Росс Кэмпбелл

Как понять своего ребенка

Детям — Кэри, Кэти, Дейвиду и Дейлу, которые были моими лучшими учителями Истории, рассказанные в этой книге, основаны на реальных событиях. Во избежание узнавания имена героев и некоторые детали изменены. Если вы узнаете в них себя или своих близких, значит вам знакомы проблемы, которые встают перед каждым родителем.

Предисловие

Весьма вероятно, что, услышав о «воспитании в христианском духе», вы, так же как и я, вспомните те хорошо знакомые библейские стихи, в которых говорится, как наставлять детей на путь истинный, не вызывая при этом яростного сопротивления с их стороны.

Именно «христианский дух» советовал, поощрял и поправлял меня, и я старался быть хорошим отцом, которого бы долго помнили его ставшие взрослыми дети.

Но лишь недавно я действительно нашел те средства и способы воспитания, которые все мы ищем, стараясь стать благочестивыми родителями, — средства и способы, имеющие отношение не только к «искусству быть родителем», но и связанные с духовным, христианским ростом.

Уверен, что, когда Иисус говорил «Видевший Меня видел Отца», Он имел в виду нечто гораздо большее, чем тайну Троицы. Он хотел сказать, что если мы внимательно посмотрим на Него и Его жизнь, то сможем увидеть, каким был Его Отец, и поймем, какими должны быть мы, родители, и чему нам следует подражать.

При таком подходе «воспитание в христианском духе» неожиданно перестает быть только сводом правил и указаний, придерживаясь которых, мы и должны растить детей. Оно становится «ученичеством», а мы — учителями, направляющими детей по своим стопам, чтобы они сами, по своей охоте, пришли к нашей вере. Обучение, воспитание, досуг... В контексте отношений между Иисусом и двенадцатью Его учениками эти моменты нашей жизни предстают в новом свете.

Я встречал немало родителей-христиан, имевших одно в высшей степени замечательное и жгучее желание, — чтобы их дети поверили в Иисуса. В некоторых случаях это желание по своей силе и непреклонности было поистине удушающим, и становилось ясно, что дети этих родителей с годами будут все меньше способны принять веру.

Призыв Росса Кэмпбелла, обращенный ко всем, кто старается обратить своих детей к христианству, прост, но глубок: «Не давите на них!» Лучше сконцентрируйте свои усилия на том, чтобы они не сомневались в вашей любви к ним, как делал это Иисус по отношению к Своим ученикам.

В книге «Как понять своего ребенка» Росс Кэмпбелл проводит параллель между методами воспитания и житейским фактом, свидетельствующим о том, что тащить груз за собой намного легче, чем толкать его впереди себя. Я высоко оцениваю то, как он выполнил свою задачу, и рекомендую эту книгу вам — ради ваших детей.

Энди Батчер,

редактор журнала «Христианская семья»

От соавтора

Шесть месяцев назад я встречалась с доктором Россом Кэмпбеллом, в течение всех последующих недель, будучи его соавтором, я одновременно была первым родителем, получившим пользу от книги «Как понять своего ребенка». Конечно, я не первая, кому помог своими консультациями доктор Кэмпбелл как психиатр. Поработав с ним над этой книгой, я поняла, что главное в его подходе — это любовь к детям.

Его убеждения и опыт, на которых основывается книга, помогли мне лучше понять себя и своих детей — в той степени, которая прежде не казалась мне возможной. Наиболее важным уроком, который я получила, было то, что ребенку, прежде чем стать настоящим христианином, нужно стать цельной личностью. Как писал сам доктор Кэмпбелл, «необходимо прежде всего развивать в ребенке цельную личность. Если не развивать его в духовном плане, то бессмысленно ожидать, что в остальном все станет на свои места — этого не случится».

Доктор Кэмпбелл очень любит детей. Терпеливо и понятно объясняя, в чем они нуждаются, он учит нас любить наших детей. По опыту он знает, что первое и основное, в чем нуждается ребенок, — это любовь, любовь без всяких условий.

В своей книге доктор Кэмпбелл не дает готовых ответов и не использует в своих объяснениях хитростей и трюков. Вместо этого он предлагает здравые, доступные всем советы. Он ни разу не сказал, что воспитывать детей легко, он лишь подчеркивает, что труд ваш будет с лихвой оплачен.

Я встречала не так уж много людей, которые бы заботились о благополучии детей в той степени, в которой это делает доктор Росс Кэмпбелл. Телефон в его машине не спрятан в уютное местечко, где ему была бы предоставлена возможность покрываться пылью, а используется постоянно. Когда после нашей последней встречи доктор вез меня в аэропорт, я удивлялась тому, как часто после долгого и утомительного рабочего дня он снимал телефонную трубку только затем, чтобы услышать: «Доктор Кэмпбелл, вы нужны в больнице».

Но я не удивлялась тому, что доктор Кэмпбелл говорил в ответ, потому что знаю — он любит детей.

Пэт Лайкс

15 июля 1986 г.

1. Заглядывая в будущее

И когда весь народ оный отошел к отцам своим, и восстал после них другой род, который не знал Господа и дел Его, какие Он делал Израилю...

(Суд. 2:10).

Однажды в мой кабинет вошли нарядно одетые и при этом серьезно встревоженные мужчина и женщина средних лет.

Я заглянул в график приема: Джон и Мэри Перкинс. Также было указано, что у них есть незамужняя, но беременная пятнадцатилетняя дочь.

Они сели перед моим столом. Мэри, удивительной красоты блондинка, показалась мне знакомой.

— Мы где-то встречались с вами. И причем не один раз, не правда ли? — спросил я.

Она натянуто улыбнулась:

— Несколько раз я видела вас во время обедов в ресторане «Мореход».

— Да-да, вы обслуживаете посетителей во время ланча. Я был там в прошлый вторник.

Я повернулся к Джону и спросил, где он работает.

— Я бухгалтер, — ответил он.

— Можно было догадаться, — сострил я, пытаясь как-то разрядить напряженную обстановку.

Затем мы поговорили минуту-другую и обнаружили, что у нас есть общие друзья в пресвитерианской церкви, членами которой они являются. Я снова бросил взгляд в свои записи, а затем посмотрел на Мэри.

— Вы пришли сюда, чтобы поговорить о вашей дочери Энн. Пожалуйста, расскажите мне о ней.

Глаза матери наполнились слезами.

— О, доктор Кэмпбелл, ей всего лишь 15 лет. Из наших четверых детей она самая младшая. И она беременна! Что нам делать?

Глядя на меня влажными глазами, она быстро заговорила:

— Мы делали все, чтобы быть для Энн хорошими родителями. Мы оба рук не покладали, чтобы дать ей и другим детям все лучшее в жизни. Водили ее в воскресную школу и церковь. Пригласили для нее преподавателя музыки и отправляли летом в лагерь. Она такая одаренная и красивая девочка. Но как нам быть теперь!

Ее голос осекся, и она зарыдала; ее муж заерзал на своем стуле.

— Я никак не могу понять, что мы делали не так, — добавил Джон Перкинс. — Как случилось, что она попала в беду? Почему стала такой непослушной, такой строптивой? Она сейчас отвергает все, что мы с матерью пытаемся делать для нее.

Поговорив с Мэри и Джоном около часа, я понял, что они действительно любили Энн, но проявляли свою любовь, лишь обеспечивая дочь материально. Они честно признались, что подобным отношением старались компенсировать свою неспособность уделять ей время и принимать участие в ее жизни.

Затем я поговорил с самой Энн. Мои опасения подтвердились. Энн не чувствовала, что родители любят ее. Она не чувствовала и того, что нужна им.

— Я не знаю, зачем забеременела; я сделала это просто так. Я могла бы предохраняться, и знаю как, — с вызовом заявила Энн. — Может, я хотела быть кем-то, хотя бы матерью. А может, думала, что если сама стану матерью, то буду нужна кому-нибудь, кто станет любить меня.

Весь следующий месяц Джон, Мэри и Энн еженедельно приходили на консультации. Поначалу все вели себя довольно скованно. Энн обычно говорила мало; она была раздражена, расстроена и не скрывала этого. Но через две-три недели она начала раскрываться. — Мам, помнишь вечеринку для девочек и их мам? — спросила Энн. — Тебя на ней не было, потому что ты должна была идти с папой на семинар бухгалтеров или куда-то еще. Я чувствовала себя там так одиноко без тебя!

— Но, Энн, — прервала ее Мэри, — мы же говорили об этом, и, кроме того, я купила тебе прелестное желтое платье специально для этой вечеринки. Я думала, что ты не возражаешь, чтобы я пошла с папой.

— Нет, я возражала! Тебя никогда не было рядом со мной, когда ты была нужна мне. Родители моих друзей всегда возят нас на игры или просто так; вы же никогда не предложите подвезти. Всегда мне приходится увязываться за кем-нибудь. Вы никогда и никуда не берете меня и моих друзей.

— Подожди-ка минутку, Энн, — прервал ее отец, — ты так говоришь, как будто мы никогда ничего не делаем для тебя. Я недавно совсем случайно узнал, что ты прекрасно играешь на пианино. Но благодаря кому это оказалось возможным? Кто платил за уроки?

— Ладно, допустим. Но откуда тебе было знать, хорошо или плохо я играю на пианино? Последний раз ты был на моем концерте, когда мне было десять лет!

После подобных вспышек Джон частенько вставал и уходил из комнаты. Но постепенно и он, и Мэри начали понимать чувства своей дочери. Они осознали, что вещи, которые они покупали, и то, что они для нее делали, никак не могло заменить любовь и личное внимание, в которых Энн действительно нуждалась и без которых чувствовала себя эмоционально опустошенной.

К счастью, Джон и Мэри постарались как можно глубже вникнуть в проблему своей дочери и найти приемлемые способы принять участие в ее делах. Когда же Энн увидела, как родители проявляют свою любовь и заботу, и ощутила на себе их постоянное внимание, она стала лучше воспринимать их и общаться с ними более миролюбиво.

Это был медленный и даже болезненный процесс, но Энн и ее родители впервые по-настоящему начали узнавать друг друга. Их искреннее желание быть действительно любящей семьей явилось ключом к успеху и началом восстановления добрых отношений между ними. По мере того как Энн начала осознавать, что родители любят ее, раздражение стало проходить. Чувство, что она чего-то стоит, обретенное теперь, будет поддерживать и помогать ей в будущем в трудные моменты ее жизни.

Летний лагерь, преподаватель музыки и новая одежда — все это не могло удовлетворить эмоциональных потребностей Энн. Она превратилась в раздраженного, вечно расстроенного подростка, который пытался заполнить эмоциональный вакуум за стенами своего дома. Если Джон и Мэри думали, что два часа в неделю в воскресной школе и лагерь — это все, что необходимо для удовлетворения духовных потребностей Энн, то они ошибались. Она была слишком раздражена, чтобы воспринять духовные наставления, и слишком враждебно настроена ко всяким авторитетам, чтобы усвоить то, что внушали ей родители.

Действительно ли мы знаем своего ребенка?

История Энн с небольшими вариациями является весьма характерной для многих современных семей. Родители настолько заняты своими проблемами, переутомлены сложностями повседневной жизни, что забывают о необходимости отвлечься, чтобы поговорить со своим ребенком или послушать его. В результате из-за эмоциональной неудовлетворенности многие дети испытывают раздражение и впадают в депрессию.

Такие ребята начинают искать удовольствий за пределами своего дома. Нельзя сказать, чтобы это было совсем плохо, поскольку молодым людям нужны друзья. Но если родители находятся в неведении, какого рода друзья появились у их ребенка, можно ждать печальных последствий. Опасное увлечение наркотиками, беспорядочные сексуальные отношения, ложь, мошенничество и воровство почти всегда входят в жизнь подростков, которые не чувствуют любви своих родителей.

Имеет смысл привести некоторые статистические данные. Согласно опросу, проведенному недавно среди восьми тысяч подростков протестантского вероисповедания в возрасте от 10 до 14 лет, 87 процентов четырнадцатилетних верят, что Иисус Христос — Сын Божий, Который умер на кресте и воскрес. Довольно оптимистичная картина, не правда ли? Но, к несчастью, в то же самое время, лишь 20 процентов молодых людей в возрасте 18 лет могут сказать, что они вверили свою жизнь Христу или считают себя христианами хоть в какой-то степени. Остальные 80 процентов вряд ли когда-нибудь обретут веру в церковь и Господа, в Которого верят их родители.

Почему же это происходит? Почему все меньше и меньше молодых людей остаются верующими? Мне думается, что ответы на эти вопросы следует искать в методах воспитания. На самом деле мы по-настоящему не знаем своих детей, а они не знают о наших истинных чувствах к ним; мы не позволяем им узнать о нашей любви — любви без каких бы то ни было ограничений или условий.

Если вы способны любить ребенка именно так, вы сможете помочь ему справиться со всеми сложностями переходного возраста.

Настоящая любовь — это безусловная любовь. Она должна пронизывать все взаимоотношения в семье.

Безусловная любовь

Если вы любите своего ребенка безусловной любовью, значит вы любите его независимо ни от чего. Высокого он роста или низкого, полный или худой, унылый или веселый — вы все равно его любите. Одним словом, ваша любовь к ребенку не зависит от его недостатков, достоинств или склонностей. Безусловная любовь означает, что вам, возможно, не всегда будет нравиться поведение вашего ребенка, но любить вы его от этого не перестанете. Исчерпывающее определение безусловной любви дано в Первом послании к Коринфянам (13:4-7):

«Любовь долготерпит, милосердствует, любовь не завидует, любовь не превозносится, не гордится, не бесчинствует, не ищет своего, не раздражается, не мыслит зла, не радуется неправде, а сорадуется истине; все покрывает, всему верит, всего надеется, все переносит». Любой ребенок, который не испытывает на себе безусловной любви, станет раздражительным и всем недовольным. Он будет чувствовать себя совершенно несчастным, в том числе и в духовной сфере.

Давайте вернемся к Энн и посмотрим, как она реагировала на возникшее у нее ощущение, что ее не любят. Что она делала? Она искала любви за пределами своего дома и забеременела. Сердилась на своих родителей и делала им все наперекор. Не желала воспринимать и их духовные ценности. В связи с этим я хочу подчеркнуть: духовность должна быть неразрывно связана со всеми другими аспектами жизни вашего ребенка.

Духовность — лишь одна из составляющих человеческой личности, и она оказывает огромное влияние на все остальные ее составляющие. Как личность ваш ребенок имеет свои собственные физические, эмоциональные, психологические и духовные свойства. И все они неразрывно связаны друге другом.

Если вы поможете ребенку справиться со своим гневом, раздражением и естественным в подростковый период негативным поведением, это будет воздействовать на него в духовном плане точно так же, как и в физическом, эмоциональном и психологическом.

Почему подростки теряют веру, как это происходит и какие имеет последствия, — на эти вопросы можно ответить точно так же, как и на вопросы, касающиеся всех прочих проблем, возникающих в жизни подростка. Если ваш ребенок непослушен, игнорирует заведенный вами порядок и возвращается домой поздно, если он не признает авторитета школы, то для него не будет существовать авторитетов и в духовном плане. Я всегда подчеркиваю это, разговаривая с родителями, которые приходят ко мне на консультации. Если вы сами научитесь контролировать себя, сдерживать свой гнев и не выплескивать его на ребенка, то шансы стать истинным христианином у него значительно возрастут. И сделать это можно, лишь окружив ребенка безусловной и безграничной любовью.

Поданным опросов, о которых упоминалось раньше, 54 процента родителей десятилетних детей проводят с ними очень мало времени. И лишь 32 процента родителей четырнадцатилетних детей уделяют им достаточно внимания как на уровне физических, так и словесных контактов. Интерес родителей к своим детям зачастую ниже всего как раз тогда, когда подростки в этом больше всего нуждаются. Это происходит в период, когда у них возрастает потребность чувствовать себя достойными уважения и вообще чего-то стоящими, но тогда же, по иронии судьбы, их самоуважение в особенности страдает, поскольку родители уделяют им мало внимания. Вернемся к Энн. Ей лишь хотелось, чтобы кто-нибудь отвлекся от своих дел хотя бы на минутку и поговорил с ней. И, конечно, никакими новыми джинсами нельзя было заполнить этот эмоциональный голод.

Все вы читаете газеты, смотрите новости и, конечно, замечаете, что позиция непризнания авторитетов сегодня безудержно вторгается в нашу жизнь. Развод, конфликт в семье, отрицание моральных установок — все это проявления подобного отношения к авторитетам, которые не могут не отразиться на жизни наших детей.

Это отношение проявляется у наших детей и в сфере духовности. Повторяю еще раз: если подросток не признает авторитета своих родителей, учителей, вообще всех, то и вера и духовность не будут для него ничего значить. Если его эмоциональные потребности не будут удовлетворяться и он не будет испытывать безусловной любви своих родителей, то превратится в раздраженного подростка, который не признает никаких авторитетов.

Вам не удастся заставить ребенка принять ваши духовные ценности, если он не чувствует любви и заботы с вашей стороны. Многие же христианские лидеры в настоящее время поощряют родителей применять к своим детям строгие дисциплинарные меры (в частности, наказывать их физически), а также противостоять их упрямству и плохому поведению. Результатом подобного авторитарного отношения является агрессия со стороны детей и утрата веры, в которой их воспитывали.

Если подобные методы воспитания будут культивироваться и дальше, христианству уготовано весьма мрачное будущее.Единственный способ вырастить своих детей настоящими христианами — это ежедневно и ежечасно проявлять свою любовь к ним и учить их уважать духовные ценности. Дети, воспитываемые именно в таком духе, следуют вере своих родителей.

