Смыгина Наталья

Невеста для Князя

Глава 1

Да, я ведьма. И с этим ничего не поделаешь, впрочем, я рада. Нет, я не летаю на метле: во-первых, в городе это слишком бы бросалось в глаза, во-вторых, есть более удобные средства передвижения, в-третьих, ... я ещё не пробовала. Свои чудесные способности я открыла совсем недавно и просто пришла в восторг, хотя с начала меня все это озадачивало и пугало. Самое интересное, что открыть мои способности мне помог человек, с которым у меня очень непростые отношения, точнее, мы испытываем, друг к другу вполне искреннюю неприязнь, обостренную тем, что он заместитель директора в фирме, где я работаю дизайнером по интерьерам.

Всё начиналось безоблачно и мило: когда я только устроилась на работу, Жутиков принялся за мной ухаживать, но поскольку в мои планы не входили служебные романы и более близкие отношения с ним, то я - мягко, но четко! - провела границы наших отношений. Его самолюбие этого не вынесло, в результате, я из "милой барышни" превратилась в "редкостную стерву". Но если б знал Владимир Николаевич, что он своими придирками, подставками и прочими гадостями разбудит ТАКИЕ способности, то он, вероятно, зажимал бы свой рот рукой и наступал бы на горло собственным каверзам. Но, увы! ... Ему "увы", потому что я от моих способностей просто в восторге!

Итак, Жутиков изо дня в день трепал мои нервы, раз в неделю шел к директору и перемывал мне кости, жалуясь, что я плохо выполняю свои обязанности и ни во что его не ставлю. Шеф вызывал меня, чтобы решить проблемы нашего общения. И все равно крайней оставалась я: Жутиков получал истинное удовольствие от самого процесса таких разборок, директор играл благородную роль "отца семейства", а я ... крепилась, держалась, чувствуя, как меня переполняет бессильная ярость. Шеф у нас молодец, но он мужчина, а мужская солидарность - жуткое дело.

Жутиков был доволен. Я теряла сон и вкус к жизни. Вампир? Ещё какой! Утром, как только я видела его ехидную усмешку, неизменно появляющуюся на его лице при моем появлении, настроение стремительно падало.

В понедельник Олег Сергеевич вызвал меня в кабинет. Я вошла и увидела там Жутикова. Цель приглашения прояснилась. А я-то надеялась на поощрение за последний сделанный проект. Весьма удачный! Мысленно употребляя не самые парламентские выражения, я присела. Неприкрытое ехидство в глазах и злорадная усмешка "в усы" неожиданно придали мне сил держаться внешне спокойной и улыбаться светло и безмятежно.

Вальяжно развалившись на стуле, Жутиков уставшим голосом повествовал о моих выходках, плохом отношении к сотрудникам и высокомерии.

- Работать Римма Игоревна стала без желания, хмурая, неприветливая, - продолжал он.

Это было последней каплей, потому что приветливая улыбка и теплое, внимательное отношение к любому посетителю - это один из основных принципов работы нашей компании.

- Римма Игоревна? - шеф приподнял брови.

Жутиков продолжал повествование о том, что я его не уважаю, отношусь предвзято. А я смотрела на чашку с кофе в его руках и улыбалась светло и безмятежно, чувствуя себя на грани взрыва. Звучание голоса Жутикова доводило до исступления. Я смотрела на чашку, чувствуя напряжение в зрачках. Захотелось вырвать чашку из его рук и выплеснуть на его щегольский костюм.

- Вот и объясни Римме Игоревне её обязанности и её место!

Я почувствовала покалывание в кончиках пальцев и в зрачках. Всё. Всему бывает придел.

Я вскинула глаза на Жутикова.

Внезапно чашка выскользнула из его рук и зависла в воздухе. В кабинете повисла тишина. Втроём мы, не отрываясь, смотрели на чашку. В звенящей тишине чашка распалась в воздухе на осколки. Горячий кофе выплеснулся на брюки Жутикова.

- Черт! - Жутиков вскочил и принялся отряхиваться.

На этом разборки прервались, ибо Жутикову надо было привести себя в надлежащий вид, достойный его положения. Я вышла из кабинета в состоянии легкого недоумения, потому что сначала я мысленно "увидела" как выплескивается кофе на Жутикова, а потом чашка вырвалась из его рук, зависла на мгновение, распалась в воздухе, и только потом пролился кофе! Я не знала, что и думать. Но мне это не показалось. Всё произошло именно так!

На несколько дней Жутиков оставил меня в покое.

Однако, это длилось не долго. В четверг Владимир Николаевич в новой "тройке", галстуке, весь исполненный чувством собственного достоинства (если не сказать "величия"), вальяжно устроившись на стуле в смежном кабинете, рассуждал об умственных способностях женщин, проповедуя сотрудникам собственную точку зрения. Вершиной этих рассуждений явилась сакраментальная фраза:

- Все бабы - дуры, и не потому, что дуры, а потому что бабы!

Всё. На этой фразе мое ангельское долготерпение закончилось. Я вновь почувствовала уже знакомое напряжение в зрачках и кончиках пальцев. Ну, Жутиков! Берегись! Кофе на голову и чашкой по лбу, и чтоб волосы позеленели! Я встала из-за компьютера и вошла в соседний кабинет.

Чашка кофе вырвалась из его рук и взмыла над головой. В какую-то долю секунды я осознала, что кофе обжигающе горячий. Зонтик!

Эффект превзошел все ожидания. Кофе выплеснулся на зажмурившегося Жутикова, и ... разбрызгиваясь во все стороны, стек по внезапно возникшему из ниоткуда зонту. В офисе воцарилась тишина, которую взорвал звук упавшего на голову зама зонтика веселенькой, розовой в мелкий цветочек, расцветки, открывая взорам ядовито зеленую шевелюру Жутикова. Такой оттенок преподаватель в художественной школе называл цветом "поросячьего визга", имея в виду, что от такого колера даже у поросёнка начнётся истерика.

В следующее мгновение офис погрузился в хохот. Смеялись до слез, до спазм в желудке, тщетно пытаясь успокоиться и найти логичное объяснение происходящему. Работа была парализована. Внезапно появившийся шеф, сдерживая смех и пытаясь делать вид, что не происходит ничего необычного, пообещал во всём разобраться и напомнил, что завтра утром представлять проект клиенту и поэтому к концу дня всё должно быть готово, перепроверено и представлено ему лично. Все, пряча улыбки, разошлись по рабочим местам.

Жутиков скрылся в туалете, безутешно пытаясь вернуть волосам "родной" цвет. На втором часу мучений мне стало его даже жаль, и я принялась помогать. Мысленно пыталась представить его первоначальный цвет и сконцентрироваться.

- Рим, сок апельсиновый будешь? - прервал мои старания Сашка, входя в кабинет, зная мою страсть к цитрусовым и явно горя желанием обсудить со мной необычное происшествие.

- Буду! - живенько отозвалась я, представляя ароматный оранжевый апельсин.

Мы с Сашкой отправились на импровизированную кухню пить сок. Через некоторое время мимо нас пролетел Жутиков. Он был в ярости! Я глянула на него и не смогла удержаться от нового приступа хохота. Волосы зама из ядовито-зелёных превратились в ярко-оранжевые.

- Опс! ... - только и сказал Сашка и тоже не удержался от смеха.

Жутиков, тяжело дыша, остановился в дверях, сверля меня убийственным взглядом.

- Твои штучки? - прошипел он. - Твои! Больше некому!

- Владимир Николаевич, вы несправедливы. Вы приписываете мне сверхъестественные способности? - спокойно отозвалась я.

- Ведьма!

Жутиков покинул нас, одарив пронизывающим взглядом и пообещав разобраться, а то тесновато нам с ним в офисе стало.

- Рим, а ведь он злопамятный, - предупредил Сашка, - не знаю, как тебе это удалось, но это надолго запомнится!

Мы выпили сок и отправились работать.

Жутиков появился только в конце рабочего дня. Обритый наголо и злющий.

С приобретением новых способностей жизнь стала намного интереснее! Если не проще, то веселее это уж точно. И сон у меня улучшился: бессонница ушла. От плохого настроения из-за придирок Жутикова, головной боли от сдерживаемых ярости и эмоций не осталось и следа. Опять же цвет лица улучшился. А Жутиков стал более осторожен в своих придирках. Стоило ему сказать обо мне очередную гадость, как возмездие настигало его. Однако в последний момент мне всегда становилось жаль Жутикова, и я ставила защиту, в результате, возмездие приобретало комический оттенок.

Жутиков, реалист и прагматик до мозга костей, искал "объяснимую" причину. Он, уловив закономерность между творимыми им мелкими пакостями и ответными "случайными возмездиями", злился, пытаясь подловить меня.

...Заказчик оказался на редкость "горячим" и "творческим", ему не терпелось въехать в свой новый дом как можно скорее, точнее "ещё вчера". Его патологическая "идейная" плодовитость в купе с инженерной безграмотностью и желанием всё сделать, как можно скорее, явилась для нас нелегким испытанием, в том числе на прочность нервной системы. Он устраивал набеги на офис, в сотый раз просматривая интерьер на мониторе в различных ракурсах, терзаясь выбором оттенка паркета для гостиной между "золотистым буком" или "белым дубом", принимал "окончательное" решение, и через пару часов вновь звонил и делился новыми идеями: о переносе своей спальни со второго этажа на третий, переносе перегородок и смене цветовой гаммы холла, устройстве ещё одной ванной комнаты, расширение столовой... Жутиков, злился, плевался, ввязывался в споры с Зиминым, стараясь доказать тому абсурдность его идей и невозможность одновременно "ехать во всех направлениях". Заказчик обижался, предпочитая вести переговоры с "самим директором". Шеф, обладая редкими дипломатическими способностями и чувством юмора, спокойно переносил метания клиента, отправлял зама курировать строительство, устраивался за столом с чашкой кофе и, просматривая текущие проекты и наши разработки, прижимая трубку плечом, выслушивал многочисленные идеи заказчика. В результате, дело двигалось в нужном нам направлении к обоюдному удовлетворению.

В пятницу погода разладилась и обрушилась на город многочасовым ливнем. Я, выглянув за окно и поняв, что самостоятельно добраться до дома будет проблематично, решила себя побаловать и вызвала такси.

- В течение полутора часов,- ответила мне девушка-диспетчер. - Ждать будете?

Я согласилась и, коротая время, погрузилась в окончательный вариант дизайна первого этажа зиминского коттеджа. Мы с заказчиком, наконец-то, пришли к единому мнению варианта отделки и подписали (Чудом, не иначе!) проект в работу! Подпевая Бутусову, я заполняла бланки заказов на паркет, венецианскую штукатурку, натяжные потолки, когда хлопнула дверь и раздались стремительные шаги. Через пару секунд в кабинет влетел промокший до нитки Жутиков, весь день проведший на объекте.

- Где все? - раздраженно буркнул он.

- Дома, вероятно,- ответила я, не отрываясь от подсчета необходимого количества керамической плитки для кухни в стиле модерн.

- Как работать так никого! Попробовали бы сами с этим кретином общаться! Дизайнер хренов, сам не знает, чего хочет!

Жутиков заглянул мне через плечо и разразился яростной тирадой:

- Какой идиот это Зимину показал?! Вот откуда у него новый бзик "всё в яркий кубичек" и синее с жёлтым?!! Да он теперь еще год будет метаться между голубым и бирюзовым, жёлтым и оранжевым!! Убрать немедленно! И что бы я этого бреда не видел!

- Вы что орете? - спокойно спросила я. - Зимин подписал. Ему нравится.

- А я сказал: убрать жёлтое! - гаркнул он.

- ЩАССС, разбежалась! Вообще-то, это беж. Согласовано и подписано, шеф одобрил и подписал!

Глаза Жутикова сверкнули, состояние "шлея попала под хвост" на лицо. Он оттолкнул мой стул, и его рука судорожно рванулась к мышке.

Гад! Мой первый большой проект!!!!

- Не трогайте мышку!!!!...

Знакомое напряжение в зрачках и кончиках пальцев и ... Крупный серый мышонок полузадушено пищал, сжатый рукой Жутикова. Зам директора, ошарашено замолк, глядя на грызуна в своей руке, потом медленно повернулся ко мне. В глазах полыхало ТАКОЕ пламя, что мне впервые стало не по себе.

- ВЕДЬМА!!!

Жутиков размахнулся, собираясь швырнуть несчастную мышку в меня. Я отступила к стене. Ослепительная вспышка за окном осветила летящий в меня серый комочек. Мой визг, срываясь на ультразвуковой высоте, слился с грохотом грома.

Внезапно наступила тишина.

Глава 2

Я открыла зажмуренные глаза и ... в изумлении замерла! Опушка леса. Высокое небо. Вековые сосны. От неожиданности и удивления закружилась голова, и я прислонилась к стволу сосны. Остро запахло смолой и каким-то первобытным лесом. Я, немного беспокоясь за свой рассудок, на мгновение прикрыла глаза, а когда открыла, увидела троих странно одетых людей напротив, пристально нас осматривающих. Их костюмы казались карнавально-сказочными: длинные балахоны расшитые странными знаками и символами, амулеты и талисманы на цепочках на шее, на поясе - мешочки. Артисты? Я перевела взгляд на Жутикова - вид был больше, чем просто удивленный. Владимир Николаевич потряс головой и ущипнул себя за руку. Потряс рукой. Задумался и ...ущипнул меня за плечо.

- Ай! Мне же больно! - возмутилась я, но мысленно поблагодарила: мне больно - значит, не сплю и... вроде бы даже мыслю... значит, существую... все это на самом деле ... "Или меня просто молнией ударило, громом оглушило и я брежу?" - отстраненно подумала я, с интересом рассматривая незнакомцев. В них чувствовалась сила, нет сила, подобная моим недавно обретенным способностям. Колдуны? Чародеи? Маги? Какой интересный бред...

Чародей медленно обошел нас кругом, осмотрел озадаченно, остальные хранили молчание, пристально следя за действиями собрата. Молчание затягивалось. Наконец, самый молодой из чародеев хмыкнул и проворчал:

- А дядьку мы не заказывали.

Мы с Жутиковым переглянулись.

- Римма, последний раз говорю, перестань дурить! - прошипел он.

- Да какой уж здесь "дурить"...- отозвалась я, потихоньку понимая, что происходящее сильно смахивает на правду. По крайней мере, как известно "с ума вместе не сходят, вместе только гриппом болеют".

- И что с ... этим делать будем? - мрачно спросил чародей в синей хламиде.

- Назад отправим ...- робко предложил молодой.

- Угу ... назад...Щасссс,- раздраженно ответил самый старший из них, - некогда такой ерундой заниматься!

- А если...- начал молодой.

- Гаспис, не зли, - предупредил чародей в синей хламиде, еще раз обходя нас кругом.

Мы с Жутиковым ощущали себя в роли подопытных зверюшек. Но меня происходящее почему-то веселило.

- Римма? - наконец обратился ко мне старейшина.

- Римма, - подтвердила я, отчего-то улыбаясь, вероятно это своеобразная нервная реакция на коллизии судьбы.

Седовласый чародей шагнул ко мне и заглянул в глаза. Некоторое время мы смотрели друг другу в зрачки.

- Хорошо, - удовлетворенно произнес он, и его товарищи, как мне показалось, с облегчением вздохнули. Что именно "хорошо", я так и не поняла, толи выгляжу хорошо, толи еще что. Врожденная скромность не помешала мне принять "хорошо" на счет первого предположения, потому что больше ничего хорошего в нашем положении я не видела.

- Но все-таки, - снова начал Гаспис, - с этим-то что делать будем?

- На что-нибудь сгодится...- буркнул пор чародей в синем.

Странная троица ещё раз осмотрела нас с ног до головы и с головы до ног и удовлетворенно переглянулась. Наконец чародей в синей хламиде шагнул вперед и произнес с чувством собственного достоинства:

- Рад приветствовать невесту Наследника. Добро пожаловать, ваша светлость! - и слегка поклонился.

- Вы мне? - пискнула я.

Чародей величественно кивнул.

- Придворный маг Амаран, - представился он.

- Римма.

Мне представили Гастона, ученика придворного мага, и главу чародейного круга Светомира. На Жутикова, казалось, совсем не обращали внимания.

- Нам пора, ваша светлость, - поторопил Амаран.

- Ничего не понимаю...- честно призналась я.

Амаран подал мне руку и направился к центру поляны.

- А... Римка...

Я оглянулась. Жутиков, по всей видимости, собирался упасть в обморок, привалившись к стволу сосны и медленно сползая по нему. Я шагнула к нему, но маг удержал меня и сурово напомнил, что путь долог, а времени мало.

- Я не могу его бросить!

- Гастон, проследи.

Мы продолжили путь. Гастон, тащивший на спине потрясенного Жутикова, ворчал под нос. В центре поляны трава была примята в форме четырехугольника. Пока я мысленно удивлялась этому, Светомир стал творить пассы руками и зашептал непонятные слова.

К моему изумлению на примятой траве появился цветастый ковер. Первым шагнул Гастон и, по-прежнему ворча, свалил на ковер Жутикова.

- Олух,- тяжело вздохнул Светомир, - ни вежества, ни чар.

- Устраивайтесь, ваша светлость, - пригласил Амарант,- путь долог.

- А ... Куда мы направляемся?- осторожно уточнила я, испытывая желания тоже ущипнуть себя за руку.

- Наследника вразумлять,- буркнул вездесущий Гастон.

Воздух вокруг завибрировал, и ковер стал подниматься. Ноги подкосились, и я рухнула на ковер, который набирал высоту. Чародеи устроились рядом. Светомир меня внимательно изучал. Амаран откашлялся и начал. Чем больше я слушала, тем острее было желание ущипнуть себя посильнее и убедиться, что не сплю. Хотя скорее всего, это галлюцинации после удара молнии...Просто галлюцинации... или я просто сплю? Потеряла сознание и вижу сон? Впала в кому?!

В Княжестве испокон веков было заведено, что Князь женился на ведьме, которая помогала править, обеспечивает защиту от чужой магии. Союз чародеев и не владеющих даром давал весомое преимущество Княжеству перед соседями, ведь во многих странах колдовство, магия, чародейство преследовалось. А в Светлом Княжестве Мирр все уживались мирно. Всё бы замечательно, но нынешний Князь умудрился прогневить Бабу Ягу, которая наложила заклятье, что та ведьма, которая согласится стать Княгиней, лишится ведьмовских способностей и чар. А какая ведьма пойдет на это добровольно, тем более в таком случае она лишается права на престол? И до тех пор, пока Князь не женится, он остается лишь Наследником престола. А это сеет смуту, да и соседи затевают свары, и каждый из них старается под шумок отхватить кусок Княжества. Замкнутый круг. Вот и решили ведуны и чародеи, колдуны и маги, собрав магический круг, искать будущую Княгиню в параллельном мире, ведь на неё заклятье Бабы Яги не должно действовать.

Тонкий вопль ужаса прервал рассказ Амарана. Я вздрогнула и резко обернулась. Жутиков, придя в себя, вцепившись руками в ковер, смотрел вниз. Гаспис, виновато пожав плечами под взглядом Амарана, оттаскивал его от края.

- Ты обладаешь сильным Даром и при этом добра и милосердна,- продолжил Светомир,- поэтому выбор пал на тебя.

- А если я замуж не хочу? Или мое мнение не учитывается?

- Князь тебе понравится. Он молод, смел, умен и удачлив! - Строго сказал Светомир.

- И вообще, я домой хочу!

Чародеи переглянулись и вздохнули.

- Твой дом здесь.

Ничего себе заявленьеце! Я возмущенно выпрямилась.

- А я хочу домой! Не нужен мне Князь!...

Казалось, меня никто не слушает. Светомир смотрели вперед, Амаран глубокомысленно перебирал четки, размышляя о чем-то своем, даже Гаспис занимался Жутиковым, не обращая на меня никакого внимания.

- АУУУ! Меня кто-нибудь слышит?!!- возмутилась я.

- Подлетаем,- строго заметил Светомир.

Мои возражения и возмущенные возгласы не произвели никакого впечатления на моих спутников. Может быть, я все же сплю? Так бывает во сне, стараешься крикнуть, а рот не открывается, ни звука не можешь произнести... Или не сплю? Не брежу?

Я взглянула вниз. Под нами раскинулись крепостные стены и городские постройки.

Ковер плавно опустился на плоскую крышу здания. Я с интересом огляделась. Город не был похож ни на что виденное мной до сих пор. Своеобразное смешения всех стилей. Деревянные и каменные дома. Люди... И никто не тыкал пальцем в парящий ковер и нас.

Да, самой удивленной по-прежнему оказывалась я, не считая, конечно, Жутикова.

- Идемте, нужно подготовиться к встрече с Князем,- сказал Амаран, подавая мне руку.

Я поднялась, гордо выпрямилась и смерила придворного мага пронизывающим взглядом. Он повел меня вниз по лестнице. Остальные шли за нами. Я с мрачным любопытством осматривала все попадающееся на пути и пыталась проанализировать произошедшее. Мало того, что похитили, так ещё и замуж собираются отдать, не поинтересовавшись даже моим мнением, хотя, возможность комы не исключается. С другой стороны, неизвестно, что хуже. Князь, Баба Яга, ведьмы, чародеи, маги... ничего, справлюсь! Посмотрим кто кого!

Мы расположились в зале с высокими потолками и длинными, узкими окнами-бойницами, застекленными темно синим стеклом, почти не пропускающими свет.

- Гаспис, свет!- коротко распорядился маг.

Мальчишка отошел в угол и зашелестел листами книги. Амаран недовольно что-то буркнул себе под нос, выражая недовольство нерасторопностью ученика. Маг расположился в высоком кресле, хлопнул в ладоши и в высоких треножниках, стоящих по углам залы, взметнулось высокое пламя. Светомир хмыкнул в бороду, сделал чуть заметное движение рукой, и пламя чуть улеглось и стало бледно-зеленым.

Неожиданно, впрочем, всё происходящее было неожиданным и внезапным, в залу, где мы расположились, вошел невысокий мужчина в кольчуге и латах. Я рассматривала его во все глаза!

- Ваша магическая светлость!- Он склонил голову и протянул магу свиток. Амаран коснулся печати кольцом и свиток раскрылся.

- Князь будет в замке уже утром,- объявил маг, и в замке началась суета и беготня. К Амарану с докладами потянулись люди. Он отдавал приказы, чувствовалось, что маг здесь имеет власть и вес. Гаспис не сводил с нас глаз, рассматривая и явно горя желанием поговорить. Светомир погрузился в размышления, изредка поглядывая на меня, рассматривая и оценивая, а Жутиков для него, казалось, просто не существовал.

- Светомир, войска Гастона гораздо ближе, чем мы ожидали,- обратился маг к чародею. - Они подходят к Борейскому лесу. Мы можем рассчитывать на лояльность Лешего?- и они озадаченно переглянулись.

- Постараюсь его убедить...

Пламя в чашах на треножниках меня заинтересовало. Я подошла к стоящей ближе и с удивлением обнаружила, что от пламени не исходит ни чада, ни тепла, лишь уже знакомое покалывание в пальцах усиливалось при приближении к нему. Это было странно. Магия? Повинуясь странному желанию, я протянула руку и коснулась огня. Не обожглась! Пламя ласково лизнуло ладонь, и по пальцам пробежались уже знакомые искорки. Неожиданно я поняла что зала, наполненная людьми, погрузилась в тишину, и обернулась.

Все присутствующие благоговейно склонили голову. На лице Гасписа читалось восхищение, Светомир удовлетворенно усмехнулся в бороду, Амаран ... А вот верховный маг был несколько озадачен.

- Невесте наследника нужно отдохнуть, - наконец произнес он. - Гаспис проводи госпожу Римму в комнаты.

Маг и чародей явно хотели остаться наедине.

Мы с Жутиковым последовали за Гасписом. У двери я оглянулась. Светомир сидел, закрыв глаза, сжимая одной рукой деревянный амулет, другую положив на лоб. Амаран, подошел к огню, протянул руку к пламени и сразу же одернул, обжегшись. По его лицу пробежала судорога боли, стало ясно, что ему многого стоило сдержать вскрик.

Интересно... Но я не почувствовала ни ожога, ни боли, только чуть заметное покалывание в кончиках пальцах, как в момент концентрации сил для чародейства.

Когда за нами закрылась дверь, и мы остались втроем и некоторое время молчали. Гаспис рассматривал нас, мы его. Я оглядела комнату: окон не было! Странно... И за дверью - охрана, приставленная Амараном.

- От кого прячемся? - поинтересовалась я у Гасписа.

- От Бабы Яги,- просто ответил он.

- Так...

- Римка, - неожиданно громко попросил Жутиков,- ущипни меня!

- З...зачем? - удивилась я.

- Хочу убедиться, что у меня все дома, и я не брежу!

- Я и укусить могу,- ласково предложила я. - Вот только кто у вас дома, если вы живете один?

- Язва!

- Хам!

Помолчали, перевели дух. Я пыталась собраться с мыслями. Вместе с ума не сходят, значит, ...параллельный мир? другое измерение? Здорово?... Однако, чародеи настроены серьезно, а столь скорое замужество, да ещё непонятно за кого, меня что-то не прельщает! Значит, надо ...

- А вы, правда, не обожглись магическим пламенем? - прервал мои размышления Гаспис, устраиваясь рядом на лавке.

- Правда,- и я протянула ему ладонь, что бы он убедился в отсутствии ожога.

Ученик мага осмотрел ладонь, вскочил со скамьи и, почтительно опустившись на одно колено, благоговейно поцеловал мою руку.

- Светлая Римма! - в глазах отразилось восхищение.

- А что в этом огне особенного? - подал голос Жутиков. - Зеленый оттенок... Какой-то газ?

Гаспис с превосходством оглядел моего спутника, поднялся и с видом знатока, подбоченившись, пояснил:

- Только истинная ведьма, обладающая даром, способна не обжегшись коснуться магического огня и, как говорит легенда, даже пройти сквозь него.

В Книге судеб написано, что невеста Наследника будет обладать таким даром! Я сам видел!

Мы с Жутиковым переглянулись.

- Где видел? И что за книга? - деловито спросил мой спутник. - И ещё... не плохо бы отобедать!

Ученик мага вопросительно посмотрел на меня. Я благосклонно кивнула.

Гаспис выглянул за дверь и вскоре искоса бросающие на меня любопытные взгляды слуги уставили стол блюдами с фруктами, вяленым мясом и сыром, хлебом, кувшином вина и самоваром. Жутиков довольно хмыкнул и, не дожидаясь приглашения, устроился за столом. Гаспис осуждающе глянул на него и галантно пододвинул мне резной стул.

- Эт что? - жующий Жутиков кивнул на блюдо с какими-то сладостями.

- Пастила, зефир и халва,- отозвался Гаспис.

Жутиков молча пододвинул блюдо к себе.

- Но это для госпожи Риммы!- возмутился ученик мага, удивленный поведением моего невольного спутника, и схватился за блюдо с другой стороны.

- А ей всё равно нельзя! У неё диета! - парировал Житиков.

- Очень даже можно! - возразила я, тоже хватаясь за блюдо.

В таком веселеньком виде нас и застали Амаран со Светомиром. Чародеи оглядели нас. Мы с Гасписом одновременно разжали руки, и блюдо со сладостями оказалось у Жутикова.

- Войска Гастона Черного уже перешли границы, и всякое промедление с помолвкой грозит обернуться огромной бедой, ибо чародеи и волшебники, ведьмы и маги, русалки и лешии, - все наделенные даром, не признают власть Наследника! - объявил Светомир.- А без их помощи Княжество не выстоит!

- Наследник трона уже в пути от западных границ. Утром он будет в замке. Завтра вы станете Нареченной невестой Князя, а это накладывает определенные обязательства!- торжественно, с пафосом, произнес придворный Маг.- Во-первых,...

- А моё мнение не учитывается?! - возмутилась я.- И вообще, вдруг жених у меня уже есть!

- Забудь. Твой жених здесь!- повысил голос Амаран.

- В конце-концов, мы можем не понравится друг другу! - парировала я.

- Вздор!- раздраженно сказал придворный маг,- Вы вполне хороши собой, чтобы понравиться Наследнику, это, во-первых...

- А если он мне не понравится?!

- Глупости!

Как об стенку горох... Амаран мрачно сверлил меня глазами. Светомир усмехался в бороду. Гаспис с некоторым недоумением посматривал на меня. Я набирала полную грудь воздуха, чтобы сказать решительное "нет" на посягательство на мою свободу выбора. И лишь Жутиков невозмутимо лакомился пастилой, казалось, что всё происходящее его нисколько не трогает.

Однако, спорами да криками ничего не решишь... А вот сбежать по-тихому, можно попробовать, а потом уже на нейтральной территории встретиться с пресловутым наследником и переговорить, убедить его вернуть меня в мой мир. Так сказать, положите туда, откуда взяли. Нет, всё это конечно интересно: и магия, и новые знакомые, и... но вот так замуж? Я и у себя-то туда, в смысле замуж, не очень-то торопилась, чем приводила в недоумение моего ненаглядного. Вспомнив об Антоне, я загрустила. Я скучаю. Пожалуй, я даже соглашусь выйти за него замуж. Так что, надо бежать. А пока...

Я, чтобы выиграть время и усыпить бдительность Амарана, окунулась в подготовку к встрече с Наследником. Впереди нас ожидало множество церемоний: представление Наследнику, представление Чародейскому кругу, помолвка. Радовало то, что обряд обручения было решено отложить до победы над Гастоном Черным. Вопреки моим предположениям переодевать меня не стали, вероятно, мой деловой брючный костюм должен был служить ещё одним доказательством того, что я хоть и ведьма, но из другого мира и проклятье Бабы Яги на меня не распространяется. Амаран с Светомиром были заняты подготовкой представления меня Чародейскому Кругу, освоившийся Жутиков сплетничал с Гасписом, а я, устроившись уютно на медвежьей шкуре у магического огня Светомира, незаметно уснула.

Сквозь заросли вставшего на пути шиповника я увидела Избушку на курьих ножках и рассмеялась. Надо же, совсем как в сказках! Ножки, солома на крыше, дым из трубы, оконца блестят на солнце. Класс!!! Я стала пробираться сквозь кустарник, стараясь рассмотреть получше. Дверца Избушки со скрипом раскрылась и на пороге появилась подвижная старушка. Я сделала последний рывок из оплетающий, цепких ветвей шиповника, и, споткнувшись о ветку, выпала на поляну, уткнувшись лицом в мягкую душистую траву.

- Наконец-то! - услышала я сварливый и в тоже время довольный голос Бабы Яги,- пришла-таки! Давно пора. Вот и ладненько! А-то что этих мужиков слушать, да они сроду ничего дельного не скажут, да и наплетут с три короба, а уж делать начнут...! Иии, милая, где приврут, где недоскажут, а времечко-то идет. Ну, вставай, вставай, милая, неча на травке полеживать! Нам в Книгу судеб глянуть и за дела пора приниматься!

- Вставайте, госпожа Римма! - и я почувствовала, как меня кто-то потряс за плечо.

Я открыла глаза и увидела перед собой склонившегося ко мне Гасписа. Амарана и Светомира в комнате не было. Зато за дверями вероятно опять охрана.

- А где... - начала я и поняла, что Баба Яга мне снилась. Но больно уж сон в руку. Слишком. Я не слишком слушала, что мне говорит юный паж придворного мага, больше пыталась восстановить увиденное во сне.

Внезапно меня осенило. Баба Яга! Конечно же! Баба Яга, наложившая заклятье на Князя, из-за которого он не может жениться на ведьме из своего мира, вот кто сможет нам помочь! По крайней мере, хочется в это верить! И другого выхода всё равно нет. Теперь главное - добраться до неё! План минимум - выбраться из города, а это не просто, когда контролируют каждый шаг. Но я твердо решила сначала увидеться с Бабой Ягой, а уж потом и Чародейский Круг вместе с Наследником можно посмотреть. Только где её искать?

- Наследник уже в пути к крепости! - довольно улыбаясь, поделился радостью паж. - Утром здесь будет!

Вот радость-то! Меня охраняли так, что создавалось стойкое впечатление плена. И одну не оставляли. Жутиков был молчалив и сумрачен и старался держаться поближе ко мне. Гаспис, которого то ли Амаран приставил следить за мной, то ли просто было интересно с нами, почти не оставлял нас вдвоем, задавая кучу вопросов и болтая без умолка. Но от его говорливости была ощутимая польза, потому что большинство сведений об этом мире было почерпнуто у ученика мага.

- И что делать будем? - спросил Жутиков, когда мы, наконец, остались наедине, спровадив пажа испросить разрешения прогуляться в саду перед сном. (Надо же хоть одним глазком оглядеть окрестности!)

- Ещё не знаю...но...Домой хотите?- резко спросила я, приблизившись к нему вплотную.

- Хочу.

- Тогда попытайтесь незаметно выведать у Гасписа, где находится Баба Яга, как её найти.

- Что?! - возмутился Жутиков. - Ты можешь быть серьезной? У тебя что, крышу совсем снесло?!- взорвался он. - Какая ещё Баба Яга?

- Тише! - прошипела я, глядя ему в глаза, вслушиваясь в шаги за дверью.- Идите и действуйте, если не хотите застрять здесь на всю жизнь!

Жутиков заскрипел зубами. В нашем мире, в фирме он был одним из руководителей, значимой величиной, а здесь на него никто, кроме Гасписа, не обращал внимания. Вероятно, это обстоятельство заставило Жутикова проявить инициативу в делах сбора информации.

Паж мага, сияя гордостью, сообщил, что нам разрешено прогуляться по хрустальной оранжерее. Втроем, под охраной шести стражей, закованных в латы и вооруженных до зубов, отправились по лабиринтам переходов к оранжерее.

- А еще говорят, что ты сильная Ведьма, раз даже заклятье Бабы Яги тебя не пугает и Магическое пламя не жжет! - с восхищением заявил Гаспис, глядя на меня. - У тебя, правда, сильный Дар и тебе для творения чар не нужны книги и амулеты?

Я, не зная, что ответить, не очень-то представляя, о чем идет речь, приняла глубокомысленный вид и величественно кивнула головой, попутно, стараясь запомнить дорогу.

- Здорово! А Амаран творит по книгам!

- А Светомир?- поинтересовалась я.

- Ему нужны предметы, наделенные магической силой: травы, камни, кристаллы...

Гаспис распахнул передо мной дверь и на нас обрушились потоки сияющего света. Он слепил глаза, переливаясь и сверкая! Тысячи маленьких радуг сияющими арками поднимались ввысь. Такого мне видеть не доводилось, да и не мечталось! Свет, преломляясь в хрустальных гранях, зачаровывал. Тонкие ароматы самых диковинных цветов, причудливо высаженных в этой восхитительной оранжерее, пьянили. Огромные бабочки купались в радужном сиянии, соперничая с ним яркостью красок.

Наконец я смогла выдохнуть. Не хотелось думать ни о чем, только с замиранием сердца, любоваться открывшейся красотой.

Стоп! А не этого ли добивался придворный маг?

- А тебе? Как ты творишь? - полюбопытствовала я, поворачиваясь к пажу.

- Я? Я только учусь...- смутился Гаспис. - Но я уже умею творить купол-невидимку! - с гордостью добавил он.

Какой ещё купол? Мне не хотелось показывать своего неведенья и я изобразила сомнения в способностях ученика мага иронично приподняв брови.

- Я могу показать! - отозвался Гаспис. - Только...- и он смущенно замолк.

- Что тебе мешает? - спросила я.

- Нельзя при непосвященных,- шепотом произнес он, кивая в сторону Жутикова.

- Владимир Николаевич, у чародеев свои секреты! Оставьте нас,- величественно приказала я. Жутикова передёрнуло от этого заявления, но он, недовольно ворча, всё же удалился вглубь сада.

Гаспис, видимо обрадованный вниманием к его персоне, как на экзамене принялся бойко тараторить. Я ловила каждое слово. Пригодиться!

- ...И тогда никто вас не видит! - закончил он.

- Но это теория, а как у тебя с практикой? - поинтересовалась я.

- У меня уже получается! Я могу показать!

Гаспис снял с пояса мешочек с какой-то пахучей смесью и принялся посыпать ее на землю вокруг себя.

- Что за составчик?- невинно полюбопытствовала я, принюхиваясь.

- Это тебе хорошо с таким Даром, а нам приходится столько всего с собой таскать! - посетовал он, сжимая снятый с шеи амулет в правой руке.- Магический песок помогает концентрировать магический потенциал для вершения чар! ... и ещё нужно три кошачьих волоска!- важно заключил он.

- Зачем?- невольно вырвалось у меня.

Гаспис смерил меня недоумевающим взглядом и ответил:

- Кошка самое сильно наделенное магией животное! - и принялся рыться по карманам, подозрительно поглядывая на меня.

Такие взгляды мне показались обидными! Я поймала взглядом взгляд ученика мага, сжала его руку и представила себе маленького пушистого рыжего котенка. Я с удовольствием представляла его розовый язычок, маленькие острые коготки, хвостик, ушки, даже слышала мяуканье! Неожиданно я ойкнула от боли в руке. Рыжий котенок вцепился коготками мне в руку, глядя изумленными голубыми глазами.

Получилось! Получилось! Я радостно засмеялась, подхватила котенка на руки и ласково пощекотала за ушком.

- Три волоска, Гаспис? Извини, сейчас будет больно, - предупредила я и выдернула из хвоста волоски. Котенок возмущенно мяукнул. Я опустила его на траву. Он выжидающе уставился на меня огромными глазищами и требовательно мяукнул.

- Ладно, уговорил! - смилостивилась я и стала концентрироваться.

Когда Гаспис обрел свой природный облик, он первым делом отошел от меня на несколько шагов, внимательно оглядел себя и с облегчением вздохнул.

- Держи волоски! - я протянула ему клок рыжих волосков.

Гаспис настороженно взял шерстинки и сразу же шагнул назад.

- Ты что, обиделся?- спросила я.

- Нет... предупреждать же надо! Учитель грозится только, а ты сразу...! Раз...и всё! Мяукнуть не успел!- затараторил он.

- Не успел? В каком смысле? Давай я тебя ещё раз...

- Не надо! - ученик придворного мага резво отскочил за дерево.

- Как хочешь,- согласилась я, - А то бы намяукался вдоволь...Кстати, что у нас с куполом?

Гаспис вздохнул, встряхнул кисти рук и принялся концентрироваться на творимых чарах. Я, затаив дыхание, следила за каждым его жестом. Неожиданно между сведенных ладоней пробежали голубоватые искорки, и Гаспис зашептал заклинание. Я навострила ушки, стараясь запомнить.

Гаспис очертил ладонями круг и воздух вокруг завибрировал. Я, стараясь рассмотреть всё получше, наклонилась к нему, чуть слышно напевая под нос:

- Тили-тили, трали-вали, это мы не проходили, это нам не задавали... - громче уже закончила, - Парам-пам-пам! Парам-пам-пам!

Юный чародей смотрел на меня широко раскрытыми глазами, завершил творить руками пассы. В голубых глазах недоумение с примесью ужаса.

- Что-то не так? - поинтересовалась я.

Гаспис протянул руку и потрогал нечто. Я повторила его жест и с удивлением протянула вторую руку. Ладони уперлись в невидимое нечто. Я видела сад, пышные кусты чайных роз, но между мной и кустами была невидимая стена.

- Класс! - восхитилась я. - Блеск! У тебя получилось!

Ученик мага задумчиво потрогал невидимую стену и спросил:

- А там, в твоем мире, все ...такие?

- Какие? - удивилась я.

- ... Отчаянные...- осторожно определил он, сделав неопределенный, но многозначительный, жест у головы.

- И в чем отчаянность?

- Только совсем,- Гаспис покрутил пальцем у виска, но, заметив мой пристальный взгляд, быстро одернул руку,- ...отчаянный будет вмешиваться в творимые чары! Нельзя прерывать заклинание! НЕЛЬЗЯ!!!

Кто же знал. А вот оказывается нельзя, потому что может случится всё, что угодно: заклинание сработает на половину и видоизменится. Например, купол-невидимка, если вмешаться в заклинание, получится с "дыркой", в которую можно будет увидеть чародея, или блуждающим, или... всё что угодно, но всегда непредсказуемо! Об этом и поведал Гаспис, снабдив рассказ самыми разными легендами-страшилками. Я старалась незаметно подтолкнуть Гасписа к рассказу о Бабе Яге и её месте жительства, однако словоохотливый паж так увлекся описанием всевозможных ужасов, возможных при вмешательстве в заклинание, что остановить его или перевести разговор в другое русло стало проблематичным. Я усиленно подавала подмигиванием Жутикову знаки, что бы он сделал хоть что-то полезное в деле сбора информации, однако этот ирод так увлекся изучением устройства купола, что на мои нервные подмигивания не реагировал.

Нет, всё же Баба Яга во сне была права, всё приходится брать на свои хрупкие женские плечики. Улыбаясь как можно обаятельнее, представляя как от меня исходят флюиды женственности и головокружительного очарования, я взяла под руку Гасписа и... Одним словом, устоять перед воплощением женственности и красоты шансов у него не было! Юный паж рассказал мне практически всё, что он знал о месторасположении крепости, внутреннем расположении помещений и переходов, географии Княжества и, самое главное, ближайшей дороге к Избушке Бабы Яги. Надо бежать. И если бежать, то именно сегодня ночью, потом будет поздно. Как пройти мимо стражи? Как? Я хоть и ведьма - как говорит Гаспис - далеко не из последних, но опыта в чародействе практически нет. Могу сотворить лишь то, что могу ярко представить. Представить... что стража нас не видит. А почему нет?

- Гаспис, ты просто прелесть! Умница, такие знания весьма похвальны! Отличная память просто необходима в нашем деле! - и я благодарно коснулась пальцами его щеки. - А теперь, пора бы отдохнуть!

Глава 3

Мы выбрались к городским стенам и остановились. Пройти по коридорам крепости-замка оказалось не сложно. Стражи нас "не увидели". Как мне это удалось, я до конца так и не поняла. Но главное - удалось. Если это параллельный мир, то надо постараться вернуться в свой, если бред, кома, галлюцинации - надо вернуться в сознание, то есть оба варианта предполагают один путь решения проблемы: вернуться к себя, в себя.

До опушки леса было не близко, и расстояние прекрасно просматривалось со сторожевых башен, да и ворота преодолеть как-то нужно.

- Что теперь?- сварливо спросил Жутиков.

- Не "что", а "куда"! К Бабе Яге! - громко скомандовала я и прикрыла рот рукой: голос далеко разнесся в утренней тишине.

Мы замерли, прижавшись к каменной стене. Вроде бы тихо.

- Так, сейчас должны открыть ворота для Княжеского кортежа и ...быстренькой и аккуратненькой рысью за ворота и к лесу,- шепотом приказала я.

Ожидание длилось не долго, конный топот приближался. Наконец, распахнули ворота перед Княжеским кортежем. Мы с Жутиковым прижались к стене, стараясь быть незаметными. Небольшой конный отряд стремительной рысью пронесся мимо, и тогда мы шагнули к воротам.

- Кто такие и куда путь держите? - преградил нам путь стражник.

- Свита невесты Князя,- бодро оттараторила я. - На луг за росой!

Стражник задумался, выпускать ли.

- Солнце выше поднимется, роса исчезнет! - пугала я. - Её светлость в гневе будут.

Стражник нехотя пропустил нас. Мы, обрадованные, очень старались не пуститься бегом.

Но не успели мы даже спуститься с холма, на котором стоял город, послышались крики.

- Сбежала?!... Похитили!!!... Украли!!!... Невесту украли!!! Перекрыть ворота!!!

Я оглянулась, опасаясь погони. Немного времени потребуется, что бы выяснить у стражей, какая свита отправилась за росой. Надо что-то делать. Выход один: чары!

Остановившись, я развернулась лицом к Жутикову и поймала глазами его взгляд, стараясь представить спутника в образе кота.

- Римка, - прошипел Жутиков, с отвращением глядя на свою руку, которая стала прямо на глазах уменьшаться, покрываясь мягкой кошачьей шерстью. - Прекращай свои шуточки!- последнюю фразу Жутиков произнес уже в образе серого полосатого кота.

- Так будет лучше, - кротко отозвалась я, с любопытством разглядывая свои белые лапки.

- Ведьма доморощенная! ... - буркнул серый кот.

Передвижение пошло безопаснее в том отношении, что узнать нас в таком виде было непросто.

Я резво бежала впереди, привыкая к новым ощущениям, Жутиков, отставая на пару шагов, ворча, следовал за мной. В высокой луговой траве нас не было видно.

Неожиданно из-под моих лап выпорхнула птица. Я испуганно остановилась и вжалась в траву.

- А туда же, кошка ...!- возмутился Жутиков, - Никакого толка от твоего ведьмачества! Ни мяукнуть, ни гавкнуть!

- И давно у вас кошки гавкают? - невинно поинтересовалась я. Жутиков передернулся.

Вскоре мы достигли опушки и дальше двигались по лесу. Неприметную тропку, о которой говорил Гаспис, спрятанную в кустах волчьей ягоды отыскали на удивление быстро. Мы продолжили путь уже более уверенно: не заблудимся. Хотя, захочет ли Баба Яга нам помочь, тоже вопрос. Судя по сказкам, характерец у бабуленьки не сахар!

Вечерело. Накатывала усталость, хотелось отужинать чего-нибудь легкого и спать. Я осмотрелась в поисках подходящего дерева для ночлега: ночевать на земле не хотелось. А вдруг кто-то наступит, а то и съест? Наконец осматриваемый мной молодой, но уже кряжистый дуб, показался мне приемлемым для ночлега. Я обошла его кругом, тяжко вздохнула и принялась взбираться, стараясь не сорваться, не смотреть вниз и при всем этом двигаться изящно - пусть Жутиков обоблизывается!

- Ты куда собралась, болезная на голову? - поинтересовался он, следя за моими передвижениями.

- Спать, - коротко ответила я, добираясь до ветки.

- Оригинальное место для ночлега! - хмыкнул он. - Самое то, чтобы сверзнуться!

- Можете спать внизу, - согласилась я, - только не обижайтесь, если проснетесь у кого-нибудь в желудке.

- Трусиха, - снисходительно бросил он.

Я добралась до мощной развилки ветвей и уютно устроилась.

На лес опустились сумерки. Ночной лес наполнился звуками, шорохами, шелестом. Кто-то вышел на охоту... Раздалось чье-то завывание, как мне показалось голодное. А я вся такая маленькая, беленькая сижу. Я прислушалась и всмотрелась в темноту. Явно слышалось чье-то приближение. Кто-то завыл совсем близко. Я, надеясь, что этот кто-то лазает по деревьям хуже, чем я, вжалась в ветку. Внезапный рык, прервал мои размышления над тем, что это - смелость или глупость со стороны Жутикова, оставаться внизу. В следующее мгновение сам объект размышлений молниеносно взобрался вверх, ко мне. Несколько мгновений мы смотрели друг на друга, потом вниз. Хотелось покоя.

- Ну и где твоя магия? - ворчал Жутиков, наблюдая за моими пассами лапами.

- Не мешайте творить!- огрызнулась я, извернулась и выдернула из его хвоста пару волосков. Жутиков утробно мяукнул и едва не свалился с ветки.

- Сбрендила что ли?! - заверещал он.

Я не стала отвлекаться на такие беспочвенные и нелепые обвинения, ибо творила купол-невидимку. Мерзкий Жутиков, не оценив моей заботы и о его, в том числе, шкурке, попытался дернуть меня зубами за хвост. Маленькая, беленькая я, свято помня наставление Гасписа ни в коем случае не прерывать заклинание на половине, слабо пискнула, но довела свое дело до конца. Когда купол-невидимка сомкнулся над нами, сделав нас невидимыми для окружающего мира, я повернулась к вражине лицом, точнее мордочкой.

- Я, значит, защиту сооружаю, пекусь о вас, - медленно произнесла я, - и вот благодарность!

Жутиков попятился, я наступала. Наконец, он уперся задом в стенку купола и отступать ему уже стало некуда. Он оглянулся. На его физиономии отразилось изумление. Он обшарил лапами все пространство купола, потом воззрился на меня. Я была довольна.

- Я из-за тебя чуть не свалился!- наконец произнес он.

- Возражение не принимается! Для купола нужны три волоска из кошачьего хвоста! - парировала я.

- Из своего бы выдрала! - не унимался он.

- Вот еще, - отмахнулась я, - из своего больно.

- Ах, ты, злыдня! - взвился он.

- Превращу в мышь и съем, - ласково пообещала я.

Жутиков подумал и промолчал, вероятно, поверил в мои слова.

Ночь выдалась беспокойной: то кто-то внизу рыскал, то вверху ухали, то шуршали, то выли. Казалось, в лесу все озабочены поиском чего-то или кого-то.

Первое время я не смыкала глаз, всматривалась в темноту, (кошачье зрение позволяло рассмотреть и шмыгающих мышей, и ежей, и зверьё покрупнее), но убедившись в надежности купола, я уютно свернулась клубочком и уснула.

Утро началось с переполоха: птицы летали туда-сюда, галдели, зверьё носилось явно разыскивая что-то (или кого-то?). Купол, обеспечивающий безопасность и невидимость, не огораживал от шума. Я с любопытством поглядела вниз, стараясь понять, что же ищут.

Неожиданно к дереву, где невидимые сидели мы, приблизился черный огромный кот. Огляделся. Принюхался. Обошел вокруг дерева. Посмотрел наверх, его явно что-то заинтересовало. Он задумался на мгновение и, решив для себя что-то, стал взбираться по дереву. Добравшись до нашей ветки, котяра утробно мяукнул. Шагнув вперед, он уперся в невидимую оболочку нашего купола. Как ни странно, это его обрадовало. Кот стал шарить лапами, определяя границы преграды.

Я, не зная, чего ожидать от всего этого, настороженно наблюдала за действиями кота. Он, довольно мяукнув, с триумфальным видом стал спускаться вниз. Мы с Жутиковым озадаченно переглянулись.

Котяра вскоре вернулся неся в зубах какой-то цветок с крупным желтым бутоном. Мои познания в ботанике ограничивались школьной программой, и цветок мне был незнаком, разве что относился он к роду розоцветных. Кот, вооруженный цветком, снова забрался на ветку и принялся тыкать бутоном в купол.

- Это он чего делает? - заинтересовался Жутиков.

- А я откуда знаю... - отозвалась я.

Котяра повернул голову на наши голоса, и на его физиономии появилось удовлетворенное выражение.

Неожиданно я заметила, что стенки купола завибрировали, по ним пробежали искорки и... внезапно я увидела "дырку"! Одновременно со мной это обнаружили и мой спутник и черный следопыт. Вероятно, это следствие моего несанкционированного писка во время заклинания, когда Жутиков куснул меня за хвост. Мысленно пообещав ощипать ему хвост наголо, я внимательно следила за действиями котяры. А тот, нащупав "дырку" в куполе сначала просунул в неё цветок и края купола стали чуть подрагивая расходиться, наконец, кот просунул в образовавшееся отверстие мордочку и увидел нас. В огромных зеленющих глазах отразилась целая гамма чувств: радость, и триумф, удовлетворение от проделанной работы, восторг и восхищение... Последнее мне весьма польстило, и я кокетливо улыбнулась, игриво обмахнувшись хвостиком. Котяра млел! Он положил цветок к моим лапкам и что-то промурлыкал.

Через некоторое время, посмотрев друг на друга и вволю построив друг другу глазки, я решила, следовать за новым знакомым, его знание леса и некоторые магические способности внушали уважение, тем более, куда дальше идти, я не знала. Мы спустились с дерева и, мурлыкая, направились по едва приметной тропке, на которую, раздвинув заросли шиповника, указал мой новый поклонник. Жутиков следовал за нами.

Мне все было в диковинку и в новинку, и я с удовольствием вертела головой, примечая незнакомые мне растения, магическая аура которых чувствовалась даже на расстоянии.

От прогулки по утреннему лесу и оттого что последний раз я кушала еще в замке Князя, накануне побега, очень захотелось чего-нибудь съедобного и вкусного. Я принялась пристально высматривать ягоды. Мой поклонник меня понял без слов.

Котяра, воспылавший нежными чувствами, принес полузадушенную мышь и положил её передо мной, ожидая благодарного мурлыканья. Есть хотелось немилосердно, но мышь ... нет уж! Говорят, голодание полезно. Я усердно пыталась представить себе что-нибудь вкусное, но полузадушенная бедняжка была перед глазами и мешала сосредоточиться. Мой угольно-черный кавалер, казалось, был крайне удивлен моим поведением. В зелёных глазах стоял немой вопрос. Подумав о чем-то, он снова скрылся в зарослях.

Жутиков подошел к мышке и тронул её лапой.

- Не смейте её есть! - запретила я.

- Что ж мне ей искусственное дыхание сделать? - язвительно поинтересовался он.

Мой черный поклонник вскоре вернулся и положил рядом со мной еще мышонка поупитаннее. Я отодвинулась от угощения подальше. Котяра изумленно уставился на меня огромными глазищами.

- Диета у неё, - язвительно прокомментировал Жутиков, наблюдавший эту сцену.- А ты цени, с ним с голоду не умрешь! - толкнул меня в плечо.

Кот, услышав звук человеческого голоса, озадаченно осмотрел Жутикова. Потом подошел к нему угрожающе выгнув спину и промурчал что-то.

- Римк, что ему надо? - настороженно спросил Жутиков, пятясь назад. - Ревнует что ли?

- У него и спросите, - посоветовала я.

Кот оглянулся на звук моего голоса. Потом подошел вплотную и заглянул в глаза.

- Мяу? - удивленно спросил он.

- Мяук-мяук...- отозвалась я.

Кавалер вздохнул, осмотрел меня еще раз, облизнулся и снова куда-то ушел.

- Упустила очередного жениха, - съязвил Жутиков. - Как ухаживал! Хоть бы мурлыкнула ласково.

- Вы бы лучше о завтраке подумали, - посоветовала я.- Хотя бы ягод поискали.

- Ты ж у нас ведьма, вот и колдуй на здоровье. И побыстрее! Меня бы кусок колбасы очень порадовал!

- А будете доставать, превращу в яблоко и съем, - пригрозила я, стараясь сосредоточится.

Перед мысленным взором ясно представился персиковый йогурт и мюсли - лучший завтрак! Через мгновение из ниоткуда упала упаковка мюсли и стаканчик йогурта, едва не угодив в Жутикова. Мы некоторое время молча смотрели на "завтрак".

- Совсем сбрендила! ...- уверенно заявил мой спутник,- Я это жрать не собираюсь!!! Где колбаса???

Мои мысли были заняты тем, каким образом открыть мюсли и смешать их с йогуртом, тратить силы на споры с ворчуном не хотелось.

- А я вас кормить не обязана,- отмахнулась я, - тем более кто-то жаждал мышку откушать.

Когда мой черный поклонник вернулся, стаканчик с йогуртом был расцарапан, а я, перемазанная йогуртом, выбирала орешки и сухофрукты из рассыпанных мюслей, Жутиков, ворча, следовал моему примеру.

Вернувшийся котяра ласково лизнул меня в перемазанную мордочку.

- Римммау? - спросил он.

- Угу...- только и ответила и добавила,- Мяук...

Кот вздохнул, с сожалением оглядев меня, и еще раз лизнул.

- Ягулю ищещь? - спросил он.

- Ищет, ищет!...- ответил за меня Жутиков, потому что я, как ни привыкла к чудесам этого мира, всё же на мгновение потеряла дар речи.

Теперь наше путешествие стало значительно интереснее и безопаснее: Василий уверенно вел нас по одному ему ведомому пути. Беседа велась самая интересная для меня.

Баба Яга, наложившая заклятье на женитьбу Князя, услышав, что от того сбежала найденная магами с таким трудом невеста, очень захотела пообщаться с ней, то есть со мной, и отправила Василия на встречу.

- И кого я увидел? - мурлыкал кот,- такая кошечка!!!! - Василий облизнулся.

Я обмахнулась хвостиком и кокетливо стрельнула в него глазками. Мой поклонник млел.

- Прекрати хвостом вертеть! - зашипел на меня Жутиков,- вертихвостка, вот!

Глава 4

Баба Яга встретила нас возле Избушки...на курьих ножках. Поставив руки в боки, бодрая бабулька зорко следила за нашим приближением. Мы подошли и остановились в двух шагах от нее. Василий потёрлся о ноги хозяйки, мурлыкая что-то в полголоса.

- Вот... привел...

Баба Яга пристально рассматривала меня. А я разглядывала её с ног до головы и с головы до ног. Большой нос с горбинкой, однако, не лишенный изящества, глаза разные - один зеленый, второй желто-карий - и оба полны ехидства.

- И полюбуйтесь на неё! - наконец произнесла она ворчливо.- К Бабе Яге без спросу пришла, кота, радость выкормленную, выпестованную, и того сманила!..

Избушка заскрипела и наклонилась слегка, сверкнула чисто вымытым "глазом": рассматривала!

- Здравствуйте! А мы к вам, бабушка...- ответила я.

- Ишь ты, вежливые ведьмы пошли! - хмыкнула она.- И что надо-то?

- Совета...

- Чего на свадебку надеть? - глумливо поинтересовалась бодрая бабулька.

- Нет, как свадебки избежать,- в тон ей ответила я.

- Али Наследничек не приглянулся?

- Да не видела я его...

Баба Яга задумалась, хихикнула одной ей ведомым мыслям и кивком пригласила следовать за ней.

Вечер был полон открытий: Баба Яга приоткрыла завесу тайны моего появления в их мире.

Князь должен был, (такова традиция!), жениться на одаренной ведьме и тогда ему передавалась Княжеская власть, и присягали все жители страны, включая магов, колдунов, чародеев и весь колдовской мир, который считал ниже своего достоинства присягать и подчиняться "простому" человеку.

- Старый Князь с Княгиней - знатная была ведьма! - погибли в прошлом году в войне с черной нежитью. И пора пришла Княжичу власть принимать да страну к присяге приводить, а он, охальник, заявил, что не станет на ведьме жениться, это видите ли не про-грес-сив-но! - рассказывала Баба Яга и спицы в ее руках замелькали с удвоенной скоростью. - Не прогрессивно, - передразнила она. - Тьфу, пакость какая! А все воспитатель его, злыдень иноземный, словам таким Княжича научил! Нет бы приставили в детстве к мальчонке Евпатия али ещё какого ведуна! Да захотелось старому Князю для близиру дитяте гувернера завести! - возмущалась Яга. - Вот и престиж! Срам один! Жениться на колдунье не хочет! А не жениться или возьмет простую - колдовской мир его не признает!!! Опять свары да войны!

Яга тяжело вздохнула.

- Беда одна с мужиками! Сами не знают, чего хочут!

- Бабуль, а говорят, ты на него заклятье наложила, - осторожно начала я, - будто любая ведьма, что за него выйдет, силу потеряет?

Баба Яга сверкнула глазами.

- Озлил он меня! Пришел ко мне да наоскорблял всячески словами обидными, будто вред от нас один да пакости, а он к свету да ученью тянется, прогрессы научные его интересуют! А я женщина старая, нервы у меня!!! Вот и сказала сгоряча. А колдовское слово такое - не воробей, назад не вернешь!

- И что теперь?

Яга молча вязала, хитро поглядывая на меня.

- Женить будем ослушника,- наконец сказала она.

Мы с Жутиковым, который всё время рассказа скептически хмыкал, но от комментариев удерживался. Переглянулись.

- И на ком?

- Ни на колдунье, ни на простой, ни на своей, ни на чужой, - прищурившись, ответила хозяйка.

- В стиле, поди туда, не знаю куда и найди ту, не ясно какую? - уточнила я. - А отыщется такая?

Яга хитро прищурившись перемигнулась с котом. Василий что-то невнятно промурлыкал.

- А мне домой вообще-то надо, - напомнила я. - Мы, откровенно говоря, для этого и пришли к Вам.

- Домой... А чего ж домой... Вот Князя женим, а потом и подумаем, - отмахнулась Яга. - На нас соседи войной идут, некогда на такое отвлекаться.

- Из-за чего война-то? - подал голос Жутиков.

- Безвластие, - коротко бросила Яга. - Такие земли богатые, а без хозяина! Не порядок! И соседи норовят княжество по кускам растащить, и нежить чёрная свирепствует.

Разговоры пошли за полночь, мы с Жутиковым долго не могли понять, отчего маги да волшебники, чародеи да кудесники не могут врагов отвадить, оказалось, нужен приказ властителя, а присяги-то и не было, ибо присягать не кому! Местные чародейки за Князя не пойдут, боясь потерять силу, вот и решили на чародейном кругу из чужого мира ведьму, наделенною потенциалом магии отыскать, испытать, да Князя на ней женить. И будет она ни колдунья, ни простая, ни своя, ни чужая.

- А ты, чарами овладев, зла творить не стала, душа у тебя добрая, - продолжала Баба Яга, - даже злыдню этому, - она кивнула на Жутикова. - По всем статьям подходишь!

- Так вы ж против этой свадьбы? - осторожно спросила я, припоминая всё, что мне говорили Амаран и Гаспис о кознях Бабы Яги.

- Да брешут всё. Конспирация! - усмехнулась продвинутая старушка. - А то Князь узнает, что и я к сему руки приложила да и заартачится! А времени нету! Гастон Черный с упырями на нас войной идет, - она отложила связанный чулок.- Ну, всё, спать пора!

- Как спать? Я домой хочу!!!!! - взбунтовалась я.- К себе домой!!!! К СЕБЕ ДОМОЙ!

Однако, вопли мои остались без ответа.

- Похоже, пока не женим этого новатора-реформатора, возвращение нам не светит,- саркастически заметил Жутиков. Пожалуй, это был первый случай, когда мы с ним сошлись во мнении.

Уснула я, едва успев закрыть глаза, хотя, ложась спать, я была уверена, что из-за стольких впечатлений и событий, усну не скоро. Но сны были беспокойными: всю ночь снилась я в роле Жанны Д?Арк, что не радовало, помня её печальный конец.

С утра пораньше, на рассвете, (а так хотелось выспаться после дневного марш-броска!), Василий разбудил меня, мурлыча и щекоча ушко.

- Что пора уже гоняться за Князем и тащить его под венец?- с иронией поинтересовалась я, не открывая глаз.

- Доброе утроу! - Василий ласково лизнул меня в щеку.

- Вставай, Римма, денек будет не простой - заметив, что я открыла глаза, сказала Баба Яга, накрывая на стол. - Дел невпроворот, а деньки-то на вес золота. Будем ворожить, да и в Книгу судеб заглянуть не мешает, чтобы сомнения твои рассеялись, а потом и с наследником встретиться нужно.

Одним словом, чудеса продолжались.

- То есть, всё предыдущее еще цветочки,- философски прокомментировала я.

- И приодеть тебя надо-ть. Пока суд да дело, не след кому попало знать, куда ты скрылась. А одежда у тебя больно приметная,- и хозяйка указала на вещи, лежащие на лавке.

Подхватив их, я отправилась за поджидавшим меня котом. Открывающаяся за порогом Избушки первозданная красота леса в лучах восходящего солнца наполняла душу умиротворением и настраивала оптимистично. Отойдя недалеко от Избушки, за кустами ежевики, нам открылся бьющий из-под камня ключ. Ручей, огибая несколько крупных, невесть как суда попавших, образовывал небольшой затон. Пара больших веток мешала ручью бежать по привычному пути. Вытащив их из воды и положив на берегу, я наклонилась к прозрачной глади воды и неожиданно отпрянула: на меня смотрело не моё отражение, а какой-то странный мужчина с зеленоватыми волосами в которых мелькали крохотные золотые рыбки. Я вновь наклонилась: сине-зеленые глаза внимательно смотрели на меня. Кто это? Мираж? Хозяин ручья? Пусть будет так. Я улыбнулась ему и чуть слышным шепотом поздоровалась и спросила:

- Я искупаюсь? Можно?

Отражение кивнуло и растаяло, как будто ничего и не было. Я наклонилась ниже, и вода отразила лишь меня: удивленно-вопрошающее лицо, взлохмаченные каштановые волосы.

Пока я плескалась и умывалась обжигающе холодной водой, Василий, проводивший меня до родника, посматривал на меня так, что я стала подумывать, что он, как минимум, заколдованный принц, таким осмысленно восхищенным и одновременно лукавым был его взгляд.

- Красавицау,- промурлыкал он, прищурив огромные глазищи, когда я приоделась после купания в приготовленные Ягой расшитую белую рубаху и длинную юбку.

А вот разбудить Жутикова оказалось делом не простым. Сначала, он никак не хотел покидать объятья Морфея, отбрыкивался и несколько раз злобно отшвыривал будившего его кота.

- Подъём!- задорно крикнула я, придя на помощь коту, и стянула с сони одеяло.

Жутиков поднялся недовольно ворча себе под нос:

- Чего разоралась ни свет ни заря? Никакой жизни... Ни поспать, ни поесть... - он потянулся, встал и сразу же ринулся к накрытому Бабой Ягой к завтраку столу, одергивая на ходу мятую рубашку.

- Охолонь, милок! - строго прикрикнула хозяйка, шлёпая его по руке, тянущейся у ватрушкам. - Али тебя вежеству не учили? Васюш, проводи-ка гостя до ручья, пусть умоется да охладится, - и она выразительно посмотрела на кота.

Заинтригованная, я смотрела им вслед. Вскоре из-за зарослей ежевики раздался вскрик, плеск воды и шум шмякнувшегося в эту самую воду тела и окрестности огласились весьма непарламентскими выражениями. Баба Яга усмехнулась. Когда из-за зарослей выскочил довольный собой Василий, ежевика сомкнула свои ряды.

Мы уже сидели за столом, когда появился на пороге Жутиков, мокрый и исцарапанный ежевикой. Физиономия взбешенная. Но видно урок пошел впрок и от ворчания он воздержался, за что и был награжден Бабой Ягой после завтрака холщовыми штанами и рубахой, взамен мокрой и мятой одежды.

События стремительно сменяли друг друга, как в калейдоскопе, что в первое время изумляло: не успеешь привыкнуть к мысли, что параллельные миры существуют, как пора знакомиться то с Бабой Ягой, то со Змеем Горынычем, принимать решения, от которых многое зависит, учиться на ходу тому, что ещё вчера казалось невозможным.

После изумительно вкусного завтрака, Баба Яга вышла из Избушки и, громко хлопнув в ладоши, притопнула ногой. Через несколько мгновений напротив неё появился маленький смерч. Когда стремительное вращение замедлилось, я увидела большую деревянную ступу.

Пока мы с Бабой Ягой "загружались" в ступу и хозяйка инструктировала кота, который оставался за главного на время её отсутствия, Жутиков молча кружил рядом, с интересом разглядывая новый летательный аппарат.

- Двигайся, - наконец обратился он ко мне, собираясь составить нам компанию в полёте.

- А ты, голубь, дома с Васенькой посидишь, по хозяйству поможешь, - ответила за меня Баба Яга.

- Вот ещё! - фыркнул Жутиков, берясь за край ступы.

- Али спорить со мной хочешь? - поинтересовалась Яга и так пристально, с многозначительным прищуром глянула на Жутикова, что тому и возражать расхотелось. - То-то же!

И мы полетели! В этом мире чудеса подстерегали на каждом шагу, и полет на ступе я уже воспринимала как что-то само собой разумеющееся. Баба Яга ловко управляла полетом, руля метлой. Я с любопытством смотрела на простилающийся внизу лес, сменившийся лугом, потом мелколесьем и болотом. Неожиданно показалось чёрное ползущее пятно. Я присмотрелась. Множество людей: конные и пешие, выстроившиеся в ряды двигались по дороге.

- Ирод Черный,- прокомментировала Баба Яга и злобно цыкнула зубом. - Торопиться нам надо-ть! Не заметили б нас...

Однако нас заметили и вскоре вокруг ступы кружились две огромных черных птицы, хищно щелкавших... зубами! В зоологии я не очень сильна, но всё же в нашем мире такие пташки не водились. Зубастые твари клацкали зубами и норовили ухватить нас. Яга храбро разгоняла их метлой, сыпля заклинаниями. Ступа выписывала замысловатые виражи. Я, вцепившись в бортики ступы, оторопела.

