Вуди Аллен

Секс-комедия в летнюю ночь [=Комедия секса в летнюю ночь]

РЕЖИССЕРСКИЙ ЭКЗЕМПЛЯР

Инсценировка Юргена Фишера по сценарию одноименного фильма

A Midsummer Night's Sex Comedy (Eine Mittsommernachts-Sex-Komödie) by Woody Allen (1982)

Перевод с немецкого Валерия Гришко

Дейстующие лица:

Адриана

Далси

Ариэль

Эндрю

Максвелл

Леопольд

Действие происходит в 1905 году

Действие первое

Сцена 1

Опускается занавес. Эндрю Хоббс перед своим загородным домом испытывает одно из своих изобретений. Чудесный летний день. Пение птиц. Адриана, жена Эндрю, собирает в саду цветы. Сам Эндрю пытается с помощью двух крыльев взлететь. Полное фиаско. С громким воплем он падает где-то за сценой. Адриана спешит к неудачливому испытателю.

Адриана. Ты не ушибся, Эндрю?

Эндрю. Ничего серьезного — только все кости переломал… А мой летающий велосипед работает, ты видела.

Адриана. Да… Я видела, как ты кружил над верхушками деревьев, а потом вдруг исчез.

Эндрю. Над этим нужно еще поработать, пока это все довольно рискованно.

Адриана. Сегодня такой прекрасный день, а мне почему-то так грустно.

Эндрю. Послушай, давай на эти две недели забудем обо всем грустном. Я хочу расслабиться, я хочу рыбачить, лентяйничать, возиться со своими изобретениями и отключиться от города.

Адриана (показывает на одно из его изобретений, весьма странного вида). Скажи, а вот это новое, это что такое?

Эндрю. Не знаю. Я это только что смастерил.

Адриана (разглядывая странный предмет). Похоже на фотокамеру…

Эндрю. Да, что-то в этом роде. Это магический шар… Он испускает световые лучи, которые проникают в невидимый мир. То есть должны проникать. Я еще должен это проверить.

Адриана. Правда? А что это за невидимый мир?

Эндрю. Ну, ты же сама понимаешь, что все, что вокруг нас, это только осколок от чего-то целого. А там где-то есть еще бесчисленное множество необъяснимых тайн. Ведь не может быть, чтобы кроме этого ничего больше не было… Я бы просто заплакал, если бы это было так.

Адриана. Да — а… И что же, например, еще может быть?

Эндрю. Кто знает. Какие-то высшие силы. Энергия. Электроплазма. Да все, абсолютно все говорит о том, что мы не одни. Я надеюсь, что с помощью этих световых лучей я увижу и прошлое, и будущее, и смысл нашей жизни.

Адриана. Кстати, когда приедет Леопольд и его невеста, я им отдам нашу спальню, а мы переберемся в малую гостиную — это будет более прилично. Представь, еще до свадьбы спать в одной кровати. (С возмущенной гримасой). Просто аморально.

Эндрю. Я буду рад с ним познакомиться. Хотя, должен признаться, его последняя книга не вызвала у меня восторга.

Адриана. Какая?

Эндрю. «Прагматизм как понятие». Я ничего не понял… И другая, про Шекспира, мне тоже не понравилась Сплошные заморочки.

Адриана. Максвелл один приедет, или с кем-то?

Эндрю. Максвелл — один? Чтоб он приехал без подружки? Ты шутишь?

Адриана. Я всегда удивляюсь, где только он их находит.

Эндрю. Он — врач. В больнице полно туберкулезных дам, жаждущих отблагодарить своего доктора.

Адриана. Только не думай, что я не вижу, как ты облизываешься на этих крошек, с которыми он приезжает.

Эндрю. Я облизываюсь? Да, я облизываюсь… я просто не нахожу себе места. И ты прекрасно знаешь, на кого я облизываюсь с той ночи, когда мы впервые встретились.

Адриана (слабо сопротивляясь). Эндрю, что ты делаешь?

Эндрю. А ты как думаешь?

Адриана. Сейчас же день… Сейчас же только полдень…

Эндрю. Пусть это будет, как второй завтрак.

Несет ее за куст, кладет на траву и целует. Мы их только слышим. Поют птицы. Спустя некоторое время Эндрю, довольно расстроенный, поднимается.

Адриана. Мне очень жаль.

Эндрю (страдает, но пытается это скрыть). Все нормально. Это все из-за меня.

Адриана (поднимается). Я не знаю, что со мной происходит.

Эндрю. Что тут знать. Наша сексуальная жизнь не ладится, вот и все.

Адриана. Но почему?

Эндрю. Потому что мы не спим друг с другом.

Адриана. А почему мы не спим друг с другом?

Эндрю. Не знаю. Первый год все шло хорошо, а потом ты как-то вдруг охладела.

Адриана. Ну, я же тысячу раз просила меня извинить.

Эндрю. Прекрати извиняться. Я же тебя не упрекаю. Я только описываю, что произошло. Я, наверное, сделал что-то не так, что тебе помешало…

Адриана. Нет. Ничего такого не было. На меня, просто, нахлынули какие-то непонятные чувства. Какой-то каприз.

Эндрю. Да, да. И все вдруг стало так сложно. И у меня все как-то тормозится, и я не могу расслабиться.

Адриана. Да, как будто экзамен сдаешь.

Эндрю. Но так ведь, правда, нельзя, чтобы каждую ночь ложиться в постель, как под дамокловым мечом.

Адриана. Это не из-за тебя, честное слово.

Эндрю. И не из-за тебя. Я потому и подумал, что может попробовать все это днем, до того, как мы вечером ляжем в постель. Чтобы все вдруг неожиданно произошло, и мы бы перескочили через этот кошмар.

Она вдруг начинает плакать,

Ах, перестань… Адриана… Ну, не надо… Я, может, не так выразился… (Нежно смотрит на нее, целует, обнимает).

Адриана. Извини… Мне нужны таблетки от головной боли.

Эндрю. Я принесу. (Идет в дом.) А, может, посоветоваться с Максвеллом? Он ведь врач.

Адриана. О боже, нет! Я не хочу, чтобы все знали про наши личные дела.

Эндрю (из кухни). Или может твой кузен Леопольд объяснит это с точки зрения философии. Ведь у его гениев тоже, наверное, бывали сексуальные проблемы.

Адриана. Пожалуйста, хватит об этом.

Эндрю. Да я шучу. А чем, кстати, занимается его возлюбленная? Она математик или филолог?

Адриана. Ничем. Она дочка какого-то политика. Ее зовут, если не ошибаюсь, Ариэль Вэймонт.

Из кухни доносится звук разбившегося стекла.

Ты что-то уронил?

Эндрю. Я?

Адриана. Да, ты что-то разбил?

Эндрю. О-о… да… бокал… да-да… (Растерянный, появляется в дверях.)

Адриана. Я принесу швабру, чтобы, не дай бог, не осталось осколков.

Она идет в дом. Эндрю остается стоять, оглушенный именем, которое только что услышал. Затемнение.

Сцена 2

На следующее утро. Восход солнца под музыку Мендельсона, словно озаряющую летний день в деревне. Адриана расставляет свежие цветы в различные вазы. Слышатся автомобильные гудки — Максвелл Йордан и Далси дают знать о своем прибытии. Он спортивного вида, а она очень юная чувственная малышка. Мы видим Эндрю, который пристегнул к рукам крылья и описывает в воздухе дугу.

Эндрю (сверху). Привет, Максвелл!

Максвелл. Эндрю! Ради бога, осторожней! Это — Далси. Пожалуйста, не разбивайся, мы ведь только что приехали.

Эндрю. Хорошо, тогда не буду.

Максвелл. Это его величайшая радость. Непрактично, зато опасно. Адриана?

Адриана. Привет, Максвелл.

Максвелл. Адриана. (Обнимая спутницу.) Это — Далси.

Адриана (с легким смущением). Добрый день.

Далси. Очень приятно, честное слово.

Слышен страшный грохот.

Адриана. Он приземлился.

Максвелл. Не беспокойся, моя аптечка всегда со мной.

Адриана (Далси). Вы, наверное, устали в дороге. Можно я покажу вам вашу комнаты.

Далси. О-о… это по его части.

Максвелл (преувеличенно небрежно). Нам нужна только одна комната.

Появляется Эндрю. Они с Максвеллом приветствуют друг друга, ритуально один другого по плечу.

Максвелл. Как жизнь, дружище?

Эндрю. Да вот, кажется, разбил себе нос.

Максвелл. Бросай ты эти полеты. Ты ведь из отряда млекопитающих, а не пернатых.

Эндрю. Глубокая мысль. Тебе нужно было стать ветеринаром.

Максвелл. Смейся, смейся. А вот, когда заболеешь…

Эндрю …ты меня разоришь своими счетами.

Максвелл. Я тебя сделаю снова здоровым.

Эндрю. Я выздоровею точно так же и без тебя. Сам, без твоих пиявок.

Максвелл. Все, сдаюсь. Вот это — Далси. Эндрю.

Далси. Очень приятно, честное слово.

Все четверо приходят на террасу.

Потрясающий дом.

Адриана. Спасибо. Он принадлежал Эндрю еще до того, как мы поженились.

Далси. Да… такой воздух… так все пахнет… 0-а! Гамак! Как ностальгично. (Доверяя по секрету.) Я лишилась ее именно в гамаке.

Адриана. Как, простите?

Женщины идут в дом.

Эндрю. Она очень мила. Когда ей будет двенадцать?

Максвелл. Уже никогда, дорогой. Ей уже два раза по двенадцать. И у нее большой жизненный опыт. Всю дорогу, пока сюда ехали, не могла успокоиться — мешала рулить.

Эндрю. Максвелл, когда ты уже станешь взрослым. Ты ведь, просто, персонаж из древнегреческой мифологии: получеловек — полукозел.

Максвелл. Живут один раз, мой друг. Я знаю. Я же вижу их каждый день в больнице. Чахоточных, паралитиков, сердечников. Молодых мужчин и женщин, которым мы имеем подлость сообщать, что им предстоит умереть, а они и не жили еще по-настоящему. Ни одного мгновенья. Не сорвали ни одного цветка.

Эндрю. А тебе не приходило в голову — жениться?

Максвелл. Я взял себе за правило — ни на чем подолгу не задерживаться и любить только самого себя. Ты же меня знаешь, Эндрю. Жениться для меня — это убить надежду. А, кроме того, найти что-то настоящее я все равно не смогу.

Последние слова он произносит с безнадежной тоской. Эндрю в это мгновение останавливается и в отчаянии закрывает руками лицо, выпуская при этом из рук чемоданы Максвелла, которые с шумом падают.

Ты что? Ты что, Эндрю? Я же просто треплюсь. Не надо меня оплакивать.

Эндрю. У нас с Адриана что-то не ладится.

Максвелл (с искренним участием). Правда?

Эндрю. У нас нет секса. Я не знаю, что случилось. Вначале все было хорошо. А потом она стала какой-то капризной, напряженной. И я стал напряженным. Не знаю, может, я что-то такое сказал… Какие-то не те слова.

Максвелл. Не переживай, такое бывает. Это в порядке вещей.

Эндрю. Да, но это уже длится почти шесть месяцев.

Максвелл. Полгода без секса? Дай, я послушаю твой пульс.

Эндрю. Пожалуйста, не говори об этом никому.

Максвелл. А у тебя никто не завелся на стороне?

Эндрю. Нет.

Максвелл. Но такой срок. Это ведь ненормально.

Эндрю. Я весь ушел в свои занятия, направил всю энергию на мои изобретения. Из-за этих проблем в постели я теперь могу летать.

Максвелл. Может, у нее какая-то анемия. Что-то на психологической почве. Я слышал, в Европе в таких случаях очень эффективно лечат гипнозом.

Далси (появившись в окошке, подмигивая). Максвелл! Приветик! А я тут. Ты не идешь и дом?

Максвелл. Лечу. (Уходит в дом.)

Эндрю (в отчаянии). Я не знаю, что мне делать. Максвелл! Это ужасно. Мы лежим рядом в постели… Ужасно. (Садится в отчаянии.)

Адриана (проносит кувшин с прохладительным напитком). А эта малышка очень симпатична. Ты не находишь?

Эндрю. Кто?

Адриана. Как кто? Далси, подружка Максвелла. А ты о ком подумал?

Эндрю. Да-да, она очень милая.

Адриана. А что тебе сейчас пришло в голову.

Эндрю. Ничего…

Адриана. Вчера, когда я сказала про Ариэль Взймонт, ты разбил стакан.

Эндрю. Правда? Я, наверное, просто устал.

Адриана. Ты ее знаешь, Ариэль Вэймонт?

Эндрю (нервно). Ее? С какой стати… Почему?.. Нет… Откуда мне ее знать… Конечно, я ее не знаю.

Адриана. А-а… (Приносит поднос со стаканами.) Она очень раскрепощенная и откровенная, ты не находишь?

Эндрю. Кто, Ариэль Вэймонт?

Адриана. Нет. Далси. От нее исходит какой-то животный магнетизм.

Эндрю. О-о, Далси… Она — медсестра.

Сверху доносятся звуки любовных забав и смех.

Адриана. Не каждая медсестра обязательно сексуальна.

Эндрю (старается говорить громче, чтобы перекрыть доносящиеся звуки). Ну, не знаю. Медсестры всегда как-то более раскрепощены в этом смысле. Они в силу их профессии, знают чуть больше других. Про всякие там органы и тому подобное. (Звуки перерастают в крики.)

Адриана. Может, стоит обратиться к ней за советом?

Эндрю. Ну, конечно, она тебя с удовольствием проконсультирует по всем вопросам.

Адриана. Да нет, я шучу. А ты думаешь, мне нужно с кем-то посоветоваться?

Эндрю. Послушай, не надо так все это переживать.

Шум подъезжающего автомобиля. Гудок. Леопольд и обворожительная Ариэль, предстают перед нами.

Адриана. Привет, Леопольд, рада тебя видеть.

Леопольд. Привет, дорогая!

Адриана. А вы должно быть Ариэль. Я — Адриана. Мой муж — Эндрю.

Ариэль. Мы как-то встречались.

Возникшее вдруг напряжение буквально звенит. Адриана просто сражена. Лишь Леопольд ничего не замечает.

Леопольд. Да, Ариэль говорила,

В этот момент на террасе дома появляются Далси и Максвелл. Далси в купальном костюме того времени.

Далси. Ну, как это тебе?

Максвелл. О, да! У меня давление девяносто на шестьсот восемьдесят

Эндрю. Я… Э-э… Да…

Далси. Да нет, я имею в виду мой купальный костюм. Хотя, в этой глуши надевать его глупо. Если мы будем купаться в каком-нибудь лесном ручье, зачем мне вообще что-то надевать.

Ариэль. Какая забавная встреча. Леопольд сказал мне, что ты муж его кузины, а я ему рассказала, что мы друзья.