Почти каждый день я общаюсь с детьми и подростками, которые чувствуют себя обиженными оттого, что не ощущают родительской любви. И самое печальное во всем этом то, что родители, являясь христианами, убеждены, что все делают правильно. Они следуют советам других христиан, считающих себя «специалистами» в области воспитания детей, но результаты, как правило, оказываются совсем не теми, которых они ожидают.

В книге «Чему они учат наших детей?» Мэл и Норма Гэблер напоминают нам, что в современных образовательных программах нет места вечным ценностям: «Единственная абсолютная истина современного гуманистического образования гласит, что абсолютных ценностей не существует. Все ценности должны быть подвергнуты сомнению — особенно те, которые приобретены в семье и церкви. Отбросьте тысячелетний опыт западной цивилизации. Вместо этого обращайтесь с учащимися так, будто они первобытные дикари. Пусть они сами отберут для себя все ценное и отбросят то, что им не подходит. Несомненно одно — нет ничего абсолютного. И не существует никаких всеобщих правил — абсолютно никаких».

К сожалению, современное общество не заботится о нравственных стандартах, столь необходимых нашей молодежи, не способствует эмоциональному и духовному росту. Ответственность за это лежит исключительно на любящих родителях, христианах, которым помогает церковь. Альтернативы, которые предлагает общество, вряд ли могут быть названы привлекательными.

Глен Эндрюс, преуспевающий доктор медицины, так тяжело опустился на стул, словно на его плечах лежало бремя всего мира.

— Если бы кто-нибудь полгода назад сказал мне, что я буду сидеть в кабинете психиатра и обсуждать проблемы моего сына, который пристрастился к наркотикам, я бы рассмеялся ему в лицо, — сказал он. — Я всегда считал своего Энди хорошим, добрым мальчиком. По крайней мере, он казался счастливым и довольным.

Жена Глена, Пег Эндрюс, сидела на соседнем стуле и то складывала, то расправляла свой носовой платок. На ее лице отражалась боль.

— Где мы ошиблись, доктор Кэмпбелл? Вы думаете, у Энди были какие-то физические проблемы, которые привели к тому, что он стал употреблять наркотики? Может быть, ему следовало пройти осмотр? Может быть, эта привязанность к наркотикам наследственная? О, я совсем запуталась. Не знаю, что и думать!

Я повернулся к Глену.

— Вы сказали, что Энди всегда казался счастливым и у вас не было с ним никаких проблем. Не замечали ли вы в нем каких-нибудь изменений до того, как узнали, что он употребляет наркотики?

— Полагаю, это началось примерно год назад. Тогда я обратил внимание Пег на то, что успехи Энди в школе немного снизились. Примерно тогда же я заметил, что он подолгу оставался один в своей комнате. Но я не придал этому значения. Подумал, что это случайность и скоро все станет по-прежнему. Мы не сделали никаких особенных выводов из всего этого.

— А около восьми или девяти месяцев назад я обратила внимание на то, что у него завелись новые друзья, — добавила Пег. — Нам не хотелось, чтобы у Энди были такие друзья. Но мы не стали вмешиваться. Мы всегда гордились тем, что давали ему возможность принимать решения самостоятельно; это относилось и к выбору друзей.

— Но в последние два-три месяца мы вообще редко его видели. Когда он дома, то сидит в своей комнате. Мы думали, что воспитываем его прекрасно, без предубеждений, но после того как я обнаружила в его комнате наркотики, я сомневаюсь, делали ли мы хоть что-нибудь правильно.

Пег замолчала. Глен сидел, опустив голову, и ждал, что я скажу.

— Послушайте меня. Я должен поговорить с Энди, а затем вы все трое придете ко мне в кабинет. Не отчаивайтесь; мы вместе сделаем все возможное, чтобы помочь ему. Глен и Пег вышли, и я пригласил к себе Энди. Он вошел в кабинет, шаркая ногами по полу, и развалился в кресле напротив моего стола; его длинные, нечесаные волосы были под стать застиранным, оборванным джинсам. Несколько минут мы говорили о разных вещах, а затем я подвел Энди к разговору о наркотиках.

— Как ты думаешь, почему ты начал употреблять наркотики? — спросил я.

— Да со скуки, наверное, — ответил он. — Интересно. Просто больше нечего было делать. Никому во всем доме нет дела до того, где я или что я делаю. Они никогда не спрашивают меня, куда иду, с кем и когда вернусь.

Когда Энди стал чувствовать себя со мной более свободно, он доверительно сказал, что был бы совсем не прочь проводить свое свободное время с отцом, но это невозможно, потому что отец всегда занят.

— Он никогда не хочет и минуты потратить на меня, всегда занят гораздо более важными вещами.

Подобная ситуация, как правило, ставит меня в затруднение. Знаю, что Глен и Пег — хорошие родители. Они старались дать Энди все, что ему необходимо в жизни. И сам по себе их брак удачный. Они преданно любят и уважают друг друга, хотя иногда, как и большинство людей, в чем-то ошибаются. Их главная ошибка заключалась в том, что они никак не проявляли своей любви к Энди.

Я регулярно встречался с Гленом, Пег и Энди, и постепенно они стали понимать, что дело не только в том, чтобы испытывать чувства, — надо еще и уметь их проявлять. Конечно, чтобы отношения между Энди и его родителями стали другими, нужно время, но я верю в эту семью, потому что они не побоялись попросить помощи и действительно любят друг друга.

Скучающее поколение

Я сам отец и поэтому знаю, как много времени уходит у нас на выполнение различных обязанностей и дел. Но я не могу ставить под сомнение важность времени, которое мы тратим на общение со своими детьми. Когда мы настолько заняты, что не в состоянии дать ребенку понять, что мы его любим, мы наносим ему этим огромный вред. Если не проводить большую часть своего свободного времени в общении с ребенком, он может стать раздражительным, унылым и будет скучать. А когда ребенок испытывает эти чувства, он легко подвержен всяким негативным влияниям.

На своей последней лекции, посвященной наркомании среди молодежи, сержант Бад Халси, молодой офицер департамента полиции в Кингспорте, штат Теннесси, сообщил вот что: «Разговаривая со многими родителями, чьи дети употребляют наркотики, я задавал им один и тот же вопрос: „Как выдумаете, почему это произошло?“ Ответов было два: одни считают, что дети начинают употреблять наркотики потому, что на них оказывают сильное давление их сверстники, а другие — что они хотят уйти от реальности. Но из тех 4-5 тысяч ребят, которым я задавал тот же вопрос, ни один из них не ответил также. Почти каждый заявил, что он начать употреблять наркотики потому, что ему было скучно и что ему просто нравятся ощущения, вызываемые наркотиками».

Разговаривая с подростками, сержант Халси рассказывал им, что их жизнь — не просто физическое существование: «Вы — люди, и поэтому у вас есть не только физические, но и духовные, эмоциональные и интеллектуальные потребности. И если вы удовлетворяете себя только в физическом плане, вы не развиваетесь ни духовно, ни эмоционально, ни интеллектуально!»

И он прав. Но общество призывает наших детей удовлетворять лишь свои физические потребности и желания. Обществу, и часто самим родителям, нечего предложить детям, чтобы помочь им вырасти в духовном, эмоциональном и интеллектуальном плане. И поэтому родителям нужно во что бы то ни стало осознать эти потребности ребенка и постараться удовлетворить их. Первый же шаг на пути к этому — снова и снова выражать ребенку свою безусловную любовь. Только в этом случае он будет развиваться как цельная личность; он перестанет быть скучающим и унылым, а станет уверенным в себе, способным сознательно воспринять стиль жизни своих родителей и их духовные ценности. За последние 25 лет в Британии и США отмечено катастрофическое падение уровня нравственности. Мы постоянно слышим, как педагоги внушают подросткам, что их тела являются их собственностью и поэтому они могут делать с ними, что захотят, включая, например, и занятия сексом до брака. Одно утешение — люди, вовлекающие подростков в подобное, должны за это отвечать, а беременность все-таки можно предотвратить.

Бранные слова — обычное явление в телевизионных передачах. Секс и непристойности встречаются в фильмах сплошь и рядом. Показ таких кинофильмов запрещен в кинотеатрах, но на самом деле их может смотреть кто угодно и где угодно.

На современного подростка обрушивается лавина такой информации, о которой молодежь лет 25 тому назад едва ли имела хотя бы поверхностное представление. И в условиях современного экономического состояния, которое заставляет родителей работать на износ, подростки получают все большую свободу и становятся все менее зависимыми от родителей.

Знаю, что все это звучит мрачно и безнадежно, но нужно смотреть фактам в лицо. Если отношение современной молодежи к жизни не изменится, это приведет к дальнейшему упадку авторитета семьи и церкви. И это должно призвать нас, родителей, сделать так, чтобы наши отношения с детьми были как можно более близкими и глубокими. Это требует от нас признания собственных недостатков, а также усилий, направленных на то, чтобы изменить положение. Если в семье крепкие, по-настоящему христианские отношения, основанные на любви, то и ребенок вырастет зрелым христианином, в отличие от тех, у кого взаимоотношения с родителями были совсем иные.

Недавно я посетил конференцию христианских лидеров, проводимую Национальным министерством по делам молодежи. Большинство из них было настроено пессимистически и не питало никаких иллюзий, многие даже оставили пастырство. Мнение этих лидеров сводилось в основном к тому, что современные подростки бездуховны, неразвиты и совершенно не признают никаких авторитетов. И прогресс в сфере влияния на них весьма невелик. Эти молодые лидеры чувствуют, что большинство церковных молодежных групп составляют ребята, которых заставляют посещать церкви, а не те, кто искренне старается следовать духовным принципам своих родителей и развивать их. Большинству подростков в этих группах нет 15 лет — на каждые 150 человек приходится лишь пятеро ребят старше 15. О чем же говорят нам эти цифры?

Они говорят о том, что мы не можем сейчас воспитывать наших детей так, как это делалось 25-30 лет назад. Мы не должны заставлять детей ходить в церковь, зная, что многие из них будут противиться этому, став подростками. Потом будет уже поздно влиять на них — они окажутся полностью во власти общества, а моральные ценности в нем сейчас, к сожалению, не имеют силы. Общество вряд ли поможет им вернуться в церковь.

Что могут сделать родители-христиане?

Родители-христиане, желая, чтобы их дети становились духовно зрелыми людьми, обращаются за помощью к различным источникам. Проблема состоит в том, что часто из этих источников поступает неверная информация. Многие из современных христианских писателей настолько усердно помогают родителям привлечь их детей к церкви, что часто забывают о самих детях.

В вопросах духовности они рассматривают лишь дисциплинарные методы. Родителям рекомендуется заставлять своих детей беспрекословно выполнять все указания, — а все остальное, утверждают они, приложится, включая духовность. Но истина-то заключается как раз в обратном. Принуждая к чему-либо ребенка, вы тем самым раздражаете его, а раздраженный, разгневанный ребенок перестанет видеть в вас авторитет, и будет стараться сделать все наоборот, что бы вы ему ни говорили.

Другая проблема возникает тогда, когда родители ищут совета только в той литературе, которая соответствует их взглядам; они используют только ту информацию, которая не вступает в противоречие с их мнением по данному вопросу. Многим родителям кажется, что они уже знают все, что можно знать о воспитании. Таким родителям бывает трудно что-либо объяснить; им нужно честно и непредвзято пересмотреть свои идеи и отбросить все, что противоречит библейским принципам.

Рекомендации, которые я предлагаю в этой книге, основаны на 18 годах работы с детьми. Я искренне и серьезно обеспокоен будущим церкви и семьи. Но истинное положение дел печально. Молодые люди не желают принимать духовные ценности своих родителей. Они придерживаются прямо противоположных позиций.

В одной телевизионной передаче, посвященной забеременевшим девушкам-подросткам, врач утверждал следующее: «Чтобы эффективно бороться с этой тяжелейшей проблемой, мы должны относиться к нашим детям как к цельным личностям. Еще до детского сада, когда ребенок делает свои первые шаги, родители должны сделать все возможное, чтобы он чувствовал с их стороны любовь и уважение. Только так можно развить в ребенке самоуважение. Только в этом случае мы сможем уменьшить количество случаев внебрачной беременности среди девушек-подростков».

Да, это действительно ключ к решению данной проблемы. Только любя, мы можем помочь нашим детям стать цельными личностями. Мы не можем закрывать глаза на какие-то аспекты их жизни и думать, что дети сами найдут выход.

Цель моей книги — рассказать родителям, как они могут помочь своему ребенку стать личностью, чтобы, взрослея, он наследовал их духовные приоритеты. Советую вам стараться воспитывать своего ребенка, прежде всего как настоящего христианина, с любовью направляя его по истинному пути.

Легко вам не будет. Я не предлагаю вам «двенадцать простых средств». Мои рекомендации адресованы родителям-христианам, которые искренне хотят, чтобы их мечты о будущем детей осуществились. И помочь в этом может только христианский подход.

2. Понять самих себя

Так говорит Господь Саваоф: обратите сердце ваше на пути ваши

(Агг. 1:7).

Знание того, кто вы есть на самом деле и что вы думаете о самом себе, является важным моментом во взаимоотношениях между вами и вашим ребенком. История, которой поделилась со мной Эллен, даст вам возможность лучше понять, насколько важно знать и уважать самих себя.

«Я родилась в семье, где уже было 12 детей. Можно было предположить, что родители, у которых уже столько детей, не очень-то обрадовались появлению 13-го ребенка. Но мои были не такими. Я всегда чувствовала их любовь и заботу, поэтому могу себе представить, как они обрадовались моему появлению.

У меня возникли некоторые проблемы, но не оттого, что чувствовала себя нелюбимой, а оттого, что была слишком тихой. О, конечно, я, как и все, вносила свою долю в создание шумной атмосферы в доме и вместе со всеми участвовала в спорах. Но, поскольку я была тихоней, мне очень хотелось, чтобы и вокруг меня все было тихо и спокойно. Вечно старалась следить затем, чтобы диспуты и споры, разгоравшиеся в нашем большом семействе, заканчивались мирно. Если назревала ссора, я тут же была готова отступиться от своего мнения и первой сказать: „О, забудем об этом. Это моя ошибка“. Сколько себя помню, я всегда боялась, что не смогу уладить спор и восстановить мир. Часто, когда кого-то из моих братьев или сестер за что-нибудь шлепали, я чувствовала себя виноватой, думая: „Если бы я была чуточку тверже, может быть, мне удалось бы отговорить его от этого дурного поступка“.

Потом появилась проблема и со мной. Может, из-за того, что была самой младшей, я чувствовала, что никто в семье не относится ко мне серьезно — ни мои старшие братья и сестры, ни родители. Я была для них „прелестным маленьким ребенком“ или „прелестной маленькой сестричкой“, и если не справлялась с данным мне поручением, то кто-то другой выполнял его за меня. Родители, вероятно, были страшно рады, что я такая уступчивая, и во многих случаях не хотели создавать проблемы там, где, как они считали, их можно было избежать. В конце концов, вокруг было много людей, способных сделать что-то за меня.

Так или иначе, но это случилось: постепенно я стала понимать, что, делала я что-нибудь или нет, это не имело такого значения, как действия моих братьев и сестер.

И, по мере того как я взрослела, мои переживания по поводу неспособности братьев и сестер поддерживать мирные отношения все усиливались, а ощущение важности всего, что делала я, уменьшалось.

Оглядываясь назад, понимаю теперь, что создала своим братьям и сестрам определенный образ самой себя. Я была миротворцем по натуре и испытывала чувство страха, если мне не удавалось примирить всех, а, с другой стороны, я ни для кого не имела реального значения и ничего по-настоящему не стоила. Так мои родные относились ко мне. Они привыкли к тому, что я всегда улаживаю их споры, но игнорировали меня всякий раз, когда им не требовался миротворец. А я спокойно позволяла им так поступать со мной.

Но дальше стало намного хуже. Подобное отношение ко мне сохранилось, когда я стала женой, а затем и матерью. Когда мы с мужем начинали спорить, я всегда первой шла на уступки. Я очень быстро приучила его к тому, что все, сказанное им, имеет гораздо большее значение, чем сказанное мной; что на мои слова можно просто не обращать внимания. А наши двое первенцев — что я с ними делала! Почти бессознательно внушила им, что „мир и согласие важнее всего“, „мир — любой ценой, даже ценой собственного самоуважения“, и старалась их воспитывать только в этом ключе. И добивалась этого, вознося их отца до небывалых высот, представляя им его как самую авторитетную личность. Но что за бремя я возложила на него!

Это продолжалось в нашей маленькой семье 12 лет, и в один прекрасный день я не выдержала. Я поняла, что мне необходима профессиональная помощь.

Это не было внезапным озарением, но медленно и постепенно я стала понимать, во что превратила себя. Передо мной встала тяжелая задача — помочь своим детям разрушить тот образ, который я создала. Они тогда были уже подростками, и все это довольно плохо отразилось на них и почти разрушило мой брак. Но я стояла на своем.

Двое старших детей сейчас покинули наш дом, но, может быть, их младшему брату принесет пользу мое возродившееся самоуважение. Во всяком случае, уверена, что его восприятие мира будет иным.

Вскоре после его рождения моя старшая дочь сказала: „Ты знаешь, мама, думаю, что Бог дал его вам с папой, потому что всегда знал, что ты могла бы быть хорошей матерью. И Он знал, что рано или поздно ты справишься со своими проблемами. Но не терзайся, ведь ты делала и нам двоим только хорошее“.

Я — счастливая мать. Я очень вовремя начала понимать, что представляю собой, чтобы успеть еще спасти свою семью и свой брак. И теперь я знаю точно: чтобы быть хорошим родителем, нужно в первую очередь знать и любить себя».

