Эйкборн Алан

Убийственный и неповторимый

Алан Эйкборн

Убийственный и неповторимый

Absurd Person Singular by Alan Ayckbourn (1972)

Действующие лица:

Сидни

Джейн

Рональд

Мэрион

Джеффри

Ева

Действие первое

Кухня в небольшом пригородном доме, принадлежащем Сидни и Джейн Хопкрофт. Время действия — канун Рождества.

Кухня обставлена без роскоши, но вполне современно. Здесь нет лишней машинерии, зато есть автоматическая посудомойка, холодильник, электрическая плита и сверкающая раковина со шкафчиком. Все это вмонтировано в стандартную кухонную стенку, оборудованную шкафами для посуды и выдвижными ящиками. Стенка, стол и стулья облицованы нарядным пластиком.

Занавес поднимается. На сцене ДЖЕЙН, женщина тридцати с небольшим лет. Она суетливо протирает пол, стенку, дверцы шкафчиков — словом, все, на что падает взгляд. При этом она весело напевает. На ней домашние тапочки и передник, прикрывающий модное вечернее платье. На лице довольно заурядная косметика, на голове — крутой «перманент». Руки в резиновых перчатках. Входит СИДНИ. Это маленький подвижный человечек примерно того же возраста, что и его жена. У него аккуратно подстриженные усики и бодрые непринужденные манеры. Он одет в свой лучший, неброский, несколько старомодный костюм. Довершают образ темный галстук и одинаково глянцевитые волосы и штиблеты.

Сидни. Привет, привет. Что это мы тут делаем, а?

Джейн (не отрываясь от дела). Да вот, протираю немножко.

Сидни. Ах ты, бог ты мой. С ума сойти. Зачем это нужно? Прямо как на палубе перед боем. Точно как на палубе. Тебе бы надо поступить в Британский флот.

Джейн (хихикая). Ну и глупо…

Сидни. Нет, нет — именно в Британский флот.

Джейн. Ну и глупо.

СИДНИ подходит к задней двери, открывает ее и высовывает руку на улицу.

Сидни. Дождик все идет, я смотрю.

Джейн. Закрой дверь, капает.

Сидни. Черт побери! (Закрывает дверь, вытирает руку носовым платком. Идет большими шагами к середине комнаты, смотрит на воображаемые часы, висящие на «четвертой стене».) Двадцать три минуты девятого. Уже скоро. Через семь минут они будут.

Джейн. Ах! (Она распрямляется и осматривает кухню: ничего ли не упущено.)

Сидни. Я тут приготовил кое-какие развлечения.

Джейн. Какие развлечения?

Сидни. Так, на всякий случай.

Джейн. Очень мило.

Сидни. Я склеил специальный пакет для игры в «передай пакетик», потом подобрал кое-какую музыку для музыкальной хлопушки и придумал разные фанты.

Джейн. Как мило.

Сидни. Некоторые штуки безумно смешные. (Кладет ноги на стол.)

Джейн. Да ты что. (Сбрасывает его ноги со стола и вытирает стол тряпкой.)

Сидни. На всякий случай, может быть пригодится — всех посмешить. (Видя, что ДЖЕЙН продолжает протирать пол.) Не хочу тебя огорчать, но вряд ли мы будем выпивать на кухне, ты же понимаешь.

Джейн. Да, я понимаю

Сидни. Такое впечатление, что ты собралась…

Джейн. Может быть, они захотят посмотреть…

Сидни. Сомневаюсь.

Джейн. Дамы могут захотеть.

Сидни (посмеиваясь с видом превосходства). Ну, не думаю, что жена банкира пожелает скоротать вечерок в нашей кухне. Хоть ты здесь все вылижи.

Джейн. Не пожелает?

Сидни. Я сомневаюсь, что она в свою-то кухню часто заглядывает. Что уж говорить о нашей.

Джейн. И все-таки…

Сидни. А такая неженка, как миссис Брюстер-Райт, не чаще. Могу себе представить.

Джейн. Ну а миссис Джексон?

Сидни (с сомнением в голосе). Ну…по-моему, никто из этих женщин не будет сразу бросаться на кухню, как ты.

Джейн. Всем женщинам интересно посмотреть кухню.

Сидни (иронически). Если тебе не сидится на месте…

Джейн. Что случилось?

Сидни. Немного натекло. Я виноват.

Джейн (испуганно). Где?

Сидни. Там. На буфете.

Джейн. О, Сидни. (Она сразу подхватывает целый набор влажных и сухих тряпок.)

Сидни. Ничего страшного.

Джейн. Ну да, конечно. (Уходит.)

СИДНИ идет к задней двери, открывает ее, высовывает руку.

Сидни. Ах ты, бог ты мой. (Закрывает дверь и вытирает руку платком.)

Джейн (возвращается). Ну конечно, конечно.

Сидни. Нашла?

Джейн. Надо убирать с буфета, а то он совсем испортится. Теперь вот остался круг. (Она вешает тряпку для посуды на раковину, сухие тряпки кладет в ящик. Вынимает другую тряпку и флакончик с полировочной жидкостью.) Ну вот, теперь вся комната будет вонять полиролью. Я весь день держала окна открытыми, чтобы запах ушел.

Сидни. Ну, так не нужно ничего полировать.

Джейн. Нет, очень нужно. Там пятно. (Она идет к двери, останавливается.) Придумала, дай-ка мне освежитель.

Сидни. А где он?

Джейн. Под раковиной.

ДЖЕЙН уходит.

Сидни. Слушаюсь, адмирал. (Насвистывает морской танец.) Ах ты, бог ты мой. (Открывает шкафчик под раковиной, порывшись, достает флакон с аэрозолью. Сидни из тех людей, которые не пропускают ни одной надписи. Он держит флакон в вытянутой руке и читает.) «Перед использованием встряхнуть». (Трясет флакон. Читает дальше.) «Снять колпачок». (Снимает. Читает дальше.) «Отстранив флакон от себя, надавить головку». (Отстраняется от флакона, надавливает на головку. Жидкость с шипеньем вырывается из отверстия и забрызгивает ему манишку. Кладет баллончик и вытирает манишку полотенцем для посуды.)

Входит ДЖЕЙН.

Джейн. Что ты делаешь?

Сидни. Хочу разобраться. Как этой штукой освежать воздух.

Джейн. Это жидкость от насекомых.

Сидни. А-а.

Джейн. Ну, конечно. (Она забирает баллончик и кладет его на стиральную машину.)

Сидни. Сам виноват.

Джейн. Ты безнадежный человек, Сидни, это всем давно известно.

Сидни. Прошу прощенья, адмирал, прошу прощенья.

ДЖЕЙН убирает тряпку и баллончик с полировочной жидкостью. СИДНИ снова сверяет наручные часы с настенными.

Осталось четыре с половиной минуты.

Джейн. И конечно, ты уже запустил руку в орехи.

Сидни. В какие орехи?

Джейн. В обычные орехи. В комнате.

Сидни. Ну, допустим, я клюнул один орех. А как ты догадалась? Что я клюнул, а? Соколиный глаз — друг индейца?

Джейн. Я запомнила, как они лежали. И пожалуйста, отойди, не мешай. У меня еще много дел.

Сидни (пытаясь ее обнять). Поцелуй меня, м-м?

Джейн (вырываясь из его объятий). Сидни…

Сидни. Ну хоть один раз. В честь Рождества.

Джейн. Сидни. Нет, нет. Не надо, потом. Что это, Сидни?..(Она замирает, принюхиваясь.)

Сидни. Что еще?

Джейн. Чем это пахнет?

Сидни. А что?

Джейн. Галстук. Чем это пахнет твой галстук?

Оба нюхают галстук Сидни.

Вот, ты чувствуешь?

Сидни. О-о, это, наверно, отрава для насекомых.

Джейн. Отрава?

Сидни. Вышла небольшая ошибка. Выстрел в своих.

Джейн. Какой сильный запах. Одеколон совсем не чувствуется.

Сидни. А насекомым нипочем, все при мне. (Смеется.)

ДЖЕЙН тоже смеется. СИДНИ внезапно останавливается.

Двадцать восемь минут девятого. Осталось две минуты.

Джейн (снова впадая в беспокойство) Я надеюсь, что все будет хорошо.

Сидни. Когда?

Джейн. Когда гости придут. Я хочу, чтобы все было хорошо.

Сидни. Конечно, все будет хорошо.

Джейн. Я говорю серьезно. Не хочу, чтобы ты ударил в грязь лицом. Из-за меня. Я для тебя стараюсь. Не хочу тебя подвести.

Сидни. Ты меня никогда не поводила…

Джейн. Да, но сегодня особый случай. Боюстер-Райты, Джексоны, это не шутка.

Сидни. Ты забыла Дика и Лотти Поттер. Они тоже придут.

Джейн. Ну, Дик и Лотти не в счет, они друзья.

Сидни. Я надеюсь, к концу вечера мы все станем друзьями. Только не нервничай. Это самое главное. Не нервничай. Это самое главное. (Сверяет наручные часы с настенными.) Одна минута осталась.

Короткая пауза. Из прихожей доносится музыкальный звонок.

Что это?

Джейн. Звонок в дверь.

Сидни. Как они рано. Хорошо еще, что все готово.

Джейн. Да. (Внезапно впадает в панику.) Я же не попрыскала освежителем в комнате.

Сидни. Все в порядке, все нормально. Попрыскаешь, пока я буду открывать. Десять раз успеешь.

Джейн. Я мигом.

ДЖЕЙН хватает освежитель и вслед за Сидни выходит в гостиную. Тишина. ДЖЕЙН вбегает в кухнюю Она убирает освежитель, снимает фартук, подходит к зеркалу и поправляет прическу. Потом она подкрадывается к двери и чуть-чуть приотворяет ее. Доносится голос Сидни и два других голоса. Один — бодрый мужской, другой, тоже бодрый, — женский. Это пришли ДИК и ЛОТТИ ПОТТЕР. Мы избавлены от удовольствия видеть их воочию, но голоса их — при открытой двери — будут доноситься до нас довольно часто. Оба они смеются пронзительно-громким отчетливым смехом. ДЖЕЙН закрывает дверь, голоса обрываются. Она снова прихорашивается перед воображаемым зеркалом в «четвертой стене», потом подходит к двери, берется за ручку, делает глубокий вздох и вдруг замечает, что на ней надеты домашние тапочки.

Джейн. О-о. (Снимает тапочки и кладет их на стол, начинает метаться по кухне в поисках туфель. Не может их найти. Снова берет тапочки и, перевернув их подошвами вверх, протирает ими стол.) О-о. (Снова бросается к двери и слегка приоткрывает ее.)

Слышен веселый разговор и смех. ДЖЕЙН долго стоит, всматриваясь в щель и пытаясь найти взглядом туфли. Наконец, ей это удается. Закрывает дверь. Стоит в растерянности.

О-о. О-о. О-о.

Дверь распахивается. Слышен громкий хохот. Смеясь, входит СИДНИ. Он закрывает за собой дверь, все звуки прекращаются.

Сидни (яростным шепотом). Иди туда. Что ты здесь делаешь?

Джейн. Я не могу.

Сидни. Что?

Джейн. У меня нет туфель.

Сидни. Что значит, нет туфель?

Джейн. Они там.

Сидни. Где?

Джейн. У камина. Я их там оставила, чтобы надеть.

Сидни. Так что ж ты не надела?

Джейн. Я не успела. Забыла.

Сидни. Ну так пойди и возьми их.

Джейн. Ни за что…

Сидни. Там только Дик и Лотти.

Джейн. Принеси сам.

Сидни. Нет, я не могу.

Джейн. Можешь, можешь. Возьми их и принеси.

Сидни. Но я…

Джейн. Пожалуйста, Сидни.

Сидни. Ах ты, бог ты мой. Хорошенькое начало. Что и говорить, начало что надо. (Осторожно приоткрывает дверь и прислушивается. Тишина.) Они молчат.

Джейн. Молчат?

Сидни. Ну конечно, удивляются, куда мы пропали.

Джейн. Ну так иди туда. Вот, возьми.

Сидни. Что?

Джейн (протягивает ему тапочки). Возьми.

Сидни. Зачем они мне?

Джейн. Положи в шкаф, в передней.

Сидни. И ты еще чего-то ждешь от этого вечера, да?

Джейн. Извини меня.

Сидни. Ладно, хватит, хватит. Я должен занять гостей, ты что, не понимаешь? (Он открывает дверь и сразу разражается бодрым смехом. Выходит, закрыв за собой дверь.)

Джейн (разговаривая сама с собой). Джин с лимонным соком… Потрясти бутылку… джин с лимонным соком… потрясти бутылку… (Подходит к двери, приоткрывает ее очень осторожно.)

Из гостиной доносятся звуки пяти голосов. Она закрывает дверь и начинает с лихорадочным видом прихорашиваться. Дверь снова приоткрывается, появляется голова СИДНИ.

Сидни (шипит). Это они.

Джейн. Брюстер-Райты?

Сидни. Да. Рональд и Мэрион. Выйди.

Джейн. Рональд и Мэрион.

Сидни широко распахивает дверь, хватает Джейн за руку, вытаскивает ее из кухни и захлопыват дверь.

(Едва поспевая за ним.) Джин с лимонным соком… потрясти бутылку…

Тишина. Довольно долгая пауза. Вдруг дверь с шумом распахивается, вбегает ДЖЕЙН. Голоса.

(Через плечо.) Подождите там! Я сейчас. Подождите там! (Она бросается к раковине, хватает чайное полотенце и две тряпки для посуды.)

Входит РОНАЛЬД, мужчина лет сорока пяти, внушительного, хотя несколько простоватого вида. За ним идет СИДНИ с огорченным лицом. РОНАЛЬД оттягивает в сторону одну штанину. Сразу видно, что на него что-то опрокинули.

Сидни. Ах ты, бог ты мой! Какая досада!

Рональд. Ничего страшного. Бывает.

Джейн. Вот тряпка.

Рональд. Спасибо, благодарю вас, спасибо. (Берет полотенце.) Если можно, я возьму вот это.

Сидни. Какое начало, а? Великолепно начался вечер. (Со смешком.) А, Джейн?

Джейн. Я прошу прощенья. Никак не ожидала, что он так выстрелит.

Рональд. Эти сифоны, знаете, ненадежная штука. Либо они стреляют, либо пускают пузыри. Золотой середины не бывает.

Джейн. Такой хороший костюм.

Рональд. О, пустяки. Это же содовая вода. Чище будет. А?

Джейн. Даже не знаю.

Рональд (возвращая полотенце). Большое спасибо. Промокло основательно, но я не думал, что пройдет насквозь.

Сидни. Неужели…

Джейн. Простите ради бога.

Рональд. Бывает. Скоро высохнет. Надо побегать немного.

Сидни. Придумал. Я сейчас схожу наверх и принесу вам свои брюки. А ваши пока просохнут.

Рональд. Нет, нет, ни в коем случае. Уж останусь в этих. Чтобы не нарушать ансамбля. А? (Смеется.)

СИДНИ и РОНАЛЬД вторят ему. Входит МЭРИОН. Она выглядит гораздо моложе своего мужа, хотя они приблизительно одного возраста. Видно, что она много времени уделяет своей внешности.

Мэрион. Ну что, дорогой, все в порядке?

Рональд. Да, конечно.

Мэрион. Ах! (Останавливается у порога.) Какая прелесть! Какая красота!

Джейн. О-о!

Мэрион. Какая уютная, милая кухонька! (Обращаясь к Джейн.) Я вам завидую.

Джейн. Ну что вы…

Мэрион. А как все устроено мило. Ронни, ты заметил? Просто роскошно.

Рональд. Угу.

Мэрион. Ты только посмотри на эту стенку. А из окна, наверно, чудесный вид.

Сидни. Признаться…

Мэрион. Потрясающий вид, представляю себе. Ведь ваши окна выходят прямо в поле?

Сидни. Нет, не совсем

Джейн. Нет, там забор.

Мэрион. Да? А где же поле?

Джейн. Даже не знаю.

Мэрион. Удивительно. Я была уверена, что там поле.

Сидни. Все-таки там не меньше десяти ярдов до забора.

Рональд. В ясную погоду. А?

Сидни. Простите?

Мэрион. О, посмотри, Ронни, подойди сюда и посмотри на этот буфет.

Рональд. А?

Мэрион. Посмотри сюда, Ронни. (Открывает и закрывает дверцы буфета.) Как они легко открываются.

Джейн. Тут еще ящики, вот…

Мэрион. Ящики? (Начинает выдвигать ящики.) Ого, какие глубокие. В них можно класть что угодно. Положил и не думай ни о чем.

Джейн. Да, в этом смысле они удобные.

Мэрион. Нет, ну что за буфет! Я, кажется, начинаю вам завидовать. Ты завидуешь, Ронни?

Рональд. У нас ведь, по-моему, тоже есть буфет?

Мэрион. Да, дорогой, но куда там нашему до этого чуда. Ты только попробуй открыть дверцу.

Рональд (берет со стойки какой-то буклет). Буфет есть буфет. (Садится и начинает читать.)

Джейн (с гордым видом). Посмотрите… (Подходит к стиральной машине.) Что мне Сидни подарил на Рождество…

Мэрион (берет со стиральной машины баллончик с освежителем для воздуха). О, какая прелесть. Что это такое? Лак для волос?

Сидни. Нет, это отрава для насекомых. Жена имеет в виду машину. (Забирает у Мэрион баллончик и снова кладет его.)

Мэрион. Машину?

Джейн. Стиральную машину, вот эту…

Мэрион. Ах, так это стиральная машина, под полкой. Как трогательно. Чудесный подарок к Рождеству.

Джейн. Да.

Мэрион. А скажите, как вы ухитрились сделать, чтобы это получился сюрприз для вашей жены?

Сидни. Да собственно…

Мэрион. Только не говорите, что вы эту машину спрятали или завернули в бумагу. Я все равно не поверю.

Сидни. Нет, я просто заказал ее с доставкой на дом. Рабочие принесли и установили ее.

Джейн. Да, и устроили наводнение в кухне.

Мэрион. Потрясающе.

Джейн. Видите, здесь все автоматическое. На каждую операцию — своя программа: отжимание, замачивание…

Мэрион. Силы небесные! Ронни, сейчас же встань и подойди сюда.

Рональд (впившись глазами в буклет). Иду, иду…

Мэрион (склонившись над ручками управления). Что это? Для белого… Для цветного… Апартеид какой-то.

Сидни. Простите?

Мэрион. А это что? У-точ-ка. Господи боже, какая уточка?

Джейн. Утюжка. Утюжка белья.

Мэрион. Только не говорите, что она еще утюжит белье.

Джейн. Нет, просто…

Мэрион. Ронни, ты когда-нибудь видел что-нибудь подобное?

Рональд. Да-да…

Мэрион. Мало того, что она стирает, причем не только белое, но и черное, и цветное, — она еще и гладит.

Сидни. Нет, дело не в том…

Мэрион (обращаясь к Джейн). Нам с вами скоро совсем дадут отставкую (Берет баллончик, распыляет в воздух содержимое, глубоко вздыхает.) Какой пикантный запах. Даже жалко тратить его на насекомых. На что это он… Похоже на одеколон вашего мужа. Такой же восхитительный запах.

Джейн. Ох, ну что вы…

Звонок в дверь.

Мэрион. Ой, какой ужас! Что это значит? Ваши рубашки сварились, так надо понимать?

