе и не очень важно) уже существует, и уже никогда не исчезнет. Если, конечно, киевский режим и Запад не решатся уничтожить ее население поголовно и стремительно. Как в этом случае будет «бездействовать» Москва, мне представить трудно.

И последнее. Ничего эксклюзивного, экзотического, из ряда вон выходящего в такой констатации нет. На постсоветском пространстве существуют фактически по тем же самым объективным и субъективным обстоятельствам Приднестровская Республика, Нагорно-Карабахская Республика, Абхазия и Южная Осетия. И то, что их «кто-то» или даже «никто» не признает, дела не меняет. Главное, что их признают их собственные народы, понимающие, что выбор для них прост: либо независимость, либо смерть.

А вы бы, западные и московские сторонники закрытия «проекта Новороссия», что бы выбрали для себя, если бы речь шла о вашей земле, о ваших семьях и ваших домах?

И если вы не способны уговорить «пойти на реальный компромисс» пару тысяч националистов и нацистов из Киева, почему вы думаете, что вам удастся убедить миллионы абсолютно здоровых в этом смысле жителей Новороссии, что смерть или бегство с их земли является для них благом?

2015 г.

Мост имени Бориса Немцова

Формула предательства

10 смертных грехов хамоно-интеллигенции

1. Те, кто до сих пор жалуются, какие глубокие «нравственные и интеллектуальные страдания» доставляло им обязательное изучение в советские времена Краткого курса истории ВКП (б) или Истории КПСС, желают, чтобы 25 миллионов русских на Украине обязаны были изучать книгу Кучмы «Украина не Россия».

2. Те, кто выступают против «русского империализма» (в Российской империи и в СССР), и нынешнего «неоимпериализма Кремля», отрицают право на свободу русских граждан Украины от украинского национализма и империализма.

3. Те, кто – по крайней мере, на словах – постоянно осуждают политический режим современной России как обслуживающий власть российских олигархов, приветствуют нынешний киевский режим, в котором украинские олигархи занимают государственные должности, начиная с президентской.

4. Те, кто постоянно твердят о «слезинке ребенка» и о том, что «цель не оправдывает средства», не только не протестуют против обстрелов артиллерией и ракетами жилых кварталов и домов городов Донбасса, но даже делают вид, что этих обстрелов нет, а если они есть, то вина в этом не тех, кто стреляет, а тех, в кого стреляют, ибо зачем они не ценят украинскую демократию, которая так привлекательно выглядит с московских и питерских сцен и из московских и питерских квартир и особняков.

5. Те, кто выступали против якобы зависимости Украины от России при Януковиче, приветствуют полную зависимость Украины при ПорошенкоТурчинове-Яценюке от США.

6. Те, кто постоянно пекутся о своей личной, в том числе и политической, свободе в России, отказывают в любом проявлении такой свободы 25 миллионам русских и многим миллионам малороссов и украинцев на Украине.

7. Те, кто самоименуют себя демократами, гуманистами и пацифистами, поддерживают армейскую карательную операцию Киева с участием частных армий против части граждан Украины.

8. Те, кто обличают «ложь и пропаганду Кремля», с восторгом внимают тысячекратно превосходящей по масштабам лжи и пропаганде Киева.

9. Те, кто часами в своих выступлениях со сцены и по телевидению готовы рассуждать о том, как их не понимают или предали, с беспощадным цинизмом делом и даже словом предают десятки миллионов своих соотечественников.

10. Те, кто ради своей личной независимости готовы, как утверждают сами, пойти на любые жертвы, в голос и прилюдно рыдают над пармезаном и хамоном, которыми им якобы придется пожертвовать ради независимости России и Новороссии.

Список грехов далеко не полный, но продолжать я не буду, ибо последнее, кажется, самое главное для этой части нашего общества, окончательно опозорившей имя русской интеллигенции и окончательно выродившейся в смердяковщину: собственная глотка как центр и смысл мироздания и мировой политики; кусок хамона, запихиваемый в эту глотку под визг снарядов и ракет, летящих в дома, где сидят старики, женщины и многочисленные дети, плачущие вполне натуральными слезами; право на публичный мат для себя, стоящее выше права говорить на родном языке десятков миллионов других.

В общем-то, это предательство. Своей страны, своего народа, своей истории, своей культуры.

Предательство не юридическое (хотя понятно, что в случае определенных обстоятельств будет и такое), а сущностное, онтологическое, экзистенциальное.

Что делать с онтологическими предателями?

Презирать.

И не слушать их якобы интеллектуальные объяснения и якобы человеколюбивые проповеди – что в стихах, что в прозе.

Но как не слушать, точнее – как не слышать, когда даже с хамоном в глотке они лезут, подсаживая друг друга, к микрофонам, к телекамерам, к клавиатурам? А уж без хамона и вовсе разошлись, заголосили, запричитали…

Что делать с хамоно-интеллигенцией, вопрос важный, но на данный исторический момент третьестепенный. Хотя лично мне хочется ответить на него прямо сейчас. Впрочем, одна из составляющих этого ответа – намекну для оптимизма или, напротив, пессимизма – кормить ее все равно придется.

2014 г.

Чьи СМИ свободнее – западные или российские?

На днях приезжал ко мне норвежский журналист. Его интересовало, как я отношусь к информационной войне, которая развернулась между Западом и Россией. Полтора часа я терпеливо отвечал на его вопросы, зная, что в своем репортаже он использует лишь фрагменты моих ответов. Между тем сегодня эта тема заслуживает того, чтобы высказаться по ней более или менее полновесно.

Информационная война с Западом (а с иными странами и цивилизациями такой войны мы никогда не вели, ибо эти страны против России таких войн, за редкими конъюнктурными исключениями, никогда не открывали) состояние для нас обычное. Ведется она постоянно, причем всегда начинается западным наступлением. Пожалуй, исключение тут только одно – то непродолжительное время после прихода к власти в России большевиков, когда еще идея мировой пролетарской революции царствовала в головах руководства советской коммунистической партии. Припомнить иной случай, когда бы Россия (в том числе и под именем Советского Союза) стремилась «разгромить Запад» информационно, да еще имея при этом целью разрушить сами западные страны, я не припомню. Разве что краткий период хрущевского правления, но этот эпизод был связан скорее с, мягко говоря, экстравагантным невежеством и запредельной самовлюбленностью тогдашнего советского лидера. Все остальное время наша страна, бесспорно, будучи участником информационной войны с Западом, являлась не «агрессором», а «обороняющейся» стороной.

Имели ли под собой основания извечные опасения Запада по отношению к России, что царской, что советской, или эти основания спекулятивно высасывались из пальца и конструировались, спорить можно долго. Но то, что тема «антироссийской злокозненности Запада» никогда не была доминирующей в наших СМИ и в нашей официальной пропаганде, это легко доказать. Особенно если сравнить с аналогичной темой «злокозненности России», которая практически всегда (три последних века – точно) звучала на Западе.

Причем характерно, что Запад умудряется сегодня ругать Россию за то, что ставил ей в упрек какое-то время назад. Я прекрасно помню, как в советские времена одним из главных направлений критики Запада советских реалий было положение религии вообще, но в первую очередь Русской православной церкви. Тогда СССР-Россию критиковали за угнетение и всяческие ограничения прав верующих. А сегодня критикует (выражусь мягко) за то, что Русская православная церковь превратилась в мощный и влиятельный институт, к мнению которого прислушивается государственная власть. Тогдашняя религиозная Европа ругала СССР за атеизм, сегодняшняя секулярная – за религиозность. Словом, Европе не угодишь. Во всяком случае, России бессмысленно даже пытаться это делать. Ибо, по мнению «Европы», у нас все и всегда идет не так, как ей бы хотелось.

Исторически и психологически это понятно. Как минимум, с XV века Западная Европа (включая Центральную и Северную) никак не может признать, что на востоке континента существует какой-то независимый от нее гигант, не только географически и этнически являющийся частью Европы, но и живущий не по лондонским, парижским или берлинским правилам.

Я вполне понимаю, что западноевропейцам может не нравиться и сама Россия, и то, как живут русские (и иные народы нашей страны). Нам же тоже далеко не все нравится «в Европе». Но при этом я никак не могу понять, почему пресловутая европейская «толерантность» моментально улетучивается, как только речь заходит о России. И совершенно точно, что Россия и русские куда более толерантны к Европе. Никогда мы не пытались не то что навязывать ей наши, русские или российские, нормы жизни, начиная с политических, но даже и не учили Европу жизни из нашего «таежного» далека.