За годы работы консультантом я выслушал немало историй, похожих на то, что рассказала мне Эллен. Много раз наблюдал, как личные проблемы родителей наносят вред детям. Как правило, в зависимости от индивидуальных особенностей детей, родители, которые низко оценивают себя, воздействуют на них негативно и в процессе воспитания и потом, когда те достигают зрелого возраста. Для обоих родителей крайне важно уметь честно взглянуть на себя и дать себе оценку, иметь о себе верное представление. Родители должны уважать себя, чтобы у их детей развилось такое же отношение к себе. Они должны любить себя; только тогда они смогут любить своих детей безусловной любовью, так необходимой для их развития.

Для начала выясните, являетесь ли вы тихим, покорным человеком вроде Эллен (и это, в общем-то, не так уж и плохо, надо только уметь правильно воспользоваться этим свойством характера) или агрессивным («берегитесь все, я иду»), а затем обдумайте, как можно наилучшим образом проявить эти качества в повседневной жизни.

Определите свою позицию

Задайтесь вопросом, каково ваше отношение к семье, работе и религии. Ответьте на приведенные ниже вопросы и обдумайте, поступаете вы так всегда, иногда или редко?

Если вы замужем (женаты), то уважаете ли своего супруга (супругу) и относитесь ли к нему (ней) с уважением? Если вы оба работаете, делите ли поровну домашние обязанности? Сердитесь ли вы и высказываете ли свое недовольство, когда ваш супруг (супруга) делает что-то не так? Если вы в разводе, не принижаете ли достоинства вашего бывшего супруга в разговоре со своими детьми? Стараетесь ли говорить уважительно о своем бывшем (бывшей) супруге? Хорошо ли вы относитесь к представителям противоположного пола?

Вы заняты на работе полный рабочий день? Исполняете ли вы свои обязанности по минимуму, требуя затем полной выплаты? Придерживаетесь ли в работе аксиомы: «Все, что стоит делать, стоит делать хорошо»? Если вы сами наниматель, являются ли ваши отношения со служащими честными и прямыми? Предоставляете ли вы им по возможности наилучшие условия работы?

И напоследок несколько вопросов о религии. Стараетесь ли вы развивать христианские идеи в своей семье? Стараетесь ли делать что-то для Господа? Тратите ли в течение дня хоть сколько-нибудь времени на личное общение с Господом? Состоит ли круг вашего общения в основном из христиан? Честно ответив на эти вопросы, вы сможете определить сильные и слабые черты своего характера и начать развивать в себе положительные и исправлять отрицательные качества. Помните о том, что все, что вы делаете, и все, что говорите, будет для ваших детей примером, на который они будут опираться в своей жизни. Либо они захотят поступать так же, как и вы, либо будут огорчены вашим несправедливым отношением к другим людям и вследствие этого потеряют уважение и любовь к вам.

Для вас как для родителей просто необходимо сохранять позитивное и оптимистическое отношение ко всем аспектам жизни. Вы должны быть ответственны и честны, потому что воспитывать и учить чему-то ребенка лучше всего на собственном примере. Если вы пессимистически смотрите на жизнь и ведете себя негативно и безответственно, то способствуете тому, что ваш ребенок перестанет признавать авторитеты, ибо своим поведением вы показываете, что и он может не отвечать за свои поступки. Подростки, находящиеся под влиянием родителей, не признающих авторитетов, оказываются в двойной опасности потому, что они и без того, в силу своего трудного возраста, уже не признают их.

Проблема развода

Трудно дать оценку ситуации, вызванной разводом. Для детей намного лучше, если родители все же пытаются решить свои проблемы. Более чем в 80 случаях из 100 я старался уговорить обоих супругов попытаться преодолеть трудности каким-нибудь иным способом.

Давайте вернемся к истории Эллен. Ее брак был на грани краха. Но в результате консультаций стало ясно, что Эллен и ее муж слишком много потеряют, если разойдутся. Они очень уважают друг друга, у них двое прелестных детей. Эллен, правда, приходилось нелегко. Я уговорил их подождать с разводом до тех пор, пока Эллен не справится со своими трудностями.

Было видно, что эти супруги делали все возможное, чтобы разрешить свои проблемы. Я был рад, что они вняли моему совету и выждали какое-то время. Сейчас это крепкая семья, которая к тому же пополнилась сыном, зятем и прелестной внучкой.

Однако если в браке один из супругов находится в таком душевном состоянии, что подвергает опасности другого, я не настаиваю на примирении. В этом случае единственное, что может помочь — это оказание индивидуальной помощи и поддержки.

К сожалению, основная причина распада многих браков — эгоизм. И это неудивительно, поскольку в настоящее время у большинства людей все мысли и желания сосредоточены вокруг их собственного «я». О чем можно говорить, если отсутствие моральных ценностей позволяет легко изменять супругу и тем самым просто разрушать свой брак?

Многие женятся потому, что мало уважают себя, и думают, что брак разрешит их проблемы. Наделе же обычно случается обратное, поскольку семейная жизнь требует большой самоотдачи, на которую многие оказываются неспособными.

Какое-то время в семье Эллен был только один человек, который мог бы сказать, что уверен в себе, — ее муж. Поскольку свою роль в браке по-настоящему выдерживал только он, это должно было огорчать его, ведь в идеале брак — это союз двух сильных, уважающих себя людей, которые знают самих себя и проявляют свои чувства друг к другу с того момента, когда между ними возникли какие-то отношения.

Если вы будете хорошо знать самих себя, уважать себя, это поможет вам взглянуть на проблемы с различных точек зрения. Если, например, в вашей семье начался разлад, то, честно взглянув на проблему с разных сторон, вы сможете найти возможные пути примирения.

Крейг Рейд в вызывающей позе уселся напротив меня, пренебрежительно отвернувшись от своей жены Фрэн. Это были самые обычные жизнерадостные молодые люди, в настоящий момент серьезно озабоченные предстоящим разводом.

— У меня есть работа и, кроме того, пара интересных увлечений, — сказал Крейг, — но Фрэн не хочет ничего делать вместе со мной. Все свободное время она проводит дома с мальчишками. И больше ничего общего у нас с ней нет. Я столько раз предлагал ей пригласить на выходные няню, и тогда мы могли бы съездить в горы или покататься на катере. Мы можем себе это позволить, потому что она тоже работает.

— А я ему постоянно твержу, что мы и так очень мало времени проводим с нашими мальчиками, — прервала его Фрэн. — Думаю, он просто откровенный эгоист. Он не только делает лишь то, что ему нравится, но и требует; чтобы я делала то же самое. Я всю неделю работаю, и мне просто необходимо уделить немного времени и себе, и нашим мальчикам.

Фрэн повернулась к своему мужу:

— Крейг, ты страшный эгоист. Я не против, чтобы мы время от времени ходили в горы. Мы с мальчиками можем остаться у подножия, пока ты поднимаешься на вершину, и подождать там твоего возвращения. Я так устала от того, что мы совсем не разговариваем друг с другом, что мне остается только наблюдать, как ты убегаешь из дома. А когда возвращаешься домой в воскресенье вечером, ты никогда не даешь себе труда рассказать нам, как провел свой уик-энд. Нам будет лучше без тебя, потому что мы не будем больше видеть, с каким равнодушием ты приходишь домой.

— Крейг, — вмешался я, — как ты себя чувствуешь после того, как тебя назвали эгоистом? Ты считаешь себя эгоистичным человеком?

— Нет. Никогда не думал, что я эгоист. Я старался устроить хорошую жизнь и по возможности больше дать Фрэн и мальчикам. Какой же это эгоизм? Я даже просил Фрэн сходить в горы со мной без них. Это тоже эгоизм?

— Но я не хочу идти куда бы то ни было без них. Они уже достаточно большие, чтобы не быть обузой, и мы нужны им. Никогда не смогу понять, как ты можешь говорить так — «без них».

Казалось, Фрэн оправдывается:

— Крейг, ты даешь нашим мальчикам много всего, но душа твоя не с ними. Я больше не хочу смотреть на то, как ты причиняешь им боль.

Фрэн закрыла лицо руками и заплакала.

— Фрэн, не плачь. Ты же знаешь, что я не выношу твоих слез. Почему ты не говорила мне всего этого раньше? Почему не говорила, что я так нужен нашим мальчикам? Я думал, что у них есть все, что им нужно. У них есть ты, да и я не всегда пропадаю.

— Да ты никогда не слушал меня прежде. Сейчас, в кабинете доктора Кэмпбелла, я могу сказать тебе все, и ты не посмеешь здесь кричать на меня. Да, я, наконец, смело могу высказать все, что лежит у меня на душе.

— Фрэн сказала правду, Крейг? — спросил я. — Ты действительно кричал на нее и не желал ничего слушать?

Крейг откинулся в кресле.

— Полагаю, она права, доктор Кэмпбелл. Я не обращал внимания на то, что она старалась как-то изменить распорядок выходного дня. Обычно я просто уходил, хлопнув дверью. Очень не люблю, когда мне указывают, как я должен распоряжаться своим временем.

Мы регулярно проводили консультации и спустя несколько месяцев Крейг уже смог взглянуть на свое поведение с разных сторон. Решению проблем часто может помочь третье лицо; это объясняет, почему бывает полезно обратиться за профессиональной помощью. Крейг и Фрэн оказались способными выделить и понять большую часть тех мелочей, которые доставляли им беспокойство. И меня не покидало ощущение, что их брак может быть сохранен. Нужно было только взглянуть на происходящее с разных позиций. Я рад сообщить, что сейчас даже мальчики сопровождают своего отца во время прогулок по небольшим холмам.

Брак, находящийся на грани краха, плохо отражается на детях, которые обычно не способны мыслить рационально, логически и последовательно, когда дело касается того, что происходит у них дома. И обычно вследствие этого они начинают хуже учиться. Мальчики Крейга и Фрэн переживали то же самое. Они дрались со своими товарищами. Несомненно, должна была пострадать и их духовность, поскольку у них отсутствовало какое бы то ни было логическое объяснение происходящему и с этой точки зрения.

Брак, основанный на той любви, которую завещал нам Иисус Христос, — прекрасный, крепкий брак. Такой брак сейчас у Крейг и Фрэн. Послушание Христу в супружестве означает пожизненную, самоотверженную отдачу друг другу и, конечно, детям.

Когда мы в первую очередь задумываемся не о своих желаниях, а о потребностях своего супруга и детей, то наши собственные нужды удовлетворяются Господом и другими членами семьи. Это замечательный круговорот. Брак почти никогда не бывает легким и совершенным, но когда возникают проблемы, настоящий христианский брак имеет в своем распоряжении силу Господа.

Подобные отношения в доме дадут возможность и детям, когда они вырастут, создать крепкую христианскую семью. Им не трудно будет научиться тому, как сделать Христа центром семейных отношений. Родителям в такой семье не придется прибегать к поучениям и угрозам, поскольку дети будут сами хотеть следовать примеру родителей.

Чему мы учим наших детей

В этой книге я посвятил целую главу тому, как приучить ребенка к дисциплине (см. ниже), здесь же хочу рассмотреть вопрос о том, как учить детей отличать добро от зла.

Существует большая разница между дисциплиной и воспитанием. Приучая ребенка к дисциплине, мы уделяем основное внимание его поведению, в то время как воспитывая его, мы делаем акцент на нравственных вопросах. Добиться многого только лишь дисциплинарными методами нельзя; важнейшую роль играют слова и личный пример. Иначе говоря, чтобы ребенок усвоил, что хорошо, а что — плохо, недостаточно только прививать ему навыки хорошего поведения.

Это одна из тех областей, где очень важно хорошо знать самого себя. Только в этом случае вы сможете дать правильное направление своим мыслям. Однако нам не всегда удается сделать это, не ошибаясь; бунт ребенка против нравственных понятий, которые прививают ему родители, как правило, вызван такой ошибкой. Слишком уж часто мы, вместо того чтобы воспитывать своих детей на примере, читаем им пустые нотации. Если ребенка наказывают за то, чего он не делал, или просто потому, что попал под горячую руку, он восстает. Прежде чем ребенок научится вести себя правильно, он должен сам на чьем-то примере увидеть и понять, в чем заключается это правильное поведение, и только тогда он сможет делать то же самое. Однако, к сожалению, многие родители следуют старой аксиоме: «Делай так, как я говорю, а не так, как я делаю» и не понимают, почему их дети восстают против этого.

Трудно объяснить ребенку, что такое хорошо, а что такое плохо, если вы сами говорите одно, а делаете другое. Как родители могут надеяться, что дети воспримут их нравственные и духовные ценности, если сами они зарабатывают на жизнь нечестным путем, недобросовестны на работе, обманывают своего работодателя — одним словом, совершают безнравственные поступки?

Посмотрите на тех родителей, которые периодически обманывают налоговое управление, но выходят из себя, узнав, что их ребенок списывает и мошенничает на контрольных работах и экзаменах в школе. Что за бестолковый ребенок! Но он делал лишь то, чему научился у своего отца.

Сколько во всем мире найдется детей, которые стали бы духовными личностями, если их родители только молятся, но не живут в вере? Полагаю, очень немного. Мне кажется, в Послании к Титу дано подходящее описание данной ситуации: «Они говорят, что знают Бога; а делами отрекаются».

Ваши дети будут вести себя точно так же, как ведете себя вы. Если вы одними словами, но не делами будете пытаться привить им христианское отношение к жизни, то этим лишь вызовете у них чувство протеста. Они запутаются и, в конце концов, совсем отвернутся от христианства. Все, что вы говорите, должно идти от сердца и подтверждаться вашими каждодневными поступками.

Насколько очевидны ваши христианские позиции?

Давайте вернемся к вопросу, который задан в названии, и поговорим об отношении к религии. Каково ваше отношение к Богу? Ежедневно ли вы уделяете время общению с Ним — необязательно жестко, согласно какому-то графику, а тогда, когда хочется помолиться Ему в тихой, спокойной обстановке? Это должен делать каждый христианин.

А ваше общение с людьми, которых видите каждый день — банковскими служащими, продавцами, многими другими, которые могут вам нравиться или не нравиться, — основано ли оно на христианских принципах? Пытаетесь ли вы приблизить этих людей к Христу, пусть не свидетельством, а просто своим отношением к ним?

Как протекает ваше общение с духовными лидерами церкви? Ходите ли вы в церковь каждое воскресенье и внимательно ли слушаете проповедь? Или ваши мысли уносятся прочь и вы думаете, например, о том, почему строительный комитет не внял вашим советам и почему управляющий не позаботился о том, чтобы в помещении было тепло? Обсуждаете ли эти проблемы и свое негативное отношение к их решению позднее за воскресным обедом? Критикуете ли других христиан?

И здесь ваше поведение будет служить примером для ваших детей. И ваше отношение к церкви сыграет очень большую роль в том, как они будут воспринимать христианство. Вот почему очень важно, чтобы вы были абсолютно честны, давая оценку собственной духовности, и пытались исправить то, что может нанести вред как вам, так и вашим детям.

Все мы проходим различные стадии духовного роста. Когда мы только становимся христианами, нас очень волнуют и вдохновляют мысли о Боге. Мы испытываем сильные эмоции, мы трепещем. В это время мы делаемся очень восприимчивыми к обучению и интенсивно впитываем в себя христианское знание.

Затем мы вступаем в фазу, которую я называю «контрастной». Мы становимся чересчур жесткими в своих суждениях и воспринимаем все, что имеет отношение к вере, либо в совершенно черных тонах, либо в белых. Каждый проходит через эту стадию духовного созревания. А весь процесс в целом напоминает обучение езде на автомобиле.

Фактически, это схема любого обучения: вначале человек видит все в очень контрастном свете и лишь потом начинает различать полутона. Эта схема применима к любой области жизни. Большинство же людей почему-то не склонны считать, что она действует и в духовной сфере. Взрослея духовно, мы учимся тому, что альтернативы бывают не только черными или белыми, что не всегда можно дать точный ответ на вопрос и необязательно произойдет что-либо одно из двух. И постепенно мы или становимся разумнее и более гибко подходим ко всему, не теряя веры, или же перестаем верить.

Сегодня все больше и больше людей просто отвергают веру. Все реже встречается, чтобы люди старше 45 лет оставались активными христианами. Но даже оставаясь христианами, они, как правило, прекращают расти духовно. Многие «сходят с дистанции», когда узнают, что на вопросы не всегда можно дать четкие ответы и совсем не все в мире однозначно и просто.

То же самое происходит, когда мы надеемся однозначно и просто решить проблемы воспитания подростков. И в той, и в другой области невозможно легко и быстро ответить на все возникающие вопросы.

Попробуйте разобраться, в какой фазе духовного роста вы находитесь сейчас. Если все еще на той стадии, когда делите все на белое или черное, вы будете не совсем благоприятно воздействовать на своего ребенка, особенно если относитесь к нему слишком жестко. Очень важно для родителей подходить к своему ребенку достаточно гибко, особенно когда он вступает в подростковый период. «Гибкость» не означает «вседозволенность». Она означает лишь, что вам не следует ждать от ребенка какого-то заранее запрограммированного поведения, нужно лишь мягко, но упорно направлять его развитие в нужную сторону.

Например, одна молодая мать недавно рассказывала мне, как она гордилась, что все три ее дочери брали уроки танцев.

— Я безоговорочно потребовала, чтобы все трое учились танцам, — говорила она. — Я сама занималась балетом и хотела, чтобы мои дети делали то же самое. Думаю, что это очень важно для их физического развития и, кроме того, для развития характера.

К несчастью, она не спросила самих девочек, хотят ли они заниматься танцами.

Случайно я узнал, что старшая из дочерей хотела бы ходить на плавание, но ей пришлось покорно появляться в танцевальном классе каждое воскресное утро. Насколько счастливее была бы эта девочка, если бы она, в то время как ее сестры танцуют, плавала в бассейне. Но мать подходила к этому вопросу очень жестко. Она была убеждена, что все ее дочери должны ходить именно на танцы, и они делали это.

