Nalen

deep

Соседка

Nalen

Соседка

http://ficbook.net/readfic/430547

Автор: Nalen (http://ficbook.net/authors/Nalen)

Беты (редакторы): deep

Фэндом: Ориджиналы

Персонажи: ж/ж

Рейтинг: NC-17

Жанры: Фемслэш (юри), Романтика, Драма, Психология, Повседневность

Размер: Миди, 75 страниц

Кол-во частей: 15

Статус: закончен

Описание:

Писалось по заявке.

В университет в крупном городе поступает девочка, вся из себя такая паинька, умница, в общем мечта любой матери. Может быть забитой и затюканной. Ее поселяют к девочке, которая учится где-то на 4–5 курсе. Поначалу наша новенькая чурается всего, и попривыкнуть к новому обществу ей помогает соседка по комнате, заботливо взявшая птенца под свое крыло. Можно потом сделать какую-нибудь пьянку в общаге, игру в бутылочку, главное, чтобы они поцеловались. Дальше на усмотрение автора

Посвящение:

Автору заявки. Чем-то уж она меня зацепила (заявка).

Публикация на других ресурсах:

С моего согласия.

Примечания автора:

Никогда раньше не писала фемслэш. Надеюсь, что это будет интересным опытом.

Часть 1

Сентябрь. По всей стране отшумели первые звонки, и первоклассники в наглаженных костюмах и белых бантах спешат на свои первые уроки. Они ещё пока не знают, что их ждёт за порогом школы. Сколько сердец будет разбито, сколько бесконечных ночей они проведут без сна, готовясь к контрольным и самостоятельным. Сколько новых знаний? полезных и не очень? окажется в их ещё пока чистых и светлых головах, сколько разочарований и боли увидят они, прежде чем повзрослеют, а некоторые из них так и останутся детьми. Здесь же им придётся принять одно из важнейших решений в своей жизни — выбор будущей профессии. Но есть и те, для кого школьные годы уже позади, экзамены сданы, а институты приняли заявку на зачисление. Студенты-первокурсники. Тысячи молодых людей, перешагнувших школьный порог, таких молодых, окрыленных мечтами о новой? взрослой? жизни. Собраны чемоданы, выпиты все запасы шампанского с друзьями во дворе. И вот, молодые и амбициозные, оставляя позади детство, они вступают в новую жизнь.

Молодая белокурая девушка, на вид лет восемнадцать? не больше, одетая в лёгкую серую блузку и простые джинсы, пыталась затащить огромный чемодан на порог общежития, под насмешливые взгляды и комментарии старшекурсников. Бросая хмурые взгляды на будущих соседей, девушке всё-таки удалось донести свою неподъёмную ношу до двери. Она остановилась передохнуть, заправляя выбившуюся из тугого хвоста прядь, как вдруг двери общежития распахнулись, сбивая бедную девушку с ног и отбрасывая с таким трудом поднятый чемодан вновь к подножию крыльца.

— Ой, блииин… — девушка неудачно приземлилась прямо на лестницу, распластавшись на верхних ступенях.

— Ха! Смотри куда… Ой! Кажется, мы тебя сбили, птичка. Прости-прости! Ты как? — раздался откуда-то сверху насмешливый женский голос, после чего Алисе, именно так звали упавшую девушку, протянули тонкую, изящную ладонь с длинными ногтями бордового цвета. «Нехилый такой маникюр, — пронеслось в голове у девушки, — таким и глаз выколоть можно!». Но за руку она всё-таки ухватилась. Поднявшись на ноги, она, наконец, смогла рассмотреть свою “спасительницу”.

Перед ней стояла красивая девушка лет двадцати-двадцати двух. Волосы цвета воронового крыла свободно падали на плечи, красиво обрамляя утончённое лицо незнакомки. Черты лица были немного заострёнными, что придавало ей несколько хищный вид, пухлые губы искажала усмешка, но самой необычной и завораживающей частью её лица, пожалуй, были глаза: чёрные, глубокие, в обрамлении длинных ресниц они были словно два омута, затягивающие всё сильнее с каждой минутой…

— Эй, птичка, ты с нами ещё? — раздался глубокий голос брюнетки. — Может, у неё сотрясение? — позади незнакомки послышались взволнованные голоса. Только теперь светловолосая девушка обратила внимание, что её новая знакомая была в окружении целой группы молодых парней.

— Я в порядке, — тихо прошептала девушка. Голос не слушался, она была слишком взволнована таким вниманием к своей персоне.

— Ну наконец-то ты заговорила! Твой? — незнакомка сделала указательный жест в сторону чемодана, сиротливо лежавшего на нижних ступенях, и, дождавшись утвердительного кивка, уверенно распорядилась, — Антон, живо помоги девушке донести вещи! Сильный пол ещё называется!

Из группы “сопровождающих”, как их мысленно окрестила Алиса, отделился высокий светловолосый парень и, пробурчав под нос что-то вроде: «Раскомандавалась тут!», поспешил поднять злосчастный чемодан на крыльцо.

— Отличненько, — затараторила незнакомка, активно жестикулируя, — теперь помоги девушке донести его до комнаты! А потом присоединяйся, мы будем ждать тебя в кафе. И не вздумай возмущаться, — опередила она начавшего было проявлять недовольство Антона, — конспекты свои в жизни не увидишь!

Очевидно, перспектива остаться без конспектов Антона не очень радовала. Поэтому он, состроив самую скорбную мину, на которую только был способен, подхватил чемодан и вопросительно уставился на Алису:

— Ну, и куда теперь? — улыбнулся парень.

— А я… Я не знаю, — промямлила девушка.

— Ясно, значит, к комендантше! — и Антон бодрым шагом, словно чемодан был пушинкой, зашагал вглубь здания. Алиса еле успевала бежать по коридорам за своим провожатым. Но вот он остановился возле одного из служебных помещений и жестом показал, что они на месте.

Комендант оказалась полноватой женщиной слегка за 50, с крашенными ядовито-рыжими волосами, кое-где прореженными сединой и внимательным взглядом мутновато-серых глаз под стеклами очков. Клара Ивановна, так звали коменданта, объяснила ей: где, как и что находится, но, когда встал вопрос о заселении, неожиданно погрустнела:

— Видишь ли, милая, ты приехала поздно! Комнаты уже заняты! Но… в 205, кажется, место освободилось… Да-да, точно! Двухместная, с ремонтом! Только вот жить тебе придётся с пятикурсницей… Но ты же не против? Вот ключи! Беги-беги! Что непонятно будет — обращайся, хотя тебе Милка всё и так расскажет! — и, не дав вымолвить ни слова в ответ, сунула ключи в руки и выставила за дверь. Антон понимающе ухмыльнулся.

— Она всегда такая… 205, говоришь, эх… Чувствую, веселая жизнь тебя ждёт! — засмеялся парень.

— Почему? — непонимающе уставилась на него Алиса.

— Сама увидишь, не буду тебе сюрприз портить. Пошли, комнату покажу! — и с этими словами он, подхватив чемодан и сделав приглашающий жест рукой, умчался по коридору. Алиса поспешила за ним.

Комната, в которую поселили Алису, действительно, была с ремонтом, светлая. Стены были насыщенного оранжевого цвета, очевидно, соседка по комнате — личность эксцентричная: всюду были разбросаны какие-то мелкие вещи, рисунки и карандаши. На одной из стен красовались плакаты с изображениями рок-групп, а также рисунки с цветами (что, в принципе, между собой не вязалось, но выглядело весьма гармонично). Определив, что пустая кровать, очевидно, принадлежит ей, Алиса стала раскладывать вещи. Что же её ждёт здесь? Какой окажется соседка? Все эти вопросы неслабо волновали девушку, и поэтому она решила отвлечься разбором вещей, параллельно прибирая комнату. За уборкой она не заметила, как прошло время и за окном уже начало смеркаться. Вдруг в коридоре послышался цокот каблуков, и шаги, очевидно, приближались к её комнате. Алиса напряглась, ведь сейчас она увидит свою таинственную соседку.

— Да, твою ж мать! — дверь распахнулась, являя взору Алисы её утреннюю знакомую. — Как будто комнат больше нет! Я только от этой Кати избавилась! — девушка явно не замечала присутствия постороннего в комнате, продолжая возмущаться. Но тут взор чёрных омутов наткнулся сначала на необычный порядок в комнате, а затем и на причину этого самого порядка. Глаза девушки расширились от удивления, она, очевидно, узнала Алису.

— Ну здравствуй, птичка… — губы брюнетки расплылись в хищной ухмылке, от которой Алисе стало не по себе. Кажется, этот год действительно обещал быть веселым.

Часть 2

С самого утра день не заладился. Чертов будильник решил сломаться именно сегодня, и поэтому Милена опоздала в парикмахерскую, что сильно расстроило девушку, ведь теперь придётся снова записываться и ждать своей очереди! В другое место идти не хотелось, свою стрижку она доверяла лишь одному мастеру. Решив, что раз уж проспала, то проспала и делать нечего, девушка отправилась снова в объятия Морфея. Но поспать ей не удалось. Милену разбудил настойчивый сигнал телефона.

— Алло… — сонным голосом ответила девушка.

— Милка, подъем! Ты время видела?! В общем, ничего не знаю, через 20 минут мы с парнями у тебя будем. И только вздумай опять лечь спать! Я ж тебя знаю… — отрапортовал бодрый мужской голос по ту сторону трубки и отключил телефон.

— Да ё-маё… — ничего другого не оставалось, придётся вставать.

Как и было обещано, друзья завалились через 20 минут, с громкими криками и обещаниями «снести к хренам собачьим дверь», если Милена её не откроет. К тому времени девушка уже успела собраться и сейчас судорожно перерывала всю комнату в поисках папки со сценарием. Вот почему нужные вещи всегда пропадают в самый ответственный момент? Под аккомпанемент из стука в дверь девушке всё же удалось отыскать нужную папку, и она поспешила выйти из комнаты.

— Мила, блин! Мы тебя уже заждались! — начал громко возмущаться Антон — давний друг Милены.

— Да не кричи ж ты так! — перебила его девушка. — Вышла я, вышла! И что бы вы без меня делали? Беспомощный народ вы — парни!

— Мы? Без тебя? Жили бы, наконец, спокойно, — пробубнил Антон куда-то в сторону.

— Что? Жили бы спокойно? Я не ослышалась? Да вы бы умерли со скуки в первый же день! К тому же, кто бы вам сценарии писал? — усмехнулась девушка.

— Так. А ну перестаньте! Сейчас весь этаж сбежится на ваш цирк смотреть! — вклинился в их беседу Максим. — Вы бы себя видели сейчас: нахохлились, как два воробья, и кричат.

— Зайцам слова вообще не давали! — съязвила в ответ девушка.

— Вот именно, — поддержал Антон.

Максим Зайцев и Антон Ярославский были, пожалуй, одними из тех немногих людей, кого Милена, не кривя душой, могла назвать лучшими друзьями. Антон был на год старше Милены. С ним она познакомилась ещё на первом курсе. Ей сразу приглянулся смешливый, вечно готовый улыбаться и троллить окружающих парень, с пшеничным цветом волос и задорным взглядом карих глаз. У него был тот самый солнечный характер, что заставлял забыть о собственных проблемах и начать радоваться жизни. Для друзей он был эдаким нескончаемым источником оптимизма и силы воли. Антон никогда не унывал и всегда был готов прийти на помощь.

Максим же был полной его противоположностью. Третьекурсник. Из семьи выдающихся врачей, казалось бы, должен был последовать по их стопам, но он решил иначе и выбрал факультет психологии. Родители этому не сильно огорчились, специальность, всё равно, казалась им близкой к врачебной тематике, к тому же они надеялись, что сын по окончанию учебы одумается и пойдет работать в их частную клинику. Максим был спокойным и уравновешенным, чего порой не хватало той же Милене и Антону. Их чрезмерно авантюрные выходки он никогда не поддерживал, но так уж получалось, что он всегда оказывался в «эпицентре событий» и разгребать всё, что натворили эти «чудики», нередко приходилось ему одному.

Как вот, например, сейчас: эти двое повздорили из-за чепухи, а он в итоге остался виноватым.

— Ничего не желаю слушать, мы не для того сейчас собрались, чтобы выяснять отношения. Если вы не забыли, у нас на носу посвящение, и нам, как представителям Совета студентов, было поручено проследить за организацией концерта для первокурсников. Да и к тому же мы ещё не решили, что будем делать с ними в самом общежитии.

— Набухать их и всё! — оживился Антон.

— Тебе лишь бы кого-нибудь набухать! — засмеялась Милена. — Что? Небось, уже весь в предвкушении пьяных наивных первокурсниц? — хитро заулыбалась девушка.

— Вот кто бы говорил сейчас, — театрально вздохнул парень. — Ты же прекрасно знаешь, что Инна мне этого не простит.

— Да знаю-знаю…

С Инной Антон встречался уже второй год. Милена никогда этого увлечения не разделяла и не поддерживала. Инна была старше Антона на десять лет, имела взрослую дочь, престижную работу в банке, квартиру, практически в центре и неудачный брак, закончившийся разводом пять лет назад. Сначала это были свободные отношения, ни к чему не обязывающие их обоих. Но за эти годы это переросло в нечто большее: Антон, часто навещал Инну, был знаком с её коллегами, друзьями, прекрасно ладил с дочерью. Но, пожалуй, они оба понимали, что этим отношениям недостаёт стабильности. Инна не собиралась второй раз замуж, а Антон был ещё слишком молод, чтобы менять что-то настолько кардинально в своей жизни.

— И чего это вы тут застряли? — к компании на полном ходу подлетел рыжеволосый ураган, сбивая всех с ног, и пытаясь одновременно обнять Милену и пожать руки парням. Окончательно запутавшись в конечностях рыжеволосый парень повис на Милене, придавливая девушку своим нехилым весом.

— Глеб, мать твою, слезь с меня! Слонопотам, блин! — Милена попыталась скинуть с себя парня, но тот крепко держал девушку в своих «объятьях», попутно взъерошивая ей волосы.

— Брат, прекрати измываться над несчастной девушкой. У неё и так на голове вечный кавардак… Хотя… Ха-ха-хах… Продолжай! — к ним присоединился брат-близнец Глеба — Стас. Эти два «рыжеволосых чудовища», как их прозвала Милена, всегда были неразлучны. Где Стас, там и Глеб. И наоборот. Врозь их себе фактически никто не представлял. Они вечно смеялись, ничего не учили и лишь каким-то чудом дотянули до четвертого курса. Зато в организации всяческих студенческих посиделок, пьянок, вечеринок и дней рождений — им не было равных. Из-за своей страсти к разного рода розыгрышам и приколам, они нередко попадали под гнев преподавателей, и, дабы направить неуёмную энергию ребят в более мирное русло, их включили в состав Студенческого совета, спихнув на них в основном организацию КВН-а и выступление в составе команды.

Вот такая вот безбашенная компания собралась на пороге 205 комнаты, а затем с шумом и криками направилась на выход. Возглавляла шествие, как всегда, Милена.

Вообще, девушка она была… яркая. Всё делала с присущим ей размахом, и двери открывала соответственно. Поэтому не особо удивилась, когда с той стороны послышался звук падения, и что-то тяжелое прогромыхало по ступеням.

— Ха! Смотри куда… — приготовившись накричать на этого простого смертного, посмевшего встать на её пути, девушка, наконец, обратила внимание на пострадавшего. Вернее, на пострадавшую. Очень такую симпатичную пострадавшую. На крыльце в позе звезды распласталась белокурая девушка. Придерживая голову одной рукой, она попыталась подняться. Но ей это не удалось, очевидно, соприкосновение затылком с каменной лестницей дало о себе знать.

— Ой! Кажется, мы тебя сбили, птичка. Прости-прости! Ты как? — Милена протянула руку несчастной. В ответ за её ладонь крепко ухватилась тонкая и изящная маленькая ручка, кожа наощупь была мягкой и приятной, такую не хотелось выпускать из рук, но всё же пришлось. Незнакомка при помощи Милены поднялась на ноги и уставилась своими большими голубыми глазами на девушку. У Милены захватило дыханье. На неё смотрела совсем ещё юная девушка. Лицо было не тронуто косметикой, являя миру взор прекрасных и каких-то наивных глаз. Черты лица были округлыми и приятными. Курносый носик был задорно вздернут кверху, пухлые губы были призывно приоткрыты. Но девушка не подавала никаких признаков внимания, заставляя Милену беспокоиться.

— Эй, птичка, ты с нами ещё? Может, у неё сотрясение?

— Вечно ты кого-нибудь да собьешь! — засмеялся Глеб. — Она, скорее всего, просто испугалась, ведь не каждый день её сшибают на полном ходу всякие разъяренные фурии… Ооой! Больно же! — Милена заставила парня замолкнуть, ощутимым толчком под ребра.

— Я в порядке, — тихо пролепетала блондинка.

Милену очень это обрадовало. Глядя на эту хрупкую девчушку, хотелось спрятать её куда-нибудь подальше и укрыть от всего того, что готовит ей судьба. «Жалко таких, — про себя подумала Милена. — Если рядом не найдётся человека, способного их уберечь, то их либо растопчет эта жизнь, либо они превратятся в злых, циничных стерв, как и все остальные».

Брюнетка поспешила загладить свою вину перед девушкой и для этих целей «запрягла» Антона, которому хотелось отомстить за сегодняшние колкости в её адрес. Оставив Антона наедине с прекрасной незнакомкой и её вещами, Милена с парнями отправилась в кафе обсуждать предстоящее посвящение.

Освободились ребята уже ближе к вечеру. За окном уже было темно. Милена отказалась продолжать эти «посиделки», всё равно сценарий уже был готов, и отправилась обратно в общежитие. По дороге туда девушку посещали мысли о сегодняшнем инциденте на крыльце. «Что стало с той девушкой? Куда её поселят?» — вопросы не давали девушке покоя. «Надо будет спросить у Антона, куда делась эта птичка», — про себя решила Милена.

Когда девушка уже поднималась на свой этаж, путь ей неожиданно преградила Клара Ивановна, и, судя по виноватому виду последней, Милену ждали не самые лучшие известия.

— Милка, прости, боюсь, я тебя не обрадую. В общаге мест нет совсем. Поэтому к тебе пришлось подселить новенькую — первокурсницу. Но ничего: она миленькая, я уверенна, вы подружитесь, — залепетала комендант.

Да твою мать! Нет, Милена, конечно, прекрасно понимала, что рано или поздно к ней кого-нибудь да подселят. Предыдущая соседка переехала совсем недавно к своей подруге, и Милена планировала хоть немного пожить одна. Ну, или на худой конец, с такой же пятикурсницей. Но теперь, очевидно, придётся возиться с недалекой малолетней дурочкой, возомнившей себя слишком взрослой и ко всему готовой. «Ну это мы ещё посмотрим», — нехорошо ухмыльнулась Милена. А вслух сказала:

— Да ладно вам, тёть Клар. Не первый год живём, всё будет хорошо! — оптимистично улыбнулась девушка, хотя взгляд её говорил об обратном, что не укрылась от комендантши, и та решила поскорее ретироваться.

— Да, да, да… Ну, ключи я ей уже дала, так что давайте, дальше сами! — протараторила женщина и поспешила скрыться из поля зрения Милены.

«Ну и кто на сей раз?» — крутилось в голове у девушки, пока она шла до комнаты. Неожиданное известие её очень раздосадовало и разозлило. Хотелось сорваться на чём угодно. Хотя б на этой новой соседке! «Кстати, где она?» — подумала Милена, распахивая дверь и никого не замечая.

Взгляд наткнулся сначала на неожиданный порядок, которого тут сроду не водилось, а затем на хрупкую фигурку на кровати. Это была та самая девушка, которую Милена случайно сбила утром. Девушка смотрела на неё своими большими и испуганными голубыми глазами.

«Чувствую, будет интересно», — пронеслось в голове у Милены, прежде чем она сказала холодным тоном:

— Ну здравствуй, птичка.

Часть 3

Алиса не знала, как ей поступить сейчас. Она планировала, что когда придёт соседка, она постарается познакомиться с ней, заинтересовать, попытается подружиться… Но враждебный вид утренней знакомой к этому не располагал. Поэтому девушка лишь нервно закусила губу, выжидательно глядя на брюнетку.

Сказать, что Милена обрадовалась, было нельзя. Девушка, которую к ней подселили, была… Явно в её вкусе, что не могло её не заинтересовать. «Да уж, давно у меня никого не было, раз кидаюсь на такой вот невинный одуванчик!» — пролетело в голове у Милены. Одуванчик лишь сверлил девушку своими пронзительными голубыми глазами, явно не собираясь первой начинать разговор. Милена тяжело вздохнула и решила начать диалог.

— Ты меня помнишь? Ещё раз извини за тот случай, просто я торопилась… — Милена начала оправдываться, что было ей совершенно несвойственно. — Как ты? Не сильно ушиблась? Голова не болит?

— Нет, что ты! Всё отлично, — ответила ей девушка. — Большое тебе спасибо за то, что… Ну… Помогла… И Антон…

— Да ничего, считай это моей компенсацией за травму, — прервала поток благодарностей девушки Милена. — Кстати, как тебя зовут?

— Алиса.

— Очень приятно, Алиса, — брюнетка скинула куртку и мягко прошествовала в сторону своей кровати. Забравшись на неё с ногами и сев, скрестив ноги, она продолжила: — Меня зовут Милена. Можешь звать просто Мила, ну или как тебе удобней. Я уже на пятом курсе, так что соседствовать нам осталось, по крайней мере, год. Надеюсь, мы найдём общий язык?

— Да, да… Конечно! — закивала Алиса в ответ.

— Вижу, ты прибралась в комнате? Спасибо, конечно, большое, но в следующий раз предупреди меня, перед тем как начнёшь наводить порядок. Договорились?

— И-извини… Я не подумала, просто как-то на автомате… — девушка сидела вся красная от смущенья и стыда.

— Ничего-ничего, — поспешила успокоить её Милена. — Просто я к такому не привыкла.

— Ясно…

Но тут беседу девушек прервала громкая трель алисиного телефона. Девушка поспешила поднять трубку.

— Ало… — девушка приложила сотовый к уху. — Нет, нет… Всё в порядке! Да, да… Двухместная… Да, познакомилась уже, — Алиса кинула взгляд в сторону соседки. — Нет-нет, всё замечательно… Да… Я позвоню ещё! Пока! Целую… Да, и я тебя! Пока…

— Что, парень? — усмехнулась брюнетка.

— Нет-нет! Что ты… Мама… — Алисе показалось, или во взгляде Милены, действительно, проскользнуло какое-то облегчение?

— Ясно-ясно. Ну, давай, рассказывай — откуда ты приехала? Кто твои родители? На кого будешь учиться? Мне же интересно знать, с кем придётся жить ещё целый год!

Так за разговорами незаметно пролетела оставшаяся часть вечера. Милена узнала, что её новая знакомая приехала сюда из провинции, не имея ни родственников, ни связей. С детства девочка стремилась уехать из родного городка в крупный мегаполис, и вот, наконец, её мечта осуществилась. Жила девушка только с мамой и бабушкой, которые очень её любили и баловали. Отец ушёл из семьи, когда Алисе было шесть, оборвав все контакты с семьей. Она до сих пор помнит, как тогда плакала её мать. Единственное, что, пожалуй, удерживало женщину в жизни — это Алиса и бабушка, которые поддерживали её, как могли. Алиса росла девочкой тихой, замкнутой. Но, несмотря на это, притягивала к себе окружающих. Её любили учителя за старательность в учебе и прилежное поведение, друзей у Алисы было мало, но она всегда была доброй и отзывчивой, за что снискала уважение и любовь сверстников. Когда мама Алисы узнала, что дочь собирается поступать в большой город, то была категорически против. «Она не знает, что её ждёт!», — кричала мать, отвергая аргументы, приведенные бабушкой в защиту позиции Алисы. Тогда Алиса, пожалуй, первый раз проявила характер, настояв на своём. В итоге матери пришлось смириться, а Алиса, наконец-то, поступила в «Институт экономики, психологии и права», на факультет менеджмента.

— А ты на кого учишься?

— Психолог. Но вряд ли когда-нибудь буду работать по специальности… Не в нашей стране… — ухмыльнулась Милена. — Хотя, если честно, то мне и так практики хватает, мне порой кажется, что у меня на лбу написано: «Мне интересны ваши проблемы».

— Так это же хорошо! Значит, люди тебе доверяют…

— Да не в доверии тут дело. Просто всем периодически нужно «поныть» и «поплакаться в жилетку», всем хочется, чтобы их кто-нибудь пожалел… Но проблемы меж тем не решаются, а стоит начать указывать людям на то, что причина их бед, возможно, — они сами, как те ощетиниваются и заканчивается всё: «Да что б ты понимала!». Вот поэтому я и пошла на психолога — научиться указывать людям на их ошибки так, чтобы это хоть что-то меняло.

— Ясно…

— Ну как тебе? Нравится здесь? Уже познакомилась с кем-нибудь?

— Нет ещё, пока только ты…

— Ну это само-собой. Вот что… Слушай! Завтра познакомлю тебя с нашими: Антон, Макс и Глеб со Стасом. Ну, с Антоном ты уже знакома, — улыбнулась девушка, — и остальным, я уверенна, ты понравишься!

— Хорошо… — просияла Алиса, ей очень хотелось подружиться с кем-нибудь, чтобы не чувствовать себя одинокой.