Комплекс евроэгоизма и европоцентризма мне известен. Ну так мало ли у кого какие комплексы – так сказать, «безобидные внутренние психопатии»? Не должны же мы, жители гигантской страны-цивилизации, под эти комплексы подстраиваться. Тем более что свои «безобидные внутренние психопатии» мы никакой Европе никогда не навязывали. А коммунизм-большевизм, вспомнит кто-то? Аргумент слабый, упрек тухлый. Коммунизм как идеология и политическая практика порожден не Россией, а как раз Западной Европой. Что же упрекать Россию за то, что она его однажды бумерангом попыталась Европе вернуть?

Итак, состояние информационной войны с Западной Европой для России есть константа. Равно как и то, что константой европейской истории в целом является то, что все три Большие европейские войны (две из которых носят официальное название мировых, а наполеоновская таковой по факту являлась), начинались не Россией, но развивались в сторону России. После чего русские войска и вынуждены были брать то Париж, то Берлин (а по пути и все остальные столицы стран, союзных Наполеону и Гитлеру).

Надо думать, самый острый вопрос, который поставил мне норвежский журналист, формулировался так: а как же можно, коль скоро вы говорите о постоянном нахождении России в состоянии информационной войны с Западом, совместить эту войну и свободу печати (свободу СМИ)?

Очень просто, ответил я. Когда идет война, то для любой воюющей стороны (и Запад в этом смысле не исключение) прежде всего важна победа в ней. И институт свободы печати используется преимущественно с этой целью. Если у вас на сей счет есть сомнения, то попробуйте в виде эксперимента предложить главному редактору вашей газеты статью, в которой вы бы доказывали, что Путин является не последним диктатором Европы, мечтающим оккупировать Киев, Вильнюс, Ригу, Таллин и Варшаву (это только на первом этапе), а политиком, деятельность которого можно и нужно оценивать положительно. По результатам этого эксперимента мы и увидим, отступают ли, например, в вашей стране цели информационной войны перед святостью института свободы СМИ.

А вот в те редкие годы, когда накал информационной войны между Западом и Россией спадает до минимального уровня, мы и видим, что и у нас, и на Западе эта самая свобода расцветает.

Кроме того, нужно заметить, что в конституции России, как в конституциях других европейских стран, записано, что свобода СМИ является одной из основополагающих, гарантируется и охраняется государством. Причем данная свобода декларируется как свобода для всех граждан соответствующей страны, а не для каких-то избранных кругов. Между тем, о чем я, кстати, честно говорю своим студентам, в реальности этой свободой пользуются только три группы граждан: собственно журналисты, представители правящего класса (или элиты) и те, кого в России называют интеллигенцией, а в настоящее время под этой маркой все больше выступают представители художественной богемы, шоу-бизнеса, кинозвезды и экстремалы, представляющие так называемое актуальное искусство. Так что если мы с вами – у вас на Западе, и у нас в России, узурпировали данную нашими конституциями свободу СМИ, то давайте, по крайней мере, честно признаемся, что голос народа как такового в СМИ не звучит ни у нас, ни у вас.

Вот так я понимаю реальное положение дел в современных медиа и, на мой взгляд, только после того, как мы честно признаем реальность (как информационной войны, так и узурпации института свободы СМИ меньшей частью населения), западным и российским журналистам, а равно и политикам стоит спорить, чья из «картинок», например, событий на Украине соответствует правде.

2015 г.

…И примкнувший к ним Вагнер

Предупреждение автора: данный текст является художественным произведением и защищен конституционным правом на свободу творчества.

Действующие лица.

Солисты: Мединский, Мездрич, Кехман, Кулябин – все голые.

Вагнер – автор музыки. На сцене не появляется, посему одет.

Симфонический оркестр во главе с дирижером – все голые.

Мужской хор – все голые.

Женский хор – все голые.

Миманс – все голые.

Зрители (исполняют роли зрителей) – все голые (верхняя одежда и белье сдаются в гардероб).

Театральные критики и критикессы (исполняют роли критиков и критикесс) – все голые.

Примечание режиссера спектакля: Предполагаю, что некоторые критики и особенно критикессы определенного возраста и особенностей телосложения не захотят раздеваться. Несмотря на то, что это противоречит моему художественному замыслу, не нужно оголять их принудительно, так как это может негативно повлиять на объективность будущих рецензий.

Служба безопасности театра и прочие служащие – в форменной одежде, так как участниками спектакля не являются.

Либретто.

Действие развивается по сюжету любой из опер Вагнера, но, согласно концепции постановщика, при свободном перемещении солистов по сцене и зрительному залу. Оркестр исполняет музыку, хоры в основном поют, солисты – солируют (преимущественно на авансцене) либо поют дуэтами: Мездрич с Кулябиным, Мединский с Кехманом (в этом случае – спиной друг к другу, что показывает вечную борьбу Художника с властью).

Миманс – миманствует. С учетом заданного жизнью однообразия полового состава главных действующих лиц (солистов) при драматургической неизбежности любовных интриг и треугольников миманс работает в парадигме гомосексуальности, компенсируя разнообразием поз и позиций неизбежную монотонность графики гениталий солистов.

Сценическое действие делится на акты, которые гармоничным образом чередуются: то власть имеет (в плохом смысле) Художника, то Художник имеет власть (в том же самом смысле).

Артисты, исполняющие роли зрителей (народа), безмолвствуют. Однако их мимика должна демонстрировать тайный страх перед властью и не менее тайный восторг перед Художником. Но явно выраженного восторга (крики одобрения, приветственные жесты, аплодисменты, бурные овации и цветы) быть не должно. Ибо народ крайне забит и запуган.

В предфинальном акте Художник все-таки побеждает (имеет) всех руководителей театра. То же самое – и министр. Но в финальном акте Художник имеет и министра, и условного Вагнера (композитора-классика вообще). За отсутствием такового на сцене, в качестве Вагнера (композитора-классика) выступает дирижер, что требует от последнего особого музыкального и актерского таланта, так как ни пульта, ни дирижерской палочки, ни собственно дирижирования этот альтер эго Вагнера не бросает. Это и есть катарсис: Художник (современный на момент спектакля, то есть актуальный) имеет Всех.

Важно понять, что искусство все-таки имеет (в хорошем смысле) границы и табу. Посему ни к хору, ни особенно к зрителям Художник не притрагивается. Во-первых, это его катарсис, а не толпы. Во-вторых, зрители (толпа) по определению не свободны. А Художник – свободен по природе своей (критики и критикессы потом это объяснят в своих рецензиях).

После финального акта сразу и резко падает занавес, закрывая хоры, миманс и всех солистов, кроме Художника, который остается обнаженным (беззащитным) один на один со зрителями (с так называемым народом).

Из рецензии неизвестного критика.

Новая интерпретация бессмертной оперы Вагнера не просто великолепна, а революционна. Или, возможно, котрреволюционна. Режиссер решил не только по-новому ответить на извечный вопрос: кто же побеждает в борьбе Художника с властью, косным обществом (так называемым народом) и слишком уж расплодившимися классиками, но и вообще перерезать всем своим настоящим и будущим соперникам по искусству любые пути к продвижению вперед.

Ответ на сформулированный выше в общем-то банальный вопрос автор спектакля дает тоже банальный, а потому смахивающий на Откровение, то есть блестящий: всегда и всех побеждает (в транскрипции постановщика – имеет) Художник. Правда, известная застенчивость (обычная скромность гения) не позволили ему ввести в спектакль фигуру Бога и дать соответствующий ответ относительно победы Художника и над ним. Впрочем, не исключаю и даже предполагаю, что режиссер, понимая, что ставит свой спектакль не в самой цивилизованной стране и не перед самой продвинутой (а в чем-то даже и дремучей) публикой, решил не шокировать ее обнаженным телом Бога (хотя и идиоту понятно, что Богу одежды вообще не нужны, потому у него их и быть не может). С другой стороны, возможно, постановщик просто (просто-то просто, но не всякий сподобится такой гениальной простоты) считает Богом Художника, то есть самого себя. И зрители (народ) все-таки видят на сцене Бога, причем обнаженным, но просто не догадываются об этом. И это правильно. Во всяком художественном откровении должна остаться некая тайна, некоторое эзотерическое знание. Иначе народ (зрители) могут подумать, что они равны Художнику. А это, разумеется, не так.

Наиболее жалким выглядит в спектакле министр, хотя он и является представителем высшей власти (самого государства) и вынуждает руководителей театра запретить спектакль, поражая тем самым и самого Художника (автора спектакля) в его самое свежее, зрелое и любимое детище. Да и солист, исполняющий роль министра, поет лучше других. Случайно это или хитро и язвительно замышлено постановщиком, остается загадкой.

Но почему в конечном итоге Художник имеет всех? Да потому, что эта грозная власть по своему недомыслию запретила самой себе иметь какую-либо идеологию, то есть идеи, мысли, взгляды и даже такую малость, как право на оценку чего-либо. Тут любой самый завалящий критик свободнее власти. Но более всего, что виртуозно и демонстрирует спектакль, оборонен и вооружен тут сам Художник. Ведь у него как раз есть идеология. Более того – десятки, сотни идеологий на любой вкус и по его свободному выбору. И любую он волен использовать вообще, а в борьбе с властью – особенно. Это ей запрещено, а ему разрешено. Это она свободна только не иметь идеологии, а он свободен иметь любую.