Сидни. Нет, это звонок в дверь.

Мэрион. А, вот оно что. Какая прелесть.

Сидни. Еще кто-то пришел.

Джейн. Да, я сейчас…

Сидни. Я открою

Джейн. Нет, нет, я схожу.

Сидни. Не надо…

Джейн. Да нет, я схожу.

ДЖЕЙН выбегает из кухни, закрывая за собой дверь.

Мэрион. Я надеюсь, мистер и миссис Поттер не очень скучают там без нас. Они такие веселые, жизнерадостные люди, правда?

Сидни. Да, Дик большой юморист.

Мэрион. Еще какой. А теперь скажите мне одну вещь, мистер Хопкрофт. Ради бога, как вам удалось втиснуть эту машину под полку, чтобы не осталось даже щели? Вы что, подбирали машину по высоте, или вам так дьявольски повезло?

Сидни. Нет, я просто измерил ее в магазине. Потом пришел домой и сделал полку, точно по высоте.

Мэрион. Так вот я и спрашиваю, как это вышло, что полка пришлась по высоте?

Сидни. Я ее так построил.

Мэрион. Нет, вы же не хотите сказать, что вы сами построили полку.

Сидни. Ну конечно, я сам.

Мэрион. Ронни!

Рональд. М-м?

Мэрион. Ронни, милый, что ты там читаешь?

Рональд (рассеянно глядя на обложку). Э-э…

Сидни. Это инструкция для плиты.

Рональд. Ах, вот оно что. А я никак не пойму, что это я читаю. Не разберешь, где начало, где конец.

Мэрион. Дорогой, ты слышал, что сказал мистер Хоп…

Сидни. Хопкрофт.

Мэрион. Можно просто — Сидни? Сидни сказал…

Рональд. Что?

Мэрион. Милый, Сидни построил эту полку собственными руками. Он сходил в магазин, измерил машину, потом набрал гвоздей, шурупов и еще бог знает чего и сам построил полку.

Рональд. Потрясающе.

Сидни. Я еще наверху сделал несколько полок. Над кроватями. Потом я еще отгородил часть спальни и сделал шкаф для жены. А теперь я еще хочу облицевать лестницу наверху сосновыми дощечками. Знаете, такими сучковатенькими?

Мэрион. Какие яркие занавески, никогда таких не видела, Мне кажется, они по утрам так и кричат, так и просят, чтобы их отдернули.

ДЖЕЙН просовывает голову в кухню.

Джейн. Дорогой, это мистер и миссис Джексон.

Сидни. О! Джефф и Ева? Надо пойти и встретить их.

Мэрион. Джефф и Ева Джексон?

Сидни. Да, вы их знаете?

Мэрион. О да. Прекрасно. Дорогой, это Джефф и Ева Джексон.

Рональд. Джефф и Ева — как?

Мэрион. Джексон.

Рональд. А, Джефф и Ева Джексон. (Подходит к стиральной машине и начинает ее внимательно обследовать.)

Мэрион. Чудесная, правда?

Рональд. А?

Джейн. Ты идешь?

Сидни. Да, да.

Мэрион. Не видели их целую вечность.

Джейн. Они оставили собаку в машине.

Мэрион. Они приехали с собакой?

Джейн. Да.

Мэрион. О, какая прелесть, надо пойти посмотреть.

Джейн. Она… очень большая.

Сидни. Проси гостей, дорогая.

ДЖЕЙН открывает дверь. Слышен громкий разговор в гостиной. Джейн выходит. Сидни придерживает дверь, чтобы пропустить Мэрион, однако она не двигается с места. Поколебавшись между двумя обязанностями гостеприимного хозяина, СИДНИ устремляется вслед за Джейн.

Сидни. Мы сейчас вернемся. (Выходит.)

Мэрион. Ронни…

Рональд (тщательно осматривая машину). М-м?

Мэрион. Пора идти, милый.

Рональд. Я все пытаюсь разобраться, как эта штука может утюжить белье. Не могу понять. Она его просто скатывает в ком.

Мэрион. Пойдем, дорогой.

Рональд. Эта женщина все неправильно поняла.

Мэрион. Дорогой…

Рональд. М-м?

Мэрион. Прошу тебя, извинись и быстро пойдем.

Рональд. Тебе уже надоело?

Мэрион. Мальчики там одни.

Рональд. С ними ничего не случится.

Мэрион. Как зовут этого человека?

Рональд. Какого, Хопкрофта?

Мэрион. Нет, второго.

Рональд. Поттер?

Мэрион. Знаешь, еще немного, и я сойду с ума от его шуток.

Рональд. А мне показалось смешно.

Мэрион. И потом, какой слабый джин. Он же совершенно выдохся.

Рональд. Да? А у меня виски довольно крепкое.

Мэрион. Это потому, что у нее под рукой не оказалось стакана с содовой. Считай, что тебе повезло.

Рональд. Не уверен, что мне повезло. Завтра, наверно, разыграется ревматизм.

СИДНИ просовывает голову в дверь. Слышен смех и веселый разговор.

Сидни. Э-э… Мистер Брюстер-Райт. Не хотите ли с супругой…

Мэрион. О да, да, да. Мы просто не можем оторваться от вашей волшебной кухни. (Поворачивается к Рональду, показывает ему пять пальцев, беззвучно шепчет.) Пять минут.

Рональд. Хорошо.

Они выходят, закрыв за собой дверь. Тишина. Входит ДЖЕЙН с пустой вазой. Она подбегает к буфету, вынимает из него большую хозяйственную сумку и насыпает в вазу печенье. Хочет выйти из кухни, но в этот момент дверь открывается и вбегает СИДНИ с озабоченным видом.

Сидни. Тоник кончился

Джейн. Тоник? Внизу в буфете.

Сидни. Хорошо.

Джейн. Ну, как тебе? Все идет хорошо?

Сидни. Отлично, отлично. Теперь иди к гостям, иди.

Джейн (выходя). Намекни Лотти, чтобы она не объедалась печеньем. Другие еще ни одного не взяли. (Выходит, закрывает за собой дверь.)

СИДНИ ищет сначала в одном буфете, потом в другом, но тоника нет.

Сидни. Ах ты, бог ты мой! (Бросается из кухни в гостиную, закрыв за собой дверь.)

Через секунду входит ДЖЕЙН, очень обеспокоенная. Закрывает за собой дверь. Ищет в тех же местах, где Сидни уже искал. Ничего не находит.

Джейн. О, о. (Бесцельно расхаживает по кухне.)

Входит СИДНИ. В руке у него стакан с джином, в котором плавает ломтик лимона. Он закрывает за собой дверь.

Сидни. Нашла?

Джейн. Сейчас, сейчас, он где-то здесь…

Сидни. Тогда быстрей, она ждет.

Джейн. Надо его… найти…

Сидни. Бог ты мой.

Джейн. Куда-то я его убрала.

Сидни. Не понимаю, зачем понадобилось его куда-то убирать, когда мы ждем гостей.

Джейн. Ну… чтобы был порядок. Ты иди, я сейчас принесу.

Сидни. Смотри, за это ты отвечаешь. Мы же договорились, что напитками заведуешь ты. Надеюсь, что ты нас не подвела.

Джейн. Да нет же, нет. Я уверена, что нет.

Сидни. Ты учти, что я в неудобном положении. Миссис Брюстер-Райт уже кидает на меня вопросительные взгляды.

Джейн. Ох.

Сидни. Так что поспеши.

СИДНИ выходит. ДЖЕЙН стоит в растерянности. Она постанывает от беспомощности и уже готова расплакаться. Внезапно она принимает решение. Она выдвигает ящик буфета, достает оттуда хозяйственный кошелек, вынимает несколько монет. Потом бежит к середине кухни, смотрит на настенные часы.

Джейн. Двадцать одна минута восьмого. (Быстро считает.) Тринадцать, четырнадцать, шестнадцать, семнадцать, восемнадцать, девятнадцать… Двадцать две минуты восьмого. (Бежит к двери, открывает ее. Протягивает руку на улицу. Делает нерешительный шаг вперед, но быстро возвращается. Теперь она снова в затруднительном положении. Она открывает заднюю дверь, идет к шкафу и, порывшись в нем, вынимает пару мужских ботинокс высокими голенищами и парусиновые туфли. Поколебавшись немного, кладет парусиновые туфли обратно в шкаф. Скидывает с ног свои туфли, влезает в мужские ботинки, а свои туфли аккуратно кладет в шкаф. Потом она снова роется в шкафу и вынимает оттуда большой мужской плащ. Осмотрев его и решив, что это все же лучше, чем ничего, натягивает плащ на себя. Бежит на середину кухни, на ходу застегивая плащ.) Двадцать четыре минуты. (Возвращается к задней двери, открывает ее и делает шаг на улицу.)

Слышен шум проливного дождя. ДЖЕЙН стоит на пороге, одной рукой придерживая поднятый воротник плаща, а другой безуспешно пытаясь защитить от дождя прическу.

(В отчаянии.) О-о… (Снова ныряет в шкаф и появляется с фетровой шляпой в руках. Смотрит на нее с тоской. Однако через мгновенье, одержав над собой победу, надевает шляпу и снова бежит к центру кухни, чтобы посмотреть на часы.) Двадцать пять минут. (Идет к задней двери и, поколебавшись, бросается в темноту. Дверь она закрывает неплотно, так что остается маленькая щелка.)

Через несколько секунд появляется СИДНИ, он по-прежнему держит в руке стакан.

Сидни. Джейн! (В недоумении озирается.) О господи. (Ищет Джейн.)

Входит ЕВА, женщина лет за тридцать. В ее внешности и манере держаться чувствуется независимость характера.

Ева. Можно стакан воды?

Сидни. Простите?

Ева. Мне нужно принять вот это. (Она вынимает таблетки в станеолевой упаковке. Подходит к задней двери, стоит, вдыхая свежий воздух.)

Сидни. А, понятно. Где-то здесь должен быть стакан.

Ева. Спасибо.

Сидни (находит высокий стакан). Вот, пожалуйста. (Ставит стакан на стиральную машину.)

ЕВА стоит, безучастно глядя перед собой. Машинально обрывает фольгу с упаковки, не пытаясь достать таблетки. Пауза. СИДНИ смотрит на нее.

Э-э…

Ева. Что? А, да, спасибо. (Закрывает заднюю дверь, берет стакан.)

Сидни. Надеюсь, вы не больны?

Ева. Что?

Сидни. Да вот, таблетки… Я надеюсь, вы не больны?

Ева. Это смотря что считать болезнью, как по-вашему?

Сидни. М-м.

Ева. Если вас интересует, помогают ли мне таблетки от буйного помешательства, — кажется, да. (Смеется с горечью.)

Сидни (тоже смеется). Ну, от буйного помешательства… (Он еще не совсем понимает, как ему вести себя с этой дамой.) Впрочем, я всегда говорю, слегка сумасшедшим быть не мешает, правда? Я считаю, что все мы немного сумасшедшие. И я немного сумасшедший. (Пауза.) Да. (Пауза.) Этот безумный мир, как говорится.

Ева (разглядывает на ладони таблетки, которые ей, наконец, удалось извлеь из упаковки.). Подумать только что чье-то здоровье может зависеть от этих кругляшек. Чудовищно, не правда ли? (Она кладет в рот обе таблетки и залпом выпивает всю воду.) Ик. Страшно. А вы знаете, что я глотаю разные таблетки с восьмилетнего возраста? Можно представить, какой это риск для организма. Мой муж говорит, если бы в них пропала нужда, ты бы их все равно глотала. У меня все сознание настроено на эти таблетки, чтобы их глотать каждые полчаса, все двадцать четыре часа в сутки. Я даже на ночь ставлю будильник. Вы видите перед собой опустившегося человека, развалину. (Она все еще держит стакан в руке и рассеянно ищет, куда бы его поставить.) Вам никогда не хочется покинуть тело и быть свободным? Быть свободным и парить? Мне хочется, даже очень. (Она нажимает ногой педаль мусорного бачка и бросает туда пустой стакан.) Спасибо.

ЕВА вкладывает в руку Сидни скомканную фольгу и идет к двери. СИДНИ смотрит на нее во все глаза.

(После паузы.) О господи. Это наша машина сигналила?

Сидни. Когда?

Ева. Только что.

Сидни. Нет. Кажется нет.

Ева. Если услышите сигнал, это Джордж.

Сидни. Джордж?

Сидни. Джордж?

Ева. Наша собака.

Сидни. Ах, ну да, конечно.

Ева. Мы оставили его в машине. Приходится в проследнее время оставлять его в машине, он невозможно себя ведет. Обычно он сидит там тихо, но недавно что-то забеспокоился и научился нажимать носом на клаксон. Теперь он просто кладет морду на руль и так держит, представляете?

Сидни. Неглупо.

Ева. Но и не так уж умно. Уже два раза приходила полиция.

Сидни. Собаки, они как дети.

Ева. Почему вы так считаете?

Сидни. И тем и другим иногда нужен ремень. Пошлепать немного, когда расшалятся.

Ева. Ну, Джорджа не пошлепаешь. Вы уж подбирайте выражения.

Сидни. А-а. (Вынимает стакан из бачка.)

Ева. Когда мы его купили, он был вот такой, а теперь ростом с быка. Мы его принесли, а он… Господи, неужели это я сделала?

Сидни. Что?

Ева. Бросила туда стакан?

Сидни. Э-э… да.

Ева. Господи, я так и думала, я схожу с ума, я окончательно схожу с ума. (Идет к двери, открывает ее. Из гостиной доносится разговор.) Будьте добры, скажите моему мужу, если он будет еще пить, я уйду домой.

Сидни. Мне кажется, будет лучше, если вы сами скажете. Вы жена.

Ева (смеется). Вы что, правда думаете, что он меня послушает? Да он даже не замечает, что я здесь нахожусь. Для него мое существование вообще прекратилось в тот день, как мы поженились. Я для него просто досадная клякса на брачной лицензии, больше ничего.

ЕВА выходит, закрыв за собой дверь.

Сидни. О-о. (Он ставит стакан на стиральную машину и вдруг замечает туфли Джейн на полу. Берет их, в изумлении разглядывает, потом кладет на сушильную доску. С обескураженным видом подходит к задней двери, кричит на улицу.) Джейн! (Прислушивается. Тишина.)

Входит МЭРИОН.

Дже-ейн!

Мэрион. Послушайте…

Сидни. Се-ет… Дождик сеет. (Протягивает руку на руку чересчур старательным жестом. Закрывает дверь.)

Мэрион. Да, отвратительно. Послушайте, куда это вы убежали с моим стаканом?

Сидни. О, простите. (Протягивает ей стакан.) Пожалуйста.

Мэрион. Благодарю вас. Я уже начала бояться, что он угодил в вашу стиральную машину. (Отпивает немного.) Вот, теперь хорошо. Чуть-чуть крепче, чем было. Я хочу сказать, не слишком разбавлено тоником.

Сидни. Да, то есть…

Мэрион. Замечательно.

Сидни. На самом деле это неразбавленный джин.

Мэрион. О, вот как? Что это вы со мной хотите сделать? За вами нужен глаз да глаз, мистер э-э…

Сидни. Нет, нет, со мной вам нечего бояться.

Мэрион. О да, в этом я не сомневаюсь…

Сидни. Не пройти ли нам в гостиную, к рождественской омеле?

Мэрион. Да, чего же мы ждем? Ведите меня, мистер э-э…

Она пропускает его вперед.

Сидни. Прошу за мной.

СИДНИ проходит в дверь.

Мэрион (обернувшись, чтобы закрыть дверь, смотрит на часы). О боже!

МЭРИОН выходит и закрывает за собой дверь.

Тишина. ДЖЕЙН, в шляпе, плаще, ботинках, подходит к задней двери. Она насквозь промокла. В руках у нее картонная коробка с бутылками тоника. ДЖЕЙН дергает за дверную ручку, но дверь не открывается, она заперта. ДЖЕЙН стучит тихо, потом сильнее. Никто не отзывается. Она снова дергает за ручку, прижимается лицом к стеклу. Мы видим, как ее губы шевелятся, но не слышим ни звука. Наконец, она меняет решение и быстро уходит. Через несколько секунд появляется СИДНИ с вазой для печенья, которая снова опустела. Он собирается ее наполнить, но останавливается на полпути и с растерянным и недовольным видом оглядывает кухню. Потом идет к задней двери и открывает ее.

Сидни. Джейн! Джейн!

СИДНИ поднимает воротник пиджака и выбегает на улицу, оставив дверь приоткрытой. Как только он вышел, раздается звонок во входную дверь. Звонок повторяется несколько раз. Из гостиной выходит РОНАЛЬД.

Рональд. Послушайте, старина. Там кто-то у вашей двери…гм. (Оглядывает пустую кухню, видит, что задняя дверь открыта. Возвращается к двери, ведущей в гостиную.) Нет, он, кажется вышел. Я думаю, нам лучше… (Договаривает уже за закрытой дверью.)

Снова звонок во входную дверь. СИДНИ возвращается, закрыв за собой заднюю дверь. Берет полотенце, промокает им лицо и волосы.

Сидни. Ах ты, бог ты мой! (Качает головой и снова берет вазу для печенья. Вдруг дверь в гостиную с шумом распахивается и вбегает ДЖЕЙН в своем экстравагантном наряде и хлюпающих башмаках.)

ДЖЕЙН захлопывает за собой дверь и стоит, прижавшись к ней, вся дрожа и изнемогая. СИДНИ оборачивается к ней и от изумления роняет сумку с печеньем.

Джейн. О господи, господи.

Сидни. Что с тобой?

Джейн. О-о!

Сидни (не веря своим глазам). Объясни, что с тобой?

Джейн (едва дыша). Я вы… Я выходила… за тоником. (Ставит коробку на стол.)

Сидни. В таком виде?

Джейн. Я не могла найти… я не хотела…

Сидни. Ты выходила на улицу и вошла в квартиру в таком виде?

Джейн. Я думаю, только выбегу на минутку и вбегу обратно. А дверь захлопнулась. И мне пришлось идти через парадное.

Сидни. Кто тебя впустил?

Джейн (шепотом). Мистер Брюстер-Райт.

Сидни. Мистер Брюстер-Райт? Мистер Брюстер-Райт впустил тебя в таком виде?

ДЖЕЙН кивает.

Что он сказал?

Джейн. Мне кажется, он меня не узнал.

Сидни. Немудрено.

Джейн. Я даже не могла поднять глаза. Пробежала мимо него и мимо всех — прямо сюда.

Сидни. В таком виде?

Джейн. Да.

Сидни. Но что они сказали?

Джейн. Ничего не сказали. Они просто перестали говорить и глядели на меня, пока я бежала. Я даже плохо…

Сидни. Сейчас ты пойдешь туди и все им объяснишь.

Джейн. Нет, я не могу.

Сидни. Пойдешь обязательно.

Джейн. Сидни, я боюсь показаться.

Сидни. Подумай, ты хозяйка дома, созвала на коктейль уважаемых людей, бегаешь по дому в этом диком наряде и даже не хочешь извиниться.

Джейн (сдерживая рыданья). Я не могу.

Сидни (в бешенстве). Сейчас ты все это с себя снимешь и пойдешь извиняться!

Джейн (со стоном). Я хочу лечь и заснуть!

Сидни. Да какое там заснуть? Без тринадцати минут десять. Снимай плащ.