Вряд ли эту семью можно считать особенно счастливой. Весьма вероятно, что мать там командует всем. И очень жаль, потому что в таком случае дети в своем собственном доме, в своей собственной семье не будут чувствовать себя уютно и надежно, не будут ощущать любви со стороны родителей. Подобная атмосфера легко создается родителями, находящимися в той фазе своего духовного роста, когда они воспринимают все только в черно-белых тонах.

Когда же эта стадия духовного роста проходит, и человек осознает, что на многие вопросы невозможно найти однозначных ответов, возникает опасность стать циником. Видя, как другие христиане делают многое, чего делать не должны, человек начинает осознавать, что быть христианином совсем не легко. Он понимает, что нужно не просто следовать каким-то твердым установкам, но думать, что необходимо ежедневно уделять некоторое время общению с Господом и просить Его направить на путь истинный.

Опасность этой фазы духовного развития состоит в том, что человек разочаровывается. К несчастью, со многими родителями это случается именно в то время, когда их дети достигают подросткового возраста и особенно нуждаются в определенной стабильности жизни. Если еще и у родителей появляются свои собственные духовные проблемы, то для семьи могут наступить тяжелые времена. Самое главное в такой момент — не терять веры. Вспомним слова Соломона: «Сын мой! наставления моего не забывай, и заповеди мои да хранит сердце твое; ибо долготы дней, лет жизни и мира они приложат тебе» (Прит. 3:1,2).

Мы должны уделять хоть какое-то время молитвам, чтению Священного Писания и, конечно, не допускать, чтобы неправильные взгляды и ложь морально неустойчивых христиан подорвали основы нашей веры. Я не раз видел, как это случается. Какой бы беспорядок ни был у нас в душе, мы не должны открыто проявлять циничного отношения к вопросам духовности, иначе это самым непосредственным образом скажется на наших детях.

В моменты, когда мы чувствуем, как слабеет наша вера, нам следует как бы сделать несколько шагов в обратном направлении, к тому периоду, когда мы видели мир лишь в черно-белых тонах, и попытаться оценить свою духовную жизнь того времени. Нужно вспомнить, к чему мы относились позитивно тогда, и постараться сохранить это отношение, пока наша вера не окрепнет снова.

Это все равно, что сказать: «Остановись, мир! Я хочу вернуться на несколько мгновений назад и взглянуть на жизнь с другой точки зрения». Или то же, что выйти на некоторое время из мутной воды и дать мути осесть на дно — вскоре вы будете снова различать дно сквозь чистую воду.

Пусть все это не тревожит вас; для вашего ребенка было бы очень полезно видеть, как вы боретесь с собой, пытаясь преодолеть неприятие авторитетов и циничный подход к решению своих проблем. Если вы не будете делать этого, ребенок начнет перенимать от вас негативное отношение к жизни, а это очень быстро прекратит его духовный рост. Ему необходимо видеть, что вы всегда ищите позитивное, христианское разрешение проблем.

Точно так же следует подходить и к проблемам брака. Пока ваш ребенок видит, как вы стараетесь удержать ситуацию в руках, он будет надеяться, что все закончится хорошо и ваши трудности не скажутся на нем. Если же ваше циничное отношение будет препятствовать улучшению и упорядочиванию ситуации, он, несомненно, пострадает.

Когда, наконец, этот трудный период окажется позади, знайте, что из духовного детства вы перешагнули в юность. Вы станете все подвергать сомнению: и свое отношение к церкви, и, что вполне естественно, свою собственную веру. Это период духовного взросления.

Абсолютно нормально подвергать сомнению авторитеты и взгляды, которые вынесены вами из прошлых лет жизни. Когда начнете оценивать все более реально, вы обнаружите, что некоторые ваши мнения были ошибочными. Например, я открыл для себя, что у Бога нет детального, по пунктам разработанного плана моей жизни. Напротив, Его план основан на том, чтобы я сам сознательно принимал какие-то решения, обращаясь к Нему в молитве с просьбой наставить на истинный путь.

Это будет время, когда вы начнете приобретать свое собственное понимание мира, который вас окружает. Священное Писание предстанет перед вами в новом свете. То, о чем сказано в нем, вы станете воспринимать через призму своего жизненного опыта, а не опыта других людей. Будьте осторожны, потому что в определенном смысле это тоже весьма опасная фаза.

Одна из опасностей этого периода состоит в тенденции забывать, что наши дети отнюдь не прошли через эту или какую-либо другую стадию духовного роста. И если попытаетесь объяснить детям ваше теперешнее отношение к христианской жизни, вы можете совсем запутать их. То же самое относится и к другим, недавно уверовавшим христианам.

Поэтому вы просто должны вести себя в каждодневной жизни так, чтобы для детей стали очевидны ваши духовные позиции. И вновь подчеркиваю, что, хоть выполнять эти советы совсем не легко, отдача будет очень велика, причем для всех — и для вас, и для ваших детей.

Итак, если вы тщательно обдумываете все свои намерения и осуществляете их, придерживаясь христианских принципов, то тем самым делаете для своих детей самое лучшее, что только возможно. Важно не только знать самих себя и тщательно обдумывать свои поступки; не менее важно знать и своего ребенка. Я имею в виду, что вы должны не только осознавать сам факт его появления на свет, не только уметь различать, что означает тот или иной звук, который он издает, будучи младенцем, но, самое главное, принимать его как цельную личность. Понимание индивидуальных особенностей личности вашего ребенка — одна из самых важных вещей. Давайте обсудим это в следующей главе.

3. Дети, которым нравится доставлять удовольствие другим

Смотрите, не презирайте ни одного из малых сих; ибо говорю вам, что Ангелы их на небесах всегда видят лице Отца Моего Небесного... Так нет воли Отца вашего Небесного, чтобы погиб один из малых сих

(Мф. 18:10,14).

Если бы мне нужно было назвать всего две наиболее важных в этой книге главы, которые вам следует прочесть, я указал бы на данную и следующую. И это потому, что они посвящены проблеме понимания личных особенностей вашего ребенка, а я уверен — решение этой проблемы крайне необходимо для того, чтобы нашим детям в будущем стать подлинными христианами.

Мне кажется, что было бы полезно рассмотреть вопрос, как в целом люди относятся к авторитетам. Проведя исследования, я обнаружил, что по этому признаку всех людей можно разделить на две группы: примерно 25 процентов признают авторитеты, а оставшиеся 75 — в основном отрицают их (то есть они обычно считают, что их собственное мнение выше любого другого).

У меня два сына, Дейвид и Дейл. Дейл относится к вышеупомянутым 25 процентам, а Дейвид — соответственно к 75. Дейл с раннего возраста как бы спрашивал:

— Пап, чего бы вам с мамой хотелось, чтобы я сделал для вас? Дейвид же с самого рождения будто заявлял: — Эй, уйдите-ка все с моего пути. Я живу, чтобы жить, и хочу идти своим путем так, чтобы мне никто не мешал!

Конечно, никто не совершенен. У каждого из мальчиков есть свои «плюсы» и «минусы», хорошее и плохое, отчего воспитывать их порой трудно, а порой — легко. Эта и следующая главы посвящены людям, которые составляют две эти группы — 25 и 75 процентов.

Личностный фактор

Каждый ребенок рождается с особым набором индивидуальных свойств. Родители могут нанести личности ребенка вред или, наоборот, способствовать ее развитию, но основные ее свойства закладываются еще до рождения. То есть родители не в состоянии в целом изменить личность ребенка после того, как он родился. Его генетические признаки были заложены во время зачатия, и именно с того момента и начинает развиваться его личность.

Приняв во внимание, что в мире живут миллионы людей, вы можете удивиться, как это я разделил человечество всего на две группы. Но, поработав с детьми и их родителями в течение 20 лет, я обнаружил, что это деление вполне разумно и оправдывает себя на практике.

Понимаю, что такой подход кажется слишком простым. Но представьте себе, сколько нужно запомнить различных характеристик каждого типа личностей, затем попытаться сопоставить их и изо дня в день рассортировывать и разбирать. Это может оказаться совершенно неосуществимым. Конечно, я упростил, грубо разделив людей на две группы. Тем не менее это пригодилось мне и в воспитании своих детей, и в моей профессиональной практике. Хочу подчеркнуть еще раз, что я не оцениваю два названных мною аспекта личности как плохие или хорошие. Это лишь констатация, что они существуют.

По существу, любая реакция ребенка зависит от его отношения к авторитетам, а это отношение, в свою очередь, зависит от личности самого ребенка. И при работе с детьми, как оказалось, очень важно знать о существовании такого разделения.

Я поделился этой своей теорией со многими людьми, и они также подтвердили ее состоятельность. Если сумеем разобраться, что лежит в основе личности нашего ребенка, мы сможем лучше понять и его поведение, и эмоции и станем допускать меньше трагических ошибок в его воспитании. Конечно, мы лишь люди. Несмотря на большое количество информации, накопленной в процессе разработки все более совершенных методов воспитания, мы все еще продолжаем делать много ошибок. Поэтому не вините себя, если сделаете что-нибудь не так — ведь Господь ждет от нас лучшего, на что мы способны, но отнюдь не непогрешимости.

Кто составляет «25 процентов»

Двадцать пять процентов всех людей имеют настоятельную потребность слушаться других. Они хотят, чтобы их одобряли и хвалили. Они хотят, чтобы кто-то постоянно указывал им, что нужно делать, и распределял их время. Они хотят, чтобы кто-то принимал решения за них. Поэтому случайному наблюдателю может показаться, что эти 25 процентов составляют люди, которых в детстве было очень легко воспитывать. Все, что вам остается, — это лишь указать им, что именно и когда нужно делать, когда перестать, и затем похвалить их за то, что они сделали.

Как просто, не правда ли? Нет, не правда. Воспитывать таких детей также трудно, как и тех, кто составляет остальные 75 процентов. Если эти «75 процентов» начинают принимать решения самостоятельно чуть ли не с первых дней жизни, то «25 процентов» нужно еще учить этому, учить думать самостоятельно. Они любят следовать за кем-нибудь, поэтому чрезвычайно подвержены различным влияниям; они исполнительны, но могут оказаться неспособными быть самостоятельными, когда вырастут. Фактически, взрослое состояние представляется им ужасной «гонкой с препятствиями», поскольку они всегда ждут, чтобы кто-то указывал им, что делать, а со временем такого человека может не оказаться рядом. Этих детей легко контролировать, поскольку они склонны винить во всем себя. Большинство родителей управляют ими именно так, даже не осознавая этого, а затем испытывают гордость, что они так чудесно воспитали своих детей.

Четырнадцатилетнюю Джулию Хайд, дочь Эвелин и Ричарда Хайд, можно считать совершенным примером человека, которым легко управлять, используя его чувство вины. Ни Эвелин, ни Ричард, конечно, не знали, что они делают именно это.

Джулия — старшая из пятерых детей Хайдов. Это тихая, послушная девочка. Несколько недель назад подружка пригласила ее на пикник с купанием.

— Мам, сегодня вечером Клэр устраивает пикник, а окончится он завтра, и она хочет, чтобы я тоже пошла. Можно?

— О, Джулия, даже не знаю — сегодня вечером я планировала походить по магазинам, а затем мы с папой хотели где-нибудь пообедать вместе. Я давно ждала этого и надеялась, что ради меня ты посмотришь за братьями и сестрами. Но если тебе хочется пойти на пикник, конечно, иди. Мыс папой пообедаем в другой раз.

Джулия знала, что мама редко покидает дом, но и самой ей очень хотелось на пикник. Однако она почувствовала бы себя виноватой, если бы из-за нее мама лишилась возможности провести время вместе с отцом и отдохнуть от детей.

— Нет, конечно, иди, мама. Мой купальник полинял. Я лучше куплю себе новый, а уж потом пойду на пикник.

Эвелин Хайд было очень легко просить свою старшую дочь посидеть с младшими детьми. Девочка так убедительно говорила! И мама верила, что дочери действительно хочется делать то, о чем ее просят. И так происходило достаточно часто. Даже когда ей хотелось куда-нибудь пойти, она оставалась дома со своими братьями и сестрами. Ее удерживало чувство вины.

Когда эти «25 процентов» находятся еще в детском возрасте, они очень послушны и ими легко управлять. Их родителям завидуют, особенно другие прихожане и родители детей, которые составляют оставшиеся «75 процентов». Родители детей, принадлежащих к «25 процентам», обычно немного свысока говорят родителям второй группы: «Если бы вы относились к своим детям построже, они были бы такими же, как и мои». Мы часто сравниваем детей, не понимая, что сравнение тут не имеет смысла: ребенок просто относится к той или иной группе. И многим детям может принести вред этот кажущийся таким невинным акт сравнения их с другими.

Родители, которые управляют своими детьми, опираясь на их чувство вины, действуют наихудшим образом. Именно так поступали родители Джулии. И хотя это происходит непреднамеренно, в воспитании такой подход является основным. Дети, которые составляют первую группу, настолько полны желания доставить удовольствие другим, что их легко «задавить». Они подходят ко всему с точки зрения своей личной ответственности и воспринимают ее слишком серьезно. Представьте себе, что чувствовала бы Джулия, если бы все-таки поехала на пикник. Она не получила бы удовольствия, потому что ее мучило бы сознание вины зато, что ее мама не смогла приятно провести вечер в обществе папы.

Эти дети всегда боятся, что они причинят кому-то боль или сделают что-нибудь неправильно. Они стремятся к совершенству и хотят делать все как можно лучше. Но даже самая ничтожная критика может сокрушить их «эго», их «я» и заставить почувствовать себя настолько виноватыми, что в итоге их личность перестанет развиваться.

Однако родители зачастую не замечают всего этого. Папы и мамы, напротив, рады, что у них такой славный ребенок, который всегда делает то, что ему говорят, не доставляя никому никаких хлопот.

Они совершенно не понимают, что их дети просто держат все свои чувства при себе и, кроме того, они чрезвычайно самокритичны. Их «стремление к совершенству» не означает, что они верят в свои способности сделать что-то лучше всех; напротив, они всегда думают, что любой другой смог бы сделать это лучше их.

Эти «25 процентов» так многого ждут от себя, что каждый день приносит им разочарования. Ведь любой человек время от времени хоть самую малость, но сделает что-нибудь не так. Даже если из 100 дел они сделают хорошо 99 и только одно плохо, то будут испытывать глубокую неудовлетворенность. Такие дети легко впадают в депрессию. Посмотрим, как проходит самый обычный день у подростков, которые входят в эту группу. Бретту 15 лет. Он начинает свой обычный день хорошо, получив «отлично» сначала по математике, а затем — по английскому. Он страшно доволен. И, наконец — «пятерка» за сочинение. Что за день!

После обеда, играя в футбол, он забивает в ворота противника решающий для его команды гол. Вернувшись из школы домой, он обнаруживает на кухонном столе записку от мамы, в которой она сообщает, что отправилась в магазин и придет не раньше шести часов. Жаль, конечно, но ничего страшного; он сегодня еще играет в кегельбан и сможет рассказать маме о своем чудесном дне попозже.

Он идет к своему шкафу и ищет в нем красную рубашку для кегельбана, но ее нигде нет. В конце концов он обнаруживает ее в корзине с грязной одеждой, всю в полосах и пятнах. Мама не постирала ее! День пропал. Его команда будет играть на турнире, а он — нет, потому что не может же он идти в такой рубашке! И Бретт сразу забывает о том хорошем, что случилось с ним в этот день.

Конечно, эта история немного утрирована, но именно такие чувства испытывают постоянно «25 процентов». В одно мгновение такой человек может почувствовать себя совершенно несчастным, причем из-за какой-нибудь незначительной мелочи. А угнетенное состояние может стать причиной гнева. Не забывайте, однако, что в первую очередь такие люди стараются доставить удовольствие другим, и поэтому будут сдерживать свой гнев, что, в свою очередь, приведет к глубокой депрессии. А она вызовет чувство гнева и раздражения, которое они вновь будут направлять на себя.

Только взгляните на такого ребенка, чьи родители не воспринимают его как личность. Он страдает оттого, что годами испытывал чувство вины. Его не научили думать о самом себе, не научили выражать свои чувства открыто. И как следствие, он подолгу будет пребывать в депрессии и злиться на самого себя уже и во взрослом состоянии.

У таких людей особенно сильна естественная потребность быть любимыми и чувствовать, что они чего-то стоят. Если родители не понимают, что их ребенок очень мало уважает себя, и пусть даже непреднамеренно, но все же не удовлетворяют его эмоциональных потребностей, то, как правило, он начинает искать этого удовлетворения где-то вне дома.

Когда он становится подростком, его могут втянуть в дурные дела: употребление наркотиков, мошенничество, воровство. Он начинает врать и вступать в беспорядочные сексуальные связи. И этот список можно продолжать бесконечно.

История Денизы

Высокая, стройная Дениза пришла ко мне на прием примерно восемь месяцев назад. Она была студенткой медицинского колледжа; чувствовалось, что девушка находится в глубокой депрессии. В кабинете она нервно опустилась в кресло, пытаясь найти подходящие слова для обсуждения своей проблемы.

Наконец, единым духом Дениза выпалила:

— У меня Анорексия[1], доктор Кэмпбелл. Я посетила лекцию, на которой рассказывали об этой болезни, и поняла, что у меня анорексия, — она заплакала. — Не хочу рассказывать родителям об этом, потому что они считают, что я все делаю не так, как надо. Не сомневаюсь, что сейчас они просто возненавидят меня, если узнают.

Я поглядел в ее карие глаза, полные слез.

— Почему ты думаешь, что у тебя анорексия, Дениза?

