Знание-сила, 2003 № 01 (907)

Ежемесячный научно-популярный и научно-художественный журнал

Издается с 1926 года

«ЗНАНИЕ – СИЛА» ЖУРНАЛ, КОТОРЫЙ УМНЫЕ ЛЮДИ ЧИТАЮТ УЖЕ 77 ЛЕТ

Заметки обозревателя

Александр Волков

Тайная власть лазера

Мы привыкли к нему. «Гиперболоид инженера Гарина» уже давно никого не пугает.

Лазер стал верным помощником человека.

В универсаме – «Вот еще одна банка, пожалуйста!» – лазерный луч считывает цену, нанесенную в виде особой метки на упаковку купленных мной продуктов.

А сколько еще может этот луч – красная нить, моментально прошившая воздух?

В этих заметках – в фокусе лазерного луча – сойдутся завтрашние планы и нынешняя явь.

… День начинается вроде бы с неудачи. Пластмассовая кофейная чашка падает на пол и бьется. Осколки, веник, ведро.

Ну и на счастье! Потому что… уже через пару минут та же чашка снова стоит на столе. Ее «клонировали». Ведь пока бульварные газеты обсуждают двойников Гитлера, Наполеона или Эйнштейна, которых научатся клонировать ученые, в наш быт незаметно войдут приборы, способные штамповать обиходную утварь. Вот он, особый лазерный принтер. В него достаточно вставить дискету, полученную при покупке чашки, нажать кнопку – и принтер выдаст такую же чашку, можно сказать, ее «клон».

Что было на дискете? Разумеется, цифровой чертеж чашки. Компьютер транслирует эти данные в устройство управления лазером. Тем временем в рабочей камере принтера вскипает жидкая масса – смесь расплавленной пластмассы, отверждающего порошка и клея. Сюда направляется лазерный луч. От его прикосновения крохотный участок жидкости тут же затвердевает, а луч продолжает скользить по горячему месиву, выводя в нем трехмерный образ чашки. Клонирование окончено. На столе стоит та же самая пластмассовая чашка.

Еще недавно подобные сцены были уделом писателей фантастического жанра. В скором времени они станут фирменным знаком возможностей индустрии. Так, американская компания Z-Corporation намерена внедрить «клонирование» в быту уже через несколько лет. Эта идея лишний раз доказывает, что для лазерных технологий ничего невозможного нет.

В наши дни лазер может читать, писать, резать, лечить, измерять. Он сваривает кровеносные капилляры, которые не разглядит ваш глаз, так же элегантно, как толстые металлические панели. Угнездившись в DVD- плейере, он показывает кино, а скользнув по компьютерному диску, считывает целые библиотеки файлов. Лазер высверливает отверстия в алмазах, маркирует трехмерными значками – голограммами – документы и в часы концертов и празднеств рисует в воздухе красочные картины, затмившие фейерверки былых времен.

С недавних пор лазер может транслировать цифровую информацию, передавая в течение одной секунды содержимое 178 ООО (!) машинописных страниц. Для так называемой оптической воздушной связи требуется установить специальные зеркала на крышах домов, где расположены передающее и принимающее устройства. Между ними помчится лазерный луч. Пока дальность передачи информации подобным способом достигает всего четырех километров, но этого вполне достаточно для университетов или промышленных компаний, которые пользуются этой локальной связью для сообщения со своими лабораториями, филиалами, представительствами или научно-исследовательскими институтами, расположенными поблизости. Им удается передавать невиданные прежде объемы информации.

В лаборатории химиков лазер принес новую технологию. Как известно, многие химические реакции начинаются лишь после притока энергии, то есть после нафева реагентов. Впрочем, есть и такие реакции, которые при нагревании, наоборот, затухают. Ведь некоторые молекулы мотуг вступить в соединение с другими молекулами, только получив точное («квантованное») количество энергии. Дозировать энергию помогает лазер.

Вот пример подобной технологии: получение винилхлорида, исходного сырья для производства поливинилхлорида – самого популярного на сегодняшний день полимера. Теперь технология выглядит так: в рабочую камеру, заполненную газом дихлорэтиленом, направляют луч лазера. После нескольких промежуточных этапов – на каждом из них мошность луча точно дозируется – камера оказывается заполнена другим газом: винилхлоридом. Все быстро и просто! Прежняя промышленная технология была иной: дихлорэтилен в присутствии катализатора разогревали до 500° С. Только тогда реакция начиналось. Сейчас катализатор не нужен; газ нагревают лишь до 300 градусов; производительность возрастает на двадцать процентов.

Болгарский ученый Симеон Метев предложил получать искусственные алмазы с помощью лазера. Лучи лазера разогревают метан, переводя его в состояние плазмы, при этом на дно рабочей камеры оседают мерцающие крупицы – алмазы. Дело в том, что атомы углерода (а метан – это одно из его соединений) под действием лазерного луча образуют особую кристаллическую решетку, присущую алмазу.

Новый метод является самым дешевым способом изготовления искусственных алмазов. Прежде их получали либо под высоким давлением, либо в сверхчистом вакууме. Их производство было долгим и дорогим. Теперь с помощью лазера можно моментально изготавливать крохотные технические алмазы, а затем наслаивать их на лезвия ножей и режущие кромки инструментов. Подобными алмазами можно покрывать, например, скальпели или искусственные протезы бедра, что повысит их долговечность. Дешевые алмазы окажутся ценным сырьем и для компьютерной промышленности; их используют в производстве микросхем.

Лазер стал настоящим подарком для медиков. С его помощью хирурги могут рассверливать тромбы, закупорившие вены, или разрезать тончайшие капилляры, оставляя неповрежденной соседнюю ткань. Чаще всего используется термическое действие лазера: при нагреве ткани от 60 до 100 градусов белок коагулирует (свертывается), а при нагреве выше 300 градусов ткань испаряется. Данные эффекты можно комбинировать, поэтому лазер применяют для разрезания сильно кровоточащих тканей, например тканей печени или селезенки. Другие области его применения – горло, желудочно-кишечный тракт, носовая полость, ушные раковины.

Поразительная точность лазерного «скальпеля» делает его незаменимым инструментом врача-офтальмолога.

Так, с помощью лазера можно корректировать близорукость или дальнозоркость. По оценкам экспертов, в Германии, например, в течение трех ближайших лет число операций, проводимых офтальмологами с применением лазера, возрастет в три с лишним раза – с 60 000 (в 2002 году) до 200 000 (в 2005 году).

Лазерная офтальмология только входит в наш быт. Еще в середине девяностых годов подобные операции с использованием лазера часто оканчивались неудачей, и, «выздоровев», пациент видел хуже, чем до начала лечения. Сейчас, поданным исследования, проведенного швейцарскими медиками, лишь в семи процентах случаев больные, перенесшие лазерные операции на роговице, сталкиваются потом с различными осложнениями. «Если, конечно, не считать, что у каждого второго пациента ухудшается ночное зрение», – добавляют они.

Медики используют лазер не только для оперативного вмешательства, но и для фундаментальных исследований. Их планы обещают многое. Сейчас ученые стремятся создать сверхбыстрые лазеры, которые помогут поэтапно изучить химические реакции, протекающие в живых клетках. Это позволит выяснить структуру молекул, вызывающих различные заболевания. Зная ее, можно изготавливать лекарства, которые целенаправленно воздействовали бы на эти молекулы.

С помощью лазера можно врачевать и погоду. Так, немецкие физики разработали лазер, который может защитить от грозы. Если направить его луч на грозовое облако, оно моментально разрядится, и молнии не причинят вред. Подобная система уже опробована в лаборатории.

Впрочем, лазер может не только сражаться с грозой и тучами, наползающими на город. Он вполне сумеет оценить загрязнение атмосферы. Для этого в небо направляют мощные вспышки, длящиеся несколько триллионных долей секунды. Частота этих световых лучей разнится. Некоторые из них поглощаются атмосферой; другие, отразившись от аэрозолей, возвращаются на землю. Прибор улавливает отраженные волны и по изменению их длины оценивает, чем загрязнен воздух.

Так, от медицины мы перешли к физике. Здесь лазер тоже добился немалых успехов. С его помощью можно изучать «кирпичики мироздания» – атомы, наблюдая за отдельными их движениями и даже за перемещением электронов от атома к атому – процессом, который длится несколько сотен фемтосекунд (фемто – десять в минус пятнадцатой степени). Полученные данные можно использовать при создании новых оптико-электронных приборов, предназначенных для сверхбыстрой обработки сигналов в компьютерных системах и системах связи.

Впрочем, лазер может наблюдать не только за атомами, но и за спутниками. Уже в 2001 году американские военные попробовали применить лазерную пушку против спутника и вывели из строя всю его электронику. Однако этот опыт показал, что, нацеливая лазерное оружие в небо, военные играют в «русскую (точнее, уж в американскую. – А.В.) рулетку». Часть лучей после попадания в цель отражается, причем направление их рассеяния трудно предсказать. Отраженные лучи могут вывести из строя оптические сенсоры других спутников, в том числе своих собственных. Пока не ясно, как избежать этой опасности, тем не менее военные планируют уже к 2007 году завершить работу над созданием лазерного оружия, которое будет уничтожать вражеские спутники и ракеты. Так «скальпель» XXI века становится еще и «пушкой» XXI века. Лазер ведь всемогущ!

Возможно, что его луч станет еще и электростанцией двадцать первого и иже с ним веков. Ведь на 2008 год намечен еще один, самый удивительный проект, связанный с лазером: проект по созданию термоядерного реактора нового типа.

Задача архисложна, ведь внутри реактора должна протекать та же реакция, что и в недрах Солнца. Там ядра водорода сливаются друг с другом, образуя гелий. При этом выделяется огромное количество энергии. Если бы уцалось построить реактор, действующий по тому же принципу, мы навсегда разрешили бы энергетическую проблему, ведь водород – это дешевое сырье – на нашей планете имеется в избытке.

Первые опыты по созданию термоядерного реактора проводились еще в 1980-е годы. В них использовались самые мощные в мире лазеры. Эксперименты окончились ничем, поскольку подобный реактор, занимавший целый комплекс зданий, потреблял гораздо больше энергии, чем вырабатывал ее. На очереди – еще одна попытка.

В США, в Ливерморской лаборатории, сооружают лазерную установку размером с футбольный стадион. Здесь выстроятся 192 лазерные пушки. В 2008 году их лучи – их обшая мощность достигнет 500 триллионов ватт – будут на четыре миллиардных доли секунды направлены на атомы водорода, генерируя термоядерную реакцию. По расчетам ученых, в результате выделится в десять раз больше энергии – 5000 триллионов ватт.

Если опыт и впрямь удастся, то сбудется давняя мечта человечества. Люди получат неисчерпаемый источник дешевой энергии. Один из руководителей эксперимента, Майкл Кэмпбелл, мечтает о том, что новый лазер, как Прометей, «похитит огонь с небес, чтобы превратить Землю в рай». Поживем – увидим. Лазеру-то всего сорок лет от роду!

Адреса в Интернете:

Лазер в биологии и медицине: www.mti.uni-jena.de/~i6koka/vorLhtml

Промышленные лазерные установки: www.iwb.tum.de/projekte/Iaser2000/info sys.htm

Лазер в офтальмологии: www.rnedizinfo.comwww.vsdar.de

Фокус

Александр Галяндин

Прямая речь о неведомом, несказанном…

Со школьных времен мы привыкли во всем и везде искать три источника, три составные части, три основных вывода… Особенности нашего мышления преобразуют и окружающий мир, и его историю, и эволюцию важнейших представлений о нем. Вот, например, наука физика- Из чего она состоит? Физики XIX века объясняли видимое и существующее. Физики XX века объясняли невидимое/ но существующее. Не придется ли физикам XXI века истолковывать невидимое и несуществующее? Или другая троичная схема. Физики прошлого изучали Землю и видимое звездное небо. Объектом изучения физиков современности стала вся наша Вселенная и вся история ее – от Большого Взрыва до неизмеримо далекого будущего. Не придется ли новым поколениям физиков так же дотошно и добросовестно описывать то, что лежит за пределами нашей Вселенной? Ведь уже сейчас на научных конференциях и конгрессах много говорится о «второй коперниковской революции», о том, что помимо нашей Вселенной, за пределами нашего времени и пространства, существует бесконечное множество вселенных. Долгое время подобные идеи были уделом писателей-фантастов или неведомых мифотворцев прошлого. Так неужели то, что было темой фантазий и мифов, – ясновидение, вещие сны, вечная повторяемость событий. Творец, застывший по ту сторону мира, где все разыгрывается по придуманным им законам, – может стать объектом научного познания? На этот вопрос пытаются дать ответ современные космологи.

Ответ получается как будто неканоническим, ненаучным. Но не станем заранее отвергать эти гипотезы. Поговорим о них подробнее через месяц. Пока же предварим главную тему следующего номера несколькими интервью с ведущими современными учеными, ведь некоторые из них, в частности С. Хоукинг и А. Виленкин, вскоре станут нашими « ньюсмей кера ми».

Стивен Уильям Хоукинг.

Родился в 1942 году. С 1979 года профессор прикладной математики и теоретической физики в Кембриджском университете (Великобритания).

* В1980 году в лекции «Грядет ли ненец теоретической физике?», прочитанной вами по случаю вступления в должность профессораi, вы рассуждали о том; что вскоре появится теория, которая объединит все фундаментальные взаимодействия, – своего рода единая формула мироздания. Тан долго ли ждать ее появления?

Хоукинг: Поначалу я верил, что мы создадим всеобщую теорию уже к концу XX века Однако, несмотря на все наши успехи, мы и теперь еще так же далеки от цели. Мне пришлось умерить свои ожидания, но все-таки я и сейчас верю, что мы откроем эту формулу до конца столетия, а, может быть, даже очень скоро. Я – оптимист. Только теперь говорю уже о конце XXI века.

* Можно ли назвать единую формулу мироздания, как и законы природы, открытые нами, творениями ума человеческого? Или же они существуют независимо от нашей воли, как идеи Платона?

Польский астроном Ян Гевелий (1611-87) ведет наблюдение в собственной обсерватории

1,5-метровый телесноп Маунт Вилсоновской обсервотории (вверху) и 5-метровый телескоп Поломарской обсерватории (внизу) открыли астрономом XX века отдаленные области звездного неба

Хоукинг: Я – приверженец позитивистской философии. Физические теории – это всего лишь математические модели, конструируемые нами. Мы не можем задаться вопросом, что есть действительность, потому что у нас нет никакой возможности, абстрагируясь от наших моделей, проверить, что реально, а что нет. Я не согласен с Платоном.

* В «Краткой истории времени» вы пишете, что единая формула мироздания поможет нам понять замысел Бога и познать Его сущность. Вы верите в Бога?

Хоукинг: Я использую слово «Бог» в безличном смысле – так же, как Эйнштейн использовал слово «законы природы». Познать сущность Бога значит познать законы природы. Я уверен, что Его сущность откроется нам еще до конца этого столетия.

Агексондр Виленкин.

Родился в 1949 году в СССР. С 1978 года профессор Tufts University в Медфорде (США, штат Массачусетс).

* Если бы вам довелось задать три вопроса волшебнице; знающей все на свете, о чем бы вы ее спросили?

Виленкин: Во-первых, какие параметры, называемые нами «природными константами», в самом деле, являются постоянными, а какие только кажутся нам таковыми, потому что постоянство им придает лишь «выбранное» нами место наблюдения Вселенной? Быть может, окажись мы в другой части Вселенной, те же самые константы примут совсем иное значение. Во-вторых, я спросил бы волшебницу, почему в мире квантовой физики мы вынуждены оперировать вероятностными понятиями и оценками? Наконец, меня интересует, в чем заключена природа сознания?

* Что заставляет вас исследовать Вселенную?

Виленкин: В принципе, я занимаюсь и вполне узкими проблемами, например, детальным исследованием космического излучения или анализом такого феномена, как гравитационные волны, но все-таки больше всего меня интересуют не отдельные явления, а весь этот мир в целом. Мне хочется понять, как возникла эта «грандиозная картина».

* Как вы думаете, поможет ли квантовая космология разгадать тайну происхождения Вселенной?

Виленкин: Быть может, мы и впрямь сумеем отыскать начальные параметры, но они не имеют особого значения. Ведь во время «космической инфляции» Вселенная, можно сказать, «позабыла» о них. Так что когда-нибудь мы будем знать, с чего начиналась Вселенная. И что? Зная исходные параметры, мы все равно не сумеем достоверно описать дальнейшее ее развитие.

* Согласно вашим теориям, существует бесконечное множество параллельных миров, населенных нашими двойникоми. Картина, нарисованная вами, очень необычна. Поневоле вспоминаются слова Стивена Уайнберга: «Чем понятнее нам становится мироздание, тем бессмысленнее оно кажется». Вы считаете так же?

Виленкин: Вообще говоря, мироздание кажется мне сейчас еще бессмысленнее, чем прежде. Во Вселенной, которая вечно переживает «космическую инфляцию», любые события могут повторяться бесконечно часто. Нам трудно понять, какой все это может иметь смысл.

Пол Стейнхардт.

Родился е 1952 году. С 1998 года профессор Принстонского университета (Нью-Джерси).

* Какие проблемы представляются вам самыми сложными в современной науке?

Стейнхардт: Могут ли люди совершать путешествия со сверхсветовой скоростью и оставаться при этом в живых? В принципе, это – единственная возможность исследовать отдаленные районы Вселенной. Что скрывается за принципом неопределенности в квантовой физике? Какая новая математика или логика нам понадобятся, чтобы преодолеть теорему Гёделя, согласно которой не существует полной формальной теории, где были бы доказуемы все истинные теоремы арифметики? Мне кажется, что мы пока совершенно увязли в этих проблемах и не представляем, как их можно решить.

* Космология неотвратимо ставит перед нами философские вопросы. Что может сказать современная космология о Вселенной и о нашем месте во Вселенной?

Стейнхардт: Чем лучше мы понимаем Вселенную, тем труднее даже представить себе, что мы обнаружим когда-нибудь, в чем Ее смысл, по какому плану Она создана и с какой целью, если, конечно, у нее вообще были Смысл, План и Цель. И еше: чем лучше мы понимаем Вселенную, тем яснее убеждаемся, насколько нам непосильно ее исследование, ведь мы можем изучать лишь крохотный фрагмент Мироздания и по этой частичке пытаться делать выводы о Целом.

Ханс-Иоахим Бломе, немецкий космолог.

* Какие загадки современной космологии наиболее увлекают вас?

Бломе: Как возникло время? Может ли существовать мир, в котором вообще нет времени? И немедленно вспоминается давний вопрос Эйнштейна: «Был ли у Господа Бога выбор, когда он творил мир?». Почему, например, космос заполнен звездами? Это – единственное условие его существования? Или же, например, были другие возможности, которые так и не реализовались в нашей Вселенной?

* А не утрачивает ли мир свою красоту из-за того, что космологи пытаются его истолковать?

Бломе: Когда мы начинаем понимать, что само наше бытие причудливым образом зависело от точнейшего совпадения природных констант и законов природы, тогда и Космос, и картина звездного неба кажутся еще таинственнее. Мне остается лишь согласиться с Альбером Камю: «В мире есть свой тайный смысл, который мы могли бы понять, но небо светит так ярко, что, ослепленные им, мы едва ли что в силах понять». И все же я думаю и надеюсь, что этот смысл есть.

Космический телескоп имени Хаббла приблизил нас к звездам. На фотографии: одна из самых ярких звезд ношей Галактики – Эта Карины

Марио Ливио.

Родился в 1945году в Румынии. Профессор Университета Дж. Хопкинса. С2000 года-руководитель научного отдела Института космического телескопа имени Хаббла.

* Если бы вы могли задать всеведущей волшебнице три вопроса на тему астрономии, о чем бы вы спросили?

Ливио: Мне бы, конечно, хотелось знать, в верном ли направлении мы движемся, пытаясь создать теорию, которая объединила бы все фундаментальные взаимодействия. Возможно, мы абсолютно не понимаем природу силы тяжести, и потому все то, что мы именуем сегодня «темной материей», «темной энергией», в действительности лишь результат нашего непонимания гравитации. Что если пресловутая «темная материя» – это влияние на наше мироздание других вселенных? Мне хотелось бы так же знать, существуют ли в космосе какие-либо разумные существа и каков их облик? И еще, вслед за физиком Джеймсом Джинсом, я бы спросил волшебницу; «Бог что, математик?». Отражает ли вся наша наука с ее склонностью к математическому описанию мироздания, действительно, некое фундаментальное свойство природы или же одну лишь особенность нашего восприятия? В самом ли деле мы открыли законы природы и математические принципы? Или же мы придумали их? Но я, кажется, уже давно исчерпал лимит вопросов. Поэтому скороговоркой добавлю, что мне хотелось бы знать, как все начиналось, было ли, в самом деле, начало у нашей Вселенной и существуют ли другие вселенные?

На фотографии: большая пузырьковая камера, заполненная жидкостью, содержащей ядра атомов

* А если волшебница так и не появится? Чего вы ждете от науки, например, в ближайшее время?

Ливио: Я думаю, нас ждет пора грандиозных открытий. Начнет работу европейский ускоритель Large Hadron Collider. Возможно, мы обнаружим, что гравитоны – частицы, передающие действие силы тяжести, – скрываются в других размерностях мироздания. Мы откроем нейтралино и других кандидатов на роль темной материи. Будут завершены, по крайней мере, пять экспериментов, в которых действие гравитации впервые удастся измерить с точностью до долей миллиметра. Спутники МАР и «Планк» исследуют космическое фоновое излучение. Космический телескоп следующего поколения заглянет в самую отдаленную эпоху мироздания. Проект «Digital Sloan Sky Survey» позволит оценить пространственное распределение ста миллионов галактик. Спутник SNAP, как ожидается, отыщет следы 2000 взрывов сверхновых звезд и исследует темную энергию. В физике настала невероятная эпоха!

* Ваш перечень впечатляет. Очевидно, космология превращается из умозрительной теории в экспериментальную науку. ЗначитXXI век будет «веком космологии»?

Ливио: Я думаю, он останется веком биологии. Там еще только предстоит прорыв, аналогичный тому, что физика пережила в XX столетии.

По материалам журнала «Bild der Wissenschaft»

Главная Тема

Семья

Павел Филонов. Крестьянская семья (Святое семейство) 1914

Лет двадцать назад социологи останавливали на улице прохожего и спрашивали его: «Кто ты?». Он сначала пытался понять, чего от него хотят, но никто ничего не объяснял, и приходилось отвечать тан, навскидку. Первое, что приходит в голову. Приходило в голову: «Человек» – не собака, значит. «Советский человек» – с обозначением гражданства и идеологической принадлежности.

Чаще всего называли профессию, то есть осознавали себя прежде всего членом некоего профессионального сообщества (как это и предполагала, и объясняла в своей публикации в нашем журнале двадцать пять лет назад Ксения Никольская. Она и статью так назвала: «Из семьи в профессию»).

И только одна молоденькая женщина застенчиво сказала:

«Я – жена Иванова».

Последние десять лет нечто подобное систематически проделывает доктор философских наук Владимир Александрович Ядов. И ему – в куда более солидном исследовании – множество людей снова и снова говорят одно и то же:«Я – отец» (муж, жена, мать, сын, дочь).

Все остальное отступило на задний план. На передний, по многочисленным исследованиям, решительно вышла семья.

Мы больше не строим коммунизм, не боремся с врагами народа, не несем пламя революционной справедливости в дальние углы планеты, не помогаем национально-освободительному движению порабощенных народов.

Мы кормим семью, воспитываем детей и печемся об умножении семейного ресурса. Мы были бы готовы написать на своих знаменах: «Мой дом – моя крепость», но это было бы прямым плагиатом, да и дома, который можно принять за крепость даже условно, у большинства из нас нет.

До и крепость ли наша семья, наша единственная сегодня опора и надежда?

Вот данные некоторых исследований, проведенных в девяностые годы, как раз во времена, когда поддержка семьи была остро необходима каждому. Сравнительное советско-финское исследование (в СССР сбор данных прекращен в 1991 году): при возникновении материальных проблем на поддержку жены или мужа рассчитывают 90 процентов финнов и только 51 процент россиян; эмоциональной поддержки ждут в своей семье 92 процента жителей Хельсинки и только 72 процента москвичей; еще краше: 55 процентов молодых мужей в Москве меньше всего ожидают такой – эмоциональной! – поддержки от своих жен… Исследование 1992-1993 годов: от 16 до 25 процентов подростков считают, что родители относятся к ним недоброжелательно.

1995 год: каждый третий подросток заявил, что он всегда или довольно часто не хочет идти домой вечером, когда родители вернулись с работы. Только каждый пятый хотел бы, чтобы его будущая семья была похожа на родительскую.

Конец девяностых, часть большого исследования старшеклассников Москвы и Подмосковья «Подросток-2000». Каковы претензии подростков к родителям? Не психологическое давление, не преувеличенная опека; более всего нынешние подростки, как выясняется, страдают от равнодушия матерей, враждебности отцов и крайней непоследовательности обоих родителей в требованиях к своим детям. Парадокс: никогда прежде мы так не стремились к семейным ценностям, к семейному счастью, но одновременно давно не были столь критичны по отношению к собственной семье…

Так что же происходит на самом деле? Может быть, права Ксения Никольская, центр жизни человека уходит из семейного пространства в иное, и только ностальгия выносит ценность семьи на первое место списка наиглавнейших ценностей?

Может, слишком большие ожидания и несоразмерные требования подламывают современную семью, размывают ее, истощают ее реальные возможности?

Мы решили спросить специалистов – демографов, психологов и социологов.

Владимир Ядов

Семейный ресурс

Именно на этот ресурс опирается наш современник, стремясь сохраниться и продвинуться в трудные для страны времена, – утверждает доктор философских наук Владимир Александрович Ядов.

Почти полтораста лет тому назад немецкий социолог Фердинанд Теннис написал бессмертное произведение под названием «Община и общество»: наша цивилизация переходит от традиционности к современности. Традиционность – это общинность, это господство человеческих, личных взаимоотношений, а современность – это перенос центра тяжести на отношения деперсонифицированные, которые регулирует не обычай, а закон и инструкции, но прежде всего соображения выгоды и полезности. Но Теннис оказался провидцем. Он говорил, что радоваться такому общественному прогрессу, который обязан мотивации расчета и выгоды, рано: мы еще будем плакать, что теряем дух общинности – простых человеческих связей. И он был совершенно прав.

Сегодня на наших глазах возрождаются такого рода отношения – и этот процесс идет параллельно с, казалось бы, противоположным: с той же глобализацией, включающей в сеть финансовых, товарных и прочих совершенно безличных потоков уже самые дальние уголки планеты с унификацией образа жизни, распространением единых стереотипов поведения на работе и дома и так далее. Интернет – это своего рода глобальная деревня. Я могу здесь восполнить нехватку интимности в реальной жизни: могу, например, представиться молодой девушкой, а какая-нибудь старушка – юношей, и мы будем болтать самым непринужденным образом. Потребность в интимном общении, видимо, «родовое» пятно человечества.

В среде лейбористов явилось течение «третьего пути»: не либерального, не социалистического, а какого-то иного. Тони Блер и теоретик в социологии Энтони Гидденс говорят: современные государственные институты, которые должны отвечать за социальную защиту людей, не справляются со своими функциями, потому что общество стало слишком разнородным. Учесть интересы африканских или индийских иммигрантов в Британии, англичан разного возраста, здоровых и увечных, голубых и розовых невозможно. Так давайте, говорят они, переведем часть денег, которые у них там в бюджете есть, на самоустройство «коммюнити» – соседской, по сути, общины, будь то в Лондоне или в маленьком городке. То есть деньги по статье социальных программ из государственного бюджета (за которые там ведь тоже идет драка) предлагается адресовать, по сути, на восстановление общинных отношений. И это стало одним из главных требований британских новых лейбористов. И в Америке появились такие же «новые демократы».

А что такое все эти встречи больших политиков «без галстуков»? Такого не было, пока не явился наш первый президент, который любит выпить и в баньке попариться. Уже он не глава государства, а встречи без галстуков стал проводить Буш – на ранчо гуляет под ручку с Путиным. Он решил: это хорошее дело – интимные отношения между первыми лицами стран: «Билл», «Борис», «Владимир» – как когда-то было между королевскими семьями. Это тяга к установлению личного доверия к партнеру наподобие отношений с близким соседом по деревенской улице. Хорош он или плох, надо общаться поближе и поговорить, например, о его пода!ре.

В мировой социологии, как и в экономических науках, стало очень популярным обсуждать проблему доверия. У экономистов особенно. Эти безличные структуры, эти банки, где все отношения заверены десятью печатями, – они людей не устраивают. Потому что очень часто их обманывают. И не только из корысти – из-за сбоя в компьютере, например. Но когда я лично знаю этого господина, я верю, что даже если «система» подведет, он найдет какой-нибудь способ исправить положение. Поэтому проблема личного доверия главе фирмы очень важна. Запад ощущает тоску по утраченному деревенскому взаимодоверию.

На этом фоне и стоит говорить о современной семье. У нас ее проблемы отягощены особенностями советской истории и идеологии, и прежде всего нашей бедностью. Долгие годы люди жили в бараках, в коммунальных квартирах, отдавали детей с годика в ясли, потом – детские сады, женщины поголовно работали, часто были заняты тяжелым физическим трудом, после работы – изматывающим домашним, интимное пространство жизни выхолащивалось, на «красивые и тонкие отношения между людьми» оставалось слишком мало сил и времени. Дети росли под приглядом соседей или воспитателей в переполненных группах детских садиков.

Индустриализация, урбанизация, миллионы людей оказались выброшенными из привычного теплого общинного мира в совершенно по-другому устроенный мир города, заводов и фабрик с их машинным ритмом, безличными правилами и законами, где оценивается не человек, а его профессиональные функции – то есть мы ускоренно проходили все, что другие страны уже прошли к тому времени, потратив на это куда больше десятков лет и даже столетий. Так что российская семья, став советской, испытала дополнительные нагрузки. Нечего и напоминать о массовых арестах, атмосфере всеобщего страха, о детях, доносивших на своих родителей, о женах, отрекавшихся от мужей.

Конечно, было не только это. Но так или иначе, традиционная семья подверглась в советских условиях ускоренной ломке, и это, казалось бы, не могло ее не ослабить.

С разрушением советских общественных институтов практически единственной опорой нашему «человеку переходного периода» осталась его семья.

Много лет подряд мы изучаем процесс нового самоопределения россиян. или, говоря по-научному, процесс их самоидентификации. Кто «Я» сегодня? Кого я числю «своими», говоря о них «МЫ», с кем дорожу близкими отношениями? В списке предложенных каждому нашему собеседнику символов самоидентификации были и национальность, и партийная принадлежность, и гражданство, и профессия. Вперед – с огромным разрывом – вырвались семья и друзья. То есть прежде всего наш соотечественник сегодня ощущает себя отцом, сыном, матерью, дочерью – именно эти роли для него важны более всех остальных. И «МЫ» для него сегодня – прежде всего его семья и его друзья.

Надо сказать, не только у нас так устроена иерархия ценностей большинства: в Америке, например, семья тоже устойчиво занимает первое место в ряду ценностных предпочтений. В других развитых странах она тоже оказывается на одном из первых, если не на первом месте.

Российской семье пришлось взять на себя особую тяжесть в трудное переходное время, у нас ведь оно переходное не только и не столько по отношению к семье (от традиционной – к современной), абсолютно все сферы жизни подверглись в последние десять – пятнадцать лет серьезнейшей ломке. И эта общая перестройка в каком-то смысле заставила семью отступить назад, возродить некоторые черты традиционного своего прошлого.

Как показывают исследования, окрепли межпоколенные связи, которые начали уже ослабевать, как только дети получили возможность строить свою семью отдельно от родителей. Теперь, когда в доме не хватает денег, вспоминают о семейном натуральном хозяйстве, на котором оставили стариков. Дети приезжают вместе с родителями на садовый участок (или к родителям в деревню) копать картошку, а потом разъезжаются в свои офисы. Родители и раньше присылали детям из деревни чего-нибудь «своего, вкусненького», но в восьмидесятые-девяностые годы для многих городских семей это стало уже не особым гостинцем, а весомой частью семейного хозяйства. Вместо пионерских лагерей детей отправляют к бабушке с дедушкой или с бабушкой куда-нибудь отдохнуть. Да и растет ребенок часто под присмотром бабушки. Так что трехпоколенная семья возрождается, в иной, правда, форме.

Моя коллега Виктория Семенова, изучая биографии россиян по их рассказам, наткнулась на сюжет о русской бабушке. Она обнаружила, что традиции семьи – старые традиции – передаются именно через бабушку. Правда, происходит это только в образованных семьях, в необразованных бабушка – просто няня. Именно бабушка рассказывает ребенку, как люди жили раньше, какие интересные события происходили в жизни его предков – и ребенок начинает чувствовать себя продолжением своих предков.

А вот вам «случай из жизни»: одна наша коллега живет теперь в Англии. Когда появился ребенок, она пригласила в помощь маму. Мама приходила с внуком в обычный английский мини-парк или на детскую площадку, где «выгуливали» своих детей английские мамы и бабушки. И она их очень удивила. Там ведь как принято? Вывели ребенка на свежий воздух, сунули в руку мяч или ведерко для песка – и давай болтать между собой, а те сами по себе; типичная для Англии картина Дети могут в луже барахтаться, мама занята болтовней с подругами. А наша бабушка с ребенком разговаривает, что-то рассказывает – словом, она им занимается. И, представьте себе, английские мамы и бабульки создали клуб «Русская бабушка» и пригласили эту новосибирскую бабушку (которая, кстати, преподаватель английского) поделиться своим опытом.

Сегодня без запаса семейного ресурса окончившие школу не Moiyr получить высшее образование. Стипендии во многих вузах чисто символические, жить на них молодой человек не может. Еще важнее сама установка на высшее образование. Многие исследования показали, что целеустремленное желание получить его, как правило, демонстрируют дети из образованных семей. Впрочем, так было и в советские годы – потому и провалился проект партии и правительства восстановить социальную справедливость в доступе к высшему образованию детей рабочих и крестьян. Дети рабочих по окончании школы шли на завод и, как правило, вовсе не стремились в вузы, а вот учительских детей и всяких там интеллигентов семьи все равно пробивали туда, потому что ценность образованности злесь всегда оставалась высокой.

Сегодня семья, если она состоятельна, дает начальный капитал для того, чтобы молодые люди могли создать свое дело. Устраивает на престижную работу, используя свои связи, способствует продвижению – если может. Поддержит в неудаче, даст «пересидеть», поискать работу получше.

Все начинается уже с детского сада – чтоб детей в группе поменьше, воспитатели получше, чтобы к школе готовили. Потом школа – с языком или просто с хорошей репутацией, а язык дома, с репетитором. Потом репетиторы при подготовке к вступительным экзаменам в вуз – кто-то подсчитал, что эти расходы сравнимы с официальной платой за обучение. Ну, и так далее, и так далее…

Советская семья делала то же самое, опираясь на связи с нужными людьми. Они не утратили своего значения и сейчас, напротив. Плюс еще и материальные ресурсы – доходы, социальный статус родителей. Из чего складывается семейный ресурс? Из простых вещей. Это уровень благосостояния семьи, ее так называемые сетевые контакты: широкий или узкий круг знакомств. Ресурс повышается, если в такой круг входят люди влиятельные. Престиж и авторитетность семьи – ее капитал, он способен давать прибыль: ну как же, это сын Петровых. Ну, Петров, который великолепный хирург! В ресурс входит и образование родителей, и их профессия. Если семья помогает тебе преодолеть или выдержать жизненные трудности, если она помогает тебе пробиться, обеспечивает поддержку – это уже сильный ресурс. Это же в конце концов главные функции такого типа общности: помочь своим всеми возможными способами. Короче говоря, в трудные времена роль семьи возросла. И она с этой ролью скорее справилась, чем нет.

Так можно ли говорить о кризисе семьи? Да, с точки зрения семьи традиционной: родители, род стел и родителей, дети и старший мужчина – хозяин. Или позже: родители и дети, при том что все роли четко определены: мама отвечает за хозяйство и воспитание детей, отец – главный кормилец. Такая семья действительно разваливается, и даже когда мы говорим о возрождении некоторых черт общинности, неформальности, интимности прямых отношений, мы все равно не имеем в виду восстановление прежней семьи со всеми ее порядками. Но стоит ли так уж грустить по этому поводу?

Мир настолько быстро меняется, что неизменность социальных институтов просто невозможна Лет десять назад стала очень популярна концепция неоинституционализма, нового взгляда на социальные институты. Изменения институтов (а институты – это правила, нормы, способ регулирования социальных взаимосвязей), на взгляд неоинституционалистов – норма, а неизменность – это, наоборот. аномалия. Но тогда само понятие кризиса теряет смысл: идет непрерывный процесс изменений.

Есть в этой концепции одна немаловажная деталь: в установлении новых правил доминируют те, кто обладает более сильным ресурсом. Теперь вопрос: кто будет устанавливать правила в новой российской семье? Муж? Жена? Их родители? А может, их дети?

Ситуация в основном не в пользу мужчин. От всех наших трансформаций. как показывают многие исследования, мужчины теряют больше, чем женщины. Это кажется странным: в числе безработных большинство женщины, женщину увольняют в первую очередь, а потом ей труднее найти новую работу. Ей неизменно предлагают заработок ниже, чем мужчине (при прочих равных, конечно). Тем не менее все чаще складывается ситуация, когда мужчина, потеряв работу, начинает заниматься хозяйством, а женщина, наоборот, кормит семью. И это настолько противоречит обычным представлением, что он остро переживает свою ушемленность.

