Троицкая Елена Игоревна

Повраги, или Дружба в силу обстоятельств (СИ)

Повраги, или Дружба в силу обстоятельств.

Все совпадения имен, мест, названий случайны. Не случайна лишь злобность судьбы по отношению к героям истории.

Том 1. Не друг, не враг...

1 глава

Нинель похитили.

Эта новость облетела королевство за считанные часы и собрала множество отважных воинов, готовых сложить головы ради наследницы престола.

Фаворитом гонки оставался Адонис — бравый Герой на белом коне и в белом же плаще. Его лик активно позиционировался как образ Святого рыцаря, способного побороться против Зла всего живого. Злом именовали темного повелителя демонов, чьи войска поглощали все новые земли и испепеляли их.

Герой однажды посетил завоеванные территории в надежде спасти выживших, а нашел лишь обезображенные трупы. Их вид лишил его сна и покоя. Демоны были жестоки, как в сказках, так и в реальности: бесчеловечно расправлялись с врагами когтями и зубами, подобно диким зверям.

В тот день Адонис дал клятву убить само воплощение Зла и стал воплощением Добра, примкнув к войскам десятого по счету королевства на пути этих чудовищ.

Дальнейшее давало весомый повод для гордости: его возвели на пьедестал, назвав Символом света, нарекли женихом принцессы, и его войска смогли отбить третью часть захваченного девятого королевства.

И вот тогда силы Добра осознали, как зыбко они стоят на выжженной земле.

Нинель забрали из стен защищенного замка, минуя многочисленную охрану. С тем же успехом хвостатая нечисть могла бы тихо убрать короля или даже Героя. Для чего им юная девушка — никто понять не мог, и увидеть её живой уже не рассчитывали ни отец, ни сам жених.

Адонис оседлал боевого коня, вскинул руку с Мечом Мести к небесам и повел многочисленное войско в битву, даже не подозревая, что его невеста еще жива и пребывает в относительно комфортных условиях.

Сама Нинель похищение проспала. Она даже не успела осознать происходящее: ее шею сдавили, отправляя на внеплановую встречу с дядюшкой Морфеем. Очнулась девушка уже пленницей, лежа на соломе. Вместо завтрака — корка хлеба, вместо гувернантки — два похотливо облизывающихся существа в латах, а за слуг сошли и снующие у стены крысы, обгрызающие человеческие кости, тонко намекая на дальнейшее развитие событий.

По своей природе оптимистичная принцесса убедила себя в скором спасении Героем, который, как скала, стоял за ее честь на балу и вышел победителем из не начавшейся дуэли. Он уже дважды спасал ее от покушений и насилия. Так должно было случиться и в этот раз. Адонис спасет ее, убьет врага, и они сыграют свадьбу.

Скрип ключа в замке заставил мышкой пискнуть и кошкой развернуться.

Стражи набрались смелости и решили позабавиться с пленницей. Подбадривая друг друга, они зашли в камеру. Закусив губу и медленно пятясь назад, Нинель простилась с надеждой на спасение, тем более что в дверной проём из тьмы выступил еще один демон.

— Сами развлекаетесь, а меня не зовете?

Кем бы ни был неожиданный гость, стражи его не ждали и внезапно будто проглотили по бревну — так резко они выпрямились и дружно развернулись. Узнав, бросились в ноги, дребезжа латами.

— Смилуйтесь, о, повелитель!!! — завыли они на одной ноте, пытаясь облобызать чужие когти.

Повелитель их просто обошел. И Нинель поняла, кто перед ней. Кого еще могли демоны называть столь возвышенно, и кого они могли так бояться, как не самого главного Зла всего мира?

Эта встреча разом лишила её смелости, и принцесса забилась в угол, когда этот страшный демон повернул к ней голову. Весь черный, рогатый — само воплощение страха. Через щели забрала смотрели горящие угли глаз, от которых хотелось отвернуться.

Несмотря на страх, Нинель высокомерно задрала подбородок и постаралась встретить свою участь с королевским достоинством. А "Участь" как раз скользила взглядом по своей жертве — угольки глаз трепетали, напоминая ведьмино полымя на болотах.

— Рыжая, тощая, конопатая белочка. Коридоры тебя послать мыть? Ни на что большее такая страхолюдина безрогая не подойдет, — заявило Зло, вызвав у Нинель острый приступ негодования и желание защитить своё королевское достоинство.

Стража тайком ударила по рукам, уже рассчитывая повторить попытку разложить "белочку" на двоих, когда начальство удалится.

— Да как ты смеешь! — взвизгнула принцесса, потеряв весь страх и здравый смысл. Она-то всегда считала себя очень привлекательной особой. — Да ко мне со всех королевств очереди выстраиваются!

— Не к тебе, а к тому, что за тебя дают, — срезал демон и улыбнулся, обнажая острые плотоядные зубы, и облизнул бледные губы.

Перед глазами предстала жуткая картина: как эти зубы раздирают живую плоть. И она осознала, с кем и о чем спорит. Вновь вспомнила, скольких людей уничтожил этот ужасный демон, что стер с лица земли девять королевств...

Девушка опустила глаза, упираясь взглядом в нечто лохматое с торчащими когтями. С третьей попытки удалось признать в этом ступни. Неожиданно мягкое и пушистое нечто подняло ей подбородок, заставив посмотреть в глаза своему возможному убийце. И хорошо, если только убийце.

Будто прочитав мысли своей жертвы, демон все так же — хвостом — повернул лицо принцессы поочередно вправо и влево, резко придвигаясь и пугая этим принцессу до потери пульса.

— В принципе, ты — ничего, скрасишь мне вечерок.

Не успела Нинель в ужасе отпрянуть, как длинная "пятая конечность" черта оплела ее запястья и дернула за удаляющимся хозяином. Стражи проводили пленницу тяжелым вздохом.

Нинель заплакала. Шутка ли — быть обесчещенной демоном, да не простым, а самым главным, такое и в страшном сне не привидится.

А Зло все шло, волоча ее за собой, оставаясь глухим к ее всхлипам. Потом он зашвырнул добычу в комнату и, не говоря ни слова уползающей в угол девушке, прошел к своему столу. Над ним завис надолго и, кажется, о пленнице вообще забыл. Вспомнил под утро, когда вооружившаяся стулом рыжая принцесса заснула, забыв, как ей должно быть страшно.

— Проснись, Принцесса, нас ждут великие дела!

Моментально вспомнив, в каком положении находится, рыжая так резко вскочила, что врезалась макушкой в незащищенную нижнюю челюсть врага.

— Ой! — отшатнулся тот, хватаясь за ушибленное и виляя хвостом, как разозленный кот.

«Все, — подумала принцесса, — сейчас начнут убивать», — но вместо этого, великое Зло фыркнуло и захохотало.

— Какая сильная принцесса, синяк Владыке тьмы поставила, — указал черт когтем на быстро расползающееся синее пятно, которое розовело и исчезало с его кожи, не оставляя следа. — А еще можешь?

Нинель честно попробовала дать ногой ответный по "достоинству", но за эту же ногу ее поймали и подняли.

— Ладно, не пищи. Нет у меня на развлечения времени, твой Герой уже пришел, — отпустил он, давая принцессе шлепнуться на пол. — Надевай.

Короткий приказ касался груды черных доспехов, на которые указывал тонкий коготь.

— Зачем?

— Я — фетишист, предпочитаю девушек своей расы, может, хоть в доспехах за суккуба сойдешь! — нагло заявило Зло, больно хлестнув хвостом по упругим ягодицам.

Нинель запищала и, быстро подбежав к доспехам, со слезами на глазах начала надевать холодный металл поверх платья. За процессом наблюдал демон, иногда нетерпеливо ударяя длинным хвостом по полу.

— Быстрее, не на рандеву с любовником собираешься!

— Он убьет тебя! — истерично и зло выкрикнула принцесса.

— И женится на тебе, и будет у вас куча детей, и кончится сказка. Да-да, в других девяти королевствах говорили нечто подобное, помню. И мир станет розовым, и пони полетят, и обоссут его радугой, угу. То-то воняет, как от ночного горшка.

Не дав девушке застегнуть последний ремень, черт просто надел на нее шлем и, обхватив хвостом вокруг талии, поднял над землей. Сорвавшись сразу на бег, он понес ее к выходу из крепости.

Нинель вцепилась в хвост, боясь, что ее скинут в развернувшуюся под ногами пропасть, и удивилась, обнаружив под пальцами мягкий мех.

«А вроде, говорили, будто черти козлами пахнут, а оказалось — металлом», — подумалось ей перед тем, как сработал магический портал, и взору открылось поле брани.

— А теперь держись, Принцесса. Вначале будет страшно, но затем все закончится, — пообещал ехидно улыбающийся демон перед тем, как вытащить из ножен меч и прыгнуть в гущу боя, где мелькали белые латы Героя.

Чем закончится все это для девушки, втянутой в бой в латах противника, рогатый тактично умолчал.

Бегая по полю и отмахиваясь чаще когтями, чем мечом, Зло нашло героя за разделыванием своего сородича. Белый клинок отделил голову от тела и оставил мясо издыхать на земле. В пылу битвы Добро не сразу заметило главного Злодея, оставляя время на осмотр противников.

Светлые маги стеной шли за Героем, добивали недобитых врагов или подбивали еще здоровых. Каждый из них кричал свое заклинание, непременно попадающее в цель. Однако, такое разнообразие создавало опасно выпячивающийся магический фон, шедший пузырями от бурлящих в нем заклятий.

Демону захотелось переждать в сторонке, авось рванет все к псам и Герой сложит голову без его участия, или просто рванет и не придется опасаться нестабильности магического фона, когда дойдет дело до схватки.

Передернув плечами, демон прыгнул. Его ноша, зажатая в кольцах хвоста, пискнула с обреченностью заглатываемой змеей мыши. И вот уже белый и черный мечи скрестились, вышибая искры. Первые аккорды песни взяты, знакомый сценарий заиграл на нитях реальности, и пора приступать к заранее подготовленному плану. Хвост метнулся вперед, выставляя пленницу в качестве щита. Шлем слетел, и рыжие волосы разметались на ветру. Слезы срывались в полет с подбородка, а большие широко распахнутые зеленые глаза смотрели на неумолимо приближающуюся смерть. Хозяин белого меча просто не успевал остановить удар.

В попытке разжалобить или просто посмотреть в глаза своему настоящему убийце девушка повернула голову. Демон хмурился. Как его меч закрыл под невероятным углом от удара — Нинель не видела, заметила блеск доспехов отразивших искры.

Дальше все произошло слишком быстро для человеческих глаз. Отколотый кусок черного меча попал точно в грудь резко захлебнувшегося мага, обрывая незаконченное заклинание. Его коллега от ужаса тоже замолчал, а один из рясочников чихнул.

Кто уже разберет, чей срыв послужил причиной дальнейших событий? Но и без того нестабильный магический фон взорвался, ударяя по центральным фигурам эпопеи: Герою — в белом, Злодею — в черном и Принцессе, оставшейся живой вопреки темным планам. Впрочем, следующий момент заставил её пожалеть о своей удаче. Всех троих сорвало в полет и завертело в бешеной центрифуге, наталкивая друг на друга. За неимением лучших идей, участники сумасшествия вцепились друг в друга, как страстные любовники.

Мешанина конечностей приземлилась с металлическим лязгом старой посуды и расползлась на отдельных разумных представителей, вставших друг напротив друга, смущенных неожиданной передислокацией.

Поначалу они собирались продолжить прерванную битву, но резкий незнакомый звук, сравнимый со свистом крыльев дракона, заставил их посмотреть вверх и успеть заметить огромный хвост и неподвижные крылья неизвестного существа, оставляющего за собой след из облаков. Распахнув рты, принцесса, Добро и Зло начали осматриваться по сторонам, на время забывая о запланированной великой битве, постепенно понимая иноземность окружающего.

Рядом проехал грузовик, отчего мусорные баки задрожали, хлопая плохо прикрытыми крышками, высокие здания врастали в небо, а окна отражали облака. Пришельцы из другого мира окончательно растерялись под гнетом неизвестности, делая первые скромные предположения.

— Мы умерли и попали... в Рай? — недоумевал Адонис, бросая взгляд на коматозно виляющее хвостом Зло. — Нет! Его бы здесь не было, однозначно!

— Может, это далекая заморская страна? — предположила принцесса, отступающая от рогатого демона на пару шагов в сторону жениха. — Мне рассказывали, как порталы переносили путников на далекие материки.

— Все гораздо интереснее, — нечистый вильнул хвостом, снял шлем и уверенно заявил, — Мы в другом мире!

Нечеловеческое, хищное, но, несмотря на это, симпатичное лицо озарилось улыбкой. Затем бес, задрав голову, захохотал, как может хохотать только истинное Зло, приветствующее свой новый мир. Смех остановился так же резко, как начался.

— Жара-а-а-а, — протянул закованный в черные доспехи демон, и эти самые доспехи полетели в разные стороны, открывая зрителям: вначале — нагой мужской торс, потом — нагой мужской зад.

Именно так бы все было, если бы снимал те латы человек. Вместо этого невольные зрители "обнаженки" увидели голый мужской торс и заросший черной густой шерстью низ. В комплекте с рогами, когтями и хвостом, этот образ, как ни что иное, идеально вписывался в образ Зла Всего Мира. Неприятные угольки глаз и острые зубы дополняли картину.

— Ой, он голый! — икнула Нинель, не зная, куда девать глаза.

— Я не голый, я пушистый! — оскорбилась нечисть.

"Чисть" скривилась. Без доспехов Зло усохло и бессовестно омолодилось. Адонису под личиной зла представлялся монстр преклонного возраста с капающей слюной и бешеными глазами, а этот бледнолицый мальчишка младше его, казалось, лет на десять. Такое положение дел выбило из колеи даже сильнее неизвестного места. В остальном — демон как демон: рога, хвост, когти и повышенная волосатость ниже пояса.

Нинель осмотрела пушистого еще раз, пришла к такому же выводу и окончательно спряталась за женихом.

Демон же на обрученных даже не смотрел, его больше интересовала окружающая их неизвестность — с гудящими проводами, тарахтящими машинами и контейнерами с мусором. Эта заминка позволила Адонису поднять свой меч из помойки и замахнуться им.

Сделав обманчиво медленное движение, рогатый очутился за спиной рыцаря, прямо перед девушкой, и с любопытством наблюдал за выражением ужаса на ее лице. Удар меча рассек мусорный бак, из которого вывалились протухшие овощи, да в нем и застрял. Бес прыснул от смеха и прошелся за спиной. Не растерявшись, Добро пошло врукопашную. Танец с уворотами вокруг опешившей девушки, один меткий удар хвоста, и Адонис полетел в мусор, знакомясь с гастрономическими пристрастиями нового мира.

— Приятного аппетита!

— Зараза! — поднялся из мусора Адонис и продолжил прерванный танец.

В демоне Адониса бесило все, даже не способность изворачиваться и нечеловеческая гибкость противника, но сильнее всего бесила не сползающая с губ насмешливая улыбка.

Еще один уклон, и вот Зло стоит на стене и дразнит Добро низко опущенным хвостом, играя, как с котенком, а котенок, не шутя, махал мечом, целясь по качающейся конечности.

— Ну что ты пристал? — ехидно спросил парень со стены, ловко попадая кончиком хвоста по лбу атакующего недруга.

— Цель моей жизни — убить тебя! Ты — враг всего живого, Зло целого мира! — с пафосом воскликнул Герой.

— А еще — славный малый!

"Славный малый" вовремя отцепил от стены когти; меч вошел в стену по самую рукоять, а бес свалился в помои, из большого мусорного контейнера остались торчать ноги и хвост. Хвост зло вилял, а когти на ногах сжимались и разжимались. Встрепанная черная голова потрясла шевелюрой, с которой сползла банановая кожура.

— Все же советую отложить великую месть, защиту невинных — или ради чего ты там борешься? — посоветовал демон, выпрыгивая из контейнера и брезгливо соскабливая с себя налипшую гадость. — Мы не дома! Мы в другом мире! МИРЕ!

— Объяснись! — требовательно сложил руки Адонис, пытаясь удержать их от расправы над демоном.

— Представь себе: вот наш мир, — демон сел на асфальт, не обращая на исходящую от лика Добра агрессию, и когтем провел линию. Коготь вскопал твердую поверхность, как масло. — А вот это — другие миры, они существуют параллельно с нашим. Предположительно, мы - в одном из них.

Ведомая любопытством девушка подошла ближе и тоже нагнулась над нарисованными и подписанными линиями. Демон увлекся и даже изобразил карикатуры на них троих, бегущих из мира в мир. И, если с рисунком Нинель было все более-менее ясно — трость с косой, то рисунок Адониса живо напомнил ей гравюру «О вкусной пище» — такой же щекастый шарик на ножках. Не сдержавшись, девушка прыснула в кулачок. Но реакция ее суженого заставила спрятать лицо в ладонях, избегая показывать не приличествующую девушке ее положения широкую улыбку.

— Я не толстый!

— Тоже пушистый?

— Мускулистый, — краснея лицом и сжимая до хруста кулаки прорычал рыцарь. — В отличие от глисты.

— Рифлёной глисты, — ухмыльнулся в ответ бес, тупой стороной когтей постукивая по хорошо прописанным мышцам.

Это оказалось последней каплей. Нинель отошла, облокотилась спиной о стену и сползла, беззвучно хохоча. Демон и ее спаситель вели себя, как два петушащихся бойца, меряющихся за отхожим местом своими достоинствами. Истерика медленно сошла на нет, и девушка почувствовала на себе взгляды красных и голубых глаз: оба мужчины смотрели удивленно, не понимая, что причиной смеха являются именно они.

— Извините, — Нинель укусила кулачок, стараясь подавить новую волну непрошенного веселья. — Я перенервничала.

Адонис тут же накинулся на хвостатую нечисть с новыми претензиями:

— Да как ты смел довести мою невесту до такого состояния?! Где в этом отсталом мире найти нам лекарей и волшебников для просветления ума?!

Демон бегло осмотрел успокоившуюся Нинель, сжавшуюся от взгляда горящих красным глаз, и пожал плечами.

— А еще, где мы найдем еду, ночлег и помощь в перемещении домой? Почему-то кажется мне, будто в этом мире это не так просто.

— Ха! — Герой надменно вздернул подбородок и заявил: — Я — олицетворение Добра и света, борьбы против Зла, каждый будет рад предоставить мне любую помощь во имя великой битвы!

— Ну, давай, — скептически кивая на конец переулка, где мельтешили спешащие люди. — Иди, покажи нам светлый образ, Герой!

Адонис откинул грязно-белый плащ, распрямил плечи и направил стопы к концу переулка. Оставшиеся пришельцы из другого мира наблюдали дальнейшее: одна — с надеждой, второй — с жаждой зрелищ.

Нинель поспешила отойти подальше от пугающе дружелюбного демона, хвост которого постоянно вертелся где-то поблизости и, казалось, ждет момента вновь захватить ее в плен. И как только Адонис не побоялся оставить ее одну наедине с изувером?!

Герой другого мира вышел на улицы нашего, и уверенность покинула его с первым же окриком прохожего и толчка обратно в переулок. Люди были точно такие же: две руки, две ноги, одна голова, поэтому он надеялся на всеобщее понимание и вновь шагнул вперед.

— Народ великого города, да не усохнут ваши реки и не опустеют ваши кубки; да будут полными дичи ваши леса, а столы ломиться от яств. Люди добрые, не время праздно дороги топтать, когда Зло среди вас!

Люди начали останавливаться, с интересом разглядывая мужика в латах, толкающего речи на неизвестном языке. Восприняв реакцию народа как внявшим его словам, рыцарь продолжил:

— Отриньте оковы, прозрейте и подайте руку помощи рыцарям света, своими мечами способными разделить мир надвое и отвергнуть тьму! – пафосно закончил он, протягивая руку ладонью вверх.

Аплодисменты. Люди вновь разошлись по делам, болтая между собой об увеличении психов на улицах города. А в протянутую руку Добра кто-то вложил сторублевую бумажку на хлеб.

Вернулся светлый рыцарь в расстроенных чувствах, чем развеселил темного демона еще сильнее.

— Моя очередь, — вильнул хвостом бес и развернулся.

Цокая когтями, ушел куда-то за поворот в еще более темный переулок.

Задумавшись, куда пошло Зло, и сделав вывод: Зло пошло творить зло, Адонис поспешил следом, держа наготове меч и оставляя принцессу в одиночестве изучать дырки на платье. Его начинало удивлять, отчего он еще не снес проклятому демону башку. Виной служил когнитивный диссонанс между созданным образом в голове и реальностью. Образы не складывались ни под одним из известных углов. Да и хвостатая нечисть не пылала жаждой крови, чем усугубляла нежелание несговорчивого сознания блондина опознавать черта как врага.

Зло ушло недалеко: стоило заглянуть за поворот, как Адонис увидел его виляющий хвост. Хозяин непрерывно мельтешащей конечности изучал нечто, находящееся между мусорными баками и на поверку оказавшееся человеком.

— Мир другой, люди — те же, — заявило Зло, приседая рядом со спящим бомжом, виляя от предвкушения забавы хвостом и тормоша прическу между рогов.

Адонис едва не нарушил его планы, когда бросился вперед, пытаясь остановить острый коготь, проколовший человеческий грязный лоб. Он уже видел такие раны на солдатах — дыра в черепе, пена у рта, мутные от боли глаза...

— Не трогай его, нечисть! — встало Добро на защиту бездомного человечества.

— Почему сразу я — нечисть? — обиделся черт. — Я-то вот чистый (обычно), пушистый, хорошо вымытый и без блох, а этот — все перечисленное, только с приставкой «не».

При этом взгляд красных глаз будто смотрел мимо. Наконец, Зло моргнуло и убрало орудие убийства от головы жертвы.

Бомж завозился и открыл глаза. Икнул.

— Кто ты? — спросил бомж, в благоговейном ужасе рассматривая живое воплощение грехов.

Бледное лицо озарилось самой радостной улыбкой из всех, которые мог выдать демон.

— Белочка, — заявил он. — Пришла поболтать о жизни.

Бомж оценил размах своей "белочки" и резко стал трезвенником.

— О, Святая Дева Мария, изыди, изыди!

— Мария Святая или я? — веселился изгоняемый, шутливо затыкая нос тыльной стороной ладони. — Скажи-ка, дядя, ведь недаром воняешь здесь ты перегаром? Хм. И не только перегаром, судя по усилившемуся запаху, явление оригинальной «белочки» произвело на тебя слишком сильное впечатление. Расслабься, мужик, мне надо проверить полученные знания о мире. Маловато, я бы сказал, в твоей черепушке знаний, но в нашем положении выбирать не приходится. Так, значит, ты — Богатый Обеспеченный Московский Житель? – иронично усмехнулся он, используя шутку из чужого разума черт.

— Да-а-а-а.

— И город, в котором мы пребываем — Москва, вернее, ее окраины?

— Да-а-а-а.

— Деньги тут бумажные, люди злые, а в демонов не верят?

— Да!

— Пипец! — использовал новое слово черт как точку и встал.

Бомж исчез, как в портал провалился. Демон прошел мимо Адониса, полный задумчивости, и вернулся к месту их появления. Не успел рыцарь подойти к своей невесте, как хвостатый вновь отмер и резко к ним придвинулся с выставленными вперед руками. Каждому досталось по когтю в лоб. Один легкий укол, от которого к подбородку не сразу побежала струйка крови, и демон схоронился стене, подальше от беснующегося Добра.

— Спускайся, мразь! Рожу чистить буду... Ой!

Другой язык, другая манера речи и незнакомые, но понятные теперь слова.

— Передача данных завершена, или как там говорят в этом мире. Мне было лень вас уламывать. Вот и влил насильно чужие знания.

Девушка икнула и упала. Ей хватило на сегодня впечатлений. Герой побежал ее спасать, а Злодей спустился на землю и, прикусив губу, сделал безрадостные выводы: нужно больше знаний, желательно хорошо эрудированного человека, а не бывшего форточника, вора-неудачника, ныне бездомного. Вильнув хвостом, он покинул парочку, по стеночке продвигаясь к оживленной улице.

Зло затаилось за большими мусорными контейнерами и придирчиво выбирало из толпы подходящего человека, обладающего, по мнению беса, достаточным умом и расширенным мировоззрением. Проходящий мимо человек носил очки и поэтому, согласно сведениям, полученным из переваренной памяти бомжа, отличался большим умом. Был худ, что подтверждало наличие мозга вместо мышц, и нес книги, доказывая этим справедливость сделанных ранее выводов.

Хвост мелькнул перед лицом «студента обыкновенного», обвил его, как хлыст, и утянул в темный переулок, не успел парень и удивиться. А когда увидел, чья это шалость, "удивлялку" отшибло.

— Только не анальное зондирование, — пробормотало это чудо, перед тем, как красноглазое существо коснулось его лба.

Затем существо отшвырнуло дезориентированный "кусок восторга" от встречи с «иной цивилизацией» обратно в идущую толпу к его валяющимся на земле книжкам о пришельцах.

Вернулся демон озадаченным. Растирая плечи, по которым прошлись мурашки, он сделал вывод:

— Уфологи — страшные люди. Вы — люди, вообще страшные! — распространил на человечество свое умозаключение представитель иной цивилизации с клыками и когтями, словивший немалый шок от полученной информации.

Адонис помог пришедшей в себя Нинель подняться. Рыжая белочка тут же спряталась за его мускулистой спиной от белочки пушистой.

— Какая нервная принцесса, а в камере ты посмелее была, — фыркнул рогатый и не стал развивать тему о двух охранниках, жаждущих бабских телес, и героическом спасении этих телес. Сейчас ему было важно не разозлить людей, а склонить их к сотрудничеству. — Если без витиеватых вступлений, то я предлагаю сотрудничество...

Его прервал оглушительный фальшивый смех. Демон даже стушевался в первый момент: разве в такой ситуации может смеяться кто-то, помимо него. Он же не шутил. Однако светлый рыцарь думал иначе, не убирая меч из рук.

— Скажи еще: наши души оптом покупаешь!

Поскольку знания о мире передавались двум людям сразу, они немного разделились, к сожалению нечисти, религиозные предубеждения достались Адонису, усиливая его паранойю.

Знаниями уфолога хвостатый не захотел делиться, как раз опасаясь, что описания особо изощрённо-фантастических методов исследования попадут в блондинистую голову врага. Что досталось из знаний Нинель — неизвестно. Девушка вела себя на удивление тихо, просто наблюдая за перепалками в ожидании развязки, как и положено принцессам.

— А ты, белочка, тоже думаешь: я по ваши души?

На белочку зеленоглазка обиделась, не собираясь отвечать.

Демон фыркнул.

— Ага, выну души, в сортире подотрусь. Подумайте еще раз, мы — неизвестно где и неизвестно когда попадем домой. Если знания уже переварились, то вы поняли: мы в мире без магии, в котором демонов не существует. Поэтому вы мне нужны, хочу я этого или нет, но выгоды убивать вас — нет. В той же степени я нужен вам, иначе вы помрете меньше, чем за неделю. С голоду, холоду, от болезней, в подворотне, в тюрьме или в психбольнице, если попытаетесь кому-нибудь еще раз втереть о своём иномирном происхождении. Вот скажите: кому из вас перепали знания о выживании в этом мире? Чем платят, что едят, где живут?

— Ой, мне, — удивленно раздалось из-за спины Адониса, и рыжая вновь показала свой конопатый нос.

— Пф, интересно, что же досталось тогда твоему отважному рыцарю, кроме паранойи?

Демон не стал вновь играть на нервах врага, требуя:

— Принцесса, поделитесь вашей мудростью, — шутливый поклон, — а то для вашего будущего мужа мои слова — не эталон доверия.

Девушка покосилась на черта, намекая, что и для нее он не эталон, но вслух этого не сказала. В ее голове появились знания, которые она поспешила озвучить.

— Для выживания в этом мире нужны: паспорта, деньги и жилплощадь. Ничего из этого в нашем положении легально мы не получим, а на все нелегальное нужно много денег.

— Зачем нам это? — вмешался Адонис. — Нам нужно домой!

— Это — следующая проблема, — демон сел, удивительно напоминая собаку, с хвостом-антенной ищущую радиопередачи. — В этом мире полно шарлатанов, называющих себя гадалками, пророками, святыми и провидцами, но среди них нет ни одного настоящего магически одаренного. Возможно, поиск способного отправить нас домой займет месяцы, и все эти месяцы нам нужно где-то жить и что-то есть.

— Нам?

— Да, нам, —улыбнулся широко как мог черт. — Или ты хочешь вернуться домой, оставляя Зло в этом мире, чтобы однажды оно — то есть я — поработило его? Тебе совесть-то позволит такое, а?

Принцесса переводила взгляд со своего раскрасневшегося от ярости жениха на неприлично счастливого злодея и с удивлением поняла, что этот черт умело манипулирует ситуацией. И он прав, без его поддержки в незнакомом мире у них не так много шансов не то что попасть домой, а выжить.

— Адонис, мне неприятно это говорить, но он прав. Без его поддержки нам будет очень сложно, но и он без нашей быстро окончит свою жизнь в какой-нибудь секретной лаборатории в разных баночках.

— Умная принцесса, сразу все поняла, — проворчал демон, с содроганием представляя себя разложенным по отдельным баночкам.

— Итак, друзья мои, объединим силы?

— Ты нам не друг!

— Но и временно не враг. Не друг и не враг, а так — повраг! Звучит.

Адонис зло выпустил воздух сквозь сомкнутые зубы, перевел взгляд с мнущей юбку невесты на лыбящегося во всю ширь демона и кивнул, принимая неожиданный союз, уже веря — он об этом пожалеет.

Небеса подтвердили это резко начавшимся дождем.

2 глава

—  А лучше идеи не было? — злился Герой, удерживая над головой картонную коробку. Аналогичные версии зонтиков держали демон и девушка.

— Была, но, думаю, ты не позволил бы прирезать десятка два человек, чтобы снять с них кожу и натянуть в виде шатра.

— Он шутит? — Нинель нервно захихикала.

— Нет, демоны те еще твари! — грубо заметил Адонис, передергиваясь от воспоминаний о таком шатре, виденном в реальности.

Дождь усилился. Если раньше еще оставался шанс остаться хоть наполовину сухими, после первой протечки коробки мир показал свою жестокость. Еще и молния рассекла небо. Хвостатый решительно отодвинулся от живого громоотвода в доспехах.

— Так, мне это надоело! — заявило Зло и отправилось злодействовать. Прыжок вверх, и чудеса паркура в исполнении нечисти-домушника, вскрывающего окно. — Хватайтесь за хвост.

— И не подумаю, — воспротивилось Добро злодеяниям, за что Зло раздражённо ухватило хвостом его невесту и быстренько уволокло, как волк ягнёнка, Нинель едва пискнуть успела.

— Тогда сам с молнией целуйся, дурень! — крикнул оставшемуся в одиночестве громоотводу.

Теперь чудеса карабканья по городской стене пришлось показывать Адонису. С доспехами рыцарь еще согласился расстаться, а вот меч пришлось зажать в зубах. Кожа ножен отдавала потом и кровью пройденных сражений. Когда он долез, то застал картину жмущейся в угол девушки, с аппетитом что-то поедающую, и полное отсутствие демона.

— А этот где? — озадачился рыцарь.

— У «этого», между прочим, имя есть, — раздалось из темноты, и два красных светящихся глаза постепенно приблизились вновь, явив чем-то приятно шуршащую нечисть.

— И какое же имя у нашего хвостатого врага? ЗлющийМонстрВсехВремен?

Черт смущенно отвел глаза, навевая мысли о том, что Адонис не совсем промахнулся со столь пафосным набором, зашевелил губами, сокращая данное при рождении имечко, и назвался:

— Кай.

— Как собаку, что ли?

— Ну не хомячка же!

— А они тоже пушистые.

— Но мелкие.

— А ты прям здоровый! Да ты самый мелкий демон, которого я только видел! Болел в детстве, что ли?

— А ты самый неповоротливый герой, которого я только видел, мало занимался, что ли?

Нинель невольно вжалась в угол, перепалка этих двоих казалась ей опасной. Кай так вообще чрезмерно миролюбив, а вот Адонис чрезмерно агрессивен. Ее опасения заключались в неожиданной детонации заключенного перемирия, причем в случае схватки она не могла быть уверенной в победе ее Героя. Демон лишь казался обманчиво слабым и худым. Человек не крепче металлической решётки окна, которую этот нечистый играючи смял в мячик и отфутболил в переулок.

— Гррр! — неожиданно зарычал Кай. И от этого рыка у людей встали дыбом волосы в ожидании нападения, но вместо удара демон вручил Адонису стопку купюр. — Достал! Вот, на пару дней должно хватить!

— Откуда у тебя деньги?! — запоздало удивился представитель добра, не сразу опознав в шуршащих купюрах наличность этого мира.

— Нашел, — неправдоподобно соврал добытчик.

— Вот откуда «нашел», туда и верни! — возвращая деньги в когтистые лапы.  Вернее, красиво накалывая стопку на коготь.

— Совесть замучила? Посмотри на невесту, вот кому совесть жрать не мешает, бери с нее пример!

Нинель поспешила доесть тортик, пока покладистая совесть не передумала, или ее не заставили передумать. Грозный взгляд голубых глаз убедил черта, и тот угрюмо исчез в темноте, возвращая деньги. Вернулся через минуту и молча открыл одну из жестяных банок с полки. Внутри оказались соленые огурцы, сразу пришедшие нечистой душе по вкусу.

— Надеюсь, ты ничего не имеешь против помощи голодающим, а, Герой? – поглощая соленья, спросил черт.

— Это богоугодное дело! — пришел гордый ответ.

Кай ехидно ухмыльнулся и ушел во тьму исследовать ящики и коробки маленького склада. В отличие от испытывающих судьбу своей беспечностью поврагов, демон кое-как представлял необходимый минимум для выживания, не зря он часто делал попытки сбежать. Не всю дурь выбили, далеко не всю.

— Переоденьтесь, антикварные, — бросил он им найденные одежды. — Хоть за людей сойдете.

— Но это же штаны, — удивление принцессы понятно.

— В этом мире девушки их тоже носят, представляешь, белочка.

— Это же позорно...

— Выбирай, как хочешь выглядеть: нелепо или мертво?

Адонис даже вмешиваться не стал, справедливо выбрав последнее, так как нелепый рыцарь — мертвый рыцарь. Но мертвый рыцарь не смог бы защитить даму сердца, подвергающуюся нападкам темных сил.

— Ты ужасен, тебя не учили обращаться с дамами?

— Учили, — улыбка вдруг стала странно напряженной и немного раздражённой, — чему именно меня с ними учили делать, ты и сам хорошо понимаешь.

Мужчина мысленно ругнулся и развивать тему не стал. Вникать в демоническое понятие хорошего обращения с дамами ему тем более не хотелось.

Нинель убежала за стеллажи, где облачилась в оказавшиеся ей большими джинсы и футболку, которая помогла спрятать проблему размера за своими длинными краями. На Адонисе такой же комплект смотрелся на удивление хорошо, если не приседать и не поднимать руки, то даже отлично. А так — парочка влюбленных, одевшихся в одном дешевом магазинчике.

— Умойтесь, светлые силы, а то вас за темные примут, — хмыкнул Кай, высматривая среди коробок воду. Нашел, кинул людям. Те проткнули бутылку газировки мечом и получили массу ощущений.

Дождь и гроза ушли громыхать и поливать соседний город, а расхитители магазинного склада вышли, как вошли, рассчитывая начать знакомство с новым миром.

Грабеж, вандализм и насилие они за начало знакомства не считали, в отличие от продавцов и хозяев магазина, вернувшихся утром и обалдевших, заметив разорванный пополам кассовый аппарат.

«Грабеж!» — возопили бы они, если бы не стопка денег, лежащая на столе с дыркой в центре.

— Вандалы? — менее уверенно спросили они, решив посмотреть видиозаписи.

А увидев записанное, вызвали медика и священника разом. Первого — проверить душевное здоровье, второго — освятить помещение. Шутка ли, демон ограбил магазин, но тут же вернул украденное, так еще с таким видом, будто его пресвятые угодники заставили.

Эта запись быстро стала центром внимания всего интернета и, естественно, ее увидел тот самый уфолог с проколом на лбу, разом обзвонивший всех своих коллег и собирающийся устроить охоту на пришельцев в московском пригороде. Горожане не сильно удивились странному паломничеству великовозрастных идиотов в переулок. Владельцы магазина, пережившие просмотр видеозаписи — тем более. Смятую в мячик решетку унесли, как особо ценное доказательство контакта с инопланетянами. Половую тряпку со склада отобрали, как образец женской одежды марсиан. Множественные отметины когтей в переулке сфотографированы. Два комплекта лат признали скафандрами. Возбужденные исследователи рассыпались по городу в поисках зеленых человечков, даже не подозревая, что они в двух шагах на соседней крыше.

— Какого ляда мы здесь забыли? — недоумевал Адонис, всматриваясь в блестящие от влаги крыши высоток и жмурясь от отражений голубого стекла.

— Господи, как высоко! — прижималась девушка к нему, боясь вновь посмотреть с крыши вниз.

Кай от них лишь отмахнулся, не желая рассказывать о количестве людей в городе и о реакции этих людей на его внешний облик. Вместо этого он передал им по стопке газет, немного ранее украденных все из того же магазинного склада.

— Ищите магов, гадалок, пророков и прочее. Или уже передумали и решили наладить житье-бытье в этом мире будущего?

— С чего это ты командуешь, рогатый?!

— Хочешь, командуй ты, — криво улыбнулся демон, вильнув хвостом. — Итак, вождь одной женщины, что нам делать?

Покрасневший Адонис сжал кулаки и нехотя проговорил:

— Искать магов.

— То-то же! — подмигнул черт, вновь углубляясь в чтиво.

Герой и его девушка отошли подальше от края и от Кая, балансировавшего на перилах, и уселись ближе к центру. Новый язык расшифровывался в понятные слова прямо на глазах, и скоро невольные гости из другого мира легко читали страницу за страницей.

— «Тамара Ивановна. Моя задача выявить причину неприятностей и устранить их навсегда», — задумчиво прочитал Адонис угрожающую рекламу с угрожающим фото в середине.

— Попахивает киллерством, а не гаданием, — прокомментировал Кай, не отрывая глаз от своей газеты.

— «Галина. Программирую Виндоус по фотографии, насылаю вирусы, избавляю от пингов»... что? — не поняла магических слов Нинель.

— «Веста. Первая, настоящая, не путать с фальшивой»...

— «Евгений. Снимает узы затянувшейся девственности»...

— «Мария. Сделаю все, чтобы вам помочь своим готовым на все телом и полем»...

— «Раиса. Привороты по золоту, отвороты по деньгам»...

Читали они нелепые объявления, постепенно понимая, как невелики их шансы вернуться домой.

— Все причудеснее и причудеснее, — пропел демон, беря вторую газету в поисках хоть одного адекватного объявления. Он ходил по перилам танцующей плавной походкой, в такт движениям виляя длинным змеящимся хвостом. Невольно Адонис вспомнил, как один демон перед смертью обвил его товарища этим длинным оружием и легко оторвал тому голову. И вот этим отвратительным пушистым отростком этот противный демон уже который раз таскал его невесту. От омерзения в горле встал ком, и вновь захотелось попытаться убить этого мальчишку.

— Я нашла, — позвала Нинель, отвлекая от газеты Кая и от мыслей об убийстве Адониса. — Тамара, общение с другим миром, — прочитала она. Мужчины тут же оказались рядом, склоняясь над ее газетой. Стукнулись головами и обменялись гневными взглядами. От греха подальше девушка отдала им газету, отползая в сторону. Газету обратили в два куска. Кусок с телефоном и адресом оказался у Адониса.

— Тьме нет места в святом походе! — пафосно заявило Добро и за руку увело девушку к лестнице, по которой они поднимались. Зло фыркнуло и медленно двинулось вдоль крыши, собираясь наблюдать картину «деревенщины в городе». Зрение демонов позволяло смотреть в увеличении даже с высоток.

А посмотреть было на что.

Нинель боялась высоты, и ее продвижение с закрытыми глазами по лестнице окончилось шеей жениха, где по факту и должны обитать принцессы. Выйдя на людную улицу просыпающегося города, они влились в поток разнокалиберных людей, быстро теряя друг друга из виду. Можно поздравить жениха и невесту с переходом на новый этап отношений — они взялись за ручки и, словно детсадовцы, начали спрашивать об улице из адреса.

Знаний о мире пришельцам хватило, чтобы не попасть под машину и не привлекать излишнего внимания, однако недостаточно, чтобы быстро достичь нужного адреса, который оказался на другом краю города. Без денег быстро туда было нереально попасть. Кай изрядно повеселился, наблюдая за попытками поймать попутку, затем за попытками попросить на проезд. Составляя компанию каменной горгулье на неком архитектурном достоянии, демон едва не свалился от смеха, наблюдая как его повражки мечом опровергли неуязвимость напавшей на них шпаны.  Естественно, ущемленная гордость просила отмщения, но на этот случай по их гордости прошелся еще и черт. Такого она не пережила, и ребята покинули переулок с мокрыми штанами.

Указанный в газете адрес был найден. Место для связи с другим миром оказалось обычной квартирой, от которой уже при входе веяло разводом. Беспорядочность использования предметов мистики и верований разных стран в интерьере помещения дарило неповторимый привкус убежденности в собственной безнаказанности самопровозглашенной ведьмы. Одно то, что стол, к которому пригласили гостей, украшала многорукая Шива, держащая скалящуюся икону в черной рамке, чего стоило.

Ведьма села за хрустальный шар, на котором Кай, наблюдающий все это из окна, прочитал «Made in China». Разделить скепсис с чертом Адонис и  Нинель не могли, по причине банального непонимания обмана. Сидели воробушки, рты раскрыли, чуда ждут. Ведьма почувствовала произведённое ею впечатление, и пошли в ход и голоса в голове, и судороги, и свет из шара.

— Я вижу, вижу, вижу на вас тень большой беды!

«А то к тебе по большому счастью приходят», — усмехнулся черт, наблюдая реакцию своих поврагов.

— Как вы узнали? — ахнула мисс наивность.

— Я всё знаю, деточка, всё, — приговаривала шарлатанка, водя руками по светящемуся сорока вольтовой лампочкой шару. — Я вижу, вижу исход! Все будет хорошо!

— Мы вернемся домой, ведьма?

«Адонис, дурья башка, ты ей еще расскажи: откуда и куда!».

— Да, я вижу, вам предстоит долгий путь. Много преград.  Но вы найдете свой дом.

— Ой, мы вернемся домой, Адонис. Поскорей бы!

«Пф! Если бы все было так просто и быстро, это было бы совсем не интересно».

— Хорошая новость, но когда и как? Вы сможете вернуть нас домой? — обратился он к ведьме.

— Я вижу, вижу, вижу пути! — выла она. — Много дорог, которые нужно пересечь, чтобы прийти домой. Вы уже рядом. И там я вижу много людей. Вижу праздник.

— Это свадьба, — пискнула покрасневшая Нинель, быстро глянувшая на своего будущего мужа, который сосредоточенно ждал ответов из уст гадалки, принимая все на веру.

— Да, я вижу...

Каю надоело наблюдать развод олухов, и он молча вошел в приоткрытое окно под очередное завывание шарлатанки. Застыл за ее спиной и склонился чуть вниз, чтобы отразиться в поверхности шара.  Тем временем самопровозглашенная ведьма продолжала:

— Я вижу белое платье, торжество, а рядом с вами... — она резко замолчала, всматриваясь в шар.

— Кто? — молила рыжая, ерзая на стуле в ожидании ответа от внезапно застывшей женщины, у которой широко распахнулись глаза. Адонис же уже кривился, наблюдая плотоядный оскал черта.

— Демон, — закончила обманщица.

Кай улыбнулся еще шире, отражаясь в искажённом варианте в шаре, продемонстрировал клыки, хвост, чешет рога и получил бесчувственное тело вместо оваций.  Ведьмы, а не мучительно побледневшей девушки, которую переход с личности жениха на демона чуть следом не отправил.

Адонис сдержал гнев, взял за руку невесту и ушел. Черт веселился, оставляя послание на поверхности шара «я еще зайду», и вновь вышел через окно, удивляя своим появлением двух мойщиков окон.

— Добрый день.

— Добрый, — машинально ответили они, проверяя состав средства для стекол.

День еще не кончился, а животы уже жалобно стонут. Кай, не теряя из виду своих людей, помог одной лавке избавиться от некачественной продукции, сперев ее с прилавка.

— Поздний обед или ранний ужин, — спрыгнул он перед ними, стоило раздосадованной парочке войти в безлюдный проулок, протягивая им палку колбасы. Свою порцию демон умял в три укуса вместе с упаковкой.

— Опять украл? — слабо сопротивлялся святой рыцарь, не мешая Нинель очищать и пробовать сырокопчёный продукт.

— Да, — облокотился на стену демон. — Единичное зло — забрать наличные из кассы магазина, было обменяно на многократно повторяющееся маленькое зло. По сути, в этом мире к маленькому злу относятся весьма снисходительно, и людей не вешают за кражу буханки хлеба, не четвертуют за высказывания противоречивого мнения, не рубят головы за оскорбление власти. Несмотря на параллельность нашего и этого миров, несмотря на схожесть проблем, как войны и голод, этот — на удивление гуманен.

— Ты прям в восхищении! — сплюнул Адонис, получив неодобрительный взгляд принцессы.

— Да, — не стал отрицать черт. — Чем больше я узнаю этот мир, тем больше мне он нравится.

— Значит, союзу — конец и дальше мы ищем колдунов без твоей помощи,  — напрягаясь, спросил Адонис.

— Нет. Я не сказал, что могу жить в этом мире, поэтому мы продолжаем искать колдунов вместе. И вместе вернемся домой, где радостно оторвем друг другу головы. Еще не забыл о великой битве? Только представь: твое тело, насаженное на кол, послужит уроком остальным глупцам, надумавшим сопротивляться мощи темных сил!

Меч выскользнул из ножен, прочертил на стене полосу, так и не срубив головы — рогатый вовремя присел и, задрав верхнюю губу, обнажил острые клыки, собираясь напасть.

— Эм, простите, — вклинилась между парнями девушка. — Я все понимаю, вам не терпится выпустить друг другу кишки, но, может, мы продолжим искать колдунов, а? Вернемся домой, и убивайтесь, сколько хотите!

Удивленно рассматривая рыжую говорящую преграду, парни остыли так же быстро, как завелись. Меч ушел обратно в ножны, а Кай вновь беспечно замахал хвостом.

— Принцесса, у вас осталась газета? — спросил хвостатый.

— Да, — Нинель тут же достала из кармана смятую бумагу и, расправив, передала Каю. Тот не взял.

— Выберите сами, к кому идти. Я буду наблюдать за вами сверху, — сказал бес и спешно забрался по стене на крышу.

В переулок вошла шумная компания, проходя мимо Адониса и Нинель, будто тех не замечая.

Решили идти по всем адресам, указанным на вырванной газетной странице. Результат оказался впечатляющим и немного шокирующим.

На одной улице оказалось аж три конкурента: парапсихолог, заявляющий, будто он демон; знахарь с магической степенью и ясновидящий с дипломом темных сил. Все они в своих объявлениях обещали связь с другими мирами.

Первым на очереди оказался  знахарь с магической степенью. Мужик, насквозь прокуренный и осунувшийся, который предложил прочистить Нинель чакры путем уединения в духовной комнате. Чакру мужику прочистили, оставив на память два фингала: один — за загребущие руки, второй — для симметрии.

Следующим шел ясновидящий, который не предвидел появление Кая и собственного шока на этот счет. Уже глубокой ночью, уставшие, они добрались до последнего адреса, малодушно предоставляя возможность демону проверить шарлатана. Кай улыбнулся, обнажив акулий оскал и завиляв хвостом, нырнул в квартиру. Вынырнул он оттуда минут через пять и философски пожал плечами:

— Не похоже, чтобы этот парень часто общался с представителями моего вида. Вначале заявил, что крещеный, затем облил святой водой, показал кукиш, а под конец попытался станцевать танец дождя с бубном. Да так с бубном и на коврике поскользнулся. К утру оклемается.

— Жаль, а писал, что демон.

— Если он демон, то я святой рыцарь.

Адонис фыркнул и передернул плечами. Нинель забралась под его руку, как под крылышко.

— Холодно? — спросил черт, не ощущая понижения температуры. И, не дожидаясь ответа, начал осматриваться в поисках подходящего места для сна. С его выбором не согласилась Нинель, морща носик, зато Адонис решил, что таким образом им не придется никого обманывать и притеснять. Разве что уже застолбившие место бездомные попробовали возникать, но одного взгляда на «пушистика», как представился Кай, им хватило поставить свое душевное здоровье выше спального места. Таким образом, Адонис, Кай и Нинель стали  счастливыми обладателями трех большущих коробок, чудом не расползшихся при вчерашнем дожде.

Каждому по одной.

— Но вместе теплее, — заявил не обделенный шерстью демон. — Давайте все в одну забьемся, а то простудитесь. Знаю я вас, людей, вы горазды заболевать.

Нинель покраснела  и отодвинулась от обоих мужчин.

— Порядочные девушки с мужчинами до свадьбы не спят! — заявила рыжая.

— А пока они хранят порядочность, мужчины спят с беспорядочными, делают им детей и толкают вперед демографию. Прелесть!

— Да как ты смеешь, бесовщина рогатая! — встал на защиту невесты рыцарь света.

— Как могу, так и смею. Хочешь сказать, ты одним святым ликом сытился все свои годы? Или все грезишь аистами? Продолжай в том же духе. Вернемся домой, вы поженитесь, оставишь ее в замке, уйдешь в поход, а через лет десять узнаешь, что стал отцом троих детей.

Меч просвистел у правого уха, высекая из рога искры.

— Продолжай в том же духе и добудь огонь, пещерный человек, — засмеялся бес и, дернув рогами, откинул от себя орудие убийства. Полетели искры, и куча мусора в круглой мусорке действительно загорелась. — А вот и костер. Предлагаю погреться, кто продрог.

Для убедительности демон подвинул всех хвостом к костру. «И когда только эта гибкая конечность успела к ним подкрасться», — думали люди.

С ужином обстояло дело хуже. Адонис волком смотрел и красть не давал. Хотя одно окно так манило: оттуда тянуло ароматом жареного мяса.

— Нельзя красть! — поддержала позицию Адониса Нинель. — Может, там бедные живут.

— Бедные мяса не едят, — скривился Кай.

— А что же едят бедные? — удивленно раскрыла ротик рыжая принцесса. Адонис хотел уже просветить девушку в специфическую диету неимущих, но демон успел первым, и сделал это весьма показательно.

Поднятая за хвост крыса оценила норму, равную тридцати двум клыкам, и сдохла, схватившись за сердце.

— Ужин бедноты! — швырнул демон принцессе пойманное, та машинально поймала и наградила кормильца громким визгом.

— Бесово отродье! — вновь схватился за меч Адонис, но тут же его отпустил, так как пришлось хватать принцессу и помогать ей ловить ожившую крысу, забежавшую куда-то под одежду.

Кай откровенно наслаждался представлением, особенно когда не выдержавшая паники принцесса сняла с себя кофту. Наконец, злосчастный грызун выпрыгнул из одежды. В прошлой жизни он явно был колдуном, так как решил повторить собственную кончину в огне. Горящий мусорный бак сыто полыхнул, проглатывая подношение, и завонял паленой шерстью.

— Покойся с миром. Прошу минуту тишины, — с наглой улыбкой сложил руки демон, наблюдая игру пламени.

Прошлую ночь они провели на ногах, в эту — ноги просили пощады, а глаза — сна. Однако Адонис отказался спать, когда бодрствуют темные силы. Он позволил невесте заснуть, а сам встал на стреме. Кай, в отличие от рыцаря, считал, что раз Добро решило измотать себя бессонницей, то Злу можно взять выходной. Из его коробки доносились тихие посапывания. Подкравшись, Адонис обнаружил своего врага мирно спящим в позе «котик свернулся компактным калачиком и прикрыл мордашку хвостом».

— С ума сойти, — сделал вывод представитель добра и оставил в покое силы зла, по крайней мере, на эту ночь.

3 глава

Разбудили демона голоса человеческих детей. О маленьких людях Кай знал мало: они маленькие, хрупкие и шумные. Сбиваются в стайки, как птички, и терроризируют окрестности. Совсем не похожи на демонят, которых держат друг от друга подальше, не давая этим вцепиться друг другу в глотки, и сократить численность нового поколения. Исключением была лишь правящая семья, специально сталкивающая детёнышей.

— Спорим, опять щенка выбросили! — услышал он совсем рядом со своей коробкой.

— Нет, котенка, – голос второго ребенка оказался тоньше.

— Больно коробка для котенка большая, наверное, целую собаку.

— Открываем?

— Открываем.

Его коробку раскрыли, пропуская внутрь свет и заставляя сонно морщиться. Повернувшись к нарушителям спокойствия, Кай улыбнулся, обнажая набор сабель вместо зубов. Дети замерли и сделали шокирующий вывод:

— Не, это покруче собаки. Возьму-ка я его домой.

— И я, и я хочу, — запричитала девочка.

Черт моргнул в недоумении от бесстрашных детей и закрыл коробку, из которой его начали активно выколупывать — вначале обещаниями коврика на ночь, конфет на обед и собственной миски на кухне. Затем коробку просто начали раскачивать. Естественно, уже натерпевшаяся от дождя бумага не выдержала издевательства, оставляя «пушистика» на растерзание маленьким людям.

И где Адонис с Нинель, когда они так нужны?

Они оказались недалеко. Пытались втолковать продавцу из киоска, как жить правильно и как он будет награжден силами света, если пожертвует им еду. Естественно, их высмеяла вся очередь, чем привела Адониса в бешенство, и лишь рядом находящаяся Нинель не дала ему снести лоток с продавцом, однако вбитая в асфальт стальная лавка после пинка улетела достаточно далеко: этого хватило, чтобы все смеющиеся резко заткнулись. Нинель тоже пораженно замолчала, как-то забыв, насколько силен ее кавалер. По слухам, этот человек мог голыми руками поднять коня. Девушка улыбнулась, чувствуя защиту этого сильного человека. С ним и Зло всего мира не страшно.

Уже подходя к тому месту, где они провели ночь, люди услышали детские голоса и немедля побежали, боясь за глупых детей, набредших на само Зло. Дети оказались в порядке, Кай — не совсем. Он раздраженно бил по земле хвостом, на который нацепили розовый бантик, и пытался уклониться от мальчишки с ножницами, которому приспичило поиграть в парикмахера, и от девочки, жаждущей поиграть в дочки-матери, надев на него чепчик.

— Наконец-то! — воскликнул черт, вскакивая и в два прыжка оказываясь за спиной Адониса, потеснив Нинель. — Спасите!

— Кого? — не понял растерявшийся Герой.

— Меня, дубина! Эти бесенята на мне уже и прыгали, и за хвост дергали, на рогах висели, и шерсть на сувениры выдергивали! Как таких без намордника и поводка на улицу выпускают?

Адонис сохранял невозмутимое лицо до конца тирады, затем не выдержал и зафыркал в попытках сдержать смех. А дети уже топтались рядом с открытыми ртами, рассматривая высокого дядю с мечом наперевес, похожего на рыцаря из сказок, даже без коня и доспехов.

Нинель отшатнулась от задорно улыбающегося демона и прижалась к спине своего рыцаря сильнее, но от взгляда горящих красных глаз это не спасло.  Вроде, просто смотрит, а сразу становится неуютно, будто видит насквозь. Она невольно наблюдала за прячущим когти за спиной демоном, уже смотрящим на видимый отрезок улицы, по которому начали ходить люди. Сонно зевнув, рогатый лениво взмыл на крышу и пропал из виду. В это время Адонис уже сам стал невольной нянькой для напористых детишек, рассказывая им, как сложно быть рыцарем, и что у него был настоящий конь. Нинель тоже подключилась к этому делу, поведав о скучной жизни принцессы, которая по молодости прыгала из окна на дерево, спасаясь от вездесущей гувернантки.

Если увидеть удивленные взгляды, бросаемые ими, то Кай, наблюдающий все с крыши, мог судить о том, что эти двое из беседы с детьми узнали друг о друге намного больше, чем за все годы знакомства после обручения. Потерев тупой стороной когтя основание рогов, демон быстро переместился на соседнюю крышу, наслаждаясь прогулкой. Ему понравилось совершать головокружительные прыжки между зданиями, распрямляя длинный хвост в ожидании приземления. Но вскоре он остановился, удовлетворенный прогулкой, да и пролетающий вертолет чуть не сбился с курса, наблюдая его прыжки. Пришлось сворачиваться.

Газетчик недоумевал над пропажей витринных образцов, а Кай уже нес добычу к тем, с кем заключил мирный договор. Детей поблизости не было, а воркующая парочка обнаружилась не там, где ее оставили. Стояли голубки у лавочки под деревом.

— Что вы здесь забыли?

Адонис развернулся, взмахивая мечом, Нинель подпрыгнула, моментально прячась за мужскую спину. Кай упал перед ними, повисая на хвосте, чем нарушил парковую тишину. Длинные черные волосы колыхнулись вслед за резко убираемой вверх головой, но несколько прядей Адонис успел-таки зацепить мечом.

— Хреновый из тебя парикмахер, — раздалось с дерева. — И палач. Ни подстричь не смог, ни усекновить.

— Спустись, и я исправлю это упущение!

— Боюсь, боюсь! Лови! — газеты посыпались дождиком с дерева. — Пора заняться делом.

Люди заняли лавочку, демон — растущее рядом дерево. Проходящие мимо люди периодически поворачивались на шумную парочку, ругающуюся с деревом. Один решил поинтересоваться таким поведением.

— Почему шумите, молодые люди, дерево ругаете, неужели оно вам чего-то плохое сказало? — обратился к ним старичок с тросточкой.

— Сказало! — хором огрызнулись порядком злые люди.

— И еще скажу! — раздалось от дерева.

Старичок икнул, посмотрел на дерево, увидел мохнатый кончик с повязанным на нем розовым бантиком и подергал за него. Хозяин хвоста одарил смелого человека взглядом вспыхнувших угольков. На месте старика осталась стоять тросточка, а сам он, как молодой, со спринтерской скоростью скрылся из парка.

— Кай... Тебя же Каем зовут? — неожиданно обратилась принцесса — но с дерева ей не ответили, и она продолжила, — У тебя на хвосте розовый бант.

В листве зашуршали, заругались, и рядом с девушкой опустилась обсуждаемая конечность, украшенная, как новогодний подарок.

— Дарю!

Вместо потянувшейся к хвосту девушки за него ухватился Адонис, и лицо его в тот момент не сулило ничего хорошего для пушистой конечности и демона в целом. Дернул смачно и сильно: черт только крякнул и свалился вместе с веткой.

— Сколько ж дури в тебе, рыцарь! — сказал черт, недоуменно осматривая результат. Дерево не сдалось без боя и частично выкорчёвывалось. Пожертвовав веткой, оно устояло, а ветка упала на ее обидчиков.

Бес покрутил хвостом, а с ним и розовым бантом, и понаблюдал, как повраги вылезают из листвы с лицами, жаждущими отмщения. Покачав рогатой головой их мстительным моськам, демон поднял раскиданные газеты и оглянулся по сторонам. Кое-где уже появлялись любопытные, и до ушей доносились фразы об «офигенном косплее».

— Ищите колдунов, я буду недалеко, — сказал он перед тем, как вновь скрыться на дереве, а затем перепрыгнул на другое дерево, с него — на ближайшее здание. Излишнее внимание, видимо, нервировало его, воскрешая знания уфолога и ужасы экспериментов, которым подвергнется «зеленый человечек», если будет пойман.

Просматривая новые и повторяющиеся нелепые объявления магов, гадалок, знахарей и прочего бреда, обещающего мгновенное решение всех проблем, Адонис тяжело вздохнул и принял беспечное решение проверять всех по очереди. В одной из газет оказалась карта Москвы, очень пригодившаяся для этого дела.

Как и обещал, Кай все время находился поблизости. Розовый бант мелькал то сверху, то сбоку, издеваясь над успевшими заметить его людьми.

— Поймаю и повяжу бант на шею, крепко-накрепко! — злился Адонис, выходя из прокуренного ладаном помещения фальшивого мага, получившего вместо денег мечом плашмя по голове.

— Наверное, так он будет выглядеть, как кукла с бантиком на шее.  Нет, скорее, как терьер моего дядюшки, — задумалась принцесса.

— Дяди, терьеры… давайте еще с невестой в рюшках сравните, — демон стоял на балконе второго этажа и что-то с аппетитом ел.

— Снова украл?! — вознегодовал рыцарь.

— Да, держи, – бросил демон Нинель запакованный в пакет хлеб. — Поделись с этим праведником и продолжим.

Хлеб пошел на ура, но ни один не поблагодарил черта за ворованную еду.

Новый адрес и новое лицо, полное загадочности и одухотворённости, настолько фальшивое, что Адонис не выдерживает.

— А вы видели демонов? — спросил он, едва его невеста открыла ротик, рассматривая оккультную ерунду.

— Конечно, связь с потусторонним — это моя работа.

— И вы их не боитесь?

— Молитва сбережет мою душу...

— Понятно, — Адонис встал с дивана, подошел к окну, раскрыл его на всю ширь и громко позвал: — Кай! Иди сюда!

Демон не заставил себя ждать, уже стоя посреди комнаты и виляя розовым бантиком, резко перетянувший на себя все внимание. Если колдунья и встречалась с демонами, то только во снах, так как немедля в них и отправилась.

— Принцесса, снимите с меня этот девайс комнатной собачки, — вновь протянул ей бес хвост. В этот раз Нинель успела ухватить кончик ленты и развязать плененную ею конечность.

— Почему ты это сам не сделал? — спросил рыцарь, проверяющий состояние шарлатанки.

— Вроде, с демонами борешься, а ничего о нас не знаешь, — нагло ухмылялся Кай, неожиданно подсовывая под нос блондина свои когти. — Этим лишь расчленять можно или знания вытягивать, на аккуратные виды деятельности когти никак не годятся.

В качестве демонстрации демон коснулся когтем собственной щеки, с которой скатилась капля красной крови. Сам порез моментально зажил.

— Да знаю я, — раздраженно рыкнул рыцарь, вставая, — в смысле, ты мог просто разрезать эту ленту.

— Зачем? Она красивая.

Адонис поперхнулся — демон о красоте заговорил. Ища поддержки невесты, он повернулся к ней и увидел, как она вплетает ленту в свои волосы.

— Может, он блохастый, — скривился рыцарь, собираясь вынуть ленту из волос Нинель, но та ловко извернулась и, улыбнувшись, выбежала из квартиры спящей женщины.

— Я не блохастый, — надулся Кай, вильнул лишившимся ленты хвостом и исчез в окне.

Адонис почувствовал себя нянькой двух весьма непослушных детей.

Вновь до вечера велись поиски настоящего мага, и вновь они окончились ничем для кучки иномирян, и кошмарами с нервными потрясениями для шарлатанов. По свежим следам продолжала идти группа охотников за зелеными человечками, и сегодня она едва не столкнулась с Нинель и Адонисом на улице. Просто не подумала, что нелепо одетые люди, у одного из которых — меч, это и есть их искомые человечки. Кай тоже за ними понаблюдал, но, не заметив явной опасности, оставил тех в покое. Он также искал информацию, просматривая газеты, но уже оставил идею найти колдуна. Вместо этого он обратился к странным заметкам, повествующим о действующей группе сатанистов в пригороде Москвы. Покопавшись в чужих знаниях, Кай решил проверить эту сторону местной духовной жизни сам — вдруг его признают королем, раз рогатым и хвостатым поклоняются.

Новый закуток, заставленный мусорными баками, лишённый человеческого общества. Нинель клевала носом, потихоньку начиная скулить от отсутствия ванны и нормальной кровати. О скручиваемом от голода животе она не упоминала, боясь, что тот заноет сильнее. Адонис, привыкший к долгим походам, не чувствовал неудобств, зато все начинали чувствовать запах пота.

— Ты что делаешь! — ужаснулся он, обнаружив демона, обнюхивающего его плечо.

— Определяю степень съедобности, — за шутку чуть не получил между рогов, но вовремя увернулся. — Не волнуйся, я падаль не ем.

— Да иди ты! — огрызнулся мужчина и тоже принюхался. — Может, тут есть река, где можно вымыться?

— Есть. Искупайся — отрасти себе щупальца, — посмеялся Кай, воспринимая чужие воспоминания, как свои, и фыркая от забавных уфологических исследований на тему «В Москве-реке живут пришельцы». Мутанты-рыбы, различные болезни — все это шло в комплекте к нелепостям чужих знаний.

— Она что — волшебная? — наивно удивилась принцесса, которой не достались эти знания.

— Ага, всю таблицу Менделеева умудрилась вместить, руша теорию о невозможности подобного. Наверняка уран в ней тоже плавает, совершенствуя и создавая новые виды жизни, которые однажды вылезут и поработят этот мир! — засмеялся он, разворачиваясь и удаляясь в вечернюю тьму. — Ладно, козлятушки-ребятушки, буду утром, не скучайте.

— Куда ты? — моментально заподозрил неладное представитель добра.

— Дела, представляешь. Столько девственниц не обесчещено, столько праведников не распято, городов не покорено, а героев не убито, — говорил черт, удаляясь.