Максвелл. Эндрю это может шокировать. Он немного старомоден.

Эндрю. 3-з-знакомые… Я не был уверен, что это та самая АРИЭЛЬ. Веймонт.

Далси (деловито, как и подобает медсестре, достает какой-то пакетик). Кстати, если у тебя кончатся, я тоже взяла с собой презервативы.

Леопольд (обнимая Ариэль за талию). Так же, как не может быть двух одинаковых снежинок, не может быть и второй Ариэль Вэймонт.

Эндрю. Двух похожих снежинок? Каких таких снежинок!.. Вот умора? Ха-ха-ха… Что за снежинки?

Леопольд. А сюда прилично добираться, дорогая кузина.

Но, прежде чем Адриана ответила, к ним подошли Максвелл и Далси. На нем может быть надето что-то не менее забавное, чем ее купальный костюм. Эндрю знакомит всех.

Эндрю. Максвелл Йордан, профессор Леопольд Старгис, Ариэль Вэймонт, Далси.

Далси. Очень приятно, честное слово.

Максвелл (вдыхая аромат духов Ариэль). «Лунное сияние».

Ариэль. Совершенно верно. Я просто поражена. Вот уж не думала, что здесь, в деревне, кто-то угадает какие у меня духи.

Максвелл. Такими духами пользовалась моя старая любовь. Одна балерина из Испании.

Ариэль. А вы пахнете… туалетной водой после бритья.

Максвелл. Точно. Из парфюмерного магазина за углом. Интересно, что мы узнаем друг друга по нашим запахам. В животном мире мы могли бы быть супругами.

Леопольд (осторожно). Это вы тот самый доктор Йордан, который написал о природоведении?

Максвелл. Да. Это — мое хобби.

Леопольд. Если честно, я нашел ее несколько поверхностной.

Максвелл. Согласен — это не лучшее мое творение… Я, ведь, не специалист в этой области.

Ариэль. Леопольд остается критиком даже по выходным.

Эндрю (нарушает молчание). А ваша книга — профессор, мне очень понравилась. То есть, обе, обе…

Леопольд. Первая книга была признана лучшим философским сочинением года.

Эндрю. И какая же это была книга?

Леопольд. «Прагматизм как понятие».

Эндрю. Леопольд — философ, критик по искусству, политолог и яростный пацифист. Человек культуры.

Ариэль. И исполнитель песен Шуберта. Я права, Леопольд?

Леопольд (отшучиваясь). Не слишком ли много похвал за то, что ты всего лишь в состоянии быть цивилизованным человеком. (Все смеются.)

Эндрю. А что после свадьбы, Леопольд? Какие у вас планы?

Леопольд. У нас только одна неделя, и мы ее проведем в Лондоне. Мне очень хотелось бы показать Ариэль могилу Томаса Карлейля. А потом — Европа, я уже свое согласие прочесть несколько докладов по искусству эпохи Возрождения. Доставлю себе удовольствие разбить все фальшивые представления о Тинторетто и представить его в истинном свете.

Эндрю (с усмешкой). Одна неделя вместо медового месяца, но зато такая насыщенная.

Леопольд (также хитро усмехаясь). Совершенно верно, мы так себе это и запланировали,

Ариэль. (оглядываясь). А дом все такой же, как и тогда.

Максвелл (с добродушным удивлением). Вы разве здесь уже были?

Ариэль. Да, один раз. Прошло уже несколько лет.

Максвелл. Ах, вот как? Забавно.

Адриана. Вы, наверно, хотите отдохнуть? Показать вам вашу спальню? (Ариэль, беспомощно.) Или вы знаете туда дорогу?

Эндрю (утирая пот, с наигранной веселостью). Вы ведь знаете дорогу! Ха-ха! Да… Две снежинки!.. Вы знаете дорогу! А я пойду, да и принесу лимонад.

Группа направляется к дому. Максвелл ищет возможность вступить в разговор с Ариэль.

Леопольд (вздыхая, идет рядом и декламирует стихи).

Лето над сельским простором,

Кукушка кричит «Ку-ку»,

В лучах золотистого солнца

Навстречу выходишь ты.

В полях колосятся всходы,

Головками машут цветки,

Леса неподвижны и тихи

В священном покое земли.

Максвелл (пытаясь оказаться рядом с Ариэль.). Значит, вы уже здесь когда-то были? Вы знаете Эндрю?

Ариэль. Это было несколько лет назад, перед моим отъездом в Париж. Мы были как-то здесь вместе. Очень недолго.

Максвелл. Я был в Париже дважды, и оба раза был несчастлив. Может быть, это случалось потому, что я выбирал не тех женщин.

Ариэль. Да, это очень важно. Париж ведь так романтичен. Если два человека влюблены, то это лучшее место для проверки их чувств. Ты согласен со мной, Леопольд?

Леопольд. Да, я люблю большие города.

Ариэль. Особенно во время дождя.

Далси. Расскажите мне о вашей книге, профессор. О чем она?

Леопольд. А вы чем занимаетесь, мисс… э-э…?

Далси. Просто — Далси.

Леопольд. Далси.

Далси. Я — медицинская сестра, но я очень много читаю. У всех пациентов есть книги, но многие слишком слабы, чтобы читать, или просто умирают, а книги достаются мне.

Максвелл. Эй, а как насчет партии в бадминтон?

Леопольд. Отличная мысль. Мы переоденемся и сыграем в бадминтон.

Он уходит с Ариэль в дом. Максвелл и Далси на заднем плане начинают играть. Адриана наполняет бокалы лимонадом. Она заметно расстроена.

Адриана. Как ты мог мне солгать?

Эндрю. Я не лгал! Это была не ложь! Это была не ложь! Ну ладно, хочешь знать, почему я солгал?

Адриана. Ты сказал, что не знаешь ее.

Эндрю. Я это подтверждаю.

Адриана. Что значит — подтверждаю? Я тебя поймала. Ты разоблачен.

Эндрю. Может, ты позволишь мне сказать?

Адриана. Лучше скажи, почему это нужно было скрывать?

Эндрю. Почему? Потому что мне не хотелось усложнять наши и без того сложные взаимоотношения. Потому что у тебя сразу бы возникло беспокойство и недоверие.

Адриана. Ты солгал, потому что ты виноват. (Она идет на кухню. Он следует за ней)

Эндрю. Виноват? Виноват? Да это просто смешно. Чепуха какая-то. Я же ничего не сделал.

Адриана возвращается. Эндрю следует за ней.

Адриана. Если вы не любили друг друга, то почему у меня должно было возникнуть беспокойство?

Эндрю. Любили! Да я к ней никогда даже не прикасался.

Адриана продолжает ходить на кухню и обратно, а Эндрю за ней.

Адриана. Неужели ты не понимал, что она может выдать вашу тайну?

Эндрю. Я не предполагал, что она вспомнит об этом, ведь столько лет прошло, и все это было так незначительно.

Адриана. Ты что думаешь, что меня бы потрясло, если бы ты это сказал. Я знаю, что до меня у тебя были женщины. Но ты мне солгал, и это, действительно, неприятный сюрприз. У тебя даже стакан выпал из рук, когда я произнесла ее имя.

Эндрю. Ну, хорошо. Ты права. Мне не нужно было ничего скрывать. Но я подумал, что чем меньше я скажу, тем лучше будет для нас. Это была моя ошибка.

Адриана. Вы бывали где-нибудь вместе?

Эндрю. Нет. Ну, да… один раз.

Адриана. Один раз? И ты сразу привез ее сюда?

Эндрю. Ну, не один… Два… Самое большее три раза. Мы приехали сюда просто так. Я все ей здесь показал. И мы тут же вернулись в Нью-Йорк. Все было случайно и безобидно. Прошло уже столько лет. Я клянусь тебе жизнью моей матери.

Адриана. И вы не любили друг друга?

Эндрю. Никогда. Ни одного раза. Я бы помнил об этом. То есть… если бы я что-то такое сделал. (Быстро.) Но я этого не делал.

Адриана. Какие же у тебя сейчас к ней чувства, когда вы после стольких лет встретились?

Эндрю. Вот? Вот именно поэтому я ничего тебе не сказал, Адриана. Именно поэтому. Если бы между нами было все в порядке, ты бы ни о чем таком не спрашивала. А теперь вот ты переживаешь, что Ариэль пробудет здесь весь уик-энд, а мы с тобой больше не спим вместе…

Адриана. Тише!

Эндрю … и она к тому же невероятно красива.

Адриана. О-о-о! (Идет назад в дом.)

Эндрю (оставшись, кричит ей вслед). Адриана, я просто констатирую факт. Это же и слепому видно. Пойми же, Адриана, я люблю тебя. А Ариэль Вэймонт я никогда не любил, и сейчас не люблю. Поверь мне.

Оглушительный взрыв.

О, боже мой?

Максвелл и Далси, игравшие в бадминтон, застыли и смотрят на изобретение Эндрю — магический шар.

Далси. Ты видел? Из этого шара полетели

Эндрю. Ничего страшного. Это мой магический шар.

Максвелл. Эндрю изобрел что-то новенькое. Советую близко не подходить.

Они продолжают игру. Леопольд и Ариэль выходят из дома и направляются к ним.

Далси Подача!

Все четверо в игре.

Максвелл. О! Прекрасный удар!

Ариэль. В школе Святой Терезы, я была в сборной по бадминтону.

Максвелл. А-а! Так вы воспитывались у монашек? Бедняжка!

Ариэль. Мы были хорошими спортсменками!

Далси. Моя подача?

Максвелл. А где же вы оба познакомились?

Далси. Так! Удар!

Ариэль. В соборе святого Петра в Риме, мы оба были туристами.

Максвелл (к Леопольду). Вы нашли ее в Ватикане?

Ариэль. Всю свою жизнь я только и слышала о знаменитой Сикстинской капелле.

Леопольд. Мы познакомились в Базилике, перед одной из малых Мадонн. Не вступить в разговор с этим небесным созданием, я просто не мог.

Максвелл. Я вас понимаю.

Ариэль. Леопольд — знаток итальянского искусства.

Леопольд. Мне выпала честь подробно объяснить Ариэль, в чем заключается величие творения Микеланджело.

Ариэль. Рафаэль, увидев первый раз Сикстинскую капеллу, упал в обморок.

Максвелл. Бедняга! Наверное, не успел как следует подкрепиться перед — этим.

Ариэль смеется. Адриана несет поднос со стаканами через поляну. Эндрю с кувшином лимонада плетется следом, как побитая собака. Его мучит совесть.

Далси. О, лимонад! А потом пойдем купаться, хорошо?

Ариэль. Твоя кузина Адриана очень красива, Леопольд.

Леопольд. Этому способствует любовь. (Он обнимает Ариэль.) Друзья мои, я должен признаться, что мне, мужчине, который так долго противился браку, посчастливилось быть щедро награжденным фортуной.

Слышна музыка. Темнота.

Сцена 3

Мендельсон. Терраса исчезает, и мы оказываемся в лесу, на пикнике… Мы видим Эндрю с удочкой, Адриана с продуктовой корзинкой, Максвелла с сачком для бабочек и Далси, бегущую со старой фотокамерой.

Все позируют для фото, затем разбирают еду из корзинки. Эндрю мучается, распутывая удочку, Максвелл гоняется за бабочкой, Леопольд может разглядывать старое гнездо на дереве и т. д. Эндрю начинает атаковать оса. Он машет вокруг себя руками.

Эндрю. Оса. Сгоните ее с моей шеи!

Адриана. Не пугай ее! Если их потревожить они кусаются!

Максвелл. Эндрю, от укуса осы человек может умереть.

Эндрю. Спасибо, Максвелл! Очень приятное сообщение,

Максвелл. Смотри, чтобы она не пересела на меня!

Далси (к Эндрю). Она сидит на вашей шее!

Эндрю. Да-да, не шевелитесь! И-и-и-и-и…

Максвелл. Да что ты волнуешься. Она просто ползает. Они всегда, перед тем как ужалить, сначала ползают.

Эндрю. Очень смешно!

Адриана хлопает по осе.

Ты что?!

Максвелл (отмахиваясь). Осторожно, чтобы она не села на меня!

Ариэль. Тише-е-е! Она у вас на спине.

Эндрю. Без паники, Максвелл. Ого, смотрите, — она выпустила жало.

Максвелл. Пошел ты к черту! Проклятье, да что же это такое!

Ариэль (щелчком сгоняет осу). Оп-ля!

Максвелл (облегченно вздыхает и обнимает ее за плечи). Спасибо… спасибо… Как мне вас отблагодарить?

Ариэль. Я должна подумать.

Леопольд (торжественно поднимает сорванный цветок). Драконья голова!

Максвелл (Эндрю). Я думал, это он про тебя!

Леопольд (вдыхает аромат цветка, смотрит вдаль и декламирует)

Я знаю поляну, где клевер цветет,

где стайка фиалок узор свой плетет,

где с нежным жасмином колючий шиповник

сплетается страстно, как пылкий любовник…

Шагает с цветком. Музыка звучит и затихает.

Сцена 4

Ариэль. Эндрю, иди сюда, я тебя сфотографирую.

Эндрю (позируя). Ты помнишь этот лес, Ариэль, и ручей там внизу?

Ариэль. Конечно, помню. Не двигайся.

Эндрю. А ту ночь в этом лесу, ты ее помнишь? Прямо на этом месте?

Ариэль. Это была самая восхитительная летняя ночь в моей жизни. (Делает снимок.) Вот и все.

Эндрю. Можно двигаться?

Ариэль. Да.

Эндрю и Ариэль как бы ненароком удаляются от всех, и садятся спрятавшись за кустарником или деревом

Эндрю. Я часто вспоминаю эту ночь… Очень часто… И всякий раз, когда я о ней думаю… мне хочется тебя убить. Да, тебя или себя… но, скорее, тебя.

Ариэль. Почему ты тогда ни на что не решился? Я так ждала этого.

Эндрю. Не говори об этом! От этого становится еще тяжелее.

Ариэль. Я ждала, что ты меня возьмешь, что ты мною овладеешь.

Эндрю. Я не знал!

Ариэль. Ты этого не понял? Разве можно было это не понять?

Эндрю. Если бы ты знала, как мне хотелось прижать тебя к себе и любить.

Ариэль. Ты бы не встретил отказа.

Эндрю. Прошу тебя, замолчи! Я не знал, что ты этого хочешь!

Ариэль. Мне хотелось ощутить твои губы, твои руки на всем моем теле.

Эндрю. Я думал, что я обижу тебя… Это была, кажется, всего лишь третья наша встреча. Ты же была дочерью дипломата… Воспитывалась у святых сестер. Училась в самых престижных школах… Мы не были влюблены. Это было просто сексуальное влечение. Просто желание. Я бы отдал тогда свою правую руку, за возможность раздеть тебя и творить с тобой самые бесстыдные вещи, какие только можно представить.

Ариэль. А я была готова это позволить.