— Ну, обычно я ничего не ем до тех пор, пока уже просто не выдерживаю от голода. Тогда съедаю все, что попадается под руку, и сразу принимаю слабительное.

— Как долго с тобой это происходит?

— Где-то уже месяца четыре.

Меня порадовало, что Дениза осознала свою проблему сразу же, как только она появилась. Физически она чувствовала себя пока еще нормально, и я решил, что у нас есть шанс помочь ей. Необходимо было понять, почему Дениза относилась к себе столь негативно, что могла наносить себе вред подобным образом.

Когда же она стала приходить ко мне на консультации, проблема раскрылась. Ее старший брат Билл был открытым и энергичным. Дениза же была очень тихой.

«Сколько себя помню, мама и папа волновались за него по малейшему поводу, — начала Дениза. — Когда ему было лет семь, он тяжело и опасно заболел. Пока он лежал в больнице, я оставалась с бабушкой и дедушкой. Я по-настоящему чувствовала себя у них одинокой, но старалась не надоедать с этим маме и папе, так как знала, что они очень переживают из-за Билла.

Наконец Билл вернулся домой, но ему надо было еще лежать в постели около месяца. Я все делала для него, что могла, лишь бы он чувствовал себя счастливым. Была рада, что мы снова все вместе, но хорошо помню, что мама едва ли тогда замечала меня. Я знала, что Билл нуждался в ней гораздо больше, но понимаю теперь, что скучала по ее вниманию.

Когда Биллу было десять лет, а мне — восемь, родители стали строить новый дом. Это был поистине лихорадочный период. И однажды мы с Биллом подрались. Мы поспорили из-за какого-то дела, которое поручила нам мама. Драка же началась, когда Билл начал указывать мне, что нужно делать, а я уже все это знала — мне сказала мама. Поэтому я стукнула его в живот. Он дал мне сдачи — ударил прямо в лицо и разбил губу. Тогда я просто взбесилась и схватила его за волосы. Но только я сделала это, как он резко рванулся в сторону и убежал, а я осталась стоять, держа в руке пучок его волос.

Потом пришел папа и отшлепал нас обоих. Чуть позже Билл убежал в сад, а я закончила ту работу, которую задала нам мама. Я была ужасно напугана. Испугалась, что у Билла на голове будет лысина, которая никогда больше не зарастет».

Так Дениза рассказала мне о своей жизни. Выяснилось, что она почти всегда уступала не только брату и родителям, но и всем, с кем сталкивалась. Однако когда перешла в школу второй ступени, она изменилась.

«О, я все еще старалась поддерживать в семье мирные отношения, но в школе я уже была фигурой. Гуляла с мальчиком, который был ужасно „крутым“. Он был из тех, кого называют „трудными“. Я не говорила родителям, что гуляю с ним, но они как-то узнали об этом. Для меня настали трудные времена — родители только и делали, что читали мне нотации, и продолжалось это две недели. И я перестала встречаться с ним. Не знаю, что мама и папа сделали бы со мной, если бы я вздумала дружить с кем-нибудь снова.

Чувствовала себя очень виноватой — ведь я делала то, что не нравилось моим родителям. Считала себя самым пропащим человеком на свете».

Дениза продолжала учиться в колледже, но ее успехи стали намного хуже.

«Я неплохо училась на первом курсе, но потом стала все время заваливать экзамены. Даже не ходила на лекции. Лгала маме и папе, говоря им, что мои работы, должно быть, просто где-то затерялись.

Я чувствовала, что мое положение все ухудшается, но что мне делать, не знала. И в один прекрасный день мама преподнесла мне сюрприз — сама приехала в колледж. Мы вместе обошли всех моих преподавателей, и я постаралась сделать все, чтобы внушить им, будто на лекции я ходила, а они просто по невнимательности не отмечали мое присутствие.

Но под конец я уже не могла продолжать врать. Я заплакала и рассказала маме всю правду о том, что не ходила на лекции. Мама на меня не кричала. Она только рассказала все папе, он приехал за мной и отвез домой. Родители сказали, что я должна подыскать себе работу, чтобы вернуть им деньги, затраченные на мое образование, которое я так и не сумела получить.

Я поменяла две или три работы и, наконец, смогла вернуть родителям деньги, но все же продолжала чувствовать себя очень нехорошим человеком. У меня не было конкретных устремлений. Я никогда не завершала то, что начинала. Разрушились даже мои отношения с мужчиной, который предлагал мне выйти за него замуж.

Прежде мама всегда решала за меня, что делать. Я не думала, что ей самой приходится очень много работать, и обижалась на нее за то, что она вмешивалась в мою жизнь. Но я не могла позволить себе уйти из дома, и поэтому мне приходилось делать то, что от меня требовали. Когда я объявила, что решила все-таки получить образование, она искренне обрадовалась и предложила мне деньги. Сначала я отказалась взять взаймы. Но потом поняла, что или я должна буду сделать, наконец, что-то сама, или вообще ничего не добьюсь. Поэтому взяла деньги и вернулась в колледж.

Потом я почувствовала, что попадаю в старую ловушку, все время пытаясь утихомиривать чьи-то споры. Мне казалось, что я всегда интересовала людей только с точки зрения того, что могла сделать для них, а не сама по себе. У меня была подружка, которая не хотела слышать о моих свиданиях только потому, что ее саму никто на свидания не приглашал. Я не хотела, чтобы она огорчалась и ничего не рассказывала. У меня даже мысли не было, что таким поведением отрекаюсь от самой себя.

По мере приближения срока выпуска я стала все больше паниковать. Никогда прежде не доводила до конца ничего, что имело бы для меня значение, и теперь стала бояться, что не смогу завершить и свою учебу.

Я всегда весила немного больше, чем полагалось (по крайней мере, мне так казалось), и поэтому решила сесть на диету; это произошло примерно в то же самое время, когда я начала волноваться из-за предстоящих экзаменов. И вскоре обнаружила, что без труда потеряла лишний вес — наконец-то я хоть что-то сделала правильно! Однако проблема состояла в том, что это стало для меня навязчивой идеей».

В течение шести недель Дениза регулярно приходила ко мне на консультации, и вскоре она начала понимать, что относится к тем самым «25 процентам». Принадлежать к этой группе людей на самом деле не так уж и плохо. Это удивительные люди. Но поскольку тип личности Денизы не был известен ее родителям, они вели себя с ней не так, как следовало.

Страданий Денизы можно было бы избежать, если бы родители понимали, что она собой представляет. Тем не менее они ее любили. Но не понимали, что ее относительно тихое поведение было, по существу, обманом. Она не требовала внимания, и, как следствие, ее мало замечали. Родители сделали вывод, что эмоциональные потребности дочери вполне удовлетворены, поэтому все свое внимание переключили на ее брата, который относится к «75 процентам».

К счастью, история Денизы имеет хороший конец. Она закончила колледж и теперь работает в крупной больнице. Между ней и ее родителями установились очень неплохие отношения, основанные на любви, понимании и знании. Родители поняли, наконец, что, если она была очень тихой и требовала к себе мало внимания, это не означало, что она совсем в нем не нуждалась.

Легко заметить, что управлять Денизой было совсем нетрудно. Она ждала от родителей одобрения, похвалы и поэтому старалась быть безупречной девочкой. Но под конец перестала справляться с этой ролью. Неудовлетворенность ее эмоциональных потребностей привела к тому, что она стала раздраженной и нервной, направила эти чувства внутрь себя, и в результате на нервной почве у нее появилась анорексия.

Что можно сказать о духовной стороне личности Денизы? Будучи подростком, она ходила в церковь, посещала молодежные группы и приняла Иисуса Христа как своего Спасителя. Она была примерным ребенком, но когда пошла в школу второй ступени, отказалась продолжить свое духовное обучение, посчитав его «детскими игрушками». Однако посещать церковь она все еще продолжала, потому что хотела похвалы от своих родителей, а они хотели, чтобы дочь туда ходила.

Мы должны не только тщательно заботиться о духовной жизни детей, составляющих эти «25 процентов», но и не забывать об их эмоциональном, физическом и психологическом здоровье. Надо улавливать те моменты, когда они недовольны, и учить их проявлять эти чувства открыто. Их эмоциональные потребности должны быть удовлетворены, и помочь в этом может наша безусловная любовь к ним, особенно в тот трудный для подростков период, когда они начинают отрицать авторитеты. Только поступая так, мы можем быть уверены, что наши дети станут здоровыми, зрелыми людьми, которые любят Бога так же, как и мы сами.

4. Дети, которые не признают авторитетов

Плод же правды в мире сеется у тех, которые хранят мир

(Иак. 3:18).

Когда Дейвиду было около двух лет, я понял, что он относится ко второй группе детей, к «75 процентам». Совершенно очевидно, он был из тех, которые живут под лозунгом: «Я все сделаю сам». И я понял, что нужно делать, чтобы управиться с ним. Если Дейвиду случалось впадать в гнев, это никогда не было для нас тайной, потому что, в отличие от Дейла, он выражал свои чувства весьма открыто. Мы с Пэт старались внимательно наблюдать за ним и помочь ему выразить свое недовольство, которое, как мы знали, иногда овладевало им. Снова повторю: это не значит, что один мальчик был чем-то лучше другого; это означает лишь, что справлялись мы с ситуацией по-разному, в зависимости от свойств личности каждого ребенка.

Люди, составляющие эти «75 процентов», предпочитают делать то, что подсказывает им собственный разум. Они хотят принимать решения самостоятельно. Предпочитают идти трудным путем, самостоятельно направляя свое поведение. Они могут разозлиться, если кто-то указывает им, что нужно Делать. Даже желая научиться чему-либо, стремятся сделать это непременно на свой лад.

На первый взгляд кажется, что таких детей воспитывать труднее, чем тех, которые относятся к «25 процентам». Но это не так. Несмотря на то, что уже с раннего возраста они с сомнением относятся к авторитетам (в самом общем смысле), для их воспитания потребуется примерно столько же настойчивости, любви и понимания, сколько и для детей, принадлежащих к первой группе.

Они могут казаться «трудновоспитуемыми» по той причине, что у них есть врожденное стремление брать на себя ответственность за свои решения, которое с годами становится все сильнее. Это — талант, который дается Богом. И по этой же причине люди из «75 процентов» являются прирожденными лидерами.

Контролировать их и помогать им сдерживать себя намного легче, чем научить тех, кто принадлежит к первой группе, думать самостоятельно. Ведь указать ребенку, что ему нужно делать, намного легче, чем научить его обдумывать, почему нужно делать именно так.

Однако, контролируя поведение ребенка, входящего в «75 процентов», не подходите к нему слишком строго, иначе вы рискуете вызвать у него сильное раздражение. Дети, относящиеся к «25 процентам», легко огорчаются, потому что у них легко возникает ощущение вины. Ребенок из «75», может быть, особенно не страдает в каждом отдельном случае, но у него будет накапливаться негативное отношение, и, в конце концов, он вам «отплатит».

Слишком много индейцев, но недостаточно вождей

Большинство христиан, как мне кажется, принадлежат к тем, кто входит в первую группу. Похоже, церковь посещает не так много входящих в «75 процентов», а это люди, которые являются прирожденными лидерами. Нельзя сказать ничего плохого о тех, кто принадлежит к первой группе, но «75 процентов» — это именно те, без которых не может существовать церковь.

В современных церквах слишком много рядовых «индейцев», но слишком мало «вождей». Оттого что в церкви обычно мало тех, кто входит во вторую группу, как только они там появляются, автоматически становятся лидерами. Поскольку обычно таких людей не хватает, равновесие нарушено, и в целом церковь страдает от этого. Если у лидера отсутствуют конкуренты и он имеет тенденцию не обращать внимания на мнения других, то он будет все больше и больше слушать только самого себя и «проталкивать» лишь свои собственные идеи.

Это объясняет, почему так много церквей придерживаются крайне авторитарных позиций. Сегодняшние лидеры часто дают крен в этом направлении, преподнося свои мысли как закон для прихожан, которые в основном относятся к «25 процентам». Мнение таких руководителей редко ставится под сомнение.

Например, большинство христиан могут задаваться вопросом, что хотели сказать своими посланиями апостолы Павел и Иоанн. Их может также интересовать, что означают некоторые утверждения Христа. Но они не осмеливаются задать эти вопросы современным лидерам, чтобы узнать, что те сами думают на этот счет.

Опасность такой ситуации состоит и в том, что подобные лидеры точно так же пропагандируют свои взгляды и на воспитание детей и подростков. Они утверждают, что первое, на что нужно обращать внимание в воспитании, — это дисциплина, и добиваться ее нужно не иначе, как битьем, особенно розгами.

Подобная теория появилась в качестве яростной ответной реакции на пассивное отношение к своим детям родителей 60-х годов. Его можно выразить словами: «Делай так, как считаешь нужным». Сторонники же противоположной теории провозглашали жесткую, строгую дисциплину. В качестве доказательства справедливости данного подхода, они использовали стихи из Книги Притчей, посвященные авторитарному отношению. Но часто допускались перегибы. Никто из них не упоминал, что пастушьи розги, о которых говорится в Священном Писании, использовались почти всегда только для того, чтобы направлять овец, а не бить их (например, в Пс. 22:4: «Твой жезл и Твой посох — они успокоивают меня»).

На мой взгляд, это ошибочное учение является одной из главных причин, почему сейчас так много входящих в «75 процентов» отвернулись от церкви. К тому моменту, когда им исполняется 17-18 лет, они все еще сердиты на воспитывавших их в авторитарном духе. Они скорее пойдут куда угодно, но только не в церковь.

С другой стороны, большинство тех, кто составляет «25 процентов», вверяют себя Христу и ходят в церковь, независимо оттого, как с ними обращались, потому что нуждаются в чьем-либо руководстве.

Церковь теряет принадлежащих к «75 процентам» благодаря распространенному сегодня стремлению жить, руководствуясь девизом: «Я сам себе голова». Руководствуясь таким подходом, они живут, не признавая никаких авторитетов, а это, в свою очередь, происходит по той причине, что кто-то, когда они были молодыми, плохо и неуважительно обращался с ними и вызвал у них отвращение ко всякого рода авторитетам.

Маленький бунт

— Я сегодня в церковь не пойду, — решительно заявил тринадцатилетний Дейвид в одно воскресное утро несколько лет назад.

— Ну-ну, пойдем, Дейвид, — ответил я, — ты же сам знаешь, что всегда потом бываешь доволен, что оказался там.

Дейвид уступил и пошел с нами. И больше об этом не было разговоров три или четыре недели. Но затем вновь, несмотря на то что отнюдь не был в плохом настроении, он объявил:

— Сегодня я в церковь не иду. Я же уже говорил тебе, что не хочу туда ходить, и не пойду.

Я видел, что уговаривать Дейвида было совершенно бесполезно. Поскольку он окончательно решил для себя этот вопрос, то заставлять его означало бы взрастить в его душе пагубное, негативное отношение к церкви и духовности, от которого потом было бы крайне трудно избавиться. Я должен был справиться с этой проблемой, но так, чтобы не вызвать у Дейвида отчуждения и не лишиться возможности направлять его по верному пути до тех пор, пока он не вырастет. Я спросил у него: — Тебе нравится ходить в воскресную школу?

— Да, я не против нее.

— Хорошо, я скажу тебе, что мы сделаем. Ты будешь ходить в воскресную школу, а после нее мы с мамой будем поочередно отвозить тебя домой.

Дейвид согласился с этим предложением. Наша с Пэт стратегия была направлена на предотвращение яростного отрицания духовности, которое обязательно бы появилось, если бы человека насильно заставляли посещать церковь или заниматься чем-то, связанным с духовной жизнью. Зная, что Дейвид принадлежит к «75 процентам», мы решили не давить на него в данный момент, а какое-то время подержать подальше от церкви. Конечно, мы в принципе не поощряли это, но у нас был план.

В конце концов, Дейвиду было почти четырнадцать лет. Он знал, что мы думаем, во что и как верим. Может быть, он знал нас даже лучше, чем мы самих себя. Этот новый порядок продержался четыре или пять недель, и я видел, что Дейвид стал относиться к этому вопросу более взросло. Он понял, что мы с Пэт действительно страдаем из-за того, что он не ходит в церковь.

Он знал, что мы хотим все вместе посещать церковь, и, наконец, сказал:

— Ладно, ради вас я буду ходить в церковь. Так он и поступал.

Этот подход действует в нашей семье и по сей день. Я не гарантирую, что он сработает у всех родителей, которые имеют детей, входящих в состав «75 процентов». В огромной степени это зависит оттого, каковы у вас отношения с ребенком в целом, а не только в духовной сфере. Если вы уверены, что действительно знаете своего ребенка, и доверяете собственным инстинктам, то сможете справиться со своей ситуацией. Главное — постараться сохранить доброжелательные отношения с ребенком, отбросив в сторону авторитарные подходы.

Аналогичным образом следует подходить и к тем детям, которые входят в первую группу. Это даже более применимо к ним. Они так склонны испытывать чувство вины, что жесткое, авторитарное отношение может нанести им реальный вред, такой, который помешает им научиться думать и принимать решения самостоятельно.

Эти все отрицающие дети

Позвольте мне рассказать вам об очень сложных, самоуверенных людях средних лет, входящих во вторую группу, которые лишь недавно обрели Христа.

Джейн и ее мать явно относятся к «75 процентам». Будучи девочкой, Джейн постоянно проявляла свой неуступчивый характер, но мать держала ее в «ежовых рукавицах», и это почти всегда приводило к тому, что Джейн делала в точности то, что ей говорили. К счастью, лучшие друзья девочки ходили в церковь, поэтому и самой Джейн нравилось посещать воскресную школу. Правда, в церкви она сидела с вызывающим видом, но зато всегда была там вместе со своей матерью.