Адонис бросился следом, но хвост ударил по мусорному баку и полетел в Героя, сбивая того с ног. Пока поднялся, беса и след простыл. Вернее, след-то остался: пять острых полос на асфальте, за которые схватятся уфологи, а вот сам Кай испарился. Крыши встретили, как родные, иногда на них попадались конкуренты в виде практикующих прыжки молодёжи или работников различных услуг. Первые резко прекращали свою асоциальную деятельность, вторые — готовились распространять слухи о демонах на крышах. А что? Канализационщики все уши прожужжали своими крокодилами! Теперь и  им будет, чем крыть.

Пока рогатый, ориентируясь на чужую память, передвигался на самый край города в уютный лесок, он все думал о забавных людях, с которыми его свела судьба. Над ними было так весело подшучивать, поэтому он решил, что если поклонники Зла будут настоящими и смогут вернуть его домой, он вернется один. А Герой и Принцесса и здесь великолепно приживутся. И их не придется убивать.

Лес встретил густой тьмой и разожжённым на полянке костром. Нужно было идти туда, но по спине пробежали перепуганные мурашки. Кай тряхнул черной шевелюрой, в который раз коря себя за застрявшего в голове уфолога. Поэтому вместо желаемого пушистым приветствия «обнимемся, братья» демон плотнее прикрылся ветками и замер, размышляя. В его воображении предстал зелененький рогатенький-хвостатенький человечек, очень напоминающий его самого, которого со всей человеческой душой распяли и провели так называемое анальное зондирование.

Постучавшись  рогами о дерево, демон пришел в себя, принюхиваясь и присматриваясь к происходящему. Очень скоро он расстроенно простонал, хороня свои надежды на возвращение в родной мир.

Что тут сказать? Куча людей в черных балахонах культурно зарезали козла, разлили его кровь, оттащили к мангалу, воздали хвалу местному Злу, вытащили пивко и собирались не то вначале пожрать, затем предаться блуду, или вначале блудить, затем пожрать. А пока они определялись, Кай решил явиться и присоединиться. Прыгнув на столб, под которым козла резали, хвостом его оплел, когтями людям помахал.

Студенты еще ни при одном суровом преподавателе не хранили столь почетную тишину. Нарушил ожидание сам долгожданный гость, многократно призываемый в ночи, а точнее – бурление в его животе. Да такое громкое, раскатистое, требовательное, намекающее. Намек поняли все, но вместо того, чтобы поделиться дальним родственником (по мнению людей), зарезанным у столба, и дать к нему пивка, студенты решили, что пришли пить их кровь, есть их плоть, трахать их женщин.

И они побежали. Ладно бы врассыпную — все в одну сторону. Кай прыгнул и оказался перед ними, но не успел он и рта раскрыть, как студентики, чуть не самоубившись друг об друга, побежали в обратном направлении.

Кай тоже побежал, на четвереньках всех перегнал и распахнул объятия, еще и улыбнулся во все тридцать два клыка. Сатанисты впечатлились улыбкой и побежали в противоположную сторону, вытаптывая поляну. Демон втянулся в игру «демон-студенты» и уже бегал то в их толпе, то сбоку, то подгонял хвостом, то пролетал в длинном прыжке и преграждал собой путь. В общем, развлекался по полной, абсолютно позабыв про цель визита.

Но вот студентики начали уставать и отставать, рассыпались, как косточки по поляне, и расползлись по кустикам.

— Как жаль, я только вошел во вкус, — притворно расстроился черт и махнул хвостом в сторону кустов. — Ловись поклонник большой и маленький!

Поймался маленький, хиленький, трясущийся, словно лист на ветру. Подтянул к себе поближе, окукливая в хвост, чтобы не сбежал, — Род деятельности! — голосом профессора потребовал бес.

— Студент, — неверным голосом ответили ему.

— В смысле, кто? Экономист, бухгалтер, юрист...

— Не юрист! Я не юрист! Честно! Не ешьте меня! — заныл пленённый парень.

— А что, юристы вкуснее?

В ответ одни лишь всхлипы. Какой слабый парень. Посмеявшись над чужой трусостью, Кай решил не церемониться и, как обычно, изъять знания когтем. Жеманное лицо побледнело до предела, когда острый коготь проколол кожу на лбу. Черные сосуды ладони сократились лишь раз, и Кай брезгливо отбросил от себя человека, позволяя тому скрыться в лесу.

— Чуть ориентацию мне не попортил! — крикнул вдогонку Кай, резко ощущая потребность надраить себя мылом и во рту тоже. Полезного в голове «голубого», впрочем, было больше, чем бесполезного. Особенно повезло со знанием современной техники, но перед глазами упорно мелькали иные более интимные картины.

— Пипец, — емко заключил хвостатый, собирая трофеи в виде козлиной туши и бутылок пива.

Местное Добро стало должно неместному Злу, ибо все после той ночи побежали замаливать грехи в храмы во спасение души и тела. Последнее оказалось более приоритетным, но вслух этого никто не говорил. Впрочем, это совершенно не интересовало пораженного со всех сторон демона, идущего по улицам города и пугая своим ликом ночных прохожих. Полученные знания громко заявили ему о неминуемо долгой жизни в этом мире, по причине отсутствия в этом мире магии. Если верить чужой памяти, в магию не просто не верят — ее просто-напросто нет.

Нинель и Адонис спали в обнимку в старой Волге, оставленной за ненадобностью и растасканной на детали, укрывшись старым брезентом, пропахшим мазутом и резиной.

— Еще не женаты, а уже вместе спят. Вот он — разгул молодежи, верх безнравственности!

Адонис проснулся по-военному резко, и тут же попытался вскочить да дать наглой нечисти по морде. Итогом его поспешных действий стала головная боль от встречи с крышей машины. Нинель хлопала глазами, плохо соображая, еще частично пребывая в мире грез.

— Тушите свет, повраги, мы здесь надолго, — заявило Зло с приклеенной на бледное лицо улыбкой. Тушку козла, частично объеденную по дороге, и бутылки пива он положил у машины. — Пожарьте, или что там вы люди делаете с мясом, и съешьте. А то к утру собаки растащат, – отстраненно дал указания он, присматривая уголок для сна и себе.

— Погоди, погоди! — вылетел из машины герой. — Повтори, что ты там сказал вначале?

— Ты о том, что мы здесь надолго, или о ваших обнимашках?

— О первом, дурень! Что ты узнал?!

Кай на мгновение застыл — даже хвост перестал вилять — и произнес:

— Мы не сможем вернуться домой.

— Повтори!

— Мы не сможем вернуться домой! — рыкнул Кай, резко становясь угрожающе опасным, заставляя Героя искать на поясе меч. — Нет в этом мире магии! Нет возможностей переместиться между мирами! Нет ничего и никого, кто бы помог нам! — распалялся он, повышая голос до крика. — Хотя вам-то что! Вы, люди, приспособитесь! Вас, куда не засунь — свое урвете!

Кай помотал головой, успокаиваясь, и резко развернулся на пятке, растворился в темноте, оставляя поврагов под давлением слов.

— Он лжет! — поспешил заверить Адонис Нинель, заметив на ее лице слезу. — Он же демон, а демоны всегда лгут.

— А вдруг это правда, вдруг мы не вернёмся домой? — хлюпала носом она. — Я не хочу прожить всю жизнь как бездомная! Это ужасно. Все должно было быть совсем не так.

— Да, знаю, — гладил мужчина по рыжей головке.

— Ты должен был спасти меня, я должна была выйти за тебя замуж, демоны должны были быть побеждены...

Адонис невольно представил подобное светлое будущее, которого они лишились, и неожиданно похолодел, прокручивая в голове момент перед падением в магический портал. Он вспомнил, как его меч должен был снести рыжую голову с плеч, но в последний момент его злейший враг спас ее. И осколок черного меча убил мага, пошла цепная реакция, и они оказались здесь.

Рыцарь сглотнул горький ком, отодвигаясь от принцессы.

— Надо бы мясо пожарить, — рассеянно проговорил он, ища в кармане кусочки кремня, прибывшие в этот мир с его почившими латами.

Ночь прошла плодотворно и для уфологов, последовательно расследующих следы действия пришельцев. С места «высадки» они направили стопы по адресам перепуганных людей, основная масса которых зарабатывала обманом доверчивых граждан. Жертвы «контакта» икали, пили валериану и рассказывали о трех «пришельцах». Правда, из их уст чаще звучали слова «демон», «бес», «черт», «темные силы», но уфологи быстро переиначивали их на свой лад: «пришельцы», «инопланетяне», «зеленые человечки», «братья по разуму». Были обнаружены отметины когтей почти везде, где побывали инопланетные друзья, приведшие псевдоученых к теории о хищных домашних животных пришельцев.

В ходе расследования уфологи пришли к выводу о разумности гостей и решили, что те потеряли летающую тарелку, так как несколько раз обмолвились о доме и невозможности вернуться в этот дом. Гуляющие дети также оказались в числе вступивших в контакт и поделились мнением о кротости нрава гостей, позволивших себе бантики вязать и шерсть стричь. Образец волосяного покрова живо оказался под микроскопом и привел псевдоученых в экстаз. Найденные позже козлиные кости подтвердили теорию о двух гуманоидах и их домашнем хищном животном. В тот момент никогда не болевшего простудой Кая одолел громкий чих.

— Заболел? — злорадно поинтересовалось Добро у Зла.

— К чему такой интерес? Думаешь, простужусь и сдохну? — отозвались из окна строящегося развлекательного комплекса. Внутри было пусто по причине воскресенья. Хорошее укрытие от чужих глаз.

— Сомневаюсь в твоей услужливости в плане таких щедрых одолжений, — хватаясь за опущенный хвост, одновременно обхватывая свою невесту за талию. Хвост вволок людей в просторное помещение, по углам которого валялся строительный мусор и мешки с отделкой.

Нинель устало приземлилась на пол и молча взяла с пола брошенный пакетик с бутылкой какой-то сладкой жидкости. Девушка вообще мало говорила по причине воспитания и растерянности. Для нее развернувшаяся ситуация казалась безумным сном, с которым лишь предстояло смириться. И смирение пройдет легче, когда она доберётся до ванной и поест более подобающую ее персоне пищу. О жажде спать на кровати говорить не стоило. А еще она не могла понять, как так вышло, что ее будущий муж, светлый рыцарь, герой десятого королевства, надежда всего мира, на равных, почти спокойно беседует со Злом всего мира, ответственным за гибель девяти королевств, чьи руки по локоть в крови, который похитил ее, обещал надругаться и стоял сейчас в паре шагов с ехидной улыбкой на лице. В голове подобное отказывалось укладываться и застыло в вакууме, разрезая мысли острыми углами.

— Так о чем ты вчера таком говорил? — напомнил Адонис Каю смысл их маленького собрания.

— О невозможности вернуться домой, — после ночных дум демон успокоился и больше не воспринимал новость в штыки.

Нинель с силой сжала зубки. Она еще надеялась на ложность подобной теории.

— Поясни, с чего ты это решил! — Адонис едва сдержался, почти переходя на крик.

— В этом мире нет легионов, — спокойно ответил Кай. — Я давно заметил нечто странное в окружающем нас пространстве, но до вчерашнего вечера надеялся на менее печальные выводы. Но, боюсь, я прав — в этом мире нет легионов, а значит, нет и магии.

— А что такое легионы? — спросила Нинель, пользуясь неожиданным молчанием своего суженного, который также хотел задать этот вопрос, но не хотел показаться необразованным перед хвостатым Злом.

— Это организационная частица мира. Как правило, это... эм-м... вещество... невидимое, неслышимое и неощутимое, если на него не воздействовать специально. Из него состоит вся магия в нашем мире, также эта частица является частью всех магических существ, — он на минуту замолчал, обращаясь к знаниям вчерашнего паренька, который в попытке найти настоящую магию перерыл все религии и перепробовал все возможные магические ритуалы. Ни один не работал. Все, что могло бы быть магией, оказывалось обманом. — Выражаясь яснее, без нее нельзя творить магию, а если легионов нет в этом мире, значит — нет и магии.

Адонис сглотнул. Маги действительно упоминали нечто, составляющее магический фон, который оказывался разным в разных местах, и перекладывали вину за это на неравномерно распределенную по миру частицу магии.

— Лучше бы ты врал! — с горечью выдохнул Герой.

— Не вижу смысла. Мы в одной лодке. Лгать вам — лгать себе, — понаблюдав за тихо всхлипывающей молчаливой девушкой и бьющему по начинающему исходить трещинами полу Адонису, Кай бросил козырь. — Но шанс все же есть.

— Скотина! Не мог начать с хороших новостей?!

— Тогда бы я не увидел отчаяние на ваших лицах.

Светлый рыцарь с трудом сдержался — так сильно ему хотелось разбить это ухмыляющееся лицо.

— Рас-с-сказывай! — прошипел он.

— Какой нервный, — вильнул хвостом демон, но продолжать тестировать предел прочности нервной системы представителя добра не стал. — Встречались случаи, когда легионы находили носителя — предмет или человека. Они консервировались в нем и могли быть использованы как самим носителем, если он являлся разумным, так и другими магами. Шанс найти такого человека или такой предмет очень мал. Я бы даже сказал: он равен нулю. Но, изучив чужую память, могу предположить, что раньше в этом мире существовал легион, но не такой концентрированный и масштабный как в нашем мире. Доступен он был немногим, поэтому не стоит терять надежду, — закончил свою речь черт, беря из пакета нечто шуршащее; похожую упаковку раньше опустошила Нинель, но, в отличие от нее, едва зацепив пакет кончиками ногтей, Кай отправил его в рот целиком и проглотил.

— Что же нам делать, если маги в этом мире так редки? — Рыжая принцесса взяла себя в руки сразу, как услышала о надежде. — Не можем же мы жить на улице?

— Почему нет? — удивился демон.

— Потому что она принцесса, олух! — вступился рыцарь. — Это ты, тварь, можешь жить в мусорке, а человек может и умереть.

Кай проглотил высказывание о тысячах жителях улиц и серьезно задумался над этим вопросом. За своими думами он забыл прислушиваться и пропустил появление гостей.

4 глава

Уфологи оторопели от увиденной картины: слишком уж резко три существа контрастировали друг с другом. Сразу бросился в глаза высокий, почти под два метра ростом, мужчина с засаленными длинными золотистыми волосами. Он выделялся в сумраке помещения, как лучик света, несмотря на хмурое выражение лица и грубый скат бровей, делавших его лицо излишне резким, а глаза — строгими. Рядом с ним стояла среднего роста девушка с фигуркой подростка, по спине девушки струилась гладь изумительно рыжих длинных волос. Но больше всего внимания заслуживал третий находящийся в помещении. Он не являлся человеком, скорее, оборотнем, застывшим посередине трансформации. Выше девушки, выглядевший значительно более хрупким, чем хмурый блондин, этот осколок сумерек щеголял меховыми «штанами», огромными когтями, острыми рогами, длиннющим хвостом и пугающе горящими глазами. И эти горящие алым глаза смотрели точно на нежданных гостей, тоже оценивая их.

Кай сразу узнал того человека, сохранившего на лбу отметину от забранных знаний. Узнал он и его коллег, смешно смотревшихся в шапочках из фольги, с приборами для измерения радиации в руках и безумием в глазах. Он хорошо помнил все картины, пронесшиеся в голове охотника на НЛОнафтов, и от воспоминаний шерсть на загривке встала дыбом. Невзирая на все свои двадцать когтей, острые зубы и хвост, Кай позорно прыгнул за спину Адониса и уже оттуда произнес:

— Твой час настал, Герой, монстры наступают!

— Что ты несешь? Это люди! — не понял причин паники Адонис и протянул руку, дабы схватить демона.

— А ты глянь в их глаза: с их губ течет пена, а эти шапки — не иначе, как дань поклонения Злу! Монстры, точно тебе говорю!

— Вот и иди к ним, — рыцарь схватил беса за шкирку, — налаживай контакт с монстроидами этого мира, раз вы одной крови! — и предоставляя уфологам в качестве поджавшей хвост и лапы тушки.

— Братья по разуму! — захлебнулся экстазом встречи один из ученых и схватился за транквилизатор. Остальные потянули свои «клешни», жаждая ощупать экземпляр иной формы жизни. На такой контакт бес был не согласен. Он обернулся и улыбнулся лукаво. Герою очень захотелось свернуть Злу шею, но он не успел.

— Нечестно! Почему только меня хотят изучить? Он тоже пришелец, просто удачно мимикрировал! Наш великий Босс! Глава похода! — указывал когтями на Героя.

Дружный поворот голов уфологов, прищур глаз — будто гончие, взявшие след.

— Я не...

— Из того же мира, что и я. Большая шишка. Стальные яйца. Жареный пафос и много энергии! — разрекламировал «товар» демон, вырвавшись из рук врага и отступая от него подальше.

Адонис испытал невольный страх — от этих людей и вправду волосы вставали дыбом. Убивать невинных не позволяла честь. Поэтому, отшатнувшись, он побежал, не желая разделять участь, на которую подписывал врага.

— Зараза хвостатая! — орал рыцарь, удирая он ликующих ученых, жаждущих большого босса.

— Ты еще «Ну, погоди!» прокричи! — в ответ.

Демон вздохнул с облегчением и развернулся, вильнув хвостом и  неожиданно нос к носу столкнулся с не побежавшим за Адонисом уфологом. Он даже имя этого юноши знал — Андрей. Именно его знания обогатили мозг демона, оставив едва заметную точку на лбу человека.

— Готов к контакту? — угрожающе спросил этот страшный студент, знающий так много о похищениях и пытках.

— Спасибо, чего-то не хочется, — ответил Кай отступая.

— А придется, — заверил Андрей наступая.

Нинель вовремя прижалась к стене и избежала участи быть изученной, слилась с обстановкой и наблюдала за странными догонялками с безопасного расстояния. Герой и демон носились по недостроенному комплексу, периодически сталкиваясь и пытаясь сбросить настойчиво преследующий их хвост. Но не казалось, будто они были реально напуганы или действительно пытались убежать. Девушка решила: это из-за значительной разницы в силе. Ее жениху и врагу просто нечего бояться этих не обделенных мышцами людей в смешных шапочках.

— Хвост пусти! — возмутился бес, оглядываясь. Андрей умудрился-таки схватить юркую конечность.

— Теперь я — дважды контактёр, — улыбнулся студент, будто постиг смысл жизни.

— Ага, похитим и такое сделаем, что даже под регрессивным гипнозом не вспомнишь, по причине дырки в черепе! — пытаясь стряхнуть назойливого фаната с хвоста.

— Похитите? На летающую тарелку? К братьям по разуму?!

Размах безумия набирал обороты.

— Да посмотри на меня, — придвигая Андрея ближе, перехватывая идиота поперек туловища хвостом. — На кого я похож?  — демонстративно постукивая тупой стороной когтей по рогам.

— На иную форму жизни, — с придыханием ответил юный уфолог.

— На какую? Не зеленую же?

— Пушистую! Я верую в пушистых человечков с Марса.

— Никак не сообразишь? Я по другой части! Ну, знаешь — рога, вилы, котлы кипящие, do you understand? — с надеждой.

— Ваша планета просто удивительна! — в ответ.

У Кая нервно дернулась щека и глаз, но он продолжил намекать:

— Костры, грешники, души?

— Даже религия есть, потрясающе.

Черт прикрыл глаза, глубоко вздохнул, поставил уфолога на ноги и задумчиво прокрутил в голове знания этого человека. Покопался в его убеждениях, заглянул в эмпирическую часть сознания, прошелся по памяти и понял, как следует действовать.

— Да, ты прав, мы действительно представители иной цивилизации из иного мира. Мы к вам случайно попали и пытаемся найти способ вернуться обратно, но сталкиваемся с непониманием и жестокостью! Нам очень нужна помощь понимающих людей, — почти не обманул он и даже заставил впечатлительного уфолога пустить слезу.

— Мы, как ученые, как братья по разуму, обязаны вам помочь! — распалялся псевдоученый, переиначивший рассказ демона по-своему.

— Коллеги! — воззвал Андрей к запыхавшимся преследователям Адониса, догадавшимся забаррикадироваться в одном из будущих складов. — С нами вышли на дружеский контакт!

Слова имели волшебное действие, заставляя уфологов бросить преследование и оказаться рядом с хвостато-рогатым иномирянином-инопланетянином. В окружении потенциально невменяемых психов, Кай едва удержал на губах дружелюбную улыбку, а после интерпретации его слов Андреем едва не заржал в голос.

— Наши инопланетные друзья потерпели крушение на нашей планете и нуждаются в помощи по поиску своей летающей тарелки для возвращения домой.

— Также нам нужны кров и пища, — сдерживая смех, отметил демон.

— А взамен они расскажут нам о своем мире и позволят их изучать.

— Я не помню, чтобы говорил о позволении изучать... — попытался воспротивиться бес, но ему неожиданно закрыла рот тонкая девичья ладошка. Принцесса подкралась бесшумно, несколько удивив своим талантом пушистого человечка.

— А ванная там будет? И кроватка?

От действий Нинель демон вздрогнул. Она почти упала на него сзади, неожиданно откидывая стеснительность и манеры.

— Конечно! Всё, что попросите! — ученые встали в кружочек, что-то бурно обсуждая, а Кай, воспользовавшись моментом, захватил девичью ручку хвостом и лизнул кончики пальцев. От ее визга явился Адонис, в который раз уверившийся, что нельзя оставлять демона без присмотра, особенно, если поблизости его невеста.

— Расслабься, Герой, — не дал Кай ему огреть себя куском арматуры. — Я решил часть наших проблем. Так что будь благодарен.

Адонис прижимал к себе оттирающую об его футболку пальцы девушку и заявил:

— Буду, когда сдохнешь. Ты — главная наша проблема!

В ответ — смех, вызвавший у Адониса новую волну бешенства. В это время уфологи договорились и вновь обратили на иномирян все свое внимание. Говорил мужчина старше Андрея. По чужой памяти Кай знал его имя – Павел.

— Мы, как положившие жизни на алтарь науки, не можем игнорировать сложившиеся обстоятельства и готовы оказать всю возможную помощь нашим гостям. В обмен мы просим содействие в исследованиях.

— Если эти исследования не подразумевают операционный стол, — сел по-собачьи демон, топя когти в бетонном покрытии.

— Нет, что вы, — заверял Павел. — Мы, конечно, рады будем образцам для исследования, но разве мы можем навредить нашим космическим братьям? Мы хотим услышать рассказы о вашем обществе и увидеть ваше вливание в наше общество. Мы хотим знать больше о вашем мире и вас!

Нинель нетерпеливо кивала, согласная обменять все свои скудные знания на возможность домашней жизни, а не бездомной. Адонис явно сомневался, а Кай все еще подозревал ученых в покушении на свою шкуру для исследований.

— Нам надо обсудить ваше предложение, — вежливо сказал рыцарь и за хвост отволок черта подальше от возбужденно шепчущихся уфологов. Нинель так от него вновь не отлипала и шла, держась за локоть.

— Хватит дергать меня за хвост! — оскалился Кай, нервно вырывая взятую в плен конечность из сильных рук.

— Говори, что это за психи! На что ты нас толкаешь?!

Кай поморщился.

— Доверия ни грош?

— А ты думал.

— «От Добра добра не ищут». Вот о чем я думал. А это — просто психи. Но смирные. Ты пойми, Доня, нам помощь очень нужна.

Адонис завис на пару секунд, прокрутил в голове сказанное и переспросил:

— Как ты меня назвал?

— Доня, — повторил демон, и единственное, что спасло его голову от обезглавливания, это реакция и крепкие рога.

— Не смей коверкать мое имя!

— А что? – хвостом ощупывая образовавшийся скол на роге. — Оно такое пафосное, почему не Доня? Короче и домашнее, — посмеиваясь.

— А мне больше Адик нравится, — предложила свой вариант принцесса, не обратившая внимание на новую перепалку. Это немного смягчило агрессивного рыцаря, и он убрал меч. Смущенно почесал нос.

Кай вновь спросил:

— Ну так что, вы будете сотрудничать с психами?

— Я — да! — вновь пренебрегая этикетом и принимая сама за себя решение, ответила Нинель.

Адонис, получивший сразу две клички — от врага и невесты, закусил губу, но уже было ясно, что он не откажется. Не мог же он бросить на произвол судьбы будущую жену, а заклятого врага оставить без присмотра.

— Эй, мы согласны! — прокричал черт, вызвав бурный восторг у искателей зеленых человечков.

Команда НЛОшников представляла из себя шесть мужчин разного возраста, старшему из которых явно стукнуло чуточку за сорок, а младший ходил в ближайший ВУЗ. Кай знал это по чужой памяти и не нуждался в представлении, поэтому пропустил его мимо ушей, в отличие от пожимающего всем руки Адониса, узнавшего, что Андрей —студент, Паша — экономист, Саша — зоолог, Герман — врач (причем подпольный), Захар держит продуктовую лавку, а Богдан — директор спортивного центра (и директор подпольных боев). Оказалось, уфологию за науку в мире не считают и на ней не заработаешь.

— Вот и приходится работать не по призванию, — плакались они ему на мировую несправедливость.

Также им пришлось снять шапочки из фольги после наивного вопроса Нинель об их назначении. Пристыженные ученые признались в том, что уверены: инопланетные лучи влияют на их мозг. При этих словах мужчины смотрели на меч Адониса, который он продемонстрировал еще вначале, и уверил всех в некоторой отсталости технического прогресса их мира. Кай выразил свое мнение смехом и емким упоминанием легионов, из которых создавалось не создаваемое и даже разумное. Это впечатлило ученых, вынуждая отвечать на новые вопросы.

Помощь, которую оказали эти шестеро, оказалась неоценимо огромной. На краю Москвы у них имелась трехкомнатная квартира, сдаваемая приезжим спортсменам или зарубежным гостям. Иногда Герман проводил в ней нелегальные операции. И эту квартиру предложили им в пользование.

Всю дорогу до новой жилплощади уфологи препарировали мозги иномирян вопросами. Кай благополучно переместился на крышу, минуя экзекуцию внутренней полости черепной коробки, которую более-менее смогла еще избежать Нинель, спрятавшись за Адонисом. Так что все вопросы сыпались на рыцаря, и он, как мог, отвечал.

— А далеко ваша планета?  Как она называется? Кем вы на ней были? — задавали вопросы неутомимые ученые.

— Очень далеко, звезды совсем другие. Боги называли её Сайнтарз. Святым рыцарем, полководцем во спасение от гнета темных сил. – Адонис пытался ответить на все вопросы разом.

Кай фыркнул с крыши. Сайнтарз — так называли живой мир только священнослужители. Около нужного дома он бесшумно приземлился рядом с людьми, заставив тех икнуть от удивления. Демон вызывал у ученых много вопросов, которые они спешили задать уже ему:

— А вы можете менять внешний облик? А мимикрировать под человека? А что вы едите? В какой позе спите? Можете спрятать когти? А можно пощупать ваш хвост?

— Вы еще спросите, как я сексом занимаюсь, — криво ухмыльнулся бес и тут же прикусил болтливый язык.

— Кстати да, — заинтересовался Герман, оглядывая «меховые штаны». — Вы ведь особь мужского пола?

— Держите. Изучайте, — отдал он свой хвост на растерзание во избежание исследовательской деятельности по озвученному вопросу. А сам ушел вперед, отгораживаясь от чужой любознательности поврагами, при этом оставаясь на «поводке». Длина хвоста позволяла и не такое.

Четвертый этаж, символичные две семерки на двери и ключ с глупым пушистым брелоком.

— Добро пожаловать в ваш новый дом! — торжественно объявил открывающий дверь Захар.

Перед поврагами открылась тесная прихожая с полочками-крючочками по правую руку и зеркалом — по левую. Дальше коридор делился на два. Если идти по левому рукаву, то увидишь двери туалета и душевой; заканчивался короткий коридор кухней, в которой как раз могли поместиться три человека, правда, долго в такой тесноте без членовредительства они могли не вынести. А вот если идти прямо через прихожую, то видишь гостиную с диваном, телевизором и пыльным компьютером в углу, а еще — две двери, ведущие в две спальни, похожие, как зеркальные близнецы.

— Ого! — только и сказали удивленные щедростью «зеленые человечки».

Щедрые покровители вновь зашептались, а их гости уже разбежались, рассматривая убранство места, которое будут вынуждены называть домом некоторое время.

Нинель сразу потребовала себе безразмерную рубаху и исчезла в душе проверять знания, данные ей о сантехнике этого мира. Проверяла она целый час. За это время Кай успел подраться с Адонисом по вопросу комнат. Девушка вышла как раз вовремя, чтобы остановить драку. Уфологи стояли в сторонке и записывали все увиденное в блокноты.

— Если вы начнете баталию, от этого места камня на камне не останется, — встала она между ними, широко расставляя руки.

— Да мы и не собирались, — смутился Адонис, подвергая анализу внешний вид невесты.

— Принцесса, посмотрите в зеркало, — ухмылялся демон.

Нинель повернулась к большому зеркалу на стене и невольно зарделась. Отражение показало девчушку, выглядящую младше реального возраста, с влажными растрепанными волосами, в безразмерной рубахе, в которой утонула ее хрупкая фигурка. При этом неподобающе торчали острые голые коленки, а босые ноги утопали в ковре.

Девушка пискнула и испарилась в правой спальне.

— Чур, это моя комната, — раздалось уже оттуда.

— Слышал, мрази кусок, значит моя — соседняя, — кивая на левую спальню, хмуро заявил рыцарь.

— Не мели чуши, ты ее жених, вот и спите вместе, — осклабился бес.

— Пошлый придурок! Она женщина благородных кровей, и...

— Да-да, я уже слышал, что трах до церемонии ведет к внебрачным детям, но в этом мире уже изобрели презервативы, Доня, — быстрый уворот от агрессивного выпада, и демон уже за спиной рыцаря. — К тому же, подумай вот еще о чем. Если я буду жить в гостиной, то я сделаю ее своим подобием: тьма, кровь, органы в банках, отметины когтей на стенах. И вам придется ежедневно через все это ходить.

— Да пошел ты!

— Уже иду, — ответил бес и скрылся в левой спальне.

Адонис потоптался на месте, оглянулся на восторженных фанатов и глубоко вздохнул, оставаясь один на шесть уфологов, задающих многочисленные вопросы, не на все из которых у него были ответы.

Когда шестеро мужчин оставили рыцаря мучиться головной болью в одиночестве и ушли по своим домам, осчастливленные анализом крови и прядью золотистых волос, стояла глубокая ночь. Он еле вынес этот современный вид пытки, практикуемый учителями на студентах и позволяющий высасывать все до капли из возможных знаний. Самое смешное, что уфологи все переиначивали на свой лад. И они реально собирались помочь искать летающую тарелку, если их попросят. На это Адонис махнул рукой. Эти люди и так много сделали для их благополучия. Нельзя же их еще припахивать искать магов или артефакты, в которых они не верят.

Забавно осознавать чужую логику о невозможности магии и реальности летающих тарелок с лучами смерти.

Упав на диван и содрогаясь от мысли, что эти люди будут заходить едва ли не каждый день, светлый рыцарь отключился, пропуская момент, когда второй чистюля прошел мимо него бесшумной поступью убийцы, сворачивая к душу.

Утром покровители вернулись с бомж-пакетами и инструкцией ко всему и ко всем. Только увидев этих людей из кухонного окна, храбрый рыцарь, вытирающий волосы после душа, взвыл и кинулся к двери нагло приватизированной комнаты демона, врываясь внутрь. Кай спал, свернувшись клубком и обвив себя хвостом.

— Чего надобно, старче?

— Золотую рыбку! — пользуясь чужими знаниями, ответил Адонис и за шкирку вынес демона из комнаты, баррикадируясь внутри. Пока демон просыпался, думая над столь странным поведением, уфологи дошли до квартиры и открыли дверь.

— Ну, Доня, погоди! Эта золотая рыбка тебе еще костью в горле встанет!  — проворчал Кай, встречая гостей широкой улыбкой.

Долго ученые мучили демона по части его мировосприятия, немного шалея от рассказанного и отодвигаясь все дальше, осознавая, насколько опасное существо сидит рядом. Черт с удовольствием расписывал ужасы, приукрашивая  для пущего эффекта. Герман сломал о непробиваемую кожу шесть игл, но добыл-таки образец крови. За этим процессом бес наблюдал со снисходительной улыбкой. Затем был сделан перерыв и заварены макароны быстрого приготовления, которые хозяева квартиры принесли в большом количестве. На запах стеклись притворяющиеся совами остальные жильцы. Нинель куталась в простыню, отыгрывая роль греческой богини. Ей молча вручили пакет с женской одеждой и кое-какими мелочами. Веселея на глазах, рыжая белочка ускакала применять обновки. Ее проводил взглядом хмурый Адонис, не считающий верным принимать дары от других мужчин.

— Вы еще что-то хотите узнать? — сурово сдвинув брови он, отбивая этим всякую охоту спрашивать.

— Нет! — хором.

— Нам уже и так много рассказали, — решил Павел, косясь на дико довольного черта.

Собрав всех пришельцев вместе, уфологи начали рассказывать о мироустройстве. Кай слушал через слово, любуясь видами из окна, когда его отвлекло суровое заявление Адониса.

— Мы сами можем с этим справиться! И так злоупотребляем вашей добротой! — не терпящим отказа голосом заявил рыцарь.

— Но, позвольте, ваша планета — делаем выводы — развивалась иначе, чем наша, раз вы стали путешествовать по другим планетам, пользуясь великой силой, наподобие силы джедайской, оставаясь при этом на конях и с мечами, — колко заметил Захар. Но светлый рыцарь, аки джедай, был неумолим.

— У нас так положено, — завил он и добавил: — Иначе смертельное оскорбление и вызов на дуэль со смертельным исходом.

Все опешили, а более прозорливый Герман кивнул.

— Да, надо уважать чужие традиции, особенно, если это традиции инопланетных гостей.

Его словам закивали, Адонис наслаждался победой, Нинель — супом с макаронами, а Кай понял, что прозорливый и гордый рыцарь добыл им проблем. Облизнув бледную линию губ, демон в дальнейшем прислушивался к разговору.

— Вы уверены, что хотите сами оплачивать счета и покупать себе еду? Для вас это может оказаться очень сложным. У вас даже документов нет.

Невольно Каю вспомнилась фраза из чужой памяти: «Усы, лапы и хвост — вот мои документы!» В последние часы вспоминались мультики, видимо, голова переваривала уже детские годы уфолога.

— Рога, когти и хвост — вот мои документы!

— А ваши? — улыбнувшись шутке, спросил зоолог Саша у Адониса, вновь рассматривая Кая и пытаясь определить его ближайшего родственника из царства зверей. Нинель в ответ сняла с руки тяжелый перстень-печать ее королевского рода, а Адонис достал из-за пазухи любовно сложенный пергамент его рыцарского рода.

— В этом мире это не котируется, — грустно улыбнулся Паша, доставая свой паспорт. Над паспортом склонились три головы, одну из которых венчали рога. — Но чтобы получить такой документ, нужно родиться на территории страны...

— Необязательно, — мурлыкнул Кай, красноречиво смотря на Германа, — есть и нелегальные способы. Но раз наш старший хочет пахать, то пусть пашет. А младшие тем временем дома посидят вдвоем, — протягивая хвост к девушке и обвивая ее стройную ножку.

— Я тоже пойду работать! — прыгая на месте и пытаясь стряхнуть с себя пушистую конечность, заявила Нинель.

— Посудомойкой, — ехидно предложил бес.

— Посудомойкой, — неожиданно согласилась принцесса. — А тебя в цирк сдадим, будем получать процент с выступлений.

— Отличная мысль, — очень широко улыбнулся Герман, — но не в цирк сдайте, а в лабораторию...

— НЕТ! — моментально среагировал демон, отпрыгивая к балконной двери. — Я буду сидеть дома и искать способы мутировать под человека. Да и вообще, кто-то же должен нашу летающую тарелку искать! Так что к принудительной трудотерапии не присоединюсь.

— Без документов устроиться сложно, но, думаю, вы можете поработать у нас. Например, мне нужен боец на ринг, а вы, Адонис, показались мне очень сильным. Хотите попробовать? Деньги не очень большие, бои не каждую неделю, но на жизненные мелочи должно хватить, — предложил Богдан.

— Бои? Ринг? — не вполне осознавал смысл, вкладываемый в слова, рыцарь. — Как турнир рыцарей?

— Да, только без коней и мечей. А на кулаках. Я сейчас вам покажу.

С этими словами директор спортивного центра, промышляющий подпольными боями, включил большой телевизор, висящий на стене. Телевизору ни один иномирянин не удивился. Во-первых, похож на мороки колдунов для передачи сообщений; во-вторых, чужие знания подразумевали эту технику, как жизненно необходимую. Богдан долго щелкал обилие каналов и, наконец, попал на бои без правил. Даже Кай от увиденного присвистнул:

— Жестоко!

— Ой, мамочки! — закрыла глаза Нинель.

— Можно попробовать, — хмыкнул Адонис, с интересом наблюдая, как двое мужчин голыми руками наносят друг другу увечья.

Невеста явно хотела что-то сказать против этой идеи, но сдержалась, вспоминая, что не имеет права указывать своему будущему мужу — мужчине — как ему жить. К тому же, ее внимание уже привлекли слова Андрея.

— Жаль, Нинель, не может пойти в институт. Быть студентом — это так здорово. Если попасть на бесплатную основу, то можно и стипендию получать, — улыбнулся студент, втайне мечтая об инопланетной любви.

— Это невозможно, — пресек его мечты Захар. — Для этого нужно документы об окончании школы. А вот ко мне в лавку я бы мог вас взять.

— Как и я, в зоопарк помогать, — кивнул Саша.

— Секретаршей тоже неплохо бы смотрелась, — заверил Паша.

— Да и медсестрой, — подтвердил пригодность улыбкой Герман.

Хорошенькую девочку, так мило заливающуюся румянцем, хотели себе все.

— А нет ли ей работы тоже на ринге? — не пожелал далеко отпускать от себя рыжую ответственность Адонис. Нинель невольно представила себя в боксерских перчатках и с черепно-мозговой травмой, но воспротивиться не успела. Все решили за нее, как и обычно.

— Есть, — обрадовался Захар, что получил сразу двух пришельцев и сможет оценить их поведение и силу. — Она может выходить на ринг и демонстрировать таблички с раундами. Это безопасно и несложно.

Наблюдая резко помрачневшую принцессу и плотоядные взгляды ученых, демон осознал, что и ему предстоит любоваться мордобоем.

5 глава

Черная тень, такая заметная под лучами солнца, слилась с ночной тьмой. Она бесшумно скользила по крышам, пока не оказалась на нужной ей. В окне мелькнул длинный хвост, еще некоторое время развевающийся снаружи, подобно воздушному змею. Кай видел, как Адонис и Нинель вошли в здание и, низко пригибаясь, отправился их искать, постепенно перемещаясь на потолок, держась темных углов и неосвещенных коридоров.

Это место казалось похожим на его прежний дом: в нем пахло потом, страхом, болью, азартом, гневом и смертью. Памяти Андрея не хватало для полной информации об этом месте, поэтому перво-наперво Кай решил пополнить свою базу знаний. Смуглолицый «шкаф» в форме, он же охранник, от ужаса наделал в штаны и не успел поднять пистолет, когда его скрутили хвостом и укололи в лоб. Затем приложили уколотым лбом об стену и убрали вырубившееся тело в кладовую.

Ничего интересного. Стандартный набор: наркотики, трупы, деньги. Хотя кое-что заинтересовало беса. Один маленький момент. Богдан иногда находил бойцам более денежное место, и больше тех бойцов никогда не видели.

— Хороший друг – подпольный врач! Утилизация по методу «разобрал и продал». Надеюсь, на меня у него нет таких планов.

Адонис нашелся в компании с Нинель и этим самым ученым. Их посвящали в детали работы. Вернее, повторяли то, что вбивали весь день.

С самого утра, убедившись в желании жениха и невесты участвовать в подпольной деятельности спортивного клуба, директор старательно их окучивал. Девушке коротко объяснил, как следует выходить на ринг и показывать табличку, а Адониса заставил вникать в правила боев в боях без правил. Как и рыцарь, демон чувствовал локальный взрыв мозга при попытке понять причину введения правил в боях без правил, но не вмешивался в разговор, изображая библейского персонажа, притихшего за левым плечом. Он вел себя тихо и сейчас, не желая останавливать поврагов от явной ошибки, почти наслаждаясь их непониманием мира.

Вместе со звуком шагов черт испарился за поворотом. Из кабинета вышла Нинель с формой Ring Girls и Адонис, уже одетый в шорты, потирающий накладки на руках. Один ушел сразу в зал, а вторая — свернула в раздевалку. По иронии судьбы именно в ту, в которой спрятался Кай. Он замер, наблюдая через щели шкафчика, как девушка садится на лавку и с некоторым замешательством смотрит на форму Ring Girls, состоящую из двух тряпочек, больше напоминающих нижнее белье, а не шорты и майку.

Забавно было выслушивать девчачий бубнеж о том, что ее нижнее белье – образец невинности по сравнению с этим костюмчиком.

Нинель упорно боролась с собой. Чужие знания и телепрограммы, увиденные за день, упорно твердили: в современном обществе такой наряд — обычное дело, но воспитание дало отрезвляющую пощечину, и девушка со стыдом признала свою неспособность надеть и, тем более, выйти в костюме Ring Girls на люди.

— Ты не будешь переодеваться? Как жаль. Значит, я зря забрался в шкаф? — сказал черт, выбираясь наружу.

Нинель шарахнулась в сторону, споткнулась, и лишь хвост демона не дал ей жестко приземлиться.

— К...кай! — просипела она, испугавшись его неожиданного появления.

— А что? Тебе несложно, а мне приятно. Но раз ты скромная, как церковная мышка, и не хочешь поддержать будущего мужа в сложный период жизни, то я посижу тут с тобой.

— Выйди! — указывая на дверь и обретая власть над голосом. — Сейчас же вон!

— А с Донькой ты так себя не ведешь, — криво улыбнулся черт, игриво обвивая хвостом женские ножки. — Сколько гонора, сколько экспрессии!

— Он мой будущий муж! — топая ножкой и почти попадая по распушенному кончику.

— Тем более, он же должен знать, на какой лисе женится. Лисе, которой пойдет этот наряд, — кивая на откинутые тряпки. — Только представь, какое восхищение появится на его лице, когда он увидит тебя в этом.

— Не смей лезть в наши отношения! — залилась краской Нинель из-за своего расшалившегося воображения.

— Хочу и лезу. Не нравится — попробуй запретить, — хвост пощекотал кончиком подбородок рассерженной девочки и утек вслед за хозяином за дверь. Уже из-за нее раздалось веселое предупреждение: — Но если не хочешь, не переодевайся. Там много красивых телес, на которые он сможет полюбоваться и без тебя.

— Вот... демон! — скрипнула зубами девушка и, проверив дверь, шустро облачилась в развратный наряд, который в ее мире даже самая распутная блудница не надела бы. Из зеркала на нее смотрела все та же Нинель. Новая одежда никак не меняла внутренний мир девушки, а лишь подчеркивала блуждающую в глазах чертовщинку. Она смущенно улыбнулась отражению. — Отец был прав: я плохая и непослушная дочь.

Когда она вышла, Кая и след простыл. О его недавнем присутствии напоминали лишь тонкие полосы на полу. Оглядев заполненный людьми зал, она его не увидела, зато он увидел ее и облизнул губы. Нинель не отличалась выдающимися формами и вовсе не являла собой эталон красоты. Худенькая и угловатая, она напоминала девочку-подростка, резко вытянувшегося и не успевшего обзавестись соблазнительными женскими прелестями.  Дело исправляли чрезмерно узкая талия, которая компенсировала угловатость и придавала очарования, и два заметных холмика под майкой.

— Надо же, — прикрыл глаза демон, немного жалея о том, что такое пикантное зрелище стало доступным для всех находящихся внизу людей.

Отвлекаясь от соблазнительного зрелища, он перенес свой взгляд на ринг, куда начали стекаться первые бойцы. Внимание зрителей, прежде полностью принадлежащее девочкам в соблазнительных нарядах, снующих по залу, перешло к главному действию этой ночи.

Нинель вручили табличку с цифрой и отправили на ринг. Девушка неловко преодолела резинки и едва поборола смущение, демонстрируя больше цифру, чем себя, прячась за табличкой и от этого ловя еще больше оваций, очаровывая всех своей смущенной мордашкой. Оваций стало больше, когда табличка оказалась над головой, а короткий топик задрался вверх, приоткрывая часть груди. Смущенный вскрик, и принцесса освободила ринг для боя.

Кай выхватил хвостом у зазевавшегося зрителя ведро попкорна и забрался на потолочную балку. С этого ракурса отлично просматривался ринг. Поглощая раздутые кукурузные зерна, демон наблюдал не самый интересный бой. Три раунда кружений, наполненные брызгами крови. Два следующих боя также не принесли ему удовольствия, а на четвертый бой — на ринг вышел Адонис.

— Бедные людишки, — даже прослезился бес, предвкушая зрелище. Всякие объявления он не слышал, полностью отдаваясь действию.

В левом углу — Адонис, а в правом — перекачанный амбал.

Один удар — и амбал летит, как на крыльях, под самый купол, успевает охренеть от сидящего там демона с ведром попкорна, сказавшего ему напоследок: «Аминь!» — и летит обратно к своему нокауту.

Рефери объявил победу Адониса. Нинель скучающе топталась у ринга, демонстрируя свою тонкую фигурку, облаченную в откровенный наряд всем желающим и стараясь продемонстрировать ее красному, как рак, Адонису, который старательно не замечает невесту.

Второй боец после столь бесславного проигрыша конкурента шел, полный подозрений на несправедливость мира, которые подтвердились с первого же пришедшегося в блок удара. Резинки ринга встретили удивленное тело и отправили его обратно. Второй удар: тело передает резинкам очередной привет и вырубается. В третий раз тело летит уже без чувств.

Зрители в шоке. Рефери боязливо поднимает руку победителя. Третий соперник не спешит выходить на ринг. Его вталкивают силком, еще и угрожают страшной расправой, если попробует сбежать.

Боец оценил конституцию Адониса и начал гарцевать от его кулаков, стараясь продержаться как можно дольше живым, целым и в сознании.

Кай не мог не признать, что такой подход против его поврага был достаточно эффективным. Адонис обладал силой льва и грацией слона, по мнению Кая — убийственное сочетание для нервной системы. С виду — «шкаф», и двигался соответственно. Против ловкого и быстрого соперника Доня заметно проигрывал. Попади он хоть раз, и бойца отнесло бы к Морфею, если не на тот свет. Но вот уже три минуты он успешно скакал кузнечиком, и был пока цел. Однако рыцарь отличался еще и выносливостью, закаленной в настоящих боях насмерть, так что загнать спортсмену удалось лишь себя.

Звон гонга. Бойцов развели по углам, а Нинель продефилировала на длинных ножках по рингу, высоко поднимая табличку. Ей свистели и хлопали даже больше, чем Адонису, от силы которого откровенно офигели. Девушка зло показала табличку, еще злее топнула ножкой, замечая игнор блондина, и удалилась с поля боя.

Кай не удивился, когда посчитавший рыцаря уставшим боец бросился на него и отлетел в объятия зрителей.

Четвертого бойца вели под конвоем, и он сразу сбежал, перепрыгнув резинку, игнорируя все угрозы.

— Адик, ты — монстр, — заключил Кай, как китайскими палочками когтями собирая попкорн из ведра и отправляя пойманные зерна в рот.

Больше на ринг никто не выходил, предпочитая позорное бегство через окна туалетов и черные ходы. А что они хотели? Адониса не за светлый лик выбрали протагонистом святого похода против сил Зла. Говорят, еще в сопляческом возрасте он легко поднимал коня. Да и советники — как бес помнил — были категорически против их прямого столкновения, предпочтя ему план с деморализацией противника путем убийства Героем Нинель. Однако, невзирая на ужаснувшую всех силу, Адонис оставался всего лишь человеком, который умрет, если полоснуть его когтями, если вцепиться в его шею зубами, если резко сжать шею хвостом, даже если просто со всей демонической силой ударить в тело. Он, как и все люди, поломается, просто будет дольше мучиться.

Ведерко опустело, и Кай без зазрения совести отправил его одеться на чью-то голову. Внизу завязалась потасовка, призванная выяснить хозяина ведерка. Но куда интереснее была картина с бедняжкой Нинель, отбивающейся при помощи таблички от слишком ретивого поклонника.

— Девочка, за этот удар судьи должны дать тебе десятку, — отметил черт, ведя наблюдение за рыженькой принцессой, умудрившейся отправить в нокаут назойливого ухажёра.

Демон видел, как и другие люди заинтересовались юной принцессой, и как смотрели на нее, провожая взглядами. Кай весь напрягся, нервно дергая хвостом. А тем временем Адонис под ликование довольных зрителей покидал ринг в сопровождении впечатленного увиденным директора. Нинель тоже поспешила на выход, и вот тут-то в коридоре для персонала ее поймали дружки побитого парня. Добровольно идти рыжая отказалась, так что повели ее поневоле. Этого бес не видел, но слышал и решил присоединиться к потасовке.

— Пустите! — кричала она сквозь зажимающую рот руку.

— Заткнись, дура! Ты даже не знаешь, кто я! Да я могу этот зал купить со всеми бойцами! — хорохорился один из богатеньких папеньких сынков.

— Да мне по барабану: кто ты, что ты и куда ты! — укусила принцесса зажимающую ей рот руку. — Видел мужчину на ринге? Это мой будущий муж! И если вы меня не отпустите, он вам руки с ногами узлом завяжет!

— Ой-ой! Как страшно, — смеялся один из трех парней, который являлся главным в компании. — Да знаешь, сколько у него таких невест, и все одно утверждают!

— Неправда! — возмутилась откровенной лжи Нинель.

— Вот уж точно — неправда. Доня слишком высоконравственный идиот, чтобы в разных концах страны иметь по невесте, разве что — по шлюхе, — сказал некто за спинами несостоявшихся насильников.

Мальчики обернулись и резко потеряли всю спесь вместе с цветом лица. Кай наблюдал с удовольствием за попытками развести принцессу, но не хотел, чтобы такие игры зашли слишком далеко, поэтому, выждав наилучший момент, явил себя во всей красе. Краса впечатлила до потери сознания.

Нинель хотела поблагодарить своего спасителя, но осеклась, заметив взгляд, которым ее рассматривают. Невольно она прикрылась, лишь усугубляя собственное смущение.

— Не смотри!

— Почему? Все же смотрели. Благо, есть на что.

В подтверждение кончик хвоста ударил ниже спины. Не больно, просто в шутку, но это заставило девушку моментально очутиться в раздевалке, подперев дверь лавкой.

Постучав в дверь и услышав нелицеприятный отзыв на свой счет вперемешку с угрозами, Кай удалился на поиски поврага.

— Адонис, не моя это работа принцесс от ублюдков защищать, — первое, что сказал черт вышедшему из кабинета директора представителю добра.

— Ты это о чем? – Присутствию демона, Адонис даже не удивился.

— О тьме в сердцах людей, о муравьях в штанах некоторых особей мужского пола и о развратности молодого поколения. Сам подумай, Доня, девочку без присмотра оставил на съеденье ублюдкам. Может, директор нам и помогает, но в друзья не просится, так как у его друзей все рыльце в пушку и ворованной сметане. А у некоторых — и руки по локоть знаешь в чем.

— Да о чем ты талдычишь?! — вышел из себя недавно спустивший пар гигант ринга.

— О том, что надо уходить отсюда и не возвращаться. Демоническое дурное предчувствие — это тебе не гадалки.

Раздался девичий крик. Дальше Адонис понял без слов. Кричала, как оказалось, вовсе не Нинель — та еще держала оборону в раздевалке — а другая юная Ring Girls. Окунаясь в чужую память, Кай узнал причину такого настойчивого приставания к девочкам с табличками. Ими здесь часто работали девушки наилегчайшего поведения для поиска денежных клиентов, которые не умели слышать «нет».

Решив позволить себе выполнить геройские обязанности, демон пугающе улыбнулся. За выступление Адонису заплатили, а, значит, больше им делать здесь нечего. А раз это такое мутное и опасное место, то и повторно появляться тут не стоило. Больше не таясь, бес пошел нести хаос и разрушения. На всякий случай — чтобы их покровитель более не приглашал их на сомнительные заработки.

Богдан вылетел из своего кабинета, где отчитывался остальным уфологам о наблюдении за «невероятно сильными пришельцами». По комплексу разносились крики и грохот. Он наивно полагал, что раз рыцарь света такой покладистый и смирный, да и сильный, то и остальные не сильно будут отличаться от него по поведению, и за ними не надо следить и их не надо защищать, и от них не надо никого защищать. Вбежав в зал, Богдан понял, как ошибся. Потолочная балка упала, разбив ринг, часть стены лежала в руинах, а гости в панике искали выход из угла, в который их загнал Кай. Оскалившись, сгорбившись и выбивая похоронный марш хвостом, этот балагур походил на персонажа фильма ужасов, в любой момент готовый раскрошить забившихся в угол людишек в салатную полоску длинными когтями.

Все происходящее здорово напоминало классическую картину уничтожения человечества. Хвост взметнулся вверх при прыжке. Люди в ужасе заметались, мечтая вернуться живыми домой и, не разбирая дороги, бросились через окна, двери и дыру в стене прочь из зала и сомнительных нелегальных развлечений.

Кай порычал им вслед, изобразил злодейский хохот и успокоился, рассматривая погром с любопытством кота, любующегося осколками вазы на полу.

— Кажется, я перестарался, — беспечно пнул черт осколок камня на полу и, повернувшись лицом к Богдану, невинно улыбнулся, — простите!

Директор разгромленного зала схватился за голову. Как и хотел Кай, их больше на эту сомнительную работу не собирались звать.

В квартире сохранялось траурное молчание. Нинель выслушала нравоучительные речи своего жениха, посвященные нравственности, и лежала с мокрыми глазами, лицом в подушку. А Адонис вынес колкие замечания беса по поводу Светлого образа, на благо Тьме избивающего невинных на потеху демонам. Рыцарь успокоил себя чаем, удивляясь возможности одним нажатием кнопки вскипятить в чайнике воду. А Кай выслушал многое еще в зале. Богдан здорово испугался игриво машущего когтями «пушистого человечка», поэтому не стал обвинять. Просто попросил больше не приходить в его зал, предоставив рыцарю самому решать эту проблему. На это демон лишь улыбнулся.

Если и имелись среди тех людей желающие втянуть в неприятности гостей этого мира, то теперь они были запуганы. А по городу уже не первый день ходила новая городская легенда о черте, разгуливающем по крышам. Подкрепляя эту легенду, Кай открыл окно своей комнаты и залез на крышу, откуда открывался потрясающий вид на горящие искусственным светом здания.

Легкий ветерок подтолкнул к головокружительному прыжку на многоквартирного «соседа», и вот уже темная тень гуляет по городу, изредка позволяя заметить себя людям. А затем вновь возвращается домой и закутывается в тонкое одеяло, погружаясь в сон.

Новое утро принесло звон бьющейся посуды — Нинель пыталась приготовить завтрак.

— Принцесса на кухне — это прямо название для плохого кино.

Девушка вздрогнула и шарахнулась в сторону от вошедшего демона, больно ударяя локоть о столешницу. Она все еще боялась этого хвостато-рогатого похитителя, так бесцеремонно влившегося в их компанию. Словно бомба замедленного действия со сломанным циферблатом — ты смотришь на нее и не знаешь, когда она рванет, уничтожая все живое. Судя по ехидному выражению лица — не сегодня.

— Может, по мне не заметно, но я иногда помогала поварским мальчишкам и кое-что умею!

— Например, бить тарелки, — съязвил бес, красноречиво рассматривая осколки.

Задрав конопатый носик, девушка отвернулась, вынимая из угла совок и веник.

— Если хочешь, я могу принести тебе знания кулинара, — неожиданно предложил Кай.

— Не надо, я нашла кулинарную книгу.

— И все в ней поняла?

— Я же не дура!

— Просто маленькая белочка, вчера продемонстрировавшая всем свою взрослость.

Рыжая залилась краской, чуть не разбив вторую тарелку, на которую выкладывала яйца из холодильника. Полюбовавшись заалевшими ушами, демон заглянул в холодильник и отметил его минимальную наполненность. Все продукты из вчерашней подачки.

— Зря он тебя отчитывал, — продолжил бес, подцепив хвостом еще одно яйцо и докладывая его к уже выложенным на тарелку.

— Почему зря? — угрюмо спросила девушка.

— А зачем ему высоконравственная баба в постели, которая не захочет ни юбку задирать, ни свет включать.

Лопатка ударилась о стену, а демон, увернувшись, сел на стул, теряя интерес к разговору и молча ожидая свою порцию яичницы, уже весело шкворчащей на сковородке.

Когда три порции оказались на трех тарелках, на кухню вошел хмурый воин света. Он не реагировал ни на подколки Зла, ни на попытки подлизаться — невесты. Только после того, как тарелки опустели и их вымыли заботливые девичьи ручки, Адонис обратился к Каю. Было видно, как сложно ему дается даже видимость доверия демону.

— Ты можешь подробнее рассказать о носителях Легионов? Как их найти, узнать и использовать.

Демон в этот момент уже хотел уходить из тесной кухни, желая посмотреть в «ящик с картинками», но, услышав вопрос, вновь сел на стул и подтянул ноги, напоминая птичку на жердочке.

— Наконец-то ты серьезно подошёл к вопросу нашего возвращения, Доня.

Адонису пришлось подавить желание придушить наглеца, коверкающего его гордое имя, из-за желания услышать важную информацию. Кай, не дождавшись гнева, продолжил:

— Узнать, есть ли в человеке или в предмете Легионы, с виду просто невозможно. Есть шанс, что у меня, как у носителя Легионов, будет возможность почувствовать такого же носителя, но он невелик. Придется коснуться предмета или человека, которого мы будем подозревать, или находиться с ним рядом. Условиями к возникновению подозрений могут стать: удивительная невезучесть или везучесть, а также легенды, крутящиеся вокруг этого предмета или человека.

— А почему мы не можем воспользоваться твоим запасом Легионов? — задал Адонис закономерный вопрос.

Услышав его, Кай широко раскрыл глаза и даже шерсть вздыбил.

— Все просто: если лишить Легионов носителя — он умрет, если лишить Легионов предмет — он разрушится.

— Погоди-ка! — поднял руку рыцарь, собирая мысли в кучку. — Ты нам что, жертвоприношением советуешь заняться? — рявкнул он, ударяя по столу кулаком.

— Если найдем носителя, то — да. Если найдем предмет, то вандализмом.

— Сам сдохни, во славу нашего возвращения! — Адонис бросился вперед и вцепился в горло Кая.

Нинель вскочила со стула, не зная: за что хвататься, кого спасать и что делать.

— Это бы прокатило, будь ты магом, Доня, — прохрипел криво улыбающийся бес.  — Ты мог бы убить меня и вернуться домой, но ты не маг, — он ударил по руке хвостом и освободился от душащего захвата. — Единственный, кто может управлять Легионами в нашей команде потерявшихся в параллельных мирах, это — Я!

— Ты — маг? — не поверил светлый рыцарь, потирая ушибленную руку.

— Я соткан из Легионов, дебил! А значит, могу ими управлять и направлять на определенную деятельность — как свои, так чужие. Но это слишком сложно для твоего узкого лба!

Стол чуть не был перевернут, Кай оскалился, вырывая из недр глотки дробный рык. Нинель пришла к выводу, что если эти двое начнут драку, то могут просто пришибить ее в запале, поэтому вмешалась:

— Так как мы будем искать легионы? — высоким голосом спросила она.

— Искать будем. Придется мне касаться любой дряни, про которую идут слухи. Принюхиваться. Обшаривать. Искать приключений, если проще.

— А как и где нам искать эти вещи? — все еще не понимала Нинель.

Кай обвел взглядом жениха и невесту, ехидно ухмыльнулся и заявил:

— В сети мирового зла, в колыбели хаоса правды и лжи, в санузле цивилизации, в обители порочности и разврата, — нараспев перечислил места поиска Кай.

— Где?!

— В интернете.

6 глава

Пыльный компьютер в углу гостиной стал центром всеобщего внимания. Так как минимум знаний, переданных поврагам Каем, не имели памяти с работой на шайтан-машине, всем приходилось слушать черта, который мог рассказать, но по причине наличия когтей не мог притронуться.

— Нажми Power[1].

— Что нажать? — сел перед компьютером Адонис, с недоумением рассматривая черный экран монитора.

— Под столом, — подсказал куда смотреть демон, — это системный блок, он же — системник, он же — железный коллайдер, ящик с пластмассовой мордой. Там должна быть большая кнопка с загогулиной. Нашел?

— Нажал, — отозвались из-под стола.

Кай недоуменно посмотрел на молчаливый ящик, на сурово сдвинувшего брови Адониса и предположил:

— А он в розетку-то воткнут?

Пришлось отодвигать стол, искать розетку, искать разветвитель, все подсоединять, и только тогда, при нажатии волшебной кнопки, появился результат — системный блок зажужжал и запищал, но экран остался темным. Методом «тыка» нашли кнопку на экране, и в награду получили свет от монитора. Система гордо именовала себя и предоставила в пользование экран с иконками.

— Это и есть интернет, где можно найти все, что угодно? — заинтересовалась Нинель, опираясь на плечи Адониса и рассматривая экран.

— Нет, в интернет нужно еще войти. Доня, видишь вон ту иконку с буковкой «е»? Ага, нажимай.

Адонис нажал на экран.

— Это тебе не сенсор, мышкой нажми! — переминался с ноги на ногу в нетерпении хвостатый.

— А где я мышь тебе поймаю?!

— Ой, может, не надо, я боюсь мышей!

Кай застыл, закусил губу и, содрогаясь от хохота, отошел к стене, к которой благополучно привалился и по которой сполз, все еще дрожа от нахлынувшего веселья.

— Вон то, белое, с хвостиком провода — оно и есть мышка, — сквозь хихиканье выдавил бес, стирая капли влаги с уголков глаз. Память парнишки, пойманного в лесу, начала усваиваться, поэтому в компьютерах Кай понимал на уровне современной молодежи, из-за этого все происходящее казалось ему безбожно смешным.

Адонис и Нинель долго двигали белый овал, мало общего имеющий с хвостатым грызуном, наблюдая за перемещением стрелки. Кай даже успел успокоиться и подползти обратно к экрану, с интересом следя за манипуляциями поврагов, когда, наконец, рыцарь подвел электронную стрелочку к нужному символу.

— Нужно щелкнуть, — подсказал рогатый.

— Чем?

— Мышкой.

Адонис поднял мышь и побил ее пальцами. Кай почувствовал, как вновь начинает съезжать на пол, сотрясаясь от хохота. Снова пришлось успокаиваться, так еще и уворачиваться от вышедшего из себя Героя, из которого сделали дурака. Место за компом заняла рыжая принцесса, и чувствовала она себя еще более нерешительно перед техникой этого мира, чем ее жених.

— Принцесса, смотри, — от указывающего куда жать хвоста девушка шарахнулась, как от раскаленной кочерги. Пришлось черту убирать свою конечность и объяснять на словах, — На мышке две кнопки. Та, что слева — активирует программу, та, что справа — позволяет выбрать из списка иные способы взаимодействия. Нажми левую кнопку, держа стрелочку на логотипе «е».

Нинель сделала все правильно, и открылось окно. Но интернет не работал. Кай расстроился — даже хвост его поник — но не сдался и развел бурную деятельность, рассматривая все провода и составляющие старенького компьютера. После чего озвучил свои выводы:

— Модем стоит и даже пашет, в углу деления сети отмечены, а значит, проблема финансового характера — за интернет давно не платили. Доня, сколько тебе вчера дали за твой цирк?

Только успокоившийся Адонис чуть снова не сорвался. Но, сдержавшись, произнес:

— Пятьдесят.

— Гастарбайтеры и пришельцы у них одинаково получают? — колко заметил бес.

Он в один прыжок достиг висящего на стене телефона. Поднял трубку хвостом и уставился на кнопки, повертел и бросил аппарат принцессе,  увлеченно тыкающей кнопками мышки:

— Рыжик, держи.— Та на автомате поймала летящий в нее предмет и замерла в непонимании. — Диктую номер, набирай.

Память Андрея подсказала номер Богдана. Когда в трубке пошли гудки, Кай забрал ее и приложил к своему уху. Все это выглядело забавно, ведь рабочей конечностью демона являлся хвост.

— Здрасьте, это «пушистый человечек». Да, именно тот, который сорвал представление; да, тот который разрушил ваш зал; да, тот который уложил вас на крупную сумму; да, тот который безнаказанно живет в вашей квартире. Ага! И вас также! Так зачем я звоню… мы хотим включить интернет, но не знаем кодов. Ага! Ага, тогда я сейчас к вам приду и проведу контакт третьей степени... не хотите? Как жаль! Ну, тогда я записываю. А вы к нам еще придете? Ясно, что ж, удачи в восстановлении зала.

Трубка вернулась на место.

— Вот адрес. Иди, оплати интернет, — обратился Кай к Адонису, указывая на запись, сделанную когтем на стене.

— Сам иди, — огрызнулся тот в ответ.

Бес вильнул хвостом, представил, как входит в офис провайдера, заявляет о плохом соединении в Аду, и офисный планктон тихо отходит в царство Морфея или получает сердечный приступ.

— Плохая идея, — заверило Зло, усмехаясь картине в голове, затем потребовало, — Ты же у нас Герой, вот и выполняй свой долг!

— Мой долг головы врагам рубить...

— И помогать нуждающимся. Так вышло, что нуждающиеся сегодня — мы.

— Тц! Ладно, дойду, — зло бросил рыцарь, запоминая адрес. Затем, будто приходя в себя и беспокойно оглядываясь на невесту, он кивнул на невинно хлопающего глазками черта и спросил: — Нинель, пойдешь со мной или останешься с этим?