Более того, Художник дважды обманул, объегорил, обхитрил власть. Дав Художнику полную свободу, она обязалась давать ему и деньги, не имеет ни малейшего права запретить Художнику выбирать из колчана идеологий любую стрелу, которой он будет эту власть язвить и разить.

Разумеется, хорошую власть Художник никогда не разит. Но, по чести говоря, бывает ли власть хорошей? Особенно в нашем государстве и при нашем народе… В России то бишь.

Все это очень чутко и нервно Художник улавливает. В данном спектакле – определенно. И разит, разит. В завершающем акте – со всей откровенностью.

Не столь жалкими, но, безусловно, страдательными фигурами выглядят в данной постановке руководители театра. Что один, пригревший Художника. Что второй – его по приказу министра взгревший. Это вообще не герои. Перед властью им страшно, перед художником – стыдно и страшно. Государство может наказать, а Художник – презирать. Или вообще устроить скандал. Или обвинить в соитии с властью. Или впасть в истерику. Или, напротив, в меланхолию. Ну и так далее…

Строго говоря, между этим молотом (государство) и этой наковальней (свободный Художник) – или наоборот? – руководители театра вообще теряются и расплющиваются мозгом. В данном спектакле, например, они даже не нашли такого естественного оправдания перед властью, что экономия на костюмах (из-за их отсутствия) получилась колоссальная. Целый детский костюмный спектакль можно поставить на сэкономленные деньги.

Словом, не жалко нам руководителей театра, хотя одному мы по-доброму сочувствуем, а другого справедливо презираем. Что у них есть, кроме служебного автомобиля? А кто в нем сидит – какая разница?

Кстати, о сэкономленных на наготе артистов средствах. Точнее – о самой наготе.

Тут, нужно признать, постановщик оперы подложил коллегам большую свинью, что я и называю революционным или, напротив, контрреволюционным переворотом.

Его предшественники и коллеги по оперной сцене осторожно, шаг за шагом, полуоголяли то одну солистку, то другую. Или оголяли то четверть миманса, то – самые «талантливые» – и треть. А этот молодой режиссер обнажил сразу всех, вплоть до оркестра и зрителей. Ну и что теперь делать всем остальным? Вывести на сцену не полторы сотни, а пять сотен голых исполнителей? Однако в такой массе, особенно из задних рядов, и гениталии-то (а они у всех все-таки хоть чуть-чуть, да разные) хорошо не разглядишь. Что там гениталии – даже и куда более крупные (как правило) женские груди не оценишь.

То есть наш автор фактически вынуждает всех остальных оперных режиссеров повернуть вспять – вновь погрузиться в пучину и омут костюмных вампук и исключительно вокальных поисков.

Впрочем, перед этим же выбором автор спектакля поставил и самого себя, а ведь он еще так молод и фактически только в начале своего творческого пути. Чем теперь он нас порадует и поразит в следующий раз?

Думаю, он найдет выход. И рискну предположить, что это будет выход через вход. Ведь помимо музыки, главным в опере является голос.

Как работают внешние физические очертания этого инструмента – всякие там рты, зубы, языки, кадыки, груди и животы – мы в рецензируемом спектакле уже видели. А вот действуют внутренности – связки, легкие, диафрагмы? Нет, этого еще никто не видел, потому что никто не показывал.

Войдя с помощью современных инновационных технологий как гуманист – я надеюсь, что не с помощью хирургических инструментов, внутрь тел и организмов солистов и солисток, автор свободно перешагнет своим искусством через (или сквозь) бренную границу кожи, мышц и костяка – прямо туда, где голос и рождается.

Впрочем, анатомический театр это тоже театр. Так что исключить и хирургические методы будущего нового искусства тоже нельзя. Их даже можно предположить. И приветствовать, приветствовать, приветствовать.

Наконец, о так называемой культурной политике государства. Если Кехман боится крови, то долго ему этим театром не руководить.

Свободное творчество перешагнет через него и тем самым сравняет его с Мездричем. Ну а министр культуры к тому времени уж точно будет другой. Ведь это только Художники бывают великими, а министры всегда по сути ничтожества. Главное, чтобы государство было без идеологий, а зритель безмолвствовал (если не способен одобрять и восхищаться). А за Художниками не заржавеет. Что-что, а вода, то есть его свобода, дырочку найдет… Тем более что в человеческом теле таких дырочек много.

2015 г.

Тут пришел либерал и все опошлил

В группе замечательных русских анекдотов о поручике Ржевском есть отдельная подгруппа, где кульминация всякий раз открывается фразой «Тут пришел поручик Ржевский и все опошлил».

Увы, но развитие российского либерализма с 1991 года напоминает мне этот бессмертный рефрен. Тяжелая для России поступь наших либералов (за исключением двух-трех, но этих немногих нынче и не слышно – уж не придушили ли их свои же?) мало того, что с каждым месяцем становится все косолапей и косолапей. Они уже и русское чувство юмора давно потеряли, и здравый западный смысл.

Новейший анекдот из серии «Тут пришел либерал и все опошлил» – это инициатива о дополнении «списка Немцова», рекомендующего Вашингтону и Брюсселю ввести санкции против тех или иных чиновников России, новыми именами определенной профессиональной направленности. Само собой, составление любых проскрипционных списков (то есть списков тех, кого нужно наказать, репрессировать или вообще казнить) не красит демократов и либералов. Но если ради благого дела, ради цветно-революционной целесообразности…

Словом, понять наших либералов можно. Так в пылу борьбы с кровавым режимом родились «список Магнитского» (2012 год) и прошлогодний «список Немцова» (последний, говорят, им самим и составлен), предполагавший наказывать западными розгами и батогами тех, кто руководил «агрессией против независимой Украины». На этом бы авторам списка остановиться и ждать следующего повода для кляузы в Вашингтон.

Но тут пришел поручик Ржевский и все опошлил. Необходимо, сказал этот либерал (который из трех десятков, возглавляющих либерализм в России, я так и не понял), внести в «список Немцова» тех российских журналистов, которые поддерживают воссоединение Крыма с Россией и своими текстами и видеосюжетами не приветствуют АТО имени Турчинова и Порошенко. Далее, как и полагается при рассказе анекдота про поручика Ржевского, который всегда сморозит такое, что и сам рассказчик краснеет, раздается гомерический хохот. Ибо надо же догадаться предложить западным политикам – что либералам, что социалистам, что консерваторам – ввести персональные санкции против журналистов! То есть наказывать их за мысли, взгляды, слова и комментарии.

Как ни отощала священная корова свободы печати и слова на Западе, особенно когда ее выпускают на пастбище российской тематики, но все-таки священной коровой она остается. Одно дело – избирательно щипать травку, а другое дело – предложить вообще отправить ее на убой!

Да что там Запад! Что бы сказали Александр Солженицын и академик Сахаров, на именах которых присягают современные российские либералы (а на проспекте имени второго из них еще и любят манифестировать), если бы услышали такой призыв?!

Я уже не говорю о таких классиках отечественного либерализма, как Петр Чаадаев, Александр Герцен, Константин Кавелин, Борис Чичерин, Павел Милюков, Петр Струве, которые, видит либеральный бог, трижды перевернулись бы в своих гробах, дойди до их ушей призывы современных российских либералов. Разве могли себе представить эти достойные основатели и столпы русского либерализма, что в начале ХХI века придет либерал-поручик Ржевский и все, чему они посвятили свою жизнь, опошлит? И по сути, и в мелочах. В частности, двуличием и даже отсутствием обычной логики.

Вот, например, как только заходит в нынешней России очередной публичный разговор о событиях на Украине (а идут эти разговоры практически беспрерывно), так наши либералы (и их оранжевые украинские братья) тут же предлагают во внутренние дела независимой Украины не вмешиваться, а заняться своими, внутрироссийскими, проблемами. Призыв хоть по многим основаниям и уязвим, но в принципе понятен.

Однако как только в самой России случится что-нибудь, что современным российским либералам не нравится, как они моментально о незалежности России забывают и требуют политиков всех стран объединиться в праведной борьбе против того, что по их же, прилагаемой к Украине логике, является внутренним делом РФ. И вмешаться не только гневом и нехорошими словами, но все больше санкциями, санкциями, санкциями. Для чего и составляют собственноручно те самые проскрипционные списки, о которых я уже рассказал.

Строго говоря, я сочувствую нашим либералам. Во-первых, потому, что никакими либералами они не являются, ибо исповедуют либерализм только в пределах собственных интересов и желаний и ни грана нового знания в мировые концепции и теории либерализма не внесли. Вечные ученики, вечные начетчики, вечные подражатели – каково им влачить крест либерального знания, а особенно поведения?