Одно из возможных объяснений таково: у мужчины выше запросы и претензии на профессиональный статус. Далеко не всякий из мужчин согласится пойти из инженеров в мешочники. А женщина согласна на все, потому что для нее категорический императив – дети и муж должны быть накормлены. Именно эта ответственность ее держит – а мужчина с потерей статуса нередко ломается, не может этого пережить.

Все это плюс неприятная статистика страдающих импотенцией и неспособностью зачать ребенка ослабляет позиции мужчины в семье. Жена становится более сильной. Тогда, если рассуждать в терминологии неоинституционалистов, именно женшина будет чаще устанавливать семейные «правила игры» или хотя бы сильно влиять на их утверждение, поскольку женщина уж, как минимум, не станет уступать. Так это хорошо! Это же значит, что новые нормы и правила внутрисемейных отношений будут более ориентированы на обшесемейное благополучие.

А то, что браки стали непрочными – сейчас ведь два-три брака почти что норма, – ну, так и что тут ужасного? Что тут плакать? Если тебе кажется, что эта подруга или друг милее супруги или нынешнего мужа, так что тут трагичного?..

Итак, перемены происходят – но может, и к лучшему? Конечно, сам период перехода всегда травмирует, а если он завершился, этот кризис в медицинском смысле слова, тогда наступает выздоровление.

Конечно, не все так однозначно. Исследования бюджетов времени показывают, что родители уделяют детям все меньше этого самого времени – нет его, не хватает, они же крутятся на нескольких работах. Именно по таким исследованиям видно, какие сдвиги происходят в обыденной жизни. Время на занятия с детьми упорно сокращается и у отцов, и у матерей, и у бабушек также – она на пенсии, но прирабатывает, дежурит в подъезде.

Даже в объеме свободного от работы времени явно уменьшается доля совместных с детьми занятий. Когда не было еще видеоплееров, домашних компьютеров – вместе играли в домино, в лото или карты, в семьях интеллигенции читали вслух, были разговоры серьезные за столом, в рабочих семьях отец сына в лес по грибы и на рыбалку обязательно брал, это же святое дело! Теперь такое не часто. Сидят по разным комнатам, занимаются своими делами. Родители телевизор смотрят, деги у себя музыку слушают. Больше места в отдельной квартире, можно себе это позволить. У дочери свой телевизор, она смотрит то, что не нравится родителям, – и они не вместе. Зачем сын будет с родителями в карты ифать, когда может с ребятами в своей комнате музыку слушать? Такой возможности раньше не было. Но это естественный процесс…

По образу жизни, стандартам повеления, степени индивидуализации мы все больше приближаемся к типу западной семьи.

Одновременно ужесточаются отношения в деловой сфере – нужна более высокая персональная ответственность, тогда как раньше начальник и трудовой коллектив отвечали за все, а рядовой работник – так себе, больше демонстрировал усердие, нежели выкладывался на все сто.

Что же будет с семьей дальше? Не знаю. Как-то оно устроится. Мы не можем в точности сказать, как – мы же фантазируем, опираясь на опыт прошлого. Если так, то в близком будущем скорее всего продолжится сближение форм и образцов семейных отношений с теми, что утвердились на Западе. А в далеком будущем не исключено, появится что-то такое, чего мы сегодня вообразить не в состоянии.

Александр Асмолов

Симбиотическая пара

Совсем недавно я летел из Оренбурга и рассматривал статистику браков и разводов по Оренбургской области.

Количество разводов в этой области превосходит количество браков незначительно, но все же общий баланс получается не в пользу семьи.

Я задумался, и, как бывает в таких случаях, потекли воспоминания…

Году в 79-м или 83-м я начал писать работу «Эволюция семьи». Был полон гордого желания выхватить рапиру и замахнуться на – я всегда выбираю себе приятных противников – незабвенную работу Энгельса «Происхождение семьи, частной собственности и государства». Энгельс в ней, по сути, пересказывает статью талантливейшего Моргана об ирокезах. Я, помню, заявил тогда своим слушателям, излагая мысли будущей своей работы, что статья написана давно, что семья претерпевает огромные изменения и как социальный институт, и как межличностная группа, и как непонятая субкультура общества. О субкультуре подростковой, субкультуре юношеской говорили и писали, их исследователи, но семья как субкультура и как группа межличностных отношений не слишком фокусировалась нашими учеными.

Тогда мне все это было безумно интересно, а теперь, в самолете, я понял, что интерес этот подогревался моими компенсаторными механизмами. Практически каждый из нас говорит и пишет про семью, выступая от имени своих собственных комплексов полноценности или неполноценности. А в те годы я заявил, что Энгельс не прав, что никакой эволюции семьи нет, что вся динамика развития семьи как социального института – это его путь к финишу, что мы все смелее будем возвращаться от моногамных к полигамным бракам, что свобода нас встретит радостно у выхода от семейного очага и так далее. Всех же, кто так не считал, я внутренне назвал советскими консерваторами и четко ощущал, что я в этой ячейке советского общества жить не хочу.

Из всего комплекса моих тогдашних революционных идей сегодня я готов повторить твердо только одно: мы и до сих пор по большому счету не понимаем, куда движется семья, ради чего она движется, каков эволюционный смысл развития семьи.

Вот несколько вопросов, над которыми, по-моему, стоит задуматься.

1. Фригидность и импотенция распространяются все шире, и далеко не только в нашей стране. Если взять это явление не как факт биографиии отдельного гражданина или отдельной семьи, а широко, как некую новую характеристику состояния человеческой популяции, – к чему бы это? Тут нужны эволюционисты-биологи. Возможно, популяция дает сигнал: что-то не то происходит. И работу механизмов популяционной саморегуляции мы с вами воспринимаем как судьбу, болезнь конкретного индивида. Но если в такой форме опробуется поисковый механизм эволюции, надо многое поменять и в психотерапии, и в сексологическом консультировании. Возможно, надо работать не с отдельным субъектом: мужчиной, женщиной, семьей, а с субкультурой, имея в виду ее типологические особенности.

2. Одновременно во всем развитом западном мире сложным колебательным процессом идет снижение рождаемости. Говорят, что скоро оно сменится взлетом; поживем – увидим. Но можно допустить, что это – тоже часть эволюционного процесса исторической важности.

3. В мире все больше неполных семей. Все больше одиноких женщин. У нас есть термин «мать-одиночка»; появился уже и «отец-одиночка».

Мои коллеги социологи и демографы не говорят еще об одной грани этой же проблемы: женщина-одиночка в полной семье. У нее все в порядке, рядом копошатся муж и дети, но психологически она оказывается одиночкой. И это значит; что семья не исполняет для нее функции, которую я считаю главной: саморазвитие личности.

Лет 15-20 назад блестящий демограф Анатолий Вишневский объявил о существовании феномена детоцентризма. Естественно было бы ожидать вместе с ним и своего рода «семьецентризм», но этого нет.

Семья и сегодня остается для нас чем-то вроде блоковской Незнакомки; стереотип, что мы представляем себе ее историческое, социальное, психологическое развитие, по-моему, просто опасен. У нас даже не так много гипотез на этот счет.

Одна из них пока не исчерпана: гипотеза о семье как психологическом симбиозе. Есть симбиотические диады, когда двое выступают как единое целое. Когда-то Выгодский ввел гениальное понятие о единстве и неразрывности матери и ребенка. Позже английские психологи Дж. Шоттер и Дж. Ньюсон, анализируя общение матери с младенцем, обнаружили, что мать общается с ним не как с отдельным автономным существом, а как с частью диады, которую она с ним образует. Эту диаду Шоттер и Ньюсон назвали «психологическим симбиозом». Большинство матерей, как показывает анализ многочисленных магнитофонных записей, разговаривают с младенцем так, будто он обладает разными намерениями, желаниями, мыслями. По мере развития симбиотической диады внутренняя структура ее меняется, поскольку ребенок берет на себя все большее число психологических функций.

В этой диаде мать творит своего ребенка как личность, а ребенок существенно влияет на поведение матери. Американский психолог М. Коул в статье «Зона ближайшего развития, где познание и культура творят друг друга» показал, что взаимодействие ребенка с матерью, которое обеспечивает его развитие, обладает специфическими чертами. Мать инициирует поведение ребенка, побуждает его к содействию. Они вместе решают задачи разного уровня сложности, причем мать подбирает такие, которые были бы по плечу ребенку. Наконец, они не просто решают эти конкретные задачи, но и отбирают именно культурно предпочитаемую стратегию такого решения. Со временем эти стратегии преобразуются из культурно предпочитаемых в индивидуальные.

Р. Харре полагает, что психологический симбиоз – не исключительный феномен, а обычное проявление социальной жизни. В самой обыденной ситуации: мать с больным ребенком приходит к врачу – врач, естественно, взаимодействует в реальности не с ребенком, а именно с симбиотической диадой, понимая, что мать участвует в создании психологической основы действий ребенка.

Полагаю, симбиотические диады существуют и в других видах взаимодействия людей: например, вполне возможна диада «врач – больной». Но прежде всего такую диаду могут составить – или не составить – муж и жена.

По большому счету, семья, где Он и Она неразрывны и оба обретают сверхчувственные качества, – это один человек. Индикатором такого состояния может служить идеализация любимого человека. Всегда найдутся добрые люди, которые поспешат «открыть вам глаза»: что вы, он слегка горбат, у него глаз дергается. И кто-то посоветует: надо трезвее относиться к жизни, как бы расплачиваться не пришлось… С позиции леонтьевской теории деятельности, с позиции Выгодского я берусь утверждать, что в психологическом симбиозе любящих друг друга людей каждый из них реально наделяется теми качествами, которые ему приписаны. Они реально становятся «самыми- самыми- самыми», это не менее реально, чем стол, за которым я сейчас сижу. Семья – конструируемая, создаваемая реальность; как мать в каком-то смысле «конструирует» ребенка, так и семью двое создают совместными усилиями и в семье – конструируют себя и друг друга.

Наконец, постоянно путают любовь и секс. Они могут совпадать, и тогда – возможность практически полной самореализации личности. Но это принципиально разные психологические реальности, есть резкое различие между ними: секс насыщаем, а любовь не насыщаема.

Хороших отцов не бывает – таков закон; мужчины тут ни при чем – прогнили узы отцовства. Сделать ребенка – к вашим услугам; иметь детей – за какие грехи? Останься мой отец в живых, он повис бы на мне всей своей тяжестью и раздавил бы меня. По счастью, я лишился его в младенчестве. В толпе Энеев, несущих на плечах своих Анхизов, я странствую в одиночку и ненавижу производителей, всю жизнь незримо сидящих на шее родных детей… Поспешное исчезновение отца наградило меня весьма ослабленным «эдиповым комплексом»: никаких «сверх-я» и вдобавок ни малейшей агрессивности. Мать всецело принадлежала мне, никто не оспаривал у меня безмятежного обладания ею; я не знал, что такое насилие и ненависть, был избавлен от горького опыта ревности… Против кого или чего мне было бунтовать? Ничья прихоть ни разу не пыталась диктовать мне правила поведения.

Жан-Поль Сартр.

«Слова». Парт,; 1964

Наша семья – какой разгул великодушия: дед дает мне средства к жизни, я даю ему счастье, мать жертвует собой ради всех. Теперь, по зрелом размышлении, только одно ее самопожертвование и кажется мне непритворным, но в ту пору мы были склонны обходить его молчанием… Жизнь наша – вереница церемоний, и все наше время уходит на воздаяние взаимных почестей. Я чту взрослых при условии, что меня боготворят; я правдив, откровенен, ласков, как девочка. Я благонамерен, доверяю людям, все они добры, ибо всем довольны. Общество рисуется мне строгой иерархией заслуг и полномочий. Тот, кто находится на верхних ступенях лестницы, отдает все, что имеет, тем, кто находится внизу…

Жан-Поль Сартр.

«Слова». Париж., 1964

И опять вопрос: дает ли современная семья необходимую неограниченность, безмерность расширения собственного Я, что соответствовало бы никогда не насыщаемой потребности? Если да – это та линия культуры, у которой широчайшие перспективы.

Трудно, да и вряд ли имеет смысл, рассуждать о семье вообще. Семья в армянской культуре – одно, в русском сельском регионе – другое, семья в казачьем сообществе – это третье. Безусловно, есть какие-то общие, повторяющиеся характеристики, но все же, говоря о семье, не учитывать этносоциальный контекст было бы очень опрометчиво. У нас огромное количество разных российских семей, о которых мы опять же мало знаем. Московская и питерская; семья нового русского и «быдлкласса» с чисто прагматической структурой отношений: они строятся исключительно на «дашь на дашь», и муж платит жене за каждую интимную ночь; три месяца платил, потом разорился, и она ушла; это было на самом деле, в прессе описан такой случай.

Семьи существенно различаются по тем мотивам, по которым они были созданы и которые их «держат». Я полагаю, именно в этом отношении семья стала гораздо более вариативной, более разнообразной.

Как мне кажется, хотя это и звучит парадоксально, нарастает число «романтических» семей, когда поиск счастья становится главной семейной ценностью. Думаю, второй по распространенности мотив-бегство от одиночества. Объявления в газеты знакомств дают чаше всего не из-за сексуальной озабоченности, а именно в попытке убежать от одиночества. Наверное, общее расширение свободы личности, пространства для ее саморазвития увеличит число браков, прежде казавшихся невозможными: само слово «мезальянс» отойдет в прошлое. Например, ему 30 лет, а ей – 50. Обыденное сознание освоит новые для себя понятия: психологическое время личности и психологическое время семьи. Я не буду загадывать на будущее – это раньше мы жили постоянным ожиданием рая.

Отец и мать, деды и бабки были для нас в детстве не только источниками и центрами любви и непререкаемого авторитета; одни были окружены в наших глазах еще каким-то ореолом, который не знаком новому поколению… В нынешнее время и любовь, и почтительность принимают «облегченные» и «упрощенные» формы.

Сергей Трубецкой.

«Минувшее». Париж, 1989

Одна история болезни за другой констатирует, что пациент имел холодную мать, доминантную мать, отвергающую мать или, наоборот, мать-собственницу и чрезмерно опекающую мать. Они предполагают, что пациенту во времена его младенчества не давали чувствовать себя уютно в этом мире за исключением тех случаев, когда он вел себя определенными способами, несовместимыми с графиком нужд и потенций малыша, да к тому же еще и внутренне противоречивыми. Они также предполагают, что мать подавляла отца, и что хотя он давал больше нежности и понимания детям, чем это делала она, в конечном счете и отец разочаровывал своих детей…

Эрик Эршсон.

«Детство и общество»

А ведь я даровитый человек. Будь возле меня в ту пору любящая женщина – каких только высот я бы не достиг! Но одинокий человек не может всегда хранить веру в себя. Нам надо, чтоб возле нас был свидетель нашей силы – кто- нибудь, кто ведет счет нанесенным ударам, отмечает удачи, неудачи и увенчивает нас лаврами в день победы – как когда-то в школе, в день раздачи наград, получив похвальный лист и стопку книжек, я искал глазами маму в толпе родителей, и под звуки военного оркестра, игравшего туш, она мысленно возлагала на мою головенку, остриженную под машинку, золотой лавровый венок… Впрочем, мамина нежность не заменила бы мне той любви, которая могла бы спасти меня на решающем повороте моего жизненного пути.

Франсуа Мориак.

«Клубок змей». 1932

Домострой… «не может дать сколько-нибудь однозначный ответ на вопрос о правах женщины на Руси XVI в. В связи с тем, что его автор (или авторы) не знают современного разделения на «права» и «обязанности», у членов семьи, по Домострою, нет прав, что относится не только к женщине, но и к мужчине – главе дома, так что если бы исследователь задался целью изучить права мужчины того времени, он вынужден был бы сделать вывод о закабалении мужчины семьей… Термина «семья» Домострой в современном его значении не знает. Он оперирует понятием «дом» как обозначением некоего единого хозяйственного, социального и психологического целого, члены которого находятся в отношениях господства – подчинения, но равно необходимы для нормальной жизни домашнего организма. Глава дома занимает господствующее положение, которое трактуется не как его право, а как обязанность (социальная и духовная). Жена тоже имеет обязанности по содержанию дома и воспитанию детей и слуг и в реализации их обладает известной долей самостоятельности и правом на уважение… Внутрисемейные отношения ощущаются и переживаются автором как «внутренние», «приватные», которые следует оберегать от вторжения извне… Отношения к слугам Домострой сближает с отношением к детям: и те, и другие нуждаются в защите, опеке и воспитании, где постоянный надзор и отеческие наставления играют ведущую роль».

Л. Найденова.

«Свои» и «чужие» в Домострое.

В сб. «Частная жизнь.

Человек в кругу семьи», 1996

Если я два года проживу счастливым, буду ценить это, как подарок.

Безусловно, остается мотив компенсации собственной неполноценности. Когда я испытываю личностные дефекты, семья может стать для меня решением этой проблемы. Лучшая семья – та, которая может о себе сказать «we self» – «мы самость». Когда он, например, урод в быту, а она в быту гений, но спокойна к его интеллектуальным «заморочкам» – или наоборот. Но при этом у них мысли, как у одного совмещенного тела Даже болезни общие.

Я упорно говорю только об отношениях мужа и жены, потому что дети, межпоколенные связи сегодня – особая проблема. В мире дети все раньше вырываются из гнезда – в 15- 17 лет. Маргарет Мид была права: мы вступили в культуру, в которой дети не слушаются родителей, родители не могут навязать детям узкоколейку развития, и новое поколение спокойно, без истерик отказывает предыдущему в праве обучать себя. Я считаю, что главная стратегия для родителей сегодня – дать возможность детям идти своим путем. Не пытаться превратить ребенка в заложника своих неудач (если я не стала актрисой, она должна стать). И тоже вовремя эмансипироваться от них. Тут я полностью согласен со своим – увы, ушедшим – другом, уникальным человеком Зиновием Гердтом. На телевизионной передаче, где разговор о семье стал центральным, Гердт сказал: «Я никогда не принимал формулу, что дети – наше будущее. У них свое будущее, а у меня – свое». Он показал на свою жену: «Я еще во как поживу! А они пусть сами живут, я их уже сделал…». За этим своя психологическая правда. И потому, я считаю, время семейной жизни, время вступления в семейную жизнь может возрастать: могут бьггь семьи, впервые счастливые в 55, 65, 70 лет. И браки в этом возрасте – тоже одна из загадок, которая лишний раз показывает, что наше желание счастья в семье неисчерпаемо.

Анатолий Вишневский

Кризис кончился. Эволюция продолжается

Ганс Зворт. Семейство Кобхем. Вторая половина XVI в.

Лоренцо Лотто. «Мессер Марсилио и его невеста», 1523

Так оценивает ведущий российский демограф Анатолий Григорьевич Вишневский ситуацию, характерную для современной семьи – и европейской, и российской.

В беседе с нашим корреспондентом Ириной Прусс Анатолий Григорьевич рассказывает, как, на его взгляд, меняется семейная жизнь.

– Мы движемся в том же направлении, что и Европа, что и северные ее страны, только с некоторым отставанием. А кому-то кажется, что мы летим в тартарары…

– Сущность происходящего в современной семье, как мне представляется, состоит в разделении трех видов поведения; брачного, сексуального и прокреативного. Раньше, когда смертность была очень высокой и множество детей не доживали до возраста, когда от сами могли иметь детей, высокая рождаемость была неким императивом. Этот императив был закодирован в культуре. Только брак давал человеку общепризнанное право на сексуальную жизнь, только в браке могли рождаться дети – цепь нельзя было разорвать ни в одном звене. И регулировать рождаемость в развитых европейских странах начинали, не ставя под сомнение эту принципиальную слитность брака, секса и рождения детей, просто начав позже выдавать замуж своих дочерей.

Потом под сильным влиянием неомальтузианства рождение детей отделилось от удовлетворения сексуальной потребности, стало ясно, что они не так уж неразрывно связаны друг с другом.

– Раньше об этом не подозревали?! А знаменитые адюльтеры веселого XVII! века?Да и прежде заповеди о прелюбодеянии нарушались многократно, и это совсем не всегда приводила к появлению детей…

– Да, но это считалось предосудительным; так считали и те, кто нарушал эти заповеди. Теперь же была пересмотрена сама норма.

Каждый из этих трех видов поведения стал самостоятельным. Вступать или не вступать в брак – это одно; иметь сексуального партнера – это другое; иметь детей или не иметь – совершенно отдельное решение. Все это можно делать раздельно, по желанию что-то объединяя.

В основе этого процесса преобразования традиционной семьи лежит прежде всего ослабление демографической необходимости иметь как можно больше детей: резко сократилась и продолжает сокращаться смертность, для замещения поколений не нужно так многодетен «про запас». Ослабло и экономическое давление: семья перестала быть особой экономической единицей народного хозяйства.

– Значит, получается, не так уж не правы были мудрые женщины, поучавшие своих девиц на выданье: любовь – это одно, а брак – это совсем, совсем другое. Хочешь любить – люби, лучше всего мужа, но можно и еще кого-нибудь, если соблюдать приличия. Но семью не тронь. это святое, тут у тебя ответственность, тут своя роль, которую надо исполнять неукоснительно. Брак – это не только экономическая необходимость, это и социальный статус в обществе, это и будущее твоих детей. Разве сейчас не так?

– Сейчас именно это как раз и изменилось. Так было в старой традиционной многопоколенной семье: там любовь совсем не была главной ценностью. Главное – семейная солидарность большой семьи; и она требовала, чтобы внутренняя жизнь малой семьи, входящей в большую, постоянно приносилась ей в жертву. В наше время произошла эмансипация малой семьи. Она обрубила связи с большой и получила возможность сосредоточиться на своих внутренних отношениях. И то интимное, что составляло сущность этой внутренней жизни малой семьи, приобрело большую ценность. Ценность любви, которую европейская литература отстаивала несколько столетий. Раньше брак не по велению родителей был безнравственным, а теперь безнравственен брак без любви. Это дало возможность возвысить чувства, и это усваивается через культуру, через литературу, через саму жизнь.

В наше время брак оправдан по бол ьшому счету толькол юбовью или теплыми дружескими интимными отношениями, которые приходят ей на смену.

Л. Н. Толстой в кругу семьи. Ясная Поляна. 1887 г.

– А если такие отношения не сложились или оказались недостаточными, чтобы удержать рядом с тобой человекаг которого ты любишь, ты просто остаешься в одиночестве, верно? В 50 – 60-е годы, когда отступили проблемы физического выживания, Европа восстановилась после войны, люди немножко отъелись, сразу на первый план в западном искусстве вышла проблема некоммуникабельности. До нас она дошла в основном через фильмы великих итальянских кинорежиссеров. Была ли, по-вашему, эта проблема связана с кризисом семьи?

– Это более широкий процесс, в котором все взаимосвязано. Тенденция нашего времени, XX и XXI века, заключается в расширении сферы интимного в жизни человека, росте его «самости», его, если хотите, оригинальности. Отсюда и острое переживание одиночества. Крестьянин не был способен к такой гамме переживаний, которая характерна для современного человека, и во многом потому, что наш современник вырастает не в прежней большой, а в малой нуклеарной семье, где климат совсем другой, строй жизни другой. После этого ему гораздо труднее наладить полноценную близость с другими людьми. Положите рядом два кирпича – нет проблем, они плотно прилегают друг к другу. А чем сложнее конфигурация, тем труднее подобрать подобное же, чтобы люди были созвучны. И вдруг вы обнаруживаете, что жить с человеком, который так вам нравился своей красотой или остроумием, или оригинальностью поступков, вы не можете.

Если вам трудно на работе, вы ее меняете – это ведь не вызывает ни у кого негодования. А вот в семейной сфере пока то же самое воспринимается болезненно. Но это просто свойство современного человека: ему трудно войти со своей многогранностью в подлинное соприкосновение с другим.

Конечно, все это делает семью более хрупкой. Старая семья была прочной по внешним обстоятельствам, а не изнутри, просто деваться было некуда; разводов не было, экономическая зависимость плюс внешний контроль и жесткие санкции общества, плюс религиозное давление. Теперь человек вообще живет в ситуации постоянного выбора, у него масса выборов.

В некоторых странах уже существуют пробные браки, когда заключиется контракт, который накладывает на того и другого определенные обязательства, в том числе и экономические, но это не брак. Если рождается ребенок, обязательства перед ним существуют. При определенных условиях контракт может быть разорван без всякого развода проще, чем брак. И это правильно. Огромное количество разводов, которое у нас было еще в советское время, сопоставимое с американским уровнем (в Европе их гораздо меньше), я думаю, связано и с тем, что значительная часть браков была, по сути, этой самой пробой. Но вообще-то и юридическая, и экономическая практика должна быть приспособлена к реальности, а не к беспочвенным фантазиям о ней.

А в реальности уже сложился плюрализм семейных форм. Браки зарегистрированные и незарегистрированные, пробные, семьи с одним родителем, семьи однополые. Опыт показывает, что, скажем, рождаемость в зарегистрированных браках не выше, чем в незарегистрированных, примерно такая же. Скорее наоборот, разнообразие семейных форм создает более устойчивую среду, в которой каждый находит свой путь.

– Скажите, часто современные и независимые европейские женщины отказываются от своих детей, положим, еще в роддоме?

– Это огромная редкость. Такой проблемы, по-моему, вообще не существует. Вы знаете, какой спрос на приемных детей? На Западе довольно высокий процент бездетных семей. А в основном детей мало, но зато уж в них вкладывают по полной программе…

– Но если родители свободны, как ветер, и могут всю жизнь искать свой путь, меняя одного партнера на другого, то психологическое или, как вы говорите, интимное благополучие детей оказывается все-таки под вопросом.

– А я и не говорю, что в современной семье нет своих проблем. Да и сам процесс ее преобразования далеко не завершился. Многое остается неясным; для меня, честно говоря, так и не ясно, как же будут социализироваться дети в семье с одним родителем?

Но если вы хотите сказать, что в современной семье остается слишком мало места детям, – это чистая неправда. И это заблуждение чаше всего идет от того, что нынешнее положение вещей сравнивают не с прежним, а со своим идеализированным представлением о традиционной семье, в которой родители заняты воспитанием детей. Да не было этого. Крестьянские дети, когда их было много, в лучшем случае воспитывали друг друга: старшие – младших. Бабок не так много было, а мать-крестьянка всегда много и тяжело работала. А в дворянских семьях няньки, кормилицы, гувернантки – мать могла шефствовать над ними, оценивать их работу, но лично участвовала в воспитании не слишком много. Так что воспитующая мать – это из области мифологии.

Воспитывающие родители появились только в буржуазных семьях, у которых уже не было столько денег на мамок и нянек, женщины были уже достаточно образованными и могли отдавать часть времени детям. Но туг-то они и почувствовали, что детей не может быть в таком случае слишком много: можно отдавать время и устраивать домашнее воспитание одному, двум, трем, но десяти невозможно. Так что все эти изменения между собой связаны…

С появлением всеобщего образования, то есть уже давно, социализация происходит далеко не только в семье. Она идет в детском саду, в школе, на улице (где всегда частично и шла). Ребенок как-то приспосабливается к жизни в реальном, а не вымышленном кем-то обществе.

Такова жизнь. Если семья может оградить своего ребенка от наркотиков, плохих знакомств – прекрасно, но гарантий туг не может быть никаких, даже если мать с двумя высшими образованиями будет заниматься только своим ребенком.

Вопросы все равно остаются. О женщине с внебрачным ребенком без мужа: на нее ложится большая нагрузка, она оказывается в ловушке, и надо ей помочь. Что, кстати, часто и происходит: мужья далеко не всегда отказываются от своих детей. На Западе часто ребенок оказывается в двух семьях сразу, у него появляются сводные братья и сестры. Восстанавливается нормальная социализирующая среда. В Америке это давно так, и в Европе это так. думаю, и у нас это начинается.

Иван Хруцкий. Семейный портрет. 1854 г.

– А как же фрейдизм с его убежденностью, что все главное в человеке идет из его семьи, что основа личности закладывается в раннем детстве?

– Я не специалист по фрейдизму. Но даже если основа закладывается в детстве, основа личности – не вся личность. Важны и впечатления, вынесенные лет пятнадцать вне семьи. Если все объяснения искать в детстве – почему тот стал художником, а этот Гитлером, – далеко не уйдешь…

Но одновременно я уверен, что сегодня ребенком в семье в среднем занимаются намного больше, чем прежде. Это совершенно нормальная реакция на новую ситуацию: у вас мало детей, часто один, вы должны его воспитывать, обстановка в современной нуклеарной семье ориентирована на большую интимность отношений – это значит больше привязанности друг к другу, более глубокие переживания в отношениях с близкими. Естественно, что ребенок превращается как бы в символ этого интимного благополучия. В него очень много вкладывается, о нем очень много заботятся: это единственное наше наследство, это все, что от нас останется, сама жизнь ставит ребенка на какое-то время в центр.

И вообше мы говорим о жизни современной семьи так, будто вся она состоит из смены партнеров и бесконечных поисков, это неверно. Никакие опросы никогда не показывали, что люди начинают меньше ценить семью. Семья всегда занимает одно из первых мест среди жизненных ценностей. От этого не отказываются.

Я хотел бы сказать еще и о другом: преобразование семьи освобождает не только мужа и жену от принудительного союза. Об общей эмансипации женщин известно. Гораздо меньше мы обращаем внимание на эмансипацию пожилых людей. Освобожденная от изнурительной работы каждый год рожать по ребенку, потом многих терять, женщина выходит на пенсию в благополучном состоянии и не должна нянчиться с многочисленными внуками, и не зависит от детей, как это было раньше, никак не зависит, кроме как эмоционально. Эмоциональные связи тоже часто слабеют, но это как раз было всегда; не надо думать, что прежде все молились на стариков. Нормы повелевали их уважать и кормить, но это не значит, что так оно и было или что в исполнение такой нормы люди вкладывали душу.

В одной из пьес Дюренматта после смерти мужа достойной пожилой дамы собираются ее дети и говорят ей: вот мы посоветовались и решили, что ты будешь жить там, потом там… А она спрашивает в ответ: почему вы считаете, что я вообще собираюсь с вами жить?! Она начинает совершенно новую жизнь, заводит себе друзей, тратит деньги… Эта эмансипация пожилых кажется мне очень положительным сдвигом, хотя, возможно, он не слишком устраивает государство, поскольку экономическую основу этой независимости – пенсию – выплачивает именно оно.

Другая линия – эмансипация детей. Она тоже очень сильна. Уже никому не придет в голову спросить у папы и мамы, на ком жениться, какую выбрать профессию и т.д. Это нарастание свободы в обществе.

Я думаю, теплые отношения не мешают эмансипации. Известно, что в Америке очень рано дети отделяются, уезжают учиться или учатся в том же городе, но живут отдельно, в общежитии или снимают комнату вместе с друзьями, и никто ничего особенного в этом не видит.

– Вы вообще не склонны описывать происходящее с семьей как кризис?

– Если перестройка происходит без особой болезненности, может, это и не кризис, а просто эволюционное изменение.

Не вижу особой болезненности в семьях ни у нас, ни в Европе, ни в Америке. Кризис российской семьи в конце XIX – начале XX веков был гораздо глубже. Тогда действительно потрясались основы, и в конце концов они оказались сломаны. Конечно, тогда болезненно рушилось все, во всех сферах, но даже если говорить только о семье… Ведь это была семья с абсолютной властью главы, с патриархальным разделением ролей, жесткой их закрепленностью, подчиненным положением женщин и детей. Весь этот мир рушился и рухнул, и это была действительно большая травма. Она воспринималась очень болезненно и, несомненно, внесла свой вклад и в политические потрясения. Новый уклад еще не сложился, освобождение от прежнего развязало инстинкты, это и сознательно эксплуатировалось в политических целях.

Я думаю, большевики со своей антисемейной риторикой воспринимали это как еще один удар по существующему порядку вещей. Ленин не был большим радикалом в вопросах семьи, но он не препятствовал радикалам, потому что все это шло в струю: до основания разрушить все подряд, в том числе и семью. И это был политически правильный расчет, потому что в семье к тому времени действительно накопилась энергия разрушения, и этот внутренний протест по отношению к семье они грамотно использовали.

А сейчас преобразование семьи идет эволюционно. Это может кому- то нравиться, кому-то не нравиться, может даже вызывать какие-то страсти, но кардинальной ломки нет ни в Европе, ни у нас.

Записала И. Прусс

Во всем мире

Тираннозавры уходят в небо

Большинство палеонтологов уже давно не сомневаются в том, что птицы произошли от динозавров. Недавняя находка в Китае, сделанная Питером Маковицки и его коллегами из Чикаго, – еще одно звено, связующее два класса животных. Они отыскали останки неизвестного хищного ящера, покрытого оперением, и окрестили его Sinoventator changii. Этот ящер, как и знаменитый тираннозавр, принадлежал к отряду тероподов. Правда, предок птиц был гораздо меньше своих грозных сородичей. Взрослый синовентатор достигал метрового роста, ну а особь, чьи останки нашли, и была величиной с курицу. Ее возраст – 130 миллионов лет. «Эта находка окончательно убеждает, что птицы произошли от динозавров, – говорит Маковицки. – Кроме того, мы видим, что резкие различия между птицами и динозаврами наметились гораздо раньше, чем считалось прежде».

На благо успеваемости

Австралийские ученые установили, что компьютерные игры оказывают благоприятное воздействие на способности школьников. В исследованиях, проведенных специалистами из организации Teachers Investigating Educational Multimedia, приняли участие более семисот детей в возрасте от 7 д о 16 лет.

Несколько месяцев ребята помимо выполнения обычных школьных заданий играли в компьютерные игры. Оказалось, что игры благоприятно сказываются на успехах в учебе. У участников исследования улучшилась успеваемость даже по таким предметам, как математика, правописание и чтение.

Дело в том, что компьютерные игры развивают логическое мышление, учат быстро принимать решения и просто общаться друг с другом. Австралийцы собираются ввести соответствующий предмет во всех школах.

Может ли пластик восстанавливаться сам?

Японский изобретатель Такэда Кунихико, профессор Технологического института Сибаура, разработал пластмассу, которая «чувствует» всякое ухудшение своего состояния и после этого сама себя «ремонтирует».

Как известно, живые организмы способны заживлять свои раны, поскольку располагают защитными механизмами, которые обеспечивают постоянство их формы. Идея Такэда заключалась в создании неорганического материала, который мог бы восстанавливаться как живой организм. При искусственном самовосстановлении изобретатель имеет дело с нанометрами (нм). Один нанометр – одна миллиардная метра. Пластик Такэда содержит крохотные добавки катализатора; размер каждой порции катализатора – всего 0,8 нм, а расположены они с интервалом 5 нм друг от друга. Эти крохотные «ремонтные мастера» свободно передвигаются в своих пределах. Когда они находят молекулярную брешь, начинается химическая реакция, которая накрепко заделывает брешь. Средний срок жизни обычных пластмасс примерно пять лет, а самовосстанавливающийся пластик не закончит свои дни на свалке и через 20-30 лет.

Медь против бактерий

Если наводить порядок на кухне по всем правилам науки, то почти всю металлическую посуду нам, пожалуй, придется списать. А что выбрать взамен? Старые медные миски да котлы, которые постеснялись бы поставить на стол даже наши прадеды. Этот неказистый инвентарь на удивление гигиеничен.

Британские исследователи из Саутгемптонского университета выяснили, что на медной поверхности перестают размножаться многие бактерии.

Билл Кивилл и его коллеги исследовали, как снизить риск пищевых отравлений, выбирая самую безопасную посуду. В их опытах выбор был таков: стальная посуда, латунная, медная. Вот что говорит Кивилл: «Конечно, стальная посуда выглядит очень красиво. Однако под микроскопом мы убедились, что ее поверхность изрезана множеством бороздок, и эти неровности забиваются грязью».

Во время опытов бактерии, поселившиеся на стенках стальной посуды, прожили там при комнатной температуре 34 дня; на латунных мисках им хватило сил продержаться четыре дня, а вот на медной посуде уже через несколько часов от их колонии не осталось и следа.

Впрочем, о чудесных свойствах меди знали задолго до этих научных опытов. Еще египтяне освежали воду с помощью меди. Сейчас ученые намерены разработать новые медные сплавы, которые будут достаточно дешевы, чтобы штамповать из них кухонную утварь.

Один из мифов о Наполеоне

Ни о ком не написано столько вранья, сколько о Бонапарте, – утверждает французский ученый Бернар Шевалье, директор музея Наполеона в Мальмезоне и музея-квартиры императора в его родном городе Аяччо. Например, существует мнение, что император был низкорослым. Таким его изображают и в кино, и на театральной сцене – забавным коротышкой, затерявшимся мевду огромной треуголкой и длинными сапогами. Некоторые исследователи, настаивающие на маленьком росте Наполеона, приводят в пример его смехотворно короткие кровати. Однако в те времена люди спали не гак, как сегодня, разметавшись по всей постели, а полусидя, опираясь на подушки.

Согласно отчету корсиканского патологоанатома Франческо Антонмарки, рост Наполеона составлял 170 сантиметров. То есть для своего времени он считался высоким человеком. А его современники отзывались о нем, как об отлично сложенном и привлекательном мужчине.

СТВОЛОВЫЕ КЛЕТКИ – ВИВАТ!

Игорь Лалаянц

Запрет на клонирование Христа?

Легенда гласит, будто бы некая дама спросила у известного физика начала прошлого века, в чем ценность сделанного незадолго до того открытия. На что тот ответил вопросом на вопрос: а в чем ценность рожденного младенца? Никто не может знать, кто вырастет из мальчика, который «маленький с кудрявой головой»…

То же и с нашими клетками, которые поначалу способны превратиться во все, что угодно, то есть в любую клетку из более чем сотни тканей, составляющих наш организм. (Потенциал же клеток взрослого организма гораздо уже. Считается, что взрослые клетки могут дать лишь клетки своей ткани.)

Клетки с неограниченным потенциалом получили название стволовых.

И вокруг них в последнее время разгорелись нешуточные страсти.