Превратившись в подростка, она открыто восстала. Но и на этот раз мать добилась, чтобы Джейн не только ходила в церковь, но и заслужила поощрение за отсутствие пропусков.

Но Джейн владел дух противления. Она была против учебы, против церкви; вообще отрицала какие бы то ни было авторитеты. У нее было мало друзей, потому что она стала необщительной. Когда она уехала из города, где жила с родителями, и стала учиться в колледже (который выбрала ее мать), то совсем перестала ходить в церковь.

Вера для нее превратилась в отношение к Иисусу Христу просто как к «хорошему парню». Она совершенно отрицала непорочное зачатие Девы Марии, утверждая, что это не больше, чем миф. Она твердо решила придерживаться позиций, противоположных тем, которых придерживалась ее мать.

Джейн успешно окончила колледж и получила диплом медицинской сестры, после чего сразу же стала работать в крупной больнице, где встретила одного доктора, за которого и вышла потом замуж. У них было двое детей, но брак этот, к сожалению, закончился разводом. Зато время, что Джейн работала и воспитывал а детей, она редко навещала родителей. Приезжая же иногда в родительский дом, она постоянно спорила с матерью.

Через какое-то время после развода она встретила Фреда — спокойного, уверенного человека, крепко стоящего на ногах. Он старался любить и поддерживать сыновей Джейн, которые тогда были подростками. Все отрицающая природа Джейн беспокоила его.

Фред старался сделать так, чтобы у Джейн установились более или менее доброжелательные отношения с родителями, в частности, с матерью, вследствие чего она и сама попыталась наладить с ней общение.

Во время одного из визитов в родной город, когда Джейн пыталась залечить некоторые раны прошлого, она поделилась своим открытием со старой подругой.

«Ты знаешь, перед тем как мы приехали к матери, мой старший сын пришел как-то домой очень расстроенный. Он обращался в две юридические фирмы по поводу работы летом, и в обеих ему отказали.

Пытаясь его утешить, убедить в том, что даже в самую трудную минуту все равно нужно надеяться, я вдруг поняла, что мои слова ничего не стоят без Бога. Внезапно я осознала, что не смогу убедить его придерживаться таких взглядов и чувствовать себя уверенным, если у меня самой не будет веры во что-нибудь, что давало бы мне надежду. И это что-то было Богом. После стольких лет вражды с матерью мне пришлось признать, что кое в чем она оказалась права. По крайней мере, в отношении Бога».

Печально, что мать Джейн не понимала не только особенностей личности дочери, но даже и своей собственной, поэтому все эти годы их взаимоотношения складывались столь трудно. Это происходит довольно часто, если люди стараются ни в чем не уступать друг другу, причиняя боль как себе, так и другому человеку.

Давайте вернемся к истории Денизы и Билла, рассказанной в третьей главе. Дениза, как вы помните, относилась к «25 процентам», а ее брат Билл — к «75». Мы ясно видели, что если родители не понимают особенностей личности своих детей, то это может принести семье серьезный вред.

Мать и отец вели себя с Денизой так же, как и с Биллом, то есть достаточно жестко, но он относился к этому более равнодушно.

Родители заставили Билла посещать колледж, и неудивительно, что он проучился там один год и бросил его. Мать попыталась управлять им так же, как и Денизой, но благодаря его природной позиции, которую можно сформулировать: «я могу делать все сам», он оказался достаточно трудным подростком. Между ними постоянно возникали разногласия.

Когда Билл и Дениза спорили, а их родители давили на них, Билл злился, а Дениза испытывала чувство вины. Как только появилась возможность, Билл ушел из семьи, не приняв никаких родительских моральных ценностей. Да и почему он должен был принимать их? Его родители были настолько заняты «решением его судьбы», что редко давали ему понять, что любят его.

Однако когда проблемы Денизы всплыли на поверхность, и вся семья пришла на консультацию, многие вопросы были разрешены. Этой семье действительно очень повезло. Она успешно пережила свой кризис, и все ее члены в дальнейшем зажили счастливой, деятельной жизнью.

Истории Денизы, Билла и Джейн иллюстрируют нам, насколько важно понимать каждого ребенка, понимать индивидуальные особенности его личности. Не отдавая себе отчета в том, что мы представляем собой как родители, плохо зная своих детей, мы непреднамеренно можем наделать непоправимых ошибок.

Знание особенностей личности ребенка — это ключ к пониманию того, как справляться с той или иной ситуацией. Независимо от того, кого из детей следует больше сдерживать и прощать, а кого поощрять, чем лучше мы понимаем особенности их личности, тем легче нам справляться с ними.

Детей, сочетающих в себе черты как первой, так и второй группы, очень немного. Но они все же есть. Такие дети обычно не доходят до крайностей, характерных для первой или второй группы. Наша дочь Кэри является типичным примером такого «переходного» типа. Нам повезло, что она у нас старшая. Если бы наши мальчики появились на свет первыми, у нас действительно были бы проблемы.

Если бы первенцем был Дейвид, я знаю, он не только был бы настроен против христианства, но и наверняка не мог бы даже говорить на эту тему, не впадая в ярость. Дейл, возможно, был бы христианином, но не счастливым, не тем, кто принял это решение по своему собственному желанию.

Теперь, когда вы знаете, что представляют собой люди, составляющие две эти группы, вы сможете помочь своим детям стать по-настоящему духовно зрелыми личностями. Несомненно, что духовными могут стать лишь те дети, чьи родители прикладывают усилия, чтобы понять, что принимает их ребенок, а что — нет, и стараются проявлять свою безусловную любовь к ним.

5. «Разгневанное» поколение

Кроткий ответ отвращает гнев, а оскорбительное слово возбуждает ярость

(Прит. 15:1).

— Что на ужин, мам? — спрашивает четырнадцатилетний Томми, швыряя свои книги и спортивную сумку на кухонный стол.

— Я еще ничего не приготовила, Том, но все необходимые продукты есть. Когда папа придет домой, вы сможете приготовить ужин, — отвечает мама. — Сегодня вечером мне нужно поработать.

— Черт побери! Ненавижу готовить. Может, ты приготовишь ужин, прежде чем уйдешь?

— Успокойся. И не ворчи. Что здесь ужасного? Ты разозлился в ту же минуту, как вошел в дом, — мама дала Томми несколько гамбургеров. — Как прошел футбольный матч?

— Отлично! — огрызнулся Том, со всей силы хлопая сковородкой о плиту. — Будто тебе не все равно, как прошел матч, — проворчал он, швыряя гамбургеры на сковородку.

— Последи за своим языком, молодой человек! Нет необходимости затевать ссору только из-за того, что тебе нужно подогреть пару гамбургеров. Я больше не желаю слышать ничего подобного!

В дверях показался отец.

— А вот и я! Ого, посмотри-ка, кто готовит ужин!

— Да, мама должна идти на работу. — Вижу, у тебя как будто хорошо получается, сын. Я приготовлю салат. Что нового?

— Ничего, — отвечает Томми угрюмо.

— Э, что за горе? У тебя такой голос, будто твои дела идут хуже некуда.

— Он расстроился, что ему пришлось самому готовить ужин и, очевидно, из-за неудачного футбольного матча, — отвечает за него мама; затем целует своего мужа в щеку. — Я пошла.

— Все совсем не так, — раздраженно говорит Томми, когда мамы нет в комнате.

— Подожди-ка минутку, давай разберемся, — говорит отец. — Что с тобой такое, Том? Почему ты всегда споришь с матерью?

— Я очень плохо играл, папа. Все было плохо.

— Постой-ка, Том. Я не хочу слышать твои жалобы. Ты — хороший игрок, и сам это знаешь. Нужно только показать, на что ты способен, и перестать ныть.

— Все это так, папа. Но сегодня я был не на высоте... — Не желаю слышать больше об этом! Или прекрати жаловаться, или совсем бросай футбол. Что ты предпочитаешь?

— Играть в футбол, — спокойно сказал Том.

— Теперь скажи, какую приправу ты хотел бы к салату?

— Мне все равно.

— Тогда уйди с кухни, Том. Твоя кислая физиономия — не то, что мне хотелось бы видеть сегодня вечером. Интересно узнать, что с тобой произошло?

— Но, папа, я пытался тебе сказать. Сегодня на матче...

— Ни слова больше о футболе. Иди в свою комнату, я позову тебя, когда ужин будет готов.

Били ли вы когда-нибудь кулаком по столу с громом и криками? Когда у вас на работе бывали трудные дни, не старались ли вы, придя домой, обсуждать это и только это? Если вы раздражались и расстраивались, посмотрев вечером новости, разве не начинали тут же высказывать свое мнение близким?

Все шансы за то, что вы ответите «да» на все эти вопросы. Все мы иногда раздражаемся и чувствуем необходимость выплеснуть на кого-нибудь свое раздражение в разговоре или даже в крике.

Представьте теперь, что бы вы почувствовали, если бы были в очень плохом настроении, а вам сказали бы, что не надо кричать. Или если бы супруга отказалась выслушать ваши жалобы о трудностях на работе или полностью проигнорировала бы ваши замечания по поводу последних новостей? Не расстроились ли бы вы и не разозлились ли бы еще больше?

Именно это и испытывал Томми, пытаясь рассказать своим родителям о неудачном футбольном матче. Он почувствовал себя еще больше рассерженным и расстроенным. Все, что ему нужно было, это выплеснуть свой гнев, но родители были слишком заняты собой, чтобы выслушать его. Подобное случается со всеми, но мы очень часто не понимаем этого. Мы настолько заняты своими проблемами, что у нас совсем не остается времени на то, чтобы выслушать по-настоящему наших детей. В данном случае, к счастью, Томми и его родители разрешили конфликт на следующее же утро.

Отец положил руку на плечо мальчика и сказал:

— Сынок, извини за вчерашний вечер. Я должен был выслушать тебя, вместо того чтобы отсылать с кухни, но я так устал, когда пришел с работы, что сам был не в лучшем настроении. Давай поговорим о твоем футбольном матче. У всех есть право на плохое настроение. Знаю, что должен был выслушать тебя.

— И я была настолько занята, собираясь на работу, что не нашла времени выслушать тебя как следует, Том, — добавила мама. — Не сердись на нас, сынок. В следующий раз, если ты будешь расстроен, мы постараемся вести себя как положено взрослым и непременно выслушаем тебя, — она улыбнулась и сжала ему руку.

Причины гнева

Прежде чем продолжить разговор о том, как справиться с гневом, давайте посмотрим, а что же может являться его причиной. Любой человек будет раздражаться, если его эмоциональные потребности не удовлетворяются так, как он ожидает. Возьмем, к примеру, маленького ребенка. Если его не кормят именно в тот момент, когда он хочет есть, он раздражается и начинает плакать. Если он долго лежит в одной и той же позе, ему становится неудобно и он также начинает раздраженно кричать и плакать.

Когда ребенок чуть подрастает, у него возникает эмоциональная привязанность к одному из членов семьи, обычно к матери. Конечно, это необязательно будет мама, но кто бы это ни был, если этот человек не удовлетворяет потребности ребенка, тот раздражается.

Подходящим примером может послужить случай, когда моя жена Пэт отлучилась на конференцию, проводившуюся в выходные дни. Нашему сыну Дейвиду было тогда 18 месяцев, и никогда прежде мама не покидала его так надолго.

Оказавшись в роли няни, я не предвидел никаких проблем. Но два дня спустя, когда Пэт вернулась домой, Дейвид не захотел подпускать ее к себе. Он был рассержен, что она оставила его и — в общем-то, совершенно нормальная реакция — около шести часов не позволял ей даже дотронуться до себя.

Пэт не было дома всего 48 часов, а взгляните на современного ребенка. Мать или кто-то другой, ухаживающий за ним, регулярно оставляет его на достаточно долгий период времени. И это одна из причин, почему современные дети такие раздраженные, — им не уделяют внимания самые дорогие для них люди именно в тот момент, когда случается что-то, вызывающее огорчение или гнев. Их естественная потребность видеть рядом близкого человека очень часто не удовлетворяется.

Есть такие эмоциональные потребности ребенка, которые могут удовлетворить только родители. Гораздо больше внимания он обращает на то, как родители ведут себя с ним, чем на то, что они говорят ему.

Дети нуждаются в том, чтобы родители ласково и с любовью смотрели им в глаза, мягко прикасались к ним, концентрировали на них свое внимание и обращались нежно и заботливо. Обо всем этом я вел разговор в своей книге «Как по-настоящему любить своего ребенка», но и здесь мне тоже хочется уделить этому внимание. Слишком часто родители используют зрительный контакт, это мощное средство общения, негативным образом. Зная, что дети особенно внимательны в тот момент, когда мы прямо смотрим им в глаза, мы часто обращаемся к этому лишь тогда, когда хотим устроить ребенку нагоняй. Маленький ребенок послушается из страха, но когда он подрастет, этот страх будет вызывать у него лишь раздражение и чувство обиды. Сознательно избегая взгляда ребенка, мы приносим ему вред. И действительно, ребенок воспринимает это более болезненно, чем даже физическое наказание. Поэтому давайте смотреть ребенку в глаза, улыбаясь и произнося приятные слова, и наказывать его за дурное поведение каким-то другим способом.

К сожалению, часто родители избегают физического контакта с ребенком и прикасаются к нему только тогда, когда ему требуется помощь, например, при одевании и раздевании или когда его надо посадить в машину. И это печально, поскольку физический контакт — один из наиболее простых способов продемонстрировать ребенку свою безусловную любовь, так необходимую для него. Все мы нуждаемся в позитивных физических контактах с другими человеческими существами. Скажите честно, неужели вам не приятно, когда друг пожимает вам руку и тем самым «сообщает», что рад вас видеть?

Концентрация внимания на ребенке требует определенного напряжения и часто мешает думать о чем-то своем, но ребенку просто жизненно необходимо ваше участие. Внимательное отношение дает ему возможность осознать, что он — единственный в своем роде, особенный. Всем родителям следует выделять хоть сколько-нибудь времени, чтобы пообщаться со своим ребенком. Только вспомните, насколько вам приятно проводить время с супругом (или с супругой), разговаривать друг с другом каждый день, и вы поймете, сколь сильна потребность и ребенка в вашем внимании.

Воспитание подразумевает собой нечто большее, чем только наказание. Мы развиваем у ребенка ум и воспитываем в нем характер, тем самым, давая ему возможность стать полноценным членом общества, ответственным за свои поступки. Воспитывать можно примером, словесными указаниями, обучением, шуткой; одним словом, практически всеми методами общения, включая и наказание. Хотя наказание — это негативный и примитивный метод воспитания, иногда им можно пользоваться. Однако лучший способ научить чему-то ребенка — это направить его мысли и действия в верное русло, вместо того чтобы наказывать за ошибки. Воспитывать ребенка несоизмеримо легче, когда он чувствует, что его по-настоящему, искренне любят.

По-разному проявляя свою любовь к ребенку, мы тем самым удовлетворяем его эмоциональные потребности. Но у огромного числа нынешних детей эти потребности не удовлетворены, вследствие чего все они испытывают гнев.

Нехватка эмоциональной «подпитки» приводит к депрессии, а депрессия, в свою очередь, вызывает дополнительное раздражение. Многие врачи, которые занимаются лечением пристрастия к наркотикам и алкоголю, утверждают, что наркотики и алкоголь приводят к депрессии. Это, конечно, так, но большинство детей, которые начали их употреблять, уже находились в депрессивном состоянии оттого, что их эмоциональные потребности не были удовлетворены. Однако большинство взрослых пренебрегает этим фактом.

Мало кто из нас понимает, что подросток, находящийся в депрессии, это по большей части подросток, испытывающий раздражение. И чем больше он раздражается, тем более глубоко он погружается в депрессию. По сути, это замкнутый круг, и в него может попасть любой подросток, независимо от возраста и жизненного опыта. Это может случиться как с богатым, так и с бедным, как с активным, так и с вялым, как с подростком, у которого много друзей, так и с тем, у которого их нет вовсе.

Что же делать? Всего лишь безусловно любя ребенка, мы можем предотвратить его раздражение. Только так мы научим его, как самому справляться со своим гневом. Ребенку следует позволять выплескивать свое раздражение; по крайней мере, это лучше, чем если он будет направлять его внутрь самого себя. Если ребенок подавляет и скрывает свое раздражение, это может быть очень опасно для него.

Пассивно-агрессивное поведение

Пассивно-агрессивное поведение является результатом подавления раздражения и проявляется оно и у детей и у взрослых в виде неосознанной, но негативной реакции. Однако естественно такое поведение лишь для определенного возраста — ранней юности, то есть от 13 до 15 лет, и первопричиной его является отрицательное отношение ко всякого рода авторитетам. Отрицаются авторитеты родителей, учителей, христиан, работодателей, то есть всех, кто представляет собой хоть какую-то власть. И цель такого поведения — разозлить этих людей, показать, что их авторитет ничего не стоит.

Подростки проявляют пассивно-агрессивное поведение, забывая о том, что им поручено, бездельничая, говоря неправду, воруя и без конца опаздывая. Как только вы поймете, что представляет собой такой тип поведения, то легко сможете обнаружить его проявление.

Практически каждый человек иногда проявляет пассивно-агрессивное поведение. Например, ведя машину, я иногда забываюсь и пытаюсь обогнать другие машины. Ребенок может проявлять раздражение, например, пачкая штанишки даже после того, как его научили ходить на горшок.

Когда Даниелу было шесть лет, его мама родила ему брата. Прежде Даниел был центром внимания всей семьи, поэтому появление нового малыша внесло серьезные перемены в его жизнь.