— Ну вот и чудненько, поможешь нам завтра актовый зал украшать! Только чур, не подглядывать в сценарий! Для тебя и всех первокурсников это должно стать сюрпризом! — широко улыбнулась Милена.

— Да-да, конечно! Торжественно клянусь! — Алиса сделала серьёзное лицо, но в голубых глазах искрился смех.

— Ну тогда давай ложиться спать, завтра нас ждёт очень насыщенный день.

— Хорошо…

Весь вечер Милена не сводила глаз со своей новой соседки. То, как она говорила, её забавная манера жестикулировать, когда рассказ принимал наиболее драматичные обороты, легкий румянец, появившийся на щеках от азарта и смущения — все эти мелочи Милена впитывала в себя, словно губка, и всё не могла насытиться тем домашним уютом, который эта девушка, казалось, привносила одним своим присутствием. Глядя на Алису, на душе становилось как-то легко и светло, словно засветило солнце… Давно забытое ощущение. Но не незнакомое. Вот они — первые ядовитые семена влюблённости, закравшиеся в сердце. Вскоре это растение пустит корни где-то глубоко в душе и ядовитым плющом обовьётся вокруг шеи, и либо это растение зацветет, привнося в жизнь счастье и радость, либо задушит мертвой хваткой одиночества и опустошенности. Милена уже испытала на себе это. У неё за спиной имелся горький опыт такой вот любви. Тогда это закончилось весьма трагично, и Милена не хотела вновь приносить в свою жизнь эту боль. Поэтому она поспешила отогнать «неправильные» мысли о своей соседке куда-нибудь подальше. И постараться стать с ней просто друзьями, в конце концов, её не первый и, наверное, не последний раз влечет к девушке, которую она никогда не получит.

Часть 4

День, как и предсказывала Милена, действительно был насыщенный. С самого утра телефон девушки разрывался от звонков чересчур ответственного Макса, который сверял всё по десятому кругу. В конце концов, Милене это надоело, и она предложила парню зайти к ним в комнату через полчаса.

— Ну что ж, птичка, пора вставать! Нас ждут великие дела! — поднялась с кровати Милена.

— Угу… Сейчас… — Алиса лишь перевернулась на другой бок.

— Эээ… Так дело не пойдет! — воскликнула Милена. — А ну-ка поднимайся! — в Алису полетела подушка.

Очевидно, поняв, что от неё так просто не отстанут, Алиса всё-таки встала с кровати, попутно кидая злосчастную подушку обратно в Милену, под громкий смех последней.

Надо сказать, спросонья Алиса выглядела более чем забавно: закутавшаяся в одеяло, с беспорядком на голове и сонным лицом, она напоминала Милене пушистого котенка. Нестерпимо захотелось подойти и взъерошить такие манящие золотые кудри, и поцеловать это голубоглазое чудо. «Да что за бред?! — подумала Милена. — Тааак… с этим надо заканчивать». Брюнетка подхватила полотенце и под недоуменный взгляд Алисы умчалась в ванную, бросив короткое «одевайся». Милена надеялась, что холодный душ поможет ей прийти в себя.

Алиса лишь пожала плечами, не понимая причин столь резкого бегства, но не стала над этим сильно заморачиваться, вместо этого она решила заправить кровать и начать одеваться. Когда Милена вернулась из душа, то увидела, что Алиса уже полностью оделась и сейчас сидела на кровати, очевидно, дожидаясь своей очереди в ванную. Кивнув девушке, Милена принялась приводить себя в порядок.

Ровно через полчаса в их дверь постучали. «Максим, как всегда, пунктуален», — брюнетка поспешила открыть дверь.

— Доброе утро! — Максим был свеж, бодр и полон энтузиазма, хотя Милена не сомневалась, что он провел всю ночь за подготовкой к сегодняшнему мероприятию. Доброе, доброе… — проворчала девушка, запуская парня в комнату. — Где остальные?

— Стас с Глебом на репетиции, а Антон ещё у Инны, но обещал скоро вернуться.

— Ясно, кстати, к нам присоединится моя новая соседка. Она вам понравится, да и к тому же лишние руки не помешают. А вот и она! — Алиса вернулась в комнату. — Мы как раз о тебе говорили! Максим, знакомься, это Алиса, Алиса — Максим.

— Очень приятно, — улыбнулся юноша.

— Да-да… Мне тоже, — Алиса покраснела в ответ. «Какая же она робкая!» — про себя подумала Милена.

— Тааак, у нас ещё очень много дел, так что нечего тут засиживаться. Третьи и вторые курсы украшают общагу и актовый зал, на нас реквизит к концерту и организация номеров. Мил, ты не забыла, что вы с Антоном у нас ведущие?

— Да помню я всё, помню! — перебила его девушка. — Такое забудешь, ты мне уже неделю этим мозг промываешь.

— Да знаю я вашу привычку всё в последний момент делать. А потом: «Ой, Максим, спаси-помоги!».

— Да когда такое было?! — возмутилась девушка.

— Было, не было — неважно, всё равно этим всё и закончится.

— Вот, блин, дед старый — только и делаешь, что бурчишь, — рассмеялась девушка.

— Ну-ну…

Работы действительно было много. Из запылившейся кладовой пришлось нести ширму и реквизит для КВН-щиков, складывалось впечатление, что хлам в эту кладовую сваливали ещё с советских времен, потому что чего тут только не было: и костюмы, и выцветшие плакаты «Мир, Труд, Май», и даже бюст Ленина, который непонятно зачем сюда притащили, теперь же вождь мировой революции занимал почетное место в углу, рядом с грудой хлама, гордо именуемой «сценическими декорациями». В общем, Милене и Алисе пришлось изрядно попотеть, прежде чем они нашли всё необходимое. На сцене уже вовсю скакали Глеб со Стасом, показывая нерадивым КВН-щикам, как должны вести себя «настоящие профессионалы», половина ребят уже сами сгибались пополам от хохота, глядя на эту парочку, Милена лишь одобрительно покачала головой.

— Ой, а это у нас кто? — широко ухмыльнулся Глеб, подбежав к девушкам.

— Знакомься, Алиса, — это Глеб, Глеб — Алиса, моя новая соседка.

— Очень приятно, миледи, — Глеб галантно поклонился, целуя запястье покрасневшей Алисы.

— Глядите — какой джентльмен! — рассмеялась Милена, Глеб лишь засмеялся в ответ.

— А я тебя помню! Это же тебя тогда Милка на крыльце сбила?

— Да, но…

— Вот именно — забыли, — насупилась Милена.

— Ну ладно-ладно… Вон тот полудурок, пытающийся изобразить лектора — мой брат Стас. Он вообще у меня недалекий, так что…

— Ты кого придурком назвал?! — в Глеба полетела длинная палка, очевидно, изображающая указку.

— А что, хочешь сказать, не так? — увернулся Глеб.

— Нет, не так! Не слушайте этого кретина, девушка, с такими вообще опасно связываться. Кстати, я Стас, а Вы, должно быть, Алиса?

— Да, Милена мне о вас рассказывала.

— Ну ещё бы, — Стас кинул хитрый взгляд в сторону Глеба, — наверное, о том, какой я умный, красивый и вообще самый замечательный?

— Ну-ну… Замечательный, в каком месте? — Глеб выставил палку вперед, имитируя меч. — Защищайтесь, сударь!

— Позвольте взять оружие! — Стас ринулся куда-то в сторону, и, подхватив свернутый ватман, устроил шуточную дуэль с братом. К ним подбежали остальные КВН-щики, и вскоре всё это грозило превратиться в невообразимый кавардак, если бы не вмешалась Милена.

— Так, а ну-ка хватит! — девушка вырвала у парней "оружие", предварительно настучав им обоим по голове свернутым ватманом. — У нас концерт через два часа, а они тут развлекаются!

— Бу-бу-бу… — рассмеялся Стас, — уже и повеселиться не дают! Ладно, парни, пошли репетировать! — юноша отправился обратно на сцену, подмигнув Алисе и показав язык Милене, на что девушка лишь фыркнула.

— Ну что ж, до вечера, Алиса. У тебя ж посвящение сегодня, — Глеб чему-то хитро улыбнулся, — желаю удачи!

— Спасибо, — ответила Алиса. — И вам сегодня хорошо выступить!

— О, не сомневайся! Один взгляд столь прекрасной девушки, и я готов бросить весь мир к твоим ногам! — театрально воскликнул Глеб.

— Иди уже, пока я тебя со сцены не сбросила, Дон-Жуан недоделанный! — рассмеялась Милена.

Дальше для Алисы всё превратилось в сверкающий калейдоскоп: все куда-то носились, что-то кричали, кого-то звали, движение не прекращалось ни на секунду. И лишь когда до прихода зрителей оставалось несколько минут, всё стихло: выступающие отправились переодеваться и готовиться к выходу. Алиса спустилась в зал, заняв одно из центральных мест.

Но вот в зале зазвучала музыка, и его потихоньку стали наполнять студенты. Первокурсники держались обособленно, у многих на лицах были написаны растерянность и предвкушение. Убедившись, что зал полон и пора начинать, ведущие открыли занавес. Сам концерт проходил по стандартной для таких случаев программе: сначала ведущие (Милена и Антон) объявили о начале концерта, затем было нудное выступление руководства института и преподавателей, рассказывающих повторяющийся из года в год монолог о «новой жизни», оживили мероприятие КВН-щики со своими сценками и песнями, над которыми смеялись даже преподаватели, как всегда Глеб и Стас были выше всяких похвал. В заключение, Милена прочитала красивое стихотворение о студенческой поре, на котором все в зале притихли, очевидно, проникнувшись торжественной атмосферой, с которой Милена читала этот стих. Алиса обратила внимание, что её новая соседка прекрасно чувствует себя на сцене, видно было, что она не первый раз выступает здесь, Алису обуяла неожиданная гордость за то, что именно она живёт с этой яркой девушкой и общается со всеми этими интересными молодыми людьми, приезжая сюда, она и не думала, что ей так повезет.

После концерта вся компания дружно направилась в общежитие. Заскочив в комнату девушек, они оставили там Алису, приказав ей не высовываться, пока её не позовут. Алисе осталось лишь согласно кивнуть и терпеливо ждать вечера.

У автора появилась бета — deep, чему он несказанно рад.

Большое ей спасибо.

Часть 5

Ближе к восьми в комнату постучали, Алиса, просидевшая на иголках и терзавшая себя предположениями всё это время, поспешила открыть дверь. На пороге стоял Антон.

? Привет ещё раз,? улыбнулся парень.? Переодевайся скорее, я тебя подожду.

? А-а…

? Что-нибудь немаркое, а ещё лучше? что не жалко… И побольше,? хмыкнул парень.

? Но…

? Не спрашивай,? перебил Антон,? сама сейчас всё узнаешь!

Алиса, снедаемая любопытством, поспешила переодеться. Её выбор остановился на простой темной футболке и старых джинсах, всё-таки девушка решила последовать совету Антона и одеться попроще, она совершенно не знала, чего ожидать от сегодняшнего вечера! О посвящении в студенты она ничего не знала и даже не догадывалась о том, что её ждёт. Не заставляя себя долго ждать, Алиса захватила толстовку и вышла из комнаты.

? Отлично,? Антон оглядел наряд девушки,? то что надо! Теперь повязка,? парень аккуратно повязал вокруг головы девушки какую-то ткань.? А теперь пошли!

Сквозь повязку совершенно не было ничего видно, и поэтому Алиса шла, держась за руку Антона. Шаги парня были большими, из-за чего ей приходилось бежать чуть ли не вприпрыжку, чтобы не отстать. Вокруг послышался шум и приглушенные голоса, Алиса поняла, что к их процессии присоединилось ещё несколько человек. Но вот «марафон» закончился, и ребят усадили в какой-то комнате, предварительно сняв с них повязки. В комнате было совершенно темно, лишь слышались шорохи и шумное дыхание первокурсников.

Но вдруг неожиданно зажегся яркий свет, и на ребят выскочили их провожатые-старшекурсники с громкими криками и поздравлениями. Помещенье, в которое привели ребят, оказалось просторной комнатой, освобожденной, очевидно, именно для этих целей. Стены были украшены плакатами о студенческой жизни, вдоль стен висели бумажные гирлянды, придающие комнате праздничный вид. Вдоль одной из стен располагался ряд стульев, на котором и сидели первокурсники. Их было немного? человек двадцать, у многих был немного растерянный вид, и в глазах читалось явное непонимание ситуации, хотя были и те, кто, очевидно, понимал, что происходит? их глаза горели предвкушением.

Из группы старшекурсников, разместившейся у противоположной стены, отделилась Милена, и, выйдя в центр импровизированного зала, она начала свою речь.

? Ну здравствуйте, дорогие первокурсники! Понимаю, для некоторых из вас всё происходящее сейчас немного неожиданно, но, тем не менее, сейчас вас ждет обряд посвящения в студенты!? послышалось взволнованное перешептывание первокурсников и одобрительные выкрики старших ребят.? Но для начала, я думаю, нам всем нужно познакомиться друг с другом! Меня зовут Соколюк Милена, я из 205 комнаты, 5 курс, — представилась девушка.? Теперь давайте по очереди каждый из вас назовёт своё имя и скажет пару слов о себе: откуда приехали, на кого учимся и так далее.

Далее пошла череда знакомств, приветствий и рукопожатий. Алиса держалась немного в стороне от своих будущих одногруппников, не участвуя в общем оживлении. Но когда до неё дошла очередь представляться, она назвала своё имя, город, откуда приехала, а также то, что поступила на факультет менеджмента.

После того, как все представились, настала пора конкурсов. Но для начала по традиции все подняли тост за «знакомство и за пополнение в рядах студентов», алкоголь придал первокурсникам смелости, и теперь они не вели себя уже так зажато, и стали проявлять инициативу. Первокурсникам предстояло пройти «путь посвящения», заключавшийся в участии и по возможности победе в массе всевозможных конкурсов, которые могли прийти в голову, пожалуй, только студентам. Первым испытанием была полоса препятствий. На этаже по всей длине коридора на равном расстоянии друг от друга были расставлены парты, обозначающие «станции», каждый участник должен был пройти из одного конца коридора в другой, выполняя различные задачи. Старшекурсники распределились по станциям, и началась «эстафета».

Алиса с невообразимым удивлением смотрела на то, что происходило вокруг: все куда-то неслись, падали, толкали друг друга, но всё равно продолжали бежать дальше. На первом этапе парни должны были, подхватив одну из однокурсниц на руки, пробежать с ней от одной парты к другой, не уронив свою «ношу». И всё бы ничего, да вот только никто не ждал своей очереди, и, взяв девушек на руки, парни побежали вперед. Алису подхватил какой-то щуплый на вид парнишка в клетчатой рубашке, но парень оказался весьма сильным и донес девушку до следующей парты, ни разу не уронив. Старшекурсники всё это время тоже не стояли, сложа руки, они всячески мешали продвижению первокурсников вперед. В итоге до следующей парты добрались лишь единицы, остальные попадали в середине пути.

На следующем этапе парам вручили туфли на высоком каблуке, поистине гигантского размера (и где только такие нашли? Не иначе, как позаимствовали у каких-то великанш). Вот тут парням и предстояло познать всю тяжесть женской доли, а именно — хождения на каблуках. Бедные юноши с траурными лицами обули эти «калоши», которые некоторым оказались большими, и начали свой нелегкий «путь» под наставления женской половины коллектива. Дальнейшее можно охарактеризовать как EPIC FAIL: парни падали, шли гуськом, некоторые даже передвигались на манер лыж, чем очень веселили зрителей этого забега. За стены держаться было запрещено, и поэтому количество упавших резко возрастало с каждым метром. Добравшиеся до конца «дистанции», были крайне вымотаны, но последние метры проходили вполне себе таким бодрым шагом «от бедра». Многие парни так и не дошли до финала, проклиная великое изобретение дизайнеров женской моды. На деле оказалось, что передвигаться на этих «ходулях» было очень сложно, но кто обещал, что будет легко?

Следующий конкурс был для девушек? на меткость. К стенке были прикреплены воздушные шары, девушкам выдавалось по два дротика, и каждая из них должна была лопнуть, по крайней мере, один шарик. Оказалось, что девушки те ещё снайперы, потому что попадали они куда угодно, но только не в цель. Пострадали даже Стас и Глеб, попытавшиеся помочь девушкам и указать направление. Ну, в итоге представительницы прекрасного пола всё же справились с заданием.

По итогам дистанции определились две пары финалистов, среди которых была Алиса и тот щуплый парень, которого, как выяснилось, зовут Никита. Победители дистанции награждались трофейным алкоголем и освобождались от участия в дальнейших конкурсах, как поняла впоследствии Алиса? очень даже кстати.

Завершив «марафон», студенты снова проследовали в ту самую комнату, с которой всё и началось. Веселье было в полном разгаре, играла заводная музыка, алкоголь лился рекой. После каждого тоста молодежь становилась всё развязней, уходила стеснительность и скованность перед незнакомыми людьми. Чем дольше продолжалось мероприятие, тем безумней становились конкурсы. Первокурсникам пришлось доставать из тазика полного киселя конфеты без помощи рук, а затем проделывать то же самое и с соседним тазиком, который был заполнен мукой. В общем, все были перепачканные и счастливые. Ближе к полуночи начались конкурсы на раздевание и прочие забавы, вскоре мероприятие превратилось в безбашенную пьяную вечеринку.

Милена, ответственная за организацию, теперь могла расслабиться? вечер прошёл на «ура». Все были довольны и счастливы, посвящение было ярким и запоминающимся. Глядя на веселящуюся молодежь, Милена с грустью понимала, что скоро завершится студенческая пора её жизни, уступая место взрослости и серьёзности. Но сейчас ей хотелось отрываться и веселиться, благо возможностей для этого? море.

Задумавшись, Милена не заметила, что её взгляд то и дело возвращался к Алисе. Девушка, очевидно, изрядно захмелела: волосы больше не стягивал тугой хвост, щеки раскраснелись, а глаза были затуманенные алкоголем, прежняя зажатость и стеснительность уступили место расслабленности, рядом с Алисой находился какой-то парень, о чем-то мило с ней беседуя, кажется, его звали Никита. Милене нестерпимо захотелось подойти и выяснить, что же этот недомерок рассказывает её Алисе. «Так, стоп! Что ещё за «моя Алиса»?!»? пронеслось в голове у брюнетки, но она поспешила себя уверить, что просто беспокоится за эту невинную птичку. Материнский инстинкт. Не более.

? Хватит сверлить их взглядом,? над ухом раздался голос Макса. Парень подошел к Милене и облокотился на стул, на котором она сидела.? А то от бедного парня скоро останется кучка пепла!

? Ты о чем?? наигранно удивилась Милена, ей не хотелось признавать свою очевидную ревность.

? Не притворяйся,? покачал головой Макс.? Я же вижу. Она тебе что? нравится?

Вот именно за эту черту Милене нравился Максим, но теперь захотелось придушить парня за излишнюю проницательность. Поняв, что скрывать что бы то ни было от Максима? верх глупости, девушка решила ему всё рассказать, заранее уверенная в том, что всё, что она сейчас скажет, останется между ними.

? Не то что бы нравится… Но чем-то она меня зацепила, понимаешь?? Максим утвердительно кивнул.? Как думаешь, у меня… У нас может что-нибудь получиться?? Милена была сама не своя, задавая этот вопрос, обычно волевая и решительная, сейчас она выглядела на удивление беспомощной и растерянной. Максим удивленно посмотрел на девушку.

? Не знаю, давай не будем загадывать. Я уверен, что если вы действительно друг другу подходите, то всё возможно,? улыбнулся брюнет.

? Спасибо тебе, Макс…? устало выдохнула Милена.

Друзья были в курсе ориентации Милены с самого начала. Максим отнесся к этому со свойственным ему спокойствием, а Антон просто считал, что это не его дело. Личная жизнь друзей считалась делом глубоко интимным, и поэтому никто не лез без надобности с расспросами друг к другу. Глеб и Стас, если о чём-то и догадывались, то виду не подавали, считая это личным делом Милены.

Сама Милена поняла, что ей нравятся девушки, ещё учась в старших классах. В ту пору у всех девушек класса были «кавалеры», которыми те неизменно гордились и хвастались своими любовными похождениями на переменах. Очевидно, наслушавшись всех этих романтических бредней, Милена решила, что ей тоже во что бы то ни стало нужно найти себе парня. В конце концов, она всегда была главной заводилой и поэтому не хотела чувствовать себя хоть в чем-то ущемленной. Для этих целей прекрасно подошел один знакомый, давно оказывающий девушке знаки внимания, хотя она к нему совершенно ничего не чувствовала. Но Милена была девушка упрямой, и поэтому, очевидно, пытаясь доказать, что она ничем не хуже своих подруг, она убедила себя, что парень ей очень нравится, хотя один лишь его вид навевал ей скуку. С этим парнем Милена провстречалась около полугода. Девушки её класса давно же попробовали все прелести «взрослой» жизни, Милена вновь решила, что упускает что-то важное, и она решила попробовать. Близость не принесла никакого удовольствия им обоим, оставив после себя чувство неловкости и стыда. Парень вскоре переехал с родителями в другой город, и Милена с облегчением вычеркнула его из своей жизни. Случившееся она воспринимала, как полезный жизненный опыт, закончившийся провалом.

И вот тут случилось оно? в класс к Милене перешла новенькая. Девушка оставляла неизгладимое впечатление: модная стрижка, необычный цвет волос, макияж, необычный стиль в одежде, яркий, заводной характер? всё это делало эту девушку отличной от окружающих. Милене она не понравилась с первого взгляда? слишком шумная, инициативная, Милена видела в ней свою соперницу. Пока не случилось то, что перевернуло мировоззрение Милены с ног на голову. Новая одноклассница заявила, совершенно не смущаясь, что ей нравятся девушки. На Милену это произвело сильное впечатление. Она стала с ужасом отмечать, что ненависть к однокласснице превращается во что-то совершенно иное. Теперь она старалась подружиться с ней, вместо того чтобы набрасываться друг на друга с претензиями, и постепенно ей это удалось. Сначала Милена думала, что интерес к подруге? это лишь любопытство, но с каждым днём она всё больше и больше убеждалась, что это нечто более серьёзное. Парни перестали привлекать её, вместо этого она засматривалась на своих ровесниц. Всё это было сложно, странно и страшно, но, в какой-то мере, именно новенькая одноклассница поддержала девушку, показывая ей своим примером, что в этом нет ничего ненормального. Возможно, она и стала для Милены действительно первой любовью.

После поступления в институт Милена встречалась как с девушками, так и с парнями, постепенно убеждаясь, что женское общество ей гораздо более предпочтительно. Возможно, Милена была слишком свободолюбивой и независимой, чтобы подчиняться мужчине, а «мямлю» рядом с собой она точно никогда не видела. Вот потому и влекли её нежные, мягкие существа вроде Алисы, лишь с ними она чувствовала себя комфортно и уютно.

Посидев на стуле ещё немного и понаблюдав за парочкой, Милена встала и направилась в их сторону.

? Ооо… Ми-Милена… Ик…? организм Алисы, очевидно, не привыкший к алкоголю, быстро опьянел, язык не слушался, всё тело было словно ватным.? Это Никита…? девушка как-то странно захихикала,? Никита, это моя соседкаааа…

? Так, чувствую, кому-то на сегодня достаточно,? ровным голосом отрезала Милена, подхватывая девушку под руки и не слушая возмущений парня.? Пошли в комнату…

? Но ведь ещё ничего… Ик… Не закончилось!? заупрямилась девушка.

? Скоро закончится!? Милена настойчиво повела девушку в сторону выхода.? Не переживай, ничего интересного ты не пропустишь. Упитые первокурсники? не самое приятное зрелище…? прошипела куда-то в сторону Милена.

? А… Ик… Что ты сказала?? не расслышала блондинка, очевидно, икота оставлять девушку не планировала.

? Ничего-ничего. Пошли скорее,? Алиса и не заметила, как Милена вывела её в коридор, уверенно направляя её в сторону их комнаты.

Когда Милена дотащила безвольное тело Алисы до комнаты, та уже засыпала на её плече. Аккуратно уложив девушку на кровать, Милена принялась стаскивать одежду с девушки, стараясь не задумываться о той близости, которая сейчас возникла между ними. Кожа Алисы была мягкой, тёплой, Милена с упоением оглаживала красивые плечи девушки, спускаясь всё ниже… Стоп! Что же она творит?! Она же просто собиралась раздеть Алису и уложить её в кровать! Милена резко одернула руки от столь желанного тела. «Нельзя, нельзя так!»? крутилось в голове у девушки.

Милена поспешила снять с Алисы оставшуюся одежду и накрыла сопящее чудо одеялом.

Алиса во время сна была очень хороша: волосы спадали свободными волнами по подушке, черты лица были разглажены, она выглядела такой красивой и беззащитной сейчас, что Милена невольно залюбовалась прелестью девушки. Не задумываясь о том, что же она делает, Милена накрыла губы спящей девушки поцелуем. Всего секунда… Мимолетное касание, а по телу словно пустили электрический ток. Брюнетка резко отпрянула от кровати Алисы, но та даже не проснулась.

Милена быстро подхватила свои вещи и побежала в ванную, с ужасом понимая, что просто быть друзьями с этой девушкой у неё не получится. Слишком уж сильным было желание её заполучить.