Историческая справка

К своему удивлению, обнаружил в самой первой советской Медицинской энциклопедии, которую редактировал еще первый наркомздрав Се-1 машко, статью, посвященную Александру Александровичу Максимову (1874-1928). В статье указывается, что Максимов эмигрировал в 1922 году и провел свои последние годы в Чикаго, где активно занимался вопросами гистогенеза и воспаления.

Гистогенез – это образование наших тканей в ходе эмбрионального развития. Считается, что организм наш составлен тремя зародышевыми листками: снаружи экто-, изнутри эндо- и между ними мезодерма (от греч. «мезос» – середина, сравни: Месопотамия, или Междуречье).

Максимов работал в период бурного развития описательной медицины и биологии. Буквально накануне были переоткрыты законы Менделя, в 1908 году Нобелевскую премию дали нашему И.И. Мечникову, который постулировал центральную роль лимфоцитарного макрофага в таком важном защитном механизме, как воспаление, а через четыре года французу А. Каррелю, который разработал свой метод культуры тканей в той же Америке. С 1916 года метод взял на вооружение Максимов.

С его помошью он попытался разобраться под микроскопом в загадке, решение которой не далось Мечникову, а именно: откуда при воспалении появляется то множество клеток, накопление которых приводит к образованию флюса или нарыва?

Второй вопрос, который волновал его, это кроветворение. Известно, что клетки крови недолговечны. Максимальный срок их жизни не превышает двух месяцев. Так откуда же берутся новые? Понятно, когда клетки формируются в ходе развития зародыша, но во взрослом организме?

В результате своих скрупулезных исследований Максимов пришел к поразительному выводу.

Как написано в энциклопедии, он постулировал, что в нашем организме пожизненно сохраняются недифференцированные мезенхимальные, или камбиальные клетки, которые могут превращаться в лимфоциты и другие специализированные клетки соединительной ткани и крови.

Поясним, что термин «камбий» ученый позаимствовал из ботаники. Так называется тонкий слой клеток по периферии ствола дерева (стебля растения), который дает начало новым побегам-росткам. Часто можно видеть: дерево сломалось или спилили, а вокруг слома или пня уже растут новые веточки. Мезенхимой же эмбриологи называют «зародыш» будущей мезодермы, из которой образуется будущая соединительная ткань: кровь и кости, хрящи и сухожилия. Отметим, что клетки мезенхимы «выселяются» из нервной трубки, вот почему нейрон и лимфоцит генетические родственники. Да и функция у них сход-ная – различать вещества и воздействия.

Не удивительно, что в «простой, как правда» Америке Максимов вынужден был отказаться от заумной латыни и греческого и назвать увиденные им клетки стволовыми. Так этот научный сленг и закрепился в истории. О стволовых клетках писали как о «блуждающих клетках в покое, которые могут превращаться в различные клеточные формы». Тем самым он полагал, что решен спор о новообразовании клеток при воспалении.

Когда читаешь это сегодня, сразу же возникает вопрос: а что же наука делала долгие 80 лет! Что же она не пошла по широкому и ясному пути, указанному русским исследователем еще в середине 20-х? Все было в ее распоряжении: указание на существование «наследственных факторов», метод культуры и гипотеза стволовых клеток. Не забудем, что в самом начале тех же 20-х немец Ханс Шпеман сделал свои основные открытия в эмбриологии, за что в 1935 получил Нобелевскую. А Томас Морган, лауреат 1933 года, выпустил свою «Хромосомную наследственность» вообше в 1916 году.

Объяснений может быть два. Америка не была научным центром тогдашнего мира (вспомним «замолчанные» открытия П. Рауса, выделившего первый раковый вирус, получивший его имя, а также О. Эйвери, которому так и не дали Нобелевскую за доказательство генетической природы ДНК).

Каррель был уникумом, и это второе объяснение. Да, у него культуры каким-то чудом «переживали» десятки лет. но больше это до внедрения антибиотиков практически никому не удавалось. А потом люди больше были заинтересованы воспалением, которое возникает от множества причин, чем дифференцировкой.

Клетки крови (увеличено в 400 раз)

Тише мыши, клетки в нише

Дифференцировка – это процесс специализации клеток. Только в дифференцированном состоянии клетка может выполнять предназначенную ей функцию. Считается, что та же раковая клетка дедифференцирована, поэтому неудержимо делится, не подвергаясь апоптозу, то есть запрограммированной клеточной смерти.

Дифференцировка направляется экспрессией, то есть работой генов, в норме гены «молчат», но под воздействием различных внешних и внутренних факторов, например тех же гормонов, «включаются» и начинают свою экспрессию. Проявляющуюся в том, что синтезируются белки, закодированные в этих самых генах. Наиболее ярким примером всех этих процессов является вторичное половое созревание.

К началу 90-х в науке создались условия практического выделения стволовых клеток, о которых писал Максимов. Естественно, что первыми были выделены стволовые клетки костного мозга, который отвечает за кроветворение. Первая статья об изоляции гематопоэтических стволовых клеток человека появилась в журнале «Сайенс» 6 января 1995 года. Заметим, что гематомопоэз – это по-гречески кроветворение, а у мышей стволовые клетки крови начали выделять, начиная с 1991 года.

Двумя годами позже у тех же грызунов был обнаружен и нейрогенез во взрослом мозгу. До того все четко уяснили себе, что нервные клетки не восстанавливаются! И вдруг обнаружилось, что у крыс постоянно обновляются нейроны в отделе, заведующем обонянием. Выяснилось, что в глубине мозга крыс есть стволовые клетки, которые постоянно генерируют нейроны. Эти молодые нейроны «перебираются» в отдел, где клетки подвержены токсическому воздействию самых разных веществ, которые приходится нюхать подданным крысиного короля (навеяно воспоминаниями о «Щелкунчике»).

Для клетки мигрировать из глубины мозга в обонятельный отдел сравнимо с путешествием из Петербурга в Москву. Тем не менее потомки стволовых клеток постоянно совершают подобные перемещения в нашем мозгу. Что и слава Богу, поскольку это во многом спасает нас от дефицита нейронов в зрелом и пожилом возрасте.

В 1994 году в журнале «Нейчур» появилась статья о выделении самообновляющихся мультипотенциальных стволовых клеток и из коры головного мозга крысы, правда, эмбрионального.

Схема показывает жизненный путь стволовых клеток.

До поры до времени стволовые клетки покоятся в специальных нишах (вверху слева). Затем, подчиняясь внешнему сигналу, они начинают делиться, и часть их возвращается в дремлющее состояние (в центре вверху). Другая часть превращается в специализированные клетки (в центре внизу). Наконец, часть клеток-потомков мигрирует в иные области и там занимает пустые ниши, чтобы при необходимости пройти путь превращения в какой-либо вид специализированных клеток (справа).

Синим цветом показаны покоящиеся стволовые клетки красным – размножившееся их потомство, зеленым – зрелые специализированные клетки.

Тут необходимо сделать терминологическое пояснение. Эмбриональные стволовые клетки обладают неограниченным потенциалом в смысле генерирования дифференцированных «продуктов» самых разных тканей. Именно на этом их свойстве основан метод выключения генов: у одной из эмбриональных клеток выключают ген в хромосоме (клетка остается жизнеспособной из-за наличия нормального гена в другой хромосоме, вернее, хромосоме другого родителя). Со временем эта клетка, вернее, ее потомки попадают в половые железы, давая спермии и яйцеклетки. Соединение половых клеток с выключенными генами дает потомство без данного гена…

Из-за неограниченного потенциала стволовые клетки эмбриона называют плюрипотентными (вспомните столь модное не так давно слово «плюрализм»). А стволовые клетки взрослого организма нарекли мультипотентными – то есть со многими, но не всеми потенциями развития. Так оно и пошло, что перспективу видели именно в плюрипотентных ЭСК – эмбриональных стволовых клетках, клеткам же из взрослого организма отводилась вспомогательная роль.

Но тут препятствий масса вышла. Прежде всего, речь зашла об этике, в том числе и врачебной. Ведь ЭСК и по сей день берут от зародышей-эмбрионов, что для человека связывается с неприглядным словом «абортарий». Со всеми вытекающими отсюда медицинскими и социальными проблемами. Кроме того, ЭСК весьма капризны в плане жизнеспособности. Пример – сотни неудачных попыток при клонировании, что крайне удорожает сам этот процесс. Да к тому же ЭСК часто дают так называемые тератомы, или уродливые разрастания, что тоже никому не нужно.

Ну, а стволовые клетки взрослого организма? Тут существует проблема ре- или перепрограммирования. Ведь стволовая клетка из взрослой ткани уже прошла в своем развитии несколько стадий дифференцировки. Поэтому ее необходимо вернуть в «исходное» плюрипотентное состояние, хотя и считалось, что сделать это уже невозможно. Вот почему стволовые клетки взрослых дают «производные» в пределах своей ткани.

Двойная спираль молекулы ДНК

И тут выяснилось, что никакого перепрограммирования вообще нет, а есть образование тетраплоидных гибридов с эмбриональными стволовыми клетками (то есть имеющих не двойной, как положено нам от матери- природы, а четверной набор хромосом). А это не есть хорошо, поскольку мы знаем, что болезнь Дауна возникает уже при наличии всего лишь трех хромосом одной пары. Вполне возможно, что аномальные тетраплоиды вызывают и возникновение тератом – с этим еще предстоит разбираться.

Но вполне возможно, что «Нейчур» зазря бил тревогу. Сами же авторы статей о гибридах стволовых клеток указывали, что они образуются крайне редко. Для стволовых клеток эта величина составила олин гибрид на 10-100 тысяч культивированных клеток мозга. Но, тем не менее, проблема есть, и с нею еще предстоит разбираться. Однако выступление «Нейчура» может оказаться и актом драматизации для привлечения внимания ученых к стволовым клеткам вообще. Таким образом в свое время привлекали внимание к той ДН К-идентификации, без которой сейчас вроде бы и не обойтись…

Уже через какое-то время тот же «Нейчур» выдал на гора новый залп статей, результаты которых вселяют весьма оправданный оптимизм. Речь прежде всего зашла о нишах. Дело в том, что до сих пор выращивание стволовых клеток страдало эдаким «редукционизмом», то есть «вот стою я перед вами словно голенький». Но ведь в организме клетки всегда развиваются в клеточных нишах. Хотите пример – пожалуйста.

Нишей для развивающейся яйцеклетки является Граафов пузырек, или фолликул. В нем яйцеклетка-ооцит находится в состоянии «ареста», то есть приостановленного развития (сохраняя, кстати, парный набор хромосом). Блокирует жизненный цикл клетки, не давая ей дальше делиться, белок «циклин». за открытие которого была вручена Нобелевская премия по медицине и физиологии в юбилейном 2001 году.

В таких же нишах находятся и другие стволовые клетки взрослых тканей. Для тех же меланоцитов нашей шевелюры, придающих ей цвет, нишей, как выяснили сотрудники отдела молекулярной генетики Киотского университета, является дно волосяного фолликула. Убивание меланоцитов приводит к «поседению» мышек, а их стимуляция – к восстановлению окраски шкурки. Причем стимулированные стволовые клетки начинают мигрировать и заселяют освободившиеся ниши, превращаясь по пути в меланоциты.

Поясним в скобках, что меланоциты синтезируют красящее волосы вещество меланин из тирозина. Но из тирозина синтезируется и такой важный нейротрансмиттер, как допамин. При гибели нейронов, синтезирующих допамин, возникает тяжкое заболевание – паркинсонизм. Так что проблема стволовых клеток для меланоцитов и их ниш важна не только с косметологической точки зрения…

Подобные ниши обнаружены и в мозгу, в одной из них, кстати, образуются нейроны для обонятельной зоны, о чем шла речь выше. Теперь вот, как выяснили сотрудники Института медисследований Г. Хьюза в калифорнийском городе Ла-Джолла, такой же нишей является и гиппокамп. Это извилина «морского конька», напоминающая по своей завитой форме хвост удивительной рыбки, лежит в основании височной доли нашего мозга. То, что в гиппокампе генерируются нейроны и во взрослом состоянии, неудивительно, поскольку именно клетки этого отдела отвечают за память. А она ведь действует и развивается до глубокой старости…

Уже само по себе это открытие уникально, поскольку никто не предполагал наличия второй ниши нейрогенеза. Но вряд ли ради одного этого «Нейчур» чуть ли не через номер стал бы снова посвящать свои страницы стволовым клеткам (похоже, что журналу давно пора организовывать новое приложение типа «Нейчур-стволовой»).

Открытие, сделанное в Калифорнии, принципиального характера. Дело в том, что ранее полагали, что в мозгу есть нейроны – нервные клетки и поддерживающие их клетки глии, название которой происходит от греческого «глюон» – клей (так физики даже называют одну из своих элементарных «склеивающих» частиц). А тут оказалось, что астроглия – вид глиальных клеток, имеющих отростки, которые расходятся в разные стороны подобно лучам звезды, является главным компонентом той ниши, в которой нейробласты, то бишь стволовые клетки, превращаются в дифференцированные нервные клетки.

Стволовые нервные клетки уже давно пытались выращивать в присутствии различных глиальных клеток. И раньше считали, что глия – как и в M03iy, – «питает» нейроны. Но оказалось, что свойствами направления нейробластов на «путь истинный» обладает конкретная глия из гиппокампа, да к тому же постнатальная, то есть только после рождения мышонка. Именно эта астроглия ускоряет развитие нейронов в 8 раз! А вот глия из взрослого гиппокампа действует гораздо медленнее, а из спинного мозга не действует вовсе ни в каком возрасте.

Клетки коры головного мозга млекопитающего

Там впереди светлые дни

Не удивительно, что ученые прилагают все возможные усилия для того, чтобы хоть как-нибудь проследить судьбу стволовых клеток в культуре и не попутать одни с другими. Для этого в Ла-Джолле в нейробласты при помощи специальных методов ввели ген ЗФБ – зеленого флюоресцирующего белка, протеина медуз, благодаря которому обитатели тропических вод светятся в ночи. Астроциты же метились другим красителем и светились под микроскопом ярко-красным светом. Так что перепутать клетки разного происхождения было трудно.

А всего через пару месяцев появилась еще одна статья, на этот раз специалистов Национального института здравоохранения. Ученые описали методику «обогащения» нейропопуляций нейронов в среднем мозге, синтезирующих допамин. С помощью полученных допаминовых нейронов им удалось вылечить мышей с «моделью» паркинсонизма.

Формирование нейронов, синтезирующих допамин, осуществлялось довольно сложным путем, включающим пять стадий. Интересно, что на второй – довольно ранней стадии направленной дифференцировки, – клетки могли «уходить» в сторону инсулин-синтезирующих. Из-за гибели таких клеток и возникает сахарный диабет, «купируемый» инъекциями этого белкового гормона.

Очень важный шаг вперед был сделан исследователями из университета штата Миннесота в Миннеаполисе. Они сумели выделить из костного мозга взрослого организма плюрипотентные мезенхимальные стволовые клетки. При введении этих клеток в ранний бластоцист – бласт-«шарик», образованный эмбриональными клетками после шести-восьми делений зиготы, – из них образуются все известные клеточные типы. Новые клетки способны претерпевать более 80 делений без признаков старения или потери потенциала к дифференцировке! Причем все это сделано на клетках человека.

Есть в английском такое хорошее выражение «Ноу пэйн ноу гэйн» (дословно: нет боли – нет обретения, что-то вроде нашего «любишь кататься…»). Так вот, комментируя перспективы, которые открываются в связи с открытием нового типа стволовых клеток взрослого костного мозга человека, журнал пообещал всяческие медицинские гэйны без этических пэйнов, или весьма ощутимый навар без всякой головной боли с чиновниками и всякого рода активистами «Права на жизнь».

Это практика, но есть и теория. В настоящее время большой проблемой является так называемый импринтинг, или «замалчивание» генов. Почему-то замалчиваются многие гены в яйцеклетке и весьма малое их количество в спермии. Вполне возможно, что это связано с тем, чтобы предупредить – по крайней мере, у млекопитающих и птиц – самопроизвольное развитие яйцеклеток (партеногенез). То есть на молекулярном уровне существует запрет на клонирование Христа. А недавно все журналы взорвались сериями статей, посвященных описанию замалчивания генов как нового механизма возникновения рака.

И два слова о деньгах, которые науке приходится зарабатывать самой. Паркинсоники и жертвы болезни Альцгеймера – это пожилые люди, которые в рабочем возрасте не зарабатывали столько, чтобы теперь оплатить свое лечение с помощью «выведенных» в культуре стволовых клеток. Но помните, что при получении допаминэргических нейронов стволовые клетки на второй стадии воздействия вдруг начинали синтезировать инсулин. А инсулин-купируемым диабетом заболевают в детстве, юношестве и молодом самом активном возрасте.

За детей и юных отроков сейчас способны заплатить их родители, молодые же бизнесмены и вумены способны заплатить и сами. А только в США насчитывается до 10 миллионов диабетиков, пусть и разных (миллион уж точно зависим от инсулина). И это миллиарды долларов, которые способны заработать биотехнологические фирмы, чьи акции учитываются индексом НАСДАК.

Схема действия стволовых клеток в луковице волоса. Слева направо: стволовые клетки (5С) начинают действовать и, размножаясь (АС), создают нормальную волосяную луковицу, состоящую из зрелых клеток (МС). Из нее вырастает нормальный волос.

В свое время мало кто бы дал денег Амперу, Эрстеду и Фарадею. У последнего был свой лорд, «подвинутый» на электричестве, как Ломоносов и Риман. Лорд даже сжег как-то алмаз стоимостью две тысячи тогдашних фунтов, чтобы доказать силу вольтовой дуги. Гете жаловался, что все свои знания он добыл, истратив фамильное состояние, доставшееся ему от отца. Деньги же в электротехнику потекли только в конце XIX века, когда стало возможно строить первые электростанции.

То же и с биотехнологией, в которую инвестиции потекли в связи с налаживанием в США производства пенициллина. Только после масс-продукции этого биотехнологического товара, избавившего армию союзников от страха перед сифилисом, появился избыточный капитал, который стали направлять на развитие. Сегодня мир держится на биотехнологическом инсулине и интерфероне, а также ген-модифицированных сельскохозяйственных культурах и породах скота.

Но у людей биотехнологические продукты пока больше диагностируют, чем лечат. А так хочется вновь обрести молодую печень и почки, а также избавиться от сердечных приступов и провалов в памяти. Ученые надеются, что с помощью стволовых клеток им удастся…

Во всем мире

Кольцо Миноса

В 1928 году на развалинах города Кнос на острове Крит было обнаружено золотое кольцо, согласно преданию принадлежавшее легендарному критскому царю Миносу. Однако в то время оно было квалифицировано как очередная историчесая фальшивка. Некоторое время кольцо хранилось у местного священника, а затем перешло к его наследнику, который и передал недавно находку археологам. Они-то и установили, что это отнюдь не фальшивка. Кольцо было изготовлено 3500 лет назад. Министр культуры Греции Евангелос Венизелос сообщил в одном из интервью, что рыночная стоимость «кольца Миноса» оценивается в 400 тысяч евро. Но, как уточнил Венизелос, «эта стоимость вряд ли является отражением его истинной цены».

Мозг реагирует на грозу

«Иду на грозу» – метафоричное название известной книги. А вот что происходит с тем же мозгом, когда гроза сама идет на нас?

Немецкие ученые из университета города Гневна поместили двести испытуемых добровольцев в специальную камеру, изолированную от магнитного поля Земли, своего рода ловушку, напоминающую токамак, где удерживается плазма. Внутри нее создавались магнитные импульсы, как бы имитирующие воздействие молнии или грозовых разрядов. Электроэнцефалограммы, снимаемые с электродов на черепной коробке этих людей, показали следующее.

Картина биотоков мозга меняется уже через несколько минут, оставаясь далее в четком ритме с искусственно вызываемыми разрядами молнии. После отключения аппаратуры тестирования измененная активность больших полушарий сохраняется на том же уровне четверть часа. Это у обычных людей, а у так называемых метеочувствительных индивидуумов отклонение от нормального режима функционирования мозга длится заметно дольше.

Отмечен любопытный факт: испытуемые не осознавали реакции своего мозга на столь естественное воздействие, какое мы наблюдаем в природе. И если мы спешим укрыться от непогоды, а это и есть взаимодействие нашего мозга с нашим же телом, то в камере особенно бежать некуда, и фиксируются только изменения в биопотенциалах мозга.

Древнейший город Земли

У побережья индийского штата Гуджарат археологи обнаружили остатки крупного поселения, напоминающего город. Со дна моря были подняты резные деревянные украшения, керамические изделия, зубы людей. Возраст находок составил 9500 лет. Возможно, что именно здесь располагался древнейший город земли. До сих пор считалось, что столь крупные поселения появились лишь в Месопотамии около пяти тысяч лет назад. Их стали строить шумеры. Быть может, шумеры до появления в Междуречье жили на другом берегу Аравийского моря, в затопленных теперь районах Индостана?

КТО БЫ МОГ ПОДУМАТЬ

Александр Волков

Земной шар: грядет время игр

Время не милосердно ни к людям, ни к планетам. Через шесть миллиардов лет Солнце превратится в «красного гиганта». Его диаметр неимоверно увеличится.

Край Солнца будет почти задевать Землю.

Наша планета покроется тягучим, раскаленным месивом.

Все на ней будет выжжено дотла.

Таким окажется финал земной цивилизации.

Беды грядут не скоро, однако спасением землян стали заниматься уже сейчас. Одни ученые обдумывают, как переселиться на соседние планеты. Другие намерены отвезти на безопасное расстояние саму Землю. Недавно подобный проект опубликовали три американских астронома: Дональд Дж. Корикански из Калифорнийского университета (он – автор идеи), Фред Адамс из Мичиганского университета и Грегори Логлин из НАСА.

Идея такова. Надо изменить траекторию какого-нибудь астероида. Он будет время от времени пролетать мимо Земли, всякий раз невольно выталкивая ее на новую – более дальнюю – орбиту. Пусть Солнце пылает все сильнее – Земля, словно мяч под ногой футболиста, будет откатываться все дальше, вовремя уходя от иссушающего огня.

Если спортивное сравнение раздражает, можно сопоставить труд астрономов с подлинно высоким искусством механиков XVIII – XIX веков, мастеривших уникальные машины из колесиков, кривошипов, пружин. Теперь рабочим столом мастеров-астрономов может стать вся Солнечная система. Она сама напоминает механизм, где вокруг центрального колеса – Солнца – равномерно обращаются сотни самых разных «зубчатых колес»: больших планет, астероидов, комет. Пусть планетарный механизм давно отлажен, можно придумать, какое из колес «толкнуть», чтобы наша Земля – заурядная деталь – сдвинулась, не нарушив слаженный ход всей системы.

Тут прежде всего важен расчет. Начнем его с постановки задачи. Известно, что через 6,3 миллиарда лет светимость Солнца увеличится в 2,2 раза. В то же время, если увеличить радиус земной орбиты в полтора раза, то планета будет по-прежнему получать столько же световых лучей, сколько и теперь. Как же достичь этой орбиты? Для этого, как посчитали, придется затратить огромное количество энергии – 8,7 х 1032 джоулей. Рядом с этой цифрой даже возведение пирамид кажется забавой жонглера.

Если бы Земля была ракетой, если бы ее оснастить ракетными двигателями… Подобная идея, кстати, приходила в голову новым архимедам, готовым сдвинуть Землю без всякой «точки опоры», но уж очень опасна она. Лучше довериться движителям, испытанным Природой, – законам Ньютона и Кеплера. Эти влиятельные формулы могут воплотиться для нас в образе астероида или кометы. Те и другие пригодны для «astronomical engineering», «космической кроики» – искусства нового тысячелетия.

Между Юпитером и Марсом протянулся так называемый пояс астероидов. Множество малых планет снует здесь, иногда уклоняясь к Юпитеру, а то и к Земле. По ту сторону орбиты Нептуна кружат кометные ядра. Там раскинулся «пояс Койпера». Около ста тысяч ледяных глыб образуют его.

Все это дано «инженерам от астрономии» для своих опытов. Лучше всего им подошло бы небесное тело диаметром 100 километров. Его масса составляет Ю22 граммов. Такой небольшой объект можно в самом деле оборудовать двигателями и направить в сторону Земли. Либо следует сбить его с курса серией направленных взрывов. Пролетая близ нашей планеты, он отдаст ей часть своей энергии – до 1027 джоулей. При этом радиус Земли увеличится примерно на 30 километров.

Конечно, это немного, но ведь мы стронули с места «колесико» и, перекатываясь по небосводу, оно вновь и вновь будет возвращаться к Земле. Через каждые 6000 лет, по расчетам ученых, на расстоянии десяти тысяч километров от Земли станет проноситься астероид. Всякий раз нашу планету будет отбрасывать в сторону, словно волной пловца, мимо которого промчался катер. Примерно через шесть миллиардов лет Земля окажется на расчетной орбите – к этому времени раз и навсегда потревоженный астероид промчится мимо нее миллион раз.

В принципе, подобные маневры в чести у космических конструкторов. Еще в конце семидесятых годов, когда стартовал межпланетный зонд «Вояджер-2», его маршрут был рассчитан мастерски. Каждая планета, мимо которой пролетал зонд, словно «перекидывала» его к следующей планете. Гравитационное поле каждой из них придавало ему дополнительное ускорение.

Но одно дело раскачивать в космической пустоте небольшой летательный аппарат и другое дело – целый астероид, чье случайное падение может погубить жизнь на Земле. Да и легко ли сдвинуть его с места?

В распоряжении, прозвучавшем ранее: «Отдать 1027 джоулей энергии», нет и намека на то, что выполнить это очень трудно. Сказано мимоходом, словно просьба переставить в комнате стул! Конечно, в далеком будущем у нас появятся новые источники энергии, но даже не зная о них, мы не можем не понимать, какие громадные стихии мы вводим в игру. Чтобы наделить астероид таким количеством энергии, надо взорвать близ него почти 250 миллиардов атомных бомб, причем мощность каждой должна быть равна одной мегатонне, – это в десять миллионов раз больше всего запаса ядерного оружия на нашей планете. Неужели, чтобы свершить этот план, все военные заводы планеты должны перейти на выпуск атомных бомб? Ей- богу, прежде чем мы накопим такой невероятный арсенал оружия, оно – по всем законам драматургии – начнет взрываться у нас на Земле!

Нет, до взрывов дело не дойдет. Источником энергии станет мощный ядерный реактор. Сырьем послужит дейтерий (тяжелый водород). Сколько же надо сырья? Чтобы получить столько дейтерия, надо растопить ледяную комету диаметром около 100 километров. Еще двадцать астероидов такого же размера будет израсходовано ради добычи лития – он нужен при производстве трития.

И ведь это побочная проблема! Самое главное, как вмешаться в тончайший небесный механизм, не повредив его! Неожиданное движение астероида заставит отклониться и другие соседние планеты. По расчетам Корикански, радиус орбиты Юпитера уменьшится, например, после этого «космического футбола» на полтора миллиона километров. Надо будет, кстати, постоянно корректировать орбиту астероида и для этого направлять его все ближе к Юпитеру или Сатурну. Как это получится, можно лишь гадать.

Наконец, что будет с Луной?! Двинувшись в сторону от привычной орбиты, Земля может потерять Луну. Это приведет к катастрофе. Чтобы этого не случилось, придется чаще направлять к Земле астероид или же удерживатъ его дальше от нашей планеты, невольно замедляя ее бегство из опасной части космоса.

Наконец, нельзя забывать о том, что – в отличие от саперов – «инженеры от астрономии» не имеют права даже помыслить об ошибке. Нерасчетливость первых погубит их самих и тех, кто находится рядом; просчет теоретиков испепелит планету. Ведь «после столкновения с Землей объекта диаметром 100 километров, – отмечает Корикански, – ее биосфера будет стерилизована. Выживут разве что бактерии».

И все-таки это – не безнадежное предприятие. Это – дело будущего! «Никто не требует, чтобы задуманное непременно было выполнено, – продолжает автор идеи. – Кто знает, что еще придумают наши потомки! Зато мы точно знаем, что Солнце со временем станет светить все ярче, и тогда придет пора действовать».

Пока возраст у космонавтики младенческий. Мы только учимся подолгу оставаться в стороне от своей колыбели – на околоземной орбите, а уже мечтаем о том, как будем править целыми небесными телами, словно игрушечными машинками! Впрочем, можно и не замахиваться на эти грандиозные дела, можно выбрать что-то попроще, не сдвигая напропалую планеты, как стулья в комнате, где затеваем уборку. Можно заставить работать на себя те астероиды, что и так пересекают орбиту Земли. Можно отправиться на окраину Солнечной системы и доставить оттуда большое количество лада и руды, переправив их не на Землю, а на Марс или Венеру. «Быть может, наши потомки воссоздадут там условия, напоминаюшие земные, и обустроят на этих планетах свои обширные колонии» – этой фразой Дональд Корикански лишний раз подчеркнул, в каком направлении будет развиваться космонавтика.

Михаил Арапов

Когда текст обретает смысл

Константин Худяков. Золотов яйцо, 1980 г.

Пора умиленных рассуждений об информационных технологиях в образовании прошла безвозвратно. Эти рассуждения было интересно читать, пока существовал выбор: а не попробовать ли нам вместо доски и книги использовать экран и показать на нем нечто занятное. Или же продолжать работать по старинке. Сегодня возможность выбора резко сузилась, завтра его вообще не будет.

На наших глазах происходит коллапс мира печатного слова. При цене дельной книги (вузовского учебника, справочника, словаря), равной примерно одной минимальной заработной плате, покупка книг становится экстравагантным поведением, которое может себе позволить незначительное меньшинство относительно хорошо обеспеченных людей. Те профессиональные группы, которые выполняли в обществе роль культуртрегеров (прежде всего учителя), никогда больше не вернутся к коллекционированию книг, не придут в традиционные библиотеки, не обратятся к интеллектуальным удовольствиям эпохи «толстых журналов».

Сегодня информационные технологии (и в первую очередь Интернет) не дополняют, а компенсируют последствия отчуждения общества от корпуса текстов. Само по себе приобщение учащейся молодежи к этим технологиям не дает какого-то волшебного эффекта. Неизбежная болтовня выполняет свою прежнюю социолизирующую роль теперь не только на перемене, но и в чатах, в переписке по электронной почте и т.п., однако «в цифре» эта болтовня не стала более содержательной. Возможности мультимедийных технологий так и остаются до сих пор потенциальными, их освоение и использование для дидактических целей идет медленно и едва ли будет идти быстрее, чем освоение возможностей преждевременно скончавшегося обычного печатного слова. Здесь мы стоим в самом начале длинной дороги.

Но если педагогические возможности новых технологий еще предстоит раскрыть, то появившиеся возможности имитировать процесс обучения оказались безграничными. Россия сегодня чемпион мира по списыванию (пресловутые рефераты!), и единственный метод борьбы с ними – это изменение отношения к образованию в обществе. Но как бы мы с моральной точки зрения ни осуждали списывание, нужно признать, что пока это единственное масштабное явление, связанное с информационными технологиями, которое уже существенно изменило образовательную среду.

Каждый написанный сегодня абзац – лишь узел бесконечной сети, образующей гигантский «супертекст». Каждая законченная мысль рвется из кокона заботливо подобранных автором отдельного текста доводов и аргументов, чтобы «лоб в лоб» столкнуться с другой идеей, высказанной на другом конце света, и быть отточенной на оселке чужих аргументов.

Единственные операции с такой сетью, которые осваиваются легко, – это «копирование» и «вставка». Умение читать подразумевает, кроме того, способность извлекать информацию и интерпретировать. Собственно умение читать текст и составляет суть гуманитарного образования.

Насколько проблема чтения актуальна для России, говорят результаты международного исследования уровня знаний 15-летних подростков PISA-2000. (Материалы проведенного под эгидой ОЭСР исследования Programme for International Student Assessment можно найти в Интернете.) По его итогам из 32 возможных мест Россия занимает 27-е место по чтению, 21-е по математике и 26-е по естествознанию. По чтению только две страны имеют заметно худшие результаты. чем Россия: Мексика и Бразилия.

Так в чем же причина скандально низких результатов? От учащихся требовали, конечно, не озвучивания письменного текста, а умения самостоятельно работать с ним. Им предлагался, например, короткий рассказ о женщине, дом которой смывает разлившаяся река. Ночью раздается крик животного, и женщина понимает, что на террасу дома перебралась рысь, спасающаяся от наводнения. Некоторое время человек и животное готовятся напасть друг на друга (женщина вооружена). Но движимая каким-то неясным для себя чувством женшина вместо того, чтобы стрелять, бросает рыси окорок. На утро вода спадает, «ковчег» прибивает к берегу, а на крыльце женщина находит только чисто обглоданную кость – все, что осталось от окорока. Рассказ называется «Дар». Вопрос (один из многих, составленных на материале этого рассказа): «Почему у рассказа такое название?». Максимальное количество баллов (но не очень много, твердое «четыре») получали те учашиеся, которые поняли, что название – метафора, и автор рассказа трактует эту кость как послание, исполненное некоего морального смысла. Кроме того, некоторое количество баллов можно заработать поиском в рассказе отдельных фраз, свидетельствующих об изменении настроений женщины и рыси, о ходе наводнения и т.п.

Поначалу кажется, что подобные задания хорошо знакомы нашим подросткам. На уроках литературы им с младых ногтей вбивают в голову, что немота и физическая сила Герасима из «Му-му» символичны. Школьников из намеков и деталей учат собирать «лишнего человека», «провинциальное дворянство», пушкинскую Татьяну, «темное царство» и «луч света в нем», «народную войну» и т.д. Только сходство обманчиво: наши школьники не интерпретируют тексты, а заучивают готовые интерпретации классических произведений, придуманные чуть ли не одновременно с созданием самих текстов. Одаренные дети в результате таких упражнений ухватывает суть дела, но таких ничтожное меньшинство. До подавляющего большинства метафорический смысл художественного произведения не доходит, и при возможности не только ученики, но и учителя смахивают с текста паутину сложных интерпретаций и понимают его совершенно буквально. Жалостливые детишки, которым предлагают написать свою концовку «Му-му», спасают собачку, отпускают Герасима на волю и наказывают барыню, а учителя умиленно размешают творчество своих питомцев в Интернете.

Конечно, формально идея метафоричности искусства присутствует и в нашем школьном образовании. Но она пересекается с другими идеями, которые занимают в отечественной иерархии понятий более почет* ные места: литература рассматривается как «учебник жизни», как источник моральных ценностей, как способ передачи из поколения в поколение некоего «национального мироощущения». Здесь не место обсуждать качество этих идей, но хотелось бы увидеть нечто вроде их каталога. Очень важно, чтобы такой «словарь идей» был сквозным, то есть охватывал бы все стороны традиционно раздробленного на дисциплины «мира образования». Без такого каталога, содержащего, конечно, кроме перечня идей также и отсылки к использованным в обучении фактам, доводам, иллюстрациям и т.п., очень трудно говорить о системном подходе к модернизации содержания нашего образования.

Текст обретает смысл, когда встречает читателя, который знает, что он хочет в нем найти. Чем богаче словарь идей, которым читатель располагает, тем – при прочих равных условиях – больше информации содержит для него текст. Наличие общей идеи позволяет решить задачу, которая ставит в тупик учащегося, у которого ее нет.

Приведу пример задания из программы PISA-2000. Формально это не чтение, а математика, но сути дела это не меняет. Задание состоит в том, чтобы измерить площадь Антарктиды. На карте Антарктида напоминает круг, из которого в сторону Южной Америки вырывается «протуберанец» – Антарктический полуостров. Решение очевидно: «накрыть» континент простой геометрической фигурой и, пользуясь масштабом, определить площадь этой фигуры. Но очевидным решение становится только в том случае, если у вас есть идея «грубой оценки» или «разумной точности». Ничего большего от подростка и не требуется: выбор фигуры, ошибки при определении ее плошади не влияют на полученные баллы. Но сама идея «грубой оценки» отсутствует в нашем курсе школьной математики. И, что неизмеримо более важно, органично ввести ее туда – очень сложно.

Точное вычисление – объективно, это результат применения определенного алгоритма. Не встает вопроса, кому и зачем оно нужно. Чтобы получить грубую оценку, нужно задуматься, зачем лично мне она нужна, устроит меня такая степень приближения или нет. Задание неявно предлагает выбрать некоторую жизненную роль и играть ее, используя здравый смысл. Но культ здравого смысла – это не наше. Операции с числами и словами в нашей школе всегда самоценны.

Отсутствие идеи «грубой оценки» – пример одной из лакун в «словаре идей» нашего школьного образования. И эта лакуна не случайна, за ней стоит целая философия. Я совсем не хочу сказать, что аналогичный словарь подростка на Западе как-то особенно богат. В качестве нормы западное школьное образование предлагает набор «политкорректных» экологических, политических и экономических идей, не отличающихся особенной глубиной. Преимущество этого словаря в том, что он позволяет интерпретировать и критически анализировать в школе тот поток сообщений, который сегодня обрушивают на голову подрастающего поколения СМИ, Интернет, обыденная жизнь.

В рамках PISA-2000 учащимся для анализа предлагались и более сложные литературные произведения, чем упомянутый «Дар», но большая часть – самые что ни на есть бесхитростные и не претендующие на совершенство тексты, ориентированные на различные аудитории: циркуляр о прививках против гриппа, переписка, в которой сталкивались разные мнения по поводу граффити, информация для потребителей, передовица из газеты и т.п. Учащихся просят не только выявить в них систему аргументов, но и найти в этой системе слабые места, не только объяснить, кому адресован данный текст, но и показать, насколько он учитывает особенности данной аудитории. Анализировать таким способом классическую литературу, конечно, невозможно: здесь между учащимся и текстом должна быть почтительная дистанция.