- Римка! Чё окаменела-то? - прикрикнула на меня Яга, особо ловко хрястнув одну тварь метлой. - Съедят ведь и не подавятся!

- А...а делать-то что? - пискнула я.

- Молнию в глаз этой твари! - гаркнула Яга, отбиваясь от твари, которая тем временем уцепилась когтищами за ступу. Ступа такая тяжесть показалась чрезмерной и она, накренившись, стала терять высоту.

Легко сказать: "Молнию в глаз"... А как? Вторая тварь тоже норовила уцепиться за ступу. Я сосредоточилась, сконцентрировалась и... А откуда молнию? Птица тем временем с хриплым хохотом-клокотанием подлетела вплотную, прицеливаясь ко мне. Я увидела ее огромные красноватые глаза и в ужасе выбросила вперед руку. Кончики пальцев и ладонь свело судорогой и

с моей руки сорвалась слепящая волна - молния. Хищная тварь забилась в конвульсиях, ослеплённая.

- Пропади ты пропадом! - и со второй ладони сорвалась разящая молния.

Птица, охваченная голубоватым огнем, рассыпалась в воздухе смрадным пеплом.

Я оглянулась на Ягу. Она гвоздила метлой вторую тварь, а та намертво вцепившись в ступу тянула нас к земле и норовила укусить.

Неожиданно по ногам прошел холодок, сквознячок. Я опустила глаза. Ужас! Страшные когти мерзкой птицы сделали своё черное дело: ступа разваливалась.

- Ступа разваливается!!!!- крикнула я и вновь выбросила вперед ладонь. Молния ослепила птицу, но и задела край ступы.

- Римка, хватайся за метлу! - приказала Яга.

Одной рукой схватившись за метлу, второй я послала новую молнию в корчившуюся тварь. Через несколько мгновений только смрадный пепел напоминал о птице. Одновременно развалилась и ступа Бабы Яги. С ужасом я почувствовала, что мои ноги висят в воздухе и я ... падаю? Баба Яга, успевшая оседлать метлу, громко и со вкусом костерила Гастона Черного и его нечисть. А я летела, обоими руками вцепившись в метлу мертвой хваткой.

- Держись, Римка!- подбадривала Яга. - Чуть-чуть осталось!

Для меня это чуть-чуть показалось очень долгим и мучительным. Дело в том, что я боюсь высоты, даже не столько самой высоты, сколько отсутствия опоры под ногами. Об этом я старалась не думать. Метла неслась вперед с хорошей крейсерской скоростью, только ветер в ушах свистел. Руки судорожно вцепились в черенок метлы. От ужаса я даже закричать не могла. Если это сон, то самое время проснуться!!! Я хочу проснуться!!!!!!!!!!!!!!

Баба Яга ловко управляла метлой, мы снизили высоту, медленно полетели над скалистой площадкой. Мои онемевшие ноги почти касались камней. Наконец, остановились и зависли над землей. Земля!... Ступни нащупали скалистую почву. Земля... ноги дрожали.

- Давай, Римка, отпускай метёлку! - скомандовала Яга, ловко спускаясь на землю.

Легко сказать: "Отпускай!". Руки не слушаются, намертво вцепившись в черенок метлы, ноги тоже не слушаются - дрожат и подгибаются. Баба Яга понимающе хмыкнула и с трудом разжала мои побелевшие от напряжения ладони, помассировала пальцы мои пальцы, возвращая им чувствительность.

- Ну, Ирод Черный, такую ступу погубил! - посетовала она. - Триста лет служила без сносу! - Яга тяжело вздохнула. - Ну, ладно, придет время, и за ступу поквитаюсь! Я те всё-ё-ё припомню, память у меня хорошая!..- пообещала ведьма.

Баба Яга очертила метлою круг и принялась читать заклинание, а я слушала, навострив ушки. Неожиданно камни у скалы зашевелились и со скрежетом отодвинулись, открывая вход, вслед за Ягой я шагнула внутрь. Когда мы вошли, камни за нами вновь закрыли вход. Как ни странно, пещера не казалась мрачной и даже я чувствовала, что всё здесь, даже воздух, пропитан магией. Мы спускались вниз, вглубь горы, и по пути нашего следования в круглых чашах на стенах зажигались огни. По легкому покалыванию в кончиках пальцах я догадалась, что огни - магические, как те, что зажег в замке наследника Светомир. Наконец мы спустились в круглый, освещенный множеством огней зал. После полумрака глаза не сразу привыкли к такому свету.

Множество глаз смотрели на меня. Во взглядах читались самые разные чувства: интерес и любопытство, настороженность и враждебность. Баба Яга стояла за моей спиной. Присутствующие, от которых так и веяла магией, обступили нас. Я огляделась, ожидая увидеть и Светомира.

- Чужая!... - пронесся шепот,- чужая...

- Это она? - наконец спросил невысокий зеленоватый старичок с серебристой бородой. От него ощутимо пахло лесными ароматами, на запястье уютно свернувшаяся ящерка. Леший?

Старичок медленно обошел вокруг меня. Откровенно говоря, все происходящее слегка раздражало, потому что никто ничего не объяснял, но от меня все чего-то ждали, как минимум адекватной реакции на их вопросы, взгляды, жесты. Им хорошо, они всю жизнь среди чудес да волшебства, они в магии как рыба в воде, а я еще вчера вечером дизайн-проекты на компьютере делала и сметы на строительные работы для Зимина!

Неожиданно старичок странно передернулся, миг и...на его месте стоял большой серый волк, хищно скалящий зубы, глядя на меня желтыми глазами и явно готовящийся к атаке. Остальные, (и даже Баба Яга!), даже не собирались вмешиваться. Ничего себе! Вот тебе, бабушка, и Юрьев день!...

Молнией ударить? Хоть этому-то научилась! Прямо по глазам, как тем крылатым тварям! Я медленно провела большим пальцем по кончикам пальцев и выпрямила ладонь, сосредотачиваясь и готовясь к атаке. Какая-то мысль билась в голове, стараясь пробиться на поверхность сквозь страх и желание немедленно ударить. Волки...Волк... Маугли...

- Мы с тобой одной крови,- глядя прямо в горящие желтые глаза волка шепотом произнесла я. Волк прислушался, сузив глаза. - Ты и я: мы с тобой одной крови!

Волк оскалился, как будто улыбнулся и через мгновение на его месте стоял зеленоватый старичок.

- Она - нам подходит! - довольно огласил он. - Лес примет её руку и даст свою защиту!

Ура! Кажется, есть меня сегодня не будут! А вот утопят запросто... Передо мной что-то захлюпало и я увидела столб воды и тины медленно обретающего цвет и форму человека, точнее водяного. Крупный дородный мужчина с полупрозрачной голубоватой кожей, большими сине-зелеными глазами. Лицо мне показалось знакомым, где-то я уже видела этот взгляд и необычный цвет волос. Ну, конечно, хозяин ручья! Я улыбнулась ему как старому знакомому. Водяной, усмехнувшись, кивнул головой, обернулся к присутствующим и произнес:

- Вода примет её руку и даст свою защиту.

После непродолжительных споров тайный сход магического круга выразил согласие "принять мою руку", поддержать меня, чем смогут. Кое-кто, особенно на этом настаивали кикиморы, предлагал устроить немедленное испытание моих способностей.

- Не можно! - возразил Водяной,- после испытания Римма становится Нареченной наследника, а он-то ее еще и не видел!

- Подумаешь, велика важность, не видел! - передразнила Кикимора. - Выбор-то у него не велик!

Не знаю уж, как у Наследника, а у меня выбора не было. Вопрос о том, что у меня могут быть свои планы относительно семейной жизни, даже не поднимался. Желание поскорее познакомиться с Наследником усилилось, хотелось верить, что здравый смысл победит, и мы найдем общий язык, поэтому я выразила полное согласие с тем, что встречу желательно устроить прямо сегодня и без посторонних.

- Да, Амарану о ней знать совсем не к чему,- согласилась Баба Яга, обменявшись мрачным взглядом с покровителем леса.

По скупым отзывам, пойманным взглядам и выражением лиц присутствующих, я пришла к выводу, что придворный маг среди владеющих чародейным даром популярностью не пользуется.

- А теперь, други, не время разговоры городить! - решительно начала Баба Яга, - Гастон Черный уже на полпути к нашим владениям! И раз признаем Римму достойной быть Нареченной наследника, то пора за дело браться! Не допустим черную нежить в наши пределы!

В роле военного стратега Баба Яга была неподражаема, виденный мною в этой же роле Амаран, ей заметно проигрывал. Удивляло только одно, почему на этом собрание чародеев, даже пусть неофициальном, отсутствует его глава - Светомир? Чародеи и другие представители колдовского мира совещались, составляли планы, не очень-то обращая на меня внимание, лишь изредка я ловила на себе любопытные взгляды.

- А мне-то что делать? - спросила я в пустоту, не ожидая ответа, уж слишком все были заняты предстоящей войной. - Нареченная я Наследнику или нет, но в стороне оставаться не хочу! Я тоже могу чем-то помочь...

Неожиданно все присутствующие обернулись, выражение лиц было явно довольным.

- Ну, что я говорила, - довольно сказала Баба Яга, - Римка - наша!

После троекратного "ура!", оживление достигло апогея. Леший пообещал устроить мне встречу с Наследником, а кикиморы - задержать продвижение войск Гастона Черного через болота. Правда, с условием, что ведьмы потом проведут ритуал очищения болот, дабы те не обратились в поганые, ведь войска Гастона - черная нежить.

- А вам путь к Горынычу и Книге Судеб, - сказал Леший и медленно коснулся теплой ладонью моего лба, и тепло от его руки разлилось по всему телу.

Покровитель леса дотронулся до моей руки и ящерка, кольцом обвивавшая его запястье плавно перетекла на моё теплым живым браслетом. Я легонько прикоснулась к ней пальцами и неожиданно услышала чуть ворчливый голосок:

- А вот трогать меня не надо! Не надо, я сказала!!! Любопытная какая нашлась! Всё бы им трогать да трогать...

Я удивленно перевела взгляд с ящерки на Лешего.

- Мой маленький подарок, - пояснил он.- Теперь ты будешь понимать язык всего живого.

Пещеру мы с Бабой Ягой покинули первыми и, оседлав метлу, продолжили путь в горы. Яга довольно усмехалась и молчала.

- И куда летим? - поинтересовалась я.

Но то ли ветер относил мои слова, то ли Яга собиралась мне устроить ещё один сюрприз, ответа так и не последовало. Решив воспринимать всё происходящее философски, "будь что будет", я сосредоточилась на том, чтобы держаться покрепче за метлу и рассматривала гористую местность. На этот раз мы летели на небольшой высоте. Наконец, когда созерцание поросших мелким кустарником гор мне уже изрядно надоело, мы стали снижаться и приземлились на небольшом пятачке над обрывом. Яга огляделась, довольно хмыкнула чему-то.

- Может быть, скажете, к кому мы на этот раз в гости?- поинтересовалась я.

- Всему своё время,- отмахнулась резвая бабулька, аккуратно пристраивая метлу между камней. - А много будешь знать, скоро состаришься!

- Похоже, меня ожидает вечная молодость,- огрызнулась я. - Никто ничего не говорит, а мыслей я ещё не научилась читать!

- Какие твои годы, - ухмыльнулась Баба Яга, - научишься еще! И тише ты!... - она стала сосредоточенно водить руками по воздуху, напевно произнося,- Камень отворись, пропусти гостей, не со злом идем, с доброй вестию!

Огромный камень, точнее даже скала, со скрежетом отодвинулась в сторону, открывая вход внутрь. На этот раз пещера была огромной, потолок терялся во мраке. Впустив нас, скала вновь закрыла вход.

- Посвети-ка!- попросила-приказала Яга.

На этот раз я уже не удивилась её словам, в этом мире все отчего-то верили в то, что я всё и всех понимаю без слов или, по крайней мере, догадываюсь, о чём речь. Посветить... Я вслушалась в окружающий меня воздух, интуитивно ощущая магию. Я повернула руки ладонями вверх и представила в ладонях ласковое пламя. Через несколько мгновений пламя взметнулось вверх, осветив нам путь. Баба Яга удовлетворенно хмыкнула.

- Ну, никакого покоя! - проворчала ящерка, поднимаясь выше по моей руке,- То пальцами тыкает, то сжечь норовит! Нечего сказать, удружил, дедуля с хозяйкой! Осторожнее с огнём-то!

- Тсс, я не волшебник, я только учусь! - усмехнулась я.

- Учится она только, видите ли! - Ворчала ящерка, охватывая мою руку выше локтя. - Замуж собралась, а выучиться так и не удосужилась!...

Внезапно впереди зашевелилось что-то огромное. Оно шумно вздыхало и двигалось на встречу. Я сначала замедлила шаг, а потом совсем остановилась. В полумраке пещеры, освещенной только сотворенным мною пламенем, вырисовывался силуэт огромного... динозавра? Ой...Аааа... И слова куда-то пропали. Три пары глаз, не мигая, смотрели на меня, словно гипнотизируя. Может быть, в обморок упасть, что б открыть глаза и ... Головы приблизились ко мне с трёх сторон, внимательно осматривая. Я стояла, не шевелясь, только пламя на моих ладонях немного подрагивало.

- Встречай гостей, Горыныч! - сказала Баба Яга.

Головы заговорили все разом:

- Ну, посмотрим что за гости!

- А что смотреть-то? Можно и на зубок попробовать!

- Ух, ты какая рыженькая!

- Ладно, уж, проходите, давно ждем.

Головы оставили меня в покое, решив пока "на зуб" не пробовать, одновременно дыхнули, и в трех огромных чашах на полу пещеры взметнулось пламя.

- Змей Горыныч, - галантно представился дракон, и все три головы вновь приблизились ко мне.

- Римма, - отозвалась я.

- Ведьма? - полувопросительно-полуутвердительно произнесла одна из голов.

- Ведьма, - подтвердила я.

- Эт, хорошо, - мечтательно отозвалась другая.

Баба Яга провела меня вглубь пещеры. На огромном камне был выбит барельеф огромной книги. Очень реалистично, надо признать.

- Положи руку,- подсказала мне Яга.

Я, удивленная её словами, положила руку на камень. Сначала ничего не происходило, а должно бы, судя по напряженному дыханию Горыныча и сосредоточенному взгляду Бабы Яги. Я собиралась повернуться к ним, поинтересоваться, что всё же происходит, но внезапно моя ладонь вместо холодного камня почувствовала тепло. Из под моей ладони засочился свет, медленно охвативший весь камень. Послышался шелест страниц. Книга распахнулась, и от раскрытых станиц вверх ударил столб света.

- Спрашивай, владеющая силой! - раздался величественный голос ожившей книги.

- Я точно не сплю? Почему я здесь? - задала я давно не дающий мне покоя вопрос.

- Не спишь, призвана ты в мир наш. Избрана! И сила тебе дана спасти этот мир!

- Мне? В качестве невесты для Князя? А как же мой мир? Я домой хочу!

- Много слов. Сила тебе дана. Ты Избранная!

- Невестой для Наследника? - иронично спросила я.

- Делай что должно и будь что будет.

- Это ещё что?

- Много слов,- посетовала Книга. - В твоих руках судьба этого мира и дорога к твоему дому лежит через пламя.

- Что?...

- Наследнику помоги сначала, а потом и о доме поговорим!- сварливо ответила Книга.

- А нельзя ли как-нибудь параллельно этим заниматься? - осмелела я.

Раздался кашляющий хохот. Сзади воедино слилось ошеломленное аханье Яги и Горыныча.

- Ну, и ведьмы пошли! - отсмеявшись, произнесла Книга. - Никакого уважения к традициям!

- Уважаемая Книга, со всем уважением к Вам и традициям, обращаюсь к Вам и прощу совета: я не против помочь Наследнику, знать бы как, но и домой вернуться хочется!

- Когда Наследник на трон взойдет и мир вернется в земли наши, приходи, поговорим! - многозначительно ответил чуть насмешливый голос.

- А... И как ему помочь? - попыталась уточнить я.

Свет пропал, и Книга, смахнув мою руку, закрылась.

- Ничего не поняла, - посетовала я, поворачиваясь к Яге и Горынычу, онемевшим от удивления. Они, похоже, узнали больше, чем я.

- И что это значит? - спросила я, сдерживая растущее любопытство. - Может быть, кто-нибудь меня просветит всё же?

Баба Яга умудрилась переглянуться одновременно со всеми тремя головами и, заручившись поддержкой Горыныча, объяснила. Книга судеб открывалась только под рукой настоящей ведьмы, и Книга подтвердила, что я Нареченная для Князя и моя судьба - спасти этот мир. А Горыныч -хранитель Книги и телохранитель невесты Наследника.

Обратный путь до Избушки Бабы Яги показался более комфортным: мы с Ягой расположились на Горыныче и разговорились. Теперь, когда на тайном собрании представители чародейного мира признали во мне свою и согласились принять мою руку, а Книга судеб подтвердила, что я избранная ивладею силой, Баба Яга стала гораздо более словоохотлива.

- Гастон Черный, кто он?

- Нежить он черная!

- В смысле?

- Душу продал Тьме и черной силой мертвяков из могил поднимает да силе своей подчиняет!- пояснила Яга.

- А...а... ничего себе,- только и оставалось сказать. - А птички его?

- В глаза им смотреть нельзя: завораживают да силы лишают, человек в оцепенение впадает, а твари тем временем душат да тела Гастону относят!

Когда Горыныч опустился у Избушки, на пороге нас уже ожидали Василий в компании с лисёнком, в стороне от них на пеньке сидел мрачный Жутиков и что-то жевал. Увидев Горыныча, Владимир Николаевич пискнул и, теряя сознание, опустился на землю.

- Блаженненький? - участливо спросила одна из голов, хихикнув и хитро подмигнув мне.

Лисенок выступил вперед.

- Наследник будет ждать тебя в сторожке в дубовой роще сегодня на закате.

Глава 5

До заката оставалось не так много времени. Баба Яга для встречи с наследником рекомендовала мне переодеться в мой брючный костюм.

- И внушительно, и удобно! А там, кто знает, может, и воевать сразу придется. А я пока за доспехом для тебя слетаю. К закату вернусь да на встречу провожу.

Оседлав метлу, Баба Яга улетела. Горыныч отдыхал, развлекаясь игрой в шахматы сам с собой, третья голова подремывала, следя за всем происходящим из полуопущенных век. Василий учил меня искусству гадания.

- С твоими способностями, Риммау, ты можешь гадать на чем угодно: на картах, кофейной гуще, хоть на желудях! Главное, сосредоточиться, правильно задать вопрос и внимательно читать ответ,- мурлыкал кот.

Мы с ним упражнялись, раскладывая карты мне, ему, слоняющемуся без дела Жутикову, Горынычу предсказали, какая голова выиграет партию.

Во время вечерней трапезы Горыныч решил повеселиться.

- Что-то вегетарианство плохо сказывается на моем тонусе, хочется чего-нибудь...- все три головы мечтательно закатили глаза, а потом принюхались и потянулись к Жутикову. Тот с завидной резвостью отскочил в сторону.

- Какой прыткий десерт,- посетовал Горыныч, окружая моего спутника со всех сторон.

- Отвали, бегемот трехголовый! - храбро пискнул Жутиков и бочком пододвинулся поближе ко мне. Пришлось взять его под защиту, погрозив пальцем Горынычу.

В брючном костюме и в мягких сапожках, в сопровождении лисенка и Жутикова, который ни за что не соглашался остаться, я отправилась на встречу с Наследником. Горыныч направился к болотам помешать продвижению Гастона Черного.

На опушке нас встретил Леший и проводил к стоящей в глубине дубовой роще Избушке.

- Наследник скоро будет, Римма.

- Как к нему обращаться? Наследник? Князь? По имени? Кстати, как его зовут?

- Он сам скажет.

В Избушке было темно. Лучи заходящего солнца, пробиваясь сквозь крону дубов, забирались в Избушку. Я присела на край лавки у окна и задумалась. Что ждать от встречи? Книга судеб назвала меня "Нареченной", но слова "невеста" произнесено не было. Знать бы ещё, что это значит...

- Римк, а как на счет дома? - поинтересовался Жутиков, присаживаясь рядом.

Я вздохнула и стала зажигать свечи.

- Книга судеб намекнула, что сначала помогаем установить мир здесь, а потом нам помогут ... наверное...

- Что значит "наверное"?! Я здесь свихнусь скоро!

Раздались чьи-то шаги, и дверь скрипнула.

- Наследник, - с достоинством произнес вошедший, строго оглядывая меня.

- Ведьма, - также кратко ответила я, пристально глядя на него.

Он был молод, около двадцати семи лет, достаточно высок, атлетически сложен и хорош собой. Лицо породистое, выразительные светло серые глаза, взгляд глубокий.

Наследник обошел горницу, хмыкнул, увидев стоящего у печки Жутикова, осмотрел его и, повернувшись ко мне, спросил:

- Кто сей?

- Страж, - ответила я первое, что пришло в голову.

- Страж? - Наследник с удивлением еще раз осмотрел Жутикова, стараясь рассмотреть то, что не увидел сразу. Однако повторный осмотр ничего нового ему, как видно, не открыл.

- Негоже, - наконец вынес он свой вердикт, - столь молодой и столь прекрасной иметь стражем немощь бледную.

Жутиков напружинился как кобра перед броском. Я, желая предупредить надвигающийся скандал, быстро ответила:

- Он не так безнадёжен, как кажется. Он умный...

- У нас дураки не родятся, - ответил Наследник, с сомнением разглядывая Жутикова. Чем-то мой спутник его не устраивал.

Наследник, пристально рассматривал меня, несколько раз собирался что-то сказать, но так и не собрался. Так и сидели напротив друг друга, разглядывали и молчали.

- Поговорить нужно, - наконец, произнес он. - Наедине,- весомо добавил, кивнув в сторону Жутикова.

Тот передернулся и с видом оскорбленного достоинства покинул горницу.

С его уходом Наследник явно стал чувствовать себя свободнее. Он вздохнул и сел на лавку у окна. Я устроилась напротив него. Но Наследник явно не находил слов. Пристально смотрел на свою ладонь и молчал. Я накрыла его руку своей и чуть сжала. Он поднял глаза. Взгляд настороженный и невеселый. Мы вместе немного повздыхали, собираясь с силами, вдохновились, заговорили одновременно и рассмеялись.

- Даже не знаю, с чего начать... - после новой паузы произнес он.

- Тогда давайте начну я... Вы, вероятно, мечта многих девушек, и мне вы нравитесь, - начала я и заметила, как на лице Наследника отразилось напряжение, - но замуж за вас я не хочу, в моем мире у меня есть любимый человек! Поэтому, не будем терять время и вместе подумаем, что нам делать: как избежать войны с соседями, как найти вам невесту и возвести вас на трон и как вернуть меня в мой мир.

Наследник неожиданно светло улыбнулся, молча поднес мою ладонь к лицу и поцеловал.

- Яромир, - представился он и протянул мне руку.

- Римма, - ответила я, вкладывая в его ладонь свою.

Напряжение между нами растаяло.

Дозорные на границах донесли, что войска Гастона Черного подступали к границам и войны - не избежать, собрать войско, не проведя ритуал престолонаследования, практически не возможно, в народе начинается смута...

- Яромир, когда я сказала, что не хочу за вас замуж, вам явно стало легче, - глядя ему в глаза, сказала я.

Наследник усмехнулся горько.

- Римма, вы не только красивы, но и очень наблюдательны... Я влюблен. Давно.

- Но это решает половину проблемы! Что мешает вам жениться на вашей избраннице?

Яромир молчал.

- Она вас?...

- Любит! - отозвался он, посветлев лицом.

- Тогда что же мешает?!

Яромир вздохнул, усмехнулся невесело.

- Она не ведьма...

- И что? А-ааа... Японский городовой! - дошло до меня.

Я побарабанила пальцами по столу. Не может быть, чтоб не было выхода! Неожиданно захотелось пить. Холодной чистой ключевой воды... Мысленно я даже слышала как она журчит...

Очнулась я от удивленного возгласа Наследника. Я открыла глаза и обнаружила, что из стола бьет ключ. Кристально чистая ледяная вода с веселым журчанием бежала по столу на пол. Я заглянула в ручей и увидела дробящее отражение ехидно посмеивающейся Яги. Бабуся погрозила мне пальцем, и ключ исчез, осталась лишь вода на столе и полу, зато появились две глиняные кружки воды. Да, учиться мне ещё и учиться...

- Объявите ее ведьмой, - утолив жажду, предложила я.

- Нельзя!

- Почему?

- Чародеи и весь колдовской мир сразу догадается, почувствует, что в ней нет чародейной Силы! Это самозванство! Обратят лягушкой какой-нибудь...

- Но не бывает так, что бы выхода не было!!! А научить её чародейству можно? - не сдавалась я.

- Это скоморошеству научиться можно, а ведьмой родиться надо! - парировал Наследник.

- Но я-то учусь! - тихо возразила я.

- В тебе сила проснулась, и ты учишься ею управлять, - объяснил он.

- Может быть, и в ней спит?

Яромир покачал головой.

- Но согласие на мой переход в ваш мир ты давал? Давал. И явно не с матримониальными целями!

- В Книге Судеб написано, что Ведьма из иного мира принесет благоденствие на наши земли и победит Гастона Черного, объединит людей и чародеев...

- И эта новая Жанна д,Арк - я? - иронично поинтересовалась я.

- Ты.

- И откуда такая уверенность? - не унималась я.

- Баба Яга ворожила и явился твой образ! - сурово объяснил Наследник. - И Амаран, и Светомир, и Яга, и я - все видели!

- А вы хорошо смотрели? - сварливо поинтересовалась я. - Ладно, что-нибудь придумаем. Нужно устроить мозговой штурм!

Идею с мозговым штурмом, когда я растолковала что к чему, Наследник одобрил, и было решено собраться на восходе солнца под дубом у Избушки Бабы Яги. Расставаясь, мы с Наследником испытывали явную симпатию и дружеское расположение друг к другу. Прощаясь, Яромир ещё раз с сомнением оглядел Жутикова и сурово сказал:

- А стражей я тебе завтра пришлю, больно твой... хлипок. Не спорь, - не дал мне возразить Наследник, - слишком много на карту поставлено!

Весь обратный путь Жутиков что-то недовольно ворчал, выражая недовольство тем, что его выдворили из горницы: раз уж его грубой силой, против воли, похитили и затащили к черту на куличики, то он имеет право знать, что происходит!

- Ой, только не надо говорить, что вы чего-то не подслушали! Ваше ухо было видно невооруженным глазом, - посмеялась я,- оно до сих пор красное от напряжения!

- Пороть тебя некому,- буркнул он.

Однако, при возвращении нас ждал сюрприз.

Баба Яга рвала и метала. Буквально в прямом смысле: седые пряди так и летали по поляне, серебрясь в лунном свете. Пристыженная Избушка сидела, стыдливо поджав ножки. Черный бабкин кот угрюмо сидел на огромном пне и держал наготове успокаивающее зелье.

- Васюш, это что? - тихо поинтересовалась я.

- Избушка сбесилась...- ответил Василий.

- Мне казалось, что Избушка как раз в порядке, а вот Бабуленька что-то не очень...

Побушевав еще, Баба Яга обессилено опустилась на пенек. Василий принялся потчевать ее успокоительным зельем. Через некоторое время Баба Яга перевела взгляд на нас с Жутиковым.

- Римма!... Избушка-то у нас совсем сдурела! - пожаловалась она.

Я непонимающе смотрела на совершенно пристыженную виновницу. Избушка покряхтела и еще вжалась в землю.

- А что она сидит-то? - подал голос Жутиков.

- ЧЁ сидит, чё СИДИТ! - язвительно передразнила Бабка. - Стыдно ей, дурынде! Вот и сидит! А ну, встань, покажись!

Баба Яга стала заводиться снова. Пока она ругала на чем свет стоит Избушку и каких-то шарлатанов, кот утолил наше любопытство. Пока Яга отсутствовала, на заповедную поляну явились какие-то шарлатаны и предложили Избушке заменить её куриные ножки на длинные - красивые.

- А ну-ка, встань! Покажись уж! - грозно велела Яга.

Избушка покряхтела и поднялась. Вместо куриных красовались длинные накаченные страусиные ноги. Избушка поднялась к вершинам вековых сосен.

За спиной раздался нелитературный возглас ошарашенного Жутикова.

- Ну, Наследничек,удружил! Полный разброд и шатание и в народе и у чародеев! Виданное ли дело, самой мне, Баба Яге, козни строить! Нет, я это так не оставлю! - бушевала Яга, устраивая Избушке и Василию, допустившему такое беззаконие, допрос с пристрастием.

Немного успокоившись, Яга пообещала, как только разберемся с Гастоном Черным, разыскать шарлатанов и устроить им такую жизнь, полную красоты и гармонии, что мало не покажется.

- Такое ощущение, что кто-то старается раздробить наши силы, отвлекая внимание, - заметил Жутиков.

- А ведь верно говорит! - встрепенулась Яга и впервые доброжелательно глянула на моего спутника. - Ох, чую, не с одним Гастоном нам дело иметь придется. Сам бы до такого не дошел... Да и дух его нежити я б учуяла... А здесь кто-то свой, чародейский ...злыдень постарался!

- И кому б такое в голову могло придти? - спросил Жутиков. - Кто-то не побоялся прийти сюда. Кто-то знал, что здесь вас нет!

Яга задумчиво обошла вокруг Избушки, принюхиваясь и присматриваясь. Хмыкнула, села на пенек.

- Римкину руку колдовской мир согласился принять, значит, все кто присутствовал, не могли прислать этих стервецов, ибо это прямая измена, а с предателями разговор короток: Горынычу на закуску!

- Остается выяснить, кого не было, - прокомментировал Жутиков, усаживаясь напротив.

- Все сообщества представителей прислали! Водяной был, Леший был, Кикиморы были, домовые были, ведьмы и колдуны были, оборотни и те были, - перечисляла Яга.

- А Светомир? - напомнила я.

- А ему не след появляться, ибо сход был тайный! - важно пояснила Баба Яга. - Чародейный мир тебя признал раньше, чем Наследник увидел! Да и Наследника он не может без защиты надолго оставлять.

- Вы ему доверяете?- не унимался Жутиков.

- Светомиру? Наш он! - уверенно сказала Яга. - Да и ваш отход прикрыл, когда вы из крепости сбежали, - лукаво усмехнувшись, добавила она.

- ???

- Это Амарана вы ещё б смогли вокруг пальца обвести, а ...- начала Яга и замерла на полуслове, озаренная какой-то мыслью.

Внезапно она вскочила с пенька, и новый шквал замысловатых ругательств огласил поляну.

- Ну, конечно! Все были, а представителей придворных магов не было!

- Почему?

- Потому что Амаран у них за главного! Вот этот злыдень и прислал своих сквернавцев! - гаркнула Яга. - Конечно он, кому ещё?!

- Но он же на стороне Наследника? - осторожно спросила я.

- На стороне-то на стороне, а вот на чьей вопрос, - промурлыкал Василий, взбираясь мне на колени.

- Говорила старому Князю, что не зачем Наследнику воспитатель-иноземец!- возмущалась Яга, - нет, захотелось ему цивилизации!

- А почему он Светомира не сделал наставником наследника? - поинтересовалась я.

- Светомир - хранитель традиций и глава чародейного круга, - пояснила Яга таким тоном, будто я должна была с ходу разобраться во всех тонкостях иерархии и традиций этого мира.

Пока Яга успокаивалась, в очередной раз пила приготовленное котом зелье и плела защитный контур вокруг поляны, я поинтересовалась у Василия, почему придворные маги выделены в особое сообщество.

- Так уж повелось... Своих чародейных сил у них самую малость, вот и учатся по книгам как управлять чудодейными вещицами, собирают их да на службу себе становят. Амаран из чужеземья к нам прибыл, старый Князь его для сына пригласил, вот тогда они у нас и появились.

- Значит, чародейству научиться можно? - поинтересовалась я, помня о возлюбленной Яромира.

- Нельзя. Если дар есть, хоть самый слабенький, его развить чуть-чуть можно, а если нет... то уж нет. Хотя, - Василий на мгновение задумался, - помнится, когда я ещё котенком был, слышал сказание, что Верховная Ведьма...

- Хватит болтать! - прикрикнула на кота Яга. - Всем спать! Утро вечера мудренее! - и схватив Василия за шкирку, первой шагнула в Избушку.

Не смотря на насыщенный, богатый событиями день, мне не спалось. Верховная Ведьма... Жаль, что кот договорить не успел. Или Яга его не случайно прервала?

Глава 6

Утро наступило как-то неожиданно и стремительно. Казалось, я только успела закрыть глаза и вот уже Василий теребит меня за плечо.

- Риммау, уже утро,- и кот ласково лизнул меня в щеку.

Пока я умывалась, Василий кратко информировал меня об упырях и методах борьбы с ними. Как я и предполагала, эта нежить боится осины и серебра, поэтому войны будут в серебряных кольчугах, а среди оружия будут осиновые колья.

- Не любят палящего солнца, поэтому сражение - в полдень, - пояснял кот.- А ещё...если упырь крови ведьмы иль чародея напьётся, тогда совсем беда: часть силы чародейской в них вливается! И убить их становится совсем не просто! И чем сильнее был чародей, тем больше передается упырю!

- Ты меня пугаешь? - поинтересовалась я.

- Кошмар, с кем работать приходится, - проворчала ящерка, перебираясь выше по моей руке, - самого элементарного не знает!

- И много таких у Гастона? - спросила я, поёживаясь.

- Кто ж точно знает, - философски ответил Василий, - в лучшем случае, треть.

- А в худшем, значит, все... Мрак...

Кот печально вздохнул.

- То есть охота идет на всех обладающих силой? - уточнила я. - Мило...А Гастон, он что, тоже кровь пьет?

- Пьет, - подтвердил кот.

- Так он тоже упырь что ли? - в конец запуталась я.

- Ну, как тебе объяснить, Риммау...- Василий потерся о мою ногу. - Был человек, который очень хотел получить власть над миром. Любой ценой. Он стал нанимать себе на службу черную нежить, оплачивая их службу кровью своих подданных. Кровью, в прямом смысле. А однажды среди съеденных упырями оказался обладающий силой, и нежить обнаружила, что те, кто пил его кровь, стали обладать чудодейной силой и становятся практически неуязвимыми. С тех пор началась охота на чародеев. А перерожденная нечисть отказалась признавать власть человека и тогда Гастон принял укус упыря и стал такой же нежитью, их владыкой.

Час от часу не легче! Всё оказывалось ещё серьёзнее и страшнее...

- Спасибо хоть ты просветил, а то тыкаюсь как слепой котенок, - я наклонилась и погладила Василия, и мы медленно двинулись к Избушке.

Какая-то, не оформившаяся мысль, не давала покоя. Я вспомнила Яромира и его возлюбленную.

- Послушай, Васюшь, выходит человек выпив кровь чародея тоже принимает частицу силы и постепенно, в зависимости от количества крови, становится чародеем?

- Чурр, тебя!!!- зашипел кот, выгнув спину. - Что ты говоришь, Риммау?! Для человека кровь - это кровь, а для упыря - частица энергии продлевающей жизнь, поэтому и действует так!

Первым прилетел Горыныч, долго кружил над поляной, пока Яга не догадалась в чем дело: защитный контур, поставленный ею вечером, не позволял никому извне пересечь границы круга.

- Пропустить! - повелела Яга, выйдя на порог.

Горыныч приземлился. Отдышался, обмахиваясь перепончатыми крыльями.

- Жил и не ведал, что столько нежити развелось! - проворчал он вместо приветствия, когда мы вышли к нему навстречу. - И откуда повыползали только!

- Устал, Горынушка? - ласково спросила я.

- Ничего. Зато сколько нежити пожгли! - похвасталась одна из голов.

Но о своих подвигах Горыныч поведать не успел, на опушке, у границы круга появились несколько всадников. Присмотревшись, я узнала серебряные доспехи Яромира, синюю хламиду Амарана, голубой плащ Светомира.

- Пропусти нас, бабушка, с миром пришли,- крикнул Яромир.

- Проходите уж, коли пришли, - отозвалась Яга.

В круг вступили молодой Наследник, Светомир, Амаран в сопровождении Гасписа.

Несколько минут царило напряженное молчание. Амаран и Яга обменялись весьма недобрыми взглядами, видно было, что им есть, что сказать друг другу.

- Не время для свары, - строго заметил мудрый Светомир. - А кто старое помянет, тому глаз вон.

- А кто забудет, тому оба, - проворчала Яга, сверкая глазами.

Уф! Когда в товарищах согласья нет... Совещание проходило трудно! Амаран явно мнил себя военным стратегом. Яга рьяно напирала на то, что не годится чужеземцу, даже если он наставник Наследника, лезть с военными советами.

- Это я чужеземец?! - вспылил придворный маг.- Да что ты себе позволяешь, старуха?!

- Ах, ты!...- завелась Яга, и поляна огласилась взаимными обвинениями и руганью.

- Тихо всем! - прервал перепалку Яромир. - Довольно! - грозно произнес он и ослушаться его не осмелился никто. Голос "не мальчика, а мужа". - Не время для свар, - повторил он слова Светомира. - Нам надо сообща действовать, что бы победить Гастона. И ещё... отныне все военные операции разрабатываются мной лично! В конце концов, учителем и наставником в военном деле у меня был отец, а он - лучший!

Амаран почтительно склонил голову, Яга довольно щурилась, казалось, она добилась того, чего хотела.

- Я объявляю Римму моей невестой - это первое, - твердо продолжал Яромир,- мы представим её чародейному кругу и всем жителям страны прямо сегодня и объявим помолвку.

- Вы уверены, что это разумно? - вкрадчиво спросил маг, - вы же так мало её знаете...- осторожно добавил он. - Тем более непонятно, почему она сбежала из замка? И направилась прямиком к Бабе Яге, из-за которой всё ваши несчастья и начались?

- Вы сами предлагали мне эту девушку в невесты и теперь отговариваете? - иронично спросил Яромир.

- Отдать распоряжения о подготовке к свадьбе? - уточнил придворный маг, склонив голову.

- Свадьба после победы над Гастоном, - отрезал наследник. - Всё. Сегодня в полдень битва у болот.

О ведении войн и сражений я имела весьма отвлеченное представление, почерпнутое в основном из художественной литературы и кино, поэтому ловила каждое слово и пыталась проникнуть в суть замысла. Как бойца меня в расчет не брали, предполагалось, что я помогу сплотиться всем силам Княжества и вдохновлю чародейный мир встать под знамена Наследника. Горыничу, Жутикову и отряду гвардии Наследника предписывалось обеспечивать мою безопасность.

- Пора, други! - поторопил Амаран.

- А это доспехи для Нареченной. Серебряные - защита от упырей, - и Светомир выдвинул вперед большой холщовый мешок с чем-то тяжелым. Я заглянула вовнутрь - отполированные доспехи блеснули серебряной насечкой. Чародей бережно достал сверкнувший в первых солнечных лучах шлем и передал наследнику. Яромир шагнул ко мне, несколько секунд мы смотрели друг другу в глаза, потом он надел мне на голову шлем.

- Это мамин, - чуть слышно произнес он. - Береги себя! - громче добавил он и бережно сжал мои ладони. Краешком глаза я отметила, как сверкнул глазами при этом придворный маг, одновременно изображая сладкую улыбку. Отчего-то я ему не нравилась. Надо у Яги спросить, она то, наверняка, знает причину или, по крайней мере, догадывается.

Только когда Яромир с сопровождающими покинул поляну, я вспомнила, что о настоящей возлюбленной Наследника не было сказано не слова! Только о предстоящей битве. Почему? Или принцип "первым делом - самолеты, ну, а девушки потом" актуален и в этом мире?

Жутиков хмуро наблюдал за моим приготовлением к предстоящему сражению. Когда я с помощью Яги застегнула нарукавники, он разразился тирадой:

- Ну, ты им нужна, ладно бы, забрали. Но меня-то зачем тырить?!

- Так, волной зацепило, - небрежно отмахнулась я.- Вы бы лучше надели кольчугу и вооружились что ли, Горыныч уже ждет.

- Пусть ждет! Я на этого птеродактеля не сяду!!! - категорически отказался он.

- Сядете как миленький, - ласково пообещала я.

Ох, и трудная это забота из Избушки тащить сопротивляющегося Жутикова! Наверняка, с бегемотом было бы легче. Жутиков, когда удалось уговорить его надеть кольчугу и легкие латы, пригрозив, что превращу в мышь и скормлю Васятке, отказался покидать Избушку. Ни уговоры, ни дальнейшие угрозы не помогали! За окном Горыныч нетерпеливо стучал хвостом о землю, поторапливая.

- Всё! Кончилось мое терпение! - наконец, рявкнула я и распахнула окно.

- Горынушка, - ласково обратилась я, и три пары глаз внимательно уставились на меня, ожидая приказа, - опаздываем, а оруженосец капризничает. Уж ты помоги его из Избушки вывести да на тебя усадить!

Горыныч ухмыльнулся, правая голова подмигнула левой и шоу началось! Ах, как пронзительно верещал Жутиков, когда правая и левая головы длинным языками выковыривали его из избы и тащили через окошко! Не только я, но и вся округа поняла, что у Соловья Разбойника появился достойный соперник. Зато потом, весь перелет, оруженосец сидел тихенький, судорожно вцепившись в пластинки Горыныча и плотно зажмурив глаза. Мне же, после испытанного ужаса от полета на метле, полет на Горыныче казался вполне комфортным и безопасным.

Глава 7

Войско Яромира расположилось на берегу реки. С высоты полета ярким золотисто-алым крылом реял стяг наследника. Серебристые доспехи воинов ярко сверкали в лучах полуденного солнца. У обозов со свежевыструганными осиновыми кольями колдовали чародеи.

Я перевела взгляд. Над болотами поднималась черное облако - двигалось войско Гастона Черного.

Горыныч, как большой самолет, стал кругами заходить на посадку. Когда мы приземлились, встречали меня по-княжески. Я по крылу Горыныча достаточно ловко - спасибо спорту и тренажерному залу!- спустилась на землю, опасаясь оступиться и упасть под тысячами устремлённых на меня глаз. Яромир подал мне руку и вывел в центр круга, образованного войсками и чародеями.

- Други, сегодня я представляю вам мою невесту - ведьму Римму.

Чародеи выступили вперед, среди них я узнала многих из тех, кого видела в пещере, я почувствовала чужую магическую силу и непроизвольно выставила вперед ладонь, ставя защиту, одновременно второй ладонью перекинула к ним радугу - как символ добрых намерений.

Чародеи одобрительно заулыбались. Потом у стоящего с краю чародея в ладонях заплясали язычки зеленоватого магического пламени. Чародеи стали передавать его друг другу, каждый присоединял к пламени свой язычок. Как я поняла из увиденного, не каждому чародею это давалось безболезненно: чем больше дар силы, тем легче чародею давалось соприкосновение чужого пламени - чужой силы. В результате мне протянули уже ярко полыхающий разноцветными язычками огонь, удерживаемый двоими чародеями в бронзовой чаше. Я на мгновение задумалась, потом зажгла свой язычок пламени, мерцающее зеленый, и протянула его к общему огонь, погрузила ладони в гудящее пламя. На мгновение руки защипало, словно я их опустила в ледяную воду. "Я - ведьма, избранная и одаренная силой!" - подбодрила я себя и по пальцам, ладоням разлилось приятное тепло, побежало вверх по рукам. Я улыбнулась. Одновременно общий разноцветный огонь ярко вспыхнул и окрасился в ровный цвет моего мерцающего зеленым язычка пламени. Изумленные возгласы заставили меня оторвать взгляд от пламени и обратить внимание на чародеев. Судя по удивлению на их лицам, что-то из сделанного мной было очень неожиданным, но весьма лестным для меня.

- Настоящая Ведьма! - пронеслось среди чародеев.

- Мы признаем тебя равной, - произнес Светомир, появившись в центре.

Войско ответило троекратным "ура!".

- Отныне ты Нареченная невеста Князя! - провозгласил Светомир, оборачиваясь за чем-то к стоящему за ним чародею.

Тот шепнул что-то и развел руками. Светомир нахмурился. Ритуал явно на чем-то споткнулся.

- Кольцо!.. Кольцо Нареченной!..- пронеслось по рядам.

- Кольцо исчезло, - провозгласил чародей.

По рядам воинов и чародеев пронесся недовольных вздох. Я поняла, что кольцо, которое не понятно куда запропастилось, не просто украшение. Пошумев, решили, что первоочередная задача - победить нечисть, а потом кольцо, безусловно, отыщется - ибо это дело чести - и тогда уж похитителю не поздоровится. Яромир шагнул ко мне, протянув ладонь. Я вложила свою руку. Князь коснулся губами моей руки.

- Ура!

- Слава Князю!

- Слава Нареченной!

Мы с Князем стояли в центре у чаши с магическим пламенем.

- Отныне, ты Князь, наследуешь власть над нашим народом, - провозгласил Светомир. - Все владеющие даром силы присягают на верность тебе.

Чародеи отсалютовали нам сотнями ярких радуг.

Вслед за ними к чаше подходили воеводы. Каждый опускался на одно колено и приносил клятву верности.

- Присягаю на верность Князю и его Нареченной. Мой меч - твой меч, моя сила - твоя сила, во славу Света!

А потом касались мечом магического пламени. Яркие искорки разбегались по зеркальному лезвию. Каждый воевода относил на своем мече часть пламени к своему войску. Через некоторое время весь военный лагерь, опустившись на одно колено, касаясь мечами магического огня, приносил присягу.

Когда клятва была произнесена, Яромир, теперь уже Князь, опустил свой меч в огонь пламени, а я - ладонь.

- Присягаю на верность моему народу, моей земле! Во славу Света!

Разведка донесла, что войско Гастона Черного выбралось из болот и, грязное и злое, движется вперед. Кикиморы сдержали обещание, задержав, на сколько смогли, продвижение войска нежити.

Яромир взмахнул рукой и войны стали выстраиваться в ряды. Тяжелая конница, которой предстояло разбить строй упыриного войска на два, выдвинулась вперед. Пехотинцам предстояло тяжелыми двуручными мечами, разрубать стальные доспехи упырей-мутантов. А следующий строй воинов с осиновыми кольями и лучники с серебряными стрелами должны будут поражать нечисть.

Неожиданно я заметила, что жара спала, и на солнце наползло невесть откуда взявшееся облако.

- Не к добру это, - произнес Светомир.- Ишь, как навострилась нечисть поганая!

На холме появилось войско Гастона. Тень от нахального облака закрывала их, и лишало нас преимущества. Упыри ринулись вперед.

- К бою, други! Во имя Жизни и Света! - раздался голос Наследника.

Светомир, вскинув руки вверх, замер, сосредоточенно глядя на небо. Несколько чародеев присоединились к нему, я догадалась, что они стараются прогнать облако, как видно, созданное силой упыринных магов. Желая помочь чародеям, я стала представлять, как мощный поток солнечного света пронзает облако и обрушивается на землю.

Сосредоточившись на том, что бы прогнать и рассеять облако, мы пропустили момент, когда наши войска во главе с Яромиром двинулись вперед. Наконец, облако поддалось нашим объединенным усилиям и стало съёживаться и таять. Мощный поток солнечных лучей рухнул на землю в тот момент, когда первые ряды нашей конницы врезались в монолитные ряды упырей. Громогласное "ура!!!" слилось со звоном мечей. Горыныч, подмигнул мне, приглашая на посадку. Я взобралась на него, и мы взмыли ввысь.

Не успела я подумать о том, как, наверное, эффектно смотрюсь в серебряных доспехах на зеленом Горыныче, как увидела, что навстречу нам несется стая знакомых тварей Гастона. Огромные черные птицы летели четким строем, не оставляя сомнения в своих враждебных намерениях. Мои размышления, достать ли из ножен меч или оставить руки свободными для молний, прервало покашливание сзади. Я резко обернулась - Жутиков.

- Эт ещё что за птички? С ними что ли воевать собираешься?

- У этих пташек зубы как у нильских аллигаторов,- ответила я. - Да, и в глаза им смотреть нельзя ни в коем случае - парализует.

- А ты-то откуда знаешь? - насмешливо спросил он.

- Уже встречались. Они нам с Ягой ступу съели, пришлось на метле уходить,- пояснила я. - Так что вы уж поосторожнее, - предостерегла я и принялась разминать пальцы, решив, что молнии будут подейственнее меча.

- Предполагается, что мне оружие не нужно? - сварливо поинтересовался мой спутник, внимательно наблюдая за мной.

Мне стало даже совестно, почему-то никому даже в голову не пришло позаботиться о вооружении Жутикова. Я молча сняла лук и колчан с серебряными стрелами и передала Владимиру Николаевичу.

- Стрелять-то сумеете? - спросила я.

- Обижаешь, - хмыкнул он и поправил очки.

- Держись крепче, Нареченная! - предупредила одна из голов, обернувшись ко мне. - Жарко будет!

На разговоры больше времени не оставалась.

- Прикрывайте спину! - крикнула я Жутикову.

Горыныч плюнул пламенем, и несколько тварей вспыхнули факелами, но ещё по инерции двигались вперед. Некоторое время с птицами справлялся Горыныч, поливая их пламенем из всех трех пастей одновременно, а потом хищные твари разделились и стали окружать нас. Головы Горыныча старательно поливали огнем кружащих впереди и тех, кого могли достать с флангов, а нам с Жутиковым достались атакующие с тылу.

- Бейте в глаз!!!!- крикнула я, пуская первую молнию в хищно клацкающую зубами тварь.

И завертелось! Горыныч кружился, поливая огненными струями озлобившуюся нечесть так, что искры осыпали меня с головы до ног, ударяясь о доспехи. Я метала молнии, подбадривая себя криками "вот тебе, нечесть!", как заправский громовержец. Серебряные стрелы, выпущенные Жутиковым, к моему удивлению, очень часто находили цель. Озверевшие птицы лезли напролом, не боясь огня и стрел, стремясь достать нас. Я выхватила меч и в ярости даже не почувствовала его тяжести, отбиваясь и отстреливаясь молниями.

Крики! Ругань! Клацканье зубов! Пламя! Искры сыпятся со всех сторон! Молнии! Свист стрел! Черные перья кружат в воздухе! Запах гари и зловонье тварей! Азарт боя накрыл меня волной адреналина! Мы бились слаженной командой, но ненавистная нежить брала числом. Неожиданно одна особенно отчаянная и верткая тварь впилась когтями в бок Горыныча и принялась клевать его. Жутиков держал оборону, неистово стреляя из лука, и отвлечься не мог. Я бросилась вперед, готовясь ударить молнией по твари и стараясь не задеть при этом Горыныча. По телу моего зеленого защитника прошла судорога боли. Я прицелилась.

- Подожди, Горынушка, сейчас я... - я прицелилась, но в это мгновение несколько птиц ринулись на Горыныча и он ударил хвостом. Я потеряла равновесие и ...мой меч устремился вниз...я проследила глазами его полет. Серебристый клинок нестерпимым огнем вспыхнул на солнце. Неожиданно я поняла, что под моими ногами нет опоры.

Быть может в свободном падении и есть свои прелести, но я их не ощутила. С двух сторон на меня неслись две рычаще-шипящие хохочущие птицы. Я даже страха не почувствовала, только ярость и силу. Первозданная сила сконцентрировалась на кончиках пальцев. Я развела руки, и две молнии крест-накрест сорвались с ладоней. Слепящий свет и... только несколько перьев кружили рядом, даже пепла не осталось. На меня надвинулась тень, рывок и я почувствовала, как грудную клетку сжала огромная лапа. Я подняла голову - Горыныч.

Я перевела дух и глянула вниз, теперь было не страшно. Внизу шло сражение, посреди сошедшихся в рукопашную ярким ослепительно-белым огнем полыхал крест, от которого во все стороны расходились волны серебряно-чистого света, разящего нечисть. Что это? Тайное оружие, активизированное чародеями? Казалось, слепящий свет парализовал упырей и витязи получали преимущество. Горыныч, яростно поливая огнем изрядно поредевшие ряды хищных птиц, кружил над полем битвы. Судя по доносящимся не парламентским выражениям, Жутиков успешно стрелял из лука.

- Римка, ты... куда прешь, гадина?!...с тобой всё в порядке? - прокричал он.

- Полет нормальный! - отозвалась я, встрепенулась, размяла ладони и приготовилась к новой атаке.

Из-под Горыныча птиц мне было не видно и поэтому я сосредоточила внимание на нечисти внизу. Пристально оглядев поле сражения, я увидела

чуть в стороне от основной массы сражающихся группу упырей, окружавшего фигуру в черном. Гастон с личной охраной? Вот им и займусь. Я сосредоточилась, - серебро!- выставила вперед ладонь, и луч ослепительного белого цвета ударил вниз. Но разящего удара не получилась, охрана, вовремя разгадавшая мои манёвры, прикрыла своего предводителя черными щитами. Мой луч, ударившись о преграду, рассыпался миллионами ярких искр. Жаль... Попробуем ещё.

Однако, охоту на Гастона пришлось отложить. От него в небо взмыли две огромные черные твари, ещё огромнее, чем все виденные мною. Они стремительно приближались, не оставляя сомнения, что их целью являюсь я лично. Я невольно поёжилась. Даже издалека их глаза полыхали адским пламенем. Я, на миг забыв, что ни в коем случае нельзя смотреть в их глаза, потеряла ощущение пространства, почувствовала как меня охватывает парализующая истома, захотелось посмотреть на птиц поближе, глаза в глаза, в самую суть. Ни какие они не страшные, а в размахе крыльев есть и сила, и грация, и...

- Ааай!- вскрикнула я от внезапной боли в запястье и взглянула на свою руку.

Из-под серебряного доспеха выглядывала зеленая ящерка, укусившая меня.

- Ты что кусаешься?! - возмутилась я.

- А ты куда засмотрелась?! - возмущенно зашипела она. - Забыла, кто это такие?! Зачаруют, и сама побежишь нежити на обед! Балбеска! Нельзя смотреть им в глаза!!! - и ворча, что все ведьмы как ведьмы, а ей досталась бестолковая недоучка, ящерка скрылась под доспехом.

Я ощущала её цепкие лапки и острые крохотные коготки кожей руки и испытала самую искреннюю благодарность к маленькой ворчунье и Лешему, благодаря которому у меня появилась такая защитница.

Молния, пущенная мной в подлетающих тварей, оказалась слабее предыдущих, злобные птицы, в то время пока я смотрела им в глаза, успели выпить часть моей энергии. Рассчитывать приходилось только на свои подтаявшие силы, потому что идти на корм для Гастона и его упырей не хотелось.

Мои молнии, раня птиц, не отпугивали их, твари с упорством камикадзе, стремились ко мне. Одну из подлетевших вплотную тварей, изогнувшись, опалила и заглотила одна из голов Горыныча. Со второй мы расправилась вместе: собрав все силы, я запустила ей слепящую молнию в глаз. Нечисть, потеряв ориентацию, бестолково заметалась и, попав под огненную струю Горыныча, рассыпалась в прах.

Переведя дух, я бросила взгляд вниз. Кажется, на этот раз победа была на нашей стороне. Гастон с личной стражей, поняв это, скрылся с поля боя. Витязи Яромира и чародеи, объединив силы, расправлялись с упырями. Наш крылатый экипаж, сроднившись в сражении против летающей нечисти, уставший, но воодушевленный победой, присоединился к уничтожению упыриного войска.

Сделав несколько кругов и спустившись ниже, Горыныч разжал лапы и мягко отпустил меня. Я упала на руки воинов и чародеев. Яромир, стремительно шагнул ко мне и, сняв шлем, поцеловал в висок.

- Книга судеб не ошиблась, - удовлетворенно сказал он, - в тебе великая сила, Римма!

Оказывается, это мой меч, падая вниз клинком, в свете солнечных лучей, сверкал знаком креста, парализуя нечисть. Воткнувшись в землю, он лишь усилил своё действие. Это его я видела сверху и приняла за тайное орудие чародеев, активизированное в трудную минуту.

Глава 8

Первая битва была выиграна. Мы ликовали. Но расслабляться было рано, до полного разгрома Гастона было ещё далеко.

Горыныч, вздыхая лежал на поляне, из-под полуопущенных век наблюдая за лекарями и чародеями, исцеляющими раненых воинов.

- Устал, Горынушка? - ласково спросила я, благодарно касаясь его бока.

- Изжога, - хмыкнула одна из голов, две другие согласно кивнули.

Видя мое недоумение, Горыныч пояснил:

- Тварь эту зубастую глотать пришлось, а она мне совсем неполезная! Болею вот...

- И что сделать надо? - живо откликнулась я.

- Водички бы живой глотнуть, - мечтательно отозвался мой зеленый страж.

- А так что, копыта отбросишь? - раздался ехидный голос Жутикова.

- Нет, но страдать буду, - ответила вторая голова, - а от этого у меня характер портится, - весомо добавила третья и понюхала Жутикова.

- У чародеев она есть? - поинтересовалась я, готовая к действию.

- Есть, но она им для раненых нужна, да и мне не хватит того, что у них есть... на один зубок...

- Где её можно набрать? - спросила я, поправляя шлем.

- У реки Смородины ключ бьёт, - ответила всезнающая ящерка, высовывая любопытную мордочку из-под доспеха.

- А сколько воды нужно? - поинтересовалась я у страдающего Горыныча.

- Хотя бы пару ведерок, - отозвалась одна из голов. - Но даже не вздумай одна идти!!!!

Я легонько побарабанила пальцами по нарукавнику на правой руке, показалась ящерка.

- И где течет река Смородина?

В сопровождении трех стражников мы с Жутиковым, который нес три пустых ведра, отправились за живой водой. Владимир Николаевич, показавший себя в сражении с лучшей стороны, выглядел довольным и даже не ворчал. Впрочем, роль ворчуна взяла на себя ящерка. Мы вошли в лес.

- Ты заметила, стрелы в том колчане, что ты мне дала, не кончаются, - заметил Жутиков. - Интересно, как это делается? Не знаешь?

- Пока нет. А что?

- Хорошо бы, когда вернемся, такое проделать с бензином в машине, - усмехнулся он.

- Оптимистично звучит, "когда вернемся",- заметила я.

- Навсегда я здесь оставаться не собираюсь!- категорично заявил он и споткнулся о корягу.

- Ай, как неловко! - раздался голос откуда-то сбоку.

Я повернулась: от кряжистого дуба отделилась неприметная до этого фигура Лешего.

- Куда путь держит Нареченная? - спросил он.

- На реку Смородину за живой водой для Горыныча.

- Нечто приболел Зеленый?

- Гастонову птицу проглотил, вот его и мутит. Изжога замучила, - объяснила я.

Леший покачал головой.

- А эти тоже с тобой? - тихо спросил Леший, чуть заметно указав на стражу и Жутикова.

- Да, Яромир без стражи отпускать не хотел, - пояснила я.

- Так-так, ну, эти пожалуй здесь тебя, на опушке, подождут,- отозвался Леший, быстрее увлек меня вперед.

- Эй, Римка!

Я оглянулась. За нами сплошной стеной стояли заросли ежевики. Осторожно раздвинув ветки, я увидела мечущихся по поляне стражников и удивленного и раздосадованного Жутикова с пустыми ведрами в руках.

- А этот нам, пожалуй, пригодится, - усмехнулся Леший.

Кусты на противоположной стороне поляны заколыхались, и стражники бросились в ту сторону. А Леший тем временем ухватив Жутикова за руку, втянул его на эту сторону зарослей. Немного оцарапанный, Жутиков выглядел ошарашенным.

- Ой, а ведерко третье куда дели? - поинтересовалась я. - Ничего доверить нельзя, - осторожно раздвинув ветки, я подхватила оброненное ведро.

- Ну, Римка! Опять твои дурацкие выходки! - возмущался Жутиков, потирая поцарапанную щеку.

- Никакого уважения к Нареченной! - пожаловалась Лешему моя ящерка, высунув любопытную мордочку.

- А стрелок, говорят, отменный, - усмехнулся в бороду Леший.

Леший вполголоса рассказывал мне о лесе, учил читать следы и пояснял, какое растение что врачует и от каких недугов помогает. А Жутиков, позвякивая ведрами, шел сзади, и ворчал, вполголоса перечисляя всё претензии, разумеется, во всём происходящем виноват был только один человек - я.

- Не обращай внимания на ворчанье,- усмехнулся Леший. - Это у него защитная реакция организма. Спутник твой, человек к чародейству не способный и в него не верящий, пытается найти хоть какое-то объяснение всем чудесам. К тому ж, в душе он добрый, хоть и злоязычен порой безмерно.

Когда мы вышли к окраине леса, я уже читала Лешему следы и различала растения.

- Пересечете луг, а там, в низинке, и река Смородина бежит. Да привет Водяному передавай, - попрощался с нами Леший. - А я вас здесь подожду, да на обратном пути провожу.

Мы с Жутиковым пошли через луг. Я с интересом смотрела вокруг, теперь, когда Леший открыл мне дар единения с природой, многое виделось иначе. Растения, цветы и травы открывали свои тайны, я интуитивно понимала их язык. А Владимиру Николаевичу явно надоело ворчать, некоторое время он даже молчал. Глубокая царапина от шипов ежевики на щеке кровоточила. Я сорвала подорожник, размяла пальцами листок и приложила к царапине Жутикова. Он сначала дернулся от моего прикосновения.

- Чтобы кровь остановить, - пояснила я.

- Много ты в этом понимаешь!- буркнул он, прижимая листок к ране.

- Теперь знаю, - весомо ответила я.

- Вот скажи мне, Римк, и что они с тобой носятся как с писанной торбой?!- наконец, спросил он. - Мне, ну хоть бы слово сказали, а тебе... Ах, Римма! Ах, Нареченная... Да, кстати, ты что всерьез собралась замуж за этого...принца датского?

- Наследник он, Князь, - поправила я.

- А, один фиг,- отмахнулся Жутиков. - А как же Антоха? У вас ж с ним типа любовь? - язвил он. - Хотя, с другой стороны: кто Антоха и кто Князь, женщины никогда постоянством не отличались...

- Хотите, я вас в мышь превращу? - обернувшись, ласково спросила я, прищурив глаза. - А потом отдам Василию...поиграть? Как к Бабе Яге вернемся, напомните, пожалуйста!

- Злыдня! - бросил он и гордо задрав голову, шагнул вперед, демонстрируя оскорбленное достоинство.

Наконец мы спустились к реке. О том, что ключ с живой водой совсем близко догадаться было несложно: трава здесь была особенно сочной, цветы - благоухающими и яркими. Жутиков выпустив из рук ведра, устало опустился на песок.

Что дальше? Нырнуть? Позвать Водяного? Я задумчиво смотрела в прозрачную воду.

- Чего сидим? Кого ждем? - ехидно поинтересовался Жутиков.

Я отмахнулась от него, глядя на блики солнца на воде.

- Ну, как хочешь, а я искупаюсь!

Жутиков разделся и, осторожно проверив ногой воду, вошел в реку. Поплыл. Тоже что ли искупаться? Жутиков, неловко махнув руками, нырнул.

Ладно, сначала живой воды найдем для Горыныча, а уж потом тоже искупаюсь.

Жутиков не появлялся. Всё ныряет? Вот уж не подозревала его к любви в плаванье. Хотя при такой жаре да ещё после боя, купанье - самое то, что нужно для уставшего тела.

А Жутиков всё не появлялся. Я почувствовала неясное волнение. Вот только этого не хватает! Я-то сама нырять не умею!

- Владимир Николаевич, вы где? Эй, хватит шутит! Где вы?

- Спасать его надо! - раздался голос ящерки.

- От кого? - спросила я, быстро раздеваясь.

- Русалки на реке Смородине ключ с живой водой охраняют! А он без спроса в воду пошел, - пояснила ящерка.

- Что ж ты раньше молчала?!

Я, опустив ящерку на лежащий на песке шлем, стремительно вошла в воду. Надо нырнуть... А я не умею...Я зачерпнула в пригоршни речную воду.

- Водяной, мне нужна твоя помощь!- всё своё отчаянье вложила в это обращение, вызывая мысленно образ покровителя воды. - Водяной!

Секунда за секундой, а Водяной не появлялся. Обратиться в рыбу и искать Жутикова? Я попыталась представить рыбу. В памяти почему-то возникали только образы золотых рыбок из аквариума в офисе. А если меня съедят... Я сосредоточилась, представляя себя золотой рыбкой... Серебристая переливающая чешуя...голубоватые плавнички...Я неожиданно плюхнулась в воду. "Получилось!" - в панике мелькнуло в голове.

- Звала Нареченная? - раздался знакомый голос.

Я с надеждой подняла голову на голос. Водяной! Покровитель воды зачерпнул горсть воды вместе со мной и поднес ближе к себе.

- У меня Жутиков пропал! - пожаловалась я. - Нырнул и пропал!

Водяной усмехнулся в бороду, на мгновение прикрыл глаза.

- Девочки, а ну, верните, что не ваше!- строго прикрикнул он.

- Почему не наше?- раздался возмущенный голосок. - Без спросу пришел и не наш?!

Из воды появилось симпатичное девичье личико. Зеленоватые бровки возмущенно нахмурены.

- Отпускайте, это паж Нареченной, - пояснил Водяной и отпустил меня в воду.

Я старательно зажмурилась и мысленно вызвала свой родной образ. Мгновение и я, вынырнув из воды, жадно хватала воздух.

- Паж?!... - раздалось несколько голосов и на поверхности воды появилось ещё несколько девичьих голов, с любопытством рассматривающих меня.

- Паж, паж, - подтвердила я, отжимая мокрые волосы. - Так что верните, девочки!

- И где в мире справедливость?!- возмутилась первая.

- Это бунт? - поинтересовался Водяной.

- Что вы, повелитель, просто взываем к справедливости! А как же традиции?! К нам без спросу пришел? Пришел. Без подарка? Без подарка! И не наш? - притворно возмущалась она.

Остальные тем временем вытолкали на поверхность Жутикова. Отливающие перламутром хвосты не помешали русалкам устроить Жутикова на песке. Русалки поспорили немного, кто будет делать искусственное дыхание моему пажу. Чем-то он им явно приглянулся. Наконец, после искусственного дыхания и энергичного похлопывания по щекам, кашляя и отплёвываясь, Жутиков сел на песке.

- Ура!!! Слава Воде!- восторженно зааплодировали русалки и, обменявшись друг с другом поздравительными поцелуями, все четверо принялись щекотать и тормошить ошарашенного Жутикова.

- Спасибо! - благодарно улыбнулась я Водяному. - Спасибо, девочки!

Девочки, помахав мне руками в знак того, что благодарность принимается, снова принялись за Жутикова.

- А ты, значит, нырять боишься? - в полголоса спросил меня Водяной.

- Не то чтобы боюсь, но не умею, - подтвердила я.

- Не порядок, - весомо сказал Водяной. - Закрой глаза...

Он положил прохладную ладонь мне на лоб, а вторую на сердце.

- Слушай себя, Римма...

Я расслабилась и почувствовала покой и единение с водной стихией. Чувствуя себя каплей воды в реке, речной рябью на воде, я слилась воедино с рекой. Я счастливо рассмеялась, и река отозвалась серебристым журчанием.

- Водная стихия принимает тебя, Нареченная, и дарит свою силу! - услышала я голос Водяного и задорно вскинула ладони, поднимая каскад брызг.

Нырять? Да что ж проще и естественнее может быть?! Маленькой золотой рыбкой я нырнула в глубину, наслаждаясь плаванием. Мерцающий поток воды медленно струился из-под камня на глубине и, постепенно смешиваясь с водами реки, растворялся в них. Живая вода! Я нырнула в мерцающие воды ключа, сделала глоток и выплыла на поверхность, вспомнив о Горыныче. Мгновение и в своем образе я стояла перед Водяным.

- Славно, Римма, - похвалил он.

Русалки, плескающиеся на мелководье, с почтением склонили голову. В глаза мне бросилась счастливая физиономия Жутикова, польщенного вниманием стольких прелестниц сразу.