Во-вторых, как же тяжело им жить в России, народ (особенно русский) которой, да и ее саму они искренне и уже не умея это скрывать, ненавидят! Свихнешься от такой ненависти. Действительно, тут и наливайченки с парубиями покажутся демократами, а пламя одесского Дома профсоюзов – факелом либерализма.

Заметьте, кстати, что когда речь заходит о виновниках этого одесского холокоста (буквальные перевод – всесожжение) или о снайперах на Майдане, то наши либералы требуют дождаться «результатов расследования и суда» (правда, до сих пор не дождались, чем и довольны).

А когда нужно вынести приговор тем, кто сбил малазийский пассажирский Боинг, или тем, кто «вторгся на Украину», то виновные им известны и без всяких расследований – на основе снимков и «свидетельств» из Сети.

В-третьих, подшутил над ними Александр Сергеевич Пушкин, написавший «черт догадал меня родиться в России с душою и с талантом», но не сделавший пометку, что не всякий думающий, что у него есть талант, может напялить это утверждение на себя, да еще если с душой проблемы. Но ведь напяливают! И всерьез фланируют, повиливая бедрами, с этой цитатой в устах по телеподиуму, будучи уверены, что им позволено говорить о себе и России то, что и сам Пушкин-то произнес в сердцах и о себе, а не о «клеветниках России».

Если вслушаться в исторические изыскания наших либералов, то получится, что на всю историю России, от которой как раз Пушкин и не собирался отказываться, а напротив – гордился ею, пришлось не более 40—50-ти приличных лет: двадцать лет после начала реформ Александра II, десяток лет после октябрьского манифеста Николая II, менее десяти хрущевских лет, пяток горбачевских, ну и, разумеется, десяток ельцинских, особенно любезных их сердцу – и понятно, почему. Кроме этих редких и кратких светлых периодов во всем остальном видят они лишь «внизу власть тьмы, вверху тьму власти». И это еще самое сложное и длинное из их представлений о России. Ибо обычно они в своих теоретических построениях обходятся всего двумя афоризмами – «Воруют!» (никогда, впрочем, почему-то не относя это, вопреки фактам, к себе) и «Дураки и дороги», явно не причисляя себя к первым и не построив ничего из второго, разве что к собственным домам.

И так бы это кружение по замкнутому кругу современного российского, не побоюсь этого определения, либерал-идиотизма и продолжалось, благо сами кружащиеся довольны, на Западе их цитируют, а части клипообразованной современной молодежи их сентенции нравятся, да тут случился украинский, выражаясь по-либеральному, пердюмонокль. Нет, это не привело к тому, что российские либералы массово двинулись в Киев жить под демократическими дланями Авакова и Наливайченко. И понятно почему: зачем куда-то ехать, когда вот-вот эти джентльмены цивилизованного сыска закинут искру революции достоинства и в высохшие мхи кондовой России. А когда Запад ввел против России санкции, то либералы с революционной принципиальностью эти санкции приветствовали: еще чуть-чуть – и вспыхнет московский евромайдан!

Однако кондовая Россия ответила не либерально, ассиметрично и по-пушкински парадоксально. Вместо того, чтобы сдаться на милость «цивилизованного Запада», она ответила контрсанкциями, в том числе продовольственными. Тут бы и возрадоваться либералам такой войне империи добра с империей зла, в которой последняя, по всем их либеральным выкладкам, должна скоротечно погибнуть. Но пришел либерал-поручик Ржевский, да еще и с мамзелью, и опять все опошлили, завопив: «Хамона нам! Пармезана лишили!»

Даже поголодать ради победы либерализма в отдельно взятой и опостылевшей им нелиберальной России не могут наши либералы.

Отчетливо вижу, что уже ни на какие крупные подвиги (масштаба ельцинского или нынешнего порошенковского раздолья-захвата) наши либералы не способны. Хамон-пармезан, пара песен со словом «говно», ну еще латентная любовь к Бандере и составление списка журналистов, которым нужно что-то в США и Евросоюзе запретить, – вот теперь максимум того, на что они способны.

И переходят, как я понимаю, наши либералы от теории цветной революции к практике малых дел. Вот, например, «Литературная газета» сообщила, что редакция журнала «Знамя» выдвинула на Нобелевскую премию по литературе – вы не поверите, если не знакомы с генезисом и современным состоянием российского либерализма – министра! Но, разумеется, того самого, который считается самым либеральным из всех нынешних российских министров и при этом еще пишет стихи.

Правду сообщила «Литературка» или зло пошутила, не знаю. Но если не пошутила, то работает наш анекдот: опять пришел поручик Ржевский и опять все опошлил. Даже великую русскую поэзию…

P.S. Приношу извинения настоящим русским либералам прошлого и немногим – нынешнего, включая и самого себя, за использование самоназвания «либерал» в этом тексте. Однако же не я виноват в том, что поручик Ржевский себя таковым считает.

2015 г.

О пропаганде: почему я люблю читать разные газеты

Совет профессора Преображенского «не читать советских газет до обеда» стал слишком расхожим. На него ссылаются к месту и не к месту.

А я, напротив, считаю чтение газет по-прежнему занятием и увлекательным, и полезным. Особенно я люблю, получив свежий номер той или иной газеты, угадывать, что она или ее конкретный автор о том или ином событии напишет. И практически никогда не ошибаюсь. Предсказываю почти со 100-процентным успехом.

Своим студентам я объясняю, что не существует хороших газет, где содержится только объективная информация и непредвзятые мнения, и плохих, где наличествует или доминирует пропаганда. Всякое политическое издание есть пропаганда – вопрос только в ее направлении: за кого и против кого? Ответить на этот вопрос позволяет, в частности, известный метод контент-анализа – анализ текста по отдельным словам, особенно эпитетам.

И только профессиональный читатель может извлечь из любого издания те крохи «объективного» и «непредвзятого», которые с неизбежностью в этой пропаганде содержатся. Количество этих «крох» и есть показатель объективности конкретного СМИ на фоне других.

Вот прочитал я на днях свежий номер одной газеты – и мое внимание задержалось на трех небольших и примерно равного объема текстах. Написаны эти тексты разными авторами, а читаются на едином дыхании. То есть так, будто написаны одним стилем, одним пером, одним сознанием, одним мозгом, одной рукой.

Я и решил объединить эти три текста в один. Для чего изъял из каждого то, что можно отнести к нейтрально-безоценочному, а оставшееся соединил в единое целое – ни слова не изменив и вставив лишь в двух местах два помеченных моими инициалами пояснения справочного характера.

Зачем я это сделал? Для того чтобы, прочитав еще раз уже этот интегральный текст, ответить на три вопроса:

Хороша ли страна Россия, хорош ли ее народ, хороша ли власть в ней?

Хорошую ли политику проводит Владимир Путин?

Если политик Путин плох для России, то кто хорошие политики – в России или в ближнем зарубежье?

Предлагаю и вам, уважаемые читатели, сначала самим ответить на эти три вопроса, а затем прочитать следующие ниже текст и найти ответы на эти три вопроса в нем. Интересно, совпадут ли ваши ответы с коллективным (интегральным) мнением данной газеты? А если не совпадут, то ответьте себя на другой вопрос: где – в ваших ответах или в предложенном тексте – пропаганда? Или, хотя бы – где ее больше?

Итак, можно читать.

О России, ее народе, Путине и о том, кто избавит Россию от катастрофы

«В разгар кризиса 1998 года известный в прошлом журналист Виталий Коротич дал интервью газете «Вечерняя Москва»… Это было увлекательное чтение, но сейчас оно вспомнилось из-за заголовка. Он выглядел так: «Мир научился жить без России».

«Мир, научившийся жить без нас как особой, выделенной угрозы, продолжал тем не менее к нам присматриваться, удивляться и задавать вопросы… Взаимодействовать с Россией тяжело: визовый режим, абсурдные правила регистрации, очень сегментированное знание английского и т. д. Враждовать – не те времена, чтобы тратить на это деньги. Ну шевелится что-то бескрайнее на запущенной и по большей части непригодной для житья территории, чьи хозяева пытаются хитро маневрировать между Европой и Азией, но не слишком в этом преуспевают».

««Настоящие» западные иностранцы после романтического увлечения мифом об их безграничных возможностях были для нас персонажами анекдотов, образцами безграмотности и тупости, поставляющими в нашу страну второсортные продукты, изготовленные черт знает где. Году в 2007-м начальник одного из отделов на моей тогдашней работе клялся, что у нас нельзя покупать пиво из Германии, потому что они специально добавляют в него всякую отраву, чтобы потом русские мужики бегали в аптеку за виагрой. Тоже, конечно же, немецкой».