Цели изучения литературы в нашей школе были поставлены грандиозные: втиснуть в сознание школьника русскую классику, дополнить ее невнятной идеологией и добиться, чтобы бедняга понимал литературу и как иллюстрацию к этой идеологии, и как искусство, да еще извлекал из нее определенную мораль. А вот результат, как и следовало ожидать, оказался плачевным – школьное знание в глазах учащегося «одна муть» и учить ее нужно только, чтобы получить право учиться в вузе. И изменить положение дел непросто: изучение литературы превратилось в обряд, который уже не поддается рациональному анализу. Только заикнись, что в той форме, в какой изучается в нашей школе литература, эти занятия – пустая трата времени, и моментально тебя объявят врагом национальной культуры.

Последствия небрежения школьным словарем гуманитарных понятий влияют на весь интеллектуальный климат в нашей стране. Откроем, например, традиционный раздел «Звуки речи и буквы» в школьном учебнике русского языка и постараемся прочесть его внимательно. Конкретно я открыл учебник В. В. Бабайцевой и Л.Д. Чесноковой «Русский язык. Теория. 5-9 классы» (М.: Дрофа, 2001), но содержание данного раздела во всех учебниках практически одинаково и не меняется уже 150 лет.

Недоумение вызывает уже первая фраза: «Звуки мы произносим и слышим, буквы – видим и пишем». Если авторы хотели сказать, что звуки вообще нельзя увидеть и записать, то утверждение противоречит опыту даже пятиклассника с его плеером. Но я бы считал это издержкой, вызванной желанием обязательно сказать красиво. Наверное, авторы имели в виду, что звуки нельзя записать на бумаге так же, как мы записываем буквы.

Но и это толкование не проходит. Двумя строчками ниже читаем: «Чтобы отличить при изучении фонетики звук от буквы, звуки заключатся в квадратные скобки». Заключить нечто в скобки можно только на письме. Значит, звуки все-таки можно записать? Или нельзя?

Тупик возникает здесь из-за того, что опущена важнейшая идея, которая «навылет» пронизывает всю ткань современной науки: на бумагу переносится не объект (в данном случае не звук), а имя объекта. Эта идея оказала огромное влияние на развитие логики, оснований математики, потом информатики и даже богословия. Наконец, она же, вкупе с несколькими другими, вызвала «структуралистский» переворот в лингвистике и далее такой же переворот едва ли не во всех социальных науках. Под знаменем этой революции прошла большая часть XX века, и имя Ф. Соссюра упоминалось последние 80 лет не на много реже, чем 3. Фрейда.

Не нужно забивать голову школьников словами вроде «структурализм» или описанием заслуг его основателей. Может быть, действительно, в курсе русского языка сложно рассказывать об отношениях «имени» и «именуемого», а эту идею нужно вводить в курсе математики (за отсутствием в нашей школе предмета «логика»), но словесник должен ее понимать и ею пользоваться.

Если не пополнить «словарь идей» концепцией имени, получится один конфуз и невнятица. Ведь суть этого раздела – введение двух способов именования одних и тех же сущностей («звуков речи»). Параллельно со знакомой ребенку с детского сада системой именования звуков буквами («букву Р не произносит») вводится новая система. Эти имена – те же буквы, хотя стоят в квадратных скобках и иногда снабжаются странными надстрочными значками. Ребенку, как умеют, разъясняют, что новая систе-ма – транскрипция – позволяет более точно (по сравнению с буквами) различать звуки речи. Способный малыш еще вспомнит, что на уроках английского языка его учат записывать звучание слов еще одним способом, у которого с русской транскрипцией общего только квадратные скобки.

Но внимание ребенка не обращают на очень важную сторону вопроса: переименование или переобозначение объектов не меняет их самих. Понимание этого время от времени хотя и появляется в человеческой голове («хоть горшком назови…»), по природе своей является, вероятно, идеей «рецессивной». Наоборот, «доминантна» у человека концепция магизма: сущностями можно управлять, выбирая для них «правильные» имена, она, сущность вероятно, возникает в человеческой голове спонтанно («овца без имени – баран»). «Рецессивные» идеи нуждаются в четком формулировании и заботливом взращивании, тогда как «доминантные» растут сами, подобно сорной траве.

«Сорные» идеи социально опасны. За последние 40 лет Россия дважды впадала в истерику по поводу орфографической реформы. Один раз в 1963-1964 годах, когда окончательную гибель родного языка увидели в написан ьях «заец», «огурци» и «ноч», а недавно апокалиптическими показались невинные «брошура» и «парашут». Но орфографическая реформа не более, чем введение более рациональной и последовательной системы имен для «звуков речи». Сами же звуки она так же не способна изменить, как астрономические вычисления не могут изменить движения планет. Транскрипция, которой учат школьников в данном разделе, и есть «другая» орфография для русского языка, точно так же, как транскрипция, которая используется в словарях английского языка, – «другая» орфография для английского языка. Эти «орфографии» не претендуют только на практичность. Критерием же того, что школьник усвоил то, что ему говорили о транскрипции, должно быть задание затранскрибировать слово брошюра, и он должен был бы написать ее через [у].

Истерия, которая дошла до Госдумы и породила проект чудовищного постановления о запрещении внесения изменений в русский язык (путем орфографической реформы), свидетельствует, что эффективность изучения в школе темы «Звуки и буквы» в точности равна нулю. Пугает, что в стране не нашлось ни одной группы педагогов или ученых, которые достаточно внятно сказали бы, что возражения по существу реформы – ахинея. Другое дело, что в предложенной реформе мало практического смысла, и время для нее выбрано самое неподходящее.

Возвращаясь к основной нашей теме, еще раз подчеркнем: информационные технологии многократно увеличили возможности доступа к текстам, но сами по себе они не дают ключа к той информации, которая содержится в этих текстах.

ТАЙНЫ ВЕЧНЫХ КНИГ

Рафаил Нудельман

Ученые исследуют Коран

4 марта прошлого года в газете «International Herald Tribune» была опубликована статья американского журналиста Александра Шитлле под заголовком – «Ученые исследуют Коран». В ней говорилось, что события 11 сентября 2001 года привлекли внимание ученых к фундаментальным основам ислама, запечатленным в Коране. Однако исследование этой книги и ее истории оказалось далеко не безопасным занятием.

Шиттле рассказывает о недавнем исследовании немецкого ученого Кристофа Люксенбурга «Сиро-арамейское прочтение Корана», которое никак не могло найти издателей, – немецкие издательства страшились публиковать эту работу! Хотя в ней всего лишь утверждалось, что текст Корана на протяжении столетий читался, интерпретировался, а потому и переписывался с определенными ошибками.

Не удивительно, сетует газета, что Коран до сих пор по-настоящему не изучен, нет широких научных исследований, как, например, по истории иудаизма и текстам Ветхого Завета.

Тем не менее и сегодня в отношении истории Корана и самого ислама уже предложено несколько оригинальных и увлекающих воображение научных гипотез.

Тайна и не одна

Известно, что ранний ислам сформировался под сильным влиянием иудаизма, занесенного в Аравию переселившимися сюда в начале новой эры евреями (например, Медину (Ятриб) населяли целых три еврейские общины). Из иудаизма ислам заимствовал учение о едином Боге и многое другое, причем заимствование происходило легко, поскольку лежало в русле уже существовавшей издавна традиции, согласно которой арабы, как и евреи, происходят от праотца Авраама («первым арабом» считается Ишмаэль, сын Агари, наложницы Авраама). Хорошо известно также, что в дальнейшем Мухаммед решительно повернулся против евреев, и весь Коран пронизан призывами к их истреблению («И скажет куст: о мусульманин, о Абдалла! За мной скрывается еврей – приди и убей его!»). Иногда это объясняется отказом ятрибских евреев принять ислам, но известный английский историк-арабист Бернард Льюис считает попросту, что «евреи Медины играли роль балансира между двумя враждующими арабскими общинами и поэтому были ненавидимы обеими». Мухаммед, по Льюису, видел свое призвание в объединении арабов, а евреев считал главной помехой такому объединению. Однако ненависть к евреям не утихла и после арабского объединения под знаменем ислама. И чуть ли не первым делом самого Мухаммеда, а потом его преемников стала подготовка похода в Палестину (она была захвачена калифом Омаром в 638-640 годах). Историки до сих пор спорят о военностратегических целях этого похода, но именно неясность таких целей заставляет думать, что Мухаммед попросту завещал своим преемникам подсечь самые корни иудаизма, отняв у него «землю праотцев» и превратив ее в «землю ислама». Некоторые историки на этом основании полагают, что в основе этой неукротимой ненависти лежало непримиримое, не на жизнь, а на смерть, религиозное соперничество, вроде того, которое породило яростный антисемитизм раннего христианства. Но во времена раннего ислама евреи давно уже не представляли собой того сильного конкурента, каким они были в отношении раннего христианства во времена Римской империи. Тут явно скрыта какая-то тайна, разгадка которой требует отказа от устоявшихся представлений и выдвижения альтернативных гипотез. Оказывается они есть.

Одна из них предлагает присмотреться к религиозным особенностям раннего ислама. Он действительно заимствовал у иудаизма весьма многое, но, кроме того, в исламе есть и христианские элементы. Само по себе это не так уж странно – всякая более поздняя религия складывается на основе заимствований из предшествующих. Странность в том, что иудейские и христианские заимствования в исламе отражают не вполне ортодоксальный иудаизм и не вполне ортодоксальное христианство, а скорее, влияние каких-то сект или даже ересей. Так, изнурительные и долгие мусульманские посты ближе к уставам ранних христианских аскетических монастырей, чем к более позднему византийскому христианству, а апокалиптические описания Страшного суда, ближе к представлениям кумранской общины евреев, чем к традиции иерусалимской ортодоксии. Наконец, в раннем исламе с его идеей «цепи пророков», последним из которых является Мухаммед, можно увидеть и черты гностической ереси: именно такую идею провозглашала известная гностическая секта манихейцев.

Шведский исследователь Тор Андре предложил другую альтернативу происхождения ислама. По его мнению, ранняя проповедь Мухаммеда выдает близкое знакомство с идеями монастырского христианства. Не исключено, говорит Андре, что во время своих торговых скитаний по Южной Аравии и Синайскому полуострову Мухаммед мог побывать в тамошних монастырях, познакомиться с уставами и прельститься их бытом.

Но в гипотезе Андре слишком много слабых мест. Достаточно упомянуть, что имя Иисуса встречается в Коране всего четыре раза, а имя Моисея – около ста раз. Образ Моисея как первого религиозного учителя в исламской «цепи пророков» буквально пронизывает ранний ислам. На его приоритет в создании монотеизма ссылается и сам Мухаммед: «Ибо до этой книги (Корана. – Р.Н.) была книга Моисея (Тора. – Р.Н.)». Кто мог внушить Мухаммеду такое неортодоксальное представление о Моисее и такое уважение к нему? – спрашивает еврейский историк Гойтейн.

И отвечает собственной, еще более нетривиальной гипотезой. Среди еврейских сект, во множестве возникших в иудаизме на переломе эпох, существовала и неведомая нам секта «Последователи Моисея», или «Бней Моше». Возможно, она возникла, говорит Гойтейн, как реакция на ортодоксальный иудаизм. Исследования текста Торы уже давно показали, что в иудаизме все время шла подспудная борьба между священниками Храма, пытавшимися «поднять» роль Аарона, прародителя левитов, в ущерб авторитету и значению Моисея.

Секта эта, полагает Гойтейн, видимо, бежала из Палестины во время Иудейской войны и последующей разрухи, бежала намного дальше, чем кумранская община, – в самую Аравию. Такое предположение подтверждается тем, что первые упоминания о появлении евреев в Аравии датируются именно началом новой эры.

Впоследствии в Аравию бежали и другие еврейские общины, но это уже скорее всего были вполне ортодоксальные иудеи. Поэтому община «Бней Моше», рассуждает Гойтейн, должна была оказаться среди них своего рода изгоем. И вполне правдоподобно считать, что в поисках союзников и покровителей лидеры секты «Бней Моше» искали контактов с арабами. Таинственность, гонимость уединенного еврейского племени, почитаемая им величественная фигура древнего пророка, его религиозное учение, которое «Последователи Моше» противопоставляли более позднему, «испорченному» раввинами иудаизму, – все это могло произвести резкое и неизгладимое впечатление на экзальтированного арабского юношу Мухаммеда и запасть ему в душу так глубоко, что впоследствии отразилось и в его собственной проповеди и религиозном учении. Не на этих ли первых своих духовных учителей, спрашивает Гойтейн, намекал много позже сам Мухаммед в седьмой суре Корана: «Среди последователей Моисея (евреев. – Р.Н.) есть одно племя, которое выше всех в своем следовании Истине и судит в соответствии с ней»?

Тогда вполне понятна и последующая резкая вражда Мухаммеда с основными ортодоксальными еврейскими общинами Аравии. Мухаммеду могла показаться нестерпимо узкой и догматичной, а главное – непримиримо враждебной их ортодоксально- раввинистическая доктрина. Недаром он объявил ее «порчей Истины», «позднейшим извращением». В таком случае, говорит Гойтейн, преследование пророком мединских евреев следовало бы рассматривать как своего рода «религиозную войну» со всей присущей таким войнам нетерпимостью и беспощадностью. И тут возникает соблазн истолковать и последующее стремление Мухаммеда завоевать Палестину (осуществленное его преемниками) как продолжение все той же «религиозной войны» – вроде состоявшихся много позже крестовых походов во имя «освобождения Гроба Господня» от «неверных». Но ведь в Палестине к тому времени (первая треть VII века) евреев практически уже не было. От кого же Мухаммед завешал ее «освободить»?

Новые лица, новые идеи

На этот ключевой вопрос ответили новые участники заочного спора вокруг раннего ислама и происхождения Корана. Ими были американские исследователи Патришия Кроне из Института высших иследований в Принстоне и Майкл Кук из Принстонского университета, оба – выходцы из Школы ориентальных и африканских исследований в Лондоне. Их гипотеза буквально взорвала все представления о генезисе ислама и его основополагающей книги.

Свою докторскую диссертацию «Агаризм, или становление исламского мира» Кроне защитила уже в 50-е годы. Но переворот в представлениях об истории ислама в этой диссертации был настолько решительным, что отдельной книгой (в расширенном виде) она вышла только в 1977 году в соавторстве с другим историком, профессором Принстонского университета Майклом Куком. Книга вышла в издательстве Кембриджского университета. Престижное издательство не случайно опубликовало диссертацию Кроне – к тому времени бывшая аспирантка вошла в число ведущих ориенталистов мира, стала профессором известного принстонского Института высших исследований и автором целого ряда глубоких и всеми признанных работ по истории раннего ислама.

Открывая книгу Кроне и Кука, мы оказываемся в совершенно незнакомом мире. Нам как будто рассказывают совершенно другую историю, хотя и с теми же самыми героями.

Кроне смотрит на историю становления исламского мира глазами тех свидетелей, показания которых прежде всегда оставались в тени. До нее история раннего ислама изучалась преимущественно по арабским источникам. Но с таким же успехом можно изучать историю раннего христианства, пользуясь только Евангелиями. Но (это выявилось в последние годы) все арабские хроники, описывающие эпоху раннего ислама, созданы, на самом деле, много позже тех событий, которые в них описаны.

И прежде всего, нет никаких доказательств существования самого Корана – в какой бы то ни было форме – вплоть до конца VII века, когда Мухаммед был давно уже мертв! Как пишет английский историк Джон Вансброу, первые цитаты из Корана (в виде надписей) появляются лишь в 691 году (на стенах иерусалимской Мечети на Скале), причем эти цитаты явно отличаются от тех же мест в нынешнем тексте Корана. Это означает, что в VII веке Коран еще только складывался. Точно так же установлено, что многое из того, что сегодня называется «ранним исламом», то есть нынешний рассказ о жизни и поучениях самого Мухаммеда, основано на текстах, которые сложились через 130- 300 лет после смерти самого пророка (аналогичная ситуация, хотя и с несколько меньшим временным разрывом, характерна, как известно, и для христианства).

Но в таком случае, говорят Кроне и Кук, следует обратиться к свидетельствам других народов – тех, которые в ту пору окружали арабов. И вот тут-то нас подстерегает неожиданность!

Кроне подвергает скрупулезному анализу еврейский апокалиптический текст «Тайна рабби Шимона бар Иохая», который был написан в середине VII века и содержит следующий рассказ о вторжении арабов в Палестину: «И увидел он приход царей Ишмаэля и возопил: «Мало нам было царей Эдома, так теперь еще и цари Ишмаэля?!». Тогда Метатрон, повелитель воинств, ответил ему и сказал: «Не страшись, ибо Всевышний, да будет Он благословен, избрал у них пророка по воле Своей и привел его покорить землю твою, дабы возродить ее в величии ее». И он спросил: «Как нам знать, что это наше избавление?». И ответил: «Не сказано ли у Исайи: «И увидел всадников на верблюдах…» и так далее? Когда пройдет всадник на верблюде, придет за ним всадник на осле и создаст царство. И будет царство сие избавлением Израиля, ибо подобно оно Спасителю, приходящему на осле».

«Спаситель, приходящий на осле» – конечно, Мессия. Те считанные евреи, которые жили тогда в Палестине, вполне могли видеть в арабских всадниках своих избавителей от византийской власти. Но автор текста включает в традиционное еврейское описание прихода Мессии еще и появление арабского пророка на верблюде в качестве его предшественника! Евреи вряд ли отвели бы «сыну Ишмаэля» такую роль, это могло прийти только из арабских источников. И в них действительно есть тому косвенное подтверждение: калиф Омар именуется там «аль-Фарук», что означает как раз «Избавитель», причем утверждается, что это прозвище дал ему, самому выдающемуся своему преемнику, сам Мухаммед* и это весьма знаменательно.

Может быть, евреи Палестины не случайно так тепло встречали Омара?

Может быть, не врут и армянские источники того времени, в которых сообщается, что при Омаре правителем Иерусалима был назначен некий еврей? Если свести все эти детали воедино, вырисовывается неожиданная картина: вместо привычной ненависти между арабами и евреями, между мусульманами и иудеями, возникает близость одинаковых мессианских чаяний и надежд!

Привычные представления и сама реальность противятся идеям Кроне, но она привлекает на помощь еще один текст – первый армянский документ, в котором упоминается Мухаммед. Это так называемая Хроника епископа Себеоса. В ней расказывается о бегстве группы евреев из захваченного византийцами в 628 году персидского города Эдесса: «И они ушли в пустыню и пришли в Аравию и искали помощи у детей Измаила, объяснив им, что они их родственники по Библии. И хотя многие готовы были признать это родство, евреи не могли убедить большинство, ибо у тех были другие верования. И был в то время измаильтянин по имени Мехмет, купец, и он предстал перед ними как глашатай истины, и научил их путям Авраамова Бога, ибо он хорошо знал Его пути и хорошо знал историю Моисея. И было ему веление объединить их всех под одним человеком и одним законом, который Бог открыл Аврааму. И сказал им: «Господь обещал эту землю Аврааму и его потомству, поэтому пойдем и возьмем эту землю, которую Господь дал нашему отцу Аврааму». И они все собрались и вышли из пустыни, как из Египта, и разделились на двенадцать колен, и впереди каждого колена шла тысяча израильтян, дабы показать им путь в Землю Израиля. И все евреи по пути присоединялись к ним, и стала у них великая армия, и они послали к греческому императору, и сказали ему, что эта земля принадлежит им по наследству их праотца Авраама».

Здесь немало преувеличений. Но… арабо-еврейские союзнические отношения неожиданно подтверждаются еще одним документом – на сей раз арабским! Он называется «Конституция Медины», и в нем, вопреки каноническим рассказам об истреблении Мухаммедом мединских евреев, говорится, что эти евреи, напротив, вошли в одну общину с мусульманами и были поровну распределены между арабскими племенами, – а ведь именно о таком распределении («тысяча евреев при каждом арабском колене»») и говорит «Хроника епископа Себеоса». Причем эта «Конституция Медины» – несомненно, древний документ, ибо более поздние арабские источники настойчиво пытаются убедить, что вражда между евреями и арабами возникла почти фазу после прибытия Мухаммеда в город; тем больше оснований, говорит Кроне, верить более раннему источнику.

Попробуем теперь собрать воедино все свидетельства, приведенные Кроне и Куком, – к чему это все ведет, что означает?

Если собрать воедино все «свидетельства соседей», приведенные Кроне и Куком, то возникнет довольно связная, хотя и крайне непривычная схема. Поначалу главным стремлением первых мусульман было мессианское стремление чисто «еврейского типа» – отвоевать Обетованную землю – для себя и своих сородичей по Аврааму, своих религиозных учителей-евреев. Евреи, по Кроне, не только приняли эту мессианскую затею с воодушевлением, но и, возможно, сами были ее первыми вдохновителями. Не они ли нашептали Мухаммеду, что он является продолжателем дела Моисея и что ему, как и самому Моисею, суждено вывести свой народ из пустыни (только в данном случае не из Синайской, а из Аравийской!) в Землю обетованную, то есть совершить своеобразный «арабский Исход»?

Но если план завоевания Палестины действительно был такой религиозно-мистической попыткой повторения Исхода, то нельзя ли найти следы этого в ранних исламских источниках? – спрашивает Кроне. И ей удается найти эти следы! Как? Она задается странным на первый взгляд вопросом – как могли называть себя эти первые последователи Мухаммеда? Разумеется, не «новыми евреями», но и не «мусульманами», ибо это слово впервые появляется только в упомянутой нами надписи в иерусалимской Мечети на Скале, а эта мечеть была сооружена лишь в 691 году.

Зато в греческом папирусе 642 года и в некоторых сирийских источниках того же времени первые последователи Мухаммеда именуются странным словом «магаритаи», или «магараи», соответствием чему в арабском языке является слово «мухаджрун», означающее тех, кто принимал участие в Хиджре. Хиджра же обычно переводится как «исход», и, согласно каноническому исламскому толкованию, означает именно исход, или бегство Мухаммеда с первыми последователями («мухаджрун») из Мекки в Медину.

Но «мухаджрун», подмечает Кроне, имеет и еще одно значение: оно переводится также как «агаритяне», то есть потомки Агари, матери Ишмаэля. Любопытно при этом, что более древним является именно это второе значение, ибо ни слово «Хиджра», ни сам рассказ о бегстве Мухаммеда из Мекки в Медину не упоминаются в ранних исламских источниках. Как это понять?

А был ли «исход»?

Может быть, этих упоминаний нет потому, что поначалу никакой «Хиджры», на самом деле, не было? А была группа религиозных единомышленников, называвших себя «мухаджрун», или «агаритяне», потомки Агари, которые задумали совершить Исход из Аравийской пустыни в Землю обетованную, завешанную Господом их праотцу Аврааму, в полном подобии древнему Исходу своих сородичей-евреев из Синайской пустыни в ту же Землю обетованную праотца Авраама (только под водительством Моисея, а не Мухаммеда). И лишь много позже составители исламского канона, желая скрыть следы этого Исхода, задним числом придумали легенду, будто Исход агаритян был всего-навсего бегством Мухаммеда и его единомышленников из Мекки в Медину, а чтобы объяснить, почему участники этого «бегства» называли себя «мухаджрун», объявили, что «мухаджрун» – это производное от слова «Хиджра», которым было якобы прозвано упомянутое событие, будто бы положившее начало превращению арабов в мусульман. «В этой игре слов, – говорит Кроне, – как раз и состояло самое раннее зерно той веры, которая впоследствии превратилась в ислам».

По ее мнению, далее с новорожденным «агаризмом» произошло примерно то же, что произошло с ранним христианством, в котором нашелся апостол Павел, круто повернувший новое учение, ранее ютившееся на обочине иудаизма, к другой, много более широкой аудитории – с известными и судьбоносными историческими последствиями. Агаритяне тоже отвернулись от евреев, и агаризм тоже переименовал себя, став исламом, только мусульмане, в отличие от христиан, принялись расширять число приверженцев ислама не словом, а мечом. Не случайно вторая часть работы Кроне и Кука так и называется: «Агаризм без иудаизма».

Вот как, на взгляд авторов, происходило становление ислама. Войдя в заветную Палестину, агаритяне с удивлением обнаружили, что основную часть ее населения составляют не евреи, а христиане, и это побудило их произвести переоценку приоритетов. По утверждению того же Себеоса, вскоре между евреями и арабами вспыхнул первый конфликт: евреи требовали, как и положено в мессианские времена, тотчас приступить к восстановлению Храма, арабы вместо этого начали строить свою Мечеть на Скале. Одновременно они, в точном следовании предписаниям «реал-политик», стали сближаться с более многочисленными христианами: уже в 650 году калиф Муавия молился на Голгофе, в Гефсиманском саду и у могилы девы Марии. Впрочем, так утверждает епископ Себеос, сам христианин, но вот и письмо некоего Яакова из Эдессы тоже сообщает, что «агаритяне признают Иисуса подлинным мессией».

Затем появляются данные и о сближении агаритян с палестинскими самаритянами, и это весьма существенный шаг, ибо основные принципы «Моисеевой веры» с ее Пятикнижием (в отличие от веры «Авраамовой») принимались и самаритянами и отчасти христианами, и, стало быть, на этой основе можно было создать более широкий и сильный религиозно-политический союз. И вот этот-то переход от союза с евреями к союзу с христианами и самаритянами имел, по мнению Кроне, решаюшее значения для агаритян. Мало того что такой союз освободил их от привязки к «Мессии из дома Давидова», то есть к еврейскому Мессии, – он позволил им, наконец, создать и собственную национальную религию.

«Использовав веру Авраама для утверждения и определения себя, – пишет Кроне, – агаритяне взяли затем на вооружение христианский мессианизм, чтобы подчеркнуть, кем они НЕ являются (евреями. – Р.Н.), и, наконец, заимствовали у самаритян доверие к одному только Пятикнижию, чтобы выработать собственную религиозную доктрину». Соответственно была переосмыслена и роль Мухаммеда. Возможно – под влиянием все тех же самаритян, – он превратился в глашатая совершенно нового Закона, уже не Моисеева, записанного в Пятикнижии, а своего собственного, записанного в Коране. Тогда-то это новое учение и получило собственное название – ислам.

Кроне считает, что и тут проявилось влияние самаритян. Слово «аслама» (восхождение) существовало и в иврите, и в арамейском, и в сирийском языках, но только у самаритян оно приобрело значение «покорность Богу». Это и стало самоназванием новой религии. Так «исход» агаритян в Палестину и столкновение арабов здесь с самаритянами, христианами и евреями привели к становлению ислама как особой новой религии, которая принялась энергично (и насильственно) привлекать все новых и новых сторонников.

Такова картина становления раннего ислама и появления Корана, нарисованная Патришией Кроне. При всей своей убедительности и логичности она не стала последней. Исследования продолжаются, и гипотезы множатся, но теперь уже – под определенным влиянием работы Кроне. Так, идеи немецкого исследователя Люксенбурга впрямую примыкают к идеям Патришии Кроне. Люксенбург говорит, что многие трудности понимания Корана связаны с тем, что его рассматривают как чисто арабский текст, тогда как он возник под сильным влиянием арамейского языка, который был в те времена основным для ближневосточных евреев и христиан. Иными словами, поскольку Коран складывался в среде носителей арамейского языка, он не мог не испытать и влияния их религиозных идей в точном соответствии с тем, что утверждает Кроне.

В качестве примера такого языкового влияния Люксенбург приводит известное изречение Корана о том, будто на том свете исламских самоубийц ждут девственницы, в тексте – «хур». Исламская традиция утверждает, что это слово якобы является сокращенной формой «хури», что означает «девственницы», и соответственно объясняет этот отрывок своим неграмотным слушателям, тогда как на самом деле – это арамейское «белый изюм»…

Теперь понятно, почему книга Люксенбурга так долго не могла найти издателей даже в Европе – хранители исламской веры не любят, когда им указывают на перетолкование ими священного текста или напоминают, как это сделал в своем романе Салман Рушди, о «запретных сурах» Корана. И не только не любят, но и готовы любой ценой подавить такое «кощунство». О судьбе самого Салмана Рушди говорить не приходится. Фанатизм ревнителей Корана сравним разве что с фанатизмом вдохновленных им террористов-самоубийи.

Где уж ученым в таких условиях изучать становление ислама и Корана?! Приходится лишь удивляться тому, что хоть что-то в этом направлении все-таки делается.

Интеллектуальные игры «3–С »

Игры и задачки «Зеленого шума»

Каждый год в Зеленоград съезжаются юные победители заочных турниров интеллектуальных игр «Зеленый шум». В очном поединке определяются наиумнейшие, а мы о них рассказываем.

Мо вы можете проверить свои способности или поиграть в те же игры просто так, сами с собой или друг с другом.

Авторы задачек «Зеленого шума» открывают свою рубрику в нашем журнале – для всех, кто любит пораскинуть умом.

«Фамильярные» омонимы

Омонимы – это слова, которые имеют несколько различных значений. Этим свойством языка пользуются создатели каламбуров – основы многочисленных анекдотов, таких как «про Штирлица».

На пример: «Штирлиц стрелял вслепую. Слепая упала». Или: «Штирлиц и Борман стреляли по очереди. Очередь быстро редела».

Ответом будет имя или фамилия человека, известного в какой-либо области деятельности.

1. Окрик разгневанного учителя, или имя датского астронома, наблюдения которого помогли Кеплеру вывести его знаменитые законы.

2. Птица, которой песня приписывает особую верность, или прообраз «генерального» героя актера Булдакова.

3. Материал, прославивший сирийскую столицу, или фамилия французской писательницы по имени Луиза Жермена, упомянутая в «Евгении Онегине».

4. Характеристика сибирской зимы, или актриса, запечатленная в немом фильме «Песнь торжествующей любви».

5. Временный стан во время страды деревенской, или журналист, нашедший своего настоящего человека.

6. Холодный и сильный северо-западный ветер на юго-западе Франции, описанный Ван гогом, или чилийская поэтесса, чей призыв собрал волонтеров в армию Сандино.

7. Валюта европейской страны, или девочка, потрясшая всех своим дневником.

8. Форма существования семьи насекомых, или имя одного из глашатаев перемен в СССР времен перестройки.

9. Самый популярный сорт садовой клубники, или имя самой известной королевы Ганноверской династии.

10. Сто австрийских грошей, или петербургский создатель телеграфа, которому Пушкин посвятил строки, ставшие эпиграфом телепередачи Петра Капицы.

11. Материал, изготавливаемый на основе асбоцемента, или известная топ-модель, не отказывающая себе в бифштексах.

12. Аксессуар пастуха, при пользовании которым на отдельных участках удается превысить скорость звука, или имя норвежского писателя, нобелевского лауреата, автора романа «Виктория».

Портрет Номера

Привет, Джо!

Хочу сердечно поблагодарить Виктора Бреля. Без его живых рассказов, фотографий и коллажей эта статья не появилась бы в журнале.

«Скай-сити – 1000» – «небесный город» – проект известного японского архитектора Сидзюо Хараду

– Эй, Бельская-а-а! Привет!

Я переходила улицу на красный свет в самом неподходящем месте. Лавируя, пытаясь обрести щель среди мчащихся и ревущих мустангов, я чувствовала, что проблема выживания стоит для меня очень остро. Водители крутили пальцем у виска, но я не должна была отвлекаться. Одолев этот смертельный лоток, я вдруг вспомнила о едва расслышанном «привете» и увидела Иосифа Гольдина, друзья звали его Джо.

Времени зря он не терял – на крышке бака для мусора были разложены какие-то листки, картинки, чертежи, а поверх всего стоял увесистый портфель, оберегая бесценные бумаги от ветра.

Спокойная сияющая физиономия не несла на себе никаких следов страха за мою едва не оборвавшуюся жизнь.

Наоборот, приглашала эпикурейски ее продолжить. – Смотри сюда, – взмах рукой к крышке бака. -

Видишь? Это «Зеркало для человечества». Размеры гигантской башни указаны, высота, диаметр. А это – зеркальные полусферы. Какая красота! Ты только посмотри! Но не в этом дело – дело в спутниковой связи, а в результате – в мировом процессе, в мире, который должен благодаря «Зеркалу» победить. Почему? Очень просто. Слушай.

Вверху, на левой полосе: дом-полусфера знаменитого Бакминстера Фуллера среди знаменитых ингушетских башен. Коллаж В. Бреля. Иосиф в Японии, май 1991 года

Автомобильная Ниагара в шаге от нас продолжала реветь, мои ноги подгибались от только что пережитого страха, и вообще мне хотелось домой.

А его время уже отмеряло шаги к Вечности. И на пути к ней он создавал памятники человечества. Это была наша последняя встреча.

Стремительный, горящий день

Пронесся, как полет стрелы.

То жизнь была…

Как его только не называли! Авантюрист, тунеядец, чокнутый, фантазер, чудак и, наконец, – гений. Называли в меру своего понимания жизни, поведения и поступков. А особенности его личности и ее масштаб вмешали все. Его друзья говорили, что он подобен траве, растущей сквозь асфальт. Мне же он представлялся летящей стрелой, выпущенной из могучего лука и точно направленной в цель, стремительно пронзающей пространство… Причиной была его совершенно безграничная энергия и такая же безграничная вера в то, что он говорил и делал. Казалось, он вполне мог идти по воде, в каком-то смысле он и шел…

Он родился в 1939 голу – не лучшее время для появления на свет* Все тяготы грандиозной войны и грандиозной катастрофы: голод, трагедии, резкое падение нравственных ценностей и цены человеческой жизни, бандитская удаль и пьяный разгул воровского тыла и его же героизм и непомерные жертвы, а потом – послевоенные шарманки в руках полуживых инвалидов и белые мышки, предсказывавшие судьбу, – все это запечатлелось в живой и восприимчивой душе ребенка, запечатлелось для того, быть может, чтобы всю жизнь прорастать, являясь в реальности в разных обличьях, но всегда с одной целью – покончить, вырвать с корнем саму вероятность чего-то подобного. Возможно, все поселившееся в нем в детстве и было тем могучим луком, из которого вырвалась эта звенящая стрела.

Немного позже, в 1943 году, во французской католической миссии в Китае французский монах Пьер Тейяр де Шарден писал свою знаменитую книгу «Феномен человека». В ней он делил всех людей на три группы, три потока. Одни считали, что высшая мудрость – отказаться от желаний, освободиться от суеты жизни, стать свободным. Другие, наоборот, – наслаждаться всем, что дает каждый миг жизни, удовлетворять желания и удовольствия – вот счастье.

А третьи – люди странные. «Они упорно преследуют какую-то цель, будто услышали обращенный к ним зов». Они всегда идут своей дорогой, безразличные к хвале и клевете. Для них единственный способ жить – это реализовать свою внутреннюю программу. Можно считать их чудаками, говорит Тейяр де Шарден, но не будем спешить. Посмотрите вокруг: все, чего достигло человечество, придумано, открыто, создано ими. Их мало, но они – соль земли.

Тогда же, в 1943 году, в Нью-Йорке американский психолог Абрахам Маслоу пришел к выводу, что душевную норму нужно устанавливать по лучшим людям, как физическую – по спортсменам. И главным качеством таких людей, а это обычно люди одаренные, творческие, он считал самоактуализацию, самореализацию. Человек сам, исключительно по своей воле реализует заложенные в нем силы и возможности[* Г. Аксенов. От стыда к радости. «Отечественные записки*].

Именно к этим людям и относился Иосиф Гольдин.

Он рано лишился матери, а с отцом не находил ничего общего. И это понятно: такие люди, как он, воспринимаются белой вороной, они раздражают, их начинают учить, как «надо» жить. Это естественное в девяноста из ста случаев родительское поведение. И что же? Своего они не достигают, а детей лишаются. Дети такие, как Иосиф, всегда идут своей дорогой. Словом, он остается один, без матери и без отца. Но – с друзьями, с дружеским окружением, оно всегда было тесным.

Он очень правильно выбирает себе образование – биологический факультет университета, а затем аспирантура в Институте биофизики Академии наук СССР в Пушино на Оке, и начинает исследовать «бессознательное», хорошо понимая, как много именно там «зарыто» ключей к способностям, задаткам, поведению и, наконец, вектору человеческой жизни. Он хочет заглянуть в мир, почти неведомый, мало известный, шагнуть на землю, почти не изученную – «terra incognita», с единственной целью – сделать человека сильнее, умнее, добрее и лучше, чем он есть сегодня, сейчас.

Он становится одним из организаторов Первого международного симпозиума «Бессознательное», который проводит в Тбилиси в 1979 году. Он – иниииатор Международного конгресса накануне Олимпийских игр «Спорт в современном обществе». Там создает секцию «Спорт высших достижений в системе комплексного изучения человека».

Его «экспедиция к резервным возможностям человека» началась рано, в далекой молодости, и продолжалась всю жизнь; он спешил, словно знал, что времени отпущено ему не слишком много.

В редакцию он пришел первый раз, когда мы только-только одолели прорвавшийся водопровод, но тут прорвало канализацию… А жили мы в подвале девятиэтажного дома во Втором Волконском переулке, и канализация с водопроводом и отоплением давали о себе знать таким вот неблаговидным образом довольно часто. Авторы в это время старались не приходить, а уж если пришли – не задерживаться. Не то – Иосиф. Сияя улыбкой и доброжелательностью, он явился как будто к хорошо знакомым людям, которые вдобавок его давно уже заждались, и потому, не торопясь, но темпераментно и напористо стал объяснять, что это такое – суггестология[* «Знание – сила», 1971, № 7.].

Он только что познакомился с Лозановым, проникся его методом и «понес его в массы», то есть в журнал. Аварийная редакционная обстановка, своеобразный сленг ассенизаторов, рев насосов и специфический запах его явно не смущали, вернее, он их просто не замечал. Для него ничего не существовало, кроме задачи открыть нам, что за чудо лозановский метод.