Часть 6

Утро встретило Алису жутчайшей головной болью и невыносимой жаждой. Во всем теле чувствовалась слабость, веки словно были налиты свинцом. Алиса перешла в то пограничное состояние, когда спать уже не хочется, а подняться и сделать хоть что-то нет ни сил, ни желания. Поворочавшись в кровати, девушка издала горестный вздох.

— Проснулась, значит, — над ухом раздался голос Милены. — Вот алкашня! — хихикнула девушка. — Голова, небось, болит? — блондинка обреченно взглянула на девушку, Милена в ответ лишь ухмыльнулась. — Вставай! Будем тебя лечить! На вот воды, и бегом в ванную!

Алиса послушно взяла стакан из рук брюнетки, сделав, наконец, спасительный глоток. Вода приятно охладила пересохшее горло, постепенно сгоняя остатки сонливости. Поблагодарив, Алиса встала с кровати и нетвердой походкой направилась в ванную. Ради интереса заглянув в зеркало, она ужаснулась: волосы были спутаны, лицо какого-то неестественного бледного оттенка как, впрочем, и губы, под глазами залегли тени, сами глаза припухли и теперь смотрели на мир, щурясь от яркого света.

— Мдааа… уж… Красавица… — невесело протянула девушка севшим голосом. «Больше никогда не буду пить!» — мысленно зареклась девушка, а в голове отчетливо всплыл стандартный для утреннего похмелья вопрос: «Что же было вчера?». Мозг выдавал лишь отрывочные куски воспоминаний о громкой музыке, толпе народа… Все воспоминания после того, как они вернулись в ту комнату, были словно покрыты какой-то дымкой, нежелающей пропускать сквозь свою пелену события минувшего вечера. Решив не мучить свою бедную голову подобными вопросами, девушка зашла в душ, благодарно подставляя своё тело холодным струям воды.

Милена проснулась гораздо раньше своей соседки, и поэтому успела тысячу раз привести себя в порядок и даже приготовить нехитрый завтрак для себя и Алисы. Девушка так и не смогла вчера сомкнуть глаз, прокручивая в голове события того вечера. Она совершенно не понимала, зачем тогда поцеловала Алису. Теперь при взгляде на девушку у Милены появлялось чувство вины и сожаления, девушка совершенно не могла разобраться в своих чувствах по отношению к этой птичке. С одной стороны, она не могла отрицать, что девушка её привлекает отнюдь не по-дружески, а с другой, прекрасно осознавала, что шансов у неё нет и быть не может. Алиса, наверное, и помыслить не может о том, чтобы состоять вот в таких вот отношениях с девушкой. Воспитание, нормы морали, мысли, вдолбленные в голову с детства окружающими, о том, что всё это грязно, мерзко, плохо — никто не отменял. Милена и сама сталкивалась порой с непониманием других людей, нет, большинство современной молодежи вполне спокойно относилось к нетрадиционной ориентации Милены, но были и те, для кого она являлась кем-то вроде «бракованной», «ненормальной», поэтому девушка, хоть и не скрывала своей предрасположенности, но и не афишировала сей факт своей биографии. Вообще, люди весьма неоднозначно реагировали на подобное заявление, больше всего, пожалуй, поражали девушки, которые, услышав, что Милена не увлекается парнями, начинали зажиматься при ней так, словно она прям тут на них набросится, у брюнетки подобное поведение вызывало искреннее непонимание и смех. Некоторые, напротив, начинали проявлять любопытство, допрашивая девушку о её предпочтениях: как, почему, зачем и к кому. Милена сразу прерывала эти расспросы, не желая распространяться о своей личной жизни. В конце концов, это её личное дело — с кем она встречается, и окружающих это должно волновать меньше всего. Серьезных отношений у Милены практически не было — как оказалось, это весьма сложно — противостоять общественному мнению, и если Милена была к этому готова, то большинство её девушек говорили, что «они не такие», и что это было просто «интересным опытом». Милена не обижалась, в конце концов, она никогда не испытывала сильных привязанностей к своим подругам, они лишь скрашивали её существование, оставляя после себя лишь слабую горечь очередного разочарования. Лишь однажды она пустила девушку глубоко в своё сердце, но это ни принесло ей ничего, кроме боли и разочарования. Теперь Милена полагалась в жизни только на себя и своих друзей, не нарушая четкую границу между собой и окружающими. Но появилась Алиса, и при взгляде на неё сердце начинало отбивать неровный ритм, а дыхание сбивало напрочь. Милена решила, что достаточно ей заниматься самокопанием. Тема Алисы была для неё столь же неясной, как и вчера вечером. Слишком много противоречивых эмоций сейчас сковывали Милену.

В комнату вернулась Алиса — явно взбодрившаяся и свежая после душа. Капли воды, стекающие с мокрых волос девушки, очерчивая линию шеи, ключиц и мягко стекающие ниже, невольно привлекали к себе внимание. Милена шумно выдохнула. Нет, серьёзно, это уже никуда не годится. Она напоминала себе пятнадцатилетнего подростка — при взгляде на переодевающуюся Алису взмокли ладони, а мысли унесли свою хозяйку куда-то далеко за рамки приличий. Милена прекратила своё любование, сказав, что ждёт Алису через пять минут за завтраком, и даже расставляя кружки, не могла избавиться от образа полуобнаженной Алисы перед глазами.

Через пять минут, как и было сказано, пришла Алиса. Девушка выглядела бодрой, лицо стало приобретать нормальный оттенок, щеки окрасил лёгкий румянец, и лишь залегшие под глазами тени выдавали события вчерашнего вечера. Девушка села за стол, и, взяв один из бутербродов, приготовленных Миленой, скривилась в отвращении. Нет, есть, конечно, хотелось, но кусок не лез в горло. Желудок, отравленный алкоголем, воспрепятствовал тому, чтобы поесть, но у Алисы, очевидно, было своё мнение на этот счёт, и поэтому она, пересилив себя, проглотила кусочек, запивая чаем из кружки. Чай был чёрный, приторно сладкий и с долькой лимона, что, по идее, должно было вызвать отвращение у Алисы (она не пила сладкий чай, и, вообще, предпочитала зеленый), но в этот момент он казался ей вкуснейшей вещью на свете. Желудок не протестовал, и Алиса смогла, наконец, позавтракать.

— Это то, что нужно с утра после таких вот посиделок, — улыбаясь, объяснила Милена, — особенно учитывая, что ты вчера намешала. Лично меня всегда спасал такой чай, а то есть совершенно ничего невозможно. Чуть попозже можно ещё и сладкого поесть, только немного! Тогда вообще прекрасно станет.

— Спасибо, — улыбнулась Алиса. — Больше никогда пить не буду!

— Ха… Так все с утра говорят, а как только забудется это состояние, снова напиваются до звезд перед глазами! — рассмеялась брюнетка.

Алиса невольно покраснела, вспоминая вчерашний вечер. Хронология событий по-прежнему обрывалась где-то в районе конкурсов с тазами.

— Нет, я правда больше не буду! Никогда так не напивалась, даже на выпускном! — Милена лишь удивленно заморгала. Эта девушка не переставала её удивлять. — Я даже не помню, что было вчера!

— Совсем-совсем не помнишь? — осторожно уточнила Милена, помешивая остывающий чай.

— Вот именно… — погрустнела блондинка. — Какие-то мутные обрывки.

Милена незаметно выдохнула. Теперь она точно была уверенна, что девушка не помнит того, что произошло в комнате, хотя тогда она и спала, Милену не покидало чувство беспокойства.

— Ну это ничего, — хитро улыбнулась Милена. — Думаю, фотографий тебе будет достаточно…

— Только не этооо… — совсем поникла Алиса. — Боюсь представить, что там.

— Всё не так страшно, не переживай, — поспешила уверить девушку Милена. — Сегодня же заберу фотографии — вместе посмотрим.

— А у кого они? Разве не у тебя? — Алиса припоминала, что Милена вчера вечером пару раз мелькала перед ней с фотоаппаратом в руках.

— Нееет, я, конечно, тоже снимала… Но основной компромат у Антона. Как он любит повторять: «После вечеринки главный тот, у кого фотки!», — девушки рассмеялись.

— Да уж. Наверное, такого позора тут ещё не видели.

— Ха! Да эта общага столько всего видела, что тебе и не снилось! — воскликнула Милена. — Тебе ещё ждет мнооого сюрпризов.

— Да не дай Бог! — рассмеялась Алиса.

Девушки допили чай и отправились обратно в комнату.

— Надумала, чем займешься сегодня? — спросила Милена Алису.

— Да нет… Может быть, по городу похожу, я ведь тут всего пару раз с мамой была… Да и то — давно.

— Ну, я тоже сегодня фактически свободна, — улыбнулась Милена. — Не хочешь себе эрудированного экскурсовода? Обещаю сделать Вашу прогулку незабываемой, — голосом рекламного диктора произнесла брюнетка.

— Не откажусь, — обрадовалась Алиса, было очевидно, что перспектива пойти вдвоём её устраивала гораздо больше, чем вероятность блуждать по незнакомому городу в одиночку.

— Ну вот и отлично, — заключила Милена. — Тогда собираемся!

«Я просто ей помогаю, ничего такого», — размышляла Милена, уже стоя на крыльце. На появившееся чувство ликования, после того, как Алиса согласилась, девушка решила не обращать внимания.

Свою экскурсию Милена решила начать с самого института, показывая первокурснице расположение аудиторий, кабинетов и, конечно же, столовой! В глазах Алисы читался неописуемый восторг, всё вокруг было в новинку. И хотя сейчас была суббота, и занятия начинались в четверг, здесь было шумно и многолюдно. Студенты толпились около расписаний и преподавателей, в основном это были первокурсники.

После института девушки направились в город. Как оказалось, здесь была масса интересных мест, которые стоило посетить. Для начала девушки сели на рейсовый автобус, с целью добраться в центр города. Попутно Милена просвещала девушку о расписаниях автобусов, комментируя мелькающие за окнами здания, магазины и кафе. Казалось, информации было столько, что Алисе в жизни не запомнить всего этого, но Милена объясняла кратко, понятно и, что главное, — интересно, о городе она знала столько, что голова шла кругом. Алиса всё больше и больше убеждалась в том, что у неё самый лучший экскурсовод из всех возможных.

Пешеходную экскурсию Милена начала с центра города, показывая, где находятся наиболее крупные, а главное — недорогие магазины, кафе, где собирается молодежь, девушки посетили даже выставочную галерею. Как оказалось, Милена — человек очень разносторонний, она столько всего знала о всевозможных вещах, что Алиса просто шла и наслаждалась рассказами Милены, изредка выражая своё мнение и задавая вопросы. Девушки посетили даже парк, захватив мороженое, они отправились кататься на колесе обозрения. Оттуда открывался чудесный вид — парк находился на возвышенности, и весь город был словно на ладони: старой застройки центр с домами, украшенными лепниной, новые небоскребы, появляющиеся, словно грибы после дождя, в последнее время. Простор, множество людей вокруг — всё это производило неизгладимое впечатление на привыкшую к тихой провинциальной жизни Алису.

Милена наслаждалась честной реакцией Алисы, ей доставляло искреннее удовольствие наблюдать за сменой эмоций на лице девушки: от изумления до радости. Брюнетка любовалась этой открытой девочкой, кидая на неё порой полные грустной задумчивости взгляды, когда думала, что Алиса её не видит.

Алиса же всё больше и больше восхищалась своей новой соседкой. Она была такой яркой, волевой — полная противоположность тихой, скромной Алисы. Милена стала для неё чем-то вроде кумира, девушка неотрывно следила за Миленой, кидая на неё взгляды, полные восхищения. Но порой она натыкалась на ответный взгляд девушки — задумчивый, печальный. Алиса начала наивно полагать, что её новой соседке с ней скучно. И поэтому старалась всё больше и больше заинтересовать Милену, не понимая, что та ни о ком другом и думать в последнее время не может.

В общежитие девушки вернулись, когда за окнами уже было темно. Зайдя в комнату, они ещё немного поболтали и, обсудив своё сегодняшнее путешествие, отправились спать.

Уже лежа в постели, Милена анализировала прошедший день. С Алисой ей было легко, спокойно. Девушка всё больше и больше убеждалась в том, что её новая соседка постепенно захватывает её мысли и, возможно, сердце. А вспоминая взгляды, полные интереса, которые на неё кидала Алиса, Милена не могла нарадоваться. Может, всё не так плохо, и у неё есть шанс?

Фанфик выходит немного длиннее, чем ожидал автор. Поэтому размер меняется на миди, надеюсь, Вы не против?))

Часть 7

Неспешной чередой потянулись серые осенние будни. Институт начал работать в полную силу, множество студентов и преподавателей ежедневно спешили туда, чтобы получить или передать знания. Алиса активно вливалась в учёбу. Ей, не имевшей проблем в школе и всегда готовой к урокам, начало семестра давалось легко. К тому же, рядом всегда была Милена, за прошедший месяц девушки очень сдружились. Алиса уже не представляла, что бы она делала без своей соседки по комнате. Брюнетка помогала освоиться и обжиться в коллективе, водила её с собой на все институтские мероприятия, знакомила со своими друзьями. В общем, Алиса считала, что с соседкой ей очень повезло.

Милена же, напротив, всё больше запутывалась в себе, замыкалась, Алиса стала её навязчивой идеей. Девушка всё чаще и чаще ловила себя на мысли: «А может попробовать?». Такие предположения Милена гнала от себя прочь как можно дальше, понимая что шансов у неё нет и быть не может. Но находясь рядом с Алисой, смотря в её глаза, ставшие за столь короткий срок такими родными и любимыми, любуясь её улыбкой, разделяя её впечатления от новой, захватывающей жизни, в которой Милена стала проводником, девушка понимала, что уже поздно. Что эти голубые глаза, золотые пряди и тихий грудной смех навеки отпечатались в её памяти, и теперь клещами не вытащишь это чувство из груди.

Одновременно с этим приходила и злость от бессилия — смотреть, мечтать, но не иметь возможности прикоснуться, обнять так, как действительно этого хочешь, всё это тяжелым грузом давило на Милену, пожалуй, впервые в жизни она ощущала себя настолько беспомощной. Каждый день становился пыткой. Девушку душила ярость от того, что Алиса не замечает, какую бурю чувств и эмоций вызывает у Милены одним лишь своим присутствием. Неужели она не видит взглядов, которыми на неё смотрит Милена? Неужели не видит, что до этого гордая, независимая Милена, превратилась чуть ли не в наседку, чрезмерно опекая Алису? Как она может не замечать, что в непосредственной близости с ней у Милены начинают дрожать руки и учащается дыхание? Или что брюнетка, сама порой того не замечая, старается прикоснуться к Алисе, незаметно пробежать руками вдоль позвоночника, огладить линию предплечья, умело маскируя это за дружески объятиями. Неужели она всего этого не понимает?!

Это было выше Милениных сил, всё это превращалось в какое-то сумасшествие, грозящее поглотить девушку полностью. Единственной отдушиной был Максим, который поддерживал подругу как мог. Он видел, что девушка стала нервной, прежде, несмотря на всю свою безалаберность, всегда собранная, она стала рассеянной, часто витала где-то в облаках. С одной стороны, Максиму было обидно за девушку, он не мог смотреть на то, как она страдает, а с другой — ничего поделать он тоже не мог, Милена бы ему этого не простила. Оставалось лишь наблюдать за всем происходящим со стороны и утешать Милену, когда той было особенно тяжело.

— Максим, я не могу так больше… — сказала девушка, находясь в комнате у парня. Такие вот вечерние разговоры по душам стали для неё привычным делом, когда на душе становилось особенно тяжко и невыносимо. — Она же глупая, наивная… Ребенок ещё по сути, а я? Зачем ей все эти мои чувства, желания? Она ведь верит мне, понимаешь, доверяет полностью… Рассказывает всё на свете, а ты знаешь, как это страшно? Такая ответственность за судьбу другого человека? Когда знаешь, что от тебя зависит, что будет дальше? А теперь представь, какой это соблазн — надавить, заставить… Я ведь знаю, что могу… Только вот зачем? Испортить ей жизнь? Чтобы на вопрос мамы: «А есть ли у тебя парень?», отвечать молчаньем или того хуже — врать? — девушка горько ухмыльнулась. — Слышать непонимание и насмешки в свой адрес? Она же не вынесет этого… Я не вынесу… Смотреть, как она будет страдать — выше моих сил! Но и я так не могу дальше… Я вот подумала, может переехать от неё…

— Ты отвлечься не пробовала? — прервал речь Милены, до этого молчавший Максим. — Послушай себя: «Алиса то, Алиса сё»… Мил, я тебя не узнаю! Где задор, где блеск в глазах? Куда делась та яркая и бесшабашная Милена Соколюк, которую я знаю? Вот что, тебе нужно отвлечься, развеяться! — неожиданно воскликнул парень. — Мы уже тысячу лет вместе не собирались, я слышал у Инны скоро день рождения, и Антон хочет познакомить её с нами… Посидим — отдохнём. Алису свою с нами возьмешь, просто, ты ведь только её и видишь! А так, в окружении людей она, может, тебе совсем неприметной и серой покажется! — закончил свою пламенную речь брюнет.

Милена лишь покачала головой, вряд ли мысли об Алисе так быстро пройдут. Но предложение Максима ей показалось неожиданно заманчивым.

— А почему нет? — весело улыбнулась девушка. — Возможно, ты прав, и всё это только от того, что я слишком много времени провожу вместе с ней? А, к черту! Мне действительно нужно отвлечься! Не то я превращаюсь в тряпку…

— Вот теперь ты вернулась! — обрадовался брюнет, однако радость его была не полной. Такой Милену он видел впервые. Даже когда она встречалась со своей прошлой девушкой, брюнетка была менее импульсивна и порывиста. Свои эмоции она всегда держала под замком, не позволяя окружающим лезть глубоко в душу. «А эта Алиса её здорово на неё повлияла!» — подумал парень.

На этом они и порешили. В ближайшие выходные у девушки Антона Инны намечался день рождения, на которое были приглашены все близкие друзья и знакомые Антона, в том числе и Милена с Алисой, и им оставалось лишь догадываться, во что выльется этот вечер.

Через несколько дней Милена поделилась радостной новостью с Алисой.

— Сегодня мы идём на день рождения! Так что ничего не планируй — сейчас мы идём выбирать подарок!

— Что? Чей день рождения? — Алиса от удивления чуть не выронила книгу из рук, которую она читала в этот момент, сидя на кровати.

— Инны — девушки Антона, — Милене показалось, или в глазах Алисы на секунду промелькнуло разочарование?.. Всё настроение резко рухнуло куда-то вниз, и она продолжила неожиданно холодным тоном: — Нас позвали ещё два дня назад, если хочешь, можешь, конечно, не идти, я не заставляю, но тебя всё ждут.

— Н-нет-нет! Что ты! Я с радостью… — Алиса растерялась, не понимая причины столь резкой перемены в настроении Милены.

— Вот и отлично. Собирайся, через полчаса поедем в город — по магазинам, — голос девушки потеплел, она сама испугалась своей реакции на тот Алисин взгляд. Ну погрустнела она и что с того? В конце концов, она ведь нормальная… Ей вполне мог нравиться Антон. В груди у девушки стало неожиданно пусто и обидно. Ну почему она не парень? Тогда бы всё было так просто…

Через полчаса девушки уже выходили из общежития в сопровождении Максима и Глеба. Парни решили составить компанию девушкам в походе за подарками, вместе всё равно веселее! Коллективным решением было принято, что девушки дарят один подарок на двоих и парни соответственно тоже, всё-таки студенты не миллионеры, а так появлялась возможность купить что-то более ценное. Пробродив по магазинам полдня и расправившись, наконец, с покупками ребята зарулили в кафе, а затем направились обратно в общагу дожидаться вечера.

— Ай! Больно-больно-больно! — Милена прикусила палец на левой руке, чтобы отвлечься от болезненных ощущений в правой, ожесточенно трясся ею в воздухе. — Твою ж мать! Как это больно!..

— Что случилось? — к Милене подбежала встревоженная Алиса, готовая в любой момент бежать за помощью для своей подруги.

— Ай-йа-йай… Ноготь! — воскликнула брюнетка, перестав трясти конечностью в воздухе и показывая руку Алисе. — Сломался, будь он неладен! Давно ж снять их хотела, да всё руки не доходили! Тсс… — боль хоть и утихла, но оставалась ощутимой.

Алиса сосредоточенно посмотрела на лицо Милены, на палец, затем снова на Милену и с самым серьёзным выражением лица спросила:

— Подуть?

Милена длинных ногтей по вполне понятным причинам никогда не носила, да и не росли они у неё длинными! Ломались быстрее, чем достигали хотя бы двух миллиметров в длину, но знакомая-маникюрщица предложила поэкспериментировать с наращиванием, уговорив Милену нарастить ногти. То ли Милене хотелось чего-то нового, то ли знакомая имела дар убеждения, итог был один — ногти вскоре красовались на руках брюнетки. Совершенно незнающая, как за ними ухаживать, Милена вскоре приноровилась открывать разные крышки и другие плотно прилегающие поверхности при помощи ногтей. Надо отдать должное мастеру — ногти были сделаны качественно и не ломались. Но у всего есть свой срок, и, как убедилась в этом Милена, пытаясь открыть газировку, у ногтей он тоже был. И вот результат — сломанный ноготь и дикая боль от того, что вместе с наращенным кончиком обломалась и часть родного ногтя Милены.

Алиса, не увидев протестов со стороны Милены, аккуратно взяла её руку в свою и стала дуть на травмированный палец. Легкое прохладное дыхание остужало кожу, создавая резкий контраст с горячими ладонями Алисы. От такой двойственности ощущений табун мурашек пронесся верх по руке Милены, и девушка невольно дернулась, ловя недоуменный взгляд блондинки, под которым Милена к своему ужасу покраснела.

— Да-да… Спасибо… Уже не болит! — протараторила брюнетка, выдергивая ладонь из столь горячих и приятных пальцев. Алиса лишь неопределенно пожала плечами, показывая, что всё в порядке.

Ногти нужно было спиливать, но, как оказалось, если на левой руке это было сделать довольно легко, то правая не давалась совершенно, Милене пришлось прибегнуть к помощи Алисы… И снова эти горячие пальцы, аккуратно скользящие по ладони, снова рядом это такое теплое, мягкое и желанное тело, к которому невозможно не прикасаться, ведь вы так рядом… Дурманящий аромат волос прямо возле лица, Алиса пахла какими-то цветами, чистотой, а ещё солнцем, как решила для себя Милена. Запах дурманил голову, сводил с ума, хотелось зарыться в золотые пряди и вдыхать-вдыхать этот коктейль ароматов, и пускай крышу уносит куда-то далеко — главное, что она рядом… Милена резко выплыла из транса, обрывая собственные мысли.

Нет. Она не может. Не должна.

Алиса закончила с правой рукой, плавно выпуская ладонь Милены из своих собственных пальцев.

— Ну как? — улыбнулась девушка. — Лично мне так гораздо больше нравится!

— Да, спасибо! Ты не представляешь, как я рада от них, наконец, избавиться! — воскликнула Милена.

Блондинка лишь весело рассмеялась в ответ, тряхнув головой, отчего одна слегка волнистая прядь упала на лицо. Милена, словно под гипнозом, мягко коснулась волос девушки, аккуратно заправляя шелковистую прядь за ухо. Рука очертила линию скул и задержалась на подбородке.

Алиса вспыхнула, недоуменно уставившись на брюнетку. Но та лишь, как-то испуганно вздрогнув, чему-то печально улыбнулась, отдернув ладонь и поднеся её к своим губам.

— Прости, ничего… — севшим вмиг голосом пробормотала Милена, вставая с кровати и стараясь не встречаться взглядом с Алисой. — Пора собираться, иначе опоздаем…

Часть 8

Ровно в шесть за девушками зашли Максим и Стас, а позже к ним присоединился и Глеб. День рождения было запланировано отмечать в кафе, на этом настояла Инна, взяв все расходы на себя. Женщина хоть и была гораздо старше Антона, но любила вот так собираться с молодежью. Никто никогда не чувствовал особого дискомфорта, находясь рядом с ней, словно она была их возраста. Милена видела её лишь пару раз в институте, когда та забирала Антона на машине. И вот сейчас Антон, наконец, решил познакомить Инну со своими друзьями, благо повод был подходящий.

Ребята вызвали такси и через полчаса уже были на месте. Кафе располагалось в уютном переулке, шума с улицы было неслышно, зал был просторный, с рядами столиков для посетителей и небольшими огороженными углами, очевидно, для тех, кто любит уединение или для компаний, желающих отгородиться для своего празднования. К одной из таких "кабинок" и направились студенты.

Там их уже ждали Инна и Антон. Алиса оглядела девушку. Стройная шатенка, с волосами, свободно спадающими ниже плеч. На вид? не больше тридцати. Черты лица плавные, мягкие, взгляд дружелюбный, но в глазах всё равно читались решительность и сила воли. Всё-таки на долю этой женщины выпало много всего, но не сломало, а лишь закалило её характер.

? Здравствуйте!? весело воскликнула шатенка.

? Ну, наконец-то, а то мы заждались уже!? Антон отложил в сторону телефон и встал, чтобы пожать руки парням и обнять девушек.? Думали, всё? забыли вы про нас!