Эндрю. Я знаю, знаю. Я упустил эту возможность. Как это печально. Это самое печальное в жизни — упустить возможность. И особенно досадно было лотом… месяц спустя… когда ты уже уехала в Европу… а я вдруг узнал, что ты с каждым, ну, просто, с каждым, переспала.

Ариэль. Не с каждым. Хотя, да, может быть и с каждым.

Эндрю. Я был бы не первым а, возможно, сотым. Поэты, артисты, банкиры, вся бейсбольная команда чикагского клуба!

Ариэль. Походить на твоих зажатых и забитых сереньких девиц мне никогда не хотелось.

Эндрю. Так просчитаться!

Ариэль. А что же мне было делать? Взять все в свои руки? Но ведь ты вел себя так, словно ничего не хотел от меня.

Эндрю. Я не приучен, чтобы вот так сразу. У нас с Адриана не было секса до тех пор, пока мы не поженились.

Ариэль. Зачем оживлять эти воспоминания? Все это в прошлом. Мы оба стали старше. А завтра я уже буду замужем.

Эндрю. Но почему Леопольд? Он настолько старше тебя.

Ариэль. Леопольд — это бриллиант. Он — гений.

Эндрю. Ну и что с того? Если ты такой свободный человек, зачем вообще с кем-то связывать свою жизнь?

Ариэль. Женские годы быстротечны.

Эндрю. Только не говори, что у тебя панические настроения.

Ариэль. А вот представь себе.

Эндрю. Ты так красива, так великолепно выглядишь. Любой мужчина будет у твоих ног.

Ариэль. Это не так.

Эндрю. Это всегда было так, Ариэль.

Ариэль. С тобой этого не произошло.

Эндрю. Со мной?

Ариэль. Мне кажется, что из всех моих увлечений, ты был единственным, который смог бы меня удержать.

Эндрю. Я?

Ариэль. Ты понравился мне сразу, с первой минуты. Кто знает, что случилось бы с нами, если бы мы полюбили друг друга в ту ночь. Это был идеальный миг, и люди, когда они любят, узнают друг о друге такие вещи, которые им и не приснились бы… О чем ты думаешь?

Эндрю. О том, что наша жизнь сложилась бы совсем иначе, будь я тогда смелее…

Ариэль. Что это значит? Ты не доволен своей жизнью?

Эндрю. Пойдем лучше ко всем.

Ариэль. Скажи мне только одно, Эндрю, если я была для тебя такой желанной, почему же ты не влюбился в меня? Неужели можно разделять эти два чувства?

Эндрю. Мир полон вещей, которые я никогда не пойму. Так что… (Он помогает подняться.) Счастливой тебе свадьбы.

Они встают и идут обратно. Максвелл и Далси пробегают мимо, дразня друг друга.

Далси (с цветком в руке). Какой красивый цветочек!

Максвелл. Я сорвал его для тебя.

Далси. А где ты его нашел?

Максвелл. В диких лесных дебрях.

Далси (прикрепляет его к волосам). Как он называется?

Максвелл. Ядовитый плющ. Это шутка, шутка, шутка.

Сцена 5

Адриана и Эндрю в стороне от всех.

Адриана. Где ты был, Эндрю? Что теперь подумает обо мне Леопольд… Вас с Ариэль так долго не было.

Эндрю. Это все из-за чертовой рыбины, которая никак не хотела попасться на мой крючок.

Адриана (не веря ему). Вы наслаждались воспоминаниями, не так ли?

Эндрю. Нам не о чем вспоминать. Несколько лет назад мы ели омаров, пили пиво и гуляли. Вот и все наши воспоминания.

Адриана. А ты сих пор помнишь, что ты тогда ел?

Эндрю. Послушай, я буду страшно рад, когда, наконец, закончатся эти выходные, и здесь снова наступит покой. Максвелл и Леопольд не выносят друг друга. А ты… может тебе найти какого-нибудь гипнотизера?

Адриана. Гипнотизера? Почему?

Эндрю. Он бы помог нам снова начать вместе спать… Погрузил бы тебя в какой-нибудь транс.

Сцена 6

Появляется Леопольд с небольшим камнем в руке.

Леопольд. Посмотри-ка, Ариэль. (Показывает ей камень.) Окаменелый остаток какого-то растения.

Ариэль (рассматривает камень). Он такой изысканный.

Леопольд. Ему, наверняка, несколько миллионов лет. Когда доисторический человек, дикий и голый, бродил по этим лесам.

Далси. Да, добрые старые времена!

Леопольд. Да? Вы, думаете, вам бы понравился этот обросший с примитивным каменным топором неандерталец? Рыщущий, как зверь, по лесам и не подозревающий, что в один прекрасный день он вымрет, и на смену ему придет человек культуры?

Далси. Одну ночку я бы провела с ним с удовольствием

Максвелл (глядя на пролетающую птичку). Смотрите! Желтобрюхий сосунок.

Ариэль. Да, верно, вы ведь пишите о птицах.

Максвелл. Я люблю природу. Я мог бы жить в лесу.

Эндрю. Максвелла воспитали волки.

Максвелл. Ага, или какие-нибудь вонючие твари.

Эндрю. Тебе не хватало бы только бутылки виски, чтобы напиваться и плясать вокруг костра.

Леопольд. Дикарей в этом мире и так хватает.

Далси. Ой, а вон и еще один сосунок!

Максвелл. Из твоих уст все звучит как-то двусмысленно

Ариэль. Этот лес удивительно красив.

Эндрю. Он просто волшебный. Иногда в летние ночи тут можно увидеть чудеса.

Адриана. Это правда. Я видела тени и… не знаю… какие-то маленькие светящиеся существа летали над деревьями.

Леопольд (с сарказмом). Прошу извинить, но нам с Ариэль пора возвращаться. Нас ждет коктейль и послеобеденный отдых.

Ариэль. Леопольд не переносит мистику.

Максвелл. А-а, убежденный прагматик.

Леопольд. Да, тени, светящиеся существа, привидения… Вечно нам, перепуганным людям, нужно цепляться за эти жалкие фантазии. Я ни во что такое не верю.

Эндрю. Но, Леопольд, ты же не хочешь сказать, что метафизика лишена всякого смысла?

Леопольд. Как я сказал в одном из моих последних докладов, философы-метафизики — это совершенно обычные люди, только слишком слабые, чтобы принять мир таким, каков он есть. И все их теории о пресловутом мистическом познании жизни, ничто иное, как отражение собственной внутренней неуверенности. Вне этого мира нет никаких других реалий.

Эндрю. Но это не утоляет многие человеческие устремления.

Леопольд. Сожалею, но Вселенную создал не я. Я могу ее только объяснять.

Максвелл. Не знаю, но в таком случае…

Леопольд. Не нужно со мной дискутировать, если вы не читали моих трудов. Я утверждаю, что реально только то, что можно потрогать, попробовать, пощупать или научно доказать. Нельзя смешивать четкие познания о мире с какими-то отдельными явлениями, которые определяются лишь подобием или механизмом повторяемости.

Максвелл. Вы, конечно, очень образованный человек, но какой-то узколобый.

Леопольд. На мой взгляд, «узколобой» и неталантливой является написанная вами книга.

Ариэль. Ах, смотрите! Какая чудная бабочка! (Она бежит за ней.)

Максвелл. Да это же Оранжевая совка? Я за ней охотился всю свою жизнь! (Ариэль приближается к ней.) Осторожно! Не спугните! У меня есть сачок. Потихоньку окружайте ее.

Все гоняются за бабочкой. Лишь Леопольд не проявляет ни малейшего интереса.

Ариэль. Осторожно!

Максвелл. Не шумите!

Эндрю. Сюда, сюда! О, проклятие!

Бабочка улетает, все бегут за ней. Максвелл несется с сачком по лесу.

Максвелл. Эндрю! Перекрывай ей дорогу!

Крадущийся с сачком Максвелл и Эндрю ныряют в заросли кустарника.

Эндрю (выбирается назад с сачком на голове, потирая царапины). Это называется — с хирургической точностью? Максвелл, тебя нужно гнать из врачей!

Все опять устремляются за бабочкой, но Ариэль вдруг останавливается и садится на землю, схватившись за ногу.

Ариэль. Ой!

Все быстро подбегают к ней.

Леопольд. Ариэль!

Ариэль. Это, наверное, судорога.

Максвелл (подбегает и снимает с ее ноги туфельку). Ну-ка, дайте взглянуть. (Массажирует ее ногу. Все стоят вокруг.)

Эндрю (с преувеличенной серьезностью). Все в порядке. Все в порядке. Отойдите. Дайте ей глоток свежего воздуха.

Ариэль. Ничего страшного.

Максвелл. Здесь больно? (Массажирует ей ногу.)

Ариэль. Немного.

Далси. Наверное, это ступня.

Максвелл. Да. Расслабьте ее… ничего серьезного.

Эндрю (шутливо). Максвелл, заканчивай с массажем. Это была просто уловка, чтобы привлечь к себе внимание.

Адриана. Бабочка улетела.

Ариэль. Ах, как жаль.

Максвелл. Это не твоя вина… Ох, черт!

Леопольд. Это все из-за вашей суматохи.

Максвелл. Я прошу прощения.

Ариэль. Ты не виноват.

Леопольд. Прямо как дикие индейцы. Очень мило.

Эндрю. Не волнуйся, Леопольд! Она — в хороших руках. Этот человек — величина среди шарлатанов.

Ариэль. М-м-м, мне уже лучше.

Максвелл (усердно массируя). Вы уверены?

Ариэль. О да, намного лучше… М-м-м…

Эндрю (насмешливо). Может, вас оставить вдвоем?

Леопольд (без юмора). Тебе уже лучше? Ты можешь идти?

Ариэль. Я думаю, вполне.

Максвелл. Нет, посидите еще немного…

Ариэль. Но у меня уже, правда, все прошло.

Максвелл. Но вы ведь не хотите, чтобы все повторилось?

Леопольд (серьезно). Она же говорит, что ей лучше.

Максвелл. Да-да, но врач здесь — я.

Эндрю. Давай, Максвелл, срази нас своими медицинскими познаниями.

Максвелл. Ладно, все в порядке. (Он встает, все облегченно вздыхают.)

Ариэль. Все прошло. У меня это часто бывало в балетной школе.

Максвелл. Вы занимались балетом? Представьте, я тоже. Но мои родные настояли на профессии врача.

Леопольд. Мы уже можем идти? Этот волшебный лес с поганками и змеями мне осточертел.

Максвелл (постепенно заводясь). Хорошо, пошли, я просто хотел убедиться, не повреждено ли сухожилие. К вашему сведению, эти грибы не ядовиты.

Леопольд. Ошибаетесь. Это смертельно опасные ядовитые грибы.

Максвелл. Да? Мне очень жаль, но это просто шампиньоны.

Леопольд. Это — ядовитые грибы.

Максвелл. Боюсь, вы ошибаетесь.

Адриана. Господи, неужели это так важно?

Леопольд. Я надеюсь, вы не собираетесь съесть один такой грибок?

Максвелл. Съесть?

Ариэль. Не будьте смешными. Пойдемте домой.

Леопольд. Это — ядовитые грибы, и я удивлен, что врач, который пишет что-то там о природе, не разбирается в таких вещах.

Эндрю. Ну, давай. Максвелл, не мучь нас, съешь один шампиньончик, а мы посмотрим на твои конвульсии.

Женщины хором: «Ну, хватит, пойдемте». Максвелл демонстративно съедает гриб.

Далси. Максвелл!

Все очень встревожены.

Максвелл. Леопольд, вы должны первый раз в жизни признаться, что были не пра… А-а… А-а-а!..

Внезапно начинает корчиться и стонать. Всеобщая паника. Он падает, хватая ртом воздух.

Ариэль. Зачем ты заставил его, Леопольд?!

Адриана. Максвелл… Ты можешь дышать?

Далси. Воды!

Все мечутся. Вдруг Максвелл распрямляется, прекращая игру.

Максвелл. Ну, теперь вы убедились, что они съедобные?

Все вздыхают с облегчением.

Ариэль. Так, значит, мы можем идти обратно?

Адриана. 0! Вон летит наша бабочка!

Все кидаются за бабочкой, исчезая в лесу. Затем Максвелл и Ариэль появляются с другой стороны. Они пытается поймать бабочку сачком. Максвелл поворачивает Ариэль к себе и целует.

Ариэль. Что же вы делаете?

Максвелл. Я не смог удержаться.

Ариэль. Пожалуйста, не делайте этого больше.

Появляются остальные.

Далси. Ну как, вы ее поймали?

Максвелл. Она улетела.

Эндрю. Ну, а если бы вы ее поймали? Что с того? Просто большая и противная моль. Может, придумать что-нибудь получше? Например, коллекционировать почтовые марки? За ними не нужно, по крайне мере, гоняться по лесу.

Далси (к Максвеллу, которому явно не по себе). Тебе нехорошо?

Максвелл. Я… я… Мне… У меня что-то странное происходит в желудке. Ой, извините… я хотел бы побыть один…

Он бежит в кусты, зажав рот рукой. Все озабоченно следуют за ним.

Ариэль. Максвелл!

Леопольд. Я же говорил, что они ядовитые. Очистит желудок, и ему станет легче. (Уходит.)

Нежно входит музыка Мендельсона. Меняется место действия.

Сцена 7

Терраса дома и поляна перед ней. Эндрю, Максвелл и Далси стреляют из лука. Остальные расслабляются на качелях, потягивая прохладительные напитки.

Адриана. Как светло летом в это время, как красиво.

Ариэль. Я люблю долгие дни.

Адриана. И я тоже. Я вспоминаю сразу то время, когда я была молоденькой девушкой.

Ариэль. Я тоже. Какие были мечты.

Адриана. И все только про любовь.

Ариэль. И у меня.

Пауза. Обе в своих мыслях. Наконец, Адриана прерывает молчание.

Адриана. Как вы думаете, если два человека любят друг друга, это должно обязательно выражаться в физической близости?

Ариэль. Я не совсем понимаю вас… Вы имеете в виду, может ли мужчина обожать женщину, не добиваясь взаимности?

Адриана. Не знаю. Все кажется таким запутанным, когда начинаешь над этим задумываться. (После паузы.) Извините, что надоедаю, но скажите… это было трудно решиться?.. Вы воспитывались в монастыре и блюли ваше целомудрие… Я имею в виду, это было сложно для вас, согласиться разделить постель с Леопольдом еще до вашей свадьбы.

Ариэль. Да нет… не так что бы очень.

Адриана. Мне бы вашу смелость…

Ариэль. Я всегда считала себя современной женщиной, но, вот, гляжу на эту маленькую медсестру и начинаю сомневаться.

Адриана (доверчиво). Говорят, что она так хорошо знает, как функционируют все органы и, вообще, про все такое.

Ариэль. Мужчинам нравятся разбитные женщины.

Адриана. Вы полагаете?

Ариэль (с тоской). И молодые.

Адриана (вздыхая). Мне нужно идти на кухню.