— С тобой, — моментально ответила девушка, хватая нареченного за руку.

Люди ушли, оставив нечисть в квартире пасти скуку. Этого Кай не любил. Поэтому он решил погулять. Окно комнаты, выбранной им в качестве спальни, открылось, впуская осенний воздух. Два прыжка по стене, вот и крыша. О приближающихся холодах напоминали переменчивые ветра, то и дело кусающие холодными порывами. Это особенно заметно на тех скоростях, на которых демон петлял по крышам. Черное пятно, такое заметное в середине дня, привлекало к себе излишнее внимание. Работники крыш, если успевали заметить прогулку демона, — сильно удивлялись, если нет — спешили спросить о содержании алкоголя в крови своих заикающихся коллег. Спустившись ниже, черт пронесся над торговыми рядами, выхватывая хвостом вкусно выглядящие угощения. Продавцы даже не успевали заметить исчезновение окорока, палки колбасы, апельсина, грозди бананов и упаковки гречки. Покупатели оказались еще более слепыми, отчего шустрый вор не получил должного удовольствия — он-то рассчитывал попасться на глаза одному-двум обывателям и посмотреть на их реакцию и реакцию толпы на их панику. Но, возгордившись своей незаметностью при его-то специфическом виде, Кай унес добычу домой. Ему понравилось называть ту квартиру домом. Пусть даже временным.

Как он и думал, повраги залипли за оплатой надолго. Хорошо, если не найдут новых неприятностей в процессе этого простого дела. Сгрузив трофеи на стол, Кай почесал рога и отправился в гостиную к зомби-ящику. Память подсказывала: в нем много интересного. Однако он даже не успел включить его, замирая, дверь с щелчком ключа открылась...

Адонис, как джентльмен, вел свою даму по бурлящим улицам города, постепенно приближаясь к станции метро. Им предстояло проехать три остановки. Переданные знания поведали не только обо всех станциях, но и способах обойти турникеты без оплаты. Нинель даже захотелось попробовать перепрыгнуть, под окрики охранника сбежать вниз и прыгнуть в первый же подошедший поезд. Это напомнило ей забавы детства, когда она, на спор с поварятами, обходила стражу и посещала городскую площадь. Но Адонис держал её крепко, боясь потерять в непрерывном потоке людей, полностью лишая подобной возможности. Поэтому, в отличие от сдержанной реакции на окружающие чудеса рыцаря, принцесса вовсю вертела головкой, стараясь рассмотреть каждую мелочь этого подземелья. Эскалатор опустил их вниз, и уши заложило от грохота поезда. Сотни людей двинулись в вагоны, стараясь занять лучшие места. Гостей этого мира немного приплющило к стенам, давая полюбоваться через стекло на темный туннель, и на каждой остановке плющило все сильнее. Когда настало время выходить, пришлось поработать локтями, так как слова и просьбы не возымели на людей никакого действия, а поезд ждать не собирался.

Двери едва не укусили за зад, жаждая оставить в вагоне. Новый путь по эскалатору. Предстояло еще найти нужное здание, но, по сравнению с пережитым, это уже не казалось трудным. Воздух наверху, раньше кажущийся гадким, неожиданно стал освежающим и приятным. Побегав по улицам взад-вперед и три раза перейдя дорогу, они нашли офисное здание с нужным адресом. На входе вызнав у охраны, куда следует идти, парочка отправилась к лифту. Седьмой этаж, налево, вдоль коридора, наполненного дверьми, — и вот нужный им офис.

Все переговоры вел Адонис, как он привык — напористо и уверенно. Нинель же думала, как ей повезло с таким женихом. Их обручили после ее девятилетия, и за годы ожидания брака она слышала о своем будущем муже достаточно хорошего. Говорили о его силе, доблести, воинских наградах и о благородных поступках. Любая женщина должна радоваться такому сокровищу, и Нинель радовалась. Такой муж всегда защитит, отстоит честь и спасет, он и защищал да спасал...

— Нинель, теперь у нас будет доступ в сеть, — произнес Адонис, потрясая бумажками, — но Кая мы все-таки прибьем! Оказывается, он дал нам адрес их самого дальнего офиса, который клиентов впервые увидел! Зараза!

—  Зачем? — удивилась девушка.

— Этот скот что-то задумал! Нужно быстрее вернуться домой, вдруг он уже кого-то убил и прячет труп в холодильнике!

... А еще он очень подозрителен и болен паранойей. Сам не верит в то, что говорит!

Дорогу домой они даже не заметили, чувствуя себя после короткой прогулки, как после подъема в горы. На четвертый этаж еле взобрались, долго искали ключ от семьдесят седьмой квартиры по карманам, найдя его лишь за счёт пушистого брелока, и сильно удивились, обнаружив в квартире гостей.

Логично полагать, что раз фактически жилплощадь принадлежит уфологам, то они могут в ней материализоваться в любое время дня и ночи, однако обнаружить их вот так — неожиданно — нельзя назвать приятным сюрпризом.

— Наконец-то вы вернулись! — протянул руки для контакта Андрей.

— Да интернет оплачивали, привыкаем к вашему миру и быту, — заторможено поведал Адонис, выискивая глазами Кая. Искомый нашелся в компании зоолога, Саша, судя по виду черта, из него уже всю душу вытряс и скреб по закромам, собирая остатки.

— Адонис, Александр Вольфрамов постановил: я — козёл, — официально и шокировано объявил черт.

Рыцарь сдержал смех, в отличие от Нинель, которая тихонько похрюкивала в кулачок.

— Я так не говорил, — смутился Саша. — Но ваша шерсть идентична по свойствам пуху козы, однако по анализу она вообще ни на что не похожа. Я бы сказал, что ваше тело сделано из ранее неизвестной частицы, как заверил нас Герман, — кивок на задумчиво изучающего новый образец крови врача.

Тот тут же встрепенулся и включился в разговор:

— Верно, я изучил все образцы и пришел  к выводу, что ваши тела, Нинель и Адонис, не отличаются от человеческих, а вот образцы Кая — это невероятное на невероятном. Для меня загадка: что это, как оно живет и на чем держится. Никогда не видел подобных соединений.  Но самое загадочное произошло, когда я оставил шерсть Кая на открытом воздухе, — выждав драматическую паузу, Герман объявил: — Она растаяла!

Все удивленно заохали, в то время как Кай неожиданно напрягся.

— Вся-вся? — спросил он, сдерживая беспокойство.

— Нет, осталось несколько шерстинок, но вы ведь помните, какой клок я брал. Если посчитать, то вышло, что из десяти шерстинок осталось три.

— Они все еще там, — доверительным шёпотом поведал бес, — просто стали невидимыми. Именно так пришельцы приходят и уходят незамеченными!

Уфологи слушали, раскрыв рты, даже не задумываясь об обмане. Лишь Герман нахмурился и не поверил, хотя вслух он это не сказал, позволив коллегам и дальше верить в сказки.

Демон ухмыльнулся, обводя взглядом фальшивых ученых. К сожалению, ему достались скромные знания Андрея, не располагающего достаточными сведениями об этих псевдо-ученых. Однако на примере Богдана черт разглядел пушок на рыльце у каждого из присутствующих. И этот пушок хотелось стрясти. Просто так. Смеха ради. А если рассказать обо всем Адонису, то к смеху добавятся благородные побуждения. Главное — не забыть об основном деле. Если не найти обладающий Легионами предмет или человека, то в лучшем случае они останутся жить в этом мире.

— Раз Богдан вас освободил, то, может, пойдете ко мне работать? — спросил Захар. — Сильные работники мне нужны, да и милые тоже. А вам после последних трат нужны деньги, раз вы хотите сами оплачивать счета — они должны скоро прийти.

Несчастный директор разрушенного зала дёрнулся предупредить коллегу о возможных проблемах после найма пришельцев, но смотрящий на него бес обнажил острые зубы, заставившие Богдана побледнеть и прикусить язык.

— Снова придется кого-то бить? — с интересом спросил герой арены, почитающий битвы и победы.

— Нет, — расстроил его владелец, — но придется таскать много тяжелых ящиков.  Дело в том, что я купил магазин и его нужно обустроить. А вашей даме предстоит завлекать покупателей.

Нинель вновь напряглась. Первая работа в ее жизни требовала откровенного наряда и странных действий, от второй она ожидала еще более необычных вещей. А Кай, улыбаясь еще шире, строил теории на тему покупки магазина. Вернее, на какие деньги, от продажи чего был он куплен. За озорно виляющим хвостом наблюдала Нинель, пока вездесущая конечность не оказалась поблизости, тогда девушку как ветром сдуло на кухню. Она не видела, как Адонис наступил на источник ее страха, зато услышала болезненный вопль нечистого.

Гости ушли так же неожиданно, как пришли, оставляя жильцов квартиры знакомиться с интернетом под руководством Кая, которого повраги предпочли словоохотливым уфологам, тянущими из них кровь и информацию об их мире. Завтра за Адонисом и Нинель должны были заехать, и вездесущий демон собирался с ними без их ведома. А пока для них открыта сеть всего мира. Почти...

— Доня, отожми кнопку мыши, — пораженно попросил бес.

— Ты же сказал нажать!

— А теперь отжать, а то не запустится. Вообще, принцесса, садись ты, может будешь посообразительней, — заявил Кай, с надеждой смотря на рыжую, изучающую книгу о компьютере.

— А что такое звездочка? — спросила она в ответ.

— Мохнатая точка, — со вздохом пояснил рогатый, указывая на клавиатуре искомый символ.

Адонис печатал невыносимо медленно, заставляя беса делать круги по комнате в ожидании, когда он закончит фразу «волшебные вещи». В бессилии Кай зло хлестнул по стене хвостом, отчего оставленные прошлыми жильцами мелочи свалились с настенной полки.

— Хорош буянить! — рыкнул тот, кому не быть сисадмином, нажимая Enter. В ответ поисковая система выдала больше двух миллионов ссылок, большинство из которых отправляли на сайты поклонников популярной книги про волшебников.

Промучившись час и не найдя ничего интересного, Кай сделал предложение:

— Напиши в конце «купить».

Адонис написал. Ссылок меньше не стало, но вели они теперь в магазины волшебных товаров, оккультных штук и вещей для фокусников.

— Нам предлагают все это просто так купить? — удивилась Нинель, рассматривая изобилие.

— И попусту потратить деньги, — возмутился демон и с интересом подался вперед, обращаясь к девушке, заявил, — Шанс, что среди купленного будет нечто, содержащее легионы, мал, как шанс, что ты мне дашь по собственному желанию.

В ответ на это принцесса сердито засопела. Отомстил за нее жених, метко бросив найденный диск. Коробка вдребезги разлетелась при встрече со лбом Кая.

— Выбора особо нет. Давайте, решайте, что берем.

Каждый включал в корзину по несколько наименований, втайне надеясь, что найдут искомое с первой попытки. Но Каю это быстро надоело, уж больно медленно блондин водил мышкой и долго искал нужные кнопки, поэтому демон ушел на диван, выуживая из его складок пульт.

— Здравствуй, зомбо-ящик, давай знакомиться, — протянул пульт к телевизору рогатый юноша и нажал на кнопку.

Зомби ящик и показывал. На неожиданно вскрикнувшего и сиганувшего на потолок демона повернулись оба поврага. Адонис плюнул и продолжил щелкать мышью, заказывая предметы, по заверению сайта обладающих мистическими свойствами, а Нинель неожиданно заинтересовалась зомби-фильмом. Она села на диван, не обращая внимания на распушившуюся нечисть, задрожавшую на потолке. На экране зомби голливудского разлива с упоением жрал мозги еще живого человека, который старался отбиться от него своей же оторванной рукой. Чавканья, крики и завывания здорово отвлекали рыцаря: в конечном итоге он присоединился к киносеансу, с удивлением отмечая, что единственным напуганным происходящим на экране был демон.

— Не знал, что демонов так легко напугать.

— Ха-ха, — изобразил смех бес, смущенно вжимая голову в плечи.

Настоящих трупов бояться нечего, настоящих зомби — тоже, но вот киношные вызывали волну ужаса, что немало удивило Кай. Однако этот страх показался заманчивым, особенно учитывая бесстрашную компанию (ан нет, Адонис тоже начал нервничать), и он продолжил смотреть фильм.

За ужасами пошла какая-то комедия. Затем фэнтезийный сериал, вызвавший море комментариев и смеха даже больше, чем комедия, затем все проголодались и набрали принесенные уфологами закуски. Они смотрели и смотрели, и комментировали, сраженные наповал искусством кинематографа, пока не заснули, где сидели. Причем Нинель оказалась между героем и демоном, а демон, сложив когти, закинул одну ногу на ее колени, а хвост — на Адониса, который устроил свою голову на плече Нинель. Не удивительно, что такой «бутерброд» с трудом распался на составляющие, когда зазвонил звонок. Утро вошло в свои права, и его хотелось послать далеко. Кино-маньяки легли всего пару часов назад.

Три хмурые рожи со следами недосыпа высунулись в коридор. Кай молча показывал когти, намекая на свою непригодность в открывании двери, а Адонис продолжал сонно настаивать. Демоны почти бессмертны: если за дверью опасность, то лучше он попадет под удар, чем они. Пока Добро и Зло препиралось, все сделал персонаж второго плана, то есть — принцесса.

— Здравствуйте, — поздоровалась она с Захаром.

— Вы готовы? — спросил уфолог-продавец, рассматривая помятую девушку.

Иномирцы вспомнили, что вчера им дали новую работу, и наперегонки бросились приводить себя в порядок. К двери подошел Кай. Он улыбнулся Захару своей коронной улыбкой демона и закрыл дверь, наблюдая в глазок, как тот потирает резко озябшие плечи. Умывшись и одевшись, парочка выскочила к ждущему их человеку, а черт привычно выскользнул в окно. Утром гуляло уже много людей, и его снова успевали заметить, впрочем, не мешая своим восторгом или страхом передвижению.  Главное для беса было — не потерять из виду удаляющуюся машину. Опять вертолёт разгонял облака и, судя по бликам, решился снять черную хвостатую тень на телефон. Времени позировать не было, поэтому бес совершил головокружительный прыжок через магистраль и исчез из поля видимости, передвигаясь между домами и пугая излишне внимательных прохожих. И так до самого пункта назначения.

Магазинчик Захара оказался неброским и маленьким, вновь наводя своей неказистостью на определенные мысли. В него Кай не пошел — там негде спрятаться, да и хотелось посмотреть на дела с улицы. Бывает, со стороны видишь больше, чем изнутри. Это тот случай. Спускаясь в темный проулок, заставленный мусорными мешками и баками, он сел под дверью черного хода, прислушиваясь к происходящему. Нинель просили выйти наружу и каждые несколько минут зазывать людей заранее написанными на бумажку словами, а Адониса услали к черному ходу ждать машину, из которой он должен выгрузить ящики. Через минуту рыцарь вышел, сразу замечая демона, затаившегося у мусора.

— Гармонично смотришься, — зло проворчал представитель добра, не удивляясь присутствию нечисти.

— Как и ты, — парировал тот, окидывая взглядом рабочий комбинезон, весь заляпанный пятнами и воняющий сигаретами.

— Что ты тут делаешь?  — кривясь от запаха, спрашивает напрямик рыцарь.

— Видами любуюсь, — язвительно отвечают ему, на всякий случай отходя на шаг.

— Правда, что ли? Для чего?

— Жду развлечения.

— Развлечения? Организую.

Обещал — сделал. Рыцарь поднял мусорный контейнер и прежде, чем Кай успел возразить, надел ему его на голову — один хвост остался торчать наружу, да лапы с острыми когтями. Перевернул получившуюся экспозицию и закрыл крышкой.

— Спасибо, — раздалось из контейнера, — лучшего прикрытия я сам бы не сделал.

Захотелось вытрясти демона и накостылять ему по первое число, но именно в этот момент в проулок свернул фургон. Адонис перевел укоризненный взгляд на подъезжающий автотранспорт в смиренном ожидании. А когда фургон остановился и из него вышли два молчаливых накаченных мужика, он тоже молчал. Ему открыли задние двери и так же молча указали на закрытые пластиковые контейнеры, которые нужно занести в магазин.

Кай сделал себе дырочки для глаз и смотрел на все это с любопытством детектива. Очень интересно, что в контейнерах и кто эти люди. Хихикающий контейнер привлёк бы внимание людей, но Адонис сам захихикал в тот момент, чувствуя себя последним идиотом. Как только фургон отъехал, Добро захотело мстить Злу. Но последний оказался быстрее — выпрыгнул, словно черт из табакерки, и, приземляясь, отряхнулся по-собачьи. На рыцаря полетели неприятно пахнущие и гниющие остатки фруктов. Когда он убрал руку, которой защищал лицо, демонический хвост уже хлестнул по краю крыши.

— Что вы так долго, господин пришелец? — заинтересовался Захар, выглядывая из двери черного хода.

— Ловлю волны своего мира, — смущенно соврал он, вспоминая слова из фильма и заходя в здание.

Преследуя фургон, черт заметил рыжую принцессу в её чересчур длинном платье, читающую с бумажки зазывающие в магазин речи. Пролетев по двум крышам, он проводил взглядом искомый фургон, который показал свой грязный бок при повороте. Дальше уже не нужно было торопиться.

— Теперь все ясно, — пробормотал рогатый под нос, разглядывая здание, у которого припарковался фургон.

Сомневался нечистый (во всех смыслах этого слова) недолго. Если Адонис мог геройствовать в том мире, почему он — демон — должен отказывать себе в этом. К тому же, это весело.

Окно, пол, куча выпученных глаз… Подпольные наркодилеры не ожидали такого вторжения. Метамфетамин посыпался на пол, когда хвост с пушистым кончиком, шутя,  опрокинул одну из коробок. Охрана была, но не в самой лаборатории, поэтому, когда она явилась, часть товара уже оказалась испорчена, а люди в масках и халатах пребывали на грани истерики. Показательный оскал, демонстрация когтей, разрезающих их шумные стреляющие пулями игрушки, и паника становится всеобщей. Кай подкрепил суматоху безумным смехом. Затем опрокинул что-то не то, и помещение заполнилось огнем.

— Опять перестарался! — засмеялся демон, задувая горящий кончик хвоста и отступая к кучке людей, не желающих оставаться в адовой печке, в которую превращалась лаборатория. — Жить хотите? — адресовал он вопрос к белым халатам.

— Да-а, — общее долгое блеянье овец.

— Тогда держитесь, — крикнул бес, хватая всю свору хвостом и прыгая по стене в сторону окна. Может, кому переломы и обеспечены, но зато все живы.

Наблюдал за приездом пожарных машин демон уже с близлежащей крыши. Посмотрел и развернулся, отправляясь домой. Нужно было срочно принять душ, смыть с себя ароматы помойки и горелой шерсти.

Квартира встретила тишиной по причине отсутствия остальных сожителей. Вернулись те лишь в шесть часов и настолько вымотанные, что даже не заметили мокрый ковер, организованный демоном, решившим на нем поваляться с мокрой шерстью.

— С возвращением! — обрадовался он им как родным. — Сколько наработали?

— Три мозоли, — отозвалась мимо проходящая и плечом демона задевающая принцесса. Она сразу прошла к себе и рухнула на кровать, устало снимая нога об ногу тапки. За ней, слегка согнувшись, проковылял Адонис. На лице его застыли чувства, являющиеся прямыми родственниками офигения.

— Растяжение спины, — пояснил он, с трудом подходя к дивану. — Больше двадцати лет с мечом, а растяжение получил, таская ящики!

Кай с трудом сдержал шутку про инвалидов, поймал раздражённый взгляд поврага, направленный на диван, и сел у стены, ожидая шоу. Рыцарь скривился не по-рыцарски, наклоняясь к краю дивана, и охнул, как старушонка, когда потянул. Постель готова, и, не доставая постельного белья, блондин упал на нее, с наслаждением выпрямляясь.

Заглянув в комнату с заснувшей принцессой, посмотрев на блаженно улыбающегося во сне рыцаря, черт обиженно ударил хвостом об пол. Встал и повторно сходил в душевую, возвращаясь с детской зубной пастой в хвосте.

— Пикассо я весьма посредственный, но ради вас, повражки-бедняжки, готов принять сей крест жаждущей искусства души.

Первой жертвой, проснувшейся с приступом голода, стала рыжая девушка. Она встала и пошла умыться. Пришла, посмотрела в зеркало, а дальше от ее визга блаженно заулыбался Кай и подскочил с постели с больной спиной Адонис. Тут же застонал и едва вновь не рухнул на диван, но, сдержавшись, отправился спасать свою невесту. Зря. Своим появлением спаситель вызвал новую волну визга. После спешного смывания высокодуховного произведения искусства, жених и невеста отправились бить виновника их недостойного поведения.

Только услышав рычание и топот ног, держащийся за живот демон открыл окно, а когда его сожители ворвались в комнату, прыгнул, укрываясь во тьме ночи. Обиженные, скрипящие зубами и с каплями, капающими с волос, девушка и мужчина ушли на кухню готовить поздний ужин.

— Детский сад! Почему этот бесенок, князь демонов, — смешок, — ведет себя, как едва вышедший из сопляческого возраста мальчишка? Он точно повелитель цитадели? Нинель, извини, что спрашиваю, не знаю, насколько тебе неприятно вспоминать случившееся, но… Кай так же вел себя на территории демонов? У себя дома?

Нинель рассеянно пожала плечами. Ей было вовсе не страшно вспоминать случившееся. По сути, с ней ничего не произошло непоправимого. Да, ее похитили, она испугалась, но большую часть ночи провела один на один с повелителем демонов, который не тронул ее даже паль... когтем. Она вспомнила его речь, шутки, реакцию на случайный удар...

— Да, но более сдержанно, — ответила рыжая принцесса, затем добавила: — Он не причинил мне вреда.

Представитель добра открыл холодильник, думая совсем не о еде. Наверное, поэтому ужинать им пришлось гремучей смесью сгущенки и шпрот.

7 глава

Вернувшись домой, Кай лег спать, а наутро проснулся со странным ощущением стоящих колом волос.

— Toucher

[2]

, — поклонился он поврагам, даже не задумываясь, откуда знает французский. Прошёл танцующей походкой через гостиную. Смазанные клеем волосы стояли дыбом и не шевельнулись при ходьбе. Нинель захрюкала, выдавая свою вину, а Адонис посмотрел с ужасом. Звук текущей воды сменился звуком мата — отмыть клей не удалось. На кухню вышел короткостриженый, почти под ноль, демон, вызывая своим появлением новую волну смеха принцессы, к которой присоединился и рыцарь. Кай тоже смеялся, вручая Адонису насмерть убитую и забитую волосами бритву. Затем показушно встряхнул головой, на которой начали расти черные пряди, достигая прежней длины. Демон показал язык и гордо сел на свободный стул, ближайший к окну, на случай, если придется бежать.

Злой рыцарь, убивающийся над мертвой бритвой, подаренной ему уфологами и так гладко бреющей, хмуро предположил вслух:

— Интересно, если тебе кое-что другое отсечь, — тоже вырастет?

— Извращенец! — неожиданно жеманным голосом выдал демон и застыл. Начал бубнить под нос странные речи, — Ну привет, моя ошибка! Значит, тебя зовут Стас? Век бы тебя, Стас, не знать!

Сказал и приложился лбом об стол, едва рогами сахарницу не перевернув.

Нинель и Адонис обменялись взглядами. Одно то, что они теснятся на маленькой кухоньке со Злом, напоминало им посиделки в компании с гранатой, у которой расшатана чека, а если окажется, что эта граната лишилась ума и сама чеку ковыряет...

Кай не поднимал лица от столешницы, пока перед ним не поставили тарелку с яичницей. Максимум, на что пока соблаговолил талант королевских рук. Отчего-то принцесса решила сама заняться готовкой, хотя Адонис настаивал на своей кандидатуре в качестве повара.

— Практиковал карате? — беспечно спросила Нинель, стуча по столу.

— К сожалению, нет, но уверен: боевые искусства или борьба — на подходе.  Скорей бы, — туманно ответил черт, нацепляя на коготь последнее яйцо. Голубок застрял комом в горле, не пропуская следующего в очереди охранника. — А вы разве не должны спешить на работу, или что-то типа того?

— Не твое дело! — огрызнулся рыцарь. — Хотя, может, как раз и твое! У Захара Ивановича случились проблемы на складе, где хранился весь магазинный товар. Поэтому работали мы бесплатно.

— Какая жалость, — притворно посочувствовал им демон, опуская лицо к кружке и выпивая чай через свернутый трубочкой язык.

Нинель всхлипнула, ее мозоли за ночь вспухли и грозились прорваться, и все эти страдания — ни за что.

— Считайте, отработали продуктовое довольствие, — кивнул черт на холодильник, в котором прибавилось продуктов после посещения уфологов. Работать за еду показалось принцессе еще более унизительным, и она хлюпнула носом. Бес поспешно сгладил углы: — Но разве количество уфологов, желающих нас на исследования, то есть — работу, уже закончилось? Позвоните следующему в очереди. Вас же, вроде, хотели все изучить, то есть нанять.

Адонис закипел, подражая чайнику, и случайно смял чайную ложку в несимпатичный кусок металла, демонстрируя результат виновному в их бедах.

— Что? Блондинчик, я не виноват! Я был тут: творил зло, думал о плохом, замышлял завоевать мир — в общем, вел себя, как нормальный демон. Никаких складов, никаких поджогов, — отчасти лгал, отчасти говорил правду он. Разорил-то не склад, а кухню наркодилеров. Нанюхался, правда, всякого и всю ночь пускал слюни в подушку, зато не дал использовать своих поврагов. Они ему и самому нужны.

Пыхтя паровозом, рыцарь ушел звонить врачу. Предусмотрительные уфологи написали все свои номера и повесили их рядом с телефоном. Лекари всегда ценились как на войне, так и в мирное время. На подобного человека рыцарю было не зазорно работать. Однако уважаемый доктор проигнорировал звонок, возможно, занятый операцией или вправлением кости, как подумал Адонис. Кай подумал о нелегальных пластических операциях, но промолчал. Зато ответил Александр, который зоолог.

— Здравствуйте, — отозвались в трубке. — Это, случаем, не наши инопланетные друзья?

— Мы самые. Вы, наверное, в курсе последних дел.

— Нет, а что-то случилось? — обеспокоенно уточнил собеседник.

— Нам нужна новая работа.

— Ох, ясно. Самоидентификация и социальная адаптация продолжаются... — зоолог еще долго и много говорил. Затем дал адрес зоопарка. И очень просил взять с собой Кая для исследования.

— Демон, ты идешь с нами! — заявил Адонис, хватая за вездесущий хвост и подтягивая беса ближе.

— Пусти! Прочь от царской собственности! — скалясь, прыгнул вперед хозяин хвоста и быстро вырвал свою прелесть, начиная осматривать и гладить.

— Жалко, что ли?

— Больно, что ли! Хвост — чувствительное место! Не смей его просто так трогать! — Кай замер, смутился от своего повышенного тона и постучал тупой стороной когтей по рогам. — Переваривайся, гад, да поживее!

— Ты это к чему? — обеспокоенно спросил рыцарь.

— К тому, что я сегодня дома и никуда не пойду, — проговорил бес, припадая к земле и на четвереньках исчезая в комнате, а из нее уходя в окно, хотя секунду назад уверял, что никуда не пойдет.

Его поведение волновало парочку до самого зоопарка.

— Надеюсь, он не рехнется и не сожрет нас глубокой ночью, — захватил с собой меч Адонис, закрывая входную дверь.

— Может, заболел? — предположила Нинель, после завтрака побоявшаяся спросить Кая о его самочувствии. — Надеюсь, он скоро поправится.

— Ага, если не поправится, то нам всем будет плохо. Без этого змея мы не вернемся домой, если он не солгал. Меня не это волнует, — Адонис поежился, беря невесту за руку и ведя ее по оживленным улицам. — Иногда этим хвостатым уродам крышу сносит. Извилина за извилину зацепляется, и они перестают своих от чужих отличать, всех на тот свет отправляют. Я такое неоднократно видел. Потом те безумцы и без наших усилий дохли, но жертв от их феерий — не сосчитать.

— Думаешь, Кай может нас убить? — при свете дня, на фоне черного логотипа рекламы резко побледневшие щеки принцессы были хорошо заметны.

— А думаешь, нет? — встрепенулся рыцарь. — Не забывай, он демон! Сейчас пушистый и ласковый, а дай шанс — и наши головы вывесят на обозрение отдельно от тела. Пока мы ему нужны, этот хвост будет вести себя относительно прилично.

Нинель смутилась от своего вопроса. Адонис был прав: она не должна забывать, кем является их союзник. Дружба под залог нужности.

Зоопарк моментально выбил все плохие мысли из голов. Если рыцарь еще видел многое в своих путешествиях, то Нинель, запертая в замке и изредка сбегающая в город, бегала от вольера к вольеру с визгом восторженного ребенка, сопровождаемого дико краснеющим за его поведение папашей.

— Смотри, смотри! Это жираф! — перетаскивание смущенного жениха к другому вольеру. — А это слон! Какой бо-о-льшой! — смущение «папаши» растет. — Ой! Адик! Кенгуру! Смотри как прыгает! — апогей стыда, и новый вольер. — У той обезьянки синее лицо! Смотри же!

Смирившийся с унижением муж Святой земли едва бросил на клетку мандрил взгляд, зато сразу обратил внимание на мохнатых обезьян, чем-то напомнивших демона. Но не успел он рассмотреть настороженного зверька с пушистым хвостом, как девушка потащила его к клетке с птицами.

Уфолого-зоолог поймал их на подходе к пингвинам, которые от восторженного писка принцессы забились в угол заснеженного вольера.

— Вы никогда не видели земных животных, — почти правильно понял инфантильное поведение девушки Александр. — Сегодня вы успеете на них насмотреться.

После инструктажа Адонис получил наряд уборщика и совковую лопату с ключами от вольеров, а его невеста — тележку с воздушными шариками. Минут двадцать ушло на руководство, а затем на «они летают!».

За этот день оба иномирца насмотрелись на животных со всех сторон и даже получили кое-какие гроши на продукты, несмотря на устроенный ими цирк.

— Не стоило бить слона, — улыбалась Нинель, вспоминая как ее жених испугался, когда хобот обвил его, и заехал ушастому в лоб. Несчастное животное свалилось без чувств, и сотрудники зоопарка долго не могли привести его в сознание. А когда привели, хоботное начало бояться блондинов.

— Скажи еще и льва за хвост не стоило крутить, — проворчал отчитанный со всех сторон рыцарь.

Нинель схватилась за живот, вспоминая очумевшую рожу льва после прыжка. Вначале его поймали, покрутили, как растолстевшего кота, над головой, демонстрируя степень падения, а потом перехватили за хвост и заставили орать на одной ноте, подражая полосатым родичам перед кастрацией.

— И крокодилам тоже не стоило на тебя нападать.

Последним повезло больше всего. Удар в глаз лишил животных желания нападать на столь несговорчивый корм.

Саша все время бегал где-то поблизости и записывал поведение — нет, не животных — а инопланетян, чем тех нервировал даже больше кидающихся, чем попало, обезьян. Фраза о втором образовании на социолога не добавила парочке желания как можно дольше продолжать общение. Зато парень показал Нинель бабочек. Не маленьких крошек, любящих капусту, а огромных великанов, размером с голову, чьи крылья вдохновили не одного модельера. Перед ними продавщица воздушных шаров простояла весь остаток рабочего времени, наблюдая, как насекомые вылезают из кокона и расправляют крылья, чем-то напоминая упавших на акварель летучих мышей.

Наверное, именно летучая мышь-монстр летала по квартире в их отсутствие, потому что вначале они подумали, что ошиблись дверью.

— Что за...

Полосы разодранного ковра тянулись от прихожей в зал. Первым прошел в квартиру рыцарь, предусмотрительно выставляя вперед меч. Оказавшись в зале, он охнул: диван подрали до самого основания, раскидав набивку и ткань ровным слоем по помещению; стене рядом тоже досталось; одна радость — телевизор этот монстр не тронул. Сам демон лежал, свернувшись калачиком, в получившемся из кусков ткани гнезде и вилял хвостом, как сильно раздраженный кот. И, казалось, приход людей кота еще сильнее раздосадовал, так как он тут же вскочил, рыкнул и закрылся в своей комнате.

— Совсем крыша поехала? — запоздало спросил рыцарь, не решаясь даже подходить к двери, за которой стояло чудовище.

— Психанул! — ответили оттуда.

— То, что псих, — и так вижу! А это лечится?

— Пару дней. Через пару дней приду в норму. А пока... а пока не подходи ко мне!

Судя по звуку, демон плюхнулся на кровать и потрошил подушку. На деле пытался ей придушить себя, чтобы отключиться. Переваривающийся паренек уже порядком надоел. В его голове варилась неведомая каша из извращений и полезных знаний, которые были нужны для поиска Легионов. То, что усвоилось сразу, давало лишь общую картину. Нужно было переварить каждый скопированный нейрон, а это имело определённые последствия, которые становилось все сложнее терпеть. Дождавшись темноты, демон убежал по крышам догонять свой уезжающий разум.

Адонис впервые с их переселения ночевал у Нинель в комнате. На коврике. И ей спокойнее — от демона есть кому защитить, и ему — есть где спать, даже второй подушкой поделились.

Утро началось с мусорных пакетов и с попытки достучаться до Кая.

— Ты там как, бесово отродье?

— Жив.

— А жаль.

— Уже не хочешь домой? — ехидно уточнил демон, судя по звуку, подходя к двери.

— А ты разве не начал деградировать? Мне казалось, демоны сходят с ума и мрут тихонько.

— Ну, допустим, не тихонько, — возразил Кай, показывая нос из-за двери, — а унося с собой врагов, чтобы на том свете без компании не скучать. Но я в относительном порядке, просто словил специфическую демоническую болячку. Пройдет уже завтра... надеюсь.

— А до этого ты продолжишь разносить квартиру?

— Обещаю сдержаться, — произнес бес открывая дверь полностью и нос к носу встречаясь с голубоглазым рыцарем, еще не успевшим надеть рубашку.

Осмотрев накачанные мышцы, демон пискнул, хныкнул и, схватившись за голову, захлопнул дверь, вновь падая на кровать в попытке придушить себя подушкой, сквозь которую не слышен изливающийся в нее мат.

Адонис с полминуты любовался закрытой перед носом дверью, пожелал врагу смерти в муках и постучался в дверь к принцессе. Та выскочила почти сразу: уже переодевшаяся, расчесанная и готовая к новым свершениям. Правда, выглядела она немножко бледнее обычного и явно чего-то сильно смущалась.

— Надо заглянуть в магазин, кое-что купить, — теребя пальцами длинную юбку, произнесла она, не уточняя объект покупки, но посмотрела на будущего мужа таким взглядом, после которого тот не рискнул уточнять и переспрашивать.

По достоинству оценив тот факт, что их не выгнали после первого же дня работы, Нинель и Адонис светились гордостью друг за друга. Работали они хорошо, на радость остальному персоналу и на ужас животным. Львы при приближении рыцаря предпочитали изобразить перепуганных кошек и забиться по углам, позволяя вычистить их клетку и разместить пищу. Слоны садились на задницы и громко икали. Крокодилы резко сели на диеты. Поэтому этот день прошел без давешних комедий, зато на пути домой принцесса забежала  в магазин и купила необходимую ей вещь, а еще — духи.

Скажем так, запах духов являл из себя резкую смесь, способную заставить зомби вернуться в могилу и забыть о земном существовании, просто открыв флакон. И на вопрос девушки: «Тебе нравится?» — протягивающей ему дурно пахнущий пузырек, он просто не мог сказать: «Нет». Пришлось обойтись мужским ответом:

— Не понимаю я женских штучек. И без него хорошо.

Надув губки, принцесса попшикалась и убрала флакон с заковыристым названием, больше подходящим химическому оружию, и первой вошла в метро. В этот раз в поезде никто не теснил и не пихался, напротив, пассажиры держались в максимально возможном отдалении, зажимая носы.

Дом встретил порядком.  Вернее, больше в их квартире не наблюдалось новых разрушений. Предстояло купить новые ковры и диван-кровать. И если без первого еще легко можно обойтись, то без второго — Адонису вновь придется изображать пса на коврике. Но не успели они обрадоваться, как мимо из кухни в комнату прошествовал Кай. Вид у него был, как после долгого сна, и он что-то бубнил себе под нос. Они прислушались. Оказалось — пошлые стишки. Дошел до своей комнаты, сделал разворот и пошел вновь в сторону кухни.  От подобных метаний пушистого поврага Нинель едва не прыгнула на стенку. На кухне раздался истерический смех, от которого Адонис потянулся вновь к двери, задумавшись о ночёвке в гостинице.

— А это нормально? — не сдержалась и спросила девушка.

— Не уверен, — протянул ее жених, уже собираясь открыть входную дверь, как в коридор вновь вышел демон.

Остановился он дико резко — так люди не умеют — и, как показалось, с механическим звуком скрипнувших клыков повернул голову к людям. Хвост дернулся, глаза моргнули. Адонис закрыл девушку собой, но, как оказалось, зря. Демон не скалился, он морщился.

— Это еще что за вонь? Принцесса, если вы купили яд для тараканов и вылили его на себя, знайте же — у нас нет этих зловредных насекомых, — скривился он, зажимая нос между не когтей и отступая в гостиную. — Ба! Новое оружие против нечисти, не иначе.

Нинель надулась и засопела в спину своему охраннику, который втайне надеялся, что невеста внемлет этим грубым словам и выбросит купленную дрянь, но девушка лишь поглубже затолкала купленные духи в сумку. Она надулась и, обойдя рыцаря, прошла в гостиную.

— Ты ничего не понимаешь в духах, — сдвинув брови, заявила храбрая белочка демону.

— Ага, просто у меня тонкое обоняние, говорящее мне, насколько резок и неприятен запах. Тебя обманули, принцесса, — ехидно улыбнулся бес и сложил руки за спиной, начал медленно подходить к ней, — Это не духи, это какая-то отрава.

Адонис спешно вновь встал между ними, закрывая собой Нинель, отчего та заворчала, что сама может защитить себя от подобного хамства.

— Сегодня у тебя обострение, вижу. Может, тебя по башке приласкать, враз мозги вправятся, — предложил рыцарь демону.

Бес остановился и заинтересованно вильнул хвостом. Он очень медленно наклонил голову вбок. В глазах отразилось нечто шальное и безумное.

— Приласкай, — неожиданно согласился демон ласковым голосом, от которого Нинель вздрогнула и вспомнила свою распутную подругу, которая приставала к мужикам именно с такой интонацией. За подобным девушка решила наблюдать на пороге своей комнаты.

Адонис моргнул, тоже вспомнив нечто подобное, ему очень не понравилось нетипичное поведение Кая, которое, кроме как жутким, не назовешь. А тут поведенческий нонсенс еще и шаг сделал. Встрепенулся, вздыбил шерсть и прыгнул, но не на готового принять атаку рыцаря, а через него на пытающуюся спрятаться за дверью принцессу. Та привычно пискнула, напомнив резиновую игрушку для собак, и была извлечена из-за двери при помощи хвоста.

— Приласкать? Я не против, но, чур, пусть это будет она, — веселился бес, шутливо зацепив локон рыжих волос тупой стороной когтей и поднося его к губам, а хвостом обвивая худую фигурку.

— Зараза! Извращенная зараза! — бросился на спасение Адонис и получил невесту в полное владение. Парочку отнесло на выпотрошенный диван и приложило друг об друга.

Слушая постанывания, бес снова поморщился, мучаясь от несварения чужого разума. Конфликт интересов царапал изнутри, пытаясь резко поменять мировоззрение.

— А круче ругаться ты можешь? — поинтересовался демон, стараясь быстрее уложить чужое на самую дальнюю полку и забыть, как о страшном сне, выклянчивая и собирая крупицы важных сведений.

Добро вскочило с дивана и воззрилось на Зло, как на таракана. Чужие знания, влитые демоном, охотно подсказали пару крепких выражений, но для произнесения хулы мужчина был недостаточно раскрепощен, и он стал искать нечто более невинное, но обидное. И одно выражение нашлось: как раз сегодня ругающиеся мужики в зоопарке  использовали его.

— Голубой! — выпалил он название экспрессивно окрашенного цвета, даже не догадываясь, как на подобное среагирует его враг.

Кай недоуменно вздернул брови и задумался, махая хвостом то влево, то вправо. Ухмыльнулся, улыбнулся, осклабился и танцевальной походкой пошел вперед.

— Ах, ты мой сладкий! Ты точно знал, — полезло Зло к Добру обниматься, вызывая у сил света незабываемое и неповторимое выражение лица. Обвил хвостом, притянул и вытянул губы для поцелуя.

Нинель перестала изображать раненую лань и замерла, открывая рот, готовясь запомнить самое странное зрелище, которое только могла увидеть.

— Вырубился, — огорченно заявил черт. Он уже настроился на долгую игру на нервах неосведомленного в нецензурной речи героя, используя знания и повадки жеманного типа из леса, а тут такой облом. — Принцесса, достань-ка свои духи или сходи за нашатырем — одно дерьмо.

Оскорбленная невинность ушла за аптечкой, а смущенный своим поведением демон заявил:

— Если бы я знал, что тебя так легко победить, то на поле боя вышел бы не в доспехах и с мечом, а в свадебном платье и с букетом. Спорим, тебя бы удар хватил!

Придя в себя и увидев над собой рогатую голову, рыцарь заорал и резко вскочил, Кай едва успел уклониться.

— Какой нервный, — покачал головой бес, наблюдая гримасу отвращения на лице блондина. Кай счел это забавным, но развивать шутку дальше не стал. — Да успокойся ты. Я же предупреждал: у меня демоническая болячка. В двух словах: я съел знания и опыт человека с нетрадиционной ориентацией, и мне сложно переварить его идеологию.

Нинель принесла жениху стакан воды, который он осушил в три глотка. Только после он смог сосредоточиться на сказанном.

— Кого ты там съел?

— Того, чьи знания могут нам помочь.

— Съел? — переспросил Адонис с ужасом на лице.

— Да, что б тебя! — Кай раздраженно постучал когтями по рогам. — Образно выражаясь! Помнишь, я уколол лоб того бездомного и вас...

— И нас съел!!! — Герой встал и уже собрался поднять ободранный диван для осуществления запоздалой мести.

— Вас — не ел, — отмёл обвинения бес, подозрительно косясь на диван и отступая ближе к окнам. — Вам я передал. А это большая разница, — он сделал еще шаг к своей комнате, в которой окно распахнуто настежь. Самое то для побега.

Рыжая топталась позади своего защитника и не видела его зверского выражения лица, жаждущего размазать врага тонким слоем, поэтому беспечно спросила:

— А все демоны так умеют?

— Нет, — Кай был рад вопросу девушки, может, за время ответа его не прибьют и удастся убежать. — Только ветви королевского рода. Грубо говоря: один из тысячи. И те обычно в шпионах или дознавателях, — он сделал попытку развернуться, но неудачную.

— Но на поле боя я часто видел тела с пробитыми головами такими вот когтями.

Демон даже вскрикнул, настолько неожиданно схватила его тонкое запястье широкая ладонь.

— Я видел, как такие, как ты, убивают!

— Какая глупость. Три таких убийства — и демону конец. Умрет от кровоизлияния в мозг. Ты, наверное, такое тоже видел? Проколол черепушку, а его давай колбасить, кровью рвать. Сказал же, — он с силой дернул на себя руку, уже представляя, как она ломается. — Делится знаниями и безболезненно, не убивая, изымать их, могут только представители королевского рода!

— Интересная информация, а подробнее не расскажешь? — Адонис старался наступить на извивающийся хвост, попутно пытаясь схватить и вторую руку.

— Расскажи все врагу, и получи кирдык от своих же, — усмехнулся Кай, водя по полу кончиком хвоста и не позволяя рыцарю по нему попасть. — В любом случаи, это не секрет. Посмотри на мои когти. Видишь в них сосуды? Это пути, по которым идут чужие знания: через одну капельку крови — у правящих, и через кусочки мозга — у обычных демонов. Отвратительно, правда?

Демон убрал хвост за спину, резко прекратив сопротивляться и оказавшись к герою вплотную, прошептал:

—А теперь представь, скольких я этими когтями убил. Могу рассказать.

Адонис отшвырнул от себя черта с еще большим отвращением, чем когда подозревал его в извращениях. Отвернулся и ушел на кухню. Кай нашел, как испортить ему хороший день.

— Кай, — Нинель не последовала за своим женихом, смотря на синее запястье беса, постепенно принимающее нормальный цвет. Бежать демон уже и не думал.

— Что, принцесса?

— А сколько переваривается один человек?

— Ваш вопрос достоин фильма ужасов, — хмыкнул бес и прикинул в уме время. — От одного до трех дней. Бывает дольше. Завтра буду в норме, обратный отсчет достиг сопляческого возраста, бурная гомо-юность позади... Слава всем здешним богам! Я думал, рехнусь, пока слажу с гормонами этого уникума!

Нинель засмеялась. Она в который раз не могла решить: бояться ей этого демона или нет. Сейчас ей хотелось еще порасспрашивать мохнато-рогатого юношу, раз того потянуло на откровения.

— А это больно?

— Что именно?

— Брать чужие знания. Как это?

— Как смотреть фильм, только очень быстро. К чему вопросы, принцесса?

— А если ты убиваешь так, то это...

— Иди к своему жениху, белочка. Это знать совершенно ни к чему!

Поймав взглядом угольки его глаз, девушка вздохнула и ушла вслед за Адонисом на кухню. Нужно было сообразить нечто съедобное из имеющихся продуктов. Вышло сносно, но Кай не пришел к столу, не отозвался на зов. Но наутро его порция исчезла, а сковородку мало того что вылизали, еще и погрызли. Ею Нинель к вредителю и постучалась.

— Выходи! Убивать буду!

— Не-а, не выйду.

Адонис смотрел за этим, выискивая в интернете магазины, специализирующиеся на диванах. Сколько бы он не злил демона, тот не нападал, даже царапины не нанес. А значит, для него союз – не пустой звук. Следовательно, он не сделает ничего непоправимого ни ему, ни его невесте. Решив так, рыцарь перестал отвлекаться и как раз заказал диван с доставкой на дом, когда неожиданно дверь комнаты беса открылась и Кай, увернувшийся от погрызенной сковородки, объявил:

— Приехал курьер с бо-ольшой коробкой. На ней логотип той фирмы, в которой мы заказывали магическую атрибутику.

Повраги дружно оказались перед дверью, подрались за глазок. Победил Кай, и Адонис злорадно открыл дверь, дав ею по лицу прижавшемуся к глазку демону. Три головы высунулись встречать идущую на них коробку. Так это выглядело со стороны — коробка с ногами. Объёмная, но не тяжелая, она заняла часть лестничной площадки, втянуть ее в квартиру даже боком не удалось. Пришлось удовлетворять любопытство соседей и открывать прямо там, постепенно занося оккультные и черно-магические вещи в квартиру. Вернее, Нинель вела учет по списку, Адонис заносил, а Кай брал в руки, пытаясь найти Легионы и комментировал.

— Клык демона, — зачеркнула в списке девушка наименование.

— Че? Серьезно? Он даже не похож! Дайте мне того, кто сделал этот керамический протез, я его покусаю, будет слепок со своей шкуры снимать, — откинул в сторону фальшивый зуб черт.

— Полотно — знак тьмы.

— Доня, сломай раму. Ага, а теперь повесь это полотенце с козлом на кухню. Да, получай удовольствие, вытирая руки о мою родню.

— Свеча из жира младенцев, фу!

— Так я им и поверил. Кто вообще придумал эту ересь? Made in China?[3] Ну-ну!

— Ритуальный нож.

— Тупой и бесполезный, Доня кинь его за стекло. Пусть гостиную украшает.

— Волшебное зеркало.

— Кто заказал эту хрень? – послышался звон стекла.

— Ковер-самолет.

— В туалет подойдет, — закончил стихами Кай.

— Напиток счастья.

— Спирт, что ли? — секундная заминка, дальше сдавленно: — Какой кошмар, оно ужасно на вкус, буэ!

— Драконья кровь.

— Бедный тузик.

— Золотое руно.

— Одна стирка, и уже обычное.

— И все!

— Как — все?! — хором спросили Адонис и Кай. — Ни одного легиона, куча потраченных денег и — все?!!

— Да.

Рыцарь мысленно свернул той компании шею, а демон посмотрел еще раз адрес и прыгнул в окно. Мысленной расправы ему показалось мало.

8 глава

Едва успев на работу, рыцарь и принцесса заметили суету в городе и мысленно пожелали Каю навернуться. Именно в этот момент демон зацепился хвостом за строительные леса и красиво приземлился перед грузовиком.

— Ой! — воскликнул сбитый черт.

— Мать моя женщина, — словил шок водитель, чудом не потерявший управление.

Помахав на прощанье ручкой, демон спрыгнул с транспорта и, поразив всех своей «красотой», скрылся в переулках, а из них — на крышах. Найдя нужный адрес и запугав несчастных содержателей конторы магических товаров до предынфарктного состояния, Кай получил доступ на их склад, где и провел время до вечера, успев перещупать весь товар и всех людей. Ни одного, даже фантомного, легиона. Нет их.

Вернувшись домой, раздосадованный демон застал столь же раздосадованных людей, смотрящих унылый фильм, не прибавляющий им настроения. Сидели они на новеньком диване, обтянутом кожзамом кислотно-зелёной расцветки, при взгляде на которую глаза невольно слезились.

— Не все взятки гладки? — не спеша подходил он к угрюмым людям и кислотному монстру.

— Не все йогурты одинаково полезны, — съязвил ему в ответ Адонис.

Нинель угрюмо кивнула, добавив:

— С этого дня я ненавижу йогурты и валериану.

Демон искривил хвост в знак вопроса. Он как-то не подумал, что поводом для грусти поврагов может служить настоящий йогурт.

— Траванулись?

— Увольнулись, — рыкнули в ответ.

— Судя по вашим лицам, увольнулись вы не по собственному желанию, хотя три дня убирать дерьмо и продавать шарики… — смешок, — я вами горжусь! — увернувшись от кислотных диванных подушек, больше напоминающих летящие кляксы мутагена, Кай спросил: — А причем тут йогурт?

— Не твое дело, — огрызнулся рыцарь.

— Я вам вчера столько всего выболтал, а вы даже не расскажете, как лоханулись? Жадины!

Смерив ухмыляющееся Зло грозным взглядом, которым оно не впечатлилось, Добро скупо поведало душещипательную историю о разлитом йогурте. Дело было так...

Рыцаря вновь послали к зверью, а принцессу — к тележке, и вначале все шло хорошо. Но затем началась драка, и какой-то олух задел и свалил в вольер к кошкам тележку с йогуртами. И прямо на Адониса. Облитого с ног до головы малиново-клубнично-черничным наслаждением мужчину дикие кошки боялись гораздо меньше, и бросились к нему, как к лакомству. И все было бы хорошо, если бы он от них просто отбился, но впопыхах, не понимая, что это такое в красных крапинках хлюпает на его голове, рыцарь шарахнулся к ограждению и снес его. Естественно, кисы вышли знакомиться с посетителями.

На этом злоключения не кончились.

Невдалеке оказались подростки, замышляющие шалость и принесшие большую бутыль валериана. Собирались не то львам, не то тиграм вылить. Так вот, увидав таких кисок в непосредственной близости от себя, они растерялись и бросили уже открытую бутыль; попали в Нинель, обливая ее с ног до головы. Девушка сильно удивилась внезапной любви представителей кошачьего семейства к своей персоне и побежала по зоопарку, нарезая круги.

Если вначале всего этого казуса было возможно замять дело, распихав животных по клеткам, то после экстремального бега принцессы от мурчащей стаи, единственное, что могло успокоить директора зоопарка — это увольнение виновных.

Дружный вздох под резкий и громкий демонический хохот. Затем черт нагнулся ближе к девушке и заявил:

— Вот теперь ты пахнешь одуряюще хорошо.

— Да ну тебя, — отбила приставучий хвост принцесса и села ближе к жениху, тем самым освобождая место Каю с края.

Занудный фильм кончился, и началась космическая фантастика. Наконец-то иномирцы узнали, с кем спутали их уфологи.  Больше всех данный жанр понравился  Адонису, который затыкал любого, невзирая на пол и вид, не желая слышать презрительных комментариев о зеленых человечках от пушистого человечка и о летающей посуде — от расколотившей сегодня одну такую тарелку принцессы.

Съев успевшие приесться макароны из бомж-пакета, повраги посмотрели серию из детективного сериала, так до конца серии не угадав убийцу, и разошлись по комнатам. Вернее, первой ушла Нинель, затем — Кай, а Адонис разложил диван в гостиной, застелив его бельем.

Ни один не признался, но каждый из них хотел бы больше таких вечеров.

Уже когда Адонис собирался звонить Герману, напрашиваясь на работу, в дверь позвонили и сразу после этого вошли. С утреца пораньше пришли уфологи.

— Доброе утро, дорогие наши инопланетные друзья!

Кай невольно поморщился. Как самому необычному и нечеловечному, ему доставалось максимум внимания этих людей, впрочем, с нелегальным врачом демон был бы не прочь поговорить. Однако, Герман, как назло, не пришел.  Все, кроме Павла, извинялись за неспособность дать новую работу пришельцам и посмотрели на Пашу, который, узнав по каким причинам увольняли этих нелюдей, не пожелал видеть их в своей конторе. Но на экономиста посмотрели с такой надеждой зеленые глаза, что у него не осталось выбора.

— Нам нужна секретарша и охранник.

Черт кашлянул, сдерживая смех, уже представляя, за что на этот раз уволят его поврагов.  Когда получившие свою долю общения уфологи ушли, вновь пришлось оккупировать компьютер. Денег осталось немного, но им нужно домой, в их настоящий дом. А для этого необходимы легионы.

— Нет, это московская фирма, посмотри на адрес. Туда я и без заказа наведаюсь, — комментировал бес. — Давай с eBay. Голубой друг с него много фишек заказа-а-а-а... хм!

Наблюдая за растерянно замершим демоном с причудливо вставшим колом хвостом, Нинель продолжила набирать в поисковике таинственное слово «Еэбэй».

— Что задумал, хвостатая тварь? — отвлекся от просматривания газетных статей про гадалок рыцарь.

— Да вот, до меня дошло, что нужно наведаться к тому мальчику и посмотреть его вещи. Если я прав, его как раз не должно быть дома. Если, конечно, от прошлой встречи ему не пришлось сменить кофту в цветочек на смирительную рубашку.

— Стой! Что? Ты собрался квартиру ограбить? — подозрительно поинтересовался Герой, откладывая газету.

— Нет, но могу. Я собираюсь, — тут демон изменил тон на кокетливые, уже знакомые нотки, — пощупать его вещи и познакомиться с ним поближе.

— Мерзость, — мгновенно среагировал Адонис. — Заканчивай уже!

— Закончу, когда перед нами откроется портал в наш мир, — уже своим обычным язвительным тоном заявил демон. — А вы пока по гадалкам походите. Если кто привлечет ваше внимание — скажите. Я его тоже пощупаю.

— Пшёл отсюда! — кинул скомканную газету в мерзкого демона рыцарь и уже потянулся за мечом, повешенным на стену над диваном, когда по комнате пронесся ветер и хвост мелькнул в окошке.

Вновь летали вертолеты и гоняли тучи, пытаясь избавить пыльную Москву от спасительного дождя. Пилоты в этот раз даже успели сделать фото скачущего по крышам черта. Заметив вспышку, Кай развернулся к вертолету лицом и послал воздушный поцелуй. Быстро сориентировавшись в улицах и крышах благодаря переваренным москвичам, бес целенаправленно понесся вперед, больше не отвлекаясь. Один раз он едва не зацепил хвостом парня, практикующего паркур между двумя близко стоящими зданиями. Благо, юнца не пришлось спасать — недопрыгнул и повис на руках, но быстро подтянулся и дальше смотрел на скользящую черную тень, выпучив глаза и раскрыв рот.

Незадача тайного проникновения состояла в том, что тайным оно не получилось по причине наличия хозяина, который умудрился простыть и не пойти в институт. Так что Стасик очень удивился неожиданному гостю, влетевшему в его раскрытое для проветривания окно.

— Ну, привет, мой сладкий, — оскалился бес, намекая на прямую проверку вкусовых качеств.

— А! — крякнул гей и охнул напоследок перед обмороком.

— Да что ж это такое! Вчера — один, сегодня — другой! Я что — примадонна, чтобы передо мной мужики штабелями ложились?

Демон грубо поднял парня за шиворот кончиками когтей, а хвостом надавал пощечин. Тело подало признаки жизни и запищало, как придавленный ногой кролик. Хвост слегка придушил писклю.

— Слушай, заткнись, а! — как ни странно, сатанист послушался:может, у него просто кончилось дыхание, а может продемонстрированные клыки и когти возымели действие, — Мне нужно посмотреть твою коллекцию купленных артефактов. Считай, я меняю их на твою жизнь.

Коллекция впечатляла. В ней оказалось почти все возможное — от старых книг до настоящих амулетов, выполненных в древние века друидами. На паре таких вещиц даже нашлись остаточные следы Легионов. Обрадованный этим фактом Кай зарылся в коллекцию и тщательно изучил каждую вещь, однако больше ему не везло.

— Пусто, — так горько произнес демон, что Стас понял: ему не жить. И прыгнул в окно. Его счастье — бес успел поймать летуна. Он затащил его обратно и, как котенка, потыкал носом в раскиданные по комнате вещи, — Вас, Штирлиц, еще не отпускали. Это все?

— Да-а! — блеял тот и готовился обмочится.

— А если подумать? Может, где запрятал какую книжку или кому дал поносить магическую шляпку? Да я даже на проклятый дилдо согласен! Что-нибудь!

Стас ревел, отрицательно мотая головой.  Демон цыкнул и сунул под нос сатаниста два амулета со следами Легионов.

— Откуда ты это взял? Где купил? — эту информацию бес посчитал ненужной и не отложил. Теперь пришлось выбивать ее из этого трусишки.

Зайчик запел соловушкой и выболтал маленький секрет о подпольном аукционе, где тусуются такие же помешанные, как он. Дальше Кай и сам знал — адрес тоже нашелся в голове. Поэтому, отпустив ставшего ненужным парня, демон прыгнул в окно, собираясь вновь растормошить гнездо теневого мира этого города.

Тетка Проскофья, обещающая снять порчу и помочь в исполнении желаний, пожелала снять обет целомудрия с Адониса, за что с нее едва не сняли скальп.

Пробубнив:

— Такого обета не давал, — рыцарь покинул гостеприимный дом, уводя за собой притихшую Нинель, которая неожиданно увлеклась книгой «Социальная идентификация».

Сунул это творчество юной особе тот самый уфолог-студент. При этом активно строил глазки, еще на что-то надеясь.

— Интересная книга?

— Да, в замке мне не давали ничего подобного читать, считая ум привилегией мужчины, обязывая женщину являться лишь декором для будущего мужа, — книга резко захлопнулась, и побледневшая девушка замотала головой. — Я не про тебя. То есть, я не хотела вас, сэр рыцарь, оскорблять!

На нее смотрели с интересом и удивлением.

— Принцесса Нинель, я не оскорблен. Я восхищен. И не называй меня сэр.

— Хочешь, чтобы опять звала дядей, как в девять лет? — к лицу вновь прилила кровь, и на губах заиграла улыбка.

— Адик, Доня, Адонис, но не дядя.  Может, я на тринадцать лет тебя  старше, но не хочу чувствовать себя стариком рядом с собственной невестой. Ваш достойный батюшка сам выбрал меня, а Его Преосвященство обручили нас. Перед ними наш союз священен, а наша любовь — благословлена.

Нинель нервно облизнула губы и кивнула. Она на ходу вновь открыла книгу, не желая продолжать разговор, чем вновь удивила мужчину. Он не понял причину ее расстройства. И вот, когда она почти дочитала главу о социальном равенстве, одно здание взлетело в небеса.

Грубо говоря, полетела вверх только крыша, остальное сложилось, как карточный домик вовнутрь, благодаря чему прохожие оперативно сделали ноги, и удалось избежать жертв среди мирного населения.

Прибежавшие на шум жених с невестой успели заметить шнырнувшего в переулок Кая. Осталось поймать его и узнать: на кой он уничтожил здание? Ловить решили дома, после неопределенности, которую создал пропущенный обед и не начавшийся ужин. Нинель настояла на прокачке своего кулинарного таланта, который — она уверяла — у нее есть, просто еще не проклюнулся.

Закупив продукты для какого-то мудреного блюда, они вернулись домой, подсчитывая скромные остатки после сегодняшних закупок и заказа с eBay (который, из-за отсутствия у них банковской карты, пришлось оформлять уфологу-студенту). Картина вырисовывалась типичная для студента-дятла, а не для зрелых людей. Оставалась надежда на завтрашнюю подработку у Павла Петровича.

Кай уже находился дома — счищал с себя сажу в душе. К нему без стука ворвались. Мокрый демон угрюмо посмотрел на нарушителей своего покоя, на него тоже посмотрели, и девушка от такого просмотра залилась неистово-алым и выпорхнула за дверь.

— Да, представь себе, шерсть мокнет и все становится видно! — крикнул ей демон вдогонку, криво ухмыляясь.

— Паскуда ты, — странно беззлобно отмахнулся Адонис, задавая тему разговора, — Зачем здание взорвал?

— Допустим, не я, — заметил Кай выливая шампунь на ладонь и размазывая его по всему телу, – а террористы, покупающие на аукционе взрывчатку. И тут я ворвался, весь такой пушистый и клыкастый, вот у мальчиков нервы и сорвало, как и чеку у той гранаты, которую кинули в объект их покупки. Хорошо хоть подвалы успел обыскать — там не было легионов. Да и люди с мозгами, находящейся в дружбе, успели сделать ноги. А у вас как дела?

Адонис зарычал, как самая настоящая овчарка, и развернулся, напоследок громко хлопнув дверью.

Явившийся на кухню демон щеголял полотенцем на бедрах, расческой в зубах и феном в руках, желая пристроиться к розетке у стола.

— Иди к себе! — немедленно прогнал рыцарь беса, желающего вновь посмущать невинную девушку.

Она настолько погрузилась в процесс готовки, что даже не заметила благородного жеста в ее сторону.  Отвлеклась только, когда уже вновь пушистый Кай вышел к ним на деловой разговор.

— Что мы имеем? — громко спросил он, занимая свободный стул.

— Паскудного демона, — ответил ему представитель добра, плачущий над головкой лука.

— Отсутствие легионов, — не стала ерничать, а может, не умела, Нинель, старательно мешающая нечто в кастрюле.

— Правильно! — хвост вильнул в опасной близости от зажжённой плиты и рубящей овощи девушки. Его хвосту погрозили тесаком, и демон убрал его под стол. — Но я нашел предметы со следами легионов.

— Прогресс, — устало вздохнул мужчина.

Демон состроил удивленную моську и спросил:

— А с чего так мало интереса? Неужели проникся благами цивилизации?

— Устал, — не вдаваясь в подробности, отмахнулся рыцарь.

При мысли о хохоте, который непременно разразился бы, расскажи он о попытке изнасилования себя дородной бабой-гадалкой, Адонис вздрогнул, что не ускользнуло от взгляда демона, но его отвлекла Нинель.

— Кай, попробуй, — протянула она ему маленькое блюдце с ложкой чего-то бурого.

— А почему я? — не спуская взгляда с бурой каши.

— Ты самый живучий, — не стала преувеличивать свой кулинарный талант принцесса.

— Но твой жених — вот сидит, это его работа — страдать от действий невесты. А я так, мимо проходил. И вообще, я жить хочу! — взвился бес и прыгнул на потолок, оттолкнулся от него, оказался за рыцарем, а там — через гостиную и до окна, да по крышам, к рынку, где можно раздобыть нечто съедобное.

Жертва кулинарных экспериментов оклемалась не сразу, промучившись всю ночь, оккупируя туалет. Виновница мучений извинилась сто раз и пошла на вторую сотню, когда в девять утра приехал Павел Петрович, собираясь отвезти своих новых работников на машине. К нему вышла одна Нинель и, сильно смущаясь, объяснила, что ее жених отравился земной пищей. За мучениями больного остался наблюдать Кай.

— Бедняжка, — хихикнул он, смотря на зеленое лицо поврага, подавая больному упаковку угля и стакан воды.

— Убью!

— Встань с сортира для начала, герой. И, желательно, не с такой зеленой зомби-мордой!

— Выздоровею и убью! — пообещал, глотая таблетки.

— Не выйдет, — разочаровал бес, разводя когтистые руки. — Человек питается три раза в день. Даже если исключить два приема пищи и оставить ужин, его будет готовить наша продуктоубивица.

Адонис скривился и схватился за живот. Пользуясь слабостью поврага, Кай сел рядом с диваном и начал искать самый «аппетитный» канал. По экрану размазались чьи-то мозги, на заднем фоне пронзительно закричали, а звук моторный пилы не заканчивался до конца сцены.

— Слабак! — задорно крикнул демон резко вскочившему, схватившемуся за рот и убегающему в туалет, мужчине. Кай сгонял в свою комнату, достал из тайника НЗ печенья и продолжил смотреть фильм.

Вернулась уставшая Нинель, которая за день работы на ресепшене возненавидела фразу «Здравствуйте, вы позвонили в компанию Сезар. Чем я могу вам помочь?». Звонки шли с такой частотой, что было не продохнуть. Однако, несмотря на усталость и муть перед глазами, рыжая осталась собой довольна.

Встречать ее вышел Кай.

— Вот видишь, Доня? Она справилась! А ты пускать не хотел, — ухмыльнулся он.