Цинизм безупречный, упречный, искренний и всякий другой

«В российском сюжете показательна нормативность маргинального, апеллирующая к врожденным особенностям, но связанная, скорее, с тюремным этикетом. Мы хотим, чтобы нас приняли такими, какие мы есть, да только не знаем, какие мы, и боимся это узнать. Нынешнее погружение в себя и оцепенение возвещает расставание с инерцией, на которой во многом держалась вся постсоветская жизнь в России. Мы, наконец, остались сами по себе, нам никто не поможет. Дешевые амбиции, страх прошлого, недоверие к знанию, отсутствие привычки к одиночеству, инфантильный нарциссизм».

«Приднестровье – провальный проект, это было понятно с самого начала. Чудовищно коррумпированная и экономически неэффективная советская по сути модель закономерно привела к экономическому коллапсу. Но до тех пор, пока Украина была к нам дружественно-нейтральной, Приднестровье висело на ниточке ж/д-сообщения с Россией, и можно было делать вид, что там наш военный форпост, обеспечивающий влияние России на юге Европы. Но все эти разговоры про геостратегии интересны только для членов Изборского клуба».

«В начале 90-х ситуация там была аналогичной нынешнему Донбассу: использовали риторику про румынский и молдавский фашизм, про необходимость защиты русских».

«Там сохранилась советская власть в лице «красного директора» Игоря Смирнова и спецслужбиста Владимира Антюфеева. Организовали жесткую сталинскую модель управления, с монополизацией экономики, подмял под себя все сферы бизнеса, полностью уничтожив конкуренцию – как следствие, экономика в регионе оказалась неэффективной. Произошел повтор экономической катастрофы СССР на отдельно взятой территории».

«Путин закономерно проглотил бесплатный сыр в Крыму и попал в мышеловку. Патриотами раздута стратегическая ценность Приднестровья, так что оставить его без внимания он не может. Но и сделать ничего не может: воздушный мост не выстроить, Украина не пустит в свое воздушное пространство. Пробивать сухопутный коридор нельзя – мы тут же получим новые санкции. «Слить» Приднестровье напрямую Путин тоже не может. Сейчас патриотическая общественность пытается раскачать проблему, чтобы вынудить Путина ввязаться еще в эту эпопею, пока он не окажется совсем изолирован от цивилизованного мира и полностью зависим от патриотического крыла».

«Путин необратимо потерял Украину, никогда она так не ориентировалась на Европу, как сейчас. Потерял Приднестровье: самостоятельно оно существовать не сможет и будет скрестись передней лапкой в ЕС».

Одесское губернаторство Саакашвили как путь в небытие

«Украина новую войну не хочет и не может начинать, зато граница будет укреплена. Саакашвили, чья Одесская область граничит с Приднестровьем, сделает все, чтоб обеспечить там безопасность».

«Что Меркель, что Обама понимают, что единственная сфера, в которой у Путина с Западом есть нечто похожее на паритет – военная. Во всех остальных он проигрывает».

«Приднестровье – геополитическое поражение Путина. Единственное, что мы можем этому противопоставить – истерию, что пусть нам жрать и нечего, но зато мы отстаиваем высокие ценности. Мы проигрываем Донбасс, но надо же где-то побеждать. Если нет новых инфоповодов, которые позволяют говорить, что мы встаем с колен, и объяснять, почему надо затянуть пояса, через полгода рейтинг начнет падать».

«Почему именно Явлинский (может/должен стать президентом России – В.Т.)? Во-первых, он единственный политик в современной России, который знает, что надо делать для преодоления огромных экономических проблем страны».

«Во-вторых, это его политическая репутация. Явлинский считает, что политика без моральных принципов невозможна и быстро превращается в уголовщину. У него это моральное чутье очень высоко развито. В российской политике равных ему в этом отношении я не знаю».

«В-третьих – гигантский управленческий и политический опыт, который он получил еще в советское время, работая в правительстве Силаева. Затем тот опыт, который связан с оппонированием Ельцину и Путину, формированием альтернативной программы» (Справка для молодых и тех, кто забыл: правительство под руководством Ивана Силаева просуществовало чуть больше года – с лета 1990 г. по осень 1991 г. – В.Т.)

«Яблоко» выступает за европейский путь развития, за сотрудничество, кооперацию с внешним миром, прекращение конфронтации. В частности, мы предложили свой сценарий решения проблемы Крыма: необходимо добиваться проведения признанного в мире, реального референдума о статусе полуострова, поскольку до сих пор такого референдума не было. Естественно, наша альтернатива предполагает прекращение агрессивного курса в отношении Украины и скрытого участия России в войне против Украины».

Все, уважаемые читатели! Теперь вы поняли, кто вы такие и в какой стране живете? И осознали, кто и как вас спасет? Ну и, наконец, вы поняли, что такое пропаганда и как она делается?

2015 г.

Одесские рассказы и московские вопросы

В связи со скандалом в духе «Одесских рассказов» Бабеля – Михаил Саакашвили принял на работу Марию Гайдар «с испытательным сроком», что, безусловно, оскорбительно для такой видной персоны российской оппозиции, – актуализировался и давно висящий в воздухе вопрос: почему и на какие нужды власть России щедро раздает полновесные денежные гранты людям, которые эту власть всячески, даже если и заслуженно, проклинают? Более того, мечтают, даже не скрывая своих намерений, эту власть сместить.

Фима Собак, в отличие от своей подруги Эллочки Людоедки (Щукиной), знала такое красивое слово, как «гомосексуализм». Теперь этим словом никого не удивишь, а вот «мазохизм» российской власти, раздающей гранты своим ниспровергателям, многих, особенно простых людей, удивляет.

Но объяснение такому мазохизму есть. Дело в том, что политика в чем-то похожа на обычные житейские отношения, а в чем-то от них отличается.

Схожесть, например, в том, что если ваш вечно пьяный сосед портит вам жизнь своим поведением, то у вас есть два способа решения проблемы. Первый – вызвать участкового, подать заявление в правоохранительные органы… Ну и так далее – до скончания века или соседа.

Второй способ гораздо эффективнее. Вы начинаете сами регулярно покупать соседу-дебоширу спиртное, чем обеспечиваете себе его относительную лояльность (дескать, не будет же он кусать руку его поящего, хотя и это часто оказывается иллюзией) и даже можете регулировать время и градус его буйной активности – согласно вашим жизненным планам.

Точно также действует и власть с родной оппозицией, постепенно пересаживая ее с западных грантов на отечественные.

Но это лишь один, приземленный мотив. Есть и другой резон – высокий, соответствующий постулатам политики как науки и историческому опыту. Этот постулат известен давно, но в последней транскрипции – благодаря «Крестному отцу» Марио Пьюзо: держи друзей близко к себе, а врагов еще ближе.

Друг ведь и так бескорыстно любит тебя и тебе помогает, за что его, конечно, нужно время от времени стимулировать не только ответной любовью, но и некоторыми незначительными материальными благами.

А вот врага нужно прижать к груди как можно сильнее, но если не удается задушить его в объятиях, то следует регулярно давать ему деньги, синекуры, даже высокие должности и финансировать его средства массовой информации. Иначе он может обозлиться, соединиться с другими твоими врагами и ударить по тебе с тыла, чего теоретически быть не может, если ты держишь его у груди, то есть прямо перед собой.

Оба метода – регулярно за свой счет «подпаивать алкоголиков оппозиции» и держать их так близко, чтобы для замаха коварным кинжалом у них не было ни времени, ни нужной дистанции, – многие века доказывали свою эффективность.

Проблема, однако, в том, что ныне «оппозиционеров» стало слишком много, причем «профессиональных оппозиционеров». То есть таких, которые ничем иным, кроме как кормлением на ниве оппозиции, заниматься не умеют, не могут и не хотят.

Кроме того, в эпоху всеохватывающей гласности и публичности такие откормленные за государственный счет оппозиционеры приобретают известность и популярность, порой превосходящую известность и популярность самой власти – в зарубежных СМИ, парламентах и всяких там ПАСЕ-ОБСЕ и международных правозащитных организациях уж точно. И при этом они, в большинстве обладая немалыми навыками лицедейства, умеют изобразить дело так, что живут едва ли не в нищете, а борются за святое дело «прав и свобод простых граждан» бескорыстно и с риском для собственной жизни.

А самые изощренные, которым тоже уже имя – легион, научились еще и шантажировать власть. Попробуй не дать нам денег – попросим у Запада! Попробуй дать мало – обвиним власть в заигрывании с «фашистами, гомофобами, сталинистами и с поклонниками Ивана Грозного». На худой конец – будем запугивать народ угрозой поглощения России Китаем и вообще всякой «азиатчиной», насаждаемой Кремлем вместо «европейских ценностей», к числу которых, естественно, относится и кормление оппозиции по меркам ее собственного аппетита. А аппетит-то постоянно растет. Если и это не помогает, то следует последний, новомодный аргумент: а мы вам в Москве майдан устроим… Как правило, на этом аргументе ломаются самые жесткие и самые жадные (или рачительные) представители власти.