? Ни в коем случае, ну представь нас, что ли…? Максим выжидательно уставился на друга.

? Ах да! Инна, знакомься,? это Максим, вот эти два раздолбая? Глеб и Стас,? женщина пожала руки рыжеволосым парням.? Ничего, ты скоро научишься их различать, а это? парень сделал указывающий жест в сторону девушек? Милена и Алиса. Милку ты знаешь, а Алиса её новая соседка, она уже месяц как учится в нашем институте.

Милена поздоровалась, а Алиса протянула Инне подарок, завернутый в яркую упаковку.

? Ой, что вы! Не стоило!? глаза женщины засветились восторгом.? Но, всё равно, спасибо большое!? шатенка с радостью обняла обеих девушек.

? У нас тоже подарок!? радостно воскликнул Глеб, выхватывая коробку из рук брата. Но тот, очевидно, не ожидавший такого нахальства, лишь изумленно хлопал глазами.

Глеб в это время преподнёс подарок Инне, словно рыцарь, добывший цветок для прекрасной дамы, убив стадо драконов? с помпезно-самодовольным выражением на лице.

? Спасибо-спасибо!? улыбнулась девушка, принимая подарок.? Давайте садиться!

Все удобно устроились за столом и принялись за еду. Поначалу скромные и молчаливые, ребята стали всё больше и больше раскрываться. Разговоры за столом не прекращались ни на минуту. Всё-таки молодость, студенчество? веселая пора, когда в жизни всё кажется таким ярким и сверкающим, кажется, будто весь мир у твоих ног. Кругом искренность, никто не притворяется перед друзьями, что он «большая шишка», при этом по вечерам вкалывая на двух работах. Алкоголь, смех, радость и всё просто. Ты просто, живёшь и просто счастлив, порой без какой-либо на то причины.

Алиса чувствовала себя свободно и легко, в компании она давно уже освоилась и теперь чувствовала себя в их обществе просто замечательно. Теперь ей казалось странным, что раньше ей хватало общения с двумя-тремя одноклассниками в пределах школы, хотя она и сейчас оставалась стеснительной и скромной, ребята помогли ей раскрыться и показать себя, особенно Милена, которая поддерживала девушку во всем. При воспоминании о соседке Алиса покраснела. Что это было сегодня днём? Поступок Милены немного озадачил девушку, но она решила не обращать на это внимания, наверняка брюнетка не имела в виду ничего такого, просто Алиса не так поняла. Успокоив себя таким образом, девушка снова обратилась мыслями к сидящими за столом.

Максим. С ним девушка не была в особо близких отношениях, ей он казался немного холодноватым. К тому же взгляд его, казалось, способен заглянуть в самые глубины сознания — когда он смотрел на Алису, то та всегда стушевывалась и терялась, складывалось впечатление, что он видит её насквозь. Вот и сейчас, одетый в светлую рубашку и тёмные джинсы, темноволосый парень как-то задумчиво смотрел на Алису своими серыми глазами и чему-то задумчиво ухмылялся, переводя взгляд с девушки на Милену и обратно. Алиса отвела от него взгляд, снова покраснев.

Глеб о чем-то яростно спорил с Миленой. Рыжеволосый парень активно жестикулировал, порой задевая окружающих кульбитами своих беспокойных конечностей, Милена не оставалась в долгу и что-то увлеченно доказывала парню, порой срываясь то на крик, то на хохот. Да уж… Кто-кто, а вот эти двое не могли спокойно находиться рядом друг с другом и не начинать какой-нибудь кавардак, благо Стас был занят разговором с Антоном и Инной и поэтому не участвовал в этом безобразии.

Антон сидел рядом с Инной, постоянно держа её за руку. Весь вечер он не отходил от неё, не оставляя девушку ни на минуту одну. Алиса невольно позавидовала, глядя на эту пару. Казалось бы, два совершенно разных, непохожих друг на друга человека, а так гармонично дополняли друг друга. Словно и правда были созданы быть вместе. Алисе Антон был симпатичен? яркий, живой, интересный. Синеглазый блондин засел в мыслях у девушки. И поэтому, когда она узнала, что у него есть девушка, то немного огорчилась. Но это не было чем-то серьезным, поэтому Алиса лишь радовалась, глядя на счастливую пару… Эх! Нашелся бы человек способный и её? тихую, скромную мышку полюбить? вот так… Девушка печально вздохнула.

Вдруг Антон неожиданно развернул Инну к себе лицом и страстно поцеловал на глазах у друзей. Девушка покраснела, но ответила. Вскоре Антон отстранился, счастливо смеясь и обнимая Инну за талию.

Алиса улыбнулась, наблюдая эту картину. Сама она целовалась лишь однажды. И это было одно из самых неприятных воспоминаний в её жизни. Выпускной вечер. Вернее, уже ночь. Все были пьяными и ничего не соображали. Алиса согласилась проводить своего одноклассника до гардероба, как вдруг тот, неожиданно схватив девушку, привлёк её к себе и начал целовать. Парень был пьян, он едва ли понимал, где он находится и что творит. Алиса, сначала пребывавшая в ступоре, поняла, наконец, что происходит и начала активно сопротивляться, пытаясь оттолкнуть парня от себя. Но тот лишь сильнее прижал её к себе, и попытался расстегнуть платье. Алисе было противно, неприятно. Улучив момент и извернувшись, девушка ударила парня кулаком по скуле, больно отбив пальцы на руке. Но это на какой-то момент отрезвило парня, и он отскочил от Алисы, потирая место ушиба. Девушка быстрым шагом направилась в зал, по пути приводя себя в порядок.

На следующий день парень пришёл к ней домой, извинялся, клялся, что он был пьян и ничего не помнит, говорил, что у него есть девушка, которую он любит… Алиса, выслушав одноклассника, сказала ему, что всё в порядке, и она не держит на него зла. Поговорив ещё немного, они решили забыть этот инцидент и не возвращаться к этой теме в дальнейшем. Эпизод-то забылся, но неприятный осадок на душе у Алисы был до сих пор.

? Чего грустишь?? к блондинке подсела Милена, вырывая девушку из потока воспоминаний. Глаза у брюнетки блестели, на щеках был румянец? девушке явно было весело от компании и от количества выпитого.

? Да нет. Ничего,? улыбнулась Алиса.? Просто задумалась.

? Хватит раздумывать! Собирайся, мы едем в общагу!? Милена подскочила с дивана, увлекая Алису за собой.

Лишь выйдя на улицу, Алиса поняла, что уже очень поздно. Небо было чёрным, а на улицах уже горели фонари. Воздух был морозным, дул сильный ветер, всё-таки в октябре по ночам было уже холодно. Алиса поплотнее закуталась в куртку. «Надо было одеться теплее!»? подумала девушка. Вдруг девушку обнял кто-то сзади, опаляя макушку горячим дыханием. Это была Милена.

? Замерзла? Дрожишь как цуцик,? проворчала соседка, сильнее обхватывая Алису в кольцо рук и прижимаясь всем телом. Алиса лишь покраснела и кивнула в ответ. Вскоре подъехало такси и все дружно отправились в общагу продолжать банкет, правда Антон и Инна поехали домой к последней, но никто и не возражал. Все всё понимали.

Гулянье продолжилось в комнате у девушек до поздней ночи. Как это всегда бывает, к празднованию присоединились ещё несколько студентов. В итоге все были пьяные довольные и лишь часам к двум расползлись по своим комнатам. Выпроводив за порог последнего гостя, Милена вернулась в комнату, которая теперь напоминала полигон военных действий.

? Капец, нам убираться завтра,? неслушающимся языком пробормотала Милена, оглядывая помещение.

? Да ничего… Ик… Приберем,? Алиса выглядела не лучше. Девушка подхватила какую-то подушку с пола и, с очевидным намереньем донести её до кровати, двинулась в сторону Милены. О координации движений говорить и не приходилось, поэтому Алиса, споткнувшись об ковер, полетела прямо на Милену. От неожиданности та не устояла на ногах и тоже упала, придавливая Алису своим весом.

Милена, как зачарованная, уставилась в лицо напротив. Алиса лежала перед ней с раскрасневшимися щеками и затуманенным взглядом. Белокурые волосы жидким золотом мерцали в свете лампы, дыхание было неровным и сбившимся.

Такая желанная, необходимая, доступная.

Не задумываясь, что же она делает, Милена опалила губы девушки горячим дыханием, приблизив своё лицо к лицу Алисы.

? Что… Что ты… Мил…? блондинка явно не понимала, что происходит.

Где-то в голове зазвучал сигнал тревоги. «Остановись, не делай глупостей!»? кричал разум. Но, одурманенная алкоголем и близостью Алисы, Милена его не слушала.

Всё неважно. Всё потом. Сейчас есть только она и эта девушка. И всё остальное в мире теряет своё значение.

Не раздумывая более ни секунды, Милена накрыла губы Алисы своими.

Часть 9

— Какого…? Что… Ты… — глаза Алисы распахнулись от ужаса, она попыталась отстраниться от Милены. Но не тут-то было. Девушка лишь сильнее прижала её к полу, придавливая своим весом и удерживая руки на запястьях.

— Не знаю… — хрипло выдохнула брюнетка, вновь приникая к губам девушки. — Не знаю…

Милена целовала Алису грубо, яростно, выплескивая всё скопившееся в ней отчаянье. Целовала так, словно от этого зависела её жизнь, — страстно, неудержимо. В голове было пусто, все разумные мысли давно покинули свою хозяйку, оставляя её наедине со своим безумством. Сумасшествие заражало кровь, наполняя её тысячами пузырьков ядовитого желания, стирая все рамки и границы, наполняя всё тело невыносимой страстью.

Хотелось ещё. Больше.

Поняв, что девушка больше не сопротивляется, Милена аккуратно отпустила её руки, зарываясь пальцами в её золотые волосы. Красивая, красивая… Такая необходимая сейчас, словно воздух. Руки медленно, словно боясь спугнуть, скользят по шее, пальцы огибают линию ключиц, затем снова возвращаются к лицу, мягко обводят контур губ. Алиса ничего не понимает. Разум, затуманенный алкоголем, воспринимает действительность, словно через матовое стекло, в голове шум, сердце скачет как сумасшедшее, дыхание сбилось, из груди вырываются скорее сиплые вдохи.

Единственное, что чётко видит Алиса — это глаза Милены: и без того черные, теперь они и вовсе почти сливались со зрачком. Взгляд внимательный, изучающий скользит по лицу, телу, на миг перекрещивается с взором испуганных голубых глаз, и тут же губы Алисы снова накрывают поцелуем. Теперь уже нежным, осторожным, но Алиса всё равно чувствует обжигающую страсть этих прикосновений. Девушка интуитивно приоткрывает рот, но на поцелуй не отвечает, позволяя Милене делать всё, что той вздумается. Брюнетка принимает приглашение и, мягко очертив языком контур губ девушки, проскальзывает им внутрь, изучая каждый миллиметр, мягко оглаживая внутри и сплетаясь с языком Алисы.

Милену душит страсть. Но, несмотря на алкоголь, она сдерживается. Нарочито медленно руки девушки касаются Алисы, мягко проводят вдоль тела, оглаживая сквозь одежду наиболее чувствительные точки… Но вскоре и этого становится мало, Милена проскальзывает руками под футболку, кожа горячая, мягкая… Крышу сносит от ощущений.

Алиса уже даже не трепыхается в руках Милены. Блондинка просто не может понять, что происходит. Разум отвергает действительность, оставляя девушку наедине с этим желанием. Где-то в голове появляется мысль, что всё это неправильно, что необходимо как можно скорее это прекратить… Но эти мысли заглушают горячие прикосновения Милены и её легкие поцелуи в шею, от которых по всему телу разбегаются горячие волны. Алиса стонет, мягко выгибаясь в руках брюнетки.

Милена окончательно теряет связь с действительностью. Столь долго сдерживаемое желание теперь плотиной обрушилось на девушку, смывая всё на своём пути. Руки хаотично скользят по телу, стремясь доставить больше наслаждения, урвать как можно больше стонов из припухших и покрасневших от поцелуев губ.

Алиса уже не замечает, как куда-то в сторону летит её футболка, как руки Милены расстегивают лямки бюстгальтера, опуская его ниже, как руки начинают касаться оголившихся участков кожи, мягко оглаживая и пощипывая, вызывая стоны наслаждения. Милена опускается всё ниже, оставляя на шее и ключицах девушки влажные следы поцелуев, дойдя до груди, брюнетка на мгновенье замирает, любуясь красотой девушки, но тут же начинает осыпать поцелуями, мягко оглаживая руками и целуя твердеющие горошины сосков. Алиса стонет от наслаждения, кусая собственное запястье, стараясь заглушить стоны, а другой рукой держась за плечо Милены, стараясь не то оттолкнуть, не то притянуть ближе.

Не отрываясь от своего занятия, непослушными руками Милена принялась расстегивать джинсы блондинки. Наконец, пуговица поддалась, открывая брюнетке доступ к столь желанному телу. Девушка вновь приникла губами к губам Алисы, вовлекая ту в поцелуй. Рука, плавно очертив грудь и живот, пошла ещё дальше, проникая под линию брюк, стремясь доставить Алисе как можно больше удовольствия.

И ей это удалось. Алиса захлёбывалась собственными стонами, не понимая, что происходит. От смеси стыда, отчаяния и удовольствия из глаз девушки потекли слёзы. Всё это казалось ей чем-то неясным, шокирующим, вопиюще неправильным, но от этого не менее волнительным и будоражащим кровь и разум. Брюнетка на мгновенье замерла, услышав всхлипы девушки. Это отрезвило Милену.

Подняв взор затуманенных страстью черных омутов на Алису, она увидела, что из глаз девушки текут слёзы, а сама она дрожит, словно осиновый лист. Милена резко протрезвела.

Что же она творит?

Аккуратно, стараясь утешить, она обняла всхлипывающее чудо и стала сцеловывать солёные капли, которые градом катились из голубых глаз. Милена поняла, что если продолжит дальше, то она себе этого никогда не простит. Но и оставаться здесь, когда изнутри разрывает от количества противоречий и чувств, она не могла. Девушка отстранилась, и, подхватив собственные вещи, выбежала из комнаты.

Ничего не будет так, как прежде. Сегодня она перешагнула ту черту, за которой скрывается точка невозврата. Что же делать дальше? Как теперь объяснить всё Алисе? Она же уже не сможет без неё… Без её улыбки, смеха, скромного взгляда голубых глаз и без мерцанья золотых волос…

Уже добежав до конца коридора, она резко затормозила и провела ладонью по щеке, собирая влагу. «Что это? Слёзы?» — Милена с изумлением уставилась на собственную руку. Давно она не плакала, Господи, так давно, что уже забыла, насколько это больно…

Алиса с изумлением смотрела на закрывшуюся за соседкой дверь. Что только что произошло? Как такое вообще возможно?! Её только что поцеловала девушка! Ну, ладно… Не только поцеловала. Алиса невольно обхватила себя руками, стараясь прикрыться. В душе клокотали ярость и обида, по щекам продолжали течь злые слёзы. «Да как она посмела, вообще?» — Алиса окончательно протрезвела, осознавая ситуацию.

Но больше всего её поразило то, что она не чувствовала отвращения от прикосновений Милены. В какой-то момент она даже была готова позволить брюнетке зайти дальше, и Алиса не была уверенна, что если бы Милена не выбежала из комнаты, она приказала бы ей остановиться. За это Алиса была ей благодарна.

На девушку неожиданно навалилась апатия, переживания сегодняшнего дня дали о себе знать головной болью и жуткой усталостью. Стянув с себя остатки вещей, девушка забралась в кровать, укрывшись одеялом. О том, что делать дальше, она подумает завтра, сегодня всё слишком непонятно и сложно. И, проведя рукой по губам, на которых всё ещё ощущался вкус поцелуев Милены, девушка провалилась в сон.

Проснулась Алиса часов в семь утра, девушка совершенно не выспалась, но института никто не отменял, поэтому пришлось начинать собираться. Когда Алиса поднялась с кровати, взгляд её первым делом упал на творившийся в комнате беспорядок, примерно такой же сейчас творился у неё в голове. «Где Милена? Неужели она так и не вернулась?» — Алиса начала волноваться за соседку. Вдруг с ней что-то случилось? К удивлению, обиды девушка не чувствовала, скорее это было чувство вины. Прокручивая события прошедшей ночи и предыдущего месяца, Алиса понимала, что упускает из виду нечто очень важное. Словно в этом «чём-то» и заключалась суть произошедшего вчера. Но как ни старалась девушка, решение этой загадки ускользало от неё, запутывая девушку ещё сильнее.

Решив, что предаться бесплодным размышлением она ещё успеет, девушка подумала навести порядок и отправиться в институт. Спустя какое-то время в комнате уже царил идеальный порядок, а на душе у Алисы стало одной проблемой меньше. Девушка заперла комнату и пошла на учёбу, не преставая ни на минуту размышлять о своей соседке и её поступке.

— Чёрт… — Милена спрыгнула с подоконника, разминая затекшую спину и шею. Всё-таки уснуть на подоконнике — была плохая идея.

Вчера, после того как девушка убежала из комнаты и поскиталась по этажам, Милена неожиданно поняла, что ей, в принципе, некуда пойти. Парней будить не хотелось, да и другие знакомые не оценят столь поздних визитов. Был вариант посидеть на кухне, но брюнетка хотела избежать любой возможной встречи с другими студентами и поэтому отправилась в конец коридора, в закуток перед лестницей. Там было большое окно с довольно широким подоконником.

Измученной Милене было, в общем-то, всё равно, где упасть, поэтому подоконник показался ей идеальным вариантом. Усевшись на него, девушка опустила голову на колени, обняв их руками. Беззвучные всхлипы продолжали вырываться из груди девушки, заставляя плечи мелко подрагивать.

Вскоре девушка замерла, бессмысленно уставившись в окно. За стеклом стояла глухая безлунная ночь. В такое время даже редких прохожих на улице не было. На душе было гадко. Хотелось то ли выть, словно собака, то ли напиться. «Эх… сейчас бы наушники», — уныло подумала Милена. Пожалуй, музыка была единственной анестезией для души, которая не влекла за собой никаких последствий, коих было много, например, у алкоголя или разговора по душам. Ритм музыки заглушит биение раненого сердца, сольется с ним в едином звучании, заставляя кровь бежать по венам, а душу верить в чудо.

Промаявшись так ещё немного, Милена уснула на окне в сидячем положении, облокотившись головой об холодное стекло.

Но вот настало утро, будь оно не ладно, и, так или иначе, Милене пришлось вставать со своего импровизированного ложа. Девушке меньше всего сейчас хотелось возвращаться в комнату. Пойти к Максиму? Нет, парень, конечно, выслушает её, но вряд ли его соседи оценят столь ранний визит. Выхода не оставалось — придётся идти в комнату.

Пока девушка шла, то молилась всем богам, чтобы Алиса к тому времени уже ушла. Подходя к своей комнате, Милена услышала, как с той стороны открывается дверь. Благо, возле комнаты был небольшой выступ, скрывающий, очевидно, какие-то технические конструкции. Брюнетка отскочила в сторону за него. Глядя в след удаляющейся Алисе, Милена подумала, что вот так избегать друг друга у них долго не получится и нужно что-то делать. Настроения идти в институт не было, благо с учебой был порядок, и поэтому, решив, что найдет где-нибудь справку, девушка завалилась спать.

Прошла неделя. Пожалуй, самая напряженная неделя в жизни Алисы. Ни она, ни Милена не хотели начинать разговор первой, избегая общества друг друга. А необходимость этого разговора была, атмосфера сгущалась, словно воздух перед грозой, норовя однажды выплеснуться в нечто невообразимое. Даже друзья девушек заметили, что что-то не так. Глеб сначала было пытался выяснить, что случилось в тот вечер между девушками, но одна в ответ шипела, как злая кошка, а вторая краснела и хранила гробовое молчание. В итоге парни оставили эту затею, решив, что девчонки сами разберутся. Лишь Антон с Максимом как-то понимающе переглянулись.

Долго так продолжаться не могло. И однажды вечером, когда Алиса была в комнате, Милена решила начать разговор.

— Алис, я… В общем, я думаю, мне стоит извиниться… Прости, сама не знаю, что на меня нашло… Просто я… — Милена беспомощно водила руками в воздухе, пытаясь собраться с мыслями.

— Ты что, из «этих»? — Милена удивленно вздрогнула. В голосе Алисы не чувствовалось презрения или удивления, просто констатация факта.

— Эм… Ну… Моя личная жизнь — это моя личная жизнь, — заключила брюнетка, скрещивая руки на груди. — И касается она только меня…

— Извини, — перебила Алиса, потупив взгляд. — Значит, это было просто… «по пьяни»? — в голосе Алисы чувствовалась обида.

— Нет, — Милена вдруг неожиданно поняла, что сейчас она ни за что не будет врать. — Это было не «по пьяни». Алкоголь, конечно, сыграл свою роль…

— Значит, я тебе … нравлюсь? — слова давались Алисе трудом, в горло словно насыпали битого стекла, до того голос казался надломленным.

Милена лишь красноречиво посмотрела в ответ.

— Всё возможно, — она никогда не станет унижаться, перед кем бы то ни было, признаваясь в безответных чувствах.

Алиса испуганно взглянула на брюнетку. Девушка всю неделю провела в бесплодных попытках разобраться в себе самой, своих эмоциях. С одной стороны, она признавала и принимала, что прикосновения Милены были ей приятны, в отличие от «объятий» одноклассника, что новая соседка за столь короткий срок стала чем-то важным в её жизни, а с другой — был страх, были принципы, вбитые обществом в голову с раннего детства. Девушка с девушкой? Невозможно, неправильно, противоестественно.

Вконец запутавшись в собственных эмоциях, девушка приняла очень важное для себя решение.

— Да.

— Что «да»? — Милена изумленно уставилась на девушку.

— Я хочу попробовать.

— Что? — до Милены доходил весь ужас понимания.

— Я. Хочу. Попробовать. Быть. С тобой.

Брюнетка потеряла дар речи от шока и возмущения.

— Попробовать?! — Милена даже вскочила с кровати, хватая девушку за руки и заглядывая в глаза. — Ты что, хочешь поэкспериментировать?! — зло выплюнула Милена, глядя на девушку. — Ну что ж, давай. Поиграем… — как-то неестественно ухмыльнулась Милена. В глазах читалась боль вперемешку с отчаянием.

Брюнетка резко притянула девушку к себе, страстно целуя её в губы.

И плевать, что это всё эксперимент, игра. Плевать, что эта девочка с голубыми глазами, сама того не ведая, разобьёт ей сердце. Раз уж она сама предложила эту игру, так пускай потом не жалеет.

От поцелуя у Алисы подкосились ноги, и она вжалась всем телом в Милену, сильнее обнимая девушку. Это просто игра, проверка. Так почему же так сбивает дыханье, почему сердце скачет, как сумашедшее? Это просто что-то новое, ни к чему не обязывающее. У них нет и не может быть будущего. Она ведь ничего к ней не чувствует. Не должна чувствовать.

Это просто игра. Так должно быть. Ведь так?

Часть 10

Милена мягко отстранилась от девушки, заглядывая ей в глаза, не разрывая объятий.

— Ну и? Всё ещё хочешь? «Пробовать», — голос брюнетки стал хриплым, дыхание неровным, сбившимся. Милена всё ещё не понимала столь странного решения Алисы и боялась, что это всего лишь секундный порыв, навеянный жалостью к ней и желанием разобраться в себе.

— Да, — девушка покраснела, но во взгляде была решительность. — Только мы прекратим всё это, как только я пойму, что не хочу двигаться дальше. Ты согласна?

«Ну вот, всё только начинается, а она уже говорит о конце», — в глазах Милены на секунду мелькнула боль, тут же скрытая за кривой усмешкой.

— Хорошо… Только без обид потом, — в голосе почувствовалась сталь. Ей не хотелось, чтоб это было вот так. Глупый эксперимент над чувствами и жизнью. А что, если Алиса поймёт, что всё это не её, что она не может быть с девушкой или с Миленой в частности? Что тогда делать Милене? Это же разобьет ей сердце! Может, прекратить всё это, пока не стало слишком поздно? Хотя, кого она обманывает? Всё и так зашло уже слишком далеко… Пожар, разгоравшийся в её груди, скоро поглотит её естество целиком, не оставляя ни шанса на спасение, сжигая сердце и душу.

— Да-да… — к Алисе вновь вернулась её робость. Какого чёрта она творит? Она же только что, сама предложила, можно сказать, встречаться девушке. Алиса не могла понять — нравится ей Милена или нет? Да, прикосновения её были ей приятны, от поцелуев сносило крышу, да и к девушке она за прошедший месяц очень привязалась и не могла уже представить жизни без неё. Но не путает ли она влюбленность с дружбой и восхищением? Быть может, всё это лишь большая, глупая ошибка, в которую она добровольно вступила, затягивая петлю на шее и разрушая начавшуюся было дружбу ненужными им обеим отношениями? Как же всё это сложно! Но отступать было уже некуда, решение было принято и вот теперь оно либо разрушит её жизнь, либо принесёт массу открытий о себе и мире в целом.