В 70-е годы он занялся суггестологией (наукой о внушении), тогда только-только заявлявшей о себе. Его вдруг заинтересовал такой, в сущности, простенький вопрос: почему в течение веков создавалась и совершенствовалась система упражнений и навыков в физическом труде и спорте, в области же умственного труда ничего подобного нет и по сей день? Это тем более странно сегодня, когда способность порождать и овладевать знаниями ценится выше физического совершенства и нервные и умственные перенапряжения никого не оставляют в покое.

Вот в этих нечеловеческих условиях защита людей из вопроса профилактической гуманности превращается в проблему жизни и смерти. Так думал Гольдин. И ответ для него явился в образе суггестологии. Именно она, по его мнению, способна стать необходимой системой зашиты от перенапряжений, с одной стороны, а с другой – именно она способна невероятно расширить человеческие умственные возможности. И это легко объяснить. Дети поглощают в день такие «тонны» информации, перед которыми отступит любой взрослый. Но откуда у взрослых возникла эта неуверенность в возможностях своей памяти? Откуда? Если даже специалисты признают, что им известно назначение лишь четырех процентов субстрата нашего мозга?

[еоргий Лозанов в своей практике увидел, какие перспективы открывает внушение для расширения и улучшения памяти. И, в сущности, это не было открытием – в недрах психотерапевтической практики давно зрело убеждение, что человек обладает огромными резервами памяти.

Тогда в редакции как-то так случилось, что все отложили свои дела и слушали его, открыв рот, тоже позабыв про бедствие. И действительно поверили, и статью напечатали. Такой он был человек – его убежденности невозможно было противостоять.

С того далекого времени он к нам словно был приписан.

А потом он надолго исчез из нашей жизни. И вот почему.

Еше в 60-е годы знаменитый канадский профессор Маршалл Мак- Люэн заметил, что запуск спутника сделал возможным «глобальный театр». Что это такое, поняли и первыми осуществили это пророчество рок-музыканты, устроив в начале 80-х годов космические телемосты, – трансатлантические переклички Москва – Калифорния, Лондон – Филадельфия.

Иосиф Гольдин стал автором сценарной заявки первого телемоста с советской стороны и одним из координаторов телекосмического эксперимента. Сколько сил и энергии у него на это ушло, страшно представить. Но он победил. Ему удалось, и первый мост состоялся. Кстати, это с его подачи телемосты стал вести Владимир Познер, и лучшей кандидатуры вряд ли можно было представить. Вот как говорит о первом мосте Роберт Фрилинг, американский ассистент проекта первого телемоста: «Когда несколько сотен москвичей, собравшихся перед студийным экраном в телецентре, увидели экран «Даймонд Вижен» и затем разглядели себя на этом экране в Калифорнии и поняли, что это им машут руками сотни тысяч американцев в ритме несушейся из Москвы музыки, они испытали новое чувство «дистанционной близости». Искусственные барьеры «я против них» внезапно и драматично уступили место новому чувству общности, когда разделенные тысячами миль молодые люди разглядели себя и свои отражения в улыбках и глазах своих сверстников».

Фрагмент технической конструкции «Скай-сити 1000»

Я давно задавалась вопросом: что может дать сбой в отлаженном механизме наследования культуры? Если кто-то скажет, что меняют ее беспрерывно научные и технические достижения, изобретение радио, например, паровоза или книгопечатания, он ошибется. Речь идет не о прогрессе и прогрессистской теории. Речь, в сущности, о том, что если не происходят изменения в наследовании и культура воспроизводит полностью самое себя, история как бы стоит на месте, она повторяется, прокручивается, буксует. Ведь понятно же, что историю нельзя объяснить историей. Даже революция приводит, по существу, к монархии, к тоталитаризму.

Значит, дело не в истории, а в людях – какие люди, такая история. Измените людей, и изменится их история. Но что может изменить человека, его реакции, привычные приоритеты, поведение, отношения? Что?

Иосиф вполне осознанно искал и был убежден, что это всегда что-то очень простое, – улыбка, протянутая рука с хлебом, вдруг – тишина перед первым солнечным лучом. В такие минуты в душах людей брезжит свет, и души открыты миру, а не вражде, доверию, а не настороженности. Надо, чтобы люди видели чаше себя и других и обсуждали, минуя высокие инстанции, то, что их волнует, нужно ломать границы и препоны в сознании – вот его идея.

Владимир Лефевр, бывший советский ученый, а ныне доктор психологии, профессор Калифорнийского университета и, главное, один из основоположников научного направления – психологии рефлексивных процессов, перед встречей Горбачева с Рейганом встретился с консультантом президента Джеком Мэттлоком. Они проговорили два часа. Мэттлок счел эту встречу чрезвычайно важной. Почему?

Лефевр говорил, собственно, о том же самом, о чем думал и что исследовал Иосиф Гольдин, – о психологии людей, их разных реакциях на одно и то же и разных отношениях к одному и тому же.

Понять другого бывает безумно трудно. Что же говорить о народах, которые вдали друг от друга столетиями формируют свои традиции, привычки, обычаи, понятия? Как пробиться к сознанию, минуя все это? «Я предложил американскому правительству, – писал впоследствии Лефевр[* В. Лефевр. Слыть миротворцем или быть им? // «Знание – сила», 2002, № 3.], – не пытаться разрешать конфликты путем подписания каких-либо официальных документов, а добиваться снижения напряженности «де факто», на самом деле, независимо от того, как это оформляется в официальных дипломатических бумагах». Впоследствии аналитики, высоко оценивая успех встречи президентов, относили его за счет тактики, предложенной Мэттлоком – Лефевром.

Добиваться снижения напряженности – это как раз то. что становится идеей главного проекта Иосифа Гольдина, – «Зеркало для человечества».

В Ингушетии с Аушевым Гольдин обсуждает возможность строительство «Маяка-зеркало» для человечество

Сам Иосиф говорил об этом так: «Два глобальных проекта, сданных «под ключ» в XX веке, оставили нам в наследство Бомбу и Баллистическую ракету».

При этих словах я вздрагиваю, вспоминаю год его рождения и самые первые детские впечатления, которые вот сейчас «прорастали».

Он продолжал: «Именно это заставило прийти к новому политическому мышлению. Необходим еще один глобальный проект, который бы стал инструментом массового возрождения. Им, думаю, может стать «Зеркало для человечества» – сцена глобального театра, если угодно, электронная версия Вавилонской башни, создавая которую, человечество, как и завещано, сформируется в нормальное разумное сообщество».

Точно так же, как Лефевр перед встречей глав стран в Рейкьявике спешил сказать о том, что понял и что, по его мнению, могло облегчить переговоры, перевести их в другую плоскость – более доверительную, человеческую (а человек и психолог он выдающийся), так же спешил и Иосиф Гольдин с этой же целью и тоже перед встречей президентов, только теперь – в Японии.

Удивительно, как люди выдающиеся, остро чувствующие тень надвигающегося будущего, а себя – гражданами Земли, одинаково ведут себя в сходных ситуациях!

Лефевру повезло больше – он был услышан и понят, и мысли его, безусловно, витали в Рейкьявике. Гольдину повезло меньше.

Задолго до наступления сезонов тайфунов над Токио пронесся ураган.

В отличие от природных, этот в облике коренастого пятидесятилетнего крепыша со шкиперской бородкой и проницательным взглядом не разрушал, а созидал.

Владимир Овсянников

Вся эта поездка в Японию и не одного Иосифа, а сразу десяти человек, которых он тут же назвал «делегатами народной дипломатии», может показаться оригинальным, почти экзотическим розыгрышем, в который совершенно невозможно поверить.

Поистине сверхъестественные способности понадобились ему, чтобы проникнуть в одночасье в американское и японское посольства, в наш бывший Верховный Совет (где был написан прямо при нем Указ о «народных дипломатах»), найти спонсора, сделав его главой делегации, получить на всех визы за день-два до вылета (при том, что визы в интересах безопасности президента не выдавались за 45 дней до начала переговоров), купить билеты и провезти большую сумму денег, минуя всякие проверки!

Виктор Брель, художник-фотограф нашего журнала, человек подстать Гольдину, его друг и ближайший помощник, рассказывая об этой поездке, участником которой он был, до сих пор не может скрыть изумления и восхищения человеком, которому, словно магу, было подвластно все. Его «вело», и преград не существовало.

И вот они в Японии.

Однако, едва спустившись с трапа самолета в Токийском аэропорту, они поняли, что их здесь не ждали. Более того, скоро и для японцев, и для русских стало ясно, что это люди – опасные и потому их нужно всячески избегать.

Японских чиновников, организовывавших встречу в верхах, поувольняли за то, что они понятия не имели о приехавшей делегации «народных дипломатов». А русские со своей особой подозрительностью, решив, что это присланный с самого «верха» контроль за ними, решили окружить их вакуумом, чтобы они ничего не узнали и потому ничего не смогли «настучать» по приезде.

Положение становилось безнадежным. Ни о какой встрече с помощниками президента речи быть не могло. Несмотря на связи и дружеские отношения некоторых «народных дипломатов» с ними, они не шли ни на какие контакты, сильно уступая в открытости и доступности американским чиновникам того же ранга.

Так, тщательно продуманная миссия, с таким трудом осуществляемая, вдруг, словно туман, растворилась в людской подозрительности, бездарности и бескрылости…

А что же Гольдин?

Бывают ли чудеса? – спросили Блаженного Августина. – Бывают. Восход Солнца каждый день.

Здесь уместно вспомнить фигуру МакЛюэна, профессора английской литературы из Торонто, социолога, всемирно известного теоретика средств массовых коммуникаций, – «верховный жрец электронных джунглей», так в шутку звали его журналисты. В 1962 году он выпустил книгу «Галактика Гутенберга: создание типографского человека». Книга обошла весь мир, стала бестселлером. И не случайно. Он очень точно подметил, что линейность чтения слева направо или наоборот формирует определенным образом мозг. Линейность культуры чтения создает культуру «глаза и разума», что сказалось на мышлении и психике человека, приведя его к самоцентричности, индивидуализму в ущерб коллективизму.

С приходом электронной эры книга, до этого универсальный источник информации, начинает исчезать, вновь уступая место устной речи плюс зрительному образу, коммуникациям плюс телекоммуникациям, что требует иного восприятия – одновременного – и, значит, другой модели мышления. Теперь человечество превращается в «глобальную деревню», где новость не просто узнаешь, но можешь увидеть, едва она случилась.

Иосиф очень сильно постарался приблизить не просто новости, но и жизнь разных людей друг к другу. Идея была простая: чем ближе к тебе человек, тем яснее, что он, собственно, мало отличается от тебя, даже если у него другой цвет кожи и другой разрез глаз. Потому что его реакции на события и поведение людей очень похожи на твои – люди смеются над смешным и плачут, когда страдают. А раз так, «идея врага», враждебности должна остаться в прошлом, уступив место братству и взаимопониманию.

Он был неисправимым идеалистом-практиком, по словам человека, его хорошо знавшего. Телемосты, начатые им, скорее доказали его практичность; «мосты работают», сводя людей, сближая их позиции и точки зрения. Кроме того, его, безусловно, «грела» мысль, что виртуальная реальность меняет модель сознания, до того созданную чтением, а не смотрением. А если меняет, почему бы не изменить ее в лучшую сторону?

А может быть, сегодня слова вообще не так важны? Ведь заменяет же многим картинка в телесети книгу? Может быть, сегодня важнее… молчание? Такой вот неожиданный виток сделала вдруг мысль Гольдина. Что если перед встречей президентов Тосику Кайфу и Михаила Горбачева устроить наблюдение за восходом Солнца?

Кто знает, что происходит в это время в душах людей? Иосиф был уверен, что это, как очищение, душевное омовение; человек освобождается на какое-то время от скверны, страхов, забот, суеты. Луч Солнца соединяет его с Землей и Богом. Перед важными делами – принятием решений такой миг может стать судьбоносным. Вот он и хотел, чтобы до начала переговоров Тосику Кайфу и Михаила Горбачева в зале наступила минута тишины, – Солнце появилось на небосводе, и они оба причастились бы этому чуду.

Но судьбе не угодно было осуществить мечту Иосифа Гольдина. Для них, как он ни старался, чуда не произошло.

Хвалу и клевету приемли равнодушно…

А.С. Пушкин

Редко можно встретить человека, столь не склонного впадать в радость или отчаянье по поводу своей персоны и всего того, что с ней происходит. И даже, как ни странно, по поводу своего дела. Его несгибаемая уверенность была так велика, что отношение окружающих оказывалось всего лишь естественной и вполне предсказуемой помехой, которую не следовало замечать, а делать то, что считаешь нужным с бесконечной верой. И все.

Стрела «работала», летела – он стремился к цели, на ходу меняя тактику, превращая поражение в победу. Так было и в Японии. Когда оказалось, что к встрече президентов он и все остальные «народные дипломаты» не будут иметь никакого отношения, он, ничуть не горюя, принялся добиваться своего, взявшись за дело с другой стороны.

Одна из крупнейших корпораций Японии «Такэнака», воспользовавшись услугами известного архитектора Сидзюо Хараду, разработала проект небоскреба «Скай-сити – 1000» («Небесный город – 1000») высотой в тысячу метров. Гигантский комплекс, позволяющий разместить на 800 гектарах более 100 тысяч человек вполне в комфортабельных условиях. Предполагалось создать пространственные территории «полочного» типа, которые включат в себя все компоненты инфраструктуры (транспорт, энерго- и водоснабжение, канализацию и прочее), необходимые для целого городского района. На каждой такой территории будут жилиша, офисы, торговля, школы.

Понятно, что разработчики проекта использовали самые передовые строительные идеи. Например, концепцию объемной конструкции, системы вертикального транспорта, предполагалось использовать даже строительных роботов и особые системы для защиты от катастроф и сбережения энергии. Были и другие «сумасшедшие» идеи – например, создать «воздушные плато». Небесный город должен представлять собой огромную структуру из четырнадцати таких вогнутых плато, расположенных одно над другим, а внутри каждого – просторная площадь, где можно прогуляться среди цветов и деревьев.

Словом, не в сказке сказать, не пером описать.

«Очень хорошо, – говорит Иосиф, связавшись с корпорацией и став участником семинара в клубе иностранных корреспондентов в Токио в мае. Как раз в это время он был еще в Японии. – Но что это за^ гигантский, совершенно невероятный дом без сверхзадачи, сверхидеи? Дом и все? Вкладывать такие бешеные деньги просто в дом?! Это несерьезно. Давайте сделаем «Скай-сити» Маяком для человечества. Вот сверхзадача!

У стен родной редакции «Знание – сила» – расслабляться так расслабляться

«Скай-сити» – по существу, ключевой элемент системы «Зеркала для человечества». Ну, смотрите, если совместить их в единое целое, это же во много раз усилит их ценность и реальное значение. Почему? Очень просто. Объясняю.

Вы же все знаете Бакминстера Фуллера, одного из самых замечательных и оригинальных мыслителей XX века. Он прославился как инженер, дизайнер, строитель, хореограф, математик, поэт, философ, но более всего – как изобретатель и архитектор. Он изобрел и понастроил в пятидесяти странах мира, добравшись даже ло Аляски, дома-полусферы, друзья назвали их баки-дома, потому что его звали Баки. Эти необычайные строительные конструкции, «геофизические купола», со временем, по его мысли и мысли его друга МакЛюэна, должны будут стать важной частью грядушего мира[* Ю. Чирков. Зеркало для человечества // «Миллениум», 2002, № 2.]. Они должны стать элементами той сети, которая уже сегодня возможна благодаря спутниковой космической связи.

Но если это – уже реальность, то, может быть, нам стоит сделать следующий шаг. Ведь благодаря новому политическому мышлению и развитию советско-японских отношений жители Сибири и Дальнего Востока могут обрести иную жизнь. Наш «Маяк для человечества» сделает связь между людьми и городами реальностью. Сеть спутниковой связи свяжет людей…

Может быть, благодаря нашему «Маяку для человечества» возникнет советско-японский архипелаг технополисов, в которых люди, возможно, станут немного счастливее…»

Вот о чем он мечтал. Зеркалом или Маяком связать людей, показать им друг друга и увидеть, что общего больше, чем разного, и конфронтация – пережиток прошлого убогого и злобного политического мышления.

Трудно было представить себе, что японцы, в основном бизнесмены, люди чрезвычайно осторожные и недоверчивые, всерьез и сразу поймут и согласятся с Иосифом. Он сам на это мало рассчитывал. Но именно так и случилось. Его идея вызвала настоящий восторг и принята была тут же, безоговорочно: «Такэнака», это было самым главным, поддержала идею слияния «Скай-сити – 1000» и «Зеркало для человечества» в единую концепцию «Маяк – зеркало для человечества».

Безудержная энергия Гольдина и его аргументы увлекли людей, на первый взгляд чуждых фантазий. Потому что они пережили Хиросиму и Нагасаки, устали от страха и, может быть, поверили, что политику могут творить люди, чуждые войнам…

Сбсуждоть свои идеи в кругу друзей редакции – любимое занятие Джо

На камне надпись: «Здесь будет построена столица Ингушетии». Он мечтал и об этом

Да, он был безразличен к одобрению, личному успеху. Юрий Чирков, давний автор и друг журнала, хорошо знавший Гольдина, написал о нем статью в журнале «Миллениум», серьезную, умную, и дал Иосифу прочитать. Юра рассказывает, как удивило его равнодушие Иосифа. В этом было даже что-то обидное, но Юра слишком хорошо знал цену Иосифу, чтобы обижаться. Джо жаждал только достижения цели, ничто другое его не волновало.

Но жизнь шла вразрез его надеждам, уверенности и намерениям. Грянул августовский дефолт 1998 года. Новое политическое мышление, о котором навязчиво, словно заклиная, говорил Джо, всей душой желая верить в его наступление, похоже, так и не наступило. А старому годилось и старое. «Маяк – зеркало для человечества» – это не для них. Время изменить людей, чтобы изменилась история, в частности наша российская, похоже, еще не наступило. И Джо не дождался его наступления.

Он умер один в гостиничном номере от сердечного приступа.

Как мало мы о них знаем

Ты кто: козленок или ягненок?

Если с рождения отдать звериного детеныша приемной матери из другого вида, то, вырастая, малыш забывает свою видовую принадлежность и даже семью пытается организовать с соплеменниками приемной матери. К такому выводу пришли английские зоологи из Кембриджа. Они вырастили десять ягнят в семье коз, а десять козлят – в овечьем семействе. Когда взрослых животных поместили в общий загон, «приемыши» начисто забыли свою кровную принадлежность и общались только со своими «молочными» братьями и сестрами. И даже после года совместного общения ситуация не изменялась. Значит, воспитание все-таки важнее, чем голос крови? Во всяком случае, этот эксперимент заставляет задуматься.

Букварь для попугаев

Супруги Кейти и Джим Копленды из американского города Клинтон выпустили первый в мире учебник для попугаев. Это 90-минутная кассета, половина которой – простейшие фразы, так сказать, минимум попугайского общения. Остальное место занимают популярные мелодии. Самое удивительное, что и тексты, и песенки – это записи амазонского попугая по кличке Герджи. Копленды считают, что с голоса своего соплеменника попугаи научатся петь и говорить гораздо быстрее, чем с голоса человека.

Зачем лягушке пятая нога?

А действительно, зачем? Вроде бы и не к чему. Однако внимание студентов в американском штате Висконсин привлекла леопардовая лягушка, у которой было именно пять ног. Пятая находилась чуть ниже горла. Разумеется, красавицу тут же зафиксировали на пленку. Как полагают американские ученые, причиной появления у рептилии пятой конечности могут быть генетические нарушения, вызванные воздействием пестицидов, широко используемых в сельском и лесном хозяйстве страны.

Птичку жалко

Испанские ученые опубликовали результаты исследований, показывающие, что в рацион большой летучей мыши, обитающей в Европе, входят не только насекомые, но и мелкие пернатые. До сих пор этим грешила только тропическая порода летучих мышей. Но в отличие от своих южных сородичей европейская большая летучая мышь ловит птичек прямо на лету.

К таким сенсационным открытиям ученые пришли после исследования полета двухсот пятидесяти летучих мышей, которые водятся на территории Испании.

Как и люди

В том, что человек употребляет алкоголь, ничего удивительного. А вот дружат ли с зеленым змием животные?

Слоны, например, сами готовят себе выпивку, и довольно просто. Они сгребают в ямы упавшие с деревьев фрукты, накрывают их листьями и травой, чтобы те бродили. После окончания процесса брожения слоны с удовольствием поглощают эту массу и, слегка захмелевшие, гуляют по джунглям и трубят в свое удовольствие.

Есть у слонов и еще один способ «забалдеть». В некоторых районах Африки растет дерево мерула, дающее крупные желтые плоды, напоминающие дыню. Эти ароматные и чрезвычайно сладкие плоды содержат вещества, которые, слегка перебродив, опьяняюще действуют на организм. Этим и пользуются гиганты. Обнаружив рощу мерулы, слоны всем стадом с трубными криками устремляются к ней – Захмелев, они бродят по саванне в поисках новых зарослей мерулы и успокаиваются только тогда, когда уже все выпито. Причем ведут себя слоны после принятия плодов мерулы довольно шумно и агрессивно, как и люди.

Нечто подобное наблюдается и в поведении жирафов. Обычно они обходят стороной деревья, в листьях которых содержатся алкалоиды. Но в определенный сезон жирафы с радостью набрасываются на листья и пьянеют. Зачем? Точного ответа пока нет, но есть предположение, что животным все это требуется для очистки организма от шлаков.

По наблюдениям зоологов, обезьяны тоже порой ищут перезревшие фрукты, в которых уже начинается процесс брожения, и с наслаждением поглощают их.

Кто заснул первым?

Рептилии! Да, первыми сонями на Земле стали пресмыкающиеся. Эта способность появилась у них еще триста миллионов лет назад, когда они покинули моря и реки, где жили их далекие предки, и пустились завоевывать сушу. Здесь царили совсем иные условия, чем в воде. Температура воздуха резко колебалась. Чтобы приспособиться к ее суточным перепадам, животные стали заметно снижать ночью свою активность, буквально цепенея в дреме. К этому стоит добавить, что на суше организм животных стал подвергаться гораздо большей нагрузке, чем в воде. Сила тяжести буквально угнетала, придавливала к земле. Бороться с ней было непривычно и трудно. Нервные клетки, как и органы тепа, уже не выдерживали постоянной нагрузки. Им надо было хоть немного отключиться – поспать. Кроме того, во сне организм животного резко снижал расход энергии. Неподвижно застыв, он экономил калории.

Однако сон пресмыкающихся не похож на наш. У них нет (и, очевидно, не было) фазы «быстрого движения глаз», когда спящий видит яркие, увлекательные сны. Эта стадия сна знакома лишь млекопитающим. Кстати, многие животные, например птицы, рыбы, амфибии и беспозвоночные, так и не научились по-настоящему спать. Все они, правда, время от времени принимают неподвижные позы. Однако их чувствительность к внешним раздражителям в это время ничуть не снижается. На их электроэнцефалограммах нет участков, характерных для спящего головного мозга. Эти животные отдыхают, но не растворяются в снах.

Прибор под названием «(водомерка»»

Ученые долго гадали, почему водомерки так ловко отыскивают добычу, даже если та шлепнется в воду где-нибудь у них за спиной. Ответ оказался неожиданным. Водомерки видят… ногами. Они улавливают малейшие сотрясения воды и мчатся туда, откуда расходятся эти волны.

Австралийский зоолог Этимсон Уилкокс исследовал этот удивительный орган чувств. По его данным, водомерки могут различать частоту волн, возникающих в воде. Так, частота волн, вызываемых ветром или течением воды, равна примерно 10 Герц. Водомерки равнодушны к этим бесплодным переливам речных струй. Сколько бы ни текла вода, она не принесет желанный улов.

Частота волн, вызванных падением листьев или дождевых капель, равна примерно 401ерц. Тут насекомое настораживается. Когда в воду падают капли дождя, величина ее поверхностного натяжения меняется. Так можно и провалиться в пучину. Поэтому в дождь водомерки со всех ног бегут на берег, пережидая здесь, когда в их исконном царстве – их биотопе – вновь воцарится тишь да гладь.

Частота концентрических волн, исходящих из какой-либо точки, где, например, барахтается попавшая в воду муха, достигает обычно 140 Гц. Это – боевой сигнал для водомерок: «В воде кто-то есть!».

Зеркальная радость коня

Несколько недель британские зоологи наблюдали за тем, как меняется поведение лошадей, если в конюшне поместить зеркало. Как выяснилось, лошади способны по несколько часов в день поглядывать на него. Его блеск словно завораживал их. Они реже обычного трясли головой и как будто совсем не скучали. Ученые даже подумывают о том, чтобы запатентовать свое открытие. В каждой конюшне должно найтись место… зеркалу, изготовленному, разумеется, из небьющегося стекла.

Ради забавы

Эта кошка – не инвалид, а итог многолетних усилий американских заводчиков. Желая вывести новую породу, они явили миру мутанта с лапами втрое короче, чем у обычной кошки. Из-за этого он не способен прыгать, лазить по деревьям, обороняться и охотиться, а значит, может жить только в домашних условиях.

Однако если в США появление новой породы не вызвало шума, то в Англии раздались резкие протесты борцов за права животных. Они посчитали жестокостью плодить зверьков, которые за порогом дома обречены на верную смерть. Представители Английского общества фелинологов назвали подобные опыты противоестественными и потребовали прекратить любые генетические эксперименты на животных, ибо они могут породить монстров и создать неразрешимые проблемы в будущем.

Наука и жизно российских предпринимателей

Геннадий Горелик

Рождение дела

Новую жизнь начинают с понедельника или с Нового года.

Россия свою новую жизнь начала не со столь точной временной вехи – в смутную пору на рубеже 80 – 90-х годов прошлого века.

О части обитателей меняющейся на глазах страны, названных «новыми русскими», сочиняли анекдоты, их изобличали в газете «Совершенно секретно» или бесстыдно воспевали в разделах светской хроники. Однако, как ни удивительно, складывающаяся история нашего капитализма состоит не только из воровства стратегических масштабов и заказных убийств. Передовые соотечественники не занимались приватизацией того, что им не принадлежало^ а создавали то, чего не было в России советской. В СССР не было сотовой телефонной связи – ее сделали в новой России.

С этого номера мы поведем рассказ об одной из компаний сотовой связи, рожденной командой радиоинженеров, взращенных в недрах ВПК/ в лоне противоракетной обороны (ПРО). О предыстории компании шла речь в четырех последних номерах журнала. Сейчас под той же рубрикой мы будем публиковать материалы о том, как удалось перековать мечи на орала или, точнее, противоракетный щит на мобильник.

Трудный союз щита и орала

Тоска может быть стимулом деловой активности. Во всяком случае, так было с Зиминым. Тосковал он по делу – по делу настоящему, осмысленному, нужному, черт побери, людям, а не только ВПК. Неужели такие классные радиоинженеры, как он и его сотрудники, – в век радио! – не могут сделать что-то по-настоящему путное?!

Время благоприятствовало таким мыслям. Перемены в советской экономике начались в 1987 году с закона «О государственном предприятии», по которому трудовой коллектив приобретал юридический статус и право голоса в жизни предприятия. Закон действовал около пяти лет, и вопрос был только в том, воспользуется ли трудовой коллектив своим правом или администрация приручит новый закон, – советская история знала очень много красивых слов на бумаге.

Коллектив Радиотехнического института оказался дееспособным. К классическому советскому «треугольнику» – директор, партком и профком – добавился четвертый угол – Совет трудового коллектива. Выборы в этот Совет и сопутствующее им обсуждение проблем института и страны приоткрывали закрытое предприятие ВПК для новой экономической реальности. Ветераны РТИ считают, что заряд самодеятельности в их институте остался от прежнего директора Минца и его понима^я, как в развитии высоконаучной техники должны сочетаться свобода и ответственность. Хотя после ухода Минна прошло больше пятнадцати лет, люди, которых он принимал в институт, оставались и влияли на погоду.

Разумеется, в новых процессах было много иллюзий и демагогии, но не только это. Общественное мнение получило форму для своего выражения. Появились неформальные лидеры, одним из них стал Зимин. Он этого не помнит, но важно, что помнят другие. Беспартийность Зимина (большая редкость для начальника отдела) была большим плюсом для неформальный) лидера. Еще больший плюс – ясный инженерный взгляд на общественные явления и лакон ично-выразител ьные формулировки проблем и путей к их решению. И все это добавилось к профессиональному авторитету и открытой общительной натуре.

В 1988 году, кроме слов гласность и перестройка, в стране громко звучали слова кооператив и конверсия. Прозвучали они с самого верха советской власти и воплотились в закон «О кооперации в СССР» и в государственную программу конверсии.

Для военно-промышленных предприятий программа конверсии имела силу приказа. Руководство РТИ, плоть от плоти ВПК, хотело выполнить новую директиву в лучшем виде, хотя и не ясно было, как это сделать- как противоракетную радиотехнику конвертировать во что-то, нужное «простому советскому человеку» – мирному населению страны. Начали с назначения ответственного – чтобы было с кого спросить. И Зимин напросился на это новое дело – сам он вполне созрел для конверсии. Выбор оказался для него «судьбоносным», употребляя слово, которое именно тогда ворвалось в общественно-политический лексикон.

Старое слово «кооператив» обновило свое значение – не парадно возникавшие кооперативные предприятия начали производить что угодно непотребно-ширпотребное, лишь бы угодить обывателю. Это не вызывало симпатии в среде противоракетной интеллигенции. Никакого сравнения с высоконаучной техникой государственной важности, над которой трудились в РТИ.

«Поговорите с сотрудниками «ВымпелКома», выходцами из РТИ, и увидите, какой сильный романтизм у многих по отношению к той работе. Никакого чувства стыдобы или чего-то в этом роде нет в помине. У очень многих. До сих пор».

Дмитрий Зимин

Такое настроение преобладало на закате социалистической формации, когда этот закат называли восходом нового социализма – «перестроенного», как говорили с трибун, и очеловеченного, как надеялись многие. Говорилось при этом и о «включении рыночных механизмов», но страна знала только те рынки, на которых покупали петрушку и картошку у «частников». И было неясно, как рыночный механизм может управиться с ракетами и перекрывать Енисей… А, главное, действовала всемогущая инерция – привычка к сложившемуся образу жизни и к советскому образу мысли.

Впрочем, на восьмом десятке лет советского социализма красивые слова и общие идеи не много значили для людей инженерного склада. А для Зимина к тому времени радиотехника государственной важности лишилась своего прежнего ореола – все больше прояснялось, что его противоракетная радиотехника никому не нужна. Принимая жизненную реальность, он пожертвовал даже своим самым путным, по его словам, изобретением.

Еще во вполне советские времена, как только противоракетная пирамида «Дона» стала инженерным фактом, в РТИ начались работы по следующему поколению противоракетного радиолокатора. В отделе Зимина родился проект новой антенны – и не просто под чутким руководством начальника отдела, а при решающем его участии. Новизна была очень наглядной – для новой антенны не требовалась никакая пирамида, плоская антенна могла устанавливаться хоть на уровне земли. Продержись советская власть еще лет десять, и труднее стало бы гидам из будущего демонстрировать величие противоракетной техники – никакой особой грандиозности. Но советская власть не продержалась, и судьба красивого изобретения оказалась в руках самих изобретателей.

Зимин пытайся найти применение своей новой антенне в мирной жизни.

Самой близкой казалась задача авиадиспетчерской службы: тоже надо следить за воздушным пространством на сотни километров от аэродрома. Но при обсуждении последнего слова антенной техники с гражданскими авиаторами выяснилось, что им это новое слово ни к чему. Самолет гораздо больше боеголовки, летает медленнее и не такими стаями, как в стратегическом ракетном нападении, так что в гражданской авиации можно обойтись чем-нибудь попроше и, соответственно, дешевле.

Так Зимин впервые сам вышел на рынок и убедился, что его товар никому не нужен. Вряд ли он тогда думал о происходящем в рыночных словах. Ему было не до отвлеченных понятий. Он оставался начальником отдела, по-прежнему сто человек были под его началом и на его ответственности. Вообще почти все шло, как раньше, только государство-заказчик сильно урезало свой госзаказ и. соответственно, госденег стало не хватать на зарплату. На конверсию какие-то деньги давались, но чтобы их получить, надо было нечто конверсионное делать. Свою новую задачу Зимин поначалу и видел в том, чтобы найти новые заказы для родного института, найти новых заказчиков и, значит, добыть зарплату для сотрудников института, в том числе и для себя.

Начась с кооператива «Ритм- 2000». Над названием долго не думали. Некогда, да и незачем. Не ясно было, что из этого выйдет. И неизвестно, пошли бы в этот кооператив РТИишные радиоинженеры, если бы его не возглавил начальник отдела № 114, для многих ветеранов – Дима Зимин, знакомый и уважаемый.

Те, кто пришли в кооператив ниоткуда, собственно, не уходили. Работали в своих лабораториях, получали там все более символическую зарплату, но не всю энергию тратили на все меньшие противоракетные обязанности. По институту развесили объявления с призывом шевелить мозгами, предлагать идеи, которыми можно заинтересовать производителя, то бишь заводы, и потребителя, то бишь население страны. Считалось, что радиоинженеры, как и раньше, будут разрабатывать техническую документацию – задание для завода, что и как делать, и модельными образцами наглядно убеждать заводчан, что им предлагают дело. Только теперь уже не грандиозно-противоракетное, а небольшие, аппетитные радиоштучки которые пойдут, как жареные пирожки.

Первыми пирожками, доведенными до продажи, стали приемник спутникового телевидения и антирадар для автомобилистов. Ни в РТИ, ни на заводе не пытались оценить, сколько в стране потенциальных покупателей новой радиотехники и стоит ли овчинка выделки, – полагались на свой вкус. Немудрено, что выдающихся результатов не достигли, если не считать бесценного жизненного опыта.

Товарищ Ленин когда-то сказал, что социализм – это живое творчество масс. Не в меньшей степени это относится и к капитализму. Самые смелые представители капиталистических масс, узнав, что в России создаются законные формы экономической свободы – стало быть, и для их собственной предприимчивости, начали изучать положение дел на месте.

В сентябре 91-го в Москву прибыли эмиссары американской компании сотовой телефонии Cellular. В поисках возможных партнеров они посетили и РТИ. Тогда-то Дмитрий Зимин впервые познакомился с новой областью радиотехники. Никакого знака судьбы он не увидел и не услышал никакого трубного гласа – просто возможное направление приложить силы. Знакомство это пригодилось спустя несколько недель, когда состоялась другая подобная встреча с другими американскими предпринимателями из той же сферы сотовой связи – с отцом и сыном Фабелами, встреча, с которой, собственно, и начнется история Би Лайна.

Но прежде чем перейти к этой истории, надо сказать, что общая ситуация в РТИ на рубеже между социализмом и капитализмом – на рубеже 90-х годов – вовсе не была неподвижным темным царством, в котором единственным лучом света в будущее был Зимин. В институте, где работали тысячи «продвинутых» специалистов, пробовали экономическую свободу и другие. Под давлением – и подталкиванием – всеобщего закона естественного отбора только считанные единицы превратились со временем в крепко стоящие на своих ногах частные предприятия. И сотовая телефония была не единственным путем к выживанию – и процветанию.

По-другому пришел к капиталистическому успеху Вадим Викторович Зеленин, хотя и сходства хватает. Он – тоже ветеран РТИ и тоже был начальником отдела – отдела цифровой обработки информации. С Зиминым близко познакомился именно на строительстве подмосковной противоракетной пирамиды в 80-е годы. Как и Зимин» он свое предпринимательство начал с попытки применить в мирной жизни свои профессиональные наработки. Создал кооператив АИСС – Автоматизированные Информационно-Справочные Системы, чтобы с его помощью информатизировать Москву: связав обычный телевизор через обычный телефон с автоматической – компьютерной – станцией, получать на экране телевизора справочную информацию, в том числе и платную – погода, репертуар кинотеатров, расписание поездов, самолетов и так далее. Идея уже работала в Европе и могла бы поработать в России, но, как оказалось, общество для такой сладкой жизни еще не созрело.

Тогда Зеленин организовал другой бизнес – восстановление и продажу бытовой электроники, начиная с «умных» телефонов. К умным (и недорогим) телефонам население оказалось готово, бизнес пошел. А спустя несколько лет- по предложению Зимина – Зеленин приобщился к мощно развернувшейся сфере сотовой телефонии. И теперь в многочисленных офисах компании Зеленина «Техмаркет» можно и купить электронную технику, и подключить сотовый телефон к любой из конкурирующих сотовых компаний.

В начале трудно было сказать, где кончается РТИ и где начинается кооператив. По мере укрепления кооператива его сотрудники прекращали работать на институт и переставали получать зарплату, но еще долго продолжали числиться в РТИ.

Институту это было нужно – по еще действовавшим законам социализма фонд зарплаты определялся числом сотрудников. Впрочем, значение мертвых душ обнаружилось в России задолго до социализма. Мертвые души социалистической части РТИ были самыми живыми в развитии капитализма. В их деятельности институт видел возможность удержать квалифицированные кадры, чтобы возродиться для еще неизвестной новой жизни. Кроме того, ручеек государственных денег, предназначенных на конверсию, по пути к кооператорам увлажнял и бюджет института. Сосуществование двух видов собственности соединяло – впервые в истории социализма – два вида денег: наличные и безналичные, до того разделенные юридической бездной. Тем самым и государственное предприятие получало некоторую экономическую свободу.

По этим причинам родной институт помогал начинающим предпринимателям, выросшим в его стенах. Эти стены давали и надежную «крышу» для предпринимателей: и (старо-)режимная охрана, и звучное имя института, и принадлежность к могущественному государству в государстве – ВПК. При этом режимные службы не нарушали своих инструкций, согласно которым сотрудники не имели права «вступать непосредственно или через других лиц в контакты с иностранцами без разрешения на это руководителей». Руководители разрешали, и на территории института – к изумлению старожилов – оказывались американцы и разные прочие шведы. Мало того, для создания должной атмосферы контактов институт предоставлял для таких встреч свой комфортабельный оздоровительный центр с прекрасной русской баней.