Наконец, все более в последнее время явным следствием прижимания оппозиции к груди власти стало массовое проникновение оппозиционеров во власть, причем не каким-нибудь банальным и открытым парламентским путем (тут наша власть как раз держит, неведомо зачем, бескомпромиссную оборону), а именно закулисными, кулуарными, подковерными ходами.

И тогда у простых и не очень простых людей возникают разумные вопросы. А насколько искренне власть возмущается «деструктивной активностью» оппозиции? Не находится ли она с ней в тайном от общества союзе? И даже вопрос, в последнее время все чаще и чаще звучащий: а не готовят ли некоторые противники Путина внутри самой власти переворот против него, для чего и ввиду чего, собственно, и кормят публично ими критикуемую оппозицию где тайно от Путина, где под предлогом того, что «прикормленная оппозиция не так опасна, как голодная или питающаяся на западные гранты»?

Вопросы эти тем более актуальны, что при оглашении конкретики, касающейся той или иной некоммерческой организации, очень часто совершенно невозможно понять, а чем, собственно, эта организация занимается даже не в интересах общества, а вообще. Это случилось и в связи с одесским рассказом «О Мише и Маше».

Из публикаций в СМИ, очень неравнодушных к этому делу, совершенно неясно, кому и зачем, кроме самой Марии Гайдар и ее сотрудников, нужен ее фонд «Социальный запрос», каковому уже был выделен «президентский грант» в 2,8 миллиона рублей. Непонятно, чем этот фонд, учрежденный, но даже не начавший действовать, собирался, помимо выплаты зарплаты своим сотрудникам и «создания сайта», заниматься.

Ну а уж слова, произнесенные дочкой после рукоположения ее в должность самим Саакашвили, – дочкой, вознамерившейся то ли превзойти славу отца, то ли ее окончательно развенчать, – на мой взгляд, доказывают, что Мария Гайдар опасности для России и нынешней власти в ней ни на 2,8 миллиона рублей, ни даже на 2,8 тысячи рублей не представляет. Если таковая опасность от дочки для кого и исходит, то разве что для образа ее отца, но это уже дело внутрисемейное. И озаботиться отрыванием Маши Гайдар от груди Саакашвили и иных «реформаторов в бегах» должен бы был фонд Егора Гайдара (надеюсь, таковой существует), а уж никак не российское государство.

Уверен, что умные читатели (а иным я и доказывать ничего не собираюсь) поймут, что эти мои заметки никак не относятся к тем некоммерческим организациям и фондам, которые занимаются настоящей благотворительностью и даже правозащитной деятельностью, распространяющейся не только на «режиссера Сенцова» и «депутата ПАСЕ Савченко».

Да и сам рассказ «О Маше и Мише» выбран мною только потому, что это самый свежий из «одесских рассказов», и ни одно СМИ не обошло его вниманием.

Конечно, я понимаю, что во всяком обществе и во всяком государстве с неизбежностью возникает прослойка «профессиональных политических бездельников», кормить которых общество и государство обязано так же, как и бомжей или беспризорных детей.

И все-таки что-то надо с этим делать. Ведь за детьми будущее, бомжи не требуют доли во власти, а «профессиональные политические бездельники» вполне бы могли творить свое «благое дело» и не за счет бюджета, а на частные деньги своих сторонников. А если таковых нет – то просто пойти поработать. Хотя бы менеджерами… Пользы от этого будет мало, но, по крайней мере, в оппозиции останутся настоящие борцы за идею, пусть и неприятные власти, но настоящие и умеющие что-то делать собственными руками.

2015 г.

Явлинский предложил России не только сдаться США, но и служить им с оружием

Прочитал сегодня в одном из номеров «Новой газеты» интервью Григория Явлинского.

Григорий Алексеевич не перестает меня в последние годы удивлять своими «конструктивными предложениями».

Вот что, по мнению Явлинского, должна сделать Россия прежде всего в плане урегулирования ситуации вокруг Украины и на Украине.

«Во-первых, инициировать международную конференцию по Крыму. Во-вторых, надо реально вывести с Восточной Украины всех этих «отпускников» и то, на чем они «в отпуск» ездят. В-третьих, Россия должна стать частью коалиции в борьбе с ИГИЛ. Это минимум».

Не буду подробно разбирать этот «капитулянтский минимум». Скажу лишь об его полнейшей абсурдности.

Во-первых, международная конференция по Крыму, очевидно, должна иметь среди главных участников Францию и Великобританию (как великую державу). Наверное, еще и Турцию. Все-таки тоже практически и исторически великая держава. Да и в этом регионе находится. Даже и Италию – все-таки вроде бы симпатизантка сегодня России.

А теперь напомню Явлинскому состав антирусской коалиции в Крымской войне 1853–1856 годов: Франция, Великобритания, Османская империя (Турция), Сардинское королевство (Италия). Как он думает, что эта коалиция на конференции под председательством Явлинского решит? Даже без участия Германии и ее друга (и друга Порошенко) США…

Бред, абсурд, реникса…

Во-вторых и в-третьих, по Явлинскому. Он предлагает России (России!) прекратить вооруженную поддержку (даже если она есть в том виде, в котором ее предполагает Явлинский) русских и малороссов (да и не националистически настроенных украинцев) в Новороссии (пусть на Юго-Востоке Украины), то есть у самой границы России, но при этом присоединиться к западной (во главе с США) вооруженной борьбе за три тысячи километров от границ России – одних мусульман с другими. Даже если не учитывать, благодаря кому появилось ИГИЛ, то все равно: Явлинский предлагает России не поддерживать оружием своих (русских, малороссов), но ввязаться в войну чужих народов!

Бред, абсурд, реникса…

Ну и полная капитуляция перед США, разумеется.

Григорий Алексеевич! Вы сами-то вдумались в то, что вы предлагаете? Вчитались? А к антисирийской коалиции почему не предлагаете присоединиться?..

2015 г.

Мост имени Бориса Немцова?

По самым разным поводам в среде «внесистемной оппозиции» возникает искусственно созданный культ той или иной личности. Это относится и к Борису Немцову, которого я очень хорошо знал, и о котором у меня есть полное представление как о политике.

Скажу, что на роль национального лидера Борис Немцов, конечно, никак не тянул. Это вовсе не является чем-то предосудительным, на подобную «должность» не годится большинство людей, да и не претендовал на это, подчеркну, и сам Немцов. Он не пытался стать деятелем, вокруг которого должны сплотиться все оппозиционеры.

И ажиотаж вокруг него – переходящий все разумные границы – желание возвысить кого-то, а, заодно, навесить на власть все грехи, хотя уже и так все и навесили, окарикатуривает все, что связано с Борисом Немцовым. Один из примеров тому – многократные попытки и предложения назвать Большой Москворецкий мост, где произошло убийство, его именем.

Более глупую инициативу даже трудно себе представить. Называть улицы и площади, города и мосты именами известных людей можно и должно – по прошествии десяти лет после их смерти, трагической или естественной. Такой срок позволяет понять, а остался ли этот человек в истории и в народной памяти, стоит ли называть что-то его именем. Те же самые люди, которые ратуют за возвращение Москве всех дореволюционных названий ее улиц, вопреки логике и здравому смыслу, требуют сменить давнее имя Большого Москворецкого моста. Абсолютно большевистский подход, хотя, вроде бы, оппозиционеры эту идеологию и практику отрицают.

В любом городе, а уж в Москве, где ведется масштабное строительство и к городу присоединены новые территории, достаточно безымянных улиц, проспектов и площадей. Если пренебречь мораторием сроком на десять лет, можно предложить оппозиционерам назвать именем Бориса Немцова улицу или главный проспект в «Новой Москве». Это было бы логично.

Кампании оппозиции по пропаганде лозунга о том, что власть и народ плохи, возникают регулярно. Некоторые делают акцент на власти, другие – упирают на народ. Третьи обвиняют во всех смертных грехах и власть, и народ.

Аргументы все время используются одни и те же. И аргументов этих не прибавляется, прибавляется только уничижительных и оскорбительных эпитетов. В адрес власти, в общем, уже все сказано, так что идет совершенствование «определений» по отношению к народу. Лингвистическое экспериментаторство этой категории людей – называйте ее внесистемной оппозицией или либеральным меньшинством, при том, что либералами они являются только для самих себя – продолжается. Употребление негативных и оскорбительных эпитетов по отношению к стране, к ее достижениям и к ее народу наводит на мысль о том, что эта группа людей не только не понимает России, но и не стремится ее понять. Более того: ненавидит ее. Наша страна им вообще не подходит. Однако если ты кого-то ненавидишь, то последнее, что ты можешь утверждать, так это то, что способен объективно оценивать ненавидимый тобой субъект.