Ариэль. А я приму душ. Солнце уже садится. Жаль, что этот летний вечер не может длиться вечно.

Уходят в дом.

Сцена 8

Далси подходит к Леопольду, который сидит за маленьким столиком и переставляет шахматные фигуры.

Леопольд (Далси). Я наблюдал за вами. Вы хорошо стреляете.

Далси. Тут все зависит только от грудных мышц. От здоровых грудных мышц. А вы не хотите попробовать?

Леопольд. Если уж и выпускать свою агрессивность, то я предпочитаю не оружие, а шахматы.

Далси. Кто бы меня научил играть в шахматы?

Леопольд. Боюсь, эта игра показалась бы вам слишком мирной.

Далси (берет одну из фигур). Ну почему… Эти жеребцы выглядят очень… воинственно.

Леопольд. Это — не жеребцы. Это — кони. Кони.

Далси. А-а, кони…

Она подсаживается к нему, и Леопольд начинает объяснять ей правила игры.

Максвелл (стреляет из лука, потом тихо Эндрю). Он смотрит на нас, да?

Эндрю. Кто?

Максвелл. Этот Леопольд, который хотел меня отравить.

Эндрю. Да. А что?

Говорят между собой, продолжая стрельбу из лука.

Максвелл. Эндрю, я влюбился в Ариэль.

Эндрю. Ну, еще бы. Она, действительно, потрясающая.

Максвелл. Я говорю тебе, я, правда, влюбился.

Эндрю. Я понимаю тебя. Она фантастическая женщина.

Максвелл. Да нет, Эндрю, ты не понимаешь. Я люблю ее. Я люблю ее, и я не хочу, чтобы она выходила замуж.

Эндрю. Максвелл, давай стреляй… Я еще хочу принять душ.

Максвелл. Я никогда не испытывал такого. Это просто невероятно. В тот миг, только я ощутил ее запах, я сразу же в нее влюбился.

Эндрю. Очень мило, продолжай нюхать дальше… У нее уже все решено.

Далси (начиная свою первую шахматную партию). Шах! (Двигает фигуру.)

Максвелл. Этот надутый индюк!

Леопольд. Хм-м… Весьма агрессивно… Вы способная ученица… Ну, а если я сделаю так?

Эндрю. Может быть, но завтра в это время, она уже будет миссис Индюшкой!

Далси. Тогда я сделаю Так!

Максвелл. Да ты что? Ты ничего не заметил в лесу? Откуда ты знаешь, что у нее на уме?

Леопольд. А если я сделаю вот такой ход?

Эндрю. Ты о чем это?

Далси (азартно). Ловушка!

Максвелл. Я ее поцеловал.

Леопольд. У вас потрясающее чувство схватки. А-а… скажите, как насчет того, чтобы нам чуть попозже встретиться?

Эндрю. В самом деле?

Далси. Вы это о чем?

Максвелл. Да, в лесу. Может быть, Леопольд это видел. Он следит за каждым моим движением. Мне нужна твоя помощь.

Леопольд. Я это о том, что не могли бы вы как-то освободиться, чтобы нам побыть вдвоем?

Эндрю (пораженный). Она тебе позволила себя поцеловать?

Далси. Зачем?

Максвелл. Ну, не совсем. Но я чувствовал, как дрожали от волнения ее губы.

Леопольд. Это последние часы моей холостяцкой жизни.

Эндрю. Слушай, не вмешивай меня в это. Адриана и так уже вся на взводе из-за моей прежней истории с Ариэль.

Далси. Профессор!

Максвелл (с тревогой). Какой такой истории?

Леопольд (смущенно озираясь вокруг). Пожалуйста, не выражайте ваше изумление так бурно.

Эндрю. Да ничего особенного.

Далси. Я уж не знаю, что и сказать.

Максвелл. И что стоит за этим «ничего особенного»?

Леопольд. Пожалуйста, не осуждайте это вспыхнувшее желание. Не заставляйте меня, его стыдиться.

Эндрю. Это было мимолетно и платонически.

Далси. Да вам не нужно ничего стыдиться. Мне просто забавно, что вы спрашиваете на это разрешения.

Максвелл. Приведи ее к ручью… Но только не говори, что там буду я.

Леопольд. Я думаю, вы вполне современны, и не станете придавать маленькому приключению большего значения, чем оно того стоит. Притом, я ведь, наверное, не первый, кто вам говорит, как вы очаровательны и привлекательны.

Эндрю (нервно). К ручью? Почему именно к ручью?

Далси. Я не говорю, что для меня это было бы не забавно. Но… что если нас застукает ваша возлюбленная?

Максвелл. А в чем дело?

Леопольд. Ни в коем случае. Ариэль должна стать моей женой… но вы настолько соблазнительны. Я уже вижу, как это упоительно будет у нас с вами.

Эндрю. Так. Ты хочешь с ней переспать. Из спортивного интереса?

Далси. Вы меня совсем захвалите.

Максвелл. Разве можно, встретив такую волшебную женщину, просто хотеть переспать. Ну, то есть, я, конечно, хочу ее… Она горячая, она просто пылает.

Леопольд. Вам приходилось уже это делать с относительно немолодым мужчиной?

Эндрю. Да-да… Она горячая…

Далси. Да.

Максвелл. В постели они должны быть умопомрачительны, эти монастырские воспитанницы.

Леопольд. А тайно? В лесу?

Эндрю. Максвелл, забудь это. Иди и лови своих бабочек.

Далси. Да.

Максвелл. Позови ее просто прогуляться, и приведи к ручью.

Леопольд. Он был гений?

Эндрю. Да не могу я с ней пойти прогуляться. Адриана уже почти ревнует.

Далси. Нет, он был зубной врач.

Максвелл (подозрительно). Да? Почему? Что, черт побери, у вас такого было?

Леопольд. Я, может, кажусь вам непривлекательным?

Эндрю. Ничего.

Далси. Что вы! Вы просто класс!

Максвелл. Ах, перестань! Говоришь ничего, а сам краснеешь. Ты спал с ней? Спал, да?

Леопольд (поднимаясь). Встретимся в шесть, там, где мы сегодня купались. Хорошо?

Эндрю. Нет! Клянусь!

Далси. Да.

Максвелл. Она тебе все еще нравится? Я прав?

Эндрю. Нет! Оставь меня в покое! (Стреляет из лука, и бьет прямо в стекло, разбивая его в вдребезги. Тут же убегает за дом.)

Леопольд. Я вам очень благодарен.

Далси. Вот так гении и соблазняют бедных девушек.

Леопольд. Я не знаю, как это делал Гете, но мой метод именно таков.

Далси встает и направляется к дому, пересекаясь по дороге с Максвеллом.

Максвелл. Привет… Я, наверное, пойду сейчас и заберусь надолго в ванную, хочу понежиться в горячей воде?

Далси. Ой… А я что-то так устала, пойду немного прилягу.

Леопольд. Да, свежий воздух, действительно, утомляет.

Идут в дом.

Сцена 9

Эндрю идет со стульями и расставляет их вокруг длинного стола на поляне. Оглянувшись вокруг, приглушенно кричит в окно ванной комнаты.

Эндрю. Ариэль! Эй! Ариэль? Ариэ-э-ль!

Пытается попасть камешком в окно. Потом настороженно оглядывается и пытается взобраться по выступам на стенке дома к окошку. Не может удержаться и падает. Раздосадованный, встает и уходит за дом, потирая ушибы. Музыка Мендельсона.

Сцена 10

Максвелл осторожно вылезает из окошка и пытается проделать точно такую же операцию. Не добравшись до окна, аналогичным образом летит на землю. Торопливо поднимается и, прихрамывая, убегает в лес.

Музыка Мендельсона.

Сцена 11

Эндрю выезжает из-за дома на своем крылатом велосипеде. Он пытается подняться в воздух, чтобы пролететь мимо окна ванной комнаты Ариэль. Изнутри слышен ее голос.

Ариэль. Эндрю! Ты что делаешь?

Эндрю. Как насчет того, чтобы нам прогуляться?

Ариэль. На этой штуке?

Эндрю. Не бойся, выходи скорее.

Ариэль. Не могу. Я стою под душем.

Эндрю. Я должен поговорить с тобой.

Ариэль. Что случилось?

Эндрю. Максвелл Йордан влюбился в тебя.

Ариэль. А, этот медицинский Казанова!

Эндрю Ты его не знаешь. Он — замечательный парень и очень хороший врач. У него не умер еще ни один пациент. Несколько, правда, забеременели, но не умер никто.

Ариэль. Эндрю, я завтра выхожу замуж.

Эндрю. Ты совершаешь большую ошибку.

Ариэль. Что!?

Эндрю. Ты не любишь Леопольда. Тебе просто льстит то, что ты будешь женой знаменитого ученого.

Ариэль. Ты говоришь глупости.

Эндрю. Не пытайся меня обмануть меня. Это всегда было твоей целью. Ты мне уже тогда говорила об этом.

Ариэль. Я думаю, что ты тогда вообще не слушал, о чем я говорила. У тебя на уме были только животные страсти.

Эндрю. Как выяснилось — и у тебя тоже.

Ариэль. Да, и мне пришлось удовлетворять их с другими, не дождавшись ничего от тебя.

Эндрю. Максвелл сделает тебя счастливой, а Леопольд — нет.

Ариэль. Это моя вина. Не нужно было мне флиртовать с Максвеллом. Это вышло совершенно непроизвольно. И вот теперь все закрутилось.

Эндрю. Он без ума от твоего запаха.

Ариэль. Эндрю, у меня в голове все перепуталось. Поэтому, чем скорее я выйду за Леопольда, тем лучше будет для всех нас.

Эндрю. Выйди хотя бы на пять минут. Человек ведь просто погибает. У него такого никогда не было. Пойдем. Что ты потеряешь? Отказать ему ты сможешь всегда. Парень страдает. Сделай это из любви к ближнему, как тебя учили твои монашки. Сделай ради меня. Может, ты сама поймешь, что это единственно верное решение — отменить завтрашнюю свадьбу.

Ариэль. Слишком поздно что-либо менять.

Эндрю. Совсем не поздно.

Ариэль. Мне было так хорошо, пока я снова не встретила тебя. Так хорошо.

Эндрю. Выходи на балкон, и пойдем.

Ариэль. Это сумасшествие.

Эндрю. Доверься мне. Все будет хорошо. Ведь это я — Эндрю.

Исчезает на своем велосипеде за домом. Музыка Мендельсона.

Сцена 12

Далси на цыпочках выходит из дома.

Адриана (обрадовавшись возможности поговорить с ней). Далси?

Далси. Ой!

Адриана. Мне нужно с вами поговорить.

Далси. Сейчас?

Адриана. Да, пожалуйста… Мне необходимо.

Далси. Но…

Адриана. В другой раз я, может, уже не решусь. Вы — единственная, с кем я могу поговорить. Пожалуйста. Пойдемте на минутку на кухню — там нас никто не услышит.

Далси (проникаясь участием). Что такое?

Мы видим обеих женщин через открытое окно на кухне.

Адриана. Мне страшно неловко вас беспокоить. Я не знаю даже, как мне об этом сказать.

Далси. Да ладно, я ведь — медсестра.

Адриана. Это так нелегко. (Решаясь.) Мне хотелось бы научиться быть приятной в постели моему мужу.

Далси И это все?

Адриана. Мне кажется что, если бы я знала об этом больше… если бы я уверенней себя чувствовала. Тогда…

Далси. Это очень просто. Вы же такая очаровательная женщина.

Адриана. Я чувствую себя ужасно.

Далси (сочувственно). Пожалуйста… говорите…

Адриана. Я стала неуверенной и закомплексованной. У меня все время такое чувство, что я все делаю не так. От этого я все время нервничаю.

Далси. Прежде всего, вы должны этого хотеть. Вы хотите этого?

Адриана. Да… конечно… Может не так, страстно, как… как другие… но, да… Разумеется, я этого хочу.

Далси. И вы… Готовы вы в любое время и в любом месте это совершить?

Адриана. Ну да… Я думаю, да… Но, все равно, я кажусь себе слишком скованной.

Далси. А как насчет орального секса? Вам это нравится или нет?

Адриана. Мисс Форд! Вы шокируете меня.

Далси. С какой стати? Мужчин это приводит в экстаз. То есть, почему только мужчин? Меня тоже.

Адриана. Мне не хватает смелости.

Леопольд на цыпочках покидает дом и, стараясь не попасться на глаза женщинам, исчезает в кустах. Далси берет карандаш и лист бумаги.

Далси. Хорошо, начнем сначала. Мужчины. С одной стороны мы имеем тех, кто слишком быстро кончает, я их называю — гонщики, а с другой тех, кто никак не может начать — это нытики.

Адриана. Ой, где мои таблетки от головной боли?

Далси. Весь процесс можно сравнить с плаванием. Вы все время двигаетесь рывками. Главный секрет очень прост: если до семяизвержения далеко — старайтесь не мешать и поменьше двигаться, а если чувствуете, что это вот-вот произойдет, — тут уж дайте себе волю и делайте все, что заблагорассудится.

Адриана. Это звучит как-то очень… по-медицински.

Далси. Ах, это только основа. Когда любишь мужчину, нужно чувствовать и его возбуждение, и его затруднения. А еще — делать маленькие приятные сюрпризы. Что-то совершенно неожиданное. Самое страшное для любви — это однообразие и рутина.

Сцена 13

Музыка. Терраса исчезает. Тут же становятся слышными отдаленные голоса летящих в воздухе Эндрю и Ариэль. Перемена декораций. Лес.

Ариэль. Это безумие!

Эндрю. Не волнуйся, я опытный пилот.

Ариэль. Осторожнее!

Эндрю. Разве это не фантастично? А? Было ли у тебя такое хоть раз в жизни? Лететь, словно птица!

Вдруг тишина, а затем слышно, как они с шумом обрушиваются в озеро. Так же издалека звучит голос Эндрю.

Все в порядке… Все хорошо… Никакой паники. Полетали, как птицы, а теперь немного поплаваем, как рыбы.

Сцена 14

Максвелл пробирается через лес. Он слышит чьи-то шаги и в волнении замирает, ожидая увидеть Ариэль. Но из кустов выныривает Леопольд, так же весь нацеленный на романтическую встречу. Увидев друг друга, оба замирают в изумлении.

Максвелл. Что!?

Леопольд. Вы??

Максвелл. Леопольд… Вот так встреча… А я вот решил посмотреть… что за болотные культуры тут растут.

Леопольд. Болотные культуры? Здесь?

Максвелл. Мне показалось, что вы намеревались отдохнуть…

Леопольд. Нет… Не смог заснуть. Захотелось вот прогуляться.

Максвелл. Какое совпадение… И мне тоже.

Леопольд. Вы остаетесь здесь?

Максвелл. Я? Да нет… А вы? Может нам прогуляться вместе?