Так что мирное сосуществование социализма и капитанизма в одном отдельно взятом Радиотехническом институте было вначале вполне естественным и взаимополезным. Кроме прочего, все-еще-соииалисты и уже- почти-капиталисты были многолетними коллегами, звали друг друга по имени и многое делили в своих воспоминаниях.

Впоследствии обнаружилось, что делиться воспоминаниями проще, чем деньгами, и возник трудный вопрос, кто эти деньги, собственно, заработал и кому эти деньги принадлежат на законных основаниях. Но до этой проблемы надо было еще порасти – сначала надо было заработать. На это понадобилось несколько лет.

Встреча учредителей

История российской компании «ВымпелКом» началась со встречи двух ее основателей. В документах компании ее учредителем назван Дмитрий Зимин, а соучредителем – Оги Фабела-младший, на его родном американском языке – Augie К. Fabela, Jr. Официально компания родилась 15 сентября 1992 года. А ее родители встретились почти за год до того.

В октябре 1991 года Оги Фабела- младший был настолько молод, что в Москву его привез папа-Оги Фабела- старший. Младшему было 25 лет, но времени он даром не терял. Окончив Стэнфордский университет (один из лучших в США) в области международных отношений и экономики, два года работал в Японии. Вернулся на родину, основал свою первую компанию. А затем вместе с отцом они приобрели компанию, производящую оборудование для сетей сотовой телефонии.

Прежде компания ориентировалась на внутренний американский рынок, на котором, однако, стало довольно тесно. Сотовые телефоны в США были уже в широком употреблении. Фабелы стали думать о выходе за пределы США, туда, где сотовая телефония еще только могла бы развернуться. На глобусе места много, но они выбрали Россию.

Почему? Быть может, потому, что незадолго до того в России эффектно – на глазах всего мира – провалился коммунистический путч и вместе с ним, как можно было думать, рухнули препятствия на пути строительства открытой рыночной экономики. А, может, Фабела-младший вспомнил свое знакомство с Россией, знакомство краткое, но яркое. Во время учебы в университете, в 1985 году, он с группой студентов побывал в России – в «империи зла», по выражению тогдашнего американского президента. Ничего особенно зловещего Фабела-младший за две недели не заметил, а самое сильное впечатление на него тогда произвели деятели «черного рынка», одного из которых на его глазах арестовали. Если столь смелые рыночные предприниматели водились в стране при социализме, то нетрудно их найти после окончания социализма. – так, возможно, он думал.

Правда, Фабелам были нужны не простые предприниматели, а те, которые могли бы стать партнерами в области передовой радиотехники. Они сообразили, что в социалистической России самая передовая радиотехника сконцентрирована в военно-промышленной сфере. О конверсии оборонных предприятий тогда говорили и писали. В радиотехнике одним из крупнейших было научно-производственное объединение «Вымпел». Фабела-старший в прошлом занимался производством электроники для оборонных систем и прекрасно знал, что законы радиофизики там такие же, как на гражданке.

В каждом из институтов и заводов, входящих в «Вымпел», были свои ответственные за конверсию, и осенью 1991 года всех их собрали на совещание. Американцы на чистом английском языке рассказывали о сотовой телефонии, о своем деле и о перспективах сотрудничества. Русские радиоинженеры говорили о своем наболевшем и говорили, естественно, по-русски, – обитатели «Вымпела» были сплошь невыездные «секретоносители». На совещании был и переводчик – один на всех, но что это за общение?!

Потом выяснилось, что тогдашний недостаток словесного общения скорее помог, чем помешал. Ведь если бы Фабелы и Зимин хорошо понимали друг друга, им стало бы ясно, что ничего совместного у них не получится. Американцы приехали в Россию, чтобы продать свои сотовые станции, и искали покупателей. А Зимин тоже искал покупателей, которым можно было бы продать инженерно-конструкторскую мысль – усовершенствовать что-то или разработать новое. В РТИ этим занимались при социализме и хотели бы заниматься дальше. Но Фабелам не нужен был заново изобретенный велосипед, пусть даже изобретатели и хороши. Сотовая телефония на Западе уже работала вовсю, могла работать и в России. Это несоответствие при первой встрече как-то не обнаружилось. А впоследствии, когда возник личный контакт, оказалось, что можно совместно искать приложение своих сил.

Вернувшись домой, Фабелы пригласили своих новых российских знакомых на деловую экскурсию в Америку, чтобы показать свою фабрику в Чикаго, дать «пощупать» радиотехнику, на которой работает сотовый телефон.

Когда в Чикаго пришел список делегации. имена Фабелам уже ничего не говорили – трудные русские имена-отчества-фамилии смешались в кучу. От встречи в «Вымпеле» остались, скорее, зрительные образы. Один особенно яркий – как русский инженер не первой молодости и небольшого роста, излучая энергию, помогал своему звучному голосу преодолевать языковой барьер с помощью энергичных жестов.

Поэтому в ответном факсе в Москву Фабелы попросили, чтобы в делегацию включили того лысоватого джентльмена, который во время переговоров энергично стучал кулаками по столу. Факс из Чикаго лег на стол самого главного по конверсии во всем объединении «Вымпел» – назову это действующее лицо, для краткости и для таинственности, № 3. Этот начальник мысленно перебрал известных ему лысоватых-невысоких-энергичных, сообразил, что это Зимин из РТИ, и после недолгих раздумий включил его в делегацию – надо уважить приглашающих американцев, тем более, что те оплачивали поездку.

Раскрою тайну странной нумерации. Почему, собственно, № 3? Пару лет назад Зимин понял, что в истории «ВымпелКома» определяющие роли сыграли шесть человек. Для полной истории время еще не наступило, и чтобы подчеркнуть схематический характер нынешней версии, лучше именовать этих персонажей номерами. Исключение составят №№ 1 и 2 – учредители компании, но только они и остались в компании. Остальные сыграли свои роли и ушли со сцены. Все они появятся у нас по холу пьесы.

А пока можно представить себе шесть фото в одной рамке – люди, делавшие историю «ВымпелКома». До великолепной семерки не хватает одной фотки. Но это только потому, что как сфотографируешь Госпожу Удачу или Того, чье имя не полагается произносить всуе. Учредители «ВымпелКома» делали свою историю, помня русское наставление «На № 7 надейся, а сам не плошай» и твердое американское обещание. «№ 7 помогает тому, кто помогает себе сам = God helps him who helps himself».

Так было и с первой поездкой Зимина в Штаты. Соединились счастливый случай и вполне понятный резон. Включив Зимина в делегацию. Номер Третий не только исполнял пожелание приглашающих. Отвечая за конверсию в масштабах всего «Вымпела», он видел активность и целеустремленность Зимина во вверенном ему новом деле и уже конкретные результаты (приемник спутникового телевидения).

В российской делегации Зимин по своему служебному положению был самой мелкой рыбешкой среди административно-радиотехнических китов. Всего лишь начальник отдела Ничего не меняло то, что он доктор наук и лауреат академической премии имени основоположника радио – Александра Степановича Попова. В табели о рангах ВПК это меркло на фоне замминистров, начальников главков и директоров института А в 1991 году поездка за рубеж – тем более за американский рубеж – была еще экзотикой, привилегией и наградой.

В Чикаго за неделю Фабелы и Зимин познакомились поближе. То, что он не был большим начальником, никак не уменьшило его любознательность и энергию. Прибывшие с ним начальники искали туристические впечатления, а он искал «дело». И Фабелы, хоть и не зная русской пословицы «мал да удал», поставили на Зимина.

Вести дела с Россией, конечно, было рискованно, но все же не русская рулетка В предпринимательстве риск – обычное дело. Кто не рискует, тот не пьет шампанского. Фактически речь идет о способности предпринимателя оценить степень риска в данных обстоятельствах. Оценивали степень риска отец и сын Фабелы совместно, но вести дела в России предстояло одному Фабеле-младшему.

А как и почему сам Зимин решил поставить на сотовую связь? Сейчас, когда эта новая отрасль народного хозяйства стремительно развернулась в России, вопрос кажется резонным. Зимин же устал на него отвечать и каждый раз повторять, что выбора у него, по существу, не было. Он искал дело и просто не упустил шанс, который ему предоставился. Если бы Фабелы занимались спутниковым телевидением, Зимин бы еще легче нырнул в это дело. Другой вопрос, что из этого могло получиться в России.

Труднее понять, как что-то получилось из союза столь разных учредителей, как Дмитрий Борисович Зимин и Оги Фабела-младший. Различие в возрасте – более чем в два раза, в социальном опыте – еще больше. К тому же отсутствие обшего языка и огромная разница культур. Ну, что это за имя – Augie К. Fabela, Jr.?! Augie – краткая форма имени August. Все равно что Дима Б. Зимин! Но все эти внешне кричащие различия не отпугнули Зимина. Во-первых, он не из пугливых. Во-вторых, еще раз повторим, у него не было особого выбора А в-третьих, он смотрел не на внешние контрасты: если в стране, где диковинно обращаются с именами, умеют так хорошо обращаться с наукой и техникой и так эффективно укрощают стихию рынка, то не грех у них поучиться. Хотя бы и у человека, который тебе в сыновья годится. Стаж предпринимательства у них был соизмерим – всего несколько лет, но американец всю свою жизнь провел в мире свободного предпринимательства рядом со своим отцом-предпринимателем, да еще упорядочил свои знания-понимания в Стэнфордском университете.

Партнерство молодого американского и немолодого русского предпринимателей дало щедрые плоды в 1996 году, когда основанная ими компания «ВымпелКом» вышла на Нью-Йоркскую фондовую биржу и стала первой российской компанией на этой главной бирже мира.

Звездному мигу предшествовали, как и положено, тернии, перепутья и полосатые трудовые будни.

Продолжение следует.

Мир глазами физика

Владилен Барашенков

Верен ли закон Ньютона?

Этот закон и легенду о том, как упавшее с дерева яблоко подсказало его Ньютону, мы знаем со школьной скамьи. Но вот, как это ни удивительно, оказывается, что точно проверен этот закон лишь для больших расстояний, а как ведет себя всемирное тяготение в областях меньше миллиметра сегодня не знает никто. Если расстояние между звездой и планетой уменьшается вдвое, стягивающая их сила возрастает в четыре раза, уменьшается расстояние втрое – притяжение возрастает в девять раз. А вот как на малых расстояниях? Легчают там предметы или становятся более тяжелыми? Проверить это крайне трудно – ведь силы тяготения очень слабые и проявляются лишь при взаимодействии крупных тел с большими массами. У физиков есть основания предполагать, что в области малых масштабов гравитация может быть совсем иной, поскольку пространство там из трехмерного превращается в девятимерное, с большим числом «сторон света».

Трудно, конечно, поверить, что мы живем в трехмерном, а микробы и вирусы в девятимерном мире. Можно думать, что изменения пространства происходят значительно глубже, но сигналы об этом в виде отклонений от закона Ньютона могут и вправду стать заметными уже в мире микробов и вирусов. Более того, в девятимерное пространство может быть вложено огромное число трехмерных миров. Не означает ли это, что где-то по соседству с нашей существует множество других «параллельных» вселенных и мы можем ждать не только радиосигналов с соседних звезд, но и гравитационных телеграмм из других измерений?

Что это – запредельная фантастика погрязших в своих формулах ученых или очередное расширение наших знаний о невообразимой сложности окружающего мира?

Многомерие

Едва ли кто-либо из читателей сомневается в том, что окружающий его мир трехмерный. Длина, ширина, высота и ничего больше. О четвертом пространственном измерении речь идет лишь в фантастических романах. Будь оно на самом деле, вокруг нас постоянно совершались бы чудеса: можно было бы выпить вино из запечатанной бутылки, в запертом помещении вдруг появлялись бы какие-то предметы, закон сохранения энергии и импульса нарушался бы на каждом шагу… Ничего подобного мы никогда не наблюдаем даже в микроскоп. Опыт с раннего детства убеждает нас, что трех координатных осей вполне достаточно для описания любых геометрических структур нашего мира. И самые точные эксперименты физиков, прямые и косвенные, подтверждают, что это действительно так, пока мы имеем дело с не слишком большими и не очень малыми масштабами – никаких следов экстраразмерностей. Но вот как вне этого, с нашей точки зрения огромного, а в масштабах Вселенной весьма ограниченного «комочка» пространства? Там мир может быть совсем не похожим на наш…

Все началось с Калуцы и Клейна. Воодушевленные идеей Эйнштейна о том, что силы тяготения – это проявление кривизны пустого пространства и времени, Теодор Калуца в Польше и Оскар Клейн в Швеции попытались представить электромагнитные силы тоже как результат искривления пространства в гипотетическом четвертом измерении. Попытка оказалась вполне успешной, если не считать того, что электромагнитные процессы постоянно происходят вокруг нас (достаточно вспомнить ослепительные зигзаги молний на грозовом небе!), а четвертого измерения мы не видим. Казалось бы, это еще одно красивое с математической точки зрения, но не имеющее отношения к реа!Ьности теоретическое построение. Физикам- теоретикам часто приходится иметь дело с подобными изобретениями – не зря говорят, что теоретик работает в основном на мусорную корзину! Но вот тут Клейн сделал очень смелый шаг – он предположил, что по трем осям Вселенная огромна, а по четвертой имеет микроскопически малые размеры, и о прячущемся глубоко в недрах пространства четвертом измерении мы можем догадаться лишь по косвенным его проявлениям в трех других измерениях. Это похоже на то, как если бы лист бумаги (двумерный мир) мы согнули бы трубку, тогда по одному измерению, вдоль трубки, «бумажный мир» мог бы быть неограниченно большим (длинным), а по другому – свернутым в микроскопически малое колечко.

Из формул следовало, что размер электрона зависит от размера Вселенной по ее четвертой оси и поэтому этот размер можно вычислить. Получилось 10-33 сантиметра. Чрезвычайно малая величина – во столько же раз меньше атомного ядра, во сколько само ядро меньше диаметра Земли. Ее принято называть планковским пределом в честь немецкого физика Макса Планка, первым вычислившем эту предельную константу из несколько других соображений. Предельной ее называют еще и потому, что меньших расстояний, как мы увидим ниже, в природе, по-видимому, вообще не бывает. Планковская длина – минимальный «кирпичик» пространства.

Позднее по примеру теории Калуцы-Клейна была построена теория для двух других известных нам сегодня сил – сильных, ядерных и так называемых слабых, ответственных за распады частиц и ядер. Из расчетов следует, что наряду с тремя нам привычными Вселенная обладает еще шестью или даже семью (это зависит от варианта теории) скрытыми от нас пространственными измерениями. С помощью такой многомерной теории удается связать воедино и объяснить все известные в настоящее время экспериментальные данные о свойствах элементарных частиц. Правда, это достигается ценой более чем двух десятков определяемых из опыта параметров – масс частиц, их зарядов и так далее. Тем не менее физики настолько уверены в теории с девятимерным пространством, что называют ее Стандартной моделью – ведь и старушка электродинамика содержит определяемые из опыта величины. Физика еще далека от завершения[* «Стандартной» в литературе часто называют теорию трех взаимодействий, без гравитации, а ее обобщение в девятимерном пространстве, включающее гравитацию, называют обобщенной Стандартной моделью.].

Наш соотечественник Лобачевский, а затем Эйнштейн открыли нам невидимую кривизну пространства, Калуца и Клейн указали на его скрытое многомерие. Влияние этих идей на наши представления об окружающем мире можно сравнить лишь с переворотом в умах, которое когда-то совершил Коперник.

Где расположено «дно» мира?

Стандартная модель говорит, что все многообразие наблюдаемых нами явлений, от процессов в космосе до трансмутаций частиц в микромире, в конечном счете сводится всего лишь к четырем основным, исходным типам взаимодействий: ядерным, электромагнитным, слабым и гравитационным. Именно так располагаются они по своей силе – самое мощное ядерное и самое слабое гравитационное. Различаются эти два крайних взаимодействия в 1046 раз. Однако теория и подтверждающий ее эксперимент подсказывают, что с углублением в область все меньших и меньших пространственных масштабов различия взаимодействий постепенно стираются. На уровне примерно 10-17 сантиметра или несколько меньше сливаются электромагнитные и слабые силы, где-то вблизи 10-30 сантиметра, всего лишь три порядка не дотягивая до планковского предела, к ним присоединяется и ядерное взаимодействие. Приближаясь к этой черте, частицы, образно говоря, раздеваются, сбрасывая одну за другой «шубы» из слоев окружающих их виртуальных частиц. В глубине пространства виртуальные процессы становятся настолько энергичными, что «шубы» просто расползаются, и частицы, как люди в бане, становятся почти не различимыми.

Но вот с гравитационной силой получается заминка. На планковской границе она сравнивается по величине с другими, и было время, когда казалось, что стоит добавить еще одну, десятую, пространственную микроось, и мы получим «Теорию всего сущего» – теорию единой универсальной «сверхсилы». Однако на деле все оказалось намного сложнее.

Нетрудно оценить, на каких расстояниях должно происходить слияние гравитации с остальными силами. Для этого заметим, что сила гравитационного притяжения двух частиц будет такой же, как электрическая сила между двумя электронами, если частицы весят в 1022 раз больше электрона[* Читатель, наверное, помнит, что электрическое взаимодействие частиц описывается законом Кулона, очень похожим на ньютоновский закон всемирного тяготения. Не будем выписывать формул, поскольку говорят, что каждая формула в научно-популярной статье вдвое снижает число ее читателей!]. Для микрочастицы это – огромная величина, сравнимая с массой видимой глазом пылиннки, пляшушей в луче солнечного света. Такие частицы рождаются в спонтанных вакуумных флуктуациях как раз вблизи планковского предела 10-33 сантиметра. Это настоящее «дно мира». Как говорят формулы теории относительности, гравитационное поле и искривление пространства в окрестности таких частиц настолько велики, что пространство сворачивается в отдельные быстро рождающиеся и мгновенно распадающиеся пузырьки. Образуется что- то вроде пены.

Однако все это – наглядные качественные оценки. Построить строгую теорию единого поля не удается. Не будет преувеличением сказать, что сегодня физики запутались в формулах. Существует множество путей для развития теории, и не ясно, какой из них предпочтительнее. Сейчас в этой области работает сравнительно небольшое число специалистов, занятых изучением очень сложных и неоднозначных математических структур. Такое впечатление, что известные физические идеи себя исчерпали и для дальнейшего продвижения нужна новая экспериментальная информация. Возможно, ее дадут опыты на создаваемых сверхмощных ускорителях.

А может, трудности с гравитацией происходят из-за того, что у нее принципиально иная природа и не стоит пытаться «упихать» ее в один пакет с другими силами?

Круче, чем у Ньютона

С помощью частиц, разогнанных на ускорителях, мы можем сегодня зондировать расстояния вплоть до 10-16 – 10-17 сантиметра, что намного порядков отстоит от планковского предела Предполагать, что на всем этом интервале останется верным закон тяготения Ньютона-чрезвычайно смелая гипотеза. А если закон другой, то и расстояние до «дна мира» будет иным. Оно может располагаться значительно ближе. Так будет, если размерность пространства уже на сравнительно небольших длинах будет больше трех, тогда сила гравитационного притяжения при переходе к малым расстояниям будет более крутой и сравняется с электромагнитной на большем расстоянии.

Можно показать, что в пространстве, у которого п дополнительных координатных осей, гравитация изменяется с расстоянием как 1/r2+n (пусть простит читатель – все же не удалось обойтись без простенькой формулы!). В частности, если пространство девятимерное, то, как предсказывает Стандартная модель, гравитационная и электромагнитная силы станут одного порядка величины уже при 10-17 – 10-18 сантиметра, а отклонения от ньютоновского закона тяготения станут заметными уже на вполне доступных нам расстояниях. И если верить общей теории относительности, то тут, в сильных полях тяготения, нас ждет масса удивительных явлений, которые мы обычно рассчитываем наблюдать лишь в космических процессах.

Но тогда почему мы не видим экстраразмерностей в электромагнитных и сильных взаимодействиях?

Миры на мембранах

Для того чтобы свести концы с концами, нужно предположить, что только гравитационное поле чувствует экстраразмерности, а все остальные поля живут в обычном трехмерном пространстве. Казалось бы, гипотеза, взятая «с потолка». Однако у нее есть глубокие основания. Математические эксперименты с многомерными пространствами показали, что при определенных условиях пространство теряет однородность и в нем могут образовываться выделенные по своим свойствам объекты с меньшей размерностью- нечто вроде прожилок и мембран-пленок в прозрачном киселе. Частицы, попавшие в такую пленку, будут двигаться в ней, не выходя наружу. Они чувствуют размерности лишь своего мира, не замечая внешних. Исключение – волны гравитационного поля. Они свободно переходят через границы мембраны и живут в более сложном пространстве. Один из авторов такой теории приводит в качестве иллюстрации биллиардные шары на жестком столе. Они катаются по его двумерной поверхности, не замечая третьего измерения, а волны звука, образующиеся при их столкновениях (это – аналог всепроникающего гравитационного поля), распространяются по всем трем направлениям.

Объяснение того, каким образом в многомерном пространстве с шестью или с семью экстраразмерностями «выкристаллизовываются» трехмерные миры-мембраны, увело бы нас в математические джунгли теории квантовых струн, различных способов компактификации (свертки) лишних измерений, топологических особенностей экстраразмерностей и прочих очень трудных и абстрактных проблем. Поэтому поставим здесь точку, отметив с завистью, что есть люди, которые во всем этом хорошо разбираются!

Если же оставаться на уровне наглядных аналогий, то следует вспомнить, что абсолютно пустого пространства не бывает. Вакуум только кажется нам пустотой, на самом же деле это – одно из состояний материи и, как считают физики, самое основное. Мы не ощушаем его, подобно тому как плавающие на десятикилометровой глубине рыбы не чувствуют царящего там чудовишного давления. Образование трехмерных мембран в однородном пространстве-вакууме напоминает выкристаллизовывание прожилок золота в толще горной породы. Электрически заряженные частицы перемешаются вдоль таких же токопроводящих прожилок, оставаясь изолированными от окружающего вещества. Более того, при определенных условиях ток распространяется лишь по поверхности проводника, не попадая внутрь. Теория мембран подсказывает, что мы сами и все окружающие нас материальные тела также движемся по поверхности специфических вакуумных прожилок в девятимерном океане пространства.

В заключение отметим лишь еще одно поразительное следствие гипотезы о сильной гравитации. В девятимерном пространстве по соседству могут располагаться несколько не пересекающихся трехмерных миров- мембран. Не касаясь друг друга, они, тем не менее, связаны общим гравитационным полем, и между ними может быть установлена связь. Некоторые миры могут быть близнецами с нашим, физические свойства других – набор элементарных частиц, величина их зарядов и размеры атомов, если они там есть, – могут быть совершенно иными.

В одной из своих книг отец кибернетики Норберт Винер писал о том, что в будущем человечество будет путешествовать по Вселенной, отправляя и восстанавливая в каком-либо ее отдаленном уголке закодированную в световых лучах матрицу человека. Но еще более впечатляющим было бы путешествовать в параллельные миры, перепрыгивая с помощью кодированных гравитационных волн-матриц через пропасти невидимых пространственных измерений. Не зря говорят, что научные теории зачастую бывают удивительнее любых фантастических романов!

Ответ на вопрос, существует ли нарушающая закон Ньютона сильная гравитация, будет получен уже в ближайшие годы. Энергия, которую уносят гравитационные волны, нарушает баланс энергии в трехмерном пространстве, и это можно заметить в опытах: суммарная энергия частиц после их взаимодействия должна быть меньше начальной. В обычных условиях искажение электромагнитных и ядерных взаимодействий гравитацией неизмеримо мало, но если верна обсуждаемая теория, то вблизи 10-17 сантиметров эти искажения станут уже доступны нашим приборам и их можно будет зафиксировать в опытах на строящемся вблизи Женевы Международном центре ядерных исследований, самом крупном в мире ускорителе частиц. Предел достижимых с его помощью расстояний как раз равен 10-17 сантиметрам. Трудности экономической перестройки задержали строительство мошного ускорителя протонов в Институте физики высоких энергий вблизи Серпухова, с его помощью также можно было бы подобраться к области сильной гравитации.

Владислав Сурдин

В фокусе Туринской плащаницы

Многие годы мы слышали о Туринской плащанице, но мало кто представлял себе грандиозный масштаб развернувшейся вокруг нее дискуссии. Теперь эта проблема живо обсуждается и в нашей стране: организован Российский центр Туринской плащаницы, только за последние месяцы опубликовано несколько пространных статей в серьезных и несерьезных изданиях, телевидение посвящает этой теме свои программы. В фокусе Туринской плащаницы скрестились многие научные, исторические и богословские проблемы. Однако среди них пока нет проблем астрономических.

Кто же дал право вступать в дискуссию мне, астроному?

Это право дает мне любовь к науке и желание поддержать у моих сограждан чувство здравого смысла.

Мне странно слышать от авторов некоторых выступлений о стремлении ученых отмахнуться от проблемы Туринской плащаницы, о неспособности науки разгадать природу этого исторического памятника. Разумеется, все это не так: любой документ XIV века (и уж тем более I века!) бесконечно ценен для науки, для истории культуры. Именно поэтому так придирчиво стремятся ученые установить его подлинность. Установить истинную, а не мифическую историю Туринской плащаницы – цель научного исследования. К сожалению, этот памятник культуры в полной мере так и не попал в руки ученых. Но и то немногое, что уже удалось сделать квалифицированным исследователям, некоторые «комментаторы» упоминают вскользь или с явными искажениями.

Поэтому я хочу представить на суд читателей некоторые материалы, опубликованные в изданиях Комитета по научному расследованию заявлений о паранормальных феноменах (Committee for the Scientific Investigation of Claims of the Paranormal = CSICOP). Это весьма уважаемая международная организация ученых-скептиков (а су шествуют ли иные ученые?), имеющая целью объективную проверку сообщений о необычных явлениях – от НЛО и телекинеза до хиромантии и астрологии. В нашей стране существует и дружественная CSICOP организация – Российское гуманистическое общество (РГО) со своим журналом «Здравый смысл». Осенью 2001 года в Москве по инициативе РАН и МГУ силами РГО и CSICOP был организован международный симпозиум «Наука, антинаука и паранормальные верования». На нем обсуждалась и Туринская плащаница. Здесь я привожу наиболее интересные, на мой взгляд, данные научных исследований плащаницы, собранные экспертами CSICOP. Надеюсь, это даст читателям журнала дополнительный материал для размышлений над интереснейшей исторической загадкой.

Отношение католической церкви к Туринской плащанице

Научный интерес к этой реликвии пробудился в 1898 году. До того времени господствовало убеждение, что изображение на плащанице нарисовано красками. Но первые фотосъемки полотна показали, что изображение на нем выглядит, как фотографический негатив. Это побудило некоторых исследователей заявить, что изображение является нерукотворным, что ни один художник не смог бы добиться такого жизнеподобия, которое проявилось на фотографических негативах. Однако все попытки получить изображение человеческого тела на холсте иными, нехудожественными средствами оказались безуспешными.

Католическая церковь никогда не делала официального заявления по поводу подлинности плащаницы. В XX веке плащаница несколько раз выставлялась для публичного обозрения; последние ее показы проводились в 1978, 1998 и 2000 годах. После выставки 1978 года к плащанице был разрешен ограниченный доступ исследователей. Тогда группа ученых, в основном из США, провела первое всестороннее обследование реликвии. Полученные результаты были представлены в 1981 году на выставке, организованной в Коннектикутском университете в Гротоне. Был сделан вывод, что на плащанице изображена реальная фигура человека, подвергнутого избиению плетьми и распятию на кресте. Отмечалось, что пятна крови содержат гемоглобин.

Верующие в подлинность плащаницы утверждают, что на ней изобразилось тело Иисуса под действием энергии, исходящей из него во время воскресения. Однако в 1989 году после радиоуглеродных исследований (используемых для определения возраста предметов органического происхождения), независимо проведенных учеными трех различных лабораторий, было доказано, что плащаница изготовлена не ранее XIII века. Допуская истинность этого вердикта, католическая церковь призвала своих членов почитать плащаницу как живописное изображение Христа.

Католическая церковь не признает Туринскую плащаницу как реликвию и официально считает ее иконой. «Плащаница является отображением, рассказом в иносказательной форме о страданиях Христовых, описанных в Евангелии», – поясняет вице-президент комиссии по плащанице, толкователь библейских текстов Дон Джузеппе Гиберти.

Во время публичного показа плащаницы в Турине 24 мая 1998 года папа Иоанн Павел [1 в своей приветственной речи сказал: «Плашанинабросает вызов нашему интеллекту. Она открывает свой сокровенный посыл только тем, кто наиболее близок ей своим смиренным и в то же время живым умом. Ее таинственное свечение ставит вопросы о происхождении и жизни исторического лица – Иисуса из Назарета. И так как это не имеет никакого отношения к вопросам веры, то церковь не может взять на себя смелость и ответить на них. Она доверяет науке задачу исследования того, что же случилось с полотном, в которое, по преданию, было завернуто тело нашего Спасителя. И церковь при этом настаивает, чтобы результаты исследования плащаницы были представлены общественности. Она предлагает ученым работать с чувством внутренней независимости и в то же время с вниманием к чувствам верующих.

Для нас, христиан. Туринская плащаница прежде всего является зеркалом евангелизма. И когда мы при этом рассматриваем изображение, мы чувствуем глубочайшее успокоение, видя очевидную связь с тем, что сообщает нам Евангелие о страданиях и смерти нашего Господа Бога. Каждый приближающийся к покрывалу замечает, что плащаница не вызывает почтения к себе, а указывает на того, чье доброе провиденье доставило оно нам. И мы должны всегда осознавать это драгоценное значение изображения Иисуса, которое мы видим здесь перед собой. Таким образом, плащаница является единственным в своем роде знаком, указывающим на Иисуса Христа, воплощенное слово Создателя, и призывает нас сверять нашу жизнь с ним, который пожертвовал собой ради нас»[* Цитата сокращена; ее полный текст можно найти на сайте www.vatican.va/holyfather/johnpaul н/ travels/documents/hfjp-iispe 24051998 sindone en.httnl)].

Туринская плащаница в развернутом виде: – негатив, ниже – позитив

Кто изображен на полотне?

Несмотря на официальное мнение католической церкви, многие верующие считают Туринскую плащаницу святой реликвией. К выставке 1998 года появились книги поданной теме, и все они старались доказать «подлинность» покрывала в смысле его причастности к биографии Христа. Такие исследователи плащаницы называют ее словом «синдон», а себя – «синдонологами».

Это слово имеет греческое происхождение и изначально относилось к куску ткани, который можно использовать и как плащаницу (это отличает ее от лицевого платка для вытирания лота). Среди сторонников подлинности плащаницы основную роль играет группа STURP (Shroud of Turin Research Project) из CLUA.

Основным гезисом синдонологов служит утверждение, что после снятия с креста Иисуса положили на покрывало, в которое затем и завернули тело. Поэтому контур тела отпечатался на холсте. Другие утверждают, что Христос «оставил своей церкви образ: поскольку тогда не существовало фоторепортеров, он сотворил чудо. В момент своего воскрешения в пасхальное утро он произвел вспышку света, вспышку огромной энергии. Иначе, как установлено современной атомной теорией, сохранение его изображения на полотняном покрывале было бы невозможно». Для доказательства того, что это именно Иисус Христос, синдонологи ссылаются на большое количество признаков изображения на покрывале, которые согласуются с библейскими данными[* Подробнее об этом можно узнать на официальном сайте «выставки синдона» 1998 года: www.regicme.piemonte.il/speciali/sindone.].

Поклонники плащаницы также указывают на другие предметы с изображением Христа, которые существовали до XIV века: монеты, медальоны и прочее. Они убеждены: сходство изображенных на них ликов Христа доказывает, что еще до XIV века Туринская плащаница использовалась как оригинал для изготовления монет и других произведений искусства.

Однако скептики с этим не согласны. Если внимательно приглядеться, говорят они, то можно заметить, что сходство старинных изображений Христа с изображением на плащанице не так уж велико. Единственное совпадение только в том, что везде это изображение длинноволосого, бородатого мужчины. Даже если эти изображения имеют сходство с изображением на Туринской плащанице, нужно ответить на вопрос о том, а не было ли само покрывало создано по какому-либо художественному оригиналу. Иными словами, все совпадения можно объяснить общностью традиций и стремлением к их сохранению. И для того чтобы проследить это возможно дольше, нужно совершить экскурс в теорию искусств. Еше великий теолог Августин жаловался, что нет никакой возможности узнать, как выглядел Иисус. С течением времени менялось и представление художников об облике Христа. До III века Иисуса изображали с короткими волосами и без бороды. И только позже появились изображения бородатого, длинноволосого Христа. Изображение на Туринской плащанице довольно точно соответствует традициям искусства XIV века. Тот факт, что в то время были модны одноцветные изображения, усиливает предположение о том, что здесь мы имеем дело с работой художника.

Историки отмечают, что в библейские времена евреи хоронили своих покойников со скрещенными на груди руками. Руки, сложенные на гениталиях, как изображено на плащанице, впервые появились на картинах с XI века и были уступкой стыдливости того времени. Покойников во времена Христа хоронили голыми и бритыми, что тоже не соответствует изображению на плащаниие, считает руководитель германского общества скептиков Ашрдео Сарма.

Техника изображения

Что касается предположения о «чудесном негативе», то изображение на Туринской плащанице не является подлинным негативом, поскольку волосы и кровь на нем выглядят темными, тогда как должны были бы казаться светлыми, разумеется, если Иисус не был блондином или седым, что маловероятно.

Если принять гипотезу, что Туринская плащаница действительно зафиксировала подлинное тело Христа, то в глаза бросается ряд нелепостей:

– когда покрывало лежит на теле, оно прилегает к поверхности этого тела. Следовательно, отпечаток на той части, которая обволакивает, скажем, лицо, должен быть больше изображения лица, когда мы смотрим на него спереди. Даже при наличии идеальных условий и использовании еще не известного способа получения изображения, например, такого, как «выпаривание», покрывало должно быть жестко закреплено над телом на каком-то каркасе, чтобы получилось неискаженное двумерное изображение. Иначе, когда мы снимем и разложим покрывало, привычные пропорции тела будут на изображении искажены. Но на плащанице нет таких искажений;

– совершенно отсутствуют пустые места, которые должны появляться из-за складок. Изображение слишком гладкое для того, чтобы быть подлинным;

– отпечаток окровавленных ступней на покрывале геометрически не соответствует положению ног. Ступни лежащего человека обычно направлены пальцами вверх, а здесь ступни подошвами стоят на покрывале и тогда колени должны быть согнуты;

– волосы человека, изображенного на Туринской плащанице, не спадают вниз, как это бывает у лежащего человека, а обрамляют лицо, как на плохих картинах;

– руки и пальцы различной длины; так, одна рука на 10 сантиметров длиннее другой;

– кровь течет так, как это бывает на какой-нибудь мазне, по небольшой канавке и не сворачивается, что было бы естественно. Тот, кому хоть раз попадала кровь на одежду, знает, какие безобразные пятна образуются при этом. Со временем они чернею]. А кровь на покрывале все еще красная.

В своей книге «Иисус умер не на кресте» Грубер и Керстен (1998) пытаются привести экспериментальные доказательства использования метода «выпаривания». После того как Керстен побывал в сауне и намазался маслом, он лег под полотняное покрывало. Появился отпечаток одной стороны его тела, однако без черт лица. Судя по фотографиям, приведенным в его книге, отпечаток тела совершенно четко расширен в области бедер. В отличие от плащаницы, не заметно «удлинения» обеих рук. Даже при контролируемых, идеальных условиях четко проявляются определенные признаки отпечатка трехмерного оригинала, а на Туринской плащанице они не заметны.

Кровь или краска?

Этот вопрос многие считают важнейшим, однако он же и наиболее запутанный. Два химических анализа ткани и вещества на ней были предприняты с согласия католической церкви еще в 1970-е годы. Первый анализ провела итальянская комиссия в 1973 году. Профессора Джиорджио Фраке, Эуджения Ридзатти и Эмилио Мари обнаружили на ткани красноватое гранулированное вещество. Все специальные тесты на кровь дали отрицательный результат. Профессора Гуидо Филогамо и Альберто Дзина обнаружили красноватые овальные частицы диаметром 0,5-0,7 микрона.

Во время проведения второго анализа в 1978 году основную роль играла фуппа STURP. Эксперты наложили 32 клеевые полоски на покрывало и затем осторожно их содрали. Полоски разрезали на две части и отдали Уолтеру МакКрону и Рею Роджерсу. Эти микроаналитики исследовали частички вещества и волокна покрывала, прилипшие к клеевым полоскам. В частности, МакКрон не обнаружил следов жидкости или каких-либо других признаков трупа. Ему удалось найти всего лишь неорганические компоненты, прежде всего окись железа (ржавчину). Поскольку Мак- Крон считал возможным античное происхождение покрывала, он сделал вывод, что краска была использована дополнительно для более выразительной реставрации пожелтевших пятен, оставленных телом на покрывале.

Фрагмент плащаницы с человеческим ликом

При подробном изучении волокон МакКрон нашел на них два компонента: растворимая в воде краска темпера с окисью железа (железистая охра) и с киноварью. Этот второй компонент использовался старыми мастерами как алый цвет, и получали они его из сернистой ртути. Частицы этих двух компонентов отождествляются вполне уверенно. МакКрону удаюсь показать, что обнаружить железистую охру можно только в области самого изображения, и ее нет в контрольных областях покрывата. А краска из сернистой ртути встречается исключительно в «кровавых» областях. Тот факт, что в живописи XIII и XIV веков киноварь часто использовалась для изображения крови, только усиливает предположение о покрывале как о произведении искусства. Наряду с этим МакКрон нашел и следы других частиц, причем многие из них типичны для малярных красок. Все это укрепило МакКрона во мнении, что покрывало могло время от времени попадать в мастерскую художника.