«Глупенькая, какая же глупенькая», — у Милены в мыслях прояснилось, она больше не держала обиды на девушку, поняв, наконец, что та, скорее всего, сейчас очень напугана. В конце концов, не каждый день Алиса предлагала «попробовать» девушкам, если вообще кому-то предлагала. Это мысль странно грела душу Милены. «Что за собственнические замашки?» — изумилась девушка собственным мыслям, однако теплое чувство её не покинуло. Мягко обняв девушку, она проговорила спокойным тоном:

— Алис, я всё понимаю. Я не хочу на тебя как-то давить… Или что-то в этом роде. И уж тем более я не собираюсь принуждать тебя к чему-либо. Если ты действительно этого хочешь, то мы попробуем, только не надо бояться, ладно?

— Х-хорошо… — от смущения Алиса залилась краской.

— Ну вот и славно! — Милена хотела уже было отстраниться, как вдруг почувствовала лёгкий поцелуй в щеку. Брюнетка удивленно уставилась на Алису. Но та уже вывернулась из её объятий и начала расправлять кровать, готовясь ко сну, поворачиваясь к Милене спиной, и стараясь скрыть покрасневшие щеки. «Что на меня нашло? — недоумевала Алиса, — надо скорее ложиться спать, пока я не наделала ещё каких-нибудь глупостей!».

Милена лишь счастливо улыбнулась. Может, не всё так плохо, как она думает?

Проснулись девушки поздно. Слава Богу, сегодня была суббота, поэтому можно было ещё немного поваляться в кровати.

Милена до дрожи ненавидела рано вставать. Вот зачем, спрашивается, в такую рань куда-то идти, когда можно проваляться до обеда, а потом снова лечь далеко за полночь? Алиса же, напротив, придерживалась мнения, что вставать поздно — не самая лучшая затея. Поэтому, когда Милена ещё только открыла глаза, Алиса уже успела приготовить завтрак.

Проснулась Милена с чувством счастья и неясной тревоги. Странный коктейль чувств. Девушка потянулась на кровати, вспоминая события вчерашнего дня. «Кто ж знал, что всё так сложится?» — улыбнулась девушка своим мыслям. Теперь у неё был хоть какой-то шанс, что её чувства, наконец, станут взаимными. Хотелось встать и обнять весь свет, ну или одну конкретную девушку. Решив, что последнее сделать всё-таки не помешает, Милена поднялась с кровати. Алисы в комнате не было. Оставалась кухня, вряд ли девушка куда-то ушла сейчас. Быстро одевшись и приведя себя в порядок, она направилась туда.

Алиса стояла около окна, задумчиво крутя в руках кружку с чаем. За окном светило солнце, был ясный осенний день. Под окнами общежития стоял старый клён, и поэтому всё было усыпано водопадом золотых листьев. Оранжевые пятиугольники были повсюду, создавая ту неповторимую атмосферу октябрьской золотой осени, которой так восхищались поэты. Но мысли Алисы были далеки от красот природы, вчерашний инцидент всё никак не шел из головы. «Как мне вести с ней себя теперь? Как пара? — размышляла девушка, — ходить держась за руки? Ну что за бред…». Мысли неслись неясным, сумасшедшим потоком, словно листья за окном, подхваченные холодным ветром.

Вдруг на талию девушки легли чьи-то руки, и она испугано вздрогнула, но пересилив себя, осталась стоять на месте, ожидая действий Милены. «Шугается, как дикий котенок!» — изумилась брюнетка, мягко касаясь волос девушки губами. Мягкие золотые пряди на ощупь были словно шелк, а ещё от них исходило тепло, словно изнутри они были пропитаны солнечным светом. Милена невольно придвинулась к девушке, прижимаясь всем телом и кладя голову на плечо.

— Доброе утро, — шепнула девушка, опаляя щеку девушки горячим дыханием.

— Д-доброе… — кажется, Алиса никогда не разучится краснеть.

— Давно встала? — Милена провела пальцами вдоль рук девушки, заставляя ту покраснеть ещё сильнее.

— Нет… Я чай заварила. Будешь? — Алиса резко развернулась в руках Милены, почти сталкиваясь с ней носами. Брюнетка аккуратно приблизила своё лицо ещё сильнее, мягко целуя девушку в губы. Алиса стояла не шелохнувшись, будучи не в силах прервать этот поцелуй. Он был нежный, аккуратный, словно спрашивающий разрешения. Алиса таяла от этих прикосновений, глаза закрылись сами собой. Девушка наслаждалась ощущениями, как вдруг раздалось осторожное покашливание, и мужской голос произнес:

— Я, наверное, не вовремя, — Алиса резко отпрянула от Милены, почти проливая чай. На входе в кухню стоял Максим, его лицо не выражало ни капли удивления, лишь чуть заметное удовлетворение. — Я хотел предложить пойти сегодня прогуляться по городу.

— А кто будет? — Милена, в отличие от Алисы, ни капли не смутилась, а лишь прижала девушку к себе, обнимая за талию одной рукой. Блондинка хотела сквозь землю провалиться. «Что же теперь о ней подумает Максим?!» — но парню было, очевидно, всё равно, он лишь пожал плечами и стал перечислять тех, кто хочет пойти:

— Я, Антон, Глеб, Стас, Женя — новая девушка Стаса и, может быть, Инна подойдет. Мы хотели в кино сходить и на причал.

— Ты как? За? — Милена обратилась к Алисе. Та лишь качнула головой в знак согласия, по-прежнему храня молчание. — Мы идем!

— Замечательно, пойду — предупрежу остальных. Максим подмигнул Милене и скрылся за дверью.

— Он… он… видел же…

— Не переживай, я его тысячу лет знаю, он никому ничего не расскажет, — успокоила девушку Милена. — И не волнуйся, я не буду приставать к тебе в общественных местах. Ну, по крайней мере, постараюсь… — улыбнулась девушка.

— Да ну тебя! — вспыхнула блондинка и отошла на приличное расстояние от Милены, садясь за стол. — Ешь давай, не то опоздаем…

— Конечно…

Завтрак прошел гораздо лучше, чем предполагали девушки. Милена думала, что теперь между ними возникнет какая-то неловкость, но этого не произошло. Поначалу завтрак проходил в тишине, но после девушки разговорились совсем как раньше. За прошедшую неделю они обе соскучились вот по таким разговорам обо всём на свете, всё-таки друг с другом им было безумно легко и здорово. Алиса подумала, что это прекрасно, когда есть такой человек, с которым можно вот так беседовать часами, не обращая внимания на время, не сдерживая себя ни в чем. Комфортно. Вот то слово, которым девушки могли характеризовать сложившуюся между ними атмосферу. «Это большой шаг вперед», — оптимистично подумала Милена.

После обеда, как и было оговорено, за девушками зашли друзья, и они всей дружной компанией отправились в город. Антон шел впереди, о чем-то беседуя с Глебом, постоянно оборачиваясь в сторону остальных и веселя их своими шутками. Максим шел рядом с девушками, рассказывая об очередном общеинститутском мероприятии, в котором они «непременно участвуют» и к тому же «готовят сценарий». Милена лишь фыркала в ответ, не разделяя энтузиазма Максима, она уже тысячу раз пожалела, что входит в этот Совет, слишком уж много времени и сил отнимала вся эта «общественная работа». Замыкала их шествие пара Стаса и Жени, его новой девушки. Женя была маленькой, миленькой, с распущенными русыми волосами и веселым взглядом карих глаз.

Девушка быстро влилась в компанию и чувствовала себя свободно. Парень и девушка держались за руки, а Стас то и дело наклонялся к Жене, легко целуя её в губы.

Алиса с грустью взглянула на них. Даже если она останется с Миленой, то та никогда не сможет вот так открыто держать её за руку на виду у всех. Словно прочитав мысли девушки, брюнетка крепко взяла её за руку, притягивая ближе к себе и на секунду приблизившись, соприкоснулась с ней щеками, никто не удивился и не сказал ничего лишнего, лишь Максим радостно ухмыльнулся куда-то в сторону.

День пролетел незаметно. Ребята сходили на фильм, посмеявшись над комедией, они дружно направились в парк — кататься на катамаранах по озеру. И хотя было холодно, народу в парке было очень много, очевидно, в субботний день все решили прогуляться. Милена ни на секунду не выпускала руки девушки, да и на них мало кто обращал внимания, возможно, если бы они шли вдвоём, то это бы бросалось в глаза, но так на них лишь пару раз странно покосились прохожие, и то, это было в те моменты, когда Милена особенно близко приближалась Алисе, норовя её обнять. В общем, день прошёл замечательно, все остались довольны. Скупив половину запасов сладкой ваты в парке, ребята направились обратно в общежитие. Время было уже около шести вечера.

Прекращать столь прекрасный вечер ни у кого не было совершенно никакого желания, и потому студенты решили продолжить свою прогулку по вечернему, а затем, возможно, и ночному городу, но предварительно зайдя в общежитие и переодевшись.

Когда девушки пришли в комнату, Милена первым делом поцеловала раскрасневшуюся Алису в щеку, а затем и в губы.

— Как же я этого ждала…

Алиса сдалась на милость этих чутких, обжигающих прикосновений, забывая, где и с кем она находится. Оказывается, она уже успела соскучиться по этим поцелуям. Бабочки порхали в животе, дыхание становилось неровным, руки Милены были везде, гладя и обнимая девушку.

Как вдруг раздалась трель мобильного телефона. Алиса поторопилась поднять трубку.

— Алло… — Милена аккуратно прикусила мочку уха девушки, затем осыпая поцелуями шею. — Как в больнице?! — глаза Алисы расширились от ужаса, и она отошла от Милены. — Но… но… Да. Да, я скоро буду. Нет, я не знаю, где она… Конечно.

— Прости, — кинула она брюнетке севшим голосом.

Алиса схватила свою сумку, быстро закинула туда документы и деньги. И под возгласы возмущения и недоумения Милены выбежала за дверь. Та кричала что-то девушке вслед, но она её уже не слышала. Выбежав на улицу, она увидела отъезжающее такси. Добежав до машины, девушка села внутрь, называя адрес вокзала.

«Только бы успеть. Только бы успеть», — крутилось в голове у Алисы.

Она уже не видела, как Милена выбежала вслед за ней, смотря расширившимися от страха и волнения глазами на удаляющуюся машину.

Часть 11

Ну почему нельзя заставить электричку ехать быстрее? Ожидание томительно, оно изматывает душу, заставляя терзаться сомненьями и предположениями. Алиса с отрешенным видом сидела в поезде, безучастно глядя на мелькающий за окном ночной пейзаж. Губы девушки являли собой тонкую линию, пальцы были сжаты в кулаки. До родного города оставалось ехать пару часов.

Бабушка. Любимая, родная бабушка, которая всегда поддерживала Алису, что бы не случилось, всегда принимавшая её сторону, в отличие от матери, которая после ухода отца словно замкнулась в себе, отдаляясь ото всех с каждым днём, да, она любила Алису, переживала за неё, но своё горе она, очевидно, любила больше, поэтому и упивалась им, оставляя заботы о ребенке на своей матери. И вот теперь бабушка в больнице. Сердечный приступ. Это случилось накануне, соседи успели вызвать скорую помощь, но женщина всё равно была в очень тяжелом состоянии.

Когда Алисе позвонили, она, не раздумывая, бросилась на вокзал, чтобы первым же поездом отправиться домой. Когда она узнала о бабушке, то словно впала в ступор. Всё-таки бабушка была ей самым близким и родным человеком. Лишь уже сидя в поезде, Алиса поняла, что всё-таки стоило сообщить Милене и всем остальным, куда она уехала. При мыслях о соседке Алиса невольно вздрогнула. «У меня есть девушка! Блин, я девушка, у которой есть девушка! Скажи мне кто это месяц назад, ни за что бы не поверила… — Алиса устало облокотилась на сиденье, спать не хотелось совершенно. — Черт. Как же всё сложно и запутанно. Бабушка-бабушка…», — Алисе вдруг нестерпимо захотелось заплакать, и чтобы кто-нибудь её обнял и утешил. Но нельзя, нужно быть сильной, показать всем, что ты тоже можешь справиться с любыми трудностями. Доказать это в первую очередь самой себе.

Девушка достала телефон из сумки. «22 пропущенных?!», — глаза девушки расширились от удивления. Почти все звонки были от Милены, остальные — от ребят. «Они, конечно, переживают за меня…», — мелькнула усталая мысль в голове девушки.

«Не волнуйся, со мной всё в порядке. Не нужно устраивать панику. Я позвоню позже.», — напечатала Алиса и отправила SMS Милене. После чего прикрыла глаза, проваливаясь в дремоту. «Завтра… Всё завтра», — краем сознанья подумала девушка, уже проваливаясь в сон.

«Не волнуйся?! Не волнуйся?! Да что это за идиотизм?!» — Милена уже несколько часов не находила себе места, после того, как Алиса, не сказав ни слова, уехала. Девушка постоянно названивала подруге на телефон, в надежде, что та всё же возьмёт трубку, но этого не происходило, заставляя и без того взвинченную Милену нервничать ещё сильнее. Из обрывков того разговора, который был у Алисы до того, как она убежала, Милена поняла, что что-то случилось с кем-то из её близких. «Почему же она мне ничего не сказала? — Милена впала в уныние. — Она даже не посчитала нужным сообщить мне, куда уезжает! А может, это просто от испуга? Она наверняка растерялась!» — успокоив себя таким образом, Милена стала размышлять, что же ей делать дальше. Но SMS Алисы снова ввергла Милену сначала в ярость и обиду, а затем и в новую волну переживаний. Позвонив Алисе снова, она обнаружила, что телефон девушки выключен. Теперь ей ничего не оставалось, кроме как сидеть и ждать. На плечо Милены легла рука и успокаивающе сжала, Максим никогда не оставлял Милену в беде, за что девушка была ему безумно благодарна. Устало улыбнувшись парню, Милена вновь стала копошиться в телефоне, набирая номер Алисы снова и снова. Максим лишь покачал головой и, сказав, чтобы девушка себя не изводила, забрал телефон из её рук. Им ничего не оставалось, кроме как ждать.

С вокзала девушка, не заезжая домой, отправилась в больницу. Благо городок был небольшим, и дорога отняла немного времени. Узнав у медсестры, где находится бабушка, Алиса поспешила найти её врача и всё разузнать. Врачом оказался лысеющий, полный мужчина около пятидесяти лет, с большими руками и добрыми глазами, которые выражали сожаление, — ему было явно неприятно сообщать подобные новости Алисе.

— В общем так, девушка, — врач устало потёр лоб, заглядывая блондинке в глаза. — У бабушки твоей был инфаркт, я её предупреждал не раз, когда она была на приёмах, чтобы она меньше волновалась, а она и работала ещё. Сейчас я не могу точно ничего сказать, она ещё в себя не приходила. Прогнозы неутешительны… — дальше врач говорил какими-то медицинскими терминами, но Алиса уже не слышала. «Бабушка! Как так…» — Алиса закрыла голову руками. Врач успокаивающе погладил её по руке. — Девушка, не переживайте так. Я давно Зинаиду Михайловну знаю, она у вас сильная. Может, всё ещё не так плохо будет, к ней пока нельзя, приходите после обеда, думаю, если всё пойдёт нормально, — она уже, возможно, придёт в себя.

— Да-да… — кивнула девушка. Врач назвал ей список вещей и лекарств и отправил домой.

Квартира встретила Алису угнетающей тишиной, в доме никого не было. «Куда же пропала мать?» — Алиса вспомнила разговор врача о том, что до матери девушки они так и не смогли дозвониться. Повторный дозвон результатов не дал, и Алиса решила сходить к соседке — тёть Рае, она всегда дружила с семьёй Алисы и, наверняка, что-нибудь да знает.

— Горе! Горе-то какое! — запричитала с порога женщина, как только открыла Алисе дверь. — Зинка-Зиночка… Я ж только к ней зашла, смотрю, а она… — дальше поток слов женщины скрылся за невнятными рыданьями и всхлипами. Женщина повисла на Алисе, обнимая девушку и чуть не душа от переизбытка эмоций. Алиса обняла женщину в ответ и аккуратно отстранилась.

Тёть Раю она знала с детства. Эта неугомонная соседка всегда была вместе с ними. С бабушкой они были подругами детства. Всю жизнь прожили рядом и до сих пор тесно общались.

— Тёть Рай, успокойтесь, пожалуйста, — голос Алисы был хриплым, она сама была готова разрыдаться. — Я уже была в больнице. Врач сказал ждать. Тёть Рай, а где мама?

Женщина вмиг успокоилась и взглянула на Алису виноватым взглядом.

— Я… Понимаешь… Она… В общем, пошли на кухню, я тебе всё расскажу.

Алиса прошла вместе с женщиной на кухню и села за стол, та налила девушке и себе чай. Нервно покрутив кружку в руках, женщина продолжила:

— Алис, ты ж знаешь, да, что мама твоя с Зинкой постоянно ссорились? — девушка кивнула. — Они спорили обо всём, о тебе, твоей учёбе. Зинка глупая ведь, всё хотела, чтоб мать твоя замуж вышла, и у тебя, наконец, отец был… А Алка всегда в штыки это воспринимала, говорила, что ей и твоего папаши нерадивого выше крыши хватило. Зинка со временем смирилась и оставила Алку в покое, да вот скандалы у них так и не прекращались. Когда ты уехала, всё стало только хуже… — печально вздохнула женщина, проведя рукой по своим седым волосам. — Они постоянно цапались… А потом появился этот Аркадий. Ну, в общем, твоя мать сказала, что ей это всё надоело, и она уходит жить к нему. Зинка тогда так переживала! А потом этот приступ… — и снова женщину стали душить слёзы, Алиса успокаивающе сжала её руку.

— А как мне её найти?

— Не знаю, Ась, не знаю… Она никому ничего не говорила. Ни телефона, ничего нет…

— Ладно, спасибо вам, тёть Рай. Я, пожалуй, пойду. Мне ещё в аптеку зайти надо.

— Конечно-конечно… — женщина поднялась из-за стола, провожая Алису к двери. — Позвони мне только обязательно, как что-нибудь известно станет!

— Ну разумеется… — Алиса попрощалась с женщиной и вышла за дверь. Теперь она осталась совершенно одна… Бабушка в больнице, мать непонятно где. Но девушка твёрдо решила не раскисать и отправилась в аптеку за лекарствами, которые ей прописал врач. Она сильная, она справится.

Милена не спала всю ночь, ломая голову над тем, куда подевалась Алиса. Лишь с утра она немного задремала, но её разбудил приход Максима, который хотел узнать, какие новости от пропавшей девушки. Всё это становилось похоже на какой-то бредовый сериал, главная роль в котором была отведена Милене. Она чувствовала, что находится уже на пределе своих сил, желая отвлечь подругу от самоистязания, Максим вытащил её в город прогуляться, ему очень не нравился весь вид Милены. Девушка осунулась, под глазами залегли тени от беспокойства и недосыпа.

— Почему она мне ничего не сказала? — задала Милена давно мучавший её вопрос. — Она мне не доверяет?

— Мил, я не знаю, почему она так поступила, но я знаю её слишком хорошо, чтобы предполагать нечто подобное. Скорее всего, на девушку просто столько навалилось в последнее время, вот она и постаралась таким образом сбежать от проблем. Не переживай, я уверен скоро она объявится.

— Хотелось бы верить… Чёрт, а я уже и не могу без неё, — девушка даже остановилась, глядя на Максима, но тот лишь загадочно улыбнулся и пошёл вперед. Милена последовала за ним.

Когда Алиса пришла в больницу во второй раз, то узнала от врачей, что ситуация не изменилась. Бабушка всё так же находилась в критическом состоянии, и к ней никого не пускали, врач лишь разводил руками, говоря, что, возможно, к вечеру всё станет окончательно ясно. Эта информация нисколько не утешила девушку, врач сказал, что находится в больнице бесполезно и нельзя, и поэтому отправил девушку домой.

Находясь одна в квартире, Алиса не могла найти себе места от беспокойства. Она нервно мерила шагами комнаты, прибралась, даже приняла ванну, но время тянулось всё так же невообразимо медленно, заставляя девушку сходить с ума от предположений. Но вот неожиданно раздался звонок домашнего телефона. Дрожащими руками Алиса взяла трубку…

Второй приступ.

Состояние бабушки резко ухудшилось. Алиса вызвала такси и помчалась в больницу. Объяснив на проходной, куда ей нужно, она побежала по этажам в сторону реанимации. Схватив за руку какую-то медсестру, она узнала, где находится врач.

— Ну, вот вы и приехали, — всё тот же врач вышел из палаты, потирая руки о белое больничное полотенце.

— Как… Как она? — запыхавшаяся от бега Алиса еле выговаривала слова.

— Всё в норме. Кризис прошёл… Но велика вероятность его повторения. Хотите на неё посмотреть?

— Да-да, разумеется… — от облегчения на глазах Алисы выступили слёзы.

— Пройдёмте за мной.

Бабушка лежала, укрытая белым покрывалом до груди, чёрные крашеные волосы были собраны сзади, морщинистое лицо было расслабленно — женщина не приходила в себя. Всюду были трубочки, капельницы, по ушам больно ударял сигнал аппарата для измерения пульса и давления.

И снова врач отправил девушку домой, сказав, что, возможно, худшее уже позади, а ей не мешает поспать, она и без того себя уже вымотала.

Когда Алиса ехала в такси до дома, то осознавала, что настолько беспомощной и бессильной она себя никогда ещё не ощущала. Ну, что она могла сделать против болезни? Тысячи людей ежедневно умирают от этого, и кто сказал, что вечно подвижная, улыбающаяся бабушка станет исключением? По глазам стали катиться слёзы, Алиса чувствовала себя одинокой и заброшенной. Неожиданно в голове возник голос её соседки. «Хотя нет, теперь уже девушки», — подумала Алиса. Достав из сумки телефон, она включила его. Количество пропущенных звонков и SMS от Милены увеличилось раз в пять. «Вот настырная», — тихо улыбнулась Алиса, стирая слезу со щеки. Не читая SMS и не просматривая вызовы, она набрала единственный номер, по которому ей сейчас хотелось позвонить. На том проводе послышалось окончание гудков, и девушка, не дожидаясь, пока начнут говорить, сказала:

— Приезжай, пожалуйста, мне очень плохо… — и, назвав адрес, отключила телефон, устало откинувшись на сиденье.

Когда раздался звонок от Алисы, Милена как шальная побежала отвечать, но глухой голос Алисы её не на шутку испугал. «И что значит «мне плохо», что случилось?» — недоумевала девушка. Слава Богу, до города Алисы ходили электрички, и Милена, не раздумывая, поспешила на вокзал. Девушка терзала себя тысячами предположений, пока ехала до вокзала, а затем, сидя в электричке. Телефон Алисы опять не отвечал, заставляя Милену кусать костяшки пальцев от беспокойства.

Ну наконец, спустя несколько часов, поезд прибыл на станцию, не знающая города Милена взяла такси на вокзале и отправилась по указанному адресу. Таксист попался хороший, он объяснил Милене, где находится названный дом и даже назвал этаж (он сам был с этого дома). Милена бежала по лестнице, перепрыгивая через ступени. В голове крутилось лишь «Алиса, Алиса… Хорошая моя, как же ты…». Когда она постучала в указанную дверь, за окном стояла уже глубокая ночь. Сначала девушке никто не открывал, а затем послышались тихие шаги. Дверь распахнулась, и взору Милены предстала Алиса. Девушка выглядела неважно: волосы были растрепаны, глаза покраснели от пролитых слёз, а на лице застыла маска отчаянья, но для Милены она всё равно была самой прекрасной сейчас. Брюнетка в нерешительности замерла на пороге.

— Ты приехала, — в глазах Алисы было удивление вперемешку с радостью и болью, она кинулась на шею девушке, — ты приехала-приехала, — по щекам блондинки катились слёзы, капая на шею Милене, но девушка словно не замечала этого. — Спасибо… Спасибо…

Милена крепко сжала Алису в своих объятьях, решив для себя, что больше её никогда не отпустит.

Часть 12

Девушки так и стояли в коридоре, обнявшись. Милена сжимала в своих объятьях Алису, чувствуя, что распахнутая кофта уже промокла от слёз. Она мягко гладила девушку по волосам, утешающе целовала волосы, лоб… Блондинка подняла на неё свои глаза, и сердце Милены пропустило удар, — огромные, голубые, полные слёз, которые влажными дорожками стекали по щекам и скатывались вниз, очерчивая скулы девушки… В глазах была боль, одиночество, растерянность… и благодарность… огромная, искренняя. Милена поняла, что не приедь она сейчас, то навсегда потеряла бы Алису, не буквально, конечно, но её доверия она бы лишилась.

Поцелуи градом посыпались на лицо блондинки, стирая слёзы, сцеловывая их с кончиков ресниц. А солёные капли всё катились и катились из прекрасных голубых глаз, Алиса замерла, не в силах пошевелиться, подставляя под горячие поцелуи Милены лицо, шею, губы…

Милена больше не могла сдерживаться. Алиса — такая доступная, беззащитная — сводила девушку с ума. Брюнетка впилась в губы Алисы, настойчиво сминая её губы своими, а когда этого стало не хватать, она раздвинула губы девушки языком, проскальзывая внутрь… изучая, лаская… сводя с ума, подчиняя волю, разум, мысли… Всё вокруг стало таким ненужным сейчас, только этот поцелуй, в котором выразилось всё: их отчаяние, их желание, их страсть.