Леопольд. М-м… э-э… Пожалуй…

Максвелл. Нет, только не в эту сторону! Лучше сюда. Тут поблизости растут такие потрясающие яблони, каких я еще в жизни не видел. Просто невероятные!

Леопольд. Яблони?

Максвелл. Мы пойдем не сторону дома, а сделаем небольшой кружок. Но это стоит того. Тем более, что вы хотели все равно прогуляться.

Леопольд. Да… Я поэтому сюда и забрел… Хотя после обеда я обычно сплю.

Максвелл. Да-да, я знаю.

Леопольд. И сколько, примерно, это займет, если мы пойдем вот так вот кругом?

Максвелл. Ну, мили четыре… Нужно будет обогнуть озеро… но, если вам угодно идти одному, я могу описать вам дорогу…

Леопольд. А вы? Вы тоже, наверное, хотите гулять один?

Максвелл. Да нет, почему… Мы могли побеседовать о природе, несмотря на наши с вами разногласия… ха-ха-ха…

Идут вместе, предупредительно уступая друг другу дорогу, и исчезают в лесу.

Сцена 15

Появляются мокрые Ариэль и Эндрю.

Ариэль. О, господи? Что же мне делать?

Эндрю. Ничего, ничего, зато теперь мне совершенно ясно, что мой летающий велосипед не выдерживает такого веса.

Ариэль. Мы могли бы разбиться насмерть.

Эндрю. Ну, нет. Покалечиться — да, а насмерть вряд ли. Боже, да ты совсем мокрая.

Ариэль. Вода в озере такая холодная.

Эндрю. Ладно, ладно… Успокойся… Я тебя согрею.

Обнимает ее за плечи, и они уходят.

Сцена 16

Максвелл и Леопольд. Идут, напряженные от необходимости общения друг с другом.

Максвелл. Хм… Кажется, это пролетела болотная краснохвостка?

Леопольд. Кажется, да…

Максвелл (после паузы). Сказочно красивый лес, вы не находите?

Леопольд. Вообще-то, четыре мили это намного больше, чем я себе представлял.

Максвелл. Половину мы уже одолели. Да… Завтра у вас большой день, не так ли?

Леопольд. М-да.

Максвелл. А знаете, как я в шутку называю брак? Смерть надежды. Ну, конечно, в шутку. Хотя, в каждой шутке…

Леопольд (после паузы). Я знаю, что вы заглядываетесь на Ариэль.

Максвелл. Что!?

Леопольд. Глупо отрицать. Я же видел, как вы на нее таращились. Как расшаркивались перед ней в свойственной вам манере. Я просто слышу, как у вас бьется сердце, когда вы к ней приближаетесь.

Максвелл. Что за дурацкие фантазии? Вам нужно писать романы.

Леопольд, Но могу вас заверить — ваши вульгарные притязания возбудить к себе интерес Ариэль, останутся неудовлетворенными.

Максвелл. Эй, поосторожнее! Ваша энциклопедическая образованность — это еще не гарантия, что нельзя получить в ухо.

Леопольд. Ну, давайте, ударьте меня. Вам же этого давно хочется. Не нужно стесняться. Насилие, для таких, как вы, — это единственный аргумент.

Надувшись, молча идут дальше. Через мгновение, после того, как они исчезают, появляются Эндрю и Ариэль.

Эндрю. Помнишь, как я тебя пригласил на бейсбол? Ты понятия не имела, что это такое. Помнишь, как я тебе еще долго объяснял, что это игра не на очки, что в ней совсем другие правила?

Ариэль. Когда мы катались вдвоем на лодке, это было еще лучше, чем бейсбол.

Эндрю. Меня тогда так укачало. Ненавижу эти лодки…

Ариэль. О да, я видела, как ты мучился, но из всех сил пытался улыбаться и не раскисать.

Эндрю. Самое страшное началось, когда ты начала готовить. Меня и так мутило, а от этого твоего жидкого мяса, просто вывернуло наизнанку.

Ариэль. Это было мясо по-французски! Его делают как пюре.

Эндрю. Не верю! Даже французы не пьют котлеты из баранины.

Ариэль А помнишь, как мы ехали сюда к тебе, открыв верх машины? Мчались под миллионами звезд.

Эндрю. Это был мой новый Форд. Я выжимал из него километров двадцать пять в час. Я был сумасшедшим парнем.

Ариэль. Все было так чудесно, и луна летела вместе с нами всю дорогу… А у тебя была еще какая-то необычная бутылка с джином.

Эндрю. Ты помнишь!? Эта бутылка досталась мне еще от моего отца.

Ариэль. Она была серебряной, а сверху высечены слова.

Эндрю (восторженно). Верно! Строки из Шекспира.

Ариэль. «What fools these mortals be?» — «Как глуп весь род людской!».

Эндрю. А помнишь, откуда это?

Ариэль. Из Сна в летнюю ночь. «What fools these mortals be!» Я помню эту ночь так же хорошо, как и ты.

Эндрю. Максвелл поцеловал тебя сегодня, да?

Ариэль. Да, совсем неожиданно в лесу.

Эндрю. И что ты почувствовала?

Ариэль. Мне было приятно.

Эндрю. Что ты имеешь в виду?

Ариэль. Ты спросил, что я почувствовала, и я отвечаю, что мне было приятно.

Эндрю. Ах, вот как? Зачем же ты тогда выходишь замуж?

Ариэль. Как тебе сказать. Ты ведь знаешь, что у меня всегда сплошная путаница в отношениях с мужчинами. Сначала мне кажется, что я знаю, что хочу, потом нет, потом опять знаю. Я всегда была игрушкой страстей… А что у тебя? Как твоя брачная жизнь?

Эндрю (все еще сердясь). Моя жизнь очень добропорядочная. Не очень брачная, но добропорядочная.

Ариэль. Грустно это слышать. Адриана задавала мне такие смешные вопросы о сексе.

Эндрю. А что ты чувствовала, когда Максвелл растирал тебе сегодня лодыжку?

Ариэль. Это было сексуально.

Эндрю. Сексуально?

Ариэль. Да.

Эндрю. Ну, конечно. И у тебя в очередной раз снова все спуталось от этого медицинского Казановы.

Ариэль. А что? Он хорошо выглядит и очень обаятелен.

Эндрю. Кто? Максвелл? Этот косолапый… с общипанной бороденкой… Этот плейбой.

Ариэль. Да ты на чьей стороне? Ты ведь полчаса назад говорил мне, что он — замечательный парень.

Эндрю. Он хороший, хороший. Я только не знаю, подходит ли он тебе.

Ариэль. Ах, какая разница! Все равно я завтра выхожу за Леопольда. Я не могу всю жизнь порхать, как бабочка. Я хочу уверенности. Я хочу детей. Я встретила мужчину, у которого много достоинств, и я его люблю… Думаю, что люблю. Я от него многому научилась, например, слушать Моцарта.

Эндрю. Ну, и как же его нужно слушать? Я всегда думал, что… (Чихает.)

Ариэль. Ты совсем простыл. Нам надо возвращаться. (Вдруг придержав его.) Знаешь, если бы я и изменила свое решение выйти за Леопольда, то только не из-за Максвелла. Да нет, нет… Все это так сложно…

Их голоса теряются в лесу. Слышно щебетание птиц, рев лесного оленя. Темнеет.

Конец первого действия

Действие второе

Сцена 17

Ужин на поляне перед домом. Над большим столом, за которым сидят все, развешаны бумажные фонарики. Напряженная натянутая атмосфера. Каждому есть что скрывать, каждый по-своему обманщик.

Максвелл. Сегодня после обеда чуть не заснул в ванной.

Далси. Ты мог бы затопить весь дом.

Максвелл. Да, но, слава богу, вовремя спохватился.

Леопольд (Ариэль). Ты, по-моему, рассказывала, что тоже заснула в ванной?

Ариэль. Ах, да, да… Причем, всю одежду я сбросила на пол рядом с ванной, и, когда вода перелилась, она полностью вымокла. Боюсь, как бы платье не испортилось. А ты хорошо выспался, дорогой?

Леопольд. Ну, как сказать… Я не был уставшим. Вместо того чтобы прилечь, я просто пошел прогулялся.

Ариэль. Тебя это не очень утомило?

Леопольд. Что? О, нет… Очень познавательная прогулка.

Адриана (Эндрю). А где ты был все это время? Даже не помог мне накрыть стол.

Эндрю. О, я возился с нашим грилем… Ты представляешь, он совсем заржавел. Разве ты не слышала, как я по нему колотил? Я так сильно стучал, что, думал, он развалится.

Адриана (останавливает его энергичные объяснения). Ну хорошо, хорошо… Я понимаю. Еще немного вина. Максвелл?

Максвелл. Да. Вино, кстати, отличной выдержки!

Ариэль. Очень крепкое. Оно ударило мне в голову.

Эндрю (Максвеллу). Ты уже много выпил. Смотри, превратишься в хирурга с дрожащими руками.

Максвелл. Не такое уж оно и крепкое.

Адриана. Все цветы перед домом так помяты. Это не ты там лазил, Эндрю?

Эндрю. Что? С какой стати мне там лазить?

Адриана (ко всем). Как-то раз я нечаянно закрылась в ванной. Так вот Эндрю забрался по стенке наверх и вытащил меня через окно. Это было очень романтично. А вообще-то, должна сказать, — я немного опьянела.

Далси. Скажите, кто-нибудь видел эту необычную огромную птицу, которая здесь перед обедом кружила?

Адриана, Что еще птица?

Далси Она потом упала в озеро.

Эндрю. Тут, вообще, встречаются ястребы… и даже орлы.

Максвелл (опьяневший). Орлов в этих краях не бывает.

Адриана. Эндрю, может быть, это ты испытывал свои крылья?

Эндрю. Ну, конечно. Я всегда перед ужином делаю пару кругов над озером. Поднимает, знаете ли, аппетит. Ха-ха… (Неловкая пауза.)

Леопольд. А вы, значит, изобретатель, Эндрю?

Эндрю. Это мое сумасшедшее хобби. В обычной же жизни я помогаю людям находить правильное применение своим деньгам. До тех пор, пока они у них не кончатся.

Леопольд. А что это за странный аппарат стоит вон там?

Эндрю. О, это то, что я закончил сегодня. Что-то вроде laterna magica — магический шар. С его помощью я надеюсь проникнуть в невидимый мир и посмотреть, что там творится.

Леопольд. Невидимый мир? Это что-то вроде ваших маленьких привидений, летающих между деревьями?

Эндрю. Можете смеяться, сколько хотите. Но я уверен, что в этом мире есть много такого, что нельзя постичь нашими пятью органами чувств.

Леопольд. Боюсь, что нет.

Эндрю. А я верю.

Адриана. Я видела привидений в темные летние ночи.

Максвелл. Правда в том, что никто не знает ничего.

Далси. Я видела похожую штуку у одного мага в Исландии.

Леопольд. Мне очень жаль, но в нашей жизни нет ничего мистического. С каждым днем это становится все отчетливее. Не верите мне, обратитесь к лучшим сочинениям самых великих философов.

Ариэль. А я думаю иначе. По-моему, самое что ни на есть волшебное и загадочное — это наша Вселенная.

Эндрю. Я тоже так думаю.

Леопольд. Как жаль, что людям нужны какие-то там чудеса, когда реальный мир, который их окружает, сам по-настоящему чудесен.

Максвелл. В моей больнице я не нахожу ничего чудесного.

Леопольд. И когда же вы продемонстрируете нам свой магический шар?

Эндрю. Мы обязательно его испытаем, нужно только дождаться темноты.

Адриана. Между прочим, Эндрю изобрел еще и свадебный подарок для вас с Ариэль.

Ариэль. Правда?

Адриана. Расскажи, Эндрю.

Эндрю. Ах, да… На этой неделе я смастерил один прибор. С его помощью можно вытащить из рыбы все косточки… Да… А потом, если захотите, их можно вставить обратно.

Адриана (поднимает бокал). За Ариэль и Леопольда!

Все чокаются. Максвелл, немного помедлив, тоже поднимает бокал.

Завтра вы станете мужем и женой… и будете вместе, пока смерть вас не разлучит.

Эндрю. По-моему, ты немного пьяна.

Адриана. Пусть они будут счастливы друг с другом всю оставшуюся жизнь!

Все снова чокаются, желают счастья, всего хорошего. Вдруг Максвелл закрывает лицо руками и всхлипывает.

Максвелл. Ах-х-х…

Все поворачиваются к нему.

Адриана. Что случилось?

Эндрю. Максвелл!

Ариэль. Вам нехорошо?

Далси. Ты что, поперхнулся?

Максвелл (пытаясь взять себя в руки, отговаривается, чтобы покинуть застолье). Нет… Прошу извинить меня… Мне просто… Да, вино попало не в то горло.

Далси. Ты хлестал это вино, словно воду.

Максвелл. Уже все прошло… Все в порядке… Мне нужно глотнуть свежего воздуха, голова кружится… Сейчас все пройдет… (Уходит в темноту.)

Леопольд. Он — не алкоголик?

Эндрю. Нет, он просто слишком много выпил сегодня вечером.

Далси. Он пил на пустой желудок, ему нужно немного прогуляться.

Адриана. Да! А где же вы будете жить, когда поженитесь?

Леопольд. На то время, когда мы не будем путешествовать, я снял дом вблизи университета. С нетерпением жду, когда Ариэль познакомится с моими друзьями-профессорами и их женами. Мне уже сейчас завидует весь факультет. (Ариэль.) Тебе наверняка понравятся профессор Джонсон и его супруга. Очень забавная пара, и с большим чувством юмора. Ты получишь истинное удовольствие от общения с ними.

Адриана (поднимая бокал). За истинное общение! За профессора Джонсона!.. За Леопольда и Ариэль! За эту летнюю ночь!.. За вас обоих!..

Далси. Не забудьте Максвелла…

Адриана. И, конечно, за Максвелла Джордана.

Эндрю (поднимает бокал). За нашего веселого доктора!

В это мгновение слышится выстрел. Все вскакивают со своих мест. Взволнованные крики: «Черт побери, что это?», «Вы слышали?», «С какой стороны это было?», «Это, наверное, Максвелл!», «Скорее, скорее!», «Проклятый алкоголь!». Все бегут в темноту.

Крики. Максвелл! Что случилось? Что такое? О, Господи!

Через какое-то время все возвращаются с Максвеллом назад. В руке у него пистолет. На голове — кровь.

Максвелл. Это ничего… Я… я нашел его… он там валялся, я его поднял, и он… случайно сработал… Я просто прицелился в бутылку, а он выстрелил, и полетели осколки… Я порезался…

Далси. Надо быть осторожнее.

Ариэль. Никогда нельзя дотрагиваться до чужого пистолета.

Адриана. Зачем он вообще у нас в доме?

Эндрю. Он принадлежал моему отцу.

Адриана. И он всегда у тебя валяется заряженный?