Девушка засмущалась и кивнула. Спросила вполне ожидаемо:

— Вы голодные?

Кай слегка пошатнулся и шагнул назад.

— Не-ет! Что ты. Совсем нет.

— А я вам из палатки еды купила, — она продемонстрировала пакет.

В коридор ради такого случая даже Адонис выполз. Чебуреки разошлись под разлитый чай, и все удовлетворенно выдохнули.

— Я обещаю научиться готовить, — твердо заявила Нинель, убирая чашки.

— Надеюсь, это не понадобится, — деликатно намекнул рыцарь, — и мы вернемся скоро домой.

— Учитесь, принцесса, — в свою очередь намекнул Кай.

На следующий день к своим новым обязанностям охранника смог приступить еще немного зеленый Адонис. Кай, набрав стопку адресов экстрасенсов и гадалок, отправился их потрошить, фигурально выражаясь. Он промотался до самый ночи, пока список не кончился. Легионов не нашлось ни у одного из людей. Демон обещал пожертвовать вещью, а не человеком, но полагал, что нарушение обещаний — это нормальное явление для представителей его вида.

Вернувшись с поражением, Кай обнаружил спящую в своей комнате Нинель и отсутствие Адониса. Его диван не был разложен. Но раз принцесса спала, значит, так и должно быть. В памяти всплыла фраза «ночная смена».

Попытки разбудить уставшую девушку кончиком хвоста не дали никакого эффекта.

— Принцесса...

— Завтра, сегодня — спящая красавица, — не поскупилась рыжая на комплимент себе и перевернулась на другой бок.

Захотелось поёрничать на тему способа пробуждения спящих красавиц, но живот недовольно заворчал, заставив посетить кухню. На кухонном столе беса ждала его порция ужина, любовно укрытая пищевой пленкой. Рядом — еще одна, точно так же укрытая плёнкой. На каждом из них записки с именами: Каю, Адику.

— Мир сошел с ума, герой и принцесса вместе с ним, а я — в приложении, — прокомментировал демон, снимая пленку со своей порции.

Так прошли несколько дней. Дни стали холоднее, но еще сохранили остатки тепла. Нинель и Адонис получили от заботливых покровителей теплые вещи, и все шло хорошо, пока сладкую парочку вновь не уволили.

В этот раз они не сделали ничего плохого, даже Кай не вмешивался в их дела, считая финансовые махинации, проворачиваемые Павлом, не его заботой, если они не касаются поврагов.  Просто прошла проверка, и у Нинель с Адонисом не оказалось важной вещи для этого мира – паспортов. Пришлось уйти по-английски.

— Решено! — импульсивно взмахнул хвостом демон, вскакивая и закладывая руки за спину. — Мы сделаем себе паспорта!

— Как? — заинтересовался рыцарь.

— Я хочу себе паспорт! — моментально обрадовалась принцесса.

— Нелегально, — улыбнулся Кай, заканчивая переваривать знания охранника из подпольного зала Богдана.  В нем откопались интересные данные по этому вопросу.

9 глава

Готовиться начали с утра и к вечеру закончили. Нинель нашла самую закрытую и целомудренную одежду среди переданных уфологами вещей, а Адонис столкнулся с отсутствием рубах. Все как-то забыли о стирке, поэтому не удивились резко кончившимся одеяниям. Не пойдет же он в куртке на голое тело, компенсируя закрытость невесты своей эротичной открытостью. Пришлось искать по шкафам.

Кай первым нашел нечто похожее на искомый объект.  Он долго смотрел на белую футболку в розовый набивной цветочек. В мозгу пытались уложиться два факта: мужской размер одежды и её женский фасон. И, Боже мой, сатанисту с цветной ориентацией эта вещь более бы чем понравилась. Его память любезно предоставила сотни аналогичных моделей для наглядной демонстрации особой ориентации и привлечения себе подобных. Действовало, как сахар на пчел.

Демон криво улыбнулся, удостоверившись — данная вещь не его размера.

— Доня, тут тебе обновка, — осклабившись, позвал черт поврага, уже предвкушая веселье.

— Где ты ее нашел? — обрадовался чистой футболке рыцарь, но принял дар, как грешное яблоко — полный сомнений. Впрочем, это была просто футболка, в ней не оказалось ни булавок, ни мешочков с серной кислотой, ни других подстав. На рисунок и фасон Адонис даже не подумал.

— Добрые люди и мне мешок набрали, но я, в силу ненадобности, шмотки не ношу, — елейным тоном сообщил бес, наблюдая, как повраг надевает дареное.

— А улыбаешься, будто с помойки притащил, — буркнул Герой и отвернулся к зеркалу, причесывая золотистые пряди, чем усугубил задуманный Каем образ.

— Может, подождешь нас дома, принцесса? — ехидно спросил демон, подогревая женское желание участвовать и по взгляду понял: пойдет, даже если расписать все ужасы в красках.

Странная компания вышла на улицу. Бабка, сидящая на лавке, уронила кулек семечек, наблюдая, как из подъезда выходят они: гей, монашка и чудо-юдо. Более странной компании не сыскать.

Спокойно дойти до места этой компании не дали: то мужики какие-то приставали к Адонису; то группы подростков путь преграждали, желая рассмотреть поближе чудных косплееров.

— На тебя пялятся, — улыбнулся Адонис, наблюдая реакцию редких прохожих.

— На тебя тоже, — отозвались сквозь медицинскую маску, наблюдая, как рыцарь закидывает в мусорку еще одного охотника за мужскими сердцами.

— Почему на меня-то? Не я в резиновых сапогах пятидесятого размера, пальто до пят, в авто-шлеме с рогами и в медмаске гуляю!

Кай фыркнул и едва удержался, чтобы не вильнуть спрятанным под плащом хвостом и не прокомментировать одежду героя, лишая себя этим дальнейшего удовольствия лицезреть то, как натурал отбивается от голубых. Кроме того, Нинель футболка понравилась и она не понимала, почему люди оглядываются не только на нелепо одетого Кая, но и на ее жениха. Да и на нее саму смотрели как-то странно. Кай охарактеризовал этот взгляд, как «всем охота посмотреть на монашку в борделе».

Путь к нужному месту лежал через парк, больницу и темный переулок, куда ни один здравомыслящий человек, необделанный инстинктом самосохранения, не сунется. Впрочем, всякие темные личности, увидев необычную тройку, решали их пропустить, не желая связываться с сумасшедшими. Наконец, повраги дошли до своеобразной клоаки района — бара с емким названием «Яма», напоминающего выгребную «соседку», как по чистоте, так и по наличию интеллигенции, сплошь в наколках и при оружии.

Нинель резко стушевалась и немного отстала, путаясь в длинной юбке. Она с удивлением обнаружила поразительное единодушие Адониса и Кая, которые смело распахнули дверь и шагнули внутрь: один — с предвкушающе веселым выражением лица, второй — разминая затекшие костяшки пальцев в ожидании драки.

На диво чудное оглянулись все посетители питейного заведения. Монашка в косынке и гей еще могли сойти за неординарных «бабочек», летающих в поисках клиента, но вот личность в длинном плаще, сапогах, дорожном рогатом шлеме и в больничной маске больше походила на психопата, вернувшегося с сатанинского обряда и жаждущего продать труп. По сравнению с ним, блондин в джинсах и в футболке в цветочек казался верхом адекватности.

— Так который из них? — спросил Адонис, осматривая посетителей бара со смесью брезгливости и интереса. Кай уверенно указал на мужика с края барной стойки, отличающегося от остального контингента дорогой обувью и парфюмом.

Завсегдатаи заведения проводили парочку удивленными взглядами, однако на этом их интерес и ограничился. Бар, как и человек, к которому шли повраги, был мутным местом. В нем могли помочь как убить, так и закопать результат убийства. Этим людям не было дела до чужих разборок, пока они напрямую не касались их.

Прозванный в своих кругах Регистратором бизнесмен встречался с разными людьми — и богатыми, и бедными. Причины обратиться к нему у всех находились разные: кому-то требовалось свалить из страны, кому-то — убежать от налогов. Порой попадались сумасшедшие, скрывающиеся от демонов или совести, что, по мнению мужчины, являлось синонимами.

— Ты Регистратор? — спросил блондин, похожий не то на наглого телохранителя, не то — на кинозвезду. На бабочку, как решил бизнесмен вначале, при ближайшем рассмотрении этот хмурый мужик не был похож совершенно.

— Смотря сколько платят.

— Тебе хватит, — уверенно заявил новый клиент, чему нелегальный предприниматель обрадовался, но следующая фраза, заканчивающая первую, сказанная другим странно одетым человеком, заставила опешить:

— На твою недолгую жизнь, после которой ты попадешь в Ад.

Регистратор уже слышал бред, и не единожды, но еще ни разу он не был сказан таким страшным голосом. Нечеловеческим голосом существа с горящими глазами, в которых вертикально вытянулась щель зрачка. Пот выступил на лбу, хотя тело прошиб озноб. Что прячется за нелепой одеждой? Именно «что», а не «кто»!

Блондин ткнул неизвестного в плаще локтем, разрушая иллюзию и позволяя Регистратору выдохнуть.

— Не обращайте внимания, он у нас на голову ушибленный.

— Потому что есть, что отшибать, — фыркнул сумасшедший и перешел к делу, уже нормальным голосом предъявляя требования: — Нам нужно три паспорта с полной легендой круглой сироты.

Запрос нисколько не удивил. Многие хотели нечто подобное. Дешево и сердито. Паспорт с родней и полным прошлым, требующий подключение многих людей, которые в будущем смогли бы подтвердить созданную легенду, — куда дороже.

— Тысяча с каждого, — быстро свернул торг Регистратор, даже не прощупывая новых клиентов, от которых продолжали бегать мурашки.

Адонис достал из кошелька три тысячи рублей, чем вызвал смех Регистратора.

— Долларов, — уточнил немолодой мужчина, допивая виски.

Адонис возвел глаза к небу, Кай нагнул в сторону голову.

— Дорого, — одновременно ответили они.

— Поддельные документы — это всегда дорого. Вам и так самую дешню озвучили,  — недовольно сложил руки на груди Регистратор.

— Жизнь тоже дорогая, — снял маску демон, растягивая губы в широкой улыбке. — Скажи, человек, во сколько ты оцениваешь свою?

Предприниматель напрягся и подал едва заметный знак своим людям. Бандиты по одному не ходили. Однако несостоявшихся клиентов возможная драка нисколько не волновала. Адонис еще раз пихнул локтем своего товарища и кивнул на жмущуюся у входа Нинель, которую заинтересованно изучала подвыпившая группа байкеров. Черт отошел чуть в сторону, стараясь наблюдать за двумя представителями человечества, по-разному влипающих в неприятности. Каю оставалось только узнать, кто первым подтолкнет пластинку веселья: Нинель, провоцирующая мужиков на флирт своей невинностью овечки, или Адонис, раздражающий нелегального дельца попытками сбить цену.

Оказалось, Нинель. Пластинка веселья была готова, и заиграла музыка!

Переговорщики аж подпрыгнули от пронзительного визга. Байкер, попытавшийся утянуть сопротивляющуюся девушку из бара, обнаружил в себе страшное оружие — вилку — один удар четыре дырки. Вытащил ее из правого полужопия и негодующе показал друзьям. Те поднялись, оглядываясь по сторонам в поисках обидчика. Именно это демону и было нужно. Дружный вой оскорбленных вилками седалищ всколыхнул весь бар. Бармен пискнул от обжигающего взгляда черта и больше не вмешивался, позволяя и дальше использовать столовые приборы не по назначению. В ход пошли ложки...

Нинель сбежала от греха подальше за дверь, а Регистратор, наблюдавший за демоническим дартсом, уверился в безумии новых клиентов и высоко оценил свою жизнь. Их обслуживать он бы не согласился и за миллион. Еще один сигнал, и на отвлекшегося на крики Героя пошли трое амбалов — охрана мелкого мафиози. Демон как раз уже одарил большую часть присутствующих сервизом, увернулся от нескольких стульев и продолжил игру. Хвост выстрелил из укрытия, как пробка из шампанского, и метнул стол в нападавших на Адониса людей. Вместо благодарности Добро недовольно заныло:

— Эти мои были!

— Почеши кулаки о других, — беспечно посоветовало Зло, запуская следующий снаряд, а особо ретивого благодаря тупой стороной когтей по голове.

О кого почесать кулаки нашлось. Еще с первой пущенной вилки в баре началась королевская битва. Мебель, кулаки, бутылки и тела мелькали перед взором, удивляя количеством силы и дури. Демонический смех как нельзя кстати пришелся к ситуации. Кай бы и дальше наслаждался столь прекрасной картиной, смеясь над людьми, но пришлось хватать пытающегося сбежать Регистратора. Бес полюбовался синеющим от давления хвоста на шею человеком и заметил Нинель, машущую рукой у входа. Девушка боязливо оглядывалась назад и кричала им, но ее слова тонули в какофонии драки. Кай замер, прислушиваясь ко все нарастающему гулу, и узнал его.

— Права девочка, пора закругляться. Эх! Хорошо провели время, — прокомментировал демон, избавляясь от маскировки. Регистратор мешал веселиться и он закинул его на потолочную балку. — Повиси пока.

Демон скинул с себя одежду, и с наслаждением выгнулся, празднуя избавление от человеческих тряпок. Твердая демоническая кожа не нуждалась в дополнительной защите от холода и большинства орудий. Он встряхнулся, взял пустой бокал и последнюю вилку, звоном привлекая всеобщее внимание, громко объявил:

— Покупаю души, оптом, недорого! В очередь, господа смертники, в очередь!

На мгновение воцарилась тишина, в следующее — поднялся ор, и завсегдатаи заведения очистили от себя помещение. Остался только поскуливающий бармен, успокаивающий себя ближайшим спиртным, тела впавших в бессознанку и Регистратор, висящий на потолке, смотрящий вниз квадратными глазами.

— Погнали, повражки, а то нас копы заметут, — щелкнул зубами Кай, снимая хвостом с потолка жертву и захватывая в каждую руку по человеку. После чего метнулся к черному ходу через кухню и на крыши. Приехавший наряд милиции обнаружил разгромленное помещение с бубнящими про демонов телами.

Повраги оказались на одной из высоток. Вернее, с ужасом упали с Кая, вспоминая как тот, не напрягаясь, пробежал по стене все расстояние с тремя людьми наперевес и даже не запыхался. Напомнил, какой он монстр.

— Начнем с пыток! — громко объявил рогатый, выпуская Регистратора из колец хвоста.

Ошалевшая жертва побежала прочь к краю крыши, явно страшась демона сильнее полета и смерти. Но хвост с пушистым кончиком резко нарушил планы самоубийцы, схватив убегающего за ногу. Напоминая игрушку — птичку, пьющую воду, — Регистратор «попил» бетон крыши. Завыв, несчастный схватился за разбитый нос одной рукой, второй — скреб ногтями, пытаясь уползти.

Демон поднял громко завопившего человека над землей и приблизил его к лицу.

— Итак, будешь сотрудничать?

— Я-а?

— Ты-ы! — передразнил Кай, скаля внушительные зубки.

— Не ешь меня! — заявил перепуганный насмерть человек, завывая на одной ноте.

Добиться членораздельной речи не удавалось. Пришлось действовать демоническими методами, в надежде найти способ воздействия на этого человека, однако последствия оказались неожиданными.

Рыцарь успел заметить, как линия шерсти, тянущаяся по позвоночнику, встала дыбом, а красные глаза опасно сузились, когда коготь коснулся лба предпринимателя. Расстояние до края бес проделал в молчании, точно так же — молча — он собирался выполнить недавнее желание Регистратора и сбросить того с крыши.

Адонис взирал на это в легком шоке. Он не ожидал подобного поведения от Кая, который до этого момента вел себя более чем мирно, пряча когти и клыки, а сейчас держал за краем крыши человека и собирался хладнокровно убить, невзирая на то, что этот человек был им необходим в деле получении документов. Даже выражение лица поменялось: стало отстраненным и холодным — демоническим. В один момент ничего не осталось от того Кая, с которым успел смириться рыцарь. Тот вновь превратился в одну из тварей, с которыми герою неоднократно приходилось сражаться, и которых он убивал без жалости и сострадания.

Пока рыцарь решал вмешаться, в происходящее влезла Нинель. Она вцепилась в хвост, зарываясь в шерсть тонкими пальчиками.

— Кай, не надо! — крикнула она, пятками упираясь в крышу в попытках оттянуть хвост беса от края. Скоро принцесса поняла: легче остановить танк. Да и тот больше внимания ей уделит и не обожжёт неожиданно холодными углями глаз, отталкивая когтями. Принцесса сжалась от толчка, ожидая порезов. Адонис оказался рядом и оттянул девушку прочь, хотя видел — демон орудовал тупой стороной когтей.

— С чего же мне начать? — смотря в ночное небо, спросил бес.

— С убеждения совершить благое деяние во имя света, — сплюнул предложение Герой, не веря, что его услышат. Рыжая кивала, поддерживая предложение,  все еще трясясь от страха.

— Нинель, отойди! — нервно попросил Адонис, заметив, что принцесса стоит рядом.

— Он же убьет его, — прошептала она.

— Тем более, отойди! Не нужно тебе это видеть!

Нинель сжималась, смотря на свои кулачки с зажатыми в них клочьями  черной шерсти, и отходила, не спуская глаз с участников действия. Она верила в Адониса, в его способность спасти того человека также, как в способность демона убить его. И от этого становилось дурно.

Добро играло привычную роль, как и Зло вновь занимало уготованное ему место. Лишь вместо прекрасной принцессы — человек, по мнению беса, спасения не достойный.

Бить черта в тот момент было не вариантом. Жертву отправили бы летать и переключились бы на главного врага. Адонис мучительно справлялся со своей агрессией и напоминал о цели захвата этого человека, собираясь вырвать его из хвоста нечисти, как только тот приблизит его к краю крыши.

Когда рыцарь подошел почти вплотную, он заметил: демон будто сдувался. Шерсть вновь улеглась, а сам он начал горбиться. Казалось, бес сам растерян от собственного поведения. В глазах промелькнула усталость, губы растянулись в ироничной усмешке.

— Кай! Нам нужны паспорта, забыл?

Демон вздрогнул.  Он не спешил возвращать жертву на крышу, но уже не источал злость и не испытывал ощутимую жажду убийства.

— Я все сде-ла-аю-ю! Все, что хотите! — провыл регистратор, наблюдая полет одной из своих туфель вниз. — Никто не различит! Я... я... я...

Мужик пытался придумать откуп, за него это сделал бес:

— Сделаешь нам паспорта, к которым ни одна спецслужба не подкопается, иначе твоя смерть будет не быстрой и не легкой. Знаешь, в человеческом теле больше двухсот костей и они сладко хрустят, когда ломаются. А еще в человеческом теле много лишних деталей, без которых он может жить и даже дышать, правда, недолго.

Бросил, и тело летит, но не вниз, а в центр крыши. Кувыркнулся, содрал кожу и лег, постанывая. В дальнейшем Кай участие не принимал, резко отстранившись от происходящего. Его не интересовала возня людей и их попытки лечить этого торговца документами. Он подавился его памятью. Неважно, много ли в ней полезного, ее хотелось отрыгнуть.

— Ах, сколь много чудищ в мире в обличие людском... — проговорил демон, всматриваясь в улицу, освещенную фонарями, по которой муравьями ползали фигурки маленьких чудовищ. По прошествии пятнадцати минут, он крикнул,— Эй, вы там уже все обговорили, а то я этого мудака убить хочу!

Регистратор как раз поднял голос, оказавшись в родной стихии, пытаясь доказать свою правоту. Голос монстра живо заставил этого человека вспомнить о своем положении и согласиться со всеми мелочами.

— Эй, ты! — крикнул в ответ Адонис Каю.

— Имя у меня есть, или склероз мозги съел? — раздалось у самого уха блондина, отчего столпившиеся в центре крыши вскрикнули и отшатнулись от так резко переместившегося к ним демона. Регистратор начал заикаться, а Нинель прижала кулак к груди и поджала губы. Она сглотнула и неуверенно пояснила:

— Мы выбираем имена и фамилии, вот тебе тоже нужны документы, поэтому...

Диалог перехватил ее жених:

— Ты кем хочешь быть по паспорту?

— Каем, естественно. Не Тузиком же мне быть! Как я с таким именем к людям выйду, а?

— По фамилии, кретин! — в руках рыцаря треснула ручка, которой он собирался писать имя и фамилию.

— А вы что придумали?

Бес спросил, желая дать себе время подумать, так как его настоящая «фамилия» в этом мире не годилась.

— Оказывается, моё имя — перевёртыш имени вождя прошлого! — тут же затрещала принцесса, будто забыв, как совсем недавно испугалась этого демона. — Поэтому я так и осталась Нинель, а фамилию выбрала — Королёва!

— С размахом на будущее, я смотрю, — улыбнулся бес, понемногу отстраняясь от чужой памяти, воспринимая, как плохое кино, идущее на заднем плане. — А жених твой? Королев, что б уж наверняка? Штампы не забыли?

— В этой стране нельзя выходить замуж до восемнадцати лет. А мне только семнадцать, — пояснила принцесса.

Регистратор собирался ляпнуть нечто одобрительное и сделать-таки штампы, но горящие демоническим огнем глаза заставили резко передумать вмешиваться во взаимоотношения этих чудиков из ада.

— Адонис Добрянский, — гордо выпятил грудь рыцарь, не обращая внимания на хохот врага.

— Вот уж добрячок-боровичок! — фыркнул бес сквозь хохот.

— Думаешь, лучше придумаешь?! — рыкнул «боровичок».

Кай наклонил голову вбок и прищурил глаза. Думал он недолго, просто вложив в фамилию название своего вида.

— Кай Бесов.

Регистратор тяжело вздохнул, не представляя, как будет делать паспорт демону, но был готов обеспечить документы даже Сатане, лишь бы потусторонние силы исчезли из его жизни, как он сам собирался исчезнуть из страны. До выполнения договора испаряться мужчина побоялся — вдруг догонят и исполнят все обещанное, да по два раза.

— Судя по взгляду нашего нового друга, вы озадачили его по самые гланды.

— Свидетельства о рождении, страховка, документы об образовании...  — перечислил Регистратор, смирившийся со своей судьбой и близостью нечистой силы.

— Как сложно жить, — усмехнулся Кай, смиряясь с близостью ужасного человека.

Документы были готовы в кратчайшие сроки. Дольше всех делали бумажки демона, которому не нравилась человеческая личина на фотографиях. Без рогов и с более человечным цветом лица он смотрелся по его словам, как школоло. Таинственное слово вызвало у Нинель приступ смеха. Она вообще часто смеялась, что беспокоило Адониса. Он считал, что таким образом выходил стресс, которого в их жизни, благодаря Каю, стало предостаточно.

Подпольный доктор так и не показал свой нос в их квартире, озадачив поврагов поиском новой работы. Денюжки стремительно таяли, заставляя питаться бомж-пакетами и с благодарностью принимать подачки уфологов, которые совсем не злились за доставленные иномирцами неприятности. Пришельцы, что с них взять? Но на Кая смотрели с жаждой матерых ученых, заметивших в своей лаборатории неизученную дрянь.

— Хорош за мною прятаться, зараза! — беззлобно прикрикнул Адонис на скрывшегося за ним Кая.

— Но мне не нравятся их взгляды.

— От пары уколов не умрешь.

— Ты думаешь, им пилы и молотки нужны для уколов? Все, я сваливаю! — запаниковал пушистый человечек, и, как обычно, исчез через окно.

— Что с нашим инопланетным другом? — поинтересовался Богдан, внося в квартиру стройматериалы и инструменты.

— Не любит ремонт, их вид этим делом не занимается, — отмахнулся рыцарь, радуясь уходу беса.

— О! Неизведанные технологии! Самоисцеляющиеся пол и потолок! Нам бы такие!  — с воодушевлением озвучил общие мысли Захар, осматривая отметины когтей на потолках и стенах.

Ремонт занял время с утра до вечера. Благодаря силе Адониса, который легко двигал мебель, поднимая ее над полом, пилил дерево и бил молотком, вбивая гвоздь с одного удара, дело шло быстро.

— Ничего страшного, — заверил их Богдан, — в этой квартире ремонт — обычное дело.

Слышал бы это Кай, озвучил бы причины: закраска крови, заклепка дыр от пуль, уничтожение улик.

— Ах, да, — спохватился младший из уфологов, — забыл рассказать вашему другу о защитниках животных. Они так же, как мы изучали следы когтей в городе и решили, что один из любителей дикой фауны держал опасного хищника, который сбежал и теперь прячется. Хотят выловить его до холодов. Какие олухи, да? Нам вот сразу стало ясно, что это следы когтей пришельцев!

Ему покивали уфологи, и повздыхал представитель добра мира Сайнтарза, которому очень не нравилось обманывать добрых людей. Нинель, которой и посвящался рассказ новостей, равнодушно его проигнорировала, осторожно нанося клей на обои.

И если для людей эта информация ничего не значила, то Кай, зная ее, еще бы подумал: а стоит ли выходить из дома? Прилетевший в филейную часть дротик стал полной неожиданностью.

— Это еще что за хрень? — возмутился демон, наблюдая, как из шалаша на крыше (!) вылезают типы в шлемах, перчатках и с воздухострелами, заряженными дротиками с транквилизаторами. Их было всего трое, и шли они настолько уверенно, что черт решил поиграть в догонялки, а не преподавать урок уважения к потусторонним силам. Так еще и в голове помутилось.

— Лови неведому зверушку! — наступали они и пускали дротики. От незнания, чем именно они колют, Кай не сразу побежал, итого — еще два дротика попали в цель.

— Во попал! — драпая на плоскую соседку, а с нее — на крышу со скатом, пробормотал Кай и едва не навернулся, заснув в полете.

Три крыши спустя, при следующем прыжке, демон впечатался в стену и черной кляксой сполз в мусорный бак. Не успел Кай подняться, как засёк приближение людей справа. Одеты также, тоже хотят его поймать.

— Это же йети! — возликовал один из ловцов.

— Да какой я вам йети?! — рыкнул в ответ демон и забрался по стене, стараясь скинуть неожиданную сонливость. На крыше оказался еще один охотник. В этот раз с петлей. — Ты, как, с головой дружишь? — обратился он к радостному придурку, нацепившему на шею нечисти петлю для ловли собак. — Вижу, что нет, — вздохнул бес, хватаясь за палку и поднимая озадаченного ловца в воздух. — Буду знакомить. Знакомься, голова, это стена! — слова не разошлись с делом, и ловец улетел к страстной плоской женщине.

Шмяк! Крови нет, слышны стоны — жить будет.

А вон и второй забрался.

— И имя вам — легион! — захохотал демон, замечая приближающийся вертолёт. — Так дело не пойдет, сегодня кто-нибудь умрет! Ведь я съел жестокого человека, что ж я буду жестоким!

Потусторонний  демонический смех едва не остудил пыл ловцов и не заставил их забыть о своей миссии. Их было много, и они не знали, с кем связались. Неожиданно Кай схватился за рога и зло прошипел проклятия. Лишние убийства — лишние проблемы. Нельзя поддаваться чужим мыслям. Новый план за наносекунды сформировался в голове.

— Кис, кис, кис! — звал нечистый летающий аппарат, и когда тот оказался на расстоянии прыжка, прыгнул. Водитель выпал из вертолёта в объятия другого ловца с кровоточащим лбом. — Всегда хотел полетать! А мечты нужно исполнять!

Выписывая бешеные кренделя, вертушка еще долго шокировала местные власти и наблюдавших это людей, пока не потеряла управление и не рухнула за городом. Демон спрыгнул по дороге, с восторгом вспоминая пережитое приключение. Домой Кай вернулся лишь ночью, опасаясь повторной встречи с энтузиастами дикой природы, двигаясь с большой осторожностью и часто осматриваясь. Отремонтированная гостиная порадовала спящим Адонисом, а кухня — ужином. Заботливая белочка вновь подумала о нем.

— Эй, ты где был весь день? — тихо окликнули его сзади.

Кай нервно дернулся, Адонис стоял, почесывая грудную клетку, и смотрел на беса сонными глазами.

— Никого не убил, если ты об этом.

— Не-а, не об этом, — зевнул рыцарь. — Просили передать, чтобы ты несколько дней не выходил из дома днем. За тобой теперь еще и ратующие о правах животных охотятся. Хах, — снова зевок. — Короче, зверюшка, ты под домашним арестом.

— Правда? Попробуй удержи, — «зверюшка» вильнула хвостом и самодовольно улыбнулась.

10 глава

— И сколько еще продлятся мои каникулы строгого режима? Между прочим, в нашем холодильнике тараканы вскрыли себе вены. Видел? Там пусто! — рычало Зло на подошедшее к дивану Добро.

— У насекомышей нет вен так же, как у тебя мозгов! Сказали же: ловцы еще в городе! Так еще одна банда приехала — охотники на нечисть, — скорчил мрачную рожу Адонис.

— Это как в том фильме? С кольями, чесноком и святой водой? Блин! Я хочу посмотреть! — заканючил демон, виляя хвостом.

— На блины сегодня посмотришь и на новую посылку.

— На блины смотреть не буду, я буду их есть, а посылку — трогать!

— Но из дома никуда не пойдешь! Прибьют тебя, и как мы вернемся в свой мир? Никак! Понял?!

— Да понял я, понял, — отмахнулся Кай, возвращаясь к просмотру фильма и с недоумением вскидывая бровь. — Из-за тебя теперь не понятно, кто кого собирается иметь.

— А много кандидатов? — уточнил Герой, едва удостоив экран взглядом, где скакали индусы.

— Любовные — не треугольники, а многоугольники с пересекающимися линиями. До сих пор не пойму, зачем я это смотрю.

Из кухни позвал мелодичный девичий голос, прерывая хандру засидевшегося в четырех стенах демона:

— Завтрак готов! — объявила принцесса, с гордостью ставя на стол свой кулинарный шедевр — блинчики с клубникой. А что еще можно было приготовить на завтрак из молока, муки, яиц и ягод? Главное, вышло вкусно и больше всех это кушанье понравилось демону. Он вилял высоко задранным хвостом, едва не задевая люстру, когда закатывал когтями блин и ловко клал получившуюся трубочку в рот.

— Люстру не сшиби, — прервал сеанс экстаза Адонис.

— Но вкусно же! Наша принцесса освоила кулинарию, и будет нас радовать ежедневно. Правда же, принцесса?

— А рожа не треснет от такого счастья? — поморщился рыцарь, которому  было неприятно положение дел. Его невеста готовила не только ему, но и этому отвратительному демону.

— Буду, если будут продукты, — доедая последний блинчик, ответила Нинель. — Поэтому мы отправляемся на собеседование, а ты сторожишь квартиру.

— Ваф! — по-собачьи гавкнул бес, еще и хвостом повилял для наглядности.

— Хороший песик, дай лапу, — Кай и дал — когтями по морде. Хорошо, рыцарь успел уклониться, —  а лучше — умри!

После злой шутки, Адонис схватил демона за локоть и отправил пинком в гостиную.

Повраги ушли, оставив беса одного дома изнывать от скуки. Ему так хотелось наружу: пронестись с ветерком черной тенью по крышам, размять ноги, руки  и хвост.

«Подумаешь, ловцы, подумаешь, охотники. Что они мне сделают?» — злился Кай, бездумно переключая каналы. Его хвост уже трижды вильнул в опасной близости от окна: пришлось намотать конечность на ногу. От этого раздражение только росло, еще и перевариваемая личность оказалась не самой приятной.

Вонзая зубы в диванную подушку и смотря тупой индийский фильм, Кай обратил внимание на музыкальный центр, стоящий под телевизором. Несколько дисков лежало сверху. Улыбка медленно растянулась во всю ширь, отчего могло показаться, будто лицо разделилось на две части полосой губ.

Гадко хихикая, демон вставил в проигрыватель выбранный диск и сразу выкрутил тумблер на полную мощность.

Рога вошли в резонанс, и пришлось держать их, чтобы не отвалились, хотя хотелось зажать уши, которые поспешили свернуться трубочками. Картина на стене упала, стены задрожали, соседи взвыли. Под хриплый вой из динамиков и удары гитар по барабанам они вышли на тропу войны, в смысле, на лестничную площадку разбираться. Под вой грешников, который в этом мире назвался музыкой, соседи заколотили в дверь кулаками, игнорируя звонок. Бес их не услышал, и они заколотили ногами.

Кай лениво подошел и посмотрел в глазок. Перед дверью стоял большой и грозный мужик — сосед из семьдесят шестой квартиры.

— Открывайте! — кричал он.

— А если не открою? — ехидно прокричал в ответ демон, хвостом пододвигая проигрыватель ближе к двери, отчего казалось, будто звук прибавили еще громче, хотя тумблеры и так были выкручены на максимум.

— Мы выломаем дверь!

— Выламывайте, — радостно согласился Кай, — давно хотел ее сменить!

— Вызовем полицию!

— Вызывайте, — посмеялся хвостатый, зная: полиция не почешется в середине дня из-за шума, им и без этого весело.

За дверью запыхтели, выбирая новые угрозы. И все они были такие нелепые, что Кай, не сдержавшись, захохотал, как могут хохотать только демоны: звук резкий, как керамический треск; пронзительный, как гром металлического листа; наполненный рыком оголодавшего дикого зверя. Этот звук заглушил басы и ударил по самой человеческой природе — туда, где расположен отдел страха, заставив вспомнить все ужасы детства, которые по первому зову явились из тьмы. Вот только на дворе — день, и перед дверью уже взрослые люди, задрожавшие, как дети.

Придя в себя, тот грозный мужик, как единственный сохранивший еще желание разобраться с любителем громкой музыки, сглотнул и пожелал:

— Чтоб тебя черти на сковородке жарили!

— Вам дать сковородку? — ехидно предложили из-за двери.

— Дать, — согласился мужик, надеясь запомнить хулигана и накостылять ему, если не сейчас, то в подворотне.

Дверь медленно открылась, явив... черта со сковородкой.

— Ну, кто первый? — улыбнулся черт во все клыки, указывая на сковороду.

Раздался приглушенный писк, и те, кто не упал на месте, сбежали, куда глаза глядят. Глаза глядели мимо лестницы, поэтому там образовалась куча мала. Еще они глядели в стену. Было забавно наблюдать за стараниями пробить собой бетон.

Посмеявшись и помахав кухонной утварью, Кай закрыл дверь, предвкушая падающие на головы его поврагов войны с соседями, а себя представляя рыбаком, ловящим охотников на живца. Раз его не пускают к гостям, пусть гости придут к нему сами. Так он решил. Осталось немного подождать.

— Я мстю, и мстя моя страшна, — пропел демон, выключая музыкальный центр и с удовольствием переключая канал телевизора, попадая на мультики.

Через несколько часов вернулся замученный собеседованиями блондин. Еще вчера повраги специально позвонили в центр занятости и набрали адресов, составили список на день, и весь его прошли, судя по лицу рыцаря — с переменным успехом.

— Надо же, мебель цела, — вместо приветствия саркастично заметил Адонис, скидывая уличную обувь.  — И в тапки не нагадил? Чудеса.

— Обижаешь, я так мелко не пакостничаю. А Нинель где? — поинтересовался бес, смотря на дверь. — В рабство продал, что ли?

— Я — не ты! Она все еще на собеседовании.

— И ты одну ее оставил?

Мужчина стушевался и потупился, так что демон сделал единственный возможный вывод:

— Поссорились.

— Да иди ты... мультики смотреть, — буркнул Адонис, кивая на экран, где большеглазая красотка с анатомически невозможными формами махала палкой, произнося заклинание.

— Пойду, как только уверюсь в твоей несостоятельности. Что, не нашел работу?

— Нашел, — сказал он обреченно. — В «Яме». Вышибалой.

— Да ты издеваешься? — ему не ответили, унося купленные продукты на кухню. Продолжая смотреть анимационный фильм, бес сам себя спросил, — Может, у него склонность к криминалу?

Нинель пришла через час и выразила свое душевное состояние громким хлопком двери и выражением, недостойным не то что рта, но даже ушей юных девушек.

— Плохой день? — подошел к ней Кай, пользуясь тем, что Адонис отвлекся на интернет, не испытывая жажды решать  проблему со своей второй половинкой.

— Ужасный, — легко попала в его словесные сети девушка, неожиданно оборачивая игру в свою сторону, — настолько, что в этот раз могу среагировать на твои шутки слишком резко.

Он повернулась полу боком, открыв вид на свою готовку. Демонстрации тесака, измазанного рыбьей кровью от разделанной тушки на доске, хватило, что бы Кай унял свой характер.

— Понял — не дурак, был бы дурак — не понял, — присмирел демон, наблюдая, как девушка с одного удара отсекает рыбе голову и, бормоча неразборчивые проклятия, вынимает из тушки хребет.

Выбирая между постепенно отходящей от злости девушкой и занятым поиском гадалок мужчиной, юноша предпочел общение со злой представительницей прекрасного пола.

— Принцесса, расскажите, из-за чего Доня такой подавленный, а то я даже не знаю, над чем смеяться.

Рыжая бросила на севшего в углу демона хмурый взгляд, повертела в руках нож, вздохнула и поведала главную причину своей злости:

— Он не давал мне устроиться курьером. И знаешь, почему? Потому что в том месте много мужчин! И все! Да мужчин везде много! На улице тоже! И даже в этом доме! И на балах их тоже было много! Гррр! — тесак воткнулся в доску, недвусмысленно намекая на судьбу того, кто попытается ее прервать. Гневная тирада продолжалась: — Можно подумать, если он мой жених, то имеет право надеть на меня ошейник и поводок! Раз мы решили оба работать, то я могу сама выбрать: где и чем хочу заниматься...

Кай с удивлением слушал тираду «скромной принцессы», проникшейся идеей феминизма, и не знал, что сказать. С одной стороны, Адонис верно мыслил  — несовременная девушка в современном мире могла попасть в сто одну неприятность, начиная с самых банально глупых, до самых печально страшных. С другой — бесу нравилась такая раздраженная, озаботившаяся своим личным «я» девушка.

— И кем же устроилась дочь короля?

— Курьером.

— Я не сомневался, — по его губам скользнула ухмылка, —  здравствуй, юношеский максимализм и переходный возраст. Беспризорники на улице! Ха-ха-ха! Думаешь, справишься, принцесса?

— И ты туда же? — прошипела она с угрозой и негодованием. Кай встретился глазами с рассерженной Нинель, и его как ветром сдуло с кухни, так как в руках девчушка все еще сжимала тесак. Не убьет, но порежет, а затем сама же переживать будет. Для таких выкрутасов у него был Адонис.  К нему неугомонный искатель проблем и обратился:

— Вот, теперь и я впал в немилость у нашей зеленоглазки.

— Ты в милость и не попадал, чудище, — отмахнулся Герой от этой темы и перешёл на другую: — Охотники все еще в городе, и знаешь, почему?

— Удиви меня, — усмехнулся бес.

Рыцарь отодвинулся от экрана и нажал воспроизведение. Все, что мог сказать Кай, просмотрев сотню с лишним видео, со своим узнаваемым силуэтом, прыгающим по крышам, это:

— Ой!

Среди залитых москвичами в интернет видео было и то, первое  — с покаявшимся демоном, возвращающим деньги к покорёженному кассовому аппарату.

— Твой домашний арест будет долгим.

— Не удержишь, — фыркнул Кай.

— Удержу, потому что ты нужен для возвращения домой. А если эти ушлые типы наколют тебя на осиный столб, то мы здесь застрянем.

— Понял, понял, понял. Буду паинькой! — бес захлопал глазками и завилял хвостиком.

— Это подозрительно, — сузил глаза Адонис. — Признавайся! Что ты уже успел натворить?

Вместо ответа в дверь позвонили. Только севший на диван Кай подскочил и подозрительно попятился в сторону своей комнаты. Дверь открыла Нинель. Зря...

— Изыди!!!

От раздавшегося визга Адонис сорвался с места, захватив в качестве оружия стул, на котором ранее сидел, и побежал исполнять роль героя. Визжала не Нинель, а какой-то старикашка, машущий крестом для полноты картины. Девушка стояла горой, преграждая путь сумасшедшему, и все еще держала в руке тесак, испачканный рыбьей кровью. Оружие заметил и старикашка, его крики об «изгнании демона» становились все тише, уверенность в собственных силах испарялась.

— Дедушка, вам что-то нужно? — ласково спросила принцесса, придерживаясь правила «старших следует уважать». Дедушка тоже пользовался правилом, но другим — «с сумасшедшими нужно говорить спокойно, а лучше не говорить, а избегать». А тут еще и накачанный мужик со стулом наперевес на заднем фоне замаячил.

— Ваши соседи пригласили меня очистить вашу квартиру от зла. Говорят, нечистая сила... живет... вот... — старик окончательно стушевался и даже сделал шаг назад, собираясь уйти.

— Адик, тут к Каю пришли, — быстро разобралась в ситуации принцесса.

— Тогда пусть проходит, — покладисто кивнул мускулистый мужчина, ставя стул на место и готовясь наблюдать зрелище, интереснее кино.

Старик безрадостно вошел и огляделся. Соседи явно преувеличили размах разгула нечистой силы, которая, если и была в квартире, то виду не подавала (на самом деле Зло схоронилось в своей комнате). Работа есть работа, и экзорцист, а это был именно он, выпотрошил свою сумку и развел бурную деятельность по окуриванию помещения ладаном.

— Не тут, — улыбнулся Адонис. — Нечистая сила вон там живет, — он указал на комнату Кая.

Жених и невеста отошли с возможной траектории побега и стали ждать. Старик подошел к двери, открыл ее, вошел. Адонис переглянулся с Нинель, и они подошли ближе.

— Неужели этот гад свалил через окно?

Из комнаты доносились завывания мантр и удары окуривателя о поверхности. Нинель заглянула внутрь и резко вернулась на прежнюю позицию.

— Нет, он на потолке сидит.

Завывания резко прервались, окуриватель перестал скрипеть и биться, настала напрягающая тишина.

— Здрасте, — поздоровался Кай, протягивая хвост для хвостопожатия.

— Мама, — представился экзорцист.

— Не верю, для моей мамочки вы слишком старый и некрасивый, не говоря уже о неподходящем поле. Вы не подумайте, я демон без предрассудков, пока они не касаются лично меня, но на роль мамы вы не годитесь, — заявил хвостатый, ощупывая человека на наличие Легионов и их не находя.

Надо отдать старику должное, вышел он с несоразмерно огромными глазами, искусственной челюстью в руках и мокрыми штанами, но шел медленно и чинно, а у двери пожелал хорошего дня.

Следующий паломник таким спокойствием похвастаться не смог. Мало того, что вылетел в окно осваивать новые горизонты, так еще и визжал, как резаный, когда Кай его поймал, чтобы этот придурок не дополнил собой состав асфальта. За ним пошел третий, четвертый, а после десятого за день терпение поврагов сошло на нет. Ко всему оказалось, что долгожданную посылку задержали на таможне.

— Уже восемь вечера! Достало! Иди сам с ними разбирайся! — кричал Адонис, выкидывая Кая из квартиры на лестничную площадку, вконец изведенный странным поведением соседей и паломничеством изгоняющих дьявола. Его попыталась защитить принцесса, вспомнившая про охотников, но черт услышал, как рыцарь уверяет ее в живучести бесовых отродий и в необходимости наказания невыносимых шмакодявок.

— Как кота за ссаки на ковре, — пробубнил надувшийся демон и, виляя от негодования хвостом, поплелся вниз, а не вверх, как планировал, собираясь выйти, как все «белые люди», привлекая еще больше внимания. Белым людям, то есть нелюдям, «обрадовались» вездесущие бабки, похватавшиеся за сердца, и новый экзорцист, резко подорвавший свой авторитет криком и бегом. Произведя должное впечатление и этим удовлетворившись, бес в несколько прыжков добрался до крыши и расслабленно вытянулся на нагретой солнцем поверхности, напевая песенку себе под нос. Время шло, но желанные гости все не появлялись. Он мог бы залезть обратно через окно, но было лень. Лень чуть его и не сгубила, начав клонить в сон.

Далекая от реальности банда охотников на нечисть нашла его по горячим следам перепуганных экзорцистов, как один указывающих на спальный район и проклятый дом.

— А вот и вы! Как же я вас ждал, так переживал, не заблудились ли? — насмешливо крикнул Кай, резко поднимаясь и тем самым уходя от серебряной пули, звонко смявшейся о крышу. Затем прыгнул в сторону и завлекающе взмахнул хвостом. — Кис, кис, кис!

Охотников было трое — в коже и цепях, звонкие и пафосные готы. Приманивая поближе интересные экземпляры вида «человек необыкновенный», бес легко уходил от их атак. Ничто из принесенных оружий против мифической нечисти не могло навредить реальной. Вот если бы они стреляли в голову или пытались бы отсечь ее, вот тут бы шутки кончились. А так, эти люди стали для демона еще одним поводом для веселья в этом мире!

Забавно смотреть на удивленные моськи после купания демона в литре святой воды.

— А вы думали: изойду пеной, сгорю в пламени или вытащу нимб и улечу на белых крылышках? — бес изобразил издевательский оскал и стукнул готам хвостом по головам.  Вроде присмирели. Можно расслабиться, покатать этих «Баффи» по крышам и идти домой, но все сложилось не так, как на то рассчитывал Кай. Их оказалось больше трех.

Его потянули за хвост и Кай приземлился на зад, вцепляясь всеми четырьмя конечностями в покрытие крыши, которое разъехалось под напором острых разделочных орудий — нелепейшая поза, подходящая для занятия йогой, а не для битвы. Из такого положения так сразу и не встанешь, особенно с зажатым хвостом. Кай обернулся.

— Пусти хвост, сука.

Яростный блеск красных глаз с вертикальными зрачками и набор острых зубов, идущих в комплект к когтям, рогам и уже схваченному хвосту, так впечатлили охотника на нечисть, что он побежал, забыв отпустить хвост.

— А-а-а-а! — орал от ужаса бравый охотник за нечистью.

— Йа-а-а-а! — орала несчастная нечисть, тягаемая за хвост.

Аккомпанемент разрезаемого когтями покрытия крыши добавил картине колорита.

Остальные охотники сориентировались быстро, и бедному демону стало не до шуток. Налетели, как воронье на труп. Как от ворон от них и пришлось отмахиваться. Затем настала пора проучить людишек.

— Судя по твоему виду, с охотниками ты разобрался не совсем так, как надеялся, — проницательно заметил Адонис, встречая Кая, решившего войти, как вышел — через дверь. Рыцарь скривился, стоило ему шагнуть в коридор. Нинель выбежала следом и тоже зажала нос.

Бес стоял с жутко слезящимися глазами, насмерть пропахший чесноком и луком, вручил девушке окровавленный осиновый кол, отчего та завизжала, и на ощупь нашел дверь душевой. Запах чесночно-лукового экстракта постепенно выветрился, но померещился, когда поникший демон медленно прошел через гостиную. Людям хотелось узнать об эпичных приключениях, которые привели к такому плачевному результату, поэтому они последовали за бесом и увидели, как он залезает под кровать.

— Это издевательство какое-то! — заныл черт из-под кровати. — Что дальше? Военные с бредовой идеей создания супер-солдат, или сумасшедшие ученые, мечтающие перегнать меня в эссенцию для того, чтобы этих солдат им предоставить?

— Кай, что там произошло? — удивленно спросила принцесса, наклоняясь и заглядывая под спальное место, где её ждало не самое приятное зрелище — бес копошился когтями в грудной клетке, что-то из неё выковыривая.

— Вначале они кричали: «Вампир!» — и облили чесночным соком. Зачем?! Я едва не ослеп. Прыгал, как осами покусанный, а от такого аромата одурел, как после бутылки стопроцентного спирта. Так нет, когда это на меня не подействовало, они изменили мнение и с криком: «Оборотень!» — создали внутри меня дешевую ювелирку девятьсот двадцать пятой пробы, — в подтверждение, к ногам Адониса, минуя закусившую от жалости губу Нинель, выкатились расплющенные серебряные окровавленные пули. — Когда и это не сработало, в меня стали втыкать осиновые занозы. Но когда и святая вода, и крест пятидесятикилограммовый не смогли меня убить, они захотели поймать живьем и сдать в зоопарк! В зоопарк!!! Вот наш знакомый зоолог удивился бы, а!

Адонис ржал в голос, в то время как Нинель сочувственно гладила по лежащему рядом с кроватью хвосту.

— Но я надеюсь, ты никого не убил? — прекращая ржать, спросил рыцарь, тоже заглядывая под кровать и вздрагивая.

— Да-да, детская страшилка наяву, давай тяпну за пятку.

— Зубы выбью, — пообещал Адонис, рассматривая блестящего огоньками глаз беса с окровавленной грудью и животом, который корил себя за глупость и показушность. Нужно было в душевой пули вынуть, а теперь придется снова туда топать. — Так не убил?

— Живы твои любимые люди, живы, — уже без нытья в голосе и истерики буркнул Кай. — Может, кому пару зубов и выбил и нанес тяжелые непоправимые душевные травмы, но физически все живы. И, по их словам, они собираются раздать деньги бедным, грабить богатых и поклоняться моим предкам... как-то так. Что они там еще орали, летя вниз с крыши, не прислушивался. Не делай такое лицо! Я их внизу ловил! А еще они обещали навестить маму и вообще стать трезвенниками и бросить тяжелые наркотики. Это обещали те, к кому я применил воспитательные меры, в виде порки хвостом по заднице.

Адонис снова засмеялся, вставая на ноги и поднимая с колен невесту.

— И как, они тебя больше искать не станут?

— Только если они мазохисты, — заверил демон.

— А ведь говорят: будь добрее и люди... — попыталось припомнить местную поговорку Добро.

— ...люди к тебе потянутся... в предсмертных судорогах не спасенных добротой жертв, — переиначило поговорку на свой лад Зло и захихикало, весело виляя торчащим кончиком хвоста.

— У! Бесово отродье! — выругался Адонис и попытался наступить на хвост, ускользнувший прямо из-под стопы.

Или в наказание, или в научение, но еще долго смеявшийся над демоном рыцарь к ночи схватился за живот. Кай, который приготовленную рыбу не ел, так как отсутствовал, и Нинель, отказавшаяся от неё в силу подозрительности к своему кулинарному таланту, остались с нормальным пищеварением. Всю рыбу съел Адонис и, вернувшись из санузла в третий раз, он решил помереть. Совершивший ночной рейд к холодильнику демон это заметил.

— Эй, принцесса! Проснись! Да проснись ты! Блин! Принц Артур, на нас напали!!!  — вопил демон, выбивая искры бьющимися друг о друга когтями. Конечно, не звук колокола, но для пробуждения принцессы сгодился. Рыжая встрепанная головка поднялась над подушкой и наткнулась на светящиеся во тьме красные глаза.

— А-а-а! — завопила она и тут же замычала сквозь шерсть. Чертов хвост умело заткнул рот.

— Да не кричи ты, это я, — раздалось из темноты. Крик вначале стал громче, затем Нинель узнала ночного гостя и замычала сквозь хвост. Пришлось убрать конечность.

— Ты? Что делаешь? Ночью? В моей комнате? — четко разделяя слова, решительно потребовала ответа принцесса.

— Тебя бужу, — виляя хвостом за спиной девушки, вызывая у нее мурашки, Кай быстро перешел к делу. — Там твоему нареченному плохо, так что, если не хочешь стать вдовой в досрочном порядке — вставай!

Нинель подскочила и в одной футболке до колен бросилась в гостиную.

Рыцарь пребывал если не на смертном одре, то близко к нему — уж точно.

— Писать завещание будешь, науке тело оставляешь? — подколол бес не способного ответить блондина, но тот одним лишь взглядом смог донести ответ, от которого черт сглотнул.

— Адик, что с тобой? Позвать святого отца? — на полном серьезе спросила Нинель, заслужив этим взгляд ужаса жениха и одобрения — демона.

— Лучше Германа, у нас же есть уфолог-врач. Думаю, он не откажется помочь, — подтолкнул девушку к телефону черт. Затем вновь обернулся к больному и наклонился к нему.

— Ты что делаешь? — тихо прошептал тот.

— Вынюхиваю болезнь, вернее, вынюхал — рыба. Ты отравился, друг.

— Какой я тебе друг? — Адонис издал тяжелый вздох.

— Да вот такой, что никакой, — бес вновь склонился и принюхался. — Но жить будешь. Правда, работать пару дней не сможешь. Нинель! Что там?

— Он едет!

— Боюсь спросить: святой отец или врач?

— Герман!

После обследования, укола, трех таблеток и одной капельницы, которые доктор вкатил её жениху, Нинель немного успокоилась и утром отправилась на свою новую работу, предварительно позвонив в бар и предупредив о болезни Адониса. Врач ушёл на новый вызов, а присматривать за больным вновь остался Кай. Адонис оценил блеск глаз надевшего белый халат и читающего инструкцию демона, и от всей души помянул всех своих знакомых и их вклад в его нынешнее состояние.

Нинель громко чихнула, садясь на рабочий велосипед. Затем — еще трижды: ее вклад оказался самым большим.

11 глава

— Мне нужна твоя помощь! Срочно!

— С рочно? — удивился врач, осматривая выглядящего здоровым демона.

— Не знаю. Но возьми мои анализы и проведи над ними все возможные тесты! Кожу, шерсть, волосы, зубы, кровь, можешь даже от органов кусок оторвать.

— Все так серьезно?!

— Похоже на то...

Кай зевнул, подошел к умывальнику и наполнил стакан водой, вспоминая ночной диалог с пришедшим на вызов Германом. Его терзал вопрос: правильно ли он поступил, доверившись этому человеку? Ответа на него не было.

— Пей давай, — скомандовал бес, подавая стакан все еще плохо выглядящему поврагу.

— Чего ждешь? — спросил тот, делая маленькие глотки жидкости запивая таблетку.

— «Спасибо» жду.

— Не дождешься, — буркнул больной, отдавая пустой стакан.

— Какой грубый, — посмеялся Кай и достал из упаковки уже заряженный шприц-пистолет. — Что ж, не буду церемониться и...

Демона сдуло подушкой и припечатало к стенке.

— Я тебя раскусил! — гордо заявил Адонис.

— И остался при зубах? — возмутился демон.

— Ты задумал меня убить! Это ты подстроил отравление!

— И испорченную рыбу я купил, и я ее приготовил, и я ее тебе скормил? Да у тебя бред, Доня, — возразил Кай, вновь подкрадываясь к рыцарю, который в свою очередь потянулся к висящему на стене мечу. — Не дури, Доня! Мне это лекарство наш доктор уфолог дал, сказал вколоть, если он не сможет сам подъехать. Уже двенадцать, его нет, готовь свое филе.

Увернувшись от удара мечом, Кай прыгнул на разбушевавшегося больного. Силы придурку было не занимать даже в таком ослабленном состоянии, поэтому прижать его удалось не сразу, и демон едва не распластался на рыцаре, которого мучили приступы бреда или паранойи.

За шумом битвы «врача» и больного они пропустили приход настоящего врача, уже полминуты взирающего на их баталию с нескрываемым изумлением.

Неловкий момент — это когда труп в фильме моргает, а это уже нечто иное. Герман оценил положения тел и, извинившись за беспокойство, поспешил удалиться. Ловили его оба, оба же вопили о недоразумении, но, как позже оказалось, подпольный доктор сложил о происходящем свое собственное впечатление и не собирался развеивать заблуждения.

После укола Адонису полегчало, ему поставили еще одну капельницу и даже разрешили попить чаю на кухне. Кай отмахнулся от коллективного чаепития, включив телевизор. К удивлению представителя света именно о засевшем за фильм демоне разговор и пошел.

— Ваш друг — уникальная личность и весьма энергичная, — цензурно выразился Герман, отпивая из кружки крепкий чай.

— Паскудная сволочь с шилом в жопе, — дал более правдоподобное описание герой войн Сайнтарза.

— Да-да, ваш друг остр на язык...

— Да какой он мне друг?! — быстро вышел из себя Адонис и поспешил запить раздражение чаем.

— Ох, да я понимаю. Ваши отношения выше дружбы.

Как ни старался, а чаем поперхнулся — блондин просто не ожидал такого предположения от доктора. Ему хватило запоминающейся шутки Кая, позорно свалившей Героя в обморок.

— Мы — не пара, мы — не друзья, мы — кровные враги! — расставил все по местам Адонис, покрывшийся красными пятнами от гнева.

— Но вы так хорошо ладите, и когда я пришел... вы... В общем, жаль, мне казалось, вы — пара и вас можно размножить, — поделился своими мыслями уфолог.

Адонис ощутил, как отпала его челюсть и не желает возвращаться на место, а глаза выпучились, как у сувенирной резиновой игрушки, принесенной Нинель с работы в качестве брелочка от шкафчика. В голове защёлкало, а в желудке сжалось, к горлу подступила тошнота. Рыцарь закрыл глаза и досчитал до десяти, понял: десяти — мало, и досчитал до двадцати.

— Размножить? — переспросил рыцарь с оттенком ужаса.

— Мы с коллегами пришли к выводу, что вы — бесполые яйцекладущие, — оценив шок на лице собеседника, Герман невинно спросил: — Неужели мы ошиблись?

Даже сотни оказалось мало для успокоения.  Адонис встал и крикнул, все еще сипло и шокировано:

— Кай, подойди на минуточку.

— Зачем?

— Тут одному ученому нужно кое-что доказать, — выговорил он, держа над головой стул.

— Доказывай сам! Тут кино интересное!

— Если Зло не идет на Добро, Добро само пойдет на Зло, — заявил Герой и отправился исполнять на ходу придуманную поговорку.

Кай почувствовал угрозу откалиброванным органом улавливания неприятностей и вовремя соскочил с дивана, отпрыгивая в угол. Адонис поднял новенький диван и явно намеревался отправить его на тот кожзамовый свет вместе с рогатым дьяволом, из-за которого у постороннего человека сложилось весьма странное мнение об их вынужденном сотрудничестве.

— Доня, у нас в гостях врач, он умеет лечить бешенство! — ухмыльнулся рогатый, собираясь не то шмыгнуть в свою комнату, не то прыгнуть вперед. В первом случае он сбежал бы через окно, во втором — сыграл бы роль мяча в бейсболе диваном.

— О! Ну раз о докторе пошла речь, то знай: по его мнению, мы — яйцекладущая пара, которую он планирует размножить, — не без ехидства пересказал рыцарь услышанное и насладился созерцанием шокированного демона.

Кай смешно вытянулся струной, уронив хвост на пол, и застыл, потрясенный суждениями и выводами чужого разума. Произведений эффект сгладил гнев Адониса, и диван вернулся на место. Герман мялся в дверном проеме, уже осознавая, какую глупость сказал, но это не помешало ему сморозить еще одну:

— Так, значит, ваша семейная группа спаривается с одной самкой?

Диван повторно подняли, но в этот раз усилиями демона. Рыцарь молча хрустнул костяшками пальцев, и у доктора резко нашлись более важные дела вне этой квартиры.

Представитель сил света устало упал на вновь возвращенный на место диван и сказал:

— Обычно ураганам дают женские имена, но в твоем случае, Кай, нужно сделать исключение.

Кай пожал плечами, перебирая когтями, и сел рядом, продолжая смотреть фильм и на вновь зеленеющее лицо рыцаря.

— Да ты издеваешься! — только и сказал он, помогая Адонису улечься на диван. Демону пришлось сесть на пол.

Нинель вернулась в приподнятом расположении духа и в порванной одежде, вызывая закономерный вопрос:

— Что случилось? — спросили у неё хором. Адонис к вечеру отошел и вновь пытался показать молодецкую силушку, но едва вновь не слег, так что, когда явилась кормилица, ее жених а-ля «второй больничный» бросился проверять состояние невесты.

— Да в порядке я! — не выдержала девушка и раздраженно отмахнулась от назойливого кружения вокруг своей персоны.

— Тогда почему твоя одежда в таком виде?

— И откуда эти синяки? — добавил Кай, подходя вплотную и задирая рукава кофты, рассматривая отметины на кистях.

Нинель надулась, распираемая гневной тирадой, отдернула руки от мохнатой конечности, резко сдулась и всхлипнула.

— На меня напали. За руки схватили и чуть не... — новый всхлип, — но я отбилась.

— Чем? — заинтересовался демон.

— Кто?! — пришел в ярость Адонис.

— Велосипедом, — явно в шоке от самой себя, ответила рыжая, заметив, как ее жених осатанел, только когда тот отодвинул невесту в сторону, собираясь отправиться на поиски ее обидчиков.

В отличие от рыцаря, бес лишь похлопал в ладоши, машинально бросив взгляд на пятнышко от когтя на лбу девушки. Свежее пятнышко.

— Я так и знал, что познания в средствах самообороны будут полезны, — сказал он и улыбнулся так самодовольно, что сложить один факт с другим смог бы и ребенок.

— Ка-а-ай! — горящие бешенством глаза узрели жертву, на которую можно излить гнев.

— Не за что, — улыбнулся виновник неожиданного багажа знаний Нинель в самообороне и сделал ноги, позабыв не успевший за хозяином хвост.

Бах!

— Ай! — растянувшись на ковре в унизительной позе грудного котенка, демон оглянулся на дверной проем, в котором стоял герой войн и наматывал его хвост на руку. — Ой, блин!

— Хана тебе!

За хвост подтянули, собираясь со всей добротой намять бока, но неожиданно Кай буквально перетёк в новое положение, показывая нечеловеческую пластичность. Пятка повстречалась с рыцарской челюстью.

— Гаденыш! – взвыл Адонис и со всей силой дернул хвост. Он не ожидал, что, воспользовавшись инерцией, бес окажется позади, затем снова впереди, и так три раза, пока пушистая конечность не оплела рыцаря на манер праздничного банта.

— Доволен? — осведомился бес, гаденько улыбаясь.

— Да! — рыцарь отставил ногу и наступил на лапу демона. Кай взвыл, и хвост на мгновение перестал сжимать поврага. Этого хватило, чтобы герой вновь получил преимущество и обрушил на врага удар тяжелого кулака.

Черт отлетел и, перевернувшись в полете, приземлился на ноги, полосуя когтями ковер. С его губы стекла капля крови. Кай ее слизнул, и на мгновение в его глазах мелькнула растерянность, быстро сменившаяся раздражением.

— Хочешь драки? — голосом демона спросило Зло, оседая на четыре конечности и сужая в щелки глаза.

— Хочу, — заявило Добро и двинулось вперед.

— СТОП! — встала между ними девушка. — Брейк! Хватит! Остановитесь! Прекратите! ТАЙМ АУТ!

Словно заправская дрессировщица, эта тоненькая худая девушка держала в руках стул, собираясь им воспользоваться при необходимости.  На чью голову падет деревянная кара, Нинель не решила и резко поворачивала голову то на одного драчуна, то на другого. От этого движения тяжелая коса подражала маятнику.

Кай остыл мгновенно — встал на две ноги, спрятал когти за спиной и сделал умилительно доброе лицо, а для пущего эффекта еще и хвостиком повилял. А вот Адонис не смог сразу успокоиться, и обрушил гнев на стену. В стене — вмятина, с потолка посыпалась штукатурка. Рассерженный рыцарь удалился на кухню.

— А где: «Спасибо, Кай, за такие полезные знания, благодаря которым моя невеста выжила и сохранила девичью честь»?! — крикнул вдогонку демон, переводя взгляд на осматривающую разрушения Нинель. — А от тебя «спасибо» будет, принцесса?

— Будет ужин.

— Блинчики? — с надеждой уточнил бес.

— Учитывая наше финансовое положение и зарплату – да, иного из имеющихся продуктов все равно не приготовить.

Повраги со вздохом оценили остатки роскоши. Положение спасли уфологи, заглянувшие на ночь глядя. Герман тут же проверил состояние больного и, удовлетворившись увиденным, умчался на нелегальный вызов. А зоолог еще посидел и неожиданно сделал всем троим очень дорогой подарок — сотовые телефоны.

— В нашем мире без них, как без рук! — заявил он, доставая новые игрушки, в которые иномирцы уткнулись, разбираясь в настройках.

Только Кай отнесся к подарку прохладно. Он не мог пользоваться тачскрином, не мог набрать номер, он не мог пользоваться этой вещью, но пообещал носить, как собака ошейник, чтобы принимать звонки. Сразу после этого закинул в свою комнату на стол и забыл о нем, в то время как Адонис увлеченно искал в интернете карты для телефона и прочие полезные программки, а Нинель выбирала музыку для вызова.

Пару дней стояла тишь и гладь. Каждый занимался своим делом, а вечером шло обсуждение результатов. Все чаще возникали микро-драки Адониса с Каем по самым нелепым причинам.

— Адик, я прошу тебя, не нужно драться, он мирный, — завела тем утром разговор принцесса.

— Ты просто не знаешь демонов, Нинель. Это твари, мечтой которых является впиться зубами в горло, а когтями сжать еще бьющееся сердце. Они поголовно — убийцы! Это монстры! Кай — не исключение. Более того, он — главный монстр! Зло Всего Мира! И сколько бы он не притворялся безобидной букашкой, запомни: он убьет нас, когда мы перестанем ему быть нужны.

— Прости, но я правда думаю, что Кай... ну... — девушка мучительно подбирала слова, — не хочет нам зла.

— И ты прости, Нинель, но я не верю в это. Рано или поздно либо я его, либо он меня, один из нас падет от меча или когтей другого.

Все трое разошлись по своим делам. Нинель — в курьерскую службу на работу, Адонис — в бар, выбивать себе место вышибалы, а Кай — шерстить фальшиво-магическое население Москвы и мелькать в новых роликах интернета. Он хотел в конце дня проводить Нинель домой, вернее, проследовать за ней до дома по крышам. Но не заметил рыжую макушку ни у курьерской конторы, ни у складов, ни по дороге домой. Дома принцессы так же не оказалось. Зато там был самодовольный Адонис, получивший таки место вышибалы.