К тому же, эти люди, помимо их общеизвестных деклараций и либеральных лозунгов, демонстрируют еще и предельную неэффективность во всем.

Доказательств тому множество. Один из столпов этой оппозиции – интеллектуальных столпов, как нас уверяли – миллиардер Михаил Прохоров. Его преподносили как «конструктивного лидера», напоминали, что он был кандидатом в президенты и, главное, сообщали, что он «эффективный менеджер». На протяжении последних лет мы видим, как раз за разом все его политические, спортивные и бизнес-проекты разваливались. Возникает естественный вопрос: а как же он, в этом случае, нажил свои миллиарды? Ведь за что бы он ни брался, все уходило в небытие: партии, спортивные федерации, план по выпуску «Ё-мобиля»…

Это лишь штрих, демонстрирующий «реальную эффективность» – точнее, неэффективность для страны – людей, поставивших своей задачей личное обогащение. И уверяющих, что именно в этом есть залог построения «настоящей демократии» и «процветающей экономики» в России. Они не понимают своей политической неэффективности, не желают понять реалии политической жизни вообще и политической жизни в нашей стране в частности, не способны абстрагироваться от учебников и услышанного ими на семинарах в США и Великобритании. И это непонимание вызывает в них самих такое озлобление, что они, в буквальном смысле слова, готовы пойти по пути «майдана», который уже продемонстрировал, что ни к чему, кроме разрушения страны, он привести не может. Украина рассыпается на глазах, в том числе – и территориально. Но по сей день этот рецепт предлагается России в качестве образца.

Естественно, вся наша «внесистемная оппозиция» сегодня сконцентрировала свое внимание на Владимире Путине. Президент вызывает у либералов ненависть по нескольким причинам.

Прежде всего, потому что он предлагает и другим, согласно известному выражению, не путать Родину с «Его превосходительством». Это – как раз та подмена понятий, которой и занимается оппозиция.

Их также раздражает тот факт, что Путин – успешный глава государства. Успешный президент. На фоне всех его предшественников, начиная с М. Горбачева, В. Путин, бесспорно, не только успешный, но и сверхуспешный по отношению к тем, кто руководил Россией до него. То, что оппозиция называет злом, на самом деле, есть позитив. Возникает – употреблю расхожее ныне выражение – когнитивный диссонанс. Успех ненавидимого ими человека и его политики – при том, что президенту можно предъявить много претензий – не подталкивает их к размышлениям о том, что он ведет страну правильным курсом. Может, следовало бы внимательнее присмотреться и увидеть и эффективность, и позитив?

Но нет, в этой ситуации либералы все активнее распаляют друг друга и разжигают в себе ненависть к России и конкретному человеку. Повторюсь: это подтверждается постоянным нарастанием количества бранных эпитетов и оскорблений.

Так что единственный «креатив», который я замечаю у этой группы людей, заключается в приумножении словесных вывертов, в изобретении оскорблений.

Одновременно либералы продолжают попытки предъявить некий образец политика и «менеджера», скажем, в лице все того же М. Прохорова – у которого и на Западе не самая лучшая кредитная история. Среди либеральной оппозиции есть группа людей, так называемых лидеров. Но у оппозиционеров отсутствует единый лидер, что говорит об их незнании политических механизмов, действующих в любых странах, незнании правил создания общественных движений, претендующих на победу на выборах. Не может быть пять или двадцать пять лидеров, которые якобы все до одного гениальны, но почему – то все время между собой грызутся и не могут решить, вокруг кого они сплотятся.

Сложилась ситуация, в которой разум подменяется эмоциями, причем исключительно негативными. И они направлены на все, что связано с властью, которая полностью ассоциируется с народом России. А народ, соответственно – с властью. Этим и порождены такие эпитеты оппозиции, как «быдло», «бараны» – продолжать не стану.

На Западе главные решения принимаются властью – что давно известно – за кулисами. В темных коридорах и в темных кабинетах. Но нельзя себе представить тамошнего политика, который станет отзываться о своих избирателях, как о быдле.

Тем не менее, наши сограждане из оппозиции, которые ратуют за введение западных политических норм в России, именно это и делают.

Это – свидетельство того, что судьбы страны и народа расходятся с интересами оппозиции. Поэтому я не верю ни в какие «оранжевые» и прочие революции, которые могут произойти в Москве и во всей России усилиями этих людей. Даже если их максимально будет поддерживать Запад.

Тот, кто может громко и открыто предъявить свое недовольство власти – это народ. Но сподвигнуть его на подобные действия могут только серьезнейшие ошибки самой власти. Но уверять, будто исчезновение хамона и устриц в наших магазинах выведет наш народ против власти… Это карикатура, которую сами на себя нарисовали оппозиционеры.

Непонимание страны и психологии ее граждан заключается и в том, что «активисты» из этой политической тусовки не осознают, сколь ценным для граждан России, русских и не русских, являются даже не термины «независимость» и «суверенитет», а их смысл.

Наивысшая ценность – ощущение того, что наша страна – самодостаточное государство. Держава, которая не может быть изменена извне, где трансформации не должны быть следствием вмешательства внешних сил.

Пусть мы и совершаем ошибки – но это наши ошибки. Неудачи – но это наши неудачи. Но совершенно исключено, чтобы кто-то – тем более, насильно – нам что-то стал бы навязывать, указывать и внедрять в нашу жизнь. Наш народ никакого внешнего насилия над собой не потерпит. Давление административное, со стороны своего начальства он переживет. Но чужое – никогда. Ну а уж про полицая, немецкого или любого иного – даже говорить не стану. Он для России и русских презреннее, чем сама внешняя сила, пытающаяся его поставить.

Поэтому, поскольку оппозиция не видит иного способа повлиять на власть, кроме внешнего воздействия, она все активнее и громче призывает к иностранному насилию. Что вызывает по отношению к ней еще большее отторжение и презрение сограждан. Тех самых, которые являются избирателями.

Ясно, что эти люди никогда в обозримом будущем к власти в России не придут. Потому что они столь сильно не любят и народ страны, и саму страну, и так энергично об этом заявляют, иногда даже с трибун, что их отторгает сам народ. У них нет перспектив ни при каких самых – самых честных и открытых выборах.

Они уже проиграли.

2015 г.

Оранжевая (белая) революция в России

Ни политических, ни электоральных перспектив гипотетическая оппозиционная коалиция не имеет. К тому же в прямом смысле слова ни коалицией, ни единой партией, ни одним блоком она не будет. Как присутствовала у них внутренняя разобщенность по разным поводам, прежде всего, из-за личных амбиций каждого, так и будет присутствовать.

Кроме того, насколько я представляю, в этом лагере действительно есть самостоятельные российские политики оппозиционной направленности. То есть те, кто действует хорошо или плохо, но опираясь на тех, кто им симпатизирует в России, и российские источники финансирования.

А есть политики, которые не имеют никакой внутренней поддержки (имея рейтинг на уровне 0,1 %), и их существование, политическое, физическое, материальное, во многом обеспечивается зарубежными источниками. То есть люди вроде бы говорят одинаковые слова о демократии, но цели у них расходятся.

Что мешало им объединиться еще до произошедшего 27 февраля убийства?

Борис Немцов был, конечно, яркой фигурой, но, условно говоря, не Лениным и не Сталиным. Это не настолько значимая историческая фигура, чтобы его смерть объединила всех.

Давайте мыслить историческими категориями, а не представлениями о том, будто сегодняшний день – это есть вся история. У нас перед глазами исторические примеры и все тенденции давно изучены.

Правильно это или неправильно, но в условиях нынешней конфронтации с Западом и нынешнего третирования России по поводу украинских дел, эти политики абсолютным большинством населения России воспринимаются как политические наемники Запада. Они поддерживают бандеровский, а фактически расистский режим в Киеве, направленный против России и русских.

Какие могут быть электоральные перспективы у людей, которых большинство населения (хотя может, оно и ошибается) воспринимает как просто предателей, ведущих борьбу со своей страной. На какие посты, на какие выборные должности они могут в этих условиях претендовать? Это абсолютно исключено.

2015 г.

Приложение. Памяти Евгения Примакова

Имя нового главы ЦБ мог назвать Примаков

Как остановить падение рубля? Два первых шага – самых необходимых.

Финансовых советов давать не могу, так как финансистом не являюсь. Правда, и финансистам нашим не верю (а кто им верит, тем более сейчас?), но всё равно не за своё дело не берусь. А вот политическую рекомендацию дать могу. Хотя она, на мой взгляд, и очевидна.

При таком стремительном за считанные недели падении национальной валюты прежде всего необходимо принести «сакральную жертву». Причём степень вины в случившемся конкретного человека уже неважна.