Эндрю. Нет… Пули лежат всегда отдельно, в жестяной банке. Во всяком случае, я так предполагал… Может быть, я забыл его разрядить, когда возился с ним в последний раз…

Максвелл. Ничего не случилось… Пойдемте назад к столу…

Адриана. Вот так нелепо и происходят несчастные случаи. Оставляют пули в пистолете и забывают про это. Ох… даже страшно подумать, что могло бы произойти…

Далси. Лучше всего забыть все это… Никто не пострадал, и такого больше не случится.

Адриана. Леопольд, ты обещал нам спеть Шуберта. Пойдемте в дом.

Ариэль. О да, пожалуйста. Леопольд!

Леопольд. Если ты будешь мне аккомпанировать, Адриана.

Адриана. Конечно. Пойдемте все в дом.

Все уходят. Эндрю задерживается с Максвеллом.

Сцена 18

Эндрю. У меня все-таки не укладывается в голове. Я отлично помню, что пистолет не был заряжен. Так напиться… Как можно так напиться!? Максвелл, ты полагаешь, что эта женщина стоит того, чтобы пускать себе пулю в лоб?

Максвелл. Я люблю ее.

Эндрю. У меня просто нет слов. Я думал, я хорошо тебя знаю.

Максвелл. Никто не знает меня хорошо… никто…

Эндрю. Ну, всё… Хватит разыгрывать мелодраму. Ты же всегда говорил, что никогда ни в кого не влюбишься! Что с тобой? Прямо, страдания юного Вертера!

Максвелл. Я не знаю, что со мной. Может быть, я пьян, но я целый день думал только о ней.

Эндрю. Ладно, все. Будь благоразумным. Мы не можем иметь все, что нам хочется.

Максвелл. Я должен увидеться с ней наедине.

Эндрю. Хорошо, хорошо, но сначала выпей крепкого кофе. Господи, а если бы ты не промахнулся! Представляешь, какая бы это была ужасная трагедия!

Максвелл. А ты бы мог умереть из-за Ариэль?

Эндрю. Я?

Из дома слышится пение Леопольда, исполняющего песню Шуберта под аккомпанемент фортепиано.

Максвелл. Я вижу, как ты на нее смотришь.

Эндрю. Максвелл, я не собираюсь умирать из-за любви. Я не романтический персонаж. Я работаю на Уолл-Стрит.

Максвелл. Ты не привел ее к ручью. А я ждал.

Эндрю. Я пытался.

Максвелл. Она хотела прийти?

Эндрю. Да. Я сам хотел ее привести. По воздуху. Но мы упали в озеро. Просто катастрофа. Мы совершенно вымокли и должны были вернуться назад.

Максвелл. Однако это звучит романтично… Прижавшись друг к другу, в мокрых одеждах… Ты целовался с ней?

Эндрю. Нет. Я не целовался с ней. Я чихал.

Максвелл. А почему ты краснеешь, когда говоришь об этом?

Эндрю. Послушай, оставь меня в покое. Ну, даже если бы я ее любил? Что это меняет? Завтра она выходит замуж за Леопольда.

Максвелл. Что значит: «если бы я ее любил?» Ты что, ее любишь?

Эндрю. Я сказал — «если бы». Если бы я не был женат. Если бы она не выходила замуж… Если бы… Если бы… Если бы я ее любил!

Максвелл. То, что тогда?

Эндрю. Что значит: «что тогда»? Тогда… тогда у нас были бы с тобой некоторые проблемы.

Максвелл. Смотри, она сидит прямо у окна. Пожалуйста, иди в дом. Мне нужно с ней поговорить.

Сцена 19

Мы видим через большое окно, как все пьют вино и вежливо слушают. В соседнем окне виден поющий Леопольд. Максвелл крадется к сидящей на подоконнике Ариэль, чтобы тайком с ней поговорить.

Максвелл (говорит шепотом). Я тебя люблю. Не выходи замуж.

Ариэль. Тс-с-с!..

Максвелл. Я не могу жить без тебя. Я — серьезно.

Ариэль (также шепотом). То, что было тогда в лесу, это просто ребячество.

Максвелл. Неужели ты ничего ко мне не испытываешь?

Ариэль. Да я совсем тебя не знаю?

Максвелл. А как ты можешь меня узнать, если ты завтра выходишь замуж?

Ариэль. Я и не хочу тебя узнавать. Если бы мы встретились в другое время, все, может быть, было бы иначе.

Максвелл. Давай встретимся сегодня.

Ариэль. Уходи.

Максвелл. У ручья. Ну, пожалуйста.

Ариэль. Не создавай мне проблемы.

Максвелл. Дай мне шанс. У меня ведь не было ни одной секунды, чтобы покорить твое сердце, чтобы показать, каким я могу быть потрясающим.

Ариэль. Ты бесспорно очень обаятелен, но этого недостаточно.

Максвелл. Почему ты не хочешь? Ты любишь Эндрю?

Ариэль. Как ты смеешь такое говорить!?

Максвелл. Ты слишком непреклонна.

Ариэль. Я люблю Леопольда.

Максвелл. Неправда. Ты просто хочешь себя обмануть.

Ариэль. Ты жестокий.

Максвелл. А ты божественная. А Эндрю, кстати, женат.

Ариэль. Уходи, Мы оба выпили слишком много вина,

Максвелл. Не противься самой себе. Смотри, какое сегодня полнолуние… Ты выйдешь замуж… навсегда. Эта ночь последняя у тебя. Проведи ее со мной. Не всю — только десять минут. Только чтобы поговорить. Я уверен, если бы ты меня лучше узнала, я бы тебе тоже понравился. Ну зачем тебе выходить за него замуж, а потом всю жизнь мучиться сомнениями: Почему я этого не сделала?.. Не съел бы он меня, в конце концов… Почему я не подарила ему эти жалкие десять минут… Может, вопреки всему, он переубедил бы меня… А теперь уже поздно… теперь я жена профессора… да, обеспеченная жизнь, но… все же, в ней чего-то не хватает… Почему я ему отказала? О, как жаль…

Ариэль. Прекрати!

Максвелл. Брак — это смерть надежды.

Ариэль. Это неправда.

Максвелл. Неправда — когда выходишь по любви.

Ариэль. Тебя я тоже не люблю.

Максвелл. Потому что ты не знаешь меня. Дай мне десять минут. Десять несчастных минут. Или, клянусь тебе… я убью себя. Сразу после свадьбы. На этот раз я не промахнусь. Твой свадебный торт будет пропитан моей кровью.

Ариэль. Хорошо, хорошо… Я приду.

Максвелл. Обещаешь?

Ариэль. Да. Уходи же.

Максвелл. Если ты не придешь… ты будешь раскаиваться всю жизнь.

Леопольд закончил пение и зовет Ариэль.

Леопольд. Иди сюда, Ариэль. Поиграй теперь ты для меня. Мне хочется немного погрезить.

Адриана (встает из-за рояля). Да, давай теперь ты. А мне нужно немного прибрать… О, у меня просто все плывет перед глазами. Мне нужен глоток свежего воздуха. Эндрю, ты поможешь мне?

Леопольд (Ариэль). Я люблю, когда ты мне аккомпанируешь. Ты словно ласкаешь своей музыкой.

Ариэль играет. Леопольд выспренно поет «Аве Мария».

Сцена 20

Адриана с бокалом красного вина выходит из дома в сопровождении Эндрю. Она отпивает глоток, ставит бокал на стол и тянет вдруг Эндрю за собой в сад.

Адриана. Поцелуй меня, Эндрю!

Эндрю (целует ее). Что… что ты делаешь?

Адриана (страстно отвечая на поцелуй). Я хочу любить тебя сейчас… и здесь.

Эндрю. Сейчас? У нас ведь гости…

Адриана. Да… это опасно… Ну и пусть!

Эндрю. Что же ты делаешь? Трава совсем мокрая…

Адриана. Тогда давай на столе. Я хочу тебя сейчас… Я хочу тебя…

Эндрю. Адриана, прекрати. Мы же здесь ели. Я лежу на вилке! (Достает из-под себя вилку). Дорогая, ты слишком много выпила.

Адриана. Я совершенно не пьяна. Может, самую чуточку. (Со стола летят тарелки).

Эндрю. Теперь я лежу на рыбных костях… прямо фламандский натюрморт!

Адриана (садится на Эндрю верхом). Сними же свои брюки!

Эндрю. Адриана, человек в гостиной поет «Аве Мария»! Бог нас накажет, бог нас…

Адриана. Поцелуй меня…

Эндрю. Адриана… (Пытается подняться.)

Адриана толкает его назад, заставляет принять нужное положение и принуждает заниматься с ней любовью. Забыв про гостей, Эндрю заражается ее страстью. Вдруг перед ней встает ее старая проблема.

Ну, в чем дело?

Адриана. Не знаю.

Эндрю. Но мы уже перешли эту точку, когда можно останавливаться.

Адриана. У меня какой-то страх в животе.

Эндрю. Адриана, я не могу сейчас прекратить… или брось меня в лед.

Адриана. Я ничего не могу. Все это так отвратительно.

Эндрю. Что отвратительно? Я еще даже не успел раздеться!

Адриана. Мне так тяжело дышать…

Эндрю. Мне тоже. В такой духоте можно пальмы выращивать.

Адриана. Я хотела этого. Ты ведь знаешь. Я вдруг поняла и себя и других, я слышала, как бьется мое сердце.

Эндрю. По отношению ко мне твое сердце бьется очень ровно. Не так ли?

Адриана. Может быть. Я уже не знаю. Что я чувствую.

Эндрю. Наш брак совсем прокис. Мы давно потеряли друг друга.

Адриана. Значит, нам нужно подумать о том, как спокойно расстаться. Пока мы не наговорили друг другу гадостей.

Эндрю. Я знаю только одно — так дальше продолжаться не может.

Из гостиной слышен голос Леопольда.

Леопольд. Как там наши привидения, Эндрю? Мы ждем с нетерпением!

Ариэль, Леопольд, Максвелл и Далси выходят на террасу и с любопытством разглядывают изобретение Эндрю. Адриана и Эндрю появляются ив сада.

Эндрю. Простите, вы звали?

Леопольд. Невидимый мир! Мы жаждем взглянуть на него.

Эндрю (настраивая аппарат). Я не могу гарантировать, что у меня все получится.

Леопольд (Максвеллу). Вы — человек науки, доктор. Каково ваше мнение о невидимом мире?

Максвелл. Я не верю в привидения, хотя совсем недавно мог превратиться в одно из них. Я верю только в науку и секс.

Леопольд. А в любовь, нет?

Максвелл. Отчего же. В любовь — в первую очередь.

Адриана. А любовь без секса может быть?

Эндрю. Это совершенно разные вещи.

Ариэль. То есть?

Эндрю. Секс снимает напряжение. А любовь его усиливает. Ну что ж, дамы и господа, попрошу всех взяться за руки…

К этому времени уже стемнело. Все окружит магический шар и взялись за руки. Каждый берет руку того, кто ему наиболее близок. Все переглядываются. Эндрю что-то монотонно бормочет себе под нос.

Мне нужна эктопластическая атмосфера… соответствующие электрические колебания… Здесь мы имеем дело исключительно с биологическим магнетизмом…

Далси. Только, пожалуйста, никаких зомби. Я их жутко боюсь. Они могут наброситься на живых и растерзать.

Эндрю. Итак, полностью сконцентрируйтесь на шаре и попытайтесь отключиться от всех ваших мыслей.

Максвелл. Мы можем смотреть на шар?

Эндрю. Да, можете на него смотреть.

Леопольд. Лично я давно уже отключился от всяческих мыслей.

Эндрю. Так… Полностью расслабьтесь, и не нужно никаких шуточек… Концентрация и расслабление… Концентрация и расслабление…

Долгая пауза. Слышно только как стрекочут кузнечики, щебечут птицы и квакают лягушки. Вдруг из шара начинают лететь искры, и примитивный проекционный фонарь постепенно вырисовывает на простыне, предусмотрительно повешенной Эндрю, какие-то силуэты. Все ахают и охают.

Ну, смотрите, разве это не фантастично?

Поначалу видны только неясные контуры.

Ариэль. Что это?

Эндрю. Это лес… это деревья… водная гладь… лодка…

Адриана. Я узнаю это… Это ведь здешний лес… Правда?..

Эндрю. Вот появляются тени.

Леопольд. Это оптический обман!

Далси. Да, мы же здесь сегодня купались!

Адриана. Да, это ручей…

На простыне появляется какой-то мужской силуэт.

Максвелл. О, боже мой! Вы только посмотрите!

Ариэль. Это человек… Какой-то мужчина…

Адриана. Это Эндрю… Нет… Это Максвелл… Нет, нет… Это Эндрю… Или нет, это, вообще, кто-то другой…

Далси Что же он там делает?

Ариэль. Он ждет… в одиночестве…

Адриана. И кого же?

Далси. Конечно, женщину. Кого же еще?

Ариэль. Может быть, она не придет.

На протяжении последующей сцены по отдельным реакциям Эндрю видно, как он пытается рассказать Ариэль о чувствах, которые он испытывает к ней.

Максвелл. Он один… Я полагаю, она никогда не придет…

Эндрю. Разве это может быть? Мы смотрим в прошлое!

Максвелл. А может в будущее?

Теперь вдруг появляется силуэт женщины. Ее тоже трудно узнать, видно лишь, что на ней платье с бантом.

Далси. О! А вот и она — в летнем платье!

Максвелл. Кто же это такая?

Адриана. Я ее не узнаю. Они говорят друг с другом.

Далси. Почему он ее не поцелует?

Эндрю. Я уверен, он очень хотел бы этого.

Максвелл. По нему видно, как он ее жаждет.

Ариэль. Почему же он этого не делает?

Адриана. Он не решается… Кажется, он очень застенчив,

Далси. Господи, но она ведь хочет, чтобы он это сделал!

Леопольд. Это все ваши собственные фантазии. Оптический обман.

Ариэль. Она хочет этого, правда. Видно, как она к этому готова.

Адриана. А он нет…

Максвелл. Он упускает свой шанс.

Эндрю. Возможно, мы являемся свидетелями нереализованной возможности. Упущенного шанса, о котором человек жалеет всю жизнь.

Адриана. Это все слишком печально.

Далси. Разве это не правда? Самый главный шанс бывает только один раз.

Ариэль. И если его упустишь — это может изменить всю твою жизнь.

Но вот мужская фигура на экране-простыне прижимает к себе женскую и целует ее.

Максвелл. Смотрите!

В этот момент раздается треск, и из аппарата вдруг начинают сыпаться искры. Все приходят в волнение.

Адриана. Что-то не так!

Эндрю. О-о… Провода перепутались!

Максвелл. Так распутай же их скорее!

Эндрю. Принесите воды! Шар воспламенился!

Всеобщая суета. На загоревшийся шар льют воду. В конце концов, всё успокаивается.

Максвелл. Эндрю, ты и вправду что-то такое изобрел!

Эндрю. Да, вот только что?