— Странно, — бросив обеспокоенный взгляд на часы, спросил демон через пятнадцать минут, когда в кружке не осталось чая. — Разве Нинель не должна уже вернуться?

Адонис тоже обратил внимание на время и занервничал. На звонок женский голос сообщил: «Номер выключен или находится вне зоны действия сети». Мужчины переглянулись, оба заподозрив неладное. Демон, не размениваясь на слова, прыгнул в окно.

— Куда! — последовал за ним Адонис, чуть не сломав себе руку неудачным приземлением на чужой хвост. Черту пришлось дальше двигаться с грузом.

— Искать белку. Если я прав, и у нашей рыжей настоящие проблемы, то придется лазить по тени и грязи этого города, а это, согласись, не работа для Добра — в грязи копаться. Плащик запачкаешь.

— Кай! — прорычал представитель Добра, сваливаясь в особо глубокую лужу. — Стой, мрази кусок! Предупреждаю: убью!

Нечисть не остановилась ни после первого, ни после последнего предупреждения, лишь у магазина, в который любила заходить девушка по дороге домой, он встал, как вкопанный, облокачиваясь на стену и выглядывая на улицу из тьмы. Люди еще гуляли и могли заметить его.

Запыхавшийся Адонис едва не пал смертью потерявших форму, когда догнал своего врага.

— Сходи, спроси в магазине, не видели ли они принцессу.

— Куда? Зачем? Почему сюда? — выдыхал вопросы недогадливый рыцарь. Не было времени играть в слова, и Кай выдал все как есть:

— Я следил за ней вечерами, и она всегда заходила в этот магазинчик по пути с работы.

— Ты издеваешься, извращуга?! — выпрямился загнанный Герой.

— Нет, шут гороховый, толкаю к действиям. Или пойду в магазин я, но это выльется в кучу нервотрёпки с вызовом врачей, полиции, уфологов, священников и военных. Хочешь?

Сплюнув, Адонис оставил последнее слово за хвостатым.

Магазин был обычным: журналы — справа, продукты и химия — бок о бок. Нинель забегала купить бытовые мелочи, типа хлеба или мыла.

— Здравствуйте, моя невеста сегодня не пришла домой вовремя, вы не видели ее? Рыженькая, конопатая, в зеленой шапочке и красной длинной юбке, — вежливо спросил он кассиршу, отвлекшуюся от кроссворда.

— Да, она заходила минут сорок назад. Я ее хорошо запомнила, тут у нас мало покупателей, каждый на счету. Но мне жаль вас огорчать, — смутилась девушка, — кажется, она вам изменяет. Видите ли, у дверей магазина ее встретил молодой человек, и она пошла с ним в сторону дворов.

— Как он выглядел? — беспокойство захватило мужчину целиком и едва не задушило.

— Русые волосы, спортивный такой. Извините, я особо не присматривалась, но на нем была желтая футболка.

Вылетев из магазина, Герой стал осматриваться. Людей гуляло мало, и ни одного в желтом. Куда бежать, как спасать, от кого? Пришлось делиться информацией с ненавистным демоном, нервно крутящим хвостом за углом. Кай выслушал и внезапно исчез — так быстро он взмыл на соседнюю крышу.

— Вот черт!

За прытким представителем тьмы представитель света не успевал. Кай несся целенаправленно по крышам к заброшенной спортивной базе. Было время, в ней собирались юные футболисты и баскетболисты, но с некоторых пор это место отдавало трупным душком, от которого разбежались не только спортсмены, но и все правопорядочные люди; непорядочные, напротив — сбежались.  Бес точно был в курсе, что это за место, и раз пропала симпатичная девушка, он знал, где искать.

Кай ворвался на базу, не размениваясь на нежности, и действовал весьма жестко. Люди даже удивиться не успели, когда для них все было кончено. Демону хватило одной жертвы, чтобы понять происходящее и принять решение атаковать. Атаковали и его. Пуля пробила кожу и застряла глубоко под ребрами, принося боль и лишая демона здравомыслия.

Адонис слышал выстрелы, обрывающиеся крики и похолодел от осознания: «Я не взял свой меч». А вбежав в вырванные ворота базы, он увидел первый труп. Пробегая мимо жертвы, Герой заметил дырку в голове, значит, черт собирал информацию, но раз он двигался вперед, значит, не нашел нужную. Убитые застыли на полу в лужах крови.

От мысли, что демон крошит на салат невиновных, мужчина до боли в деснах сжал зубы. Со второго этажа раздался крик, есть шанс кого-то спасти, если успеть подняться по осыпающимся ржавчиной ступенькам.

Убийца замер над последней жертвой, примеряя длинный черный коготь ко лбу. Мужчина средних лет даже не сопротивлялся, просто стонал на одной ноте, не спуская глаз с орудия убийства. Будь на месте демона человек, торговец людьми принял бы смерть, как должное, но посланец Ада явился по его неверующую душу, ужасая грешника своей реальностью.

На полу лежал нож, чей хозяин валялся рядом, располосованный когтями. Этим куском метала демона не убить, но Адонис не мог не попытаться.

— Ка-а-а-ай! — рыцарь налетел на врага, целясь в сердце, которого, по его мнению, у черта не было, но бес отмахнулся от него, как от мухи хвостом, еще и скрутил.  — Убийца! Что эти люди тебе сделали, дьявольское отродье?!

— Воры, насильники, душегубы, те еще мерзавцы. Нашел кого защищать, Адонис.

Герой дрогнул, голос черта рычал на звонких звуках и удлинял шипящие. Вот так должно говорить истинное Зло. Вот так оно должно двигаться, с нечеловеческой, а змеиной плавностью, заставляя стынуть в жилах кровь в ожидании ядовитого броска.

— Но они — люди!

— Которые уже продали твою невесту или трахнули. Возможно, накачали наркотиками, затем — первые два варианта в обратной последовательности.  Ты это им простишь? Они все еще люди?

Адонис дрогнул, неверным голосом сипя ответ:

— Нет, но...

— Тогда не мешай.

Рыцаря отшвырнуло к стене, едва не промяв ударом ребра. Стон резко оборвался, заканчивая жизнь торговца людьми страшным хлюпающим звуком лопнувшего арбуза.  Адонис встал. Он опоздал. Живых на этаже уже нет. Только их убийца, замерший над последней жертвой, вытаскивающий окровавленный коготь из человеческой головы. Демон покачнулся и неожиданно захохотал. Герой замер. Он увидел своего врага таким, каким тот и должен был быть: по локоть в крови, захлебывающимся безумным смехов в окружении трупов, бледным и безумным, как и образ Зла Всего Мира, давно поселившийся в голове.

Не обращая внимание на сжимающего в руках нож и медленно идущего на него Адониса, демон неверным шагом двинулся к выходу. Когда рыцарь подобрался к лестнице, нечисть уже стояла у вырванных дверей и мотала головой.

— Кай, стой!

— Стою, — голос пришел в норму, лишившись потусторонних нот. — Переварил информацию. Она в доках. Южный речной порт. Корабль «Лаврентия». Трюм. За стеной с крюком.

Он сказал это ломано, односложно и быстро. Затем повернулся бледным лицом к приближающемуся рыцарю. Нож его не испугал.

— Почему еще здесь, беги!!!

— Чтобы ты еще кого без свидетелей расчленил? — Адонис застыл в двух шагах от убийцы. Окружающие трупы демонстрировали его судьбу, если он потеряет бдительность. Адонис подумал, что все это план демона: похищение Нинель с целью поймать в ловушку рыцаря. Естественно, это было следствие его паранойи, но второе предположение казалось еще более безумным. Герой решил, будто бес на полном серьезе хочет помочь спасти Нинель.

Неожиданно черт покачнулся, едва устояв на ногах. С ним начало твориться неладное.

— Я не... я.... не. О, нет! — резко замолкая, Кай схватился за голову, забывая, насколько острые у него когти.

Раня сам себя, беззвучно крича, бес упал. Герой действовал по наитию. Уронил нож, раздвинул руки врага, не давая когтям ранить сильнее, коленом вдавил его в пол, машинально отмечая, что если надавить сильнее, есть шанс проломить грудную клетку.

— Ну и что это за фокусы? — нервно спросил он, путаясь в желаниях — убить или помочь.

— Нельзя больше трех чужих жизней подряд. Голова. Будто гранату рвануло, — истерично, едва не срываясь на стон, выдыхал каждое слово отдельно Кай.

— А скольких ты сейчас... ты понял.

Демон начал считать.

Он в здании смеется при виде ножа и поглощает знания первого человека. Да, Нинель была здесь. Она плакала и вырывалась. Ей расписывали ее будущее. Дальше пуля попала в него, добавляя боли к уже имеющемуся беспокойству за рыжую белку. Дальше Кай не церемонился и не сдерживался, пробил когтем голову трепыхающегося человечка. Но этот человек лишь мелкая сошка.  Впереди еще человек, он захлебнулся кровью. Пятеро считают пакеты, наполненные белым. Так забавно смотреть на их попытки понять, убежать, а не убить. Глаза, наполненные ужасом, застывают, когда знания извлечены. Остальные сломаны или порваны. Пять тел. Они прикасались к Нинель, обсуждали эту рыжую белку, но, узнав о невинности, соблазнились большей выгодой, и отдали ее судьбу старшему в их мафии. Прыжок выше. Новая жертва. Не старший, просто старый. Третья поглощенная жизнь — не тот, кто нужен.  Бросок тела в двух охранников. Разорвать их. Где же старший? Четвертая жертва — один из охранников. Да, теперь он знает, где нужный человек, и идет к его укрытию танцующей походкой. Слышит слова молитвы и улыбается. Пятая жертва знает, где Нинель.

— Пять, — выдохнул бес, понимая: это слишком много для его юного тела. Неожиданно болезненное выражение лица сменилось на веселое. — Забавно, очень забавно, — прикрыл глаза черт и попытался встать, отчего колено Адониса сильнее вдавило в пол, болезненно упираясь в солнечное сплетение.

— У тебя кровь течет, — блондин отпустил руки врага, помогая зажать тому нос, из которого ливануло, как из крана. Осознав, что если и дальше держать рогача в положении лежа, то тот банально захлебнется, Герой облокотил его на стену.

— Я в порядке. Обычный передоз.

— Не похоже на «в порядке», — скептически заметил Адонис, поворачивая голову за рог и наблюдая кровотечение из уха, такое же обильное и пугающее.

— Пройдет. Иди, Нинель спасай. Доки. Южный речной порт. Корабль «Лаврентия». Трюм. За стеной с крюком. Запомнил?

— Не держи меня за идиота, у меня отличная память!

— Тогда свали уже! Оклемаюсь — приползу.

Адонис посмотрел на врага с сомнением. Не нравилась ему вся эта ситуация, не чувствовал он себя в ней героем. По крайней мере, светлым. Бежал спасать невесту, итого — спасения требует теперь и враг. Если тот умрет, они не попадут домой, но если погибнет Нинель, рыцарь себе этого никогда не простит.

— Ладно, некогда мне с тобой возиться. Помрешь, так нам же легче, — сделал выбор Адонис.

С этими словами рыцарь ушел, включая карту на телефоне и программу навигации, а Кай сделал безуспешную попытку подняться, оглядывая кровавый хаос, поднял к лицу окровавленные руки, открыл рот, позволяя текущей крови попадать в рот, сглотнул и засмеялся. Громко, с надрывом. Ему стало смешно и грустно одновременно. Перед ним предстало весьма веселое зрелище, в котором он сыграл ключевую роль.

Наблюдая раздваивающуюся картинку, демон прикрыл глаза. Ему было не привыкать лежать в крови. Просто в этот раз это его кровь, пролитая ради кого-то.

— Удачной охоты... герой...

12 глава

Адонис целеустремленно удалялся от старой спортивной базы. Стараясь не вспоминать, в каком состоянии оставил Зло (сразу становилось гадко), он сосредоточился на навигаторе, показавшим кратчайший путь. На мгновение у мужчины мелькнула мысль вернуться —  забрать один из пистолетов мертвецов, а не проверить состояние врага — но он одернул себя, возвращая бегу прежний бешенный темп.

Демон — живучая тварь, а Нинель нужна помощь. Если все слова Кая были правдой, то помощь срочная.

Рыцарь подумал, что, в принципе, устроить девочке встряску — не так уж и плохо. Это поможет ей очнуться от невольного сна и осознать, наконец, в каком неподходящем месте они оказались. Тогда уж точно Нинель в следующий раз будет внимательнее относиться к его мнению и перестанет перенимать чуждые законы этого мира, в котором женщины работают наравне с мужчинами и имеют те же права. В тоже время Адонис понял, что такая Нинель — с задранным от самомнения носиком — ему нравится больше забитой правилами малышки, круглосуточно занятой вышиванием. Таким нехитрым образом король пытался отстранить дочь от ужасов войны и новостей с фронта. Но как знал Адонис, рыжая принцесса так и не научилась хорошо вышивать.

Южный порт встретил удивительной тишиной. Все порядочные люди расползлись по теплым углам, и на поле боя вышли менее лицеприятные жители города, от которых за версту веяло угрозой. Именно такие люди встретили в порту рыцаря. Они сохраняли тишину, как дворняги, сторожившие мясника, бросающего от щедрости кость; рассматривали глазами своры и оценивали неожиданного гостя, может быть, — запоздавшего клиента. Эти люди не знали, что человек, который должен был прийти в назначенное время, в данный момент лежит в луже крови на спортивной базе.

— Я за девушкой, — коротко обозначил свою цель рыцарь.

«Клиент», — обознались охранники и заулыбались. Это заставило Адониса прищуриться и сплюнуть. Он насчитал двадцать вооруженных людей и уже знал, как с ними справиться, но судьба преподнесла шанс обойтись без крови, и мужчина надел маску невозмутимости, которую приходилось нацеплять на различных балах, куда его удавалось время от времени затащить.

— Вам какую? — спросил самый обходительный и хорошо одетый продавец.

— Рыжую, — уточнил Адонис, осматриваясь по сторонам: погрузчики, контейнеры, краны, на воде — судно.

— Потолще, потоньше? — продолжал выяснять качества товара продавец. Остальные бандиты не снимали рук с оружия, оставались в напряженной готовности.

— Тонкая, мелкая, несовершеннолетняя, рыжая, длинноволосая, зеленоглазая девица по имени Нинель! — рыкнул рыцарь точное описание.

Бандит на мгновение растерялся, не ожидая от клиента такого точного описания. Но встреча была обговорена боссами заранее их маленького торгового бизнеса, поэтому продавец мог лишь обезопасить себя, не проявляя излишней грубости. Мало ли какая шишка к ним пришла. Он кивнул своим людям, и двое обыскали Адониса, забирая нож.  Не найдя ни пистолета, ни иного оружия, ничего, помимо обычной «бабочки», продавец задумался. Подходящая по описанию девица у них имелась, но ценной она не числилась, по документам и родни-то у нее не значилось. Откуда приехала — неизвестно. И это «неизвестно» могло сыграть плохую шутку. В любом случае, спецтовар отдать они не могли, на него отдельный уговор имелся, но уладить дело миром попытались. Не осознав опасности, исходящей от безоружного мужчины, продавец сказал ему следовать за ним.

Открыли дальний контейнер, покрытый местами ржавчиной, и провели внутрь. Герой Сайнтарза едва не потерял невозмутимое выражение лица: в контейнере сидели люди — совсем еще молоденькие девушки. Они забылись болезненным сном и полусидели-лежали, прижавшись друг к другу, пытаясь согреться чужим теплом.

— Как видите, по вашему описанию бабенки нет, выбирайте одну из этих... — криво улыбнулся продавец, окончательно ломая терпение рыцаря. Рука схватила бандита за горло, как пушинку подняла и приблизила к пышущему гневом лицу. Адонис повторил слова Кая:

— Трюм. За стеной с крюком. Я знаю, где она. И если вы, сэр, не соблаговолите ее отдать добровольно — заберу силой!

Шутки кончились, охранники выхватили стволы и направили их на блондина, на что тот хладнокровно прикрылся пойманным продавцом.

— Не стреляйте! — прохрипел пойманный торговец живым товаром и обратился к неудавшемуся клиенту: — Ты кто? Ты знаешь, на кого руку поднимаешь? Сдохнешь! — трясясь от страха получить пулю в спину, хрипел продавец.

— Я — твоя смерть, если не увижу свою невесту живой и здоровой.

Бандит брыкался еще мгновение, затем сменил тон:

— Давай договоримся. Мы вернем тебе бабу, и ты уйдешь с миром, — елейным голосом предложил он, невольно кося глаза и глядя выше головы своей, возможно, смерти.

— Еще и этих заберу, — кивнул Герой на спящих девушек и заметил фигуру на контейнере.

Адонис резко бросил свое тело в стену стального ящика. Пуля пролетела мимо, едва не задев продавца. Снайпер-неудачник лишь охнул и упал, когда мощное плечо врезалось в контейнер и почти его приподняло. От такой демонстрации силы бандиты опешили и не решились сразу палить. А в это время невероятно сильный человек потянулся к двери контейнера и выдрал ее. Для Адониса милосердие и кара имели такую же четкую грань, как тьма и свет. По крайней мере, так было до появления Кая, сбившего вымеренные убеждениями весы добра и зла. Поддавшись гневу, рыцарь выбрал карать, а не щадить. Раз эти люди — враги, то получат именно то, что заслуживают враги.

Бронированный танк пошел в атаку!

Летали люди, контейнеры, машины и слышались громкие крики. Слово «гуманизм» в пылу сражения благополучно забылось. Железный ящик раздавил нескольких человек в лепешку. Перед своей смертью те успели осознать, насколько неудачную профессию они выбрали. Постепенно сопротивление сошло на нет, и выжившие бежали прочь. А Адонис прошел на корабль «Лаврентия» в поисках тайника, который нашелся на удивление быстро. Но не знай рыцарь, что именно искать, ему пришлось бы разобрать судно на стройматериал.

В тайнике, обустроенном для провозки живого товара, находилось двое: Нинель и...

— Кай? — воскликнул рыцарь, попутав обсидиановые лохмы растрепанной девушки с повелителем демонов. — Этот черт мне уже мерещится. Чувствую себя параноиком! Нинель! Леди Нинель! Госпожа Нинель! Нинель Королёва!

Тормошить невесту оказалось бесполезно. В ответ Герой получил неожиданные объятия и невнятный бубнеж. Соседку с черными волосами тоже не удалось привести в чувство. Пришлось нести и загружать в контейнер к остальным несчастным.

Запоздавший на сходку преступник недоуменно уставился на полет покореженной двери контейнера, взлетевшей ласточкой над портом. Вслед, подражая вышеупомянутой птице, в небе показалась человеческая фигура, затем — машина. Эпическим концом взлетов и падений стал полет одного из контейнеров, который так точно летел на запоздавшего бандита, что тот не успел бы осознать свой финал, не выскочи он вовремя из машины. От тачки остался блин и воспоминания, а у преступника — шок и странная фобия — боязнь контейнеров. Она появилась, когда из порта в его сторону вышел контейнер.

Вышел контейнер!

Бандит истерично засмеялся, наблюдая, как ноги железного ящика перемещают его все ближе и ближе, и, подорвавшись, со слезами на глазах бросился бежать. А Адонис приподнял ношу повыше под гудение собственных мышц и понес ее дальше, собираясь как можно быстрее доставить несчастных в больницу.

И правоохранительные органы, и медицинское учреждение очень удивились такой посылке. Вторые вызвали первых и долго приводили в чувство живой товар, после — пытались успокоить. Среди бреда, сказанного жертвами похищений, был упомянут злой ангел-хранитель, летающий над портом и бросающийся  контейнерами. Вначале над этим полицейские посмеялись, но когда утром обнаружили порт и раздавленные трупы, улыбки сошли с их лиц. Пара забившихся в угол бандитов, лепечущих о страшном человеке, в которого вселился дьявол, не прибавило служителям закона настроения. Появилось стойкое желание вызвать небезызвестных Скалли и Малдера[4].

Свою долю впечатлений получили и держащие в узде город мафиози. Истерящий подчинённый выдал невероятную историю, в которую, тем не менее, нельзя было не поверить. Доказательства налицо. Разве что захват планеты живыми контейнерами вызывал сомнения.

Оба органа большого города — порядка и беспорядка — начали каждый свое расследование.  Но все это было утром, а пока, во тьме ночи, по городу шел рыцарь в современной одежде и нес свою принцессу. При лунном свете он увидел следы уколов на сгибе локтя своей суженной. Чужая память подсказала происхождение этих следов, и Адонис мысленно помолился богам, дабы те оберегли их от последствий, и принял решение позвонить их знакомому доктору. О наркотиках Адонис знал мало. Знания, переданные ему Каем, принадлежали человеку, относящемуся к такому типу развлечений с глубокой антипатией. Соответственно, он не мог поделиться толковыми соображениями на этот счет.

Нинель коротко промычала во сне. И поморщилась.

— Не волнуйся, скоро придем домой, я позвоню Герману, и он поможет тебе отойти от этой гадости, и Каю он помож...  — осекся рыцарь, с удивлением замечая муки совести за брошенного умирать врага. Ведь он мог позвонить еще тогда! На что ему сотовый куплен?!

Совесть качала головой, ясно намекая на необходимость добить демона, исходя из гуманных соображений. И как теперь Кай? Уверенность в живучести бесовых отродий убеждала его, что демон жив и уже ждет дома, но более пессимистичная часть сознания говорила о возможной кончине этого беса. Перед глазами встала картина: юный демон все там же, у стены, его тело испачкано в крови, а стеклянные глаза смотрят в колени.

Угрызениям совести пришлось заткнуться — проснулась Нинель. Она чувствовала себя неплохо и даже вырывалась, порываясь убежать на плохо слушающихся ногах. Пьяный взгляд сконцентрировался на своем спасителе.

— Ой! Ади-ик! — радостно лопая перепонки жениха своим визгом, девушка повисла у него на шее. — Герой-спаситель! Спас! А где второй герой?

— Из демона героя не вышло, — соврал он.

— Да? — Нинель споткнулась, ее пришлось ловить и ставить на ноги. — Жаль.

— Почему жаль?

Нинель засмеялась и снова чуть не упала, рыцарь решил по новой взять ее на руки и нести. Девушка долго не отвечала, отчего Адонис решил, будто она забыла вопрос. Однако принцесса заговорила неожиданно:

— Мне казалось, мы ему не безразличны.

— Ты права, — мужчина погладил рыжую голову девушки, вспоминая, как черт рванул на ее поиски. — Мы ему нужны. Поэтому не безразличны.

Услышав это, рыжая принцесса обняла своего жениха, глупо хихикая, и заснула, продолжая невнятно бормотать во сне.

Когда ночь слегка окрасилась в свет, Адонис внес спящую девушку в дом. Пронося через квартиру и укладывая Нинель на кровать, Адонис невольно высматривал Кая. Хоть каплю крови на полу, чтобы понять — демон дошел до дома.

Герман не отвечал на звонки: ни с сотового, ни с домашнего телефонов. Звонить в обычную больницу рыцарь не рискнул, опасаясь вопросов и сомневаясь в своей фантазии на них правдоподобно отвечать. Нинель спала, умилительно уткнувшись в собственные кулачки, и Адонис успокоился на ее счет. После чего сразу зазвонил телефон. Это был Герман.

— Что-то срочное? — послышался раздраженный вопрос.

— Это Адонис.

— А! Вы заболели? — обеспокоенно уточнил доктор.

— Почти, — скомкав рассказ в три предложения, выкладывая лишь суть, Адонис спросил, — Могут быть проблемы? Что нужно делать?

— Смотря какой препарат ей вкололи. Если проанализировать состояние с твоих слов, то завтра утром ее может немного тошнить и шатать, но, в принципе, ничего серьезного ей не грозит. В случае чего — звони. Отвечу сразу же, как смогу. Я врач, сам понимаешь, или с больным, или в больном, — с той стороны трубки посмеялись и оборвали связь.

Выходя из комнаты Нинель, герой Сайнтарза проверил комнату черта. Ни там, ни в туалете, ни в ванной, ни на кухне демона не было.  Повоевав с собой еще мгновение-другое, ругаясь на чем свет стоит, взяв меч, Добро ушло искать Зло.

Кай нашелся относительно быстро. Он достаточно далеко отошел (или отполз) от места массового убийства и спрятался в темноте, как и положено подобным тварям. Если бы не капли крови у входа в заброшенное здание, Адонис и не подумал бы в нем искать. Слишком большие окна, и слишком людное место. В таких любит оседать на попойки молодёжь, часто можно встретить бездомных и даже охотников за приключениями. Капли крови привели в очищенную от крупного мусора комнату.

Кай лежал в странной изломанной позе, такой ненатуральной, будто из всех вариантов черт выбрал самый чудной и неудобный. Он лежал на правом боку, уронив за спину левую руку, страшно выдвинув крылья лопаток. Демон запрокинул голову, как задыхающийся, что вполне могло быть причиной такого странного положения тела. Его хвост застыл покореженной молнией на усыпанном окурками полу. Ноги заплелись, левая нога когтями изодрала правую лодыжку, будто тело сотрясали конвульсии.

Кай не выглядел живым.

Герой подошел вплотную и сел рядом. Длинные черные пряди закрывали лицо беса, пришлось их убрать. Каково же было удивление Адониса, когда он столкнулся взглядом с раскаленными угольками демонических глаз.

— Живой, — это был не вопрос, не утверждение, а простая констатация факта.

— Спасибо, кэп, — прошелестел Кай дрожащим, тихим, сиплым голосом. Моргнул и сфокусировал взгляд. — Как принцесса?

— Немного не в себе...

— А в ком? — заинтересовавшись, черт приподнялся, но тут же вновь уронил голову на пол и на секунду потерял сознание, сбивая ритм тихого дыхания.

Адонис закусил нижнюю губу: ему не нравилось положение дел. Не нравился такой Кай, не нравилось решение идти его искать, и не нравилась своя нерешительность.

— Добить тебя, что ли? — вслух спросил он, демонстративно доставая оружие из ножен.

— Ха, добей! — согласился демон, ехидно улыбаясь. — Скажешь Нинель, что я помер геройской смертью, спасая даму сердца. Она оценит шутку про демона-героя.

Слушая хриплый смех, вспоминая слова принцессы, рыцарь убрал в ножны меч и зло потянул Кая вверх, заставляя принять вертикальное положение. С резким выдохом проглатывая хрип, черт обмяк, теряя сознание, из его носа вновь потекла кровь.

— Да чтоб вас всех! — матерился святой рыцарь, таща врага и вспоминая трактат о демонах. В нем четко говорилось следующее: «...Демоны склонны к саморазрушению и зачастую умирают, не прожив второго десятилетия...». Он это видел — демонов, падающих бездыханными кучками плоти, не получив ни одного удара. А еще он видел точно таких же, истекших кровью без ран бесов. Они захлебывались и заваливались под ноги. Треск их костей клавишами ксилофона заиграл в ушах. Тогда рыцарь не знал причины подобной смерти.

Если его кто и видел тем предрассветным утром, то не сильно удивился. Мало ли, какие клубы в Подмосковье. В квартире он уложил безвольную тушку на кровать, убедился в остановке кровотечения и просто оставил его. Если умрет, то пусть. Если выживет, то тоже пусть. С этой мыслью Адонис улегся на диван и закрыл глаза. Завтра предстоял трудный день, ему предстояло заботиться о девушке с отходняком после запрещенных препаратов и, может быть, о демоне. Или утилизировать его труп, что тоже доставит мороки.

— Помрешь — выкину в мусорку! — громко сказал рыцарь, переворачиваясь на другой бок и закрывая глаза.

Утро началось неожиданно громко. Рыцарь вскочил с дивана, оглядываясь по сторонам в поисках источника шума, и обнаружил Кая, судорожно втыкающего когти в стену в попытке подняться с пола. Его падение и разбудило поврага.

— Живучая тварь! — восхитился Адонис, привлекая к себе внимание огоньков глаз с сильно расширенными угольками зрачков. Демон с трудом сфокусировал взгляд на человеке и от этого взгляда руки сами потянулись к мечу.

— Верно мыслишь, давай свой ножичек сюда, — трясущимся голосом потребовал  черт.

— Прирезаться решил?

— Почти, надо пулю вытащить.

Рыцарь враз стал серьезным и поднялся со своего ложа, оставляя лежать на нем меч.

— Где?

— Тут, — указал Кай на ровный участок кожи правого бока без входного или выходного отверстия. — Мог бы когтями, да руки трясутся и в глазах двоится. Жуть — два Доника!

Тряслись не только руки, но и ноги, да и сам демон весь шатался, держась на одной силе духа.

— Может, подождать, пока окрепнешь, а там и сам достанешь?

— Какая прелесть, — попытка всплеснуть руками едва не закончилась позорным падением на пол. — Это либо трусость, либо забота.

— Убью! — рыцарь скривился, как после дольки кислого лимона.

— Вначале пулю вытащи, из-за этой маленькой сучки внутри все кровит, — в подтверждение своих слов Кай закашлялся, пачкая губы красным. И уже более уверенно и громко заявил: — Позорно будет, если твой кровный враг скончается от обычного внутреннего кровотечения, так и не ответив за все загубленные им жизни.

Демон смеялся, давясь кровавым кашлем, начиная соскальзывать на пол. Оценив состояние поврага как «могло быть и хуже», мужчина позвонил Герману. Как и в прошлые разы, он не ответил.

— Придется потерпеть, — холодно заметил Адонис, не дозвонившись до врача. В ответ — надрывный кашель, оставляющий на полу пятна. Бес терпеть не смог и прицелился когтями не то к боку, не то к груди. — Стоять!

Герой вовремя схватил руку демона, которая собиралась не иначе, как убить своего владельца.

— Терпеть невмоготу? – спросил рыцарь у практически задыхающегося демона.

— Доня, либо убей меня, либо вытащи эту дрянь! От боли демоны становятся невменяемыми. Что тебе, сложно вырезать пулю? Или уже забыл, скольких сородичей моих ты до смерти запытал?

Адонис вздрогнул, бросил мимолетный взгляд на меч и сходил за аптечкой, в которой лежал скальпель — спасибо уфологу. Постелил клеенку на стул и кивком указал на место операции бесу. Тот покорно сел, обведя растерянным взглядом «хирурга», и откинулся на спинку, удивляясь равнодушному лицу палача перед взмахом топора. Кай вздрогнул, когда увидел в руках рыцаря скотч. Появилось стойкое желание свалить от психопата инквизиции подальше.

— Эм, Адонис, зачем тебе эта канцелярия? — с тенью паники спросил демон, наблюдая, как его ноги приматывают к ножкам стула. На пробу дернувшись, бес оценил крепость материала.

— У тебя длинные опасные ножи вместо когтей. Ты можешь ими оцарапать.

Встав перед Каем, рыцарь поразил затаенной злобой блеснувшей в глазах, спрятанной за маской равнодушия.

— Что ты! Я же не котенок, царапаться, — заметил бес с усмешкой. — Нет, сразу убью. Но ты можешь их связать.

Кай доверительно сложил когти острыми сторонами друг к другу, заглядывая в потемневшие голубые глаза. И вновь повраг позади стула: сложил острые концы когтей вместе и обмотал скотчем с тупой стороны, слушая надрывный кашель черта, пытающегося выкашлять пулю.

— Не волнуйся, один демон с застрявшей в груди стрелой прожил три дня, — холодно заметил представитель добра, продолжая окутывать на манер мумии свою жертву, особое внимание уделяя хвосту.

— Боги, Доня, ты не иначе фильмов пересмотрел.

— Нет, я на вчерашние трупы насмотрелся.

— И... что ты решил сделать? — сглотнул черт, вспоминая свое собственное предложение — убить. Уж больно действия рыцаря не были похожи на действия желающего помочь друга. Скорее, на желающего убить врага.

Уже ощущая себя жертвой пыточной, примерно представляя, что задумал повраг, Кай весь съежился. А когда его шею крепко сжали с одной стороны, фиксируя, а с другой — воткнули скальпель, он попытался закричать и с ужасом понял, что из горла вырывается лишь тихий хрип. Его за волосы оттянули назад, заставляя откинуть голову и посмотреть в глаза своему мучителю. Адонис скривился, он ожидал страха в этих углях, а не затаенного интереса.

— Я знаю, что ты не умрешь от такой ерунды. Как ты и сказал, мы часто имели дело с демонами и умеем их убивать. Как оказалось, вариантов немного. Твои сородичи умирали, когда их душили или вешали, когда им отсекали головы или когда спускали кровь. Вот если я поведу нож в сторону, — черт ощутил шевеление в своей шее и до скрипа сжал зубы, — кровь хлынет потоком, и ты потеряешь сознание, не успев регенерироваться. Твоя плоть попытается сомкнуться. Но если оставить нож на месте и провернуть - ты умрешь!

От действий рыцаря демон широко распахнул глаза и шумно вдохнул, ощущая струйку крови, спускающуюся по шее к плечам.

— А ты в этом хорошо разбираешься, — злее, чем собирался, прошипел Кай, демонстративно скалясь, стараясь скрыть за этим болезненное выражение лица. Но Адонис лишь ухмыльнулся и еще немного провернул скальпель, вырывая протяжный тихий вой.

— Зуб за зуб.

— Демоны не пытали людей ради информации, — заметило тяжело задышавшее Зло, чем рассердило Добро, давая новый повод распалиться.

— Только ради удовольствия, — рыкнул Адонис, глубже вгоняя нож. — И ты вел свои войска, лишая жизни миллионы людей!

Скальпель перекрыл доступ воздуху, в голове помутилось и  бес начал слышать лишь обрывки речи рыцаря:

- ... твой народ... повелитель... Ты умрешь и...

Звуки начали поступать через раз. С немалым ужасом Кай понял, что начинает терять сознание. Его ослабленное тело не могло больше сопротивляться. Он задергался, отчего инструмент повело в сторону, сделав разрез шире. Зарычав, как взбешенный тяжело раненый зверь, демон вернул на лицо улыбку и с вызовом произнес, делая судорожные хриплые вздохи:

— Хватит этого театра! Если бы ты хотел меня убить, то убил бы еще ночью, а не тащил бы домой, — слабо посмеялся черт, всматриваясь в лицо с резкими чертами. Он откинул голову сильнее, давясь подступившим кашлем. — Впрочем, давай! Я с того света понаблюдаю, как ты будешь объяснять Нинель, почему вы не вернетесь домой, и наличие моего связанного трупа с перерезанным горлом.

— Проницательная тварь, — Адонис резко вынул скальпель из шеи, вырывая из демона крик и новую порцию кашля и крови. Рана мгновенно затянулась, но демон еще  минуту захлебывался ощущениями.

— Сам ты тварь! Садюга! Мразь! Инквизитор! — демон оскалил острые зубы и невольно отстранился, когда скальпель коснулся уже нужного места у ребер.

В голове защелкало в ожидании новой боли, и мысли ушли в сторону, желая отстраниться от происходящего, и завели на тему легионов. Вернее, потерю Легионов и потерявшую вместе с ними крепость кожу. Кай засмеялся и спросил:

— Слушай, Доня, а если я стану человеком, ты все еще будешь хотеть меня убить?

— С чего такой вопрос? — с остывшей ненавистью отозвался блондин, примеряясь к бледному боку скальпелем.

— А если бы сейчас ты убил меня, что было б дальше? Выкинул бы мое тело в мусорку? Нинель бы расстроилась? А те уфологи?

— Эй? — рыцарь отвлекся от врачевания и заглянул в ставшее безумно счастливым лицо.

— А если вы не вернетесь домой, что с вами будет? Может, вы и не хотите домой? Точно, если я скончаюсь, больше не будет ни одного шанса вам вернуться...

Адонис не удержался и ударил кулаком по больному боку, стараясь остановить истерику. Кай резко замолчал и сложился пополам, насколько позволяли связанные за спинкой стула руки.

— Да не собирался я тебя убивать! Демоны от такой ерунды не умирают! — злясь на себя, на Кая, на родной мир, на этот мир, на Нинель, на ее похитителей и на саму ситуацию, рыцарь помог замученному Злу откинуться назад.

— Но попытку я засчитаю, — с бледной тенью усмешки, отдающей горечью, выговорил демон.

— Лучше заткнись! — отмахнулся Адонис. — Нужно пулей заняться, пока ты реально не издох. Она здесь? — он сделал надрез.

Кай против воли вздохнул свободнее и, сглатывая кровь, задумчиво нахмурился, сверяясь с ощущениями.

— Там, но глубоко. За ребрами.

Все еще погруженный в болезненные ощущения из-за скальпеля в шее, брюнет не заметил тягучих капель, ползущих по его коже, сосредоточился на ране, не давая той закрыться. Запоздало пришла идея о снотворном или обезболивающем, которую Кай прогнал. Ему и так достался мучимый паранойей садист-доктор. Вдруг удалит что-нибудь не то, и поминай демона как звали.

За делом и мыслями ни один не заметил открывающейся двери и вошедшей в гостиную Нинель. Выглядела принцесса бледной и помятой, но не больной. Ее разбудили  громкие голоса, смех и крики, и она вышла, ожидая увидеть драку. Представшая ее глазам картина привела в шок и моментально сняла все симптомы вчерашнего наркотического отравления.

— Сэр Адонис! Что вы делаете?! — в панике она назвала жениха по титулу, хотя обычно никогда так не делала, разве что на балах. Рыжей стрелой девушка подскочила к «операционной» и вырвала из мужских рук скальпель, собираясь вылить на жениха пережитый стресс, но ее остановил надломленный ехидный голос:

— Белочка, во мне пуля застряла. Нужно вырезать.

— И для этого нужно было тебя связывать? — не поняла принцесса.

Кай хитро улыбнулся и переглянулся с резко побледневшим Адонисом. Прищурился, будто выспрашивая, хочет ли он поведать невесте полную историю произошедшего, и получил в ответ убийственный взгляд. Не желая подогревать и без того накалённые неприязнью отношения, демон поведал самый короткий вариант, насыщенный одними лишь фактами:

— Я демон, и не могу себя контролировать в определенные моменты. А еще я очень устал от боли в боку, поэтому прошу вытащить уже эту заразу! — голос немного каркал, самообладание начало покидать его.

— Нинель, побудь пока у себя... — попытка Адониса удалить невесту из гостиной не увенчалась успехом.

— Нет, я уже видела, как вытаскивают стрелы, мне принести кипятка?

— Нет, — рыцарь кивнул на исчезнувший порез, — он восстановится быстрее, чем мы закончим.

— Нинель, иди к себе, — устало попытался прогнать ее Кай.

— Я буду помогать.

— Ребра мне ломать?

— Нет... морально. Может, обезболивающее?

— Если он будет без сознания, то не сможет регенерироваться, — пояснил Адонис.

Кай снова закашлял, окрашивая подбородок в алый цвет. Нинель сориентировалась и принесла влажное полотенце. Жизнь в окружении войны подарила девушке неожиданные навыки и выдержку. А одно ребро все же пришлось сломать, чтобы добраться до маленького снаряда.

Это было тяжело для всех. Из Адониса вышел отличный инквизитор, а вот медик отвратный. Кай, в конечном итоге, потерял сознание, и его долго не могли привести в чувство. У черта был низкий болевой порог, о котором он сам не знал (пока не задержал заживление раны, а затем — ребра) и, как результат средневековых методов операции, наступил болевой шок. Пришлось всеми силами останавливать нешуточное кровотечение, срезать скотч и укладывать поврага на ковер. Нинель поддалась панике и громко плакала, ругая себя за вчерашнее похищение, зажимала рану. Адонис делал попытки привести в чувство врага. И тот очнулся внезапно: глубоко вздохнул и слабо засмеялся. Рана моментально стянулась.

— Вылечи демона, получи пулю в подарок, — улыбнулся он, глядя на зажатую между пальцев рыцаря смятую пулю.

Поднялся он рывком, по-собачьи отряхнувшись. Размял поочерёдно все мышцы, будто проверяя, не ампутировали ли ему что. Покачнулся, тряхнул головой еще раз, устоял.

— Говорил же, скоро очнется, — фыркнул Адонис, проводя по лицу ладонью, будто стирая напряжение. — Ужасное оружие!

Подкинутая вверх пуля блеснула на свету.

— Не ужаснее магии, — фыркнул демон, стирая с себя следы крови влажным полотенцем.

— Тебе точно больше не больно? — беспокоилась принцесса, проверяя чистый бок. Как срослось ребро, и как смыкалась кожа, она видела собственными глазами, но все еще не могла поверить.

— Не хуже, чем ночью.

— А что было ночью?

Адонис собирался поведать Нинель историю выслеживания демоном ее похитителей и о количестве трупов, уложенных штабелями, но был остановлен резким шипением.

— Кай помог тебя спасти, — очень сократил историю Герой, опуская все подробности.

— Правда! — обрадовалась рыжая девушка и подарила солнечную улыбку. — Спасибо, Кай!

Тот похлопал глазками, сосредоточил на принцессе взгляд и ехидно заметил:

— Одним «спасибо» не отделаешься...

— Тогда я испеку блины, — нашла чем отблагодарить Нинель и смылась на кухню, оставляя демона давиться невысказанной едкостью.

— Хорошая она, — невпопад заметил Кай, прикладывая полотенце к лицу, из его носа вновь потекла красная жижа.

— Да, — Адонис начал убирать кровавый хаос. — А ты странный.

Хвост вильнул, загнувшись крючком, изображая знак вопроса.

— Чем же?

Слова нашлись не сразу.

— Стоишь рядом, будто ничего не случилось. Говоришь со мной, будто ничего не сделал.

— А! Понял тебя. Я поражен: ты волнуешься о подобной ерунде. Это мило. А ведь я не ожидал другого отношения к себе от тебя. Удивился, когда ты столько терпел. Ты добрый.

Адонис икнул от явно инопланетной логики, и единственный ответ, который смог у него родиться, это:

— ...Спасибо!

— Тоже побежишь печь мне блины?

— Придурок, — рыцарь раздраженно схватил сквозь полотенце нос поврага, отчего тот охнул, и так и повел на кухню, собираясь сдать странного демона немного странной принцессе и основательно заняться уборкой места несостоявшегося преступления.

13 глава

Уфологи пришли навестить поврагов, застав на пороге у двери в семьдесят седьмую квартиру стену из соседей. Кто с крестами, кто с чесноком, бравые воины в виде бабулек и безработных держали оборону в ожидании, когда из квартиры кто-то выйдет, но и не догадывались о том, что в нее кто-то войдет.

— Что за столпотворение? — заинтересовался нелегальный доктор Герман. Соседей он знал, они знали его деньги. Довольно часто приходилось отстегивать этим людям на плохую память и глухоту.

Держащий оборону стулом крупный мужчина уже собирался ответить, как дверь семьдесят седьмой квартиры открылась, и перед людьми предстал черт с хозяйственными вилами.

— Кто первый на экскурсию в геенну огненную? — выставляя вилы и безумно улыбаясь.

Соседи мультиками забегали, враз потеряв боевой пыл, и разбежались кто куда. Оставшихся черт встретил, пряча хозяйственный инструмент за спину.

— О! Герман! Андрей! Как мы рады вас видеть! Есть что поесть? – встретил гостей демон.

Осчастливленный пакетом с... теплой одеждой, Кай прошел в гостиную. Там как раз развернулась семейная драма «не нужна тебе такая работа».

— К нам гости! — убирая вилы в шкаф к граблям (у кого-то из уфологов дача) и задвигая подальше инструменты, прикрывая их сложенным в этом шкафу брезентом, сказал черт. Вдруг рыцаря опять перемкнет и вместо скальпеля он, скажем, возьмет пилу.

Первым к «раненой» принцессе кинулся Андрей и начал крутиться вокруг, под недоуменный взгляд зеленых глаз и раздраженный — голубых. Нинель просто не понимала заигрывания, а Адонис понимал, но убить не мог.

— Нинель, будьте добры закатать рукав. — Прекратил любовные кручения друга доктор. Показались места уколов. Герман осмотрел руки, затем ноги, за что чуть не получил от рыцаря, но Кай бдел и вовремя скрутил Добро хвостом. Голову нелегальный врач осматривал дольше всего, отдельно глаза, нос, рот, уши. Заставлял делать много странных движений: например, потребовал дотронуться до носа и высунуть язык. Наконец, он подвёл итог, — Все отлично!

Герман уже думал уйти, как его остановила Нинель.

— Постойте, Кая тоже ранило!

Взгляды пересеклись на демоне, который нахохлился, не обрадовавшись подобному вниманию.

— Я в порядке, — как можно убедительней сказал он, собираясь удрать, но быстро передумал, ощутив ступню на своем хвосте. Так еще и принцесса дорогу перегородила, распяв в стороны руки.  Ей помог студентик с таким видом, будто собрался рубить дракона для прекрасной дамы. Дракон цыкнул и раздражённо выдернул хвост из-под ноги Адониса. Герман уже подкрался к бесу с боку, выслушивая рыцарский рассказ об операции без наркоза, дополненный эпитетами и красками от лица Нинель. Андрей от рассказа слегка позеленел.

Доктор принялся ощупывать худой бок с выступающими ребрами, как резко отдернул руки и в непонимании уставился на объект своих исследований.

— Это нормально? — выдавил вопрос доктор.

— Что? — притворился пнём пациент.

— Твоя кожа, она... мягкая... человеческая. Такого раньше не было!

Адонис только после этих слов понял, что с некоторых пор смущает его в сожителе. Рыцарь помнил — скальпель вошел слишком легко. Резко придвинувшись ближе, он думал коснуться изменившейся кожи, но обжегся осознанием, как это будет выглядеть со стороны. Нинель же о подобном не думала и уже нервировала беса, прикасаясь к его руке.

— Ой, правда! Мягкая. Могу поклясться, раньше была словно камень! — громко удивилась рыжая. И все разом потянули свои руки.

Кай глупо хихикнул и шарахнулся на потолок от жаждущих его рук.

— Как страшно жить! — распластался он на потолке, не имея никакого желания спускаться.

— Спускайся, нелюдь! — поднял диван Адонис. — А то в городки поиграем.

Угроза возымела действие и черт спрыгнул вниз, не обращая внимания на отвалившуюся вместе с ним штукатурку. Остальные флегматично проследили падение стройматериала и вновь заинтересованно окружили Кая.

— Так, с чего твоя кожа претерпела подобные изменения?  — спросил врач, так как сам не имел ответа.

— Вредно мне среди людей жить – очеловечиваюсь, — пожал плечами демон и крутанул хвостом, будто невзначай рассекая воздух между Нинель и Андреем. Мальчик как раз собирался выразить ей свои чувства более конкретно, но поостерегся красноглазого пришельца, так и не убравшего хвост с его пути. — Да и вообще, может я мимикрировать решил!

Адонис недоуменно поднял брови, пытаясь понять, о чем вещает его головная боль.

— Ми-чего? — не понял слово он.

— Мимикрировать – приспособиться, измениться, стать человеком. — Ответил Демон.

— А демоны так могут?

— Могут. — Ввел в ступор Кай рыцаря, заставившего вспоминать всех своих коллег по цеху и пытаться найти среди них демона. По его скромному мнению, у всех рыльца были в пушку.

— Надеюсь, ты не против, если я еще раз возьму у тебя анализы, — беспокойно обратился Герман к Каю и взялся за шприц.

Герман побегал еще немного вокруг беса, Андрей вокруг Нинель, затем они ушли, взяв обещание вскоре вновь встретиться и передав привет от остальных любителей фантастики. Вместе с ними собралась и рыжая принцесса. Но не тут-то было. Настала ее очередь томиться под домашним арестом.

— Но у меня работа! — злилась она в попытке обойти загораживающего дверь рыцаря.

— Уже нет! — радостно отозвался из комнаты демон, демонстрируя телефон. — Я  чуть не сломал хвост, но позвонил и уволился от твоего имени!

— Зачем!? — Лицо принцессы покраснело, но не от смущения, а от ярости. Даже веснушки потерялись.

— Что бы тебя снова не похитили, — сложил руки на груди Адонис.

Нинель глубоко вздохнула и направилась в сторону комнаты Кая. Хозяин комнаты наблюдал за действиями девушки: вот она открывает окно, вот смотрит вниз, вот закрывает, оценив высоту и, закусив губу, ищет способ справиться с одолевающим ее гневом.

— Принцесса, не грустите. Скоро вы вернетесь домой, и будете до конца жизни под опекой мужа, который запрет вас в замке и заставит ежегодно размножаться, преумножая величие королевской семьи. Во имя выхода из пожизненного декрета, советую вам закупаться контрацептивами. Хотя даже так вам все равно не дадут себя проявить — не положено, — смеялся Кай над положением дел.

Нинель надулась и, высоко задрав носик, села на диван, включая первый попавшийся канал.

«...свидетели видели грузовые контейнеры, падающие с неба. Пока не ясны причины подобного явления, но свидетель происшествия пытался уверить съемочную группу в захвате земли стальными ящиками. Несмотря на абсурдность подобного заявления, мы не можем отказаться от соблазнительной идеи посещения Земли инопланетной расой...»

Девушка переключила канал и снова попала на новости.

«...пятеро из убитых имели отверстия в голове,  нанесенные неизвестным инструментом. Эксперты утверждают, это не пулевые ранения. Орудие убийства не найдено. Как утверждает следствие, причиной побоища послужили мафиозные разборки. Однако, по утверждению следствия, резать на куски и пробивать головы это не их стиль».

Нинель выключила телевизор и красноречиво приподняла бровь, гипнотизируя темный экран. Демон, во избежание вопросов, ласточкой улетел в окно, оставляя дело на рыцаря.

— Куда! — крикнул вдогонку Адонис, рассчитывающий на няньку дома. Ему пора было на работу, и он не располагал временем для ответов на вопросы. Однако Нинель не захотела спрашивать. Ей вообще было неприятно вспоминать похищение. Да и гнев за принятые за нее решения не располагал к задушевным беседам с рыданием на плече.

— Иди уже, Адик. Я не Кай, мне нянька не нужна, — вновь включая телевизор и переключая каналы, отмахнулась от беспокойства жениха рыжая принцесса, в тайне мечтавшая страшно отомстить приготовленным ужином. Впрочем, за нее отомстили в тот же день. Кто начал драку дословно неизвестно, втянувшийся в нее  Адонис уничтожил все улики, разложив посетителей — и даже хозяина —  по больницам. Если первое еще можно было стерпеть, то второе быстро уволило нерадивого вышибалу. Однако об этом Нинель узнала только вечером, после приготовления ужина и вернувшегося ни с чем черта. Так вот, ужин удался...

Адонис едва продышался после первого куска, Кай не рискнул взять в рот. Во-первых, это была морковь, во-вторых — пересоленная морковь, в-третьих ничего больше не было, ибо закончились деньги. Рыцарь перевернул на стол свой кошелек, дабы оценить бедственное положение дел.

Собравшиеся на кухне люди и нелюдь с укоризной смотрели на пятнадцать рублей мелочью, будто надеялись, что наглые монеты устыдятся своей номинальной стоимости и исправят их финансовое положение.

— Ты на этом хочешь дожить до конца месяца? — удивился Кай.

— Мы доживем на этом до конца месяца, — утвердительно кивнул Адонис, увеличивая количество едоков на два.

— Пятнадцать дней на пятнадцать рублей, равно семечка в день. Отличный план, я бы лучше тюремного питания не придумал, — взмахнул когтями демон и добавил укоризненно, — это бесчеловечно, Доня.

— Есть план лучше? — агрессивно спросил он.

— У меня есть, — потянула руку вверх Нинель как первоклашка. — Я могу устроиться на новую работу...

— Даже не думай! — единодушным хором оборвали ее мужчины. И тут Кай цокнул языком.

— Впрочем, помочь ты нам можешь, — резко придвигаясь и вытягивая когтистую руку. –  Слышал, волосы задорого покупают.

— Нет! – взвизгнула девица, будто ей не волосы собирались отрезать, а руку. — Ты что, для девушки ее коса — это признак верности! Нельзя ее трогать!

Адонис тоже оказался против, схватив нечисть сзади за локти.

— Кай, нельзя отрезать волосы незамужним девушкам.

— Боишься, что изменять будет? — с усмешкой спросил черт, продолжая алчно и голодно смотреть на длиннющую рыжую прядь.

— Ничего я не буду, — громко запротестовала Нинель, — и отрезать волосы тоже не буду! — задрала носик и ушла из кухни.

— Голодная длинноволосая дурочка, — бросил ей укоризненно Кай. И добавил уже для рыцаря, резко пихая локтями, — ты не лучше! Придется нам нашей крыше сообщать о банкротстве и просить подачку.

— Никаких подачек, черт! А новую работу я найду.

— Какую? – флегматично подпирая щеку тупой стороной когтей, спросил черт.

— Уборщиком, курьером, посудомойкой... — перечислял известные профессии рыцарь, начиная с самых ему не подходящих.

Демон заржал, представляя как рыцарь месит грязь тряпкой, как вбивает посылку нерадивому заказчику в голову и как бьет всю посуду забегаловки. Смех прекратился вместе с трелью желудка. Пересоленная вареная морковка за еду не посчиталась, и бес заглянул в холодильник. Пусто.

— А давай ты станешь крышей и будешь получать долю, а? Или выбьешь выручку из хозяина бара. Деньги все равно нечестные, потратим их на благое дело – на голодающих, то есть на нас.

Живот Адониса подпел этим мотивам, но его хозяин оказался непреклонен.

— А давай тебя в зоопарк сдадим.

— Вопрос снят, — сдаваясь, поднял руки бес и его живот еще раз напомнил о важной потребности организма, которой страдали даже зомби. — Пойду, погуляю.

Капкан пальцев сомкнулся на его хвосте.

— Еще немного и я подумаю, Доня, что тебе нравится дергать меня за хвост. Это тебе не вожжи!

— А ты не радужный пони, но вот – работает. Ты стоишь и слушаешь, — скривился Адонис и потребовал от демона, — Ничего не кради!

— Ну, ты же меня знаешь, — улыбка до ушей не внушала доверия.

— Поэтому предупреждаю, украдешь – костей не соберешь! — пригрозил рыцарь, сжимая хвост до противного хруста и демонического скулежа.

— Честный и голодный, — напоследок оскалился бес и выпрыгнул в окно. Он голодать не собирался, даже если повраг решится еще раз воткнуть в него скальпель.

Утром Адонис был так занят поисками новой работы, что на довольного и сытого демона даже внимание не обратил. Поэтому ничего в него рыцарь не воткнул, в отличие от Нинель.

Посылка из-за границы пришла, когда рыцарь уже ушел искать работу, а демон – потрошить склады магических товаров. Приняла посылку Нинель и, прочитав инструкцию, криво улыбнулась, подражая знакомому бесу.

Кай выпотрошил (вовсе не) магический склад, и по пути ко второму наткнулся на рыцаря, нашедшего себе применение в роли грузчика. Работодатель уже успел порвать хрупкую нить терпения блондина и получал по заслугам.

Демон умирал со смеху, когда Адонис просто взял грузовик и вытряхнул из него содержимое. А сам грузовик надел открытым кузовом на визжащего работодателя, создавая ему надежное укрытие от холода и ветра.

— Вот уж, сила есть – ума не надо. Эй, Доня, если решил продать на органы, так  дам пару номеров. Еще я знаю, кто покупает их живьем! — поделился информацией демон, прыгая к резко притихшему перевернутому фургону. Запертый в нем мужик прислушался.

— Не говори глупостей... что опять с тобой случилось!?

Бес осмотрел свое снежно-белое величество и хлопнул по боку, поднимая облачко белой пыли.

— Мука, много муки, по виду обычной, по заверениям волшебной. Может и без легионов, но я уже два часа, свесив язык, по крышам ношусь, со стенами и трубами целуюсь. Еле отпустило! — маниакально улыбался он, не соответствуя утверждению, что его отпустило.

— Выглядишь как призрак отца Гамлета, — фыркнул рыцарь, пропуская часть оперы мимо ушей, осмотрелся по сторонам. Людей на складе не видно.

— Думаешь? — повторно себя исследовал демон и, дабы убедится в выводах, поднял фургон и взглянул на враз побледневшего работодателя,— Эй! Я похож на отца Гамлета?

Работодатель  не ответил, впав в ступор. И Кай принял это как положительный ответ.

— Пойду дальше людишек вдохновлять на новые видео и искать легионы. Пока.

Адонис проводил взглядом ускакавшую на крыши фигуру с хвостом и тяжело вздохнул. Желудок еще раз о себе напомнил, и рыцарь смущенно поднял с пола пару шоколадок, выпавших из разорванного пакета.

— Это на благое дело, — убедил он себя и ушел в следующее место по объявлению. В нем ему повезло найти работу, хотя сам род деятельности вызвал в рыцарской душе острое негодование. Стараясь не думать о предстоящих подколках вездесущего демона, представитель добра, уже таковым себя не ощущающий, направился домой.

Дома его ждало театральное представление двух актеров и куклы. Нинель расположилась на ковре в гостиной и выглядела отстраненно-счастливой, держа в одной руке рогатую куклу, в другой молоток. Рядом топтался Кай, первым вернувшийся домой. Выглядел он вновь черным и озадаченно-потрясенным.

— Эм, Принцесса, я не знал, что вы еще играете в куклы. — Насмешливо и в то же время настороженно пошутил Кай, рассматривая черноволосую куклу с рогами и хвостом.

Хрясь! В куклу вбили гвоздь молотком.

Рогато-хвостатый сглотнул и рискнул продолжить разговор.

— Принцесса, а зачем ты портишь эту... вещь? И почему она так похожа на меня?

Хрясь! Второй гвоздь прибил несчастное творение из ткани к деревянной доске. При этом Нинель посмотрела снизу вверх на Кая, осматривая его прищуренными глазами. От этого взгляда по спине демона поползли мурашки, вздыбливая шерсть на позвоночнике. Юная принцесса вбила последний гвоздь и, не удовлетворившись результатом распятия тряпичного существа, начала лупить по кукле молотком, да так, что из куклы вывалилась обивка. Ошарашенный и немного испуганный, демон заметил не менее впечатленного игрой невесты Адониса, который наблюдал за происходящим из коридора, в любой момент готовый скрыться на кухне. Присмотревшись, бес заметил еще одну куклу, в этот раз похожую на блондинистого рыцаря.

От куклы отвалилась голова и покатилась, блестя обломками рогов, это послужило сигналом демону удалиться.

— Она очень обиделась, — подвел итог он, проходя мимо рыцаря света, не по-рыцарски прячущегося в тени коридора.

— А кто по-твоему виноват? — рыкнул в ответ рыцарь.

— Оба. Но мне она уже отомстила, — кивнул на убитую куклу Кай. — Ты на очереди.

Место на доске заняла вторая кукла, и Нинель отложила молоток, беря в руки канцелярский нож.

Адонис нервно хихикнул и присоединился к поглощению сухарей на кухне. На собственное убийство смотреть храбрый рыцарь не захотел. Постепенно страшные звуки из гостиной перестали достигать ушей, все стихло. Рыжая принцесса с радужной улыбкой присоединилась к жениху и демону со словами:

— Вуду тоже не работает. Легионов нет.

— А как ты узнала? — заискивающе спросил Кай.

— Вы же живы, — все с той же улыбкой ответила девушка.

Кай с Адонисом нервно переглянулись и резко заинтересовались один кипящим чайником, другой кисточкой своего хвоста.

Живот Нинель забурчал даже громче чем у рыцаря.

— Есть хочу, — погрустнела она.

— Я тоже, — отозвался рыцарь, подавая ей чай с сухарями, откопанными в кухонном шкафчике.

Кай промолчал, за что снискал двойной полный укора взгляд.

— Так кем же ты устроился, гроза тьмы? — резко перевел тему бес, спрашивая Адониса.

— Коллектором, — пришел ироничный ответ.

— Тот, который канализации чистит? — весело фыркнул Кай.

— Нет, тот, кто долги выбивает, — совсем поник рыцарь.

— Борец за добро стал борзом за бабло!? С трудом верю, Доня! Хреновый из тебя Раскольников, посочувствуешь бабке процентщице!

— Кто?

—  Да ты и недели не проработаешь! – перевёл Кай.

— Спорим? — неожиданно азартно предложил борец за бабл..добро.

— Спорим, — протянул хвост вместо руки демон.

— На что?

— На работу няньки, — кивок на подавившуюся чаем Нинель. — Тебя не хватит на неделю. Принцесса, разбивайте!

Тонкая кисть ударила по руке, пожавшей хвост, закрепляя спор третьим лицом, которое еще долго бубнило нечто про великовозрастных идиотов.

Адонис ушел выбивать долги, а Нинель приуныла. Может она и верила в нежелание Кая причинять ей и ее жениху вред, но приятным общение с ним не становилось. Доказывать это демон стал, стоило закрыться входной двери.

— Итак, принцесса, мы одни дома, я ваша заочная нянька, и предлагаю нам повеселиться, — весело предложил черт, неприятно ухмыляясь и щекоча девичий подбородок хвостом.

— Адик прав, ты та еще развращенная зараза, — хлопнула она по хвосту ладонью. — Весело надо мной прикалываться?

— Опа! Какие слова ты знаешь! И да, весело. Ведь ты сразу подумала совсем не о том, — упрекнул он, вызывая стыдливый румянец у рыжей принцессы. — Но мне не интересны человеческие девушки, если уж на то пошло.

Зло, сложил когти на затылке и поднял левую ногу, балансируя на правой пятке. Без труда согнулся пополам, выпрямился, только после этих упражнений весело продолжил:

— Но это не значит, что я не могу тебя совратить, — и сделал поворот  вокруг своей оси.

— Очень нужно, — фыркнула принцесса. — У меня есть жених! И когда мы вернемся домой, он станет моим мужем и ...

— И будете вы жить недолго и несчастливо, ибо скончаетесь в один день от вторжения бессчётной армии демонов.

Принцесса надулась и заявила, гордо задрав нос:

— Он тебя сильнее и сможет победить!

— Правда что ли? — наклоняя вбок голову. Голос беса сквозил неприкрытой иронией, окончательно сбивающей с толку Нинель. — А мне казалось, ты обо мне беспокоилась, плакала, когда я сознание потерял, благодарила, когда узнала, что я помог тебя спасти, а сегодня врача попросила меня осмотреть. И когда ваш суженый меня все-таки убьет и принесет к алтарю не голову дракона, а демона, что-то мне подсказывает, будто одна сердобольная белочка в свадебной упаковке не шибко обрадуется.

Нинель сжимала кулачки и не могла ничего путного придумать в ответ. Кай весьма проницательно расписал возможный исход будущего в обоих вариантах и оба варианта совершенно не обрадовали рыжую принцессу. На глазах начали выступать слезы.

— Так, стоп! — выставил вперед когтистые руки демон. — Не надо слез! Не надо плакать! Прибереги это смертоносное оружие для жениха! — отступая.

— А мне хочется! — начала всхлипывать рыжая.

Кай озирался по сторонам в поисках возможного лекарства против слез, когда хлопнул в ладоши и высушил их своим методом. Обернул хрупкую фигурку хвостом и унес из квартиры через окно.

— Зачем так орать? — испугался демон, чувствуя, как его барабанная перепонка прогнулась от напора голоса принцессы.

— А зачем на крышу тащить? — истерично спросила девушка.

— Развеселить, — просто ответил бес и начал свое обычное шествие по крышам. Вначале девушка пищала, затем ахала, а потом даже заулыбалась, наслаждаясь личным аттракционом.

— Холодно, — сказала она, смотря вверх на осеннее небо, которое на радость улицам начало протекать. — И голодно.

Кай решил проблему быстро. Оставив девушку на крыше, сам он спустился к торговым рядам и вернулся с ворованным термосом и с исходящим паром пакетом. На еду оба набросились с энтузиазмом хищников, успевая драться и, перетягивая, рвать пирожки.

— Я удивлен, принцесса, вашей выдержке. Учитывая все произошедшее и происходящее, для вас было бы нормой ныть и выть об отсутствии удобств.

Рыжая с трудом проглотила кусок, запивая чаем и задумчиво протянула:

— А ты разве не знаешь?

— Нет, я может и эрудирован чужими знаниями, но почти не обладаю информацией о большинстве аспектов жизни людей вашего королевства.

— То есть, ты не знаешь, что мое королевство живет на грани войны и впроголодь? — перевела его заумную речь в простые слова Нинель. Это не первый раз, когда даже королевский дом не может достать корку хлеба на ужин.

— Понятно, — шокировано протянул черт, вспоминая, как бесстрашно смотрела эта девушка на кровь. Да и похищение ее не сильно удивило. — А раньше вас похищали?

— Да, ты, — ответила она, глотая последний кусок пирожка.

— А помимо меня?

— Дважды. Оба раза дядя Адонис... то есть сэр Адонис меня спасал.

— Офигеть, — почесал голову тупой стороной когтей Кай и резко остановился, удивляясь еще сильнее. — Минутку, дядя!?

14 глава

Ходящий за рыцарем и обзывающий его дядей, Кай за рекордные сроки достал Адониса и едва не получил с ноги. Растяжка у служителя добра оказалась никакая, все же «танк», а не гимнаст, зато силы немерено. Если б попал, демон имел все шансы вылететь на балкон вместе со стеклом. В свете обращения броневого покрова в человеческую кожу, это могло иметь весьма печальные последствия.

— Да заткнись ты уже, придурок! — вскипел рыцарь, вновь махая кулаками и не попадая по увертливой нечисти.

— И не подумаю, дядя Доня! — пропел черт, подныривая под руку и пиная поврага в спину.

В отличие от рыцаря, Кай извивался, словно не имел костей, и оставался победителем, пока хитрый рыцарь не сменил тактику и резко не остановился. Демон по инерции сделал шаг вперед и буквально сам упал в его объятия.