- Мне бы живой воды для Горыныча, - попросила я.

Вскоре, пообещав русалкам, как только разберемся с нечистью Гастона Черного, наведаться к ним в гости, мы с Жутиковым направились в обратный путь. В трех ведрах мерцала живая вода. Одно несла я, два довольно прищуривающийся Жутиков.

- Чему так довольно улыбаетесь? У вас улыбка даже со спины видна! - заметила я. - Русалочки приглянулись?

- А то! Суперские девчонки! Не то, что некоторые язвы!

- Между прочим, я вас спасать бросилась!... А вы б листочек мяты пожевали б, для успокоения, а то что-то восторг слишком выдающийся! - съязвила я.

Жутиков покраснел.

- Язва! - бросил он и гордо зашагал вперед.

Обратная дорога заняла меньше времени. Мы уверенно шагали, и хотя обменивались взаимными колкостями, но после сражения наши отношения заметно потеплели.

- Ты мне скажи, русалки они кто? В смысле, как ими стали? - интересовался Владимир Николаевич. Похоже, что речные красотки произвели на него неизгладимое впечатление, то ли чешуйчатыми хвостами, то ли игривыми ласками.

- Элементарно, Ватсон. Пример, девушка от любви несчастной и оттого, что свет не мил, решила утопиться. Пришла на речку Смородину,- там, где мы с вами были - камень на шею и в воду, а там ключ с живой водой бьёт. И в результате вместо утопленницы, получилась русалка, - объяснила я.

Леший встретил нас на опушке и провел на опушку, где на поляне, окруженные кустами ежевики в плену напущенного Лешим мороком, кругами ходили стражники. Однако, претензий не высказал ни один. Уважали покровителя леса.

С живой водой мы успели вовремя: Горынычу стало совсем плохо, и бедный мучался в судорогах, оглашая округу жалобными вздохами и утробным рыком одновременно. Все три головы одновременно опустились к ведрам с живой водой.

- Оооо!...- с облегчением выдохнули головы и, довольно прищурившись, обняли меня, обвив шеями.

- Мы в долгу перед тобой, Нареченная, - грациозно склонил головы Горыныч.

- Мне Жутиков помогал,- заметила я, указав на Владимира Николаевича, с саркастической усмешечкой глядевшего на нас.

- Да? Ну, и тебе спасибо, - переглянувшись между собой кивнули головы Жутикову, - есть не будем! - хитро добавила одна из голов.

Выиграть первое крупное сражение - не значит, выиграть войну, это понимали все, с Гастоном Черным и упырями следовало покончить раз и навсегда, иначе, война станет бесконечной...Потрёпанное, но победившее войско разбило лагерь у реки. Яромир оповестил, что ждет на совет к себе в шатер и военачальников и чародеев. Я удостоилась отдельного приглашения к ужину.

Исцелив живой водой Горыныча и оставив его на попечение Жутикова, которого в свою очередь взяли под опеку охранники, присланные Князем меня охранять, я отправилась помогать чародеям и лекарем исцелять раненых дружинников. Мое появление встречали почтительными улыбками. Первое время лекарь-чародей Дубомир ненавязчиво опекал и присматривал за мной, но вскоре, убедившись, что я вполне справляюсь и знаю, что делать, одобрительно улыбнулся и доверил исцелять самостоятельно. Я внутренне ликовала оттого, что действительно могу быть полезна, и искренне благодарила Лешего, открывшего тайну растений.

Уже на закате вместе с целителями мы, оказав помощь всем, кому можно было помочь, присоединились к погребальному костру тех, кто погиб в сражении. Несколько минут тишина воцарилась на поле. Каждый молился о душах погибших.

- Вечный покой вам и слава, братья! - попрощался Князь с погибшими.

Высокое пламя взметнулось до неба.

Кто-то тронул меня за локоть - я обернулась. Один из посыльных Яромира, определила я по форме и знаку серебряного меча на доспехах.

- Князь ждет вас, Нареченная, - произнес он. Лицо было непроницаемым и исполненным сознанием долга, только в глазах притаились искры любопытства.

Пока мы шли к шатру, юноша исподволь рассматривал меня.

Стражи пропустили меня, и я вошла внутрь. Первый раз в шатре! Оказалось, более чем достаточно пространства. Убранство суровое, - но с неуловимым намеком на то, что хозяин наделен властью и силой - достойное Князя-воина. Когда я вошла, Яромир о чем-то в полголоса говорил с Святомиром.

- Книга судеб истину открыла: ты достойна быть Нареченной! - произнес главный чародей, взяв меня за руку. - Наш мир признает твоё право на верховную власть, не даром и Леший и Водяной открыли перед тобой свои тайны, ибо знали, ты используешь их во благо.

Амаран, вошедший в шатер, бросил на меня подозрительный взгляд, и подошел к сосредоточенно рассматривающему разложенную на столике карту Яромиру.

Следом за придворным магом появились воеводы и советники Князя: предводители конницы, пеших ратников, лучников, дозорных и разведчиков, личной стражи и глава лекарей-целителей.

После совместной трапезы и поминания погибших, начался военный совет. После рапорта глав каждого из воинских подразделений, итоги подвел Яромир. Было решено преследовать Гастона Черного до полного уничтожения упыриного войска. Воеводы обсуждали стратегию военных действий. Ежечасно с докладом приходил посланец от дозорных: ночь самое время, когда нежить находится на пике силы. Порой я чувствовала на себе чей-то назойливо неприязненный взгляд, но стоило поднять глаза на присутствующих, как ощущение исчезало. Это раздражало. Я мысленно сосредоточилась и попыталась сконцентрироваться на ощущениях, призвав на помощь магические силы. Внимательно слушая говорившего воеводу лучников, вновь ощутила неприязненный взгляд, которых, казалось, царапал кожу. Мысленно повернула голову и ... "увидела" след взгляда Амарана. Это озадачивало. Почему? Откуда неприязнь, ведь он был одним из тех, кто перебросил меня из моего мира сюда? Так злится, что я сбежала к Яге?

Для меня, как для Нареченной Князя, поставили отдельный шатер. Когда я вошла в него, единственным желанием было упасть и уснуть: день выдался на редкость богатый событиями, которые сменяли друг друга с молниеносной быстротой. Жизнь стала настолько яркой и насыщенной, что до конца не верилось в реальность происходящего и периодически хотелось себя ущипнуть. Однако, не смотря на мой дар и знания и силу, подаренные мне Водяным и Лешим, я была достаточно беспомощна в этом мире. Война есть война. Это не только метание молний и полёты на Горыныче. Как бы то ни было, но и лук, и меч я видела лишь в кино да в музее. Яромир поддержал меня в том, что мне нужны уроки владения мечом и, не откладывая дело далеко, нашёл мне учителя - воеводу Ратмира.

Жутиков как мой "паж", ибо на роль стража, по мнению Яромира, он не годился, не смотря на достойную меткость в стрельбе из лука, устроившись на шкурах в шатре, грыз яблоко.

- И где тебя носит?- ворчливо спросил он вместо приветствия.

- Все словесные баталии оставим на после возвращения!- не терпящим возражений тоном отрезала я.- Нам и военных сражений хватает!

- И чего раскричалась?- парировал он, взявшись за новое яблоко.

- Риммау, а ты попроси Ягулю на него заклятье немоты наложить, - раздался знакомый голос.

Я обернулась - из-за ширмы появился Василий.

- Оно у Ягули особенно удачно выходит, - продолжил кот, лукаво подмигнув зеленым глазом.

- Почему "особенно"? Остальные - не помнит что ли? - съязвил Жутиков.

- Нет. Просто забывает снять заклятье, а жертва-то напомнить-сказать не может!

Жутиков чуть не подавился яблоком от таких перспектив.

- Римка, даже не думай об этом! Предупреждаю!...- начал он, но появление Яги прервало его тираду. Жутиков хмыкнул и сосредоточенно принялся за следующее яблоко.

Грыз он с таким вкусом, что и мы с Ягой не удержались и соблазнились яблочками. У старушки оказались на редкость крепкие зубы, что произвело впечатление на Жутикова, который боялся визитов к стоматологу как огня.

- Ладно, милок, отвоюем, займусь твоими зубами, - пообещала Яга. - Ну, а теперь, Римма, за учебу пора. Сила силой, но и без уменья никуда не пойдешь! Всем спать! А ты, Рим, присаживайся поближе и ...

После уроков Яги, не смотря на общую усталость и большой объем новой информации, усталость как рукой сняло. Правильно говорят, что отдых - это смена вида деятельности. Терпко-горький настой, приготовленный под чутким руководством Бабы Яги, бодрил. Я была готова к новым свершениям. Мне казалось, я готова горы свернуть. Яга посмеивалась.

- Будет, будет тебе сейчас работа! Вон уже сапогами стучит!

Я прислушалась. За шатром шумел военный лагерь.

- Воевода Ратмир по приказу Князя! Разрешите, Наречённая?

Яга снова оказалась права. Воевода очень ответственно отнёсся к моему обучению и незамедлительно явился для первого урока. Мы изучающе осмотрели друг друга.

- Обучались ли вы когда-нибудь владению мечом, Нареченная?

- Никогда, воевода. И... давайте просто Римма, - я протянула ему руку.

- Ратмир, - воевода крепко пожал мою ладонь. - Начнём?

Мы вышли из шатра. Баба Яга отвела глаза любопытствующим, и нашему первому уроку никто не мешал ни взглядом, ни словом, ни делом. Жутиков не в счёт, на его ехидные комментарии я не обращала внимания, хотя Ратмир пообещал укоротить ему язык. Воевода оказался не только истинным фехтовальщиком, двигающимся с неподражаемой грацией и скоростью, но и хорошим учителем: общий язык мы нашли сразу. Я понимала, что супер воином мне не стать, тем более за короткое время, но хотя бы знать "с какой стороны берутся за меч" буду... наверное. А пока я чувствовала себя беспомощным кутёнком...

Глава 9

Утро началось с лучами солнца. И началось не самыми радужными известиями. Ночью, не смотря на дозоры, упыри порвали нескольких воинов, а останков двух даже не нашли - только следы борьбы. Яга нахмурилась, услышав это.

- Плохо?

- Худо, Римма, видать упырями их сделают... нежитью...

Обговорив с Ягой идею создания крылатой разведки на метлах - своеобразной авиации, ведь "мне сверху видно всё, ты так и знай", и, получив одобрение прогрессивной бабули, я отправилась к Князю за разрешением на это дело. Однако в шатре Яромира не оказалось, стража у входа не дала ясного ответа. Винить их сложно, не следует всякому-разному знать, что именно делает в этот миг правитель, хотя с другой стороны, я ж не "всякий-разный", а Нареченная Невеста... Мысленно усмехнувшись своим рассуждениям, я решила применить на практике уроки Лешего. Отыскала след Яромира и ... Это оказалось даже увлекательно, смесь интуиции, наблюдательности и магии! Следы Яромира покружив по лагерю скрылись в лесу, верность моих догадок подтвердило то, что у опушки стояли двое стражников.

- Никому не велено покидать лагерь,- с этими словами они преградили мне дорогу.

Но любопытство было сильнее меня, пришлось воспользоваться уроками Яги и "отвести глаза" стражам. Петляя среди деревьев, вышла к зарослям шиповника, и обостренный слух уловил приглушенные голоса. Говорили двое: Яромир и ...женский голос... Интересно... Уже выйдя из-за зарослей я догадалась, что скорее всего, это свидание. Первой мыслью было: не мешать, развернуться и уйти. Но поздно, меня уже заметили.

Яромир и стоящая напротив него девушка, в костюме лучника, обернулись и настороженно смотрели на меня. Князь плечом прикрыл от моего взгляда спутницу.

- Доброе утро. Извините, что помешала...- первой поздоровалась я, собираясь развернуться и вернуться к опушке.

Князь тяжело вздохнул и поймал меня за руку.

- Доверяю тебе самое дорогое, - произнес он, показывая на девушку, и пытливо глядя мне в глаза. - Это моя...любимая.

Девушка, настороженно глядя на меня, протянула руку.

- Мирра, - назвалась она. Как я поняла в этом мире, одним из признаков доверия к человеку было - назвать ему своё имя.

- Римма, - и я энергично пожала её ладонь, и взгляд отметил, что на руке у неё то самое "кольцо Нареченной", которое, по рассказам Василия, должен надеть на палец избранницы Наследник, подтверждая этим, что признаёт ёё своей невестой.

То самое кольцо, пропавшее, по словам Василия, из сокровищницы накануне ссоры Яги с Яромиром. Кстати, на руке ведьмы, камень в кольце должен "оживать" и наполняться глубоким лучистым мерцанием. На мгновение задержав взгляд на кольце, я отметила, что камень тускло синь. Никакого намека на мерцание, ни искорки... Яромир и Мирра заметили мой взгляд.

Мирра молча сняла кольцо - по лицу прошла судорога боли - и протянула кольцо мне.

- Нет, - я покачала головой и отвела руки за спину. - Оно твоё.

- Во мне нет силы, - произнесла она, сдерживая слезы.

- Что-нибудь придумаем... Любовь - великая сила...

Мирра с удивлением и недоверием вскинула на меня глаза, так, словно ждала от меня брани, а не добрых слов.

- Я пойду... - тихо сказала она Князю.

- Куда?... Страна в положении войны!

- В ополчение,- улыбнулась она. - Стреляю из лука я не хуже твоих лучников.

В результате в лагерь мы вернулись втроем. Яромир не хотел отпускать Мирру одну в обратную дорогу, предлагал, чтобы его личная охрана доставила её в безопасное место. А девушка желала вступить в ополчение и наотрез отказалась от такого предложения.

- Хоть так помогу тебе, - решительно сказала она.

Я отвела глаза ожидающим Князя на опушке стражникам, и мы с Миррой прошли незамеченными ими.

Сразу же пришлось воспользоваться ещё одним уроком Яги и окружить шатер Яромира куполом беззвучия. Когда мы были надежно скрыты от любопытных ушей (отчего-то больше всего я опасалась Амирана), Князь выслушал моё предложение о создание "воздушного отряда", который предстояло возглавить мне, верхом на Горыныче.

- Страж твой хилый показал себя стрелком отменным, - отметил мастерство Жутикова Яромир.

Услышав это, у Мирры загорелись глаза.

- Князь, позволь и мне присоединиться к воздушному отряду? - спросила она.

- Но там основная сила ведьмы...

- Но и лучники ведь нужны!

Мы втроем переглянулись.

- Римма, я бы хотел... - Яромир взглянул мне в глаза.

"Я люблю её. Я боюсь за неё. Ты присмотришь за Миррой?"

Я услышала эту беззвучную просьбу.

- Яромир, я буду рада, если ты разрешишь присоединиться Мирре к моему отряду. Нам на Горыныче необходим ещё один лучник.

Яромир с заметным облегчением перевел дух и тепло улыбнулся мне за то, что верно поняла его непроизнесенные слова.

- Мирра?

- Я сделаю всё, чтобы оправдать оказанную честь сражаться рядом с Нареченной,- ответила она.

- Кто ещё знает о Мирре? - спросила я.

- Амаран, Светомир, Яга, моя охрана, - перечислил Князь.

- А в лицо?

- Они же...

- Что будет, если в лицо увидят? - поинтересовалась я.

- Про Ягу не знаю, а остальные вида не подадут,- ответил Яромир.

- Я почему-то уверена, что Яга на нашей стороне, - ответила я.

- Откуда такая уверенность?

- Чувствую так.

Было решено, что кольцо останется у Мирры.

- А чтобы взглядов нескромных не привлекало и кому не следует, его не узнали бы, не снимай перчаток. И ещё... - я на мгновение закрыла глаза и сосредоточилась, концентрируя силу, и совершила обряд отвода любопытных глаз от кольца и самой девушки, похоже, он стал у меня самым используемым. - Так-то лучше!

Вскоре наш крылатый отряд был сформирован. Было решено, что в ступах будут находиться по два человека, условно называемые "рулевой" и "воин". Сначала ведьмы с недоверием отнеслись к этой идее, но постепенно интерес разгорелся, и вскоре уже отбоя от желающих не было. Жутиков появление Мирры в нашей компании внешне проигнорировал. Горыныч с любопытством обнюхал и тоже промолчал. Вероятно, наложенное мною заклинание "отвода любопытных глаз" действовало на славу. Ягу, конечно, провести не удалось, она хитро усмехалась и с лукавым огоньком в глазах поглядывала в нашу сторону. Сама Мирра держалась со мной немного отчужденно и настороженно, словно не доверяла до конца. С отрешенным выражением лица слушала, как ко мне обращались - "Нареченная".

Глава 10

Вылет первых трех пар возглавили мы на Горыныче. Мирра и Жутиков расположились чуть сзади меня, приготовив стрелы. Немного ниже нас летели в ступах первые три пары нашего воздушного отряда. Враг не заставил себя долго ждать. Когда мы удалились от лагеря, с земли стремительно поднялись черные птицы. Во втором бою мы чувствовали себя намного увереннее. Горыныч поливал тварей огнем, Жутиков и Мирра стреляли серебряными стрелами, я и ведьмы в ступах - метали молнии. К тому же с высоты удалось обнаружить новое расположение войск Гастона.

Встречали нас как победителей. Сведения о расположении войск нечисти Гастона, ещё больше поднял престиж новорожденного отряда.

И начались военные будни. Сражение за сражением. К моему удивлению, у нашего врага армия оказалась многочисленнее, чем я её представляла, и ряды не редели: для пополнения войск нежити Гастон периодически опустошал попадающиеся ему на пути селения, черными заклятьями и с помощью клыков своих упырей подчинял своей власти.

Постепенно, наш крылатый отряд сместил время основных вылетов на ночное время, когда часть наших войск отдыхала, а у упырей наступала самое время силы. Мы теперь осуществляли и разведку, и ночной дозор, и взяли на себя сражения с крылатыми нежитями, которые, похищая людей, снабжали упыриное войско свежей кровью и плотью. Тем более это было опасно тем, что они вели охоту на ведьм и чародеев. Ночные вылеты заставили нас вести "ночной образ жизни". Легче всего это давалось Горынычу. Сложнее всего Жутикову, что выражалось повышенным ворчанием и ехидством.

Мои способности в чародействе развивались, чем сложнее и опаснее становилось, тем быстрее я училась управлять дарованной мне силой. Теперь не было нужды запоминать чужие заклинания, я с легкостью творила свои, но отсутствие опыта и базовых знаний давало о себе знать. Продолжались и тренировки с мечом. Воевода говорил, что как фехтовальщик я не безнадежна, главное больше тренировки. Я старалась. Очень старалась. События стремительно сменяли друг друга и времени размышлять о том, что это, бред, сон, параллельный мир, не оставалось: всё происходящее увлекло и закрутило меня.

Хотя не все мои творческие эксперименты находили отклик в душах моих ближайших соратников. Опробовав на себе "кошачий глаз", позволяющий мне видеть ночью как кошка, что давало массу преимуществ в ночных дозорах, я решила одарить этим и своих боевых товарищей: Жутикова и Мирру, - Горынычу это было не к чему, он и так прекрасно видел в темноте.

- Вот так и появляются монстры, - заметив мои вертикальные зрачки, ехидно заметил Жутиков, при нашем позднем завтраке.

Я лишь загадочно усмехнулась.

- Зато видим мы теперь в темноте как кошки.

- Рад за вас, - ответил он с набитым ртом, потом его взгляд остановился на лице невозмутимо евшей рыбу Мирре. - Что?... нет ... Римка!?

И Жутиков бросился к чану с водой. Мы с талантливой лучницей переглянулись и обменялись понимающими улыбками.

- Как ты могла?! - возмущался Жутиков, рассмотрев свои вертикальные зрачки. - Ты меня спросила?!

- О вас же забочусь, ворчливый вы наш!- парировала я. - За то теперь вы побьёте все рекорды меткости! Признайтесь, вам же трудно было целиться в темноте, особенно учитывая, ваше не орлиное зрение и то, что очки при наших виражах не остаются неподвижными.

- Вот спасибо, заботливая наша! - язвительно отозвался он, хватаясь за сыр. - Надеюсь, клыков и крыльев для нас твои усовершенствования не предусматривают?

- Хм... неплохая идейка.

- Только попробуй!

В нашем сроднившемся во время боев экипаже мы понимали друг друга с полуслова, прикрывая друг друга в сражениях.

Мы, стараясь не шуметь, взобрались на Горыныча и отправились в ночной рейд. Теперь следить за перемещениями упырей стало намного удобнее.

- Ой, смотрите! - неожиданно воскликнула Мирра.- Там, кажется, двое наших целителей отбиваются!

Я присмотрелась. Действительно, внизу, в окружении упырей, яростно сражались двое из чародеев-целителей, собираясь дорого продать свою жизнь. Да беда в том, что и после смерти их кровь утроила бы силу упырей и даровала б им способности к магии.

- К бою! - коротко бросила я.

Горыныч стремительно снизил высоту и шквал серебряных стрел и сверкающих молний ударил по нечисти. Однако, нежити оказалось гораздо больше, чем показалось нам сначала. С земли черными тенями взмыли крылатые твари. Теперь нам пришлось обороняться.

Отбиваясь, я не забывала следить за ходом смертельной схватки внизу. Силы чародеев были на исходе. Выхватив меч, я бросила его клинком вниз в гущу упырей. Священное оружие, воткнувшись в землю, стало знаком креста и сковало движения нечисти.

- Спускаемся, Горынушка!- крикнула я.

Горыныч сделал круг и приземлился. Под мощными лапами захрустели кости нежити. Мы лихо спрыгнули и с Горыныча и ввязались в схватку. Чародеи-целители, вдохновленные нашим вмешательством, сражались с удвоенной силой. Нечисти оказалось куда больше, чем мы определили на первый взгляд. Мирра и Жутиков разили врагов стрелами, я - обстреливала молниями, Горыныч, кружа над нами - поливал врагов огнем, не позволяя набросится всем сразу. Неожиданно я заметила, что враги стараются раздробить нас, отделить друг от друга.

- Держаться всем вместе!- крикнула я. - Спиной к спине! Кругом!

Нечисти было слишком много, озлобившиеся и голодные, они наступали. Передние, сраженные стрелами, мечами, молниями - падали, вслед за ними шли другие - волна за волной. В этом бою мы шестеро проявили чудеса геройства и отваги, каждое движение было отточено и несло смерть врагу. Но упырей было слишком много. Горыныч, кружащий над нами мог только сдерживать их наплыв, но его огненные струи разили отдаленные ряды врагов, ибо наш зеленый друг опасался спалить вместе с нечистью и нас. В сознание закралась мысль, что надолго наших сил не хватит.

- Надо улетать!

- Немедленно хватайся за Горыныча и улетай! - стреляя, выкрикнула Мирра.

- Мы улетим все впятером, надо только придумать, как взобраться на Горыныча! - ответила я.

- На это нет времени! Нас сомнут! Спасайся! Ты - Нареченная!

- Нет, мы уйдем все вместе!

Силы таяли: Мирра и Жутиков держали луки дрожащими от напряжения руками, мои молнии теряли мощь, двое чародеев-целителей держались из последних сил.

Слабенькая молния, ударив в грудь упыря с хищным рыком перевшего на нас, лишь слегка ранила его и рассыпалась миллионом искр.

- Ну, всё...игры кончились! - я решительно вытащила из земли меч, вливая в него остатки силы.

Но я понимала, что наших сил надолго не хватит. Думай, Римка, думай, ты же не только воин, ты ещё и ведьма. Точнее, в первую очередь, ты ведьма... Отражая удары врагов, я сосредоточенно припоминала все уроки Яги. Чего бы подсказала она? Какой совет дала?

Рядом вскрикнул раненный целитель. Упыри, увидевшие кровь, с криками ликования и утроенной силой, бросились вперед. Неожиданный залихватский свист заставил их поднять головы. Наша крылатая эскадра во главе с Ягой, оглашая округу свистом, спешила нам на помощь. Нечисть, озверев оттого, что теперь им не удастся захватить нас всех, сосредоточилась на том, что бы раздробить нас, отделить друг от друга.

- Держаться вместе!

Размахивая метлами, как заправские шаолиньские монахи, ведьмы обрушились на упырей, перехватывая инициативу и отвлекая внимание от нас. Струя огня, выпущенная Горынычем, отрезала от нас нападающих упырей. Запах горевшей плоти резал ноздри. Горыныч медленно спустился ниже.

- Хватайтесь! - пробасил наш зеленый соратник.

Мгновение и мягкая лапа охватила нас с Миррой единым движением. Мы оторвались от земли. Я повернула голову. В другой лапе Горыныч держал двух истрепанных чародеев-целителей и Жутикова. Однако ноша для Горыныча оказалась не слишком удобной: он, опасаясь нас помять, старался держать нас как можно бережнее, а троица мужчин, оказалась тяжеловатой для второй лапы. В этот миг я пожалела, что у Горыныча только две лапы, а не три или четыре: Жутиков, медленно выскальзывал, ещё мгновение и...

Мы с Миррой, не сговариваясь, выбросили вперед руки, перехватывая нашего ворчливого друга за край кольчуги. Но и для нас Жутиков оказался не самой удобной ношей. Кольца кольчуги впивались в кожу, пальцы немели.

Если что-нибудь срочно не придумать, мы не сможем его удержать!... Я сосредоточилась, сконцентрировала все силы, что остались после боя - крепкая плотная веревка змеёй скользнула с моей руки. Она плотно обвязала Жутикова, Мирру и меня, привязав нас к держащей нас лапе. Мы с Миррой переглянулись и одинаково усмехнулись.

Вскоре показался наш лагерь. Нас уже ждали. Горыныч снизился как можно ниже и мягко разжал лапы. Чародеи-целители, отцепившись, оказались на земле. А у нашей троицы возникла новая проблема: как бы нам теперь развязать веревку. Сотворенная мной из последних сил, она не желала развязываться. Да и действовать было крайне неудобно. Применить свой клинок, насмерть сжатый во второй руке, я не могла, во-первых, боясь поранить моих спутников, во-вторых, не имея возможности пошевелиться, так плотно и крепко мы были связаны. Одна из голов Горыныча, изогнувшись нырнула вниз, оценивая обстановку и стараясь понять, почему мы не желаем спуститься на землю.

- Лети к реке!- крикнула я, подумав, что в воду падать всё же безопаснее.

Горыныч парил над водой, мы тщетно пытались выпутаться под аккомпанемент - такого уже привычного - ворчания Жутикова.

- Что магией рождено, только её же и можно победить! - наконец, догадалась я. Мирра одобрительно хмыкнула.

Однако, и это оказалось не просто. Что можно придумать, что бы развязать веревку, причем, как оказалось, не имеющую узла?

- Вот если один из нас выскользнет, тогда веревка ослабнет и мы освободимся! - довольно огласила я. - Господин Жутиков, надеюсь, вы плавать умеете?

- А почему я?! - живо откликнулся Жутиков. - Вот ты-то точно умеешь!

- Но вы же мужчина и должны брать трудности на себя! - авторитетно заявила я, концентрируясь. - К тому же, страдания облагораживают!

- Вот и облагородилась бы сама!

- Нет, это только мужчин страдания облагораживают, а у женщин от них характер портится, - усмехнулась я.

- Да уж, характер у тебя и так не сахар, - привычно буркнул Жутиков, почти смирившись со своей участью.

Я закрыла глаза, сконцентрировалась, каждой клеточкой стараясь уловить магическую энергию. Сначала ничего не получалось, образ рыбки никак не хотел вырисовываться, представлялись то акулы, то медузы, то золотые рыбки из детской книжки, наконец, вспомнив аквариум, стоящий в офисе, я смогла точно представить маленькую серебристую рыбку - неона. Мгновение, возмущенный возглас Жутикова оборвался на полуслове. Внизу раздался тихий всплеск. Мы с Миррой переглянулись, подмигнули друг другу и принялись выпутываться. Через некоторое время мы тоже оказались в воде.

Но в отличье от рыбки-Жутикова, мы очутились в воде в доспехах и кольчугах, тянувших нас ко дну. Поняв, что самим нам выбраться проблематично, я мысленно слилась с водой, призывая Водяного и русалок.

- Какие гости! Римма! - довольный смех Водяного заставил меня открыть глаза.

- Спасибо, что откликнулись, - поблагодарила я, хватаясь за его руку. Две русалки поддерживали на плаву Мирру.

Горыныч, убедившись, что с нами всё в порядке, приземлился на берегу, куда и мы выбрались и уютно устроились на мелководье.

- Нам бы еще нашего третьего отловить, тоже где-то здесь плещется! - посетовала я, поведав, как обратила Жутикова рыбкой.

- Как бы его не съели, - обронила молчаливая Мирра.

- Не позволим, - весомо сказал Водяной, зачерпнул ладонью воду, что-то нашептал и отпустил.

Русалочки переглянулись и дружно нырнули в глубину.

Жутикова, трепыхавшегося и судорожно бившегося, принес старый карась, поймав за крохотный плавник.

Когда я вернула ему прежний облик, Жутиков сначала долго молчал, осматривая себя, потом пообещал припомнить мне и это. Но, увидев плещущихся русалок, подобрел и заявил, что ему необходима релаксация и вновь нырнул в воду.

- Не накупался! - иронично заметила Мирра, наблюдая за довольно плескавшимся среди хохочущих русалок, Жутиковым.

Вернулись мы на рассвете. Лагерь был взбудоражен вестью о нашем сражении за целителей и нашем же, не иначе как чудесном, спасении. Яромир в окружении ближайших советников встретил нас на посадочной полосе. Порывисто обнял меня, взглядом нашел Мирру.

- Всё в порядке, - отрапортовала я, - враг потрепан, целители отбиты, мы целы.

- Уже доложили. Так рисковать!.. Как вы их обнаружили?

- Случайно, во время дозора. Нам повезло.

- Нет, это им повезло, - возразил Яромир, провожая меня к своему шатру.

Сначала произвели разбор полетов. Князь с трудом сдерживал ярость. Ратмир, глава пеших воинов, негодуя, вопрошал у истрепанных и на скорую руку подлеченных бедолаг-целителей, что их понесло ночью, вдвоём, непонятно куда, черт знает зачем?

- Или переметнуться хотели?! - гремел он.

- Клевета! - защищал своих подопечных Дубомир, глава чародеев-целителей.

- Так какого ж рожна в ночи искали?!

- Травку одну чародейную,- признался целитель, - отвар из неё упырей отпугивает.

- Так что ж ночью-то пошли? Нечто дня не хватило? - не выдержал Яромир.

- Так на отвар только цветы идут, а они ровно в полночь раскрываются, - поддержал товарища второй.

- А поближе цветов этих нельзя было нарвать?

- Да редкие те цветы, днём с огнем не сыщешь. А здесь, вечером, человек один подошел, да сказал, что в лощине за дубовой рощей травки той не меряно видели...

- Что за человек? - встрепенулся глава дозорных.

Целители пожали плечами.

- Человек как человек...

- Кто? Чей? Какого войска?

- Сказал, что придворный маг его к нам послал, - наконец, смущенно признался старший из бедолаг.

- Амаран?!- в едином порыве взгляды устремились на Амарана.

На лице придворного мага отразилось негодование с ноткой высокомерной брезгливости.

- Глупость какая, - процедил он, - как я мог кого-то послать к вам, если сам в травах не разбираюсь?

- Так, а ну-ка, выстроить весь штат придворного мага, - распорядился Яромир.

Но осмотр штата Амарана, весьма обширного, на мой взгляд, ничего не дал. Целители не опознали, приходящего к ним посыльного.

- Нет среди моих людей переметчика! - сказал он, мне показалось, что даже зубами скрипнул. - А ты бы, Дубомир, разобрался со своими травниками. Не понятно, куда ходят, да по чьему приказу.

Все вернулись в Княжеский шатер и следствие вспыхнуло с новой силой. Амаран намекал на причастность к происшествию Дубомира и главы дозорных. Те не оставались в долгу, отвечая, что их-то люди при деле, а вот амаранова прислуга никем не контролируемая без дела шатается да нос в чужие дела суёт. Следствие грозило обернуться сварой.

- А ну, тихо! - рыкнул Князь. - Светомир, правду ли целители говорят?

Молчавший до сих пор чародей Светомир, пользующийся заслуженным авторитетом, шагнул вперед, простер руку к головам несчастных чародеев.

- Откройтесь мне!

В шатре наступила тишина. Все сосредоточенно смотрели на главу Магического круга.

- Не солгали травники, - вынес вердикт Светомир. - Истинно хотели по слову посланца травку отыскать, да отваром дозорных оградить от ночных нападок нечисти. Вина их лишь в том, что Дубомиру о том не сказали, да на истинность нечестивца не проверили.

- Кто ж знал, что в нашем войске такие лиходеи объявятся, - посетовал один из целителей, потирая раненое плечо.

- Ну что, Амаран, мои люди чисты, а ты откроешься ли Светомиру? - язвительно поинтересовался оскорбленный Дубомир.

Придворный маг свысока посмотрел на главу целителей, всем видом показывая, что он не чета каким-то там лекарям и подвергаться такой проверке не намерен.

- У нас война идет, а не детские ссоры из-за свистульки, помнить надо, что враг коварен и на всё пойдет, что бы породить в сердцах наших недоверие и рознь, - сурово сказал Князь. - Дубомир, своевольников твоих наказать, ночные вылазки без охраны пресекать. За дело, други! А теперь... - Яромир дожидаясь, пока целители покинут шатер, повернулся ко мне, грозно сверкая очами.

Следующие полчаса посвящались теме...моей безответственности. Ибо не след Нареченной, очертя голову, забыв обо всем, бросаться в сражение с многократно превосходящем силой врагом, не заручившись поддержкой войск и не предупредив никого. Досталось всем, мне, главе дозорных, Яге, Горынычу. Основная порция гнева досталась мне.

- Если б упыри захватили чародеев-целителей, то их сила и магический потенциал увеличились бы многократно! - парировала я. - И разве не мой долг, как Вашей Нареченной, сражаться за каждого подданного?

- А если б упыри твою кровь выпили?! Ты представляешь, магию какой силы и мощи они бы получили?!- рявкнул Яромир.

Мы обменялись взглядами. Я протянула руку.

- Мир?

- Мир, конечно,- сжал мою ладонь Князь. - Но что б отныне, никакого неоправданного риска! И ни шагу из лагеря без охраны!

- Но в данном случае, риск был оправдан, к тому же я была под охраной! - не сдавалась я. - К тому же я не беспомощный птенчик, а ведьма!

- Римма! - сверкнул глазами Князь. - Ведьма - это от слова "ведать", а не заметно, что б ты ведала разумную грань, за которой риск переходит в безрассудство!

Я вздохнула. Яромир вздохнул. Мы переглянулись.

- К тому же ты очень дорога мне, - негромко добавил он, ещё раз взглянул в мои глаза, усмехнулся. Задумался, на лице мелькнула тень внутренней борьбы.

- А с глазами что? - любопытство победило и Яромир вполголоса спросил об интересующем его.

- Вы имеете в виду мои зрачки? - кокетливо уточнила я.

- Конечно.

- Маленькое чародейство, позволяющее нам прекрасно видеть в темноте.

- Нам... Значит..?

- Конечно, - подтвердила я невысказанное Князем. - Мы же одна команда!

Яромир усмехнулся, в глазах мелькнули искорки веселья.

- Надеюсь, твои эксперименты не предполагают маленьких чародейств с сотворением серебряных клыков, чтобы обходиться без мечей и прочих прелестей?- поинтересовался Яромир.

- Как это мне раньше в голову не приходило? Надо подумать! - рассмеялась я.

- Ты уже знаешь легенду о златокрылых драконах? - видя интерес на моем лице, Яромир начал свой рассказ. - Когда-то в стародавнее времена, у Синих гор жило племя, славящееся своими волшебниками, умеющими менять облик и оборачиваться в диковинных зверей. Во время войн они обращались то в мифических всесильных драконов, пугая врагов, то в священных крылатых единорогов и тогда враги не смели поднять оружие, боясь вызвать гнев богов. Племя уверовало в своё превосходство и постепенно свело на нет контакты с соседями, совершенствуя свои способности и наделяя чудовищ, в которых они обращались всё новыми и новыми способностями. Они заключали браки только среди своих в кругу своего племени, постепенно вырождались, всё реже и реже ходя по земле в облике людей и занимаясь житейскими делами, куда проще было собрать дань в облике златокрылого дракона, а свободное время проводить, соревнуясь в превращениях. Сначала, когда их дети стали рождаться уже в облике дракона, они ликовали, видя в этом знак избранности и победу волшебства, слишком поздно поняв, что в самих них остаётся всё меньше и меньше от людей. И наконец, они стали родом златокрылых драконов и след их затерялся в веках... Сейчас о них сохранились лишь обрывке легенд, - закончил Князь.- Так что ты поосторожнее с превращениями.

- Поучительная история, - серьёзно согласилась я.

Когда я вернулась в свой шатер, нам ещё досталось и от Яги. В нашем спасении была и её личная заслуга. Когда я из последних сил старалась припомнить её уроки и вызывала её образ, Яга почувствовала мой зов и привела помощь.

- Не для того ты пришла в наш мир, чтобы погибнуть так глупо и неосмотрительно! - бушевала она, и глаза метали молнии.

Видя хозяйку в столь явной ярости, Василий предпочел спрятаться и не попадаться ей на глаза, что лишний раз доказывало, что в гневе старушка ого-го! на что способна.

- А вы куда смотрели! - "разобравшись" со мной, Яга не обделила вниманием и моих спутников.

- Тебе её пуще глаза беречь надоть, ежели в свой мир вернуться хочешь! - бросила она Жутикову.

- А с тебя, милочка, отдельный спрос! - прищурив глаз, приступила она к Мирре. - Али думаешь не ведаю, что ты за птица?! И причину яромировой строптивости и отступления от традиций знаю! И почему перчаток не снимаешь, ведаю!

Мирра, попеременно, то краснея, то бледнея, опустила глаза.

- Обращу в чурку березовую!...

- Бабуль, мы всё поняли, осознали, раскаиваемся, больше не будем, - скороговоркой проговорила я, незаметно загораживая Мирру от взгляда Яги.

Ведунья шумно выдохнула, отряхнула руки, засучила рукава. Видя эти приготовления, мы поёжились, ожидая дальнейшей экзекуции с, но вместо этого Яга встряхнула скатерть, что-то прошептала и ... на расстеленной на походном столике скатерти появились явства, источающие аппетитнейший аромат!

- Скатерть-самобранка, - авторитетно муркнул Василий, проявляясь из-за моей спины.

- Идите завтракать, - уже ласково пригласила Яга. Стремительные перемены её настроения от гнева к ласке поистине изумляли.

- Идите-идите!... Что ни говори, а всё равно герои!

Мы переглянулись и дружно шагнули к столу, только теперь в полной мере осознав, как проголодались. Бой, в котором мы так близко были к гибели и, что ещё страшнее, плену, особенно сроднил нас. Невозможно не доверять человеку, с которым спина к спине, сражаешься за жизнь.

Глава 11

Из-за всей этой истории с вражеским лазутчиком, заманившим в ловушку целителей, среди ранее сплоченного войска появились подозрительность и настороженность. Каждый из подразделений и отрядов придумывал свои тайные знаки. Сторонники Амирана ходили с видом безвинно-оклеветанных жертв, что не могло не раздражать остальных. Я заметила, что хотя Амиран и прожил в Княжестве больше двадцати лет и прибывал при дворе сначала в роле воспитателя Наследника, а после - в роле советника, его не считали "своим" и не особо доверяли, тот обижался, хотя и старался не подавать вида, всем своим обликом говоря, что он выше черни.

Каждодневные сражения и вылазки становились обыденными и привычными, а чудеса и чары - родными, и всё реже хотелось себя ущипнуть, чтобы проверить, не сплю ли я. Уважение ко мне со стороны воинов и чародеев, не только как к Нареченной их правителя, но и как к просто ведьме Римме, росло, теперь я чувствовала себя в этом мире как дома. Да, война, враги, риск, сражения на смерть; но и верность друзей, с которыми делишь опасность, теплота отношений, радость от того, что ты можешь помочь, исцелить, защитить! Деревенька за деревенькой, поселение за поселением, лес за лесом, мы освобождали землю Княжества от черной нежити. Враг был коварен и изворотлив. Если упырям удавалось захватить в плен наших воинов, они шли на всё, используя подвластное им черное колдовство, чтобы лишить пленника воли и памяти, сделать подобным себе и использовать его как лазутчика. Чем ближе подходили мы к владениям Гастона Черного, тем ожесточеннее сражалась нечисть, вероломнее и коварнее становились их замыслы. В одну из ночей чудом удалось поймать лазутчика, пробравшегося к шатру Яромира. Бдительные стражи, удивленные слишком не вовремя явившимся с докладом дозорным, потребовали предъявить тайный знак. Лжедозорный, возмутился, что его задерживают такой глупостью, в то время как от его донесения зависит судьба целого отряда, ушедшего в дозор и попавшего в засаду. Один из стражей украдкой прикоснулся к пришедшему амулетом и брызнул заговоренной водой, данной ему Светомиром. Лазутчика передернуло, кожа, куда попали брызги, покрылась волдырями, издав нечеловеческий рык, упырь бросился на стражников. Его удалось обезвредить и упокоить, но нежить порвала двоих стражей и теперь им грозила страшная участь стать подобными ему.

- Братцы, не дайте душе погибнуть, заколите!... - попросил воин.

Его тело уже ломала судорога трансформации, взгляд стеклянел и наливался кровью, ногти на пальцах удлинялись и превращались в когти. Друзья-побратимы, стоя вокруг него, не решались нанести удар, пряча глаза друг от друга.

-Други...

Растолкав не решавшихся воинов, в круг шагнул Светомир, занес меч и пронзил грудь серебряным мечом.

- Спи с миром!

Тело выгнулось дугой, дернулось, и погибший принял прежний вид, черты лица разгладились и вернули прежний вид. Теперь он лежал со спокойным, суровым и в тоже время умиротворенным лицом.

- Так то! Жалость здесь плохой советчик! - сурово сказал Светомир. - Помедли вы ещё и пропала бы душа светлая, стал бы ваш побратим упырем.

Главный чародей повернулся ко второму порванному, метавшемуся в трансформации и с теми же словами "Спи с миром", пронзил его мечом.

От погребального огня расходились мрачные, посуровевшие, ещё никогда враг не подбирался так близко.

Вскоре была очищена от врага и территория, прилегающая к лесу, где находилась резиденция Бабы Яги. В сражениях чувствовалась поддержка Лешего: травы, деревья указывали следы нечестии и места засад, кикиморы зазывали нечисть в топи и болота. Леший отводил глаза и заставлял ходить кругами.

- Так-то вот, если всем миром поднимаемся, все можем, - довольно рассуждала Яга, выходя к своей Избушке, до которой упыри не смогли добраться: поляну охраняли заклятья и обереги Яги да и Леший постарался.

Бросив взгляд на всё еще слишком длинные ноги Избушки, Баба Яга помрачнела. Вернуть своей Избушке привычный вид у Яги пока времени не хватало, да и шарлатаны, обещавшие доверчивой Избушке красоту неописуемую, остались ненаказанными, - всё это портило Яге настроение.

В этот вечер Избушка Яги принимала Важных гостей: военный совет собирался у Яги. Василий вовсю потчевал гостей.

- Бабуль, вроде как Изба у тебя иначе выглядит? - лукаво поинтересовался глава дозорных, поднимаясь по длинной веревочной лесенке. - Ножки ей удлинила, чтоб бегала лучше?

Яга скрипнула зубами, многозначительно пообещав тоже кое-кому кое-что удлинить, как только минутку свободную выберет. Шутки сразу закончились, тем более вопрос поднимался серьёзный: предстояло ступить на земли Гастона и штурмовать его замок. Какую выбрать тактику? Как вести бой? Что предпочесть, штурм или осаду?

За штурм, как ни странно, ратовал Амаран, а мне казалось, что он осторожен и будет давать более осмотрительные советы.

- Нельзя давать нечисти опомниться! - убеждал он.

- Много жертв будет... Половину армии положим при штурме, - подумав, ответил воевода Ратмир, предводитель пеших ратников, основной силы армии.

- Жертв бояться, так лучше совсем не воевать! - снисходительно и высокомерно усмехнулся Амаран.

- Чужим ты был, чужаком и остался! - отрезал Ратмир. - Не жаль тебе воинов наших! Штурм - риск неоправданный! Планов замка Гастона нет, и что ждет нас там неведомо! Там, где прольётся столько крови, нечисть соберет свою страшную дань и лишь сильнее станет, ибо в смертной схватке в цитадели Гастона не будет возможности предать погребальному огню каждого из павших!

- Осада - дело хлопотное, но в нашем случае более успешное, - подвел итог Князь. - Обложив врага, перекрыв входы и выходы и отрезав связь с внешнем миром, мы истощим силы Гастона, вынудим его действовать так, как нам выгодно и принять бой на наших условиях. И ещё... Светомир?

- Издревна, чтобы упокоить упыря, засыпали его могилу солью, - сказал чародей. - Есть смысл обнести замок Гастона кольцом соли, тогда уж точно сможем отрезать его от мира.

- Если б всё гнездо нечисти солью доверху засыпать! - с чувством произнес Ратмир.

- А это идея...- задумчиво произнесла я. - Мы с Горынычем могли бы незамедлительно приступить к этому!

- Римма!...- Яромир сверкнул глазами.

- А мысль-то неплоха, - поддержала меня Яга. - Если ведьм да чародеев солью вооружить, хорошая подмога воинам будет!

- Только сначала достаточное количество соли доставить нужно, - весомо заключил Князь. - Сегодня же отправить гонцов к купцам, чтобы срочно, не медля, направляли к нам подводы с солью! И увеличить добычу соли в соляных карьерах с прямой доставкой к войску!

Глава 12

В передышке между полетами и сражениями я училась гадать, предсказывать судьбу, исцелять - училась применять дарованную сулу и училась владеть мечом. Гаданию и предсказанию учила меня Баба Яга, эту премудрость она называла "видеть то, что может быть", поясняя, что будущее неоднозначно и судьба - ещё не приговор, а гадания и предсказания лишь помогают увидеть то, что может быть.

Искусству "владения мечом", меня продолжал учил Ратмир, достигший своего положения благодаря личной доблести, начавший ратный путь простым воином и пользующийся огромным уважением. Задорно блестя глазами, воевода пояснял мне премудрости ратного дела, объясняя секреты и хитрости, позволяющие сразить физически более сильного врага. К нашим урокам, начавшимся сразу же после моего первого боя, он отнесся со всей серьёзностью и ответственностью, мы отрабатывали удар за ударом, и я начитала "чувствовать меч". Правда, не обходилось без травм и порезов, а вечером жутко более мышцы - всё-таки меч не игрушка! - и Яга, врачуя меня, беззлобно ворчала, что не гоже Нареченной Князя так мечом махать.

- Ты же ведьма, а не воин ратный! - поучала она.

- Но и владение мечом не промешает даже ведьме, - парировала я, пока Василий разминал всеми четырьмя лапами мне в массаже спину, а Яга готовила целебную мазь. - А то в рукопашном бою, особенно в первые минуты, я не знала с какой стороны за меч взяться! Не порядок это!

- Ну-ну...- хмыкнула она. - Зато желающих поглазеть на твои уроки, хоть отбавляй! Только и успеваю глаза отводить любопытствующим! Да и на Ратмира потом косятся, как на твоего любимчика. Мол, куда это Князь смотрит?

- И куда это Князь смотрит? - щекоча меня за ушком, хитро промурлыкал Василий, давая понять, что для него любовь Яромира к Мирре не тайна.

- Надеюсь, эта тайна не стала секретом Полишинеля, - отозвалась я, потягиваясь после массажа.

Яга повела бровью и выдворила всех из Избушки: наступало время урока.

В огромном горшке, вытащенном из печи, кипела-бурлила вода. На столе были разложены корешки-травки, порошки... Баба Яга села напротив, всем своим видом давая понять, что мне самой предстоит догадаться о том, что следует делать дальше. Я мысленно расслабилась, отрешилась от хлопот и забот, и, наконец, полностью настроившись, сконцентрировалась, слушая свой внутренний голос. Почти не глядя, я брала травки, сыпала в воду порошки, пока вода не забурлила ещё сильнее, приобретая зеленоватый цвет. От горшка поднимался густой зеленоватый пар, душистый, с легким оттенком горечи. Я бросила щепотку сухой тины, и от воды пахнуло речной свежестью. Бурление сместилось к краям горшка, а в середине вода успокоилась, замерцала, приобретая вид зеркала, в которое смотришь сквозь толщу воды. Я вскинула на Ягу взгляд. "Смотри!" - беззвучно шепнула она и я всмотрелась в воду.

Низкое пасмурное небо и кружат черные птицы. Вороны? Я всмотрелась и чуть отшатнулась. Не вороны, а хищная нежить Гастона кружила под низкими облаками. Высокие каменные стены, сложенные из грубо вытесанных серо-черных глыб. Взгляд спотыкался о человеческие кости и черепа, как-то жалобно и беспомощно в своей наготе, белевшие на каменных плитах. На площади толпились люди... Я всмотрелась...Нет, не люди, упыри! Они сосредоточенно и плотоядно смотрели в одном направлении, куда, подрагивая, тянулись когтистые лапы и оскаленные клыки. В центре площади, на черных, отливающих красным глыбах, сложенных в форме алтаря, было распростерто человеческое тело. Женское, судя по изящным кистям рук, прикрученным к каменным столбикам. От всего этого веяло такой отчаянной жутью и неотвратимостью, что хотелось закрыть глаза, а потом рвануть к двери, распахнуть и увидеть зелень леса, глубокую синеву неба с первыми звездами, вдохнуть наполненный лесной вечерней свежестью и ароматами воздух. Тонкие кисти рук пленницы судорожно сжались в кулаки. Когда пронзительно-черный нож взлетел вверх в замахе и на сотую долю секунды замер, готовый обрушиться на несчастную жертву, я невольно громко вскрикнула, - и видение исчезло, подернулось бурлящими пузырями, налившимися кровавым цветом.

- Тише, тише, Римма, - Яга заботливо коснулась меня ладонью, успокаивающе погладила, - нельзя во время гаданий шуметь...

- Почему? - переводя дух, спросила я.

- Видение спугнешь...

- А кто она? Это ... в крепости Гастона? - догадалась я.

Яга кивком подтвердила, пристально глядя на меня.

- Мы ... надо что-то делать!... Это ...когда это произойдет? Мы должны им помешать и спасти её! - перед глазами стояла жуткая картина, увиденная мной.

- Конечно, поможем, - подтвердила Баба Яга, наливая что-то в чашку. - Ну-ка, глотни!

Я повиновалась. Настойка пустырника. О, в самый раз...А Яга тем временем что-то прошептала над бурлящей водой, бросила пучок богородской травы и вода просветлела.

- Дальше?...

И я снова сосредоточенно смотрела на воду, подбрасывая новые травки, пока вода не забурлила уже знакомым зеленоватым мерцанием. И снова низкое небо, кружащие черные птицы... Я с нарастающим ужасом узнавала, заставляя себя смотреть и примечать всё, что могло указать на день и время жертвоприношения. Яга стояла рядом и тоже пристально всматривалась в видение. Неминуемый взмах кинжала! - я, подавляя вскрик, инстинктивно дернула головой, холодная капля пота сорвалась со лба и упала в воду. Рябь от кругов по воде скрыло видение.

Мы с Ягой переглянулись. Она пространно хмыкнула, задумчиво водя пальцами по столу, повторяя рисунок древесины. Молчали.

- Жаль солнца не видно, а то бы время установили...- прервала я молчание.

Яга сумрачно взглянула на котел, что-то невнятное пробормотала себе под нос и бросила несколько стебельков полыни и на несколько минут вновь поставила котел в печь.

- Ещё раз? - полувопросительно-полуутвердительно произнесла я, рука скользнула к шее, теребя цепочку с крестиком.

- Надо Римма... Знать - значит, успеть подготовиться...Ты смотри, да примечай, да и мои глаза ещё остры... Вдвоем что-то да приметим.

- Предупрежден - значит, вооружен, - подтвердила я, пододвигаясь ближе к котлу, водруженному на стол.

Сконцентрироваться долго не удавалось... Я осторожно опустила в воду лист папоротника, пододвинутый мне Ягой. Вода медленно стала зеленеть и наливаться силой. Надо было перебороть леденящий душу ужас, постараться до мелочей запомнить каждый камень, ведь возможно придется штурмовать крепость. На этот раз я старательно рассматривала каждый сантиметр виденной местности. Пересчитала, что в небе кружат шесть крылатых нежитей. Попыталась оценить численность и вооружение упырей. Хотя с такими когтями и мечей не надо. И вновь черные плиты... белеющие кости... голодные жадные глаза... Один из упырей, стоящих ближе к месту жертвоприношения, судорожно сглотнул набежавшую слюну, сделал ещё шажок вперед, стараясь опередить соседей, но не переступить с серо-черных плит площади на густо-черные с красным отливом плиты. Неожиданно его взгляд метнулся в сторону, проследив движение большой тени упавшей на землю.

Ничего себе размах крыльев у этих птичек!... нет, это не твари Гастона... а что-то более крупное... большое...как Горыныч! Горыныч! Значит, мы уже рядом? Мы идем на помощь! Мы её спасем!!... Если успеем... Я, нервничая, судорожно рванула цепочку. Черный кинжал взметнулся вверх и стремительно обрушился вниз... И вновь круги по воде! Я проследила движение и заглянула в воду. Сорвавшийся с цепочки мой крестик блеснул на дне котла. Вода успокоилась. Я медленно, не чувствуя жара, опустила руку вниз, достала крестик.

- Третий раз и на прежнем месте,- задумчиво проговорила Яга. - И каждый раз что-то мешает заглянуть дальше... Не будем перечить силе... - она что-то прошептала над водой и вынесла котел из избы.

- Но вы ведь видели тень? Там, кажется, Горыныч кружил! Значит, мы уже близко? Мы успеем?

- Завтра ещё судьбу попытаем, - после паузы ответила Яга. - Не нравится мне, что все три раза на одном месте обрываются! То ли это самый перелом, то ли...

- То ли что?

Ведунья не ответила, метнула на меня пронзительный взгляд.

- Утро вечера мудренее!- отрезала она. - Спать пора, вот что!

Я долго не могла уснуть, мучительно восстанавливая в памяти картину увиденного и одновременно стараясь её отринуть и забыться сном. А Баба Яга, казалось, и не собиралась ложиться, она тихо сидела у стола и при свете свечи раскладывала карты.

- Бабушка, можно я тобой посижу? - шепотом спросила я.

- Спи. Я кому сказала?! - шепотом прикрикнула она и кивнула сидящему на лавку коту.

Василий устроился рядом со мной. Я невольно протянула руки и погладила его. Кот довольно замурчал.

- Васюшь, а что известно о черной крепости? - спросила я.

- Спать! - отдала приказ Яга. - Мудроствовать завтра будем! Василий, а тебя я зачем к Римме отправила?

Мы с Василием одновременно хмыкнули, переглянулись, и кот с удвоенным старанием принялся мурлыкать. Несмотря на моё скептическое отношение к такому виду усыпления, я быстро и незаметно погрузилась в сон.

Пламя взметнулось высоко, закрывая полнеба и затмевая звезды. В его первозданном огне было все: и мощь, и ярость, и жар, и жажда... А я знала только одно, что мне надо пройти сквозь него. Шагнуть в огонь, в это бушующее пламя?! Безумие...мучительная и неминуемая смерть. Я оглянулась назад. На меня устремились десятки пар глаз: презрительных, сочувственных, любопытных, жадных до зрелища... Сквозь огонь? В огонь? Зачем это мне? Ради чего?... Мысли путались. Отчего-то я знала, что отступать нельзя, у меня есть путь только вперед. Как в подтверждение моих слов, сзади меня зеленоватым огнем вспыхнуло магическое пламя - огонь, зажженный силой чародеев, грозящий испепелить, если отступлю. Между двух огней. Как говорится, из огня да в полымя... Я шагнула вперед, меня обдало нестерпимым жаром, от жара стали потрескивать волосы. Я усмехнулась. Подумаешь, это всего лишь огонь. Я же Ведьма! Стать тем, чему огонь не принесет вреда? Но чем? Даже любой металл огонь плавит... Вода тушит огонь... Призвать силы воды? Слишком сильное пламя ... не то... Не уничтожить... покорить?... сродниться? Стать огнем! Вспомнился Маугли Киплинга... "Мы с тобой одной крови..." Я старалась представить себя огнем... Это оказалось не так-то просто, потому что воображение подбрасывало картинки обуглишившихся головешек и пепла... Не то, совсем не то! Не жертва! Огонь! Пламя! Стихия!

Сзади, чуть слышно потрескивая, подкрадывалось магическое пламя. Смеясь над моей нерешительностью, языки пламени складывались в причудливые оскаленные пасти. Надо решаться. Огонь. Плазма! Я сосредоточилась и, ладонь, на которую я смотрела, ярко вспыхнула, сливаясь с пламенем. На мгновение в воображении возник образ обожжееной плоти и острая боль охватила руку.

- Нет! - прогнала я воображаемую картинку. - Нет! Я пламя! Плазма! Стихия!

Ярко вспыхнув, я слилась пламенем, ощущая свободу и единение со стихией. Полная свобода и ощущение мощи! Огонь, сила способная вызвать испуг даже у присмиревших чародеев! Мы жадно тянулись вверх, где больше воздуха, вширь, чтобы дотянуться до новых деревьев, жалобно отпрянувших от наших языков, беззащитных перед нами. Мы огонь, а они всего лишь...

...- Риммау! Риммау!- донеслось сквозь музыку огня, жадно поглащающего кислород и набрасывающегося на деревья, ветки, траву.

Римма? Я огонь! Я всюду, везде, это мои языки тянутся к стволу смолистой сосны, к небу за новой порцией воздуха, к...

- Риммау!...- внезапно я почувствовала острую боль в ... ладони,- откуда у огня ладонь? - и открыла глаза.

Василий, сердито посматривая на меня, облизывал лапку.

- Васюшь, что случилось? - спросила я, принюхиваясь к запаху паленой шерсти.

- Ты нам чуть Избушку не спалила, - пояснил кот, жалобно потряхивая лапой.

- Я?! - я оглянулась, опасаясь увидеть следы разрушения.

К счастью, Избушка была цела, только несколько подпалин на бревенчатых стенах да обгоревшие занавески, с которых стекала вода, выплеснутая, очевидно, Ягой, подтверждали слова Василия. В Избушку пытались прорваться несколько охранников Князя, обеспокоенных покушением на Нареченную. Яга, покрикивая и грозясь, прогоняла их:

- А ну-ка, вот пошли! Никакого покушения и поджега не было, сами разберемся!

Но стража рьяно пробивалась вперед, желая собственными глазами убедиться, что со мной всё в порядке и не пугаясь угроз Бабы Яги обратить их в соляные столбы. Наконец, Яга пропустила одного из стражников. На его лице, при взгляде на меня отразилась радость вперемешку с изумлением. Пожалуй, изумления было даже больше. Я перехватила его взгляд и поняла, что ввергло стража в такое состояние. Я сидела на испепелившейся постели совершенно голая. От одежды остались лишь хрупкие частички пепла.

- Убедился? А теперь вон, охальник! А лишнего болтать будешь, онемеешь и ослепнешь! - пригрозила она и для убедительности плюнула через плечо и цыкнула зубом.

- А теперь, - Яга резво захлопнула дверь и обернулась лицом к комнате, - Римка, и с тобой разберемся!

- Но я...?

- Ты, ты! Ишь, как навострилась пожары устраивать! То одни Избушке ноги изуродовали, теперь ты решила совсем меня без крова оставить?!

- Ни сном, ни духом! - побожилась я. - Бабуль, даже мысли такой не было!

- Разберемся!.. А ну-ка, рассказывай, что тебе снилось? Да если б Васюша тебя не разбудил, рискуя обгореть, что тогда?! - бушевала Яга, приводя при этом Избушку в порядок.

Перехватив взгляд Жутикова, Яга бросила мне длинную сорочку. Одевшись, я подхватила на руки кота, приласкала его и исцелила обожженную лапу. Пока Жутиков и Мирра, под руководством Яги, передвигали лавки, перестилали постель, подметали, нам с Василием было велено сидеть в сторонке и не путаться под ногами.

- И что б никаких пожаров, наводнений, ураганов! - прикрикнула Яга, решительно направляясь к двери, сотрясавшейся от ударов с той стороны.

- Какая нечисть в дверь ломится?! - рявкнула она, резко распахивая дверь.

Оказалось, это сам Яромир в сопровождении личной стражи. Не добившись от охранявших меня и стоявший на часах у Избушки ясного ответа на вопрос, что же произошло, откуда огонь и пламя, обеспокоенный Князь решил разобраться в случившемся. Его Яга не стала прогонять так бесцеремонно, как стражников.

Яромир стремительно вошел в Избушку. Его взгляд пробежал по нашим лицам, задержался на Мирре. Князь с облегчением перевел дух, потом шагнул ко мне, легко коснулся руки.

- Убедился? Все целы-здоровы, - добродушно проворчала Яга. - И нечего по ночам шастать!

- Я бы хотел поговорить...наедине, - сказал он.

- Наедине? Сейчас? - иронично уточнила Яга. - Не бывать такому бесстыдству, чтоб Наследник с Нареченной по ночам наедине разговоры разговаривал! Не порядок это! Не прилично! Будет день, вот и беседуйте! А сейчас...

Мы с Яромиром условились встретиться утром в его шатре и за завтраком переговорить, после чего Яга выпроводила Князя, изо всех сил старающегося не смотреть на Мирру.

- А теперь, пока ещё кто-нибудь с визитом не нагрянул, расскажи-ка мне, милая, что тебе во сне привиделось, да отчего ты решила подпалить нас, - потребовала Яга, садясь на лавку.- А остальным, - она цыкнула в сторону смущенной Мирры и любопытствующего Жутикова, - спать!

Рассказанный Яге сон, её озадачил. Она попросила его повторить, несколько раз уточняя каждый запомненный мной эпизод. Хмыкнула. Усмехнулась. Задумалась. Помолчала.

- Сон что-то значит? - робко уточнила я.

- Всё в мире что-то да значит, - философски ответила она. - Нет бессмысленных знаков, надо только уметь их верно истолковывать.

- Так что сон означает?

- Что-то да значит! Знала бы - сказала бы!...

Глава 13

Проснувшись, я первым делом бросилась к Яге, готовая незамедлительно приступить к спасению увиденной при гадании девушке и поискам разгадки моего сна и ночного пожара. Однако Баба Яга, озаренная какой-то идеей и, не желая ею делиться, пока "сама не поймет с какого конца за дело браться", охладила мой пыл.

- Лучше иди с Наследником завтрак раздели. И ему приятно, и тебе хорошо...- думая о чем-то своем, посоветовала она, явно желая отделаться на время от меня и одной поискать разгадку. - И не перечь мне! - пресекла Яга мои возражения.

В компании Жутикова, который предпочитал всё же держаться поближе ко мне, и Мирры, явно проплакавшей полночи, о чём красноречиво свидетельствовали покрасневшие припухшие веки и темные круги на осунувшемся личике, отправились к шатру Яромира, раскинутого на опушке. Но встреченный по пути первый обоз с солью заставил нас изменить планы. Основное месторождение соли, на которое так возлагали надежды все мы, из-за сгоревшего моста оказалось отрезано от нас полноводной рекой.

- Мост ночью загорелся и обрушился в воду, - поведал усталый глава обоза. - Теперь каждый мешок с солью приходится на лодке переправлять. Пока наш обоз собирали, четверых река унесла.

- Не легче новый мост поставить? - осведомился Жутиков.

- Река в том месте очень широка, не меньше четырех месяцев уйдет... В объезд, до ближайшей переправы путь втрое увеличивается.

- А отчего мост загорелся? - спросила я, припоминая ночной сон и пожар.

- Сие пока не ведомо... Но поговаривают, что поджег, не иначе, - ответил один из ратников. - С чего б ему сгореть самому по себе? Хороший мост, крепкий, новый.

Мы вместе с обозом, двинулись к лагерю, где расположились наши войска. Тень, отброшенная летящим Горынычем, подсказала мне интересную мысль.

- А если на Горыныче соль перевозить? Хотя бы через реку? Ведь на много быстрее выйдет!

- И сподручнее! Не то слово! - обрадовался ратник. - Эх, если б нам Горыныча!... - и он с надеждой глянул на парящего Грыныча. - Но он охрана Нареченной... Отпустит ли? - засомневался он.

- Отпущу, конечно! - подтвердила я, и по изумленному моим ответом ратнику, догадалась, что он и понятия не имел, что Нареченная это я.

Я оперативно договорилась с Горынычем о помощи на переправе соли через реку, и он, усадив на спину ратника с первого соляного обоза, отправился в путь.

Мне утреннее свидание с Яромиром и совместный завтрак пришлось отложить. Ратмир, ответственный за возведение соляного окружения черного замка, встретил обоз, и после перемены уставших в дороге лошадей намеревался незамедлительно отправиться устраивать заслоны. Помня с каким старанием влюбленный Князь не смотрел на Мирру, я решила сделать ему маленький подарок: отправила к нему на завтрак Мирру якобы с рапортом от меня, как моего гонца и порученца. Сама же, сопровождаемая недовольным таким изменением планов Жутиковым, присоединилась к небольшому отряду воеводы Ратмира под покровом тайны направлявшегося устраивать первый соляной заслон, что бы отрезать нечисти пути к отступлению. К тому же я надеялась узнать побольше о черном замке и подходах к нему. Да и компания Ратмира, относящегося ко мне с большой симпатией, для меня очень приятна. Пожалуй, он был единственный в этом мире, кто в первую очередь видел во мне - меня, а не Нареченную Князя. А ворчание и едкие замечание Жутикова стали давно привычным и уже воспринималось вполне естественным фоном, не отравляя настроение.

Связь с лагерем осуществлялась новым для меня и достаточно необычным методом. Курьер, молодой чародей на метле, привозил небольшой горшочек, плотно прикрытый крышкой. Следовало подогреть горшок, снять крышку и всматриваться в бурлящую зеленоватую воду. Если над горшком склонялся адресат, то она начинала мерцать, и появлялся образ того, кто отправил это своеобразное письмо.

Вернулись мы только через двое суток, получив через курьеров на метлах несколько нагоняев от Яги и Князя за самовольное, без их ведома, отбытие из лагеря и долгое отсутствие..

За два дня Ратмир наметил места засад и тайных складов, линии окружения и пресечения возможных путей отступления нечисти, обустроил первый тайный склад и засаду. Он, истинный стратег и воевода, вызывал искреннее восхищение и самые теплые чувства. Я с удивлением отметила, что мы порой начинаем понимать друг друга без слов, и ощущала, что его симпатия ко мне гораздо сильнее, чем просто дружеское расположение. Это радовало меня, находило теплый отклик в душе, хотя, он, верный понятиям чести и верности своему Князю, ни словом, ни намёком не упомянул о своих чувствах.

Как ни удивительно, но для Яги, находящейся далеко от нас, искренняя симпатия Ратмира ко мне не была тайной, о чем она непрозрачно намекнула в последнем послании и категорически велела немедленно возвращаться.

- Тебе и здесь дел по самые ушки и даже выше! - сурово вещала она, глядя на меня из переданного курьером маленького горшочка с бурлящей зеленоватой водой. - Такое творится, что диву даёшься! Немедленно возвращайся! Сей же час! И попробуй только ослушаться, воеводу Ратмира тогда в лягушку обращу! - Пригрозила она и после паузы, подмигнув мне, добавила, - после победы над нечистью!

То, что Яга говорила о победе, радовало несказанно, значит, ей удалось что-то проведать и верно истолковать знаки Судьбы.

Глава 14

Возвращение приготовило свои сюрпризы. Лагерь встретил нас ...странно. Отчего-то люди прятали от меня глаза, смотрели с сочувствием и любопытством. Чувствовалось, что в наше отсутствие случилось нечто неординарное. Более того, в воздухе пахло скандалом.