Леопольд. Сетчатка глаза удерживает изображение одну шестнадцатую долю секунды, в движении тоже нет ничего сверхъестественного… мелькающий свет также можно легко объяснить.

Ариэль. Это все можно объяснить?

Адриана. А что же мы видели? Прошлое, настоящее, будущее?

Далси. А, может, это был потусторонний мир? Может, это были два духа?

Леопольд. Никаких духов не существует. Кроме, как у Шекспира, и то, некоторые из них более реальны, чем люди, которых я знаю. А теперь пошли спать, Ариэль.

Адриана. Да, у меня глаза уже слипаются. Вино сделало свое дело.

Далси Я всегда жутко боялась привидений.

Максвелл (тихо Ариэль). Не забудь. Мы должны сейчас встретиться.

Все направляются к дому. Максвелл немного отстает. Эндрю это замечает.

Сцена 21

Эндрю. Ты не идешь спать?

Максвелл. Нет, хочу еще немного побыть здесь.

Эндрю. Да?

Максвелл. Я совсем не устал.

Эндрю. А-а, ты хочешь просто…

Максвелл …просто подышать свежим воздухом.

Эндрю. Правда?

Максвелл. Да, немного. Такая чудесная ночь.

Эндрю. А-а… что же Далси?

Максвелл. Она очень утомилась.

Эндрю. Ты… ты, кажется, уже не такой подавленный, как раньше.

Максвелл. Да, не такой. Я чувствую себя гораздо лучше.

Эндрю. Хорошо. И почему?

Максвелл. Ты знаешь, если брак — это крушение всех надежд, то ночь перед свадьбой — последняя надежда.

Эндрю. Вот как? И где же ты хочешь дышать свежим воздухом?

Максвелл. Не знаю. Где-нибудь. Под звездами.

Эндрю. Ты имеешь в виду — у ручья?

Максвелл. А что тебя волнует? Иди спать.

Эндрю. Кто сказал, что меня что-то волнует?

Максвелл. Я просто хочу прогуляться. Это благотворно влияет на пищеварение.

Эндрю. Если хочешь, мы можем прогуляться вместе.

Максвелл. Нет-нет, не беспокойся.

Эндрю. Да мне это совсем не трудно, и тоже полезно для пищеварения.

Максвелл (постепенно раздражаясь). Эндрю, я бы предпочел гулять один.

Эндрю. Но почему?

Максвелл (хватает его вдруг за рубашку). Послушай… Иди спать… У меня свидание с Ариэль.

Эндрю. У тебя с ней свидание!?

Максвелл. Да. В полночь, у ручья

Эндрю. И как же это получилось?

Максвелл. Я с ней договорился.

Эндрю. И она придет?

Максвелл. Да.

Эндрю. А что она тебе сказала?

Максвелл. Я ей сказал, что я ее люблю. И что она не должна выходить замуж за Леопольда. И что нам необходимо встретиться.

Эндрю. И она согласилась?

Максвелл. Я думаю, у меня есть шанс.

Эндрю. Ты думаешь?.. А, может быть, мне привести ее туда?

Максвелл. Нет. Иди спать.

Эндрю. Я совсем не устал.

Максвелл. Пожелай мне счастья.

Эндрю (без особого энтузиазма). Желаю счастья.

Максвелл исчезает в темноте.

Сцена 22

Все наполнено музыкой «Сна в летнюю ночь» Мендельсона. Спустя какое-то время Ариэль тихо выходит из дома и исчезает в темноте леса. Проходит еще немного времени. Музыка. Где-то в доме часы бьют полночь. На террасе появляется Далси. У нее испуганный вид.

Далси. Максвелл! Ты здесь. Максвелл?

Она хочет вернуться в дом, но сталкивается с Леопольдом, крадущимся на цыпочках и в купальном халате. Далси вздрагивает.

Ой!

Леопольд. Не бойтесь. Это я — Леопольд. Я не привидение. Не нужно меня бояться.

Далси. Я не смогла заснуть, и спустилась вниз, чтобы дочитать «Позднее прозрение».

Леопольд (удивленно). «Позднее прозрение»? Какое совпадение! Именно это я видел во сне.

Далси. В каком сне?

Леопольд. Только что… перед тем, как проснуться… я видел во сне…

Далси Меня?

Леопольд. Именно вас… И так странно… Мы были совершенно одни… вы лежали на софе и читали… Я поинтересовался, что вычитаете? И вы ответили: «Позднее прозрение»… Меня это рассмешило… И тут я вдруг приоткрыл ваш халатик… самую малость, вот как сейчас… и меня сразу охватила непреодолимая страсть… и все мои самые безумные мечты и желания, которые всегда таились в душе, но из страха сдерживались, вдруг вырвались ураганом наружу.

Далси. А как на это реагировала я?

Леопольд. Вы прижали свои губы к моим, и вдруг… весь сценарий изменился, и мы стали двумя дикарями на необитаемом острове, в доисторические времена… Я был неандертальцем и гнал врагов каким-то примитивным оружием и… свирепо любил вас.

Далси. Боже мой, что вы такое съели перед сном?

Леопольд. А что вы тут делаете?

Далси Я не могла заснуть, и мне было страшно читать одной в комнате. Я так боюсь всех этих разговоров о привидениях.

Леопольд. А почему вы одна? Где же доктор?

Далси. Максвелл пошел прогуляться.

Леопольд (вдруг встревожившись). Ариэль тоже! Она выпорхнула из постели прежде, чем я успел в нее лечь!

Далси. Вы что, думаете…

Леопольд (сердито). Разумеется, было бы смешно подозревать Ариэль и этого медицинского осла!

Далси. Ну, зачем вы так. Вы должны научиться доверять Ариэль, если хотите на ней жениться.

Леопольд. Да, но где же она? Я не доверяю никому. Я просто чувствую это. Они сейчас, наверное, смотрят друг другу в глаза или держатся за ручки… У меня перед глазами картина, как этот грубый пошлый докторишко пытается ее поцеловать… или, еще хуже… И все это сейчас, в день нашей свадьбы!

Вдруг сам по себе заработал проекционный аппарат, и мигающий свет высветил две тени, которые, как можно угадать, предаются любви. На женской фигуре платье, напоминающее то, что носит Ариэль. Сначала Леопольд ничего не различает, но потом…

Эти тени… Что-то знакомое… Это же платье Ариэль — ее французский наряд… Но у него очки! Это Эндрю, или это Максвелл?

Далси. Леопольд…

Леопольд. Эндрю или Максвелл!!! Я обманут третьесортным изобретателем или медицинским ослом! Где лук? Где стрелы? (Он мчится мимо Далси.)

Далси. Леопольд!

Леопольд хватаем в ярости лук и стрелы, и бросается в лес. Далси бежит за ним несколько шагов.

Леопольд!

Сцена 23

Музыка. Терраса исчезает. Мы снова в лесу. Максвелл в напряженном ожидании. Его охватывает радость, когда он слышит чьи-то шаги в кустах. Но радость преждевременна.

Максвелл. Ариэль! Я здесь, у дерева! (Его взгляд меняется, когда он видит Эндрю.) Что тебе здесь надо?

Эндрю. Я пришел, чтобы встретиться с Ариэль.

Максвелл. С какой стати? Я же сказал тебе, что хочу побыть с ней наедине.

Эндрю, Это бесполезно. Максвелл. Я люблю ее.

Максвелл. Что!?

Эндрю. Я не знаю, что тебе еще сказать. Я не могу больше с этим бороться.

Максвелл. Я же говорил, что ты ее любишь! Я же говорил! А ты лгал! «Нет, нет, я не люблю!»

Эндрю. Ну хорошо, не нужно так волноваться.

Максвелл. Я не волнуюсь! (Стучит себя по лбу.) У меня просто голова идет кругом.

Эндрю. Она всегда меня любила, Максвелл.

Максвелл. С каких это пор? Ты говорил, что у вас все было мимолетно и платонически.

Эндрю. Да, я не прикоснулся к ней. Но мог это сделать. И должен был это сделать. Она давно хотела быть моей.

Максвелл. Я же говорил, что ты ее любишь. Я же говорил, а ты отпирался!

Эндрю. Вопрос только в том, как сказать об этом Адриана?

Максвелл. Мой лучший друг! И я еще надеялся, что ты мне поможешь!

Эндрю. Я сделал все, что мог. Я расхваливал тебя изо всех сил. Я сказал ей, какой ты классный парень.

Максвелл. Ты меня предал! А я так рассчитывал на тебя.

Эндрю. Нет, я говорил про тебя только самое хорошее. И она согласилась встретиться с тобой, хотя и не хотела этого. Я думаю, это потому, что она хотела быть со мной. Мы летели, смеялись, вспоминали все, что у нас было.

Максвелл. Ты — дерьмо! Ты — отъявленный негодяй! Она что тебе сказала, что любит тебя?

Эндрю. Она полюбила меня с самой первой встречи. С того дня, когда я взял ее с собой на бейсбол.

Максвелл (лихорадочно шарит по карманам). Я убью тебя! Я прикончу тебя здесь, в лесу! Где мой скальпель?..

Эндрю. Ну, хватит. Максвелл, возьми себя в руки.

Максвелл. Разве ты не знал, как я ее люблю?

Эндрю. Это может со всяким случиться. Я же не нарочно. Ну что ты, как маленький.

Максвелл. Как маленький!? Кто как маленький, ты поганый двуличный пигмей! (Он трясет Эндрю.)

Эндрю. Перестань меня трясти! Пусть она решит все сама! Если она любит тебя, ладно. Кто знает? Может, она любит Леопольда, и мы оба останемся в дураках.

Максвелл. Прекрати свою глупую болтовню!

Они борются, катаясь по земле. Вдруг появляется Ариэль. Они встают.

Ариэль. Что здесь происходит?

Эндрю. Ариэль… я люблю тебя.

Ариэль. Ах, так?

Максвелл. Ну… смотри… Она совсем не в восторге.

Эндрю. Я ничего не могу с собой поделать.

Максвелл. Ты должна знать, Ариэль, я тоже тебя люблю.

Эндрю. Максвелл, перестань, не усложняй ситуацию.

Ариэль. Я… удивлена… И когда это в тебе проснулось?

Эндрю. Много лет назад. Просто я был тогда слишком растерян, чтобы что-то предпринять.

Максвелл. У него личные проблемы… поэтому он в панике.

Эндрю. Не выходи за Леопольда.

Максвелл. Она не выйдет за него. Ариэль, не делай этого! Ты будешь несчастной.

Эндрю. Леопольд не подходит тебе. Это же любому идиоту понятно.

Максвелл. Я же сказал тебе — она за него не выйдет.

Эндрю. Я не с тобой разговариваю.

Максвелл. А я с тобой. Мы с Ариэль хотим, чтобы ты оставил нас одних.

Ариэль. Ты женат, Эндрю.

Эндрю. Да, но у нас ничего не ладится. Все чувства давно растаяли. Во всяком случае, в постели.

Максвелл. Как ты можешь говорить о таких интимных вещах. Бедная Адриана!

Эндрю. Помолчи, прошу тебя! Ариэль, много лет назад, на этом самом месте, я оказался слишком нерешительным.

Максвелл. И он всегда таким и останется. Это же — зануда. Он ни на что не решится. Много слов и мало дела.

Эндрю. Максвелл, не зли меня.

Максвелл. Ариэль, я люблю тебя. Мне нужно только время, чтобы доказать тебе, как сильно я тебя люблю.

Ариэль. Я понимаю сейчас только одно: мой брак с Леопольдом невозможен. Это будет очень больно, но я должна быть честной перед ним.

Эндрю. А я должен поговорить с Адрианой.

Максвелл. Послушай! Я бы на твоем месте этого не делал. Ты ее обидишь, а толку никакого.

Эндрю. Ариэль, судьба дала нам вторую попытку. Мы не должны ее упустить.

Максвелл. У тебя это не пройдет, Эндрю. Может, она и любила тебя когда-то, но это прошло. (Ариэль.) Я люблю тебя. Не слушай его жалкие причитания, я хочу тебя.

Ариэль. Мне очень жаль. Максвелл.

Максвелл (словно раненый). А-а-а-а-а!

Эндрю. Максвелл, ты мой лучший друг. Ты мне близок, как никто. Извини меня.

Максвелл (опять начинает трясти Эндрю). Ты — маленький Иуда!

Ариэль. Максвелл, перестань!

Максвелл. Я не хочу больше жить!

Эндрю. Не говори так! Только пьяный инфантильный кретин стреляется из-за несчастной любви. А ты терапевт.

Ариэль. Ты скоро меня забудешь.

Максвелл. Нет…

Эндрю. Да. Мы поможем тебе. Мы будем заботиться о тебе. Ты всегда сможешь к нам прийти. Тебе не нужно будет сидеть одному дома, и глядеть в пустоту.

Максвелл. Если я буду к вам приходить, как же я забуду Ариэль? Она всегда будет передо мной.

Эндрю. Он прав.

Максвелл. Ладно, ладно… Мне нужно пройтись… Переварить все это… У меня был шанс, и я его использовал… большего я требовать не могу… Эндрю — это лучше, чем Леопольд… Он, хотя бы, рассмешит тебя пару раз.

Ариэль. Что ты собираешься сейчас делать?

Максвелл. Немного прогуляться… Побросать камешки в озеро… и пойти спать… Не бойтесь. Я не пьяный инфантильный кретин. Я пойду в мою комнату и завалюсь спать. Глубокий сон — это самая лучшая анестезия. Желаю счастья… вам обоим… Э-э-эх… (Уходит.)

Сцена 24

Ариэль. Он ничего с собой не сделает? Мне не по себе.

Эндрю. Боже, до чего сложна жизнь. Завтра утром я расскажу обо всем Адриане… Она, кажется, уже о чем-то догадывается.

Ариэль. А я все скажу Леопольду. Это будет не самым приятным делом. Пока пусть он лучше поспит.

Эндрю. Да… Эта ночь принадлежит нам. (Обнимает ее за плечо.)

Ариэль. Ты помнишь это дерево? Мы стояли под ним и смотрели на звезды.

Эндрю. Они и сейчас все на своих местах. Вон там Близнецы — видишь?

Ариэль. Да, я помню, ты мне тогда их показывал… Мы пили вино, и ты рассказывал мне о своем последнем изобретении.

Эндрю. Точно. Музыкальные домашние тапочки… При ходьбе они играли мелодию «My old Kentucky Home». Это никого не заинтересовало.

Ариэль. Помнишь, о чем мы говорили?

Эндрю. О будущем… о лесе… Ты говорила, что на тебе платье прямо из Парижа, и что ты надела его первый раз.

Ариэль. Вот оно — то самое платье.

Эндрю. В самом деле? Боже оно все такое же красивое, и ты тоже… Ты стала еще более красивой.

Ариэль. А у тебя волосы немного поредели.