— Пипец!

— Угадал! — заломал руки поврагу Адонис, валя его на пол. — Нинель, неси скотч!

— Принцесса, не надо скотча!

Рыжая девушка вышла из своей комнаты, увидела, как блондин крепкого телосложения прижимает к полу жилистого тонкого брюнета, и прошла мимо.

— Я все еще в обиде! — крикнула она из кухни, добавляя стимула рыцарю.

— Это все из-за тебя, — Адонис схватил врага за волосы и с силой ударил об пол.

— Почему это только из-за меня? Она на обоих обиделась, Доня. Кроме того, вчера мы помирились, — облил бензином костер неприязни черт, за что опять сказал «привет» полу.

— Доня, слезь, — голос демона приобрел угрожающие нотки. — Не то получишь!

— Испугал, ага! — ухмыльнулся рыцарь, собираясь повторить встречу головы с полом. Но неожиданно ощутил, как его тело поднимается. Руки-то рыцарь заломил, а о хвосте забыл. — Черт!

Мужчина успел прорычать ругательство, перед тем как тонкая длинная конечность организовала ему короткое, но страстное свидание с потолком, а затем не менее приятную встречу с нижестоящей поверхностью.

— Говорил же, получишь! — мурлыкнул бес, и только после понял – его повраг впал в бешенство.

Облик поднявшегося с пола рыцаря святого ордена победителя демонов внушала страх, черт отшатнулся и отпрыгнул как можно дальше. Напряжение росло в геометрической прогрессии, пуская искры ярости и распаляя сердца. Кай грустно посмотрел на свою комнату с закрытым окном. Подсчитал: ему не хватит времени открыть окно и удрать. Оставалось только принять бой и надеяться на благоразумность Адониса, в существовании которой Кай сомневался.

Бросок вперед, и демона спас лишь уход влево да подсечка хвостом. Удар тыльной стороной когтей, щелчок острых зубов у самого носа, Адонис уходит от обоих выпадов, в ответ ударяя в живот, затем коленом по лицу. За рога удобно держаться, но они чуть не стали убийцей рыцаря, когда черт делает резкое движение вперед. Инициатива вновь в его когтях и рыцарь едва не падает от удара по коленям, затем по лицу тупой стороной крепких, как сталь, когтей. В ответ кулак считает ребра, и за эти удары в голову прилетел удар лбом.

Силы не равны, но это рыцарь понимает лишь когда его прижимают к полу и щелкают у уха когтями.

— Успокойся! Р-рыцар-рь! — прорычал сидевший на его спине демон, усиливая зажим хвоста. По затылку стекла струйка крови, и Адонис невольно вздрогнул, скосив глаза на черные ножички. — У меня очень острые когти, если я пущу их в ход, то легко тебя убью! Мне тут Нинель заявила, что ты сильнее. Так вот – чушь! Я ничуть не слабее и куда проворнее, а также умнее! В отличии от тебя, я не нападаю на друзей!

— Да какой ты нам друг! — огрызнулся рыцарь, приподнимая голову с пола и на возможный максимум поворачивая ее, всматриваясь в лицо демона над которым профессионально поработала регенерация почти не оставив кровоподтеков и синяков.

— Ну, союзник, — немного стушевался Кай, ослабляя хватку. Это было его ошибкой.

Инициатива резко перешла Адонису и настала пора демону чувствовать унижение поражения. Рыцарь развернулся и, схватив черта за шею, бросил тело вперед, опрокидывая растерявшегося юного демона на спину. Кости демонов крепкие – голыми руками не сломать, а вот придушить — вполне возможно.

Красные глаза широко распахнулись, наблюдая за рыцарским гневом, и ощущая как пальцы все сильнее сжимают шею. Демону хотелось пошутить о страсти Дони к хвосту и шеи, но воздуха не хватало даже на вдох, а оставшийся в легких казался спертым.

— Ты нам не друг! Ты нам не союзник! Ты повелитель демонов! Убийца миллионов мужчин, женщин и детей! Думаешь, мы об этом забудем!?

Кай сузил глаза и оскалился. Воздуха на шипение не нашлось, но сам факт слабого сопротивления позволил рыцарю сжать руки еще сильнее, наблюдая как резко бледнеет и без того бледный демон. Больше бес терпеть не пожелал. Когти медленно приблизились к руке рыцаря, демонстрируя остроту обсидиановых лезвий, все ближе подбирающихся к напряженной конечности. Угрозам Адонис не внял, и в его руке образовалось незапланированное природой отверстие.

Чёрт не хотел попасть в кость, но даже легкого касания оказалось достаточно для пятисекундного столкновения с прошлым другого человека.

Он увидел, как маленький мальчик посреди горящей деревни бежал от черной чумы их мира – демонов. Он бежит, но его ловят. Черноволосый демон легко придавливает тельце к земле и собирается поступить как с тараканом, но мальчика спасает воин и ребенок снова бежит, а за ним гонится все тот же демон, не желающий упускать добычу. Все что оставалось мальчику это либо принять бой, либо умереть. И мальчик поднял с земли меч мертвеца, и рубанул им, еще не имея представления о своих силах. Голова демона упала на землю, затем упало тело. На тот момент Адонис еще не знал, что не каждый взрослый мужчина может поднять аномально большой клеймор и так легко разрубить им врага.

Кай кашлял, отползая и переживая чужие чувства как свои: боль, страх, ненависть. Много ненависти, от которой можно задохнуться. Уже не понять, душит ли останавливающаяся гортань, или чужие эмоции.

Нинель влетела в комнату, не зная к кому бежать в первую очередь: к зажимающему рану на руке Адонису, или же к демону со страшными синяками пальцев на шее. Бес поднялся с пола и оскалился, низко наклоняя корпус, вызывающе соответствуя образу страшного демона. Рыцарь успел метнуться к мечу, когда Кай дернул дверь балкона, вырывая замок, открыл окно и исчез.

— Адик, зачем? — укоризненно протянула принцесса, определяясь с выбором и помогая перебинтовать сквозную рану.

— Затем! Он демон!

— А ты расист.

Рыцарь похлопал глазами, пытаясь принять факт оскорбления и выдохнул, смиряясь с наивностью невесты, готовой закрыть глаза на факты и поверить в лживую улыбку хвостатого отродья.

— Нинель, он убийца, демон, повелитель, на чьих руках миллионы жизней, если не миллиарды. И он играет с нами! Задумайся, на что мы ему? Ищет легионы он один, проверить их наличие, тоже может он один...

— Не знаю. Но еще вчера вы нормально общались, — заметила принцесса, не обратившая никакого внимание на громкий тон жениха. — С чего такая резкая смена настроения?

— Да потому что он... ведет себя не как демон, и я часто забываю, насколько он коварен и опасен. Даже за тобой позволил смотреть...

— Кай мне ничего не сделал. Прости, я рассказала ему о первой встрече с тобой, и он воспользовался этим и разозлил тебя. Постоянно забываю, как сильно ты ненавидишь демонов.

— Да что уж там, ты же еще юная. Тебе ошибки простительны.

— А ему?

— Кому ему?

— Каю, он же тоже очень юный. Не удивлюсь, если он даже меня младше, или ровесник.

Об этом Адонис забыл. Получается, его все это время дразнил ребенок с паскудным характером. Перед глазами встала картина — все то же самое, но душит он обычного паренька. Рыцарь тряхнул головой, не позволяя сбить себя с пути истинного. На поле боя демоны и мельче, и моложе попадались, и убивали они не меньше своих более крупных сородичей.

— Но девушка...

— Я все еще обижена, и твои слова об принижении умственных способностей слабого пола не убавят время на моем таймере остывания.

Блондин поднял брови, невольно удивляясь пополнению словарного запаса невесты. Просмотр фильмов шел ей на пользу.

— Короче, он мужчина. Сколько бы ему не было лет. Он воин. Он убийца.

— А еще он тоже обиделся и неизвестно когда вернется! — обрезала Нинель, уходя к себе и хлопая дверью. Адонис ударил себя ладонью по лбу и сжал зубы  как от головной боли.

За ночь Кай так и не вернулся, хотя ему оставили открытое окно. Не появлялся он и на следующий день и через день.

Все эти дни в квартире стояла тяжелая атмосфера напряженного ожидания. Вместо фильмов парочка смотрела выпуски новостей, ожидая услышать нечто про демона, в интернете ежедневно велись поиски новых видео с хвостато-рогатыми существами. Ничего. Ни по TV, ни в интернете за эти дни не было упоминания о Кае. Словно сквозь землю провалился!

— Адик. Адонис. Сэр Адонис! Дяд...

— Слышу, не глухой. Просто задумался.

— В голове густо, в животе пусто, — еле заметно улыбнулась принцесса. — Задумался о Кае?

— И о нем в том числе. Без него нам не вернуться домой.

— Тогда пошли, — вскакивая с дивана и продолжая говорить уже из прихожей, натягивая сапожки и курточку принесенные уфологами.

Адонис свел брови, почесал образовавшуюся морщинку и встал, присоединяясь к сборам.  Искали блудного демона где могли: подворотни, крыши, заброшенные здания. Обошли они все знакомые закоулки, даже место «высадки» в этот мир посетили. Напугали сотни две народа своими выкриками имени демона. Озаботили службу отлова животных описанием потерянного зверька. Милицию – сбежавшим придурком в карнавальном костюме.

Все это время за ними по крышам шла темная фигура, прячущаяся от глаз в тенях и в бликах стекол. Хвост вытянулся на добрых два метра позади этой фигуры и иногда вилял из стороны в сторону. Демон наблюдал за поврагами, пытаясь понять, как ему следует поступить дальше. Экспрессивный ход – уйти из дома – появился в числе идей, в комплексе еще разбросанных по разуму памяти пятерых убитых на базе и кусочка воспоминания Адониса.

Бес подпер щеку и думал, как ему поступить: тихо вернуться домой и сказать «сюрприз», или выскочить сейчас. Решил понаблюдать еще немного. В конечном итоге мужчина и девушка разделились.

На губах растянулась самая из самых противных улыбок.

— Зуб за зуб, говоришь, — вспомнил Кай слова рыцаря воткнувшего ему в шею скальпель и переиначил. — Нервы за нервы.

Нинель пошла по правой стороне дороги, Адонис по левой, заглянул в переулок, дошел до тупика. Кай прыгнул за спину рыцаря. Тот среагировал моментально и машинально, но от таких простых ударов бес легко ушел.

— Что не весел, что голову повесил? Потерял кого?

— Тьфу на тебя! — Адонис испытал облегчение наравне с раздражением. Чувствуя дилемму, он не спешил принимать какие-либо действия. — Иди ты... домой.

— И тебя туда же, Доня. — осклабился бес. — Я вообще обиделся и не вернусь в ту квартиру, а вы соответственно никогда не вернетесь в родной мир. Живите, стройте любовное гнездышко, а меня больше не трогайте!

Речь обиженная, сказанная со столь наглой и хитрой рожей, вызвала тик на глазу Добра. Сжав зубы, рыцарь попытался сдержаться, но часть все нарастающего гнева выплеснулась наружу.

— Нашелся тут нежный! — выбросил вперед руку Адонис, пытаясь поймать бессовестную тварь за локоть, но Кай уже прыгнул на стену и не торопился спускаться. — Живо домой!

— А ты извинись за свое поведение, тогда я подумаю. — Хихикнул чёрт под гневный взгляд рыцаря, теряющий остатки самообладания.

— Извини, — рыкнул Адонис, без капли раскаяния, через море гнева.

— Не годится, — скривился демон и, виляя хвостом предложил, — может, если оближешь пятки и пару раз приложишься тупой башкой об асфальт, я и соглашусь принять твои извинения.

Бес говорил, не обращая внимания на лопнувшее терпение Добра, поэтому пафосно закончил, окончательно выбешивая Адониса:

— Только так! Падай ниц, раб! Повелитель демонов перед тобой! Склонись и прими его волю!

Отвлек от пафосной речи скрежет металла, это рыцарь поднял огромный мусорный контейнер.

— Ой, блин! — крикнул тот, из кого чуть не сделали упомянутый продукт.

Контейнер смялся, пустил по стене трещину и отрыгнул мусор. Из черного хода ресторана, которому и принадлежал сей закуток, высунулось любопытное лицо, привлеченное криком и шумом. Служитель ресторана увидел мужика, держащего уже второй мусорный ящик над головой, и хохочущего демона, прыгающего по стене, и скрылся обратно — звонить спецслужбам или психиатру.

— Мазила, — задорно расхохотался Кай, зависая над краем крыши и смотря на словно игрушечного человечка со светлой шевелюрой, берущего еще один ящик. — Не докин... Уф! Еле увернулся!

Падая вниз, бес наблюдал полет мусорного контейнера, удивившего стаю голубей, и полетел дальше вверх, затем вниз...

Мягкое приземление, уворот от тяжелого кулака, нырок под руку и самый подлый удар ногой, который только могли изобрести женщины. Рыцарь таким приемом пренебрег бы, но не демон, которому человеческие законы не писаны. Враг повержен, лежит в позе эмбриона, и из его глаз текут слезы.

— Понравилось? Могу добавить.

— Убью! — сдавленно и глухо пообещал поверженный рыцарь.

— Что-что? Не расслышал, —  немного наклонился демон.

Адонис промолчал, часто дыша и думая о важном, но отбитом. Впрочем, сил подняться ему хватило, а демону хватило проворности снова убежать от вмазавшегося в стену последнего контейнера.

— Паскуда! — продолжал орать представитель добра в сторону крыш, не замечая как людей в тупике прибавилось на три мордоворота, один из которых вел за локоть испуганную и резко побледневшую Нинель. Церемониться эти люди не собирались, а такое количество транквилизатора могло свалить и лося.

Кай уже был на тот момент далеко, он хохотал, преодолевая в прыжке немыслимые расстояния, и скоро добрался до дома. Не зная о свалившихся на повраг бедах, бес ждал их до часа ночи. А раз рыцарь и принцесса не сбежали из дома, подражая его поступку, то вывод напросился сам собой – у них неприятности.

— Снова-здорова!

На месте взлета мусорных контейнеров обнаружилась кровь. Погипнотизировав минуту яркое пятно и вмазав себе в челюсть вместо рыцаря, демон отправился спасать этих неудачников. Забрался на крышу, почесал голову у рогов и озадачился вопросом: куда идти? Кто враг?

— Пофиг, всем достанется! Держись темная сила, идет твой повелитель! — в этот раз смех вышел воистину зловещим.

Нинель сидела на стуле, пила предложенный кофе и размышляла о своей жизни второстепенного персонажа, которого вечно должны спасать. За короткий срок состоялось третье похищение ее скромной персоны. В начале демон, затем торговцы, настал черед мафии, смотрящей на невозмутимо хлебающую горький напиток девушку с легкой озадаченностью. Не мудрствуя лукава, принцесса потребовала пить и рассказала им все. От и до. Со всеми кровавыми и экономическими подробностями сдвинутой на голову толкиенистки.

Иногда принцесса бросала легкомысленный взгляд на лежащего и храпящего рыцаря, связанного толстыми цепями. Да, не по канону. По правилам похищали одну лишь принцессу без рыцаря, последний же, превозмогая опасности, несся первую спасать. Но в этом мире обычные сценарии не работали – в этом попаданцы имели честь убедиться. А  если же привычный сценарий все же работал, то через одно место.

«Ничего страшного», — подумала Нинель. – «Проснется, оклемается, порвет цепи и спасет меня», — Допивая кофе, рыжая принцесса вспомнила о Кае и задумалась, - «Адонис говорил, ты помог спасти меня от торговцев, может быть и в этом спасении ты тоже захочешь поучаствовать, Кай».

Мафиози совещались достаточно громко, иногда беспокоя своими предложениями уже ко всему привыкшую Нинель. За последний час ее хотели продать и в рабство, и в гарем, и в бордель, и даже оставить как талисман. Вся проблема выбора упиралась в Адониса. Как он себя поведет, такая судьба девушку и ждет.

На рыцаря спешно повесили все прегрешения демона перед мафией. Итого вышло, что именно рыцарь оказался виноват в развале так любимого боссом подпольного клуба боев без правил, виноват в поджоге кухни амфетамина, убийство сборища глав на старой спортивной базе тоже повесили на него, как и уничтожение склада «муки». Пребывал бы рыцарь в сознании, он бы поведал лишь про один свой подвиг — самый впечатляющий, с летающими контейнерами. Именно по ним-то и нашли силача. Не стоило так высоко и далеко бросать мусорки и сильно «удивлять» ими проезжающие дорогие машины, водители которой сложили факты и сделали выводы.

Выжившие в побоище в порту признали Адониса и принесли титановые цепи. Слегка сдвинутый на контейнерах мафиози пытался что-то утверждать про квадратную голову пришельцев, но ему налили валериана и попросили не мешать.

Короче говоря, шеф хотел силача к себе в услужение, и собирался его убедить служить ему. Поэтому пока не трогал девицу, рассчитывая с ее помощью провести переговоры в свою пользу. Он постоянно поглядывал на нее, отмечая нетипичную красоту и невозможность определить «страну производителя».

Адонис завозился, издал невнятный стон и открыл глаза. Его брови поползли вверх, как разводные мосты. В таком положении ему еще пребывать не приходилось. Связан, побежден и беспомощен... последнее спорно, и скоро в этом мафиози могли убедиться.

«Боссо Бандито Гансгтерито», как шутили свои в этой компании, был крупным мужчиной в ширину и в длину. Обманчиво неповоротливый, этот человек с бородкой и собачьими глазами вертел всеми самыми прибыльными и запрещенными делами города.  Звали его Яков Башев, по прозвищу Папочка, которое ему удивительно шло, так и чудилась девица на толстой шее, просящая безумно дорогую сумочку.

— Здравствуйте, вы меня не знаете, как и я вас, к своему удивлению, не знаю. Но именно мой человек – Регистратор – делал вам и вашим друзьям паспорта. К моему глубокому разочарованию, он выехал из страны и поведал мне по телефону свою душещипательную историю. Ваша невеста подтвердила некоторые ее моменты. И поэтому я хочу знать... Где вы достаете ту дурь, от которой так прошибает и еще долго не отпускает? Ваша невеста до сих пор уверена в своем королевском происхождении. Ну так как? Как вы ее незаметно используете? Один лепечет в трубку о демоне, явившемся по его душу, второй о летающих контейнерах, захватывающих мир, а на кухне только и разговоры, как о плате Люциферу! Должен признать, я под впечатлением.

— Чего? — словно обделенный интеллектом, переспросил Адонис, поняв меньше половины, отвлекаясь от мыслей о спасении принцессы и собственном. Пока для девушки особой опасности он не видел – сидит, из кружки пьет.

— Вас обыскали, но не нашли ничего. Я вновь удивлен. Ни денег, ни паспортов, ни места жительства, в реестре вас тоже нет и даже в базе по днк. Либо вы из секретной службы, в чем я сомневаюсь, либо нереально закрытая преступная организация. Неизвестные миру наркотики, меняющие сознание, — кивок на Нинель, — препараты, увеличивающие силу, — кивок на Адониса. — Я прав?

Рыцарь нахмурился, определяя всех, помимо Нинель, как врагов. Знаний не хватало для полновесного понимания ситуации. Из-за этого Герой откровенно чувствовал свою ущербность, но мысли обратиться за помощью к демону, залить еще реалий мира, вызывали стойкое отвращение. В любом случае, не о нем предстояло думать. Был шанс договориться, это Адонис и попробовал сделать.

— Мужик, — откопал он в чужих знаниях нужное обращение, — ты кто?

— Простите, не представился. Яков Башев, — улыбка как у доброго отца, не вяжущаяся с тяжелым перстнем на пальце и дорогими одеждами.

— Не знаю такого, — сказал рыцарь, а сам проверил цепи на слабые места. Играть роль жертвы ему не нравилось, но дознаваться можно было и с этой стороны.

— Бизнесмен, предприниматель, добряк, давший работу двенадцати тысячам нуждающимся! — самодовольно улыбаясь, Папочка ждал реакции на свои слова.

«И что с того?» — хотел было сгрубить Адонис, но выдохнул сквозь зубы и сменил тон, как делал подобное на балах.

— Вы хотите сказать, что высокоуважаемый бизнесмен заинтересовался нашими скромными личностями и возможностями, — перемежая привычную дворцовую речь с новыми словами, тянул время Герой. —  В таком случае, заключение вами договоров слишком походит на похищение с целью вымогательства, не находите?

Взгляд рыцаря опустился на цепи.

— Всего лишь меры предосторожности. Согласитесь, внимая вашим возможностям, я беспокоюсь за свою жизнь.

«Не злись, не злись, не злись!» — повторял Адонис, стараясь не допустить приступа бешенства, возникающего на врагов, как охотничья стойка у борзой при нахождении следа кролика.

— Развяжите меня и мы продолжим диалог.

«Развяжи, сука, и я убью тебя!» — прочитали в его глазах.

— Нет, — был сразу дан ответ. — Пока не буду уверен в вашей лояльности.

— И как вы будете убеждаться в моей лояльности? — в голосе прорезались опасные ноты волкодава, взявшего след.

— Ваша подружка, — шагнул папочка к принцессе и протянул руку, от которой отшатнулись. — Спрячу ее в борделе или увезу заграницу. И если захотите видеть ее живой, будете на меня работать,— благодушно разъяснил ситуацию «добрый» человек.

— Ах ты сволочь!

Нинель взяли за плечи и потянули  к выходу, а Адонис, пользуясь занятостью мафиози сопротивляющейся девчушкой, изобразив плотоядную гусеницу, подполз к Якову Башеву и вцепился ему зубами в ногу.

Визг достиг ультразвука, прежде чем все находящиеся в помещении додумались попытаться оторвать рыцаря от ноги их шефа. Визг поменял тональность, став проникновеннее. Не достигнув результатов в оттягивании рыцаря, его начали бить, на что Адонис напряг мышцы и бедняги поломали себе кулаки. Эта комедия продолжилась бы и дальше, если бы неожиданно шум, гам, выстрелы, крики и взрывы не донеслись из главного ангара. А еще очень знакомый демонический смех.

— ...Кто весел, тот смеется; кто хочет, тот добьется; кто ищет, тот всегда найдет! — пел Кай, играя с чекой от гранаты, любуясь, как взрывоопасный шарик весело скачет по плоской крыше ангара.

— Бабах! — подпел он гранате, делающей большую дыру.

Прыжок вниз, на крышу черного пафосного джипа, и все внимание уже принадлежало так эффектно материализовавшемуся черту, словно звезде, вышедшей на сцену. «Сцена» покачнулась, врубив сигнализацию, «артист» оскалился.

— Ты кто? — ошарашенно выдавили бандиты, окружая сверхстранного гостя, косящего под Сатану.

— Я Зло, пришло за своим Добром. — Передернул хвостом затвор короткоствольного автомата пришелец из пекла и захохотал, как сам дьявол, и пустил очередь в потолок.

Выстрелы послужили сигналом, но прежде, чем люди начали стрелять, черная тень скользнула над ними и, зацепив нескольких людишек хвостом, вознесла. Потолок помешал вознесению, возвращая на грешный пол ангара, а демон вошел во вкус обучения человечества полетам. Возносящихся становилось все больше.  Но вот игра бесу надоела, и он сменил правила. Двухтонная машина, словно бешенная игральная кость, покувыркалась и превратилась в дымящуюся  гармошку.

— Поиграем в дартс? — поднимая еще одну машину вверх, — или в боулинг?

Желающих не нашлось, а не желающие в панике бежали.

— Пора отвечать за грехи! — хохотал рогатый на фоне возгоревшегося «снаряда» и быстро уходя с линий огня очумевших бандитов. Но где же его олухи?

Именуемые глупцами нашлись в одном из подсобных помещений. Нинель применила навыки самообороны и отмахивалась от мужчины в темных одеждах выхваченным у того пистолетом (как дубиной, ей-богу), остальные пытались оттащить от ноги босса Адониса, под рычание взбешенного пса вцепляющегося в плоть, сильнее сжимая зубы.

— Они тут веселятся, в обгрызание ноги играют, а я за них значит беспокоиться должен! — пафосно взмахнул когтями демон, будто случайно отсекая у близстоящей толстой арматуры кусок длинными когтями.

Шеф даже визжать перестал, так его потрясло явление демона.

— Тьфу! — выплюнул конечность рыцарь, и продолжающие тянуть его бандиты улетели по инерции назад с ним наперевес. — Где тебя носило!?

Разгневанный представитель света начал ползти в сторону беса.

— ФУ! Доня! Помогите! Если оно меня покусает, придется изобретать вакцину от бешенства гусениц! — смеялся Кай, перепрыгивая рычащий сверток из цепей. — И что у нас здесь?

Подойдя к Якову, демон поиграл в приведение:

— Бу!

Тот обделался и под взглядом алых глаз отступил к выходу. Его братия последовала за ним.

— Кай! — обрадовалась появлению демона Нинель и бросилась тому на шею, но чёрт увернулся. — Мы тебя искали!

— А я вас нашел. Стуки-туки! Еще в прятки поиграем?

— Да уйми свой словесный понос! — не выдержал Адонис.

— Молчи, гусеница! Я еще в обиде! Но я уже сказал, как ты можешь извиниться, — услужливо подставляя ногу.

— Иди иметь коня, а от меня отойди! — с вежливостью матерящегося рыцаря, огорошил посылом Адонис.

— Огорчу тебя, я не зоофил. — Наступая на голову ногой.

Это заставило рыцаря замолчать. Он понимал, если Кай нажмет со всей силой, его голова лопнет, украшая пол мозгами, а такой расклад ни одной жертве не понравиться.

— Кай, он тоже тебя искал. Беспокоился, сам сказал. Прости его, а? — беспокоилась девушка.

— А больше драться он не будет? — ухмыльнулся демон, играя с добротой Нинель.

— Не будет! Будет, — отозвались из-под ноги и рядом.

— Черт с вами, то есть я. — Заявил бес, срезая титановые цепи... вернее выпиливая неожиданно твердый метал. Долго выпиливая. Затем выглядывая за дверь. — Ну, блин! Я-то надеялся, они разбежались! Повражки, у нас один единственный шанс.

Неожиданно серьезный тон Кай, без смеха и веселья в голосе заставил напрячься. Бес оценил толстоту стен и близость вооружения.

— Перефразирую. У вас я – единственный шанс. Бежите, прикрываясь мной как щитом, иначе участь дуршлага вам не миновать! Раз, два, три!

Адонис и Нинель не успели приготовиться, поэтому едва не вырвались, когда бес прижал их к друг другу, а полученный бутерброд закрыл собой, а себя вырванной металлической дверью. Дверь превратилась в решето, во что превратилась спина демона мыслить времени не было.

— Бежим! — взревел демон и, придерживая хвостом повраг, прыгнул в дверной проем. За ней обнаружился храбрый десяток вооруженных лиц, готовящихся ко второму залпу. Прикрывая собой, Кай вел рыцаря и Нинель, которые старались не задумываться, какого сейчас демону, спасающую собственную голову, прижав к ней щит из когтей, и плохо защищающим металлическим заслоном. Им хватало долетающих брызг крови.

Бандиты собирались приступить к третьему заходу, но бес больше не собирался изображать героя. Швырнул повраг в сторону опорных конструкций и повернулся к мафиози.

Оказывается, друзья просто еще не видели его злым. Даже Адонис дрогнул, заметив бесчеловечно пустой взгляд, отражающий будущих жертв в кровавом зеркале, которым представились алые глаза. Слишком плавные, лишь отдаленно напоминающие человеческие движения... смерть собрала жатву.

На застывших в ужасе безоружных людей никто более внимание не обращал. Бандиты стреляли, кричали, захлебывались кровью и умирали. Один успел бросить светошумовую гранату, Кай не успел спрятаться. Взрыв шума и волны света ослепили, убили ориентацию и звук. Потерявший три важных ориентира в пространстве, демон забился об каменный пол не в силах отличить потолок от стен и закричал в попытке услышать собственный голос.  Как и пропали, чувства так же быстро вернулись. Первое, что он увидел, протерев глаза, это пол, в который уткнулся. А ему казалось, что он стоит на стене. Звук выстрелов развеял тишину, автоматная очередь, стригущая пространство, подбиралась все ближе к его людям.

— Пригнитесь, дебилы! — закричал он.

Хвост стрельнул  по низу, подобно взбесившейся змее, опрокидывая людей. Нинель подавилась птичьим писком, упала на пол, а вот Адонис устоял. Упал он двумя секундами позже, с двумя пулями в теле.

15 глава

Шквал огня справа, и тонкую фигурку девушки порвало бы, если бы не хвост, обхвативший талию и утащивший с линии огня. А там все дальше и дальше, ближе к единственному возможному выходу.

— Стой! Кай! Адонис же ранен! Кай! — пищала принцесса, ошалевшая от пуль, огня и взрыва.

— Я не некромант, — короткий ответ и попытка взобраться по балке.

Его укусили. Не больно (по сравнению с пулевыми ранениями) и сразу же все зажило, но сам факт укуса за хвост заставил вскрикнуть и съехать по балке вниз, как кот по шторке, оставляя глубокие борозды. Пришлось вновь прятаться. Оставшийся в живых, глава мафии окончательно выжил из ума и разрядил в металлоконструкцию вторую обойму.

— Ты не заберёшь меня в Ад! — кричала его человеческая паранойя.

Пули залили почище дождя, места, куда они попадали, хотелось расчесывать до мяса, как после отравленных кинжалов. Адская боль туманила разум. В таком состоянии Кай не был уверен в собственных силах и не хотел потерять сознание в процессе спасения уже обреченного человека.

Нинель вырывалась, несмотря на единственный прикрывающий ее «щит», получающий новые жала.

— Хорошо! — зло оскалился Кай. — Заберу я эту падаль, но выхаживать сама будешь.

Шипя как взбешенная кобра, демон резко бросил девушку вверх. Пролетев кувырком до самой крыши, она угодила в дыру и приземлилась на край, отбив себе левую руку и бедро, больно ушибшись головой. Но это не помешало ей склониться над краем и понять, что там происходило нечто не для ее глаз. Крики, рык, стон, звон. Выстрелы прекратились очень резко, безумный крик мафиози оборвался. Затем появился демон. выглядел он как с гравюры «Зло Всего Мира» — глаза горят, кровь капает, в хвосте безвольно висит труп.

— Сама понесешь? — поинтересовалось Зло у растерянной и перепуганной Нинель. И, не дожидаясь ответа, прыгнул на девушку, вынуждая ее повиснуть на нем во время стремительного движения. Кай бежал на всех четырех, не заботясь о конспирации. Дважды он едва не упал, трижды споткнулся, пять раз путал направление.

— Переберись на спину, Принцесса, возбудишь еще ненароком, — ехидство вернулось, как только исчезла опасность.

— Люди же не в твоем вкусе, — неразборчиво простучала зубами она, не в силах разжать конечности, страшась упасть.

— В этом мире и Принцесса суккубом пойдет.

Нинель было очень страшно от сложившейся ситуации. Её жених возможно мертв, хотя в это слабо верилось – демон не стал бы возиться с трупом. Кай сильно ранен, его тяжелое дыхание и с усилием поднимающаяся грудная клетка хорошо ощущались девушкой. К тому же, если Адонис умрет, и принцесса вернется домой без него, то она просто-напросто достанется победителю или союзнику в войне. Как не смотри – печальное зрелище передачи ценной вещи из рук в руки.

Слезам не дала разразиться резкая остановка Кая, прервав размышления коротким полетом и встречей с асфальтом. Поскулив пару секунд, Нинель бодро вскочила и первым делом проверила, не выбросил ли демон ценный груз. Груз побледнел, обзавелся алыми цветами на одежде, но упрямо дышал назло врагам. А вернее одному, который почти придушил его, пока нес.

— Убить меня пытался? — слабым, разительно отличающимся от обычного тона голосом, спросил Адонис, чуть приоткрывая глаза. Нинель едва не заплакала от счастья – он жив.

— И убью, если сам не сдохнешь, — улыбнулось Зло, выбирая, куда нести Добро. Несмотря на улыбку, у демона подгибались колени, и сам он выглядел не лучше еле живого Адониса.

— Отнеси его в больницу, пожалуйста!  Посмотри, как ему плохо! — молила Нинель, добившись от Кая упрекающего взгляда. Не добившись сочувствия и на свою шкуру, черт нахмурился.

— Нет, — послышался слабый голос Адониса. — Неси домой. Не в больницу.

— С ума сошел? — огрызнулся Кай, покачнувшись. — Вот тогда ты реально сдохнешь!

— Герман. Врач. Доктора могут заметить... не вернемся домой... домой...

Рыцарь вновь вырубился, оставляя выбор на врага и невесту. А враг перекинул это решение целиком на невесту:

— Решайте, принцесса. Не знаю, что там у него доктора могут заметить, вроде хвост и рога только у меня.

—Домой, — полным нерешительности голосом, приняла решение принцесса.

Кай рыкнул на идиотизм повражек и ускакал к дому, даря хрипящему Герою океан предсмертных ощущений. Когда Нинель добралась до их квартиры, Кай уже уложил раненого на свою кровать и собрал все лекарства, какие нашел в кучу.  За действиями девушки он наблюдал скептически.

— Возись не возись, для откупа от смерти нужно нечто большее, чем «йод и зеленка», — спокойно отмечал Кай, пока Нинель дрожащими руками раздевала Героя и ахала от вида ран: две круглые дырки в животе. Будь Адонис в сознании, он бы не перенес страданий, отразившихся на лице невесты.

Несмотря на страх, девушка быстро приступила к лечению: действовала она, как при ранах от стрел. Обмыла, накалила нож и....

Шипение и жареный запах, перемежающийся со скрипом сжатых зубов, между которых наружу рвался стон, привели в чувство Кая. Тот помотал головой и принялся за свое лечение сам, создавая кучку окровавленных пуль на полу. Как и в случае раненого демона, Нинель делала тщетные попытки дозвониться до Германа, одновременно с чтением инструкции к лекарствам. Обработать и забинтовать, это всё, чему научила её средневековая медицина. В отличие от гордого Адониса, она не имела ничего против обращения за помощью к Каю, как-никак они же в одной лодке.

— Кай, пожалуйста, я знаю — вы не ладите, вы – враги, и он с тобой плохо обращался, но прошу, помоги!

Зря она повернулась, черт вонзил в свой живот три когтя и, под утробное шмяканье, вытаскивал оттуда расплющенные пули. Рана начала затягиваться, а когти сделали новую дырку и достали еще два расплющенных комка.

Заворожённая этим отвратительным зрелищем, Нинель загипнотизированным кроликом застыла, наблюдая за процессом.

— Кай, тебе п....

— Дыры у него на вылет — повезло. Доставать ничего не надо, — пробурчал раненый демон, не отвлекаясь от извлечения инородных объектов из организма. — Чем я помочь-то могу? Молись, кому обычно молишься. Авось тебя услышат, и он выживет. Ну, и Герману пытайся дозвониться, хотя я уже знаю причину, по которой его телефон молчит, и заверяю – не дозвонишься.

Под дикие звуки копошения в плоти, от которых внутри поднималась волна ужаса и отвращения, девушка перевела взгляд на своего жениха, уже изрядно испачкавшего кровать кровью. Все наложенные повязки пропитывались кровью, слёзы мешали видеть искаженное болью лицо. Её друг, её жених, её герой умирал.

— Кай, помоги! Прошу, помоги его спасти. Даже если вы враги, в этом мире нам надо держаться вместе. Ты же вовсе не плохой, ты же пришел нас спасти! И сильно пострадал... Я не знаю, что могу для тебя сделать, но сделаю всё, что угодно!

Демон вытащил последнюю пулю и раздраженно выкинул ее к остальным. Кровавая горка впечатляла.

— Всё, что угодно, говоришь, — усмехнулся чёрт вроде своей обычной улыбкой, но впервые Нинель ощутила реальный ужас от вида этого насмешливого лица. — Демону опасно предлагать такое. Знаешь же, мы все убийцы, насильники, говорят, даже души покупаем.

Хвост обвил девичью шею и резко притянул ближе, сохранила равновесие принцесса лишь чудом. Говорил Кай медленно, хищно:

— Я дам тебе стимул, Принцесса. — Пошлепал он ее по щеке обратной стороной когтей. — Если не спасешь его, я сделаю тебя своей.

Когти резко перевернулись острыми концами и приблизились к ее лицу: Нинель зажмурилась, пытаясь отшатнуться. В этот момент хвост отпустил, принцесса упала, отползая, едва удерживая рвущийся вопль паники. А Кай сидел где и раньше, не сдвинувшись ни на миллиметр, только глаза закрыл и сжал чуть посиневшие губы.

Вытирая слезы, рыжая вновь бросилась к Герою, касаясь уже насквозь мокрых повязок; перевязала по новой, с трудом доставая до спины. Жестокие слова Кая возымели влияние, или причина в давших результат действиях, но кровотечение остановилось, однако дышал раненый неровно и тихо. Принцесса дежурила у его постели много часов, иногда впадая в прострацию. Кай порой открывал глаза и наблюдал за ней, убивая этим остатки нервных клеток. Помощи она больше не просила, отчаянно пытаясь дозвониться до Германа. Наконец, сон ее победил.

— Кай, я должна поспать.

— Так спи, — отозвались из угла. Как и Нинель, бес не покидал комнату.

— Если тебе лучше, последи за ним, — попросила и сползла на пол, подкладывая под голову свернутое одеяло. Принцесса так крепко спала, что даже похлопывание хвоста по лицу её не разбудило.

Кай тяжело вздохнул и с трудом поднялся. Уже четверть часа его повраг пребывал в сознании, хотя по нему это и не было видно.

— Эй, Доня, — позвал черт, склонившись к самому уху распластавшегося мужчины. — Советую выжить, знаешь же, Принцессам не стоит гулять со Злом. А то их могут испачкать. Она девица молодая, добрая, наивная – лакомство для плохих мальчиков. Если не проснешься, я заберу ее себе. Не знаю зачем, но рабы лишними не бывают.

— Ублюдок, не смей, — слабо, одними губами прошептал Адонис.

— Надо же, проснулся, — притворно восхитился Кай выдержке поврага, и продолжил гнуть свою линию. — Ты знаешь, что для «не смей» нужен ты. Поэтому постарайся встать с постели быстрее... Эй! Снова вырубился, да...

Демон, болезненно морщась, открыл окно. Сто с лишним вырванных из тела пуль лежали на полу в кровавой луже. Боль тянула в страну Морфея, но бес с ней не пошел.

Прыжок, тяжёлое приземление и десятиминутный бег до больницы, затем обратно. Завершающим штрихом картины печали и безысходности стал проливной дождь. Поэтому вернулся Кай мокрым и, чтобы не смущать излишне целомудренную барышню да и чтобы не окоченеть, он выхватил из-под девушки одеяло, замотавшись в него на манер туники отшельника.

Нинель заворочалась без мягкой прокладки между полом и головой, и открыла глаза, обнаруживая Кая в опасной близости от себя; она бы испугалась, но на его хвосте болтался медицинский чемоданчик. Краденая вещь имела историю вырывания ее из рук владельца, приходящего в себя после изымания знаний и испытания шоком после обаятельной улыбки Кая. Впрочем, в данный момент подобные мелочи не интересовали юную принцессу, пусть даже чемодан был бы забрызган кровью. Коготь оставил на лбу кровоточащую точку, к которой она приложила ладонь.

— Теперь ты сможешь лечить лучше. В ящике есть шприцы, ампулы и прочая хрень.

Еще до того, как черт закончил, девушка бросилась к нему на шею в приступе благодарности.

— Не за что... — подавился рогатый, отодвигая от себя излишне благодарную особу хвостом. — Шустрее, а то последняя станция — кладбище, а после некромант нам в помощь.

Нинель по новой принялась за огнестрельные ранения, вызывая у демона тень надежды на благополучный исход. Он наблюдал за действиями рыжей белочки, продолжая сортировать в голове медицинские знания, подтверждая ранее сделанные выводы – без профессиональной помощи у Адониса мало шансов, а Герман так и не ответил. Мужчина несколько раз резко приходил в себя, тратя топливо упорства, выслушивал колкости Кая и слезные мольбы выздороветь Нинель, и вновь откатывался в бессознанку. Его невеста, в конечном итоге, вымоталась до основания и едва не свалилась на пол. Темные круги под глазами, расширившиеся зрачки, потрескавшиеся губы и резко побледневшая кожа говорили сами за себя. К тому же, за последние два дня девушка ничего не ела.

— Нинель, бегом погрызи сухарик и баиньки. Я послежу.

Мутный взгляд в ответ, и юная зомби отправилась на кухню попить водички, затем к себе в комнату. Послышалось, как скрипнула кровать от падения на него тела.

Кай последовал ее примеру и посетил кухню. Еды, впрочем, на ней не нашел. Невзирая на логику, еще дважды позвонил Герману, нелепо нажимая на кнопки Нинелиного телефона стилусом, зажатым между двумя когтями. Затем вколол больному обезболивающего, а себе взбадривающего. Еще немного посидел, и так и уснул, головой на кровати, ногами на полу. А утром увидел то, что могло довести Нинель до истерики. Адонису стало хуже. Значительно хуже. Все как по справочнику: бледен, холоден, труп... Был бы, если бы не безнадёжные попытки сердца биться и прерывистое дыхание, вырывающееся из глотки со свистом.

— Определился-таки с тем светом и этим, не в пользу последнего? А тебе не говорили, что нехорошо бросать начатое? Хреновый из тебя Герой, Адонис. — Укорил демон, касаясь его ран и думая о плате, которую придется понести. Даже если позвонить в скорую, они уже ничего не смогут сделать. Зато есть демон, в арсенале которого имеется один трюк.

Нинель проснулась в холодном поту, ощущая в груди кусок льда, а не сердце. Дурной сон погнал ее в соседнюю комнату, где она обнаружила своего жениха, чудесным образом исцеленным, и демона, нагло это проспавшим.

— Кай, он жив! Он жив! Это чудо! — прыгала девушка вокруг обессиленного демона и приподнявшегося на кровати больного, с немалым удивлением задирающего повязки и рассматривающего два уродливых шрама. — Может воды? А может еды? Правда, у нас и сухари закончились.

— Ничего не надо, — слабо ответил рыцарь, вновь укладываясь на кровать.

— Тогда держи глюкозу. — Воткнула принцесса в его вену иглу капельницы.

— Когда ты... — попытался спросить Адонис невесту, когда она всему этому научилась, но девушка уже убежала за водой и таблетками. — Значит, твои фокусы, зараза? — поворачиваясь к демону сидящему в углу. — Эй! Кай! Алё! Я спросил, не ты ли ей знаний врачевания влил (читай: нечто подозрительное под нужными знаниями), и меня запаял? Кай?

Демон резко вскочил на ноги и, едва не сбив по дороге принцессу, спрятался в душе. Замешкавшись, Нинель поставила стакан на прикроватную тумбу и побежала за ним. Дверь душа оказалась закрыта, а внутри никто не отзывался.

Рыжая вошла в комнату молча, грустно улыбнулась раненному жениху и, забравшись на кровать, обняла его. Ее не волновали вопросы морали в данный момент.

— Я так рада! Никто не умер! Ни тогда. Ни сейчас. Не надо больше... не надо!

Девушка рыдала навзрыд, выплескивая накопившиеся эмоции и напряжение, Адонис прижимал ее к себе, успокаивающе гладя по волосам, а Кай слушал из душевой. Демона трясло как при сильном жаре. За пару минут он проклял свою непосредственность и идиотское желание вытащить поврага живыми из той передряги, и особенно сильно он корил себя за спасения рыцаря, отдав ему резерв Легионов. В тот момент это казалось правильным, даже обязательным, но после – ненужным, абсурдным, сумасшедшим решением.

— Все хорошо, я сам это выбрал. Всего лишь магическое истощение. Многие его переживали, хотя ни один из них не находился при этом в другом мире и без возможности пополнить легионы.

Кай сел на уложенный плиткой пол, и в который раз за последние дни забылся сном. В это время на кровати в его комнате спала все еще похныкивающая Нинель и Адонис, который еще не знал о своем увольнении из коллекторской конторы. Зато о нем узнал Кай, проснувшийся поутру от трели телефона. Желая раздолбать аппарат, он поднял трубку, и выслушал трель благозвучного мата с посылами во все точки тела и мира.

— И вас туда же, — радостно ответил им бес. — Адонис не может подойти, его застрелили, но могу к вам наведаться я. Называйте адрес, курьерская служба «шокотерапия» доставит вам незабываемые впечатления!

Запоминая адрес, черт заглянул в большое зеркало.

— Кожа, кости, да рельеф мышц. Плохо питаетесь, батенька. Кальция не хватает, вон с ног вся шерсть вылезла. Интересно, если витаминки попить, она снова отрастет? — осматривая себя со всех сторон, удивляясь вылезшей привычной волосатости и нормальному, даже хорошему, самочувствию, Кай хихикнул. Такого последствия вытравки резерва он ни в одной книги не встречал.

Сказка русалочка нашла новое исполнение, хорошо, хоть в отличие от рыбы, у черта исчезла лишь волосатость. Про себя Кай заметил, что его интерпретация русалочки веселее, ибо спас он не принца, а рыцаря, так еще и врага, так еще и без особой причины. Он же сам говорил, будто не друг ему.

Неловко потрогав себя со всех сторон и поохав из-за открывшихся видов, парень направился в свою комнату, но, приоткрыв дверь, обнаружил мирно спящую парочку. Отметил наличие одежды и направился в комнату девушки. Накинул на себя простынь с ее кровати и вышел через окно, дворами отправился к сушилкам. Старушки давно крестились от оригинальных «белочек» их района, но раньше эти звери не воровали белье. А дальше что? В начале деньги пропадать начнут, а там и до людей недалеко. Решив так, бабульки кинулись к телефонам — вызванивать участкового, авось проучит дьявола! От подобных звонков глава районной полиции за тот день чуть не свихнулся. А демон, ограбив по дороге чью-то кухню через открытое окно, отправился домой.

—Что ты делаешь? — Нинель застала весьма странную картину демона, борющегося с молнией на джинсах.

— Пытаюсь понять, в каком аду это паяли, — пришел задумчивый ответ от слишком занятого парня. Когти уже окончательно убили собачку, но черт не сдавался и упрямо пытался застегнуть сломанную молнию. — Ты бы видела, как я хвост продевал, виляя задницей... да почему оно не застёгивается?!

— Потому что собачка сломана. Сними, я починю.

Кай и снял.

— Кай!!! – возмутилась Нинель отворачиваясь.

— Сама просила, - фыркнул Кай обиженно.

— А где твоя шерсть?

— ...советую проверить бритву Адониса, — с ехидной улыбкой посоветовал лишившейся пушистости черт.

Девушка старалась смотреть куда угодно, только не на голого демона, виляющего пушистым хвостом, и мысленно кляла свою добросердечность. Пока Кай снимал одежду, когтями наделал еще дыр, превратив джинсы в особо модные. Пришлось зашивать всё, кроме дырки под хвост, все равно с тем, что у Кая на руках новые дырки появятся при первом же использовании. Невольно Нинель подумала, как же неудобно иметь такие длинные когти. Ничего руками не взять, ни к кому ими не прикоснуться.

От этих мыслей стало грустно, но ненадолго. Топчущийся нагой юноша заставил позабыть о сострадании и пообещать воткнуть иглу ему в зад, если тот немедля не скроется с ее глаз или не прикроется.

— Вот, я перешила молнию, а на собачку повесила стальную петлю. Продень и потяни тупой стороной когтя. — Не смотря, объяснила Нинель прикрывшемуся диванной подушкой демону.

— Ты прелесть! — одел он джинсы в два счета, крутанулся на месте, обнял хвостом свою спасительницу от наготы и чмокнул в щечку, продолжая кружиться. — Да, точно! Я вам суп украл! И когда будешь кормить жениха, забудь ему этот факт сказать, а то дурак умрет от голода.

Помахав хвостом он, выпрыгивая из окна, оставляя Нинель хлопать глазами и приходить в себя после такого бурного проявления чувств. Что бы отвлечься, она пошла проверить бритву жениха. Вдруг не шутил?

— Ах ты гаденыш! — оскалилась принцесса, осматривая пучки черной длинной шерсти по всей поверхности ванны. Бритва жениха лежала нетронутой, а в голове внезапно всплыла кулинарная книга и информация о домохозяйстве.

Целый день Кай искал Германа, но нашел лишь его телефон, который официальный. Он сиротливо валялся на жилой квартире. Сам же нелегальный деятель скальпеля с уже другим телефоном, предназначенным для клиентов, пребывал на вызове. Поглотив знания бандитов, бес нашел в чужой памяти телефон врачебной помощи. Но и по нему никто не ответил, поэтому черт решил наведаться в гости к подпольной клинике.

Лечебное учреждение широкого профиля представляло из себя переезжающюю с места на место операционную, с ресепшеном в виде сети ветеринарных клиник. Дабы узнать, где сегодня пропадает мастер скальпеля, демон явил себя одному из ветеринаров «Любимца».

Человеческий объект раскладывал пасьянс на компе и сильно удивился позднему посетителю, вошедшему через окно. В голове пронеслась мысль, что питомец пришел без хозяина, затем ветеринар пообещал начать здоровый образ жизни, если эту встречу он переживет.

— Я ужас с черным хвостом! Я само Зло! Я мастер вил и сковородки! Как думаешь, кто я!? — пафосно возвел руки неожиданный клиент.

— Матерь божья!  — воскликнул человек, оседая на пол, держась за сердце.

— Эм, нет, точно не она. Во-первых, в штанах пара лишних деталей. Во-вторых, нет груди, в-третьих ореола святости, в-четвёртых младенца не настрогал. Так что, простите, вы обознались.

Подпольный врач истерично хихикнул и попытался не умереть от сердечного приступа.

— Спокойствие, только спокойствие, — веселился Кай. — Я клиент Германа.

— Скажите еще, что вы доброе привидение.

— Страшное, но симпатичное! Это про меня, — засмеялся черт и, резко сменив тон, голосом повелителя нечисти спросил, — Где Герман сейчас!?

— Скажу-скажу! Не забирайте мою душу! Он в Даниловском районе, в клубе «Делиус».

— О! Это же недалеко от коллекторской конторы «Дб легал»? Удачно я попал. – Осклабился бес и облизнулся. Забившийся в угол ветеринар икнул и упал. — Барышня, ей-богу.

Ночью стало ощутимо холодно. Облачко пара оставалось висеть в воздухе всего секунду, но из-за частого дыхания казалось, будто после демона остается потусторонняя пелена.

Коллекторская контора жила как днем, так и ночью: днем деньги собирала, ночью сводила дебет с кредитом. Связывались с «Дб легал» в основной массе бандиты и подобные им нечистые на руку дельцы, поэтому Кай подумал, что будет кощунством пройти мимо и не обогатиться за их счет. Все-таки не будет же он воровать ежедневно чужой суп с плит.

Пришлось покашлять, чтобы эти деятели бабла его заметили.

— Курьерская служба «шокотерапия» пришла, — пропел клыкастый демон, проводя по стеклу пятерней.  Скрип из фильма «Кошмара на улицы вязов» показался музыкой по сравнению с ужасающим звуком, вышедшим из-под когтей демона.

Шок доставлен, люди не сразу находят свое оружие, а как находят, то за окном уже никого нет. Шум, мат, крики, обвинения, а Кай уже с другой стороны и вновь празднует ночь дьявольской музыки, предварительно вставив в свои уши затычки. Люди прониклись, заметались, начали стрелять кто в кого. А бес уже этажом выше, залез к соседям (которые ночи дома проводят) и поднял шкаф.

— Да прибудет с вами много силы воли и духа, иначе будет скучно их ломать.

Шкаф со всей силы ударился об пол, его деревянные части полетели во все стороны.

«Плохая мебель», — огорчился черт и пустил в дело еще один шкаф, затем стол.

Люди этажом ниже получали эффект землетрясения и уже начинали молиться. А Кай смеялся, выбивая дверь, оказываясь в коридоре, нашел провода.

— Тушите свет, засранцы!

От удара электричеством Кай вмиг стал очень пушистым даже без шерсти на ногах. И вот такой, с разрядами в волосах, дающих слабый свет, освещающий широкую улыбку в тридцать два клыка и блики на позвякивающих друг об друга когтях, он и открыл дверь, протолкнув внутрь замок.

Ни одного выстрела, мужики как разинули пасти, так с таким глупым видом и стояли. Один лишь попытался нажать на курок, но трясущимися руками даже пистолет поднять не смог. Поэтому бес беспрепятственно зашел, забрал запримеченный через окно дипломат с деньгами и вышел, прикрыв за собой дверь.

Повесив дипломат на хвост, Кай резко передумал идти к Герману. Обследоваться можно и позже, а деньги лучше домой отнести сейчас. Интересно, как среагируют повраги на резкое обогащение за счет Зла?

16 глава

Ночь, квартира, демон, кейс.

Примерно так все было, если вдаваться в лирику. В середине ночи, когда по логике повражки должны спать, Кай вернулся домой. Однако проникнуть в квартиру через окно Нинель он не рискнул – девушка раскинулась на кровати звездой и бормотала во сне, беспокойно поворачивая голову то влево, то вправо — ей снился кошмар. В комнате Кая спал Адонис, его тоже было желательно не будить. Пришлось залезать через балкон, осторожно взламывая окно. Черт пролез в форточку, а дипломат нет.

— Ну, е-мое!  — выругался бес и открыл центральное окно, наделав много скрипучего шума.

Ремонтом занимался Адонис, и скрип говорил о профпригодности ремонтника. Хвост продолжал вилять на улице дипломатом, в то время как демон наблюдал за этим безобразием, находясь внутри. Длина пятой конечности позволила получить ценный груз, передав чемоданчик в руку, высунутую наружу. Закрытие окна  повторило соло скрипучей рамы. Наделав столько шума, Кай не очень удивился,  наткнувшись на выходе из балкона на серо-зеленого Адониса, прожигающего его взглядом параноика лучше врача, говорящего: «Этот рыцарь идет на поправку!»

Адонис проснулся час назад. Усталость и общая болезненность не отпустили его на короткую прогулку по нужде сразу. Пришлось вначале смотреть в потолок, затем несколько минут сидеть, наблюдая тени на стенах. В душе поднималась волна беспокойства, Нинель рассказала, насколько плохо было его состояние, и выразила удивление резким улучшением. Именно тогда она предположила виновника подобного чуда. В отличии от девушки, моментально смутившейся и укорившей себя за холодность к демону, рыцарь тихо сатанел от незнания своей дальнейшей судьбы. Может, у него душу похитили и сделали рабом. Может в бреду он заключил с тьмой контракт, какой он в таком случае Герой?

Живой.

По заверениям принцессы, рогатый сидел в углу, ушел лишь когда миновал кризис.

После нагрузки себя не самыми приятными мыслями, Адонису удалось встать и медленно пойти по знакомому маршруту. Именно тут его настиг неприятный звук с балкона, ругань, еще один скрип, и вот в комнату входит «а мы вас только вспоминали».

В глаза сразу бросился кейс и джинсы. Это немного застопорило рыцаря, и он не смог сразу решить к чему придраться: к джинсам, из-за которых парень с виду терял килограммов десять, или к краденому дипломату.  Решил поощрить неожиданную придурь — надеть штаны на волосатый зад — и прицепиться лишь к дипломату.

— Откуда взял? — как мог строго спросил герой ослабленным голосом.

— Откуда взял, там уже нет. И вообще,  ничего не скажу, пока не услышу правдоподобную версию твоего эгоистичного и тупого поведения! — неожиданно оскалился демон. — Не пойдет он в больницу, видите ли!

Адонис сделал кислую мину и развернулся, собираясь дойти-таки до вожделенного места облегчения. Но путь преградил шлагбаум — нога Кая, которую демон оттопырил, уперев в край прохода, стоило ему обогнать поврага.

— Не пропущу, пока не расскажешь.

— Пусти, — скривился Герой.

— Пока не рас...

— Пусти в туалет, идиот!

— Так не интересно, — осклабился бес, —  будешь отнекиваться, тянуть время, уйдешь от ответа дракой, так что говори сейчас, пока приперло.

— Скотина! Собака! Гад ползучий! Ублюдок! Выродок!

— Да-да, я это уже все слышал, — гаденько ухмыльнулся черт, не собираясь пропускать ослабленного врага.

— А черт с тобой! Титан!

И, воспользовавшись внезапным ступором с ликом удивления на лице поврага, Адонис отпихнул его и пробрался в заветную комнату. А Кай продолжил изображать из себя живое удивление, застывшее в проходе. Стоило рыцарю выйти из туалета, как к нему прицепились с новой силой.

— Кто? Постой! Я не могу это переварить! Это невозможно! — взволнованно восклицал Кай.

— Не чистокровный конечно. То ли прадед, то ли прапрадед. — Адонис говорил спокойно и немного смущенно, будто вовсе не гордится своим родством, а стыдится его. — В общем, даже не знаю, как звали нечеловеческого родственника. Но вся моя семья была сильной и высокой. Я даже мелкий, до двух метром не вымахал, по сравнению с дедом. Вот он еще был на них похож. И ростом – два с половиной метров, и лицом суровее. А как слово поперек, так считай, душа из тела улетела. Агрессивные они – титаны.

— Куда уж суровее? А агрессивнее куда? Блин! Правда что ли? Ты родственник пятиметровой дурры, передвигающей горы? — демон не справлялся с удивлением и прыгал возле живого представителя расы,  живущей в горах поднебесной.

— А ты думал, я силу накачал?

— Я даже об этом не думал. А теперь думаю, и никак не могу представить процесс скрещивания твоих родственников. — Демон будто взял в каждую руку по предмету, невидимых глазу, и попытался их вставить друг в друга. — Реально, как? Как после такого выжить!?

Адонис упал на стул, отстранился от пораженного новостью беса и налил себе холодного супа, собираясь поесть, абстрагировавшись от реальности. Однако долго игнорировать скачущего рядом и машущего хвостом демона оказалось выше сил.

— Ты, и потомок титана!

— А ты демон, и что?

— Как что? Ты же дурак! Герман еще в первое обследование сказал, что от людей один лишь я отличаюсь. А раз такой дотошливый  препаратор до твоей, не совсем человеческой части, не докопался, то уж рядовые врачи тем более нихрена не поняли бы!  Выходит, зря я пушистые штанишки потерял. — Огорченно похлопал по джинсам бес.

— Да я уже понял! Да, дурак! Я вообще бредил! Так что вы не лучше! Да и вообще, что за бред ты несешь? Какие еще штаны ты мне отдал?

Хвост ударил по полу, вызывая тряску стаканов на столе.

— Говорю, что за дурака отдал шкурку!

Кай подумал эффектно спустить джинсы до колен, но затем понял, что в таком случае ему кое-что оторвут, а со спущенными штанами он не убежит. Так что задрал штанину по колено, демонстрируя не пушистую, а вполне человеческую ногу, правда, уж слишком лысую для представителя мужского пола. На ногу пялились, затем неожиданно схватили и потянули. Демон не ожидал прыти и силы от едва отошедшего от ранения рыцаря, и оказался головой на полу, ногой вверх.

— А это нормально? — вопрос вниз, где над полом висела голова хозяина лысой ноги. — Ты что, правда оборотень, как сказал уфологам?

— Нет же! Мне пришлось отдать свой резерв Легионов, что бы такого тупицу с того света вытянуть! Вот и полысел. Хотя ты прав, это ненормально. Я вообще не знаю, от чего подобный эффект. Но факт на лицо, мои ноги лысы, а ты жив.

— Ты спас меня?

— Наконец дошло! Но я уже жалею.

— Ты мою душу похитил или сделал рабом? — спросил мужчина, напряженно всматриваясь в угли глаз демона, не испытывающего неудобств в своем положении пойманной летучей мыши.

— Доня, демоны похищают знания, не души! Хорош параноить! Да, я спас тебя, и что с того?

— Спасибо, — проявил рыцарь благородство и благодарность неприятному типу, однако тут же пожалел о проявленной чести.

— Уже поблагодарили.

Герой аж ногу отпустил. Как могла поблагодарить Нинель, он не знал, но мог представить, что ее заставили сделать. Внизу заскулили – рога проткнули пол, так и застряв.

— Что ты с ней сделал, чудовище?

— Ничего, — абсолютно честно ответило Зло, пытаясь ногой отбиться от мучителя, старательно дёргающего вверх в попытке выдернуть из пола.

— А со мной?

— Спешу и падаю. Только ориентацию сменю.

Нахмурившийся Адонис ничем хорошим не грозил, пошлую шутку он пропустил мимо ушей.

— Так, зачем ты меня спас?

«И понеслась карусель по новой! Впрочем, хороший вопрос», — подумал демон, на несколько секунд замерев абсолютно неподвижно.

— Затем что ты мой поврага. Один, единственный, неповторимый засранец, по которому рыдала наша рыжая принцесса. А мне было бы очень обидно, что ты взял и слился, хотя обещал великую битву Добра и Зла. Да и вообще, вот вернусь я домой, а меня спрашивают – «Где Герой?», а я в ответ – «Сдох». А меня снова спрашивают – «Победил?», и тут я позорно признаю – «Застрелили!» — и мгновенно теряю уважение. Надо же выбрать место, навести марафет, позвать зрителей, скрестить мечи и только затем снести тебе голову...

Непрекращающейся пустобрех раздражал. Рыцарь взял в руки вилку.

— Вот смеху будет, если я тебе голову снесу. Хотя, наверное, стоит начать с ноги. — Раздраженно поделился своей идеей рыцарь и провел концами вилки по ноге Кая. Тот в момент заткнулся и хихикнул. Вновь проводя столовым прибором по пятке, Адонис улыбнулся, — знаешь, от щекотки умирали.

В ногу методично тыкали вилкой, вызывая конвульсивные подергивания хохочущей жертвы. Стул перевернули, тарелку на столе едва не опрокинули, Нинель разбудили.

Она так и ворвалась на кухню, в чем спала, а это, надо заметить, весьма миниатюрный набор, по мнению жителя средневековья: облегающие шортики «фантазия капут» и маечка «еще глубже разрез, и мое присутствие необязательно».

От неожиданности Адонис отпустил когтистую ногу, отчего внизу крякнули, больно ударившись об пол, зато рога отклинило и, сделав стойку на руках, их удалось вытащить. Наконец и Кай смог оценить открывающиеся виды. Правда его больше заинтересовало гнездо из волос и темные круги вокруг глаз. Поэтому он решил разбудить девушку оригинальным образом, заодно и отомстить рыцарю за детскую выходку.

— Представляешь, принцесса, твой жених, оказывается, наполовину титан!

Если взглядом можно было бы убивать, Кая не пришлось бы даже кремировать – Герой, оказавшийся в родстве с горными богами, скрипел зубами и жаждал крови, угрожая вилкой. Однако, к всеобщему удивлению, Нинель, убедившись, что ребята не убивают друг друга, зевнула, почесала оголившийся бок и пошла к чайнику заваривать чай.

— Не наполовину. На треть или на четверть, — огорошила она всех. — Я знаю.

— Откуда? — хором.

— На северном горном материке, с которым отец вел торговлю в лучшие времена, некоторые люди обладают впечатляющим ростом и силой. Титаны живут в горах, люди у приморья, те, кто ниже титанов, но выше людей, у пригорья. А факт общих детей у титанов и людей еще в книгах старше нашей страны писали. Иногда их потомки селились и на нашем материке. Итого, логическую цепочку построить может даже младенец.

Неожиданно рыцарь засмеялся и посмотрел на смущенного демона.

— Смейтесь, я вам потом отомщу, — надулся «младенец», складывая на груди когти.

— А сам хвастался знаниями, зазнайка.

— Откуда мне было знать о таких тонкостях разведения титанов!? — злился бес. — Я-то из цитадели всего десять раз смог сбежать, да и то ненадолго! Ноги ломали и назад тащили!

Взгляд повраг стал подозрительным, затем недоумевающим. С губ готов был сорваться вопрос, но...

— Забили! Лучше вот на что посмотрите. — Дипломат торжественно уложили на стол под динамичный напев. —  Здесь решение наших проблем. Финансовых проблем!

Чемодан открылся, и лица людей сильно вытянулись, а глаза выпучились. Такое количество денег они видели лишь в кино, да и то — бутафория. А эти приятно шуршали и просили себя потратить.

— Нинель, положи! Это не наши деньги! — воспротивилось Добро обогащению. Его невеста нехотя и даже как-то болезненно вернула пачку купюр на прежнее место. Ее живот протестующе заворчал.

— Почему не наши? — удивился хвостатый аферист, — Наши! Я их честно украл!

— Потому что ты сейчас же их вернёшь! — с нажимом произнес рыцарь и захлопнул чемодан, чуть не коцнув тонкие пальчики принцессы, потянувшиеся к торчащей купюре.

— Держи и неси! — пихая дипломат в грудь демона.

— То есть, ты хочешь отдать эти деньги на развитие нарко- и работорговли? — пихая обратно.

— Эм, нет? — растерялся Адонис, по принципу «если вы говорите “да”, я говорю “нет”» пихая вновь демону дипломат.

— То есть мы можем оставить деньги себе? – начал тянуть обратно Кай.

— Нет, я не это имел в виду, — перетягивание дипломата обратно.

— Ты имел в виду нашу голодную смерть? — на себя потянул демон.

— Нет, мы найдем новую работу и ... — успел перетянуть на себя дипломат рыцарь, перед тем как свет в квартире потух.

— И нам отключили электричество, — опуская руки, оставляя деньги в руках Адониса. Нинель нахохлилась, она только привыкла к телевизору и лампочкам, как её этого лишили. Герой тоже не обрадовался новости, без телефона не позвонить — не записаться на собеседование. — И, так как вы не очень догадливые, я вновь сконцентрирую ваше внимание на своих лысых ногах.