ДЖЕЙН хлюпающей походкой идет к шкафу. Дверь открывается, и появляется РОНАЛЬД. Он держит в руке стакан с виски.

Рональд (через плечо). Мне кажется, лучше все-таки…

Джейн. Нет, нет!

ДЖЕЙН уже не успевает снять плащ. Едва завидев Рональда, она бросается на улицу через заднюю дверь. Шляпа остается лежать на столе. СИДНИ пытается остановить Джейн, но напрасно. Дверь захлопывается. СИДНИ поворачивается к ней спиной.

Рональд (стоит в дверях. Он заметил какую-то суету в кухне, но толком не понял, в чем дело). А-а, вот вы где, старина.

Сидни. О, привет, привет.

Рональд. Выбегали на улицу, да?

Сидни. Да, только что. Выбегал.

Рональд. А тут… Странная штука вышла. Только что, в прихожей. Какой-то коротышка. В шляпе, в плаще, с бутылками. Протопал мимо нас.

Сидни. А, этот.

Рональд. Так он у вас служит? Я только…

Сидни. Ну да.

Рональд. Ну, тогда другое дело, если вы знаете. Я думал, может, он прихватил серебро. Теперь за всем нужен глаз да глаз. Сами знаете, такое время.

Сидни. Нет, это не то. Это… из магазина. (Показывает Рональду коробку.)

Рональд. Ах, вот как.

Сидни. Принес тоник, мы заказывали. Все в порядке.

РОНАЛЬД с удивлением смотрит на шляпу. СИДНИ замечает его взгляд и берет шляпу со стола.

Идиот какой-то. Оставил шляпу. (Подходит к закрытой двери, открывает ее и выбрасывает шляпу на улицу. Закрывает дверь.)

Рональд. Не такая погода, чтобы забывать шляпу.

Сидни. Вот именно.

Рональд (садясь к столу). Заметьте, он даже не посмотрел на меня. И глаза какие-то дикие. Я все-таки думаю…

Сидни. Все в полном порядке.

Рональд. Я бы на вашем месте пускал его только в заднюю дверь. Послушайте совета. Если рассыльный привыкает ходить через парадное, значит все, хозяевам пора убираться из дома.

Сидни. Совершенно согласен. Например, в своей фирме я всегда настаиваю, чтобы подчиненные…

Рональд. Ах, ну конечно, я и забыл — у вас ведь свое дело, да?

Сидни. Пока небольшое, пополам с женой. Кажется, я рассказывал…

Рональд. Конечно, конечно. Прекрасно придумано.

Сидни. Всегда нужно иметь что-нибудь про запас. Мы не жалуемся.

Рональд. Приятно видеть, что кто-то идет в гору.

Сидни. В такое время…

Рональд. В том-то и дело. (Берет буклет и рассматривает его.)

Пауза.

Сидни. Сейчас, наверно, не очень удачный момент, но я все же хотел спросить, вы помните наш маленький разговор? Может быть, вы уже решили… Если, конечно, у вас было время.

Рональд. Маленький разговор? — Ах да, помню. В банке? Ну, вы сами понимаете, это не очень удачный момент, но… я уже говорил… мне сейчас тоже трудно так, без подготовки, но я думаю, — в банке можно поставить вопрос о каких-то мерах помощи вам.

Сидни. Вы меня очень обрадовали. Понимаете, я надеюсь, что, получив ссуду, я смогу внести достаточную сумму для присоединения дополнительных площадей, которые пока — по временным причинам — еще не поступили в продажу. Причем у меня все делается, как я говорю, посредством личных контактов.

Рональд. Ну, разумеется.

Сидни. Я сейчас имею в виду чистую цену этой площади, без всякого оборудования. Вы следите за мной?

Рональд. Да, да.

Сидни. Но здесь нужно ковать железо, пока горячо, иначе пропустишь момент…

Рональд. М-м.

Сидни. Я что хочу сказать? В этом мире, если ты не съешь, то тебя съедят, вы согласны? Для чувств места не остается. Особенно в делах. Так что при случае вы всегда расцарапаете мне физиономию, я расцарапаю вам…

Рональд. Простите?

Сидни. Око за око. Когда доходит до драки, тут каждый за себя. Только успевай поворачиваться. Так сказать, извини-подвинься.

Рональд. Это точно.

Дверь в гостиную открывается Входит ДЖЕФФРИ, красивый, спортивного вида мужчина лет тридцати пяти. Держится очень уверенно. В руке к него стакан виски.

Джеффри. А-а. Вот вы где притаились?

Рональд. Привет.

Джеффри. Дик Поттер там, как султан в гареме.

Сидни. Дик в своем амплуа?

Джеффри. Да, уморил дам совсем…

Рональд. Уморил? Мне все-таки кажется… Я сейчас туда…

Джеффри. Нет, нет, теперь ты его не уймешь. Он что же, всегда такой? Или по случаю Рождества разыгрался?

Сидни. Нет, Дик круглый год такой юморист…

Рональд. Подумать только.

Сидни. Дик очень обаятельный человек. Я подумал, что вам интересно будет с ним познакомиться. И его жена, кстати, тоже очаровательная. По-своему, конечно. Очень интересные люди. Они работают в школе, учителями. Но Дик вообще любит молодежь и работу с молодежью. Вечно он по горам лазает с мальчиками, по Шотландии путешествует. В общем, туризмом занимается. Для подростков он незаменимый человек.

Рональд. Вот как?

Сидни. У него масса талантов.

Рональд. Жена у него красивая.

Сидни. Лотти? Да, прелестная женщина. И одевается со вкусом…

Джеффри. Да, одевается вполне…

Сидни. Она занимается тем же, чем и он. С девочками…

Рональд. Чем, простите? Я вас не понял.

Сидни. Ну, туризмом и всем этим делом. С девочками подростками.

Рональд. Понятно.

Джеффри. Ага.

Пауза.

Рональд. Может, нам тоже присоединиться к девочкам, как вы думаете?

Смеется.

Сидни (смеется с некоторым опозданием). Мне это нравится. Присоединимся к девочкам. (Смеется.) Скажите это Дику. Он помрет со смеху.

Джеффри (после паузы). Хорошие ноги.

Рональд. Да.

Сидни. У кого, у Дика?

Джеффри. У его жены.

Сидни. У Лотти? Ого! Я, правда, по-настоящему никогда не рассматривал.

Джеффри. Обычно в таком возрасте вот в этом месте уже носят свободно. (Похлопывает себя по ляжке.) Но у нее здесь все как надо.

Рональд. Все как надо, да.

Джеффри. И грудь такая аккуратная.

Сидни. Ха!

Рональд. Да? Я не рассмотрел.

Джеффри. А я все время привставал за печеньем, ну и заглядывал. Очень приятная…

Рональд. Гм, надо будет посмотреть.

Пауза.

Сидни. Да, неплохой получится туризм…

Джеффри. Что?

Сидни (похлопывает себя по ляжкам, с некоторым смущением). Ну — вы понимаете. Туризм будет ничего себе…

Рональд. Да (Пауза.) А как тебе удалось сюда-то заглянуть?

Джеффри. Куда?

Рональд. Ну, сюда… (Похлопывает себя по ляжкам.) У нее там всякого белья…

Джеффри. Это еще не самое трудное.

Рональд. Да?

Джеффри. Я притворился, что рассыпал орехи под столом, и весь вечер там их подбирал.

РОНАЛЬД разражается громовым хохотом. СИДНИ вторит ему с некоторой натугой.

Рональд. За ним нужен глаз да глаз.

Сидни. О-о…

Рональд. Вы с ним жену без присмотра не оставляйте, не советую.

Сидни. А-а…

Рональд. Запирайте ее покрепче…

Сидни (смеется, уловив, наконец, смысл шутки). Ах-ха! Ну да…

Неожиданно по ту сторну двери появляется ДЖЕЙН. Она всматривается веутрь сквозь стекло. СИДНИ энергичными жестами приказывает ей удалиться.

Джеффри. Дождь никак не кончится?

Сидни (высовывая руку на улицу). Нет, нет.

Рональд. Кстати, я все хотел тебя спросить.

Джеффри. Да?

Рональд. Помнишь, тогда на одной вечеринке — мы там вместе были — за ужином… у Малькольма Фрибоди?..

Джеффри. Когда же это?

Рональд. Ева, твоя жена, еще больна была.

Джеффри. Ну, это обычное дело.

Рональд. Я почему запомнил — ты там имел большой успех у одной женщины, она помогала Фрибоди в делах.

Джеффри. Что-то не припомню.

Рональд. Блондинка такая. Светлые волосы.

Джеффри (подумав немного). Бинни.

Рональд. Бинни ее звали?

Джеффри. Бинни — фамилию забыл. Мне думается…

Рональд. Ну, ты тогда довершил начатое?

Джеффри. Тут вот какая штука…

Рональд. Да?

Джеффри. Ты представляешь… Это такая маленькая глупышка. Замужем за судовым буфетчиком. Он тогда плавал в океане. Восемь месяцев…

Рональд (фыркает от смеха). Дела.

Сидни. Ах-ха! Ох-ха-ха! Ха-ха! (Издает звуки, выражающие мужское одобрение.)

РОНАЛЬД и ДЖЕФФРИ смотрят на него.

Джеффри. А вы куда дели свою половину? В саду зарыли?

Сидни (испуганно). Что? Нет, нет. Она где-то тут. Поблизости.

Джеффри. Иногда хочется, чтобы моя тоже куда-нибудь пропала., вместе со своей собакой. В нашем доме для меня места нет — только для нее и для собаки. Поставили вверх дном всю квартиру. Вообще-то я ее обожаю, я преклоняюсь перед ней, она милая — но она совершенно не знает, на каком свете живет. Совершенно не знает.

Рональд. Может быть. Но я все же думаю, что с Евой тебе повезло.

Джеффри. Почему же?

Рональд. Ну, все-таки она прекрасно понимает, что тебе…

Джеффри. Да, мне кажется даже, что она…

Рональд. Ну, вот видишь…

Джеффри. Э-э, да что говорить об этом. Все это чепуха. Она сама захотела жить со мной, и она подчиняется моим правилам. У нас на этот счет никаких недомолвок. Она живет своей жизнью, насколько это возможно. Я — своей. Я делаю то, что мне нравится. Конечно, в разумных пределах. И это единственный способ как-то существовать.

Сидни. Вот это отлично.

Рональд. Поговори-ка об этом с Мэрион. Может, ты ее убедишь.

Джеффри. С удовольствием. В любое время.

Рональд. Да, только не сейчас… Тут надо дать созреть.

Джеффри. Нет, я совершенно серьезно. Любой человек, кто бы он ни был: я, ты, кто угодно — например, он (показывает на Сидни)… Главное, сразу обо всем договориться. Нужно прямо смотреть на вещи. Я могу привести миллион примеров, когда люди просто не хотят…

Дверь открывается, входит ЕВА. В глубине слышен смех Дика Поттера, который по-прежнему в отличной форме.

Джеффри (к Сидни, мгновенно меняя тон). Так что мне кажется, это совсем не плохая вещь. Как вы думаете?

Ева (холодно). Вы что, решили провести здесь ночь?

Сидни. Бог ты мой. Мы совсем забросили дам.

Ева. Забросили? Да вам на нас просто наплевать. Так мы решили.

Джеффри. Пожалуйста. Без нас не могут ни минуты.

Ева. Не беспокойся, прекрасно можем. Но в конце концов, это просто невежливо.

Джеффри. О, начинается…

Ева. Во всяком случае, ваши веселые друзья уходят.

Сидни. Уже? Дик и Лотти? Надо выйти проводить их. Прошу прощенья.

СИДНИ идет в гостиную.

Ева. И потом, дорогой, если ты не хочешь, чтобы нашу машину опять отвезли в участок за нарушение тишины, то давай одеваться.

Джеффри. Но он же сидит спокойно…

Ева. Он сегодня не ужинал…

Джеффри. Ева, прошу тебя…

Ева. Не надо меня просить, милый. Это же твоя собака.

Джеффри. В каком смысле?

Ева (сладким голосом). Твой дом, твоя собака, твоя машина, твоя жена — мы все принадлежим тебе, милый, ты всех нас содержишь. Ну что, идем?

РОНАЛЬД улыбается.

Между прочим, твоя жена не в лучшем настроении.

Улыбка сползает с лица Рональда. ЕВА выходит.

Рональд. Эх. (Смотрит на часы.) Надо было…

Джеффри. Да, кстати, Ронни…

Рональд. М-м-м?

Джеффри. Хотел спросить, ты не слышал, что там шумят насчет Харрисона, будто он собрался что-то строить…

Рональд. А, да, опять торговый комплекс.

Джеффри. Уже нашел себе кого-нибудь?

Рональд. Что, по твоей части?

Джеффри. Да, архитектор у него есть?

Рональд. Насколько я знаю, пока никого нет. Вообще, он не успел еще даже почесаться, по-моему.

Джеффри. Понятно. Если подвернется случай, замолви за меня словцо. Я знаю, ты с ним накоротке.

Рональд. Хорошо, конечно. Я скажу. Если найду момент. Я уверен, что ты сделаешь эту работу не хуже других.

Джеффри. Послушай, все, что Харрисону заблагорассудится, я могу нарисовать левой ногой.

Рональд. Ну да, ну да, я скажу.

Джеффри. Буду тебе обязан…

Входит МЭРИОН.

Мэрион. Ну вот, дорогой, мы уходим…

Рональд. Конечно.

Мэрион. Ну, как ты провел здесь время?

Рональд. О, великолепно.

Мэрион. Что ж, если так, то…

РОНАЛЬД выходит в гостиную.

Какая все-таки мерзкая квартирка. Как только люди в таких живут. Вот ты, Джеф, ты архитектор, ты должен мне ответить. Как могут люди — не то что жить — как они смогли выдумать этот кошмар?

Джеффри. Видишь ли…

Мэрион. Ну конечно, сейчас он мне скажет, что это он и выдумал.

Джеффри. Нет, это не я. Такие дома проектируются главным образом из-за дешевизны. Людям, которым негде жить, не особенно разборчивы.

Мэрион. Ах, брось ты, пожалуйста. Ведь не до такой же степени.

Джеффри. Представь себе.

Мэрион. Ну, да бог с ними. Я была рада тебя видеть. Сто лет прошло. Приходите к нам…

Входят РОНАЛЬД и СИДНИ. РОНАЛЬД уже одет. В руках у него пальто Мэрион.

Рональд. Милая…

Мэрион. Сидни, мы чудесно провели время. Теперь вы должны навестить нас, с женой, если, конечно, вы ее когда-нибудь найдете…

Сидни. О да, разумеется…

Все, разговаривая, выходят. Дверь закрывается. Пауза. СИДНИ возвращается, закрывает за собой дверь.

(Потирая руки.) Ха! (Улыбается с чрезвычайно довольным видом. Берет стакан, отпивает. Жует печенье.)

Раздается нерешительный стук в заднюю дверь. Это ДЖЕЙН. СИДНИ хмурится, течение его мысли нарушено.

Минутку! (Открывает заднюю дверь.)

ДЖЕЙН мокрым комком вваливается в кухню. СИДНИ отскакивает назад.

Н-да!

Джейн. Я видела, как они уходили.

Сидни. Да, все ушли. Просили передать тебе привет.

Джейн. Ох!

Сидни. Где ты была?

Джейн. В саду, где же еще? А ты думал где?

Сидни. Ну, не знаю. Может, ты решила пройтись.

Джейн. В таком виде.

Сидни. Гм. Дождь идет?

Джейн. Да. (Пауза.) Сидни, если бы ты объяснил им… ведь я там проторчала весь вечер. Я промокла насквозь.

Сидни. Да, но всему виной твое поведение. Вот и вся причина. Что я мог им сказать?

Джейн. Ты мог им объяснить.

Сидни. Ты тоже могла. Ведь все получилось из-за тебя. Разве нет?

Джейн. Да, я знаю, но я думала… что ты… что у тебя все-таки найдется… (Машет рукой.)

ДЖЕЙН стаскивает с себя верхнюю одежду.

Сидни. Ладно, все ушли довольные, так что…

Джейн (выливая воду из ботинка в раковину). Ну хорошо, я тоже рада…

Сидни. Я тоже. Это не какая-нибудь мелкота. Они люди с будущим. И они нам еще очень и очень понадобятся…

Джейн (опорожняя второй ботинок). Да…

Сидни. И больше никогда так не делай, Джейн… Не нужно так делать. Смотри, вот ты вся измучилась, а толку никакого.

Джейн. Да.

Сидни. Ну ладно. Больше не будем об этом. Теперь все позади, да? (Пауза.) Бог ты мой.

Джейн. Что такое?

Сидни. Мы же забыли про наши игры.

Джейн. Да.

Сидни. Все так развеселились. Ну ничего. На будущий год сыграем. Ладно. Пойду-ка я посмотрю телевизор. Должно что-нибудь быть. Все-таки Рождество. Всегда бывает. Пойдем, хочешь?

Джейн. Я сейчас…

СИДНИ выходит и закрывает за собой дверь. ДЖЕЙН стоит на месте. Чихает. Вдруг она замечает беспорядок в кухне. Она составляет в раковину стаканы. Берет влажную тряпку и вытирает стол. Постепенно ее деятельность все более и более расширяется и перерастает в генеральную уборку. Прибираясь, ДЖЕЙН отдыхает. Сначала тихо, потом все громче и громче раздается ее счастливое пение.

Занавес падает.

Действие второе

Время действия — следующее Рождество. Кухня квартиры Джеффи и Евы Джексон на третьем этаже. Одна дверь ведет в гостиную, другая — в кладовую. В отличие от кухни Хопкрофтов, производящй впечатление тщательно выдраенного капитанского мостика, в этой кухне живут люди, — это сразу видно по беспорядку, который здесь царит. Судя по всему, хозяева придерживаются новейшей моды на простые и грубые вещи. Тем не менее заметно, что некоторые предмету обстановки, особенно газовая плита, знали лучшие времена. Кроме плиты, в кухне стоит стол, стулья, комод (все это из некрашеного дерева), холодильник и раковина. Занавес поднимается. ЕВА, в халате, растрепанная, опухшая и неприбранная, сидит на столе. Огрызком карандаша она что-то пишет в отрывном блокноте. Что именно она пишет, неизвестно, но, видимо, дело это непростое, потому что ее колени и весь пол вокруг усеяны множеством скомканных бумажек. Рядом с ней стоит бутылка с шотландским виски. Потрудившись немного, ЕВА вырывает из блокнота только что исписанный лист, комкает его и отправляет на пол вслед за другими. Затем она снова принимается за работу.

Дверь со стуком распахивается. Из гостиной доносится лай крупной собаки. ЕВА в испуге поднимает голову, смотрит на часы. Потом со стоном захлопывает блокнот, чтобы скрыть написанное. Слышен голос Джеффри.

Джеффри (за дверью). Дорогая! Ева! Ева! Молчать, Джордж!

ДЖЕФФРИ, пятясь, появляется в дверях. ДЖОРДЖ захлебывается заливистым лаем.

Джордж! Хватит, Джордж! Не надо глупить, мальчик. Сидеть, Джордж! Сидеть, мальчик. Вот так. Вот хороший мальчик. Сидеть. Хороший Джордж. Хороший…

ДЖОРДЖ замолкает. ДЖЕФФРИ хочет закрыть дверь. ДЖОРДЖ начинает лаять с новой силой.