Факты постепенно склонили Мак- Крона к мысли, что плащаница – искусственное изделие. Но когда он поделился своими выводами с другими членами группы STURP, то встретил сопротивление. У него отобрали клеевые полоски, и он не смог продолжить исследование. Ему было запрещено сообщать о своих результатах без согласия группы. Со временем МакКрон потерял надежду переубедить своих прежних соратников и приостановил свое членство в STURP. И наконец, он начал публиковаться в различных журналах, в результате чего смог найти согласие с непредубежденными учеными.

Усилия по химическому анализу плащаницы продолжаются, однако на ткани не удалось найти никаких других существенных составляющих крови, например калия, которого в крови в три раза больше, чем железа. Правда, позже появились сообщения, что на покрывале найдены следы ДНК. Наличие ДНК может, конечно, свидетельствовать в пользу наличия крови, но это очень слабый свидетель. После того как столько людей на протяжении столетий имели дело с покрывалом, было бы чудом, если бы на нем не было найдено никаких человеческих следов.

Возраст ткани

Исследователи Туринской плащаницы пытались разгадать ее тайну многими изощренными методами, скажем, исследуя застрявшие в ткани частицы пыльцы растений, которые могли бы поведать о географии ее перемещений. Но самым простым и надежным методом, очевидно, является радиоуглеродное измерение возраста ткани. Напомним, что радиоуглеродный метод – это способ определения возраста органического вещества, в котором используется распад радиоактивного изотопа углерода С-14. В археологии это один из важнейших методов датировки.

В 1970-е и 1980-е годы исследователи часто требовали разрешения на проведение точной, радиоуглеродной датировки плащаницы. Однако в 1970-е годы для проведения исследования нужно было использовать большое количество ткани покрывала, и разрешение не было получено. Но позже техника усовершенствовалась, и сейчас можно определить возраст, обладая малым количеством ткани. Это обстоятельство и облегчило католической церкви в 1988 году принятие решения об определении возраста плащаницы.

Первоначально для исследований было выбрано семь лабораторий. Это было зафиксировано в так называемом Туринском протоколе специалистами по датировке под руководством председателя научного совета Ватикана. К тому же были намечены детали взятия образцов, чтобы потом не было повода для критики. Однако позже число лабораторий было сокращено до трех, что вызвало недовольство ученых: они опасались, что небольшие отклонения из-за случайных ошибок при исследовании одного из трех образцов дадут повод сомневаться в надежности исследований. Семь образцов, разумеется, значительно уменьшили бы риск. Оказалось также, что была изменена методика отбора образцов. Ученым из лабораторий не разрешалось больше непосредственно присутствовать при взятии тканевых образцов. В конце концов, покрывало было исследовано тремя научными коллективами: в лаборатории геофизики Аризонского университета (Тусон, США), в лаборатории археологии и истории искусства Оксфордского университета совместно с лабораторией Британского музея (Англия), а также в Институте физики Цюриха (Швейцария). Результат оказался однозначным: с учетом всех возможных неопределенностей исследователи заключили, что ткань покрывала возникла в период между 1260 и 1390 годами. Этот результат убедительно подтверждает гипотезу о том, что Туринская плащаница является работой художника XIV века

Все еще только начинается…

Казалось бы, радиоуглеродное датирование должно было поставить точку в истории с плащаницей. Как бы не так! Сразу же после публикации этих результатов появились сомнения, связанные с отклонением от Туринского протокола при процедуре взятия пробы; напомню – на отклонениях настояла церковь. Действительно, непрерывная и документированная идентификация образцов не была проведена. Упаковки образцов осматривались только тремя представителями церкви, и, к сожалению, все это не фиксировалось фотокамерой. В среде журналистов это неизбежно привело к возникновению теории о заговоре.

Однако независимые эксперты считают, что образцы взяты честно и исследование выполнено на высоком уровне. У всех трех лабораторий в пределах ошибок совпал не только возраст плащаницы, но и возраст контрольных образцов двух других исторических тканей, даты рождения которых историкам точно известны. И все же этот случай показывает, что может произойти, когда исходя из политических или церковных интересов происходит отклонение от установленной процедуры. Опасение, что случайное отклонение, полученное в одной из трех лабораторий, поставит под вопрос обший результат, не оправдалось. Но отсутствие безукоризненно выполненного протокола исследования все же дало повод для различных спекуляций.

В России серьезных публикаций о Туринской плащанице и тем более о связанных с ней исследованиях было немного: ведь никто из нас не держал ее в руках, да и маю кто вищел. Поэтому мой интерес привлекла статья в «Вестнике Российской академии наук» (Фесенко и др.; 2001), в которой ответственные сотрудники Института криминалистики и Министерства юстиции РФ поставили под сомнение радиоуглеродный возраст плащаницы. Как говорится, за дело взялись профессионалы! Они отметили, что пострадавшая от пожара 1532 года плащаница по историческим данным подверглась реставрации, в процессе которой ее могли пропитывать растительными маслами и таким образом привнести в ее состав свежий органический материал, способный существенно изменить соотношение изотопов углерода (С-14 / С-12). Авторы статьи экспериментально показали, что методика подготовки образцов плащаницы к радиоуглеродному исследованию, использованная, в частности, специалистами Оксфорда, не обеспечивает полного удаления из ткани плащаницы высохшего растительного масла. Встает вопрос: насколько это могло «омолодить» плащаницу?

И вот туг авторы статьи допустили промах: они сделали расчет, исходя из предположения, что неотмытое растительное масло привнесло в ткань лишь радиоактивный изотоп углерода (С-14), тогда как, на самом деле, ткань в результате загрязнения свежим природным углеводородом могла обогатиться только природной смесью изотопов углерода. Эта ошибка обошлась авторам статьи дорого: их вывод гласит – ткань, изготовленная 2000 лет назад, в результате указанного загрязнения вполне может дать средневековый радиоуглеродный возраст. Но аккуратный расчет показывает, что это не так: загрязнение маслом могло сдвинуть возраст плащаницы лишь на несколько десятков лет. Жаль, что нашим криминалистам не удалось сказать своего слова в «плаща ни целогии». По правде сказать, мне трудно понять причину их столь элементарного промаха. Ведь решалась школьная задача!

Впрочем, промахи и даже подвохи допускались и раньше. Наг.ример, в 1989 году физик из лаборатории высоких энергий Гарвардского университета Томас Филлипс предположил, что в момент воскресения Христа его тело испустило мощный импульс тепловых нейтронов (а почему бы и нет – что мы знаем о физике воскресения?). При этом некоторые ядра изотопа С-13, захватывая нейтроны, могли превратиться в ядра С-14, «омолодив» таким образом ткань плащаницы с точки зрения радиоуглеродных исследований. Хотя всем было ясно, что эта идея относится к разряду «Физики шутят», она была тщательно проанализирована специалистами. Были найдены аргументы, например, нормальный изотопный состав других элементов, полностью отвергающие эту гипотезу. Так закончилась нормальная научная дискуссия.

В качестве курьеза отмечу, что неверное решение задачи про «омоложение» плащаницы, полученное в работе Фесенко и др., совершенно верно описывает ситуацию, рассмотренную Филлипсом. Так в «деле о плащанице» добавилась еще одна загадка. Думаю, их будет еще много. Ведь Туринская плащаница – не столько объект научного исследования, сколько фокус идеологических и социальных проблем.

История современности

Два взгляда на одно событие

Эта история почти неизвестна у нас. Тридцать шесть лет назад, 27 января 1967 года, во время наземных испытаний корабля «Аполлон- 1» начался пожар. Астронавты Вирджил Гриссом, Эдвард Уайт и Роджер Чаффи сгорели заживо. Долгое время их считали жертвами несчастного случая. Однако сын Вирджила Гриссома Скотт собрал улики, доказывающие, что в тот день произошло преднамеренное убийство. Так ли это? Судьба «Аполлона-1» вновь стала обсуждаться в США. В материале, предложенном Александром Грудинкиным, изложена точка зрения Скотта Гриссома, в то время как Александр Марков, постоянный автор журнала «Новости космонавтики», строго придерживается официальной версии событий.

Александр Грудинкин

Гибель корабля «Аполлон-1»

… Тебе, наверно, известно, что наша космическая программа ориентирована в основном на автоматические средства, – это американцы рискуют человеческими жизнями.

Виктор Пелевин. «Омон Ра»

Вашингтон, 21 июля 1969 года Несколько часов назад американские астронавты впервые совершили посадку на поверхность Луны. Слухи об этом витают в воздухе. Вся Америка ждет выступления президента. Наконец, из репродукторов и динамиков раздается строгий, торжественный голос диктора: «Работают все радио- и телевизионные станции Соединенных Штатов Америки. Сегодня в три часа тридцать девять минут астронавт Вирджил Гриссом первым в истории человечества ступил на Луну».

«Что? Кто такой Гриссом?» – спросит каждый, кто прочтет эти строки. «Первым был Нил Армстронг. Это знают, кажется, все». Да, все. Вот только сам полковник ВВС США Вирджил Гриссом не догадывался об этом, ведь к полету на Луну готовился он, в ту пору самый заслуженный астронавт Америки. К тому времени на его счету было два полета: суборбитальный полет на «Меркурии» в июле I96I года и орбитальный полет на «Джемини-3» в марте 1965 года. Год спустя он отметил сорокалетие. Впереди его ждала слава.

Его нашла смерть. «Он был убит, – заявил Скотт Гриссом, сын астронавта. – Это не был несчастный случай. Это был умышленный саботаж. Я не знаю, действовал там один человек или их было пятьдесят, но это именно так».

Кто-то должен меня охранять

Вирджил Гриссом, Эдвард Уайт и Роджер Чаффи готовились к двухнедельному орбитальному полету на корабле «Аполлон-1». Затем им предстояло стать участниками первой лунной экспедиции.

27 января на стартовой площадке 34 космического Центра имени Кеннеди во Флориде проводилась генеральная репетиция предстоящего полета. Корабль «Аполлон-1» пристыковали к ракете-носителю «Сатурн». Астронавты должны были подняться на борт корабля в полном обмундировании. Потом будут включены все электрические системы и средства связи. Отсоединят кабели, связывающие корабль с землей. Все будет готово к автономному полету.

Однако в тот день все не заладилось с самого начала. В 11 утра астронавты должны были подняться по трапу и занять места на борту корабля, но из-за технических сбоев экипаж задержали на два часа. Когда Гриссом ступил, наконец, внутрь корабля, его насторожил какой-то кислый запах, доносившийся оттуда. Вместо последнего отсчета – этого сакраментального «Десять, девять, восемь, семь…» – снова перерыв. Берутся пробы воздуха. Долго, неприятно. Результат нулевой.

Когда же испытания продолжились, возникли перебои со связью. «Порой мы вообще не понимали, что говорит экипаж», – признавался позднее руководитель испытаний Кларенс Човин. Наконец, пробивается голос командира: «Мы что, так и будем разговаривать с вами на Луне, когда здесь, в пяти метрах друг от друга, ничего не слышим?». Гриссом явно разозлен. Как всегда в таких случаях, начинает виться шепоток: «Да уж, подготовились… Ничего не получится». Довершая общую неприятную атмосферу, из люка высунулся Гриссом и крикнул: «Честно говоря, я думаю, что у этого корабля почти нет шансов отлетать свои две недели».

Гриссом не боялся резать правду- матку. Он был героем американской астронавтики. Никто в США не провел столько часов в космосе, сколько он. Его популярность в стране была сравнима разве что со славой Гагарина у нас в Союзе.

Пока же Гриссом готовился бросить вызов советскому космонавту. Тот первым побывал в космосе; он первым ступит на Луну. Правда, туда еще надо было долететь. Гриссом буквально осатанел: он придирался к каждому проводку на корабле, осматривая его сантиметр за сантиметром. Его придирчивость засела в печенках, наверное, у всех техников, готовивших корабль к полету. Всякий раз он находил какую-нибудь свежую неисправность. «В последний год я буквально как вопиюший в пустыне» – жаловался он. Вокруг него, в самом деле, в тот последний год образовалась пустота Мало кто догадывался, как он был одинок.

Трудно себе представить, но «главный астронавт Америки» стал получать анонимные угрозы. Кто-то обещал убить его. «Этого неизвестного надо было искать среди людей, так или иначе причастных к космической программе США», – были уверены родственники Гриссома. К астронавту пришлось приставить охранника. «Если в нашей космической программе произойдет первая серьезная авария, – проронил он как-то в разговоре с женой, – то пострадаю я». (Стоит напомнить, каким было это время в США: всего три года прошло со дня гибели Джона Кеннеди, а годом позже будут убиты Роберт Кеннеди и Мартин Лютер Кинг.)

Смертельное оружие

Гриссом был человеком резким, несдержанным, но справедливым. Да и все в тот день с самого утра шло наперекор так что некоторые даже предлагали прервать испытания. Что толку «репетировать», когда надо переделывать? Однако их не стали слушать. «Время не ждет, – оправдывались они потом. – И так день потеряли». Мороку с испытаниями решили продолжить.

Если бы только барахлила связь или заедал контакт! Вот уже закрывается дверца; все начинается сызнова, но на этот раз астронавты пойдут до конца. Пристегнувшись к креслам, отрезанные от внешнего мира, они замирают на пороховой бочке; остается лишь поднести спичку. Все дело в том, что в тот день атмосфера в кабине корабля «Аполлон-1» состояла из чистого кислорода. Ее было легче создать и поддерживать в равновесии, чем смесь из различных газов. Для этого требовалось меньше аппаратуры, а значит, вес корабля можно было уменьшить. Вот почему в кораблях, участвовавших в те годы в космической программе НАСА, создавалась атмосфера из чистого кислорода.

Конечно, она крайне пожароопасна, но на Земле! В космосе – другое дело. Там, в невесомости, газообразные продукты горения окутывают очаг пожара и гасят пламя.

Однако «Аполлон-1» находился пока на Земле. И кислорода в него закачали немерено. Если в кабинах кораблей «Джемини» и «Меркурий» давление кислорода составляло 0,3 атмосферы, то в тот январский день в кабине «Аполлона-1» оно превысило атмосферу. В таких условиях пожар мог начаться от любой искры.

Вот уже несколько часов Гриссом, Уайт и Чаффи щелкали тумблерами, нажимали на кнопки. И вот уже несколько часов было известно, что в электросистеме корабля имелись какие-то дефекты. На это указывали хотя бы перебои со связью.

Щелк-щелк. Искра летит? Шелкщелк. Искра летит? Все это аллегорически называлось бы «игрой с огнем», когда бы не было игрой с огнем в прямом смысле этого слова.

Однако, несмотря ни на что, в 18.30 началась самая опасная часть эксперимента. Полуотлаженный корабль имитировал старт. Всякая связь с космодромом прекращалась. Включались все системы автономного электрического питания.

Однажды в Америке

«Это был смертный приговор» – Скотт Гриссом уверен в этом. Через полторы минуты раздался взрыв. Когда через несколько минут первые смельчаки пробрались к астронавтам, все они были мертвы.

Причины аварии изучались комиссией, созданной самим космическим ведомством НАСА. Шесть из восьми членов комиссии представляли это ведомство. Конгрессмены критиковали ее состав, но безуспешно. Так что независимой экспертизы проведено не было. По итогам работы комиссии заместитель руководителя НАСА Роберт Симане заявил, что случившиеся события стали результатом трагического стечения обстоятельств, которое невозможно было предвидеть.

Невозможно? Задолго до этой аварии американцы уже провели ряд экспериментов с кислородной атмосферой. Их результаты были крайне неблагоприятны. В период с 1962 по 1967 год подобные опыты не раз заканчивались летальным исходом. Так, всего за четыре недели до гибели Гриссома и его товарищей, 1 января 1967 года, на базе ВВС США в Сан- Антонио во время пожара в кислородной камере (давление – 0,5 атмосферы) погибли два испытателя. Никто никогда не объяснит, почему руководители НАСА, не обращая внимания на прежние неудачи, упорно продолжали свои смертельно опасные опыты. Остается лишь строить догадки.

Так, существуют самые разные версии того, что же успели сказать астронавты, когда попали в беду Быть может, они просто закричали: «Пожар на корабле!», как гласит официальное заключение. Быть может, крики были совсем иными: «Выпустите нас отсюда!» или «У нас сильный пожар. Выпустите нас, а то мы сгорим!».

А если астронавты успели сказать все это и еще многое другое? Ведь, по слухам, они прожили намного дольше, чем утверждает официальная версия. Согласно ей, астронавты погибли в течение четырех минут. Но почему именно в течение четырех минут? Эта цифра как нельзя кстати устраивала руководителей эксперимента. Ведь кабину корабля вскрыли через пять минут, и, значит, никого в живых там уже не было.

А если бы и были раненые, помочь им не представлялось возможным, ведь поблизости – среди персонала, обслуживавшего испытания, – не было ни одного врача. Первый врач прибыл на стартовую площадку лишь через десять минут после осмотра кабины корабля – целая вечность для тяжело раненых людей! Если астронавты, несмотря на сильнейшие ожоги, выжили и умерли уже после того, как их извлекли из кабины корабля, то случившееся можно было бы назвать, мягко говоря, преступной небрежностью, наказуемой по закону.

Как выяснил Скотт Гриссом, при вскрытии у всех троих погибших астронавтов был зафиксирован отек легких, то есть в их легких скопилась жидкость. Подобный отек возникает при вдыхании дыма. Под действием едких газообразных веществ, возникающих при горении различных материалов, легочные пузырьки становятся пористыми. Их заполняет жидкость; они теряют способность поглощать воздух – человек задыхается в собственной мокроте. Вот только происходит это не сразу!

Любой медик подтвердит, что отек легких развивается в течение нескольких часов, а не минут. Если человек умер мгновенно, то у него не будет отека легких. Скотт Гриссом сделал логичный вывод: «Когда открыли люк, экипаж корабля был еще жив. Однако находившиеся поблизости люди не предприняли никаких попыток спасти астронавтов».

Этот вывод точно согласуется со странным заявлением, которое сделал 2! апреля 1967 года на слушаниях в Конгрессе инженер Томас Бэрон, бывший сотрудник фирмы «North American Aviation», изготовившей корабль «Аполлон». По его словам, один из сотрудников фирмы признался ему, что астронавты еще минут за дееять- двенадцать до того, как заметили огонь, почувствовали запах дыма. Тут же начались неполадки со связью. Потом минут пять астронавты пытались открыть кабину. Бэрон даже рассекретил имя своего «информатора»: Эл Холмбург.

Слушания еще продолжались, когда по распоряжению руководителей фирмы «North American» в Конгресс прибыл Эл Холмбург и опроверг все высказывания Бэрона.

А Томас Бэрон давно уже критиковал сами условия проведения испытаний, а также порядки, сложившиеся на стартовой площадке. Доходило до смешного, если бы это не было так страшно. Так, при загрузке топливных баков ракеты работала лишь часть обслуживающего персонала, поскольку не хватало защитных костюмов. Остальные спали или играли в картишки. Рабочие спокойно курили невдалеке от горючих материалов, а то и распивали спирт, приготовленный для профилактических работ.

За три недели до катастрофы Бэрона выгнали из фирмы за критиканство. А через неделю после его выступления в Конгрессе автомобиль Бэрона замешкался на железнодорожном переезде и был раздавлен проезжавшим поездом. Бэрон, его жена и дочь погибли.

Стартовая площадка 34. Здесь произошло первое космическое убийство?

Совершенно секретно

Бэрон погиб. Однако его слова не остались неуслышанными. Пожар на стартовой площадке вовсе не был роковой случайностью. Авария была предопределена самой обстановкой, сложившейся здесь. Так, Эрик Бергост озаглавил книгу, посвященную событиям 27 января 1967 года, «Убийство на стартовой площадке 34». В ней, в частности, он писал: «Если сообщения о халатности, просчетах менеджеров, небрежно проведенных испытаниях и вопиющих дефектах верны, то жертвы, принесенные тремя астронавтами, были бессмысленны, если только эти люди не стали жертвами убийства».

Разумеется, комиссия НАСА, расследовавшая этот инцидент, всячески отрицала последнюю версию. В отчете, составленном ею, говорится, что никаких следов саботажа, приведшего к катастрофе, обнаружено не было. Однако и доказать, что саботажа не было, тоже не удалось. Ведь причина аварии так и осталась неустановленной. «Мы искали очаг возгорания, но так и не нашли его», – признался Фрэнк Борман, один из членов комиссии. Предположили лишь, что произошло короткое замыкание. Где? Почему?

Новая версия появилась много лет спустя, когда обломки сгоревшего корабля осмотрел Скотт Гриссом. Он остановился как вкопанный, увидев на одном из пультов то, что в свое время искали – и нашли! – члены комиссии.

Их заинтересовал один из тумблеров. Он, единственный, был демонтирован. Кабели, подходившие туда, были тщательно пронумерованы комиссией. Сам тумблер лежал рядом в пластиковом пакете с надписью «Тумблер S-Пи крепеж». Этот тумблер находился «на консоли номер восемь главной приборной панели, прямо над коленями моего отца, и соединял бортовые аккумуляторы с аппаратурой корабля», подчеркнул Скотт Гриссом.

«За всю свою карьеру пилота я не видел ничего подобного» – продолжал Гриссом. Речь шла о прямоугольной металлической пластине, которая заподлицо подходила к тумблеру. Она была вставлена под тумблер – туда, где сходились все провода, подведенные к этому переключателю. Понятно, что пластина была там вовсе ни к чему. Ведь в каком бы положении ни находился тумблер после подачи питания, во включенном или выключенном, все равно следовало короткое замыкание – то самое, что вызвало пожар. Щелк-щелк. Вот где проскочила искра! Рядом с астронавтами. Ее было достаточно, чтобы начался пожар. Эта находка окончательно убедила Скотта Гриссома в том, что его отец и другие астронавты погибли вовсе не в результате чьей-то оплошности. Нет, «это был умышленный саботаж».

Кто же мог совершить такое? На стартовой площадке «Аполлона !» работали сотни людей. Среди них были не только представители НАСА, но и сотрудники фирм, связанных контрактными обязательствами с космической программой, например, «North American» или «General Electric». Пожалуй, трудно будет восстановить мотивы поступков всех присутствовавших тогда на месте аварии. Остается лишь предполагать.

Возможно, у Гриссома были личные враги, и члены комиссии НАСА пытались «замять скандал в своем благородном семействе»? Возможно, кто-то очень хотел помешать тому, чтобы американцы первыми покорили Луну? Возможно, кто-то завидовал чужой славе? В любом случае в тот день астронавты могли остаться в живых. Ведь поначалу планировалось провести тот самый эксперимент в автоматическом режиме, без участия экипажа. Если бы так и случилось, то пострадавших не было бы. Сгорел бы лишь образец корабля. Однако в последнюю минуту все было переиграно. На борт «Аполлона-1» поднялись люди.

Впрочем, нет никаких доказательств версии Скотта Гриссома. Представители НАСА назвали ее «вздором»: «Мы повторяем, что члены комиссии так и не выяснили причину возгорания». Сам Гриссом уверен, что лишь новое, независимое расследование внесет ясность в события того дня и выявит возможных виновников случившегося.

Звездные войны.

Эпизод 1

Перебирая все возможные причины случившегося, Скотт Гриссом сказал как-то в интервью, что виновниками аварии могли быть… «советские агенты». Почему же комиссия НАСА скрыла их вину? «Если бы стало известно, что диверсию устроили Советы, могла бы начаться Третья мировая война». Без комментариев! В свою очередь, предположим, что взрыв на стартовой площадке устроил отряд вьетконговских партизан, и именно это событие вызвало последующую эскалацию войны во Вьетнаме. Бредни бреднями вышибают.

Первая жертва

Прошло почти шесть лет после призыва Джона Кеннеди «прилуниться к концу десятилетия». Успех проекта «Джсмини» вывел США в лидеры космической гонки; казалось, еще усилие – и Луна будет покорена. Но качество техники, разрабатываемой для лунных экспедиций, вызывало тревогу.

Штурмовщина была адская. Все думали только о сроках. К несчастью, и сами астронавты требовали не обращать внимания на недоработки и пренебречь мерами безопасности – лишь бы войти в график программы. «Только пустите нас на борт, мы полетим и на таком корабле» – говорили они. Все в НАСА предчувствовали катастрофу, но все так же спешили приступить к испытаниям. Скорей-скорей, несмотря ни на что…

Смерть всегда была рядом с астронавтами, они свыклись с ней. «Решивший стать астронавтом соглашался на смертельный риск, – признался как-то Уильям Андерс, участник экспедиции «Аполлона-8». – Он знал, куда шел; он играл в орлянку и мог проиграть жизнь». Лететь на Луну никого не заставляли; деньгами тоже никого не прельщали. Астронавты были одержимы мечтой, забывая, что шансов на успех у них – 50 процентов. «Если мы умрем, мы хотим, чтобы люди приняли это, – сказал Гриссом на пресс-конференции, проведенной незадолго до испытаний. – Мы занимаемся опасным делом». К полету на Луну они готовились, как гладиаторы – к выходу на арену. Кто же были они?

* Роджер Чаффи – 31 год, лейтенант-коммандер ВМС, астронавт третьего набора. Он впервые готовился полететь в космос, но в этом экипаже оказался не случайно. Он был одержим полетом на Луну; весь его дом был увешан фотографиями лунной поверхности.

* Элвард (Эд) Уайт – 36 лет, подполковник ВВС, выделялся среди астронавтов ростом и лучшей физической формой. В 1965 году он стал национальным героем, первым из американцев выйдя в открытый космос.

* Наконец, командир экипажа Вирджил (Гас) Гриссом – полковник ВВС, ветеран войны в Корее, маленький, сильный и жесткий. Явный лидер по своим задаткам. Он был в отряде астронавтов с самого начала. Первую семерку американских астронавтов связывали узы дружбы. Они постоянно соревновались друг с другом – от полетов на самолетах до импровизированных ночных автогонок. В подсобных приключениях Гриссом был самым азартным участником. Однако он отличался не только смелостью, но и хладнокровием, и профессиональной расчетливостью.

Молодые астронавты следующего набора уже меньше знали его как человека. Гас не открывался им. В последний год жизни ему уже не с кем было поделиться своими проблемами. Он стал «одиночкой среди одиночек». К этому времени сама атмосфера среди астронавтов была уже другой. Они понимали, что программа «Аполлон» – это новый уровень. Все сложнее: ответственность, риск, готовность, но, самое главное, уже в 1966 году стало ясно: полетов на Луну будет немного: может, восемь, может, три, а может, и только один. Так незаметно в отряде завязалась невидимая борьба. Каждый мечтал о полете и напрягался на тренировках, как мог. Личные отношения стали суше, а сами астронавты – осторожнее: выпадешь из своего экипажа по пустяку – считай, не попал на Луну. А ведь больше, чем кто-либо, он. Гас Гриссом, совершивший первым полет на «Джемини», хотел быть первым человеком на Луне.

…В теплый январский полдень экипаж «Аполлона-1» поднялся в капсулу, размещенную наверху ракеты-носителя «Сатурн-18», чтобы отработать моделирование обратного отсчета, прогон четырех предстартовых и трех послестартовых (орбитальных) часов.

К вечеру, когда лег туман, включились прожекторы, купая «Сатурн» в белом свете. В 18.20 из-за неполадок со связью счет времени приостановили, но через десять минут решили продолжать испытание. В 18.31, когда Дик Слейтон, друг Гриссома, просматривал график испытаний, он услышат вскрик, донесшийся из кабины корабли: «Огонь!».

Слейтон узнал голос Чаффи, сидевшего в правом кресле кабины, напротив средств управления радио. Он взглянул на монитор, транслировавший картинку в иллюминаторе выходного люка. На стекле плясали яркие блики пламени.

Через секунды новое сообщение из кабины корабля, на этот раз четкое. Уайт: «У нас пожар в кабине!». На мониторе Слейтон увидел руки Уайта. Никто не понимал, что случилось. Через несколько секунд голос совершенно неузнаваемый: «У нас сильный пожар… Мы горим». (Позже на магнитофонных лентах идентифицировали голос Чаффи.) И еще буквально через две-три секунды Слейтон и перепуганные диспетчеры услышали последний звук из «Аполлона-1» – краткий крик боли.

…Время тянулось бесконечно долго. На мониторе через плотный дым Слейтон разглядел, как спасатели приблизились к люку «Аполлона-1» и отпрянули. Донеслись голоса: «Он слишком горячий». Через пять минут люк был открыт, и руководитель платформы вышел на связь: «Лучше я не буду описывать, что вижу».

В сгустившихся сумерках у огромной стартовой башни сгрудились санитарные машины. Еще издали чувствовался едкий запах горелой изоляции и пластмассы. Из люка почерневшей кабины «Аполлона-1» что-то свисало. Это была рука в белом скафандре.

Дик Слейтон заглянул в кабину: огни индикаторов еще светились, но все вокруг было покрыто сажей. Справа он увидел Чаффи, пристегнутого к своему креслу; два других кресла были пусты; лишь несгоревшая документация лежала на кресле Уайта. Дик посмотрел вниз, под край люка, и увидел два тела в скафандрах. Их ноги были обожжены. Невозможно было сказать, кто Гриссом, а кто – Уайт.

…Алан Бин, будущий пилот «Аполлона-12», дежурил в почти пустом офисе, когда кто-то позвонил с мыса Кеннеди, где находился стартовый комплекс. Прозвучала странная фраза: «Мы потеряли экипаж». Алан сначала не понял и ответил: «Куда, вы думаете, они ушли?». Говоривший на том конце провода запнулся. Похоже, он долгое время собирался с силами, потом сказал: «Гриссом, Уайт и Чаффи погибли».

Прежде чем обсуждать причины случившегося, еще раз обстоятельно опишем все, что происходило в момент катастрофы. По результатам расследования картина трагедии представляется следующей.

18:30:55. Кратковременный перебой в электропитании кабины корабля.

18:31:01. Резкое кратковременное падение напряжения в цепи системы терморегулирования, что характерно для возникновения искры, предположительно в поврежденном кабеле под люком (сторона Гриссома).

18:31:03. «Fire!».

18:31:05. Воспламенились пары, просочившиеся из близлежащей трубы хладагента (водный раствор гликоля – агрессивное горючее вещество); искра зажгла нейлоновую сетку, натянутую под креслами, чтобы ловить падающие инструменты и приборы. Огонь стал быстро распространяться.

18:31:09. На экране монитора видны руки Уайта. Тот пытается открыть внутренний люк. (Уайт был самым сильным в экипаже, но после начала пожара даже он не мог бы открыть люк. Накопившиеся горячие газы придавили его с силой, равной тысячам фунтов. После этого Уайт не имел возможности даже повернуть ключ, открывавший люк. Кроме того, во время тренировки Уайт – с помощью Гриссома и Чаффи! – открывал люк, самое быстрое, за 90 секунд.)

18:31:12. Резкое повышение температуры и давления. Появились языки пламени. Даже материалы, считавшиеся огнеупорными, горели, будто их окунули в керосин. На мониторе в сполохах огня долю секунды видны шлемы двух астронавтов. С панели управления Чаффи включены бортовые батареи; в задымленной кабине стало светлее. Раздались слова Чаффи: «У нас сильный пожар… Мы горим!».

18:31:17. Давление газов достигает 2,03 килограмма на квадратный сантиметр. Раздается взрыв.

18:31:19. Давление поднялось до 2,5 килограммов на квадратный сантиметр. Донную часть капсулы разорвала трещина. Пламя вышло наружу и охватило обшивку корабля, что помешало оказать немедленную помощь экипажу.

18:31:22,4. Прием телеметрической информации с борта «Аполлона- 1» прекращается.

18:31:25. Давление спало до нормального, пожар локализовался, но внутренняя полость кабины заполнилась угарным газом и густым дымом.

18:31:30. Концентрация угарного газа в атмосфере кабины стала смертельной. Корпус кабины треснул; горячие газы вырывались с громким свистом наружу. Свидетели утверждали, что слышали «крики ужаса», но при дальнейшей расшифровке звукозаписей их идентифицировали как шум продуктов горения, вырывавшихся из капсулы. К тому времени кислородные шланги прогорели, и ядовитый газ прорвался в скафандры астронавтов. Пилоты потеряли сознание.

По сей день критики считают причиной гибели экипажа «Аполлон-1» чисто кислородную атмосферу, но дело не только в ней. Конструкция модуля практически лишала пилотов возможности бороться за жизнь. Астронавты были закреплены в креслах под приборной панелью в очень стесненном положении. Ширина трех кресел составляла 2,12 метра. Пожар, возникший за креслами, не мог быть сразу замечен.

В первые секунды после обнаружения пожара экипаж действовал правильно: Уайт и Гриссом, отбросив подголовники кресел, развернулись на 180 градусов, встали на пол у люка и принялись его открывать. Чаффи не менял положения, чтобы не мешать товарищам, занимавшим все свободное место у люка. Пилоты не обращали внимания на пламя, охватившее кабину, хотя оно уже прожигало скафандры. У них еще был шанс, если бы скафандры оснашались автономными системами жизнеобеспечения (СЖО). На их белу разъемы кислородных шлангов, соединяющих их с СЖО, располагались за торцовой кромкой панели управления, где пламя было жарче всего. Будь у Чаффи огнетушитель, он мог бы сбить огонь со шлангов и очаг пламени локализовался бы. Если бы, если бы…

Они не чувствовали страха и боли, потому что погибли в схватке. Черный дурман смерти свалил на пол сначала Уайта в тот момент, когда он в последний раз рванул неподдававшийся рычаг замка. Он двигался активнее всех, а значит, и больше всех вдохнул ядовитого газа. А Гас, теряя сознание, уже машинально бил ладонью в стекло иллюминатора, пытаясь сдвинуть замки люка, и упал рядом с Эдом. Последний крик боли был горестным стоном Роджера Чаффи, видевшего, как погибли его друзья. Через мгновение и его сознание кануло в черную мглу…

В ближайшие полгода к капсуле «Аполлона-1» приделали люк, открывавшийся за две секунды (!), но чисто кислородную атмосферу сохранили. Полная переделка корабля исключалась. Ничто не могло остановить программу «Аполлон». Астронавты должны ступить на Луну – не этот экипаж, так следующий.

Гибель Гаса, Эда и Роджера спаяла «лунный отряд» НАСА. Через два с половиной года Нил Армстронг и Эдвин Олдрин ступили на поверхность Моря Спокойствия. Их товарищи, первые участники лунной экспедиции, покоились на Арлингтонском кладбище в Вашингтоне.

Такова общая канва событий. То, что журнал «Знание – сила» поднял тему развенчания околонаучных «уток», я считаю очень симптоматичным. В последнее десятилетие расплодилось множество недостоверных публикаций, но время бездумной отсебятины проходит. Нормальные люди – школьники, студенты, инженеры, ученые – интересовались и будут интересоваться серьезной наукой.

В статье А. Грудинкина излагаются версии «криминального расследования», публикуемые в последнее время в зарубежной печати, поэтому мне хотелось бы в заключение прокомментировать некоторые приводимые им факты.

Так, в вину НАСА ставится, что в составе комиссии, расследовавшей гибель «Аполлона-1», преобладали сотрудники НАСА. А кому же еще быть? Ведь речь шла о новейшей модели космического корабля. Стоит ли привлекать в качестве независимого эксперта того, кто совершенно не посвящен в космическую специфику. В чем он разберется? Так что лучший эксперт – это тот, кто эксплуатирует данную технику, например, астронавт. И если цитируются слова Фрэнка Бормана, неплохо бы напомнить о том, что в декабре 1968 года он на корабле «Аполлон» облетит Луну.

Испытания в кислородной атмосфере не раз проводились в программах «Меркурий» и «Джемини». Скотт Гриссом ставит в вину НАСА, что оно не провело беспилотных испытаний, но если бы таковые и состоялись, они вполне могли пройти без возгорания. Раз на раз не приходится.

Что касается заблокированного тумблера, то ведь не проведено расследование, когда и как пользовались им, каковы его физические характеристики. Следовало бы изучить программу испытаний и эксплуатационные схемы. Раз никаких документов не приводится, то и говорить нечего.

Наконец, «главный свидетель обвинения», Томас Бэрон. Я добавлю некоторые штрихи к его портрету. Еще до катастрофы он дважды встречался с руководителем Регионального офиса инспекций НАСА Д.М. Бруксом и сообщал ему о своих опасениях.

Жалобы Бэрона были направлены против «Норт Америкэн», а не против Центра имени Кеннеди. Расследование проводилось в декабре 1966 года, и ДЛ. Хансел, шеф управления качеством «Норт Америкэн», настаивал, что «нет реальных подтверждений основных жалоб Бэрона». Пятого января тот был уволен.

За три дня до катастрофы Бэрон передал Бруксу рапорт на 57 страницах и на следующий день получил ответ: рапорт изучен, меры приняты. Накануне испытаний журналист беседовал об этом рапорте с Ханселом, и тот признал, что Бэрон был одним из самых добросовестных специалистов, контролировавших качество, но все- таки ему мешал педантизм: он не мог допустить отклонения от программы испытаний, а ведь та меняется буквально на ходу. Бэрон не понимал этого. Упомянутые в рапорте просчеты не были достаточно серьезными, чтобы повлечь за собой аварию, которая произошла на следующий день.

Позднее, выступая перед комиссией, Бэрон сообщил, что подал так много жалоб, что и в его отделе, и в бюро главного офиса кончились нужные бланки. Тем не менее среди жалоб не было ни одной настолько веской, чтобы испытания приостановили.