— Нам тебя пожалеть? — с отвращением предложил Адонис, не вполне осознавая, как в его руках оказался кейс и для чего.

— Нет, вам себя нужно пожалеть. Надо поторопиться!

— А что, у нас есть какие-то ограничения по времени? — начал догадываться Адонис, собираясь вновь отдать кейс вору.

— Есть, — огорошил всех Кай. — Теперь есть. Мои легионы распадаются! Алё! Шерсть исчезла! Я состою из Легионов! Угадайте, смогу я использовать распавшиеся Легионы, дабы вернуть нас всех в родной мир?

Мыслительный процесс на шокированных новостью лицах завершал свой оборот и приходил к логическому завершению, пока Кай осторожненько отступал в гостиную.

— Стоять! — схватил его за хвост рыцарь. — Сколько у нас времени?

— Месяц, может два, если я не буду тратить легионы добровольно, то даже три! – спокойно ответил насмехающийся чёрт. Как он и думал, Адонис свободно вздохнул и выпустил его хвост. По мнению не дальновидного представителя света, этого времени должно было с лихвой хватить.

Хвост вильнул в гостиной и скрылся в комнате беса: Кай сдергивал с постели белье и открывал на проветривание окна. Раз святой рыцарь уже ходит и может его за ногу вверх тормашками держать, значит, может вернуться к себе на диван. Рыцарь и невеста остались с кейсом, полным денег, на кухне, под гнетом тяжёлых мыслей о дефиците времени.

— Нам нужны деньги, за якобы магические товары следует платить, да и за электричество, воду, газ, еду. Судя по всему, он украл их не у самых приятных людей. — Пыталась убедить жениха невеста.

— Да понял я. — отмахнулся Герой. — Но правильным от этого его поступок не становится.

— Ну, так он же демон, — беспечно пожала плечиками девушка, вспоминая, как одета и смущенно улыбнулась. Она вспомнила, как спала в одной кровати с будущим мужем, что тоже не являлось хорошим поступком, но, вопреки навеянным смущающим мыслям, в голове возникли образы из недавнего кошмара. Нинель болезненно сглотнула. — Адик, с тобой же все теперь в порядке, да?

— Как видишь. До сих пор не знаю, зачем и как Кай это сделал. И почему его пушистые штаны пропали! Видела?

— Да... видела, — вспомнила она, что именно ей довелось увидеть. Нинель стала выглядеть настолько несчастной, что Адонис сказал:

— Иди в душ, а лучше иди опять спать.

— Нет, пойду в душ. Надоело видеть кошмары, в них то ты умираешь, то Кай.  Надоело плакать!

С этими словами разозленная собственными речами девушка хлопнула дверью душевой, оставляя Адониса наедине с дипломатом и решением вопроса денег, которое единодушно скинули на него.

Мучаясь гангреной совести и ее вынужденной ампутацией, Адонис позвонил на работу, собираясь объяснить свое отсутствие. В трубку красноречиво молчали, шумно дыша, в свою очередь рыцарь тоже сохранял тишину, думая, будто на том конце провода знают о его поступке и осуждают.  Бес как раз шел через зал, неся испачканное кровью белье.

— Кто? — голосом перепуганного пьяного хомячка  спросили бывшие работодатели.

Неожиданно трубку выхватил Кай и поздоровался:

— Это демон! Хочу еще раз в гости!

Вопль ужаса разнесся по комнате из маленького аппарата, затем гудки.

— Все, хозяева бабла точно не доставят нам проблем, — весело заверил  демон, — считай их своей зарплатой.

— Так ты у моих работодателей их украл?

— Я украл их у бандитов, воров и мафии, которые пользовались услугами коллекторов, которые нам задолжали. Учись новым словам, Герой. Повторяй за мной: компенсация!

— Вот моя компенсация! — рыкнул Адонис и замахнулся кейсом. Не попал, поэтому просто швырнул чемодан в цель, и тот раскрылся при ударе об крепкие когти. Полюбоваться на дождь из купюр вышла из душа Нинель.

— Пожалуй, такую уборку я могу полюбить, — заверила она, начиная сбор средств на хорошую жизнь.

На Адониса стало жалко смотреть.

— Атрофируй уже свою совесть...  — возмутился бес, но быстро сменил тон. — Ладно, если мы раздадим часть этих денег нуждающимся, ты успокоишься и примешь оставшуюся часть как должное?

О своем предложении Кай пожалел в тот же момент, Адонис щедро разделил собранные в кучу деньги на две неровные части и угадать не сложно, кому должна достаться большая. В меньшей куче осталось на ближайший месяц хлебом закусить, если купить намеченные заранее вещицы, которые возможно могли содержать в себе легионы. Поняв это, Кай схватился за голову.

— Зачем, Доня? Они не оценят!

— Затем, что я вымирающий вид благородства!

— Скорее обреченный на вымирание динозавр! Вот ты кто!

Нинель, обрадованная тому, что хоть часть средств суженый позволил оставить, схватила несколько купюр, переоделась и рыжей молнией выбежала из квартиры, собираясь наконец поесть и накормить «благородных идиотов», как выразился Кай, на их компанию.

— И что предлагаешь? Раскидать деньги по городу? Бегать по улицам и раздавать нищим? Как ты представляешь раздачу денег и как думаешь искать нуждающихся?

Вместо ответа Адонис достал какие-то бумаги, как оказалось, адреса и суммы, которые изъяла контора «Дб легал». Бес возвел глаза на проблему чести, имеющую строгое лицо и светлые волосы, и с надеждой спросил:

— Ты же не хочешь, что бы я посетил всех этих людей и отдал им деньги? А вдруг они воры, бан...

— Здесь обманутые честные граждане, пытающиеся судиться. А так как я не могу еще нормально двигаться, то этим займешься ты!

— Ты что-то попутал, у меня не белые крылья!

— У тебя в заднице будет мой сапог, если ты немедленно не подорвёшься! А если не донесешь...! — родственник титана красноречиво показал, как нечто откручивает и назад выбрасывает.

— Но я...

— БЕГОМ!!!

Демона и след простыл, как и кейса с большей частью денег.

Утро наступило и перешло в день, только тогда вернулся демон. Сытые и довольные повраги спали, что сильно раздосадовало голодного, уставшего и недовольного демона, часть ночи и утра занимающегося поиском людей обманутых коллекторской компанией. Нужно признать, даже в этой ситуации Кай нашел, как себя позабавить. Открывают люди дверь, а там демон хвостом вертит и пачку денег протягивает. Так еще вещает громко, соседей беспокоит, а те выглядывают и дара речи лишаются.

— Вот собственно, возвращаем, невостребованные. Живите пока, грешите больше, а я потом приду.

Это было забавно, а нахождение в его комнате спящего Адониса расстроило. Хотелось продолжить веселье, поэтому чёрт направился в начале к Нинель. Как он и думал, девушка не заперла дверь.

— Какая беспечность, — тихонько шепнул бес на ушко спящей принцессы, которая моментально проснулась, но к его изумлению не показала бурю эмоций.

— Кай, дай поспать, — попросила она, переворачиваясь на другой бок.

— А где же уйди, извращенец, не лишай меня девичьей чести!? — возмущенно спросил чёрт.

Девушка засунула голову под подушку и уже оттуда озвучила посыл:

— Иди к Адонису, озвучь ему часть про девичью честь, приукрась и получишь бурю эмоций.

Куда послали, туда демон и пошел.

— Доня, это моя комната и моя кровать! — возмущенно виляя хвостом.

— А я еще болен и мне нужен нормальный матрас, — отозвались из-под одеяла.

— Ты не болен, а ранен.

— Тем более.

Кай улыбнулся и озвучил совет Нинель.

— А я твою невесту девичьей чести лишил...

Бурю эмоций хотел — бурю эмоций получил. Оказался на асфальте с отбитой спиной, в окружении лупоглазых людей, смотрящих то на прилетевшего демона, то на выглядывающего из разбитого окна четвертого этажа Адониса. Бес покрепче обнял подушку, поклонился зрителям и, помахав им ручкой, ретировался за первый же угол.   Убедившись, что демон жив, рыцарь сплюнул и ушел к себе на диван, в холодной комнате без окна спать предстояло демону. Тот вернулся после короткой прогулки, факту отвоевания жилплощади обрадовался, загородил окно шкафом и лег спать, как и повраги наплевав на часы, показывающие  середину дня.

А вечером, разбудив всех, явилась строй бригада, они же уфологи. И Герман вместе с ними. Нелегальный доктор был взволнован, даже взвинчен. Сразу по прибытию, после заверения Адониса, что он жив-здоров, он увел Кая подальше и потребовал:

— Срочно ко мне на обследование! Адрес...

— Знаю. Приду завтра. Но боюсь я уже в курсе, о чем ты скажешь, — тихо прошептал демон, отодвигая край штанов сбоку, показывая результат облысения.

— И тебя это не беспокоит?

— Не очень, понимаешь... — Кай резко замолчал. Рядом прошел Адонис с досками, и Нинель с увивающимся Андреем в качестве хвоста. — Ах, да!

Неожиданно демон изменил голос на демонический и прошипел:

— Я знаю, чем ты помимо нелегальных операций занимаешься, поэтому держи язык за зубами!

— Понял, держу, обещаю! — пробубнил доктор и ушел помогать в ремонте, подальше от рассерженного демона.

Кай обвил свои ноги хвостом и сложил когти на груди, погружаясь не в самые приятные размышления, когда его отвлек окрик Нинель.

— Смотрите – снег!

Через стекла окон был виден танец первых снежинок. Бес высунул рогатую голову и поймал пару штук языком. И неожиданно, посчитав на когтях дни, он развернулся к людям и спросил:

— Неужели уже месяц прошел?

17 глава

Адонис быстро пошел на поправку и через пару дней мог выйти на работу, если бы нашел место, готовое его взять на службу. К великому разочарованию людей и демона, «свет» не дали. Телевизор и компьютер потеряли свой шарм, зато грязное белье и холодильник приобрели новые свойства. Об этом объявила вошедшая в гостиную Нинель.

— В нашем холодильнике завелись зеленые человечки, судя по запаху, они сдохли и разлагаются. Полы грязные, белье не стиранное, посуда не мыта, отопление отключено! — бушевала принцесса. — В общем, сейчас займемся уборкой, оплатой и прочими бытовыми мелочами.

Адонис неловко встал и попытался возразить:

— Нинель, уборка не поможет нам вернуться домой... — его грубо прервали, отдавая несколько купюр, указывая на дверь.

— Заплати за свет! — потребовала Нинель Королёва, как никогда соответствующая выбранной фамилии, и вытолкнула едва успевшего натянуть сапоги мужчину за дверь. Дальше она позвала второго парня, — Кай! Иди помогать! Кай?

Демон спал. Он вернулся после длительного рейда по всем возможным музеям. От количества просмотренных экспонатов рябило в глазах. Эпичное исполнение без страховки и дублера трюков из фильма «Миссия невыполнима» заслуживали отдельной истории, и все шло спокойно, пока его не заметила охрана. Находился бес в тот момент в египетском зале и не придумал ничего умнее, чем выбросить мумифицированный труп и закрыться в саркофаге.

Охранник сильно удивился валяющемуся у закрытого саркофага фараону, и потребовали правонарушителя освободить жилплощадь правителя да сдаться. Кай приоткрыл дверь, просунул в нее руку с когтями, продемонстрировал, затем голову с рогами, улыбнулся и.... и ничего.

— Да кто берет настолько близорукого человека в охрану!? — ругался бес, прикрываясь почившим правителем Египта и удирая к распахнутому под потолком окну. Оставив императора дышать свежим воздухом, ночной посетитель музея сбежал от завывания полицейских сирен, посмеиваясь над реакцией правоохранительных органов на записи камер наблюдения. Улыбка поблекла – он снова не нашел ни одного Легиона. Один скипетр и два амулета содержали следы магического составляющего, но оно давно изжило себя.

И вот сейчас его, усталого от приключений, пытаются подключить к работе.

— Овощ тебе в помощь!

— Какой? — не поняла намека принцесса.

— Я бы уточнил, но, боюсь, ты не так поймешь. — Встал демон с кровати и спросил, — так какую работу, по мнению царственной особы, должен делать демон?

— Стирать, — с улыбкой ответила хозяйственная девушка.

— Хм, — рассмотрел свои когти демон, — как ты себе это представляешь?.. Хотя... Эй, принцесса, а давай потанцуем!

— Причем тут танцы, я тебе о стирке толк...

— Сейчас увидишь, пяточек! — весело заявил черт, откусив (!) когти на ногах и подхватив девушку хвостом.

Вернувшийся домой Адонис застал картину диких плясок демона и своей невесты в душе по мыльному белью. Причем острые когти, вместо того, чтобы быть на ногах, лежали на кухонном столе, отчего пальцы ног демона казались куцыми. Оба хохотали, кружились, едва не поскальзываясь, придерживали друг друга и получали массу удовольствия от подобной стирки.

Идиллия породила неловкость. Неловкость родила подозрение, а вместе с ним вновь возобладала разумом паранойя. Член святой инквизиции подавил в себе приступ агрессии и как мог мирно обратился к Каю, передавая листовку:

— Один человек устраивает вечер прощания в стиле Хэллоуина. На вечеринке будет вот этот предмет, который считают волшебным дарителем удачи. — Кай не взял листовку, он лишь подошел и взглянул на нее, увидел постамент и монету под стеклом. Старая, местами поцарапанная, она обещала своему обладателю четырехлистный клевер и решение финансовых проблем. Однако учитывая аукцион и желание людей обладать этой монетой, поначалу она явно собиралась ободрать будущего владельца до нитки.

— Схожу, гляну.

— В этот раз мы идем с тобой. И так уже по всем каналам тебя показывают. Тоже мне, Злое инкогнито. — Заявил Адонис, рассерженный беспечным поведением демона и его неспособностью быть более скрытным.

— Ага, да тебе просто поразвлечься хочется, — насмешливо выдал бес, не отвлекаясь от полоскания. Под гнетом наблюдения работа пошла быстрее, но не так весело.

— Думай, что хочешь, но не поднимать шуму. Если сразу найдем монету – прекрасно. Если нет, будем думать прямо там, в любом случае понаблюдаем за аукционом и узнаем, кому она перепадет.

— Затем заберемся к этому кому-то в дом и ограбим!

— И проверим монету, — с нажимом откорректировал план рыцарь. — И только если не сможем проверить ее на месте. Собираемся! Аукцион может скоро начаться!

— Середина дня, — воззвал к благоразумию бес, помогая Нинель отжать простынь, после наблюдая, как рыжая принцесса уносит выстиранное и выполосканное белье сушиться на балкон. — Сам же хочешь, чтобы я поменьше люду глаза мозолил.

— Вечеринка-маскарад, мы тоже идем и тоже будем переодеты, — с этими словами мужчина вытряхнул из пакета карнавальный костюм рыцаря и ангела. Бутафория обещала порваться в плечах у рыцаря и висеть в груди у ангела.

— Да я звездой там буду, если у остального народа такие же наряды. Какой адрес, пойду в шпиона играть. — Фыркнул бес, отращивая на ногах ранее обрезанные когти и повторно заглядывая в листовку.

— Стоять, паразит! — махнул кулаком Адонис, на развернувшегося к окнам демона. Промахнулся, и бес беспрепятственно нырнул в окно. — Вот ублюдок! Нинель, ты видела, да? Надеюсь, он ничего не натворит!

— Может, тебе чуть больше ему доверять? — укорила принцесса, собираясь пройти мимо, но Адонис ее поймал за локоть и развернул к себе для серьезного разговора.

— Слушай очень внимательно, как бы мирно себя не вел Кай – он демон. Я не уверен в том, что он настоящий повелитель темной цитадели, но я слишком хорошо знаю их демоническую природу. Не обманывайся, он нам не друг. Он никогда не сможет им стать! Доверять нам ему не с чего! И, рано или поздно, он первым бросится на нас!

Принцесса скинула руку жениха и подняла оброненный на ковер пододеяльник, вешая его на дверцу шкафа.

— Я так не думаю, — встала на защиту беса девушка. — Он уже неоднократно спасал нас.

— Только потому, что мы ему нужны... для чего-то!

— Для чего? Нервы трепать?

— Да откуда я знаю!

Нинель шумно втянула воздух и рассказала то, что утаивала, о произошедшем в цитадели.

— Когда меня похитили, то едва не изнасиловали два демона, Кай остановил их и забрал меня из тюрьмы. Я успела передумать все возможные варианты своего обесчещивания, а он ко мне не прикоснулся. И тогда, на поле боя..., — Нинель замолчала, ей не хотелось даже думать, что единственный близкий человек, на которого она столько лет опиралась, мог, мало того что причинить ей боль, мог убить! А защитил ее тот, от кого она ожидала обратное. Она пропустила этот кусок истории, переходя к сути. — Даже ты оставляешь его рядом со мной, невольно доверяя. Он живет с нами уже месяц и ни разу не навредил, скорее ты ему шишки набиваешь. Я не верю в его желание убить нас. Адик, я знаю, он демон, но я думаю, он не так...

Адонис резко прервал невесту своей историей:

— Нинель, у меня был друг, боевой товарищ, он дважды спасал мою жизнь, дважды не дал в себе усомниться, а на третий предал, положив к ногам противника половину наших войск. — Девушка смотрела пораженная, за долгое знакомство, она никогда не слышала этой истории. Он ей не рассказал о той страшной битве и о предательстве друга.

— Прости.

— Я к тому, что Кай даже не человек. Он воспитывался без моральных и этических принципов, он как пришелец, которого ищут наши покровители. А значит, сколько бы он не имитировал свою человечность, однажды он может о ней забыть. И если честно, я думаю успеть пустить ему кровь, сразу же, как мы попадет в Сайнтарз. — С этими словами рыцарь снял со стены свой длинный меч. От вида этого оружия нахлынуло ощущение першения в горле. Именно им он едва не обезглавил её, именно им он убьет Кая.

Страшнее всего стало ощущение неотвратимости, неизбежности расклада событий. Когда они вернутся в родной мир, возобладают старые правила и роли: она – принцесса, ее роль быть женой и родить наследника; он – рыцарь, его роль убить Зло всего мира; Кай – демон, повелитель, которого убьют или который убьет. Игра с одним победителем и одним трупом. Вспомнился тот дикий смех, которым наградил этот мир бес в первые минуты после перемещения. Будто понял – в этом мире им нет нужды придерживаться определенного сценария. Ему это понравилось. Но отчего тогда этот демон старается найти артефакт и вернуться домой...?

— Ты оделась? — услышала она голос Адониса и поняла, что стоит в своей комнате и сжимает в руках дешёвый синтетический костюм с крылышками. И думает, а хочет ли она сама... домой?

Клуб, снятый для мероприятия прощания с родиной, как назвал его хозяин вечера, имел три этажа и уже был наполнен людьми. На входе стояли охранники, пропускающие только по приглашению, а приглашение двух иномирцев ждало на противоположной части здания, свесив хвост.

— Забирайтесь! — крикнул им бес, позволив Адонису воспользоваться хвостом как канатом, а Нинель просто подхватив за талию и, уже через мгновение, поставил подле. Кай не шутил, не ерничал и казался предельно сосредоточенным. — Я чувствую Легионы,

Это заявление обнадежило Адониса и напугало принцессу. Реальность их мира накрыла тяжестью, заставляя видеть будущий печальный исход.

— Значит, наш вынужденный союз скоро найдет свое завершение! — восторжествовал рыцарь, но его тут же осадил демон.

— Не торжествуй до срока, я еще не до конца уверен.

Взгляды встретились: нерешительный Нинель, наполненный надеждой Адониса, и неожиданно спокойный Кая.

Незваные гости открыли дверь кладовой, через которую проникли в здание, и вошли в коридор, приведший их в общую массу гостей. Люди, одетые в зомби, мумии, вампиров и супер-людей заполняли собой все не маленькое пространство зала и нескольких смежных комнат. Гости играли в бильярд, в карты, танцевали, ели, пили, в общем, культурно проводили время. На пополнение в своих рядах никто не обратил внимание.

Кай самодовольно улыбнулся, наблюдая за проходящей рядом девушкой в костюме кошки, окидывающей его оценивающим взглядом хищницы. Бес забавлялся. Никто не признал в странном тощем юноше настоящего демона. Скорее это повраги выделялись дешевыми нарядами. Хотя охочих до красивых тел и горячих ночей женщин нелепый наряд не остановил, и уже двое представительниц длинных ног облизывались на Адониса, чьи накаченные мышцы просматривались даже через бутафорию. Они только и ждали, когда Нинель отойдет в сторонку. Черт мурлыкнул от идеи увести принцессу, в последующем  наслаждаясь зрелищем соблазнения непреступной крепости, построенной на моральных принципах и воздержании.

— И где наши Легионы? — нетерпеливо спросил рыцарь, оглядываясь по сторонам.

— Где-то тут, — не смотря на поврага, ответил бес, на шею которого неожиданно бросилась молоденькая девушка в костюме героини комиксов.

— Привет! Какой крутой у тебя костюм! Хочешь, я продам тебе свою душу? — девушка явно намекала на более близкое знакомство, компрометирующе закидывая на объект своего вожделения ногу и притягивая ближе за рога.

Адонис скривился и поскорее увел Нинель от неприличной сцены, достойной бордельных игрищ. Но та не отрывала взгляда от лукавой улыбки Кая, который обнял девушку за талию и что-то прошептал ей на ухо, обнимая хвостом.  Что именно шептал бес, никто не слышал, но охотницу на демонов сдуло в тот же миг из клуба.

— И к чему эти взгляды? — удивился бес.

— Думал, ты воспользуешься ситуацией, — честно признался Адонис. — Но чем ты ее так расстроил?

Чёрт фыркнул и бросил взгляд на Нинель, которая все еще хранила напряжение тяжелых мыслей, неловко улыбаясь. Он ответил:

— Беспорочно заявил, что с шлюхами не сплю и порекомендовал побеспокоиться о ребенке, которого она носит уже второй месяц, но о котором не знает.

— Ух, ты! Как ты узнал? Ну, что она блудница и беременная.

Рыцарь показал бесу кулак, но Кай не счел такую угрозу достойной опасения, ответил:

— Это сложно объяснить, скажем, по запаху. Можно сказать, я почувствовал это. Прости, принцесса, это моя особая способность, которую даже я до конца не понимаю. Но, например, о вас я могу сказать, — тут он оказался рядом с Нинель и лизнул ее ушко, выдыхая, — ваша невинность под угрозой.

Тяжелый кулак едва не приласкал рогатую голову за подобные шутки, но промахнулся, зато пинок придал нужного ускорения и демон умчался, ловко лавируя между людьми.

— Вот зараза! Нинель, не обращай на него внимания, как я говорил, он бесчеловечен и не знаком с приличиями!

Красная от смущения и негодования девушка кивнула и улыбнулась, от глупой и пошлой шалости стало чуточку легче, она отвлекла от тяжелых мыслей. Беспечность Кая передалась и ей, захотелось просто побродить по залу и потанцевать.

Рыцарь и принцесса в костюме ангела двигались между гостями в поисках убежавшего демона. Длинный хвост взметнулся вверх маяком, ведя к месту встречи. Окружающие люди восхищались «дивным костюмом» и норовили пощупать «прогрессивные технологии», то есть подвижный хвост.

— Куда удрал? — схватился рыцарь за прогрессивные технологии.

— Пусти хвост, — шикнул бес на рыцаря, стараясь сохранить улыбку.

— Нет уж! Будь рядом! Мало ли, что ты натворишь!

— Уймись, инквизиторская душонка, стань добродушной тушенкой, я тут уже час с лишним хвост, рога и когти демонстрирую, и пока никого не съел.

— Именно, что ПОКА никого!

Кай возвёл очи к сияющей огнями люстре и неожиданно напрягся. Адонис едва не свалился с ног от рывка «поводка», Нинель в этот момент держалась за руку рыцаря и оторвалась от пола во время рывка. Она еле-еле поспевала переставлять ноги во взятом бешеном темпе бега, подпрыгивая и развеваясь, словно флаг.

Гости не возмущались, считая происходящее происками тамады. Когда бес резко остановился и в него врезался бутафорский рыцарь, потрясающий настоящим мечом, наблюдавшие даже начали аплодировать. Нинель, слегка позеленевшая после исполнения роли развивающегося флага, не стала разнимать начавших задирать друг друга повраг. Горло пересохло, и она поймала официанта, сняла с его подноса фужер, заигрывающий с пузырьками в своем хрустальном чреве.

Адонис вытянул руку с мечом, едва не касаясь кончиком лезвия носа Кая, который насмешливо щурился, игнорируя угрозу и громкие слова о своей скорой смерти. Он даже смотрел не на рыцаря, а мимо, за спину.

— Герой, твоя дама в беде, — насмешливо прервал угрозы Адониса, демон и кивнул на Нинель, опорожняющую второй по счету бокал.

— Не пейте это! — крикнул герой и отнял пустой бокал у слегка порозовевшей принцессы, которой коварная шипучка ударила в голову.

— Поздно, — поздравил демон и придержал девушку хвостом.

— Я в порядке, — отшатнулась Нинель от хвоста и задрала носик, облокачиваясь на рыцаря.

— Мы видим, — бес хохотнул, и за это получил по ребрам стальным кулаком.

Не успел Кай продышаться, как потух свет, зажглись клубные черные лампы и осветили фигуру на небольшой сцене. Мужчина средних лет, выглядящий несколько моложе положенного возраста, возвел руки на публику и громко объявил:

— Дамы и господа, друзья и подруги, все кто присутствует сегодня на моем прощальном вечере, здравствуйте! Как вы знаете, мой самолет уже заправлен и готов к старту на далекие заграничные земли, где меня ждет красавица жена! Вы за меня рады?! — В ответ одобрительные крики. — А уж я-то как рад! Поэтому сегодня, я позволю вам приобрести мой талисман удачи, мой испанский золотой дублон.

Мужчина, Кай вспомнил его имя написанное на листовке – Михаил Потанин – продемонстрировал предмет, на который демон тут же сделал охотничью стойку.

— Куда!? — рыкнуло Добро на дернувшееся к сцене Зло, поймав того за шею.

— К Легионам! Я их чувствую! — чуть хрипло от давления ответил демон и дернулся повторно, но хватка инквизитора почти до хруста сдавила шею, и Кай сделал шаг назад, показывая свою послушность.

— Успеем. Не дергайся, — уже спокойнее закончил рыцарь, одной рукой продолжая удерживать демона, второй придерживать шатающуюся принцессу, рвущуюся на танцпол.

В это время Михаил Потанин закончил приветственную речь и сошел со сцены, закончив объявление:

— Через час состоится аукцион, готовьтесь к жестокой схватке долларов!

Под шум аплодисментов и свист Адонис рискнул повести свою команду в сторону организатора, что бы попросить посмотреть монету, Кай бы сразу понял, есть в ней Легионы или нет. А дальше действовали бы по обстоятельствам. Но на середине пути случилось непредвиденное в двойном размере. Вначале поскользнулась и упала Нинель, а пока рыцарь выполнял свой долг и помогал даме, вырвался бес. Один клок волос в руке остался. Впрочем, нашелся он быстро и ушел недалеко. Стоял с краю зала не шевелясь, на лице застыла озадаченность.

— Доня, только что монета перекачивала вон к тем людям, — черт указывал на одинаково одетых в красное лакеев. — Я пойду, поищу организатора, хочу у него кое-чего спросить.

С этими словами бес нырнул в гущу гостей.

— Стой! — Адонис попытался поймать ускользающий хвост, но не преуспел. Пришлось надеяться на благоразумие демона.

Одетые в яркое слуги ушли в коридор, перегороженный лентой, туда вход был запрещен. Адонис потратил некоторое время для выяснения этого факта, стараясь не выбить дурь из охранников, преградивших ему путь. Нинель почти легла на держащую ее руку, и рыцарю оставалось только уложить поверженную напитком принцессу на диванчик.

— Вы можете воспользоваться комнатой наверху, — кивнул на лестницу охранник. Так Герой и поступил.

Большая комната встретила застеленной кроватью с кучкой баночек на столике, включенным эротическим фильмом и неожиданно приятным ароматом расставленных по вазам неизвестных рыцарю цветов. Быстро выключив фильм, он уложил заснувшую девушку на кровать.

— Надо было тебя дома оставить, — беззлобно сказал святой рыцарь спящей девушке, подходя к окну. Был еще час до аукциона, и в это свободное время решительно нечем было заняться. Занятие нашлось раньше, чем Адонис отодвинул шторку. За окном промелькнул карабкающийся вверх черт, в его хвосте рыцарь успел заметить человеческую фигуру. Если еще в первый миг представитель добра надеялся на воображение, то в следующий выбежал из комнаты, и побежал на последний этаж вверх, надеясь быстро найти выход на крышу.

Если против убийства преступников, рыцарь еще мог просто поспорить, но счесть меру наказания приемлемой, то за мирное население он вставал горой.

Кай стоял к нему спиной и держал жертву на весу, протягивая к ней свои когти. Выражение ужаса на лице организатора вечеринки Адонис смог рассмотреть без труда. Заметив новое лицо, Михаил Потанин дернулся и с надеждой прошептал:

— Помогите!

Герой не услышал, прочитал по губам и зарычал, обнажая меч.

— Кай! Что ты делаешь?!

Демон не обернулся, но когти опустил. Он не показал виду, что слышал вопрос поврага, не поворачиваясь, сказал равнодушным голосом:

— Помнишь, я говорил, носителем легионов может быть человек. — Выждав пару секунд, демон повернулся. — Легионы в нем, не в монете. Этот человек очень слабый маг по меркам нашего мира, его даже в академию не взяли бы. Но по меркам этого, он способен творить чудеса. Его удача одно из сотворённых им эгоистичных чудес. Он облапошил огромное число людей, забирая предначертанное им. Крал их счастье, понимаешь?

Михаил Потанин заскулил:

— Я не знал! Я не знал что брал! Я не виноват! Думал, просто удачлив! Простите! Я не хочу в Ад! Только не в Ад!

— Забавно, — ответил демон. Адонис не видел его лица, но воображение нарисовало уродливую улыбку, — Людские стереотипы так забавны — и я люблю на них играть. Ты даже не представляешь, как смешно выглядит человек, тычащей зубастой твари в морду крест. И человек, убеждающий демона, будто незнание огораживает его от ответственности. А ты как думаешь, Доня?

— Я думаю, что не давал свое согласие на жертвоприношение!

— Помню, — подтвердил бес, сдавливая шею своей жертвы хвостом сильнее. Хрип достиг ушей рыцаря, и он собрался броситься в бой. — Стоять! Если ты двинешься, я его убью, и мы переместимся в наш родной мир, этого я и добиваюсь. Вот только, — бес горько улыбнулся, — если так случится, Нинель останется в этом мире в одиночестве! Ее же здесь нет.

Адонис сглотнул. Он увидел магический круг, грубо нарисованный когтем и заметил, насколько равнодушное лицо у вечно ухмыляющегося демона, медленно к нему разворачивающегося.

«Нужно думать! Вспоминать! Любая деталь спасет сейчас того человека и позволит убить эту двуличную мразь!» — представитель света нахмурился, удобнее перехватывая меч, а представитель тьмы чуть наклонился.

— Но ты еще здесь! Значит, этот ритуал не моментальный! Так? А значит, я успею убить тебя, если ты убьешь этого человека! — заявил рыцарь и сделал шаг вперед.

— Стой! — громче крикнул бес. — Подумай! Один человек! Всего лишь один человек и мы окажемся в родном мире! Сколько умирает от болезней в ДТП, по дурости и от братьев по разуму! Ежесекундно! Так какая разница?!

— Это тебе нет разницы! Лишь бы кровь пролить!

Кай криво ухмыльнулся.

— А ты у нас, значит, такой чистенький? Скажи, скольких ты убил? Десятки? Сотни? Нет! Тысячи, Доня! Да ты по локоть в крови!

— Заткнись! — приближался убийца демонов. — Ты умрешь! Как и тысячи до тебя!

— Ты даже меня хуже! Ты убивал своими руками! Чувствовал! Наслаждался! Ты и сейчас наслаждаешься! Битвой! Кровью! Страхом! Убийством! — с последними словами, голос Кая окончательно обратился в голос демона, а его жертва была отброшена, едва не свалившись с края.

Взмах меча по пустоте, уклон от растопыренных веером когтей, подсечка хвоста, встреча спины и крыши, уклониться от удара этой змеистой конечностью. Демон шипит как настоящая змея преисподни, он прыгает, рыцарь защищается, но бес оказывается в стойке на руках. По мечу бьют ноги, когти едва не задевают висок. И новая атака хвостом — удается уйти.

Этот танец не приближает к победе. Он лишь создает фейерверк искр.

В этот раз нападает воин, демон защищается, легко уходя от атак, в поисках возможности нанести свой удар. Возможность находится быстро. Замах вверх, демон почти вплотную, заглядывает в голубые глаза, читает в них ненависть и бьет когтями.

«Все... конец». — Думает отлетающий в сторону рыцарь, падает и тут же вновь поднимается еще злее, чем был. На плече обещает вырасти огромный синяк от удара тупой стороной когтей.

Кай нападает. Кай избивает.

Удар по левому плечу, по правой ноге, по шее, по голове, разбит нос, подогнулась нога. Но он не бьет лезвиями, поэтому ему приходится вновь защищаться, и в этот раз удары достигают цели.

Бес вскрикивает, делая мостик назад и несколько раз перевернувшись, останавливается. На его груди длинный порез, в нем клокочет вытекаемая толчками кровь. Она капает на грубо нарисованный круг и сияет легионами, ловя символы не начатого ритуала. Передохнуть черту не дают, его настигает новый удар. Частично блокируемое, лезвие коснулось бока, прошло по ребрам и задело одно из них, сломало.

Демон с трудом блокирует меч и увеличивает дистанцию. Его раны заросли на глазах и он вновь готов принять удар и нанести свой. В этот раз, хитро поймав меч между ладонями, вырывая и откидывая в сторону, Кай кусает подставившуюся руку.  Крик врага – музыка для ушей. Челюсти приходится разжать, Адонис едва не разбил бесу голову кулаком. Второй удар в холостую. Третий – по боку. Четвертый — в висок.

Легкая дезориентация и в недавно раненый бок приходит новый удар ногой. Улететь не дает хватка за шею. Еще секунда промедления и гортань смята, но хвост вовремя оплел и подогнул колени рыцаря. Передышка в три секунды, и вновь встреча тупой стороны когтей и лица, кровь брызгает из разбитого носа, демонический рык, в ответ на удар в лицо – удар в солнечное сплетение. Острые когти-ноги пропарывают чужую ногу, а рыцарский кулак едва не выбивает пару острых зубов. И снова разрыв дистанции. И снова брызги крови.  В этот раз Кай замахивается когтями по-настоящему и едва не сносит Адонису голову.

Передышка. Голубоглазый блондин и красноглазый брюнет оценивают друг друга, пьянеют от вида и запаха крови.

Игры кончились. Казалось, никто не в силах остановить новый раунд, но на крышу входит Нинель. Входит и замирает.

Жуткий, ужасающий, страшный, пугающий демон, вот каким увидела она Кая в тот момент. Линия губ стала шире чем считается нормой у людей и затрепетала, обнажая острые зубы; глаза, напротив, сузились, обратившись щелочками, через которые виднелись полыхающие огоньки. Руки с длинными когтями опустились на пол, все тело беса напряглось, говоря о готовности убивать. Вокруг много крови, она каплями украсила крышу: красная и сияющая, Адониса и Кая.  Нинель застыла, широко раскрыв глаза, впервые признавая правоту слов суженного об истинном лике демона. Она хотела позвать, но не могла из-за вставшего в горле кома. Ноги едва не подогнулись. Хмель разом выветрился, оставляя наедине с картиной битвы.

Ее заметили. Напряжение начало сходить, как вода с гуся. Многократно начатая, но сорванная битва вновь осталась без победителя.

Кай снял, словно маску, с лица оскал и потупился. Не изменяя плавным движениям, он медленно поднялся и спрятал когти за спиной. Ему оказался неприятен такой взгляд рыжей принцессы – разочарованно-испуганный.

— Тебе решать, — глухо, хрипло и с оттенком демоничности прошелестел голос беса. Далее более громко и уже человеческим голосом закончил он, — Я снимаю с себя ответственность за принятие этого решения.

Отвернувшись, демон медленно ушел к краю крыши, на последки обратившись к рыцарю:

— Не пожалей потом, Адонис.

Его фигура, чуть прихрамывая, достигла края крыши и исчезла в пропасти между зданиями, мелькнула на дальней крыше, и снова пропала... Оставалась надежда, что не навсегда.

18 глава

Отношения резко перешли из более-менее мирных в агрессивный нейтралитет. Кай отдалился  как от Адониса, перестав его задирать и подначивать, так и от Нинель, не реагируя на ее попытки поговорить с ним. Из дома он не ушел, но стоило одному из людей войти в его комнату, как демона ветром выдувало в окно, и тогда его не видели до самого вечера или даже утра. Иногда он пропадал на пару дней и возвращался загнанным, сразу ложась спать.

Две недели подобного психоза Нинель и Адонис выдержали относительно легко, но затем они заметили еще одну ненормальную вещь — Кай ничего не ел. Нинель надеялась, что он благополучно ворует себе пропитание, но резкая потеря веса демона говорила о голодании. Учитывая, что верхнюю одежду черт не признавал и лазил везде в джинсах, которые начали напоминать дырявую половую тряпку, то это заметил даже того не желающий Адонис.

Кай удивился, когда нашел на своем столе тарелку с пирожками и запиской сверху: «Пожалуйста, скушай». Когда он не съел ни одного из той порции, Нинель пришлось испугаться. Она пыталась поймать его и покормить насильно. Где бы он ни был, девушка преследовала его, вооруженная едой. Верхом упрямства и глупости стал ее поход за ним на крышу по пожарной лестнице.

— Разобьешься же, белочка! — помог он ей забраться.

— Раз белочка, то не разобьюсь. Вот! Ешь! — подсунула она ему пакет под нос.

— Если я съем, ты успокоишься? — спросил он с надеждой.

— Я успокоюсь, когда вы помиритесь, ты и Адонис, но раз это пока нереально, мне будет спокойнее, когда ты перестанешь нас избегать — его и меня.

Хвост раздраженно метался из стороны в сторону, пока не обвил девичью талию.

— Я постараюсь, — сказал черт, поднимая девушку и в два прыжка оказываясь в квартире.

Несмотря на обещание, единственной, с кем отношения наладились до прежнего уровня, была Нинель, которая сама настаивала на дружеских сеансах кино и поиске магических товаров по интернету. Подобное положение дел бесило Адониса еще больше.  Иногда он сидел с мечом на коленях и так смотрел на Кая, что девушка сама выталкивала того в окно. Затем умудрялась поругаться с женихом и запиралась в комнате. Рыцарь на сто процентов был уверен, что черт делает это специально, специально бесит притворной дружбой с Нинель.

Так продолжалось, пока Кай не пропал на неделю. Он уже это делал сразу после последней драки за жизнь покидающего родину миллиардера, который даже не отблагодарил своих спасителей. Но в этот раз дни тянулись, а хвостатая нечисть не возвращалась, работа для рыцаря находилась лишь временная, и Нинель не прекращала беспокоиться.

Звонок в дверь раздался посреди ночи. Адонис вскочил и машинально потянулся к мечу, попутав трезвон звонка со звуком сталкивающейся стали. Посмотрев в глазок и увидев  знакомую черную шевелюру и красные глаза, рыцарь выдохнул с облегчением. Свое беспокойство по резко сгинувшему бесу он объяснял билетным положением нечисти. Помрет – их домой никто не вернет.

Открыв дверь, блондин было набросился на долго отсутствующего сожителя.

— Ты где бы...!

Но вид едва держащегося на ногах демона заставил его оборвать гневную речь.

Кай с трудом поднял голову и не сразу отпустил звонок, за который держался одной рукой.

— Ты что, в вивисекторе отдыхал? — сипло поинтересовался рыцарь, пропуская в квартиру едва переставляющего ноги демона.

— Именно там, — голос сухой, слова неразборчивые.

— Подсел на что-то? Или скурил? По тебе будто табун лошадей промчался: туда и обратно. А кровь откуда? Твоя?

— Нет, — тихий ответ и неожиданное продолжение. — Убил кое-кого.

— Ты что...?

— Шучу, — тяжелый смешок упал, словно болезненный выдох и, заметно хромая, Кай пошел на кухню, надолго присосавшись к крану. — Оказывается, твой меч и ты — не единственное, что может меня убить.

Демон открыл холодильник и взял оттуда сырой кусок мяса, разом проглотил, не сильно заботясь разжёвыванием и рассказа:

— В меня фура въехала на магистрали. Думал, помру. — Напившись воды, к Каю вернулся голос.

Представляя эту картину, рыцарь даже усмехнулся.

— Что ты делал на магистрали?

— Проверял счастливый знак, Доня. Я всю хренову неделю и даже больше носился по этому долбанутому городу. Памятники, плитки, флюгеры, флаги и бог еще какую дрянь жители наделяли якобы волшебными свойствами, и все это мне нужно было проверить. Угадай, кто виноват в подобном? Ты не понимаешь? Легионов у меня все меньше, а без них перемещение между мирами нам не светит. Соблазнился этим миром и домой уже никак?

— Не городи чушь!

— А ты будь благодарен что, такой как я, столько делает для такого, как ты, — с вызовом произнес потрепанный демон.

— Благодарен? Тебе? За что? Ты ищешь путь домой для себя! А мы придаток, который ты утянешь за собой! Я даже догадываюсь, зачем мы тебе! Нинель ты легко можешь использовать для бескровного захвата ее королевства, а меня как рычаг давления: «герой мертв или в пыточной – хреновый герой»! Я верно разложил положение вещей по полкам, демон?!

Кай смотрел в начале пораженно, затем с восторгом. Он засмеялся, как могут смеяться только демоны.

— В точку! Какой потрясающий план! — театрально вскидывая руки, — Ты потрясающий, настоящий детектив, раскрыл такой сложно-очевидный заговор. Разложил его по полочкам. Гордись собой!

— Ты отвратителен, ты знаешь?

— О-о-о да! Я демон, нечистая сила, само олицетворение Зла всего мира! Или как вы там меня еще называете! Вешаете свои грехи на мой ярлык! Да вы жалки!!!

Адонис попробовал успокоить, но когда сам виновник подчеркивает свою вину и смеется над обвинителем, хочется убить его. Нинель просила хотя бы попробовать смириться с его существованием, отчаявшись помирить врагов, но это оказалось невозможным.

— Монстр! По твоей прихоти убиты миллионы! Сотни земель полыхали в огне! Да ты должен умолять меня о прощении!

— Тебя!!? Умолять!!? — в красных глазах полыхнуло безумие, и Кай яростно зарычал. — Ты думаешь, мне нужно твое прощение!!?

Рыцарь резко сошел на шепот:

— Ты прав, не нужно. Тебе нужно его не вымаливать, а смывать кровью!

Маниакальный смех разрезал тишину и разбудил Нинель, она не стала выходить из комнаты, просто прислушалась, надеясь на успешное разрешение без ее вмешательства.

— Чьей кровью? Доня, чьей кровью я, по-твоему, должен смыть прошлые заслуги? Назови мне имя, адрес, и мы сходим к этой выдающейся личности! И спросим, хочет ли он сделать мир лучше? Он скажет: «Да!». И тогда мы скажем: «Твоя смерть сделает его лучше». Давай же, омой мир кровью, спляши на могиле, развей все в прах и жди. Авось воскреснет обновленным! Этот долбанный, отвратительный, погрязший в войнах и дрязгах мир! Скажи, что моя кровь сделает мир лучше, и я пошлю тебя в задницу!

Демон тяжело дышал и явно пребывал в состоянии, далеком от нормы. Он распалялся все больше и больше, вместе с тем бледнея все сильнее. И, несмотря на невысокий рост по сравнению с Адонисом, рыцарю казалось, будто Кай смотрит на него сверху.

Неожиданно бес прервал свою громкую речь, быстро обходя Героя и открывая дверь в туалет. Его вырвало недавно съеденным мясом.

— Тьфу ты, только продукты перевел, — глухо прокаркал бес и вновь пошел на кухню пить воду. — Эй, Доня, решил стать статуей, если нет, то отомри!

Рыцарь не двинулся с места ни на шаг. Он думал об услышанном и никак не мог уложить правильность этих слов в коробку своего мировоззрения. Поэтому он молчал, желая замять и забыть. Но Кай продолжил с того же места, на котором прервался.

— Если считаешь, что мир вдруг переродится, станет идеальным домом для всех, забудет о распрях и возлюбит всех без оглядки на пол, возраст, религию, мировоззрение, то давай, убей меня. Вдруг это резко поставит все на места. Вот только, знаешь, этому миру насрать, жив я или мертв! И тому насрать на этот интересный факт!

— Если я действительно так считаю? — тихо поинтересовался Герой.

— Считай так дальше, я не против. Дай отдохнуть пару дней, и смахнемся. Все одно, легионов я не нахожу. Ты отпустил — пожалел наш единственный шанс. По сути, вам я становлюсь бесполезным. Верно?

Не дожидаясь ответа, демон прошел через зал к себе. Адонис услышал, как хлопнула дверь, и сполз по стенке на пол. Ему не хотелось думать над происходящим, он намеревался вернуть свою старую, разложенную по черно-белым полочкам жизнь, не мог понять, почему сейчас там бардак и половину лежит на сером полу его жизненных позиций, перетасовываясь цветными вкладышами имен и названий. Второй месяц в этом мире подходил к концу, а так и не получилось определиться: ни со своей судьбой, ни с судьбой пригретой «змеи».

Услышав диалог, Нинель закусила палец. Вот он – конец конфликта – они столкнутся в битве, и один из них умрет. Она тихо заплакала, не зная, что её жених, сидя на полу, закрыл глаза ладонью и смотрит на стену через растопыренные пальцы, будто ждет, что на ней высветится послание высших сил с подробной инструкцией.

Утром выспавшимся оказался один лишь Кай, который насмешливо окидывал взглядом двух зомби человеческой наружности, с красными от недосыпа глазами, мешками под очами, бледной кожей и растрепанными волосами. Вот-вот встанут, протянут к нему руки и попросят мозгов.

— Доброе утро, убогие!

— Доброе утро, — синхронно, на автомате ответили ему зомби.

— Мда, я вас убогими назвал, реакция будет? Понятно, не будет. — Он прокашлялся и обнародовал идею, — Предлагаю сегодня направить стопы в библиотеку!

На него все-таки посмотрели... как на умалишённого.

— Ты в своем уме? — с каким-то извращенным сочувствием спросил его Адонис.

— А в чьем я еще уме могу быть, но если вы вдруг думаете обо мне, то значит я в вашем уме... Забавно выходит, получается я типа овладеваю человеком, не вселяясь в мысли, хотя это все мифы людей, все равно выходит, что я прям духовный паразит. — Он задумчиво покрутил хвостом, посмаковал угрюмые рожи людей, не реагирующих привычно обидчиво, и вернулся к прежней мысли. — Так о чем я, а я о библиотеке! Подумал в книгах поискать, и вас под это дело приспособить. Почитаем, разведаем, может, найдем какое древнее заклинание, или одна из книг может оказаться артефактом, составим список упомянутых проклятых штук, — туманно поведал бес.

— Я пойду, — встала со стула принцесса и зевнула, — только кофе выпью.

— Мне тоже кофе, и я тоже присоединюсь, — потер лицо Адонис и ушел умыться.

Кай перекатывался с пятки на носок и обратно, когда Нинель вспомнила, что хвостатый приятель ничего не ел. И быстро сварганила ему манной каши. На что ее жених не удержался и покашлял в кулак, сдерживая смех.

— Ну, ты вообще, еще чепчик мне надень и подгузник, — недоумевал демон, рассматривая еду детей и стариков.

— И надену, если кушать не начнёшь. Ты же сам мне влил знания врача, и значит, они у тебя должны были остаться. Манка хорошо усваивается, а у тебя явные проблемы с желудком. — Как ребенку объяснила принцесса ему.  Адонис не сдержался и тихо засмеялся.

— Не влил, а перелил. Мне они были без особой надобности. Оставил мелочь на случай элементарных травм, ну и кое-что по таблеткам. Мозг может у меня и отличается от человеческого, но слишком большой объем ненужных знаний здорово захламляет мысли «спамом». И думать, вечно отвлекаясь на чужеродные жизненные позиции или мнения, очень сложно, принцесса. А без этого и осмысления полученного контента, я не могу новое запомнить.

— Ааа, вот как, — протянул рыцарь, — у тебя даже мозги не как у людей, тоже извращенные. И чем же они отличаются? — заинтересовался он.

— Мой мозг немного другой формы, — попытался показать руками бес, — у него не одна разделительная полоса, а три и, судя по ЭЭГ, он ведет необычную активность. То есть, цитируя Германа: «твой мозг имеет слишком слабые сигналы, многие из них не фиксируются на аппаратуре. Полагаю, твои волны просто отличаются от человеческих. Так сказал наш уфолог». Ха-ха-ха! О! И еще припомнил, на моем исследовании присутствовала вся их братия, они все мечтали дать мне наркоз и разрезать. Вот бы ты, — поворачиваясь к Адонису, — обрадовался, правда, Доня?

Блондин задумчиво почесал шею рядом с кадыком и неопределенно буркнул, отпивая из кружки чай. Затем указал на тарелку с едой:

— Ты нам зубы-то не заговаривай, а ешь!

Демон скривился, но поднял тарелку с жидкой кашей хвостом и выпил. Причмокнул и заметил удивленно:

— Сладко! Странно, по памяти бомжа, эта каша склизкая и неприятная.

— Я положила сахар и сливочное масло, — улыбнулась повариха королевских кровей.

Выждав час и убедившись, что Кай не испытывает позывов вернуть завтрак, повраги двинулись в библиотеку: демон по крышам, люди в метро. Не удивительно, но бес прибыл первым и уже наделал дел.

— Кай! Одуревший ты маньяк! Что ты сделал с этой женщиной!?

Смущенный своим положением демон не сразу ответил.

— Она сама! — из разряда старого кино «он сам пришел», запел демон. — Начала за мной бегать и просить купить ее душу, или взять прямо тут, ну, вот я и не рассчитал силы. Кажется, сотрясение начитанных мозгов вышло, так шарахнулся, что полку повалил, вот ее и погребло под весом знаний.

Объяснял он, наблюдая, как откапывают из-под книжного завала средних лет мадам.

В саму библиотеку рыцарь и принцесса попали без особых проблем, оставив паспорта в регистратуре. Кай сказал им искать склад древней литературы, и именно там они нашли смущенного черта и его жертву.

Мужчина присвистнул, осматривая полки, заставленные книгами поновее и  бумажную «труху», разложенную по пакетикам.

— Тут не то чтобы уж совсем нечто ценное, не музейное, но интересное для нас чтиво, — кивнул бес на литературные богатства и закрыл хранилище на ключ. — Если что, сиганем через окно.

Обилие книг навевало грустные мысли и о просиживании пятой точки, и о чихании от пыли. Не выдержав сдвоенных вздыханий, Кай вернулся к библиотекарше и, выражаясь сисадминским языком, законнектился.

— Фу! Какой ужас! На кой в моей голове эта престарелая дева, сохнущая по любовным романам, в каждом из которых дура встречает обольстителя, и они с упоением сношаются, когда муж этой самой дуры где-нибудь шляется!?

Нинель слегка покраснела, а Адонис фыркнул, сразу переходя к сути.

— А полезного из ее головы ты перекачал?

— Да, она неплохо знает, где чего валяется и лежит. И есть несколько книг, которые мы успеем изучить за день.

От мысли, что торчать в пыльной библиотеке придется целый день, раздалось еще два тяжелых вздоха.

— И где ваша тяга к знаниям? — заметил бес их угрюмые лица.

— Будто ты любишь читать? — попробовал укорить его Адонис, но не вышло.

— Люблю. Даже очень. Я прочитал всю библиотеку цитадели — всегда прятался в ней, когда меня искали. Особенно если искал отец, только там удавалось достаточно долго хорониться, — неожиданно поведал Кай, опрокидывая с верхней полки толстую старую книгу, которая упала на пол с громким хлопком. — Так я их порву. Действуем по-другому.  Я буду показывать, а вы двигайте лестницу и собирайте в кучу.

— А почему тогда ты не читаешь книги из стеллажа в гостиной? – не понял Доня, старательно пропуская часть про отца.

— Они бумажные, — не понял вопроса демон.

— Конечно бумажные, — не понял ответа рыцарь.

— Доня, книги демонов каменные или железные, к тому же другой формы, — помахал Кай когтями, показывая причину таких причуд.

— Подрезал бы когти и минус одна проблема!

На это демон рассердился:

— В кого ты такой тупой? Это не просто когти, это своего рода нервные соединения, способные втягивать в себя чужую материю. Для любого демона когти на руках очень важная часть, как хвост. Лишишься хвоста — и ни к чему больше не прикоснешься, не разрушив этого, а если когтей то, считай, инвалид. У нас есть такая казнь. — Кай задумчиво глянул на свои лезвия. — Когти раздалбливают, хвост отрубают и обламывают рога, и вот такого беспомощного бросают хищникам. Мало кто выживает. Да и если выживет, кому он такой нужен?

— Почему так жестоко? И неужели так сложно жить без рогов и хвоста, у меня их никогда не было, а я жива. — Нинель топталась рядом, вынимая с полки книги, на которые указал Кай.

— Принцесса, вы родились такой, но если бы вы родились демоном, то ощущали бы мир иначе. Без рог мы не улавливаем вибрации, а это как частично оглохнуть или ослепнуть. Без хвоста тело очень сложно держать в равновесии, у демонов иначе сложен баланс веса. А когти — это наша защита и наша связь с миром, ну и конечно возможность показать статус. Чем длиннее и ухоженней когти, тем более он, эммм, — бес запнулся, подбирая цензурное выражение, — завидный жених.

— А твои когти, они красивые? — спросила Нинель, рассматривая блестящие на свету лезвия. Адонис нервно посмеялся такому вопросу, но вмешиваться не стал. Ему тоже стало интересно.

— Конечно! Я же из основной королевской линии! — демонстрируя веера оружий во всей красе.

— Значит и «невест» у тебя много, — правильно интерпретировала положение дел принцесса и удивилась неожиданному ответу Кая.

— Боже упаси! — совсем по-человечески воскликнул он. Затем замял разговор, обращая внимание на работу. — Завязываем с болтовней, повражки, нам нужно все это прочитать! — демон ударил по полу хвостом и указал на внушительную стопку книг.

Работа началась с вялого «что это за язык» и закончилось «сейчас узнаешь».

Труднее всего пришлось именно бесу, он не мог  нормально переворачивать страницы, не мог удержать их и читал в ненормальной кривой позе.

— Кай, иди сюда! — позвала его принцесса, отвлекая от чтения и доставая из сумки две шаурмы для себя и жениха, а для Кая доставая термос с горячим бульоном.

— Принцесса, я конечно рад вашей заботе о моей скромной персоне, но я не нанимал вас своим диетологом.

— Не нанимал, я сама нанялась. Ешь давай!

— Ем, ем, не злись, — примирительно поднял руки Кай, шевеля красивыми когтями. И заметил: — Какой-то ты тихий, Доня, весь в себе.

В ответ послышалось невнятное мычание и хруст капусты в шаурме. Рыцарь, казалось, не услышал упрека. Задумчиво повиляв хвостом, Кай выпил бульон и, сосредоточившись на удержании книги, продолжил читать.

Несчастную библиотекаршу связали скотчем и посадили в кладовку. Женщина сильно и громко негодовала из-за этого, но к ее мычащим мольбам старались не прислушиваться. Один раз Адонис поиграл в хорошего террориста и сводил ту в туалет, предварительно надев себе на голову бумажный пакет, заставил надеть такие же и остальных, за что получил по шее, и, снова связав ее, посадил обратно.

Когда буквы начали рябить перед глазами даже без книги, повраги решили остановиться. Список всякой дребедени, которую в стародавние времена считали волшебной, получился внушительный. Список наговоров, проклятий и сглазов — тоже. Оставалось все это проверить. Освободив уже смирившуюся со своим положением женщину и выслушав из ее уст много «хорошего», Кай оттеснил ту в сторону и поведал пару деталей ее собственной жизни, от которых библиотекарша побледнела и поклялась молчать.

До вечера еще оставалось время, поэтому Адонис и Нинель решили прогуляться и поговорить о разных мелочах. Хотя Нинель хотелось поговорить о демоне и об их предстоящей битве, она сдерживалась. Хотелось наладить отношения с будущим мужем, с которым в последнее время принцесса часто ругалась. Когда парочка вернулась домой, Кай лежал, растянувшись на весь диван, и смотрел... мелодраму.

— Добро пожаловать, — механическим голосом поздравил он с удачным возвращением.

— Перевариваешь библиотекаршу, — Адонис сразу понял причину внезапного пристрастия к подобному жанру кино.

— Любительницу мелодрам и постельных сцен. — Ответил Кай и неожиданно обратился к телевизору, а именно к персонажам фильма, — Да займитесь вы уже сексом! Вам рассказать, как это делается!?

Бес слегка смутился и снова обратился к поврагам:

— Фильм уже идет два часа, а они так и не переспали, Тамара Сергеевна недовольна. Везет же мне на неадекватных людей. Нет! Только не титры! А как же постельная сцена!!? — кричала в нем душа женщины, неудачной в любви.

Адонис криво усмехнулся, только представив, каково жить, деля свое тело с периодически попадающими в него чужими мыслями, чувствами и предпочтениями. Стасика он вот вспоминает до сих пор с содроганием. Размышляя, рыцарь отправился помогать Нинель на кухню.

Скоро был готов ужин, а Кай принудительно накормлен.

— А ты всегда был такой тощий? — в конце ужина спросило Добро Зло.

— Да, всегда, — ответил демон, отпивая чай. — С чего вопрос?

— Да так, просто демоны, которых видел я, были как бы в плечах шире и выше в росте, и помощнее как-то. С чего ты такой хилый?

— Порода такая. Люди вот тоже не все высокие, широкие и сильные.

— И ты мало ешь. Просто мало.

— Малоежка. С детства привык.

— А в детстве тебя тоже от еды воротило? — неожиданно спросила принцесса, вспомнившая пару неприятных заболеваний и причин их возникновения.

— А в детстве еды просто не было, чтобы от нее воротило, — Кай осекся, он не хотел говорить ничего о своей жизни, а за сегодняшний день уже второй раз открывал давно запертые воспоминания и делился с ними невзначай. Появилось острое желание развязать себе язык и просто рассказать все, но он сдержался, резко поднимаясь и удаляясь к себе, оставляя недопитый чай на столе.

— Получается, он в детстве голодал, что ли? — недоумевал Адонис, не сразу вспоминая, что Кай, по сути, король своего народа, если к демонам можно применить этот термин. — Демоны же столько земель захватили! Как после этого можно голодать?

Нинель не ответила, она увидела, какой взгляд стал у беса от одного воспоминания о детстве. В его глазах была ничем не прикрытая паника загнанного в угол ребенка.

— Нет, он не демон. — Устало выдохнул Герой. — Он газ, который медленно убивает мою нервную систему.

Перед сном девушка и мужчина смотрели фильм про космических рыцарей и звали на это представление Кая, но тот, оказалось, уже спал. Проснулся бес среди ночи, мучаемый жаждой и отправился на кухню, где неожиданно столкнулся с Адонисом, делающим пометки в газете объявлений.

— Неужто разум проснулся, и ты решил заработать на хлеб насущный? — усмехнулся демон. В ответ на него перевели укоризненный взгляд.

— Не нарывайся, — спокойно попросил рыцарь и вернулся к газете.

— Странный ты, — напившись воды, тихо произнес бес, — я это еще пять лет назад заметил, когда твой малочисленный отряд смотрел на казнь военнопленных.

— Что!!?

Спокойствия как не бывало. Адонис вскочил, сжал кулаки и был готов свернуть шею.

— А ты не помнишь? Я напомню. У вас тогда крот завелся и сдал нам огромное число людей. — Кай зажмурился, с усилием вспоминая то событие. — Пять лет назад на большом залитом кровью поле, сколько же тогда умерло?

Адонис придвинулся ближе, сжимая и разжимая кулаки, скрипя зубами и из последних сил сохраняя трезвость разума.

— То поле стало кровавым озером, когда ты отдал приказ убить пять сотен людей.

— Воинов, — поправил его демон. — Я отдал приказ убить пять сотен ваших воинов.  Вооруженных, но сдавшихся. Неписанная истина: взял меч – готовься убивать; убиваешь – готовься быть убитым.

Адонис оказался почти вплотную к врагу, который выглядел спокойным, будто они о погоде говорили, а не о кровавой бойне:

— Что случилось с тем предателем? — нашел силы задать вопрос рыцарь

— Я не знаю, — ответил бес, чуть наклонив голову в бок.

— Как не знаешь! — сорвался Адонис, хватая врага за плечо и поднимая над полом, ударяя в стену. — Он предал друзей! Предал честь! Убил сотни людей изменой! И ты не знаешь, что случилось с этой мразью!? Да это все из-за тебя!!

Бес поморщился от неприятного положения, в котором оказался, и ответил, стараясь не повышать тон.

— Да, я не знаю! И знаешь что, мне плевать! Изменил родине – прекрасно! Предал тебя – еще лучше! Но я-то тут при чем!? Не я толкал его к подобному решению! Не я говорил за него слова, раскрывающие ваши планы! Не я как трус убежал с наградой! Хочешь знать сумму, за которую он предал!?

— Заткнись! — удар пришелся в подвздох. Кай рефлекторно согнулся, за что получил еще один туда же. — Если бы тебя не было, то и его предательства не было!

Смех: безумный, маниакальный, режущий лезвием бритвы по нервам — Кай с надрывом выдыхал его, словно производя безумие в обмен на вдыхаемый воздух.

— Дурак, есть я или нет меня, какая разница? Он бы предал за то же золото другому ублюдку. Нет денег, то за шкуры, за положение, за похоть. Как же это по-человечески, искать и обвинять за свою глупость, за жадность других. Признай, Доня, — демон поднял лицо и заглянул в чужие глаза, видя свое отражение. — Ты ищешь оправдания. Но знаешь, во мне ты его не найдешь. Я же знаю, из чего сделан твой меч. Почему он так хорошо режет даже мои кости. И знаю, как такой меч готовят. Хочешь, расскажу, как у тысячи пойманных живьем демонов выдирают зубы!?

— Заткнись! — Адонис не выдержал и заткнул его рот своей ладонью, вжимая его голову сильнее в стену, почти слыша, как трещат чужие кости. — Закрой свой поганый рот!

Испытывая жажду раздавить, рыцарь давил, пока не треснула стена. Все это время он чувствовал, как бес сотрясается от хохота и хотел, чтобы меч телепортировался к нему из зала, чтобы пронзил это худое тело и оставил висеть на стене, как прибитую голову зверя. Но меча под рукой не было, поэтому черт получил кулаком в висок и замолк. Он начал брыкаться, раня рыцаря острыми когтями, и упал к рыцарским ногам, стоило его отпустить.

— Наконец-то ты заткнулся, — почти удовлетворенно выдохнул представитель инквизиции, склоняясь над демоном. Это стало его ошибкой. Кай встал резко, попадая лбом в лоб и, извернувшись под немыслимым углом, оказался сзади.

— А ведь я сильнее, — услышал Адонис перед тем, как сам оказался на полу в унизительной позе военнопленного с ногой на своей голове. — Гораздо сильнее! Я могу тебя убить! Должен! Один удар, и ты будешь мертв!

Голова едва не лопнула от силы нажима, но рыцарь вовремя отвел руки назад и схватил ногу демона, удерживая.  Бес сделал шаг назад и позволил рыцарю подняться, со словами:

— Но я того не делаю!

— Зараза...!

— Да, а еще скотина и далее по списку. Так вот, зараза очень устал и хочет спать.

— Куда пошел! — не дал ему уйти рыцарь, хватая за хвост.

— Сказал же – спать! Доня, я очень устал, и я все еще злюсь за упущенный единственный шанс вернуться домой. Давай перенесем наш мордобой на завтра, а? Великая битва и все такое. Скажем, на крыше этого здания можно устроить репетицию, если тебе так не терпится получить по шее и намять мне бока. — Забирая хвост из его рук и оставляя на память черные шерстинки.

— Завтра, — не вполне осознавая временной интервал, Адонис потер подбородок. — Согласен. Давай завтра. — Договорились они, даже не представляя, к каким последствиям приведет их столкновение.

19 глава

Первый раз Кай пришел неожиданно и застал у Германа гостей. Он давно выяснил адрес тайного убежища, но все откладывал визит.

***

— Привет, Герман!

И врач, и его жертвы заорали в голос, шарахаясь на стену.

— Я не помешал? — включая свет. Иллюзия монстра, блестящего угольками глаз во тьме, сменилась на ехидно улыбающегося монстра. — Я проследовал за фургоном, на котором похищают людей. И, боже, оказался здесь и вижу тебя. Представляешь?

Студентки замерли, обнявшись — по их щекам струились слезы.

— Что тебе надо? — подпольный доктор, оказавшийся еще и местным Потрошителем, лихорадочно забегал глазами в надежде придумать план и отделаться малой кровью.

— Во-первых мир во всем мире, во-вторых транспарант на стену «нет войне», в-третьих твое участие в митинге у белого дома. Шучу! Девушки, вы свободны, сегодня только кровь девственниц и плоть красавиц, а вы не проходите по обоим пунктам.

Жертвы возмутились, заскрипели зубами и удалились, гордо задрав носы. Будто не их похищали, чтобы разделать на составляющие части. Впереди им ничего не угрожало, разве что схватившиеся за сердце охранники.