Руки заскользили по телу, проникая под домашнюю кофту, оглаживая живот, поясницу, заставляя прижиматься всем телом и мелко дрожать от предвкушения. Алиса, сама того не замечая, активно отвечала на поцелуй. Все тревоги, волнения прошедшего дня, казалось, тонули и сгорали в этих чёрных от страсти глазах напротив, как и сама Алиса ощущала, что сгорает в них безвозвратно.

Руки блондинки вцепились мертвой хваткой в кофту Милены, сминая её на плечах, девушка мелко дрожала. Дыхания уже не хватало, но поцелуй всё не прекращался, забирая такой нужный сейчас кислород, Алисе казалось, что этим поцелуем её выпивают до самого дна.

Милена захлопнула ногой дверь и, не разрывая поцелуя, потянула Алису в сторону комнаты, благо квартира была двухкомнатная, и Милена сразу нашла нужную дверь, блондинка не сопротивлялась, тая под горячими поцелуями и утопая в той нежности, которую ей сейчас дарила Милена. Тело не слушалось, ноги стали словно ватные, Алиса терялась в этих объятьях, окружавших её теплом, в котором она сейчас так нуждалась. Милена, аккуратно придерживая девушку, опустила ту на кровать, нависая сверху.

Руки, эти горячие руки — они, казалось, были везде. Алиса даже не заметила, как осталась без домашней рубашки, которая сейчас была явно лишней. Несмотря на то, что за окнами стояла холодная осенняя ночь, девушкам было жарко. Они горели в костре собственной страсти, упиваясь каждым мгновеньем.

Милена скинула с себя ставшие ненужными кофту и футболку, оставаясь в одном белье и джинсах. Близость горячего тела сводила с ума, глядя на Алису, Милена забывала, как дышать. Всё происходящее казалось выдумкой, сном, который рассеется с приходом нового дня. Но Алиса была такой живой, настоящей, стонущей под умелыми прикосновениями, что ощущение реальности всё же никуда не исчезало, а отдавало больной пульсацией в мозгу. «Я ведь просто приехала её поддержать, и что в итоге?» — обрывки разумных мыслей всё-таки проскальзывали в голове Милены. Прокладывая поцелуями дорожку по ключицам девушки, нежной шее, на которой пульсировала тонкая жилка, которая так и манила покрыть её поцелуями, что Милена, собственно, и сделала, ощущая волнующие ощущение бьющейся жизни под губами, мягко очерчивая языком линию подбородка и подбираясь к губам, брюнетка кинула взгляд в глаза Алисы: в них плескалось столько желания, просьбы… Казалось, девушка умоляет её не останавливаться — и всё это в одном единственном взгляде, в одном взмахе ресниц. Милена почувствовала, как собственная крыша машет ей ручкой на прощанье, адекватные мысли улетают вслед за ней, оставляя лишь безудержное желание стать единым целым с единственным и дорогим тебе человеком.

Тихо вздохнув и опалив губы Алисы горячим дыханием, Милена стала опускаться ниже, расстегивая лифчик девушки, не прекращая с ней зрительного контакта. Она знала, что если Алиса попросит её остановиться, то она сделает это немедленно, и плевать, насколько сильно ты её хочешь, главное — доставить ей удовольствие, ничем не затуманенное, чистое и такое всепоглощающее. Когда с мешающей частью гардероба было покончено, Алиса вздрогнула, стараясь прикрыться, но Милена не позволила ей этого сделать, зацеловывая каждый миллиметр кожи, помогая себе руками, легко покусывая соски, заставляя Алису выгибаться под напором столь чувственных ласк.

Алиса металась по подушке, не зная, куда себя деть. С телом творилось нечто невообразимое: те места, где Милена к ней прикасалась, казалось, пылали огнем, по всем клеточкам организма разливалась эйфория, возбуждение тугим узлом закручивалось где-то внизу живота, превращая Алису в густой комок нервов, готовый взорваться в любую секунду. Милена ни на секунду не прекращала свои манипуляции, иногда прерываясь для того, чтобы приникнуть к губам девушки. Руки медленно опускались ниже, оглаживая бока, живот, стягивая последнюю оставшуюся одежду.

И вот Алиса перед ней лежит совершенно обнаженная: бархатная кожа отливает молочной белизной на фоне разложенной постели, волосы золотым вихрем рассыпаны по подушке, создавая вокруг девушки причудливый, сияющий в лучах электрической лампы ореол. Алиса тихо стонет, заведенная от ласк Милены, которые с каждым мгновеньем становятся всё жарче и настойчивей. Милена оглаживает бедро девушки, поднимаясь всё выше, непрерывно целуя блондинку в губы, Алиса испуганно дергается, когда, наконец, осознаёт, где сейчас находятся руки Милены, но та не даёт ей вырваться, лишь нежно шепчет что-то успокаивающее на ухо, продолжая целовать и ласкать девушку рукой. Алисе кажется, что она тонет в собственных стонах, брюнетка явно знает, как доставить ей удовольствие, чем неустанно пользуется, заставляя Алису кричать всё громче, выгибаясь в её руках. Постепенно Алиса расслабляется и разводит ноги шире, на что Милена лишь удовлетворенно усмехается. Руки блондинки тоже не лежат без дела, она аккуратно обхватывает плечи Милены, сжимая их сильнее, когда брюнетка доставляет ей особо сильное удовольствие.

Милена, не прекращая своих ласк, начинает осыпать живот девушки поцелуями, проводя языком по впадине пупка, вызывая у Алисы толпы мурашек по телу, когда горячий язык девушки, наконец, проникает туда, где за мгновенье до него была рука Милены, Алиса вскрикивает от удивления и пронзившего её, словно тысячи маленьких иголок, наслаждения. Девушка до боли прикусывает собственное запястье, стараясь приглушить собственные стоны, но они всё равно проливаются наружу, заставляя Милену сходить с ума ещё сильнее. Брюнетка стаскивает с себя оставшуюся одежду, желание становится слишком сильным, слишком ярким сейчас, рука мягко скользит по собственному телу, достигая, наконец, центра удовольствия, из губ Милены доносится невольный стон — давно ей не было настолько хорошо. Неопытные, робкие ласки Алисы заводят гораздо сильнее, чем умелые прикосновения прошлых любовников. «Моя, моя, моя!» — крутится в голове у девушки, а страсть всё так же захлёстывает их обоих, накрывая алой пеленой наслаждения. Отрываясь на секунду, Милена вновь сплетается с Алисой в поцелуе, давая той почувствовать собственный вкус, заставляя стонать ещё громче. Милена ложится между разведенных ног девушки, приникая к ней всем телом. Становится жарко, невыносимо сладко вот так ласкать друг друга, отдавая себя полностью и без остатка другому человеку, получая то же самое взамен. А дальше было наслаждение — безумное, стирающее все грани между явью и фантазией, оргазм тысячью электрических зарядов пронизывает всё тело, заставляя девушек выгибаться навстречу друг другу и заходиться в общем крике, потонувшем в страстном поцелуе.

Когда Алиса пришла в себя, то обнаружила, что лежит, укрытая одеялом, а Милена крепко прижимает её к себе, словно боясь отпустить.

— Знаешь, ты самое лучшее, что случалось в моей жизни, — тихо произносит Милена, глядя куда-то в пустоту комнаты. Слова о «любви до гроба» не нужны сейчас, в этом признании чувствуется гораздо больше силы и правды, чем во всеми так почитаемом «Я люблю тебя». Любовью светятся глаза Милены, направленные на девушку, любовь чувствуется в каждом нежном и осторожном касании, поэтому произносить этих слов нет нужды.

— Спасибо… — тихо выдыхает Алиса, снова краснея, хотя, казалось бы, это уже глупо, после того, что произошло только что. И в этом тихом «спасибо» и заключается безмерная благодарность Милене за то, что не оставила её одну в трудную для девушки минуту, за то, что принимает её такой, какая она есть, не требуя ничего взамен, за то, что подарила счастье на короткий миг в этой серой вечности.

Девушки так и засыпают в объятьях друг друга, не разжимая переплетенных пальцев.

Утро наступило неожиданно, врываясь в уютный полумрак комнаты своими яркими лучами и прогоняя остатки сна. Милена проснулась первой, с непонятным ощущением радости и легкости во всем теле, хотелось немедленно вскочить с кровати и расцеловать весь мир, подивившись такому странному порыву, девушка осознала: где и почему она находится. Глядя на тихо спящую рядом Алису, Милена невольно задалась вопросом: «Изменит ли произошедшее вчера их отношения? И в какую сторону?». Алиса вчера расстроена, находилась не в себе и, возможно, поддалась Милене лишь под влиянием момента? Брюнетка вздрогнула, подумав о таком варианте, ей такая вероятность не нравилась. Она её уже точно не отпустит — решила про себя Милена, нежно коснувшись золотых прядей девушки и легонько поцеловав её в губы, Милена отправилась готовить завтрак.

Алиса проснулась от того, что стало неожиданно холодно, тепло согревающего тела исчезло, заставляя девушку поёжится от легкого сквозняка. Хотя отопительный сезон уже начался, в районе Алисиного дома проводились очередные ремонтные работы, поэтому отопление обещали запустить не раньше следующей недели. Но особо сильных заморозков не было, так что сей досадный факт не сильно волновал местных жителей. Потянувшись на кровати, Алиса почувствовала, что лежит совершенно нагая. Сознание услужливо предложило девушке картинки прошедшей ночи, и Алиса залилась краской. «Я… я и она… И я это позволила! Мы ведь…» — мысли никак не хотели приходить в ровную цепочку, оставляя в голове хозяйки ещё больший хаос. Поднявшись с кровати, Алиса пошла на кухню, завернувшись в покрывало на манер греческой тоги. Там уже вовсю хозяйничала Милена, жаря яичницу им на завтрак.

При взгляде на брюнетку Алиса ещё больше покраснела и отвела взгляд.

— Доброе утро! — в голосе Милены ощущались радость и удовлетворение. Напевая себе что-то под нос, она доделала завтрак и поставила на стол перед удивлённой Алисой тарелку с ароматной яичницей. — Ешь! — улыбнулась девушка.

Всё ещё пребывая в небольшом ступоре, Алиса уселась за стол и стала поглощать завтрак. Милена села рядом и тоже приступила к трапезе. Разговор не клеился, брюнетка пару раз порывалась что-то сказать, но тут же обрывала саму себя на полуслове. Когда девушки доели, Милена собрала тарелки и отнесла их в раковину, чтобы позже помыть, уже возвращаясь и проходя мимо Алисы, Милена провела рукой по не скрытому складками покрывала плечу девушки, Алиса испуганно вздрогнула и обернулась. В глазах Милены на секунду мелькнула боль, смешанная с сожалением, девушка повернулась было уйти, но её запястье крепко сжали тонкие пальцы Алисы, брюнетка замерла.

Увидев взгляд Милены, Алиса неожиданно для себя поняла, что не одна она переживает по поводу вчерашнего и что, возможно, даже Милена терзается сильнее. Душу захлестнуло какое-то светлое чувство, которому Алиса пока не могла дать названия. Блондинка аккуратно поднялась со стула, и, обняв опешившую Милену, чмокнула её в щеку, при этом так забавно смущаясь, что Милена не удержалась и счастливо улыбнулась. Она обняла девушку в ответ и поцеловала нежные губы, чувствуя, что, возможно, всё не так уж и плохо, и что, вероятно, эта история ещё имеет шанс на продолжение.

Но с наступлением утра вернулись и вчерашние проблемы. Отвлекшаяся было Алиса снова начала терзать себя догадками и предположениями по поводу бабушки. Примерно в одиннадцать утра в квартире раздался звонок, Алиса была в другой комнате, поэтому трубку взяла Милена.

— Да, слушаю. Нет, это её подруга, ей что-то передать?.. Да вы что! Конечно… Немедленно! — брюнетка бросила трубку, бегом направляясь к Алисе.

Девушка удивленно смотрела на прибежавшую Милену. Сердце сжалось от ужаса. Что же она ей сейчас скажет?

— Алис, собирайся. Твоя бабушка пришла в себя! — по щекам блондинки покатились слёзы облегчения.

Бабушка, действительно, пришла в себя, в чём Алиса и Милена незамедлительно убедились, приехав в больницу. Женщина всё ещё была слаба, ей требовался постоянный уход, но, тем не менее, она выжила. Алиса кинулась к кровати бабушки, не переставая всхлипывать. Женщина обняла внучку, гладя ту по волосам дрожащей от слабости рукой и повторяя, что с ней всё хорошо.

Милена решила не нарушать семейной идиллии и вышла за дверь. Только она было собиралась присесть на стоящую рядом скамейку, как мимо неё пробежала блондинка средних лет, в ярко-красной кофте и в наспех накинутом на плечи одноразовом халате. Женщина, не стучась, влетела в комнату Алисиной бабушки, закрывая за собой дверь. Такое поведение несказанно удивило Милену, и она решила войти вслед за женщиной.

— Мама? — глаза Алисы расширились от удивления.

— С ней всё в порядке?! — обеспокоенно спросила женщина, указывая на кровать, игнорируя удивление дочери.

— Да… Где ты была всё это время? — казалось, Алиса всё ещё не могла прийти в себя.

— Долгая история, — устало выдохнула блондинка, опускаясь на край кровати своей матери.

Женщина аккуратно взяла её руку в свою и зашептала. — Прости, прости меня, мам… Я не думала, что так получится! Я… я… это всё из-за меня! — женщина ударилась в рыдания.

Алисина бабушка сфокусировала свой взгляд на дочери, крепко сжимая её руку.

— Алка, Алка… Глупая ты моя… Не плачь, ты не виновата. Видишь, всё хорошо уже. И Ася приехала, — глаза женщины потеплели при взгляде на внучку.

— Д-да-да… — Алла — Алисина мать, всё не могла успокоиться, судорожно всхлипывая на каждом вздохе.

— Мам, всё и правда в порядке, — улыбнулась Алиса, успокаивающе гладя мать по спине.

— Я такая дура, такая…

Милена неожиданно почувствовала себя лишней, и уже было собиралась покинуть палату, как её остановил голос Алисиной мамы:

— А это что за девочка?

Алиса испуганно вздрогнула, но тут же взяла себя в руки.

— Это моя соседка — Милена, она приехала вместе со мной, — краснея и отводя взгляд, проговорила Алиса.

— Она у нас живёт? — мать Алисы удивленно приподняла бровь.

— Да-да…

— Приятно познакомиться, я — Алла Геннадьевна — мама Алисы, — кивнула женщина Милене.

— Мне тоже приятно, — улыбнулась в ответ брюнетка.

Поговорив ещё немного, девушки покинули палату, оставляя женщин наедине. Судя по их взглядам, матери с дочерью ещё предстояло о многом поговорить.

Уже выходя из больницы, Милена неожиданно ухватила Алису за руку, легонько касаясь губами её щеки. Блондинка вспыхнула и испуганно зашикала на Милену: «А вдруг кто увидит?». «Плевать на них!» — улыбнулась девушка, даря Алисе ещё один поцелуй — уже в губы. Девушки поспешили скрыться с территории больницы, всё-таки давать лишнего повода для сплетен медсестрам не хотелось.

А в это время в институте Максим шёл по коридору, как раз возле комнаты девушек, но, не дойдя до их двери, неожиданно замер. Около комнаты стояла миловидная шатенка, словно изучая, дотрагивалась она до деревянной поверхности, на губах играла странная усмешка. Максим похолодел. Он узнал девушку, да и она, очевидно, заметила его, потому что, подойдя к парню, она произнесла насмешливым тоном:

— Ооо… Какие люди! Максим… Что же ты не здороваешься? Неужели не рад видеть старых друзей?

Часть 13

В родном городе Алисы девушки провели ещё около недели. Милена сказала, что раздобудет справки, поэтому проблема с институтом была решена. Всё это время девушки провели вместе. Мама Алисы жила со своим новым другом на съемной квартире в другом районе и с дочерью и её подругой виделась исключительно в больнице с бабушкой, которую они навещали каждый день. Женщина быстро шла на поправку благодаря заботам врачей и постоянному присутствию родных, которые её очень любили. Постепенно она привыкла и к Милене, считая её уже чуть ли не за вторую внучку. Алису такое отношение несказанно радовало, тот факт, что родственники принимают Милену, пусть и не как спутницу жизни их дочери и внучки, грел душу, заставляя искать светлые стороны в сложившейся ситуации.

А ситуация сложилась очень непростая. С одной стороны, Алисе было комфортно рядом с Миленой, брюнетка окружала её теплом и заботой, казалось, что весь мир для Милены сузился сейчас до Алисы. Блондинка сама не понимала радоваться ей этому или нет. Она очень боялась. Боялась всего: новых чувств, так неожиданно возникших к представителю своего пола, ответственности, которую возлагала Милена на плечи девушки, открыто признавая свою к ней привязанность и, возможно, даже любовь, мнения общества, которое, как была уверенна Алиса, не заставит себя ждать и начнёт осыпать их отношения потоками негатива и презрения. Всё это было ново, странно и противоречиво. В то же время Милена словно открыла девушке дверь в другой мир. Сначала аккуратно и осторожно, стараясь не спугнуть, а затем и более настойчиво, она учила Алису проявлять свои эмоции и желания. Всё своё время девушки проводили рядом, изучая и открывая друг друга с иной стороны, ведь одно дело, когда вы живёте с другом, и совсем другое — когда с любимым человеком. Важной становится любая мелочь, каждая секунда, проведенная рядом, кажется особенной, каждое мгновенье наполнено новыми открытиями и маленькой общей радостью — одной на двоих.

Жизнь отдельно от родителей, занятий и других студентов имела свои преимущества. Добравшаяся, наконец, до столь желанного тела Милена не собиралась теперь оставлять блондинку в покое. Она постоянно старалась прикоснуться к Алисе, ненавязчиво обнимая и целуя смущающуюся девушку, и чувствуя себя на седьмом небе от счастья, когда та делала что-то подобное в ответ. В какой-то момент Милена осознала, что просто не вынесет, если Алиса вдруг исчезнет из её жизни. Это было бы тем же самым, если бы вдруг вырвали кусок души, — пережить, конечно, можно, но рано или поздно это сожжёт тебя изнутри окончательно.

Милена словно стала одержимой. Каждый раз при взгляде на любимую у неё словно земля уходила из-под ног, безумно хотелось касаться, чувствовать, любить. Ночи превратились в череду удовольствия и открытий. Милена потихоньку открывала для Алисы эту часть жизни. Поначалу скромная и нерешительная Алиса начинала вести себя всё более свободно и раскованно. Милена изумлялась, откуда в этой, казалось бы, невинной девочке столько нераскрытой чувственности и страсти. То, как она отзывалась на прикосновения, как прогибалась в пояснице, утопая в собственных стонах — всё это окончательно срывало крышу Милене. Брюнетка была безгранично счастлива, вот так проводить время вместе с любимой, не заботясь ни о чём. Каждый день становился ярким и запоминающимся, но Милена понимала, что скоро всему этому безмятежному счастью придёт конец. Бабушка шла на поправку и все заботы о ней взяла на себя мама Алисы, к тому же учёбу никто не отменял, и, если для Милены было возможным пропустить неделю-другую занятий, то для первокурсницы Алисы это было чревато.

Прошла неделя. Неделя свободы, пролетевшая, словно один день. И вот, девушки уже стоят на перроне, глядя на проезжающие электрички и прощаясь с мамой Алисы.

— Ну, давайте, милые, — тепло улыбнулась женщина, обнимая девушек и целуя Алису в щеку, — позвоните сразу, как только приедете! Аркаш, ну ты где там? Помоги девочкам сумку донести!

Вместе с ними на перроне стоял новый ухажер Алисиной мамы — Аркадий. Успешный предприниматель сорока восьми лет, имел небольшой бизнес у них в городе, у него уже было трое детей от первого брака, живших сейчас с бывшей женой, но он совершенно спокойно отнесся к Алисе, принимая её очень тепло и дружелюбно. Мужчина подхватил небольшую общую сумку девушек (уезжали-то они в спешке и налегке, но Алисина мама настояла на подарках, поэтому пришлось немного пройтись по магазинам, к тому же Алиса забрала кое-какие вещи из дома) и отнес багаж девушек в электричку.

Попрощавшись с матерью, девушки зашли в поезд. Милена села у окна, а Алиса на место рядом с ней. Путь предстоял неблизкий, и поэтому Милена, облокотившись на спинку кресла, откинула голову назад, закрывая глаза. Состав тронулся. За окном мелькал пейзаж родных мест, освещенный лучами только что взошедшего солнца. Алисе надоело смотреть в окно и она, положив свою голову на плечо Милены, решила вздремнуть.

Уголки губ брюнетки тронула легкая улыбка. «Вот оно — счастье», — мелькнула мысль в голове Милены, и девушка погрузилась в дремоту.

— Ну, и где вас черти носили? — обеспокоенный Антон встречал девушек на вокзале. Лицо парня выражало облегчение и легкую раздраженность, всё-таки девушки заставили их всех поволноваться.

— И тебе привет! — махнула рукой брюнетка, подходя к парню и волоча за собой всё ещё сонную после дороги Алису.

— Ну ладно, потом расскажете, — кивнул парень, перехватывая сумку. — Я на машине, пошли.

Ребята двинулись бодрым шагом в сторону парковки. Серебристый джип игриво просигналил в ответ на нажатие кнопки брелка Антоном. Парень был один, Инна доверяла ему свою машину с условием, что с той всё будет в порядке. По всему салону были разбросаны игрушки дочери Инны, и хотя девочке было уже 13 лет, та предпочитала таскать их везде с собой.

Антон сел за руль, Милена предпочла усесться в переднее пассажирское кресло, она теперь не могла ездить сзади, где сейчас сидела Алиса.

— Ну что, лягушки-путешественницы, — улыбнулся парень, заводя двигатель и трогаясь с места. — Как съездили-то? Как бабушка?

— Отлично! — воскликнула Милена. — Когда мы уезжали, она уже была весьма бодрой и всё порывалась выйти уже из больницы и «последить за тем, как мы там поживаем». Пожалуй, её остановили лишь строгие запреты врачей.

— Да, бабушка у меня такая, — с толикой гордости и смущения сказала Алиса, убирая в сторону очередного плюшевого медведя, попавшегося под ноги.

— Ну, а вообще как отдохнули? — улыбнулся парень.

Алиса покраснела и потупила взгляд. Возможно, Антон и не имел в виду ничего «такого», но Алиса в последнее время искала везде подтекст и некую двусмысленность. Спасла её Милена, заметив реакцию девушки, брюнетка отвлекла внимание парня на себя и стала расписывать ему прелести провинциальной жизни.

— …А я ему и говорю: «А не пойти ли вам, товарищ, в …» — пламенную речь девушки прервал звук пришедшей на телефон SMS. — Секундочку… — Милена начала рыться в сумке в поисках сотового. — О, нашла! Тааак… — девушка неожиданно замерла на полуслове, вглядываясь расширившимися от шока глазами в экран мобильного.

В салоне повисла тишина, нарушаемая лишь шумом мотора. Антон и Алиса выжидающе уставились на Милену, но та лишь как-то неестественно улыбнулась, поспешно захлопывая крышку телефона и кидая его обратно в сумку.

— Ничего… Всего лишь оператор, — вмиг охрипшим голосом ответила Милена на вопросительные взгляды ребят. — О чем это я… Ах, да! И я говорю этому… — но нить разговора была безнадежно утеряна, в голове Милены, отдавая оглушительным звоном в ушах, крутились слова прочитанной SMS: «Привет! Надеюсь, ты меня ещё не забыла?:) Я проездом в городе, всего на пару недель. Не хочешь встретиться? Я зайду».

От последней фразы холодок пробежал по позвоночнику девушки, тревога когтистыми лапками сжала сердце: «Только не это, — пульсировало в голове Милены, неожиданная головная боль тисками обхватила сознание, — только не сейчас!».

Дальше дорога проходила в полном молчании. Ребята были озадачены столь резкой смены настроения у Милены. Антон, кажется, догадывался, что произошло. Недавно к нему зашел Максим, в тот раз парень был очень зол, и Антону насилу удалось его успокоить. А причиной столь внезапной вспышки ярости стала бывшая девушка Милены — Ксюша, ну или как её все звали, — Кеша, к слову сказать, это была и Антонова бывшая девушка. Этот момент своей биографии парень предпочел забыть и никогда к нему не возвращаться. Ох, и много проблем она принесла тогда им обоим! Подумать только, он ведь тогда чуть не поругался с Миленой! И всё от чего? Эта ревнивая бестия тряслась над Кешей, видя угрозу чуть ли не в каждом столбе, порой не замечая очевиднейших вещей. А закончилось всё тем, что та разбила ей сердце, заставив впасть в глубочайшую депрессию на полгода. Антону до сих пор было сложно вспоминать то время.

Милена тогда забросила институт, прекратила общаться с друзьями, обвиняя их в том, что они виноваты в их разрыве, но именно друзья и вытащили девушку из этого состояния. Парням еле удалось растрясти замкнувшуюся в себе девушку и вернуть её к нормальной жизни. Общественная работа, учёба, клубы — на хандру просто не оставалось времени! Но и в это Милена кинулась, словно утопающий схватившийся за соломинку, она пыталась вырваться из плена одиночества, в который сама же себя загнала. Начались пьянки, вечеринки, Антону даже знать не хотелось, что там творила его подруга. Она не слушала доводов друзей, продолжая вести свой разгульный образ жизни, учёба снова пошла под откос.