- Что-то произошло...- отметил Ратмир, помогая мне сойти с коня.

Сотни пар глаз наблюдали за нами, пока мы шли до шатра Яромира. Я терялась в догадках. Скандал из-за того, что я два дня отсутствовала в лагере и пребывала в отряде Ратмира, и сплетни по этому поводу? Я сосредоточилась на ощущениях, ловя тонкие флюиды эмоций. Нет. Чувствовалось, что весь лагерь на моей стороне, люди поддерживали меня. Я настроилась на Ратмира. Его тоже окружала волна народной поддержки.

Я сосредоточилась на ощущениях, "считывая" эмоциональный настрой окружающих пока мы продвигались к шатру. Яромир! Чем-то он вызвал негодование. Но что мог сделать так почитаемый и уважаемый войском Князь? Я терялась в догадках.

Яромир встретил нас спокойным ясным взглядом. Выслушал доклад воеводы. Отдал дальнейшие распоряжения.

- А теперь я хочу остаться наедине с моей невестой, - объявил он.

Приближенные, покидающие шатер тщательно пытались скрыть беспокойство. Амаран, явно недовольный тем, что и ему приходится удалиться, криво усмехнулся.

Когда мы остались наедине, Яромир невесело усмехнулся, потом сжал мою руку.

- Что произошло? - спросила я, отвечая ему подбадривающим рукопожатием.

- Верно, я плохой актер... В пылу сражений, мне удавалось лучше скрывать свои чувства... А здесь, во время передышки...- он замолчал.

- Мирра? - догадалась я.

Моё благое намерение предоставить влюбленным шанс хоть немного пообщаться вышло боком. Первая их встреча, под предлогом переданного мной с Миррой рапорта, не вызвала подозрений, но пробудило любопытство к девушке. Яга тоже отсутствовала, и некому было отвести глаза любопытствующим. Несмотря на то, что Мирра практически не снимала перчаток, чародеям не составило большого труда узнать кольцо на её руке. Чародеи, негодуя, обратились к Яромиру за разъяснением. То ли воровка рядом с ним, похитившая кольцо Нареченной, то ли...? Вмешавшийся Светомир, пользуясь своим авторитетом и властью, как глава Чародейного Круга, погасил скандал, спрятал Мирру и, пообещав вскоре всё объяснить, взял с чародеев слово не разглашать тайны. Однако, отголоски скандала, в виде слухов о том, что в моё отсутствие Князь завел интрижку с моей лучницей, просочились. Весь лагерь в едином порыве встал на мою сторону, порицая Яромира, негодуя, что он своим недостойным поведением рискует ввергнуть страну в безвластье и смуту, если я разорву помолвку.

- Мирра в безопасности? - уточнила я.

- Да, Светомир надежно спрятал её...

Яромир был в отчаянье. В Мирре для него сосредоточилась вся радость жизни и счастье. Но жениться на ней он не мог, ибо чародеи не признают над собой власть не ведьмы, а это значит, новая война с соседями, которые сейчас, затаившись, наблюдают, кто победит Яромир или Гастон Черный.

- Сначала завершим войну, уничтожим угрозу, исходящую от упырей, а потом и эту проблему разрешим, - предложила я. - Tempus consilium dabit. Верно?

- Ты мудра и проницательна, Римма... но в этом случае даже время не поможет. Что дальше. Отречься от престола? И тогда тоже война... только ещё более страшная, потому что среди своих... Наш род семьсот лет правит страной...

- И впервые Князь влюбился в не ведьму?

- Интрижки за семьсот лет были... но ни одна ведьма не потерпит соперницы, тем более народ этого не примет... Я не хочу подвергать Мирру опасности. Гнев чародеев сдерживает только обещание Светомира всё объяснить...

- И всё же... Яромир, будем откровенны, я хочу вернуться в мой мир, поэтому я тоже, как никто другой, заинтересована в благополучном разрешении данной ситуации... Мы справимся!

- Твоя уверенность внушает надежду.

Мы вышли из шатра рука об руку, вызвав ликование и всеобщий вздох облегчения у войска.

Глазами я пыталась найти Ягу, так торопившую меня вернуться. Тщетно, её не было, так как я не могла почувствовать её "ауру", стало понятно, что неугомонная Яга находится вне лагеря. Мы с Жутиковым, ставшим моей тенью, весьма щедрой на едкие комментарии, под охраной отправились в Избушку, пообещав Князю к вечеру вернуться в лагерь.

Василий встретил нас уже на опушке. Радостно оглашая окрестности довольным урчанием.

- Риммау!

Я спрыгнула с коня и подхватила кота на руки. Он умиротворенно зажмурился и лизнул меня в щеку.

- А где бабуля? - спросила я, ощущая смутное беспокойство.

Здесь нас ждал второй сюрприз. Оказалось, что Яга получила неожиданно какие-то сведенья о шарлатанах, изуродовавших её Избушку, и эмоциональная старушка на всех парах, скакнула в ступу и решила быстренько "разобраться с ними по-свойски". Уж что, а "разбираться" Яга любила!

- Надеюсь, ей повезет, и она скоро вернется, - вздохнула я, - тех, кто попадется ей под горячую руку во время разборок, остаётся только пожалеть...

Мы вышли на поляну, где стояла пристыжено нахохлившаяся Избушка. Рядом с ней под соснами устроился наш зеленый друг.

Горыныч пребывал в печали. Глаза, все три пары, были полны тоски, не чуждой, однако, некоторой мечтательности.

- О чем тоскуем? - поинтересовалась я.

В ответ раздались три тяжелых вздоха, и Горыныч отвел глаза.

- Что-то не то съел, вот и мучается, - категорично объявил Жутиков.

Василий возмущенно фыркнул и одарил Жутикова презрительным взглядом. Я вопрошающе смотрела на кота.

- Любовь! - мурлыкнул Василий и томно вздохнул.

У меня от неожиданности дар речи пропал: для полного счастья не хватало только этого. Война. Войско деморализовано тем, что у Князя обнаружилась тайная связь с Миррой и свадьба под угрозой, Баба Яга ловит мошенников, обманувших Избушку, и вот теперь Горыныч влюбился!

- И кто предмет сей страсти нежной? - поинтересовалась я, подхватывая тяжеленного котяру на руки. Василий замурлыкал от удовольствия, привалившись к груди.

- Драконесса... Златокрылая,- масляно щуря зелёные глазищи ответил Василий.

От изумления у меня разжались руки, и кот упал на землю. Сделав кульбит, Василий приземлился по всем правилам кошачьего искусства. Я несколько раз открывала рот, что бы задать вопрос, но слов не было. За спиной раздались сдавленный хохот. Я оглянулась - Жутиков веселился от души.

- И где ж он эту ...даму увидел? - наконец спросила я.

Оказалось, перст Судьбы подстерегал нашего зеленого друга на пути к соляному карьеру. Долг свой Горыныч выполнил: помог переправить соль через бурную горную реку, однако, сердце его было пленено прекрасной златокрылой драконессой.

С разомлевшим Василием на руках, я устроилась рядом с мечтательно смотрящим на небо, очевидно, грезящем наяву, Горынычем. Жутиков, хмыкнув, присел рядом. Левая голова по привычки понюхала его и тоже легла на лапы. Избушка, подобралась к нам поближе, и, нахохлившись, пристроилась рядом с нами. Повисла тишина. Без Яги мы чувствовали себя как-то неуютно. А резвая старушка не ведомо где ловила мошенников. Почти физически ощущалось отсутствие молчаливой, задумчивой Мирры. Где её спрятал Светомир? Конечно, с ним она под надежной охраной, но всё равно чувствовалось неясное беспокойство. Постоянная опасность и бои плечо к плечу, прикрывая спину друг другу, сроднили нас.

- Как-то уж слишком всё сразу навалилось, - выразил общее невысказанное мнение Жутиков. - Может быть, останься ты здесь, половины бы не случилось... И чего тебя понесло с Ратмиром этим по лесам по долам?

Я ничего не ответила, задумчиво поглаживая Василия, но Жутикова это не смущало. Жажда выговориться и прокомментировать происходящее была сильнее его.

- Полный бред!... Бабка куда-то свинтила. Остальные как дурного отвара хлебнули. Горыныч влюбился. Князь к Мирре прикипел... А кстати, с чего бы это вдруг, а? Ты на них никакие эксперименты не ставила? С тебя станется...

Рассуждения Жутикова о моих дурных наклонностях прервало появление гонца от Яромира. Князь приглашал меня на вечернюю трапезу и военный совет.

С помощью Горыныча за два дня удалось перебросить в лагерь достаточное количество соли и теперь под руководством деятельного и энергичного Ратмира, обозы двигались ближе к черному замку. Отряды перерезали пути к отступлению. Чародеи прикрывали движение наших войск, отводя глаза любопытствующим и неприятелю. Яромир был сосредоточен, точно отдавая приказы, контролируя перемещения войск. Моё появление рядом с ним и поддержка, укрепляло его авторитет. Приближался час решительного сражения. Руководить окружением врага Князь доверил Ратмиру, которому сразу после военного совета предстояло отправиться в обратный путь в приграничную с землями Гастона лесостепь. Собираясь отправиться в путь, Ратмир, держа шлем в руках, подошел ко мне.

- Нареченная...

- Римма, - с улыбкой поправила я.

- Да, Римма...- улыбка воеводы отдавала горчинкой. - Берегите себя, - и добавил, - Сердце за тебя не спокойно...

- Не волнуйтесь, учитель, благодаря вашим урокам, я могу за себя постоять, - пошутила я, касаясь рукоятки меча на моем поясе.

Ратмир, склонив голову, преклонил колено и едва приметным движением переложил мне в сапог свой засапожный нож. Выпрямился и поймал мой взгляд. На мой безмолвный вопрос, кивнул: "Пригодится!". В его взгляде смешались беспокойство за меня и ...любовь, которую он не мог скрыть. Несколько мгновений мы смотрели друг другу в глаза. Наконец воевода, чуть прикрыв ресницами глаза, улыбнулся смущенной и беззащитной улыбкой, которую странно было видеть на волевом, закаленном в сражениях лице, поклонился и вышел из шатра.

Храни тебя Бог! Храни тебя Свет! Я смежила веки, плетя для Ратмира защиту, окутывая его в броню оберега.

Глава 15

Вечерние сумерки спустились на лес. От Яги не было весточки. Горыныч тяжело вздыхал, не давая уснуть никому в округе. Жутиков лениво пощипывая приготовленный Василием пирог с грибами, сидел на пеньке рядом с тоскующим Горынычем. Охрана несла службу по периметру опушки.

- А не погадать ли нам, а Васюшь? - обратилась я к коту, ощущая смутное беспокойство и не находя ему объяснения.

Кот с готовностью пододвинул мне колоду карт. Яге выпадали пустые хлопоты и обман. Значит, след, по которому она так рьяно ринулась на поиски злоумышленников, ложный. Опасности для неё не предвиделось и это радовало. Погадать себе? А почему нет? Я решительно перетасовала колоду.

Обилие пиковой масти в раскладе заставляло думать, что карты надо мной смеются. Опасность для жизни, сопряженная с гибелью. Угроза насильственной смерти. Происки врагов и ловушки. Предательство. Переломный момент в судьбе. Холодок пробежал вдоль спины. И это всё мне? В одном раскладе? Я скептически хмыкнула, но продолжила раскладывать карты.

- Васюшь, а правду говорят, что чужими картами гадать нельзя? Колода-то бабулина. Может, оттого карты о ней правду и сказали, а для меня теперь вредничают? - обратилась я к коту.

- Может и правду, а может, для настоящей ведьмы и чужая колода не преграда, - ответил кот, сидя на столе и следя за моими действиями.

Мрачный прогноз отбивал охоту продолжать гадание, но упрямство, - раз начала, надо довести до конца! - взяло верх и было вознаграждено. Карты поведали, что друзья будут готовы прийти мне на помощь, и есть шанс на спасение. К тому же, если я благополучно избегну опасности гибели, то стану сильнее.

- Вот, видишь, Васюшь, не всё так плохо. А заключение, даже обнадеживает! - прокомментировала я коту.

Кот прошелся по картам, пристально всматриваясь, потом мягко перемешал их и, мурлыкая, стал тереться о мое плечо, то ли утешая, то ли подбадривая.

Утро выдалось хмурым и пасмурным. Низкие тучи, казалось, царапали верхушки вековых сосен. Вестей от Яги не было. Мы молча завтракали приготовленными на скорую руку пирогами с ягодами. Вкус теста, созданного мной с помощью чародейства, всё же оставлял желать лучшего. Сложно было сосредоточиться на представлении и концентрации вкуса сдобного теста, отвлекали мысли о Яге, Яромире, Мирре, влюбленном Горыныче, который тяжелыми вздохами оглашал округу. С ягодами повезло больше: их принесли к Избушке белки, служащие Яге.

- Да, кулинар из тебя ... неважный, - посетовал Жутиков, беря при этом очередной кусок пирога и прихлебывая чай из большой глиняной кружки.

- По вашему аппетиту этого не заметно, - не осталась я в долгу.

- С голоду и не то съешь, - отозвался Жутиков, пододвигая к себе и крынку, предназначенную в первую очередь для Василия.

У кота от такой наглости даже дар речи пропал.

- Тебе, Васька, худеть надо! - фамильярно заявил Жутиков, черпая сметану. - Вон какое пузцо отъел на бабкиных харчах!

С утробным мявом уязвленный кот кинулся на обидчика, да с такой неожиданной силой, что Жутиков опрокинулся с лавки.

- Только без крови, мальчики! - напомнила я, ягодка за ягодкой наслаждаясь душистой лесной земляникой.

"Мальчики" вняли моим наставлениям: кот вцепился в одежду Жутикова и отвешивал лапкой пощечины, а тот тщетно пытался подняться и сбросить с себя тяжеленного кота.

Стук по стеклу отвлек меня от созерцания поединка на полу. Черный ворон с листком в клюве. Я распахнула оконце, ожидая вестей от Яги. Ворон грациозно поклонился и подал мне письмо. Я развернула листок пергамента. "Римма! Мне нужна твоя помощь. Мне нужно увидеться с тобой наедине и переговорить. Об этом не должны знать чародеи, иначе ... я подведу и Светомира и Князя. Буду ждать тебя на восходе у большой поваленной сосны у ручья. Мирра".

Мирра...подала весточку. Надо идти. Мирра не могла покинуть укрытия без ведома мудрого Светомира. Значит, чародей сам проводит её к месту встречи. Хорошо; с ним она в безопасности. Да и мне давно хотелось переговорить с Светомиром с глазу на глаз. Послание заинтересовало дерущихся "мальчиков" и они, со следами побоев - особенно досталась Жутикову-, уселись по обе стороны от меня: мой ворчливый спутник - на лавку, а кот вспрыгнул на стол. Оба принялись изучать послание.

- Объявилась, значит, наша блудодейка, - саркастически заявил Жутиков.

- Не нравится мне это, Риммау...

- Солнце уже взошло, надо торопиться, - отозвалась я.

- Риммау! В свете вчерашних гаданий, на твоем месте, я бы не ходил туда...по крайней мере, одной идти не стоит точно! - заявил Василий обнюхивая листок.

- Так не в Избушке ж мне замуроваться, - отозвалась я. - По пустякам Мирра не стала бы просить о помощи, значит дело серьезное. Да и Светомир её без охраны не оставит, значит, есть шанс переговорить с ним наедине. - Уже рассвело, надо идти.

- Иди Горыныча буди, - подтолкнул Василий Жутикова.

- Вот ещё! - в один голос воспротивились мы оба и переглянулись. Жутиков предоставили мне право говорить первой. - Бедолага лишь под утро сном забылся: всю ночь провздыхал и будить его бесчеловечно! Это, во-первых, а во-вторых, - продолжала я - если меня Горыныч будет сопровождать, то ни о какой тайне и речи быть не может, ведь его издалека видно! В третьих, Горыныч просто не сможет пробраться к ручью, там же заросли сплошные и места для посадки нет!

- Всё равноу, нельзя тебе одной, - стоял на своём кот.

- А я не одна пойду. Я ... вот Жутикова с собой возьму! - нашлась я.

Под нашим напором кот сдался, ворча и сетуя, что вмести с силой Создатель не одарил меня мудростью, и отмерил нам на встречу с Миррой час, а при опоздании пригрозил поставить на ноги всё войско.

Мы с Жутиковым пробирались сквозь заросли ежевики, переговариваясь вполголоса. Жутиков привычно ворчал на то, что колючки как нарочно сплетаются перед нами и цепляются на одежду.

- Относитесь к этому философски, - посоветовала я, стараясь сосредоточиться и обратиться к лесу, что бы пропустил нас.

Но то ли я плохо концентрировалась, то ли ещё что, но лес не отозвался на мои просьбы, только заглушал наши шаги, делая наши передвижения бесшумными. А растения и ветки деревьев цеплялись за ноги и руки, мешали идти, знакомая тропинка на глазах зарастала травой. Из-за этого дорога заняла гораздо больше времени, чем я рассчитывала. Когда мы добрались до ручья, солнце уже стояло высоко, хотя в лесу, под кроной вековых сосен, по-прежнему было сумрачно. Наконец, показался ручей

На большом сером валуне настороженно напружинившись, закутавшись в серый плащ, сидела Мирра. Светомира не было видно. Я сосредоточилась и с удивлением обнаружила, что не чувствую ауру мудрого чародея, а значит, его нет поблизости. Жаль...

- Мирра? - негромко окликнула я, настраиваясь на волну влюбленной лучницы.

Фигура встрепенулась. Одновременно я услышала вскрик Жутикова за спиной, но не успела даже обернуться: удар по голове оглушил меня. Сосны, ручей, фигура на камне - всё закружилось перед глазами, словно затягивалось круговоротом в воронку, уменьшаясь и расплываясь, и, наконец, померкло.

Глава 16

В каменном мешке пахло сыростью и плесенью. Глубокая темнота тоже не добавляла оптимизма. Я зябко поёжилась. В темноте кто-то зашевелился. Точно не мышь. Что-то крупное. Крыса?!. Интересно, они умеют вздыхать? Я пыталась себя отвлечь от мыслей о крысах. Кто-то вздохнул... Не крыса и это радует. Пробираться на вздохи на ощупь? Ну, уж нет, кто знает, на что наткнешься. Я постаралась пошевелиться, каждое движение отзывалось болью, к тому же ноги и руки оказались связаны. А вот это совсем плохо... В случае чего, даже сопротивление оказать будет проблематично. Сопротивляться? Кому? И вообще, что я здесь я здесь делаю? Я... Римма... Да. Гроза. Кабинет. Переход в новый мир. Я ведьма... События восстанавливались в хронологическом порядке. Ворон. Письмо от Мирры. Неужели предательство? Но разве я в чем-то перешла ей дорогу? Хотя, с её точки зрения, возможно, всё выглядит несколько иначе, ведь она любит Яромира... Но я же не стояла у неё на пути... Хотя...

От каменных стен веяло пронизывающим, пробирающим до костей, холодом. Крепко связанные руки и ноги занемели. Ноющая, пульсирующая боль в затылке мешала сосредоточиться, мысли путались, и это жутко раздражало. Я же ведьма! Настоящая! Неужели не смогу справиться с какой-то там болью?! Я постаралась сесть, но малейшее движение головой отзывалось нестерпимой болью. С четвертой попытки удалось присесть, однако голова закружилась и очнулась я вновь на каменном полу. Я долго всматривалась в темноту, надеясь рассмотреть хоть что-то: хотя бы стену, чтоб к ней прислониться. Тщетно. Глубокая темнота и мрак. В каменный мешок не проникало ни малейшего лучика света. Сантиметр за сантиметр, с кружащейся головой, цепляясь за сознание, я продвигалась в сторону, надеясь рано или поздно упереться в стену. Я потеряла счет времени, у меня была цель, к которой я медленно двигалась. Наконец, я добралась до стены. Прислонилась к ней спиной, переводя дух, но не рассчитала сил и снова приложилась многострадальной головой. В глазах даже разноцветные искорки заплясали.

- Гадство! - выругалась я сквозь зубы, чувствуя, что ярость придаёт силы и не даёт потерять сознание.

- Римка?!

Ещё неопределенное, но по ощущению, достаточно долгое время ушло на то, чтобы Жутиков подполз поближе ко мне. Пожалуй, никогда я ещё не была так рада его присутствию, как в этот миг! Мы оказались в равных условиях, связанные и предварительно ударенные по голове. Хотя моей голове, судя по тому, как она кружилась, и я периодически теряла сознание, повезло меньше.

- А я думала это какая-то крупная мышь шуршит в темноте, - поприветствовала я Жутикова, когда ему удалось устроиться рядом со мной.

- Пока ты не стала ругаться, я вообще тебя за крыску принял, - не остался в долгу он.

Но Жутиков не был бы самим собой, если б не стал высказывать мне претензии. И впервые, меня это не огорчало, наоборот, подбадривало, ведь, если он ворчит, значит, не всё так плохо.

- Даже кот и тот предупреждал, что нечего тебе тащиться черт знает куда одной! А она!... И ещё ведьмой называется! И где твоя интуиция?! А?!

- Ну, я ж не одна пошла, а с вами.

- Угу! Это меня сейчас и утешает!- язвительно отозвался он. - И вообще, не знаю, как ты, а я есть хочу! Тем более, что кто-то здесь ведьмой называется, так что будь добра, хоть ватрушку, а наколдуй! И руки развяжи!

- А мух от вас не поотгонять? - привычно огрызнулась я.

- Каких ещё мух?! - удивился Жутиков. - Римк, ты что? - похоже он решил, что мне совсем плохо.

- Мухи - это такие назойливые бяки с крылышками, - пояснила я, отчетливо представляя себе рой мух.

А вот это было зря! Потому что тишину каменного плена наполнило жужжание, и назойливые насекомые принялись донимать нас. Жутиков выругался.

- Нет, Римка, ты точно ненормальная. Если раньше я только сомневался, то теперь точно уверен, - посетовал он, отмахиваясь от мух. - Немедленно прекрати это!

А я была рада и мухам: раз получилось их создать, значит, силы ко мне возвращаются, и мы еще повоюем. Не обращая внимания на ворчание Жутикова, я сосредоточилась на собственном "оздоровлении". Как ни странно, при жужжании мух сконцентрироваться получилось легче, чем в тишине, нарушаемой неизвестным шуршанием. Оказалось совсем не просто сосредоточиться на позитивных мыслях, отринуть от себя боль (себя от неё?) и представить себе ясную, здоровую голову. Когда мне это удалось, я почувствовала такой восторг и прилив сил, что захотелось визжать и прыгать! Расправиться с веревками на запястьях и щиколотках оказалось гораздо проще. Проснувшийся аппетит свидетельствовал о выздоровлении и о том, что в каменном мешке мы пробыли уже значительное время. Но кушать в компании с мухами не хотелось. От них избавиться оказалось сложнее, чем их сотворить. Представить, что они есть легче, чем представить, что их нет, когда они садятся на тебя и жужжат над ухом! Не гоняться же за каждой! Тем более, я поймала себя на мысли, что мне жаль их убивать, ведь они помогли мне вернуть силы и поверить в себя. Пришлось "творить" осень и усыплять мух. Но как только наступала тишина, в воображении представлялась уцелевшая мушка, и всё приходилось начинать заново. К тому моменту, как все мухи "спали", Жутиков окончательно укоренился в мысли, что у меня крыша поехала. И лишь когда я, голодная и обессиленная, создала свечку - получился лишь маленький огарок - он воспрял духом.

- Ты уж не пугай так больше, - попросил он, оглядывая меня с головы до ног.

Развязать Жутикова не удалось, узлы были с секретом. Кстати, зубам моим они тоже не поддались.

- Ты ж ведьма! Наколдуй нож что ли! - посоветовал он.

- Знаете ли, моих сил хватит на кусок хлеба или нож, так что выбор за вами, - отозвалась я.

- Давай тогда уж каравай...да побольше... Надеюсь, накормишь?

Хлеб у меня получился на славу! Пышный, вкусно пахнущий и даже теплый! В глазах Жутикова промелькнуло невольное восхищение. Я отломила большой кусок, блаженно вдохнула аромат и первому предложила откусить Жутикову. Жуя хлеб, я подумала, что сделала верный выбор в пользу хлеба, а не ножа, и внезапно меня озарило. Нож Ратмира, который воевода опустил мне в сапог! Положив хлеб на колени уставшего мне удивляться Жутикова, я принялась исследовать сапоги.

- Ура!!! Эврика!

- Римка, может, хватит? - попросил с набитым ртом Жутиков. - Ты мне и так сегодня уже седых волос добавила своими выкрутасами.

- Ничего вы не понимаете! - и я с довольным видом достала из сапога нож воеводы.

- Вот это другое дело! - оживился Жутиков, скоренько протягивая мне онемевшие запястья.

Освободившись от пут, он отломил солидный кус хлеба и блаженно заулыбался.

- Наконец-то, от твоего ведьмовства какая-то польза появилась! - благодушно заявил он.

Каравай был съеден, свеча, потрескивая, догорала. Мы с Жутиковым заворожено смотрели на пламя свечи.

- Знаешь, Римк, пора б на отсюда ноги делать, - наконец произнес он.

- Знать бы , где мы... Так. Давайте попробуем восстановить все события до того, как очнуться в камере. Что вы видели? Что чувствовали? Что помните?

Однако, даже совместные попытки восстановить ход событий, не дал значительных результатов. Мы оба видели сидящую женскую фигуру на камне. Мирра...

- Вот и яркая иллюстрация к женской дружбе! - ехидно прокомментировал он.

- А почему вы так уверены, что наше похищение на совести Мирры?

- А на чьей же ещё? - даже удивился Жутиков. - Ясно она. Пока ты засады с Ритмиром устраивала да объезды совершала, она Князя соблазнила, а здесь и ты как снег на голову свалилась. Да еще и всё войско и чародеи как один на твою сторону встали, вот она и обозлилась, ясное дело, - с видом знатока пояснил он.

Я хотела возразить, что Князь и Мирра давно любят друг друга, но вспомнила, что Жутикову этого знать не следует. Мне не верилось, что Мирра способна предать нас, ведь мы не раз и не два спасали друг другу жизнь, сражаясь спина к спине, а это многое значит.

Мы с Жутиковым наощупь исследовали нашу камеру. Увы, нам не удалось найти даже двери, хотя логика (раз мы сюда как-то попали!) неумолимо доказывала, что она есть.

- Где-то же она есть! - раздраженно бросил Жутиков, упрямо ощупывая стены в десятый раз.

- Есть, - согласилась я и добавила,- если нас не замуровали.

- Типун тебе на язык, - беззлобно пожелал Жутиков, передернувшись от моих предположений.

Я не стала его разубеждать, хотя у самой сердце холодело от подобной мысли.

- И вообще, - с нарастающим раздражением продолжал Жутиков, - кому надо нас хитить?! Нет, правда, ведь не Мирра же с тобой таким образом счеты сводит?! Да и одной ей не справиться! А здесь чувствуется организованный подход!

- Вот-вот, вы уже на верном пути, подбодрила я его. - В первую очередь, надо понять, кому это выгодно.

Жутиков устроился рядом и принялся в полголоса рассуждать на эту тему. Его монотонное рассуждение не мешало мне сосредоточиться, вероятно, за время нашего знакомства я уже привыкла к его ворчанию и комментариям на каждое действие.

Камни... К кому обратиться за помощью? Я отринула посторонние мысли и сосредоточилась на ощущениях, стараясь поймать дуновение жизни, понять, к какой силе воззвать. Но на мой призыв не отозвалось ничего. Каменная кладка не скрывала ни искорки жизни и была запечатана чужой силой, не пропускала меня и моих призывов. Я тщетно билась о сплошную стену, стараясь уловить, почувствовать отзыв на мои призывы. Тщетно...

- ... или сам Наследничек постарался? - дошел до моего сознания голос Жутикова. - А что? - встрепенулся он. - Может этим всё и объясняется, а? Воспылал к Мирре страстями и решил побыстрее отделаться от навязанной невесты? Как ты думаешь, Римк, такое возможно? Ты ж его всё же лучше знаешь.

Я переводила дух, набираясь сил. А Жутиков, увлекаясь всё больше, продолжал:

- И всё для него удачно складывается. С Гастоном дело на половину сделано, здесь ты помогла объединить страну, то есть миссию свою выполнила. Теперь, если ты пропадешь, вся вина на нежить, а следовательно, новый подъём борьбы. С Гастоном и упырями в два счета разделаются...

- Ну, на два счета, это вы лишку хватили, - возразила я.

- Хорошо, пусть не на два, но всё же разделаются. Да один Ратмир чего стоит. Он замок по камешку собственноручно раскидает! - ехидно заметил Жутиков.

- Ревнуете что ли? - в тон ему поинтересовалась я.

Жутиков хмыкнул, и, пропустив моё замечание мимо ушей, вернулся к своим рассуждениям:

- А потом после победы, погорюет-потоскует да и женится на Мирре.

- Не дадут. Она не ведьма, - возразила я.

- Не дадут, так ещё лучше, - встрепенулся он. - Скажет, что после твоей гибели ни кто ему не мил, а сам будет с Миррой жить. Чем не ход, а?

В словах Жутикова была какая-то логика, но верить не хотелось. В одном он прав, я лучше знала Яромира, знала, что он не способен на предательство. Есть вещи, которые просто чувствуешь.

Томительно текли часы. Каменная кладка не поддавалась моим силам и не пропускала призывы. Обнаружить выход нам не удалось. Оставалось надеяться, что нас не замуровали. Жутиков ехидно добавлял, что могли и замуровать, если я кого-то достала до печенок.

- Уж это-то ты умеешь, по себе знаю! - авторитетно заявил он. - Но я в любом случае, получается, страдаю безвинно! Во-первых, меня к камню на свидание не приглашали, так что, получается, схватили по ошибке ...

- Так сказать, за компанию, - вставила я.

- Во-вторых, я не ведьма, поэтому ни на чьем брачном пути не стою, и к Князю в жены не набиваюсь.

- А хотелось бы? - невинно поинтересовалась я.

- Ах, ты...!

Некоторое время мы провели в беззлобных перебранках и погонях по узкой камере, больше для моциона.

- Пора что-то делать, - решительно сказал Жутиков. - Надо выбираться! Если для этого тебе придется (на время!) превратить меня в какую-нибудь зверушку, сильно возмущаться не буду!

Мне эта идея пришлась по душе. Кто бы ни были наши похитители, они ожидают увидеть в камере людей, а не ... Впрочем, о моих способностях они знают.

- Кем бы вам хотелось стать? - поинтересовалась я.

- Ого, уже прогресс! Наконец-то ты стала интересоваться моим мнениям по этому поводу до превращения, а не после, - добродушно проворчал Жутиков.

Мы принялись рассуждать, в чьем облике у нас больше шансов вырваться на свободу.

- Чем меньше и незаметнее, тем лучше, - философски заметил Жутиков, - меньше шансов, что подстрелят. И лучше с крылышками, - мечтательно добавил он.

- Колибри? - промурлыкала я.

- Слишком приметно. Что-то не припомню я таких пташек в здешних широтах! Да! И бабочкой тоже быть не хочу, ещё не хватало угодить какой-нибудь сороке на обед!

- Муха, - твердо сказала я.

- Что? У тебя новый пунктик по поводу мух появился?

- Маленькая. Незаметная. С крылышками, - аргументировала я. - И в здешних широтах очень даже водится!

- Ага, и пауки ими очень даже питаются! - возмущенно выкрикнул Жутиков, боясь, что я немедленно обращу его в насекомое.

Моё предложение превратиться в воробьев, не было встречено энтузиазмом, ибо, как сказал Жутиков, "их тоже едят".

- Все мы звено в чьей-то пищевой цепочке, - утешила я его.

- Тебе-то хорошо, махнула крылом и уже не воробей, а коршун, а я так и буду чирикать, пока из меня какая-нибудь кошка все перья не повыдергает!

- По-моему ворон не очень едят, - пошутила я, концентрируясь и вызывая образ птицы.

Возмущение своё Жутиков выражал уже карканьем, на этот раз превращение произошло на редкость легко, словно играючи. Однако, самой обратиться в птицу мне с первой попытки не удалось, хотя образ я представляла четко. Ни вторая, ни третья попытки, ни к чему не привели. Это меня озадачило, в своей силе и способностях к чародейству я была уверена, и пленение не подорвало мои способности. Тогда в чем дело? Недолго думая, я решила сменить образ воплощения. Пусть не ворона, но превращение в кошку мне всегда удавалось. Даже в первый день в этом мире, когда я ещё не осознавала своих способностей и плохо управляла дарованной мне силой. Значит, кошечка...белая, грациозная, с блестящей шерсткой и острыми коготками. Итак!... Тщетно, я чувствовала в себе небывалую концентрацию силы, но, увы!, не смогла принять даже любимый образ. Этому должно было быть какое-то разумное объяснение. Несколько очередных попыток, предпринятых ради чистоты эксперимента, не дали результата.

- Отсутствие результата, тоже результат, - успокаивала себя я.

- Ккаррр!?

- А, вы...сейчас верну дар речи, - пообещала я.

И в этот раз чародейство удалось, но отчего-то применить чары к себе не выходило. Напрашивался очевидный вывод; на меня наложили более сильные чары. Только не понятно, то ли не желали моего превращения, то ли заклятье сработало так причудливо, ограничивая мои силы.

Обсудить возникновение новых трудностей с вороном Жутиковым я не успела. Сквозь каменную кладку, изолировавшую нас от мира, стали доносится звуки. Судя по всему её разбирали извне.

- Неужели конец нашему плену?! - встрепенулся ворон.

- Я бы не была так однозначна в суждениях, - отозвалась я. Меня охватило дурное предчувствие. Даже не просто предчувствие, и не просто дурное - это мягко сказано. Разбирающие кладку не несли нам освобождение. Я была уверена, что всё самое плохое, что могло с нами, случиться только начинается.

- Всё же мы были замурованы, - протянул Жутиков, и странно было слышать знакомый ехидно-ворчливый голос от птицы.

- Так, - решительно начала я. - Как только появляется первая возможность, сразу же летите на восток, в военный лагерь. И без комментариев. Нет, по дороге вас не съедят и даже не потреплют, я дам вам защиту. К тому помогу быть невидимым для людей... и нежити. Вас только сильный чародей сможет увидеть сам.

- Эй, а как же я ...

- Скажете "услышь меня" и чары спадут, станете видимым, - торопясь, закончила я, наблюдая, как у одной из стен на уровне полутора метров начинает выдвигаться камень. Из образовавшейся щели веяло ненавистью, опасностью и ... Теперь я точно уверилась, что гадания не просто забава, а грозящая нам опасность - смертельная, ибо с той стороны кладку разбирала нежить.

Часть стены, под напором силы стой стороны, обвалилась внезапно. За мгновение до этого я отступила к противоположной стене, ворон неуклюже взлетел мне на плечо. Через провал в стене в каменный мешок вступили четверо упырей, закованные в стальные доспехи. Сквозь забрала шлемов красным отсвечивали глаза. Низ забрала закован на замок. Заметив этот своеобразный намордничек, я невольно усмехнулась. Самостоятельно им его не снять, что радует: не покусают.

- Следуй за нами, ведьма, - прохрипел один из них, наставив на меня копьё.

Уже без удивления я обнаружила, что что-то парализует мою силу, я не могу отклонить копья. И только теперь я заметила, что на мне нет моей серебряной кольчуги, хотя я точно помнила, что из Избушки выходила в ней. Плохой знак. Ни одна нежить не смогла бы её, многократно заговорённую и накопившую многовековую защитную силу, снять с меня. Значит, или человек (!) помогал нежити, или... Гастон сильнее, чем мы полагали, и тогда положение гораздо серьёзнее... Что ж, в камере делать нечего, как бы то ни было, но нас должны уже искать, Василий намеревался ждать нас только час, а потом бить тревогу. Час явно миновал. Выпрямившись, я гордо шагнула сквозь провал стены. Жутиков сидел на плече, до крови вцепившись в меня когтями. Несколько капель проступили сквозь ткань рубашки. От запаха крови у упырей сквозь забрала капала слюна. Мы шли долгими тёмными переходами. Взгляд, привыкший к мраку - да здравствует моё кошачье зрение! - выхватывал из темноты белеющие кости. Человеческие.

- Как выйдем на воздух, сразу лети, - не разжимая губ, приказала я ворону.

Глава 17

Наконец мрачные переходы закончились. Мы вышли в просторный зал. Сквозь узкие окна-бойницы пробивался свет. Сидевшая на троне фигура встрепенулась. Гастон Черный, догадалась я. Сквозь забрала шлема тоже красным отсвечивали глаза.

- Ближе, - проскрипел он.

Я демонстративно остановилась, рассматривая его.

- Ближе, я сказал! - выкрикнул он.

Стоявший ближе ко мне упырь подтолкнул меня древком копья. Это было слишком. Я резко развернулась и вскинула руку. Нежить этого явно не ожидала и не успела ни прикрыться, ни отступить. Яркая молния ударила упыря по глазам. Нечеловеческий вой вырвался из его груди. Из-под забрала пошёл дымок, запахло гнилью. Остальные трое упырей поспешно отступили от меня. Рада? Несказанно! Оказывается, то, что я не могу превратиться в кого-либо, не означает, что я не могу защищаться! Здорово! Хотя копья отвести не смогла... Гастон зачарованно смотрел, как через несколько мгновений черные доспехи его воина раскололись надвое, а внутри оказалась лишь догорающая на глазах горстка пепла. Мои возможности, продемонстрированные столь явно, заставили Гастона сменить планы. Он стремительно скрылся за троном, бросив сквозь зубы:

- На площадь её!

Упыри, не приближаясь ко мне вплотную, подталкивали меня вперед, не давая обернуться и поразить их. А копья-то острые. На бедре и на предплечье выступило ещё несколько капель крови. Да, защитить себя напрямую я не могла, зато могла поразить врага.

Мы вышли на площадь. Низкое пасмурное небо и кружат черные птицы. Вороны? Я всмотрелась и усмехнулась. До жути знакомая картина! Гаданье не обмануло. Не вороны, а хищная нежить Гастона кружила под низкими облаками. Высокие каменные стены, сложенные из грубо вытесанных серо-черных глыб. Человеческие кости и черепа, так жалобно и беспомощно в своей наготе, белевшие на каменных плитах. На площади толпились ...нелюди... Они сосредоточенно и плотоядно смотрели на нас. Толпа нежити в едином порыве затаив дыхание смотрела на меня. Сквозь забрала капала слюна. Капли стекали по черным доспехам... Есть от чего впасть в панику. Не дождутся! Я - Ведьма! Я резко тряхнула плечом.

- Лети!

Ворон тяжело поднялся в воздух, я проследила его полет взглядом, с удовлетворением отмечая, что нежить Жутикова не видит. Постепенно тот, приспособившись к новому телу, приобрел навык полета и даже порадовал меня неким изяществом.

В центре площади мощенной темно-серыми плитами чуть возвышался алтарь в форме низкого усеченного конуса. Его боковая поверхность из черного, отливающего черно-красным, камня была иссечена сложными зигзагообразными желобками, берущими начало в центе плоской вершины и оплетавшими весь конус. Над алтарём стояла плотная кровавая аура. Место жертвоприношений. Желобки - для стока крови. Жертва...я. Значит, это себя я видела, гадая над горшком с Ягой! Теперь понятно, отчего я не могла видеть, что происходит дальше, а всё время возвращалась к одному и тому же месту: очевидно, что никакого "дальше" не будет. Сердце, объятое ужасом, сжалось. Горько. Но ещё больше обидно: так глупо и нелепо попасть в западню! Ведьма?! Где ж в тот момент было моё шестое чувство?! Моя интуиция?! Карты предрекали смертельную опасность, и то внимания не обратила! Какая глупая самонадеянность и самоуверенность! Слишком уверилась в собственное могущество, не заметила очевидное! Да что теперь... Но моя кровь - кровь ведьмы - даст силу нежити, поднимет их на новый уровень, ведь недаром они охотятся на чародеев. А я, как говорят чародеи и сама Яга, ведьма не из последних. Самонадеянная идиотка! Я, не надеясь на чудо спасения, мучительно искала выход из положения, как сделать так, что бы даже принесенная в жертву моя чародейная сила не перешла к нежити. Как? Стать тем, что принесет смерть нежити. Серебро. И соль. Но, увы, я не могла превратиться ни во что. Но другого выхода нет. Я медленно продвигались к алтарю, подгоняемая копьями, концентрируя силу. От черно-красных камней алтаря, принявшего на себя сотни жертв, исходил запах крови. Если это сон, то самое время проснуться...

Вперед выступили четыре квадратные фигуры. Любой упырь сам по себе многократно сильнее человека, массивнее и мощнее, но эти четверо превосходили всё виденное мной до сих пор. Не вырвешься... Они обступили меня с четырех сторон, не давая сосредоточиться для атаки. И всё же... С Богом! При попытке взять меня за руки, я резко развернулась и, раскинув руки в стороны, бросила сияющие молнии наугад. Отчаянье и ярость придавали мне силы, поэтому и молнии получились колоссальной мощи. Рикошетя о стальные доспехи нежити, молнии метались между не ожидавшей отпора четверкой. Упыри закрутили головами, стараясь увернуться от смертельной опасности и спрятать глаза, единственное уязвимое в их доспехах место. Один изловчился и с нечеловеческой силой сжал моё запястье. Превознемогая боль хрустящих костей, я метнула ему в глаза такую молнию, что у самой на мгновение перед глазами радужные круги пошли. Удача! Треск расколовшегося ореха, пустые доспехи со звоном падают на каменные плиты, и только горсть зловонного пепла медленно кружит в воздухе. Так вам! Покалеченное запястье посинело, но исцелением заниматься некогда. И понеслось веселье! Гастон, не видимый мной за спинами своих воинов, что-то вещал, воодушевляя и руководя подданными, обещая тому, кто уложит меня на жертвенный алтарь часть моего сердца. Нежить бросилась ко мне толпой. Однако, вплотную подходить опасались. Я метала молнии, кружась на месте, только и успевала вскидывать ладони. Сотни серебристых змеек обрушивались на капающую слюной в предвкушении награды нежить. Даже разбиваясь о доспехи, молнии рассыпались на сотни искр и разили упырей, попадая сквозь прорези забрал и места соединения доспехов. Мечущиеся молнии, хриплый голос Гастона, бряцанья падающих на камни доспехов, кружащий в воздухе пепел. Но первый шок у нежити прошёл, и они стали действовать более слаженно, решившись взять меня числом. В меня полетели камни, ножи. Ха, а копьём не проще ли? Вероятно, у нежити был приказ взять меня живьем.

В запале сражения я не почувствовала удара, просто в голове зазвенело и словно выключили свет.

Я открыла глаза. Низкое небо. Не пропускающие солнца облака. Явно наколдованные. Черные башни замка и кружащие над ними твари. Я скосила взгляд сторону, каждое движение отзывалось нестерпимой болью в голове. Руки привязаны к черным столбикам. Ногами пошевелить тоже не удалось: Связаны. Голос Гастона доносился откуда-то издалека, почти минуя сознание. Причащение моей кровью... Мило...Нет, уж лучше не вслушиваться. Сердце ему самому и обещанный кусочек тому, кто звезданул меня по голове, по глотку крови всем, и дальнейшие распоряжения относительно того, кому что достанется. Нет, лучше не слушать и не слышать. Я попыталась сосредоточиться, пошевелить пальцами. Плотно привязанные руки не давали такой возможности. Значит, и последней молнией в жреца запустить не получится. Жаль...

Глава 18

Гастон, облаченный в черные доспехи, шагнул ко мне. Ему подали черный ларец. А в нем нож, догадалась я и усмехнулась: всё, что последует за этим, я уже трижды видела при ворожбе, жаль, что мне это не помогло.

Не лицо мне упало несколько крупинок. Что это? Снег?... Едва приметный ветерок касался обнаженной груди. Ещё несколько крупинок. Нет, не снег. По небу скользнула неясная тень. Я заинтересованно подняла глаза. Фигура занесшего жертвенный нож Гастона загородила полнеба. Сердце в сумасшедшем ритме колотилось о ребра. Нож в замахе достиг наивысшей точки и ... Неуловимое неясное движение сверху, и вместо ножа моей груди коснулось сверкающее сияние. Раздался дикий крик Гастона, отброшенного в сторону. Я глянула на ожидавшую удара грудь. Сияние чуть поблекло. Мой крестик и частицы распавшегося на прах жертвенного ножа. Мой крестик? Но откуда?! Его же сняли с меня вместе с доспехами там, в лесу? Воспрянув духом, я всмотрелась в небо. Золотистая изящная фигура дракона парила над черными башнями, кругами спускаясь вниз.

- Убить её!!! - истерично закричал повелитель нежити, тыча рукой в меня.

Крылатый дракон спустился ниже. С него стремительно спрыгнул воин в серебряных доспехах с мечом в руках, мгновенно занявший оборону у жертвенного алтаря, сдерживая натиск нежити.

С золотистого дракона на нежить посыпался град серебристых стрел, летели крупные куски соли. Меня тоже обильно осыпало солью. Раны нестерпимо жгло, но я только радовалась этому: меня, покрытую слоем соли, есть не станут, значит, есть шанс спастись. Слава Богу! Я на мгновение с облегчением прикрыла глаза. А когда открыла их, увидела кругами шедшего на посадку Горыныча. Зелёненький поливал упырей огнем со всех трех пастей, а сидевшие на нём яростно швыряли соль. С диким завыванием над башнями замка пронеслась ступа с Ягой. Я слабо усмехнулась: ещё поживем и повоюем!

Упыри, осознав, чем им грозит неожиданный десант моих спасителей, ринулись ко мне в слепой жажде крови, снова надеясь взять числом.

Видно, сильно меня по голове приложили, раз даже движение глазами вызывало такую боль! Воин в серебряных доспехах - Яромир? - яростно отбивался от врагов. Яга, завывая одной ей ведомые заклинания, волчком вертелась на месте на высоте нескольких метров, швыряя молнии, кто-то стоящий к ней спиной, разбрасывал горстями соль. Из-под шлема выбивались длинные каштановые пряди. Мирра...

Десяток спрыгнувших с Горыныча воинов заняли оборону вокруг алтаря, прикрывая меня.

Откуда-то издалека донеслось раскатистое "ура!", и даже черные башни дрогнули от сотрясшего удара. Кажется, начался штурм черной крепости.

Крики. Скрёжет. Проклятья. Заклинания. Падающая, как снег, с неба соль. Стрелы: серебристые - наших воинов и черные - армии Гастона. Сотрясающие от ударов каменные стены. Огонь Горыныча. Дым. Запах гори и зловоние пепла. Удары мечей. Скрежет железа. Пронзительные крики хищных крылатых тварей, атакующих ступу с Ягой и Миррой.

Среди такого сражения собственное бессилие и беспомощность, бесполезность больно ранили. Я напряглась изо всех оставшихся сил, стараясь сбросить путы. Тщетно: привязали меня крепко, на совесть, и освободиться не удавалось.

В небе снова появился Горыныч, нагруженный новым десантом. Он спустился ниже, выплюнул струю пламени, очищая площадку для высадки десанта. Воины, спрыгивали на землю и сразу же ввязывались в бой. Пользуясь тем, что основное внимание привлек Горыныч, ступа Яги спустилась ниже, накренилась и оттуда выпрыгнула Мирра, на ходу выхватывая из-за спины тяжелый лук. Воины, пропустили отстреливающуюся лучницу в центр круга и сомкнули ряды. Мирра рванулась ко мне. В сильной руке мелькнул кинжал. Девушка принялась резать опутавшие мои запястья веревки. Когда мои руки обрели свободу, Мирра подхватила меня под спину и помогла сесть, вложила в онемевшие пальцы серебряный крестик. Я сжала его. Голова кружилась. Потом надела крестик на шею, обретая уверенность и чувствуя прилив сил. Мирра принялась расправляться с веревками, которыми были связаны мои ноги.

Нет её вины в моём похищении. В этом я была уверена. И эта уверенность окрыляла, давала силу.

Я на мгновение прикрыла глаза, сосредотачиваясь. Исцеление. Сила исцеления. Помощь пришла неожиданно. Ступа Яги вновь спустилась, и Василий был за шкирку сброшен на землю. Черный кот пружинисто приземлился, мявкнул и рванул ко мне. Ткнулся мордочкой в мои пораненные руки. Что-то прохладное коснулось моей ладони. Я присмотрелась, склянка с прозрачной маслянистой жидкостью.

- Пей, Риммау! - приказал он, подставляя шею, чтобы мне удобнее было отцепить пузырек.

Я открыла плотно притертую пробку, в воздухе разлился резкий, пряно-горький аромат трав.

- Выпей, Риммау, - повторил Василий, вылизывая моё запястье.

Я запрокинула голову. Вкус у снадобья оказался гораздо менее приятный чем запах, горький, пронзительный, острый. Отглотнув, я отстранила пузырек от губ.

- До дна, Риммау, до капли! - контролировал процесс кот.

Легко сказать! Я зажмурилась и одним глотком выпила тянучую острую смесь. На мгновение в глазах потемнело, и мир качнулся. Однако, в следующие мгновение я с радостью обнаружила, что голова моя ясна, а кровь бурлит от ярости и жажды битвы. Я встряхнула руками, несколько раз сжала кулаки, возвращая пальцам былую гибкость и подвижность, поднялась. Мы обменялись с оглянувшейся на меня Миррой понимающими взглядами и как раньше встали спиной к спине на вершине алтаря.

Азарт битвы "не на жизнь, а на смерть" захватил меня полностью. Ещё никогда, не смотря на частые наши сражения я не чувствовала такого яростного запала, словно сам дух сражения вселился в меня, не чувствовала ни ран, ни усталости, ни боли и страха.

Огромные ворота замка, наконец, не выдержали натиска извне и войска Яромира ворвались внутрь черной крепости. Гастоново войско, почувствовав себя в западне, сражалось с остервенением, понимая, чем им грозит поражение. Нежить стараясь продлить своё существование и удвоить силы здесь же старалась напиться крови раненных и убитых.

Яромир, унаследовавший воинский талант стратега своего отца, четко спланировал наступление. Кольцо вокруг упырей сужалось, отрезая пути к отступлению внутрь замка.

Неожиданно мой взгляд отметил, что черные башни замка отливают красным, словно наливаются кровью. Что это? Какая-то черная потусторонняя магия, призванная Гастоном на помощь? Я огляделась и с облегчением перевела дух. Закат. Это только солнце весь вечер прятавшееся за тучами, садясь за горизонт, окрасило башни в алый цвет. Закат! Не одна я поняла это. Нежить встрепенулась. Мрак ночи давал им силы. А нам, во что бы то ни стало, надо победить до полного наступления темноты. Ведь в темноте упырям легче скрыться, умыкнув часть наших убитых воинов на пропитание и часть раненных для обращения в себе подобных.

Круг вокруг нежити сжимался, но почувствовав скорое воцарение ночи и зная, что отступать некуда и пощады не будет, упыри сражались с бешенной яростью.

- Где Гастон? Не дайте ему скрыться! - Раздался приказ Яромира, сражающегося у центрального входа в замок.

Гастон под прикрытием приближенных телохранителей пробивался ко входу, намереваясь скрыться в замке. На его пути встал Князь с несколькими воинам. На ступенях завязался жестокий бой. Яромир и Гастон сошлись один на один в смертельной дуэли. Витязь света в стальных доспехах с серебряной насечкой и воин тьмы, закованный в вороненую сталь. Свет и Тьма. Добро и Зло. Вечный бой.

Вероятно, поняв, что просто силой ему не победить, Гастон решил применить магию. Недаром он так охотился на чародеев! Черный вихрь почти сбил с ног молодого Князя. Но и Яромир был не лыком шит! Кудесник Светомир не оставил своего Князя без защиты. Аура света окутала Яромира, преграждая путь черной силе. Бой перешел на новый уровень: не только сила, но и магия пошла в ход.

Мои руки метали молнии, а зрение сосредоточилось на дуэли на ступенях замка. Яромир, теснивший Гастона от входа, неожиданно качнулся, словно что-то толкнуло его в спину, и только гибкость и удача помогли ему избежать прямого удара. Его противник встрепенулся и, обнадеженный этим, пошел на новый приступ. Наблюдая, я поняла, что происходит что-то не то. Будто неведомая сила ставила Яромиру подножки, толкала в спину, сковывала движения.

Это нельзя было объяснить усталостью или неловкостью. Наоборот, только ловкость и многочисленные тренировки помогали Яромиру в этом сражении с Гастоном и невидимым противником одновременно. Ответ напрашивался сам собой, чья-то магия вмешалась в сражение. Против Яромира выступил кто-то владеющий магической силой, помогая Гастону. Я полностью сосредоточилась на дуэли, впитывая каждое движение, каждый вздох и взмах. Так и есть! Едва приметный черный след чьей-то силы змеился к Яромиру, пытаясь сбить его с ног. Черная змейка кружила вокруг Яромира, норовя укусить. А след уходил в небо, к кружащему Горынычу... терялся среди воинов, метающих соль и стрелы. Предатель в наших рядах! Я собрала все силы и сосредоточенно сконцентрировалась для удара. Слепящая молния с шипением сорвалась с моей ладони и ударила по черной змейке, изготовившейся для решительного удара. От удара молнии, змейка свернулась кольцом, изогнулась в агонии и рассыпалась черным, уже вполне видимым, прахом. Яромир, освободившись от сковывающего его гада, воспрянул духом, второй рукой выхватывая осиновый кол.

Силы, данные мне чудодейственным напитком Яги, покинули меня в одночасье. Смертельная усталость навалилась мгновенно. Показалось, что во всем теле нет ни одной целой косточки и клеточки. Ноги подкосились. Падая, я заклинанием, как щитом, прикрыла Яромира от любой враждебной силы. И всё. Звуки боя отдалились, мир закрутился перед глазами, суживаясь до черной точки.

Глава 19

... Тишина. Первое, что я услышала. Тишина, но живая, теплая. Веки казались каменно-тяжелыми, а ресницы неподъёмными. Я попробовала пошевелиться. Получилось, хотя движения и отдалось болью во всём теле. Я поуютнее устроилась в постели, мимолетно удивившись, что лежу на мягкой перине, и вновь провалилась в сон.

Второе пробуждение оказалось уже более осмысленным. Я проснулась, чувствуя себя изрядно отдохнувшей и набравшейся сил. В памяти мгновенно воскресли страшные минуты на черном алтаре и сражение, разразившееся при моем освобождении и штурме черного замка. Яромир! Помогла ли ему моя защита, успела ли я завершить заклинание? Чем закончился его бой с Гастоном? А сражение? А Мирра? Яга? Злотокрылый дракон - возлюбленная драконесса Горыныча? Добрался ли Жутиков до лагеря? Вопросов было море. Где я? Я решительно распахнула глаза. Полумрак. Деревянные стены. Аромат трав и едва уловимый запах свежей выпечки. Слава Богу! Значит, мы, по крайней мере, в том сражении вышли победителями: я у людей. Я решительно села на постели. Осмотрелась. Небольшая, уютная комната, точнее часть комнаты, огороженная странно-неподвижной занавеской. Я усмехнулась, поняв, что на занавеску наложено заклинание непроницаемости. В этом чувствовалась рука Яги. Настроение мгновенно улучшилось. Я потянулась, вставая, и в этот момент занавеска отодвинулась рукой Яги.

- А ну, лежать! - прикрикнула Баба Яга. - Ишь, прыткая какая нашлась!

- Бабуля! - радостно протянула я, вставая.

Яга, проявив неожиданную для её телосложения силу - или это я так ослабла? - повалила меня на постель, уложила и накрыла одеялом.

- Лежать! - строго приказала она.

- Но я уже в порядке! - попыталась возразить я.

- Василий!

Кот вихрем ворвался за занавеску и, в прыжке преодолев высоту постели, устроился рядом со мной.

- Сторожи! - велела ему Яга. - А ты, Римка, прежде чем мне перечить, на себя посмотрела б, на руки свои, тогда б всю перечливость как рукой сняло! Не для того я тебя неделю выхаживаю, что б ты в единый миг всё врачевание мою опрокинула!

Я подняла к глазам руки. От кончиков пальцев до локтя, прикрытого белотканной рубашкой, руки были в синяках и шрамах. К счастью, пальцы шевелились.

- Вот-вот,- продолжила Яга, когда я перевела на неё удивленный взгляд, - все руки переломаны были, пальцы и запястья так совсем почти раздроблены! И как ты ещё с такими руками молнии метала?!

- Так лекарство ваше помогло, - рассеянно ответила я, с ужасом рассматривая уродливые шрамы.

- Не расстраивайся, - угадала мои мысли Яга, - косточки мы тебе поправили, срастили, а чуть сил наберешься, шрамы я тебе уберу! А теперь спи, сил набирайся!.. А лекарство то древнее да сильнодействующее: настойка с травками да мухоморами. Оно любому силы вольёт да витязя-берсерка сделает.

Упс! Без мухоморов не обошлось. Перед глазами возник гигант викинг, в бешенной ярости рубивший врагов огромным двуручным мечом. Хорошая настоечка! Действенная!

- Бабуль, а... как меня нашли? И вообще, чем битва закончилась? И... Я ведь всё равно не успокоюсь, пока не узнаю!

- Эх, выпороть бы тебя хворостиной березовой! - с чувством сказала Яга, снимая заклятье непроницаемости и распахивая занавеску.

- А почему березовой? - буркнула я.

- Говорят, от этого умнеют! Но тебе, боюсь, это не грозит! - распалялась она. - Ну, ничего, вот поправишься, выздоровеешь, я тебе обещаю хорошую порку! Вдруг поможет, а?!

А я с радостью оглядывала Избушку Яги. Через маленькое окошко в домик врывались солнечные лучи. Утро!

- Хорошо, выпорите, - согласилась я, - только сначала хоть на вопросы ответьте! Я же волнуюсь!!!

Яга бросила на меня острый взгляд, что-то зашептала над чашкой.

- Вот выпей!

- Спать не хочу! - взбунтовалась я.

- Вот ведь строптивица! - сверкнула глазами Яга. - Пей! Кому сказала!? Лекарство сие! Раз уж очнулась да в себя пришла, сейчас весточку Князю отправлю. Вот сразу всё ответы и получишь, да на его вопросы ответишь! И на мои!

После лекарства я чувствовала себя намного лучше, энергия так и билась наружу. Жажда деятельности не давала лежать на месте. И аппетит вернулся.

- Васюшь, а как на счет чашки чая с ватрушечкой? - жалобно поинтересовалась я у кота, которому Яга строго-настрого запретила со мной разговаривать.

Кот мявкнул и ринулся с постели к Яге.

После завтрака улежать на месте было совсем невозможно.

- Нельзя тебе пока скакать да прыгать, - увещевала Яга. - Да и к приходу гостей готовиться надо. Через часок Князь с Светомиром прибудут.

- А Мирра как?

- В порядке ваша Мирра, - буркнула Яга, - что ей сделается? Вон на окне сидит.

Я с недоверием взглянула на окошко и не сдержала улыбки. На подоконнике сидел маленький серый мышонок, передними лапками держащийся за кольцо Нареченной.

- А Жутиков?

- Строптивец твой Горынычу советы по любовному охмурению под дубом даёт, - бросив взгляд в окно, ответила Яга.

- А как же злотокрылая это терпит?

- Так он при ней не осмеливается, а сейчас, пока Злата к себе в горы полетела, Жутиков и горазд стараться!

- И Горыныч его слушает?

С улицы донесся шум возни, рык Грыныча и полузадушенное попискивание Жутикова. Да, ответ более чем красноречив.

- Бабуль, а шарлатанов-то вы поймали? - поинтересовалась я, восстановив в памяти все события предшествующие похищению.

Яга недовольно цыкнула зубом, нарочито громко загремела посудой, покряхтела.

- За нос меня водили! - наконец, призналась она. - Нарочно из лесу выманили, чтоб я тебя не могла остановить!

- Значит, сговор налицо... И кто-то помогал Гастону! Кто-то свой... - удрученно сказала я.

- Кто-то свой! - мрачно поддержала меня Яга, - кто-то хорошо осведомленный обо всех наших делах!

- И хорошо знающий наши слабости, - добавила я.

Яга в полголоса выругалась.

- Судя по тому, что Яромир вскоре пожалует сюда, он победил Гастона? - осведомилась я.

- Победил, - подтвердила Яга. - Если б ты черную силу от него не отсекла да заклинанием, в которое все силы вложила, не защитила, погиб бы Князь-то! Как магию чужеродную учуяла?

Я пожала плечами.

- Увидела... Словно кто-то кусал Князя и движения его путал... А потом присмотрелась и увидела след, а потом и саму черную змейку...

- А след куда вёл? - насторожилась Яга, откладывая полотенце, которым перетирала чашки для чая.

- В верх... к Горынычу... наверное, злодей сидел на нем, среди наших воинов, - высказала я своё предположение.- Кто-то...кто-то свой, чьё присутствие не вызвало вопросов или...

- Или сумевший отвести глаза воинам и Горынычу! И чародеям, заклинаниями прикрывающих наших воинов!

Яга подсела ко мне поближе и, наконец, утолила моё любопытство.

Василию сразу не понравилась моя идея отправиться на встречу с Миррой и он, не выжидая оговоренного времени, поднял тревогу: отправил весточку Яге и Светомиру, а сам бросился по нашим следам. Но когда кот, несущийся со всех ног, добрался до поляны, названной в записке, было уже поздно. Под камнем валялись лишь мои доспехи, в стороне кот отыскал мой крестик и тельце раздавленной ящерки, снятой с моего запястья. Василий поднял тревогу. Леший помог ему передать сигнал тревоги через говорящую сороку Князю. И вскоре в Избушке Яги собрались все, оповещенные о моем исчезновении: Яга, Князь с Светомиром, Амаран, чародеи. Деревья и травы на поляне у камня, были одурманены чьими-то чарами не могли точно описать произошедшее, как ни старался Леший. То, что с меня сняли серебряные доспехи и крестик, указывало на то, что это не упыри, ибо нечисть не могла прикоснуться к серебру. Раздавленная ящерка не предвещала ничего хорошего. Деревья свидетельствовали лишь о том, что нас, меня и Жутикова, оглушенных увезли на огромных птицах. Но все птицы, опрошенные Ягой, отрицали свою причастность к этому. Оставались только черные твари нежити. Амаран имел наглости заявить, что, возможно, я просто решила скрыться, оскорбившись увлечением Князя некой Миррой, а потому, следует просто выждать время. Они сцепились с Ягой, пока та не выложила последний козырь, рассказав о нашей ворожбе и виденном мной. Присутствовавшие притихли, осознавая, что ожидает этот мир, если Гастон принесет в жертву такую ведьму и напьется моей крови, какую силу обретет он и его нежить! Князь метал громы и молнии, досталось всем: Яге, некстати улетевшей на поиски химеры, Василию, позволившему мне отправиться на встречу одной, главе дозорных, не позаботившемуся о моей безопасности, Горынычу, забывшему о своем долге защищать меня, Нареченную Князя. Было решено немедленно готовиться к штурму.

При штурме помогла Злата, златокрылая драконесса, возлюбленная Горыныча. На ней, охраняемой древней магией златокрылых драконов, летел, настоявший на этом, воевода Ратмир. Это он, наученный Ягой, бросил мой крестик, спасший меня от удара жертвенного ножа, и осыпал меня солью. Рыцарь в сверкающих доспехах, спрыгнувший с дракона с мечом в руках.

Я, слушая Ягу, невольно улыбнулась. Ратмир.

А на следующем за Златой Горыныче сидели лучшие воины воеводы Ратмира, мечущие стрелы и соль в нежить, окруживших жертвенный алтарь.

Яга замолчала, прервав повествование.

- А дальше? - нетерпеливо потребовала я, невольно придвигаясь ближе к ней.

- Дальше ты знаешь, - нагнетала мой интерес ведьма.

- Не всё! Что было дальше, когда я потеряла сознание?

Яромир, освобожденный от черной змейки и защищенный моим заклинанием, удачно метнул горсть заговоренной соли в глаза Гастону, черные доспехи пошли трещинами, тогда Князь выхватил осиновый кол и поразил врага. После его гибели шансы победить у войск Князя возросли. Битва окончилась с первыми лучами солнца нашей полной победой. Черный замок был окружен глубоким рвом с солью, а потом сожжен дотла, черный пепел тоже был засыпан солью. Каждого воина, участвовавшего в битве и уцелевшего, осматривали на предмет ран и особенно укусов чародеи, исцеляя и творя чары.

Однако гостей оказалось больше, чем ожидала Яга. Вслед за Князем и Светомиром в Избушку поднялись Амаран и воевода Ратмир.

Выходя навстречу гостям, Яга шустро смахнула мышку с окна в карман своей юбки.

Взгляды всех вошедших одновременно обратились на меня. Несколько мгновений все четверо пытливо осматривали меня, чтобы убедиться, что со мной всё в порядке.

- Слава Свету! - Яромир стремительно шагнул к постели, наклонился и поцеловал меня в лоб. Потом сел рядом на пододвинутую лавку.

Его сильные пальцы едва касались моих израненных ладоней, чуть притрагиваясь к жутким шрамам и кровоподтекам. Угол рта дернулся в низ. Яромир оглянулся назад, обращаясь взглядом к Светомиру.

- Исцелим, Князь, - спокойно уверил его чародей. - Римма на пути выздоровления.

Амаран хотел что-то добавить, но передумал, отвел взгляд от моих ладоней.

Ратмир, с непроницаемо-непреклонным выражением лица, не отводя от меня внимательных глаз, стоял за ними. На какое-то мгновение наши взгляды встретились и его глаза засияли такой искренней радостью за то, что со мной всё в порядке, что слова были излишними.

- Убедился, что Нареченная жива и с ней всё в порядке? - напряженно спросил Князь, словно продолжая какой-то спор. - Отнеси эту весть народу!

Ратмир, подмигнув мне, развернулся и вышел.

Князь жестом пригласил остальных садиться. Яга устроилась на своем стульчике в изголовье, чародей и придворный маг на лавке рядом с Князем.

- Вы слишком снисходительны к капризам воеводы, Князь, - высокомерно заметил Амаран, поджимая губы. - Он всего лишь воин, никто перед вами, что бы вы потакали его капризам убедиться, что Нареченная жива!

Яромир стремительно развернулся к Амарану, прожигая того тяжелым гневным взглядом. Маг смиренно опустил глаза.

- А теперь, - почти спокойно произнес Яромир, - я надеюсь разобраться, что же всё-таки произошло!

- Победа, Князь! Это главное, - сухо заметил Амаран.- Нет человека, застрахованного от ошибок, а потому, не стоит ворошить прошлое.

Князь повел плечом, сурово оглядел присутствующих.

После совместных выяснения всех подробностей и тонкостей, картина вырисовывалась неприглядная: налицо заговор. Явно, что Ягу поманили поимкой злопыхателей-колдунов, испортивших ножки её Избушки, и вспыльчивая старушка, одержимая местью, пустилась в погоню, оставив меня в лесу под защитой Горыныча. Мне же подбросили записку - крик о помощи от Мирры, и я стремглав, не беря во внимание предсказания при ворожбе, отправилась на встречу.

Подробный пересказ всего произошедшего со мной вызвал скептическую усмешку на лице Амарана, разозлившую Ягу.

- И чего ж такого веселого ты услышал, чужеземец?- иронично поинтересовалась старушка, упирая руки в боки.

- Мне кажется, что Нареченная несколько приукрашивает свои ...ммм... приключения, - отозвался он. - Но я ни в коей мере не хочу оскорбить её, юности свойственно преувеличивать как злоключения, так и ... собственные подвиги. Не в состоянии одна ведьма, даже столь сильная, так долго сдерживать орду упырей, жаждущих её крови!

Яга, не произнеся ни слова, двинулась к печи, зашумела котелками, выбирая какой повместительней. Остальные молча смотрели на её действия. Яромир, намереваясь что-то спросить, повернулся к Светомиру, но тот приложил палец к губам, призывая к тишине, и указал глазами на Ягу.