Джордж!..

ДЖЕФФРИ машет рукой.

Ну хорошо, хорошо, успокойся. (Закрывает дверь и, наконец, поворачивается к Еве.) Привет, дорогая. (Целует ее, проходя мимо.)

ЕВА, по-видимому, не замечает его. Она крутит в руках скомканный листок бумаги. Лицо ее выражает какое-то бессмысленное напряжение.

Господи, промочить горло. Хочешь выпить? (Не дожидаясь ответа, берет бутылку, отыскивает стакан и наливает себе виски.) Хочешь? Не хочешь? (Ставит бутылку обратно на стол, пьет.) Твое здоровье. Кажется, мы здорово влипли с этим заказом для Харрисона. Сумасшедший день. Ты можешь себе представить, я два месяца бьюсь с ними, чтобы они поняли, как собирать центральный купол. Сегодня утром — иду, вижу, тащат огромный столб и ставят его посередине, прямо в фонтан. Я им говорю: вот что, вы пообещаете меня слушать, а я обещаю, что столб будет стоять, идет? Теперь мне придется сказать Харрисону, что этот торговый «супердром» обойдется ему раза в два дороже, чем он думал. Он, конечно, не обрадуется. Нет, я серьезно влип, если только не… Ох, что за черт, ведь сегодня же Рождество. (Идет к окну.) Знаешь, мне кажется, сейчас пойдет снег. Ну вот, вся стройка будет по колено в грязи. Вот увидишь, могу поклясться рождественским гусем. Это отбросит нас на полгода назад. (Отходит от окна.) Почему я не придумал что-нибудь попроще? (Замечает, что на полу валяются скомканные бумажки.) Что это ты делаешь? (Хочет взять ее блокнот, но ЕВА цепко держится за него. ДЖЕФФРИ пожимает плечами и отходит, потом поворачивается и смотрит на Еву.) Как ты себя чувствуешь? Ты, кстати, знаешь, что на тебе халат? Ева. Ты все думаешь о нашем утреннем разговоре? Между прочим, я звонил тебе в обед. Ты что, выходила? А, Ева? О, перестань, милая, ведь мы с тобой все обсудили, правда? Мы же не ложились до четырех часов — чтобы все до конца обсудить. И ты согласилась. Даже больше того. Это вообще была твоя идея. И ты совершенно права. Так жить нельзя. Рано или поздно кто-то из нас должен был на что-то решиться. Это необходимо для нас самих. И ты абсолютно права — единственное, что можно сейчас сделать — для нас с тобой, в нашем положении — это мне уйти к Салли. Ты совершенно права. Ты знаешь, я сейчас шел домой и думал — я, кстати, задержался, потому что заскочил по дороге выпить стаканчик, — так вот, я думал: все это можно отлично устроить. Если, конечно, смотреть на вещи по-взрослому А не как влюбленные подростки. Мы с Салли можем уехать куда-нибудь ненадолго. Ты за это время соберешься с мыслями. Понимаешь, я хотел бы, чтобы мы по-прежнему виделись. И вот что, давай обойдемся без этой чепухи: все эти прощанья-расставанья… Я не хочу обижать тебя. Потому что я хочу по-прежнему тебя видеть. Я думаю про эти пять лет. Зачем нам перечеркивать их? А, Ева? Ева, если ты сейчас сидишь и укоряешь в чем-нибудь себя — не надо. Это я виноват, любимая, я один во всем виноват. Я один — пусть так. Я слабый человек, ты сама сказала. Я ненадежный. Во мне чего-то такого не хватает, я знаю У других не так. Другие мужчины решают раз и навсегда и живут с одной женщиной до конца дней. И бывают счастливы. Это замечательно. Ты думаешь, я не завидую им? (Ударяет по столу.) Господи, как я им завидую! Ты что думаешь, мне так нравится всю жизнь перелетать от одной женщины к другой, как летучий голландец? Ева, прошу тебя, пожалуйста, встань на мое место хоть на минуту. Вот смотри — завтра у нас Рождество. Через два дня — я обещаю тебе — я увезу отсюда все свое, все, что тебе не нужно. Чтобы ты вообще забыла, что я живу на свете — если хочешь, конечно. Но только давай постараемся, чтобы эти два дня были для нас… (Перебивает себя.) Как я сказал? Рождество? А мы на сегодня никого не звали? Ну конечно, звали… А на какой час мы их звали? (Смотрит на часы.) И ты, конечно, забыла сказать, что мы не можем? Ну конечно. Так. Хорошо… Есть у нас в доме что-нибудь выпить? Кроме этого? (Берет бутылку с виски.) Для начала сойдет. Так… (Он находит поднос, ставит его на стол. Рядом ставит бутылку с виски.) Еще что? (Ищет в шкафу.) Брэнди. Сойдет. Кока-кола. Ага, а это что? Вино с тоником. Кто же его попивает? Ты? Ева? О, ради бога, Ева… ты показала себя, теперь хватит, а? Ведь мы же назвали кучу гостей. Они уже и так опаздывают минут на пять. Ну, встань же… (Смотрит на нее, вздыхает.) О’кей. Вас понял, вас понял. О’кей. Значит, никакого подкрепления от вас сегодня не ждать, так? Все коммуникации нарушены, да? Ну ладно, ладно. Не в первый раз, так что… ничего. (Снова принимается за поиски спиртного.) Это я к тому, что никто ведь и не воображает, будто ты такая уж радушная хозяйка. Если, скажем, ты исчезнешь посреди ужина, а потом окажется, что ты лежишь в постели и читаешь, то никто особенно не удивится. (Выставляет еще две бутылки — с джином и хересом.) Я даже думаю, ты обманешь ожидания наших друзей, если вдруг появишься. (Достает стаканы.) Я сказал, наших друзей, а ведь это, скорее, твои друзья. Я тебе это напоминаю, пока не забыл, потому что люди, которые сегодня придут, называются твоими друзьями, а не моими. И если уж мне приходится их принимать, раз ты сама не изволишь, то учти, — я могу очень и очень им нагрубить. Тебе понятно? Ну и отлично. Я тебя предупредил. Ты не думай, я знаю. Тебе очень хочется, чтобы я работал на этого предприимчивого мистера Хопкрофта. И предприимчивый мистер Хопкрофт тоже этого хочет. Но я вас обоих предупреждаю: я потворствовать его гнусным затеям не намерен. Пусть я человек распущенный, но понятие о нравственности у меня еще осталось.

ДЖЕФФРИ большими шагами идет в гостиную, неся поднос. За сценой раздается лай Джорджа. Слышен голос Джеффри.

Джордж, — нет, это не для тебя. Сидеть. Сидеть, я тебе сказал.

Раздается звон падающей бутылки.

А, черт! Скотина, а не собака. Пошел вон!..

ДЖЕФФРИ возвращается, неся две кофейные чашки. Ставит их в раковину.

Это не комната, а помойная яма. (Берет полотенце для посуды.) По одному стаканчику они еще, пожалуй, получат. А там — с новым счастьем и катитесь к черту.

ДЖЕФФРИ снова уходит, с полотенцем в руке. ЕВА открывает блокнот и принимается писать. ДЖЕФФРИ возвращается. В одной руке у него посудное полотенце, в другой — объедки собачьей галеты.

Ну вот, одну половину изжевал, другую бросил. (Кладет объедки в мусорный бачок. Идет к двери, но останавливается.) Ева! Ева, я терпеливый человек. Ты знаешь — очень терпеливый. Но я боюсь, что еще немного — и мое терпение лопнет. Если я сейчас развернусь как следует, ведь ты же не успокоишься, пока не разнесешь всю квартиру. А утром завтракать всем троим из одной уцелевшей тарелки, — это не только нам с тобой, это даже Джорджу и тому надоело. Поэтому я тебя прошу…

Звонок в дверь. Лай Джорджа.

Вот черт. Уже кто-то идет. (Зовет.) Джордж! Теперь, Ева, иди, пожалуйста, в постель. Не ставь нас в дурацкое положение. (Выходит.) Джордж, тихо.

ДЖЕФФРИ закрывает за собой дверь. Тишина. ЕВА открывает блокнот и пишет. Потом вырывает листок, сдвигает в сторону все, что набросано и наставлено на столе, подходит к шкафу и достает из ящика кухонный нож. Возвращается и прикалывает записку ножом, с силой вонзив его вкрышку стола. Идет к окну.

Входит ДЖЕФФРИ. Слышен собачий лай и голоса Хопкрофтов. ЕВА стоит неподвижно и глядит в окно.

(Через плечо.) Нет, нет, не бойтесь. Он ничего не сделает. Лучше бы он кусался, чем лаял. (Закрывает дверь.) Ну конечно. Хопкрофты притащились. Разве они упустят. И заметь, лифт опять не работает. Каждый год на Рождество. Ну что ты скажешь. Ева, милая, иди, умоляю тебя.

ДЖЕФФРИ уходит, закрыв за собой дверь. ЕВА открывает окно. Стоит, вдыхая свежий воздух. Потом нерешительно взбирается на подоконник. Стоит, покачиваясь и крепко держась за раму. Дверь открывается. В гостиной смех. Входит ДЖЕФФРИ, неся стаканы. Говорит через плечо.

Я вам принесу чистый. Извините ради бога. Наша кухарка сегодня отдыхает. (Смеется.)

Из гостиной раздается смех Хопкрофта. ДЖЕФФРИ закрывает дверь.

Когда у нас в последний раз были гости? Кажется, стаканы с тех пор не мыты. Вот этот стаканчик не прошел контрольной проверки по методу Джейн Хопкрофт. (Берет с раковины посудное полотенце и с рассеянным видом протирает стакан.) Я иногда думаю, сколько времени женщина должна проводить… Ева! Что ты делаешь!

ЕВА, почувствовав головокружение, застонала.

Ева! Ева, хорошая девочка… Спускайся. Иди ко мне. Хорошая девочка. Иди ко мне. Иди… (Подходит к Еве.) Вот так. Тихонько. Спускайся, я тебе помогу. Спускайся. Вот так.

Он бережно снимает Еву с подоконника. Она стоит покачиваясь. ДЖЕФФРИ ведет ее к столу. Она безвольно подчиняется.

Иди сюда, садись. Вот так. Милая, милая, что ты придумала?.. Какой в этом смысл? Что ты хотела доказать? Ведь ты же… (Замечает записку, приколотую ножом к столу.) Господи, это что такое? (Читает.) О, нет. Ева, ты не должна думать так о… Я хочу… Что ты хочешь сказать — обуза для всех? Кто сказал, что ты обуза? Я никогда этого не говорил, что ты обуза…

Пока он все это произносит, ЕВА берет со стола кухонный нож и внимательно его разглядывает. Потом она встает, идет к буфету — причем ДЖЕФФРИ всего этого не замечает — и, немного выдвинув ящик, зажимает в нем нож таким образом, что острие высовывается наружу. Затем она отходит для разбега и поворачивается лицом к шкафу. ДЖЕФФРИ, увлеченный своими словами, бросает на нее случайный взгляд. ЕВА разбегается и с силой бросается к ножу. ДЖЕФФРИ в последнюю минуту угадывает замысел Евы и кидается ей наперерез. Он успевает схватить ее и снова сажает на стул.

Ева, ради бога, я тебя умоляю! Пойдем… (Он всматривается ей в лицо с тревожным видом.) Послушай, я сейчас позвоню доктору. Я скажу, что ты утомлена, что у тебя расстроены нервы. (Он идет к двери и едва не натыкается на нож. Резким движением выхватывает его из ящика.) Может быть, он что-то тебе выпишет, чтобы ты немного успокоилась.

Раздается звонок в дверь.

Кого-то еще черт несет. Я иду звонить доктору. Я вернусь через две минуты, хорошо? А ты посиди пока. Только не вставай, сиди тихо, как послушная девочка. (Открывает дверь и кричит в гостиную.) Ничего, что я вас оставил? Мне нужно позвонить по телефону…

ДЖЕФФРИ выходит.

Пауза. ЕВА заканчивает писать новую записку, очень короткую. На этот раз она придавливает ее к столу оказавшейся рядом жестянкой с кончервами для собаки. Она осматривается кругом, пока взгляд ее не останавливается на плите. ЕВА подходит к плите, открывает ее и с задумчивым видом заглядывает внутрь. Она достает из плиты кастрюлю; приоткрывает крышку, морщит нос от отвращенья и относит кастрюлю на сушильную доску. Потом возвращается к плите и вынимает из нее три решетки и множество разной утвари и хлама, скопившегося там за долгое время. Плита находится в крайне запущенном состоянии. ЕВА смотрит на свои руки, перепачканные сажей, и вынимает из ящика относительно чистое полотенце. Она аккуратно складывает его и выстилает им дно духовки. Потом ложится на пол и, примеряясь, засовывает голову внутрь. Она находит свою позу чрезвычайно неудобной и начинает вертеться, чтобы устроиться получше.

Дверь тихо открывается, и входит ДЖЕЙН.

Гомон в гостиной несколько поутих, в кухню доносится приглушенный шум голосов. ДЖЕЙН очень осторожно несет еще два стакана, которые показались ей недостаточно чистыми. Она прикрывает за собой дверь и оглядывает кухню, но никого не замечает. Тогда она крадучись подходит к раковине и ополаскивает стаканы. ЕВА роняет на пол противень с сильным грохотом. ДЖЕЙН в испуге вздрагивает и на шаг отступает от раковины. ЕВА вскрикивает, делает попытку сесть, но ударяется головой о верхнюю решетку плиты.

Джейн (придя в себя). Миссис Джексон, ну, как вы себя чувствуете? Вам, в вашем состоянии, не нужно лежать на полу, вы знаете. Вам нужно в постель. Хорошо, вот так…

ДЖЕЙН помогает Еве встать на ноги и отводит ее к столу.

Теперь садитесь. А о плите не беспокойтесь, плита может подождать. Стоит ли терять здоровье из-за плиты. Вы не думайте, я вас очень хорошо понимаю. Вы это вдруг почувствовали, правда? Вы, наверно, подумали, вот умру, а плиту все равно вымою. Спать не буду, есть не буду, а плиту все равно вымою. От этого не отвяжешься, я знаю это чувство. Вот что я вам скажу. Сейчас я, как добрая соседка, попробую вам помочь. Можно? Вы не обидитесь? Для меня ведь это сущий пустяк, одно удовольствие — серьезно… А потом вы мою плиту вымоете, ладно? Ну вот и хорошо, договорились. А теперь не будем терять времени и — за работу. Так, что нам нужно? Кувшин воды — и все будет сверкать. Не беспокойтесь, я сама найду. Кстати, вы не замерзли? У вас такой нехороший вид. (Наклоняется под раковину.) Так, а где паста? Нету! Ну ладно, тогда поможет наш старый дружок-порошок, правда? (Ищет под раковиной.)

Дверь открывается, и в кухню входит ДЖЕФФРИ. Он сразу направляется к Еве. В гостиной слышен разговор.

Джеффри. Дорогая, послушай, все выглядит так, будто у меня… (Замечает Джейн.) А-а…

Джейн. Привет.

Джеффри. О, привет. Вы что-нибудь ищете?

Джейн. Просто я поступаю как добрая соседка, вот и все. У вас, кстати, не найдется фартука, надеть?

Джеффри (он в замешательстве, показывает ей на стул). М-м, да… Вон там.

Джейн. Ах, вот он где. (Надевает фартук.) Я и не заметила.

Джеффри. А… что вы будете делать?

Джейн. Буду чистить вашу плиту для завтрашнего дня, вот что я буду делать.

Джеффри. А зачем?

Джейн. Для рождественского ужина, зачем же еще?

Джеффри. Да, но почему вы думаете…

Джейн. Обо мне не беспокойтесь.

ДЖЕЙН начинает бегать по кухне, собирая все необходимое для мойки и наполняя кувшин водой.

Джеффри (оставив этот разговор, раздраженно). М-м. Ева, милая, я сейчас звонил доктору, но не застал его. Наверно, он выехал по вызову. Какая-то дуреха ответила, что у нее есть адрес, а как позвонить туда, она не знает. Поэтому быстрее туда съездить, чем сидеть и ждать, пока он вернется. Я всего на десять минут. Ты будешь хорошо себя вести?

Джейн. Не волнуйтесь, я за ней присмотрю.

Джеффри. Спасибо. (Он внимательно смотрит на Еву, сидящую без движенья. Внезапно его осеняет, он открывает ящик и вынимает оттуда все ножи. Потом тщательно обыскивает кухню, собирая все острые предметы.)

ДЖЕЙН с удивлением смотрит на него. Он объясняет ей.

Там внизу у соседей гости. Обещал одолжить им, что найдется.

Джейн. У них что, нету вилок?

Джеффри. Нет, абсолютно нет вилок. Они мусульмане. (Идет к двери.) Буду через десять минут.

Звонок во входную дверь.

Джейн. Кто-то пришел.

Джеффри. Брюстер-Райты, наверно.

Джейн. О…

ДЖЕФФРИ выходит. Собака лает на него. Лай слышен, пока дверь не закрывается.

У-у, какая у вас собака. Огромная какая. Как обезьяна — огромная. А вы знаете, что купил ей Дик? Дик Поттер? Он купил для Джорджа рождественский подарок. Такую резиновую игрушку. Знаете, ее нужно подбрасывать в воздух. Вы наверняка знаете. Джорджу очень понравилось. Он там сейчас бегает у вас по прихожей. Дик ее подбрасывает, а Джордж ловит. Обожает собак, Дик. Он их как-то понимает. Вы знаете, он чуть не сделался дрессировщиком собак, но помешала близорукость. Но он умеет с ними обращаться. Причем совершенно неважно, какой породы собака… Он знает все их повадки. (Поворачивается к плите.) Ну что же — о, да здесь немало работы. Ах ты, бог ты мой! Ну да ничего, было бы желание. (Вынимает полотенце из духовки.) Вы ведь не собирались мыть плиту этим полотенцем, правда? Этим полотенцем ее не вымоешь. Ее нужно отдраить как полагается. (Джейн принимается за работу, почти всей головой уйдя в духовку.) Хотите, я вам признаюсь. Сидни, наверно, ужасно бы рассердился, если бы услышал, но что поделаешь, мне гораздо уютней здесь на полу перед плитой, чем в гостиной за столом. Наверно, это ужасно. Но я никогда не чувствую себя свободно с гостями. Мне совсем не нравится пить. Я бы весь вечер сидела здесь и болтала с вами. (Она начинает весело напевать, голос ее гулко отдается в духовке.)

Пока она все это говорит, ЕВА встает, открывает буфет, вынимает оттуда аптечку и начинает в ней рыться. Наконец, она находит то, что искала — белую цилиндрическую картонную коробочку с пилюлями. Она идет к раковине, наливает себе стакан воды, вынимает из коробки две таблетки и ставит ее на сушильную доску. С большим трудом она глотает одну таблетку и запивает ее водой. Не закрывая крана, ЕВА снова берет коробку, вынимает из нее кусочек ваты — и тут все остальные таблетки выкатываются в раковину. ЕВА делает отчаянные попытки спасти таблетки, она закрывает кран, пытается достать таблетки из сливного отверстия пальцами, но все бесполезно. Тогда она пробует применить вилку… Дверь открывается. Слышен смех и лай. Входит СИДНИ.