Каждый раз, когда он просил маму сделать что-нибудь для него, она была занята младшим братом. Когда бы Даниел ни захотел влезть на колени к папе с книжкой, там уже оказывался и младенец. И всякий раз, когда Даниелу хотелось покричать, мама тут же просила его вести себя потише, потому что малыш спит.

Если ему хотелось подержать или потрогать малыша, родители просили его не делать этого.

— Ты можешь навредить ему, — говорили они.

Ему не разрешали даже катать его в коляске.

Бедный Даниел! Куда бы он ни повернулся, этот ребенок мешал ему. Он хотел пожаловаться кому-нибудь, но все, казалось, были заняты только младенцем. Тогда однажды Даниел встал посередине кухни и испачкал штанишки.

— Мам, переодень меня! — позвал он. — Я грязный!

Даниел устал от того, что все его бросили. Он был рассержен и расстроен. Он знал, что не может кричать на своих родителей или младшего брата, поэтому выбрал такой косвенный путь привлечения внимания. Подсознательной целью его действий было огорчить своих родителей. И он это сделал.

Пассивно-агрессивное поведение поначалу бывает трудно заметить. Например, к нему склонны приятные, уверенные в себе люди, которые кажутся такими дружелюбными и поэтому нравятся окружающим. Это происходит потому, что они подавляют в себе раздражение. Перед нами предстает лишь приятный человек, но его гнев, загнанный внутрь, ждет момента, чтобы вырваться наружу.

Скрытое пассивно-агрессивное поведение мы часто наблюдаем у детей, особенно у подростков, в виде их проблем с успеваемостью.

В начале учебного года у них нет причин сердиться на учителей или школу. Правда, есть особые случаи — когда ученик переходит в новую школу или когда в класс приходит новый учитель. Подросток начинает новый учебный год обычно хорошо. Однако по мере того как со школой появляются какие-то проблемы, в нем начинает накапливаться раздражение.

Подросткам, как и большинству пассивно-агрессивно настроенных людей, удается какое-то время подавлять свое раздражение, но, в конце концов, оно возрастает настолько, что проявляется в виде пассивно-агрессивного поведения. Успеваемость снижается. Подсознательно ученик думает: «Я так зол на вас, что не буду ничего делать». Но он даже не понимает этого. Сознательно он хочет делать все также хорошо, как и другие; подсознательно же освобождает свой гнев и тем самым принижает авторитеты — учителей и (или) родителей.

Как я уже упоминал, все подростки в некоторой степени настроены пассивно-агрессивно. Но если нам удастся справиться с этим достаточно корректно, они все равно должны будут пройти эту стадию, хотя начнется она значительно позже — к 17-18 годам. Любой тринадцати-, четырнадцати-, пятнадцатилетний подросток подсознательно, а иногда и осознанно начинает относиться негативно ко всему — особенно это характерно для ребят, входящих в группу «75 процентов». Фактически это приводит к тому, что они почти постоянно сердятся на всех, кто их окружает. Нам же в таком случае следует относиться к этому терпимо — такое поведение все же лучше, чем если бы они постоянно сдерживали свой гнев или направляли его внутрь себя.

Однако для родителей это очень трудно, поэтому они склонны утихомиривать своих детей, подавлять их раздражение и поддерживать мирные отношения. Иногда на консультациях мне приходится говорить родителям:

— Что бы вы предпочли — чтобы ваш сын кричал на вас или чтобы он увлекся наркотиками? Что бы вы предпочли — чтобы ваша дочь ныла и ворчала или чтобы она забеременела?

Я всегда советую родителям предоставить своему ребенку возможность словесно выражать свое раздражение. Так он постепенно научится контролировать свое поведение, а мы — воспитывать его так, как сказано в Книге Притч.

Подавленный гнев можно сравнить со старым кожаным мешком, до отказа наполненным водой. Она вытекает из одной дыры, но стоит только ее зажать, как вода сразу прорывает мешок где-нибудь еще. Если мы попытаемся удержать наших подростков от выражения гнева, то это обязательно будет иметь какую-нибудь негативную реакцию, чаще всего имеющую вид пассивно-агрессивного поведения.

Не забывайте, что полностью исключить это поведение вы не можете, даже дав своему ребенку возможность выразить свое раздражение. Вам необходим некий «клапан», сквозь который под давлением пассивно-агрессивного поведения будут выходить «пары». Как я уже говорил, пассивно-агрессивное поведение поначалу проявляется неосознанно, а неосознанные желания лежат вне морали. И человек не задумывается над тем, плохо или хорошо он поступает, он лишь хочет выплеснуть свой гнев.

Подростки делают это, огорчая своих родителей. И они будут продолжать огорчать своих родителей всеми доступными способами. Что больше всего терзает родителей-христиан? В какой области лежат главные интересы христианских семей? Конечно, в области духовности. На что будет нацелено пассивно-агрессивное поведение подростка, который воспитывается в такой семье? Конечно, на духовность.

Но в большинстве нехристианских и некоторых христианских семьях родители больше всего обращают внимание на школьные успехи своих детей, вследствие чего пассивно-агрессивное поведение в этом случае будет направлено на школу, на учебу. И в конце концов учеба потеряет свое значение для ребенка. Что же мы можем сделать, чтобы предотвратить это?

Во-первых, нам не следует делать из этого трагедию, особенно в то время, когда ребенок находится на стадии ранней юности. Очень хорошо, если он приходит к вам с желанием поговорить и обсудить свои проблемы. Если подросток сам начинает разговор, это значит, что ваша позиция по отношению к нему не является негативной или авторитарной. Но представим себе другую ситуацию. Если вы будете без меры поучать вашего ребенка и давить на него, это даст ему повод думать так: «Ты, как видно, хочешь потрепать нервы и себе, и мне! Если хочешь, давай, начинай!»

Попробуйте ответить на вопрос, существуют ли безобидные формы пассивно-агрессивного поведения? (Не забывайте, что такое поведение является неосознанным и заключается в том, что ребенок делает абсолютно противоположное тому, чего вы от него ждете.) Что с того, что комната подростка захламлена? Для него это нормально, поскольку родители все время требуют: «Прибери свою комнату!»

Если комната вашей дочери все время в беспорядке, вы можете решить, что на эту тему можно без конца читать нотации, поскольку пассивно-агрессивное поведение дочери в данном случае не принесет вреда никому. Почему?

Потому что вы думаете, что наставлять и указывать следует главным образом в сфере того, что не слишком уж и важно и не принесет вреда девочке. Вы начинаете все время «пилить» свою дочь за неубранную комнату, надеясь, что она, в конце концов, отбросит свое негативное отношение и приберет ее. Однако для нее намного лучше было бы держаться пассивно-агрессивного поведения по отношению к беспорядку в комнате, чем направлять его против духовности или пренебрегать занятиями в школе.

Пассивно-агрессивное поведение ребенка или подростка в возрасте до 16-17 лет еще может быть изменено. В частности, мы можем научить ребенка выражать свой гнев позитивно, чтобы его поведение не выходило за рамки нормального для данного возраста.

Однако иногда, когда подросток достигает возраста 16-17 лет, его пассивно-агрессивное поведение может не исчезнуть, а, наоборот, стать для него нормой. И в этом случае с ним практически ничего нельзя поделать.

Именно по этой причине очень важно как можно раньше обратить внимание на поведение ребенка. Мы должны проследить, чтобы в вопросах духовности, да и во всех других сферах его жизни, ребенок не занимал пассивно-агрессивную позицию, иначе такое поведение со временем станет направленным вообще против всего и всех.

Когда пассивно-агрессивно настроенные дети подрастают

Пассивно-агрессивное поведение является одной из основных сил, управляющих миром, — как в международном и национальном масштабе, так и в местном, и даже на вашей улице. Например, множество иллюстраций пассивно-агрессивного поведения взрослых людей можно найти, рассматривая отношения между работодателями и служащими.

Во время собеседования с перспективным служащим работодатель не ведет себя пассивно-агрессивно. Может пройти несколько месяцев, прежде чем такой тип поведения начнет проявляться и у служащего. Подобно ребенку, пришедшему в новую школу, он приступает к работе с позитивным отношением. Все идет хорошо — какое-то время.

Но затем начинаются неприятности. Что-то раздражает служащего, это раздражение накапливается в нем и в конце концов проявляется в виде пассивно-агрессивного поведения, например, каких-то жестов и мимики, которые не свидетельствуют о его почтении к авторитету работодателя. Служащий начинает работать хуже, и у работодателя становится все меньше желания видеть его в своей фирме. Наконец, его поведение становится таким, что его просто увольняют.

Главное отличие в поведении детей и взрослых, настроенных пассивно-агрессивно, состоит в том, что у детей оно по большей части бессознательное, в то время как взрослые прекрасно понимают, что делают. Лишь вначале их поведение носит бессознательный характер.

Совсем недавно один мой друг, бизнесмен, решил нанять себе офис-менеджера.

«Ты знаешь, Росс, — сказал он мне, — я думал, что такое распределение обязанностей было бы оптимальным. Я мог бы больше работать с другими фирмами, а он — решать вопросы с клиентами, служащими, проводить собрания и так далее. Короче говоря, Эверетт казался мне самым подходящим на эту должность, способным решить многие проблемы.

Так оно и оказалось — вначале. Мы договорились, что первое время, пока он будет вникать, я буду платить ему немного, а затем у него будет хорошая зарплата, зависящая от качества его деятельности.

Все шло хорошо до тех пор, пока одному из моих сотрудников не понадобилось в течение нескольких дней присутствовать в офисе для выполнения какой-то работы. Моя секретарша не смогла напечатать необходимый для него материал потому, что вынуждена была работать за Эверетта, который по неизвестным мне причинам три дня отсутствовал.

— Он отпрашивался? — спросил я друга.

— Нет, он просто не приходил на работу, и все. Несколько недель назад я разговаривал с ним и понял, что у него какие-то проблемы, связанные с недавно умершим отцом. Эверетт сказал мне тогда, что ему может понадобиться несколько отгулов, чтобы помочь матери решить юридические вопросы по этому поводу, но так ни разу и не отпросился.

Поразмыслив, я решил пока ничего не предпринимать. Через несколько недель секретарша сообщила мне, что Эверетт не является на работу уже регулярно. Я решил поговорить с ним об этом, и он мне сказал, что стал подрабатывать где-то еще потому, что я плачу ему мало, что он купил машину, а кроме того ему повысили арендную плату. Он сказал мне: „Понимаю, что вы добивались, чтобы я работал лучше, но вы не сдержали своего слова“.

Я напомнил ему условия нашего соглашения, но он очень рассердился, обвиняя меня в том, что я не побеспокоился о нем и его семье.

Вскоре после этого мне нужно было несколько дней поработать в офисе, в результате чего у меня появилась возможность увидеть своего офис-менеджера в деле. Как оказалось, делал он очень мало. Не занимался многими организационными вопросами, свалив их на секретаршу, не старался найти новых клиентов. Короче говоря, он не делал почти ничего.

Я попробовал еще раз поговорить с ним, но он был настроен очень враждебно. Я пригрозил, что вычту у него из заработной платы, если он не начнет работать как следует.

Это встревожило его, и примерно шесть месяцев он делал слабые попытки выполнять свою работу получше. Я даже повысил ему оклад, надеясь, что это подстегнет его, но по-прежнему каждый раз, когда я отлучался для работы с другими фирмами, он находил предлог, чтобы уйти из офиса. Он говорил, что должен быть на собеседовании с новыми клиентами, которых нашел, но ни один из них так и не появился в нашем офисе.

Наконец, он стал такой обузой для фирмы, что я уволил его. Однако он считал, что во всех его бедах виноват я. Он утверждал, что работал, как собака, я же якобы отнесся к нему отвратительно».

Когда я узнал, что Эверетт никогда не ладил и со своим отцом, то перестал удивляться тому, как развивались отношения между ним и моим другом.

Эверетт создал такую ситуацию, при которой у него был бы предлог злиться на своего босса. Если до того его пассивно-агрессивное поведение затрагивало лишь родителей и жену, то затем он стал вести себя так и в отношении своего работодателя. Сначала бессознательно, а потом намеренно он делал все, чтобы разозлить своего шефа, и все только для того, чтобы доказать, что прав. Чем более пассивно-агрессивно настроен человек, тем легче ему морочить голову и себе и другим, доказывая свою правоту. Я по-настоящему сочувствовал моему другу. Мне тоже приходилось работать с такими людьми, и знаю, насколько это тяжело. Они способны найти оправдание практически любым своим действиям.

Однажды я нанял молодую женщину для работы секретарем в клинике. Поначалу все шло очень хорошо. Она была приятной и доброжелательной, и главное — хорошо справлялась со своей работой.

Но по прошествии месяца, как и любая пассивно-агрессивно настроенная личность, она начала относиться к своим обязанностям все менее и менее ответственно, постоянно опаздывала. Наконец ее опоздания уже просто невозможно было игнорировать. На обед она тратила гораздо больше времени, чем было отведено, а иногда и вовсе не показывалась на работе.

Я очень не люблю увольнять людей, и поэтому мирился с этой женщиной довольно долго. Но затем я заметил, что ее отношение сказывается и на том, как она работает. Она стала оставлять работу незаконченной, и доделывать ее приходилось другим, которые выражали свое недовольство, причем вполне справедливо.

Ирония заключалась в том, что эта женщина была, в общем-то, очень приятной, и тем, кто не работал с ней непосредственно, она по-настоящему нравилась. Однако те служащие, которых она подводила, не выполняя вовремя свою работу, негодовали и возмущались. Своим безалаберным отношением она сумела создать страшный беспорядок во всем офисе.

Так или иначе, но в одну пятницу (пятница считается у нас самым напряженным днем недели) в полдень она вдруг оставила работу и ушла. Никаких особых причин так поступить у нее не было, и ничего страшного в результате не произошло, но она ушла, просто оставив других секретарей в трудном положении. На следующий день она позвонила мне, извинилась за то, что сделала, и спросила, можно ли ей продолжить работать. Я не смог сказать ей «нет», поэтому велел приходить на работу, как обычно, в понедельник; она, как и все пассивно-агрессивно настроенные люди, пообещала работать лучше.

Повесив трубку, я стал обдумывать ситуацию в целом и понял, что она вряд ли будет работать лучше. За прошедшую неделю она работала хуже, чем прежде. Поэтому я перезвонил ей и сообщил о своем отказе. Хотя мне было очень неприятно, я знал, что должен поступить так. Не могу даже и передать, насколько изменился наш офис после ее ухода.

Еще раз хочется подчеркнуть, что все люди в некоторой степени могут считаться пассивно-агрессивными. У одних это проявляется в каких-то особенностях характера; другие демонстрируют это, постоянно опаздывая на встречи; список подобных проявлений бесконечен. Но только в случае, когда пассивно-агрессивное поведение проявляется по отношению ко всему, можно говорить о патологическом расстройстве.

Сегодняшние дети могут превратиться в пассивно-агрессивно настроенных взрослых, если мы уже сейчас не поможем им справиться с собственным гневом и раздражением.

Помогите ребенку справиться со своим раздражением

Чем младше ребенок, тем более «по-детски» он будет выражать свой гнев. Детям старшего возраста нужно учиться выражать его каким-то позитивным образом. И об этом должны позаботиться мы, родители.

Прекрасно понимаю, что родители часто так устают, что просто говорят своему ребенку: «Веди себя потише!» Но совершенно очевидно, что это неправильный подход. Этим они добьются лишь того, что ребенок «загонит» свой гнев внутрь. Мне хотелось бы рассказать, как можно более эффективно, чем простым окриком «Веди себя потише!», помочь детям и подросткам выражать свое раздражение позитивно.

Чтобы помочь родителям справиться со всеми сложностями процесса усмирения гнева их детей, я придумал специальную «лестницу раздражения». У нее пятнадцать ступенек, и каждая из них представляет собой способ поведения в случае возникающего раздражения (они приведены в порядке уменьшения эффективности каждого способа):

1. Вести себя хорошо, спокойно, несмотря на раздражение.

2. Попытаться найти решение проблемы.

3. Сфокусировать раздражение только на его источнике.

4. Высказать основные жалобы.

5. Рассуждать логически и конструктивно.

6. Громко выразить недовольство, плохо вести себя.

7. Выругаться.

8. Выплеснуть раздражение на кого-нибудь еще, а не на того, кто является его источником.

9. Высказывать жалобы, не связанные с источником раздражения.

10. Что-нибудь бросить.

11. Что-нибудь разбить.

12. Грубо выругаться, оскорбить кого-то.

13. Эмоционально разрушительное поведение, потеря контроля над собой.

14. Нанести физический вред.

15. Вести себя пассивно-агрессивно.

Нам нужно вести себя так, чтобы не приносить вреда никому. Как мы уже обсуждали раньше, пассивно-агрессивное поведение является наихудшим способом выразить свое раздражение. Потерять контроль и начать все крушить или же выругаться на кого-нибудь — плохо, но все же лучше, чем вести себя пассивно-агрессивно, поскольку справиться с таким состоянием легче и легче его предотвратить.

Еще один способ выразить свой гнев — припадок ярости. Вы будете ругаться и кричать, то есть направите свое раздражение не на его источник, а на того, кто случайно оказался поблизости. Насколько подобное поведение кажется плохим, настолько оно лучше пассивно-агрессивного.

«Поднимаясь» по этой «лестнице» снизу вверх, мы придем к словесному выражению гнева, когда поток слов обрушивается на того, кто случайно оказался рядом. И хотя это в принципе плохо, но все же лучше, чем крушить все вокруг и ругаться.

На верхних «ступеньках лестницы» мы обнаружим лучшие способы выражения гнева. Например, на третьей «ступеньке» — концентрировать свое внимание только на источнике раздражения. Вы можете ворчать или даже покричать, но относить свое раздражение будете только к тому, что его вызвало.