Яга коротко свистнула, и в распахнувшуюся дверь влетело ведро с водой. Ведунья действовала сноровисто и вскоре вода в котелке забурлила. Яга выставила его ухватом на стол, и принялась подбрасывать заветные травки, что-то шепча при этом. Амаран, вытянул шею, желая как можно лучше рассмотреть, что же делает старушка, даже уши у него вытянулись в её сторону в жажде разобрать шепот заклинания.

От котелка поднялось мерцающее зеленоватое сияние и Яга торжествующе взглянула на нас. Она жестом призвала к молчанию и приказала подойти к ней. Светомир и Князь помогли мне дойти до стола, усадили, подложив подушку под спину, а Яга тем временем занавесила окна и Избушка погрузилась в полумрак, освещаемый мерцающим светом из котелка.

- Намочи левую ладонь и ко лбу приложи, - едва различимым шепотом велела Яга, - а правой водицы зачерпни, да саму ладонь из воды не доставай!

Доверяя Яге, я без опасения опустила руку в бурлящую воду. К явному разочарованию Амарана - не любил меня придворный маг, ох, не любил! -, не обожглась, почувствовала легкое покалывание в пальцах. Прижала левую ладонь ко лбу, а правую опустила на дно, ладонью вверх.

- Закрой глаза! - приказала Яга.- Вспоминай!

Я сосредоточилась на том утре, когда ворон принёс записку, как мы думали, от Мирры, стараясь припомнить каждую мелочь. Яга чуть слышно, шептала заклинания.

- Смотрите да примечайте! - наконец, сурово произнесла она.

Всё произошедшее вновь ожило в памяти как наяву. Сейчас я была избавлена только от физической боли да где-то в подсознании билась спасительная мысль, что всё уже закончилось.

Когда я очнулась и открыла глаза, то увидела над собой склоненные лица, поняла, что снова лежу в постели.

Яга погладила меня по волосам, поднесла к губам чашку с пряно пахнущим отваром.

- Да, прости за неверие, Нареченная, я недооценил тебя, - произнес Амаран, с почтением поклонившись.

Но даже впятером, обсуждая и анализируя увиденное, мы не смогли вычислить злоумышленника, помогающего Гастону в сражении с Яромиром, напустившего на Князя черную змейку, тянущую его силы и сковывающую движения. Одно было ясно, что это чародей, обладающий недюжинной силой, который к тому же опутал меня заклинанием, ограничивая действия моих сил так, что я не могла помочь себе.

- Хотя не настолько сильный, чтобы помешать тебе сражаться и помогать другим, - подчеркнул Светомир.

- Но одно явно, что черный след вел в небо...к Горынычу, значит, этот кто-то был на нем, среди воинов! - уверенно сказала я.

- Среди воинов не могло быть чародеев, - заметил Князь, - был приказ чародеям оставаться за пределами штурмуемой крепости, чтобы в случае пленения они невольно не увеличивали сил нежити.

- Кто-то мог ослушаться?- осторожно вставил придворный маг.

- Воинам известен был приказ!

- Значит налицо сговор,- стоял на своём Амаран.

- Или кто-то смог отвести глаза воинам, - уверенно заявил Светомир.

- И провожавшим их в бой чародеям, каждому вручающим оберег? - с сомнением спросил Амаран.

- А сам-то ты, где был? - подозрительно спросила Яга, прищурив недобро поблёскивающие глаза. - Что-то не припомню я тебя среди чародеев, воинов наших в бой провожающих!

- Не перед тобой мне ответ держать! - высокомерно ответил придворный маг. - А вот тебя все видели над сражающимися летающей! И тебе-то ничего не мешало...

Яга и Амаран сцепились, поливая друг друга взаимными подозрениями и обвинениями.

- Не время для пустых свар, - попытался утихомирить спорящих Светомир.

Куда там! Они даже не слышали чародея, увлекшись перечислением взаимных обид и претензий.

- Чужеземец! Ты никогда не понимал нас и наших традиций! Всюду совал свой длинный нос!

- А ты всегда завидовала моей приближенности к Наследнику, невежественная старуха!

- Ах, ты хмырь иноземный!

- Молчать! - гаркнул Князь. - Молчать, я сказал!

Спорщики вмиг притихли, бросая друг на друга прожигающие взгляды. Грудь придворного мага тяжело вздымалась от едва сдерживаемых эмоций. Яга пришла в себя гораздо быстрее. Хмыкнула, шмыгнула крючковатым носом, усмехнулась и... успокоилась.

- Где Мирра? - смирив закипающий гнев, спросил Яромир.

- Под моей защитой, - отозвалась Яга, ловко прилаживая увлажненное полотенце мне на лоб.

Запахло травами, лугом, утром. Ноющая боль в висках, появившаяся после проекции воспоминаний, стала утихать.

Взгляды присутствующих вновь обратились на меня.

- Книга Судеб верно указала на тебя, Римма, - начал Светомир.- Ты помогла объединить наш народ и победить нежить.

- Теперь самое время вернуть меня домой, - напомнила я.

Светомир долго молчал, прежде чем ответить.

- Не совсем так. Теперь это и твой мир тоже. Ты не можешь просто так исчезнуть, это повлечет за собой смуту и новую волну войн, ведь народ присягал тебе. Ты - Нареченная. Чародеи и народ признали твоё право на власть.

- То есть только гибель спасет меня от трона? - язвительно спросила я, приподнимаясь на локте и придерживая полотенце на лбу. - Так?

- Глупости говоришь, - досадливо бросил Князь.

- Тогда что? Яромир, при всем моем глубоком уважении и самых теплых чувствах к тебе, я не хочу быть твоей женой, я хочу вернуться домой! И ты прекрасно знаешь, что как бы ни был признателен мне за помощь, в сердце твоем - Мирра! Так давайте вместе подумаем, что делать, я не верю, что нет выхода. Тем более Книга Судеб открыла мне, что после победы, я смогу вернуться в мой мир!

Чародей и Яга обменялись многозначительными взглядами.

- Яромир теперь носит титул наследника или Князя? - уточнила я.

- После объявления нашей помолвки и принесения войском присяги, я Князь, - отозвался Яромир.

- Угу... а помолвку расторгнуть никак? - с надеждой спросила я.

- Это не просто обычай! Тебе присягнули на верность! С этим не шутят, - сурово ответил чародей.

- А если Князю формальный брак устроить? Найдем ведьму, готовую пойти на это... - начала я. - А Мирра будет с Князем... неофициально.

- Уважаемая Римма, вероятно, это и можно было бы сделать, но заклятье Бабы Яги лишило нас такой возможности! - высокопарно ответил Амаран. - Теперь любая ведьма, согласившись стать женой Князя, потеряет свою силу, то есть перестанет быть ведьмой! Любая, кроме тебя! "Не своя, не чужая, не колдунья, не простая!" - процитировал он. - Тем более, вас признали Нареченной Князя, вам присягали на верность! Вас поддержал весь колдовской мир!

- Замкнутый круг какой-то! Я так понимаю, что следует ещё раз посетить заветную пещеру и пообщаться с Книгой Судеб! - заявила я. - Тем более в прошлый раз она явно говорила о втором свидании! - Да ... - припоминая первый визит к Книге Судеб, продолжая, - а что известно о Верховной Ведьме? Кто это?

Светомир и Яга снова переглянулись. На лице Амарана было написано жгучее любопытство.

- Поправляйся и отправляйся к Книге Судеб, - согласился чародей. - А я тем временем наши древние книги почитаю, может быть и там ответ найдется, как нам и Князя женить, и тебя в твой мир вернуть.

- А я поворожу да у зверей и птиц поспрошаю, - откликнулась Яга, - может быть, след какой древней легенды отыщу. Ведь сказания на пустом месте не родятся!...

Амаран переводил голодный взгляд с одного на другую, явно завидуя их способностям и тайным знаниям, жадно ловя каждое слово. Я догадалась, что из всех присутствующих, он, пожалуй, меньше всех осведомлен в чародейных таинствах, и показалось, что ни Яга, ни Светомир не хотят заводить разговор о Верховной Ведьме, уводят разговор в сторону.

- Я тоже хочу отправиться к Книге Судеб, - признался Яромир. - Может быть, и мне откроется истина.

- Заодно и имя отступника-переметчика спросишь, - вполголоса сказала Яга. - Гастон и войско его упыриное в прах развеяно, а тот злыдень и по сей день жив и от возмездия ушел. И если не поймаем его, не разгадаем планов злобных, то многое беды и несчастья всех нас ждут! Да и с Мирры подозрение в кознях против Нареченной тогда снимется!

- Мирра не виновата! - в один голос возразили мы с Яромиром.

- Это так. Но тень подозрения лежит на ней, да чародеи ищут её, что бы призвать к ответу за хищение кольца, - ответил Светомир.

- Но это я вручил ей кольцо! Я! В чем её вина?!- возмутился Князь, не скрывая волнений за судьбу любимой.

- Ты - Князь, и знаешь наши традиции. Знаешь, что сила нашего народа в единстве чародеев и людей. Безответственно было с твоей стороны вручать ей кольцо Нареченной, а Мирре преступно было принимать его! Мирра, приняв кольцо, поколебала единство, преступила традиции и обычаи, - устало объяснил Светомир. - Чародеи не признают власть не ведьмы. Чародейство не должно стоять на службе у правителя, иначе есть риск впасть во вседозволенность. Грань добра и зла очень тонка.

Яромир вздохнул, отвернулся к окну.

- Знаю мысли твои, - продолжал Светомир. - Но нет у тебя ни брата, ни сестры, которым бы ты мог передать власть. К тому же при рождении твоем Книга Судеб явно сказала, что тебе суждено стать достойным правителем! И это твоя ноша!

Было решено, что как только я наберусь сил, мы с Яромиром отправимся к Книге Судеб и попробуем узнать, что нам уготовано. Хотя Яга предупреждала, что Книга Судеб может мне вторично и не открыться.

- Судьба не любит, когда её пытаются предугадать!

Глава 20

Моё выздоровление шло полным ходом. Вместе с вестью, о том, что я жива и пришла в себя, к заповедной поляне, где находилась Избушка Яги, потянулись страждущие: чаще за исцелением или ворожбой, но порой гости удивляли.

Яга заготавливала целебные травы, собранные для неё птицами и лесными жителями, варила зелья, а я принимала солнечные ванны, приписанные мне ведьмой. Василий с удовольствием составил мне компанию. Жутиков дремал в тени. Горыныч, неотлучно несущий стражу, зорко оглядывая поляну, приметив незваного гостя, метнулся к высоким соснам. Через некоторое мгновение, он был уже рядом со мной.

- Гость к тебе, Нареченная,- подмигнув, сообщила одна из голов.

- Болезный? - уточнил кот, ласкающийся ко мне.

Горыныч хмыкнул.

- По долгу службы, - внушительно отозвался он.

Я после такого уточнения ожидала гонца от Князя и с удивлением всматривалась в приближавшуюся ко мне проворную женщину в чинной юбке и с кружевной косынкой на голове. Подойдя ближе, гостья присела в реверансе.

- Свет с тобой Нареченная! - поприветствовала она и протянула корзину, прикрытую белой холстиной.

Я с недоумением заглянула внутрь. Кружева? Вероятно, мое удивление так явно отразилось на моем лице, что гостья поспешила пояснить.

- Мы, Княжеские кружевницы, и должны следить за гардеробом Нареченной. Здесь несколько вещиц, для тебе сплетенных. Нареченной нужно выбрать вензель и узор, которым следует украсить её одежды.

Я переглянулась с котом. Тот довольно жмурился на солнце.

- Всё верно, Римма, - через открытую дверь подтвердила Яга, - лучшие кружевницы наши!

- Но я не...

- Выбирай и вензель, и узор! - приказала Яга. - Делай, что должно!

- ...И будь что будет!- закончила я.

Посланница кружевниц была первой пташкой, за ней потянулись ткачи, кожевники, латники, хлебопеки, кондитеры, строители. Мне надлежало выбирать цвет холста, покрой одежд, кожу, обувь и давать добро на изготовление, благословлять новые начинания, разбирать споры.

- Но я же не собираюсь?...- вопрошала я у Яги. - Ладно ещё благословлять на строительства нового моста, исцелять больных, предсказывать удачные для того или иного дела дни, но к чему выбирать покрой платья, вензель, если я не собираюсь становиться Княгиней?!

- Делай, что должно, Римма, - повторяла она. - У каждого своя ноша.

Благодаря заботе Яги моё состояние улучшалось ни по дням, а по часам. Было только одно огорчение: обладая даром чародейства, я не могла защитить себя, то есть мои чары на меня не распространялись. В моих силах было исцелить другого, обратить в любое существо, но я не могла исцелить даже царапину на своей коже, не говоря уже о превращениях.

- Пока ты в беспамятстве было сильное заклинание на тебя лиходеи наложили, - скорбно поясняла Баба Яга. - Древняя черная сила здесь задействована. Много в тебе Света, поэтому не смогли сковать твою силу, но помочь себе ты не в силах.

- Это... навсегда? - уточнила я.

Яга усмехнулась, перебирая сухие веточки вербены.

- Что значит "навсегда"? - повторила она. - Пока злодея не найдешь да Даром своим не победишь, будет длиться твоё "навсегда".

- Уже радует... Я так понимаю, что это тот же человек, что пытался погубить Князя?

Ведьма согласно хмыкнула.

- И остается главный вопрос: кто он? И где его найти?

- Вот и подумай о вопросе, который задашь Книге Судеб, - наставляла меня Яга.

- А вопрос типа "Что делать?" не подойдет случайно? - иронизировала я. - И ещё... бабуль, как бы поточнее разузнать об этом заклятье, ограничившем мои силы?

- Об этом и раздумываю, - скупо отозвалась Яга, давая понять, что на этом разговор окончен. - Иди с Васюшей травки пособирай!

Вернуть Мирре человеческий облик Яга пока отказалась.

- Как только облик ей верну, чародеи потребуют её на суд за хищение кольца!

- А так они её ... не видят? - усомнилась я.

- Могут и увидеть, но в таком облике её ни в чем нельзя обвинить: в таком виде она вроде как уже пострадала от моего самоуправства, - усмехнулась Яга.

Если первые дни и недели в этом мире летели с изумляющей быстротой, события и впечатления спешили сменять друг друга, то теперь дни были наполнены размеренными действиями. Исцеление. Размышления. Прогулки. Наконец, появилось время осмотреться, больше узнать об этом мире, так не похожем на наш. Чародейство, ведьмы, русалки, маги, Горыныч, Баба Яга - всё стало таким близким, родным. Казалось, что здесь оживают все сказки и легенды, и возможно всё. Однако, ни эльфов, ни орков, гоблинов, гномов, в этом мире не было. Хотя чародеи и не исключали, что возможно, это жители далёких заморских стран или скорее других миров, другой реальности. Другая реальность. Как этот мир для меня, как мой - для них. Возможно, скоро я смогу вернуться домой и мне... будет очень не хватать всего этого. Останется ли со мной моя сила, с которой я так сроднилась?... Смогу ли я еще когда-нибудь попасть в этот мир? Вопросов было намного больше, чем ответов.

Ежедневно прибывали гонцы от Яромира с вопросами о самочувствии, подробными новостями и подарками. Жутиков всё чаще покидал поляну и отправлялся в город, там у него завелись какие-то свои интересы. Мы с ним, по-прежнему, продолжали перепалки по поводу и без повода, что нервировало кота и Горыныча, считающих своим прямым долгом заботиться обо мне и ограждать от любых неприятностей.

- Пусть прогуляется, авось ума наберется! - мурчал кот, глядя на удаляющегося Жутикова. - Не волнуйся напрасно, Риммау, такие, как он, не теряются! Да и Ягуля ему колоколец надела, так что всегда сможет его отыскать

- А зачем?

- Подозрительный мне его внезапные интересы в городе, - ответила всё слышавшая Яга. - То калачом его из Избушки не выманишь, а здесь зачастил! И не просто погулять, пташек послушать, а в город, да в город. Подозрительно мне это!

- Скорее всего, ему просто надоело сидеть на одном месте и, освоившись, он ринулся исследовать окрестности, - предположила я.

Яга хмыкнула, всем видом своим показывая, что она думает о моих предположениях.

- А ты, Римка, карты раскинь иль иначе так поворожи, - назидательно посоветовала она, - сразу трезвее на мир посмотришь!

Мы с котом переглянулись и поняли друг друга без слов. Через несколько минут мы уже сидели у пенька на поляне. Я настраивалась на гадание, тщательно тасуя колоду карт. Разложенные карты подтвердили подозрения Яги: по всему выходило, что у Жутикова завелся свой интерес в городе, причем сулящий ему неприятности и риск оказаться втянутым в недоброе дело.

- Только этого нам и не хватало, - прокомментировала я. - И во что он мог вляпаться?

- А как придет, присмотрись-ка к нему получше! - посоветовала Яга, вновь выглядывая из Избушки. - Сдаётся мне, что под чужое влияние попал наш голубок!

- Голубок, как же! - проворчал кот. - Зяблик недощипанный ... мяв!

- А почему недощипанный? - смеясь, уточнила я.

- Похож, - прищуривая глаза, отозвался кот.

Большая тень скользнула по поляне. Я взглянула вверх. Горыныч кругами шёл на посадку. Вместе с ним величаво кружила златокрылая драконесса.

Мы с котом с интересом наблюдали за посадкой, я предвкушала интересное знакомство.

- Римма, позволь представить мою...

- Прекрасную даму! - закончила другая голова за смутившуюся первую, а третья лишь восхищенно скосила глаза на изящную драконессу.

После взаимного представления я поблагодарила Злату за помощь в моём спасении. Драконесса грациозно склонила голову.

- Мне было приятно помочь тебе, - отозвалась она. - Наш древний род помнит о своем родстве с людьми.

Мы с интересом и возрастающей симпатией глядели друг на друга. Мне очень хотелось побольше пообщаться с новой знакомой, узнать об их роде, магии, традициях. Драконесса, казалось, испытывала ко мне не меньший интерес. Мы улыбнулись друг другу. Она распростерла надо мной отливающее на солнце медью крыло и на мгновение замерла, прикрыв большие глаза. Горыныч мудро оставил нас наедине, отойдя в тень елей. Кот с интересом поглядывал на нас, устроившись на пне.

- В тебе чувствуется большой дар, - наконец, отозвалась она, складывая крылья. - Мы, златокрылые драконы, как никто иной чувствуем это. Когда-то мои предки в совершенстве владели им. Но возгордившись, отказались от облика людей, и уже тысячелетия мы - златокрылые драконы. К сожалению, дар чародейства в нас уже не так силен, как в первых поколениях, мы за века рассеяли многое... Но присутствие силы чародейства чувствуем острее остальных!

Драконесса снова прикрыла глаза веками, вслушиваясь во что-то.

- На твоем даре я чувствую оковы чужой силы, - наконец, произнесла она. - протяни мне руки, - и она опустила ко мне грациозную голову, на которую я положила ладони.

Она долго молчала, не шевелясь и, как мне показалось, даже не дыша.

- Это древняя магия... черная... ей не победить тебя... но она сковывает твой дар, не даёт обратить его на твою защиту, - не открывая глаз, задумчиво произнесла она. - С помощью черной магии злой колдун связал твою силу и свою, но твоим даром воспользоваться не сможет, ибо душа его черна и не наполнится светом...от разных источников вы черпаете силу...

- Тогда зачем это ему? - спросила я.

Злата распахнула глаза, осторожно стряхивая мои руки.

- Он боится тебя: наверняка знает, что вам предстоит столкнуться в поединке силы. А это заклятье дает ему преимущество над тобой: ты не можешь защитить себя - это раз, и не можешь поразить его, не навредив себе - это два, - объяснила Злата.

- Но столкнуться нам с ним придется, - уверенно сказала я.

Драконесса кивком подтвердила это.

- Тогда остается лишь главный вопрос: кто этот гад?

Златокрылая рассмеялась легко и серебристо, как и подобает столь изящной даме.

- Ты слишком много от меня хочешь, Римма! К сожалению, я не знаю ответа на твой вопрос.

Глава 21

К Книге Судеб нас с Князем сопровождала Яга. Было заметно, что её Яромир слегка опасается. Мы с ним летели на Горыныче, а Яга лавировала рядом на ступе. Князь был задумчив и неразговорчив. Впрочем, мне тоже хотелось помолчать и лучше сосредоточиться на вопросах, которые предстоит задать Книге.

Приземлились удачно. Вход пещеры, как и в прошлый раз, был закрыт каменной глыбой. Горыныч потерся плечом о глыбу, словно здороваясь, а потом уступил место нам с Ягой. Мы возложили ладони на камень, Яга взглядом пригласила Князя сделать тоже самое. Скала чуть дрогнула под нашими ладонями и со скрежетом отодвинулась, открывая вход в пещеру.

- Посветить? - задорно предложила одна из голов Горыныча, заглядывая в пещеру.

- Вот он дом! - сладко зажмурилась вторая.

Третья молча вдохнула воздух пещеры и глубокомысленно вынесла вердикт:

- Чужих не было!

Мы втроем двинулись вглубь, а Горыныч остался охранять вход. Первой шла Яга подсвечивая себе янтарно-желтым пламенем. За ней следовал сосредоточенный Князь, а я с яблочно-зеленым пламенем в ладони замыкала наше шествие. В этот раз путь мне показался более длинным. Я осматривала стены, чувствуя исходящую от них силу чародейства. Наконец мы вошли в круглый зал со знакомым гротом внутри.

- Готовы? - просила Яга, окинув нас с Яромиром пронзительным взглядом. Мы с Князем переглянулись.

- Вы оба здесь уже во второй раз, - напомнила Яга, - поэтому помните, что Книга может заупрямиться и ответит только на один вопрос!

Я шагнула к каменному барельефу и возложила на него руки, мысленно взывая к Книге Судеб. От пальцев к камню пробежала искра и холодный камень ответил теплом, столп света ударил вверх, а под пальцами зашелестели страницы. Теплый золотистый свет осветил пещеру.

- Какие гости! - раздался добродушный смешок.

- Свет с тобой! - уже более уверенно поздоровалась я.

- Новые вопросы покоя не дают? - с умешкой в голосе спросила Книга.

- Так точно! Особенно вопрос: "Что делать?", - иронизировала я ей в тон.

Книга рассмеялась, зашелестела страницами.

- Делай что должно и будь что будет! - отозвалась она сквозь смех.

Я вмиг посерьёзнела, опасаясь, что Книга посчитает на этой шутливой ноте беседу исчерпанной.

- Мы одолели черную нежить. Мир в Княжестве. Как мне вернуться в мой мир? Нет!..- перебила я сама себя. - Как найти того, кто хотел погубить Князя в поединке? Тот ли это человек, что наложил заклятье на мою силу?

- Много вопросов, Нареченная, - прогудела Книга. - Но ты верно остановилась, спрашивая. Черную нежить победили да заговор не раскрыли. Найдешь лиходея, поможешь себе и Князю!

- Как помочь Князю обрести счастье с Миррой? - быстро спросила я.

- Не о своей судьбе спрашиваешь! - сурово отозвалась Книга. - Но судьбы ваши навеки связаны.

- Но ... Нареченная не значит жена, - тихо возразила я.

- Лишь Верховной Ведьме под силу помочь Князю и Мирре! - провозгласила Книга.

- Где мне её найти?

Книга настороженно замолчала, а потом разразилась приглушенным шелестящим смехом.

- Это твоя судьба, Римма! - пояснила она. - Путь Верховной Ведьмы идет через пламя. Выдержишь испытания, и Князю поможешь и свой путь найдешь! - страницы стали тускнеть.

- Подожди! А как найти злодея? - торопливо спросила я, стараясь удержать тепло страниц.

Но Книга уже вновь обратилась в камень. Я оглянулась на притихших Ягу и Князя. Яромир, напряженный как струна, шагнул к Книге, а я отступила назад. Князь возложил руки на Книгу, на правой ярко вспыхнуло алой искрой кольцо, символ власти, передаваемый по наследству. От кольца искра пробежала по камню и снова свет озарил пещеру, правда уже не такой яркий. Книга словно нехотя зашелестела страницами.

- Спрашивай, Князь! Один вопрос.

- Как найти похитителей Риммы?

- Ищи того, кто завидует её силе и боится её, того, кто рвется к власти, опутывая паутиной лжи, он ближе к тебе, чем ты думаешь! - и Книга снова окаменела.

Молча, мы отправились в обратный путь. Устроились в тени Горыныча. Переглянулись.

- Что мы имеем? - начала я. - Кто рвется к власти? Причем этот кто-то имеет силу...

- Гораздо меньше, чем твоя, - вскользь заметила Яга.

- Но её, в купе с изощренностью и явным талантом к интригам, хватило, чтобы и на меня оковы надеть, - отозвалась я, - и Яромиру в поединке руки связать...

- Чародейный круг признал твою силу, - заметила Яга, - и признал право на власть.

- Войско и народ Княжества присягнул на верность, - добавил Князь.

- Некто, кто гораздо ближе, чем ты думаешь, - повторила я слова Книги. - Кто? Полагаю, что злодея следует искать среди людей окружающих тебя, - решительно сказала я Яромиру.

Князь кивнул, задумался. Яга задумчиво теребила метлу, постукивая длинным ногтем по черенку.

- А теперь, дамы и господа, - продолжала я, - хочется, наконец, узнать всё о Верховной Ведьме. Кто это? Титул? Звание? Что конкретно означает Верховная Ведьма?

- Ну... - протянула Яга, - полетели-ка домой, там и поговорим! Разговор-то долгий будет...

Однако, беседу пришлось отложить, несмотря на то, что добрались мы быстро.

Глава 22

Одного взгляда на Избушку было достаточно, что бы понять, что-то произошло. Избушка зияла подбитым окном, дверь была распахнута и перекошена. Мрачнея на глазах, Яга первой поднялась по скрипучей лесенке. Шумно выпустила воздух. Мы с Яромиром с любопытством заглянули через её плечо. В Избушке царил полный разгром. Ни одна вещь, ни один предмет не остался на своём месте: всё было перевернуто вверх дном и носило красноречивые следы чьих-то поисков и драки. Я искала глазами Василия. С ним явно что-то случилось, кот никому бы не позволил хозяйничать на вверенной ему территории. Первым был обнаружен Жутиков: жилистые исцарапанные ноги торчали из-под перевернутого огромного бабкиного сундука. Ноги не подавали признаков активной жизни.

Яга шумно выпустила воздух из ноздрей, даже дымок показался. В прищуренных глазах полыхал огонь ярости. Одна из голов Горыныча, заглядывающего через дверь внутрь Избушки, уважительно хмыкнула и скрылась. Мы с Яромиром невольно поёжились и, переглянувшись, отступили к порогу. Яга, свирепея, засучила рукава, и шагнула к сундуку.

- Бабуль, может ...эээ... помочь? - шагнул к ней Князь.

Яга рыкнула, передернув плечами, красноречиво давая понять, что лучшее, что можем мы сделать, из инстинкта самосохранения, это не вмешиваться.

Сухонькая старушка как заправский тяжелоатлет рванула сундук. Одним движением перевернула его. Следующим рывком вытянула за ноги Жутикова из-под вороха одежд и рухляди. В руках полузадохнувшегося Жутикова обмяк кот. Яга зашипела, вырвала любимца из рук Жутикова, стремительно оглядела, и за шкирку, не глядя, бросила мне.

- Бабуль?.. - робко начала я, надеясь предотвратить экзекуцию Жутикова.

- Римка, уйди! Не мешай! - свистящим голосом прервала меня Яга.

- Но...

Яга раздраженно повела плечами, явно из последних сил сдерживая ярость. Князь молча вытащил меня за порог.

- Лучше не вмешивайся, - философски заметил он, - только хуже будет. Уж я- то знаю! В ярости бабка неуправляема, такого натворит, такими заклятьями сыплет, что потом весь колдовской мир не распутает. - Яромир вздохнул, вспоминая, каким заклятьем его наградила вспыльчивая бабулька.

- Но она ж его?.. - вопросительно приподняла я брови.

- Нет, не убьёт, - уверенно ответил Яромир, присаживаясь на ступеньки, - так... отмутузит. Хотя, на мой взгляд, ему это только на пользу пойдет. Такого в Избушке наворотил! А бабка наша заядлая аккуратистка.

Я тем временем приводила кота в чувство. Ощупала упитанное холеное тельце на предмет увечий. Переломов не было, но следы драки явно подпортили коту шкурку. Местами были начисто выдраны клоки шерсти, а одно ухо надорвано. Я уложила кота себе на колени и принялась приводить в чувство.

- Жив? - спросил Князь.

- Угу... Но без сознания.

На мгновение соединив ладони, ощущая тепло, я, не касаясь кота, стала его поглаживать и массировать. Через некоторое время по потрепанному тельцу прошла судорога, и кот подернул лапами. Наконец распахнулись зеленые глазищи.

- МЯВВВ!

- Тише, Васюшь, всё в порядке, - я ласково погладила кота.

- Риммау, - жалобно мявкнул кот и скосил глаза на доносящийся из Избушки грохот.

А за закрытой дверью бушевало настоящее цунами, и каждая волна ярости вспыльчивой Яги было способно разметать Жутикова на молекулы. Судя по доносящемуся попискиванию, мой "вздорный страж" был жив, хотя теперь его существование подвергалось серьезному риску.

- Не стоит мешать, - перехвалил мой взгляд Князь.

- Ладно, пусть повоспитывает немного, - согласилась я. - Бабуля у нас добрая... в душе...насмерть не убьёт. Васюшь, так что у вас случилось?

Вскоре после нашего с Ягой отлета к Книге Судеб в компании Горыныча и Князя, в Избушку вернулся Жутиков. И явно обрадовавшись нашему отсутствию, стал приставить к коту с вопросами и расспросами о природе заклинаний Яги, о чародействе, объясняя свой интерес желанием лучше узнать этот мир. Однако, кот секретов Яги раскрывать не собирался даже под градом издевательских насмешек - Ха! Не доверяет тебе бабуленция! - и очередная ссора не заставила себя долго ждать. После обмена любезностями они разошлись по углам: кот устроился на подоконнике, Жутиков у стола с ватрушками.

- И знаешь, Риммау, он все ватрушки умял! - ворчливо заметил кот, вальяжно устроившись на моих коленях.

- А что потом?

Потом Василий, раздосадованный видом довольного Жутикова, добившего все ватрушки, решил "прогулять нашего мышонка". Осторожно в зубах вынес попискивающего мыша на улицу. Мирра под охраной кота нежилась в лучах солнца, когда до чуткого слуха Василия донеслись подозрительные звуки. Кот бесшумно поднялся по ступенькам и, толкнув дверь, с неприятным удивлением обнаружил, что она закрыта. Он стремительно забрался на наличник окна и заглянул в Избушку. Жутиков деловито что-то искал, открывая шкафчики, заглядывая в каждый уголок. Отдернув занавеску у полок, принялся изучать порошки и травки в склянках и плошках, принюхиваясь, переставляя. Кот, свирепея от негодования, рванул на крышу. Когда он, едва сдерживая яростный мяв, пролетев через трубу в печь, вышиб заслонку и очутился в комнате, Жутиков уже сосредоточенно изучал содержимое распахнутого бабкиного сундука. Взъерошенный, весь в саже и копоте, кот тигром, в длинном стремительном прыжке, ринулся на не в меру любопытного Жутикова, вертящего в руках шапку-невидимку. Неожиданный сильный удар в грудь почти сбил Жутикова с ног, и он выронил шапку.

Результат этого сражения я видела своими глазами.

- Интересно, что он искал? - задумалась я. - И...а... А где Мирра?

- Мирра? - переспросил Князь.

Мы с котом переглянулись.

Яга, через некоторое время с победным видом появившаяся на пороге Избушке, обнаружила забавную картину. Горыныч жался на краю поляны, старательно поджимая все лапы и хвост, и пытаясь занимать как можно меньше места, опасливо осматривался. А мы: я, кот и Князь ползали по поляне, тщетно стараясь обнаружить среди травы мышонка. Яга, отомстившая и довольная собой, быстро переключилась на новую проблему. Оставалось только надеяться, что Мирру ещё не съели и не раздавили. Князь потрясенно молчал, тщетно пытаясь высмотреть среди разнотравья мышонка.

- Может быть, она просто затаилась где-то здесь... - выразила надежду я.

- Эх! ... - Яга вскинула руки, в защитном заклинании.

Теперь никто не мог ни проникнуть на поляну, ни покинуть её. Потом ведьма подошла к Горынычу. Все три головы как по команде оторвались от поисков и уставились на Ягу.

- Не ели мы!

- И не давили! - пискнула другая, прячась от сверлящего бабкиного взгляда за третьей головой.

- Вот и сиди смирехонько, - добро посоветовала бабка и неожиданно схватила за шкирку тершегося у её ног кота.

Василий удивленно мявкнул и уставился на неё. Яга явно собиралась и своего любимца оттрепать за разгром в Избушке и потерянную Мирру, но кот оказался тяжелёхонек, и, ойкнув, Яга разжала руку и схватилась за поясницу.

Повисла пауза. Яромиру не терпелось продолжить поиски. Он кашлянул, обращая на себя внимание.

- Ну, что, Римка, тебе придется нашу попрыгушку искать, - наконец произнесла Яга, потирая поясницу и потеплевшим взглядом окидывая стоявшего перед ней навытяжку потрепанного в драке кота.

- И я! - горячо вызвался Князь.

- И ты. Куда ж без тебя, - согласилась Яга, - идемте в Избушку.

- Но ... мы время теряем! Её съедят! - выкрикнул Князь.

- Не успеют,- пообещала Яга и сверкнула глазами, - и не перечь мне более!

В Избушке до полного порядка ещё было далеко, но всё же большинство вещей уже было на своих местах.

- Шустро! - выразила я восхищение и повернула голову на звук сметаемых черепков.

Уменьшенный до полуметрового размера Жутиков под присмотром хмурого деловитого домового подметал осколки битой посуды.

- В работники к домовому вражину определила, - пояснила Яга, - что бы времени на глупости у него не было.

Жутиков бросил на Ягу свирепый взгляд.

- Ишь ты, как смотрит! - прокомментировала бабка. - А ну-ка, - она щелкнула пальцами, - побыстрее, милок! - и Жутиков завертелся волчком.

Яга тем временем деловито смешивала колдовские зелья в чудом уцелевшей плошке, Князь, сдерживая нетерпение, наблюдал за ней. Наконец, Яга закончила готовить зелье, удовлетворенно понюхала его и протянула Князю.

- Пей!

Он решительно взял плошку в руки, поднес к губам и только потом спросил:

- Что здесь?

- Зелье колдовское, - удовлетворенно ответила бабуля. - В кота тебя обратит...на время.

- Что?! Ты совсем сдурела, ведьма?! - в гневе прорычал Яромир, готовый растерзать Ягу.

- Тю на тебя, голосистый какой, - отмахнулась Яга. - Нечто у меня сердца нет? Зелье тебе даст нюх и зрение кота, так ты скорее свою ладу разыщешь, а разум-то у тебя твой останется!

- И буду я за каждой мышью гоняться? Как я Мирру узнаю? - утихомирился Князь.

- А вот тут-то тебе Римма и поможет. Она любое колдовство почувствует да разгадает, - пояснила Яга.

Яромир храбро глотнул зелье. Яга проворно забрала у него плошку. Несколько мгновений с ним ничего не происходило. И Князь, удивленный и раздосадованный этим, возмущенно взглянул на Ягу. Мгновение и ...странно было видеть вопрошающее и негодующее выражение на мордочке большого полосатого кота.

- Теперь ты, Римма.

В кошачьем теле я чувствовала себя вполне комфортно, ощущения мне были знакомы.

Белой кошечкой я грациозно скользнула за порог, провожаемая восхищенным взглядом Василия.

- Какая кошечка!!!

И вот мы с Яромиром уже крадемся среди разнотравья по поляне, принюхиваясь и выискивая следы. Привыкая к новому облику и новым ощущениям, мы покружили около Избушки, потом вернулись к ступеням. Вскоре Князю улыбнулась удача и он обнаружил мышиные следы. Ободренные этим, мы пошли по цепочке следов. Как видно, мышонок, оглушенный шумом разборок кота и Жутикова, в испуге метался вокруг Избушки, вслед за ним и мы с Яромиром выписывали замысловатые восьмерки по поляне. Оставалось надеяться, что стараниями Василия других мышей на поляне Яги не водилось. Баба Яга, стоя на пороге избы, наблюдала за нашими передвижениями и что-то тщательно молола в маленькой ступке. Все три головы Горыныча с интересом следили за нашими поисками.

- Не отвлекайся! - ворчливо мявкнул Яромир, с удвоенным рвением всматриваясь в цепочку следов.

Затаив дыхание полосатый, серый кот, едва касаясь лапами земли, продвигался вперед. Мы одновременно заглянули за пенек и ... В тени пня, на мху, лежал серый мышонок. Очевидно, "спал без задних лап", измученный длинным марафоном.

- Это она? - глазами просигналил мне Князь. - Жива?

Я сосредоточилась и услышала биение сердечка и слабое дыхание, чуть коснулась сознания. Вряд ли обыкновенным мышам снился бы Князь. Однозначно, мы нашли нашу беглянку. Я кивнула Князю, отвечая сразу на оба его вопроса. Яромир с облегчением вздохнул и кивком пригласил меня отойти в сторону. Что за выкрутасы? Я быстро обежала вокруг пенька, ставя защиту, чтобы Мирра не могла сбежать, и никто бы не имел возможности проникнуть к ней, пока мы беседуем.

- Ну, что ещё?

- И как мы её понесем?

- Как как! В зубах! За шкирку и галопом в Избушку! - пояснила я.

- За шкирку?! Садистка! Её же будет больно!

-Тише! Разбудишь, ей будет ещё и страшно! Ты что всю дорогу на задних лапах собрался гарцевать, неся её в передних? На такой фокус даже я не способна.

- Но ты же ведьма!!!

- Так, Яромир, спокойнее. Всё в порядке, главное, что мы её нашли.

- Так она же не знает, что я - это я!

- ???

- Что кот - это я!

- Ха!

- Злыдня!

- Хам!...- я перевела дух. - Так... вдох ... выдох...вдо-о-ох, выдох...- равномерно командовала, я и полосатый кот подчинился.

- Я наложу на неё чары сна, и мышонок счастливо проспит всю дорогу. И тебя не испугается. Так что, давай, аккуратненько её за шкирочку и вперед к Яге! Не перебивай! Даже мыши своих детенышей так переносят! Всё! Возражения не принимаются! - грозно мявкнула я.

- Иди, усыпляй, - мирно согласился Князь.

Мышонок, разбуженный нашими голосами, метался вокруг пенька, тычась в невидимую преграду и не имея возможности преодолеть её. Увидев приближавшихся к нему кошек - нас - мышонок истошно запищал, в ужасе забиваясь под пень.

- Вот видишь! - рассердился Князь. - Усыпляй скорее! - и обратился к мышке,- Мирра, это я, не бойся!

Я сделала несколько пассов лапами, насылая здоровый глубокий сон. Испуганные черные бусинки-глазки закрылись, мышонок, заснув, опустился на мох. Я сняла защиту, и мы с Князем подошли к мышонку. Яромир ласково лизнув серую мордочку, страдальчески сморщился, взял мышонка за шкирку, и, осторожно ступая, двинулся к Избушке. Я резво скакала рядом, попутно гоняясь за бабочкой.

- Молодцы! - похвалила Яга. - Я уж опасалась, что наша поскакушка в лес сбежала, - и поставила на пол миску.

Яромир бережно положил мышонка на половицу у печки, а я, не теряя времени, ринулась к миске. Зеленовато-молочная жидкость оказалась гораздо более противной на вкус, чем та, давшая нам кошачий облик. Когда я, морщась от горечи, выпрямилась во весь рост, вернув себе свой облик, к миске подошел Князь, постоянно оборачиваясь на спящего мышонка, словно опасаясь, что тот снова сбежит.

Князь сидел у стола и сверлил Ягу взглядом, уговаривая её устроить ему свидание с Миррой.

- Нельзя ей возвращаться в свой облик, - терпеливо поясняла Яга, шустро двигая спицами.

- Но почему?

- Чародеи её сразу к ответу привлекут за похищение кольца Нареченной!

- Но она его не похищала! - взревел Князь. - Это я его Мирре надел на руку!

- Ты Князь. А с её стороны, не будучи ведьмой, принять сей дар - преступление, - спокойно поясняла Яга. - Да и не в моей власти ей облик вернуть.

- Что?! Ты... навсегда?!

- Эх, Князюшка, зря всё ж отец к тебе чужеземца приставил: сразу видно, что сказок ты мало читал,- усмехнулась Яга, спицы так и мелькали в её руках.

Яромир в раздумьях принялся мерить Избушку шагами. Наконец хмурое лицо его просветлело. Князь осторожно поднял мышонка и поцеловал в спящую мордочку.

По Избушке разлился аромат ландышей и через мгновение Князь уже держал на руках не мышонка, а Мирру.

- Она спит...- тихо сказал Князь.

- Это не надолго, сейчас такой шум-гам поднимется, что о сне придется забыть, - пояснила Яга, откладывая спицы.

Баба Яга еще не успела положить вязанье в сторону, как десятки молний сверкнули за окном под аккомпанемент грома. Я бросила взгляд за окно: небо, еще мгновение назад чистое и ясное, оказалось затянуто тучами. Я перевела вопрошающий взгляд на Ягу, но спросить ничего не успела: раздался требовательный стук в дверь.

- Вот и гости незваные пожаловали, - проворчала Яга, направляясь к двери.

В суровом молчании в Избушку вошли семеро чародеев. Сразу стало тесновато и как-то неуютно. Яромир прикрыл спиной очнувшуюся ото сна Мирру.

- Мы хранители традиций обвиняем эту девушку в хищении кольца Нареченной, - сурово произнес один из вошедших, взглядом указывая на Мирру.

- Своим проступком она нарушила равновесие в нашем мире, ибо нет у неё права на владение этой вещью.

- Она ни в чем не виновата! - громко произнес Князь. - Это я отдал ей это кольцо!

- Ты - Князь. С твоей стороны было неосмотрительно поставить на карту равновесие нашего мира из-за прихоти, - сурово произнес третий.

- Но я люблю её! - перебил его Князь.

- А с её стороны преступление принять это кольцо, - неумолимо продолжил чародей.

- Поэтому её ожидает наказание за преступление.

- Тогда и меня наказывайте!

- Где кольцо?

Взгляды всех обратились на Мирру. Последний раз, помнится, я видела кольцо на подоконнике Избушке, где до разгрома обычно сидела Мирра в образе мышонка, обхватив кольцо лапками.

- Кольцо?...- растерянно произнесла Мирра, глядя на свою руку. Кольца не было.

Все присутствующие переглянулись.

- Раз нет кольца, то и Мирру нельзя объявить в его хищении! - громко произнес Князь.

- Ты уже признал, что вручил ей кольцо. А если она потеряла его, то лишь усугубила своё положение, - сурово заключил чародей.

- Но кольцо могли похитить! - не сдавался Князь.

- Мы во всем разберемся. А пока...- взгляд чародеев устремился на Мирру.

Невидимой силой Князя отнесло в сторону. Чародеи слаженно подняли руки, направив ладони к Мирре. Я, сбросив оцепенение, бросилась вперед.

- Стойте! Эта девушка под моей защитой! - выкрикнула я, вскидывая ладони и ставя препятствие заклинаниям чародеев-судей.

На их лицах отразилось недоумение. Чародеи переглянулись и удвоили силу заклинаний, на их лицах читалась твердая решимость завершить начатое. Я почувствовала, как упругая волна с нарастающей силой давит на мои ладони, стремясь сломать.

Разбойничий свист Яги прервал наше противостояние.

- А ну-ка, кышь из моей избы, охальники! Не хватало её по бревнышкам раскатать!

- Мы вершим правосудие! - сурово провозгласил черноглазый чародей, сверля меня взглядом.

- Эта девушка под моей защитой! - повторила я.

- Ты не вправе идти против решения чародейного круга! - парировал черноглазый, очевидно, в четверке он был главным.

- Чародейный круг присягал мне на верность, - напомнила я.

- Да это так. Но ты лишь Нареченная Князя и не можешь идти против воли круга! - пошел в наступление чародей.

- Я не иду против круга, а только беру под свою защиту эту девушку!

- Ха! Только Верховная Ведьма вправе наложить вето на решение круга! - ехидно заметил другой чародей.

Другие чародеи согласно закивали, на лицах отразилась спокойная уверенность в своей правоте. Яромир, окованный заклятьем неподвижности, силился что-то произнести. Яга многозначительно усмехалась. Я решилась, в конце концов, даже Книга Судеб говорила об этом! Я глубоко вздохнула.

- Хорошо. Я ... - я на мгновение задумалась, как сформулировать оформившееся решение. - Я хочу ... я готова к испытаниям Верховной Ведьмы...

В Избушке повисла тишина.

- Нареченная, ты хочешь сказать, что претендуешь на звание Верховной Ведьмы, мы не ослышались? - сурово спросил черноглазый.

- Да.

- Ты готова всё поставить на кон ради девицы, преступившей наши законы? Ты готова к поединку?

- Да! - решительно ответила я, смутно беспокоясь о непонятном поединке.

- Надеюсь, ты отдаёшь себе отчет в том, на что идешь! - предупреждающе сказал чародей. - Как полноправные представители магического круга, мы засвидетельствовали твой вызов на поединок Верховной Ведьмы!- торжественно провозгласил чародей.

В подтверждение его слов за окнами троекратно громыхнул гром и ударили молнии, на мгновение ослепив всех присутствующих.

- Чародейный круг принимает твой вызов! - торжественно произнес черноглазый. - Поединок состоится в полнолуние!

Я перевела дух, теперь отступать некуда.

- Если ты выдержишь испытание, то судьба этой отступницы в твоих руках, если нет - её удел быть лягушкой на болоте! - продолжил чародей. - А до поединка быть ей ...

- Мышкой серой, - закончила за него Яга и щелкнула пальцами. - И останется под моим надзором, абы не сбежала! И не спорить со мной! Не люблю я этого!

- Это против наших законов, - заметил самый молодой из чародеев.

- А мне чародейный круг не указ! - фыркнула Яга, распахивая дверь избы движением пальцев.

- Анархистка! - проворчал черноглазый и растворился в воздухе. Трое остальных переглянулись и последовали его примеру.

После их исчезновения, заклинание неподвижности спало с Князя. Яромир взял мышонка в руки и сел к столу. Яга устроилась напротив. В её руках вновь появилось вязанье. Я задумчиво устроилась рядом, подняв на руки Василия, по обыкновению льнувшего к моим ногам. Небо снова расчистилось: туч как ни бывало. Солнышко. Небо чистое, высокое. В верхушках сосен гуляет ветер. Красота!...

- А полнолуние уже совсем скоро, - безмятежно произнесла я, не отрывая взгляда от окна. - Надеюсь, хоть кто-нибудь, хоть что-нибудь поведает мне о Верховной Ведьме и о поединке? - поинтересовалась я, поглаживая кота.

Это явилось сигналом для Яги и Князя. Их взгляды обратились на меня.

- Начнем с поединка. Что мне предстоит? С кем поединок?

- С лучшими из лучших. С избранными чародейного круга! - порадовала меня Яга.

- Ууу!... Здорово! - "порадовалась" я. - Искренне польщена!

- И не язви, - усмехнулась Яга. - Лишь победившая, выстоявшая против объединенной магии чародеев...

- То есть выжившая, - вставила я.

- Ну, да, и это тоже, - подтвердила Яга, - становится Верховной Ведьмой, сосредоточием чародейных сил. Её слово - закон, её воля непререкаема, а сила её, умноженная в поединке, превосходит объедененные чары магического круга.

- Угу... А Верховные Ведьмаки бывают? - поинтересовалась я.

Яга хмыкнула, подозрительно взглянув на меня - не издеваюсь ли.

- До сих пор не было.

- А почему? Что и претендентов не было?

- У женщин больше склонности к чародейству и созиданию, - пояснила Яга. - Не о том говорим! До полнолуния всего ничего осталось, нужно узнать, как с тебя чужое заклятье снять и к поединку готовиться!

- Угу... вся во внимании! - согласилась я, облокотившись о стол, всем своим видом выражая воплощенное внимание.

- Не ёрничай, Римка! - прикрикнула Яга.

- Ни капли. Мои ушки в вашем распоряжении, - послушно ответила я.

Яга хмыкнула, взглянув на меня из-под кустистых бровей.

- Зря смеёшься, Римма, поединок Верховной Ведьмы - это не просто испытание. Тебе придется померяться силой со всеми чародеями магического круга, причем одновременно!

- Мило...

- Не перебивай!

- Молчу как...

- Римка! - прикрикнула Яга, стукнув спицами по столу. - Это гораздо серьезнее чем всё, с чем тебе приходилось сталкиваться! Верховная Ведьма появляется раз в сотни лет! Ведьма, рискнувшая бросить вызов все и одержавшая победу, становится Верховной. Поединок - это не только сражение, преодолевая чужие чары, ведьма вбирает в себя их силу, становится их сосредоточением, ей подвластны все стихии.

- То есть для магического круга её слово что-то значит? Если Верховная Ведьма возьмет Мирру под свою защиту, чародеи от той отстанут, в смысле, снимут обвинения?

- Снимут то снимут... Да забыли, что сначала Римке надо найти того злодея, который на неё заклятье наложил иначе это не поединок, а самоубийство! К тому же очень изощренное! Не выдержавшая испытание, просто рассыплется сотнями искр! Вспышка и всё! - эмоционально объясняла Яга. - Однажды, я это видела. Жуткое зрелище!!! И участь незавидная...

- Да? И когда вы это видели?

- Ой, давненько было, я тогда еще несмышленой девчушкой была, лет четыреста назад...

- Ого! - уважительно в один голос выдохнули мы с Князем.

- Вот и ого! Только тогда ведьма не выдержала испытания... Половину прошла да испугалась... А отступать некуда, чародеи её по ветру развеяли! Вот была, раз и искрами по ветру разметало!

Мы с Яромиром переглянулись и уже вместе смотрели в распахнутое окно. Чистое небо. Ветер гуляет в соснах. Мы с Князем не сговариваясь, засвистели незамысловатую в тон щебечущей на крыше пичуге.

- В доме не свистят! - прикрикнула на нас Яга и выпроводила на улицу.

Мы втроем, в компании кота, устроились на ступеньках.

- Немного, однако, известно, - посетовала я.

- Отчего же, о силе Верховной Ведьмы ходят легенды, - отозвался Князь. - Какие-то, помнится, мне в детстве мама рассказывала, только я уже не помню точно... Да и воспринимал это как сказки!

- Сказка ложь да в ней намек, - пробормотала я.

- Риммау, я могу рассказать о Верховной Ведьме, - промурлыкал Василий, уютнее устраиваясь на моих коленях.

- Васюшь?! - радостно удивилась я. - Вся во внимании!

- Итак, Раммау, - начал кот, - в давние-давние времена, нашим Княжеством правил Князь, которому было предсказано, что его род потеряет власть от рук ведьмы, и он издал приказ, запрещающий женщинам колдовать - чародейство объявлялось мужским делом. А женщин, владеющих силой и рискнувших ими воспользоваться, жестоко карали, обращая в деревья и сжигая. Магический круг зорко следил за исполнением запрета. Так длилось долгие годы. Правитель сменял правителя, и все они твердо поддерживали запрет на чародейство для женщин. Пока одна из них, Рада, не восстала против этого. Она бросила вызов магическому кругу. И победила, преодолев их силу, вобрав её в себя. Не останавливайся, Риммау...мяу...

-Что?...

- Ты перестала меня гладить, - капризно заявил кот, прищуривая глаза. - Итак, Рада одержала победу над чародеями, и они признали её власть, дав титул Верховной Ведьмы, и признали право женщин на чародейство. После этого власть в Княжестве перешла к роду прапрапрапрапрадеда Яромира, его женой стала чародейка. Они заложили традицию, что один из правителей должен владеть силой чародейства.

- И так продолжалось семьсот лет, - добавил Яромир.

- Ого! - уважительно отозвалась я. - То есть Рада была первой верховной ведьмой?

- Мурр... да. Сила нашего Княжества в единстве владеющих силой чародейства и невладеющих ею. У нас испокон веков, со времен Рады, не было распрь и войн из-за этого. Именно поэтому, мы так верно придерживаемся традиций! Хотя бывает, что кое-кому, - кот скосил глаза на Князя, - они не по нраву.

Яромир исподлобья взглянул на кота, но промолчал, вздохнул и, протянув руку, стал гладить кота.

Василий изумленно распахнул глаза и с видом оскорбленного достоинства подобрал лапы. Весь вид его говорил: "Пусть ты и Князь, но и я тебе не просто мурлыка! И кому ни попадя гладить себя не позволяю". Князь осознал это и отвел руку, сорвал былинку. В глазах запрыгали весёлые искорки.

- Точных исторических данных нет... Но ходят легенды, что одна из Верховных Ведьм, смогла передать частичку своей силы своей приемной дочери. Ритуал никому не известен, но легенды говорят, что тут не обошлось без магии Златокрылых драконов, - важно заключил кот, жмурясь на солнце.

- Ладно, Василий, хватит их сказками баловать, - раздался голос бесшумно возникшей на пороге избы Бабы Яги.

Что-то в её голосе заставило нас с Князем выпрямиться в ожидании не самых лучших новостей.

- Кольцо-то и в самом деле пропало! - выдержав паузу, объявила Яга.

- В смысле? - не понял Яромир.

- Совсем? - уточнила я.

- Тьфу на вас! - раздраженно взвилась Яга. - Совсем пропало! И след простыл! Нет его! И следов его найти не могу!

- А когда мы к Книге Судеб улетали, кольцо на подоконнике лежало рядом с Миррой, - припомнила я.

- Василий?!- гневно обратилась Яга к любимцу.

- Мяв? Не было там кольца, когда я Мирру прогуляться выводил, - уверенно ответил кот.

- Может быть, закатилось куда-то во время драки? - предположил Князь.

- Василий?!

- Не было! Я ещё подумал, что вы его с собой забрали!

Яга молча спустилась по ступенькам. Мы с Князем отодвинулись в стороны, и она уселась посередине. Баба Яга сосредоточенно думала, мы - я, Князь и кот - напряженно смотрели на неё.

- Не нравится мне это! - наконец, вынесла вердикт ведьма. - И хуже всего, что я не могу "увидеть" следов постороннего в моей Избушке!

- Чародеи, которые приходили за Миррой? - предположила я.

- Нет, - решительно отвергла это Яга. - Против меня они ещё несмышленыши, их чары я в два счета разгадала б!

- А просто куда-то закатиться оно не могло? - снова спросил Князь.

- Нет! Я его бы нашла! Почувствовала! - рявкнула Яга.

- И что это значит? - вопрошал Яромир.

- Это значит, милок, что кольцо взял кто-то, кто в чарах сильнее меня будет! Вот! - пояснила Яга, в сердцах топнув ногой.

Я задумалась. Если кольцо не найдется, оправдать Мирру будет ещё сложнее: мало того, что приняла, преступив вековые традиции-законы, так ещё и не уберегла. Но кто мог взять? Да ещё обладать такой силой, что бы Яге глаза отвести? Да и пропажа кольца из Избушки ведьмы явно подрывает её авторитет. То над Избушкой поглумяться, то из-под носа кольцо уведут - явный удар по самолюбию ведьмы.

- Римка?! - вырвал меня из размышлений голос Яги.

Я повернула голову, и наши глаза встретились.

- Это ты?!

- Что?...- удивилась я.

- Тебе вполне под силу даже мне глаза отвести!

- Бабуль, вы что?! - возмутилась я.

- Я не говорю, что ты кольцо взяла, а лишь то, что сила тебе большая дана и глаза б отвести мне смогла! - уже спокойнее пояснила Яга. - Так что давай, ищи!..

Я закрыла глаза и сосредоточилась, сконцентрировалась, настроилась на поиски. Мысленно представила кольцо Нареченной. Строгая и в тоже время изысканная оправа и синий прозрачно-искрящийся камень, впрочем, на руке Мирры он был тускло синь.

- Его здесь нет... Ни в Избушке, ни на поляне... Коричневая плотная замша... Неплотно завязанный мешочек... Аромат восточных благовоний...Резные каменные стены...Замок! - я распахнула глаза. - Кольцо в замке!

- В замке? - растерянно переспросил Яромир. - Но как? Кто? Ничего не понимаю!

Яга довольно прищурила глаза, потерла руки.

- Ну, что, Князь, приглашай в гости! Кажется, клубочек-то начинает распутываться!

Глава 23

Пока Горыныч, на спине которого мы с Князем устроились, кружил над замком, внизу, во дворе, выстроился караул и собралась толпа горожан. Яга, летевшая в ступе, приземлилась первой. Одновременно на ступенях замка появился придворный маг.

Так уж получилось, что отношения с Амараном у меня не сложились. Несмотря на заверения Яромира, что его наставник всегда его поддерживал и старался на его благо. Увы, с личными антипатиями трудно справиться даже ведьме. Даже несколько с антипатией, сколько с тем, что его в его отношении ко мне чудилась скрытая враждебность и фальшь, а это раздражало.

Ни свет свечей, ни роскошь обстановки и изысканные блюда не сделали обстановку более дружественной. Амаран пытался как можно подробнее узнать обо всем произошедшем за день с Яромиром. Яга препятствовала этому, наложив для верности на Князя легкое заклинание. Взаимная неприязнь придворного мага и ведьмы усилилась. Князь чувствовал себя не в своей тарелке. Ему, привыкшему доверять своему детскому наставнику, было некомфортно что-то утаивать, но и рассказать, из-за заклинания, он не мог. А я... в замке я почему-то чувствовала себя неуютно, смутная тревога не давала сосредоточиться, к тому же я "потеряла картинку", не могла почувствовать кольцо, точное его расположение, хотя из Избушки Яги мне это давалось легко.

- Римма бросила вызов магическому кругу, - сообщил Яромир, решительно выпрямившись в кресле.

- Да? - высокомерно приподнял брови маг. - Но... Я не хочу ни в коей мере преумалять способности Нареченной, но вызов на поединок за власть Верховной Ведьмы, это, - Амаран тонко усмехнулся, - несколько самоуверенно.

- Римма защищала Мирру, - пояснил Князь.

- Ах... тогда это, конечно, благородно, - согласился маг.

- Поединок состоится в полнолуние, - сухо заметил Князь.

- То есть через семь дней? - уточнил маг.

- Через восемь! - весомо объявила Яга.

- Семь ли восемь, разница не велика, - отмахнулся маг, задумчиво рассматривая меня.

По всему видно, Яга собиралась это ехидно прокомментировать, но раздался вежливый стук в дверь и вошел стражник с докладом.

- Князь, воевода Ратмир прибыл.

- Пусть войдет, - живо отозвался Князь.

Я оживилась, ожидая Ратмира, которого не видела с тех пор, как он в сверкающих доспехах спрыгнул с дракона на черный алтарь, чтобы спасти меня, да ещё мелком в избушке Яги, когда пришла в себя.

Воевода отсалютовал Князю, склонил голову в полупоклоне, приветствуя остальных. Они с Князем отошли к окну.

- Воевода принес хорошие новости! Руины Черного замка нежити, сожженного нами при победе, полностью засыпаны солью, - сообщил Князь, жестом предлагая Ратмиру присоединиться к трапезе.

С появлением воеводы обстановка стала более непринужденной. По просьбе Князя Ратмир поведал о разрушении и засыпании солью руин замка Гастона.

- Лучшие из чародеев творили защитные чары, помогая нам, - рассказывал воевода.

- Надеюсь, из нечисти никто не уцелел? - уточнил Амаран.

- Сначала мы обложили замок по периметру солью, что бы предотвратить отступление упырей, спрятавшихся в завалах. Потом сожгли дотла и руины засыпали соль, - пояснил воевода.

- Соль заговоренная? - уточнил Амаран.

- Мы действовали совместно с чародеями.

- Это хорошо, - согласился маг. - И не обнаружили ничего интересного? - Амаран явно интересовало всё, связанное с разрушением замка.

Он оживился и всецело сосредоточился на рассказе воеводы. Яга тоже задавала уточняющие вопросы. Как ни странно, но мне удалось сосредоточится. Я почувствовала кольцо. Закрыла глаза. Да, оно где-то в замке. Рядом. Коричневая замша. Аромат благовоний ощущался слабее. Каменные стены изукрашены причудливой резьбой: диковинные звери, цветы, переплетающиеся стебли растений. Ковры на полу. Через узкое, стрельчатое, окно с цветными витражами в помещение падают косые солнечные лучи. В углу на низком столике дымится аромокурительница. Есть!

- Кольцо в замке! - я открыла глаза и решительно поднялась.

- Римма? - четыре пары глаз обратились на меня.

- Здесь! - я решительно направилась к двери, устремилась по коридорам и переходам замка, опасаясь потерять контакт с кольцом. Остальные едва поспевали за мной.

На небольшой площадке у двери на страже стояли два воина. Я решительно направилась к двери. Копья скрестились, преграждая мне дорогу.

- Пропустить! - приказал Князь, первым догнавший меня, на его лице читалось сомнение и некоторая доля удивления.

Стражники нехотя отвели копья.

- Это безумие! - произнес догнавший нас Амаран. - Это одна из моих комнат!

- Кольцо там! - уверенно сказала я.

Ярослав шагнул к двери, пытаясь её распахнуть. Дверь не поддалась. Он оглянулся на мага. Тот зашептал неразборчиво, снимая охранное заклинание. Мы вошли внутрь. Амаран, пропуская нас, задержался у двери. Я прошла на середину комнаты. Всё так, как мне виделось. Резьба на стенах. Ковры. Чуть сизоватый дымок из аромокурительницы. Высокое узкое окно с витражом. То ли от быстрого бега, то ли от сильного запаха благовоний мне снова стало хуже. Все, затаив дыхание, следили за каждым моим передвижением. Комната качнулась в моих глазах. Яромир вопрошающе посмотрел на придворного мага. Тот ответил недоумевающим взглядом и пожатием плеч. Весь вид его говорил о том, что магу при этом очень хотелось бы покрутить пальцем у виска.

- Оно здесь... - растерянно сказала я.

- Если ты так уверена, то где оно? - саркастически усмехнулся Амаран.

Я вздохнула. Закрыла глаза, концентрируясь на поиске. Шагнула к стене, почувствовав неясное тепло. Скорее рука почувствовала замаскированный тайник, чем я это осознала. Щелчком пальцев я сняла защиту и небольшая каменная панель отодвинулась. Я раскрыла глаза. В небольшом углублении лежал замшевый мешочек. Развязала тесемки, и на ладони у меня оказалось знакомое кольцо. Тускло синий камень неожиданно заискрил и наполнился мерцающим светом.

- Кольцо Нареченной! - удовлетворенно объявила Баба Яга.

- Только вот откуда оно здесь? - задумчиво поинтересовался Князь, оглядываясь на мага.

Ответ Амарана я уже не слышала, комната снова качнулась и стены поплыли перед моими глазами.

- Римма! - донесся вскрик воеводы и ...

"Зачем тебе отдавать власть Мирре? Кто она против тебя? Никто. Не ведьма. Отпусти Князя. Дай ему отречься от престола в твою пользу. Ведь ты уже Нареченная Невеста. Тебе присягало войско и народ. За тобой пойдут и в огонь и в воду. К чему отступать и проигрывать какой-то простушке? Ты Ведьма. А захочешь, с моей помощью станешь и Верховной Ведьмой! Верховной! Неограниченная власть и способности! Подумай!..." - вкрадчиво говорил глубокий, смутно-знакомый голос.

- Кто здесь? - я открыла глаза.

Темнота. Глубокая. Обволакивающая. "Подумай, Римма! Без моей помощи тебе всё равно не победить в поединке. К чему бессмысленная гибель? Пусть Яромир отречется от престола. Народ примет тебя".

- Но я хочу вернуться в мой мир! - мысленно возразила я. - Увидеть близких!

"Зачем? Здесь ты имеешь гораздо больше. И власть! А станешь Верховной Ведьмой, переходы между мирами не будут для тебя непреодолимыми - захочешь, сможешь увидеться с родными, даже перенести их сюда. Подумай! Соглашайся! Власть...неограниченные возможности! Любое желание, любой твой каприз будет исполнен!".

Я снова провалилась в темноту.

Глава 24

- А ну-ка, открывай глаза, лентяйка!- голос Яги ворвался в моё сознание. - Ишь, расхворалась! Некогда, милая, некогда болеть! Пять дней всего остаётся до полнолуния. Открывай-ка глазоньки, да...

- Бабуль, зачем же так громко? - слабо возмутилась я, с трудом приоткрывая веки. - И откуда у вас нашатырь? Гадость-то какая!

- Ха! У меня и не то ещё найдется, если поискать хорошенько! - бодро отозвалась Яга.

Утро. Раннее-раннее. Солнце только чуть оторвалось от горизонта. В распахнутые окна врывается свежий ветерок. Я с удовольствием присела на постели. Огляделась. Незнакомая комната. Замок. И так соблазнительно пахнет земляникой!

- Красота! - потянулась я. - И очень хочется кушать!

- Вот и славненько, - приговаривала Яга, одним движением косматой брови пододвигая ко мне столик.- Сначала настоечку!

- Бабуль, с утра пить горячительные напитки пошло, - усмехнулась я, всматриваясь в малоприятную на вид и пахнущую тиной жидкость.

- Насчет горячительных, не знаю, а вот эта настоечка в самый раз будет, - уверенно сказала Яга и подтолкнула бокал к моим губам.

Вкус оказался даже приятным. Бодряще-терпким и горячим.

- И что это было? - поинтересовалась я, ставя пустой бокал.

- Древняя магия златокрылых драконов! - гордо пояснила бабка. - Злата расстаралась, раздобыла рецептик. А так бы спать тебе до самого полнолуния!

- То есть вы намекаете, что меня опять околдовали?

- Не намекаю, а прямо говорю! - топнула ногой Яга.

- Хороша претендентка на роль Верховной Ведьмы, - хмыкнула я.

- Не боись, вместе справимся! - подбодрила она.

- Есть новые сведения? - встрепенулась я, уплетая ароматную лесную землянику со сливками.

- А-то как же,- хитро подмигнула баба Яга.

- Надеюсь, все хорошие?

Ведьма посуровела лицом.

- Ясно... Рассказывайте!

Найдя кольцо, исчезнувшее из Избушки Яги, я потеряла сознание. Только и успел воевода меня подхватить. Яга быстро определила, что это заклинание.

- Однако, так хитро составленное, что выходило, будто ты сама себя околдовала! - пояснила Яга.

Меня перенесли в комнату. А в хищении кольца обвинили воеводу Ратмира. И в попытке меня околдовать. Как и в попытке погубить Князя Яромира, наслав на него во время поединка черную змейку, сосущую силы. Его воины были на Горыныче, а именно среди них затесался злодей, владеющий силой.

- Не верю! Не ве-рю! - отвергла я обвинения воеводы.

- Тем не менее, Ратмир арестован и заточен в крепость до суда, - продолжала Яга.

- Но зачем бы ему понадобилось Князя губить? Глупость какая!

- Власти захотелось, - отозвалась Яга. - Либо ревность взыграла.

- Это ваше мнение? - усомнилась я.

- Рассказываю, что ты проспала, - щелкнула меня по носу бабулька.

- И кто высказал такие предположения идиотские?

- Амаран. Но не такие уж они нелепые, - продолжала Баба Яга. - Возможность такая у воеводы была.

- Он владеет силой? - усомнилась я. - И такой, что никто не почувствовал?

- Так и тебя не в одиночку хитили! Возможно, он лишь звено злодейского заговора! - парировала Яга.

- Не ве-рю! - повторила я.

- Оттого что тебе люб? - хитро усмехнулась Яга.

- А главное, оттого, что верю в свою интуицию!

- Это уже лучше! - согласилась Яга. - Тогда умывайся-собирайся, сегодня суд над воеводой!

- Успеваем? - встрепенулась я.

- Солнце только встает.

- Хорошо... А что за заклятье на меня наложили?