Сидни. Привет, привет. Все куда-то ушли, я уж… (Видит Джейн.) Ах ты, бог ты мой! Просто потрясающе. Я глазам своим не верю. Ты что, снова за свое? Что ты здесь делаешь?

Джейн. Она расхворалась. Ей нужно помочь.

Сидни. А ты знаешь, что на тебе твое лучшее платье?

Джейн. О, только не беспокойся о моем лучшем платье.

Сидни. Приехали мистер и миссис Брюстер-Райты, Рон и Мэрион. Я надеюсь, ты встанешь с пола, когда они войдут. (Поворачивается к Еве, которая машинально ковыряет вилкой в раковине.) А здесь что случилось? Вы позволите вам помочь? Я вижу, сегодня вечером это начинает входить в обычай.

СИДНИ забирает у Евы вилку и усаживает ее на стул.

Вот так. Если разрешите, я дам вам маленький совет. Так раковину не прочистишь. Вилкой ковырять бесполезно. Кто же так делает? Вы только собьете хром с вилки и раковину исцарапаете. Так не нужно. Давайте-ка посмотрим… (Он отворачивает кран и смотрит, как стекает вода. Снова закрывает кран.) Ага. Вода чуть-чуть задерживается. Совсем немного. Но будет хуже. Наверно, застряло несколько чаинок, ничего страшного. Давайте-ка посмотрим, давайте? (Он открывает шкафчик под раковиной.) Держу пари, вся беда здесь. Ага-а. У вас раковина старого образца. Тут нужен гаечный ключ.

Джейн. Он вам в одну минуту все исправит. Правда, Сидни?

Сидни. В мгновенье ока. Поджарим кока, как у нас во флоте говорили. Инструменты у меня есть, в машине. Все будет в порядке. (Поворачивается к Еве.) Ничего страшного не случилось. Тут все дело в одной штуке — где труба изгибается. Это называется сифон. Вот посмотрите. (Берет карандаш.) Я вам сейчас нарисую. Знать никогда не помешает. Бумага есть? (Берет записку о самоубийстве.) Можно взять? Ничья жизнь не пострадает?.. (Бросает любопытный взгляд на записку, переворачивает ее и начинает рисовать схему.) Вот здесь сливное отверстие, понимаете, как я рисую? Вот здесь труба идет вниз, здесь она изгибается, вот так, и здесь снова идет назад, понимаете? А тут она прикрепляется к основной стойке…

Джейн. Если вы чего-нибудь не знаете, всегда спрашивайте у Сидни.

Сидни. Вот эта штуковина и называется сифон. Нужно только вот это снять, и все сразу выльется. Если знать, то очень просто. Сейчас я сбегаю вниз за инструментами. (Комкает бумагу и выбрасывает ее.) Кстати, вы не беспокойтесь, Лотти занимает новых гостей, а Дик играет с собакой, так что все при деле, все довольны.

СИДНИ открывает дверь и выходит. Пока дверь открыта, слышен голос Лотти и лай собаки.

Джейн. Вот в такие минуты понимаешь по-настоящему, какое это счастье — иметь друзей, — правда? (Она с новым воодушевлением принимается за плиту, весело напевая.)

Пока она говорит, ЕВА пишет новую записку, очень короткую, и кладет ее на середину стола. Потом она встает и подходит к стулу, на котором стоит пластмассовая корзина с чистым, но не выглаженным бельем. На корзине лежит свернутая в кольца бельевая веревка. ЕВА возвращается к столу. ДЖЕЙН вынимает голову из духовки, чтобы набрать чистой воды, и видит Еву.

Решили разложить белье? Какая вы неугомонная, еще хуже меня. (Снова сует голову в духовку. Поет.)

ЕВА начинает разматывать веревку. Она находит конец и делает большую петлю. Проверяет ее на крепость, просунув в петлю кисть, и вынимает из корзины всю веревку. Снимает с веревки пластмассовые прищепки.

Ну, кажется, моя берет. По-моему, я наконец, добралась до металла. Здесь десять слоев грязи, не меньше.

ЕВА разматывает веревку, обнаруживает на ней бриджи и пару носков. Она отцепляет их и кладет в корзинку.

Тут что-то ко дну пристало, твердое, как цемент. Вы случайно не готовили вчера цемент к обеду? (Смеется.)

ЕВА стоит посреди кухни с веревкой в руках и смотрит на потолок, точнее, на осветительную арматуру. Ее внимание привлекает один из двух светильников, расположенных над столом. Она идет к двери и поворачивает выключатель. Светильник гаснет.

У-уф. Тут, наверно, с библейских времен… Что случилось? Лампочка перегорела, да? Сейчас вернется Сидни, мы его попросим починить. Чтобы не скучал. (Она снова сует голову в духовку, напевая теперь что-то подходящее к случаю, вроде «Мы танцуем в ночи».)

ЕВА с веревкой в руке взбирается на стул, потом на стол. Она вывинчивает лампу с абажуром из патрона и кладет их на стол у своих ног. Она все чаще и чаще зевает: сказывается действие двух таблеток снотворного. Слегка покачиваясь, она начинает привязывать конец веревки к патрону. Занятие это для нее довольно трудное, так как веревка чересчур длинна. Наконец, ей удается кое-как завязать узел. Она слегка подергивает веревку за конец — узел выдерживает. Она дергает сильнее — узел держит. Она дергает в третий раз — патрон отрывается и со стуком падает к ее ногам. ЕВА стоит, покачиваясь из стороны в сторону, с отчаянием во взгляде.

Входит РОНАЛЬД. За его спиной слышен смех Лотти и отдаленный собачий лай.

Рональд. Ну, как тут наша больная бедняжка… (Видит Еву.) О господи! (Он бросается к Еве и поддерживает ее.) Что тебе там понадобилось, девочка?

Джейн (отрываясь от плиты). Ну, знаете! Это такая непоседа, просто ужас.

Вместе с Рональдом помогает Еве спуститься.

Ни минуты не может посиддеть спокойно. (Еве с упреком.) Ведь вы же могли ушибиться, глупенькая.

РОНАЛЬД развязывает петлю, затянувшуюся вокруг запястья Евы, и отдает ей конец веревки.

Рональд. Хорошо, что я…

Джейн. Вот именно.

Рональд. Все-таки, что она там делала?

Джейн. Лампочка перегорела.

Рональд (глядя наверх). Да. Но ведь вы же могли позвать меня. Я, конечно, не бог весть какой электрик, но лампочку могу ввернуть.

Входит СИДНИ с большой сумкой для инструментов. Слышен смех Лотти и лай собаки.

Сидни. А вот и я. Захватил все — на всякий случай. Кроме раковины, но она уже здесь. А? (Смеется.)

Рональд. Что? А, да. Очень хорошо.

Джейн (ей тоже понравилась шутка). Кроме раковины, это уж точно.

Сидни (замечая, что один светильник не горит). Вот так так! Еще одна авария? (Ставит сумку на пол рядом с раковиной.)

Рональд. Да пустяк, лампочка перегорела.

Сидни. Не такой пустяк. Там не только лампочка, там весь светильник сорван.

Рональд. Тьфу, проклятье. А ведь правда. Вы только посмотрите.

Сидни. Голые провода висят, видите?

Рональд. Хорошенькое дело.

Джейн. Неужели голые провода?

Сидни. Хорошего мало.

Рональд. Да уж.

Джейн. Да уж.

Сидни. Если бы сейчас было замыкание…

Рональд. Н-да.

Джейн. Н-да.

Сидни. У вас бы тогда или пробки полдетели, или пожар случился…

Рональд. Или еще что-нибудь похуже.

Джейн. Похуже.

Сидни. Я что хочу сказать? Если бы кто-нибудь сейчас нес, например, стремянку и случайно задел за провода, ток тогда пошел бы вниз по стремянке — и прямо в него. Прямое замыкание. Конец.

Рональд. Или вошел бы очень высокий человек, скажем в стальном шлеме? Вот были бы дела, а? (Смеется.)

Сидни. Совершенно верно. Вероятность небольшая, но вы совершенно правы.

Джейн. Хорошо, но сейчас не военное время.

Сидни. Да, да. В некоторых случаях достаточно одного прикосновения.

Рональд. Я думаю, нужно там все хорошенько закрепить.

Сидни. Я бы именно это посоветовал. Хотите попробовать?

Рональд. Не знаю как-то. Я вообще-то электрик так себе…

Сидни. Ну, что вы. Это же так просто. Тут нечего делать. Посмотрите, вот так идут два провода… Я вам сейчас нарисую. (Он снова выхватывает из кармана карандаш и оглядывается, ища бумагу. Видит записку Евы о самоубийстве и берет ее со стола, небрежно на нее взглянув.) Ничего важного нет? (Не дожидаясь ответа, переворачивает записку на другую сторону и начинает рисовать.)

ЕВА немигающим взглядом смотрит на него.

Вот так у вас идут два провода, ну, вы понимаете. Вот здесь они подсоединяются к вилке — вы извините, я плохо рисую — тут есть такие дырочки для клемм, видите? Значит, вы завинчиваете вот эти винтики, потом соединяете верхнюю часть с нижней, — и дело в шляпе.

Рональд. И да будет свет.

Сидни. Точно.

ЕВА наскоро пишет новую записку.

Рональд. Да, все это выглядит… довольно просто.

Сидни. Ну конечно. Сейчас я вам дам отвертку, а сам займусь раковиной. (Открывает сумку с инструментами.) Та-ак. Сейчас мы вам найдем дело. Что тут у нас есть? (Он роется в инструментах и вынимает из сумки отвертку и все необходимое для проводки.)

Рональд. Ого, какая коллекция.

Сидни. Вот этот набор я всегда вожу с собой в машине.

Рональд. Серьезно? Наверно, много возни с ним, нет?

В это время ЕВА медленно взбирается на стол и протягивает обе руки к голым проводам. ДЖЕЙН, которая в этот момент как раз вынырнула из плиты, замечает это.

Джейн. Что она делает!

Сидни. Э-ге-ге!..

Рональд. Э-эй!..

Все трое подбегают к Еве, хватают ее и снова усаживают на стул.

Сидни. Там могло быть напряжение.

Рональд. Ну да. (Подумав.) Разве могло?

Сидни. Конечно.

Рональд. Тогда откуда мы знаем, может, оно там есть?

Сидни. Надо проверить выключатели.

Рональд. Гм, может, нам лучше тогда… Я, признаться, совсем не хочу пасть жертвой…

Сидни (шагает к двери). Обязательно проверить выключатели.

СИДНИ начинает щелкать выключателями, при этом кухня несколько раз погружается в темноту.

Джейн (стоит рядом с Евой). Ох, представляю, как ей сейчас не сладко. Скорее бы пришел доктор.

Рональд. Он поставит ее на ноги.

Сидни (закончив проверку). Порядок. Опасности никакой. (Снимает пиджак и вешет его на спинку стула.)

Рональд. Ага.

Сидни. Не должно быть, по крайней мере. Если, конечно, выключатель не поставлен вверх ногами.

Рональд. А как мы узнаем, может, как раз вверх ногами?

Сидни. Ну вот вы первый и узнаете. (Разражается хохотом.)

Джейн (улыбаясь). Узнаете первый…

РОНАЛЬД не вполне разделяет их восторг.

Сидни. Ну так что, возьмемся за работу?

Рональд (глядя наверх). Да-а.

Сидни. Каждый за свою. (Присаживается под раковину.)

Джейн. Каждый за свою. (Возвращается к плите.) Вот это настоящее удовольствие.

Сидни. Надо бы… э-э… Мэрион в гостиной? Надо бы ей тоже найти занятие.

Рональд (отодвигает все, что набросано на столе). Нет, не стоит. Я думаю, от нее не будет много толку. Я ее знаю- она сейчас как на иголках. Вы меня понимаете.

Сидни. Ну да, Рождество.

Джейн. Если не можешь сделать этого к Рождеству…

Сидни. Всего раз в год, да?

Рональд. Ну, к моей жене это не относится. У нее каждые три дня святки.

Сидни (из под раковины). Ага-а! Попался, который кусался. Тебя, наверно, как покрасили, ни разу не открывали.

СИДНИ стучит чем-то под раковиной. ДЖЕЙН, весело напевая, скребет плиту. РОНАЛЬД стоит на столе, наступив ногой на записку Евы. Его работа продвигается медленно и неловко. РОНАЛЬД по складу своего ума человек далекий от электротехники. В течение нескольких следующих реплик ЕВА пытается вытащить записку из-под каблука Рональда… Записка рвется, ЕВА пишет новую.

Рональд. Наверно, этот год неплохо прошел для вас.

Сидни. Простите, не понял?

Рональд. Неплохой был год для вас. Вы, кажется, довольны.

Сидни. О да, вполне. Пару кусков удалось оторвать. С долгами расплатились.

Рональд. Я сразу догадался.

Сидни. В общем, мы не жалуемся.

Джейн. Да, жаловаться грех.

Сидни. Это если не знать счета деньгам, верно? (Смеется.)

Рональд. Ну да. Ну да.

Все работают. СИДНИ насвистывает. РОНАЛЬД мычит что-то. ДЖЕЙН напевает. Время от времени один из работающих прерывает свою мелодию и произносит что-нибудь такое, что принято произносить, воюя с неодушевленными предметами: «Ну-ка, иди сюда… а ну, еще разок… давай, давай… и т. д.» Между тем ЕВА, дописав записку, замечает сумку с инструментами. Она незаметно подходит к ней, вынимает из нее бутылку с разбавителем краски, похожим на яд, потом достает молоток и гвоздь и прибивает свою записку гвоздем к столу. Кладет молоток рядом на стол. Снова берет бутылку и пытается снять с нее крышку. Провозившись минуту напрасно, она идет к двери, намереваясь использовать ее как тиски.

В этот момент входит МЭРИОН, причем дверь, откырвышись, отбрасываает Еву к стене. Пока дверь открыта, слышны крики и собачий лай.

Мэрион (держит в руках бутылку с джином и стакан). Случилось ужасное…

Рональд (с головой уйдя в работу). А-а… Где?

Мэрион. О боже, боже! Чем это они все заняты? Дорогой, зачем ты туда забрался?

ЕВА пытается открыть бутылку с помощью дверцы стенного шкафа.

Рональд. Вот никак не могу свести концы с концами.

Сидни. Концы с концами. (Смеется.)

Джейн. Концы с концами. (Смеется.)

Сидни. Мне это нравится, да…

Мэрион. Да, это очень остроумно, дорогой. Теперь слезай, пожалуйста, пока ты всех нас не взорвал. Ты же абсолютно ничего в этом не смыслишь.

Рональд. Нет, почему, я…

Мэрион. Ну абсолютно ничего.

Рональд. А ты забыла, как я тогда сделал лампу из бутылки с пробкой?

Мэрион. Да, дорогой, а мы все должны были сидеть вокруг и любоваться на нее, пока абажур не загорелся.

ЕВА идет к сумке с инструментами за отверткой.

Рональд (с раздражением). Такой был идиотский абажур.

Мэрион. Я тогда чуть не умерла со страху. Мы все могли сгореть. Пришлось выбросить эту дрянь на свалку.

Сидни. А что случилось?

Мэрион. Она была похожа на современную скульптуру. Во все стороны голые провода торчат.

ЕВА садится на пол в углу.

Сидни. Нет, что случилось, когда вы вошли?

Мэрион. Сейчас? А что случилось? Случилось что-то ужасное. (Припоминает.) Ах да, я же пришла за помощью. Ваша собака…

Джейн. Джордж?

Мэрион. Если ее так зовут, то Джордж. Так вот, она укусила этого вашего Поттера за ногу.

Джейн. Бог ты мой.

Мэрион. Ужасно. Даже брюки прокусила. Он, конечно, сам виноват. Распрыгался как сумасшедший по прихожей, пока у бедной собаки пена изо рта не пошла. Конечно, у нее разум помутился.

Джейн. Бог ты мой, так они уже?..

Мэрион. Да, я думаю, они собираются уходить. Если уже не ушли. Они, кажется, ищут лекарства против… этого…

Сидни. Против бешенства.

Мэрион. Вот-вот. Я сейчас посмотрю. (Она приоткрывает дверь.)

Тишина.

(Кричит.) Послушайте! Эй! Вы там?

Слышно рычанье.

О Господи!

Рональд. Что случилось?

Мэрион. Она там притаилась у порога, жует ботинок и смотрит так страшно.

Рональд. Серьезно?

Мэрион. Теперь она нас отсюда не выпустит.

Рональд (берет банку с мясными консервами для собаки и осторожными шагами направляется в гостиную). Он вообще-то не злой, просто его нужно успокоить. Эй, пес. Хороший пес, хороший.

Рычание. РОНАЛЬД возвращается и снова берется за работу.

Нет, в таком состоянии собак лучше не трогать. Он слишком возбужден.

Сидни. А теперь еще он почувствовал запах крови. Животные знаете как…

Джейн. Вот у мистера Элсэтиана собака есть, Олсоп…

Сидни. Да, вот именно.

Мэрион. Хорошо, что я захватила выпить. Это подбодрит вас всех в работе. А где же наша бедняжка? Как она?

Рональд. Не держится на ногах.

Мэрион (наклоняясь над Евой). Ой-ой-ой. Выглядит ужасно. Как ты себя чувствуешь?

Джейн. Да она нас, наверно, не замечает.

Мэрион. Э-эй. Послушай… (Ответа нет.) Да, ты прав. Ничего не слышит. Бедняжка. Кто хочет выпить?

Джейн. Не сейчас. Я уже почти закончила.

Мэрион. Поздравляю вас. (Слегка подталкивает Сидни ногой.) А вы?

Сидни. Одну секунду. Я сейчас.

Рональд. Дорогая, я уже достаточно выпил.

Мэрион. Ох, Ронни, нельзя же быть таким занудой. Он такой зануда, ужас. Совсем не умеет веселиться в гостях.

Рональд. Почему? Я только сказал…

Мэрион. Ну и не надо, мы сейчас выпьем с Евой, правда, Ева?

МЭРИОН наливает два стакана.

Сидни (из-под раковины) Оп-ля!

Джейн. Получилось?

Сидни. Наконец-то снялась.

Джейн. Здорово.

Мэрион. Что там у него снялось?

Наконец Еве удалось свинтить крышку с бутылки, она собирается выпить растворитель.

Сидни. Ну, пришлось помучиться. Все-таки я ее снял. Теперь вопрос, как ее надеть.

Мэрион. Ева, дорогая, выпей вот это. (Она забирает у Евы растворитель и вкладывает ей в руку стакан.) Это поможет лучше, чем все пилюли и патентованные таблетки. (Она ставит бутылку с растворителем на сушильную доску.)

Рональд. Мэрион, я, честное слово, не советую…

Мэрион (ударяет его по ноге бутылкой). Замолчи сейчас же!

Рональд. А-а!

Мэрион (доверительно, Еве). Никак не подумаешь, что когда-то он был молодым, жизнерадостным человеком, правда, Ева? Посмотришь на него и не поверишь, да?

МЭРИОН наливает Еве джина и заставляет ее выпить.

Сидни (вылезая из-под раковины). Так. Маленький перерыв. Кто-то предлагал выпить?

Мэрион (протягивает ему бутылку). Угощайтесь.

Сидни. Спасибо.

Джейн. Ну, я сделала все, что могла. Кажется, стало получше.

Мэрион (подходит к плите.) О, какое чудо! Вы только посмотрите на эту плиту.