Но однажды в трубке Антона раздался телефонный звонок — звонили из милиции. Антон тогда с расширившимися от ужаса глазами выслушивал речь дежурного, а затем и прерываемые всхлипами заверения Милены в том, что это больше никогда не повториться, только бы он вытащил её отсюда немедленно!

И Антон вытащил, поднял на ноги Инну, её друзей, добился того, чтобы в личном деле не стояла отметка о том, что девушка вообще когда-то имела контакты с милицией, и дело не дошло до руководства института. Всё это происходило на третьем курсе. Когда Милена была уже в общежитии, Антон решил серьёзно поговорить с девушкой, но наткнулся на холодный осмысленный взгляд черных глаз. Она всё понимала. Понимала, куда катится её жизнь, и не хотела этого. Что-то в ней в тот день изменилось. Она словно отряхнула с себя прошлое и пошла с гордо поднятой головой дальше. Тогда она сказала ему: «Прости, что так получилось. Но я не могла иначе. Теперь всё станет по-другому… — и, помолчав, добавила, — я её забыла». И, действительно, стало по-другому. Новая Милена редко пила, часто улыбалась и вела яркую, активную жизнь. Но что-то в ней тогда навсегда сломалось, и она, окружив себя стеной одиночества, решила не пускать никого больше настолько близко к своему сердцу. Но теперь Антон видел, что эта тихая и скромная Алиса что-то разбудила в душе девушки, парень желал подруге счастья и надеялся, что эта девочка не только станет для Милены чем-то важным, но и ответит ей взаимностью. А теперь появилась Кеша, и Антон даже не предполагал, чем всё это может закончиться.

Алиса с непониманием смотрела на неожиданно замолчавшую Милену. Брюнетка сидела на кресле, глядя в окно, но мысли её были явно дальше мелькающей за ним обочины. Алиса заметила, что брюнетка нервно закусила губу и крепко сцепила руки на коленях, да так, что костяшки пальцев побелели. Антон сначала пытался отвлечь девушек, но, заметив, что Алиса отвечает невпопад, а Милена и вовсе молчит, прекратил свои попытки.

Довезя девушек до общежития, Антон отправился возвращать машину на стоянку, а студентки отправились в свою комнату.

— Как давно я тут не была! — на лице Алисы явно считалось облегчение, что, наконец-то, вернулась назад. — Неделя, да? — она обернулась на только что вошедшую Милену.

Но та так и не вышла из своего ступора и лишь согласно кивнула девушке, проходя вглубь комнаты и садясь на кровать. Алиса непонимающе посмотрела на Милену. «Только недавно была такой веселой и заботливой! А теперь…. Да что с ней такое?!» — Алиса нерешительно двинулась в сторону брюнетки.

— Мииил… Что такое?.. — Алиса замолчала, испуганно глядя на девушку. Чёрные глаза выражали столько эмоций: от боли до негодования, что голова шла кругом. Алиса невольно отступила на шаг назад. — Миииил, в-всё в порядке?..

— Ничего нихрена не в порядке! — Милена подскочила с кровати, в одно мгновение преодолевая разделяющее их расстояние и хватая Алису за запястья. — Н-и-ч-е-г-о, понимаешь?

— Нет! — тон голоса Алиса был испуганным, она не понимала реакции Милены.

— Прости… Прости меня… — Милена отступила на шаг от девушки, поворачиваясь к ней спиной. — Всё в порядке. Просто я устала, — брюнетка провела рукой по лицу, снова обернувшись к Алисе, та всё ещё с недоверием глядела на девушку.

— Ну, раз так, может, чаю? Или чего-нибудь…

— Нет, Ась, спасибо, — Милена переняла эту привычку называть Алису Асей у её домашних, — не надо… Я, пожалуй, просто полежу немного.

— Ну ладно…

Брюнетка легла на кровать, устало прикрыв веки, головная боль всё ещё не проходила. Алиса решила тихонько посидеть за компьютером, а потом, решила девушка, она обязательно поговорит с Миленой. Блондинка была обеспокоена состоянием своей девушки. В дверь неожиданно постучали. Милена от чего-то вздрогнула и, резко подскочив на кровати, поспешила открыть дверь.

И потеряла дар речи. Она всё-таки приехала. Сейчас на её пороге стоял человек, которого в прошлом она любила больше жизни, та, по которой она сходила с ума, кроме этой девушки ей ничего на свете не надо было… тогда. Сейчас, глядя на Кешу, Милена на секунду почувствовала себя как и тогда — беспомощной и одинокой, словно вернулась назад на два года. «Твою мать, два года… Два года! Её не было в моей жизни! Почему? Почему именно сейчас, когда всё стало налаживаться, она объявилась вновь?» — мысли путались в голове у Милены. Напротив в проёме стояла её бывшая девушка. Всё такая же: длинные каштановые волосы, спадающие ниже плеч, красивое лицо, с прямым носом и пухлыми губами, накрашенными ярким блеском, а главное — эти холодные зеленые глаза, Милена больше ни у кого не видела таких. Словно два изумруда — они притягивали взгляд, подчиняя воле этой, казалось бы, милой, беззащитной девушки. Милена нервно сглотнула.

— К-Кеша… — словно не веря своим глазам, проговорила Милена.

— Она самая! Только ты же знаешь, я предпочитаю, когда меня называют Ксюша, — надула губы девушка, проскальзывая в комнату мимо застывшей, словно восковая кукла, Милены. — Ой, а ты кто? — шатенка улыбнулась Алисе.

— Я…

— Это Алиса. Моя соседка. Алиса, — это Кеш… Ксюша, — скрепя сердце, девушка представила их друг другу.

— Соседка значит… Просто соседка?.. — глаза Кеши, на миг полыхнули хитрым огнём. Этот взгляд очень не понравился Милене, и она поспешила ответить:

— Да. Просто соседка, — Милена старалась не смотреть на Алису, она потом ей всё объяснит.

— Нууу, ясно, — протянула зеленоглазая, задумчиво глядя на брюнетку, — может, выйдем? — она кинула красноречивый взгляд на Алису, которая не издавала ни звука.

— Да… Думаю, стоит, — Милена резко развернулась и прошествовала к двери, распахивая ей. — Пошли.

— Да-да-да… — всё так же в своей певучей манере, растянула слова Кеша, идя вслед за брюнеткой. — Пока, Алиса! Ещё увидимся! — она подмигнула девушке.

Когда девушки скрылись за дверью, Алиса, наконец, выдохнула спокойно. Эта Ксюша произвела на неё неприятное впечатление. «Однако, она красивая, — мелькнуло в голове у девушки, — а если Милена… Да нет… — оборвала себя девушка. — Точно, нет. А это её «просто соседка». Что это значило? Но ничего, я с ней ещё поговорю…». Взгляд девушки упал на кровать. «Телефон? Может, она его забыла? Я ещё успею их догнать!» — с этими мыслями блондинка подхватила мобильник и выскочила в коридор вслед за девушками.

То, что она увидела, заставило замереть девушку от шока. На её глазах Милена целовала шатенку, обнимая ту за талию. Ксюша, очевидно, тоже не была против: она прижималась всем телом к брюнетке, углубляя поцелуй.

В горле у Алисы встал ком, она не заметила, как по щеке пробежала злая слеза. В голове крутилась лишь одна мысль, полная отчаяния: «За что?».

Часть 14

«За что?»

Алиса всё продолжала смотреть на целующихся девушек, ей казалось, что всё это страшный сон, бред чьей-то больной фантазии, но пальцы, сжатые в кулаки до такой степени, что ногти впивались в кожу, вызывая сильную боль, доказывали обратное: она не спит, значит, это не кошмар и вырваться из него, просто ущипнув себя за руку ей не удастся. Алиса всё так же стояла около двери, звуки доносились, словно через вакуумную подушку, всё казалось неестественным и приглушенным. Послышался стук от падения какого-то предмета на пол, девушка безразлично уставилась на свои руки: телефон Милены, который та оставила в комнате, теперь лежал на полу. Этот звук словно отрезвил девушку: «Какого черта я здесь стою?». Захотелось подойти, вцепиться в волосы этой Кеше и ударить её хорошенько о ближайшую батарею, ну или просто расплакаться. Очевидно, звук упавшего телефона заметила не одна Алиса, потому что Милена на секунду оторвалась от девушки, отталкивая её руки…

— Алиса…

Глаза в глаза, в одних обида — смертельная, сильная, на грани ненависти, за то, что предала чувства, которые только стали зарождаться, за то, что не оправдала доверие, втоптав этим поцелуем в грязь всё, что было между ними, в других — непонимание, испуг, осознание собственной вины, пришедшее слишком поздно. Не в силах выдержать этот зрительный контакт, Алиса отвернулась от девушек и помчалась в противоположном направлении. Она неслась по коридорам, сбивая проходящих мимо студентов, слыша в спину крики о том, что она чокнутая идиотка, но ей было плевать. Перед глазами всё ещё стояла картина целующихся Милены и Ксюши, наверно, навсегда врезавшееся ей в память. Где-то в районе груди сдавливало, было тяжело дышать — не то от бега, не то от чувств, которые захлестывали с головой, разливаясь в районе сердца раскаленным железом, вызывая почти физическую боль. Мыслей в голове не было, лишь одно отчаяние, захлестнувшее с головой. Алиса думала, что Милена бросится за ней объяснит ей, что всё, что она видела, — неправда, найдёт тысячу убедительных причин, и Алиса ей поверит, как всегда верила. Но за спиной не раздавалось ничего, кроме свиста в ушах от быстрого бега и биения собственного сердца, заглушавшего всё остальное.

Девушка, как была — в легкой кофте и в джинсах, выбежала на крыльцо общежития, что делать дальше она не знала. Возвращаться? — нет. Ни за что. Она не вынесет, если увидит этих двоих — сорвётся и натворит каких-нибудь глупостей, вот, например, как сейчас — одна, на морозе, без копейки в кармане. Девушка облокотилась на перила, закрыв лицо руками, по щекам струились слёзы от сознания собственного бессилия. Было больно, обидно, но какой-то частью души она надеялась, что Милена сейчас придёт и заберет её в комнату, напоит чаем, поцелует и скажет, что она маленькая дура, что не будет никакой зеленоглазой красавицы, страстно обнимавшей её девушку за плечи. Но осенний холод всё также безжалостно проникал под тонкую одежду, заставляя девушку дрожать, словно лист. Прохожие безразлично проходили мимо, не обращая внимания на девушку. Одна, совсем одна. Хотелось выть от отчаяния.

Неожиданно на плечо девушке легла теплая мужская рука.

— Алис, это ты? Почему ты здесь… Стой! Ты что — плачешь?

Девушка подняла свои затуманенные влагой глаза на говорившего. Антон. Парень, очевидно, только вернулся в общежитие, но встретив на крыльце Алису — явно продрогшую и расстроенную, не мог пройти мимо.

— Алис, что случилось?! Тебя кто-то обидел?! — в голосе парня были тревога и беспокойство. — А где Милена?

Это стало последней каплей для и без того взвинченной девушки. Алиса кинулась на грудь к Антону, закрывая лицо руками и сотрясаясь в судорожных рыданиях, парень аккуратно обнял девушку за плечи и стал гладить по голове, стараясь успокоить.

— Она… она… там… с ней… — речь девушки прерывалась всхлипами.

— Успокойся. Насколько я понимаю, в общагу ты возвращаться не намерена? — девушка закивала головой, не переставая глотать воздух, словно выброшенная на берег рыба, рыдания комком стояли в горле. — Тогда пошли в кафе… Расскажешь мне всё.

И, накинув на плечи девушки свою куртку, Антон повел её в сторону небольшой закусочной, находившейся минутах в десяти ходьбы отсюда.

Заведение было небольшим, но уютным. Играла легкая расслабляющая музыка, плетеные кресла прекрасно гармонировали с общей коричневой гаммой зала. Антон прошёл к столику в самом дальнем углу, ведя Алису за собой.

Когда ребята уселись за стол, к ним подошла официантка. Миленькая с рыжими кудрями девушка обратилась к Антону, явно заигрывая с ним, спросила, что же они будут. Парень, никак не отреагировав на официантку, заказал чай для себя и кофе с ликёром для Алисы (девушке необходимо было согреться и успокоиться). Рыженькая удалилась с обиженным видом, кинув презрительный взгляд на Алису. Но та этого не замечала. Она было глубоко в своих мыслях: «Ну как? Как она могла так поступить? А как же все эти слова, обещания, прикосновения? Всё ложь, обман? А ведь я ей поверила… Ну почему?».

— «Почему» что? — спросил парень. Алиса вздрогнула, она и не заметила, что последнее сказала вслух. Принесли заказ.

— Н-неважно… — пролепетала Алиса, аккуратно отпивая из чашки и стараясь не встречаться взглядом с Антоном.

— Это из-за Кеши, ведь так?

— Кого? — не поняла девушка.

— Кеши… Ну, Ксюши, шатенка такая… зеленоглазая, она училась с нами одно время. Я слышал, она снова приехала… — парень стал аккуратно выводить Алису на разговор по душам, он видел — Алисе сейчас нужно было выговориться.

— Да… — девушка с задумчивым видом покрасневшими глазами уставилась в окно, блондинистые пряди свободными волнами спадали на плечи. — Это… это не то чтобы…

— Послушай, — перебил Алису парень, — я не лезу в ваши с Миленой отношения, — девушка вспыхнула, — но ты должна кое-что знать. Что бы не произошло сейчас, это не имеет никакого значения для Милены и для тебя тоже. Кеша давно в прошлом, даже если Мила этого ещё не осознала, хотя, мне кажется, она всё прекрасно понимает.

Алисе было неприятно обсуждать свою личную жизнь, хотя она и доверяла Антону как себе, но что-то слишком часто её доверие обманывали в последнее время, поэтому она поспешила перевести тему разговора.

— Антон, а что ты знаешь про эту… Кешу? — глаза девушки стали внимательными и настороженными, она вся словно обратилась в слух.

— Ха… — парень отодвинул от себя чашку, отламывая пирожное и отправляя кусочек в рот, светловолосому юноше явно было необходимо собраться с мыслями. — Мы тогда учились на втором курсе…

Парень погрузился в воспоминания.

Тогда он ещё учился на первом курсе, шла середина года. Они как раз тогда и начали общаться с Миленой. Поначалу нелюдимая девушка вскоре показала свои лидерские качества и яркость характера. Пожалуй, Антон тогда был восхищен девушкой, она приводила его в неописуемый восторг своими выходками, тогда-то они и подружились.

Антону тогда хотелось свободы, любви. Он вообще был юношей импульсивным и довольно легкомысленным в то время, одногруппница Ксюша сразу же привлекла внимание парня. Красивая, живая, чувственная — да по ней «пускало слюни» половина его знакомых! Девушка ни с кем особо не сближалась, но и не отталкивала ухажеров. И Антон влюбился. Влюбился, как он потом говорил, как полный дурак. Носил ей цветы, конфеты, звал в кафе, тратил уйму времени и средств ей на подарки. И в итоге благодаря этому всему вкупе с его природным обаянием он добился своего — Ксюша стала его девушкой. Парень ходил сам не свой первые дни от счастья, но шло время, и былая радость сменилась сначала безразличием, а затем и раздражением. Ксюша — его светлый ангел и идеал, на деле оказалась натурой мелочной: она любила закатывать скандалы и истерики по поводу и без, флиртовала со всеми его друзьями и вообще умела и любила, как говорится, качественно и со вкусом выносить бедному парню мозг.

Ребята часто проводили время втроём. Антон и не замечал, что за дружеским участием Милены могут скрываться какие-то чувства, он вообще был уверен, что ей нравятся исключительно парни. Но вскоре Милена в разговоре вскользь упомянула про свою первую школьную любовь, которая была далеко не мужского пола, но Антон отнесся к этому со свойственным ему пофигизмом, решив, что личная жизнь Милены его не касается. В какой-то момент напряжение между Антоном и Ксюшей выплеснулось в сильную ссору, приведшую к разрыву отношений. Ксюша тогда, будучи подругой Милены, любила приходить к той и жаловаться на свои разбитые мечты и надежды, не замечая, что слова её причиняют боль безответно влюбленной в неё брюнетке. В один из таких приходов, сопровождавшихся зачастую не только чаем, но и чем покрепче, Ксюша кинула в сердцах, что парни ей вовсе больше не нужны, и что она, вообще, станет лесбиянкой. Фраза, брошенная в шутку и вскользь, что-то всколыхнула в душе тогда ещё довольно наивной и открытой Милены. Она предложила девушке встречаться, маскируя это всё под глупой улыбкой, чтобы если что, можно было перевести всё это в розыгрыш.

— А давай, — крикнула уже порядком захмелевшая Кеша, и, наклонившись через стол, легко чмокнула опешившую брюнетку в губы. Но Милена не долго была в ступоре и вскоре превратила этот полудетский поцелуй в настоящий и глубокий. Уже отстранившись и тяжело дыша, Ксюша посмотрела в глаза девушке.

— Т-ты это что — серьёзно?

Милена ничего не ответила, продолжая смотреть в изумрудные глаза с тоской и скрытой надеждой.

Кеша не то ради развлечения, не то ради того, чтобы насолить Антону согласилась на эти «нетрадиционные» отношения. Основная проблема заключалась в том, что если для Ксении это было просто интересным опытом — не более, то для Милены их с Кешей отношения стали важной и неотъемлемой частью жизни. Она ценила шатенку выше своей жизни, отдавалась этому чувству, захлестнувшему её с головой, вся и без остатка. Никто из друзей Милены, тем более Антон, не понимали этого увлечения. Милена стала чуть ли не параноиком, ревнуя Кешу ко всему, что движется, буквально говоря. Но при этом она не замечала, что девушка сама поощряет эти ухаживания и комплименты в свой адрес, сильная духом и сердцем Милена в руках этой девушки превратилась в безвольную игрушку, за которой было интересно наблюдать, проводить ночи, но не более. Встречаться они начали в конце весны, Милена строила планы на их общее лето, Кеша лишь, шутя, отмахивалась, говоря, что поживём-увидим. И вот когда все экзамены были сданы, Милена предложила девушке отправиться куда-нибудь вместе, ну или пожить отдельно в городе.

Кеша тогда шипела, словно разъяренная кошка, утверждая, что это вызовет лишь волну слухов, которые ей вовсе не нужны, тогда Милена смирилась, проведя каникулы в городе у родителей, она даже не виделась с Кешей, которая уехала в свой родной город, лишь изредка отвечая на многочисленные звонки и SMS Милены.

С наступлением нового учебного года, Милена договорилась о том, чтобы жить с Кешей в одной комнате. Та восприняла эту новость без особого энтузиазма, но всё-таки переехала. И началась, пожалуй, самая трагичная осень в жизни Милены.

Ксюша уходила по вечерам, могла пропасть на неделю, ничего не объясняя девушке, от вопросов она уходила, предпочитая отмалчиваться. Милена ревновала, металась, переживала, устраивала сцены, после которых Ксюша грозила ей уходом, после чего брюнетка мгновенно успокаивалась. Тогда только пришедший в институт Максим, стал жить в одной комнате с Антоном и, как следствие, стал общаться с Миленой, подружившись с ней, даже он видел, как терзается брюнетка, как ей тесно в этих отношениях, она была словно запертая в четырёх стенах хищница — никакой свободы, и это медленно сводило её с ума.

А потом случилось это. Ксюша за ужином с Миленой, вскользь, как нечто само собой разумеющееся заявила, что выходит замуж. Казалось, мир в то мгновенье потух и остановился для Милены. Она даже ничего не сказала в ответ, всё ещё не воспринимая эту новость. А через неделю Кеша уехала. Улетела с каким-то богатым предпринимателем в другой город, выйдя за него и сменив место жительства и институт. Всю неделю с того самого разговора и до отъезда Ксюши, Милена постоянно молчала, ходила кругами и всё старалась придумать что-нибудь, чтобы удержать любимую, но это было невозможно. Милена до сих пор помнила, как прощаясь, Кеша сказала: «Пока, с тобой было весело». Брюнетка тогда ничего не ответила, глотая горький ком обиды и разочарования. А потом была депрессия, алкоголь, пока всё это не закончилось милицией. После того случая отношения Антона и Милены стали вновь налаживаться, ведь больше всех она ревновала Кешу именно к нему. Антон был безмерно счастлив, что Ксюша, наконец, исчезла из их жизни, но, очевидно, он рано радовался.

— Примерно вот так, — закончил свой рассказ Антон, отпивая остывший чай. За окном уже смеркалось, за всё время Алиса не проронила ни слова, внимательно слушая парня, чашка её давно опустела и была наполнена вновь.

— Понятно… — тихо проговорила девушка, задумчиво глядя перед собой. Теперь многое для неё становилось понятным. «Значит, Милена всё ещё любит её, — мелькнула горькая мысль в голове у девушки, — и вот теперь она вернулась, и я стала не нужна». Обидно, горько, ощущение, что тобой воспользовались, словно вещью. «Не могу больше», — решительно подумала девушка. Хотелось всё забыть и не вспоминать уже никогда об этом кошмаре.

Девушка встала и, поманив Антона за собой, отправилась к небольшому бару в противоположном углу помещения, парень присоединился. Пару бокалов спустя горькие мысли всё-таки покинули голову блондинки, сменяя их на полнейшую апатию ко всему происходящему.

— А почему «Кеша»? — спросила она у Антона, опираясь уже двумя руками о стойку.

— Ну, видишь ли, однажды, когда мы ещё были вместе, мы собирались в клуб пойти… И она надела какое-то яркое платье: ядовитое, с кучей блесток, в общем, она была похожа на какую-то птицу. Тогда-то я и обозвал её попугаем, — парень подавил смешок, — ну, а потом подумал и назвал её Кешей, так и прицепилось…

— Хах… Ясно… — глаза девушки уже закрывались, тепло и алкоголь сделали своё дело.

Алиса не помнила, как Антон дотащил её до общежития и как принес на руках в комнату.

Дверь им открыла встревоженная Милена, девушка была растрепана — она явно не находила себе места от беспокойства последние несколько часов. Отворив дверь, она оглядела Антона, держащего на руках Алису, прижимавшуюся к нему всем телом. Глаза брюнетки полыхнули яростью и ревностью.

— Где вы были, и что с ней? — громко зашептала Милена, пропуская парня в комнату и указывая на кровать Алисы. — Вот, положи её сюда… да аккуратнее!

Парень бережно опустил блондинку на кровать, и, дождавшись, пока Милена укроет её пледом, схватил девушку за руки и потащил за дверь.

— И какого дьявола ты творишь?! — Антон явно был в бешенстве, прижимая Милену к стенке коридора. — Что тебе нужно было от этой Кеши?! Разве не видишь, как девочка страдает?!

Милена виновато опустила глаза, а после, вскинув голову вверх, прямо уставилась на Антона.

— Это моё личное дело, и тебя это не касается.

— Ах, не касается?! А ты в курсе, что я нашел её замерзшую на крыльце, она плакала… Из-за тебя, Милка, между прочим! — парень и не думал успокаиваться. — Ты хоть осознаешь, что натворила?

— Да. Теперь уже всё в порядке. Обещаю, Кеши в моей жизни больше нет.

— Ты уже обещала мне это однажды… — горько ухмыльнулся парень.

— Теперь точно всё. Это конец, — Милена аккуратно положила руку на плечо Антону. — Отправляйся к себе. Утром я с ней поговорю и всё объясню.

— Хочется верить… — парень вывернулся, дернув плечом и зашагав в противоположную сторону, но, вдруг замерев, добавил, — Мил, это серьёзно. Я не дам её тебе в обиду, советую над этим подумать.

У Милены от шока расширились глаза. Антон что — только что ей угрожал?! Но отдаляющаяся спина парня не давала никаких ответов, и девушка вернулась в комнату.

Подойдя к кровати Алисы, она поправила упавшую на лицо золотую прядь, заводя её за ухо девушки. Опустившись на колени возле кровати, Милена сначала поцеловала лоб девушки, а потом положила голову ей на грудь, обнимая руками Алису.

«Только бы ты всё поняла…».

Часть 15

Открыв дверь и встретив на пороге свою прошлую любовь, брюнетка растерялась. Конечно, Кеша предупредила в своей SMS, что приедет, но Милена надеялась, что этого не произойдет, ну, или, по крайней мере, произойдет позже. Но визит Кеши не оставлял сомнений, пусть и на время, эта девушка решила снова объявиться в её жизни. И это пугало.

Во-первых, когда Милена вновь увидела Ксюшу, сердце пропустило удар — словно и не было этих двух лет, предательства, лжи. Словно Милена всё ещё та глупая третьекурсница, первые серьезные отношения принявшая за любовь, а жалость и интерес — за ответные чувства. Казалось, что какой-то шутник закинул Милену в прошлое, отбирая приобретенное с таким трудом равновесие и спокойствие.

— К-Кеша…

— Она самая! Только ты же знаешь, я предпочитаю, когда меня называют Ксюша, — о да, Милена это знала, как никто другой, но никогда не могла контролировать себя в этом порыве. — Ой, а ты кто? — шатенка улыбнулась Алисе.

«Твою мать! — пронеслось в голове у Милены. — Всё это начинает чертовски напоминать сцену из второсортной мыльной оперы». Вот этой встречи-то и хотела избежать брюнетка, Алиса ничем не заслужила вмешиваться во всю эту грязь. «Слава Богу, она не знает, кто это! И не узнает!» — решила про себя Милена.