- Черную змейку помнишь? - поинтересовалась Яга. - От Яромира ты её отвадила, да совсем рассеять не смогла; оковы чужой силы помешали. Змейка к тебе и прицепилась! Твои силы сосала, подчиняясь приказам хозяина!

- Вы её ...того? Отцепили? - спросила я, брезгливо поводя плечами, вспоминая мерзкого гада.

- Спасибо Злата помогла, - с благодарностью отозвалась Яга. - Рассеяли мы её. - А то, что тебе в присутствии Ратмира плохо стало, это поставили во главу обвинения: знать, он виновен да боялся разоблачения.

- А оковы?

Яга покачала головой.

- А про змейку-то как узнали? - после молчания поинтересовалась я.

- Драконесса наша древнюю магическую книгу в своих пещерах отыскала, а в ней рецепт, как твоими глазами всё произошедшее увидеть. Вот и рассмотрели!

- А как рассеивали?

- Объединенными силами магического круга, - усмехнулась Яга. - Змейка-то твоих сил набралась, сильная стала! Правда, кое-кто из чародеев сначала не больно-то хотел помогать. Мол, в преддверии поединка, не разумно да и против правил тебе помогать! - передразнила кого-то Яга. - Но я нашла аргументы, - добро ухмыльнулась Яга. - Ты же из-за Князя пострадала, от него гибель отвела!

- Надеюсь, убедить удалось без особых разрушений и бурь? - поинтересовалась я, расправляясь с ватрушкой.

- Почти, - уклонилась от ответа ведьма.

Мне не терпелось узнать, что скрывается за этим "почти". Но моим расспросам помешал решительный стук в дверь.

- Князь явился тебя проведать, - уверенно сказала Баба Яга.

Яромир, стремительно вошедший в комнату, с сияющей улыбкой подошел ко мне.

- Римма! Как я рад! - он стремительно обнял меня.

В полдень в большой зале замка начался суд над Ратмиром. Судебное заседание проводили закрыто. Советники и судьи убедили Князя, что обвинения столь уважаемого воеводы вызовет слишком большие волнения в войске.

- Тем более, нужно сначала убедиться, что обвинения воеводы имеют под собой весомые основания, - произнес советник Агий, который, как мне показалось, сам не очень-то верил в измену Ратмира.

Князь восседал на троне. Я рядом с ним. Окончательно убедить Князя в невиновности Ратмира мне не удалось, но я поколебала его уверенность, стараниями Амарана зарожденную и укрепленную.

Советники, чародеи и вершители суда, поздравили меня с выздоровлением. Я, в свою очередь, поблагодарила их за освобождение от черной змейки.

- Римма, ещё не поздно отказаться от поединка, - посоветовал черноглазый чародей Евпатий, приходивший в Избушку за Миррой. - Подумай, ты сама не смогла справиться с черной змейкой - тебе не выстоять против круга! К чему упрямство? Стоит ли отступница этой жертвы?

Я оглянулась на Князя. Он сидел невозмутимо-спокойный, лишь напряженный взгляд выдавал волнение.

- Я подтверждаю свой вызов на поединок, - спокойно и уверенно ответила я.

- Твоя воля, - отозвался чародей, явно сомневаясь в здравомыслии моего решения.

Ввели обвиняемого воевода. Ратмир держался прямо, гордо неся голову. Лицо было суровым и замкнутым. Я с некоторым волнением ждала его появления. Увидев меня рядом с Князем, Ратмир на мгновение замедлил шаг и просиял. Его радость была настолько явной и искренней, что я окончательно уверилась в его невиновности. Не мог он причинить мне зла! Впрочем, я в этом и не сомневалась. Вспомнились строчки Марины Цветаевой:

- Всем вам, кто жил и умирал без страху!=

Такие - в роковые времена -

Слагают стансы - и идут на плаху.

Рыцарь в серебряных доспехах...

- Воевода Ратмир обвиняется в измене присяге: покушении на Князя и Нареченную, в организации заговора с целью захвата власти! - объявил Евпатий. - Главный обвинитель - придворный маг Амаран.

Амаран торжественно поднялся со своего места. Все его аргументы мне уже были известны. Маг напирал на то, что Ратмир, рожденный в простой семье и, поднявшись до высокого чина воеводы, из жажды большой власти и зависти к Князю, решился на захват власти и организовал заговор, вступив в сговор с нечистью. С помощью черной магии он похитил меня, передал упырям. А потом, сделал вид, что больше всех старается спасти.

- Хотя, возможно и просто раскаялся, - предположил маг, - ведь ни для кого не секрет, что воевода воспылал страстью к Нареченной Князя! Возможно, именно поэтому воевода и старался погубить Князя, с помощью черной магии наслав на него черную змейку. Однако, Римма помешала этому, приняв удар на себя, за что ей честь и хвала! - Амаран повернулся ко мне и склонил голову в поклоне. - Позже, с помощью злоумышленников, владеющих магией, воевода Ратмир похитил кольцо Нареченной из Избушки Бабы Яги для использования его в своих злодейских целях. А когда проведал, что Римма в замке, он приехал с срочным докладом, чтобы помешать ей найти кольцо. Он же отдал приказ змейке погубить Нареченную, из-за чего, найдя кольцо, она впала в беспамятство. - Амаран сделал эффектную паузу. - На наш взгляд, этих злодеяний более чем достаточно для смертного приговора!

Ратмир во время обвинительной речи Амарана стоял гордо выпрямившись. Порой я ловила на себе его взгляд полный теплоты и искренней радости по поводу моего выздоровления.

Амаран закончил обвинения, поклонился собранию и уселся на своё место.

- Воевода Ратмир, клянетесь ли вы в искренности своих слов? - спросил Агий.

- Клянусь! - воевода коснулся рукой сердца.

Чародеи удовлетворенно переглянулись.

- Князь, Нареченная, советники и судьи, представители чародейного круга, каждый из вас может задавать вопросы воеводе, для выявления истины! Чародей Евпатий будет следить, чтобы слова лжи не исказили истины! - провозгласил Агий.

Черноглазый Евпатий поднялся и начертал в воздухе тайные знаки. Советники, чародеи, судьи - один за другим задавали вопросы Ратмиру.

- Вы вступили в сговор с нечистой силой?

- Нет. Это ложь!

- Вы словом или делом нарушили присягу?

- Нет.

- Вы знали что-либо о местонахождении кольца?

- Нет.

- Вы видели когда-либо это кольцо? - Евпатий поднял кольцо Нареченной.

- Да. Когда Римма... Нареченная нашла его в тайнике в комнате придворного мага.

- Откуда вы знаете, что это было комната мага?

- Он сам сказал это, когда Наречённая попыталась войти внутрь.

- Это вы положили в тайник кольцо?

- Нет.

- Вы знаете что-либо о похищении кольца?

- Лишь то, что оно пропало накануне помолвки.

- Вы хотели отнять власть у законного наследника?

- Нет.

- Вы хотели погубить Нареченную?

- Нет! - сверкнул глазами Ратмир.

- Вы испытываете страсть к Нареченной невесте Князя? - невинно спросил Амаран, перебирая четки и почти по-доброму улыбаясь.

Ратмир молчал.

- Воевода, отвечайте! - повелительно произнес Агий. - Вы любите Нареченную Князя?

Скулы Ратмира окрасил румянец. Уголок рта дрогнул. Яромир перевел удивленный взгляд с воеводы на меня и обратно, казалось, Князю такая мысль в голову не приходила.

- Итак?...

- Да!

В зале повисла тишина. Амаран с ликованием оглядывал сидящих рядом.

Ратмир, не отрываясь, смотрел на меня. Уголок рта дрогнул - воевода слабо улыбнулся.

- Вы любите Римму, как Нареченную Князя, которой вы присягали на верность? - подсказал Агий.

- То есть, вы все-таки завидуете Князю и хотели бы отнять у него невесту? - не унимался Амаран.

- Мы разбираем не чувства и сердечные привязанности воеводы, а обвинения в измене! - возмутился один из советников.

- Советник, мы ищет причины измены! - тонко усмехнулся маг. - Так, вы хотели отнять у Князя невесту?

- Нет.

- Но вы только что признали, что любите её и она для вас не только Нареченная Князя? - уточнял Амаран.

- Любить, не значит, желать отнять! - ответил Ратмир.

- Может быть, вы надеялись на взаимность? - приподнял брови Амаран.

- Нет.

- Но именно среди ваших людей оказался чародей, наложивший на Князя заклятье во время поединка!

- Нет. Я уверен в своих людях!

- Тогда вы сами в сговоре с тем злодеем!

- Нет. Это ложь!

- Тогда каким образом, среди ваших воинов оказался маг, пытающийся отнять у Князя силы во время поединка? Почему именно в вашем присутствии Римма почувствовала связь с кольцом и нашла его? - пошел в наступлении Амаран.

- В вашей комнате,- уточнил Ратмир. - И в вашем присутствии!

- Да как ты смеешь?! - выкрикнул Амаран, переходя на "ты".

- И именно вы, маг, провожали моих людей в бой, проверяя каждого и давая обереги! - сказал Ратмир, поворачиваясь лицом к магу.

- Клеветник! И изменник! - с презрением и негодование бросил маг, указывая жестом на воеводу.

Суд разделился во мнении надвое: часть считала, что обвинения надуманны, другая - находила неопровержимую логику в словах Амарана. Все присутствующие обратили взгляды на Евпатия. Чародей поднялся, на мгновение вскинул ладони в направлении воеводы.

- Воеводой не было произнесено ни слова лжи! - провозгласил он.

- Воевода лжет! - выкрикнул Амаран.

- Маг, чародей Евпатий свидетельствует, что ...

- Чародей Евпатий может оказаться слабее мага, помогающего воеводе и потому не чувствует лжи! - перебил Агия Амаран.

Черноглазый Евпатий недобро взглянул на мага. Судьи переглянулись.

- Воевода лжет! Я как маг могу засвидетельствовать это!

Судьи вновь переглянулись в явном замешательстве.

- Вы мне не верите? - оскорбился Амаран.

- Ваше свидетельство, как представителя обвинения, не может быть принято во внимание, дабы исключить ошибку, - уклончиво ответил Агий.

Я молча поднялась с трона и медленно, в возникшей тишине спустилась вниз в зал. Подошла к воеводе.

- Откройтесь мне, - я положила правую руку ему на грудь, а левую себе на лоб. Закрыла глаза и сосредоточилась, прислушалась.

Ощущение тепла и света. Звуки ударяющихся друг о друга мечей. Серебристый тонкий звон колокольчиков.

- Этот человек говорит правду! - уверенно произнесла я, открывая глаза. - В его сердце нет зла и лжи.

Судьи вздохнули с явным облегчением.

- Ну, конечно! Что ещё она могла сказать! - ехидно заметил Амаран. - Ведьма, но в первую очередь женщина, которой льстит мужская любовь и преклонение!

- Теперь вы ставите под сомнения мои способности и мою честность? - уточнила я, отчего-то радуясь первого открытого противостояния с магом.

- Ты пристрастна! - обвинил он. - Да и как ты можешь распознать чужие чары, раз не смогла сама справиться с черной змейкой? Это ведьма? Ха! - презрительно поджал губы маг.

- Это оскорбление, маг, - спокойно констатировала я, чувствуя, как просыпается сила, как бурлит адреналин в крови.

- Это факт! Да и где уверенность, что вы с воеводой не в сговоре? Может быть, всё это затеяно с одной целью: захватить власть?! Тогда всё складывается! Не было никакого похищения, а лишь ловкая мистификация с целью заманить Князя в ловушку внутрь Черного замка!

- Но Римма спасла Князя во время поединка! - возразил Агий.

- Вероятно, тогда её это было выгодно!

- Зачем тогда ей было обнаруживать кольцо? - продолжал судья.

- В моей комнате! - весомо уточнил Амаран. - Всё просто; чтобы бросить тень на мою репутацию и очернить в глазах Князя, тем самым лишив его защиты! Оклеветать меня! Меня! Заботившегося о нем с пеленок!

- Это серьезные обвинения, маг, - сурово сказал Агий. - Вы отдаёте отчет в своих словах?

- Да! Я обвиняю эту женщину в сговоре с воеводой Ратмиром и нечистью! Чародеи ошиблись в выборе, когда перенесли её в наш мир! Они неверно истолковали слова Книги Судеб!

Взгляды присутствующих переместились на меня.

- Маг Амаран, я вызываю вас на поединок чести! - отчеканила я.

- Ха! Кто бы говорил о чести! - пренебрежительно отозвался придворный маг.

- Поединок в кругу чародеев. Мы будем гарантами того, что ни один из вас не прибегнет к посторонней силе! - вынес приговор Евпатий. - Поединок покажет, чья сила чар сильнее. Если победит Римма, значит, её чары сильнее, и она верно сказала, что воевода Ратмир чист душой и помыслами и его оклеветали и очернили! Победа Амарана будет свидетельствовать о не безосновательности обвинений воеводы и положит начало обвинительного процесса над воеводой Ратмиром и Нареченной.

Глава 25

Для поединка было выбрано место на лугу за замковыми стенами. Чародеи встали широким кругом, отрезая нас с Амараном от окружающего мира. Яга наблюдала за происходящим из-за пределов чародейского круга: её посчитали слишком пристрастной. Ведьма была явно недовольна происходящим и нервно грызла семечки, вызывая зависть своими крепкими зубами. Рядом с ней, сложив руки на груди, стоял Князь. Ему было тяжелее, чем кому-либо: его сердце разрывалось между Амараном, которому он привык доверять с детства и мной. Со мной он сблизился и сроднился за время войны с нечистью, тем более от исхода моего поединка с чародейным кругом за право быть Верховной ведьмой, зависела судьба его возлюбленной. Рядом с Князем, под конвоем стражников, со скованными руками, стоял воевода Ратмир. Он был внешне спокоен. Его гордо выпрямившаяся фигура выражала уверенность и достоинство. Казалось, что из всех присутствующих лишь у него не возникало ни малейшего сомнения, в чью пользу разрешится поединок. Я улыбнулась ему. Правда на моей стороне - мы победим. В стороне от них расположились пажи и помощники придворного мага, невесть как узнавшие о сохранявшемся в тайне поединке. Среди их однородной массы выражение жгучего любопытства на лице выделялся Гаспис. "Да, жаль, что Жутикова здесь нет, а то б они с Гасписом и ставки на поединок стали делать", - отметила я, выходя в центр круга.

Амаран вышел на поединок в длинной синей хламиде, под складками которой привычно угадывались многочисленные амулеты и оружие. Его известное пристрастие к оружие всегда вызывало у чародеев презрительные усмешки, ибо чародей, наделенный силой, всегда мог защитить себя и без оружия.

Меня собирала на поединок Яга, она и убедила надеть свободную льняную тунику, подпоясала меня серебряным поясом.

- Эх, Римка!... Ну, видно чего быть, того не миновать! - напутствовала она, заботливо повязывая мне на лоб ленту, чтобы волосы не закрывали глаз. - И главное помни, ты - Ведьма!

- Делай что должно и будь, что будет, - в тон ей прокомментировала я.

Евпатий звонко хлопнул в ладони и удар грома оповестил о начале поединка.

Амаран величественно вскинул руки, сурово глядя на меня, явно призывая на мою голову всевозможные кары.

- Правда на моей стороне, нечестивая! Ты злобными чарами околдовала всех, вошла в доверие, чтобы вероломно...

- Достаточно словоблудия!- прервала я мага, надеясь, что мне не придется ещё полчаса выслушивать его высокопарные обвинения в вероломстве и остальных смертных грехах.

- Ты ещё поплатишься за все свои преступления! - с нарастающим азартом вещал маг и принялся перечислять всё, что он ставит мне в вину.

Где-то на третьей минуте я осознала, что ещё чуть-чуть и этот монотонно-нудный голос меня усыпит. Веки тяжелели. Возможно, Амаран на это и рассчитывал.

- Ау, болтливый ты наш, не пора ли перейти к делу? - громко спросила я перекинув с ладони на ладонь яркую радугу.

Оторвавшись от моих ладоней, радуга направилась к вещавшему магу, бабочкой кружа вокруг него. Амаран замолчал, следя за её полетом. Потом злобно сверкнул глазами и выхватил из складок хламиды меч. Удар. Мило! Радуга рассыпалась миллионом солнечных искр. Я усмехнулась, и радуга, собравшись воедино, вновь заиграв цветами, вернулась ко мне. Маг двинулся ко мне, угрожающе занося оружие.

Знакомое покалывание в кончиках пальцев и возникший в моей руке меч отразил сильный удар. Это разозлило Амарана. Некоторое время мы отчаянно рубились на мечах без применения чародейной силы, по крайней мере, я её не чувствовала. Возможно, меч мага и был заговорен - куда ж без этого? - но иных проявлений чародейства я пока не ощущала и, благодаря урокам воеводы Ратмира, увереннее владела оружием. Я полностью сконцентрировалась на поединке, стараясь предугадать каждое движение врага, и попутно отвлекая его внимание то стайкой бабочек, то радугой, чем злила его ещё больше. Амаран, увернувшись от моего меча, бросил мне в лицо змею. Я увернулась от гада, и швырнула в мага молнией. К моему удивлению, молния, отрикошетив от Амарана вернулась ко мне. Я - а неплохо, однако, Ратмир натренировал меня! - увернулась, пожертвовав прядью волос, опаленных молнией. Из-за спины раздалось злобное шипение. Змея! У меня не было возможности расправиться с ней: Амаран вновь пошел в атаку. Я щелкнула пальцами, и большой коршун взлетел с моего плеча для поединка со змеёй. Или это орлы охотятся на змей? Но раздумывать было некогда, потому что маг накинулся с новой силой, пуская в ход и оружие, и силу магии. Один раз мне удалось достать до него мечом. Лезвие полоснуло мага по плечу. Каково же было моё удивление, когда в этот же миг на моём предплечье закровоточила возникшая из ниоткуда рана. Маг злорадно ухмыльнулся. Несколько новых молний выпущенных в него, снова вернулись ко мне, опалив и тунику и волосы. Неужели его защитное заклинание столь сильно, что молнии рикошетом ударяют в меня? Я продолжала сражаться и с магом, и с обращавшимися на меня моими же заклинаниями. Мои возможности были ограничены, я могла только защищаться. Амаран оказался сложным противником. Я обнаружила, что не могу преодолеть придворного мага, хотя общепризнанно, что он слабый чародей, и никто из представителей магического круга не воспринимал его как чародея всерьёз, а мои способности кое-кем даже признавались достойными звания Верховной Ведьмы. В чем же дело: в его силе или моей слабости?

За спиной раздался жалобный крик коршуна. Амаран довольно захохотал. Я выпустила в мага стаю птиц. Это на мгновение отвлекло его внимание и позволило мне бросить взгляд назад. Мой коршун был повержен, а змея, напружинившись, готовилась к броску. А я оказалась в кольце: впереди маг, сзади разъяренная змея.

Змеи... Кобры... Мысли метались в поисках выхода. Мангусты! Я довольно щелкнула пальцами, стараясь вызвать в памяти образ этого зверька. Сложность была в том, что я не очень хорошо представляла, как выглядят мангусты. В памяти возникли детские воспоминания. Мультфильмы... Киплиг. Конечно! Рики-тики-тави! Есть! Мангуст резво с воинственным стрекотаньем бросился на змею. Здорово! Ещё щелчок пальцами и я отправила, на всякий случай, ему на помощь второго.

Теперь можно было сосредоточиться на Амаране. Должна же быть слабость в его обороне! Иначе получается, что я в большей мере сражаюсь сама с собой. Как же так получается, что, несмотря на превосходство моей силы, я не могу с ним справиться? Помнится, при одной из наших первых встреч он даже не мог коснуться магического огня! Магический огонь! А почему бы и нет? В моей ладони вспыхнуло мерцающее зеленое пламя. На лице мага отразилось явное недовольство. Я осторожно опустила пламя на землю. Огонь взметнулся в небо. Амаран некоторое время недовольно кривился, потом презрительно усмехнулся и на его ладони заплясал язычок серо-синего пламени. Тааак, значит, он действительно, стал сильнее. Маг опустил огонек на землю. Два пламени, взревев, сплелись в борьбе. Магический огонь черпает силы в породившем его, поэтому, чем сильнее разгоралось пламя, тем слабее становилась я. Зеленое пламя взметнулось выше, стараясь поглотить серо-синее. Амаран посерел лицом, сосредоточенно глядя на огон. Но почему, чем меньше становилось серо-синее пламя, тем хуже я себя чувствовала? Я старалась не потерять сознание, изо всех сил концентрируясь и давая силы своему пламени.

Яркая вспышка и восторжествовало зеленое пламя, растворив серо-синее. Амаран покачнулся и упал на землю.

У меня кружилась голова и подкашивались ноги. Перед глазами расплывались разноцветные круги. В ушах шумело. Зеленое ликующее пламя. Безвольно упавший неподвижный маг. Я, вспомнив о змее, оглянулась, с трудом фокусируя взгляд. Мангусты рвали на части поверженную змею.

Новый удар грома знаменовал окончание поединка. Кажется, это победа...

Я протянула неимоверно-тяжелую руку к пламени, коснулась его пальцами, ощутила ласковое тепло. Тело стало наполняться исцеляющими искорками силы. Я глубоко вздохнула. Пламя уменьшилось, передавая мне силу. Контуры предметов перед глазами стали четче. Зрение возвращалось. Неожиданно я заметила призрачный обруч чуть заметный на предплечье. Что это? Снять его не удавалось.

- Чужое к чужому! Изыди! От кого пришло - к тому уйди! - произнесла я слова заклинания, касаясь обруча язычком пламени.

Обруч стал четче, ярче обретая материальную плоть. Холодное черное кольцо охватывало моё предплечье. Вот они - оковы чужой силы! Я с силой дернула обруч, острая боль охватила меня, словно я снимала с себя кожу.

- От кого пришло - к тому уйди! - сквозь зубы процедила я, сдергивая обруч. Сильный резкий рывок - адская боль, от которой меркнет сознание. Я очнулась от своего крика. Горло саднило и в ушах звенело. Черный ободок съеживался у меня на ладони.

- Вот они, оковы чужой силы, - негромко произнес Евпатий, а я и не заметила, когда меня успели обступить чародеи.

На моей ладони взметнулось яркое пламя, уничтожая заклятый обруч. Громкие крики и стоны отвлекли внимание. Но я обернулась только тогла, когда от обруча не осталось даже пепла. Тело поверженного Амарана извивалось и билось в судорогах.

- А вот и хозяин оков обозначился! - с ненавистью произнесла Яга, протиснувшаяся ближе ко мне.

Амаран затих, устремив пустой взгляд в небо. Его пажи и помощники застыли в напряженном ожидании.

- Суд и магический круг признают твою правоту, Нареченная! - провозгласил Агий и обернулся на по-прежнему скованного воеводу, взгляд которого был прикован ко мне.- Воевода Ратмир, с вас снимаются все обвинения. Вы свободны!

Яромир молча сжал мою руку. Для него выдался не лучший день.

- Что всё сие означает? - спросил он, переводя взгляд с корчившегося мага на меня.

- Прежде всего, то, что Нареченная права и на неё и воеводу придворный маг возвел напраслину, - пояснил Агий.

- Я имею ввиду обруч, - пояснил Князь. - И какова его связь с ...Амараном?

Чародеи переглянулись. Чуть вперед вышел Евпатий.

- Этот обруч - плод заклинаний черной магии, Князь. Он сковывал силы Риммы и лишал её возможности защитить саму себя. Более того, делал практически невозможной её победу в поединке с тем, кто наложил это заклятье, потому что не мог действовать против хозяина, того, кто наложил это заклятье! Именно поэтому её молнии и заклинания ударяли по ней самой, оборачивались против неё, - пояснил чародей.

- Это заклятье наложил Амаран? - сухо уточнил Князь.

- Да, - коротко подтвердил чародей.

Яромир окинул взглядом чародеев. Те выразили единогласное согласие со словами Евпатия.

- Но... Римма победила...- рассеянно произнес Князь.

- Да, и это лучшее подтверждение её силы. Она по праву претендует на поединок Верховной Ведьмы, - согласился черноглазый.

- Значит, Амаран? - снова переспросил Князь.

- Конечно, Амаран! - взвилась Яга. - Поэтому он и шел так уверенно на поединок, знал, что Римке придется с самой собой сражаться! Ирод!- она зло плюнула в сторону мага.

- Но он владел черной магией?

Ответить Евпатий не успел, за спиной раздались стоны. Пажи и помощники придворного мага один за другим с мученическими стонами, хватаясь за шею, словно их что-то душило, падали на землю. Взгляды метнулись к Амарану. Лицо придворного мага уже не было так безжизненно.

- Еще жертвы черной магии, - оповестил Евпатий, засучивая рукава.

Чародеи склонились над корчившимися от боли жертвами Амарана, стараясь снять заклятья.

- Уничтожить его, гада, и дело с концом! - произнес один из стражников, сострадая жертвам.

- Нельзя! - остановил его один из чародеев. - Сначала надо всех его жертв от заклятий освободить, без этого не получится: он теперь из них жизнь тянет!

Евпатий начертал в воздухе замысловатую фигуру и застыл, устремив взгляд в неведомое. Князь напряженно следил за всем. Через несколько мгновений воздух заколебался и перед нами возник Светомир. Мудрый чародей окинул взглядом происходящее, молча склонился над посеревшим Гасписом, судорожно вцепившемся в горло.

- Ну-ка, посвети, Римма, - негромко сказал он, отводя руку юноши.

Я склонилась к нему с язычком магического пламени. Светомир усилил его своим пламенем. На шее пажа отчетливо проступило широкое черное кольцо, сжимавшее шею, всё глубже впивавшееся в тело. Мы с Светомиром переглянулись, понимая друг друга без слов. Снять кольцо с шеи гораздо труднее, чем стянуть его с предплечья.

Амарана и его жертв перенесли в замок, где нас ожидал ещё один неприятный сюрприз: то в одном, то в другом месте обнаруживали людей в бесчувственном состоянии судорожно вцепившимися в шею. К вечеру было ясно, что Амаран поработил не только весь свой штат прислуги и помощников, но некоторых из горожан. Жертв сносили в замок. Освободить людей от заклятья не удавалось: сложность была в том, что заклятье охватывало кольцом шею жертвы и "сдернуть" кольцо так, как мне оковы не получалось. К ночи появилась первая жертва со смертельным исходом. Несколько человек умерли: маг до последней капли "выпил" их жизненную силу. Времени на спасение остальных становилось всё меньше и меньше. Они слабели с каждой минутой, отдавая силы придворному магу. Лучше остальных чувствовал себя Гаспис, возможно потому, что он был единственным чародеем, кроме меня, на кого наложил заклятье маг, в остальных жизнь едва теплилась.

Ночь прошла тревожно. Мрачный Князь мерил комнату шагами, не имея возможности ни чем помочь. Часть чародеев погрузилась в изучение древних магических фолиантов в поисках спасения. Яга улетела на встречу с Златой, надеясь на помощь драконессы.

- Златокрылые, конечно, уже не те, что были пятьсот лет назад, но, возможно, у них сохранились крупицы древних знаний, - выразила надежду Яга.

Но её возвращение преподнесло очередной неприятный сюрприз. На рассвете, Яга чертыхаясь доставила чуть живого Жутикова, оказавшегося тоже жертвой заклятья.

- Теперь понятно, как кольцо оказалось у Амарана, - прокомментировал Князь.

- Ну, Римка, от твоего худосочного "пажа" одна морока! - ворчала Яга, устраивая Жутикова рядом с другими жертвами. - Бестолковый, зловредный, сварливый, - перечисляла она его пороки, - а уж тяжелый какой, не смотря на то, что тощий!

- А может их живой водичкой побрызгать? - предложил один из юных чародеев, которому было поручено наблюдать за жертвами и, по возможности, облегчать их страдания.

- Живой водичкой, говоришь? - уточнила Яга, задумчиво почесывая выразительный нос. - Водичка - это хорошо, она завсегда помогает...

Чародей воспринял её слова как сигнал к действию: щедро плеснул из склянки на Жутикова, находящегося к нему ближе остальных. Яга с живейшим интересом пододвинулась поближе. Посеревшее лицо Жутикова преобразилось: скулы чуть порозовели, он глубоко вздохнул.

- Ура! Помогает! - возликовал юный целитель.

Но радость оказалась преждевременной. Новая судорога исказила лицо Жутикова и оно вмиг посерело.

- Может быть, водицы побольше плеснуть? - предложил Князь.

- Погоди-ка, - отозвалась Яга и направилась к лежащему в углу на лавке Амарану.

Лицо мага преобразилось, как несколько минут назад лицо Жутикова. Мы молча наблюдали за ним. Магу явно становилось лучше. Мы переглянулись. Румянец не исчезал, дыхание стало чуть ровнее.

- Вот куда вся сила живой воды ушла! - объявила Яга.

Чародей виновато потупился.

Светомир с Евпатием и Агием склонились над старинными манускриптами, принесенными из Княжеской библиотеке. Недаром сотни лет Княгиней становилась ведьма - в библиотеке хранились очень редкие книги о чародейсве. Яга перелистывала станицы легенд, стараясь обнаружить сведения о страшном заклятьи.

Я прикрыла глаза и чуть откинула назад голову. Мне же удалось избавиться от заклятья! Как? Я обнаружила его с помощью магического огня, моего магического пламени, поглотившем пламя мага. А потом сдернула обруч с предплечья. Адская боль. До сих пор при одном воспоминании о ней - мурашки по коже! Почему на предплечье? Не хватило сил надеть на шею, потому что моя чародейная сила многократно превосходила его? Но сумел же! И змейка его черная ко мне прицепилась! А я её даже сама обнаружить не смогла... Так, прицепилась, потому что на мне был этот обруч и я не могла защитить себя. Не могла защитить чародейством... Каждый мой удар возвращался ко мне же... Даже когда я ранила мечом Амарана, рана появилась на моей руке... И я не могла превратиться с помощью своих чар даже в кошку! Но Яга с помощью своего ведьмовского зелья смогла превратить меня в кошку, когда мы с Князем искали мышку-Мирру. И оковы никак не дали о себе знать, не помешали её колдовству. Так, значит жертв Амарана можно превратить в существо, с которого можно сдернуть обруч-ошейник!

Я решительно направилась к склонившемуся над манускриптами.

- Есть идея! Должно сработать. Только я немного...нет много...побаиваюсь змей.

- А причем здесь змеи? - озадаченно спросил Евпатий.

Я коротко изложила свое предложение обратить жертвы колдовства в змей и сдернуть обруч.

- Во-первых, у змей шеи как таковой нет, а во-вторых, они меняют кожу... - пояснила я.

- А зачем нам кожа? - поинтересовался юный целитель, примкнув к нашему кругу.

- Когда я обруч стягивала, ощущения такие, будто кожу заживо сдирают, - сухо пояснила я и откинула полу легкой накидки, показывая посиневшую руку со страшными кровоподтеками.

- Римка, и ты молчишь?! - возмутилась Яга, засучивая рукава и явно намериваясь сначала отчитать, а потом тотчас же лечить меня.

- Да не очень-то и болит уже, - отмахнулась я: мне не терпелось опробовать свою идею.

-Ха! - презрительно скривилась Яга, - это только мужчин шрамы украшают, да и то не всех и не в любом месте! А со здоровой рукой и чары будет творить сподручнее!

Пришлось с ней согласиться. Исцеление не заняло много времени: Яге помогали Светомир и юный чародей-целитель Демьян, довольный тем, что ему дозволено принимать участие в таком деле.

Первым было решено опробовать мои догадки на Жутикове, жизнь в котором еле теплилась. Я сконцентрировалась, вызывая в памяти образ ужа, однако воображение сыграло со мной злую шутку: на миг возник образ кобры с раздутым капюшоном и, вот, пожалуйста! - на широкой резной лавке-лежанке, извиваясь пружинистыми кольцами, шипит змея. Кобра, насколько мне позволяет угадать моё знание змей. Знание, признаюсь, весьма слабое, а вот боязнь - большая. Точнее, очень большая. В первые мгновения от неожиданности все отпрянули от змеи, возникшей на месте Жутикова. К тому же, никто не ожидал агрессивности и особой подвижности от змеи, ведь сам Жутиков был еле жив. Но змея из него получилась о-очень даже живенькая!

- Ну, Римка! - фыркнула Яга, засучивая рукава и встряхивая ладони для защитного заклинания.

Сама сотворила, самой и отвечать! Но как справиться с разъяренной змеёй, если я её сама боюсь?! Я отшатнулась назад, собираясь встать под защиту чародеев. Евпатий даже чуть выступил вперед, намереваясь защитить меня, а Светомир медленно поднимал ладони для заклинания. Во мне взыграла гордость. Ведьма я или не ведьма?! Ведьма! К томуже претендующая на звание Верховной Ведьмы! Я жестом остановила присутствующих и выступила вперед.

- Мы с тобой одной крови: ты и я! - шепнула я, вспоминая, что однажды мне это помогла мне найти общий язык с волком.

Кобра метнулась ко мне. Я видела её холодные тусклые глаза и раздвоенный язычок. Чтобы победить, надо понять врага, говорить с ним на одном языке. Понять, проникнуть...

- Ш-щщссс, тсссс, - сорвалось с моих губ.

С удивлением поняла, что это я, мой голос. Краем зрения с не меньшим удивлением отметила длинный раздвоенный язык, снующий между губ. Кобра замерла на опасно близком расстоянии от меня, но это меня уже не пугало. Казалось, будто змея прислушивается.

- Тсссс, тише, шшшсссс, я не причиню тебе зла, - шипела я, усыпляя внимание кобры. - Тссссс... шчччч...тсссс

Через некоторое время кобра сложила капюшон, успокоилась и мирно свернулась в расслабленный клубок. Веки прикрыли холодный немигающие глаза. Некоторое время в комнате стояла пронзительная тишина.

- Сильна! - похвалила Яга. - Ты, Римка, кобру усыпила!

Без особых сложностей я обратила спящую кобру в безобидного ужа в состоянии линьки, готового сбросить шкуру, вызвав его образ, мысленно обращаясь за помощью к Лешему.

Соединив в ладонях магический огонь, мы с Светомиром склонились над ужом. Чуть ниже головы проступило черное кольцо. Мы с чародеем переглянулись. Взглядом чародей подал мне знак к действиям. Я ощутила кончиками пальцев почти неощутимое кольцо, сосущее силы жизни. Мысленно сконцентрировалась, собрала все силы. Рывок. Уж изогнулся в агонии, извивался, борясь с болью, пытаясь вырваться из моих рук. Рывок и в моих руках осталась шкурка ужа, кольцо вспыхнуло черным пламенем и рассыпалось прахом. Освобожденный уж, замер, поблескивая новой кожей.

- Получилось!- беззвучно выдохнул юный Демьян.

Вернуть ужу-Жутикову человеческий облик оказалось самым простым делом в избавлении его от смертельного заклятья. Поудобнее уложив спящего Жутикова на лавке мы с чародеями уступили место Демьяну-целителю и Яге.

Чуть переведя дух, мы перешли к следующей жертве черной магии.

- Только хотелось бы сразу начать с ужа, - миролюбиво пошутил Евпатий.

- Хотя усыпление змей зрелище редкое и даже дивное, но лучше уж как-нибудь без него.

Снятие заклятья давалось нелегко. Амаран крепко держал своих жертв. Когда последняя жертва - паж Гаспис - был освобожден от заклятья, мы едва держались на ногах. Яга с Демьяном, вызвавшие на подмогу, еще несколько чародеев-целителей, приводили освобожденных в чувство. У меня было ощущение, будто бы меня долго и старательно били, усталость каменной глыбой давила на плечи. Даже магическое пламя в треножниках троилось в глазах. Я осторожно, по стеночке опустилась на пол. Рядом присел, закрыв глаза Агий.

Возникшая прямо перед лицом рука Яги с глиняной кружкой вырвала меня из полузабытья.

- Пей! Быстро. До дна! - командовала Яга, сунув такую же кружку под нос черноглазого чародея.

Пахло травами. Мы переглянулись и, глотнув, одновременно - не вскочили, взмыли вверх! Яга с сомнением наблюдала за нами. Потом принюхалась к запаху из кружек, хмыкнула, сверкнула глазом, и её добровольный помощник Демьян схлопотал полновесный подзатыльник. А мы с Агием дышали широко раскрыв ром и выпучив глаза. Напиток о-о-очень бодрил! От усталости и следа не было. Душа и тело так и рвались... в бой! А рука шарила у пояса в поисках рукояти меча. Сейчас на поле боя цены б нам не было, хоть вдвоем против целой армии!

- Перебощил!...- передразнила юного чародея Яга и поднесла нам еще по кружке.

Я подозрительно принюхалась. Без запаха и выглядит как вода...

- Вода ключевая, не сомневайся, - пояснила Яга.

После нескольких глотков воды, заговоренной Ягой, мыслям вернулась ясность, а агрессивность и желание ринуться в гущу боя, сошло на нет. Мы с Агием присоединились к склонившимся над Амараном чародеями. Маг, посеревший и уставившийся в никуда невидящими глазами, еле дышал.

- Все жертвы свободны от заклятия...- задумчиво проговорил Светомир.

- А Амаран тем не мене жив, - скептически закончил Агий.- Что то мы просмотрели! Есть ещё кто-то, чья сила подпитывает злодея.

- Но чья?

Яга задумчиво почесала кончик носа, окинула нас взглядом, хмыкнула и устроившись за столом, достала колоду карт. Мы молча обступили её полукругом. Встряхнув кистями и размяв пальцы, словно собираясь играть на рояле, ведьма принялась тасовать колоду и ворожить, что-то вполголоса комментируя.

- Ах, вот оно что!... Ну-ну... Так... А на сердце! Ах, ты злыдень!... Ага... У-уу... Ну....

Мы сосредоточенно молчали, наблюдая за мелькающими в её руках картами.

- Разгадку надо искать в прошлом Амарана, - наконец сообщила она, смешав карты. - То, что он с черной магией связан, нам и без карт теперь известно. Только не с рождения да воспитания посвящен он силам черным, путь свой он сам выбрал. И думы он лелеял о своем господстве. Да планы его на Римке споткнулись.

- А ещё что?

- Сила его светлая подпитывает... И скорее всего, это сила чародея. Так что самое время вспомнить всё, что мы о нем ведаем!

- А что мы о нем ведаем? - спросила я.

Чародеи переглянулись.

- Да его никогда и всерьез-то не воспринимали, - отозвался Светомир. - Так, чужеземец, воспитатель наследника. А сила его магии была слабой.

- Зато гонору много, - усмехнулся Агий.

- Этого уж не отнять, - усмехнулся Светомир.

- Так что мы о нем знаем? - переспросила я.

Чародеи переглянулись. Оказалось, что Амаран настолько не воспринимался чародеями всерьез, что никто на него и внимания не обращал. Переглянувшись ещё раз, чародеи рассказали всё, что смогли припомнить.

Амаран, приглашенный на должность воспитателя отцом Яромира ещё до рождения Наследника, был отмечен слабым даром, но огромным самолюбием. Держался всегда несколько в стороне от других воспитателей и наставников, считая себя выше и значимее их. Постепенно ему удалось оттеснить от наследника других воспитателей. Он отличался умением быть нужным и полезным, да и с маленьким Яромиром он поладил, нашел общий язык. Благодаря приближенности к Княжеской семье и тому, что Князь назначил его курировать образование сына, Амаран получил доступ к Княжеской библиотеке, тщательно собираемой многими поколениями ведьм и чародеев. Всё свободное время он проводил там за чтением и изучениеи манускриптов. Исподволь добился подписания указа о назначении его придворным магом. Не чародеем - иначе бы чародеи воспротивились этому, да и Княгиня-ведьма бы не позволила - а придворным магом. Набрал штат прислуги и помощников. И все слишком привыкли, что Амаран всегда рядом с Наследником, что бы подозревать его хоть в чем-то.

- Не густо, - подытожила я.

- Помнится, читал я в одной книге, что златокрылые драконы имеют дар заглядывать в прошлое любого человека, - произнес Светомир с намёком. - Не согласиться ли подруга твоего стража, Нареченная, помочь нам?

Глава 26

На закате солнца, после непродолжительного отдыха и легкой совместной трапезы, мы поднялись на плоскую площадку на скале, из которой "вырастал" замок. Задумчиво-серьезный Князь в компании воеводы Ратмира, присоединились к нам.

Я по совету Яги мысленно обратилась к Горынычу, призывая его и Злату. Как ни странно, это помогло.

- А как ты думала? - победно подмигнула мне Баба Яга, указывая на приближавшиеся крылатые силуэты. - Ты ж не кто-нибудь, а Наречённая!

Покружив, Горыныч и драконесса опустились на мощную площадку на скале. После приветствий, я обратилась к Злате за помощью в ворожбе, что бы заглянуть в прошлое Амарана. Драконесса милостиво согласилась, повела перепончатыми крыльями, оглядела нас.

- Мне нужен человек, - произнесла она, - тот, кто будет видеть прошлое.

- Выбирай любого! - отозвался Агий, шагнув вперед.

Драконесса тонко усмехнулась.

- Не любой. Мне нужен не чародей.

Чародеи, недоумевая, переглянулись. Яромир шагнул вперед. Но Злата покачала головой и взглядом пригласила воеводу.

- Дайте мне что-то, принадлежащее тому, чьё прошлое узнать хотите, - приказала она.

Чародеи переглянулись, собираясь отправить посланника в комнату к магу, за его вещью.

- Я схожу, - вызвался Агий. - Что нести?

- Чем дольше вещь пробыла с ним, тем лучше, - пояснила драконесса.

Агий задумался. Слишком мало чародеи обращали внимание на придворного мага.

- Принеси браслет с агатом с его руки, - сухо произнес Князь, придя на выручку.

Возвращения Агия долго ждать не пришлось.

- Воин, прижми левой ладонью мне к веку браслет, а правую положи на другое веко, - глубоким рокочущим голосом приказала драконесса. - Через мои глаза тебе откроется прошлое мага и его тайны. - Потом Злата перевела взгляд на меня и пояснила, кивнув на Ратмира, - через меня ему откроется всё, ведомое хозяину этого браслета. Но знания эти кратковременны и начисто исчезнут из памяти с последним лучом солнца.

Все присутствующие одновременно бросили взгляд на опускающееся к горизонту солнцу.

- Но если вместо воеводы будет чародей, то с помощью заклинания... - начал Агий.

- Вот поэтому в этом обряде и нельзя участвовать чародею, - покачала головой Злата, - не всякое знание во благо, и чтобы не было искушения воспользоваться тайными знаниями, только человеку, а не чародею могу я приоткрыть тайны чужого прошлого, да и то не надолго.

Я снова бросила взгляд на клонящееся к закату солнце. Времени оставалось совсем немного.

Драконесса прикрыла глаза, расправила перепончатые крылья. Лучи заходящего солнца окрасили их в ало-золотой цвет.

Ратмир шагнул к драконессе и, засучив рукава, возложил ладони на её закрытые веки. Злата едва слышно, почти не разжимая губ, запела какую-то мелодию. От её дыхания развивались волосы воеводы. Чародеи сосредоточенно переводили взгляды с заходящего солнца на замершего рядом со Златой воеводу. Она, золотисто-алая в лучах солнца, представляла собой воплощение златокрылого дракона.

Величественно-торжественная драконесса, напевающая монотонную неведомую мелодию, замолчала. Осторожным движением головы сбросила руки воеводы. Ратмир открыл глаза, встряхнул головой. К нему устремились вопрошающие взгляды.

- Говори же! - не терпеливо притопнула ногой Яга.

Воевода бросил взгляд на солнце и принялся рассказывать.

Амаран, приглашенный на должность воспитателя отцом Яромира, был отмечен слабым даром, но огромным самолюбием и жаждой власти. Когда-то он покинул свою страну в поисках славы и признания, отвергнутый возлюбленной, которая предпочла ему местного барона. Всеми силами своей души он хотел доказать, как она ошиблась, отдав предпочтение другому. Но Амаран осознавал, что сила его магии слишком слаба, чтобы соперничать с чародеями, признанными чародейским кругом. Благодаря приближенности к Княжеской семье и тому, что чародеи не воспринимали его всерьез, он методично и кропотливо изучал сокровища богатой библиотеки, тщательно собираемой многими поколениями ведьм и чародеев. Снедаемой жаждой власти, он искал способ добиться власти любой ценой. И, наконец, он нашел, что искал. Отыскал древнюю книгу черной магии, упрятанную в тайниках библиотеки. Амаран увлекся черной магией, она открывала перед ним сладостные перспективы. Открыто заниматься чернокнижием Амаран остерегался, но усердно изучал, примеряя к себе и соизмеряя с собственными силами. Шаг за шагом, он оттеснил от подрастающего наследника остальных воспитателей и учителей стал наставником и советником. Исподволь добился подписания указа о назначении придворным магом. Не чародеем - иначе бы чародеи воспротивились этому - а придворным магом. Набрал штат прислуги и помощников. Волей случая, в одной из битв, охраняя границы Княжества погибли Князь с Княгиней. Всласть перешла к Наследнику Яромиру. Амаран опасался, что возросший Наследник жениться на ведьме и та отстранит мага от власти, а потому внушал Яромиру, что тот Князь и обычаи для него - не преграда. И весну за весной три года подряд Яромир отвергал лучших и искуснейших из ведьм, красавиц и прелестниц, и весть о том, что наследник восстает против обычаев, пошатнуло единство Княжество. Чародеи, а особенно ведьмы взбунтовались. Это тоже было на руку магу, он стал чувствовать себя свободнее, упражняясь в черной магии. Привлеченные черным волхвованием и междоусобицей к границам Княжества стала стягиваться нежить. Развязалась война к Гастоном Черным и его упырями. Для Амарана же его чернокнижие и опыты с черной магии не прошли бесследно: черная сторона притягивала его, порабощала, заставляла подчиняться и сулила власть. Один раз коснувшись черной силы и увидев в ней реальную возможность исполнения своих стремлений, Амаран уже не мог остановиться. В одном из сеансов черной магии он вызвал дух древнего правителя Эмора, известного тем, что прошел путь от простого рыбака до правителя огромной страны. Сохранились легенды, что Эмор славился жестокой властью и тем, что прибегал к помощи черных сил. Амаран всего лишь и хотел, узнать секреты Эмора и как тому удалось добиться власти. Но не смог справиться с вызванным духом и попал под его власть.

Амаран не противился, когда чародеи, пытаясь обойти заклятье Бабы Яги, предложили вызвать ведьму из другого мира. Ведь ему, во-первых, как никому другому было известно, что Яромир влюблен в Мирру; а во-вторых, он надеялся, что ему удастся найти общий язык с этой чужестранкой и потихоньку подобрать власть под себя. И тут на его пути встала Римма, оказавшаяся слишком сильной ведьмой. Ради её устранения маг пошел на сговор с Гастоном Черным. Дух Эмора помог ему в этом, обеспечив покровительство черных сил. Амаран надеялся, что Князь либо погибнет в битве, либо отречется от власти. И тогда, мечтал маг, пользуясь междуусобицей и разногласиями в Княжестве, с помощью Эмора, он добьется желаемой власти, и наконец докажет ветреной возлюбленной, что барон, которого она предпочла магу, и в подметки ему не годится.

Ратмир говорил не останавливаясь, неотрывно глядя на неумолимо прячущуюся за горизонт солнце. Уже только треть солнечного диска бросала последние лучи из-за горизонта. Голос воеводы стал прерываться.

- То есть Амарана поддерживает дух Эмора? - спросил Светомир, пользуясь не большой паузой, когда Ратмир переводил дыханье.

- Да.

- Ну что ж, ритуал изгнания и обуздания злого духа нам под силу, - прокомментировал Агий.

- А моя Избушка? То же его рук дело? - встрепенулась Яга.

- Да. Амаран. И Гаспис.

- Ах, гаденыш!- возмутилась ведьма, услышав имя пажа придворного мага. - А я его выхаживала!

- Амаран с помощью заклятья порабощал людей. И чем больше становилось порабощенных, тем сильнее становился дух Эмора. В первую очередь, жертвами стали его пажи, прислуга и помощники, затем люди, с которыми он вел торговые дела. С помощью этого же заклятья он пытался обрести власть над Риммой, - продолжил Ратмир, торопясь досказать об открытых ему тайнах до захода солнца.

- Мирра в сговоре с Амараном? - быстро спросил Агий.

Князь, услышав вопрос, напряженным взглядом впился в лицо воеводы.

- Нет. Она ни при чем, - отозвался Ратмир, и Князь облегченно вздохнул, на мгновение прикрыв глаза, словно огромная глыба упала с его плеч. - Амаран хотел с её помощью склонить Князя к отречению от престола, но подчинить её своей воле не смог. Кольцо Наречённой, переданное ей Князем в знак любви, надежно оберегало её от чужой магии. Любовь хранит её...

- Хорошо, но... - начал Светомир, но закончить фразу не смог - Ратмир, ловя взглядом последний луч солнца, стремительно рванулся к Князю и, прежде чем кто-либо смог остановить его, рванул с его шеи цепочку с амулетом. Зажав его в руке, воевода потерял сознание. Солнце село. Чародеи, в миг оказались рядом с ошеломленным Князем и упавшем рядом с ним воеводой. На лицах читалось недоумение.

- Что это было? - озвучила я общий вопрос, обращаясь к устало складывающей крылья драконессе.

- Воевода увидел, что солнце почти зашло, и понял, что времени у него осталось только на решительное действие, но не на его объяснение, - пояснила Злата.

Воеводу перенесли в отдельную комнату, поручив заботам чародея-целителя. Выходя из помещения, я на мгновение задержалась рядом с изголовьем его постели, прикоснулась ладонью ко лбу, вбирая его усталость. Заметившая его Яга укоризненно покачала головой. А мне захотелось пошалить, чтобы снять напряжение тяжелого, богатого событиями дня. Я склонилась к изголовью, нашептывая воеводе приятные сны.

Амулет, сорванный с шеи Князя, лежал на столе. Семь пар глаз пристально изучали его.

- Почему он сорвал мой амулет? - сумрачно поинтересовался Князь, протягивая ладонь к тяжелой иссиня-серой подвеске на разорванной золотой цепочке.

Светомир удержал его руку.

- Почему? - не унимался Яромир. - Я носил его лет с десяти!

- Странно, что я не обращал на него внимания, - задумчиво обронил чародей, беря его в руки. - Кто его дал тебе, Князь?

Яромир задумался, взъерошил рукой волосы.

- Да я и не помню уже, - наконец отозвался он. - Вот этот, - он, потянув за цепочку на шее и вытащив из-за пазухи, показал окруженный серебристо-лунным сиянием амулет, - мне мама надела. Сразу, после рождения...

Чародеи в знак почтения в память о Княгине, склонили голову. Оберег матери-ведьмы дарил Князю защиту.

- Еще какие-то амулеты-обереги носишь постоянно? - уточнила Яга.

- Нет только эти два. В сокровищницу множество оберегов на всякий случай жизни, но их я использую изредка, по необходимости, - пояснил Князь. - А эти два всегда со мной. Наверное, и второй - мамин?

Светомир молча оценивал силу амулета, стараясь проникнуть в самую суть его, пока Баба Яга бесцеремонно не выхватила его из рук. Не обращая внимания на недовольство Светомира и остальных чародеев, она принялась его рассматривать, крутя в руках. Чародеи скептически заулыбались, выражая так своё отношение к исследованиям ведьмы. А Баба Яга тем временем, положила амулет на левую ладонь и накрыла правой и, закрыв глаза, сосредоточенно замерла. Не смотря на своё недоверие и скептицизм, чародеи хранили молчание, не мешали Яге. Так же стремительно, как перехватила амулет из рук главы чародейного круга, она открыла глаза и одним проворным движением вернула его на стол. На её губах заиграла довольная улыбка.

- И что? - нетерпеливо спросил Князь, видя, что чародеи не торопятся задавать вопросы.

- А то, милок, это не материнский это амулет! - Пояснила ему ведьма и, видя вопрошающие и недоверчивый взгляды, добавила, - не женская в нем сила заключена, мужская.

- Отца? - предположил Князь.

Яга снисходительно засмеялась.

- Твой отец, Князь, не был чародеем, - ответила она.

- Довольно загадок! - холодно произнес Светомир, явно раздосадованный тем, что ведьме открылось больше, чем ему, главе Чародейного круга.

- Камень, черный агат, распилен и соединен заново зельем из крови, владеющего силой. А внутрь вложен кусочек воска с волосками! - торжественно заявила Яга. - О чем это говорит? - обратилась она к чародеям, словно экзаменуя их.

Чародеи, насупившись, молчали. Я не могла догадаться, на что намекает Яга: не смотря на мою силу, мне не хватало опыта и знаний. Всё, что я умела, я поняла, научилась, постигла опытным путем. Усмехнувшись, я взяла в руки амулет, вызвавший столько вопросов. Сжала его в ладонях и закрыла глаза, следуя Бабе Яге.

Ничего. Я сосредоточилась. Чародейная сила, срываясь с моих пальцев, безответно впитывалась в камень, растворялась в нем. Камень, словно, пил её. "Отзовись!" - мысленно приказала я. Наконец, когда я уже почти уверовала в бесполезности моей попытки, перед внутренним взором появился подрагивающий образ вощаного комочка с заключенными в нем волосками. Я мысленно растопила воск и коснулась волосков. Живые. От них веет чародейной силой. Силой, которую поглощал и приглушал черный агат.

- Точно! - ликующе воскликнула я. - Внутри комок воска с волосками! И это волосы - чародея! Черный агат поглощает эту силу, не дает ей проявиться!

Чародеи переглянулись.

- Но почему мы столько лет не чувствовали на Наследнике этого амулета? И к чему он? Какой от него толк? - недоумевая, спросил Агий.

- А всё оттого, милок, - ехидно усмехнулась Яга, - что и волоски, и кровь, на которой агат заговаривали да соединяли половинки, принадлежат одному человеку. Чародею! - и она многозначительно замолчала.

На лицах чародеев отразилось ещё большее недоумение, потом они одновременно впились взглядами в Князя. Одновременная догадка мелькнула на их лицах!

Князь нахмурился, загадки и недоговорки стали его раздражать.

- Я, конечно, понимаю, что здесь собрались одни чародеи, - язвительно начал он, - и для вас уже всё понятно! Но объясните мне, несведущему, что здесь происходит!

- Да, похоже, здесь собрались одни чародеи, - тонко усмехнулась Баба Яга.

Чародеи смущенно помалкивали, искоса поглядывая на насупившегося Князя. Яга посмеивалась над ними, бросая ироничные взгляды из-под косматых бровей.

- А я всё еще надеюсь, что мне хоть что-то объяснят! - рявкнул Князь.

- Да и мне тоже не всё ясно, - добавила я.

- Беседа-то долгой будет, - веселилась Баба Яга, устраиваясь в мягком кресле.

Князь подавил гнев и последовал её примеру, после чего остальные тоже устроились в креслах вокруг стола.

- Римма, может быть, ты первой начнешь? - предложил Светомир.

Яга ободряюще подмигнула мне.

- Хорошо... - согласилась я, сконцентрировалась, закрыла глаза, мысленно сосредоточилась на Яромире, проверяя его на наличие дара.

Его сила, дремавшая до сих пор, запертая в камне, нехотя отозвалась на мой зов. Сила дикая, которой он не умел пользоваться. Но одно было непреложно: Яромир оказался чародеем!

- Но как такое возможно? - удивленно спросила я. - Почему до сих пор это скрывали?!

- Что "это"? - мрачно спросил Князь.

- У тебя дар силы. Ты - чародей! - решительно заявила я.

- Я? - удивился Князь, не доверчиво глядя на меня.

- Да.

Яромир перевел вопрошающий взгляд на Светомира, тот кивком подтвердил мои слова.

- Но почему я этого не знал? Почему я не чувствую силы?

- Этот амулет, - пояснила Яга, - с твоим волосом в воске внутри, скрепленный твоей заговоренной кровью и добровольно тобой надетый на шею, впитывал твою силу, вбирал в себя, замыкал её на себе, не давая обнаружить другим.

- Я его сам надел? Но зачем мне ограничивать свою силу? - удивился Князь.

- Не тебе, а тому, кто её опасался, тому, кто первым обнаружил в тебе дар, - объяснила Баба Яга.

Князь перевел требовательный, вопрошающий взгляд на Светомира.

- Всё верно, - подтвердил тот. - Дар открывается в человеке в юности, редко, когда раньше двенадцати лет, поэтому в одиннадцатый день рождения все дети проходят обряд на определение дара. Кто-то...

- Даже могу сказать кто, - вставила реплику Яга.

-... открыл его в тебе раньше, - спокойно продолжил Светомир. - Этот человек изготовил этот амулет, используя твои волосы и кровь и каким-то образом уговорил тебя его надеть. Поэтому мы и не смогли при обряде обнаружить в тебе дар к чародейству, ведь амулет впитывал твою силу и не давал её использовать, для других же он, при добровольном надевании тобой, стал невидим.

- Кто его изготовил? - спросил Князь, недоверчиво рассматривая черный агат.

- А ты сам подумай, - усмехнулась Яга.

- Амаран? - не доверчиво произнес Князь. - Ну, не надо делать из него козла отпущения!

- Сам подумай, милок, - прищурилась Яга, - чьё прошлое смотрел воевода, чьи тайны ему открылись?

- Теперь я чародей? - усомнился Князь.

- Ага, - довольно подтвердила Яга. - Только "дикий" совсем, неумелый да не обученный.

- Совсем недавно и я не подозревала о своём даре, - подбодрила я Князя.

- Значит, будете учиться на пару, - усмехнулась Яга.

- Кое в чем нам у Риммы самим учиться следует, - вполголоса проворчал Агий.

Чародеи явно были потрясены обнаружением чародейного дара в Князе. Сам новоявленный чародей был в ещё большем изумлении и недоумении, явно не знал, как ему быть с этим даром.

- И что теперь? - спросил он, поочередно оглядывая каждого из присутствующих.

- Теперь? - усмехнулась Яга, из всех присутствующих только ей всё происходящее доставляло явное удовольствие. - А теперь, милок, надо народу объявить о твоём даре.

- Угу... - хмыкнул Евпатий. - Да и кознях Амарана поведать следует.

- А тебя, Князь, ожидает представление Чародейному кругу, - добавил Светомир. - И обряд посвящения. И обучение тонкостям в обращении с даром.

- Чудненько!- саркастически прокомментировал Яромир. - Час от часу не легче! Что ни день, то новое потрясение! Ни одно, так другое!

- Но новости-то хорошие, - в полголоса заметил Агий.

- Ну, куда уж лучше! - буркнул Князь.

- Потрясений много, не спорю, - отозвался Светомир, - но они открыли истину, а это хорошо.

Глава 27

Утро началось с первыми лучами солнца. Наскоро позавтракав и собравшись, мы с Князем на Горыныче отправились к главной цитадели чародеев. Чародеи отправились туда ещё ночью, объявив общий сбор. А Баба Яга куда-то улетела ещё до рассвета.

Горыныч кругами пошел на посадку, присматривая удобное место, а я с интересом рассматривала цитадель чародеев. Небольшая каменная крепость с башенками, окруженная невысокими каменными стенами. Большие ворота в форме арки. Горыныч приземлился на пригорке рядом с крепостью. У каменной арки появились чародеи во главе с Сетомиром, ведьмы. Все они стояли по ту сторону арки, ожидая нас. Мы с Князем проворно спустились с Горыныча и в меру торжественно направились к воротам.

- И что это значит? - Почти не разжимая губ, в полголоса поинтересовался Яромир, указывая взглядом на стоящих внутри арки.

- Наверняка, какой-то ритуал, - также отозвалась я.

- Странно ощущать себя...чародеем, - признался он.

- Но в этом есть и хорошее, - отозвалась я, - возможно, теперь у вас с Миррой преград для счастья стало меньше.

- Да? - живо отозвался Князь, с интересом поворачиваясь ко мне, всем своим видом показывая, что готов слушать.

- Тсс, позже расскажу.

Светомир, облаченный в длинную темно-синюю хламиду выступил в центр ворот под аркой. Мы остановились, почтительным поклоном приветствуя его и всех присутствующих.

Чародей вскинул руки. Сверкнули молнии.

- Только владеющий силой, только владеющий даром способен войти в эти ворота! - и отступил вглубь.

Мы подошли ближе. Пространство внутри арки заискрилось, оно казалось водой озера, на которой ветерок поднял легкую рябь. Мы с Яромиром переглянулись.

- Идем? - усмехнулась я.

- Как будто у нас есть выбор, - ответил он и улыбнулся.

Мы одновременно шагнули. Я почти не почувствовала перехода через преграду, только различила замысловатое кружево чужой магии. Чародеи и ведьмы зааплодировали мне. Я оглянулась. Через некоторое время из арки появился Яромир. Ему с трудом удавалось сдерживать проявление удивления. Князя встретили ещё более громкие аплодисменты и возгласы одобрения.

- Братья по дару, - начал торжественно незнакомый мне чародей, - сегодня мы собрались...

- И сестры, ты хотел сказать! - язвительно перебила его выступившая вперед ведьма, в которой я узнала одну из представителей моего спецназа на метлах - Энею.

Чародей недовольно поморщился, смерил ведьму снисходительным взглядом.

- Может быть, продолжим? - миролюбиво предложил Светомир.

- Точнее, начнем сначала, - непреклонно, с многообещающей улыбкой предложила Энея. Из толпы чародеев выступили ведьмы-чародейки, их объединяла та же, что и у Энеи, многообещающая улыбка и предвкушение открытого противостояния.

- Продолжим...

- Начнем с начала!

И началось!... Ведьмы протестовали против попирания их прав! Ритуал признания Князя чародеем отошел на второй план. Оговорка чародея, вскрыла большую проблему и явно не была случайной.

- Вы забыли, чем это чревато! - кричала рыжеволосая статная ведьма.

- Мы требуем извинений!

- Значит, как война, так о нас сразу вспоминают, а после победы - в сторону?! - возмущались ведьмы.

- Верховной Ведьмы на вас нет! - выкрикнула Энея.

И тишина. Пронзительная и глубокая. Чародеи переглядывались, искоса поглядывая на меня.

- Так, кажется, сестры, мы не всё знаем, - недобро усмехнулась Энея. - Может быть, глубокоуважаемые чародеи, соизволят проинформировать нас, как владеющих силой? Или же?

- Сестры по дару, это только недоразумение, - наконец, произнес Светомир. - Разумеется, никто и не собирался скрывать от вас что-либо! - он сурово взглянул на чародеев.

- Ну, конечно же! - фыркнула рыжеволосая.

- Сестры, вы заметили, что с некоторых пор, собрания владеющих даром происходят всё в более и более узком кругу? И с чего бы это? - язвительно продолжала Энея. - Даже о сегодняшнем собрании чародейного круга - отнюдь не рядовом! - мы узнаем практически случайно! И если б не Яга, мы б и о нем не знали! И это называется - случайность?!

Крики негодования потрясли каменные своды. В глазах ведьм зажглись недобрые огоньки. Энея подняла руку, и ведьмы замолчали.

- Так чего мы еще не знаем, брат по дару? - спросила она, сверля пронзительным взглядом Светомира. - Что еще вам недосуг было сообщить нам?

Ведьмы злорадно переглянулись, приготавливаясь слушать. Они знали больше, чем хотели показать.

- Тогда пройдемте в зал собраний, - предложил чародей, начинающий собрание, Въярд.

- Пожалуй, новости мы выслушаем здесь, - ответила за ведьм Энея, мне показалось, что ведьмы ожидают прибытие ещё кого-то.

- Возможно, Вы помните, что здесь Князь и ему стоять на солнцепеке из-за вашей прихоти...- ворчливо начал Въярд.

- Возможно, Вы помните, что в первую очередь, здесь - претендент, желающий подтвердить владение даром, - парировала Энея.

Ведьмы, да и некоторые чародеи тоже, одобрительно поддержали Энею. Светомир сурово взглянул на Въярда, тот не выдержал взгляда чародея.

- Сестры по дару ждут, - напомнил он.

Въярд начал свой рассказ с того момента, как я обнаружила кольцо Нареченной в покоях придворного мага. Ведьмы слушали, обмениваясь многозначительными взглядами, и не перебивали говорившего.

- Так выяснилось, что от рождения Наследник владеет даром чародейства, спокойно закончил Светомир. - И вот сегодня, братья и сестры по дару, мы собрались здесь, что бы убедиться в этом и подтвердить принадлежность Князя к владеющим даром!

- Спасибо, брат, - поблагодарила Энея. - Однако, есть еще кое-что, о чем бы нм хотелось знать... Ходят слухи, что некая ведьма бросила вызов чародейному кругу? Так ли это?

Светомир снова взглянул на Въярда.

- Да, это так.

- И когда же ожидается поединок? - поинтересовалась Энея.

- В это полнолуние.

- Как мило. Через четыре дня, верно?

Чародеи молчали.

- А не является ли это нарушением наших прав, сестры? - риторически вопросила Энея. - От нас утаивают сведения непосредственно нас касающиеся!!!

- Они лишают претендентку на звание Верховной Ведьмы получить знания, необходимые её перед поединком! - выкрикнула одна из ведьм.

Мы с Князем переглянулись. Для нас тоже оказалось большой неожиданностью то, что чародеи скрывают что-то друг от друга.

- Мы требуем перенести поединок! - выкрикнула Энея.

- Это нарушение правил, - парировал Въярд, - поединок состоится в это полнолуние!

Шум, гвалт, выкрики. Чародеи и ведьмы высказывали друг другу взаимные претензии и обвинения, не слушая оппонентов. Атмосфера накалялась до искр. В среде чародеев это грозило большими неприятностями с применением всевозможных заклинаний и заклятий.

- Становится жарко, - прокомментировал Яромир, обращаясь ко мне.

Из всех присутствующих только мы вдвоем не участвовали во всеобщем споре. Шум-гам нарастал, казалось, владеющие силы решились высказать друг другу всё наболевшее за сотни лет. Те, кто пытался утихомирить спорщиков, взывая к разуму и мудрости, терпели поражение, теряли терпение и сами уже вносили вклад в общий шум.

Мы с Яромиром, переглянувшись и без слов поняв друг друга, отошли в сторону. Всё это грозило затянуться и перерасти в крупные неприятности. В воздухе носились обрывки заклинаний, ругань, обвинения, гневные призывы к тишине и спокойствию.

- А не присесть ли нам, кажется, это надолго,- предложила я Князю, увидев, как уравновешенный Агий засучивает рукава, собираясь растаскивать спорщиков.

- Хорошая мысль, - отозвался Князь, оглядываясь в поисках пригодного предмета.

Присесть оказалось не на что.

- Будем творить! - бодренько пояснила я, сосредотачивась.

- Да?... Мы?... В смысле ... я тоже? А что? - растерянно спросил Яромир, не привыкший ещё к мысли, что и он владеет силой.

- Думаю - лавку. Длинную... А ты что хотел?

- Давай лавку! - живо согласился Князь. - А что надо делать?

- Сосредоточься и ... расслабься. А потом представь до малейших подробностей то, что хочешь сотворить!

- А дальше?

- Всё.

- Всё? - удивленно спросил он.

- Да. А что?

Яромир недоверчиво хмыкнул, иронично глянул на меня.

- А где амулеты там разные? Порошки и всякое такое? - поинтересовался он.

- Стыдись, не верящий в свои силы! Начнем!

Я сосредоточилась, на мгновение ушла в себя, почувствовала, как каждая клеточка наполняется искрящейся силой и...

Лавка деревянная, массивная, длинная. Я даже почувствовала чуть запах смолы, исходящей из свежей древесины.

Меня отвлекло чуть приметное колебание воздуха и глухой звук. Я открыла глаза.

Рядом стояла массивная деревянная лавка, источавшая слабый запах сосновой смолы. Я провела по ней ладонью и присела. Князь молча устроился рядом.

- Ну, как? - поинтересовалась я.

Он молча сунул мне в руки длинную щепку, пригонную для изготовления лучины.

- Что это? - с интересом спросила я.

- Лавка! - отозвался Князь.