Сидни. Совсем, совсем неплохо.

Джейн. Все-таки есть небольшая разница. (Она берет кувшин с грязной водой и идет к раковине.)

Рональд (у него что-то не получается). А-а…

Сидни. Ну, в как дела у электриков?

Рональд (ворчит). Такая хитрая штука оказалась…

Сидни (к Джейн). Э-э! Не выливай в раковину!

Джейн. Ох, я и забыла.

Сидни. О тебе надо в газетах печатать.

Джейн. Я не против.

Мэрион. Ну, я просто не могу оторваться от этой плиты. Вот так сидела бы всю ночь и смотрела не нее. Мне кажется, она даже чище, чем у нашей миссис Минс, да, милый?

Рональд. Любая плита чище, чем у нашей миссис Минс.

Мэрион. Нет, не говори, она всегда хочет как лучше. Миссис Минс — это наша кухарка. Очень милая старушка. Она почти не видит. Она приходит на два часа в день, а потом мы весь вечер за ней прибираем. Но сердце у нее просто золотое.

Рональд. Ваше здоровье. С Рождеством.

Мэрион. С Новым годом.

Джейн. Да.

Сидни. Ну, давайте все это быстрее кончим, может, еще останется время поиграть…

Джейн. О да…

Мэрион. В каком смысле, поиграть?

Сидни. Ну, вы знаете. Есть такая игра для гостей. Там все прыгают.

Мэрион. Что за неприличные затеи у вас…

Сидни. О, ну что вы! Это же очень смешно. А нам как раз не мешает посмеяться, разве нет?

Джейн. Он еще говорит…

Рональд. Черт!

Сидни. Что случилось?

Рональд. Упала такая маленькая штучка. Может, вы поищете? Я не могу разжать руку, а то упаду. Вот такая.

Мэрион. Какая маленькая штучка?

Рональд. А черт знает, как она называется.

Джейн. Вы говорите, маленькая?

Рональд. Да совсем маленькая, господи. Крошечная вот такая.

Сидни. Ах ты, бог ты мой!

Все ищут. СИДНИ ползает по полу на коленях.

Джейн. Наверно, куда-нибудь укатилась.

Мэрион. А что мы ищем?

Рональд. Такую маленькую штуку. Она вот сюда вставляется.

Мэрион. Дорогой, ты можешь выражаться точнее? Какую штуку?

Джейн. Да вы знаете. Такая… ну, такая… вот беда, забыла слово.

Мэрион. Нет, я отказываюсь искать неизвестно что. Вы посмотрите, тут весь пол усеян разными маленькими штуками.

Сидни (из-под стола). Нет, я не могу найти.

Джейн. У меня на языке вертится… а, вспомнила — гайка, маленькая гайка.

Мэрион (ищет под раковиной). Ну вот, видите, как хорошо. Гайка. Теперь мы знаем. Все ищут маленькую гайку.

Сидни. А я не знал, что мы ищем гайку.

Джейн. А разве не гайку?

Рональд. Нет. Шуруп. Вот что я потерял. Шуруп.

Сидни. Ну конечно, шуруп.

Джейн. Ах, шуруп.

Мэрион. Так, все прекращают искать гайку. Ронни передумал, ищем шуруп. Но я уже ничего не вижу. Не пора ли зажечь свет?

Рональд. Давно пора.

МЭРИОН идет к двери.

Сидни. Я бы не советовал… (Но поздно — МЭРИОН уже щелкнула выключателем.)

Мэрион. Вот так.

РОНАЛЬД начинает дрожать, испуская при этом низкое мычание.

Сидни (поднимаясь с пола). Поверните выключатель.

Джейн. Снимите его.

Мэрион. Дорогой, что с тобой случилось?

Джейн (тянется к Рональду, чтобы столкнуть его со стола). Снимите его.

Сидни. Не трогайте его, он под током. (Идет к выключателю.)

ДЖЕЙН дотрагивается до Рональда и с криком отскакивает.

Рональд (сквозь зубы). Кто-нибудь, отключите ток.

СИДНИ нажимает на выключатель.

Сидни. Все в порядке. Без паники.

РОНАЛЬД начинает дрожать.

Джейн. Отключи его, Сидни.

Сидни. Я его отключил!

Джейн. Отключи его!

Сидни. Да он отключен. (Успокаивает Джейн.) Держи себя в руках. Помоги-ка мне его снять. Давай.

СИДНИ и ДЖЕЙН помогают Рональду слезть со стола и ведут его к стулу. МЭРИОН смотрит на них.

Мэрион. Господи боже. Ничего страшного не случилось?

Сидни. Все уже позади.

ЕВА наливает себе еще джина.

Мэрион. Как только он начинает возиться с электричеством, всегда что-нибудь происходит. Обязательно какое-нибудь несчастье. Ну, как он?

Сидни. Он в состоянии шока.

Джейн. Я думаю.

Сидни. Надо усадить его и получше укутать. Дай мне мой пиджак. Пиджак, пиджак.

Мэрион. Выглядит он ужасно.

Джейн (подавая Сидни пиджак). Вот.

Сидни. Этого мало. Нужно его хорошенько укутать, иначе…

Джейн (оглядывая кухню). Здесь больше ничего нет.

Сидни. Ну так найди что-нибудь. Поищи в другой комнате. Нужны одеяла.

Джейн. Хорошо.

ДЖЕЙН идет к двери. МЭРИОН растерянно оглядывается по сторонам.

Сидни. Расслабьтесь, старина. Старайтесь дышать ровно…

ДЖЕЙН открывает дверь. Слышится грозное рычанье. Она отскакивает от порога и захлопывает дверь.

Джейн. Он еще там.

Сидни. Кто?

Джейн. Этот пес.

Сидни. Ну, так перешагни. Ему плохо, ты что, не понимаешь?

Джейн. Я не буду. Сам перешагивай.

Сидни. Ах ты, бог ты мой!

Мэрион (она нашла корзинку с бельем.). А это что за тряпки? (Вытаскивает из корзинки какую-то вещь.)

Сидни. Что это?

Мэрион. По-моему, это постиранное белье. (Нюхает белье.) Кажется, чистое. Все-таки лучше чем ничего.

Сидни. Да это лучше чем ничего.

Джейн. Лучше чем ничего.

Обступив Рональда, они начинают обкладывать его бельем, пока вокруг него не образуется целая куча из предметов мужского и женского туалета. РОНАЛЬД, однако, продолжает дрожать.

Сидни. Быстрее, быстрее. Поторопитесь, нужно быстрее.

Джейн (рассматривая сорочку). Воротничок плохо отстиран.

Сидни. Джейн, поторопись.

Мэрион (вынимает нижнюю юбку). О, прелесть какая. Где только она такую достала?

Сидни. Нет времени для разговоров. Там больше ничего не осталось?

Мэрион. Ничего. Только носки и… ну вы сами понимаете.

Сидни. Хорошо, это его согреет.

Мэрион. Господи, на кого он похож! Ронни! Знаете, мне ужасно хочется позвонить его главному бухгалтеру. Если б он только его увидел…

Начинает смеяться.

Джейн. Знаете, мне кажется, ему сейчас не очень хорошо.

Мэрион. Да, извините. Просто я в жизнине видела ничего смешнее.

Сидни (передвигает плиту ближе к Рональду). Теперь я бы посоветовал, чтобы Мэрион посидела рядом с мужем, пока не придет доктор миссис Джексон.

Джейн. Он тогда обоих и посмотрит.

Сидни. Совершенно верно.

Джейн. Как хорошо, что он придет.

Сидни. Ну, а мы тем временем закончим уборку. Вы не против?

Мэрион (садясь рядом с Рональдом). Хочешь выпить, дорогой? Выглядишь ты ужасно.

Джейн. Я, пожалуй, примусь за пол.

Сидни (подходя к раковине). Нет, дорогая, оставь пол в покое. Сейчас не нужно…

Джейн. Я только там, где мы натоптали. Доктор ведь придет. Я в одну минуту.

Сидни. Ну хорошо, делайте ваше дело, сестра моя. Извините меня.

Джейн (идет к стенному шкафу). Так, где у нее веник?

Рональд (глухо). Знаете, мне как-то нехорошо.

ДЖЕЙН находит веник и начинает подметать вокруг стола.

Мэрион. Я надеюсь, что ты оправишься, дорогой. Ты не забыл, мы пригласили твою мать завтра к обеду, потом на другой день Эдит с мальчиками. С их одна не могу принять, просто не могу.

Джейн (Еве). Извините, милая, вы не могли бы… (Она сматывает веревку, конец которой еще привязан к запястью Евы.) Извините, ради бога, пересядьте, пожалуйста, вот сюда. На одну секундочку. Чтобы я вас не задела по ногам. (Помогает Еве встать и усаживает ее на край стола.) Вот спасибо.

Сидни (присаживаясь под раковину). Ну как, ей не хуже?

Джейн. Кажется, нет.

ЕВА засыпает.

Устала немножко. Совсем мы вас забыли в этой суете, да? Ну ничего, посидите здесь. Скоро доктор приедет. (Подметает под столом.)

Мэрион. Вы знаете, я, кажется, сама начинаю пошатываться. Неужели я от нее заразилась.

Джейн. Надеюсь, что нет. Ну и Рождество у нас выдалось!

Сидни (из-под раковины). Когда-нибудь мы над всем этим посмеемся.

Джейн (поднимает ноги Сидни). Извини, дорогой. Что ты сказал?

Сидни. Я говорю, пройдет неделя-другая, и мы —

ДЖЕЙН льет грязную воду в раковину.

все соберемся и будем смеяться над… А-а-а!

Джейн. Ай!

Сидни. Вставь затычку!

Джейн (перебирая цепочку). Не могу найти конец.

Сидни. Вставь затычку!

Джейн (вставляя затычку). Прости меня.

Сидни (вылезая из-под раковины, весь облитый грязной водой). Смотри,

Джейн. Прости меня ради бога.

Сидни. Посмотри, что ты сделала! Ненормальная!

Она пытается потереть его посудным полотенцем.

(Отталкивая ее.) Отойди! Отойди! Теперь поздно. Посмотри на сорочку. Это моя новая сорочка.

Джейн. Она отмоется. Она отмоется. Я ее отмою. Здесь только жир от плиты.

Сидни. Я же тебя предупреждал, ты что, не слышала? Я тебе сказал — делай, что хочешь, но воду сюда не лей. Ты слышала?

Джейн. Я не подумала…

Сидни. Это точно.

Джейн. Хорошо, сними сейчас эту сорочку, я ее…

Сидни. А домой я в чем пойду, в нижней фуфайке?

Джейн. Никто не заметит.

Сидни. Ну, конечно, никто не заметит. Зачем же тогда придумали сорочки? Если никто не заметит, ходили бы тогда в фуфайках.

Джейн. Сейчас уже темно.

Сидни. Не увиливай от разговора. Если я схвачу воспаление легких, тогда пеняй на себя!

Джейн (в слезах). Не говори так.

Сидни. Смотри, я тебя предупредил.

ДЖЕЙН всхлипывает. СИДНИ большими шагами идет к двери.

Бог ты мой.

Джейн (идет за ним). Куда ты?

Сидни. Надеть пальто, пока совсем не окоченел. А ты думала куда?

Джейн. Но, Сидни…

СИДНИ, не слушая ее, со стуком распахивает дверь и удаляется, преисполненный собственного достоинства. Раздается взрыв яростного лая. СИДНИ вбегает в кухню и закрывает за собой дверь.

Сидни (в бешенстве, Еве). Ваша собака никому не дает проходу. Животное надо держать на привязи. Я не могу достать свое пальто. Это никуда не годится.

ЕВА, засыпая, растягивается на столе.

Джейн. Иди сюда и сядь.

Сидни. Сядь? Зачем это я буду садиться?

Джейн. Сейчас вернется Джефф.

Сидни. Хочу верить. Не этого я ждал. Хотел прийти, выпить, поболтать. (Почти кричит в ухо Еве.) Последний раз нога моя в этом доме!

Джейн. Ш-ш-ш.

Сидни. Что такое?

Джейн. Она услышит.

Сидни. Мне плевать, кто меня услышит. (Садится.)

Джейн. Ш-ш-ш. (Тоже садится.)

Пауза. Все сидят, кроме Евы, которая лежит на столе. РОНАЛЬД. По-прежнему смотрит безжизненным взглядом и дрожит. МЭРИОН совсем опьянела. СИДНИ вздрагивает в своем пиджаке.

Сидни. И всю передачу пропустили.

Джейн. Ш-ш-ш.

Молчание. Вдруг, словно ниоткуда, доносится голос Евы, которая запела во сне.

Ева. Как в рождественский сочельник милый мой прислал ко мне птицу-куропатку на розовой свинье. Как на следующий сочельник милый мой прислал ко мне двух горлинок голубок и -

Мэрион (подтягивая)… птицу-куропатку на розовой свинье. Как на третий сочельник милый мой прислал ко мне трех курочек-пеструшек -

Джейн (подтягивает)… двух горлинок голубок и птицу-куропатку на розовой свинье. На четвертый сочельник милый мой прислал ко мне четырех малиновок —

Рональд (подтягивает).…трех курочек-пеструшек, двух горлинок голубок и птицу-куропатку на розовой свинье.

Все хором. Как на пятый сочельник милый мой прислал ко мне пять золотых колечек, четырех малиновок и т. д.

Постепенно этот смешанный квинтет набирает уверенность, пение становится отчетливей и громче. За дверью подвывает Джордж. ЕВА, лежа на спине и не просыпаясь, начинает дирижировать обеими руками. В какой-то момент в руке у нее оказывается молоток.

Дверь распахивается, вбегает ДЖЕФФРИ. Он обращается назад.

Джеффри. Сюда, пожалуйста, доктор. Скорее, прошу вас… (Вдруг он слышит шум, поворачивается в кухню и застывает на месте, запыхавшись от быстрого подъема. Он молча обозревает всю сцену, и рот у него широко раскрывается.)

Пение продолжается, между тем как свет постепенно гаснет.

Занавес падает

Действие третье

Следующее Рождество. Кухня квартиры Брюстер-Райтов в большом старом доме викторианской эпохи. С тех пор здесь многое изменилось, но новейшие усовершенствования не истребили атмосферу старого времени. В кухне стоит электрическая плита, раковина, холодильник, буфет темного дерева, круглый стол и несколько стульев. На столе радиоприемник устаревшей марки. Одна дверь, наполовину застекленная матовым стеклом, ведет в прихожую, другая — в сад. Занавес поднимается. РОНАЛЬД сидит в кресле около стола. На нем шарф и зеленый козырек. У его ног стоит переносная печка, работающая на масле. Видно, что фитиль в ней горит. Рядом с Рональдом на столе — пустая чайная чашка. Из приемника на столе доносится приглушенная рождественская мелодия. РОНАЛЬД читает книгу. По-видимому, чтение доставляет ему удовольствие, он то и дело громко посмеивается. Так продолжается несколько секунд, потом дверь в прихожую открывается и входит ЕВА. На ней зимнее пальто, она несет пустую чайную чашку и тарелку и ставит их на сушильную доску.

Рональд. М-м. Привет.

Ева. Ну, как ты здесь?

Рональд. Нормально.

Включает приемник.

Ева. Не замерз?

Рональд. Нет, здесь хорошо. То есть, не так уж плохо.

Ева. Весь дом промерз. Сегодня ночью я вам не завидую.

Рональд. Но у нее-то в комнате тепло?

Ева. Она там включила три камина.

Рональд. Боже мой, похоже в эту зиму я заплатил за целую электростанцию.

Ева. Я смотрю, она там основательно устроилась. Почти не выходит из спячки. Она что, совсем не спускается?

Рональд. Только в крайних случаях. Понимаешь, отопление испортилось, обычное дело, — ну, и наши отношения несколько охладились. В общем, она сказала, что не выйдет из комнаты, пока я его не починю.

Ева (надевая перчатки). И давно оно испортилось?

Рональд (туманно). Ну, не знаю… Недели две-три.

Ева. Но это ужасно. Ты что, не мог вызвать мастера?

Рональд. Ну да. Я звонил несколько раз, но мне как-то не везет, что ли. У них там всегда обед…

Ева (снимает пальто и вешает его на спинку стула). Но так дальше нельзя. Я пока хоть приберусь тут, скоро придет Джеффри, он починит. (Роется в шкафах.)

Рональд. Сколько хлопот с этим центральным отоплением, просто ужасно. Все время портится. На Рождество испортилось, на Пасху испортилось, на Троицын день испортилось. Как это получается. Я не знаю, как оно устроено, но здесь какая-то связь с церковным календарем, это точно. (Смеется.) Может, я тебе помогу?

Ева. Она попросила сэндвич. (Ставит на поднос тарелку, чашку с ореховым соусом, кладет нож, хлеб.)

Рональд (смотрит на часы). Ах да. Ей как раз пора есть сэндвич.

Ева. Я не могу найти масло.

Рональд. Да ты не беспокойся, я сам…

Ева. Ничего, ничего. Где у вас масло?

Рональд. Понимаешь, какая штука. Я ума не приложу. Это военная тайна миссис Минс. Давай попробуем угадать. Значит, масло. Посмотри в холодильнике.

Ева. В холодильнике?

Рональд. Ну, чтобы оно не затвердело… Там теплее, чем в квартире.

Ева (заглядывает в холодильник). Угадал с первого раза. (Снимает перчатки, чтобы сделать сэндвич.)

Рональд. Что она хочет? Ореховый соус?

Ева. Кажется да.

Рональд. Вот еще наказанье. Она последнее время помешалась на этом соусе. И еще на сырных крокетах. Столько хлопот с ними. Кстати, ты не видела, она там не вяжет такие голубые носочки?

Ева. По-моему, нет.

Рональд. Ну, слава богу.

Ева. Между прочим, она выглядит намного лучше, чем в прошлый раз.

Рональд. Да? Может быть, может быть. Вообще, мне кажется, она немного переутомилась. В этом все дело.

Ева. Джефф сейчас заедет за мной. Я не буду мешать. Я повидала Мэрион… надеюсь, ты не сердишься.

Рональд. Да что ты, спасибо, что приехала. Она тоже очень рада, я уверен. Не так часто у нее гости. Недавно забежала Лотти Поттер, так она снова заболела, недели на две. Понимаешь, беда Мэрион в том, что она вся на нервах. Как-то даже слишком.

Ева. Мэрион?

Рональд. Ну конечно. Очень нервная, возбудимая натура.

Ева. Да что ты говоришь?

Рональд. Тебя это удивляет? Я ее неплохо узнал за эти годы. Сейчас она еще гораздо спокойней, чем раньше. Когда я с ней познакомился, она была истеричка, каких свет не видывал. Теперь она сильно успокоилась — как пожила со мной, уверяю тебя. Может быть, я немного для нее сделал в жизни, но я всегда действовал на нее, как успокоительное.

Ева. А тебе не кажется, что все ее беды оттого, что она любит… выпить?

Рональд. Выпить? Да нет, не думаю. Раньше она любила… но доктора не советуют… Для нее это было вроде возбудителя, вот и все. А теперь она к бутылке не притрагивается.

Ева. Сегодня притрагивается.

Рональд. Серьезно?

Ева. Вполне.

Рональд. Хм, ты меня удивила.

Ева. У нее там целая батарея бутылок.

Рональд. У нее? Там?

Ева. Ты что, не знал?