— Я… — ответила было блондинка.

— Это Алиса. Моя соседка. Алиса, — это Кеш… Ксюша, — скрепя сердце, девушка представила их друг другу.

— Соседка, значит… Просто соседка?.. — «Вот зачем она это спрашивает? Издевается, что ли?» — мысли скакали как сумасшедшие с одного на другое.

— Да. Просто соседка, — повинуясь неясному внутреннему порыву, ответила девушка. Минутного взгляда на расширившиеся глаза Алисы хватило, чтобы понять всю глупость положения. «Потом что-нибудь придумаю. Сейчас главное — увести отсюда Кешу».

— Нууу, ясно, — протянула зеленоглазая, задумчиво глядя на брюнетку, — может, выйдем? — она кинула красноречивый взгляд на Алису, которая не издавала ни звука. «Словно мысли мои прочитала», — изумилась брюнетка.

— Да… Думаю, стоит, — Милена резко развернулась и прошествовала к двери, распахивая ей. «Скорее-скорее — прочь, быть может, в прохладе коридора весь этот туман уйдёт из головы». — Пошли.

— Да-да-да… — всё так же в своей певучей манере, растянула слова Кеша, идя вслед за брюнеткой. — Пока, Алиса! Ещё увидимся! — она подмигнула девушке.

— Что ты тут забыла? — Милена старалась казаться спокойной, скрывая за маской хладнокровия бешено скачущее сердце. Девушка была словно натянутая струна, разве что руки не тряслись от нервов, да и те были плотно сжаты на груди.

— А ты, что, не рада меня видеть? — улыбнулась Ксюша, сверкнув глазами. — Я смотрю, у тебя уже новые интересы, — шатенка явно намекала на Алису, — ну, и как она? Лучше меня?

— Тебе-то какое дело? — Милена даже не удивилась тому, что Кеша поняла их отношения. У этой девушки был нюх на подобные вещи.

— Да чего ты так заводишься? — наигранно изумилась шатенка. Нам ведь было… хм… весело вместе, — девушка мягко очертила скулу Милены тонкими пальцами спускаясь к бешено скачущей жилке пульса на шее, — не так ли?

У брюнетки озноб по телу пробежал от этих прикосновений. Ощущение реальности пропадало с каждым мгновеньем, очертания становились нечеткими, в полумраке коридора зленые глаза напротив мерцали, как два камня. Милена тряхнула головой, скидывая наваждения.

— Нам? — горько усмехнулась девушка. — Говори за себя! А то ты не помнишь, что было два года назад… — голос с каждым словом становился глуше. — Выкладывай всё, что тебе нужно и убирайся туда, откуда приехала!

Шатенка неожиданно рассмеялась. Звонко, высоко задрав голову, смех её казался неуместным в звенящей тишине коридора, он словно бил по ушам Милены тысячью молоточков. В висках невольно застучало.

— Ну зачем ты заводишься? Я, может, приехала извиниться… Вспомнить прошлое… — на этих словах Кеша приблизила своё лицо к лицу брюнетки, почти выдыхая той в самые губы. — Соскучилась наконец…

И мир Милены рассыпался на сотни осколков. Одни горячие губы накрыли другие, сливаясь в поцелуе. Брюнетка не отвечала, она стояла, словно током ушибленная, силясь понять, что же сейчас происходит и как они до этого дошли. Тот же вкус, те же чувства — всё как тогда, да вот только сердце больше не замирает, а бабочки не танцуют как сумасшедшие где-то под сердцем.

Но, очевидно, Кеша решила так просто не сдаваться, она углубила поцелуй, обвивая тело девушки руками. И Милена ответила. Ответила, сама не зная зачем. Словно она всё ещё была той неуверенной влюбленной дурой, готовой пойти на край света за один только взгляд зеленых глаз. Словно её вернули в прошлое, разум отрицал очевидное, где-то в душе поселилось чувство, что её вернули в прошлое, давая тому израненному сердцу второй шанс. Милена и не заметила, как обвила девушку руками в ответ, прижимаясь к ней всем телом.

Звук какого-то упавшего предмета отрезвил Милену. Она отстранилась от девушки, оборачиваясь к двери собственной комнаты. «Алиса? Только не это!» — волна ностальгии мгновенно отпустила девушку, возвращая её в сегодняшнюю реальность.

— Алиса… — голос неповиновался, в глазах застыло отчаяние.

Алиса стояла напротив с оторопевшим выражением лица. Захотелось подбежать, обнять, сказать, что всё, что она видела — неправда, всего лишь иллюзия, порыв давно забытых чувств, навеки угасший в новом пламени, но ноги не слушались, казалось, что груз собственной вины пригвоздил девушку к полу. Лишь когда Алиса развернулась и побежала в сторону лестницы, с Милены спало оцепенение.

За ней. Срочно. Умолять простить. И никогда больше не отпускать.

Но златовласое чудо уже скрылось за поворотом, а запястье сжала стальная хватка.

— Истеричка малолетняя… — голос Кеши был наполнен ядом. — Ну и вкус у тебя… Может быть, продолжим? — Кеша вновь приблизилась к Милене.

— Не подходи ко мне… — брюнетка отшатнулась от девушки, разворачиваясь к ней лицом. — Знаешь, у меня действительно хреновый вкус, раз когда-то я выбрала тебя, — зеленые глаза распахнулись в изумлении. — А сейчас послушай… Мне плевать, зачем ты сейчас сюда приехала, но не приближайся ни ко мне, ни к ней больше ни на шаг… Иначе я за себя не отвечаю.

— Неужели тебе настолько дорога эта мышь? — какая-то горькая ирония прозвучала в словах шатенки.

— Не смей про неё так говорить, — чеканя каждое слово, ответила Милена. — Ты ничего о ней не знаешь и не тебе судить, какая она. Убирайся к черту!

— Как грубо…

— Я не желаю тебя видеть, — Милена развернулась в сторону лестницы, — всё в прошлом, — крикнула она уже на ходу, даже не оборачиваясь.

Уголки губ шатенки приподнялись, словно во всезнающей усмешке, девушка медленно подошла к окну, глядя в пасмурное небо. Не любила она эту погоду — холодно, сыро, промозгло. Всё очарование золотой осени давно закончилось, оставляя после себя лишь голые деревья, застывшие в ожидании новой весны. Не обращая внимания на запрещающую табличку, зеленоглазая приоткрыла форточку, вынимая из кармана бежевого пальто пачку сигарет, медленно затянувшись, она выдохнула дым, глядя, как внизу возле крыльца белокурая девушка уходит под руку с каким-то парнем, и как через какое-то время следом вылетает запыхавшаяся Милена, силясь отдышаться, та оглядывает крыльцо, а затем уходит в направлении противоположном от того, где скрылась Алиса.

Изящная рука, унизанная кольцами, медленно коснулась холодного стекла, зажимая между тонкими пальцами тлеющую сигарету.

— Забавно… — куда-то в пустоту проронила девушка, провожая взглядом фигуру брюнетки.

Ещё пара минут, и вот девушка выкидывает недокуренную сигарету в предусмотрительно оставленную кем-то банку из-под кофе, плотно захлопывает форточку, разворачивается и медленно уходит вдоль коридора.

Неожиданно останавливается, замирает около одной из дверей и, чему-то грустно ухмыльнувшись, шепчет одними губами:

— Это было весело…

И уходит в сторону лестницы плавными ровными шагами. Вскоре в коридоре затихают последние отзвуки цоканья её каблуков, и лишь догорающая сигарета тухнет окончательно, в последний раз пуская в воздух прощальный виток едкого дыма.

Милена, казалось, обошла весь институт в поисках Алисы. Небо уже начинало темнеть, на улицах зажигались фонари, а брюнетка всё брела по улицам в попытке наткнуться на Алису.

«Где же ты, глупая?» — Милена сейчас всё на свете была готова отдать — лишь бы увидеть ту, без которой её сердце отказывалось биться. Уже не волновало: простит или нет, главным сейчас было найти её — увидеть своими глазами, что с ней всё в порядке, почувствовать тепло её руки, в этом сковывающем холоде, который был на улице и в душе — это было необходимым. Сделав ещё один безрезультатный круг, Милена вернулась в общежитие, направляясь сначала прямиком в свою комнату, очевидно, надеясь, что Алиса уже пришла, а затем, поняв, что девушки нет, в комнату Максима — он-то точно знает, что нужно делать.

— Мила? Ты чего? — парень в изумлении застыл перед открытой дверью, глядя на уставшую и замерзшую девушку.

— Н-ничего, — выдохнула Милена, поднимая полный отчаяния взор черных глаз на Макса, — ты не видел Алису? — встревоженно спросила девушка.

— Нет, а должен был? — темноволосый парень был явно озадачен, взгляд серых глаз выдавал растерянность.

— Она ушла, понимаешь… — в голосе брюнетки, чувствовалась такая боль, что Максим подошел и приобнял девушку, стараясь утешить. — Увидела меня с Кешей и ушла… — прошептала девушка, утыкаясь в грудь парню. Не в её правилах было проявлять на людях слабость, но, очевидно, сейчас она устала быть сильной.

— Успокойся и расскажи всё по порядку, — проговорил парень, усаживаясь на кровать и указывая на место рядом с собой.

Когда рассказ Милены был закончен, Максим тяжело выдохнул.

— Вот как знал… — тихо проговорил парень куда-то в пустоту. — Ты ей звонила?

— Мой мобильный…

— Ах, точно! Ну, тогда я сейчас позвоню… Не переживай! Мы что-нибудь придумаем!

Но попытки дозвонится до Алисы ничего не дали. Девушка словно в воду канула. Тогда Максим решил позвонить Антону: «Быть может, он что-нибудь знает?». Как оказалось, очень даже знает. На вопрос Макса о нахождении Алисы парень ответил, что сейчас они в кафе, и что когда они приедут, Антон самолично прибьёт одну «патлатую идиотку, посмевшую обидеть ребенка». Милена, наконец, выдохнула спокойно: «С ней всё в порядке. Она скоро будет здесь».

Поблагодарив Максима, девушка отправилась к себе в комнату — ждать приезда Антона и Алисы. Вскоре раздался стук в дверь: на пороге стоял Антон с Алисой на руках. У Милены неприятно заныло на сердце: «Моя, моя…».

— Где вы были, и что с ней? — громко зашептала Милена, пропуская парня в комнату и указывая на кровать Алисы. — Вот, положи её сюда… да аккуратнее!

Глядя на спящую Алису, на душе у Милены потеплело: «С ней всё хорошо». С плеч словно гора свалилась, Милена накрыла девушку пледом и уже было собиралась поблагодарить Антона за то, что он помог им, но вдруг брюнетка почувствовала, как парень схватил её за руку и вытащил за дверь.

— И какого дьявола ты творишь?! — Антон явно был в бешенстве, прижимая Милену к стенке коридора. В этот момент Милене действительно стало страшно. Она никогда не видела Антона в таком бешенстве, во всяком случае, его гнев никогда не был направлен на неё. — Что тебе нужно было от этой Кеши?! Разве не видишь, как девочка страдает?! — парень перешел на крик.

«Он… он действительно на меня орёт! Да какого…».

— Это моё личное дело, и тебя это не касается, — решительно заявила девушка, глядя в глаза другу. Со своей жизнью она разберется сама, ей не нужны его нравоучения.

— Ах, не касается?! А ты в курсе, что я нашел её замерзшую на крыльце, она плакала… Из-за тебя, Милка, между прочим! — парень и не думал успокаиваться. — Ты хоть осознаешь, что натворила?

— Да. Теперь уже всё в порядке. Обещаю, Кеши в моей жизни больше нет. — «Теперь уже точно всё», — подумала девушка, вспоминая сегодняшний визит бывшей подруги.

— Ты уже обещала мне это однажды… — горько ухмыльнулся парень.

— Теперь точно всё. Это конец, — Милена аккуратно положила руку на плечо Антону, стараясь его успокоить. — Отправляйся к себе. Утром я с ней поговорю и всё объясню.

— Хочется верить… — парень вывернулся, дернув плечом и зашагав в противоположную сторону, но, вдруг замерев, добавил: — Мил, это серьёзно. Я не дам её тебе в обиду, советую над этим подумать.

Милена потеряла дар речи от удивления, кажется, Антон, действительно, очень серьёзно воспринимает сложившуюся ситуацию. Он оберегает Алису с того самого дня, как они познакомились. И почему-то Милене сейчас казалось, что парень не шутил, брюнетке, действительно, не поздоровится, случись что-нибудь подобное ещё раз. Милена горько выдохнула и вернулась в комнату.

Подойдя к кровати Алисы, она поправила упавшую на лицо золотую прядь, заводя её за ухо девушки. Опустившись на колени возле кровати, Милена сначала поцеловала лоб девушки, а потом положила голову ей на грудь, обнимая руками Алису.

«Только бы ты всё поняла…».

Алиса открыла глаза уже утром, когда солнце заливало комнату своим светом. Девушке было тепло и хорошо, теплые объятия успокаивали и дарили чувство защищенности. Девушка за прошедшую неделю уже привыкла просыпаться вот так — в объятьях Милены, аккуратно повернувшись, девушка уже было хотела обнять брюнетку в ответ и вновь заснуть, но перед глазами мелькнула картина вчерашнего дня. Алиса вспомнила всё — и визит Кеши и свой побег, только вот непонятно, как она оказалась здесь. «Наверное, Антон принёс», — девушке стало стыдно за вчерашнее, но горечь от предательства перекрыла все остальные эмоции. Алиса дернулась было прочь с кровати, но объятия Милены стали стальными, хотя она даже не открыла глаз.

— Куда собралась? — ровным голосом спросила брюнетка, скрывая внутреннее напряжение.

— Отпусти меня! — Алиса силилась вырваться из кольца сжимавших её рук.

— Никогда… — неожиданно тихо прошептала Милена, зарываясь лицом в волосы девушки и прижимая ту к себе. — Никогда-никогда…

— Не мели чепухи! — Алиса была готова заплакать. — Иди к этой Кеше… А меня оставь в покое! Хватит!

— Нет больше никакой Кеши… — прошептала Милена на ухо девушке, крепче прижимая брыкающееся тело к себе.

— Что значит «нет»? Я вчера своими глазами видела, как «нет»?! Отпусти меня немедленно! — Алисе, наконец, удалось вырваться, и теперь она стояла возле кровати, глядя полными обиды глазами на Милену. — Антон… Он мне всё рассказал, — неожиданно ровно проговорила белокурая девушка. — Если ты хочешь быть с ней — скажи мне об этом прямо, ты ведь любишь её… Я уйду — так будет лучше для нас всех, — как бы ни было Алисе сложно говорить всё это, она чувствовала острую необходимость высказаться.

«Чертов кретин… — подумала Милена, садясь на кровати. — Чего он ей там наплел?».

— Алис… Я не знаю, что он там сказал, но я её не люблю, — проговорила Милена, глядя куда-то перед собой. — И в моей жизни ей больше нет места. Не спорю — раньше у меня к ней были чувства, но не теперь!

— А что тогда было вчера? Прощальный поцелуй? Или решили вспомнить прошлое? — с горькой иронией прошипела Алиса. Милена удивленно вздрогнула — она никогда не видела девушку такой. — Хватит с меня! — Алиса уже было повернулась уйти, как вдруг почувствовала, что её обняли со спины, теплое дыханье коснулось затылка, вызывая тысячи мурашек вдоль позвоночника.

— Нет… Стой, прошу… Прости, пожалуйста, Алис… Вчера… Это было глупой ошибкой! Не уходи, пожалуйста, я… Я не перенесу этого… — неожиданно Милена опустилась на колени, продолжая обнимать Алису, однако теперь уже за ноги. — Алис, слышишь… Я уже не смогу без тебя, понимаешь…

Алиса в изумлении повернулась к Милене лицом. Блондинка её не узнавала: смелая, наглая, всегда делавшая то, что хочет, заставившая принять её свои чувства девушка, теперь стоит перед ней на коленях и умоляет её — Алису — не уходить! Девушка не могла в это поверить, она аккуратно расцепила обнимающие её руки и, опустившись на колени, заглянула в лицо Милене: то, что она увидела, поразило её сильнее всего. Слёзы… Милена плакала из-за неё! Совершенно беззвучно… Даже дыхание не сбилось, лишь соленые капли катились из чёрных глаз, стекая по щекам и исчезая где-то в районе изящной шеи.

Дрожащими руками Алиса аккуратно очертила контур губ девушки, провела вдоль линии скул, стирая мокрые капли, и, наконец, мягко приподнимая подбородок брюнетки, сначала легко коснулась влажных ресниц, стирая солёные капли, а затем касаясь губ девушки, вовлекая ту в солёный от слёз поцелуй.

Когда губ Милены коснулись влажные от слёз губы Алисы, она вздрогнула. Сердце стучало как сумасшедшее. «Она меня простила! Она не уйдёт», — эта мысль наполнила ликованием всё существо девушки, хотелось смеяться и прыгать от радости, словно маленький ребенок. Но вместо этого Милена взяла инициативу в свои руки, углубляя поцелуй, мягко переплетая их с Алисой языки.

Девушки поднялись с пола и переместились на кровать Алисы. Сейчас не нужны были ни слова, ни обещания: прикосновения, поцелуи — всё говорило само за себя. Милена опустила блондинку на подушки, нависая сверху и, не прерывая поцелуя, стала хаотично гладить тело девушки, стягивая с той футболку и проводя горячими ладонями вдоль тела девушки. Алиса гладила руки Милены, целовала её ненасытно, словно снова боясь потерять. Неожиданно, девушка приподнялась на кровати, меняя положение — теперь уже брюнетка лежала на кровати, а Алиса, опираясь руками по обе стороны от её плеч, лежала на ней. Блондинка чередой поцелуев спускалась всё ниже, параллельно освобождая Милену от её одежды: на пол полетела кофта, следом за ним бельё, на брюнетке остались лишь домашние штаны, которые она носила в комнате. Тело, за последнюю неделю изученное тысячи раз — казалось, всё это так знакомо, привычно, но в то же время ощущения такие острые, яркие, от каждого касания словно электрический ток пробегает по телу. Влажный язык блондинки мягко огибает ключицы девушки, заставляя Милену откинуть голову назад и застонать, когда Алиса доходит до груди, мягко вбирая в рот горошины сосков.

Милена тяжело дышит, каждое касание доставляет невыносимое удовольствие. Брюнетка с удивлением отмечает, что Алиса полностью взяла инициативу в свои руки. Раньше Милене приходилось начинать всё самой, постепенно втягивая девушку в процесс, но сейчас всё было иначе. Алиса покрывала поцелуями каждый миллиметр кожи, кое-где аккуратно прикусывая — добавляя тем самым особой остроты ощущениям, проворные руки блондинки освобождали их обоих от оставшейся одежды, пока Милена расслабилась и решила отдаться тому темпу, который будет диктовать Алиса.

Девушка провела рукой по внутренней стороне бедра девушки, не прекращая целовать её, разводя ноги брюнетки как можно шире, Алиса придвинулась ближе, целуя Милену в губы, сначала плавно проведя языком по губам, затем проникая в рот, сплетаясь с языком Милены, а затем превращая всё это в страстный и глубокий поцелуй.

— Ты точно забыла о ней?.. — отстранившись от губ любимой, пошептала Алиса. Глаза горели, на щеках играл румянец, но девушка всё ещё контролировала себя.

— Ах… О чём ты… — брюнетка пыталась сообразить, о чём её спрашивают, в то время, как проворные пальцы Алисы уже сводили её с ума, но блондинка лишь дразнила её, не давая ей полностью ощутить возможное наслаждение.

— Ну и? — вновь спросила Алиса, целуя девушку в шею и оставляя след, который не сойдет ещё несколько дней. «Да когда она успела всему этому научиться?» — изумлялась Милена, ласки Алисы заставляли её сходить с ума всё сильнее с каждой минутой.

— Да… да… — неожиданно Милена приподнялась на локтях, притягивая к себе Алису за затылок и выдыхая в самые губы: — Заставь меня забыть её окончательно….

— Как скажешь… — хитро улыбнулась Алиса, легко целуя брюнетку в губы и опускаясь ниже. Теперь-то она точно заставит её забыть о ком-то ещё, кроме неё.

Язык и пальцы девушки доставляли Милене столько удовольствия, что она уже секундно заходилась в стонах, умоляя Алису не останавливаться.

— Ах… Ещё! Ещё, пожалуйста… — Милена, наконец, утонула в собственном громком стоне.

Удовольствие накрыло с головой, ослепляя всё вокруг белым светом словно какая-то огромная вспышка, вытесняя все мысли из головы, заставляя тело содрогаться мелкой дрожью.

Алиса снова нависла над лицом Милены, облизываясь словно кошка, наевшаяся сметаны.

— Ну как? — улыбаясь, спросила она.

Милена была не в силах сейчас что-либо говорить, она лишь впилась в губы Алисы поцелуем, стирая все разумные мысли из головы блондинки.

— Великолепно… Но, мне кажется, мы ещё не закончили, — и, плотоядно ухмыльнувшись, Милена принялась покрывать горячее любимое тело чувственными поцелуями и ласками.

Пожалуй, Милена никогда не испытывала настолько острых ощущений, как в этот день. Доводя друг друга до пика тысячи раз, девушки отдавались друг другу полностью, зная, что это взаимно. Слова любви перемешались с вздохами и стонами, заполняя утреннюю тишину комнаты звуками страсти. В тот момент обе познали, что такое настоящее счастье.

Уже лежа под покрывалом и крепко прижимаясь друг другу, словно боясь отпустить, девушки тихо грели в себе этот огонёк любви, тепла и спокойствия. Теперь они вместе и, что бы не встало на их пути, они смогут преодолеть любые невзгоды, вот так просто держась за руки и переплетая пальцы.

— Я люблю тебя…

— Я тоже…

И ласковая улыбка, и тихий, счастливый смех.

*Год спустя*

— Опять ты свои кисти поразбросала, Мил, ну сколько можно повторять — нефиг захламлять стол! Я тоже на нём работаю, между прочим! — белокурая девушка стояла в проеме, угрожающе глядя на читающую книгу Милену.

— Ась, ну чего ты опять злишься… Уберу, я уберу… — брюнетка легко поднялась с кресла, бросая недочитанный роман на столик и подходя к Алисе. — Тебе не идёт злиться, — улыбнулась она блондинке, — ты на ежика становишься похожа… Колючего такого… — хитро прищурила глаза брюнетка.

— Ах так! На ёжика значит, знаешь… ммм… — окончание фразы потонуло в страстном поцелуе, которым наградила Милена любимую.

— Да, я тоже тебя люблю, — отрываясь от припухших губ, прошептала брюнетка.

— И я тебя… Но это не повод разбрасывать свои вещи! — вновь стала закипать Алиса. — К тому же ребята скоро придут! Это была твоя идея — позвать их к нам в гости, так что теперь помогай мне с уборкой!

— Ну хорошо-хорошо… — Милена вновь легко коснулась губ Алисы. — Я всё сделаю.

Блондинка победно улыбнулась.

Они уже полгода, как жили на съемной квартире в центре города. И хотя это было далековато до института, но зато близко к Милениной работе. Несмотря на все свои опасения, девушка всё же нашла себе отличное место по специальности в развивающейся фирме. Алиса продолжала учёбу в институте, планируя и в дальнейшем оставаться в этом городе.

Девушки практически не расставались, это Милена настояла на том, чтоб по окончании института жить вместе, всё-таки разница в четыре курса не позволяла им и дальше жить вместе в общежитии. Ребята часто навещали девушек, собираясь шумными компаниями.

Антон, наконец, перебрался к Инне и даже сделал ей предложение — шаг, на который они оба не могли решиться столько лет. Максим продолжал обучение, но всё же решил принять предложение родителей и унаследовать собственную клинику, всё-таки так возникал гораздо больший простор для деятельности и работы. Стас всё ещё встречался с Женей, всё же, в отличие от своего непутевого братца, он решил остепениться. Рыжеволосый ураган Глеб продолжал жить в своё, как он утверждал, «свободное, холостяцкое удовольствие», гоняясь за каждой юбкой и не подчиняясь никаким правилам. В целом, все считали, что их жизнь пришла в более-менее стабильное русло, открыв новые этапы.

… Алиса может утверждать, что её бесит то, как Милена постоянно разбрасывает вещи, много ругается и везде забывает кружки из-под кофе, но когда та касается её руки произносит, что любит, тысячи бабочек воспаряют вверх в невесомом танце, переворачивая всё внутри.

… Милена может говорить, что её раздражает излишняя педантичность и аккуратность Алисы, что она слишком "правильная", но сердце замирает каждый раз при взгляде на любимую, и появляется чувство, что ты что-то да значишь в этой жизни…

Они не знают, что будет через год или завтра, да они и не загадывают. Жизнь — штука непредсказуемая, никогда не предугадаешь, что она преподнесет в следующий миг.

Но пока они счастливы, просто находясь рядом.

И для них это главное.

Content

Nalen и др Соседка

Nalen Соседка

Часть 1

Часть 2

Часть 3

Часть 4

Часть 5

Часть 6

Часть 7

Часть 8

Часть 9

Часть 10

Часть 11

Часть 12

Часть 13

Часть 14

Часть 15