- Да? Ааа... ну, тогда понятно... Слушай, так это же здорово! - встрепенулась я, уже совсем иначе взглянув на щепку.

- Да? И что именно здорово? - с сарказмом уточнил он.

- У тебя получилось!

- Щепка вместо лавки, - напомнил он, не разделяя мой восторг.

- Нет! Получилось сотворить! Пусть пока щепка, но ведь это первый опыт! Ура?

- Ура! Значит, я и вправду чародей?

- Конечно, Фома неверущий!

А владеющие силой тем временем разошлись не на шутку. В ход пошли заклинания. Какой-то чародей напустил на черноволосую хрупкую ведьму рой ос, на что та ответила ему по-своему: кисти рук чародея превратились в зеленые перепончатые лягушачьи лапки. И понеслось! Если чародеи старательно напускали на ведьм мороки, старались связать противниц, наложить заклятье сна и неподвижности, напустить насекомых и птиц, отпугнуть огнем, то ведьмы старательно отвечали колдовством, направленным на самих чародеев: творили им заячьи уши, рога, хвосты, затыкали рты морковкой. Успевая отбить заклятье, некоторые ведьмы поражали своим весьма богатым воображением. Чего стоил один пронзительно синий Въярд - с раздвоенным языком, да к тому же с растаявшей, как сахар в воде, одеждой!

Мое внимание привлек шум у ворот крепости. Из-под мерцающей ряби арки первой появилась Баба Яга. Она влетела в цитадель в ступе, оглашая окрестности разбойничьим свистом и улюлюканьем. В след за ней появились так же в ступах ведьмы.

- Всё, конец цитадели, - заявил Князь, - теперь камня на камне не останется.

Ведьмы тем временем с азартными криками выпрыгивая из ступ, отбрасывали метлы и резво ныряли в гущу выясняющих отношений.

Из разномастной кучи-малы отделились трое чародеев. Я без труда узнала Светомира, Агия и Евпатия. Судя по тому, что их внешность не претерпела видимых, кроме общей потрёпанности, изменений, они не пытались причинить ведьмам какоё-либо вред и те обошли их своими весёленькими заклятьями. У Светомира в руках возник угольно-черный посох. Двое других отошли в стороны и вскинули руки вверх. Светомир, отойдя от толпы на несколько метров и уперев посох в каменную кладку двора крепости, принялся вычерчивать круг. Посох оставлял черный след. Когда круг замкнулся, посох исчез из рук чародея. Втроем, Светоимр, Агий и Евпатий, встав на равном расстояние друг от друга по периметру круга принялись за заклинание.

Ехидное покашливание из-за спины заставило нас с Князем оглянуться.

- А мы-то были уверены, что вы в самой гуще, - произнес Яромир, кивая на толпу.

Яга хмыкнула и устроилась радом со мной на лавке.

Чародеи тем временем объединив силу накрыли враждующих едва видимым куполом.

- Мудро, - прокомментировала Яга. - Так они без подпитки извне быстрее поутихнут. Да и крепость не пострадает.

- А могла пострадать? - уточнил Князь.

- А то! - весомо отозвалась Яга.

Трое чародеев, удлинив лавку, присоединились к нам.

- Надеюсь, они друг друга не изведут? - побеспокоилась я, обращаясь к Светомиру.

- Нет, только покалечат немного, - "успокоил" меня Евпатий.

- Убийство жестоко карается, - пояснил Агий. - Око за око.

- Но отмутузят друг дружку знатно, - усмехнулась Яга. - И на что тратится дар? А всё потому, что кое-кто забыл, что наша сила в единстве. Всё повторяется.

Чародеи вздохнули.

Неожиданно из купола кубарем вылетел человек. Чародей поднялся, отряхнулся, потряс головой, ощупал себя. Сквозь прожженную и порванную мантию просвечивало тело, обильно украшенное синяками. Чародей ощупал безволосую голову, на лице отразилось недоумение и горькая досада.

- Это ж Атей? - узнал Агий. - Но...

- Он. Волосья свои ищет, - удовлетворенно прокомментировала Яга. - У него до того как та-а-ки-и-и-е кудри были, любая женщина обзавидуется!

- Отрастут? - уточнила я.

- Как заклятье спадет, отрастут, - пообещала Баба Яга, хитро поглядывая в сторону чародея.

Тот виновато поёживаясь, присел рядом на край лавки, смущаясь наших любопытных взглядов, и с помощью чародейства попытался вернуть себе прежнюю шевелюру.

- И не трать последних сил, милок, - посоветовала Яга, пребывавшая в добродушном настроении. - Лучше вспомни-ка, с какой ведьмой схлестнулся? Вот с ней потом и примирись, повинись, а там, глядишь, она и заклятье снимет.

- Вот ещё! - буркнул Атей.

- Ну, как знаешь, милок, - сверкнула глазом Яга.

Чародей снова потрясенно дотронулся до блестевшей на солнце совершенно голой головы.

- Ничего себе, поспорили! - вздохнул он.

- Тебе еще повезло, - умехнулся Яромир, кивая на следующего появившегося из купола.

У чародея на макушке гордо торчали длинные ослиные уши.

- А почему они так свободно из купола выходят? - поинтересовалась я у Светомира.

- Купол выпустит каждого, чье сердце от злобы очистилось, кто понял бессмысленность этой свары и хочет остановиться. К тому же купол отсекает их от внешнего мира, не дает подпитаться чародейной силой...- ответил чародей. - Исчерпают свой внутренний запас силы, поймут нелепость выяснений отношений с помощью дара...

Ушастик потерянно схватил себя за уши, пытаясь осознать, что произошло.

Следующей купол выпустил женщину. Ведьма тряхнула головой. Взметнулись ярким пламенем на солнце рыжие волосы. Энея. Из волос полетели десятки разъяренных ос. Сидящие на лавке невольно отшатнулись. Яга щелкнула пальцами и произнесла речитативом несколько слов - осы осыпались бурым пеплом. Энея с облегчением вздохнула, шагнула к нам. Лицо, шея и полуобнаженные руки ведьмы украшали многочисленные укусы.

- Злыдни,- буркнула Яга, вставая с лавки и засучивая рукава.

- Бабуль, ты куда? - ухватил её за юбку Яромир, опасаясь, что Яга решила вступить в круг враждующих.

- Лечить, милок! - отозвалась она. - Ты хоть и Князь, но и тебя когда-нибудь осы-то жалили, небось знаешь, каково это!

Я последовала за Ягой. Мы подвели Энею к лавке. Усадили. В руках у Яги замелькали порошки, травки. Она стремительно готовила какое-то зелье, а я тем временем снимала отеки и боль. В скором времени Энея почувствовала себя значительно лучше.

- А чего время-то зря теряем? - неожиданно спросила Яга, прикладывая к щеке ведьмы листок подорожника. - Для чего здесь собрались-то? Посвещение провести!

- Так ведь... - и Евпатий кивнул в сторону купола.

- И что нам мешает? Князь - здесь. Два чародея - есть, глава чародейного круга - здесь, три ведьмы - и какие! - здесь. Что еще надо?

- Верно, - отозвался Светомир, хмуро наблюдая за появлением из купола сразу нескольких человек, изрядно потрепанных и своеобразно преображенных заклятьями.

Он поднялся с лавки и решительно направился к высокой башне. Не доходя до неё нескольких шагов, Светомир неожиданно стал подниматься в воздух, казалось, что он шагает по невидимой лестнице.

- Всё верно, - подтвердила Баба Яга, следя за моим удивленным взглядом.

Агий и Епатий взяли Князя под руки и тоже стали подниматься вверх, вполголоса что-то поясняя ему. Яромир сначала спотыкался о невидимые преграды, но через несколько шагов пошел увереннее.

- Ты глаза-то прикрой, чтобы лучше видеть, - посоветовала Яга.

Я послушно прикрыла глаза и сосредоточилась, прислушалась, почувствовала исходящую снизу силу. Нога нащупала первую ступеньку. Я сделала первый шаг по невидимой лестнице, потом второй, третий и уверенно пошла вверх. Открыв глаза, я увидела едва приметные радужные искорки, обрисовывающие контуры невидимой лестницы. Мы поднялись на ровную площадку на верху башни. Я глянула вниз. Большинство ведьм и чародеев уже покинули купол и, потирая ушибленные места и подсчитывая потери, устремляли взгляды на нас.

Лестница вывела нас на ровную площадку на крыше башни. В центре был вычерчен аспидно-черным - двойной круг, внутри второго круга стояла белая каменная глыба, отесанная в форме куба. По знаку Светомира Князь, снял пояс с мечом, плащ и одежду, обнажившись до пояса, следом отправились сапоги. Обернулся кругом, демонстрируя нам, что на нем нет ни амулетов, наполненных силой. Мы встали внутри очерченных кругов. Вполголоса Яга мне поясняла, что за границу второго круга невозможно пронести никакой амулет или предмет, наполненный силой, и ни один из нас, стоя внутри кругов, не сможет творить чары и таким образом влиять на испытания претендента.

Светомир поставил на белую глыбу большую незажженную свечу и встал рядом с нами внутри кругов.

- Тебе нужно зажечь свечу с помощью твоего дара! - пояснил чародей Князю.

Яромир шагнул к глыбе, а мы - чародеи и ведьмы - взявшись за руки, образовали третий круг. И в этот миг неведомая сила словно отсекла Яромира от нас.

Князь несколько рассеянно смотрел на свечу, не свыкнувшись ещё до конца с мыслью, что он, действительно, чародей. Я подмигнула ему, стараясь подбодрить: вспомни о лучине, у тебя всё получится! Яромир ответил мне слабой улыбкой и принялся сосредоточенно смотреть на свечу. Наверное, я была единственной из всех присутствующих, кто не сомневался, в том, что Князю удастся зажечь свечу, ведь я-то уже видела, как он сотворил лучину! А раз это у него получилось - не важно, что вместо лавки! - то и свечу он зажжет. Я стояла в кругу владеющих силой и мысли мои текли спокойно и размеренно. Вспомнились мои первые опыты чародейства еще в моем мире: как я боролась против деспотизма и придирок Жутикова. И чашки кофе, опрокинутые на него, и розовенький зонтик, и волосы цвета поросячьего визга! И мой восторг от того, что невозможное становится возможным! Я довольно улыбнулась. А в этом мире, Жутиков оказался не таким уж гадким. Конечно, он ворчлив и сварлив безмерно, но ведь в военных сражениях показал себя хорошим лучником. А сколько раз наша троица на Горыныче сражалась спина к спине! Я усмехнулась и бросила взгляд в сторону Князя, ожидая увидеть язычок пламени на свече. Однако, увиденное меня удивило. Свеча не горела. На каменной глыбе лежало огниво. А Яромир сосредоточенно смотрел куда-то рядом со свечой. Интересно... Наконец, рядом с огнивом появился какой-то предмет. Трут! Яромир довольно потер руки и принялся добывать огонь! Через некоторое время появился чуть приметный дымок и крохотный язычок пламени. Князь бережно поднес огонек пламени к свече. Не самый короткий путь, но главное, что у него получилось! Ура!

Внизу раздались возгласы ликования и удовлетворения, удивления и радости чародеев и ведьм.

- А теперь, Яромир, тебе предстоит выбрать наставника в делах чародейства, - объявил Светомир. Мы разжали руки, разрывая круг изоляции.

Князь окинул нас быстрым взглядом, не колеблясь, шагнул ко мне.

- Римма! Я выбираю Римму, - провозгласил он, сжав мою руку.

Чародеи чуть растерянно переглянулись, явно удивленные выбором.

- Но Римма...

- Выбор сделан! - перебила Агия рыжеволосая Энея. - Яромир был волен выбрать любого из нас, любого - владеющего силой чародейства!

- Однако формально, - немного неуверенно начал Агий, - сама Римма не проходила ритуал посвящения в стенах цитадели...

В ответ раздался дружный хохот Бабы Яги и Энеи. Ведьмы смеялись от души.

- Уж не намекаешь ли ты, чародей, что Римма не является ведьмой, не владеет силой? - с издевкой спросила Энея. - Значит, право на поединок Верховной ведьмы вы за ней признаете, а владеет ли она силой, вы не уверены? - издевательски продолжала она.

- Вот именно - поединок Верховной ведьмы! Никому не дано знать, чем он закончится, к тому же она - Наречённая Князя, поэтому ... разумнее избрать другого наставника, - пояснил Агий, выразительно глядя на Яромира, предлагая ему еще раз подумать о наставнике и взвесить все аргументы.

- Я выбираю Римму, - упрямо повторил Князь.

- Ну что ж, твоё право, - подтвердил Светомир. - Подойдите ко мне. Встаньте рядом.

Чародей сжал ладонями наши соединенные руки.

- Отныне и вовеки веков Римма ты наставник Яромира в делах чародейства, вы не в праве отказать друг другу в помощи, вы будете чувствовать друг друга на расстоянии и всегда сможете поделиться опытом, обратиться за советом и даже поделиться силой!

Светомир достал небольшой клинок и сделал надрезы на наших ладонях. Появилась кровь и почти одновременно на моей ладони заплясал язычок магического пламени. Светомир поднес Яромиру свечу, зажженную Яромиром.

- Возьми огонь, зажженный твоей силой, - приказал он Князю.

Яромир протянул ладонь к свече, рука чуть дрогнула, когда огонь опалил кожу, но через мгновение крохотный язычок пламени ласково взметнулся в ладони Яромира.

- Смешайте кровь и огонь! - произнес Светомир, мы послушно соединили ладони. Кровь и огонь соединились, переплелись в таинственном танце под речитатив заклинания чародея.

- Принимаю тебя ученик мой и брат!

- Принимаю тебя мой наставник и сестра!

После ритуала мы спустились вниз. Да, облики чародеев и ведьм после потасовки оказались весьма живописными! Чего только не было! Надо признать, что претерпевшие значительные изменения образы чародеев, свидетельствовали о весьма изощренной фантазии ведьм! Сколько ушей, увеличенных носов, появившихся хвостов, пятачков поросячьих и прочей прелести! Хотя и сами дамы выглядели достаточно потрепанными и ... покусанными, со стоящими дыбом волосами.

- Братья и сестры! - провозгласил Светомир. - Сегодня мы приняли в наш круг нового владеющего силой - Яромира, на ваших глазах при свидетельстве трех чародеев и трех ведьм он подтвердил свое право называться чародеем. Яромир выбрал своим наставником ... Римму!

- Но насколько это... правомочно? - уточнил въедливый Въярд.

- Это его право! - сурово отрезал Светомир.

Следующим на повестке значился вопрос изгнания духа Эмора из тела Амарана. Чародеи, не смотря на протесты ведьм, настаивали на проведении ритуала до моего поединка.

- А что без Риммы не справитесь? - ехидно спросила черноволосая ведьма, тщетно стараясь пригладить торчащие во все стороны волосы.

- Римма победила Амарана в поединке, когда магом руководил дух Эмора, - пояснил Евпатий. - То есть одну победу нал ним она уже одержала! Её магическое пламя поглотило и разметало по ветру пламя Амарана - его силу, питавшую и дух Эмора, поэтому Римме будет легче справиться с духом! Изгнать его из тела!

- До поединка слишком мало времени! - возразила Энея. - А вы словно нарочно отвлекаете Римму, не даете ей получить необходимые знания! Уж если её участие так необходимо, то изгнанием духа можно заняться и после поединка! Тем более, тогда и Римма будет сильнее!

- Однако, где уверенность, что она победит в поединке? - саркастически усмехнулся Въярд.

Я бросила взгляд на Бабу Ягу, отличавшуюся сегодня удивительной покладистостью и спокойствием. Яга спокойно перебирала какие-то камушки, почти не обращая внимания на спор, значит, беспокоиться и препираться не стоит.

После долгих споров и препирательств было решено провести ритуал изгнания Эмора завтра на рассвете, а я после ритуала на время до поединка получаю неограниченный доступ к манускриптам, хроникам и книгам чародеев. По тому, как неохотно чародеи пошли на этот шаг, я поняла, что в их архивах можно найти много чего интересного, а главное полезного для ведьмы!

Глава 28

Весть о том, что Князь прошел испытание и по праву называется владеющим силой, разнеслась по Княжеству в несколько часов. И большого восторга среди не чародеев эта весть не вызвала. Наоборот, Княжество охватили волнения и споры, снова единство и согласие в мгновение ока пошатнулось. Основные споры вызывал тот факт, что теперь и Князь - чародей, и его Наречённая, то есть я, ведьма. Насколько это этично? Среди не чародеев начались роптания, что это начало деспотизма владеющих силой и нарушение всех традиций.

А мне захотелось тишины и покоя, отдохнуть от калейдоскопа событий, шума и споров. И Избушка Бабы Яги распахнула свои гостеприимные объятья! Кот был рад моему возвращению не сказано! Да и сама я соскучилась по нему и нашим длинным неспешным беседам. В Избушке Яги я чувствовала себя уютнее, чем в замке. Здесь всё казалось таким знакомым и родным, уютным. После напряженных и наполненных серьёзными испытаниями дней, хотелось немного расслабиться. Кот безошибочно угадал моё состояние.

- Риммау, мне кажется, самое время прогуляться и размять лапки, - подмигивая мне зеленым глазом, предложил Василий.

- Лапки? Да, лапки прямо-таки жаждут размяться! - охотно согласилась я, готовясь к превращению.

Жутиков, прядя пряжу под суровым взглядом Ягулиного домового, с откровенной завистью смотрел на нас. Его взгляд полный красноречивого упрека был способен разжалобить любое сердце.

- Возьмем прогуляться? - предложила я коту, томно обмахиваясь хвостиком, - Если домовой отпустит, конечно.

Устоять перед таким кокетством кот не смог и быстро договорился с домовым. Насупившийся Жутиков, с видом оскорбленного достоинства последовал за нами. Мы с Василием носились за бабочками, кувыркались, играли в догонялки.

- К реке? - подмигнула я коту и резво бросилась по знакомой тропинке.

Мы плескались на мелководье, распугивая мальков и поднимая каскад хрустальных брызг, а устав, устроились в теньке довольно пожмуриваясь.

- ... околдовали да еще и виноватым выставили! - донесся до слуха знакомый голос.

Мы с котом переглянулись и выглянули из-под лопухов.

Жутиков, сидя у самой воды, у затона, рассказывал русалкам о наболевшем. Если с Ягой он теперь спорить опасался, а домовой сразу пресекал пустословие со стороны своего подопечного, то здесь Жутиков был в ударе! Его слушали не перебивая! Да еще как слушали! Глядя влажно-поблескивающими глазами, сочувственно улыбаясь и кивая головами, три русалки оказались лучшей отдушиной для Жутикова.

- Нашли тоже бесплатную рабсилу! Ну, о Яге вообще не говорю: с её-то психозом только к психиатру! Да и старческий маразм о себе дает знать! Тоже мне редкость - ведьмы! Да их здесь как грязи! Куда ни пл... глянь - то ведьма, то чародей! Князь и тот чародеем оказался! А я чем хуже? Может быть, я тоже чародей какой, а на меня ноль внимания и веник в руки! Зато с Римкой как с писаной торбой носятся! Да мне компенсацию должны за всё, что я по её вине вытерпел! Во-первых, похитили! А я того не просил! Нужна была Римка, вот её б и тырили! Как война так нужен был! И никто ведь даже не спросил, а хочу ли я на Горыныче летать?! А я может, высоты боюсь?! И сколько из-за этого нервных клеток сдохло - никто не спросил! Потом опять за компанию с Римкой похитили! Нашли тоже бесплатное приложение к ней! И где благодарность, что я весть от неё из черного замка принес? Хоть бы слово сказали!... Хотя, нет, сказали... сказал Амаран этот недобитый. А потом околдовал, использовал да ещё и силу мою пил, гад! Вампир недокусанный... Это куда годится? Так после всего этого еще и в рабство к домовому отдали!

Мы с котом переглянулись, слушая этот душещипательный монолог.

- Васюшь, кажется, пора вмешиваться, а то этот жалобщик не только русалок, но и всех рыбок до слез доведет!

Я подбежала к воде в стороне от Жутикова и русалок, намочила лапки, призывая Водяного. Он улыбнулся мне из-под воды.

Обратившись в золотую рыбку, я нырнула в воду. Пошептавшись с Водяным и вволю поплавав, я вернулась в образ кошки, - правда, рановато, и, отряхиваясь, выбралась на берег.

- Кошка мокрая, а туда ж - ведьма! - ехидно бросил Жутиков, наблюдая моё отряхивание.

- Вот злыдень, а я о нем Водяного просила, - пожаловалась я коту, устраиваясь сохнуть на солнышке.

Маленькая юркая рыбка метнулась к русалкам. Одна из них зачерпнула её с горстью воды и поднесла к лицу. Рыбка передала им весть от Водяного. Русалки зашептались и засмеялись довольно, принялись плескаться.

- Эй, не шалите так, я уже совсем мокрый! - добродушно ворчал Жутиков, довольно жмурясь.

- Это только начало, - многообещающе заворковали русалки, - подарок от Водяного и одной ведьмы - тайский массаж!

Наблюдавший за этим кот, хмыкнул:

- Добрая ты, Риммау!

На рассвете был назначен ритуал изгнания духа Эмора, поэтому спать мы легли рано. Баба Яга ещё до захода улетела собирать травы и обещала вернуться к рассвету. Василий мурлыкал мне колыбельную, и я уснула глубоким и крепким сном.

А вот пробуждение оказалось ооочень громким. Я вздрогнула и проснулась от невероятного грохота и шума. Казалось, по Избушке одновременно носится несколько торнадо. Мощная невидимая волна вжала меня в постель. Над головой просвистела крынка с молоком и вдребезги разбилась о сиену, окатив меня молоком и черепками. Замечательно! Дивное пробуждение! Живенькое такое! Я попыталась поставить защитный купол, но не могла сосредоточиться, уворачиваясь от ложек, чашек и пучков трав. По Избушке завывая пронесся невиданный полупрозрачный монстр и, ударившись о стекло, рассыпался на десятки маленьких смерчей. Я бросила взгляд на окно. Однако, еще не утро. Ночь. Что же происходит? И где Баба Яга?

- Василий! - позвала я, вжимаясь в подушку и защищаясь от норовящего вцепиться мне в волосы уродливого монстрика, напоминающего смесь летучей мыши и лягушки.

- Здесь я, Риммау! Под кроватью, - ответил приглушенный мявк.

- А...да... - отозвалась я, уничтожая монстрика. От моего заклинания, тот рассыпался сотнями искр.

- Иди сюдау! - приказал кот. - Здесь спокойнее.

Я осторожно юркнула под кровать, обратившись в кошечку, что бы занимать меньше места.

Там рядышком сидели кот и домовой. Я устроилась рядом. Да, вид открывался дивный! По Избушке носились полупрозрачные монстры, как маленькие смерчи носились десятки заклинаний, нанося урон всему, к чему приближались. Тот беспорядок, который возник в результате борьбы Жутикова и кота, в день исчезновения кольца, теперь казался лишь легкой забавой. То, что происходило сейчас, было попросту страшно!

- А где Яга? - спросила я, опасливо косясь в сторону возникшего в центре избы разноцветного смерча.

- За травками на дальнее болото полетела, - отозвался кот, - не вернулась ещё.

- А это что? - я кивнула в сторону творящегося на наших глазах кошмара.

Кот прищурил глаза, потерся головой о негодующего домового.

- Эт Жутиков твой решил к чародейству приобщиться, - пояснил кот.

- То есть? Как приобщиться? - не поняла я.

- Да вот так! Решил в себе чародея открыть с помощью бабулиных зелий! - ехидно ответил кот. - Все вокруг чародеи да ведьмы, а я чем хуже? - процитировал кот, подражая голосу Жутикова. - Яги нет, все спят, вот он и решил похозяйничать. Взялся за зелья да книгу её заклинаний открыл!...

- Сам попрошу Ягусю, чтоб она его в таракана превратила! - прервал кота мрачный и решительный домовой. - И лаптем гонять буду до скончания веков!

- Когда Яга всё это увидит, просить даже не придется, - философски пояснил кот.

- Жутиков не чародей и даром не владеет - это однозначно, - с недоумением сказала я, - так почему ж заклинания сработали?

- У Яги всегда зелья наготове! Над ними только слово заветное шепни, заклинание прочитай и ... всё! К ней же за зельями со всего Княжества ходят, - пояснил кот.

Остальное пояснил домовой. У Бабы Яги всегда наготове стоят десятки самых разнообразных зелий. К тому же на полочках расставлены сотни самых разных ингредиентов от полынных порошков до растолченных в пыль лягушачьих лапок и других еще более экзотичных. Жутиков не раз видел, как Яга смешивала зелья и чародействовала. Горя желанием доказать всему миру, что и ему дар чародейства не чужд, он решил воспользоваться подвернувшимся случаем "поведьмачить". Даже чародею небезопасно вмешиваться в чужие заклинания, а уж не владеющему силой тем более. К тому же у Бабы Яги наготове было множество заклинаний-ловушек, предназначенных как раз для таких любопытных. Жутиков добрался до зелий, открыл книгу с заклинаниями. По запаху определил полынный настой, сыпанул туда порошок толченных змеиных позвонков, и появившийся морок в виде змеи испугал его не на шутку. Жутиков прервал заклинание, перевернул страницу и принялся за другое, но морок не исчезал, а наоборот стал проявлять признаки агрессии. Наш струхнувший и в тоже время вдохновленный успехом экспериментатор принялся читать всякое попадавшее заклинание, которое, по его мнению, могло прогнать или рассеять морок. Он начинал читать и смотрел на реакцию вызванного им монстрика. Не помогало, творение не исчезало, а лишь шипело и извивалось. Жутиков прерывал заклинание и принимался за другое, за третье, четвертое... Каждый владеющий силой знает насколько опасно прерывать заклинание! Но Жутиков-то этого не знал... К тому же он достаточно напуганный тем, что натворил принялся швырять морок порошками и даже швырять горшочки с зельями. Результат впечатлял!...

- И как нам это остановить теперь? - поинтересовалась я. - К возвращению Яги от Избушки останутся одни щепки. И, кстати, где наш эксперементатор?

- Выгляни и на потолок посмотри, - мявкнул кот.

Я последовала его совету. Под потолков в огромном паутинном коконе висел ошарашенный Жутиков. Ясно... Самое время вмешаться. Я осторожно выбралась из-под кровати. Вернула себе свой облик. Вскинула руки, окружая себя защитным куполом. И ...! Сложно справиться с тем, чья природа тебе не понятна! Я взглядом поймала несшиеся на меня десятки разноцветных смерчей.

- Силами света и тьмы я заклинаю вас вернуться к своему истоку! Вернись к началу! Откуда пришло, туда и уйди!

Вихри остановились и замерли. Потом принялись собираться воедино. Ведомая интуицией я, не отрывая от них взгляда, импровизированно их заклинала. Наконец, остался один вихрь. Который я "уговорила" вернуться к состоянию покоя. Остановившийся вихрь обратился мороком, стал огромной змеей с маленькими рожками и отростками крылышек. Красноватые глазки блестели озлобленно и утомленно. С ним пришлось сложнее всего. Но и его я принялась заклинать вернуться туда, откуда пришел, вернуться к истоку.

- Данной мне силой заклинаю вернуться к истоку!- выкрикнула я и сорвавшаяся с ладони молния рассеяла морок. Он рассыпался тысячами пылинок и тонким дымком убрался в книгу заклинаний. На полу оказалось множество порошков и зелий Яги.

- Кажется, всё? - спросила я у кота и домового и сняла защитный купол.

Дикий крик "Римма!" кота и домового заставил меня прямо-таки шарахнуться в сторону. И надо сказать, вовремя. Всё вернулось к своему истоку, и паутинный кокон, в котором висел Жутиков, исчез и наш незадачливый экспериментатор упал с потолка на пол. Вид он имел весьма потрепанный. Мы втроем взирали на него. Но если мы с котом были настроены более миролюбиво, то домовой, оскорбленный до глубины души устроенным безобразием, горел праведным гневом и жаждал мести.

- Я думаю, не стоит объяснять, почему вам, глубокоуважаемый, следует здесь всё прибрать до возвращения Бабы Яги? - вежливо поинтересовалась я.

- Угу, - подтвердил кот. - Возможно, это её смягчит... немного.

- И советую наслаждаться уборкой в человечьем облике, - мрачно посоветовал домовой, вручая веник.

- Эт еще почему? - задал ожидаемый вопрос Жутиков, однако веник взял.

- Потому что остаток жизни, тебе, скорее всего, в образе мышки-норушки придется толочь порошки и зелья для Ягули! - пояснил домовой.

После этих слов рвения к уборке у Жутикова прибавилось.

За окном раздалось знакомое завывание, это возвращалась Яга, заходила на посадку. Я бросила взгляд на окно. Небо чуть посветлело. Вот и рассвет. Значит, доспать не удастся.

Яга распахнула дверь, оглядела нас, повела носом, хмыкнула. Руки в боки. Вздохнула.

- Нет, эт прямо наказание какое-то, а не постоялец, - буркнула она. - Вот скажи, Римка, и почему я это безобразие терплю? От доброты своей страдаю ведь! А обрати его в какого-нибудь зверька полезного еще тогда, когда он мне в первый раз Избушку разворотил, и жила б себе спокойно, горя б не знала!!! Нет же, пожалела! А зря! Ну, ничего, я это мигом исправлю! - пообещала Яга, осматривая Избушку и прикидывая нанесенный урон.

Далекое кукуреканье петуха возвестило о начале нового дня. Я бросила взгляд на посветлевшее окно. Светает. Поспать уже не удастся. Баба Яга перехватила мой взгляд. Хмыкнула.

- Ладно, убирай пока, чего наворотил, некогда мне с тобой сейчас связываться! - бросила она усердно метущему пол Жутикову. - Я с тобой потом разберусь! И не ухмыляйся так довольно, память у меня хорошая! - добавила она воспрянувшему духом горе-экспериментатору. - А теперь, Римка, пора и тобой заняться! - поворачиваясь ко мне многозначительно заявила Яга и, видя мое удивление, пояснила, - чародеи то не просто так норовят использовать твою силу для ритуала изгнания духа! Норовят, поганцы, каждую твою свободную минутку использовать, чтобы не было у тебя времени к поединку подготовиться. Но ничего, ни на таких напали!

Яга подошла уцелевшему от разгрома сундуку, со скрипом открыла крышку, и, задумчиво почесав подбородок, почти с головой нырнула в его недра. Некоторое время было слышно только невнятное бормотание, но наконец Яга, довольная, вынырнула из сундука, что-то зажимая в руке.

- Тебе, Римка! - довольно сказала она и показала мне небольшой плетенный ремешок.

Я с интересом рассматривала подарок: ремешок оказался сплетенным из длинных серебристо-зеленых и сизо-дымчатых ... волос и стебельков трав. От него исходила умиротворяющая сила.

- Оберег? - догадалась я.

- Догадливая, - усмехнулась Яга. Потом задумчиво оглядела мою голову, протянула руку и стремительно вырвала мой волос. Я только ойкнула. А Баба Яга невозмутимо вырвала у себя длинный седой волос и ловко вплела их в ремешок. Довольно осмотрев свою работу, Яга повязала мне ремешок на левое запястье, неразборчиво шепча заклинание.

- Вот теперь я за тебя спокойна! - ответила она на мой вопросительный взгляд.

Я, заинтригованная, стала пристально рассматривать подарок, но мои невысказанные вопросы были прерваны стуком в дверь.

- Пора...

Глава 29

Я ожидала увидеть Светомира или Агия, или Евпатия, но - увы и ах! - вместо них сопровождать меня к месту ритуала прибыл Въярд. Я ясно чувствовала его тщательно скрываемую неприязнь ко мне. Он был одним из тех, кто спровоцировал свару в цитадели чародеев. Еще и теперь чародей не избавился от последствий того противостояния. На макушке торчали тщательно замаскированные кудрями бараньи рожки. Я, прищурившись, мысленно коснулась рожек, стараясь определить, кто одарил высокомерного упрямца-шовиниста таким красноречивым украшением. Возник образ рыжеволосой хохочущей Энеи. Я усмехнулась. Въярд полоснул меня взглядом полным ярости и неприязни.

- Да, хорошего сопровождающего прислали, - проворчала Яга. - Придется мне, Римка, самой тебя проводить, - закончила она.

- Посторонним на ритуале появляться запрещено! - возмутился чародей.

- Это ты что ли мне запретишь? - "изумилась" Яга, поправляя рукава, словно перед дракой.

Лицо Въярда перекосилось, но он удержался от комментариев и возражений, видно хорошо запомнил, что спорить с ведьмой себе дороже.

И мы полетели навстречу рассвету. Красиво летели: впереди Баба Яга в ступе, за ней я на Горыныче и сзади на ковре-самолете Въярд.

Горыныч кругами стал снижаться, планируя приземлиться у кромки соснового бора. Первые лучи солнца придавали кронам деревьев чуть розоватый оттенок, но это почему-то рождало смутно-тревожные ассоциации. Горыныч приземлился недалеко от опушки. Высокие вековые сосны казались стражами неведомой тайны. Не смотря на показавшееся над горизонтом солнце, лес казался глубоко спящим. И я отчего-то не могла отвести взгляда от леса, пытаясь понять, что меня тревожит. Не было в очертание сосен ничего откровенно зловещего, но что-то неуловимо вселяло тревогу.

- Некогда рассиживаться, пора! - недовольно высказался Въярд, прерывая мои размышления.

Сам он уже скатал ковер-самолет и был готов продолжить путь: стоял рядом с Горынычем и сверлил меня отнюдь не дружественным взглядом. Горыныч хмыкнул, с сомнением оглядывая чародея.

- Может быть, стоит позавтракать? - глумливо подмигивая, спросила одна из голов.

- Да тьфу на него, - отозвалась презрительно другая, - от него, небось, одна изжога будет и никакого удовольствия!

А третья, принюхиваясь, потянулась к чародею. Я усмехнулась, видя, как Въярд шарахнулся в сторону от моего зеленого пажа.

- Здесь изжогой не отделаешься, полное расстройство организма будет! - авторитетно заявила третья голова. - Но на благо отечества и для тебя лично, Нареченная, можем и пострадать!

- Спускаюсь, Горынушка, - предупредила я.

Горыныч опустил перепончатое крыло, и я легко спустилась на землю.

Яга задумчиво поглядывала в сторону противоположную лесу и постукивала пальцами по краю ступы, явно ожидая кого-то или чего-то.

- Идти пора, - напомнил ей чародей, кивая на лес.

- Успеется, - отмахнулась она, прислушиваясь к чему-то.

Я прикрыла глаза и последовала её примеру, обращаясь вслух, стараясь понять, чего ждет Яга.

Шелест ветра в сосновом бору. Тихо падающие хвоинки. Редкие пересвистывания птиц. И ... приближающийся стук копыт. Кто-то приближался к нам, немилосердно гоня коня. Я открыла глаза и обернулась туда, откуда должен был появиться неведомый всадник. Яга удовлетворенно хмыкнула и подмигнула мне. На недовольное ворчание чародея она весомо ответила:

- Чай мы не тати ночные, чтоб под покровом темноты дела свои творить! Солнышко встаёт только, да и мы поспеваем. А потому, - весомо, со значением добавила, - не зли меня более!

Въярд замолчал. Я поёжилась от прохладного утреннего ветерка и присев на лапу Горынычу, прижалась к нему. Мы ждали.

Стук копыт раздавался всё ближе и, наконец, мы увидели несущегося во весь опор всадника. Чародей напряженно нахмурился, покусывая губы, а я улыбнулась, по посадке узнавая воеводу Ратмира.

Воевода стремительно соскочил с коня и замер.

- Вот теперь все в сборе, - довольно сказала Яга.

- Чародейный круг не потерпит твоего своевольства, ведьма! - высокомерно произнес чародей, презрительным кивком указывая на воеводу. - Непосвященному да еще не чародею не место на ритуале!

- Да ты никак со мной спорить собрался? - "удивилась" Баба Яга, одновременно поглаживая взмыленного коня по шее. - Или ты думаешь, что я меньше твоего о ритуале знаю?

Чародей ничего не ответил, чувствовалось, что Ягу он побаивается. Ведьма сорвала пучок травы, что-то пошептала над ней и протянула коню, утомленному бешеной скачкой.

- Отдохни да сил набирайся, - она вновь погладила мокрые подрагивающие бока. - А нам в путь!

Чародей встрепенулся, оглядел нас с плохо скрытым раздражением и направился к опушке леса, бросив перед собой клубок шерсти.

Свет и солнечные лучи почти не проникали под своды леса, и мы шли в полумраке друг за другом, по проявляющейся перед катящимся клубком тропинке. Неожиданно шедшая за мной Яга резко дернула меня за волосы. Я ойкнула от неожиданности.

- Потише нельзя? - прошипел оглянувшийся Въярд.

Я оглянулась на Бабу Ягу. Она мне подмигнула и ничего не сказала. Неожиданно сосны расступились, и мы вышли на поляну. Размеры её определить было невозможно из-за густого тумана. Въярд бормоча что-то себе под нос на ощупь пробирался вперед. Шедшая сзади Яга иронично хмыкнула и щелкнула пальцами. Я обернулась. С ладони Бабы Яги сорвался маленький вихрь, кружась и набирая силу, он обогнал Въярда и побежал вперед, поглощая, вбирая в себя туман, накручивая его на себя как веретено шерсть. Въярд с завистью глядел на это, очевидно, подобное колдовство было ему не под силу. Чародей зачарованно следил за разрастающимся на глазах вихрем.

Яга бесшумно шагнула ко мне и быстро, ловко вплела в браслет на моей руке несколько волосков. Чёрных. Воеводиных. На мой вопрошающий взгляд Баба Яга ответила хитрым подмигиванием и на мгновение приложила палец к губам, призывая к молчанию. Воевода Ратмир перехватил мой взгляд и чуть приметно улыбнулся.

Нашим взглядам открылась большая поляна. Края её окаймляли высокие сосны. Чуть ближе к центру, словно второй эшелон защиты, росли кустарники, образуя почти правильный круг. У камней виднелись фигуры людей - чародеи. Вихрь, разросшийся до маленького смерча, с мерным гулом поглощал туман, который словно желая уберечься, жался к соснам, отступал вглубь леса. Мы двинулись вперед и увидели третий круг защиты - из больших камней, стоявших на равном расстоянии друг от друга. В центре каменного круга угадывались очертания ещё чего-то. От этого нечто исходило слабое голубоватое свечение.

- Так-то лучше! - Довольно сказала Яга и щелчком остановила вихрь, тот послушно замер на месте и, повинуясь ведьме, приблизился к ней. Второй щелчок пальцев обратил его в большой клубок призрачно-дымчатой нити.

Мы подошли к чародеям. К моему удивлению, среди них я не увидела ни Светомира, ни Агия. Из четверых чародеев только Евпатий, хмурящейся и сумрачный отчего-то, был мне знаком. Лица остальных были лишь смутно отдаленно знакомы. На появление Яги и воеводы чародеи отреагировали по-разному: Евпатий явно обрадовался, а остальные явно были недовольны и не старались этого скрыть.

Я бросила взгляд за камни. В центре была вычерчена сложная пентаграмма. Это её границы излучали слабое мерцающее свечение.

- Примемся, братья! - начал один из чародеев, лицо его было вроде бы знакомо, но имя не припоминалось.

Отсутствие элементарного приветствия мне не понравилось. Да и не только мне. Боковым зрением я отметила Бабу Ягу, многозначительно засучивающую рукава.

- Во-первых, здравствуйте, - начала я, без особой приязни поглядывая на чародеев, в ответ кивнул лишь Епатий, - во-вторых, может быть, кто-нибудь соизволит разъяснить мне, в чем именно будет заключаться моя задача?

- А что высокочтимая ведьма, претендующая на титул Верховной, не знает этого? - язвительно спросил рыжеволосый.

Тон его мне не понравился, более того я разозлилась. Я пристально оглядела чародея и довольно хмыкнула. Сквозь наложенное заклинание отвода глаз явственно проступал свиной пятачок! Ха! Вероятно, попался под горячую руку в потасовке изобретательной ведьме. Я легонько мысленно коснулась заклятья и узнала чары Энеи. Не удивлюсь, если и хвостик у него есть! Так ему и надо!

Чародей с неприязнью передернул плечами, поняв, что я увидела его истинный облик.

- Так я дождусь разъяснений или еще время потянем? - ласково спросила я.

Происходящее нравилось мне всё меньше и меньше. Ещё меньше мне понравилось мелькнувшее на лице Евпатия виноватое выражение.

- Римма, посредством заклинаний мы введем в транс тебя и Амарана, - начал Евпатий. - Вы покинете тела и перейдете в мир духов - ты, Амаран, Эмор. Тебе предстоит изгнать Эмора из нашего мира, убедить его вернуться в свой.

- Как мило! - "умилилась" я. - Что значить "убедить"? Словами "кыш, шалун нехороший"? И ерунда какая-то получается: изгнать дух в мир духов, находясь при этом в мире духов! Уж разъясните мне недогадливой - каким же образом?

- Эмор сейчас в нашем мире находится, но он часть мира духов. А ты, покинув тело и став духом, останешься частью этого мира, - пояснил Евпатий, а рыжеволосый с поросячьим пятачком издевательски хмыкнул, пробурчав под нос: "Тоже мне ведьма!"

Ссориться перед ритуалом не хотелось, поэтому я подавила в себе желание наградить наглеца еще и копытцами, пусть поцокает, пока вести себя не научится!

Евпатий стал рассказывать о ритуале. Пятеро, владеющих силой, встанут в вершины пентаграммы, в центре которой расположимся мы с Амараном. С помощью зелья и заклинаний нас введут в транс.

- Когда дух твой и дух Эмора покинут тела, мы приоткроем дверь в мир духов, и тебе предстоит вернуть туда Эмора, - пояснил Евпатий.

- Вопрос "как" по-прежнему остается открытым, - прокомментировала я.

- Есть два пути: уговорить и заставить, - продолжал Евпатий. - Заставить его войти в тело жертвенного животного.

- А? ... и где несчастное животное? - спросила я.

Один из чародеев вытащил из-за спины мешок и вытряхнул оттуда маленького черного козленка.

- Жалко его... А как я вернусь в своё тело? - спросила я, стараясь не смотреть на козленка, принявшегося щипать траву, косясь на нас желтым глазом.

- Как только дух Эмора покинет наш мир, Амаран очнется, и мы начнем ритуал твоего возвращения, - пояснил Евпатий.

- А где дух Амарана?

- Он, после поражения в поединке, висит между мирами, и пока дух Эмора в его теле, чаша весов не может качнуться ни в ту, ни в иную сторону. Между жизнью и смертью, - пояснила Яга, опередив чародея.

Яга тщательно осматривая пентаграмму, чуть шевеля губами читая тайные надписи и знаки. Чародеи переминались с ноги на ногу, выражая нетерпение.

- Осталось только познакомиться, и приступим? - усмехнулась я: как-то не хотелось доверять свою жизнь совершенно незнакомым чародеям. А зная имена, я смогу защитить себя от - нет, не предательства, так далеко бы они не пойдут, - от небрежности с их стороны в заклинаниях возвращения. - Хочется знать, кому себя вверяю.

- Вполне законное желание, - веско сказала Яга. - Странно, что в школе чародейства науку вежества отменили, - добавила она, смерив многозначительным взглядом каждого из чародеев.

Те стушевались под её взглядом. Надо и мне научиться так наглецов одним взглядом на место ставить.

- Дар.

- Ставр.

- Ратон, - последним представился рыжий и презрительно стряхнув несуществующую пылинку с плеча небрежным жестом добавил, - Теперь, полагаю, можем начинать?

"Вот закончим с ритуалом и одарю его копытцами!" - недобро подумала я. Баба Яга шепнула несколько слов воеводе, молчавшему до сих пор и стремительно, с такой прытью, которой чародеи от неё не ожидали, заняла место в одной из вершин пентаграммы.

- Это никуда не годиться! - завопил Ратон. - Ты нарушаешь все правила, ведьма!

- Отчего же? - усмехнулась Яга. - Али ты в моей чародейной силе сомневаешься, али я меньше твоего о ритуале знаю? А ты, Римка, времени не теряй зря, - обратилась она ко мне и, подбоченясь, оглядела чародеев. - Али дурное что задумали и боитесь, что я вам помешаю? Так я Римку в обиду не дам! И тебя, ржавый, до ритуала не допущу, ибо душа твоя злобой и завистью, как шуба молью, подточена!

Пока Яга препиралась с чародеями, я старательно плела заклинание, связывая себя и чародеев. "И пока дух мой не вернется в моё тело, не выйти Ставру, Дару, Евпатию и ... Въярду (определила я пятого участника ритуала) из знака пентаграммы! Да будут слова мои крепки как ключи подземные!"

- Пора, братья! - веско произнес Евпатий. - Баба Яга, как сестра по силе имеет право участвовать в ритуале. А ты, Ратон, останься наблюдать, чтоб чужой кто на поляну не прошел.

Яга усмехнулась каверзно, и, вытащив из кармана что-то, швырнула это в Ратона. Возмущенный возглас и - большой розовый поросенок повизгивал, запутавшись в полах длинной хламиды чародея.

- Это никуда не годиться! - возмутился молчавший до сих пор Ставр.

- Хороший охранный кабанчик, - пояснила Яга, - никого на поляну не пустит и с поляны не выпустит, пока Римка из знака пентаграммы не выйдет! - и подмигнула мне.

Чародеи переглянулись и не нашли что возразить.

Я вошла в центр пентаграммы и устроилась рядом с лежащим придворным магом, справа от него уложили усыпленного козленка. Чародеи встали в вершинах пентаграммы. Я повернула голову и бросила взгляд на стоящего в стороне, у камней Яромира и слабо улыбнулась. Воевода, сжав руки в кулаки так, что побелели костяшки пальцев, ответил мне говорящим ярче любых слов пронзительно-любящим взглядом.

Евпатий протянул мне маленькую глиняную чашку с темной, не имеющей запаха жидкостью.

- До дна? - глазами усмехнулась я, стараясь уловить запах, и выпила одним долгим глотком.

Чародей кивнул мне головой и влил такой же настой в рот придворного мага. Потом занял своё место в вершине пентаграммы. Чародеи и Яга подняли ритуальные кинжалы и несколько капель их крови оросили начерченные на земле тайные знаки. Голубоватый чуть мерцающий свет от пентаграммы усилился, ударяя в небо столпами света. Мир за очерченными границами подернулся рябью, словно вода в озере. Голоса речитативом читающие заклинания постепенно отдалялись, "водная" рябь усилилась. Внезапно я ощутила жгучую горечь во рту от выпитого настоя, и желудок свело судорогой. Сильная пульсирующая боль распространилась по всему телу. Больно! Я закашлялась. Грудь сдавило, словно стальным обручем. Голова закружилась, весь мир вокруг закружился в водовороте. Захотелось закричать, но голоса не было.

Неожиданно раздалось ехидное сухое хихиканье, и я распахнула глаза. Передо мной парил сухонький старикашка в парчовом, местами потертом халате. Я огляделась. Внизу, в нескольких метрах подо мной ...я., моё сведенное судорогой тело. Одна рука прижата к горлу, другая к груди.

- Забавное зрелище? - ехидно поинтересовался старичок.

- Эмор, надо полагать? - уточнила я, стараясь освоиться в парящем состоянии в нескольких метрах над землей.

- Догадлива! Великий властитель Эмор! - пророкотал старичок, меняясь на глазах. - Великий и ...!

- И ужасный Урфин-Джюс, - досказала я за него.

Лицо Эмора исказилось гримасой злобы. Глаза сверкнули красными огоньками. Несколько минут мы с Эмором пристально изучали друг друга, как ни странно - большой враждебности с его стороны я не чувствовала. Мы оба не торопились переходить к активным действиям. Я не очень-то хорошо представляла, что именно следует делать. Бросаться на старичка с криком: "Пошел вон из нашего мира, изыди, злыдень!" - казалось мне нелепым. Неожиданно я поняла, что подумала об этом мире, как о своем. Сколько я здесь уже?

- Ну, что, красавица, в молчанку играть будем? - ехидно спросил старичок, неторопливо потирая руки.

- Что вы, дедушка! Развлечемся беседой галантной, - отозвалась я.

Эмор довольно захихикал и что-то забормотал себе под нос. Воздух заколебался, словно речная рябь, и невдалеке показались призрачные очертания большого замка в восточном стиле.

- Приглашаю посетить мою скромную хижину, - произнес Эмор, указывая на замок.

Я на мгновение задумалась и. не чувствуя никакой исходящей от чародея опасности, согласилась.

Замок оказался полон самых чудесных волшебных вещиц, казалось, что всё самое интересное с точки зрения чародейства, было собрано здесь. Книги, артефакты, амулеты - чего здесь только не было! Довольный хозяин устроил мне занимательную экскурсию, показывая свои сокровища.

- Иллюзии? - неуверенно поинтересовалась я.

- Настоящее! Сама суть - дух вещей! - с гордостью ответил Эмор и сунул мне в руки большую отделанную причудливой резьбой серебряную чашу.

Пальцы непроизвольно пробежались по изысканному рисунку. От чаши ощутимо веяло магией.

- Любой яд в родниковую воду обращает! - пояснил Эмор, - очень нужная вещь для властелина.

- Много было попыток отравить вас? - поинтересовалась я.

- Еще сколько! - усмехнулся Эмор, - наивные людишки!

Следующей оказалась уютная светлая комната, посреди которой стоял низкий стол, обильно уставленный изысканными блюдами, вокруг, на ярком пушистом ковре - множество подушек и подушечек.

- Прошу прекрасную гостью к моему столу! - галантно пригласил старичок, довольно поблескивая глазами из-под кустистых седых бровей.

- А я думала, что духи не едят, - удивилась я.

Время текло незаметно: беседа под неторопливое застолье. Старичок оказался гостеприимным хозяином. Он многое знал и действительно был сильным магом. Это его голос слышала я, находясь в беспамятстве. Эмор, используя всё своё красноречие и дар убеждения, уговаривал меня остаться в его замке.

- Вот сама подумай, зачем тебе возвращаться? - старался убедить меня Эмор. - Здесь у меня собраны самые лучшие, самые древние чародейские фолианты и манускрипты! Такого собрания ни в Княжеской библиотеке, ни в чародейской цитадели нет! Хочешь стать Верховной ведьмой - пожалуйста! А ты вбила в голову какой-то нелепый поединок!

- Но, как иначе снять обвинения с Мирры? - сопротивлялась я.

- А зачем тебе это? - хитро прищурился Эмор. - Князь-то теперь сам чародей, вот пусть и решает, как ему свою ненаглядную спасать.

Я окинула взглядом высокие полки с книгами, от которых так и веяло силой. Какое искушение и соблазн! Столько знаний! Эмор предлагал мне остаться в его замке, погостить.

- Куда торопиться? - недоумевал он. - Да и никто там тебя не ждет!

- Как это никто? - возмутилась я.

- А кто ждет? - усмехнулся он. - Чародеи? Для них ты как бельмо на глазу: ведьма бросившая вызов чародейному кругу. Князь? Для него ты, Нареченная, теперь лишь помеха в любовных делах. Мирра? Для неё ты препятствие на пути к счастью с Князем. Баба Яга? То же вряд ли. Для неё ты лишь способ насолить зарвавшимся чародеям. Тебя просто использовали.

- Полагаю, что это не совсем так, - усмехнулась я, - а вам какой интерес в том, чтобы я осталась?

- Как ты знаешь, в мир людей вернуться может только один из нас. Так почему не я? Ведь, как оказывается, тебе там особенно делать нечего. Рисковать всем в поединке - ради чего? - Эмор налил вина в высокие бокалы и протянул один из них мне.

- Вообще-то я и в свой мир вернуться хочу! А Книга судеб ясно дала понять, что вернуться смогу только разрешив проблемы этого мира!

- В свой мир! - передразнил Эмор. - Научившись управлять собственной силой, ты сама сможешь туда вернуться!

- А тебе зачем возвращаться в мир людей? Как я понимаю, путь в тело Амарана тебе заказан!

- Но есть еще твоё тело, - тонко усмехнулся Эмор, пригубив вина.

- Тогда тебя ждет поединок Верховной ведьмы, - иронично заметила я, - в моем теле, - и тоже сделала глоток.

- Чего проще - просто отказаться!

- Вряд ли. Отказ от поединка приравнивается к поражению, тебя попросту развеют по ветру, - пояснила я, в тон ему так же сладко улыбаясь.

- Тебя, - вернул мне улыбку Эмор.

Повисла многозначительная пауза. Старичок задумчиво перебирал четки, поблескивая в мою сторону отсвечивающими красным глазами. Молчание затягивалось. Он перебирал четки, и было в этом что-то завораживающее, затягивающее, чем дольше я на них смотрела. Тем больше хотелось наблюдать за неторопливым движением бусин в старческих пальцах. Казалось, что нет в мире ничего важнее и интереснее этого зрелища! Бусины разрастались, заполняя собой всю залу, переливаясь одна в другую... Стоп! Я попыталась тряхнуть головой, отгоняя наваждение, но тщетно: я даже пошевелиться не могла!

- Наивная девчонка! - проскрипел над ухом насмешливый голос Эмора. - Тебе и в голову не пришло, что я могу применить зелье парализующее волю!

- Я ... всё равно... не соглашусь здесь остаться... - выдавила из себя я и, собрав все силы, закрыла глаза, чтобы не видеть завораживающего движения бусин.

- Ничего! Рано или поздно согласишься, - ухмыльнулся Эмор, - а мне торопиться некуда.

Время тянулось томительно-медленно и бесконечно. Я не имела возможности пошевелиться, тело занемело и, казалось, окаменело. Меня мучила жажда. И только голос Эмора, убеждающего меня, что лучше наслаждаться всеми благами в его замке, чем такое вековое заточение.

- Подумай, это более чем щедрое предложение! Ведь я уже доказал тебе, что никто там больно-то тебя и не ждет! Никто не ждет! Твоей силой воспользовались и теперь ты уже не нужна! Или ты сама это не заметила по поведению чародеев?

Так продолжалось бесконечно. Под звук капающей воды - что это изощренная пытка Эмора или галлюцинация от жажды? - убеждающий голос чародея, уговаривающего меня согласиться остаться в мире духов, тем самым открыв ему путь в мир людей. Я старалась не прислушиваться, чтобы не впасть в искушение, но ... Действительно, отправили на поединок с Эмором, не снабдив необходимыми знаниями и умениями! Прямо-таки, складывается нехорошее впечатление, что моя "гибель при исполнении" - самый желанный выход из положения для всех! Как в таком случае всё гладко складывается: и Князь-чародей тогда волен выбрать другую невесту, и поединок не состоится за неявкой ведьмы! Только вот моё мнение никто в расчет не брал! Получается, что сама по себе я никому в этом мире действительно не нужна?... Никому? В темноте сознания замерцала слабая я искорка, как крохотная золотая звездочка, своим светом старающаяся пробиться сквозь отчаяние и нахлынувшее озлобление. Ратмир!

- Ратмир! - закричала-позвала я и открыла глаза.

Мельтешение бусин-четок прекратилось. Я тряхнула головой, отгоняя наваждение под изумленным взглядом Эмора.

- Не убедили, уважаемый, - насмешливо сказала я, стряхивая оцепенение. - Загостилась я у вас, а меня ждут! Причем не ведьму ждут, не Нареченную Князя, а Римму!

Эмор зло сплюнул через плечо.

- Ну, что ж, иди раз ждут! Иди, если выйдешь! - прошипел он и хлопнул дверью.

В одно мгновение замок преобразился в мрачный каменный лабиринт. Я стояла в узкой келье, куда не проникал даже луч света. Руки нащупали стены, и я двинулась на ощупь вперед, в поисках выхода. Найти выход среди многочисленных ходов лабиринта казалось делом почти безнадежным. Но я упрямо искала. Каждый раз, когда я оказывалась в тупике, раздавался злорадный смех Эмора. Я, спотыкаясь, брела по лабиринту, падала, обдирая кожу на ладонях, тщетно ощупывала стены в поисках тайного выхода. Пахло сыростью и плесенью. В какой-то момент я почувствовала себя совершенно обессиленной блужданиями в темноте и сырости. Я прислонилась к стене и закрыла глаза. И... в темноте, с закрытыми глазами, я увидела-почувствовала тонкую золотистую нить. От неё исходило чуть заметное тепло. Я осторожно, почти не веря в удачу, поймала её конец и, наматывая её на ладонь, пошла за ней. С каждым шагом я шла всё увереннее и увереннее, ведомая золотой нитью, которая разгоралась всё ярче и ярче, согревая меня. Я раскрыла глаза и оказалась в прежней темноте и сырости, руки испуганно метнулись вперед, нащупывая каменную стену, скользкую от плесени.

- Спокойнее, Римма! - одернула я себя и закрыла глаза. Золотистая нить по- прежнему была намотана на мою ладонь. Я с облегчением вздохнула и решительно шагнула вперед, сквозь каменную кладку. Наконец, впереди забрезжил свет. Я с облегчением вздохнула и вскоре вышла из лабиринта, окутанная теплым сиянием нити.

Когда я открыла глаза, но в первое мгновение оторопела от шума и грохота. За пределами лабиринта бушевала гроза. Сотни молний перечеркивали тяжелые черно-сизые тучи. Раскаты грома оглушали. Я оглянулась. За стеной проливного дождя не было видно ни замка, ни лабиринта. Эмора, впрочем, тоже не было видно. Я привычно прикрыла глаза и заскользила вниз, увлекаемая нитью. Сияние нити стало увеличиваться, тепло превратилось в жар. Я открыла глаза. Внизу появилась знакомая поляна. Чародеи и Баба Яга, замершие в углах пентаграммы. Ратмир? Воевода стоял на коленях на прежнем месте. Бледное измученное лицо. Из разрезанного запястья кровь скатывалась на клубок призрачно мерцавшей нити, которую он разматывал - нити, которая вывела меня из лабиринта. Я с благодарностью коснулась бледного обескровленного лица, но мои руки прошли сквозь него. Но казалось, Ратмир почувствовал, что я рядом - бледное лицо осветила слабая улыбка. Я поняла, что он держится из последних сил - потеря крови становилась критической. Пора действовать! Я метнулась к собственному телу и увидела Эмора. Зловредный старикашка старательно пытался отвести молнии в моё тело, что бы сделать моё возвращение невозможным. По принципу, ни тебе, ни мне.

- Ах, ты сволочь мерзопакостная, - пробормотала я и, размахнувшись, ударила по нему золотой нитью как хлыстом.

Эмор обернулся, блеснув кроваво-красными глазами, и между нами завязалась борьба. Зловредный маг не подпускал меня к моему телу и изо всех сил старался притянуть к нему молнии, а я делала всё, чтобы его старания оказались безуспешными. В какой-то момент, отгоняя Эмора нитью как плетью, я отметила, что сияние стало тускнеть. Сначала, в пылу борьбы, я не придала этому значение, но внезапно, в очередной раз отбросив мага от тела, я осознала, что происходит, почему тускнеет нить: жизненные силы Ратмира на исходе. Поняв это, я решительно отбросила нить, не желая рисковать жизнью спасшего меня, и сразу ощутила, насколько труднее стало бороться с Эмором. Вне тела, ни я, ни Эмор, не могли применять свою чародейную силу, но маг использовал свои амулеты.

Большая шаровая молния, шипя, приближалась к нам, то ли волей случая, то ли подчиняясь амулетам Эмора. Старикашка злорадно потирал руки, предвкушая скорую победу. Вспомнив все уроки Ратмира, я ринулась в рукопашную, чем немало удивила Эмора. Завязалась не шуточная борьба. Выражение "немощная старость" было явно не об Эморе: дедок оказался на редкость жилист и изворотлив. Я бросалась на него с яростью берсерка. В какой-то момент мне далось оттеснить его от моего тела в сторону жертвенного козленка. Шаровая молния, шипя, освещала нас. Эмор, отскочив от меня, занес руку с амулетом, призрачно поблескивающим в его руке, готовясь швырнуть его в мое беззащитное тело, распростершееся внизу. Очевидно, амулет должен был притянуть к себе молнию. Я ринулась на Эмора и буквально протаранила, впечатала в тело козленка. На лице мага отразилось недоумение, тело засасывало его, как болото свою неосторожную жертву. В это мгновение шаровая молния ударила в козленка, испепеляя его и рассыпаясь на тысячи слепящих.

Я перевела дух и зависла над своим телом. Пора возвращаться. Я прикоснулась к неподвижной себе и ... открыла глаза. Во рту стоял привкус жгучей горечи. Сведенное судорогой тело онемело. Я медленно осторожно присела. Кружилась голова.

- Некогда рассиживаться, - поторопила я себя, глядя на неподвижное тело воеводы и, кое-как поднявшись, вышла из пентаграммы.

В то же мгновение фигуры, стоявшие в углах пентаграммы, зашевелились, обретая способность двигаться.

Я склонилась над Ратмиром, приподняла его голову. Окровавленные руки по-прежнему сжимали ставший совсем крохотным клубок призрачной нити. Обессиленный воевода слабо улыбнулся мне - холодеющие губы не слушались. Жизнь еле теплилась в нем: слишком много крови он потерял. Я растерялась, не зная, что предпринять.

- Помогите же ему!

Чародеи с неохотой приблизились. Евпатий пощупал пульс. Баба Яга зашелестела мешочками с травками, собираясь готовить зелье.

- Слишком большая кровопотеря, - отозвался Ставр, оглядывая Ратмира, - Вряд ли здесь что-то поможет.

Баба Яга оттеснила его и молча влила в рот воеводе свое зелье.

- Мы должны помочь ему! - решительно сказала я. - Ратмир помог мне справиться с Эмором!

- Это был его выбор, - небрежно заметил Въярд, безучастно глядя на нас.

Гнев захлестнул меня, готовясь выплеснуться наружу. Невесть откуда всплывшее в голове заклинание уже готово было сорваться с губ, испепеляя Въярда, когда я почувствовала на своем плече руку Евпатия. Он решительно сжал мое плечо.

- Мы постараемся ему помочь... только на многое рассчитывать не приходится: Ратмир слишком слаб, жизнь едва теплиться в нем, а мы все ... слишком много сил потратили на ритуал.

- Но ведь должно же быть средство помочь ему! - не сдавалась я.

- Ну, пожалуй, только магия крови... Так сказать подобное - подобным, - отозвался молчавший до сих пор Дар.

- Хорошо! Не будем терять времени! Что нужно делать? - ринулась я в наступление.

- Для начала вернуть человеческий облик Ратону, - сказал Въярд.

- Это подождет, - отмахнулась я.

- Вряд ли, - бесцветным голосом отозвался Въярд, оправляя длинную хламиду на своих плечах, - он лучше нас всех знаком с магией крови.

Я мысленно выругалась и встретилась взглядом с Бабой Ягой. Та чуть заметно кивнула.

Отряхнувшись, Ратон вознамерился было высказать мне претензии и выразить недовольство, но, встретившись со мной взглядом, вовремя одумался.

- Так, сначала спасем Ратмира, а потом можешь высказать всё, что ты думаешь, - примирительно сказала я, сверлящему меня мрачным взглядом Ратон.

Чародеи, участвующие в ритуале изгнания духа, и Баба Яга были изрядно вымотаны, так что Ратон оказался самым бодрым из нас. И самым зловредным! Этот наглец, пользуясь случаем, пытался торговаться со мной, чтобы я сняла чары Энеи.

- Снять чары может лишь тот, кто их наложил! - возмутилась я.

- Но раз уж ты претендуешь на звание Верховной ведьмы, тебе это должно быть по плечу! - парировал Ратон.

- Всё, милок, - проскрежетала Баба Яга, устало потирая виски, - терпение моё на исходе! Ритуал меня, конечно, вымотал, но и я с магией крови не понаслышке знакома, справлюсь уж как-нибудь! А уж потом я тебя таким заклинанием припечатаю, будет тебе, чем до конца жизни заняться! Хотя к чему откладывать на потом, уж сейчас душу потешу, а потом и за ритуал примусь!...

Угроза подействовала, чародей немного присмирел, деловито опустился на траву рядом с воеводой.

- Дождь мешает, - буркнул он.

Остальные чародеи отошли в сторону и объединились, заклиная грозу, отводя её в сторону. Баба Яга и Ратон, не испытывая друг к другу ни малейшей симпатии, тем не менее вместе готовились к ритуалу, извлекая из своих одежд необходимые предметы. Небольшая чаша с вырезанными внутри неё по кругу магическими значками. Кинжал с обоюдоострым лезвием.

- Кровь нужна, собственно говоря, - сказал Ратон, глядя мимо меня. - Твоя.

- Ну, так бери! - отозвалась я, протягивая руку запястьем вверх.

- Ха! Я присягу давал, я не могу пролить кровь Нареченной, - ехидно ответил он.

- Тьфу на вас!- обозлилась я, выхватила кинжал из его руки и полоснула себя по запястью, в ярости даже не чувствуя боли

Кровь алым ручейком опоясала руку. Баба Яга подставила чашу. Чародей тем временем забрал у меня окровавленный кинжал и, зашептав слова заклинания, надрезал ладонь Ратмира. Я попыталась возмутиться, но Яга приложила палец к губам, остановила меня, давая понять, что всё идет как надо. Несколько капель крови воеводы Ратон добавил в чашу, а потом соединил наши раны, приложив моё запястье к надрезанной ладони Ратмира. Яга деловито влила в чашу прозрачную жидкость, потом всыпала зеленый порошок, слабо пахнувший тиной. Всё тщательно перемешала, и жидкость в чаше заискрилась, подернулась радужным светом. Баба Яга с чародеем обменялись взглядами и приступили к обряду. Ведьма окропив жидкостью меня и воеводу, нарисовала таинственные знаки мне на лбу, на руках и груди, тоже она проделала с Ратмиром. А чародей речитативом читал заклинание на неизвестном мне языке. Это давалось ему тяжело, было видно, что заклинание требует полной концентрации всех сил: по лицу Ратона катились крупные капли пота, руки были сжаты в кулаки с такой силой, что костяшки пальцев побелели от напряжения. Я, не зная этого древнего языка, не могла разобрать слов, но общий смысл мне был понятен. Заклинание связывало воедино наши жизненные силы, и моя сила, по принципу сообщающихся сосудов, перетекала в Ратмира, возвращая его к жизни. Я почувствовала слабость и легкое головокружение, порадовалась тому, что лежу, иначе могла бы упасть. Но это не расстроило меня, а наоборот, обрадовало: значит, заклинание работает и Ратмир будет спасен.

- Достаточно! - донесся голос Яги как будто издалека.

Ратон, ослабевшим голосом читающий заклинание, разъединил наши руки, а Яга слова окропила их остатками зелья из чаши.

- Всё получилось? - пискнула я.

- Получилось, получилось, - ворчливо успокоила меня ведьма, поглаживая по волосам.

Силы чародеев, отводящих грозу, иссякли и дождь с новой силой хлынул на нас. Промокшие до нитки, мы жались друг к другу. Даже говорить было невозможно, шум дождя и грохот грома перекрывал всё. Ратон поддерживал Ратмира. Лицо воеводы уже не было так пугающе безжизненным, глаза закрыта. Грудь ровно вздымалась. Я вопрошающе посмотрела на Ягу. Как он?

- Спит, - прочитала я по губам ведьмы. Я благодарно улыбнулась, меня тоже немилосердно клонило ко сну, не смотря на буйство природы вокруг. Баба Яга явно пыталась мне что-то сказать, но я не слышала её. Она повторила что-то еще раз. Потом еще.

- Горыныч! - наконец, прочитала я по губам и кивнула ей, подтверждая, что поняла, о чем она хочет сказать.

Я сосредоточилась, мысленно взывая к своему стражу. Раз за разом я обращалась к Горынычу, призывая его к себе, пока наконец не почувствовала слабый отклик. Постепенно отклик усиливался, и я поняла, что Горыныч определил наше месторасположение и приближается. Глаза закрывались, хотелось спать. Периодически, чтобы, уснув, я не прервала связь-маячок с Горынычем, Баба Яга пощипывала меня. Я плавала в полусне-полуяви, удерживая связь с Горынычем. Наконец, нас накрыла тень, мой телохранитель кружил над поляной, выискивая место для посадки.