Рональд. Да понимаешь, я как-то в последние дни не захожу в ее комнату. Она любит уединение. Я это уважаю. Тут у нас взаимное согласие — ты меня понимаешь. То есть она тоже лишний раз в мою комнату не зайдет. Такое двустороннее соглашение.

Ева. Но вы хоть иногда видитесь?

Рональд. О чем ты говоришь, конечно. Не в разных домах живем. Мы с ней довольно часто сталкиваемся. Ты думаешь, у нас всегда так тихо? Нет. И потом, на каникулы мальчики приезжают. Шум по всему дому, веселье. В смысле, у мальчиков. Ты не думай, они нам не мешают… они всегда уезжают надолго… и друзья их тоже.

Ева. Жаль, что они не приехали на Рождество.

Рональд. А, большое дело — Рождество. Кстати, ты мне напомнила. Не хочешь выпить? В предвкушении Рождества?

Ева. Нет, пожалуй, не надо.

Рональд. Э-э, да перестань. По одной. Со мной вместе, за Рождество.

Ева. Ну хорошо. Только немножко.

Рональд. Конечно. (Поднимается.) Наперекор стихиям попробую добраться до гостиной…

Звонок во входную дверь.

Ева. Это, наверно, Джефф.

Рональд (в дверях). Я ему открою. (Останавливается.) Господи, это пыль на столе, или иней? Я сейчас.

РОНАЛЬД выходит.

ЕВА с печальным видом оглядывает кухню. Оставив сэндвич и тарелку на столе, она убирает остальную посуду в шкаф, потом возвращается к столу, садится, откусывает сэндвич.

Входит ДЖЕФФРИ в пальто.

Джеффри. Фу, черт. Ждала бы в саду, там теплее.

Ева. Привет.

Джеффри. Ты готова?

Ева. Сейчас. Только выпью с Ронни.

Джеффри. А как она?

Ева. Пьяная совсем.

Джеффри. Да-а.

Пауза. ЕВА жует.

Ева. Ну, а как ты?

Джеффри. Да я…

Ева. Ты у него спросил?

Джеффри. Да как тебе сказать…

Ева. Ты не спросил.

ДЖЕФФРИ не отвечает.

Ты даже не подумал спросить.

Джеффри. Это нехорошо. Не могу я спрашивать о деньгах.

ЕВА издает короткий смешок.

Ну извини.

Ева. Он же тебе должен. Ты же не милостыню просишь. Он тебе должен.

Джеффри. Я знаю.

Ева. Так в чем же дело?

Джеффри. Это неважно.

Ева. Тьфу… Ну хорошо, я сама с ним поговорю после Рождества. Мне бояться нечего.

Джеффри. Не надо этого делать.

Ева. Но, милый, кто-то должен с ним поговорить, правда?

Дверь открывается. Вкатывается сервировочный столик, за ним входит РОНАЛЬД.

Рональд. Транссибирский экспресс. Приехали, прошу сходить. Со спиртным у нас неважно. Странно. Кажется, совсем недавно обновил запас. Наверно, миссис Минс бьет бутылки. Вообще у нее есть недостатки. Она к нам поступила почти без рекомендаций. Так, что будем пить? Ева?

Ева. Я бы выпила немного лимонного соку.

Рональд. Да ты шутишь! Может, чего-нибудь покрепче?

Ева. Не хочется как-то.

Рональд. Ну, если не хочется… А ты, Джефф?

Джеффри. Мне то же самое, если можно.

Рональд. Что, лимонный сок?

Джеффри. Да, если можно.

Рональд. Ну, так вы, пожалуй, заснете посреди ночи. (Ищет на столике.) Вот как раз лимонного сока и нет.

Ева. Неважно, налей чего-нибудь еще.

Рональд. Нет, нет, я найду. Где-то он у нас был.

РОНАЛЬД выходит, закрыв за собой дверь.

Ева. И вот еще что. Или ты хочешь, чтобы я тебе помогала, — или не хочешь.

Джеффри. Хочу, конечно.

Ева. Если не хочешь, скажи сразу. Не такое уж удовольствие — работать в этой твоей конуре. Служить у тебя просто ужасно. Начинаешь ты поздно, сколько я тебя ни подгоняю. Обедаешь по три часа, а потом хочешь, чтобы я в пять часов вечера печатала твои дурацкие бумаги.

Джеффри. Я так привык работать.

Ева. Со мной придется отвыкать.

Джеффри. Но тебе за это платят.

Ева. Что-что мне за это?

Джеффри. Смотри, если тебе не нравится работа…

Ева. Ты сам попросил меня тебе помочь. Конечно, если ты этого не хотел на самом деле, тогда…

Джеффри. Да нет, я хотел, просто…

Ева. Ну вот и хорошо. Мы договорились. Ты попросил меня помочь. Так и быть, я согласна.

Джеффри. Ну, ладно, спасибо.

Ева. Не за что.

Короткая пауза.

Значит, ты не хочешь спросить у него насчет денег?

Джеффри. Нет.

Ева. Хотя он тебе должен?

Джеффри. Нет.

Ева. И не хочешь, чтобы я спросила?

Джеффри. Нет.

Ева. Ну, хорошо. Значит, надо попросить у кого-нибудь другого.

Джеффри. Да, правильно.

Ева. Я позвоню Сидни Хопкрофту после Рождества и поговорю с ним.

Джеффри. Сидни Хопкрофту.

Ева. Он всегда спрашивает, не нужно ли одолжить.

Джеффри. Если ты думаешь, что я дам себя вовлечь в его гаденькие делишки…

Ева. А почему нет?

Джеффри. А ты видела, какие он строит дома? Половина жильцов требует переселения, еще даже не успев вселиться.

Ева. Дорогой, мне неприятно напоминать тебе, но после того, как в этом здании, которое ты построил для Харрисона, рухнул потолок и чуть не убил управляющего, после всего этого вся твоя надежда — на Хопкрофта, если ты еще хочешь работать архитектором в этом городе.

Джеффри. Спасибо, но я как-нибудь обойдусь без Хопкрофта.

Дверь открывается, входит РОНАЛЬД с двумя бутылками лимонного сока.

Рональд. Ну вот. Две бутылки лимонного сока.

Наливает два стакана лимонного сока и один виски.

Ева. Спасибо.

Рональд. Если вы не против, я выпью кое-что покрепче. На этот раз немного поспокойнее, чем в прошлое Рождество, да?

Джеффри. Что?

Рональд. Я говорю, в прошлое Рождество. Помните? У вас?

Джеффри. Да уж.

Ева. Да.

Рональд. С ума сойти. Теперь можно над всем этим посмеяться. Старина Хопкрофт. (Смеется.) Всегда вспоминаю этого Хопкрофта. Между прочим, идет в гору, вы знаете? С огромной скоростью. Летит, как ракета. А по виду не скажешь. Я его никогда не любил особенно. Но ссориться с ним не стоит. При таких-то скоростях…

Ева. Да.

Джеффри (берет книгу, которую читал Рональд). Хорошая?

Рональд. Да, очень. Очень хорошая. Ужасно забавная. Есть… пикантные места. Миссис Минс нашла под матрасом у кого-то из мальчиков. Прочла всю, не сходя с места. Бедняжка. Лимонный сок.

Ева. Спасибо.

Рональд. Лимонный сок.

Джеффри. Спасибо.

Рональд (поднимая стакан с виски). Ну, с Рождеством. С Новым годом, с новым счастьем.

Ева. С Рождеством.

Джеффри. С Рождеством.

Рональд (после паузы). Я слышал, у тебя неприятности, Джефф? Очень жаль.

Джеффри. О чем ты?

Рональд. Да с Харрисоном. Говорят, эта штука хлопнулась… О, извини, я, наверно, не так выразился, я не то хотел сказать.

Джеффри. Нет, все в порядке.

Ева. Джефф в этом нисколько не виноват.

Рональд. Да нет, конечно. Что я, не знаю Джеффа. Я только хотел сказать, что газеты врут бессовестно. Лично я не стал читать эту статью. И все мои друзья тоже.

Ева (после паузы). Просто Джефф придумал что-то совершенно новое…

Джеффри. А как дела в банке?

Рональд. Дефицита пока нет. И уверяю тебя — только благодаря мне.

Раздается звонок.

Джеффри. Это в дверь?

Рональд. Нет, это… э-э… из спальной. Никак не снимем эти звонки. Иногда они нужны. То у мальчиков корь, то еще что-нибудь.

Ева. Я поднимусь к ней?

Рональд. Нет, зачем, я сам…

Ева. Да мне не трудно…

Рональд. Ну, спасибо. Там, наверно, какая-нибудь ерунда. Хочет, чтобы ей страницу в журнале перевернули.

Ева. Ну нет, не думаю.

Рональд. Вообще-то труд небольшой. Если это доставит ей удовольствие….

Ева. Конечно…

ЕВА выходит, закрыв за собой дверь.

Рональд. Э-э, куда нам спорить с женщинами. Их не переспоришь. Пустое дело. Но тебя, наверно, это не касается, а?

Джеффри. Почему?

Рональд. Ну, мне кажется, тебе повезло больше всех.

Джеффри. Вообще-то, да.

ДЖЕФФРИ сидит в кресле.

Рональд. Ты там у себя завел образцовый порядок, на домашнем фронте. (Смеется.)

Джеффри. Здесь надо только уметь…

Рональд. В этом все и дело. Я никогда не умел, никогда. Возьми мою первую жену. Красивая женщина. Очень привлекательная. Мне казалось, что она совершенно счастлива. Вдруг, в один прекрасный день, собирается и уезжает. Просто удивительно. Понимаешь, у меня даже в мыслях не было, что она вдруг уедет. У нас была квартира рядом с банком, ты понимаешь — на работу ходить недалеко. Я в тот день забегаю домой пообедать, она мне подает. Готовила она прекрасно, жаловаться грех. Я ей сказал — что-то вроде «очень вкусно, привет, до вечера». Потом был перерыв на чай, я прихожу, поднимаюсь, ее нет. Ну, я поискал ее сначала, думал, может, она под машину попала, или в магазин ушла, или как-нибудь памяти лишилась. А потом она мне написала, много позже, мол, с нее хватит. Что делать, махнул я на нее рукой. Потом я занялся теннисом, чтобы забыть о ней, ну и женился на Мэрион. Конечно, теперь все это давно позади, но все равно, я иногда сижу здесь и не могу отогнать мысли — что случилось? Что-то ведь должно было случиться? А что — не могу понять. Я только одно знаю: одни в этом деле понимают, а другим не повезло и все.

Джеффри. В каком деле?

Рональд. Ну, вот в этом деле, в женщинах. Вот ты, наверно, будешь смеяться, но я дожил до своих лет и даже не знаю, о чем вообще женщины думают. Для меня это книга за семью печатями. Конечно, дай им Бог счастья. Как бы мы без них жили. Но лично я их никогда не понимал. Черт побери, ведь как бывает? Сначала тебе с ней хорошо, потом глядишь — а она уже расползается по швам, как старая куртка какая-нибудь. Потом слезы начинаются, битье посуды. Мебель начинает крушить. Бог знает что. Обе мои жены, дай им Бог здоровья, доставили мне много разных удовольствий за эти годы, но — Бог свидетель — я на них и потратился, на все их побрякушки. И все равно мы без них никуда, верно я говорю? Мне так кажется. Хочешь еще по одной?

Джеффри. Нет, спасибо.

Дверь открывается, входит ЕВА. ДЖЕФФРИ встает и снова садится.

Ева (входит быстро и закрывает за собой дверь). Бр-р-р.

Рональд. А-а.

Ева. Забыла надеть пальто. (Надевает пальто.)

Рональд. Что-нибудь важное?

Ева. Нет. (Становится на колени около плиты, чтобы согреться.) Она хочет спуститься.

Рональд. Сюда? В ее состоянии?

Ева. Она хочет выпить с нами, пока мы все здесь.

Рональд. Ну да, узнаю свою жену. Затащила наверх, только чтобы сказать, что через минуту спустится вниз. Я тебе налил.

Ева. Спасибо.

Рональд. А как поживает ваша бешеная собака? По-прежнему грызет гостей?

Джеффри. Н-нет…

Ева. Нет, пришлось ее… отдать.

Рональд. Да что вы? Не может быть.

Ева. Да, она ела слишком много. Очень дорого обходилась. А те люди, которым мы ее отдали, у них ферма… они согласились ее забрать.

Рональд. Ты подумай, я не знал. Очень жаль.

Ева. Нам было так трудно решиться на это. Мы чувствовали…

Джеффри. Это ты чувствовала. Говори про себя.

Ева. Дорогой, нам было просто не по средствам ее держать.

Рональд. Ну, зато Дик Поттер будет доволен. По-моему, он еще неплохо отделался. Два-три шва на ноге.

Ева. Да, не больше.

Рональд. Во всяком случае, здоровье не пострадало. Уже карабкается по горам Швейцарии. Надеюсь, наши мальчики связаны с ним крепкой веревкой.

Ева. Как, они сейчас путешествуют?

Рональд. Да, сколько лет обещал сам с ними сходить… Ну, хотя бы посидим без шуточек этого Поттера.

Джеффри. Большая беда.

Дверь открывается. Вплывает МЭРИОН в пеньюаре. Она становится в драматическую позу и всплескивает руками.

Мэрион. Джефф, дорогой, как это мило, что вы с Евой пришли навестить меня.

Джеффри (вставая). Я очень рад.

Мэрион. Нет, ты даже не представляешь, как много это для меня значит. Это страшно, страшно мило с вашей стороны.

Джеффри. Ну, вот видишь, как хорошо. Мы тоже…

Мэрион. И особенно я рада, что именно на Рождество. Бог вас помилует, что не забываете меня на Рождество.

Рональд. Послушай, Мэрион, ты закоченеешь до смерти. Я тебя умоляю, надень что-нибудь, несчастная.

Мэрион. Мне тепло.

Рональд. Позволь, я накину на тебя пальто. Ты же только что из постели.

Мэрион. Дорогой, я же сказала, мне тепло. Почему я должна у себя на кухне сидеть в пальто. Кто это на кухне сидит в пальто? Одни лавочники. Странно даже. Налей мне чего-нибудь.

Рональд. Послушай, дорогая, доктор ясно сказал…

Мэрион (возмущенно вскрикивая). О господи, Ронни! Хоть на Рождество! Не будь таким занудой. (К остальным.) Вы знаете, это такой скряга. Воплощение жадности. Вы заметили, что он выключил все отопление?

РОНАЛЬД с оскорбленным видом подходит к сервировочному столику и наливает Мэрион виски. ДЖЕФФРИ садится к столу.

О, какое это божественное наслаждение — лежать в постели. Лежишь, сколько хочешь, одна, ни с кем не разговариваешь, только думаешь, и постепенно твои видения оживают и начинают толпиться перед тобой. Это становится невыносимо. И ты лежишь и думаешь, господи, как было бы хорошо, если бы ты сделала не так, а так и так… И наконец ты уже начинаешь ненавидеть саму себя.

Ева. Я знаю это чувство.

Рональд (протягивая Мэрион стакан). Возьми, дорогая.

Мэрион. Господи боже! Ничего не вижу. Он что-нибудь налил туда? Ладно, буду сидеть и делать ингаляцию. (Поворачивается к Джеффри и Еве.) Ну, как вы поживаете?

Ева. Я рассказывала, очень хорошо…

Мэрион. Не знаю, что со мной делается на Рождество… Я знаю, считается, что это очень веселый праздник и все должны радоваться… Я теперь вспоминаю все эти ужасные гадости… все гадости, которые я наговорила… или сделала… все эти ужасные вещи, которые я говорила… я не хотела никого обижать… честное слово, я совсем не то имела в виду. Простите меня, я не хотела никого обижать. (Плачет.)

Рональд. Послушай, милая, ну перестань ради бога, развеселись.

Мэрион (истерически). Развеселись? К черту! Как я могу развеселиться…

Ева. Мэрион, дорогая…

Мэрион. Ты знаешь, кого я сейчас увидела в прихожей? В зеркале? Себя. Свое лицо. Господи помилуй, я увидела свое лицо. У меня было чувство, что я его в первый раз увидела.

Рональд. Ну ладно, ладно. Не такое уж страшное у тебя лицо, старушка.

Мэрион. Ну как можно быть таким жестоким! Как можно быть таким бесчеловечно жестоким!

Рональд (к Джеффри). Вот видишь, что я тебе говорил. Что я сейчас такого сказал? Ведь что-то я такое сказал, раз она обиделась. Ну ты объясни, ты мне объясни.

Мэрион (притягивая к себе Джеффри). Джефф, Джефф, Джефф, ты веришь, Джефф, ведь я когда-то была очень красивой женщиной. Люди на улицах останавливались и говорили: «Господи, какая красивая, какая красивая женщина». Люди приходили бог знает откуда, чтобы попросить у меня фотографию…

Рональд. Мэрион.

Мэрион. А теперь? Кому нужна моя фотография? Тебе нужна моя фотография? Нет, конечно, не нужна. Теперь уже никому не нужна моя фотография. И вообще, кто-нибудь может найти такого человека, который попросил бы мою фотографию? Ну пожалуйста, найдите такого человека. Кто-нибудь, пожалуйста, — попросите у меня фотографию.

Рональд (рявкает). Мэрион! Никому не нужна твоя поганая фотография, заткнись.

Пауза. ДЖЕФФРИ и ЕВА сидят с растерянным видом. РОНАЛЬД снимает козырек и поправляет шарф.

(Первым берет себя в руки.) Так о чем мы говорили?

Звонок в дверь.

Ева (после паузы). Звонок.

Рональд. Поздновато для звонков, а?

Они ждут. Снова раздается звонок.

Ева. Я схожу посмотрю, кто там?

Рональд. Да, схожи. Там есть такое маленькое окошко. Если они тебе не понравятся, не открывай.

Ева. Хорошо.

ЕВА выходит в прихожую.

Рональд. Ума не приложу, кто это может звонить в такой час.

Джеффри. Может, ряженые?

Рональд. В такое время? Здесь их, правда, немного. Мэрион их всегда приглашает зайти. И обязательно обкармливает их горячим супом и шоколадными пирожными. Однажды даже вышла ссора с соседом. У его детей сделался понос.

Входит ЕВА. Звонок продолжает звенеть. ЕВА закрывает за собой дверь.

Ева. Точно не знаю, но боюсь, что это Хопкрофты. Хотите их видеть?

Рональд. Не слишком, черт побери.

Джеффри. Господи пронеси.

Рональд. Давайте посидим тихо, они уйдут.

Ева. Но у вас в прихожей свет горит.

Рональд. Это ничего не значит. Многие оставляют свет в прихожей, чтобы воры не залезли. Хотя я не понимаю, зачем это делается. Кто это будет вечером сидеть в прихожей, погасив свет во всем доме.

Джеффри. Насколько я знаю Хопкрофтов, они так просто не отступят. Они обойдут вокруг дома.

Мэрион. Почему бы тебе не пойти и не крикнуть им: «Пошли вон», — через дверь.

Рональд. Потому что у него большой счет в моем банке.

Снова раздается звонок.

Ева. Они нас почуяли.

Рональд. Я предлагаю капитулировать. Погасим свет на всякий случай. Для собственного спокойствия. (Идет к двери.) Все сядьте и сидите тихо. (Берется за выключатель.) Все готовы? Выключаю.

Темнота. Свет проникает только через стеклянную дверь и через окно.