Эндрю. Да… я… я сейчас как раз работаю над средством для волос…

Ариэль. Но взгляд у тебя все такой же, как у маленького мальчика…

Снова слышится музыка Мендельсона. Он целует ее. Они отдаются своим чувствам. Свет медленно гаснет. Музыка. Кваканье лягушек и крики сов. Из облаков выплывает луна. Когда ее свет падает на Ариэль и Эндрю, мы видим, что они сидят на пне. Любовный порыв прошел и принес разочарование.

Эндрю. Ах… мне ужасно неловко…

Ариэль. Нет… ты не виноват в этом…

Эндрю. Я чувствовал себя все время так скованно.

Ариэль. Это, наверное, все из-за меня.

Эндрю. Это было, действительно, так безрадостно?

Ариэль. Не будь таким самокритичным. Конечно, нет.

Эндрю. Мы любили друг друга.

Ариэль. Несомненно.

Эндрю. Мы упустили время, когда это должно было случиться.

Ариэль. Я была, действительно, так плоха?

Эндрю. Ни в коем случае. Нет. Просто, обстановка не способствовала этому. Этот трухлявый пень… он развалился, когда я прижал тебя к нему.

Ариэль. Ты, кстати, не поцарапался?

Эндрю. Нет… но… это выбило из ритма… Кто бы мог подумать, что там сидит змея? До сих пор мы ни разу их здесь не встречали.

Ариэль. Мне, конечно, не нужно было все время вскакивать. Но когда я вижу этих рептилий, у меня, просто, мороз по коже.

Эндрю. Они не ядовиты… но, разумеется… когда у тебя что-то ползет по ноге, поневоле закричишь…

Ариэль. Я не думаю, что из этого нужно делать трагедию…

Эндрю. Это всего лишь досадная случайность…

Ариэль. Мы с тобой… так намучились.

Эндрю. Не говори так.

Ариэль. Лягушки квакали, кузнечики трещали…

Эндрю. Я понимаю…

Ариэль. Все было совсем не так, как я себе представляла.

Эндрю. Это правда.

Ариэль. Да? У тебя тоже такое чувство?

Эндрю. Ну, да… Я получил нормальное мужское удовлетворение… чисто технически… но, ты права… это было, по правде говоря, не так, как я себе представлял…

Ариэль. Да. Мне рисовалась тоже другая картина.

Эндрю. М-да… это было… ну, прекрасно… Любовная близость позволяет людям узнать друг друга гораздо лучше, ты не находишь?

Они смотрят друг на друга.

Ариэль. Странно… Тогда, несколько лет назад… все эти лягушки и кузнечики мне совершенно не мешали.

Эндрю. Я понимаю, что ты хочешь сказать. Когда человек моложе, он может заниматься любовью даже во время пожара.

Ариэль. У меня один раз такое было.

Эндрю. Странно… Мне нужно было переспать с тобой тогда, в ту нашу ночь.

Ариэль. Тогда, наверное, все бы чувствовалось совсем иначе.

Эндрю. У меня такое чувство, что в ту ночь мы не замечали бы вообще, что вокруг нас существует какой-то другой мир.

Ариэль (с грустью). Наверное…

Эндрю. Я думаю, это был тот самый единственный миг…

Ариэль. И, может, наши жизни сложились бы совсем иначе.

Эндрю. Что прошло, то прошло… Нужно жить дальше…

Ариэль. Как летит время… У кого-то вдруг редеют волосы… Кому-то малейший шорох — помеха… Мы изменяемся… мы становимся другими людьми.

Эндрю (так же задумчиво). Хм… хм…

Они так и сидят, когда вдруг разъяренный Леопольд, в купальном халате, с луком и стрелами, врывается на сцену.

Сцена 25

Леопольд. А-а-а! Подлый мерзкий червяк!

Ариэль. Леопольд!

Леопольд. Настал твой последний час! Готовься! (Он гонится за убегающим Эндрю.)

Эндрю (спасаясь бегством). Леопольд! Ты с ума сошел! Прекрати!

Леопольд преследует его и стреляет из лука. Эндрю уворачивается от стрелы. Музыка Мендельсона сопровождает эту дикую охоту.

Леопольд. Ха-ха-ха!

Эндрю. Леопольд… Ты же разумный человек! Ты же — пацифист! Леопольд, ты — просто зверь! Прекрати!

Максвелл (кричит издалека). Леопольд! Это я — Максвелл!

После очередного, почти хореографического, охотничьего прыжка Леопольд выпускает стрелу, но та попадает не в Эндрю, а в Максвелла, ворвавшегося в эту дикую сцену, чтобы всех успокоить.

А-а-ай! Я ранен!

Леопольд (издалека). Кровь! Я пустил кровь! Кто я теперь!?

Он стал подобием дикого зверя и, бросившись в заросли, исчезает в лесу. Эндрю бежит к раненому другу.

Эндрю. Максвелл! Максвелл! Все в порядке?

Максвелл. Нет… я тяжело ранен… я… я умираю…

Эндрю. Об этом не может быть и речи! На помощь! На помощь!

Максвелл. Это бессмысленно, Эндрю… Мне конец…

Эндрю. Не смей так говорить! На помощь!

Максвелл. Я — врач, я знаю… это — всё…

Максвелл лежит на руках у Эндрю.

Эндрю. Максвелл, послушай, у тебя появился шанс. Мне кажется, что между мной и Ариэль уже нет того влечения, которое было раньше…

Максвелл. Мне не хватает воздуха… Я умираю…

Эндрю. Максвелл, ты должен держаться!

Максвелл. Эндрю, я должен сделать тебе признание… Я хочу, чтобы моя душа, если она у меня есть, была чистой.

Эндрю. Это — безумие. Помогите!

Максвелл. Я спал с твоей женой.

Эндрю. Что?

Максвелл. Я и Адриана, мы спали вместе.

Эндрю. Сейчас не время для шуток.

Максвелл. У ручья… в одну из ночей прошлым летом.

Эндрю. Ты придумываешь.

Максвелл. Нет… Это нас ты видел тогда сквозь свой магический шар… Женщина в платье с бантом… Адриана и я… Разве ты не узнал ее платье?..

Эндрю. Как ты мог так поступить!? Как она могла так поступить!?

Максвелл. Подвернулся случай, и я им воспользовался. Человек живет один раз.

Эндрю (оглушенный сообщением). Моя жена и мой лучший друг…

Максвелл. Прости меня.

Эндрю. Я не могу тебя простить.

Максвелл слабеет на руках Эндрю, его голова падает на землю. Прибегает Ариэль.

Ариэль. О, боже мой!

Эндрю. Ничего страшного. Он просто умер.

Ариэль. О, нет. (Она склоняется к нему). Он еще дышит. Куда ты уходишь? Мне нужна помощь! (Лихорадочно пытается перевязать рану.)

Эндрю (совершенно потерянный). Какой же я глупец. Я им доверял… Как унизительно… Моя жена… моя жена Адриана и мой лучший друг… О, боже… О-о-о… Что же еще остается на этом свете? (Исчезает в темноте.)

Ариэль, как умеет, перевязывает Максвелла. Он жив, и видно, что ему не так уж плохо.

Ариэль. Ну, как тебе сейчас?

Максвелл. Гораздо лучше.

Ариэль. Для врача ты слишком быстро впадаешь в панику.

Максвелл. Я люблю тебя.

Ариэль (кладет руку ему на голову). Ты ведь ранен…

Максвелл. Дай мне немного времени. Дай, чтобы мне доказать, что ты будешь со мной счастливой.

Ариэль (нежно гладит его лоб). У нас еще будет время. Сейчас тебе нужен покой.

Максвелл. Я, заклятый холостяк, ранен стрелой Амура. Хотя и выпустил ее твой Леопольд.

Ариэль. Значит, ты веришь в любовь с первого взгляда.

Максвелл. Все дело в запахе. Ты чудесно пахнешь. Пойдем, пойдем со мной. (Он поднимается и, прихрамывая, увлекает за собой Ариэль.)

Сцена 26

Музыка Мендельсона. Декорация меняется, и в ходе перемены мы слышим голос Леопольда. Он вопит на весь лес, словно дикий зверь.

Леопольд. Кровь… Кровь!.. Я пролил кровь… Кровь… Кровь… Кровь…

Леопольд двигается к дому и встречает Далси. Как бешеный дикий зверь, он идет к ней

Кровь… Я пролил кровь… И я насладился этим…

Далси. Леопольд… Что в тебя вселилось?

Леопольд. Я вернулся с охоты! (Разрывает на ней халат.)

Далси (одновременно испуганно и заинтриговано) Леопольд!.. Что же хочет этот гениальный человек, от бедной молоденькой медсестры?

Он впивается в ее в губы. Она поддается и падает на спину в кусты. Мы слышим только их голоса.

О, Леопольд… Леопольд!.. Кусай меня… Да!.. Сильнее… сильнее…

Леопольд. Сильнее я не могу. У меня вставная челюсть.

Эндрю выходит с фонарем на террасу.

Эндрю. Где пистолет? Куда он положил этот проклятый пистолет? Максвелл! Адриана!

Адриана приходит в утреннем пеньюаре.

Адриана. Что здесь за шум? Эндрю? Я увидела свет.

Эндрю. Ты спала с Максвеллом!

Адриана (опешив). Я!? Как это?

Эндрю. Он мне сам рассказал.

Адриана. Да как он посмел!?

Эндрю. Потому что он думал, что умирает. Хотя, возможно этого и не случится.

Адриана. Как тебе объяснить? Мы были одни у ручья. Это было уже, когда твои чувства ко мне начали охладевать. Ты жил только своими изобретениями. Была удивительная лунная ночь… Он прикоснулся ко мне своей рукой… И меня вдруг захлестнула волна возбуждения… После этого случая я до сих пор не могу избавиться от чувства вины…

Эндрю. Но это было для тебя наслаждением.

Адриана. О да, безумным.

Эндрю. Как ты могла?

Адриана. Я же тебе все объяснила. (Подходит к нему.) Мне очень жаль…

Эндрю. Знать, что я тебя любил. Быть все это время здесь втроем, и за моей спиной такое сделать… вы надо мной потешались.

Адриана. Нет!

Эндрю. О боже, какой срам!

Адриана. Пожалуйста, пойми все правильно!

Эндрю. Вот с тех пор-то и начались между нами проблемы!

Адриана, Я все поправлю! Теперь, когда ты все узнал, мне стало легче! У меня камень с души свалился! У меня нет больше этой ужасной тайны!

Эндрю. Не смей меня обманывать.

Адриана. Я клянусь. Эндрю… это так, словно с меня сняли заклятие!

Эндрю. Я тебя презираю!

Адриана. Ты любишь меня!

Эндрю. Нет. Я люблю Ариэль. Я всегда ее любил. Нет, неправда. Я не любил ее.

Адриана. Иди ко мне, Эндрю.

Эндрю. Адриана…

Адриана. Дай мне любить тебя. Я так этого хочу!

Эндрю (пытаясь остановить ее). Адриана!.. Пожалуйста! Не надо… Мы же уже пробовали на столе… И это не удалось… Из-за этой вилки…

Адриана. Это было раньше… Я теперь другая женщина. (Целует его.)

Эндрю. Адриана… Я не знаю смогу ли я… В таком состоянии… Я ведь очень рассержен… То есть, я очень устал… Адриана… Адриана… Где ты научилась?.. О-о-о… Ты что, брала где-то дополнительные уроки?

Адриана. Да. И это только начало. Подожди, вот когда все уйдут, и мы останемся одни… Тогда я покажу тебе то, что Далси называет мексиканским сальто.

Эндрю. Это для меня просто шок… Мои мозговые извилины вдруг почувствовали облегчение, как будто ничего и не было.

Адриана. Ты сможешь меня простить?

Эндрю. Простить? Дочь моя, отпускаю тебе все грехи.

Адриана. И Максвеллу тоже?

Эндрю. Сегодня ночью я прощаю всех… Я примирю все человечество.

Адриана заметет Максвелла, который приближается под руку с Ариэль.

Адриана. Что он делает вместе с Ариэль?

Эндрю. Он делает ее счастливой, я надеюсь.

Адриана. В самом деле? А что же будет с Леопольдом?

Словно в ответ на ее вопрос, раздаются дикие крики Далси…

Далси. Леопольд умер!

Все вскакивают.

Идите скорее! Скорее!

Максвелл пытается привести его в чувство. Безуспешно.

Максвелл. Все напрасно. Это разрыв сердца.

Далси. Мы любили друг друга.

Все в изумлении поворачиваются к ней.

Он был, как дикий зверь! Он сорвал с меня халат. Он был потрясающ! Мы оба… словно превратились в дикарей! И как только он достиг экстаза… он вдруг откинулся назад… со счастливой улыбкой на лице!

Ариэль (закрывает лицо руками). О боже! Какой ужас!

Адриана. О-о-о…

Максвелл. Я не испытывал к нему особой симпатии, но теперь…

Эндрю. Бедняга… Навсегда покинуть этот мир… перестать существовать. О-о-о… (Для него это уже слишком.)

И в этот миг начинает вибрировать магический шар. В воздухе витает, приближаясь к финалу, музыка Мендельсона, и маленькое непонятное существо, похожее на привидение, как дым, появляется из воронки шара. Шар с треском раскалывается.

Леопольд. Нет, нет… Все в порядке… Я теперь в другом измерении.

Все растерянно оглядываются и хватают ртом воздух.

Я теперь часть чего-то другого… чего-то, что я не могу объяснить… Я дух страсти и раздвоенности.

Ариэль. Леопольд, это, правда, ты?

Леопольд. Конечно, это я. И я счастлив сообщить вам, что Ариэль и Эндрю оказались правы: этот лес, действительно, колдовской. Он полон духов счастливых мужчин и женщин, которые на апогее любви перенеслись сюда. Ищите меня в летние ночи… при луне… в этом лесу… отныне и навеки.

Дух освобожден и, как туманный световой шар, улетает в лес, под музыку Мендельсона.

Адриана. Твое изобретение действует.

Ариэль. Это так романтично.

Максвелл. Я многое понял за эту ночь!

Далси. Фантастика!

Эндрю. Я многое понял за эту ночь.

Адриана. Да?

Эндрю. Я узнал, что существует невидимый мир… что любовь непредсказуема… что страсть — это тайна и чудо, а сердце непостижимо ни для какой науки… что мгновения счастья могут не повториться, если ты не сумел ими воспользоваться… что просто невозможно вернуться назад… Мы становимся старше, мы становимся другими…

Маленькое светящееся Привидение-Леопольд танцует, становясь все меньше и меньше, путешествует под музыку Мендельсона в ночном лесу.

Наша жизнь зависит от такого огромного количества мелочей… Люди не являются тем, чем они кажутся… Мы все дикие существа, когда речь идет о любви.

Привидение последний раз вспыхивает и исчезает в лесу.

Музыка достигает кульминации, и пьеса окончена.

Content

Вуди Аллен
Секс-комедия в летнюю ночь

Действие первое

Действие второе