Такой сакральной жертвой должен стать председатель Центрального банка. Возможно, ещё кто-то, но председатель ЦБ – как минимум.

Второй необходимый шаг – это, естественно, назначение нового председателя ЦБ. И тут важна «сакральность» назначения. Имя этого человека должен назвать Евгений Примаков. Просто потому, что все помнят – именно Примаков предотвратил экономический и финансовый крах страны в 1998 году.

А далее уже начинают действовать собственно профессиональные (финансовые) методы и механизмы. Надеюсь, в России есть люди, которые владеют ими или могут их быстро создать.

2014 г.

Евгений Примаков – реформатор № 1 в России

Каждый год Евгений Примаков выступает перед ужином примерно персон на 300 с докладом о политике прошедшего года и собственных представлениях о желаемой политики России в наступившем году.

Я знаю Евгения Максимовича уже лет 30. В разных официальных качествах, но главное – лично.

За последний год он, к сожалению, сильно сдал физически, что неудивительно в его возрасте. И я опасался (хотя виделся с ним буквально месяц назад), что и интеллектуально сдал…

Но этот его доклад потряс меня.

Первое. Это самый откровенный и радикальный его доклад за последние годы.

Второе. Это доклад «консерватора», который революционней и радикальней, чем все «дорожные карты» и «стратегии 2020–2100» нашего правительства.

Третье. Корректно, как всегда у Примакова, но совершенно бескомпромиссно, Примаков стер с лица земли политику правительства России (не только России, но ее правительства в первую голову).

Четвертое. Он предложил взамен революционную (внешне – консервативную) политику – от стратегии до тактики, фактически обозначив (не стремясь к этому), что он есть реформатор и революционер (в лучшем смысле этого слова) № 1 в России. В частности – революционную (консервативно-революционную, то есть истинно реформаторскую) стратегию бюджетного федерализма. Совершенно откровенную. Например, он предложил ликвидировать Еврейскую автономную область как химеру за отсутствием там евреев. Оказывается, в ЕАО евреев сегодня – меньше 1 процента. Это просто иллюстрация политической трезвости Примакова.

Я не буду упражняться в пересказывании доклада Примакова, но отмечаю: Примаков – единственный настоящий реформатор России (помимо президента Путина, который по должности должен быть консерватором). Он радикальней и революционней, чем все нынешнее правительство вместе взятое.

Год власти ему (если он, конечно, согласится вновь стать премьер-министром) и мы Россию не узнаем.

А дальше можно опять на пенсию.

Путин и Примаков вместе во власти – вот что нужно России для победы сегодня. После этого можно назначать любое правительство – хоть из доцентов ВШЭ. Все равно победим.

Я так Примакову и сказал. Без лести – что мне льстить человеку без реальной власти, да еще в таки годах?

Кроме того, в концерте во время ужина участвовала потрясающая девочка 10–11 лет. Она спела «Вдоль по Питерской» так же, как Муслим Магомаев в расцвете своего таланта.

Я сам потребовал повторить ее имя и фамилию после ее феноменального пения. Дирижер оркестра (с кем-то справившись) произнес: Лариса Григорьева! Откуда – неизвестно. Если ее голос не сломается, то это будет великая русская певица.

При мне и по моей инициативе один знаменитый нефтяник и один знаменитый экономист поспорили. Нефтяник сказал, что баррель будет стоить в апреле 75 долларов или выше. Экономист, что в середине года доллар будет стоить 89 рублей, а в апреле баррель нефти 65 долларов и ниже. Я выигрываю в любом случае, так как был арбитром в этом споре.

Еще раз. 13 января 2015 года Евгений Примаков произнес в Москве самый революционный и самый реформаторский доклад.

Делайте, как он говорит – и Россия выиграет.

2015 г.

С мнением Евгения Примакова считалась вся политическая элита мира

Скончался Евгений Примаков. Человек легендарный и уникальный, очень много сделавший. Мало что можно добавить в такую печальную минуту к тому, что уже известно и сказано о Евгении Максимовиче Примакове. Во второй половине 20-го века – это одна из крупнейших политических фигур России. В 90-е годы он присутствовал на постах сначала руководителя внешней разведки, потом министра иностранных дел, потом премьер-министра, а это были ельцинские годы, когда наша внешняя политика подстраивалась часто под американскую. Он поддерживал более-менее достойно ее уровень, когда он мог позволить себе, не рискуя поссориться с Ельциным, который очень ревностно относился к чужим успехам известных политиков, продвигать внешнюю политику, чтобы она была достойна великой державы.

Ельцин сразу заревновал к нему, посчитав, что уж слишком активно Евгений Максимович действует на своей должности, не дай бог сам сделает выбор относительно участия в президентских выборах. После чего последовала отставка Примакова.

Я сам лично хорошо знал Примакова, с ним у меня были хорошие отношения. К тем людям, к кому он питал симпатию и кого уважал, он всегда проявлял внимание, помогал при любой возможности, не забывал ни о чем. Человек из России, но при этом его знала вся политическая элита мира. И не только знала, но и не могла не прислушиваться к его мнению. Так что он был еще одним из политиков международного масштаба в тот период, когда занимался активной политической деятельностью в качестве министра иностранных дел.

У Примакова было много друзей, знакомых, учеников. Он регулярно выступал с воспоминаниями. Возможно, он что-то сохранил еще в тайне, семья, наверное, об этом знает, может быть, что-то откроется. Но он не был таким серым кардиналом, чтобы мы что-то нашли после его смерти в сейфах. Он всегда и высказывал свою точку зрения и описывал концепции, которых придерживался. Но я считаю, что создавать институт по изучению наследия Евгения Примакова – это излишне. Однако можно создать некий исследовательский центр политической мысли, фонд имени Примакова.

2015 г.

В книге использованы материалы сайтов ria.ru, svpressa.ru, kp.ru, ruskline.ru и блога Виталия Третьякова в Живом Журнале (http://v-tretyakov.livejournal.com/)

Content

Виталий Третьяков
Конфликт с Западом. Уроки и последствия

О новом хозяине Европы

Зачем Обама назвал Россию «региональной державой»?

Зомбированные евросоюзовцы

Если все это правда, России надо выходить из ПАСЕ

Как спасти Европу от терроризма?

О европейских свободах, чувстве юмора и «химерах морали и совести»

О новом единоличном хозяине Европы

США и Россия: экзистенциальная несовместимость

Страх соседей перед Россией: реальное, мифическое или фальшивое?

Зачем прибалтам так мало танков, если они ожидают российской агрессии?

Когда и почему распадется Евросоюз?

ОБСЕ умерла, да здравствует новая ОБСЕ

Почему Путин победит

Апрельские тезисы Путина

Мои десять вопросов Путину

Путин, горящая баня и пьющий пиво канцлер Германии

Почему Путин победит, а Обама и Меркель проиграют

Психология невозвращения капиталов

России нужна действительно новая экономическая политика

Кто сопротивляется? Только Россия…

Битва за нашу Победу: 2015 год и далее

О фантомных болях прежних империй

Россия в новой геополитической реальности

Внешние вызовы национальной безопасности России

Кто сопротивляется? Только Россия…

Киев плюс Запад: ловушка для России

Украина стремительно теряет свою «незалежность»

Об Украине, России и Армении

Как им обустроить Украину

Что будет, если Украина введет визовый режим с Россией

Украинская арифметика

Цели Киева

Кто похоронил единую незалежную Украину?

Киев все равно обманет

Распад Украины неизбежен

«Цивилизованная Европа» и украинский нацизм

Киев плюс Запад: ловушка для России

Что нужно сделать, чтобы не вводить войска на Украину?

Под украинским президентом не осталось политической базы

Украинизация – это анекдот

Первый президент «незалежной» не видит будущего Украины

Кто виноват в территориальном распаде Украины?

Мирный план для Украины

Операция «Крым» и Новороссия

Загадка операции «Крым»

Агентуру в архив не списывают

Курортный Крым. Майские впечатления

Референдум в Новороссии

О Крыме, Новороссии и нынешней киевской власти

Наш Крым и мы

Закрыт ли «проект Новороссия»

Мост имени Бориса Немцова

Формула предательства

Чьи СМИ свободнее – западные или российские?

…И примкнувший к ним Вагнер

Тут пришел либерал и все опошлил

О пропаганде: почему я люблю читать разные газеты

Одесские рассказы и московские вопросы

Явлинский предложил России не только сдаться США, но и служить им с оружием

Мост имени Бориса Немцова?

Оранжевая (белая) революция в России

Приложение. Памяти Евгения Примакова

Имя нового главы ЦБ мог назвать Примаков

Евгений Примаков – реформатор № 1 в России

С мнением Евгения Примакова считалась вся политическая элита мира