Глава 30

Когда я открыла глаза, солнце было высоко и палило нещадно. Мы прятались под тенью Горыныча, который в грозу защитил нас от дождя, а теперь - от палящего солнца.

Все мы являли собой весьма жалкое зрелище - уставшие, в плохо просохшей грязной одежде, бледные и голодные. Ратмир спал, грудь спокойно вздымалась. Я осторожно коснулась рукой его плеча, собираясь разбудить.

- Не тронь, Римма, - остановила меня Яга, - спит воевода. Не разбудить его тебе сейчас.

- Почему? - испуганно спросила я.

- Не пугайся, всё с ним хорошо будет, - успокоила Яга, - сон его продлиться пока Ратмир вновь в силу не войдет, тогда он и очнется, а пока не замай... До последней капли, всего себя отдал, чтобы тебе помочь, только твоя жизненная сила, которой ты с ним поделилась, его на краю гибели удержала, - пояснила она, оглаживая волосы воеводы, - теперь потихоньку, полегоньку он будет сил во сне набираться...

- Но он... проснется? - спросила я, пристально всматриваясь в спокойное лицо спящего Ратмира.

- Конечно, - уверенно ответила Баба Яга. - Наберется сил и очнется... А нам, однако, пора к себе в Избушку отправляться, к поединку готовиться, некогда здесь в грязюке рассиживаться, не хрюшки чай!

Я вышла из-под тени Горыныча и поприветствовала его. Головы критически оглядели меня со всех сторон, обменявшись неодобрительными взглядами.

- Совсем не бережешь себя! - заявила одна голова.

- Вот-вот! Кожа да кости остались! - поддержала другая.

Третья укоризненно и неодобрительно посмотрела в сторону чародеев. Я ласково прогладила чешуйчатого друга.

- Горынушка, отвезешь нас? - спросила я, указывая на Ягу и воеводу. В ответ Горыныч осторожно опустил крыло, чтобы нам удобнее было взобраться на него.

Уставшие чародеи, очевидно, рассчитывали, что Горыныч и их повезет, однако, у моего зеленого стража было свое мнение на этот счет. Подняв воеводу на спину Горыныча и привязав его, чародеи принялись устраиваться на хребте.

- Может, я чего не понял? - наблюдая за их действиями, поинтересовалась одна голова.

- Мне кажется, мы никого не приглашали, - задумчиво отозвалась вторая.

- Да и не осилим без обильного обеда-то! А вот ежели подкрепиться поплотнее, - мечтательно начала третья и, облизнувшись раздвоенным языком, потянулась к Въярду. Тот кубарем скатился вниз.

- Какая прыткая закуска! - ухмыльнулась голова, остальные две с псевдогастрономическим интересом оглядели остальных чародеев. Те, ворча под нос, шустренько, не смотря на усталость, спустились вниз.

- Куда ж вы? - "удивленно" вопросила одна из голов.

- Мы уж как-нибудь сами доберемся, - отозвался Ставр.

- Да-да, мы не торопимся, - подтвердил Ратон, отступая от склонившейся к ним облизывающейся головы Горыныча.

- Зряяя, - "разочарованно" протянул крылатый юморист, - мы б ... подружились, - и плотоядно облизнулся еще раз.

Мы с Ягой обменялись довольными взглядами. Головы подмигнули нам.

- А где Амаран? - наконец, вспохватилась я, вспомнив о придворном маге.

- Да вон он сидит, - отозвалась Яга, указав мне.

На краю поляны, чуть в стороне от бывшей пентаграммы, сгорбившись, сидел седой старик безучастным взглядом глядевший себе под ноги. В этой немощной фигуре с трудом можно было узнать придворного мага Амарана.

Когда я открыла глаза, Горыныч кружил над поляной Бабы Яги, снижаясь, шел на посадку. У Избушки толпились люди. Я узнала Князя Яромира, сидевшего на ступеньках.

- Ну, ни дня без гостей! - проворчала Яга, когда Горыныч приземлился. - Эй, молодцы, а ну-ка, помогите воеводу снять! - позвала она.

По разрешающему кивку Князя, ратники сняли спящего воеводу и помогли нам с Ягой спуститься. Я благодарно погладила Горыныча по крылу

- Спасибо, Горынушка! Выручил в очередной раз!

Горыныч ласково лизнул меня тремя раздвоенными языками.

Пока стражники под руководством Яги устраивали воеводу в Избушке, мы с Яромиром сидели, привалившись к ножкам Избушки. Молчали, только переглядывались и вздыхали.

- Что-то еще случилось? - спросила я, понимая, что отдохнуть мне не удастся.

Яромир вздохнул, зашуршал чем-то и, наконец, протянул мне бумагу.

- А если своими словами? - поинтересовалась я, поглядывая на длинный свиток.

- Аааа, - только и махнул рукой Князь.

Да, коротко - не получилось: проблем было предостаточно. Из-за того, что Яромир оказался чародеем, в Княжестве пошли волнения, ибо не порядок, Князь чародей, Наречённая - ведьма, налицо, нарушение традиций и прав не владеющих чарами.

- Но это нам только на руку, - порадовалась я, - теперь мы разрываем помолвку и ты вправе выбрать себе в жены не ведьму!

- Не всё так просто! Тебе присягали на верность...

- И что? Ведь можно... освободить от присяги?

Княжеские советники опасались, что я буду бороться за власть, уповая на то, что мне приносили присягу. "Освобождение от присяги" создавало бы прецедент того, что от слов верности можно "освободить", отказаться - это подрывало моральные устои. Но, так или иначе, в одном советники были едины, невестой Князя, а тем более женой, я быть не могу, как и любая иная ведьма. Теперь они были готовы способствовать всеми силами в возвращении меня в мой мир. Но и с этим было не всё так просто из-за вызова на поединок. Если проиграю, то здесь всё ясно по принципу "нет человека - нет проблемы", выиграю - стану Верховной ведьмой, то есть еще большей угрозой власти.

- Твоим советникам в голову не приходило, что моя цель - не борьба за власть, а возвращение в мой мир? - поинтересовалась я.

Яромир тяжело вздохнул, подняв глаза к небу.

- И что они надумали, советники твои? - лениво спросила я, наблюдая за облаками, плывущими по небу.

Долгие раздумья советников вылились в этот самый свиток, составленный якобы от моего имени, где я объясняла причины невозможности быть невестой Князя и отрекалась от титула Нареченной невесты, а Яромир объявлял меня названной сестрой. Далее мне следовало принести присягу верности Князю. Причем подписать это следовало именно сейчас - до поединка, ибо Верховная ведьма не может присягать на верность правителю, тем более, ибо сам он - чародей.

- Да уж, просто клубок противоречий какой-то!

С выбором невесты и теперь всё было не просто. Самые влиятельные роды норовили сосватать Князю своих дочерей. Ему же, кроме Мирры, никто не был нужен, советников же кандидатура дочери простого охотника не устраивала. Но и Мирру он не мог представить народу в качестве своей избранницы, ибо обвинение с неё не было снято и решение этого вопроса было отложено до моего поединка.

- Мне ничего не остается, как только победить! - усмехнулась я.

- Очень на это надеюсь! - серьезно сказал Князь.

Я подписала свиток и мы сидели, прислонившись друг к другу, и молча наблюдали за движением облаков, пока чьи-то шаги и неясное шуршание не отвлекло нас. Мы одновременно обернулись. В нескольких шагах от нас стоял Жутиков и очищал веточку липы от коры с самым невинным видом.

- Выздоровел, значит, - прокомментировала я, кивнув на Жутикова. - Полагаю, что Яга и Василий, вряд ли здесь ему обрадуются.

- Ооочень хорошо их понимаю, - усмехнулся Яромир. - Но куда ж его еще?

- То же верно... К делу б его какому-нибудь пристроить, а то его творческая натура тянет на сомнительные подвиги.

Яга встретила Жутикова тяжелым взглядом, кот многозначительно рассматривал свою лапу с выпущенными когтями.

- Не изба, а лазарет какой-то, - проворчала Яга, - одни больные да убогие! Может, в зверуху какую полезную тебя обратить, чтоб под ногами не путался?! - сурово вопросила она.

Жутиков всем своим видом показывал, что он будет ниже воды тише травы. Зная его натуру, верилось в это с трудом. Баба Яга хмыкнула.

- Ладно, разберемся попозже. А пока нечего рассиживаться, Римка! Князю дела княжеские, а тебе к поединку готовиться!

...Я сладко потянулась, просыпаясь. Сквозь полудрему доносились голоса Яги и Жутикова. Спорят. О женщинах... и любви. От удивления я окончательно проснулась.

- Да что ты-то в женщинах понимаешь?! - взорвалась Яга.

- Ха! - высокомерно хмыкнул Жутиков. - И чего в них понимать-то особенного? Можно подумать, они сильно друг от друга отличаются!

О, Жутиков оседлал своего любимого конька! Зная характер Бабы Яги и её вспыльчивость, и шовинистический настрой Жутикова, можно с уверенностью сказать, что добром этот спор не кончится. Более того, предполагаю, если Жутиков бабулю выведет из себя, то имеет большой шанс испытать на себе действия её магии. А уж в кого она его превратит, это уж как повезет, или, наоборот, не повезет.

Я потянулась еще раз, стараясь не слушать переходящую на повышенные тона дискуссию.

- Пора, Риммау, - мявкнул кот, стаскивая с меня одеяльце.

Пока я ходила к ручью - умыться, освежиться, кот накрыл стол к обеду, а Яга и Жутиков продолжали высокоинтеллектуальную беседу, грозящую перейти в локальный конфликт. Мы с Василием не вмешивались.

- Это я-то в ухаживаниях ничего не понимаю?! - взорвалась Яга.

- Да в вашем возрасте-то вообще отличия мужчин от женщин вряд ли помните! - парировал Жутиков.

Я заглянула за занавеску. Ратмир по-прежнему спал. Грудь вздымалась спокойно и размеренно. Я погладила его по плечу.

- Васюшь, я ухожу. Надеюсь, эти двое Избушку в порыве спора по бревнышку не разнесут.

Кот с сомнением почесал ухо, прикидывая возможные повреждения.

Глава 31

Вечерело. Солнце скатилось к горизонту. Вершины сосен алели, а под кронами уже царил полумрак и прохлада. До поляны, где намечалась встреча с ведьмами, я добралась быстро: благодаря покровительству Лешего и знаниям, которыми он со мной поделился, я могла ходить по лесу практически с закрытыми глазами.

Ведьмы сидели у костра. Не огненного - такого безобразия в лесу Леший не потерпел бы - чародейного, призывно играющего разными цветами, отражающего силу каждой из ведьм.

- Добрый вечер, сестры! - поздоровалась я, и язычок пламени нежно-зеленого цвета шагнул с моей ладони к общему костру, постепенно окрашивая его в ровный нежно-зеленый цвет. Ведьмы переглянулись, одобрительно закивали головами.

- Присаживайся, сестра! - сказала Энея, отодвигаясь и предлагая место рядом с собой. Немного помолчали.

- Все мы здесь, - Энея указала кивком на ведьм, - потомки Верховных Ведьм. Наши прабабки в своё время бросали вызов чародейному кругу и одерживали победу ... или сгорали.

Я с интересом оглядела ведьм. Из семерых четверо мне были хорошо знакомы - во время войны с черной нежитью они вместе со мной сражались в летучем спецотряде.

- Наш долг, сестра, подготовить тебя к поединку и поделиться знаниями, - продолжила Энея.

За всю историю Княжества семь раз ведьмы бросали вызов чародейному кругу, я - восьмая. Причины у всех были самые разные. Четыре раза поединок заканчивался развоплощением ведьм, три - полной победой. Первая, ставшая Верховной Ведьмой, победив в поединке объединённый круг чародеев - ведьма Рада. Она боролась за право быть ведьмой, до неё владеющими силой признавались только мужчины, а ведьм нещадно преследовали и сжигали. С её победы и пошла традиция: Князь должен жениться на ведьме. Вторая из победивших - прапрабабка Энеи - отстаивала своё доброе имя, обвинённая в чернокнижии и связями с нежитью. После победы в поединке открыла свою школу ведьмовства и знахарства. Была известна как лучшая целительница. Дожила до глубокой старости, передавая свои знания и умения ученицам. Третья, будучи сильной ведьмой, боролась за власть, погубила княгиню, и, желая занять её место, пыталась приворожить Князя. Пойманная на месте преступления, вызвала чародейный круг на поединок, желая доказать своё превосходство. Победила и была отвергнута Князем, не имея возможности навредить ему лично - ибо присягала ему на верность, будучи еще просто ведьмой, стала истреблять чародеев и ведьм, желая стать единственной владеющей силой в Княжестве. Вошла в историю как Кровавая Дита. Была съедена Горынычем. Двое из проигравших, погибших в поединке - боролись за власть, желая стать во главе чародейного круга. Еще одна - Скорбящая Эльза, вызвала на поединок чародеев, желая защитить созданную ею нежить - поднятого погибшего возлюбленного. Последняя из вызвавших чародеев на поединок - Матильда - настаивала на превосходстве ведьм над чародеями, старалась доказать, что чародейство противно мужской природе и не дело им этим заниматься. Вот после её поражения и началось подспудное разделение чародеев и ведьм. В тяжёлые времена - сплачивались, во времена мира - строили друг другу козни и всячески противились делиться знаниями, разделились на сторонников патриархата и матриархата в чародействе. И у ведьм, и у чародеев были свои секреты, свои тайные знания, которыми они очень неохотно друг с другом делились. Так уж сложилось, что у ведьм было больше склонности к природной, стихийной магии, а у чародеев - к предметной.

Ведьма, победившая в поединке, вбирала силу побежденных чародеев, проиграв - развоплощалась ими же, поэтому поединок и был крайним средством. На него решались лишь в том случае, когда отступать некуда, и другого способа отстоять своё право не было. Тем удивительнее было и чародеям и ведьмам, что я вызвалась на поединок, заступаясь за Мирру.

Каждая из семи ведьм, собиралась поделиться со мной знаниями о поединке. Знания о трех победах и четырех поражениях.

Ритуал передачи информации был не очень сложен, но требовал много сил, а мне его предстояло пройти семь раз за одну ночь. Над магическим огнем поставили треногу, на которую водрузили большой котел. В быстро закипевшую воду добавляли травы и порошки, экстракты. Внезапно вода успокоилась, став зеркально гладкой. В воду первой опустила правую руку ладонью вверх Энея. Я - вода обжигала и холодила одновременно! - вложила в её ладонь свою левую руку. Когда вновь успокоилась вода в котле, в центре появилась маленькая воронка, она затягивала, манила и ... я увидела поединок глазами прапрабабки Энеи. Её мысли, её чувства, её эмоции. Трижды я переживала поединок, видя всё происходящее глазами сражающейся с чародеями ведьмы, еще четыре - глазами очевидицы.

Немного придя в себя после последнего ритуала, переведя дух и глотнув очередного настоя, заботливо и предусмотрительно переданного мне Бабой Ягой, мы ввосьмером старались найти то общее, что помогло победившим, а что погубило развоплощенных. Все ведьмы были разными, их вели разные желания, разные чувства. Одно, что объединяло ставших Верховными Ведьмами, - вера в свою правоту, вера в себя, вера в победу, и ещё они не подчинялись навязанным правилам и привычным канонам.

Возвращалась я уже под утро. Посветлевшее небо указывало на скорый рассвет и начало нового дня. Отведя ветку клена, я шагнула на поляну и с удовлетворением отметила, что Избушка на месте, явных следов разрушений не видно, что само по себе радует. Я с умиротворенной улыбкой подставила лицо свежему ветерку.

- Милая мояяяя!!!!!!!!!! Солнышко лесноееее, - раздался пронзительный голос, который честнее стоило назвать пронзительным воплем. От неожиданности я вздрогнула и, слушая продолжения "пения", даже покрылась мурашками, отнюдь не от удовольствия.

- Что за ...? - Я не могла подобрать слово, отступив в лес.

Присмотрелась, выглядывая из-за веток и едва удерживаясь от желания либо зажать уши, либо шарахнуть по певцу заклятьем немоты. Под окнами Избушки стоял Жутиков. И пел... От увиденного и услышанного я чуть дар речи не потеряла.

Кто-то потерся об мои ноги, соболезнующее мурча. Василий. Я вопрошающе кивнула на орущего-завывающего-поющего Жутикова, ожидая объяснения этому кошмару. Кот нервно повел ушками.

- Ягуля, - только и пояснил он и тяжело вздохнул. Видя мой непонимающий взгляд, пояснил: - Спорили они, спорили о чувствах высоких да ухаживаниях... Бабулю ты знаешь... спутника своего, малохольного, тоже...

Да уж! Как выяснилось, Жутиков в споре особенно напирал на то, что как бы сильно не был увлечен настоящий мужчина - ну, а самым настоящим-разностоящим является, разумеется, он сам - никогда не пойдет на глупости типа песенок да стишков всяких. Да и вообще, нет никакой любви, есть половое влечение!... Вот бабуля в качестве лучшего аргумента напоила исподволь наглеца любовным зельем.

- Теперь он к ней страстью любовной воспылал и вот результат? - я кивнула на поющего Жутикова.

Кот мявкнул, кивнул, нервно подрагивая, когда певец брал особо высокие ноты.

- Как же Яга эти вопли выдерживает? - удивилась я. - По-моему, даже у Избушки по ногам мурашки нервные бегают!

- А внутри полог беззвучия накинут, - отозвался кот.

- Тогда пошли внутрь да побыстрее! - я решительно подхватила кота на руки и почти бегом направилась к избе.

Внутри действительно было тихо. Хитро улыбающаяся Яга сидела у окна и что-то быстро вязала. Спицы шустро мелькали в её руках.

- Не подарок ли поклоннику вяжете? - поинтересовалась я не без ехидства.

- Ха! Тебя, голубка, поджидаю да время коротаю, - отозвалась она.

Неожиданно Избушка накренилась, и раздался звук приличного шлепка. Мы дружно выглянули в окно - Жутиков кубарем летел к краю поляны.

- Нервы у Избушки сдали, - догадалась я.

Избушка виновато поскрипела, извиняясь, и замерла.

Глава 32

Проснулась я с ощущением безграничной радости и ликующего счастья, чувствуя себя прекрасно отдохнувшей и полной сил, несмотря на то, что спала не больше пары часов. Потянулась и ... Внезапное озарение: Ратмир! Я мгновенно вскочила и ринулась за занавеску, где спал воевода.

Ратмир потянулся, глубоко вздохнул и открыл глаза, просыпаясь.

- Ура! - я еле сдерживалась, чтобы не запрыгать на месте.

Воевода улыбнулся, узнавая меня, и присел.

- Голова не кружится? Как ты? - набросилась я.

- Прекрасно! - ответил он, улыбаясь мне и собираясь подняться.

Я удержала его, положив руку ему на лоб, вслушиваясь и анализируя состояние Ратмира. Действительно, прекрасное самочувствие!

- С возвращением! - и я не удержалась от того, чтобы обнять его. На несколько мгновений мы так и замерли - обнимая друг друга. Из-за занавески раздался то ли смешок, то ли покашливание Яги.

- Кажется, кто-то проснулся? - поинтересовалась она, появляясь с большой чашкой отвара в руках, оттесняя меня от Ратмира.

Через некоторое время, тоже убедившись, что воевода здоров и полон сил, она отправила нас освежиться перед завтраком. Мы согласно закивали. Я распахнула дверь и едва не столкнулась с Жутиковым. С изумлением увидев, что он прячет за спиной букет.

- Ооо!! - только и смогла сказать я.

Погода была просто замечательной, и я предложила Ратмиру прогуляться к реке; взяла его за руку, испытывая огромную радость от того, что можно дотронуться и убедиться, что с ним всё в порядке. Воевода в ответ сжал мою ладонь.

- Нареченная...- начал он.

- Уже нет, - посмеиваясь, перебила я его, - просто ведьма, - и рассказала о произошедших за время его сна событиях.

Искоса взглянув в его лицо, я увидела, что Ратмир ... не огорчен этой новостью. Он еще крепче сжал мою ладонь.

- Ты подарила мне жизнь, - произнес он, возвращаясь к ритуалу изгнания духа Эмора.

- А ты - мне, - отозвалась я.

Мы еще крепче переплели наши пальцы, слов было не нужно. По дороге через луг я собирала ягоды вороньего глаза, нанизывая их на сухой стебель. Когда стебелек был полностью ими заполнен, я согнула его в круг, образуя своеобразное ожерелье.

Река манила прохладой и веселым плеском воды. В нескольких метрах от берега, брызгаясь и хохоча, резвились три русалки.

- Доброе утро, девочки! - поприветствовала я, спускаясь к воде и передав воеводе черное ожерелье. - Искупаться разрешите?

- Римма! - серебристо рассмеялись они. - Тебе - конечно, а вот спутнику твоему придется либо на берегу ждать, либо откупаться!

Ратмир спустился к воде и протянул переданные мной нанизанные ягоды русалкам. Старшая осторожно приняла его.

- Вороний глаз? - с восторгом переглянулись две другие, подплывая к ней.

- Он самый, - подтвердила я, входя в воду.

Прозрачно-синие глаза русалок с благодарностью смотрели на меня.

- Сколько? - встрепенулась самая молоденькая, пересчитывая черные блестящие ягоды.

- Двадцать одна, - опередила я её.

- Ооо! - вырвался единый вздох.

Семь ягод вороньего глаза, съеденных в ночь летнего солнцестояния, позволяли русалкам обрести ноги. До рассвета. Русалки благодарно склонили головы.

- Знатный подарок ты нам преподнес, витязь, - прожурчала старшая, стрельнув в меня глазами. - Можешь войти в воду.

Я довольно улыбнулась и поплыла. Вода освежала, наполняла энергией свежего утра. Выше по течению находился источник с живой водой, и часть его смешивалась с водой реки, даря свою живительную силу. В нескольких метрах от меня вынырнул воевода.

Когда мы вволю наплавались и наплескались, он первым вышел на берег и повернувшись спиной к реке. Подставил лицо солнечным лучам.

- Скромный какой, - хихикнула русалка, подплывая ко мне. Следом вынырнули её подруги. На шее каждой из них вперемешку с речными жемчужинами висело по семь ягод вороньего глаза.

- Римма, приходи завтра к источнику с живой водой на рассвете. Ночь перед полнолунием!..

Я благодарно улыбнулась - царский подарок перед поединком!

- А это наш подарок твоему витязю, - и русалка протянула мне несколько серебристо-зеленых прядей-водорослей.

Я еще раз поблагодарила русалок и выбралась на берег, накинула рубашку.

- Можно уже поворачиваться, - обратилась я к стоящему спиной воеводе.

- Идем? - он обернулся и кивнул в сторону леса.

- Прими подарок от речных дев-хранительниц, - и я протянула ему отливающие серебром водоросли.

- Да? И что это? - скептически поинтересовался он.

- Поклонись им и поблагодари, потом объясню, - пообещала я. - Поверь, это очень дорогой подарок.

Воевода развернулся к реке и отвесил русалкам низкий поклон. Те одарили его улыбками и скрылись под водой.

- Ты скажешь, что это?

- Один из самых мощных оберегов! Вплетенный в рукава, ворот и низ рубахи, защитит тебя лучше кольчуги и от стрелы, и от удара меча, не говоря уже о том, что и злые чары отведет, - с удовольствием пояснила я.

- Я воин, больше привык рассчитывать на собственную силу и ловкость.

- Однако, лишней защиты не бывает, тем более, чувствую, скоро тебе предстоит дальний путь... - я передернула плечами, отгоняя предчувствии скорой разлуки. - На запад...

- На запад? - удивился Ратмир. - На западных границах всё спокойно.

Я только пожала плечами. Мы переплели пальцы и в молчании пошли к лесу. Из задумчивого состояния меня вырвал Жутиков, догнавший нас на опушке и что-то прячущий за спиной. Выглядел он странно смущенным.

- Никак с цветами? - ахнула я, стараясь заглянуть ему за спину.

- Чего б ты понимала в этом! - буркнул он, отгораживаясь от нас и намеренно отставая.

Мы с Ратмиром переглянулись и расхохотались.

- Это надо было видеть!

Яга встретила нас на пороге избы, уперев руки в боки, она нетерпеливо подергивала плечом, явно недовольная, нашим долгим отсутствием. Не сказав ни слова, кивком указала нам поторопиться в избу.

Мы вошли. Василий лениво гонял по полу мышь. Воинственную такую мышь.

- Кто на этот раз? - поинтересовалась я, подхватывая грызуна.

- Гонец к воеводе, - ответила Яга, смахивая несуществующую пылинку со стола.

- За что ж вы его так? - удивился воевода.

- Грамоту Княжескую показывать не хотел, - пояснила Яга.

- Так то верно, не имеет права показывать, кому бы то ни стало, кроме меня, раз ко мне послан, - вступился за гонца Ратмир.

- Знаю, что верно, - проворчала Яга, - поэтому и не в полено обратила, а в тварь живую!

- И на том спасибо, бабушка, - хмыкнул воевода.

Расколдованный гонец, бледный, но не сломленный, с достоинством протянул запечатанную грамоту воеводе.

Предчувствие меня не обмануло. Воевода пробежал глазами послание и поднял на меня глаза.

- Дан приказ ему на запад, - процитировала я, усмехнувшись.

- А ну-ка, дай гляну! - потребовала Яга.

Ратмир покачал головой.

- Тьфу на вас! - в сердцах выговорила Баба-Яга. - Эх, служивый, - обратилась она к гонцу, - до коня на своих двоих дойдешь или опять мышкой серой тебя гнать? Я вроде тебя на постой не принимала к себе, нечего здесь рассиживаться! Расшастались, как к себе домой! Ходят и ходят, ходят и ходят!... А ты, воевода...

Неожиданно дверь распахнулась, и появился Жутиков. С букетом. Яга, сверкнув глазами, выхватила цветы.

- Стихов теперь желаю! - гаркнула она и вытолкала поклонника за дверь.

Гонец поспешил ретироваться, стараясь это сделать с достоинством. Яга шумно выпустила пар. Её взгляд остановился на серебристых нитях, зажатых в руке воеводы.

- Русалки подарили? Своевременный подарочек!

- Я воин! - отозвался Ратмир.

- Никто и не оспаривает, - отозвалась Яга уже более миролюбиво. - Только вот у Римки-то послезавтра Поединок, а вы с ней заклятьем крови связаны: любая рана, полученная тобой, ослабит её и отразится на ней! Приказ-то, небось, советник Дубомир подписал? Можешь не отвечать, и так знаю! Идею ему не иначе как племяннички подсказали!

- А кто у нас племяннички? - поинтересовалась я, поглядывая на ватрушки.

- Чародеи Въярд и Ратон, - ответила Яга. - Кому, как ни им, знать, чем может обернуться для Римки во время поединка любое твое ранение!

Мы молча переглянулись.

- Ладно, что время терять, садитесь к столу, - добавила Яга. - А я пока подарочек дев речных к рубахе твоей прилажу, будет тебе доспехом.

Мы молча завтракали. От чая поднимался душистый аромат, я автоматически выделила нотки чабреца, зверобоя, земляники. Помнится, Яга говорила, что с моими-то способностями хоть на чае гадать можно? Пора поверить в себя. Я положила руку на запястье воеводы и впилась глазами в чайное озерцо. Что там у нас на западных границах? Чай забурлил, вскипев под моим взглядом - а я в ярости даже удивиться этому не успела! - и через мгновение поверхность блеснула зеркальной гладью. Открылась прямо-таки пасторальная картинка. Опушка леса. Уютные домики, коровки на лугу. Широкая полноводная река, через неё перекинут крепкий мост. На мосту стражники. Рядом бревенчатый дом с окнами-бойницами. Похоже, граница проходит по реке, дугой огибающая Княжество с запада. Вверх и вниз по реке мостов не видно, зато вдали чуть виднеются сторожевые башни. Воевода прав, опасности для границ не наблюдается. Я заглянула через реку. Некоторое время понаблюдала за жизнью соседей. Не заметно, что они готовились к войне или наступлению: озабочены сбором урожая на полях. К своему стыду поняла, что не знаю даже, чьи земли простираются за рекой. Невежа. Проследовала по главной дороге до столицы. Везде будничная суета. Городок, как видно, восстанавливается после большого пожара. Убедившись, что западные соседи воевать не собираются, вернулась к реке. Воевода прав, западным границам ничего не угрожает. Вроде бы всё спокойно, но почему так щемит сердце, предчувствуя беду? Или я становлюсь мнительной? Заглянула в сторожку, вслушалась в разговоры ратников. Ожидают воеводу Ратмира с ревизией. Ни слова об опасности со стороны соседей или еще кого-либо. Я птицей взметнулась ввысь, оглядывая взором окрестности. Что искать? Откуда ждать опасность? Всё спокойно... Всё спокойно? К реке вели две основные дороги. Я спустилась ниже. Покружила над одной, потом над другой. Прислушалась. Медленно двинулась снова от реки вглубь Княжества, исследуя придорожные окрестности. Так ... Есть! Я покружила над группой настороженных людей, притаившихся у дороги. Спустилась ниже, присела на ветку, слушая приглушенные разговоры. Холодная ярость затопила сердце: ждут Ратмира. Ясно, что не для того, чтобы встретить хлебом-солью. Все-таки, засада. Я сорвалась с ветки и мгновенно перенеслась к другой дороге, осматривая придорожье. И скоро нашла то, что искала. И здесь засада.

- Сволочи! - прошипела я, вслушиваясь, как главарь раздаёт указания, где и кому как встать и когда ожидать появление отряда.

- Не на войну едут, с ревизией, так что немного их будет, - пояснил он. - Да и нас встретить, никак не ожидают!

- Что б вам пусто было! - прошипела я.

- Сгинь, дурная птица! - замахнулся на меня главарь и наотмашь ударил саблей по ветке.

Я едва успела увернуться, лишь остриё коснулось крыла.

- Чтоб руки у тебя отсохли, - прошипела я, превозмогая боль в крыле.

- Ах ты...! - он вскинул лук.

Я резко вынырнула из оцепенения и отшатнулась от летящей стрелы. Чашка звякнула и раскололась, будто от удара в донышко. Душистый чай пролился на стол, а тонкая струйка побежала по столешнице и жарко коснулась моей руки.

- Ай! - невольно одернула я руку и увидела, что правое предплечье оцарапано и кровоточит, а к ранке прилипло несколько серых перышек.

Похоже, что кое-кто из чародеев к поединку уже приступил: решили, так сказать, хорошенько подготовиться по принципу "для достижения цели все средства хороши". Да, Яга права, похоже на руку Ратона, уж ему то известно, что даже рана, нанесенная Ратмиру, значительно навредит мне, не говоря уже о...

- Нет! Ничего у вас не выйдет! - вскипела я, вскочив с лавки.

Я стремительно развернула воеводу к себе лицом.

- Будет тебе защита! Ни меч, ни нож, ни стрела, ни копье, ни слово злое, ни чары - не коснуться тебя, вернуться к их пославшему! Да будет по слову моему! - словно вихрь сорвался с моих ладоней и на мгновение окутал воеводу облаком серебристо-зеркальных искр.

- Всё, - с облегчением сказала я и улыбнулась: эту защиту, не просто сломать, пока я жива. Пока я жива...

- Сильна! - весомо сказала Яга, с удовольствием оглядывая воеводу.

Она протянула ему рубаху-оберег, и занялась моей рукой. Заговорила ранку, а перышки сожгла.

- Ну, а теперь рассказывай, что видела, - строго потребовала она, присаживаясь рядом.

Яга и Ратмир слушали не перебивая, по мере того как я рассказывала, их лица мрачнели всё больше и больше.

-- Предупрежден, значит, вооружен, - усмехнулся воевода.

И с каждым сказанным словом я чувствовала, как тугая спираль холодной ярости во мне раскручивает свои витки. Кто сказал, что я белая и пушистая, и безответно буду подставлять себя и тех, кто мне дорог под удар? В конце концов, от поединка слишком много зависит: не только моя жизнь, но и судьба Мирры, а значит, и Яромира и всего Княжества, и судьба Ратмира, раз уж мы с ним связаны заклятьем крови, и вредины Жутикова, да и всех ведьм, если уж на то пошло! Раз назвалась груздем, отступать некуда!

"Яромир!" - мысленно позвала я, ведь как-никак, но он мой ученик, и как наставнице, мне с ним связаться совсем не сложно. И самое главное, что у такого общения нет свидетелей.

- Яромир!

- Римма?

- Да. Ты один?

- Нет.

- Я хочу тебе показать кое-что, без свидетелей.

- Хорошо. Пара минут.

- Позови, как будешь один. И еще... нам понадобиться зеркало. Лучше большое.

Ожидая зова Яромира, я сидела с закрытыми глазами. В Избушке было тихо. Слышно было, как у печки мышка грызет сухарик. Мирра. Никаких иных грызунов ни Яга, ни Василий в своем доме не потерпели бы.

- Римма! Римма!

- Слышу, - отозвалась я.

- Ура! Получилось! Я один. У зеркала.

- Смотри!

Я действовала по наитию, ведомая интуицией. Как можно точнее, я стала вспоминать и воспроизводить на зеркальной глади всё, увиденное мной у границ Княжества: засады на обоих дорогах.

- Тебя ранили?

- Ерунда. Уже всё зажило.

- Засада на воеводу... Измена?...

- Полагаю, что диверсия. Похоже, кое-кто из чародеев уже начал поединок...

- Но почему на воеводу?

Я вспомнила, что подробностей о том, как удалось изгнать дух Эмора, Князю не рассказывала, вероятно, другие участники событий тоже этого не сделали. Зеркало снова сослужило хорошую службу. Яромир долго молчал.

- Я думал, что поединок - это так благородно, по-честному... и чародеи мне раньше казались такими... возвышенными, чистыми в помыслах, - надтреснутым голосом произнес Яромир. - А оказалось, они такие же ... люди, со своими пороками, слабостями... Но ведь кто больше имеет, с того и спрос больше! - окреп голос Князя.

Яромир решил значительно усилить дружину воеводы, отправляющегося к границам. Дорогу, по которой Ратмир отправится, воевода определит перед развилкой, одновременно по второй дороге отправится вторая часть дружины.

- Всё будет хорошо!

Всё будет! Ишь, расслабилась! Всё, что нас не убьёт, сделает сильнее! Я выпрямилась, чувствуя небывалый прилив сил, и открыла глаза.

Воевода ускакал вслед за гонцом, готовится к походу. А я отправилась в лес, к Лешему. Совет его никогда не повредит. А потом и к Водяному загляну, пообщаться.

Высокие кроны почти закрывали небо, и в лесу царил полумрак.

- Хозяин леса, к тебе за советом! - позвала я и присела на поваленное дерево.

Леший не заставил себя долго ждать. Раздалось насмешливое уханье совы, и рядом скрипнула сухая ветка. Леший присел рядом на дерево.

- Добрый день!

- Добрый! ... Пришла всё же! Ишь, какие гордые ведьмы пошли, - проскрипел он, - ни помощь, ни советы им не нужны.

- Очень даже нужны. Я не гордая, я наивная, - в тон ему отозвалась я.

- Ведьмы мне ближе чародеев, ну а ты тем более.

- А почему ближе? - поинтересовалась я.

- Потому что к природе ближе! - сурово пояснил Леший. - Нет, конечно, и чародеи разные бывают... Но объясни мне, ведьма, зачем ломать живое дерево на костер, когда вокруг полно хвороста и сухостоя?

- А зачем? Сухостой и пилить не надо, да и хворост тоже... - задумалась я.

- А лень ему было сухостой да хворост собирать! - рявкнул Леший. - Что б ему пусто было!

Заручившись поддержкой Лешего, я отправилась к берегу реки, собираясь пообщаться с Водяным.

Картина, открывшаяся моим глазам на берегу реки, изрядно подняла настроение. Жутиков что-то писал прутиком на песке. Затаптывал и снова писал. А Василий ходил следом и, саркастически мурлыкая, критиковал рождающееся творение начинающего поэта. Да, "вот что с людями делает любоффф". Чтобы не мешать творческим мукам Жутикова, я поднялась вверх по течению и, раздевшись, вошла в воду.

- Водяной, совета прошу! - позвала я и поплыла.

Плавать и взывать пришлось долго. Наконец, у другого берега под корягой блеснули знакомые глаза. Водяной знаком поманил меня к себе: "Подплывай!". Хозяин воды явно пребывал не в духе: бурлил, ворчал, сверкал глазами.

- Вот скажи мне, ведьма!... - начал он раздраженно, но, не закончив фразы, снова замолчал. В полупрозрачном теле бурлили сотни водоворотов, выдавая сдерживаемую ярость.

- Что случилось? - осторожно спросила я, положив руку на его прохладную ладонь.

Водяной вздохнул, шумно выдохнул и поведал. Одному чародею для какого-то снадобья понадобились ... слезы русалки. Сначала он пытался разжалобить русалок грустными песнями, распугав при этом всю рыбу в округе, включая мальков и головастиков, и вызвав у русалок лишь приступы хохота.

- И это не потому, что мои девчонки черствые или бессердечные! Они очень душевные! - горячился Водяной. - Ты же сама знаешь! Но этому остолопу медведь уши оттоптал! У меня от этого воя рыба икру метать перестала! Этот ... гад еще и голос себе заклятьем усилил! А когда разжалобить ему не удалось, разъярился! Вылил в воду сонное зелье и двух спящих русалок выволок из воды!

- Где они? - вскинулась я.

- Всё уже в порядке... относительном, - буркнул Водяной. - Неужели я не почувствую, что в мои воды всякую гадость льют? Ожоги у ключа с живой водой залечивают...Этот изверг их еще и огнем пытал! Чтобы слезы добыть! - вскипел Водяной, и по реке пошли сотни водоворотов.

- Как же их спасли?

- К счастью, злодей не далеко от реки расположился то ли по глупости, то ли от наглости. Пришлось берег подмыть и обрушить его в воду! Жаль, утопить не удалось: русалочек спасать нужно было в первую очередь! Выбрался гад! Ну, ничего, теперь ему свежей водицы вовек не увидеть: любая у него в чашке-кружке-ложке гнилью зацветет. Отольются ему русалочьи слезы! Забыл, что и в нем самом вода есть! Слезы ему, видите ли, подавай!

- А что ж он просто не попросил? - удивилась я. - Зачем же калечить...

- Вот! Ты понимаешь! - встрепенулся Водяной. - Ты сможешь!...

Глава 33

Помня о приглашении русалок, в полночь я отправилась к реке. Воздух был наполнен ароматами трав и ночных цветов. Почти полная луна освещала реку жемчужным светом. Ключ с живой водой в лунном свете словно сиял и искрился. Его воды, смешиваясь с речной водой, придавали ей перламутрово-мерцающий оттенок. Я остановилась на берегу, завороженная этой красотой. Возле ключа плескались несколько русалок.

- Здравствуйте, девочки!

- И тебе здравствовать, Римма! - ответила Купавка, статная любимица Водяного, остальные приветливо помахали мне руками, приглашая присоединиться к ним.

Я разделась и вошла в реку. Нырнула - и как я когда-то боялась и не умела нырять?! - и вынырнула возле русалок. Струйки ключа с живой водой ласково льнули, слегка обжигая своей прохладой, наполняя радостью, легкостью, искрящейся радостью. Я восторженно рассмеялась, мне вторили серебристыми колокольчиками остальные русалки. Неожиданно голоса смолкли. Я обернулась. Из глубины вынырнули три русалки. Среднюю поддерживали крайние. Следом появилась вторая тройка. Я догадалась, что поддерживают пострадавших сегодня от огня. Русалок подвели ближе к ключу с живой водой, поддерживая за руки. У одной из них была обезображена шрамом одна половина лица. Второй помогли приподнять хвост, и я увидела шрамы на месте сожженной чешуи.

- Живая вода раны-то излечит, а шрамы... шрамы долго не пройдут... - вздохнула Купава. Каково женщине знать, что её прежде чудесное лицо и тело обезображено страшным шрамом?!

Я подплыла ближе, интуитивно чувствуя, что могу помочь.

- Я попробую, можно? - и осторожно прикоснулась рукой к лицу пострадавшей от огня.

"А ведь правда, могу помочь!" - обрадовано поняла я. Не зря же моими учителями были и Яга, и Водяной, и Леший! Я закрыла глаза, сосредотачиваясь, обращаясь к силам природы. И через несколько мгновений, в течение которых было слышно лишь журчание воды: русалки следили за моими действиями затаив дыхание, с ладони полилась колдовская сила. Тишина стала красноречиво восторженной, я поняла, что у меня получается, и открыла глаза. Шрам бледнел, исчезал на глазах. Я убрала руку.

- Да!

Русалки радостными возгласами, смехом, плеском воды огласили ночь. Еще не до конца поверившей в чудо русалке подали зеркало. Она долго рассматривала на себя, наконец, улыбнулась и подмигнула своему отражению. А я подплыла ближе ко второй пострадавшей. Здесь предстояло больше работы: хвост пострадал больше. Длинный и широкий шрам от ожога даже не умещался под моей ладонью. Русалки снова смолкли за моей спиной, боясь помешать чародейству. В два приема мне удалось избавить русалку от шрама и вернуть чешую. Она счастливо погладила перламутровые чешуйки и благодарно улыбнулась мне. И тогда ночную тишину разорвали восторженные крики и счастливый радостный смех, плеск воды. Казалось, брызги воды долетают до луны, и сама луна смеется вместе с нами, и река ликует вместе с нами.

- Римма, нельзя выразить словами, как мы благодарны за помощь нашим сестрам, - торжественно произнесла Купава. - Прими и ты наш дар. У нас особые чары и мы... поделимся с тобой нашей силой. Тебе предстоит поединок силы с чародеями и, полагаем, что наш дар будет не лишним.

Русалки встали в круг и, взявшись за руки, закружились вокруг меня. Быстрее, быстрее и еще быстрее! И на меня обрушился шквал искрящейся воды! И я почувствовала своеобразную русалочью магию: чары, перед которыми невозможно устоять, песню-зов, которую невозможно не слушать, танец, от которого невозможно оторвать глаз.

Да, учитывая, что чародеи всё же мужчины, это знание, этот дар будет очень даже кстати.

- Спасибо за дар!

И веселье пошло с новой силой. Плеск воды, смех, радостные голоса. Когда звезды чуть поблекли, голоса снова смолкли, пришло время прощаться.

- Удачи тебе, ведьма Римма! - и русалки стали скрываться под водой.

Я вышла из воды, чувствуя бурлящую, искрящуюся силу в крови. Тряхнула мокрыми волосами и рассмеялась брызгам воды, подхватила свою рубашку и стала подниматься по берегу вверх от воды. Неожиданно я увидела фигуру в плаще, стоящую на тропинке спиной к реке. Один взгляд и сердце радостно забилось. Я быстро набросила рубашку и шагнула по тропинке. Я знала, что он чувствует мое приближение, слышит каждый мой шаг.

- Ратмир...- я приблизилась и уткнулась лбом ему в плечо.

Воевода повернулся ко мне. И тотчас же отвел глаза от моей влажной рубашки.

- Охраняешь...

- Да.

Я усмехнулась, легко скользнула вперед и заглянула в его глаза. Ратмир затаил дыхание, не отводя глаз. Глаза в глаза. Потянулся ко мне и, словно опомнившись, подался назад. Даже в свете луны вспыхнувший румянец - такой неожиданный на волевом лице! - был хорошо заметен. Я медленно прикоснулась к его лицу, пальцами почувствовал жар его крови. Ратмир замер под прикосновением, не отводя от моего лица вопрошающего, словно кричащего, взгляда. Я улыбнулась ему и стала отводить от его лица свои пальцы. Он перехватил мою ладонь и прижал её к своему лицу, к губам.

- Римма?...

- Ратмир...

- Римма!

- Тсс, - и я ласково прикоснулась к его груди, чувствуя, как под пальцами бьется его сердце.

Наверное, это полнолуние... или следствие русалочьих чар... или... впрочем, глупо пытаться обмануть себя. Я на мгновение прижалась лицом к его груди и, вскинув голову, увидела сияющие счастливые глаза Ратмира.

- Я люблю тебя! Ты это знаешь...

Знаю...

Небо розовело на востоке, предвещая скорый рассвет. Ратмир укутал меня в свой плащ.

- Пора... - вздохнула я.

Мы на мгновение прильнули друг к другу, и он, легко подхватив меня на руки, двинулся по тропинке.

- Я провожу тебя, - улыбаясь, сказал Ратмир.

- Я вполне могу идти рядом...

- Ты босиком, - ответил он, неся меня на руках, - ноги замерзнут.

- Я ведьма! - шутливо возмутилась я. - Так до Избушки и понесешь?...

Он ничего не ответил, только сильнее прижал меня к своей груди. Я слышала, как бьётся его сердца, чувствовала, как бежит кровь по венам. Близкий, самый близкий... самый... мой. И биение сердца чувствую как своё.

Ратмир остановился под сосной на краю опушки. Бережно опустил меня на землю, прижал к себе.

- Береги себя... пожалуйста...

- Береги меня, - отозвалась я, усмехнувшись тому, что после ритуала на крови наши жизни так зависят друг от друга. Нам и слова были не нужны: так хорошо понимали каждый взгляд, жест друг друга, чувствовали каждый вздох, удар сердца. Еще один поцелуй - отчаянный, горчащий из-за предстоящей разлуки. И я поднялась по ступенькам Избушки, обернулась. Ратмир напряженно смотрел на меня, сжав руки.

- Люблю...

Я вошла в избу и прислонилась к двери, вслушиваясь в еще сонную тишину Избушки. Ратмиру на рассвете уезжать к западным границам, как раз только и успеет добраться до города и сразу в путь. Мне тоже... в путь! Я улыбнулась, чувствуя себя спокойной и полной сил, как никогда прежде готовой к поединку. Я на цыпочках дошла до постели и тихо легла. Кот привычно вынырнул из темноты и устроился у меня под мышкой. Я ласково потрепала Василия по загривку и уснула под его довольное мурчание.

Глава 34

Утром, перед поединком, я чувствовала себя полной сил и силы, бурлящей в крови, требующей выхода. Настроение было под стать: как никогда ранее я жаждала поединка! Прямо-таки, кураж.

Возле Избушки собрались ведьмы, чтобы проводить меня к месту поединка. Энея удовлетворенно окинула меня взглядом и усмехнулась, чуть прищурив глаза:

- Вот теперь я за нас спокойна!

Вокруг места поединка, опоясанного огромным кругом, расположились ведьмы, чародеи-зрители и чародеи, с которыми мне предстояло сражаться. Одновременно с нами к месту поединка прибыл Князь Яромир в сопровождении воинов. Он, лихо спрыгнув с коня, стремительно подошел ко мне и порывисто прижал к себе на мгновение и, отстранившись, вгляделся в мои глаза. Я, смеясь, подмигнула ему. Слов нам было не нужно. Яромир вместе с сопровождающими его воинами, расположился рядом с ведьмами. Чародеи переглядывались, обменивались недоумевающими взглядами. Наконец, к Яромиру подошел один из них, поприветствовал Князя легким поклоном и произнес:

- Князь, чародеи рады приветствовать вас, и просим присоединиться к нам, - он повернул голову в сторону, где расположились чародеи.

- Спасибо за приглашение, - холодно отозвался Яромир. - Я останусь здесь.

- Но...

- Вам еще что-то нужно? - ледяным тоном поинтересовался Князь. Воины за его спиной уничтожающе сверлили глазами чародея, всем своим видом выражая негодование тем, что кто-то посмел советовать их Князю. Чародей ретировался.

Лучи солнца коснулись земли, и камни вокруг площадки вспыхнули ярко-белым, знаменуя начало поединка.

- Ведьма Римма бросила вызов кругу чародеев за звание Верховной ведьмы. Поединок длится либо до безоговорочной победы ведьмы, либо до её гибели, - сурово возвестил глашатай. - Победа ведьмы означает и оправдание охотницы Мирры, обвиняемой в хищении Княжеского перстня, - при этих словах по лицу Князя прошла судорога негодования и гнева. - Гибель ведьмы положит начало суду над обвиняемой.

Я всей кожей впитывала силу этого утра, его свежести, ласки солнечных лучей, пения птиц, ароматов хвои и трав, доносимых ветерком, краем сознания отмечая всю нелепость обвинения в адрес Мирры. "Нет, я пришла, чтобы победить! Слышишь, Ратмир?" - мысленно обратилась я. "Люблю!..." - донеслось издалека. Я сверкнула глазами, разворачиваясь к выстроившимся напротив чародеям. Семеро. Въярд. Кто бы сомневался! Лысый Атей. Ха! Волосы так и не смог вернуть! И знакомые по ритуалу изгнания Эмора - Ставр и Ратон. Двое оставшихся мне были незнакомы. Точнее лица их были смутно знакомы. Но имен припомнить не могла. Да это не главное - я хорошо видела их ауру и чувствовала силу. Это важнее их имен.

- Поскольку поединок запрещает использование амулетов, мы требуем, чтобы независимые представители чародеев...

- И ведьм, если уж на то пошло, - вставила я, усмехаясь.

- Засвидетельствовали отсутствие амулетов и посторонних чар.

Я рассмеялась, чувствуя кураж.

- Я вам помогу, - сладко улыбнулась я, сбрасывая тунику и на полную мощь используя русалочьи чары на стоящих передо мной шестерых. И пользуясь их замешательством, порывом ветра сорвала с них одежду. Открывшаяся картина изрядно повеселила не только меня. Ведьмы зааплодировали, заулюлюкали, выражая мне одобрение свистом. Чародеи молчали. А было на что посмотреть. Голые чародеи чувствовали себя крайне неуютно. К тому же на шее Въярда и Ратона висели амулеты. Ха! И это честный поединок?!

- Амулеты долой! - орали ведьмы, топая ногами, по-разбойничьи свистя.

- Это не амулеты силы, - хмуро пояснил Ставр.

- Амулеты личины, - ехидно пояснила я.

Кожаные веревочки, держащие амулеты, подчиняясь моему призыву, лопнули. И чародеи предстали во всей красе. Филейную часть Ратона украшал поросячий хвост. Въярд красовался крутыми рожками. Одновременный рык вырвался у Въярда и Ратона. Чародеи стремительно окружили меня, начиная атаку. И языки пламени, сорвавшись с ладоней чародеев, рванулись ко мне в жажде поглотить, уничтожить. Огонь обступил меня со всех сторон. Пламя взметнулось высоко, закрывая полнеба и затмевая звезды. В его первозданном огне было все: и мощь, и ярость, и жар, и жажда... А я знала только одно, что мне надо пройти сквозь него. Шагнуть в огонь, в это бушующее пламя?! Безумие...мучительная и неминуемая смерть. Я оглянулась назад. На меня устремились десятки пар глаз: презрительных, сочувственных, любопытных, жадных до зрелища... Сквозь огонь? В огонь? Зачем это мне? Ради чего?... Мысли путались. Огонь обступал со всех сторон. Волосы стали потрескивать от жара. Я знала, что отступать нельзя, у меня есть путь только вперед. Как в подтверждение моих слов, сзади меня зеленоватым огнем вспыхнуло магическое пламя - огонь, зажженный силой чародеев, грозящий испепелить, если отступлю. Между двух огней. Как говорится, из огня да в полымя... Я шагнула вперед, меня обдало нестерпимым жаром. Я усмехнулась. Подумаешь, это всего лишь огонь. Я же Ведьма! Стать тем, чему огонь не принесет вреда? Но чем? Даже любой металл огонь плавит... Вода тушит огонь... Призвать силы воды? Слишком сильное пламя ... не то... Не уничтожить... покорить?... сродниться? Стать огнем! Вспомнился Маугли Киплинга... "Мы с тобой одной крови..." Я старалась представить себя огнем... Это оказалось не так-то просто, потому что воображение подбрасывало картинки обуглишившихся головешек и пепла... Не то, совсем не то! Не жертва! Огонь! Пламя! Стихия!

Сзади, чуть слышно потрескивая, подкрадывалось магическое пламя. Смеясь над моей нерешительностью, языки пламени складывались в причудливые оскаленные пасти. Надо решаться. Огонь. Плазма! Я сосредоточилась и, ладонь, на которую я смотрела, ярко вспыхнула, сливаясь с пламенем. На мгновение в воображении возник образ обожжееной плоти и острая боль охватила руку.

- Нет! - прогнала я воображаемую картинку. - Нет! Я пламя! Плазма! Стихия!

Ярко вспыхнув, я слилась пламенем, ощущая свободу и единение со стихией. Полная свобода и ощущение мощи! Огонь, сила способная вызвать испуг даже у присмиревших чародеев! Мы жадно тянулись вверх, где больше воздуха, вширь, чтобы дотянуться до новых деревьев, жалобно отпрянувших от наших языков, беззащитных перед нами. Мы огонь, а они всего лишь... пища! И эта трава, и те сосны, и эти жалкие людишки - пища! Я рокотала, языки моего пламени жадно охватывали всё больше и больше, заставляя пятиться и отступать людишек, заслоняя лица в тщетной попытке спастись. Странно, смутно-знакомые голоса отвлекали меня: "Римма! Римма"! Римма? Сосна вспыхнула свечкой и опала в мои жадные объятья. "Римма!" Да что такое?! Римма... Я... - Римма. Я словно очнулась, ужаснувшись своему желанию сжечь всё, до чего смогу дотянуться! Огонь опал, покорно затихая и ложась к моим ногам. К ногам. Огонь? Ай!... Жжется!... Воды! Ледяные струи дождя залили тлеющий пепел, Ураганный ветер разметал дым и пар. Я стояла в эпицентре этого урагана, управляя им, упиваясь собственной мощью. Всё! Достаточно. Ветер стих, напоследок разметав мои волосы. Дождь прекратился, уронив последние тяжелые капли.

Я огляделась. Наблюдающие за поединком отступили далеко от первоначального места. Вокруг всё было выжжено и покрыто мокрым пеплом. На границе выжженного круга, скорчившись, лежали чародеи. Я потянулась к ним силой. Живые. Истощенные. Обессиленные и без силы. Победа. Победа! Я почувствовала жалость к поверженным. А вот они-то жалеть меня не стали б! Ну что ж... Я набросила на них морок одежды.

К краю выжженного круга приблизился Светомир, ударил посохом:

- Победа в поединке за ведьмой Риммой!

- Слава Верховной Ведьме! - гаркнула Баба Яга и по-разбойничьи свистнула. Ей вторили остальные ведьмы.

- Ведьма Римма подтвердила свое право, - продолжил Светомир, дождавшись, когда восторженные крики ведьм поутихли. - А также снимается обвинение с охотницы Мирры.

Поверженных чародеев окружили чародеи-лекари. Я шагнула к ним.

- Помощь нужна?

- Нет, спасибо, - сквозь зубы бросил один из них.

Спасибо так спасибо. Я коснулась сознания чародеев. Живы. Только вот силу свою вряд ли когда обретут. Ну что ж, знали, на что шли. Я зябко повела обожженной рукой.

Стремительно подошедший ко мне Яромир накинул мне на плечи плащ.

- Поздравляю, наставница! - улыбнулся он и, счастливо рассмеявшись, приобнял меня.

Ведьмы обнимали меня, трясли, смеялись, поздравляли. Яга тем временем обследовала мою обожженную руку.

- Эх! След-то от этого ожога останется, такое не сведешь, - посетовала она.

- Пусть останется на память, - усмехнулась я.

- А Мирра? - напомнил Князь. - Где Мирра?...

Баба Яга лукаво усмехнувшись, вытащила из кармана маленького мышонка. Протянула Князю.

- И... что делать? - спросил Яромир, с нежностью поглаживая попискивающего мышонка.

- Или ты Князь сказок не читал? - засмеялась Баба Яга. - Сказка ложь, да в ней намек, добрым молодцам урок!

Князь коснулся губами мышонка и опустил его на землю. Через несколько мгновений на месте мышки выпрямилась зардевшаяся Мирра. Яромир стремительно обнял её, прижав к груди.

- Ведьмы и чародеи! - громко объявил он. - Представляю мою невесту - Мирру! - он протянул руку в сторону чародеев. - Кольцо!

Светомир передал ему кольцо Наречённой и Князь надел его на палец невесты. И ... по синему камню пробежали искры, кольцо замерцало, признавая Наречённую.

Глава 35

Ночь. Небо высокое. Ясное. Луна. Звезды. Сверчки стрекочут. Я сидела на ступеньках Избушки и отдыхала. Испытание позади. Впереди - свадьба Яромира, путь домой. Я теперь Верховная Ведьма. Силы полно, а вот знаний и умений - не густо. Лишь те, которыми поделились со мной Леший, Водяной, русалки, ведьмы, да приобретенные моими экспериментами, подсказанные интуицией, самим даром. Зачастую у меня получалось возможным то, что другими чародеями и ведьмами считалось невозможным, потому что я просто не знала, что творимое мной - "невозможно". Учиться, учиться... Я потянулась. Скоро домой. То, для чего меня призвали в этот мир, сделано. Черную нежить мы одолели, дар Яромира - вернули, открыли, опять же его счастье с Миррой устроили. Домой!... Только сердце неспокойно - Ратмир. Спасший меня, мной спасенный. Такой родной. Любящий и ... любимый. И не знаю, что тому причина - магия ритуала на крови или...любовь. Я не могу здесь остаться. В моем мире - а разве этот не стал тоже моим? - у меня родители, родные, друзья. Да и "мавр сделал своё дело, мавр должен уйти"... И кошки скребут на душе. Ратмир... Я знаю, с ним всё в порядке, я чувствую. Как знаю и то, что он думает сейчас обо мне.

После завершения поединка бурно праздновали мою победу, чествовали Верховную Ведьму. Энея и другие ведьмы на радостях даже сняли с чародеев заклятья, избавили от хвостов, копыт и рогов. Все счастливы. Все довольны. Или почти все, если учесть потерявших силу чародеев. Князь готовится к свадьбе. Светомир пообещал подготовить всё, для ритуала возвращения нас с Жутиковым в наш мир. Ближайшая возможная дата - в полночь через четыре дня, следующая возможная - через полтора года. Яромир настаивал на моём присутствии на их с Миррой свадьбе.

- Ты моя наставница, - упрямо твердил он, не сдерживая улыбки, - ты не можешь мне отказать в этом!

- Я Верховная Ведьма, я всё могу, - смеясь, препиралась я.

- Можешь, - согласился Князь, - поэтому-то ты и должна быть на нашей свадьбе!

Я согласилась, поэтому подготовка к свадьбе идет ускоренными, просто бешеными темпами. А я с восхода солнца и до заката учусь. Сила без знаний мало чего стоит. В редкие моменты отдыха - помогаю в подготовке к свадьбе. Яромир надеется, что я передумаю и останусь еще на полтора года. Советники его - против. Верховная Ведьма хороша как символ, а советники бояться двоевластия в стране. Тем более в прошлом были прецеденты: попытки верховной ведьмой подчинить Княжество своей власти, стать единственной ведьмой. И ведь почти добилась, изведя полстраны, втянув Княжество в жестокую братоубийственную войну. Так что, пора тебе Римма, пора...

Ратмир... Попросить Злату прокатить меня до границы? Хотя, ведьма я или нет?! Где моя ступа с метлой?!

- Встань передо мной как лист перед травой! - Я щелкнула пальцами, как учила меня Баба Яга.

Упрямая ступа появилась с четвертой попытки призыва, маловато у меня опыта в хитросплетении пальцев. Зато с метлой, сделанной собственноручно под чутким руководством бабуленьки, проблем не было. Стоило позвать - и вот пританцовывает передо мной. Изящно забраться в ступу не получилось, точнее уж взгромоздилась и прыгнула, под ехидное похихикиванье Жутикова, бессонной от любовного томления ночью сочиняющего стихи к Яге. Снять с него чары Баба Яга пока отказывается, мотивируя тем, что "так для всех безопаснее, к тому же, как женщине, очень лестно ухаживание".

- Полетели!

Я летела в приподнятом настроении, подмурлыкивая песенки. Уже на подлете к лагерю воинов я осознала некоторую нелепость происходящего. Сейчас свалюсь на спящий лагерь как снег на голову, меня ж еще и обстреляют... Приземлилась в стороне от лагеря. Выкарабкалась, выбралась из ступы - хорошо, что этого Жутиков не видел, вот бы гоготал в голос! - и набросила полог невидимости на ступу с метлой. Не долго думая, обратилась синичкой и полетела к лагерю.

Ночь. Где-то близко ухнула сова. Ой, не тот облик я себе выбрала! Я быстро спикировала вниз, к самой земле, затаилась. Сова пролетела совсем рядом. Нет, уж, лучше на своих двоих. Лес принял меня как родную. Травы ласкали ноги, ветки сами отодвигались от лица. Я замедлила шаг. Как я попаду в лагерь? Часовые бдят, молодцы! Я присела на траву, обхватив колени. Задумалась и рассмеялась. Я же ведьма! И двинулась вперед, отводить глаза часовым и всем бдящим-неспящим. Ратмир не спал. Сидел у костра, задумчиво глядя в огонь и не видя ничего. Он почувствовал мое приближение. На лице расцвела неуверенная улыбка, и Ратмир, встав с земли, повернувшись в мою сторону, искал меня глазами. Я шагнула к нему и сняла заклятье отвода глаз.

- Римма!...

...А на рассвете я улетела. Птицы тоже умеют плакать. И мы никогда уже не увидимся.

Глава 36

Свадьба... Наверное, это весело. Я искренне радовалась за Яромира с Миррой, они просто лучились счастьем. Пусть они будут счастливы! Я несколько отстраненно наблюдала за свадебным весельем. Поздравляя новобрачных, я коснулась их рук, даря оберег их счастью и оберегая от злых чар. Они будут счастливы, они будут вместе.

Скоро полночь. Накануне Светомир с Агием помогли мне выбрать место для открытия портала переноса. Мы еще раз отработали теорию переноса, я вычертила пентаграмму, подготовила все необходимое. Скоро полночь. Пора, пора...

Я отыскала глазами Жутикова. Вот уж кто получал удовольствие от всего происходящего! Накануне Яга сняла с него чары, теперь он пустился во все тяжкие: волочился сразу за тремя хорошенькими соседками, пил вино. Ещё б и закусывал и цены ему б не было... Как бы не пришлось его на себе к месту переноса тащить.

Скоро полночь. Я бросила взгляд за окно. Ветер.

Прощаясь с Яромиром, мы крепко обнялись.

- Возвращайся, когда захочешь.

- Будьте счастливы с Миррой.

- Если б не ты, ничего б не было... Спасибо!

- Спасибо за всё! - мы обнялись с Миррой.

Я улыбнулась им, еще раз соединяя их руки. Пора!

Я с трудом отыскала в веселой кутерьме Жутикова, упивающегося женским вниманием и вином.

- Нам пора. Прощайтесь, жду вас внизу у дверей.

Он вскользь глянул на меня, отмахнулся и нырнул глазами в аппетитное декольте соседки.

- Не задерживайтесь! - я ещё раз оглядела свадебный зал и пошла к выходу.

Шаг за шагом. Через всю залу, вниз по лестнице. Домой, домой... почему ж так тоскливо-то?

Я немного постояла в холе, ожидая Жутикова. Среди весёлого свадебного пира он явно чувствовал себя лучше, чем я. Время шло. Жутикова всё не было. Я чувствовала, что закипаю. Где его носит?! Сколько можно ждать?! Всё время жаловался и сетовал, что хочет быстрее вернуться в наш мир к "нормальной" жизни, и вот когда до возвращения один шаг - он не торопится! Наконец, когда я уже была готова ринуться за ним, скрутить силой чар и тащить к порталу, раздались шаги по лестнице и пьяно-ворчливое бормотание. На удивление, звук шагов был четкий. Жутиков твердо стоял на ногах. Есть же чудеса на свете!...

- За мной! Догоняйте! Время не ждет! - я открыла дверь и нырнула в дождь.

Погода окончательно испортилась, ветер поднялся такой, что я с трудом удерживалась на ногах, пробиралась к месту "перехода", хватаясь за деревья, клонящиеся к земле. Раскаты громы следовали один за другим. Ослепительно белые молнии зигзагами перечеркивали черное небо. Только тщательно построенный по всем правилам чародейства портал перехода между мирами был неподвижен и призывно мерцал. Я прижалась к дубу, переводя дух и ожидая Жутикова.

Ну вот и всё... Еще шаг и я дома. И будет привычная жизнь. Буду воевать с Жутиковым, а не с нечестью, творить дизайн-проекты, а не чары, ходить на фитнесс, а не сражаться с мечом в руках, ходить на свидания к Антону, а не летать к Ратмиру... Нет, не надо об этом думать. Уже ничего не будет: ни встреч, ни объятий. Глаза наполнились слезами. Это от ветра. Я усмехнулась. Я же хочу вернуться. И у нас нет будущего. "Я тебя никогда не увижу, я тебя никогда не забуду"... И вообще, я не плачу, это дождь ...

Время шло. Время уходило! Мерцание портала стало тускнеть. Я нервно оглянулась - где же Жутикова носит?! Если сейчас пропустим время перехода, ждать благоприятного момента придется в лучшем случае еще полтора года! Я злилась: сколько сил потрачено на это заклинание и впустую! Где ж его носит?! Я же русским языком сказала, где быть без промедления! Оставить его здесь и пусть русалкам да Яге нервы треплет, а не мне! Портал сжимался на глазах... От досады у меня даже слезы на глазах выступили. Еще несколько минут, и момент будет безвозвратно упущен. Неожиданно порыв ветра донес до меня чье-то бормотание. Я вся обратилась в слух. Точно! Пьяное бормотание Жутикова. Он заплетающимся языком сетовал на то, что пришлось покинуть свадебный пир в самом разгаре, и что снова от меня одни неприятности: не даю ему приятно пообщаться с интересными женщинами из-за вредности и ревности. Бормотание приближалось. Всё: вернемся домой, закодирую, заколдую так, что к алкоголю и близко не подойдет, иначе рога отрастать будут! И копытца вместо рук! И... Я впилась взглядом в тускнеющий портал. Еще чуть-чуть, пожалуйста!... Я протянула руку назад, не отводя взгляд от портала. Должны успеть!

- Быстрее! Руку! - рявкнула я.

Крепкая рука обхватила мою ладонь. Однако! Я с уважением и удивлением отметила, что, не смотря на заплетающийся язык, рукопожатие у Жутикова сильное.

Сжав ладонь спутника, я зашептала слова заклинания и решительно шагнула в тускнеющий, сжимающийся портал. Мы успели в самое последнее мгновение перед тем, как портал "захлопнется". Воздух вокруг стал вязким и тягучим, как кисель. На мгновение в глазах потемнело, а потом поплыли красные круги.

Неожиданная тишина немного оглушила меня. Тихо. Только щебет птиц и шелест листвы. Я открыла глаза и на мгновение снова зажмурилась от яркого солнечного света. Кажется, переход удался! Я довольно улыбнулась и снова открыла глаза.

- Оооп! - только и смогла я произнести.

Переход имел место быть. Но куда? Мы стояли на опушке леса, купаясь в утренних лучах солнца. Вековые дубы. Сочная зелень травы и море самых разнообразных цветов. Интересно, где мы? За спиной послышалось деликатное покашливание. Вероятно, не одна я лишилась дара речи, но и Жутиков не находит, что сказать. Он крепче сжал мою ладонь. Я обернулась и ...

- Ооо... - больше слов я не нашла: за руку меня держал Ратмир, через плечо которого был перекинут дрыхнувший Жутиков, что-то бормочущий сквозь сон. Дыхание перехватило, и сердце замерло на миг.

- Но почему? - наконец, спросила я.

Ратмир только усмехнулся в ответ.

- Я найду способ вернуть тебя обратно, - пообещала я.

- Без тебя? - и он покачал головой,- нет! - и, оглядевшись, добавил, - Ваш мир прекрасен!

- Боюсь, это не наш мир, - поделилась я сомнениями.

Неожиданно впившиеся перед моими ногами десяток стрел с зеленым оперением красноречиво подтвердили мои сомнения.

Content

Смыгина Наталья Невеста для Князя

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36