Теперь, если мы как следует притаимся, они ни за что… о-о! (Он натыкается на Еву, ЕВА вскрикивает.) Извини. Прости, ради бога. Это я на твою…

Ева. Ничего, ничего.

Джеффри. Ш-ш-ш.

Рональд. Ничего не понимаю, куда я забрел.

Джеффри. Ладно, ладно, стой тихо. Мне кажется, кто-то ходит вокруг дома.

Ева. Ш-ш-ш.

МЭРИОН начинает хихикать.

Рональд. Мэрион, замолчи.

Мэрион. Извини, все-таки это очень смешно…

Джеффри. Ш-ш-ш.

У задней двери появляются СИДНИ и ДЖЕЙН. На них вечерние шляпы, украшенные яркими лентами. Оба они выпили чуть больше обычного. СИДНИ держит большую сумку, набитую подарками. Они прижимаются лицами к стеклу, пытаясь разглядеть кухню.

Мэрион. Это они.

Джеффри. Ш-ш-ш.

Пауза.

Рональд. Эй.

Ева. Что?

Рональд. У меня такое мерзкое чувство, что я не запер заднюю дверь.

Мэрион. О, не может быть…

ДЖЕФФРИ и ЕВА прячутся за стол. РОНАЛЬД становится в угол у окна. Задняя дверь медленно открывается.

Сидни. Алло!

Джейн (она не хочет входить). Сидни…

Сидни. Входи.

Джейн. Здесь никого нет.

Сидни. Но ведь дверь была открыта, правильно? Наверняка кто-нибудь есть. Они, скорее всего, наверху.

Джейн. Но, Сидни, может быть они…

Сидни. Послушай, Джейн, сделай такое одолжение, не спорь со мной больше сегодня. Я еще тебя не простил за твои фокусы в гостях. Как ты только умудрилась опрокинуть поднос со взбитыми сливками.

Джейн. Я не все опрокинула, Сидни, не все.

Сидни. Не знаю, на знаю. Ты стояла посреди лужи, и все показывали на тебя пальцами.

Джейн. Но что же…

Сидни. Я тебя предупредил. Если ты еще что-нибудь уронишь вот на таком вечере, я тебя выгоню сразу, без всяких разговоров.

Джейн. Я ничего не вижу.

Сидни. Стой и жди здесь. Я включу свет.

Пауза. СИДНИ идет через комнату ДЖЕФФРИ и ЕВА на четвереньках переползают кшкафу. Свет зажигается. СИДНИ стоит у двери в гостиную, ДЖЕЙН — у входной двери. Остальные замерли в самых нелепых позах, так и не успев спрятаться. Долгая пауза.

Мэрион (не выдержав). Бу-у-у.

Сидни. О, господи!

Рональд (как бы удивляясь). А-а, привет, привет. Это вы?

Сидни. Да, здорово вы нас надули. Как они нас надули, а?

Джейн. Да, надули.

Сидни. Разыграли нас?

Все. Да.

Ева. Да, мы вас разыгрывали.

Сидни. Надули, надули. И мы здорово попались. Ну, с Рождеством, всех поздравляю.

Все (нестройным хором) С Рождеством.

Сидни (после паузы). Неплохо.

Джейн. Неплохо.

Пауза.

Рональд. Может, выпьете чего нибудь? Раз уж зашли?

Сидни. О, спасибо.

Джейн. Спасибо, спасибо.

Сидни. Раз уж мы зашли?

Рональд. Так, что у нас тут есть? (Подходит к сервировочному столику.)

Сидни. Мне хересу, пожалуйста.

Джейн. Да, хересу.

Сидни. Да, мы будем пить херес.

Джейн. Да, херес.

Рональд. Херес… (Наливает.)

Сидни. Извините, что мы так нагрянули.

Мэрион. Ничего страшного.

Сидни. Мы сразу догадались, что вы дома.

Рональд. А как?

Сидни. У вас машина внизу стоит.

Рональд. Ах, ну да, конечно.

Пауза. СИДНИ насвистывает.

Ева. Вы из гостей?

Сидни. Да.

Джейн. Да.

Джеффри. Сразу видно.

Сидни. Да, были у Уолтера. Уолтера Харрисона.

Рональд. А, старина Харрисон.

Сидни. Ну конечно, вы же его знаете.

Рональд. Еще бы.

Джеффри. Да.

Сидни (к Джеффри). Ну да, конечно. Это я у вас спрашиваю, знаете ли вы Харрисона. Еще бы вы его не знали. Он тоже помнит вас. Он как раз сказал сегодня…

Рональд. Два хереса.

Сидни. О, спасибо.

Джейн. Большое спасибо.

Сидни. Всех поздравляю с праздником.

Джейн. С праздником.

Рональд. Да. С Рождеством.

Пауза.

Сидни. Какой дом роскошный.

Мэрион. Вам нравится? Спасибо.

Сидни. Да нет, у Харрисона. Роскошная квартира.

Джейн. Очень милая.

Рональд. Не знал, что вы знакомы.

Сидни. Ну, не хочу хвастать. Мы пошли наполовину для удовольствия, наполовину — в общем ясно. Вы меня поняли? Как говорится, потри мне спину, а я тебе потру.

Рональд. А-а?

Пауза.

Джейн. Какая милая кухонька.

Мэрион. У Харрисонов?

Джейн. Нет, у вас.

Мэрион. Очень рада, что вам нравится.

Пауза.

Джейн (очень равнодушным тоном). Сидни.

Сидни. А?

Джейн (шепчет и жестами показывает на сумку). Подарки.

Сидни. Что такое? (Проверяет молнию на брюках.)

Джейн (шепчет и гримасничает). Мы будем дарить подарки?

Сидни. Да, да, конечно. Зачем же мы их принесли.

Джейн. Мы принесли вам подарки.

Сидни. Так, пустяки разные, к празднику.

Рональд. О-о.

Мэрион. А-а.

Ева. Спасибо.

Джейн (Еве). К сожалению, вам и вашему мужу мы ничего не принесли. Мы ведь не знали, что вы здесь будете.

Сидни. Вы уж извините.

Ева. О, да что вы.

Джеффри. Не беспокойтесь.

Джейн. Можно подарить им — м-м-м. Ну, ты знаешь, нам сегодня дали. Что?

Джейн. Ты знаешь — м-м-м-м. Который мы нашли в… понял?

Сидни. Что, это? Да нет, зачем им?

Джейн. Да нет же, я говорю — м-м-м, ты знаешь. М-м-м-м.

Сидни. Ну, как хочешь. Теперь вынимай. Дай Ронни и Мэрион их подарки. Они уже подпрыгивают от нетерпенья.

Рональд. Это точно.

Мэрион. Я вся дрожу.

Джейн (роется в сумке, читает надписи на пакетах). Это вам, Ронни. (Читает.) «Дорогому Ронни от Сидни и Джейн с любовью».

Сидни (передает пакет Рональду). Это вам.

Рональд. Спасибо. (Разворачивает пакет.)

Джейн. Так, а это кому?

Сидни. Это, наверно, для Мэрион?

Джейн. Нет, это от нас с тобой тетушке Глории. (Снова роется в сумке.) Вот, нашла. «Дорогой Мэрион от Сидни с Джейн с любовью.»

Сидни. Это вам. (Передает Мэрион пакет.)

Мэрион. О, какое чудо… (Рональду.) Что там у тебя, милый?

Рональд (смотрит на свой подарок с озадаченным видом). О, это да. Очень полезная вещь. Большое спасибо.

Мэрион. Ну же, что там у тебя?

Рональд. Как тебе сказать… это… (пробует догадаться) похоже на набор щеточек для трубки.

Джейн. О нет, нет, нет.

Сидни. Нет, это не щетки.

Рональд. Неужели, нет?

Сидни. Нет, клянусь богом.

Рональд. Ну конечно, какой же я болван. Но сначала было очень похоже. Если вот отсюда посмотреть.

Сидни. Как же вы не узнали? Это.

Джейн. Набор отверток.

Сидни. Для электрических работ.

Джейн. Как же вы не узнали?

СИДНИ и ДЖЕЙН смеются. МЭРИОН. разрывает свой пакет.

Мэрион (радостно вскрикивает). О, посмотрите! Бутылочка джина. Как мило.

Рональд. Господи.

Сидни. Волшебный джин в бутылке.

Мэрион. Очень мило. Я буду пить и вспоминать о вас.

Джейн (продолжает рыться в сумке). «Дорогим мальчикам от Сидни и Джейн с любовью». (Вынимает двух страшных мохнатых чудищ, совершенно непригодных для игры.)

Сидни. Скромный подарочек.

Джейн. Можно положить им в чулок под утро.

Мэрион. Какая прелесть.

Рональд. Им понравится…

Сидни. Ну что, все?

Джейн. Нет, я хочу найти — м-м-м.

Сидни. Он где-то внизу, мне кажется.

Джейн. Где-то он есть. Такой маленький. Мы его нашли сегодня в хлопушке. Сначала хотели отдать его нашему попугайчику, а потом подумали, что вашему Джорджу он должен понравиться. Для ошей-ника. (Вынимает маленький колокольчик, привязанный к ленточке.)

Ева. О-о.

Сидни. Теперь он от вас далеко не убежит.

Джейн. Будет слышно.

СИДНИ лает с виртуозным совершенством и передает колокольчик Джеффри и Еве.

Сидни. Уав! Уав!

Ева. Спасибо.

Сидни (обращаясь к Джеффри). Уав! Уав! (Не получив ответа, снова.) Уав! Уав!

Джеффри (устало). Большое спасибо.

Сидни. Большое, да не очень — больше ничего нет.

Рональд. Вы уж извините, но мы для вас вообще ничего не приготовили. Я, признаться, немного на мели, было как-то не до подарков.

Сидни. А мы и не рассчитывали.

Джейн. Да, не нужно.

Пауза. СИДНИ надевает картонный нос. смеется. Остальные с ужасом смотрят на него. МЭРИОН наливает себе джина.

Сидни. Н-да… (Пауза.) Знаете, кого здесь сейчас не хватает?

Джейн. Кого?

Сидни. Дика Поттера. Он бы всех быстро расшевелил.

Джейн. Лотти бы тоже не помешала.

Сидни. Верно, верно.

Рональд. Да, вы знаете, как-то странно — мы все сегодня чувствуем себя немного подавленно. Сам не знаю почему. Перед вашим приходом мы как раз говорили об этом, мы все немного не в духе.

Джейн. Жалко…

Сидни. Ах ты, бог ты мой!

Рональд. Знаете, бывают такое вечера. Вы уж извините нас, что мы не веселимся, как обычно.

Мэрион. Лично я в прекрасном настроении, не знаю, как другие.

Рональд. Все это не относится к моей жене. Она в прекрасном настроении.

Сидни. О, мне это очень знакомо.

Джейн. У меня тоже так бывает, да?

Сидни. Безусловно. Тут нечего стыдиться. Что ж, очень жаль.

Рональд. Да.

Ева (после легкой паузы). Знаете, Сидни, мне сейчас муж сказал… ему так неловко перед вами. Вы его просите поработать для вас, а он все никак не выкроит время.

Сидни. Да. Что же делать, он занятой человек.

Ева. Особенно иногда. Но он просто мечтает что-нибудь сделать для вас в ближайшее время.

Джеффри. М-м?

Ева. Ужасно хочет.

Сидни. Ну, если так, тогда посмотрим.

Ева. Если вы о нем не забудете.

Сидни. Нет, я о нем, конечно, не забуду. В общем, это зависит от обстоятельств.

Джеффри. Вот именно.

Ева. Он очень хочет.

Сидни (после паузы). Ну, чем займемся? У кого-нибудь есть идеи? Не сидеть же так всю ночь. Завтра Рожденство.

Джейн. Да, завтра ведь Рождество.

Сидни. Ну, что? Займемся водопроводными работами, канализацией? Я предлагаю починить проводку. (Кивает на радиоприемник.) Для начала надо немного музыки, это нас разогреет. (Рональду.) Работает?

Рональд. Да, только признаться…

Сидни. Немного музыки нас разогреет… (Включает приемник, делает несколько танцевальных движений.)

Джейн. Музыка нас разогреет.

Сидни. Эге…

Джейн. Что?

Сидни. Знаешь, что мы сейчас сделаем?

Джейн. Что?

Сидни. Мы сейчас отодвинем стулья, расчистим место и…

Приемник разогрелся, и, комната наполняется звуками шотландского хороводного танца. Музыку такого рода всегда передают без перерыва и очень долго. Голоса Сидни и Джейн тонут в ней. СИДНИ продолжает втолковывать Джейн свою идею с помощью жестов. ДЖЕЙН восторженно хлопает в ладоши. Они отодвигают в сторону стол, переносную печку, стулья. СИДНИ откатывает к стене сервировочный столик. Когда столик проезжает мимо Мэрион, она успевает снять с него бутылку.

Рональд (кричит, перекрывая шум музыки). Какого черта! Что происходит?

Сидни (кричит). Сейчас увидите! Одну минутку! (Немного приглушает звук.)Мы с эти быстро покончим. С этими мрачными физиономиями. Рождество все-таки.

Джейн (мечется по кухне, вынимая из шкафов и ящиков: вазу с фруктами, ложку, колпачок для чайника, дуршлаг и чайное полотенце.) Рождество все-таки. (Она открывает бутылку с джином и ставит на поднос рядом с ней стакан.)

Сидни. Сейчас вы у нас попрыгаете. Быстро развеселитесь.

Рональд. Вы знаете, мне кажется…

Сидни. Пожалуйста, без возражений.

Рональд. Да, но все же…

Сидни. Начинаем. Ева, вставайте.

Ева (неуверенно). Я как-то…

Сидни. Давайте, давайте. Не задерживайте.

Ева. Я? Нет… (Встает.)

Джеффри. Очень жаль, но нам пора…

Ева. Нет, мы еще не уходим. Мы тоже будем играть.

Джеффри. Да ты что, мы же…

Ева. Если он хочет играть, мы будем играть, милый.

ДЖЕЙН начинает скатывать ковер.

Сидни. Вот это отлично. Это я понимаю. Так, двое есть — кто еще?

Мэрион. Что происходит? Неужели она так добра, что вымоет нам пол?

Джейн. Нет, мы сейчас будем играть в одну игру.

Сидни. Есть одна игра.

Мэрион. Забавно…

Рональд. Мэрион, мне кажется, это как-то…

Мэрион. О-о, не будь занудой, Ронни. Перестань.

Рональд. Хм…

Сидни. Так ему и надо, правильно. Теперь все внимательно слушают. Это почти то же самое, что «танцующие табуретки». Называется «музыкальный танец».

Джейн. Музыкальные фанты.

Сидни. Музыкальный танец. Игра называется музыкальный танец.

Джейн. А я думала, музыкальные фанты.

Сидни. Музыкальный танец. Игра очень простая. Вы танцуете по комнате и, как только я выключу музыку, все замирают в той позе…

ДЖЕФФРИ садится на высокий табурет.

Не давайте ему садиться. (К Джеффри.) Вставайте, вставайте.

Ева (раздраженно). Встань.

ДЖЕФФРИ встает.

Сидни. Но чтобы было интересно, тот, кто замрет последним, получает фант. А у кого будет меньше всех фантов, тому приз. (К Джейн.) Какой у нас приз?

Джейн. Шоколадка «Дед Мороз». (Достает шоколад из сумки.)

Сидни. Шоколадка «Дед Мороз». Очень хорошо. У тебя все готово?

Джейн. Кажется, да.

Сидни. Взяла правила?

Джейн (помахивая листом бумаги.) Да.

Сидни. Хорошо. Ты отвечаешь за фанты, я — за музыку. Все готовы? Отлично. Начали.

СИДНИ включает приемник на полную громкость. Все стоят, переминаясь с ноги на ногу. ДЖЕЙН и СИДНИ танцуют, чтобы подать пример.

Ну, что же вы? Давайте. Разве это танцы? Ну же, танцуйте. Пока музыка играет, все танцуют.

МЭРИОН делает движения, соответствующие ее представлению о классическом балетном стиле. Она едва держится на ногах.

Видите? Видите, как она делает? Посмотрите на нее. Все делайте, как она. Очень красиво.

Все начинают неуверенно приплясывать, напоминая при этом стадо овец.

И-и-и… хоп! (Выключает музыку.) Отлично. Кто последний?

Джейн. Ронни.

Сидни. Так. Ронни. Ронни получает фант. Что там первое?

Джейн (глядя на лист). Яблоко под подбородок.

Сидни. Яблоко под подбородок. Так. Вложи ему яблоко под подбородок.

Рональд. А? Что вы делаете?

ДЖЕЙН вкладывает Рональду яблоко под подбородок.

Джейн. Вот. Держите его. Не выпускайте.

Рональд. Но это же нелепо, я не могу…

Мэрион. Ради бога, дорогой, не спорь. Мы все тебя ждем. Почему ты такой скучный?

Рональд (ему трудно говорить). Но это же ерунда какая-то, я не буду…

Сидни (перебивая). И снова — музыка. (Включает музыку.)

Все снова начинают танцевать, причем двигается по комнате только МЭРИОН. Остальные топчутся на месте. СИДНИ криками подбадривает их.

И-и-и… хоп! (СИДНИ выключает музыку.)

Джейн. Ева!

Сидни. Так, Ева. Что Еве?

Джейн (смотрит по списку). Апельсин между колен. (ДЖЕЙН вкладывает Еве апельсин между колен.)

Сидни. Очень хорошо, апельсин между колен. Если вы его уроните, автоматически получите второй фант. И снова музыка. (Включает музыку.)

Фанты раздаются один за другим. ДЖЕЙН объявляет их по списку, СИДНИ повторяет. РОНАЛЬД во второй раз получает фант — ложку в рот. Музыка продолжается. Следующим проштрафился Джеффри, ему на голову надевают колпачок для чайника. Они продолжают танцевать. Очередь доходит до Мэрион, ей приходится выпить стакан джина, что она и делает, приняв иронический вид. РОНАЛЬД пытается помешать этому, но, открыв рот, он теряет ложку.

Джейн. Ронни еще фант.

Рональд. Что?

Джейн. В рот — ложку, а на ложку — грушу.

Сидни. А на ложку — грушу… (Залезает на стол и продолжает дирижировать оттуда.)

ДЖЕЙН втискивает ручку ложки Рональду между зубов и кладет на ложку грушу.

Сидни. И снова — музыка!

Вариации этой игры разнообразны, но в правилах Сидни все они предусмотрены. Его команды становятся все более и более отрывистыми; повинуясь им, танцоры начинают кружиться все быстрее и быстрее, выкидывая все более замысловатые колена. ДЖЕЙН, как помощник жреца, мечется среди танцующих, пылая вдохновением. ДЖЕФФРИ роняет на пол свой колпачок. ДЖЕЙН подхватывает его и завязывает вокруг ноги Джеффри чайное полотенце. Потом она наливает Мэрион еще стакан джина. В конце концов СИДНИ вовсе перестает выключать музыку. Его крики и вопли начинают граничить с истерикой.

Так. Так. Еще. Танцуй. Еще, давай. Танцуй, танцуй. Танцуй. Еще. Танцуй…

В разгар танца занавес падает.

Конец

Content

Эйкборн Алан Убийственный и неповторимый

Алан Эйкборн Убийственный и неповторимый

Действие первое

Действие второе

Действие третье