Да, командный модуль «Аполлона-1» не был вполне готов к летной практике; он все время дорабатывался. Однако надо признать, что ни одна новая аэрокосмическая разработка не обходится без жертв. Такова уж специфика этой отрасли. Трагедии не обошли стороной обоих участников «Лунной гонки». Гибель американского «Аполлона-1» и советского корабля «Союз-1» (24.04.67) разделяли всего три месяца без трех дней.

P.S. Остается добавить, что в 1967 – 1972 годах во время работы по программе «Аполлон» не погибнет больше ни одного человека – ни на Земле, ни на Луне. Покорение Луны войдет в историю человечества как самое сложное и удачное инженерное предприятие XX века.

Понемногу о многом

Своеобразная реклама торгового дома «Аякс»

Вас раздражает реклама?

«Если бы над современным строем разразилась катастрофа, уничтожившая все признаки его, за исключением рекламы, – писал в 1911 году петербургский журнал «Современный мир», – для будущего социолога все-таки не все еще было бы потеряно: по этому детищу капиталистической культуры можно было бы восстановить много существенных черт, свойственных современному укладу».

Около ста лет назад одесский журнал «Торговое дело» рекомендовал мелким и средним коммерсантам собирать печатные рекламы, систематизировать их по группам и сохранять в специальных папках. Последовал ли кто-нибудь из них дельному совету, нам не известно. Зато доподлинно известно другое. Жил в незапамятные времена в Москве весьма уважаемый человек. Помимо старинных вещей, фарфора и исторических документов он собирал и рекламные объявления. Речь идет об Александре Петровиче Бахрушине (1853 — 1904), представителе известного семейства кожевенных и суконных фабрикантов. В бахрушинской коллекции были представлены рекламы отечественных и заграничных торговых и промышленных фирм, российских периодических изданий, книжных магазинов и магазинов художественных изделий Германии, Австрии, Англии, Бельгии, Франции, Чехии и Швейцарии, а также заграничных ресторанов, кафе и курортов. Из общей массы печатной продукции рекламного характера зоркий глаз московского коллекционера выхватывал любопытные открытки, визитки, конверты, изящные прейскуранты, необычные книжные закладки, объявления.

Нынешнему потребителю, очевидно, невдомек, что в старые добрые времена рекламы подразделялись на: 1) благонамеренные (составленные скромно и добросовестно, пропагандирующие то, что вполне заслуживает похвалы); 2) слишком патетические (расточающие лживые похвалы тому, что хотя и не заслуживает очень лестного отзыва, но не дурно и не вредно); 3) злонамеренные и лживые (способствующие сбыту чего- либо заведомо вредного под видом очень полезного). Наиболее действенным способом рекламирования считалось объявление в периодической печати- Причем газетно-журнальные анонсы в свою очередь подразделялись на обыкновенные, боевые, подвижные, иллюстрированные, анонимные, редакционные, беллетристические и телеграфные. Беллетристическое объявление составлялось в виде стихов, рассказов, набросков и даже научно-популярных очерков. В Москве и Петербурге этим ремеслом занимался узкий круг писателей и журналистов. Телеграфное объявление помещалось в виде телеграммы в соответствующем отделе газеты. Оба вида объявлений считались особенно дорогостоящими.

В конце XX столетия мы вновь сжились с вездесущей рекламой. Теперь к услугам рекламных дел мастеров («Раскрывай пошире уши! Я скажу, а ты послушай…», «Если вы не заметили этой рекламы, вы нездоровы…» и т.д., и т.п.) радио и телевидение. Сто лет назад им приходилось довольствоваться печатью и телефоном. Меняются времена, но неизменным остается главный закон рекламы, который гласит: если она (реклама) составлена умело и со вкусом, если в ней есть доля здорового юмора и чувство меры, рано или поздно вы окажетесь у нее на крючке.

Жвачку придумали в Древней Мексике

Кто не видел телевизионные сюжеты, посвященные рекламе самых разнообразных видов жвачки! Одни из них якобы улучшают состояние зубов, другие – всего лишь способ развлечения для молодежи. Однако приходится признать, что зта несколько странная привычка появилась не сегодня, а в довольно отдаленные времена и в самых разных частях света. В России, например, принято было жевать смолу, и даже сегодняшние пенсионеры, по-видимому, помнят, как в далеком детстве с удовольствием жевали зти липкие прозрачные кусочки.

В тропической Азии вместо смолы употребляли бетель. Так называлась смесь пряных и острых на вкус листьев небольшого кустарника семейства перечных под названием бетель и семян араковой пальмы с небольшим количеством извести для нейтрализации содержащихся в листьях кислот.

Интересно, у какого же народа впервые появилось желание использовать жвачку? Американские ученые утверждают, что жвачку придумало индейское племя майя, появление которого на территории Мексики, Гватемалы и Гондураса относится к первому тысячелетию новой эры. Именно их доисторические племена научились использовать в гастрономических целях млечный сок, добываемый из коры сапотового дерева, который, застывая, превращается в вязкое вещество, похожее на гуттаперчу. Натуральная резина служила древним майя отличным профилактическим средством для сохранения зубов. По словам археологов, обнаруживших на территории Мексики во время раскопок захоронения тысячелетней давности, зубы представителей племени майя отличались редкой белизной.

В середине XIX века американец Джеймс Эдамсью обратил внимание на то, что мексиканский президент и его подданные постоянно что-то жуют. Изучив свойства любимого лакомства мексиканцев, Джеймс наладил производство жевательной резинки, добавив в нее пищевые красители и ароматизаторы. Первая же партия новинки тогда только с мятным вкусом имела ошеломляющий успех.

Сапотовые деревья произрастают на мексиканском полуострове Юкатан, в Белизе и Гватемале. В сезон довдей, когда латекс становится более жидким, местные крестьяне с помощью острого мачете делают на коре деревьев зигзагообразные надрезы от основания ствола до первых веток. Стекающий по ним сок собирают в прикрепленные к деревьям ведра.

Сегодня жвачку изготавливают не из зтого сока, а из искусственной резины, которая по своему качеству не уступает природной.

Интеллектуальные игры «З-С»

«Он и она», или «Сладкая парочка»

Благодаря существованию таком категории, как род существительного в русском языке, возможны образования смешных пар, таких, как «пар – парка», «порок – порка», «чаи – чайка». Эти слова мужского и женского рода созвучны, но чаще всего не являются однокоренными. Суть игры – по определениям отгадать оба слова. Такие слова получили почти официальное название «сладкая парочка», а игры с использованием таких вопросов – «Он и Она». Такие же «парочки» могут образовывать и существительные с фамилиями известных людей.

Он

Она

1

Блез, чья фамилия не выдержала конкуренции с атмосферой

промысел, который полезен для сада

2

весьма категоричный Иммануил из Кенигсберга

многочастная, многоголосая любимица Баха

3

Эрнст, с которым бойко спорил Владимир

на балконе с одеждой и без у Гойи

4

Джон, ограничивший алгебру до двух

овощной белорусский танец

5

великий систематизатор Карл

красная, или та собственная, которую гнут

6

Жорж, признававший только катастрофический путь развития

химическая посудинка

7

Жан Анри, открывший наездников среди насекомых

место работы ткачих и трикотажниц

8

Зигмунд, породивший психоаналитический бум

земляничный режуший инструмент

9

Уилбер и Орвил, создавшие «Флайер-1»

яблочко самого подходящего для варенья размера

10

Иоганн Фридрих, показавший коварство тех, кто разрушает любовь

одна из родительниц дальневосточного крылатого бога любви

11

Кристоф Виллибальд, счастливый создатель «Орфея и Эвридики»

самая простая и популярная сладость среди медиков

12

Жак, озвучивший (как ни странно) опавшие листья парижских бульваров

противоположная хаосу организованная система мироздания древних греков

13

восьмой Михаил, взрастивший первого чемпиона по имени Анатолий

та, которую любил разворачивать Есенин

14

Роберт, во славу Бога отказавшийся от чемпионства

их ставят в рулетке

15

Михаил, первый в «Формуле» первой

обязательный инструмент в пельменной

Юбилей

Милена Авада

Минувшее проходит предо мною…

…В этой истории находимся мы и наше время.

Оно становится бессмысленным, если его заключают в узкие рамки сегодняшнего дня, сводят к настоящему…

Карл Ясперс

В 2002 году один из старейших государственных архивов страны отмечал свое десятилетие.

Старейший – и вдруг десятилетие, как это понять? Созданный в 1920 году для хранения важнейших документов Советской республики и «наиболее ценных исторических материалов предшествующих режимов», он претерпел множество реорганизаций, изменений в составе своих фондов, продолжая, по сути, быть прямым наследником Государственного архива 1920 года. А распоряжением правительства РФ от 28 апреля 1992 года на базе Центрального государственного архива Октябрьской революции, высших органов государственной власти и органов государственного управления СССР и Центрального государственного архива РСФСР (образованного еще в 1957 году) был создан Государственный архив РФ (далее – ГА РФ). С этого времени мы и считаем его возраст – десять лет. Сегодня архив входит в Свод особо ценных объектов культурного достояния народов России. И не случайно – эго одно из ведущих культурно-просветительских учреждений страны, открытых для всех любознательных.

Основной комплекс дореволюционных фондов архива – документы высших и центральных учреждений политического сыска и следствия, судебно-следственных учреждений и органов судебного надзора по политическим делам в Российской империи (в том числе Департамента полиции Министерства внутренних дел и Московского охранного отделения). Совершенноясно, что изучение истории общественного движения, политических партий и организаций в России совершенно невозможно без этих материалов. Уникальная по составу и содержанию именная картотека Департамента полиции, филерские дневники наружного наблюдения, отчеты, инструкции по организации работы различных структур этого учреждения – вот неполный перечень всего того, что позволяет составить представление о методах и функциях органов политического сыска Российской империи.

Часть этой информационной базы Департамента полиции по вопросам охраны царской семьи долгое время оставалась на специальном хранении: в описях красным карандашом значилось короткое, как приговор, «выбыло». Эти уникальные документы оказались в архиве ФСБ России, а в августе 1995 вернулись в Государственный архив России для свободного изучения.

Над выставкой, посвященной этой дате, трудилась масса народа из четырех центров ГА РФ – комплектования, хранения, научно-информационной работы, изучения и публикации документов. Трудились долго, с энтузиазмом и увлечением. И перед широкой публикой предстали неповторимые, уникальные комплексы документов. За 10 лет они пополнили и без того богатейшее и ценнейшее (более 5,5 миллионов) собрание архивных материалов одного из крупнейших федеральных архивов России.

Это богатство нужно было как-то показать и рассказать о нем. Ведь люди в основном мало представляют, чем занимается архив, как собирает и хранит документальные памятники истории, потому что познание источника, по словам Л.П. Карсавина, «не что иное, как познание самого прошлого». Конечно, на выставке можно было представить лишь небольшую часть из того, что имеем и храним, но и это – более чем 600 тысяч дел, поступивших в архив на вечное хранение в наше стремительное десятилетие.

Эти материалы составили несколько блоков, в основу которых были положены два принципа – системный и исторический: фонды ГА РФ сконцентрировали в себе несколько эпох (дореволюционную, советскую, новую и новейшую), а выставочный документ или предмет несет в себе многообразие и своеобразие своего времени.

На выставке был представлен один из журналов заседаний Комиссии по выработке мер охраны Их Императорских Величеств вне мест постоянных резиденций. Московский генерал-губернатор, а впоследствии товарищ министра внутренних дел В.Ф. Джунковский, один из тех, с чьим именем связаны основные вехи в истории Департамента полиции, тоже входил в число лиц, особо охраняемых* Благодаря высокому профессионализму и опыту он некогда определял политическое лицо системы политического сыска России.

Фотография В.Ф. Джунковского 1912 года из следственного дела 1921 года. Автограф Джунковского: «Глубокоуважаемому Валентину на добрую память от душевно ему преданного и сохраняющего самые добрые воспоминания с совместной с ним службе в Москве»

№3

В экспозицию вошли два следственных дела (1921 и 1937 гг.) по обвинению Джунковского в контрреволюционной деятельности. Впоследствии уголовное преследование было прекращено.

№ 7

Архив хранит и следственное дело по обвинению профессора П.А. Флоровского и членов «Партии возрождения России», к коим причислялся и Б. В. Ключевский (сын одного из ярчайших российских историков В.О. Ключеского), который (ирония истории или закономерность?) в 1910-1911 годах проходил в Особом отделе Департамента полиции МВД Российской империи по секретному делу «О профессорах, придерживающихся левого направления».

В состав личных фондов российских императоров (от Александра 1 до Николая И) и членов императорской фамилии входят ихдневники, письма, записки, рисунки, ученические тетради, фотографии, уникальная переписка с царствующими домами Европы, автографы выдающихся деятелей литературы, искусства, науки XIX – начала XX веков. В конце 2001 года этот комплекс архивных документов пополнился материалами из личного архива Е.М. Юрьевской. ГА РФ получил их в дар от семьи Ротшильдов. Княгиня Юрьевская (Екатерина Долгорукова) была морганатической супругой императора Александра II, его любовью.

Светлейшая княгиня Е.М. Юрьевская с сыном Георгием и дочерью Ольгой. [1880 гг.]

№ 32

Особая примета нашего времени – новые возможности осмыслить прошлое сквозь призму судьбы и бытия одного человека. Значение эпохи Александра II огромно: земельная, судебная, земская, военная, университетская и другие либеральные реформы, давшие импульс новому развитию российского обшества. Однако всякая личность, даже самодержец Всероссийский, много больше своего общественного самовыражения.

№ 33

Образ Александра II и самой эпохи будут не полными без этих абсолютно неизвестных документов. Над ними только сейчас «работают» в архиве. Из дневника императора Александра II за 1880 год: «…Четверг, 22 мая/3 июня, 6 ч. вечера. Императрица тихо скончалась. Господи, прими ее душу, отпусти мои вольные и невольные грехи! 11 3/4 ч. вечера. Сегодня кончилась моя двойная жизнь. Буду ли я счастливее в будущем? Я очень опечален, а Она не скрывает своей радости; она говорит уже о легализации ее положения; это недоверие меня убивает! Я сделаю для нее все, что будет в моей власти, но я не смогу пойти против интересов родины…». Чувство Долга и обязанности Любви сплелись и запутались в клубок… А вот записи той, которую император величал почти мистическим «Она»: «…Настал день, 6 июля 1880 года, когда Господь позволил нам предстать пред Ним и перед нашей совестью мужем и женой – единственное счастье, которого нам не хватало…».

Наш современник, не искушенный в тонкостях ремесла архивиста и историка, вскоре окажется сопричастным к трагически-прекрасным страницам «Романа Императора».

После его гибели 1 марта 1881 года она покинула Россию вместе с тремя детьми и прожила в эмиграции еще сорок один год. Этой женщине довелось пережить не только свое время, но и несколько важнейших исторических вех. Ее смерть в 1922 году осталась почти незамеченной в кругах русских эмигрантов.

Император Александр II 1874. На обороте фотографии автограф императора на французском языке: «На память с двух днях счастья в нашем любимом Царском Селе. 9 и 10 августа»

Каждый из личных фондов неповторим, а в целом они представляют уникальную коллекцию; архивы князей Волконских, Шаховских, Якушкиных, С.П. Трубецкого, М.А. Фонвизина, П.А. Кропоткина, А.Ф. Керенского, Иоанна Кронштадского – только перечисление займет не одну страницу…

В начале прошлого года вице-президент Нью-Йоркского объединения российских кадет за рубежом А.Б. Йордан передал в дар ГА РФ 159 писем лейб-медика императора Николая II Евгения Сергеевича Боткина, который шагнул в Вечность, оставшись до трагического конца вместе с семьей последнего из Романовых. Эти документы обогатили его личный фонд, хранящийся в архиве. «…Так называемый «карательный отряд», проходивший из Тюмени, сегодня отправился в обратный путь, – писал Е.С. Боткин сыну Юрию в марте 1918 года. – Пока он здесь был, вечно вооруженный «до зубов», он, по рассказам, начал было тут-там своевольничать, но Омский отряд тотчас же положил этому предел. Он явился, можно сказать, спасителем города…».

История жизни и трагической гибели семьи Николая 11 была долгие годы овеяна ореолом секретности и таинственности. В августе 1997 года князь Лихтенштейна Ханс-Адам И в знак благодарности за возвращенный российской стороной семейный архив (вывезенный из Германии в СССР в результате Второй мировой войны) подарил приобретенный на аукционе Сотби знаменитый архив следователя по особо важным делам Омского окружного суда Н.А. Соколова, расследовавшего обстоятельства гибели царской семьи в 1918 году в подвале Ипатьевского дома. Эти материалы на выставке произвели сильнейший эмоциональный эффект еще и потому, что дополнились «вещественными доказательствами»: состоялась передача стеклянных негативов следственного дела из Генеральной прокуратуры РФ.

На выставке были представлены, пожалуй, самые «говорящие» подлинники документов из архива Соколова, среди которых распоряжение Уральского областного комиссара снабжения П.Л. Войкова о выдаче «без всякой задержки и оговорок» пяти пудов серной кислоты (для каких целей, тогда знал лишь узкий круг людей), настольный реестр Соколова, представляющий собой расписанный по дням ход следствия по делу об убийстве Николая Романова, членов его семьи и их окружения. «…Помимо особой сложности и ответственности задач, подлежащих выполнению органами дознания и розыска, следует принять во внимание и высокое государственное и историческое значение работ по исследованию настоящего дела…» – так просто и точно (впрочем, в соответствии с жанром документа) отметил в своей докладной записке на имя главнокомандующего Западным фронтом – генерал-лейтенанта М.К. Дитерихса – член Екатеринбургского окружного суда И.А. Сергеев. И эту записку, и фрагмент обоев со стены подвальной комнаты в доме Ипатьева в Екатеринбурге… Это все – надо видеть.

Надпись на немецком языке: «Валтасар сегодня ночью был убит своими слугами». Это 21-я строфа из поэмы Г. Гейне «Волтасср». 1 июля 1918. Автор неизвестен

№ 31

Одной из самых интригующих фигур в истории России, царской семьи и ее трагедии исследователи считают Григория Распутина. В феврале 2002 года при финансовой поддержке холдинговой компании «Интеррос» документы ГА РФ пополнились следственным делом крестьянина села Покровского Григория Распутина-Нового, которое вела Тобольская духовная консистория в 1906-1912 годах. Читатели «Знание – сипа» обладают эксклюзивным правом прочитать отрывок из его показаний: «…Вообще я

Троицу объясняю так: Закон, те. брак благословляет Господь, в нем есть Троица, и кто сохраняет закон – чистоту, тот есть девственник. Так я всегда говорю от чистого сердца…».

Документы по истории Белого движения и русской эмиграции вплоть до конца 1980-х годов находились на секретном хранении.

И благодаря этим неповторимым и ценнейшим материалам вырисовывается ранее ускользавший многоликий образ «Великого исхода» из России, не сопоставимый ни с одной эмиграцией в мировой истории ни по масштабам, ни по боли за прошлое и вере в будущее.

В 1997 году Государственному архиву РФ в дар были переданы документы одного из членов династии Романовых – кузена Николая II, великого князя Андрея Владимировича и его не менее знаменитой жены – Марии-Матильды Феликсовны Романовской-Красинской, всемирно известной балерины Матильды Кшесинской, проживавших во Франции. Среди этих материалов бумаги о создании и деятельности школы для русских детей в Ницце «Александрино», находившейся под покровительством великого князя. Здесь фотографии, алфавиты и афиши спектаклей, в которых участвовала Кшесинская, рукописи ее воспоминаний. «…Я счастлива, что меня не забыли на Родине, – писала М.Ф. Кшесинская в 1957 году из Парижа директору Государственного дома-музея П.И. Чайковского В. Журавлеву, – чему служит доказательством Ваше письмо и целый ряд книг, касающегося нашего родного искусства, в коих упоминается мое имя…».

Почетный диплом, выданный Матильде Ншесинснсй министерством народного просвещения и изящных искусств Франции. [21 февраля 1909). В правом верхнем углу: знак «Академические Пальмы»

Балетное платье М.Ф. Ишесинской

Балетные туфли М.Ф. Ишесинской

Теперь на выставке – ее балетные туфельки и платье, в которых она выступала в Мариинском театре до 1917 года, чье великое искусство и традиции она прививала в Париже, создав там в 1929 году балетную студию, продолжая служить русскому балету.

№ 29, № 27. № 9. № 28

Сегодня опять вспыхнул интерес к дочери Николая II Анастасии, якобы спасшейся. На выставке – документы об установлении личности выдававшей себя за спасшуюся великую княжну Анастасию Николаевну госпожи Чайковской (А. Андерсон). Документы собраны в результате изучения обстоятельств данного дела Андреем Владимировичем.

Русские колонии были рассеяны по всему миру. Уже в самом начале 1920-х выделились центры, где особенно интенсивно протекала русская политическая, общественная и культурная жизнь. Одним таким средоточием русской эмиграции стала Прага, за которой прочно утвердилась репутация интеллектуальной столицы Русского Зарубежья. Там-то в 1923 году был создан исторический архив Русского зарубежья. Сразу же после Второй мировой войны чехословацкое правительство передало бесценные фонды РЗИА Академии наук СССР, и в 1946 году они поступили на хранение в ЦГАОР – современный ГА РФ. А в это десятилетие они продолжали неустанно пополняться. «…Находящийся у меня личный архив, в случае, если меня не будет в живых, – писал А. 14. Деникин в своем завещании о передачи сданных им в РЗИА в Праге документов в Россию, – должен быть передан Российской Академии Наук также после падения большевистской власти».

Завещание А.И. Деникина. 21 декабря 1940. Автограф

№8

Этот бесценный документ, представленный на выставке, был передан в ГА РФ в числе прочих дочерью генерала, М.А. Деникиной- Грей, из Франции. Рукописи статей Антона Ивановича, его обширная переписка, рукопись книги «Путь русского офицера», отрывки из которой смогли увидеть посетители экспозиции, дневники супруги генерала Ксении Васильевны и многие другие бесценные для истории бумаги вернулись на Родину, как того желал Деникин.

Старые фотографии – «прежние» лица по ним историки воссоздают эпоху

Русская школа «Александрино» под патронажем великой русской княгини

«…Сегодня утром еще сюрприз услышали. Сталин произвел себя в маршалы. Может быть и царем себя скоро объявит, – записана 7 марта 1943 года Ксения Васильевна в дневнике. – Знали ведь смутные времена нашей истории Гришку Отрепьева – Дмитрия…». Неприятие нового режима и безмерная любовь к России, тревога и боль за нее пронизывают эти записи в простых ученических тетрадках (ГА РФ хранит 29 тетрадей с записями Ксении Васильевны).

Среди тех, кто представлял русскую историческую науку в Праге, был и С.Г. Пушкарев. В 2001 году документы из его семейного архива пополнили личный фонд историка, общественного деятеля, члена Русской академической группы в США, сейчас находящийся в ГА РФ. На выставке посетители увидели черновики его рукописи 1950-х годов «Воспоминания о русской эмиграции в золотой Праге».

И.Д. Папанин но приеме в Кремле у «вождя народов». 1937

Есть и личные архивы представителей «второй волны» русской эмиграции, в частности участника Русской освободительной армии (РОА) Н.А. Троицкого. Это в своем роде сенсационные документы. Почему? Потому что в государственных архивах РФ материалы по истории власовского движения, по существу, отсутствуют.

«…Мы отлаем себе полный отчет в том, что наше исследование является только лучом, брошенным и освещающим лишь часть юридических, административно-организационных вопросов в системе принудительного труда, а также часть огромной, тщательно скрываемой и все время меняющейся лагерной сети на территории СССР…», – отмечал Троицкий в предисловии к своей книге «Концентрационные лагеря в СССР», представленной в экспозиции.

Об уникальности этой группы материалов свидетельствуют и документы из личных архивов деятелей Народно-трудового союза (НТС). В 1995 и 1997 годах в ГА РФ передал свой личный архив первый редактор журнала «Посев», известный журналист русского зарубежья Б.В. Прянишников. Во время работы над книгами «Незримая паутина» и «Провокация и провокаторы» он купил альбом с фотографиями и газетными вырезками о судебном процессе над Н.В. Плевицкой в Париже – известной певицей, женой генерала Скоблина, обвинявшейся в сотрудничестве с Советами и приговоренной к двадцати годам каторги. Помимо него на выставке можно было увидеть и альбом с фотографиями из жизни лагеря для перемешенных лиц в Менхегофе (Германия) из собрания семейного архива К. В. Болдырева, являвшегося начальником этого лагеря и председателем Североамериканского отдела НТС.

М.Л. Ростропович на площади перед Белым домом. 21 августа 1991 г.

Личные фонды, особенно эмигрантские, это в основном – коллекции. В них много брошюр, книг, журналов, газет, включая диссидентские издания. В России таких материалов немного, поэтому ГА РФ по праву может гордиться и коллекцией листовок из архива НТС. Для многих это знаковая организация. А на самом деле, драматическая часть нашей истории.

До создания Государственного архива РФ в архивах, в него вошедших, было 680 уникальных по содержанию и исторической ценности личных фондов. За это десятилетие стараниями сотрудников прибавилось еще сорок.

На первый взгляд, личные фонды могут показаться отдельными независимыми и несвязанными с единым историческим потоком. Но это не так. Даже сугубо личные фотографии, записки находятся в незримой связи с ним, дополняют его, создают объем, краски и те необходимейшие подробности, без которых история лишь скучнейший предмет занятий. В документах личных преломились многие страницы истории нашей страны.

В 1995 и 1997 годах архив пополнился материалами народного художника СССР, известнейшего карикатуриста Б.Е. Ефимова. Каких только документов туг нет! Воспоминания, статьи о Кукрыниксах, В.В. Маяковском, Б.Н. Полевом, рецензия на поэму Е.А. Евтушенко «Поэта вне народа нет», фотографии ИЛ. Андроникова, К.М. Симонова, М.Е. Кольцова, А.А. Суркова и даже довольно редкий документ: пропуск Ефимова в зал Международного трибунала на Нюрнбергском процессе.

В июне 2000 года супруга М.А. Трояновского передала в дар ГА РФ богатейший архив своего мужа – режиссера, оператора, снимавшего практически все парады на Красной площади в 1930-е годы, а затем с камерой прошедшего и войну, сценариста документального кино, участника полярных экспедиций. Уникальные фотографии строительства Магнитки, экспедиций в Казахстан, Монголию, Египет, рукописи путевых заметок об экспедициях к Северному полюсу, фронтовые дневники, фотокадры съемок в Кремле И.В. Сталина, Л.И. Брежнева, фото- и текстовые материалы Недели советского кино во Франции и многое- многое другое.

Интеллектуальные Игры «3-С»

Было или не было?

Верите ли вы, что…

1. …первый сигнал SOS был передан в эфир радистом лайнера «Титаник»;

2. …Исаак Ньютон увлекался астрологией;

3. …шариат запрещает делать зубочистки из финиковой пальмы;

4. …за первый день продаж книги Чарльза Дарвина «Происхождение видов» из 1250 экземпляров было куплено всего 9 штук;

5. …кардинал Ришелье приказал закруглить столовые ножи, чтобы после «горячительных ужинов» не было возможности устроить дополнительные кровопускания;

6. …одна компания создала клей для соединения частей сломанной кости;

7. …для алхимиков крест был символом реакции соединения;

8. …правитель Баварии Максимилиан II был свергнут в 1704 году зато, что он проиграл государственную казну в карты;

9. …царица Клеопатра на спор съела свое ожерелье из жемчуга;

10. …для изготовления наручных часов Calibre-89 фирмы Patek Philipe требуетця более пяти лет;

11… .согласно указу Петра I все те, кто сбрасывал мусор в Неву, подвергались наказанию;

12. …в США более 40 миллионов лиц ирландского происхождения, что в 12 раз больше, чем жителей Ирландии;

13. …самым большим в истории налогов был налог на сахар, составлявший 4000 процентов от его стоимости;

14. …французский король Людовик XI мылся пять раз в год;

15. …в Пятигорске выпуском банкнот некоторое время занималось трамвайное управление?

Календарь ЗС: февраль

245 лет назад, 1 февраля 1758 года, на острове Тенериф (из группы Канарских островов) в семье испанского полковника, далекого потомка французского мореплавателя и авантюриста Жана Бетанкура родился Августин Бетанкур, европейски признанный ученый-механик и инженер. С1809 года он жил в России, где его величали Августином Августиновичем. Здесь он нашел вторую родину: из Испании он бежал, когда в инквизицию поступил донос о его «сношениях с дьяволом» посредством построенного им оптического телеграфа. Классик науки о машинах и механизмах, Бетанкур основал и возглавил петербургский Институт инженеров путей сообщения, где воспитал множество русских инженеров; построил Московский манеж (в свое время считавшийся чудом строительной мысли – безопорное покрытие шириной 45 метров) и комплекс сооружений Нижегородской ярмарки, заложил фундамент Исаакиевского собора, в начале 1820-х годов был одним из тех, кто осуществлял руководство строительством Петербурга. Бетанкур умер в чине генерала-лейтенанта летом 1824 года и был похоронен на Смоленском лютеранском кладбище, рядом с могилой великого Леонарда Эйлера.

60 лет назад, 2 февраля 1943 года, завершилась, начавшись 17 июля 1942 годг, Великая Сталинградская битва. 330-тысячная группировка немецко-фашистских войск перестала существовать.

200 лет назад, 5 февраля 1803 года, спустя пол года после учреждения в России министерств (вместо прежних коллегий), в том числе Министерства народного просвещения, были приняты «Предварительные правила народного просвещения», согласно которым просвещение объявлялось государственным делом, полностью находящимся в ведении соответствующего министерства. В стране вводилась единая школьная система, образовывались учебные округа, деятельность которых надлежало направлять местным универсистетам – уже существовавшим в Москве, Дерпте (ныне – Тарту) и Вильнюсе и создаваемым, согласно «Правилам», в Петербурге, Казани и Харькове.

85 лет назад, 6 февраля 1918 года (24 января по старому стилю), Совнарком принял декрет о введении в Российской Республике с 14 февраля (1 февраля старого стиля) 1918 года григорианского календаря (так называемого нового стиля). Мотивировка: «для единения со всеми культурными странами мира».

525 лет назад, 7 февраля 1478 года, родился Томас Мор, центральная фигура английского гуманистического движения XVI века, юрист, мыслитель и политический деятель. Мор едва ли не первым дошел до мысли о социализме как общественном строе, который мог бы осчастливить все человечество. Мор описал «развитой социализм», построенный на неком далеком и недавно открытом острове, название которого он образовал из двух греческих слов – «у» – частица, передающая отрицание, и «топос», что значит «место», и, значит. Утопия – это как бы «Не имеющее места». При короле-тиране Генрихе VIII за отказ принести присягу, противоречившую его религиозным убеждениям, Мору отрубили голову.

180 лет назад, 8 февраля 1823 года, родился прославленный французский писатель-фантаст Жюль Верн, перу которого принадлежит свыше 65 научно-фантастических и приключенческих романов, предвосхитивших множество будущих изобретений и открытий.

185 лет назад, 9 февраля 1818 года, вышли из печати первые восемь томов «Истории государства Российского» Н.М. Карамзина. Успех был грандиозный: весь тираж – 3000 экземпляров, раскупили за месяц, и сразу же потребовалось второе издание.

60 лет назад, 11 февраля 1943 года. Государственный комитет обороны (ГКО) принял постановление о развертывании работ по ядерному оружию. Научным руководителем был назначен Игорь Васильевич Курчатов.

100 лет назад, 11 февраля 1903 года, решением Святейшего синода к лику святых Русской Православной Церкви был причислен преподобный Серафим Саровский (в миру Прохор Мошнин; 1759- 1833), на протяжении полувека духовный пастырь Сатисо-Градо-Саровской пустыни. В 1920 году по постановлению Наркомата юстиции состоялось вскрытие мощей св. Серафима Саровского, а в 1924 году правительство приняло решение о ликвидации монастыря. С 1928 по 1931 годы в поселке Серово (ныне – г. Саров), как стали называть бывшую пустынь, функционировала детская колония НКВД, а затем – исправительно-трудовой лагерь. Построенный зэками завод в 1938 году начал выпускать крупнокалиберные фугасные снаряды, а с 1942 года – снаряды для реактивных минометов «катюша». В мае 1946 года И.В. Сталин подписал постановление о создании в Сарове сверхсекретного центра по разработке ядерного оружия, который первоначально носил условное название КБ-11, а впоследствии обрел легендарную славу как Арзамас-16. Первые лаборатории ядерщиков были устроены в монашеских кельях, в 1951 году великолепный Успенский храм снесли. Пребывавшие до недавних пор в безвестности мощи св. Серафима были обнаружены лишь в самом конце 1990 года в ленинградском Музее истории религии АН СССР.

155 лет назад, 15 февраля 1848 года, в Лондоне был опубликован «Манифест Коммунистической партии», составленный Карлом Марксом и Фридрихом Энгельсом по поручению II конгресса (1847) Союза коммунистов в качестве программного документа.

125 лет назад, 19 февраля 1878 года, Томас Эдиссон получил первый патент на изобретение фонографа, первого практически работавшего устройства для записи звука, в том числе музыки.

65 лет назад, 19 февраля 1938 года, из-за разрушения льдины, на которой дрейфовала в Северном Ледовитом океане первая в мире советская полярная станция «Северный полюс-1», ледокольными пароходами «Таймыр» и «Мурман» был звакуировавн ее героический персонал: Иван Папанин, Эрнст Кренкель, Евгений Федоров и Петр Ширшов, было спасено также ее научно-техническое оборудование.

150 лет назад, 21 февраля 1853 года, А.И. Герцен опубликовал в Лондоне свое первое обращение к российскому обществу – воззвание «Братьям на Руси», в котором объявил о скором открытии создаваемой им в британской столице на собственные средства «Вольной русской типографии».

Календарь подготовил Борис Неелов.

Мозаика

Что у «чайников» на уме?

Сообщения с экрана компьютера, чаще всего об ошибках, не всегда бывают сразу понятны неспециалистам, так называемым чайникам. Это в основном любители, которые обращаются к компьютеру от случая к случаю. Однако такое взаимодействие «человек – машина» активизирует их мышление и приводит иной раз к своего рода «открытиям». Вот некоторые любопытные умозаключения одного английского пользователя, настроенного несколько философски, но с долей юмора.

Никак не укладывается в голове, что эти автоматы так же делают ошибки, как и правильные вычисления.

Компьютеры не относятся к разумным существам, это точно. Они лишь воображают себя настолько умными, что им доверяют вести программированное обучение.

Наилучший способ максимально сжать информацию – стереть ее из памяти совсем.

Для операционной системы все файлы одинаковы, как родные дети, но имя им дает все же не она.

Нечеткая логика доставляет кайф некоторым людям лишь потому, что она только разжигает их любопытство.

Чтобы продолжить прерванную программу, надо ввести 11-разрядное простое число. Легко сказать, а если рядом нет таблицы таких чисел? Если не помогает этот прием, попробуйте стукнуть лбом о клавиатуру. Очень возможно, что случайно нажмется нужная клавиша.

Рисунки на горе

У семидесятилетнего жителя американского города Милланд Леонарда Найта необычное хобби. Вот уже 17 лет он разрисовывает гору Спасения, находящуюся недалеко от города. Мастер оформляет пологий склон разнообразными рисунками на библейские темы, украшает водопадами и растительным орнаментом. Чтобы расписать гору, Найту уже понадобилось сто тысяч галлонов краски.

Туалетная реклама

Возмущайся не возмущайся, а факт остается фактом: надписи на стенах туалетов читают все. Лишнее тому подтверждение получили работники шведской мебельной фирмы IKEA. В порядке эксперимента они разместили объявления о приеме на работу в туалетах ресторанов, расположенных в фешенебельном районе города Мальме. И что же? Всего за четыре дня в компанию обратились 60 соискателей – что в четыре-пять раз больше количества откликов на аналогичное объявление в газете. А стоимость туалетной рекламы оказалась в десять раз ниже газетной – достаточно было нанять несколько человек с фломастерами и заплатить какую-то мелочь хозяевам уборных.

Руководитель рекламной службы IKEA Джимми Остхолм, которому и принадлежит блестящая идея, считает, что успех не случаен. Он просто воспользовался знанием человеческой психологии, сыграв на том, что «в туалете человек более восприимчив к новой информации».

Кто на свете всех сильнее?

Конечно, слон, скажут многие. Нет? Тогда – кит. Тоже нет? Ну и кто же? Оказывается, самые сильные на Земле животные – это жуки-носороги. При исследовании представитель одного из видов жуков-носорогов переносил на своей спине груз, превышающий его собственный в 100 раз! А когда на его спине закрепили вес, превышающий его собственный в 300 раз, то он передвигался со своей обычной скоростью (один сантиметр в секунду) в течение получаса. Но самое интересное: на работу по перемещению груза жук затрачивает в пять раз меньше энергии, чем необходимо по расчетам. Но как это возможно, к сожалению, ученым еще не удалось разгадать.

Content

Знание-сила, 2003 № 01 (907)

Тайная власть лазера

Прямая речь о неведомом, несказанном…

Семья

Семейный ресурс

Симбиотическая пара

Кризис кончился. Эволюция продолжается

Во всем мире

Запрет на клонирование Христа?

Во всем мире

Земной шар: грядет время игр

Когда текст обретает смысл

Ученые исследуют Коран

Интеллектуальные игры «3–С »

Привет, Джо!

Хвалу и клевету приемли равнодушно… А.С. Пушкин

Как и люди

Рождение дела

Верен ли закон Ньютона?

В фокусе Туринской плащаницы

Два взгляда на одно событие

Гибель корабля «Аполлон-1»

Понемногу о многом

Интеллектуальные игры «З-С»

Минувшее проходит предо мною…

Интеллектуальные Игры «3-С»

Календарь ЗС: февраль

Мозаика