— А серьезно? — смирился с потерей человеческого материала Герман.

— А серьезно, мне нужно было убрать свидетелей и попросить у тебя помощь. Так что, фиеста! Твоя мечта сбылась, ты можешь провести мое полное обследование!

Маньяк-монстрособиратель Виктор Франкенштейн не знал такой мании в глазах, как московский нелегальный врач. Да и на чудище Франкенштейна не смотрели с таким вожделенным безумием.

***

Это было так давно, два месяца назад. После Герман позвонил, на тот момент уже прошло около месяца жизни в этом мире. Взволнованный голос доктора просил прийти Кая к нему немедленно. Говорил, дело серьезное и не для телефонного разговора.  Демон пришел к нему тогда, как и сейчас шел на крышу здания, в котором жил он и его повраги, с точно такой же улыбкой, чтобы услышать то, что он и без него знал.

Адонис уже стоял на крыше – изучал поле боя. Меч, выкованный из зубов демонов, лежал как продолжение его ладони. Бес подошел танцующей походкой к ожидающему его противнику. Адонис упражнялся с мечом и будто не замечал демона.

— Я чувствую себя девственницей на выданье, — усмехнулся Кай.

От его слов рыцарь запнулся, и последнее движение вышло неуклюжим.

— Паскуда, надо тебе все испортить. И я не только о мелочах. Зачем ты пытаешься злить меня? Я забываю, какая ты тварь, как ты «вот он я» напоминаешь! Словом или делом ты прямо просишь убить себя! Зачем!!?

— Я не знаю... — растерялся бес. — Такой уж у меня характер. – И тут более ехидно добавил. — Неужели ты ненавидишь только его?  Хочешь, выскажу одну вещь, которая тебя взбесит.

— Рискни, как раз на бой настроишь, — росчерк меча едва не коснулся подавшегося вперед демона.

— Раз сегодня может оказаться мой последний день, сойду на откровенность. Задумайся вот о чем, ты – герой. Во всех смыслах – лик справедливости. Сила, красота, правильность и далее по списку, в котором я не шибко разбираюсь. Суть не в этом. Подумай, ты убивал тысячи мне подобных. Не думай, демоны редко когда за кого радеют, так что мне плевать, просто хочу сделать акцент на взгляде со стороны. — Кай двинулся вокруг Адониса, словно акула выбирающая кусочек повкуснее. — Мне про тебя говорили, что ты монстр. Тобой пугают непослушных бесенят. Будто сэр Адонис выскочит из-под кровати и укусит за пятку. Ты смеешься, а это правда. Еще я видел твою гравюру, мне ею периодически в лицо тыкали. Ты на ней как Ктулху: весь цветной, с щупальцами и с ожерельем из зубов, еще и кость в нос вставлена. Поверх этого безобразия твой белый доспех, что бы на поле боя не перепутали, но должен признать, когда впервые увидел ту картинку, три ночи не мог спать и ждал твоего появления из-под кровати.

— Ты серьезно? — не поверил рыцарь.

— Серьезно, — продолжая идти, описывая круг. — Естественно, когда я увидел тебя на том поле, ну где я приказал убить твоих солдат, я испытал большое разочарование. Ты оказался самым обычным человеком. Недавно я узнал, что ты где-то на четверть титан, но сути это не меняет. Мне тогда было тринадцать, если тебе интересно.

— Так мало ты...

— Не перебивай. Я был разочарован и уже не в первый раз задумался об игре, в которой оказался твоим противником. Независимо от всего, ты стал почти моим кумиром. Можно сказать, что ты дал мне стимул на некоторые дальнейшие мои поступки. За это я благодарен.

— На какие такие поступки? — силился вспомнить Адонис совершенные демонами набеги и никак не мог найти выделяющегося поступка, на который вдохновил демона.

— Не важно. Я уже подобрался к сути. — Он остановился. — Доня, скажи, каким ты представлял Зло всего мира? Таким, — указывая на себя. — Нет. Уверен, что нет. Так вот. Я думаю, что ты не знаешь некоторой мелочи, которую точно упустила или исказила одна из сторон. Я не знаю, кто начал эту войну. В ваших книгах написано, что мы. А в наших, что вы.  Герои – люди, которых используют другие люди, создают образ и заставляют ему соответствовать.  Забавно, но с вражеской стороны герой выглядит как злодей. Еще больше забавы добавляет факт наличия и у твоих врагов своего героя.

— Я не понимаю, к чему ты клонишь!

— Какой ты идиот, все же! — рыкнул бес. — Скажу прямо. Мы одинаковые! Находимся в одинаковых положениях! Единственное отличие, это то, что ты покорно принял кредо войны, взял меч и пошел убивать! Ты научился мучить, калечить и быть жестоким для исполнения чужих целей! Для олицетворения справедливости одной стороны, ты принес в жертву справедливость как таковую! И ты не задавался вопросом: а правильно ли ты поступаешь? А я задумывался! Но это ничего не дало!

Кай встал на четыре конечности и припал к крыше, его хвост заметался, а лицо приобрело хищное выражение, способное напугать обладателя самых крепких нервов. Он оскалился так широко, что показалось, будто его лицо разделилось на две части с пропастью из частокола зубов между ними. Низкий, раскатистый рык заставил приготовиться и рыцаря.

— Мы не одинаковые! Я не понимаю, как ты пришел к таким выводам! Но я верю, мы абсолютно разные! Да, я принял свое кредо, я принял кредо героя и стал ее частью добровольно! Но я двигался к своей цели! Я пытался победить и закончить войну! Да, я калечил, мучил и убивал! Я вел войска на тебе подобных! Я побеждал их! И я уверен, я правильно поступал! И поступил бы так снова! Поэтому дерись со мной, демон! В полную силу сразись! — кричал Адонис, распаляя себя, следя за каждым движением врага, который уже демоническим гортанным хрипом прорычал:

— Скажи, что тебе не было ни разу противно убивать, калечить и пытать! Скажи, что ни разу не испытал жалости! Скажи, что ненавидел всех, кого убил! Скажи, что добился этим мира! Скажи и я поверю, что ты настоящий герой для своих людей и окончательно смогу убедиться, какой ты ублюдок для моего народа! Заставь меня в это поверить, и я убью тебя медленно и мучительно! Дай мне повод возненавидеть тебя! Заставь поверить, что действительно собираешься меня убить! Только тогда ты увидишь, с каким чудовищем свела тебя тропа войны.

— Скажу!!! — солгал рыцарь и скорее интуитивно отклонился от едва заметной, но смертельно опасной атаки.

Он едва успел заметить огонь глаз слева, как черт уже находился справа, челюсть щелкнула в паре миллиметров от уха, когти прошлись в сантиметре от руки. Разворот, кувырок назад и попытка найти врага глазами. Стремительный уход в сторону, и снова врага не видно, но Адонис безошибочно уклонился, с немалым ужасом понимая — если бы Кай хотел его убить, то рыцарь уже был бы мертв. Минусы черт обратил в плюсы, гибкое поджарое тело метнулось, мимо оставляя на боку след от хвоста-хлыста. Легкий, мелкий по сравнению с другими демонами, полагающийся не на силу, а на скорость и ловкость, этот черт вновь играл с героем.

Меч задел руку или ногу, Адонис не успел заметить, только кровь брызнула и попала на его одежду, а затем его откинуло, протащило и едва не уронило с крыши.

— Я не хочу тебя убивать, — признал Кай, приближаясь к тяжело встающему рыцарю, снова готовому к бою. — Но я собираюсь тебя победить.

Он прыгнул, рыцарь отмахнулся, ранил в плечо, но рана затянулась. Еще один удар, и Адонис у другого края, как мяч, который катает котенок из одного угла комнаты в другой.

— Обойдешься, — рыцарь встал быстрее прежнего и стал более серьезен. Пинать он себя больше не позволил, и бес обзавелся алой линией на боку, из которой хлынула кровь. Рыкнув, Кай залечил рану, но, отвлекшись, он пропустил еще один удар. Его рык перешел в человеческий крик, и пять когтей разрезали воздух. Адонису пришлось отступить, оставляя меч воткнутым в стопу врага. Оружие полетело вправо, и сильно перепадающий на раненную ногу бес пошел на таран. По мере того как он приближался, его нога заживала, но все еще кровоточила, и Адонис ударил в нее, не ожидая, что на него бросятся и попытаются вцепиться зубами. Удар в челюсть лбом, в то время как руки держат за кисти руки демона. Когти едва ли не дотягиваются. Удар коленом и, задохнувшись, Кай припадает на одну ногу, второй совершая удар и пропахивая кожу короткими когтями на ноге.

Вновь на расстоянии друг от друга, они переводили дыхание, в азарте боя не замечая нового участника. Нинель проснулась и, не найдя никого из парней, запаниковала, побежала на крышу, надеясь успеть и вмешаться.

Вмешаться она успела...

Кай точно знал, где пройдет меч и готовился в обход нанести свой удар. Ему оставалось четыре шага, когда Нинель бросилась между ним и Адонисом, не понимая —  они уже не в состоянии остановиться. Кай в последний момент успел чуть расставить руки так, чтобы тонкое тело не попало на его острые когти, а Адонис повернул руку, ставя меч плашмя. В следующую наносекунду бес поймал девушку в объятия и наклонился, выгибаясь навстречу мечу и получая чудовищной силы удар стали по хребту. Непроизвольно его тело прогнулось, голову мотнуло вверх, раздался жуткий хруст и Кай упал, превращаясь в часть сюрреалистичной картины под названием "Порок", так любимой святыми как иллюстрация кары за грехи. На ней точно также сплелись два тела, разве что на их лицах читались греховные желания, а не смертельная бледность.

***

— Давай ты не будешь мне сейчас иметь мозг, а просто расскажешь, до чего докопался. — Рассердился Кай, глядя на ужимки нелегала.

— До распада клеток. — Не стал скрывать Герман, мрачнея и не зная как сказать. — Твои клетки просто распадаются, как кусок сахара в воде. Я не знаю, что это...

— Легионы. — Сразу понял Кай. — Я уже неоднократно думал об этом и в том мире, и в этом. Демоны состоят из легионов, которых в вашем мире недостаточно для поддержания моего тела целым, и легионы отпадают один за другим.

— Но раньше распада не было заметно. Почему сейчас? Возможно, если узнаем, то...

Кай покачал головой. Он знал причину. Понял. За все нужно платить, даже если в рассрочку. А резерв был пущен на исцеление поврага.

«Доня, ты все-таки меня убил», — печально улыбнулся он.

***

Адонис застыл. Его окатило волной ледяного осознания — такой удар, даже плашмя, мог убить обоих.

Слабое шевеление вывело из транса. Нинель не сразу признала себя живой, уж слишком быстро все случилось. Она хотела понять, что произошло, и спешила подняться.

— Не шевелись, — потребовал от нее жених и медленно разжал сжимающие ее руки, отставляя подальше острые когти. Поднимаясь, принцесса посмотрела на Кая и похолодела.

— Ты ведь не убил его? — забеспокоилась девушка, ведя поиски пульса, который у Кая не находился и в нормальном состоянии. Иное расположение органов и вен делало процедуру диагностики полезной для людей, но бесполезной для демона.

— Походу нет, — ответил рыцарь, собираясь перевернуть проигравшего бой противника на спину, но его руку остановили тонкие ладошки Нинель.

— Не трогай! — прикрикнула она, вызывая двоякое впечатление заботы и предательства, уточнение исправило дело, — Ты мог повредить ему шею или спину. Добить хочешь?

Адонис хотел сказать: «Да!» — но сдержался. Вместо злости на врага он разозлился на Нинель.

— Зачем ты вмешалась!? С ума сошла? Если бы я не повернул меч, вас обоих бы разрубило!

Нинель разозлилась в ответ.

— Думала, вы остановитесь! Я не хочу видеть, как вы убиваете друг друга!

— Не увидишь, — заверил ее жених. — Прирежу и выброшу труп на забаву воронью, далеко в лес утащу!

— Лично он и лично тебе ничего не сделал, а меня он даже спас!

— Вот еще бы знать почему, — обвинительно бросил Адонис и дополнил, — Братаешься с этой нечистью! Заботишься о нем, хотя он недвусмысленно приставал к тебе! Уже хорошие друзья? А может больше? Чем вы в мое отсутствие занимаетесь? Да ты...

В следующую секунду его заткнула пощёчина. Злые слезы украсили юное лицо, а гневный изгиб губ готов был разомкнуться и извергнуть слова, о которых принцесса позже могла сильно пожалеть, как уже жалел о своих словах рыцарь, но именно в этот момент пришел в сознание Кай.

— Милые бранятся, только тешатся, — голос демона оказался неожиданно тих.

— Вот видишь, живой, — будто оправдываясь, отвлек внимание от их ссоры Адонис на Кая.

Нинель не знала, куда девать свое негодование и обиду на Адониса, и стыд за ранение Кая. Если бы не ее вмешательство, бес легко бы уклонился от того удара, и не лежал бы пластом. Злясь на себя и волнуясь за демона, она села на колени перед раненым.

— Прости! Кай! Прости! Не двигайся. У тебя может быть перелом спины.

— Три перелома, — уточнил бес, пугая девушку сильнее и засыпая ее чувство вины солью, вызывая острое воспаление сочувствия и слезы. — А! Адонис, успокой свою невесту!

— Нинель, успокойся, видишь, этот кусок дерьма жив! — Рыцарь тоже сел рядом и взял в руку хвост, безжизненно повисший и холодный. Он задумчиво им покрутил.

— Ну-ка пошевели рукой или ногой! — не медля потребовала девушка, проглатывая ком и слезы. В ответ тишина. — Кай!?

— Я не могу, — через его показную браваду проскользнули нотки страха и отчаянья, зрачок расширился, оголяя страх. — Я не могу пошевелиться вообще.

Нинель уже думала паниковать или защищать раненого от Адониса – вдруг из милосердия добить решит — как на ее голову легла широкая ладонь рыцаря.

— Люди после такого не выживают, если выживают, то становятся инвалидами, а эта падаль, — кивок на показавшего язык демона. Он пообещал, — уже завтра продолжит трепать нервы на своих двоих. Нужно будет позвонить Герману и... и ты не виновата.

В ответ на это заявление Нинель шмыгнула носом, а Кай рыкнул:

—  Как не виновата? Еще как виновата! Принцесса, чтобы больше ни на шаг к сцепившимся нелюдям и людям не подходила! Не только помешаешь, так еще и сама на меч наколешься! А если бы...

Его речь остановил нагнувшийся Адонис, чтобы подхватить тело.

— Заткнись, а то язык прикусишь.

— Доня, не надо! — успел крикнуть бес с ужасом, но его уже закинули на плечо. Раздался щелчок, будто вправили вывихнутое плечо и болезненный выдох. Каждый чужой шаг в таком положении отдавался дикой болью. И демон отомстил.

— У-й-ё! — неразборчиво проорал идущий вниз по лестнице рыцарь с кусающийся ношей на плече. — Не кусайся, подонок!

— А ты не тряси! Иначе я тебе руку отгрызу!

— Попробуй! — подскакивая и выслушивая волну ругани в свою честь.

Нинель шла чуть позади и все еще глотала слезы. Адонис остался глух к ее мольбам нести раненого им же демона аккуратнее. А дома представитель света вообще швырнул безвольное тело на кровать в бесовской комнате так, что тот потерял связь с этим миром на десяток минут.

— Адик! Тебе его вообще не жаль?

— Да, мне его даже чуточку не жаль!

— Врешь! Знаю, ты врешь. Я знаю, демоны живучие, но Адик, а если он действительно сейчас умрет! Вот просто возьмет и умрет! Что тогда?

— Мы не вернемся домой, — слишком легко ответил рыцарь.

— А помимо!?

Адонис задумался. За последний месяц Кай как-то незаметно стал частью их жизни в этом мире. Он к нему уже притерпелся и, когда бес надолго пропадал, рыцарь чувствовал беспокойство. Если он умрет, думал он, что испытает потерю важной составляющей жизни. Пока герой, сразивший своего врага, размышлял, Нинель искала рычаг давления, чтобы жених не убил в ближайшее время беззащитного демона. А то эталоны рыцарской чести на нечисть не распространялись.

— Ты ему должен, — поняла, чем задеть принцесса. — Он спас тебе жизнь. Обменял на свои легионы и крепкую шкуру!

Мужчина сел на единственный стул в комнате и сложил на груди руки. Его взгляд был направлен на предмет спора. Без сознания Кай казался беззащитным, в джинсах – почти человеком. А ведь он вправду ни разу не причинил им серьезного вреда, словно одомашненный волк, не забывший как скалиться и выть, но разучившийся кусаться.

— Хорошо, я услышал тебя. Я не причиню ему вреда, пока он в таком состоянии. Звони уже Герману!

Как и в прошлые разы, до врача сразу не удалось дозвониться. За это время пришел в себя Кай и пару минут он просто скулил.

— Садист невменяемый! — первое, что крикнул переведший дух демон.

— Отместка за перенос хвостом, выродок.

— Туше.

Новый обмен «любезностями» не успел начаться, Нинель дозвонилась до Германа.

— Сэр Герман, — от напряжения девушка подарила титул врачу даже не задумываясь, с кем говорит и на каком языке, вовремя переключилась на русский, — у нас новая беда, Каю в трех местах сломали спину, боюсь, задет спинной мозг. Повреждены шейный, грудной и поясничный позвонки. Нет, крови нет, позвоночник кожу не прорвал, торчит под ней кривыми треугольниками. Да, он в сознании, но не может и пальцем пошевелить. Да... да...

— Принцесса, поставь на громкую связь, — потребовал демон, не выдержав одностороннего подслушивания о своей судьбе.

— Здравствуй, лысый человечек. — Раздался из аппарата голос подпольного врача.

— И тебе привет, потрошитель: как слышал, я в полной жопе. Приехать сможешь?

— Если только через полдня, я в Каире.

— Вылетай, мне нужно вправить позвонки  и...

— Нет, вправить нужно сейчас же, и чем быстрее, тем лучше. Помнишь, я говорил об уникальном строении твоей нервной системы и организма в целом, так вот, если не вставить позвонки сейчас, уже через пару часов твое тело решит, что так и было, и присобачит нервы где-нибудь сверху, как и кости, а спинной мозг растечется по телу, проткнутый мелкими отростками. А это не вернет тебе подвижность. Да и убить может. Понял?

— Понял я! Рассказывай, как это сделать.

— Так, Нинель. Кай говорил, он тебе перелил медицинских знаний, будешь руководить, а Адонис вправлять, а то у тебя сил не хватит. Запас прочности у его костей огромен, так что я вообще в шоке, что вам удалось их сломать. Это как алмаз поцарапать!

— Погоди! Зачем тут много сил? Они опять мне все кости переломают!

— Они? Опять? — посыпались вопросы от шокированного  врача.

— Не отвлекайся! — рыкнул демон.

— Ладно, слушай, надо сломать остистые отростки твоих позвонков, чтобы вставить все на место! Новые-то уже отрасли. Они у тебя тонкие и сплетающиеся с соседом. Система укрепления классная, но как видишь, она имеет свои проблемы при переломах. Сейчас осколки сидят в твоем теле и калечат, как пули. Нужно их изъять, полагаю они будут слишком долго рассасываться. Нинель не сможет провести такую операцию, говорю сразу. В любом случае, вначале нужно вправить тебе спину.

Повраги переглянулись, а бес сделал несчастное лицо.

— А по-другому никак? — с надеждой спросил он.

— Прости, Кай, но либо тебе сейчас колют транквилизатор для слонов, и твои друзья вправляют тебе спину как могут, и ты уже завтра вскакиваешь или сползаешь с постели (зависит от их корявых рук). Или я приезжаю завтра и застаю инвалида, которому уже без обещаний на благополучный исход вправляю спину сам и вынимаю осколки. А теперь о главном! Если я правильно понял, что и как у тебя повреждено, то скорее всего возникнет внутреннее кровотечение и сильный жар. Беда в том, что осколки кости – часть твоего тела, и воспринимается организмом не как инородное тело. Ты говоришь ему лечить, а он не может понять как. Делает попытки в холостую, изматываясь, не решая проблемы. Понимаешь? Нужно время растворить осколки костей, залечить ствол спинного мозга. В любом случае, если хочешь вернуть телу подвижность, особого выбора у тебя нет. Ну так что, начинаем? Знаешь, на Земле уже изобрели инвалидные коляски.

Инвалидом жить Кай не хотел, но и умирать раньше срока желания не было. Он помолчал и осмотрел повраг, один бледнее другого. Они уже вытащили из него пулю, когда он сам не мог. В этот раз все серьезней.

— Молчание знак согласия. — Огласили из телефона. — Начинаем. Переверните его на живот...

Кай глубоко вздохнул и сглотнул. Нинель убежала за обезболивающим до аптеки, по пути слушая объяснения Германа на предстоящий процесс, а Адонис собирался не то перевернуть, не то доломать.

— Да не бойся ты! — попытался успокоить перепуганного беса рыцарь. Но от звука его голоса демон лишь сильнее задрожал.

— Я не боюсь, это озноб.

— Да, да, да, — посмеялся Адонис и резко перевернул беса. Крик утонул в подушке, которой так хотелось придушить эту ходячую проблему. — Что? Не нравится быть беспомощным?

В ответ послышалось приглушенное рычание. Рыцарь продолжил:

— Я вот подумал, если тебе кости вправить так, чтобы ни один хирург их не выправил, — кладя руку на спину, из которой хребтом дракона выглядывали сломанные позвонки, и чувствуя дрожь врага. — Доставить тебя на родину неподвижным инвалидом, где проведут допрос лучшие инквизиторы. Как ты на это смотришь?

— Ты не сделаешь этого! —  участившееся дыхание и страх в глазах.

— Давай узнаем: сделаю я это или нет, пока Нинель не вернулась. И с чего она за тебя радеет? Благодарность за спасение в цитадели должно быть.

— Ха, значит, она догадалась, — тихо, чуть дрожащим голосом произнес Кай, вспоминая, как пожалел рыжую белочку в подземелье.

— А ты думал, она умная, просто наивная. Временами безрассудная, как сегодня.

— Значит, если ты мне сейчас навредишь, эта умница догадается обвинить тебя, а раз она за меня так радеет и еще должна за спасение — кстати, ты тоже должен — то я окончательно испорчу ваши отношения. Даже захотелось посмотреть, как вы цапаетесь... — демон резко замолчал, так как ему надавили на позвонок. Глаза черта раскрылись до предела, зубы сжались.

— Ты такой болтун и дурак. Вот скажи, ты повелитель демонов или фальшивка, призванная сыграть его роль? Как ты говорил, повелителя тьмы я не так представлял.

Кай скосил на Адониса глаза и внезапно улыбнулся, как обычно – ехидно, выбешивающе. Улыбка сменилась гримасой боли, рыцарь исполнил свое обещание, нажав на позвонок, продавливая внутрь с утробным хрустом. Крик заложил уши, взбаламутил соседей и разогнал с крыши голубей.

— Неженка, — презрительно бросили отошедшему от болевого шока демону.

— Сам ты... сам ты... садист! — задыхался несчастный пациент.

— Вправляем второй или ответишь?  У меня есть опыт, знаешь.

— А ты мне... поверишь? Твою мать, Адонис, чтобы я не сказал, ты подвергнешь это сомнению! Так какая разница, что и как я скажу?

— А ты скажи, а там посмотрим. Я точно знаю, у повелителя демонов имя не Кай.

Кай смог пошевелить рукой и улыбнулся с облегчением, позвонок ему вправили, а не доломали. Он выдохнул, частично возвращенная подвижность давала надежду. Но непрекращающаяся пульсирующая боль разливалась кипятком по телу, настраивая на не позитивные мысли.

— Я повелитель демонов. Ты прав, мое имя длинное и некрасивое, я его сократил. Твои попытки доказать мою ложность, как правителя темной цитадели, это конечно мило, но это самообман. Я сын прежнего властителя и получил трон после него. К моему глубочайшему сожалению, ты не застал старого повелителя, вот кто бы соответствовал созданному тобой образу и не разочаровал. — Это признание породило молчание, которое сам же Кай и нарушил. — Я хочу спросить тебя, как человека, впервые убившего в шесть лет.

От этой подробности Адонис вздрогнул и, казалось, проглотил язык. Рыцарь ждал вопроса, который, он заранее знал, ему не понравиться. Демон спросил:

— Возвращаясь к теме, начатой на крыше. Я слышал о твоей жестокости и хочу спросить. Ты убивал детей? Наших детей.

Перед глазами рыцаря встала ужасная картина, которую он стряхнул кивком головы.

— Ясно. — Ни упрека, ни взываний к человечности, ни вопроса «почему». Одно простое слово.

— Зачем спросил?

— Хотел увидеть раскаянье на твоем лице. Мне показалось это забавным. Герой для одних, и детоубийца для других. Все, как я говорил. Отвратительно, правда?

— Зараза! — рассвирепел рыцарь, замахиваясь, чтобы вбить второй позвонок, но открылась входная дверь и Нинель с телефоном и пакетом ворвалась в комнату. Она окинула взглядом парней и молча начала доставать шприц и ампулу, затем еще одну и еще. Срезала головки и наполнила большой шприц прозрачной жидкостью.

— Лишнее, принцесса, — усмехнулся бес, ощущая влажную вату на лопатке, запахло спиртом.

Когда шприц проколол кожу, у него встали дыбом волоски на теле. А когда голос Германа вещал о последствиях, Кай начал засыпать. Его звали, трясли, но бесу казалось, будто его тело это кусок льда, погружающийся в мировой океан. С обезболивающим переборщили. Демон должен был сразу после каждого позвонка сообщать об ощущениях, но он лежал полностью расслабленный, казалось, без сознания, но с открытыми глазами. Он услышал как принцесса и рыцарь вновь чуть не поругались, так как из трех оставалось лишь два требующих вправления перелома.

Два оставшихся позвонка встали на свои места, но с последним спина начала стремительно синеть, превращаясь в одну большую гематому.

— Герман, что делать дальше? Кай не приходит в себя, а его спина вся в синяках. Кажется...

— Спокойнее! Проверь дыхание. Хорошо. А теперь несите лед, тазик с холодной водой и подготовьте жаропонижающее. Следите за ним и сбивайте температуру, я прилечу через полдня. Уже забронировал место.

Кай пришел в себя через пару часов и увидел воспалённым взглядом — рядом с кроватью сидел Адонис и читал книгу из стеллажа в гостиной. Судя по выражению лица, история, описанная в книге, рыцарю не приглянулась, и он осуждал персонажей.

— Эй! Да ты жив! — криво улыбнулся Герой, заглядывая в воспаленные глаза. — Пить хочешь?

Поднося к губам стакан проигнорировали. Демон будто не слышал, лежал в прострации, наблюдая потолок. Тормошить его было опасно, но Адонис рискнул приподнять голову больному.

— Что ты делаешь? — удивился Кай подобной заботе, — Или в стакане яд?

— Отдаю долг. Ты же меня вылечил.

— Вчера ты как-то забыл об этом моменте истории, — в безразличном тоне появились нотки возмущения, но бес отпил из стакана, почувствовав облегчение.

— Пошевели ногами и хвостом. — Потребовал Адонис, игнорируя возмущения. Кай с удовольствием выполнил указания, несмотря на резкую пронзившую его боль.

— Хорошо, значит, мы не все сделали неправильно.

— Как-то мне жарко, — пожаловался бес, даже не задумываясь, что плачется человеку, способному после подобной жалобы накинуть пуховое одеяло.  Вместо одеяла на полыхающий лоб легла холодная и мокрая тряпка. Тело тут же пробила дрожь. Дыхание сбилось.

— У тебя жар. — Пояснил Адонис и увидел усмешку на лице демона. Рассчитывая услышать о рыцаре, заботящемся о своем враге, он спросил, — что смешного?

К его удивлению с ним пооткровенничали.

— Первый раз в пять лет был. Я наелся ядовитых ягод и чуть не умер. Наверное, ты думаешь: лучше б сдох. И вправду, лучше б. Но это было так давно. И сестра три дня носила меня на руках. Три дня на краю, представляешь. Все ей говорили: умрет он, слабак он, мелкий он. А она с рук не отпускала. Все обещала: все будет хорошо! Но она ошиблась, все не было хорошо. Становилось все хуже и хуже. Ребенком об этом не думаешь, а потом уже не сбежать...

Адонис с удивлением ловил каждое слово и никак не мог соотнести сказанное с вечно ухмыляющимся демоном. А еще рыцарь забыл, что у демонов тоже бывают родственники: сестры, братья, дети, родители, дяди, тети.

— У тебя есть семья?

Кай не ответил. Да ответ и не требовался. Вместо него он спросил:

— Я умру?

— Нет, конечно нет! — поспешно ответил рыцарь, удивляясь собственной торопливости.

— Ты ошибаешься, — бес улыбнулся. Такой улыбки Адонис у него еще не видел.

***

— В любом случае, не отчаивайся! Честно сказать, часть легионов успешно приспособляется к окружающей среде. Клетки сохраняют форму и настраивают соединения между собой. Однако...

— Из десяти шерстинок осталось три, — вспомнил Кай.

— Да. Слишком мало, — дал тихий ответ подпольный врач.

— В таком случае, кукушка, кукушка, сколько мне лет осталось?

— ... Боюсь, тут не в годах нужно считать, Кай.

20 глава

Тишина давила не хуже пятитонной плиты. Хотелось растормошить смотрящего в пустоту демона и поговорить с ним, лишь бы не видеть, как на его лбу и верхней губе образуются капельки пота. Тишину разбил трезвон звонка.

Адонис было обрадовался приходу врача, но подошедшая к двери Нинель, ранее готовившая на кухне, издала громкий огорченный вздох. За дверью обнаружился полицейский.

— Здравствуйте, майор Степан Федорович Саванов, ваши соседи звонили сегодня и сообщали о криках из вашей квартиры. Взрослые дома? У вас все в порядке?

Принцесса похолодела. Мало того что у них паспорта фальшивые, так один из них вообще не человек, так квартира палёная, так и владельцы не чисты на руку. Так еще ее с ребенком спутали. Натянуто улыбаясь, на ходу придумывая, она ответила:

— Дядя Адонис дома, но его брат сильно болеет. У него бред и это он кричал. Семейный врач должен приехать через несколько часов. Вы, конечно, можете пройти и сами посмотреть, но в этом случае я не могу гарантировать, что вы не подхватите ту же заразу, не покроетесь струпьями, из ран не потечет гной, температура не поднимется до сорока, вы не перестанете видеть и не начнете бредить. Пойдемте, я покажу, главное не дышите и возьмите пакет, а то врача иногда тошнит прямо на наш ковер... — хватая за рукав и пытаясь затащить в квартиру.

Майор Саванов не ожидал экскурсию по отделу ужасов, и на подобное смотреть не хотел.

— Я приношу извинения, но должен отказаться. Надеюсь, ваш брат дяди скоро поправится, а мне пора. Долг зовет! — полицейский ретировался из квартиры, как охотник из берлоги голодного медведя, быстро. А Нинель закрыла дверь, и тут услышала сдвоенный хохот. Радостная она побежала в комнату к демону, и увидела хохочущего Кая, возящего по лицу мокрой тряпкой, удерживая ее между когтями как между пальцами, и Адониса, сдерживающего новую волну хохота.

— Слышал, Доня, мы братья! Ужас! — хохотал пришедший в себя Кай.

— Бедный служитель закона, из всех неаппетитных кошмаров лекарей ты описала гнойную лихорадку, — посмеивался рыцарь.

Принцесса поклонилась и выслушала шутливые аплодисменты.

— Есть будете? — спросила она.

— Надо бы, — согласился рыцарь.

— Нет, спасибо, — спустил на лицо тряпку демон. — Совсем нет аппетита и очень жарко.

— А мороженное? — соблазнила его рыжая белочка. — Оно холодное.

— Мороженное? — протянул бес и облизнулся. — Давай сюда мороженное.

Нинель принесла тарелку жаренных овощей, на радость Адониса съедобных, и ведерко клубничного мороженного с шоколадной крошкой. Кай даже завилял хвостом, но тут же ойкнул и вновь расслабился, тем не менее, продолжая пожирать глазами ведерко счастья.

Рыцарь едва не подавился, наблюдая, как его невеста кормит с ложки рогатого демона и тот довольно этому щурится. Хотелось и укорить, и порадоваться за вроде как приободрившегося демона. Недавно помянутая смерть неприятно холодила между лопаток, будто услышала и пришла навестить.

Много черт не съел, уже на десятой ложке он внезапно снова погрустнел.

— Вкусно, — попытался улыбнуться он.

Нинель прикоснулась к тряпке на лбу, и обнаружила ее сухой. Влага испарялась с горячего лба.

— Адик, у него ненормально высокая температура. — Испугалась она.

— Все плохо, да? — Кай поморщился и потянулся к стакану воды. Взять стакан самому ему не дали, напоили сами, придерживая за плечи.

Градусник впал в немилость, ибо не мог показать все шестьдесят градусов, тормозя на сорока трех. Тяжело дышащий, пылающий филиалом ада демон не мог пошевелиться без вреда для себя. Но, мучаемого жаждой и бредом, его начало трясти. Только что съеденное мороженное ухнуло в пропасть желудка без следа. Вновь хотелось пить, но он терпел, пока жажда не показалась песком в горле.

— Можно еще воды? — не то спросил, не то попросил он, жмурясь и бессмысленно рассматривая потолок, отвлекаясь, когда его губ коснулся кусочек льда, который почти сразу испарился.

Два следующих кусочка скользнули в приоткрытый рот, но не принесли ожидаемого облегчения. Нинель уколола жаропонижающим, наблюдая все ухудшающееся состояние демона. Температура продолжала расти. Новый звонок Герману ничего не дал: «Сбивайте температуру! Попытайтесь держать его в сознании!» — сказал он.

— Кай, ты слышишь? — пыталась привести в чувство демона Нинель, не получая отдачи.

Кай приоткрыл глаза и что-то сказал, но вот что, неизвестно, он заговорил на родном языке демонов. Гортанно, ломано и часто каркая, почти выкрикивая слова. Он бредил.

— Эй! Демоническое недоразумение! — обратился к нему Адонис, — говори на нашем!

Бес замер на миг и неожиданно кивнул, сделал усилие, и слова приобрели смысл в ушах слушателей. Неясный и иногда жуткий. А температура не остановила свой рост.

— Да что же это за Зло такое!? Не трогай и сам окочурится! — злился Адонис, помогая невесте сделать новый укол. Кай начал метаться, и его понадобилось придержать.

— Я не знала, что демоны болеют? — поделилась Нинель, прикладывая мокрую тряпку и наблюдая облачко испаряемой воды.

— Этот исключительный. Обычно они дохнут. Но он тут в бреду или сознательно рассказал мне, как в детстве наелся ядовитых ягод, и его выхаживала сестра.

— У него есть сестра. Это здорово. Во время эпидемии я осталась единственным ребенком в семье, и уже не помню своих сестёр и братьев. А у тебя были сестры или братья? — неожиданно спросила Нинель. Раньше она никогда не интересовалась. А сейчас так хотелось хоть словом отвлечься от происходящего.

Адонис задумался. Он думал долго. Нинель уже забыла вопрос и успела сменить нагревшуюся в тазике воду, когда золотоволосый потомок титанов ответил.

— У меня был брат. На год младше. Но он умер еще до нападения демонов. Я пытался вспомнить как. Просто однажды родители позвали меня проститься с ним. — Адонис побледнел. — Он сгорел в горячке.

Разговор затух, словно свечка от порыва ветра. Не хотелось сравнивать, но человек, вернее демон, из-за которого они находились в этой комнате, как раз горел, он метался все сильнее. Вода в тазе вновь стала теплой. Нинель принесла новую. А температура совершила скачок. Метания сделались резкими  и двигали матрас. Кай выкрикивал навеянные бредом имена, фразы и мольбы. Мелькало обращение к отцу и к подданным, полубредовые поручения, страшные проклятия и мольбы отпустить (куда?). Все это время его держали четыре руки, не давая упасть с кровати и удерживая смоченные тряпки, пока рука, венчанная когтями, не дернулась вверх, Адонис едва успел оттянуть назад принцессу, ее могло ранить.

— Брат! Нет, не трогай ее! — неожиданно выкрикнул Кай особо громко и сел, распахивая безумные глаза, порываясь вскочить и бежать к окну.

— Куда! — перехватил его поперек туловища Герой и, едва устояв на ногах от силы напора, потянул назад. — Еще не срослось, кретин!

Нинель, напротив, встала у Кая на пути, и уперлась руками ему в грудь, вновь забывая какие опасные у демона когти. Зато не забыл рыцарь, поймав руки больного и пытаясь свести их за спиной, воспаленной и синеющей после вправления позвонков. Взгляд беса сфокусировался на рыжей девушке, и он вновь вспомнил сестру:

— Сестрёнка...?

Нинель не нашла ничего умнее, чем взять горячее лицо в ладони и, едва ли не обжигаясь, попытаться успокоить.

— Я Нинель. Кай, у тебя бред и очень высокая температура. Тебе нужно лечь. Мы не можем сбить ее. Герман скоро приедет. Ляг, пожалуйста.

— Я... я... я... горю...  — прошептал он, отчетливо и страшно. — Не могу... Легионы если... срасти... умру...

Пытаясь сохранить связность речи, Кай путался и будто говорил слова невпопад:

— Отпустите... отпустите... нужно уйти...

Нинель не знала, чем еще она может помочь. Человеческие лекарства и методы не помогли, и Кай сгорал, почти буквально, от прикосновения к нему кожа краснела, появлялись волдыри ожогов. Ноги его не удержали, черта скрутило. Горло напряглось, и Кай навалился на держащие его руки. Температура достигла максимума, по всем показателям кровь внутри тела готова была закипеть. Но страшней всего оказались тихие слова, раздавшиеся в маленькой комнате: «Убей меня!», — прошептал демон в бреду, казалось, адресуя послание Адонису. Нинель ужаснулась, думая, что ее суженный воспримет этот бред всерьез.

— Да черт подери! — взревел Адонис, перехватывая удобнее тело и вынося раскалённого как уголь больного из комнаты и внося его в душ.

Нинель бросилась следом, на ходу выкрикивая: «Не убивай его!», — и застала момент, когда рыцарь прижимает когти тупой стороной друг к дружке.

— Да не собираюсь я его убивать! Нинель, скотч неси! Живо! – Искомый предмет нашелся в гостиной. — Быстрее!

Торопил ее рыцарь, придерживая когти, пока она обматывала их скотчем. Затем, Адонис как мог крепко обнял со спины демона, обмотал вокруг себя его хвост и сел вместе с ним на пол, говоря:

— Включай холодную и быстро отойди!

Контраст температур причинил невыносимую боль пылающему телу, и Кай заметался, стуча ногами, пытаясь царапать ногтями и крича на одной ноте, конвульсивно дергая хвостом. Он бил головой назад, умудрился разбить Герою нос, едва не распорол его щеку рогом, задел его ногу когтями, саданул локтем по ребрам, сжал хвост, чуть не сломав рыцарю кости и продолжал выть, пугая застывшую в дверях Нинель. Скотч лопнул и когти правой руки веером взметнулись, разрезая воздух, затем по единственной доступной цели. Длинный узкий коготь вошел в ногу рыцаря, пронзив ее насквозь. Левая тоже уже почти избавилась от клейкой ленты и готовилась повторить подвиг правой.

Адонис взвыл в унисон с завываниями Кая, который начал пинаться и пытаться вновь подняться. Нинель схватила скотч и попыталась перехватить беса за руку, вновь замотав его острые когти.

— Нет, не подходи! — испугался пришедший в себя Адонис. Было поздно, правый рукав разрезало когтями левой руки, и девушка схватилась за тонкий порез, не зная, насколько тот глубок. Повезло – царапина.

— Нинель, как он избавился от ногтей на ногах!? Помнишь, когда вы стирали в душе! — хрипя от боли, спросил рыцарь.

— Откусил, — морщась, вспомнила девушка, отходя подальше, но продолжая смотреть на раненную ногу жениха и на метающегося в бреду беса.

— Принеси мой меч.

— Господи, зачем? — испугалась принцесса.

— Когти, — коротко ответил ей раненый рыцарь, не дающей одной руке демона вспороть самому себе живот, а второй  вынуть коготь из своей ноги. — Живее! Я его еле держу.

Один из когтей пропорол грудную клетку демона, вызывая новый крик и окончательно убеждая девушку в правоте решения жениха. Хвост демона сжался сильнее, едва не задушив Адониса, начавшего понимать припадочных дам в корсетах. Принесенный меч лег плашмя на перепачканные кровью когти. Рыцарь замахнулся кулаком.

— Прости, надеюсь, ты сможешь отрастить новые, выбора нет, — оправдался рыцарь и ударил со всей силы, могшей отправить в нокаут слона.

Казалось, меч должен был сломаться, но осколки брызнули когтей, а не меча. Они разлетелись во все стороны черные и острые, напоминая обломки эбонита. Кай согнулся, резко разогнулся и закричал. А под мечом оказалась уже вторая рука.

Нинель не могла на это смотреть, слишком это походило на пытки. Она отвернулась  и зажала ладонями уши. Но даже через них проникал душераздирающий вопль. Через остатки когтей вытекала кровь. Кровопускание помогло снизить давление и привело в чувства Кая, но ненадолго.

— Кретин, я же говорил, это не просто когти! Больно! — осмысленно и громко выкрикнул больной и вновь утонул в бреду. Снова пытаясь царапаться, благо обломками нанося не такие фатальные раны, как мог бы когтями. На рыцаре они кровоточили, на демоне медленно и неохотно заживали. На державших беса руках не осталось ровного участка кожи, не вспоротого и не поцарапанного.

Адонис терпел, вначале молча прижимал к себе извивающегося в муках юношу, затем начал уговаривать:

— Потерпи. Скоро станет легче. Потерпи. Все будет хорошо.

Крик становился тише, будто вняв словам, обратился шумным дыханием и бормотанием, затем оборвался внятными оскорблениями.

— Лицемер!

— Да я тебя тут спасаю! А ты меня... непонятными словами обзываешь!

— Спасает он. Пытает – вот подходящее слово. А по поводу лицемерия поясню, ты двуличен. Не понимаю, какое право имеет быть такой человек героем? Герой – не твое настоящее лицо? Ха! Понятно. Сам то не чувствуешь злой иронии — спасаешь того, кого собираешься убить, обещаешь ему happy end[5]. Определись уже со стороной, с отношениями, с положениями, наведи порядок в голове.  А там может и happy end.

Рыцарь молчал, чувствуя, как обломки когтей впились в его руку, как тело врага подергивается в судороге. Ему хотелось оспорить сказанные слова, но он не мог. Вспомнился демоненок, совсем ребенок, тогда он не мог остановить солдат, когда его пытали, он не мог стать предателем, мог только добить то несчастное дитя.

— Может ты и прав. Я двуличен, лицемерен и не так хорош, как многие полагают в нашем мире. Держал лицо Героя, соответствуя эталону. Да, я прикрывался принципами воспитавших меня людей. А в этом мире им сложно следовать, они никому не нужны, они меняются, и я вместе с ними. Слышишь?! Я признаю твою правоту! Это типа твой триумф, порадуйся хоть немного! Посмейся надо мной!.. Черт, ты живой? Кай!? Кай! — Адонис задрал голову беса и успел увидеть потухающие глаза с сильно расширенными зрачками, которые медленно закрывались. — Нинель!!!

Крик заставил девушку подскочить, она едва не поскользнулась на полу душа, рыжей белкой прыгнула вперед и опустилась на колени. Девушка с влитыми знаниями врача ощупала запястье беса, шею, подняв веки, заглянула в глаза, посветила в них медицинским фонариком и ужаснулась. Она выбежала прочь, на ходу набирая Германа и истерично выкрикивая одну фразу: он умирает!

«Вот и все», — подумал Адонис, продолжая держать уже почти покойного врага. Чувствуя контраст температур: ледяная вода из душа и обжигающее огнем тело в руках.  — «Все кончено. Сейчас ты умрешь. А мир так и не станет лучше».

— Ты слышишь? Ты был прав. Ты умрешь, а мир совершенно не изменится. Я даже уверен, что нашему родному миру и дела нет до пропажи двух главных участников войны. Мир остался поделенным на стороны, и у каждой стороны найдется по новому олицетворению...

Нинель ворвалась с топотом и шумом, она держала шприц с тонкой и очень длинной иглой.

— Держи крепко! — приказала она и вогнала иглу между ребер, надеясь на попадание в сердце. Жидкость не хотела покидать шприц, но принцесса оказалась упорнее, и уже откидывала пустой медицинский инструмент в сторону.  Рыжая застыла под струями воды, дрожа в ожидании. Она же все сделала правильно, почему он не очнулся?

***

Демон повертелся на кресле и остановился, задумываясь. Он-то наивно думал хоть год прожить. А тут ему сообщают о паре вшивых месяцах.

— Грусть-печаль, — сказал и улыбнулся Кай. — Как понимаю, дальше – хуже. – Демон сглотнул. — Как это будет?

Герман облизнул пересохшие губы, он никогда не любил сообщать такие новости.

— Ты имеешь в виду смерть? Как бы объяснить. Она всегда разная. Те, кто возвращался, описывали неодинаковые ощущения. Зависит от обстоятельств. Итог один – тебя не станет...

***

Тяжёлое чувство вины, спрятавшееся за верой  в силу демона и его живучесть, взглянуло на посиневшие губы совсем недавно смеющегося парня, не нашло сопротивления и вонзило свои острые когти в самое сердце. Нинель с надрывом всхлипнула, готовясь пуститься в рыдания, и Адонис расслабил руки, не ожидая, что именно в этот момент мертвый демон оживет.

Со страшным  глубоким, хриплым вздохом он выгнулся дугой, хрустя едва успевшими встать на место позвонками. Ресницы пиками вонзились в кожу, так широко распахнулись его глаза.

Жуткое зрелище длилось пару секунд, и Кай вновь расслабился, начиная проваливаться обратно, откуда его с таким трудом вытащили.

— Кай!! — звал его сдвоенный голос.  Нинель выключила душ, Адонис уложил умирающего на кафельный пол и начал трясти за плечи, пытаясь удержать на этом свете.

— Эй, воспользуйся Легионами для себя!? Кай! Это же твои Легионы! Раз ты смог вылечить меня, то сможешь и себя! Ты умираешь!  Слышишь, если не воспользуешься ими, ты окончательно умрешь! Черт с ней – с возможностью вернуться домой – ты же не хочешь умереть?! Кай!

Он слышал, и он не хотел умирать, но и не хотел тратить легионов. До последнего надеясь на благополучный исход без лишних трат, бес дотянул на клинической смерти. Быстро отбившись от утягивающих его в неизвестность сил, Кай отдал важную часть себя. Так легко от нее отказался, что испугался на миг, потянул обратно, но вместо отданного он получил нечто странное взамен. В следующий миг, демон захохотал как сумасшедший, в тайне порадовавшись, что его внутреннее веселье недоступно взору людей. Для них он лишь лукаво улыбнулся и чуть вильнул хвостом перед тем, как уснуть.

— Нинель! — голос Адониса немного хрипел. Девушка отмерла, до этого она боялась даже вздохнуть. — Посмотри, как Кай!

Ей было страшно, к счастью ее страхи не оправдались. Черт дышал свободно, снова был теплым, вовсе не горячим, глаза нормально реагировали на свет, с лица ушла мертвецкая бледность, со спины синяки.

— Он... он в порядке, — вытирая слезы с глаз, заверила Нинель и шмыгнула носом.

Вымотанный рыцарь слегка улыбнулся и сказал:

— Выкарабкался, значит. С ума сойти. Если кто узнает, что я из-за него переживал... — Легонько пиная ногу отбившегося от смерти демона. — Не поверят. Ладно, принеси полотенце и сухую одежду. А то этот недомерок подхватит воспаление легких. Я верю, он может.

Переодетого и плавающего в болезненном забытье Кая уложили на разложенный диван. Обезболивающее разгладило морщинку между бровями и через несколько минут Кай задышал свободнее, выплывая из сна, окидывая собравшихся вокруг него обеспокоенные лица бессознательным взглядом и вновь погружаясь в царство Морфея.

Его когти, вернее то, что было раньше когтями, выглядели жутко, и эти обломки отказывались обретать прежнюю форму, не прекращая кровоточить. Их пришлось забинтовать. Этим занялся сам Адонис, испытывая порыв совести исправить совершенное зло Злу. И чувствуя себя предателям Родины, не меньше.

— Слушай, — неожиданно обратился он к едва успокоившейся Нинель, которая все еще шмыгала носом, смотря на едва не почившего Кая. — Хочу спросить, я плохой человек?

Принцесса тряхнула рыжей шевелюрой, откидывая спутанные пряди назад и завязала финальный бант повязки на ноге Адониса. В ответ на вопрос она покачала головой.

— Нет, ты очень упрямый человек, но не плохой. И Кай тоже вовсе не плохой, но не умеет держать язык за зубами. И себя я не считаю плохой, хотя  чуть не стала виновницей трагедии. И этот мир не плох, просто другой.  А теперь иди, переоденься, нам только простуды в списке неудач не хватает!

— Иду, — улыбнулся рыцарь и, взяв из шкафа спортивный костюм, примерно такой же, который одолжил Каю, переоделся в коридоре. Нога очень болела, из-за нее рыцарь хромал. Вернувшись, он застал прикорнувшую на краю дивана невесту.

— Иди, спи, я первый подежурю, — попробовал разбудить он ее.

— Не хочу, — отозвалась Нинель, не размыкая глаз.

Адонис содрогнулся, зрелище спящего в центре дивана демона и свернувшейся калачиком рядом с ним рыжей принцессы рождало странную картину, неприятную для него.

— Нашел к кому ревновать, Боже упаси! — ругнулся он на себя и включил телевизор на самую низкую громкость. Долго его Адонис не посмотрел, уже через полчаса начал клевать носом и незаметно для себя оказался головой на подушке, Нинель беспокойно ворочалась, пока не забилась под одеяло, не обняла кого-то теплого и не закинула на него ногу.

Просыпался демон с большим трудом, еще мучимый слабостью он не мог понять, где находится. Справа обнаружился Адонис, факт такого соседства привел в чувство куда быстрее ведра ледяной воды. Кай попытался отползти спиной назад и наткнулся на спящую Нинель, умудрившуюся мало того что закинуть на него ногу, так еще и обнять за талию. Вернулись рваные воспоминания.

«Адонис взмахнул мечом, неожиданно между нами появилось рыжее недоразумение...», — дальше по памяти прошлись растворителем: все смазано, шероховато и неясно. — «Нинель жива, значит Адонис по ней не попал, зато со мной не все в порядке, значит попал по мне. Опять же, если бы он попал, я бы здесь живым не сидел. Не понимаю, что произошло?» — демон потянулся рукой почесать рога и дернулся от боли.

Кай сразу понял, когтей у него больше нет, остатки бережно забинтовали бинтом, местами испачканным засохшей кровью. Что под бинтом, знать не хотелось, воображение рисовало отвратительную картину размозжённой всмятку конечности. Сглотнув, черт начал рассматривать повраг. Они тоже были перебинтованы. У Нинель плечо, у Адониса нога и обе руки. За края бинтов выходили длинные разрезы – художество его когтей.

«Я что, напал на них? Нужно вспомнить хоть что-то!» — беспокоился демон, раз за разом пытаясь восстановить образовавшуюся пропасть в воспоминаниях. Он вспомнил как Нинель кормила его мороженным. Было вкусно, но отчего-то больно. — «Ах, да! Я не мог шевельнуться, потому что... мне перебили позвоночник, и я оказался обездвижен...» — С немалым ужасом бес пошевелил хвостом, ногами, руками, головой, и только после успокоился. Двигаться он мог.

Новое воспоминание не внесло ясности, перед глазами проплыли образы сестры и брата, затем удалось припомнить ужасный жар, будто его засунули в духовку и решили приготовить в собственном соку. А эти люди тормошили его, звали и буквально вырывали из рук смерти. Зачем, спрашивается, кто их поймет. Хвост вильнул под одеялом, случайно задев девичьи пятки, и хозяйка пяток захихикала во сне, придвигаясь ближе.

Кай сглотнул, он не мог сказать, что подобное неприятно, но... Нинель не его невеста.

— Принцесса, проснитесь. — Тихо позвал он, сам удивившись звучанию своего голоса, еще раз проводя под одеялом хвостом, в этот раз щекоча щиколотку.

Нинель открыла глаза, вначале безучастно осмотрела плечо, в которое уткнулась носом, перевела взгляд на лицо Кая и увидела ярко горящие огоньки демонических глаз.

— Кай! Слава Богу! — бросилась она к нему на шею. — Адик, он очнулся! Смотри!

От удвоившейся возни, рыцарь-таки пробудился и окинул придавленного своей невестой демона возмущенным взглядом.

— Привет, — помахал ему забинтованной рукой бес и тут же спросил, — что со мной было? Последнее, что помню, Нинель выбежала между нами и... и все. Дальше одна сплошная боль. Не расскажешь?

Представитель света вздохнул, подарил невесте еще один неодобрительный взгляд, и сжал историю до минимума, превратив ее в отчет.

— Ты закрыл Нинель собой, я уже не успевал остановить удар, но смог повернуть меч и он ударил плашмя. Тебе сломало спину в трех местах. Дома мы вправили позвонки, но был поврежден спиной мозг, какие-то там отростки не желали рассасываться и началась лихорадка. Ты бредил, вспоминал родню и жизнь в цитадели, — на этом моменте Кай побледнел. — Брата, сестру, отца, просил себя убить. Сбить температуру не удалось даже в душе, ты начал махать руками и ранил нас и себя. Прости, но пришлось разбить твои когти, благодаря моему мечу сделанному из зубов демонов и резкому перепаду температур это удалось без труда, но осколками ты меня и себя истыкал в дуршлаг.

Рыцарь показал свои забинтованные руки, опустил их и закончил:

— И все равно ты... умер, в общем.

Кай открыл рот, уставился на рыцаря, будто тот зеленый человечек с Марса и ущипнул себя.

— Либо это такая шутка слабоумная, либо я в загробном мире.

— Кай, — обратилась к нему Нинель, наконец отпуская, — ты действительно был мертв около двух минут. Я успела сделать укол адреналином в сердце, и это вернуло тебя ненадолго, но не вылечило. Ты умирал.

Адонис продолжил:

— Я предложил тебе воспользоваться легионами, и ты ими воспользовался, раз не сдох и проснулся.

Черт вильнул под одеялом хвостом, попытался переварить услышанное, но не успел, его снова тянуло в сон и хотелось пить. Вместо ответа кивнув, он вновь посмотрел на свои руки и поджал губы.

— Я не смогу их отрастить. — Признался он. — Когти — часть моей нервной системы и требуют слишком много легионов, у меня столько нет.

Нинель сбегала в душевую и вернулась с полотенцем, на котором крошками, кусочками и лезвиями лежали осколки его когтей.

— Прости, Кай! Это моя вина! — Нинель смотрела прямо в глаза, и от этого Каю стало не по себе.

— Твоя, — подтвердил он, рассматривая останки когтей, — но я не ненавижу тебя за это. Поэтому улыбнись и не куксись. Лучше еще мороженку дай! Точно, ты кормила меня мороженным! Покорми еще и я сразу все прощу!

Нинель сдуло ветром в магазин.

Смотря на радостное лицо демона, Адонис с такой силой ударил себя по лбу, что рисковал сам себе организовать сотрясение мозга.

— Кай, ты понимаешь, что ты чуть не сдох, тебе разбили когти, ты вообще реагируешь как...

— Как не человек, я знаю. Доня, я в порядке. И я благодарен. Я счастлив. Мне не понять, какой реакции ты от меня ждешь. Если для сохранения жизни нужно было отдать именно когти, то так тому и быть. Если сравнивать с забвением, то это такая малость, верно?

Рыцарь не знал что сказать, он бы и дальше молчал, но его спасла открывшаяся дверь. Вошла не Нинель, ворвался Герман. Он явно летел, ожидая увидеть пациента при смерти, а не живого и пытающегося приподняться демона. От возмущения, рушимых надежд, врач едва чемоданом в них не запустил. За ним вошла девушка, вооруженная пакетом разных вкусностей.

— Ну, раз ты жив, и мне не придется уламывать твоих друзей отдавать твое тело науке, то переворачивайся.

— Фу! Пошляк. Живым не дамся!

— Кончай свои шуточки и покажи спину!

Спина выглядела абсолютно нормально для демона. Подпольный доктор на всякий случай достал рентген и сравнил.

— Какой же ты тощий! — покачал головой врач. — Что на рентгене, что вживую, одни кости и капелька мышц. Правда, какие кости! — восхищенно, — Кстати, зеленые человечки, а вы в курсе, сколько в его теле костей?

— В человеке от двухсот до двухсот восемнадцати костей. — Блеснула знаниями Нинель.

— Много, — просто ответил инквизитор.

— Вы не поверите, но у нашего дорогого друга больше шестисот костей.

— Ты им еще экскурс в анатомию демонов проведи, — проворчал Кай, отодвигающийся от излишне активного ученого.

— Обязательно, — воодушевился врач, не получивший возможности покопаться внутри неизученного наукой организма. — У человека двадцать четыре ребра и брюшная полость, мягкая часть, органы не защищены, а у Кая отростки позвоночника в животе образовали дополнительную защиту, по сути у него есть целых шесть дополнительных ребер. А еще, его позвоночный столб, который немыслимым образом смогли сломать, состоящий у человека из тридцати двух костей, у Кая состоит из двухсот мелких косточек с обилием соединительной ткани и мышц, если считать хвост, то...

— Да замолчи ты, — добавляя в голос гнева, рыкнул больной.

— Ладно. Так как ты сломал спину, так еще в трех местах, так еще с повреждением спинного мозга?

— Упал!

— Нелепее отмазки не слышал. А что случилось с твоими руками. Тоже упал? И  ты им уже сказ...

— Спасибо, до свидания! – Резко вскочил демон, вставая в боевую стойку. Если бы не схвативший за хвост Адонис, бес бы прыгнул на слишком говорливого врача. Который поспешил убежать. Нинель успела крикнуть в коридор слова извинения.

— Бешеный что ли? — не понял рыцарь причины порыва закусить врачом.

— Достал! Он мне эту восхищенную лекцию уже третий раз читает! Я и без него знаю, насколько сильно отличаюсь от людей! — гневно рычал бес. Неожиданно он сморщился и схватился за поясницу. Вернее попытался, руки заболели даже сильнее напомнившего о себе позвоночника. — Ай! Ай! Ай!

— Что? — мгновенно среагировал Адонис.

— Зря я вскочил, вот... Адски Больно! Помоги лечь... — Герой действительно помог. — Подоткни одеяло и я заплачу, — усмехнулся бес, морщась и тяжело дыша.

— Поостри мне тут, еще что-нибудь сломаю! — цыкнул рыцарь, хромая в сторону кухни.

Демон удивленно проводил его взглядом до поворота и посмотрел на осколки когтей. Он продолжал на них смотреть, когда прихромал Адонис.

— Отвалились и отвалились, — грубо сказал представитель Добра, протягивая стакан и таблетку.

— Доня, представь, что вместо когтей на полотенце лежат отрубленные пальцы. Хотя логичнее представлять кусочки мозга.

— Тьфу ты!

— У кого-то богатое воображение, — протягивая к стакану хвост. Рыцарь под саркастическую усмешку Кая искал, куда он может положить таблетку и, усмехнувшись, легонько щелкнул беса по лбу. От щелбана у несчастного в глазах расползлись цветные круги, а в раскрытый рот упала горькая таблетка. Не растерявшись, нечисть дополнило высказывание про воображение, — И тяжёлая рука!

Нинель вздохнула и радостно высыпала на одеяло кучу самого разного мороженного. После каждой порции чисть и нечисть делились впечатлениями. А затем настал момент, от которого вся нега схлынула с демона и он едва заметно вздрогнул. Настало время поменять повязки на руках.

Вид был странный, но уже не страшный. Раздосадованный, Кай положил один палец в рот и укусил за обломок.

— Все, они бесполезны. — При шевелении трещины расходились сильнее. — Надеюсь, мне не придется руку отгрызать. — С этими словами он снова надкусил обломок когтя. Комната наполнилась сосредоточенным хрустом, от которого волосы дыбом становились.

— Может телевизор посмотрим? — спросила девушка у парней, один из которых грыз свои обломки, а второй  старался не блевануть от такого зрелища. Ей самой было так же не по себе, но после пережитого подобное казалось мелочью среди крупных купюр.

— Включай, быстрее включай! — взмолил рыцарь и уставился в экран, надеясь отвлечься от картины стачивания обломков, которая маячила перед глазами картиной отгрызания пальцев. Адонису не повезло — отвлекаться пришлось на зомби, жрущих мозг.

Когда уже было Герой забыл об происходящем за спиной, Кай напомнил о себе громким воскликом и резко ударившимся о потолок хвостом. Принцесса и Рыцарь оглянулись: демон сидел к ним спиной вытянувшийся, странно сосредоточенный и с прямо стоящим хвостом, упирающимся в потолок. Его голова нагнулась чуть вправо, хвост согнулся в знак вопроса и хруст стал в три раза громче и чаще, будто в комнате появилась сверх настойчивая крыса, с упорством маньяка взявшаяся за бетон.

Зомби укоризненно рычали с экрана, потеряв львиную долю внимания зрителей. И момент, когда хруст закончился нервным хихиканьем бесова отродья, принес несколько минут покоя. А затем хвост обернулся вокруг Нинель и опрокинул ту на спину.

Счастливая мордашка Кая нависла над девушкой, а ее щек коснулось нечто прохладное и мягкое на ощупь.

У Адониса отпала челюсть.

— Кай, это... как? — Адонис едва не потерял самообладание от удивления.

Нинель поднялась и обернулась, не сразу заметив фатальные изменения. А когда увидела, ахнула.

— Я сам в шоке! — радостная улыбка не сходила с лица, а клыки блестели, словно начищенные жемчужины. Под эбонитовым телом когтей оказались самые настоящие пальцы с черным ногтем. Бледные и холодные, они постепенно обретали чувствительность.

Кай радовался подарку судьбы, словно пятилетка новому году и пытался пользоваться новыми инструментами и взять со столика ложку для мороженного. Пока у него это не получалось, но упорство обещало победить непослушный орган.

— Адик, почему ты сразу не сказал, что у демонов под когтями пальцы?

— Потому что это не так. И либо я сошел с ума, либо перед нами совершилось чудо. А в не закономерные чудеса я не верю.

— Это не чудо! Эти изменения вызваны приспособляемостью легионов. По сути, Герман сказал, что мои гены это адская каша невозможного с возможным, последнее включает в себя человеческий код. Удивил, блин. Я не помню, что случилось и как применил легионы, но полагаю бьющихся в горячке мозгов хватило выменять когти на пальцы: немного костей, кожи и нервных окончаний... научиться бы ими пользоваться теперь. — Последнее бес пробормотал тише и растерянно.

Шоком для демона стала еще и широкая ладонь, легшая на его черную макушку.

— Хорошо, что все обошлось, — с облегчением выдохнул потомок титанов и вновь обернулся к экрану.  Нинель села рядом. А Кай, потерявшийся в ощущениях и событиях, свернулся калачиком, упираясь лбом в бедро принцессы, слегка касаясь рогами ее спины, а хвост уложил на колени рыцаря. Думать о будущем, когда так хорошо и тепло, не хотелось, но в голове сам собой всплыл отрывок разговора с Германом

***

— ...В первую очередь распадутся органы не обязательные для жизнедеятельности. Но постепенно распад переключится на весь организм. Дальше есть несколько вариантов. И я не знаю, какой лучше. Возможно, все твои органы постепенно откажут, если не будут успевать залечивать дыры от распада клеток. В этом случае ты захлебнешься либо кровью, либо болевым шоком. Возможно, кровь перестанет переносить кислород, и ты задохнешься. Или может быть, в попытке приспособиться, начнешь истощать свой резерв, и это остановит сердце.

— Совсем безрадостно. Никогда не думал кончить так. Жуть, — говорил излишне равнодушно он. — Захлебнусь, задохнусь или даже не пойму что помираю, схвачусь за сердце.

— Думаю, ты поймешь, когда время будет на исходе, — печально заверил врач. — Начнешь терять сознание, потеряешь интерес к происходящему, чувства притупятся, тебе будет все больше хотеться спать, а просыпаться станет все сложнее.

— Апатичный зомби – блеск!

— Это еще не все, среди возможных симптомов может быть потеря в весе, отказ зрения, слабость, потеря аппетита... да в лучшем случае ты впадешь в кому и все проспишь!

— Ну-ну, не переживай так, — успокоил демон распалившегося врача. — Все мы смертны, вместо этого составь список самых лучших и сильных обезболивающих, в обратном порядке.

— Тебе придется их пачками глотать, и то не факт... А переберешь с дозировкой, помрешь.

— Вот и отмучаюсь. Давай пиши уже, — толкая стул хвостом. — Скоро мои повражки домой вернутся.

— Кстати, ты как планируешь им поведать о своем положении?

— Никак.

— В смысле, не сейчас?

— В смысле никогда. Вот когда помру, тогда и похоронят. А если они начнут процессию сейчас, то жить оставшийся срок будет утомительно. К тому же есть еще шанс вернуться домой, где я самоисцелюсь. Всего-то нужно найти легионы...

***

...А их нет.

[1] Power – кнопка подачи питания

[2] Туше, удар засчитан

[3] Сделано в Катае

[4] Скалли и Малдер – персонажи сериала X-files.

[5] Счастливый конец

Content

Троицкая Елена Игоревна Повраги, или Дружба в силу обстоятельств (СИ)