Средство унять гнев, расположившееся на верхушке «лестницы», — самое лучшее. Это наиболее приемлемый и рациональный способ выразить свои чувства к тому человеку, который вызвал у вас раздражение. Если поступите именно так, то есть будете вести себя сдержанно и разумно, вы можете надеяться, что этот человек, с которым у вас возникли проблемы, поступит так же; вы сможете рационально и логически разрешить спор, подискутировать и прийти к какому-то соглашению. Немногие люди понимают, что это — лучшее решение. Но если ваш подросток будет видеть хотя бы иногда, что вы справляетесь со своим гневом именно так, это послужит для него отличным образцом.

Для вас не должно быть неожиданностью, что ваш подросток время от времени будет очень раздражаться, но надо постараться, чтобы он выражал свой гнев словесно. Тогда вам будет легче определить, на какой ступеньке «лестницы гнева» он находится и на что ему следует обратить внимание. После того как вы оба успокоитесь, обсудите с ним его поведение, и если он выражал свое раздражение корректно, похвалите его за это и попросите обратить внимание на те аспекты его поведения, которые, по вашему мнению, следует изменить.

Позвольте мне прояснить данный вопрос. Речь идет о том, чтобы выражать свой гнев только словесно, а не какими-то иными поведенческими актами. Я рекомендую выражать свои чувства именно таким образом, поскольку это поможет со временем выработать наилучшие методы усмирения своего раздражения.

О том, как можно помочь подростку справиться со своим гневом, расскажу на примере своего друга, чей сын пришел однажды домой из школы с плохими отметками по математике. Джерри, обычно живой и веселый, вошел в дом, бросил сумку с книгами и тетрадями на столик в холле и с шумом протопал на кухню. Не обнаружив в холодильнике для себя ничего интересного, он резко захлопнул дверцу.

— Ты могла бы, мама, постараться, чтобы в холодильнике хоть что-нибудь было, — проворчал он и направился в свою комнату, споткнувшись по дороге о кубики младшего брата.

Он тут же закричал:

— Бобби, сейчас же убери свои игрушки! Тебе бы следовало всыпать! Я мог сломать себе ногу!

— Ну, Джерри, хватит, — сказала ему мама, — вижу, что ты почему-то раздражен, но вряд ли из-за отсутствия еды в холодильнике и игрушек Бобби. Понимаю, что ты просто выплескиваешь свое раздражение. Постарайся успокоиться, — она ласково положила свою руку на плечо Джерри. — У тебя какие-нибудь неприятности в школе?

Джерри принес школьную сумку со стола в холле и достал тетрадку для контрольных работ.

— Да нет, если только двойку по математике не считать неприятностью, — произнес он саркастически.

— Ты хочешь поговорить об этом сейчас или чуть попозже?

— Не понимаю, почему у меня такая низкая оценка, мам, — сказал Джерри намного мягче. — Мне кажется, я все сделал как надо. И я не знаю, как быть.

— А что если поговорить с твоим преподавателем, например, завтра. Может быть, он сможет объяснить, почему поставил тебе двойку?

— Да он и слушать не станет. Он из тех, которые никогда не ошибаются.

— Но, может быть, если ты поговоришь с ним, Джерри, то обнаружишь, что он не такой уж и плохой человек? Учителя ценят тех, кто проявляет интерес к учебе.

В конце концов Джерри решил поговорить с преподавателем. На следующий день он пришел из школы в приподнятом настроении.

— Угадай, что оказалось, мам! Ты была права. Учитель сам ошибся, проверяя мою работу, и теперь у меня не двойка, а четверка. Мама Джерри поступила мудро, дав ему возможность выразить свои чувства словесно и рассказать об истинных причинах раздражения.

Важно понять, что, общаясь с подростками, супругом, служащими, начальством, рано или поздно, вы неизбежно в какие-то моменты будете раздражаться. Раздражение является одним из результатов любых человеческих взаимоотношений. Мы должны также осознать, что если гнев не стараться сдерживать, то контролировать поведение станет все труднее, и это может окончиться вспышкой ярости. Чем больше раздражения накапливается, тем более «разрушительны» последствия.

Следовательно, мы должны научить наших детей, особенно подростков, «убивать гнев в зародыше». Если причиной его было непонимание или если гнев оправдан, нужно научить ребят изливать свое раздражение каким-либо позитивным образом, например, разобраться, чтобы разрешить проблему.

Человек не рождается с умением справляться со своим гневом. Мы, родители, должны позаботиться о том, чтобы у наших детей, когда они вырастут, это умение было. Мы должны научить их выражать свои чувства словесно, не допуская вспышек в виде каких-то поведенческих актов, и главное — учить их не направлять раздражение внутрь самих себя, иначе со временем они превратятся в пассивно-агрессивно настроенных взрослых.

Раздраженный человек не может быть деятельным. Он не в состоянии принять какие бы то ни было авторитеты, включая и духовные. «Ибо гнев человека не творит правды Божией» (Иак. 1:20).

6. Христианское воспитание

Как отец милует сынов, так милует Господь боящихся Его

(Пс. 102:13).

Я очень огорчаюсь каждый раз, когда читаю книги о воспитании, написанные видными христианскими лидерами, заявляющими, что крик, битье, шлепки — вполне оправданные методы, с помощью которых можно контролировать поведение ребенка. Эти «писатели» с легкостью перешагивают через то, в чем он нуждается в первую очередь, а именно — через безусловную любовь и одобрение.

В этой главе вы не прочтете, что порка и шлепанье являются нормальными методами воспитания, что ребенок — это испорченное и злое существо, которое просто необходимо все время наказывать. (Я привожу высказывания, которые давались этими «специалистами».) И, кроме того, вы не найдете здесь мыслей о том, что лучшим средством воспитания является предоставление им полной свободы.

Если, воспитывая своего ребенка, вы используете какие-то из только что названных методов и твердо верите, что все делаете правильно, то вам, возможно, не захочется читать дальше. Но, пожалуйста, не закрывайте книгу. Выслушайте меня. Вы не хотите читать эту книгу потому, что она не соответствует тому, к чему вы привыкли. А что если вы и ваш ребенок получите от нее много пользы? Если она поможет вам понять, что воспитывать ребенка можно с любовью, не теряя уверенности в том, что со временем он станет вполне приемлемым человеческим существом?

Вы поймете, что применение строгих дисциплинарных мер к ребенку — последнее, что нужно делать. Знаю, что если вы последуете моим советам и уделите несколько минут тому, чтобы понять причину дурного поведения ребенка, то этих строгих мер можно будет легко избежать. И ребенок будет вести себя плохо намного реже, если ваши отношения с ним будут основаны на безусловной любви.

Конечно, на это уйдет какое-то время и потребуется немало терпения, но кто важнее для вас, чем ваш собственный ребенок? Не требуется особого таланта, чтобы сказать ему: «Заткнись!» И совсем нетрудно просто шлепнуть его, когда он открывает рот, чтобы выразить свое несогласие с вами. К несчастью как для детей, так и для родителей, сейчас слишком много «специалистов» защищают подобные методы воспитания. И это очень жаль, потому что в итоге пассивно-агрессивное поведение детей, свойственное обычно лишь подростковому возрасту, не проходит, а, наоборот, закрепляется, и со временем они превращаются в пассивно-агрессивно настроенных взрослых.

Воспитывать с любовью — как Христос

Я уже обсуждал ранее, каким образом родители могут «поведать» ребенку о своей любви. Взглядом, прикосновением, внимательным отношением. Теперь я намерен поговорить о воспитании, основанном на любви. Такое воспитание в первую очередь подразумевает, что вы направляете ребенка на тот путь, которым он должен идти, но ни в коем случае не заставляете идти путем, выбранным для него вами.

Давайте вспомним то, о чем мы говорили раньше. Прежде чем вы начнете направлять ребенка на истинный путь, ему необходимо почувствовать вашу безусловную любовь к нему. Ребенок, который не чувствует себя любимым, испытывает раздражение, а на раздраженного ребенка не подействуют никакие методы воспитания. Всякий раз, когда вы несправедливо строги к ребенку, вы отказываетесь оттого, чему учил апостол Павел: «И вы, отцы, не раздражайте детей ваших, но воспитывайте их в учении и наставлении Господнем» (Еф. 6:4).

В первоисточнике слово, переведенное как наставление, означало «наставления, передаваемые ученикам». В настоящее время это слово, как правило, имеет немного более негативный оттенок. Большинство христиан, являющихся «специалистами» в области воспитания детей, определяют наставление как «управление», «власть». Минимальный акцент ставится на то, что ребенка надо любить, но зато охотно объясняется, как следует управлять им. И это печально, потому что, насильно управляя ребенком, вы лишь раздражаете его.

Как я уже говорил выше, очень вредно для ребенка подавлять гнев. Это может создать массу разных проблем в подростковом возрасте. Только безусловно любя ребенка и стараясь понять причину (или причины) его плохого поведения, вы сможете помочь ему разрешить его проблемы.

Если вы, воспитывая своего ребенка, будете помнить о первоначальном значении слова наставление, это окажет вам большую помощь. Первое, о чем думает большинство из нас, когда слышит слово ученик (то есть тот, которому передается наставление) — это об учениках Христа. Самым глубоким желанием этих двенадцати человек было стараться во всем походить на Христа.

Как вы думаете, убеждал ли Иисус этих людей в том, что они должны следовать за ним? Или, может быть, они поверили Ему только потому, что Он приказал им сделать это? Конечно, ученики Иисуса последовали за Ним, потому что они любили Его, а Он любил их. «Будем любить Его, потому что Он прежде возлюбил нас» (1 Ин. 4:19).

Они бы никогда не решились на такие существенные перемены в своей жизни, если бы не любили Его и не чувствовали, что Он любит их. Сам Бог через Христа возлюбил учеников, и они с огромным желанием стали следовать Его учению и распространять Его Слово.

Этот прекрасный пример доказывает нам, что любовь и восхищение способны стать той движущей силой, которая заставляет людей принимать духовные ценности других. Этому примеру могут следовать и родители, наставляющие своих детей на тот путь, которым они должны следовать.

Взаимная любовь детей и родителей — лучший способ передать детям духовные ценности их родителей. Как только будет установлена основа отношений — взаимная любовь, ребенок сможет перенять ваши взгляды на жизнь, и, что самое главное, вы достигнете своей основной цели: он захочет перенять ваши духовные ценности.

«Учение» в данном контексте я бы определил как воспитание. Физические наказания составляют лишь его часть, и если эмоциональные потребности ребенка удовлетворяются, то часть эта очень мала.

Злоупотребление телесными наказаниями

Любой человек в момент приступа гнева может ударить ребенка. Воспитание же потребует от вас терпения. Я не говорю, что никогда не следует наказывать своего ребенка физически, но думаю, что руководство, проводимое с любовью и основанное на твердо установленных правилах, принесет всей семье намного больше пользы.

Одна из проблем, возникающих довольно часто, — это то, что наказание порой совершенно не соответствует проступку. Мне вспоминается разговор с молодой матерью, чья четырехлетняя дочь взяла со шкафа две или три настольные игры-мозаики и смешала все кусочки, из которых они состояли.

— Она вывела меня из себя, доктор Кэмпбелл, — воскликнула эта женщина. — Я закричала на нее, а потом потребовала, чтобы она разложила все кусочки мозаики по своим коробкам. Это и для взрослого — задача, но я настояла на своем. На это ушло почти два часа, но со слезами и криком она все сделала.

— Как вы думаете, выдержали ситуацию под контролем? — спросил я.

— Я понимаю сейчас, что должна была помочь ей. Она слишком мала, чтобы справиться с такой сложной задачей. Неприятный осадок остался у меня оттого, что я к тому же и отшлепала ее. Родители могут быть по-настоящему жестокими.

Эта женщина права. Родители могут быть жестокими. Они совсем не хотят быть такими, но все же бывают. После того как я прочел достаточно современных книг, посвященных воспитанию детей, я без труда понял почему. Главной темой в этих книгах был разговор о телесных наказаниях.

Печально сознавать, что люди придают такое значение четырем стихам из Книги Притчей, в которых говорится об использовании розог (13:24; 23:13,14; 29:15), и совершенно игнорируют остальную часть Писания, где речь идет о том, что главное, в чем нуждаются дети — это любовь.

Сотни стихов в Библии призывают нас к пониманию, состраданию, отзывчивости, внимательности и снисходительности. Наши дети заслуживают того, чтобы мы именно так выражали свою любовь к ним.

Решающий вопрос, который игнорируется этими так называемыми «специалистами», — это то, что телесное наказание может нанести физический вред ребенку. Когда использовать розги все же необходимо, это нужно делать с огромной осторожностью.

К сожалению, телесное наказание снимает чувство вины. Когда чувство вины, которое испытывает ребенок, слишком велико, это может принести ему определенный вред. Но испытывать хотя бы некоторую долю вины необходимо для развития совестливости.

Шлепки, безусловно, разрядят обстановку. Ребенок перестанет испытывать чувство вины, потому что он уже поплатился за свое преступление тем, что его отшлепали. Родители выплеснут свой гнев, отшлепав ребенка; им будет казаться, что ситуация находится под их контролем. Однако в результате ребенок усвоит не то, что его поведение было неправильным, а что в следующий раз надо постараться избежать наказания.

Если вы действительно заботитесь о ребенке, значит, вы по-настоящему хотите, чтобы у него развилась нормальная, здоровая совестливость. Это поможет ему в будущем контролировать все свои действия. А испытываемое изредка чувство вины будет способствовать развитию совестливости. Так, в следующий раз, когда ваш ребенок в чем-нибудь провинится, попробуйте не ругать его тотчас же, а дайте ему время обдумать свой поступок и его последствия. Иначе говоря, дайте ему время, чтобы он действительно почувствовал себя виноватым.

Другое следствие телесного наказания — то, что ребенок, любя и уважая родителей, перестает видеть в них агрессора. Наказание снимает чувство вины, и ребенок подсознательно встает на сторону родителей, ощущая, что их агрессивное и оскорбительное поведение является благом. В результате дети принимают такой стиль поведения как правильный и вносят его в свою взрослую жизнь, грубо обращаясь как с детьми, так и со взрослыми.

Я дам вам серьезный совет: никогда не соглашайтесь с теми, кто говорит, что первый и главный метод воспитания ребенка — это телесное наказание. У некоторых из этих «специалистов» даже нет собственных детей. Давайте относиться к своим детям так, как Христос относился к Свои ученикам; давайте любить наших детей безусловно, так, чтобы они захотели принять наши духовные ценности и наше отношение к жизни.

Что делать, когда ребенок плохо ведет себя

Не хочу вводить вас в заблуждение и давать повод думать, что если вы будете любить своего ребенка безусловно, то он всегда будет вести себя хорошо. Я сам отец и знаю, что «просто» — не означает «легко». Но я усвоил, что справляться с плохим поведением ребенка намного легче, если у вас с ним крепкие, основанные на любви взаимоотношения.

Если ребенок дурно повел себя, первое, что мы должны сделать, — это спросить самих себя: «Почему же он это сделал?» или «Может быть, ему чего-то недоставало и продолжает недоставать?» Наша первая мысль не должна быть негативной, такой, например, как: «Что я могу сделать, чтобы исправить плохое поведение ребенка?» Помните историю Даниела, о котором я рассказывал в пятой главе? Он испачкал свои штанишки, потому что почувствовал себя нелюбимым. Давайте попробуем представить себе, какой могла бы быть реакция родителей на подобное поведение. Если они просто отшлепают Даниела и отправят его в свою комнату, то проблему этим не решат. Они не сделают главного, что ему необходимо. Следовательно, проблема эта рано или поздно всплывет снова.

Родителям Даниела необходимо удовлетворить его эмоциональные потребности. Им нужно сделать так, чтобы он почувствовал их любовь. Тогда для плохого поведения больше не будет причины, и оно не повторится.

Учителя зачастую не умеют должным образом справиться с негативным поведением учащихся. Не так давно ко мне на консультацию пришла Молли, которая рассказала о том, как плохо обращался с ней учитель.

В течение одной недели Молли три раза опоздала на уроки. На третий раз учитель решил наказать ее за опоздания, подошел к парте, за которой она сидела, и ударил линейкой по рукам. Это была крайняя мера, и она болезненно отозвалась в душе девочки.

Если бы учитель потрудился выяснить причину, почему Молли опаздывала, он бы узнал, что, во-первых, дорогу, по которой девочка обычно ходит в школу, недавно перекрыли, и, во-вторых, что ее родители работают, и ей каждое утро приходится собираться в школу самой, без их помощи. Если бы учитель, прежде чем применять к ней столь суровое наказание, дал ей объяснить, в чем дело, то ей не пришлось бы приходить ко мне на консультации. Уделив всего несколько минут, он мог бы установить с ней хорошие, дружеские отношения, вместо того чтобы стать учителем, которого она перестала уважать.

Я не сторонник того, что на плохое поведение нужно закрывать глаза. Но попробуйте выявить его причины. Как только вы сделаете это, вам станет ясно, почему ребенок повел себя именно так, и, возможно, это больше не повторится.

Я также не советую вам никогда не шлепать ребенка. Просто рекомендую использовать это средство только в самых крайних, исключительных случаях. Вспоминаю маленькую девочку, которая жила по соседству с нами, когда я был ребенком. У нее был любимец-котенок, с которым она обращалась так, словно это был человек. Мы дразнили ее из-за этого котенка и пытались отнять его, но девочка защищала его изо всех сил.

Однажды она повязала котенку на шею ленточку и выпустила его гулять. К несчастью, лента зацепилась за куст и задушила котенка.

Когда отец девочки узнал об этом, он отшлепал и накричал на нее на виду у всех детей. Вспоминая эту ситуацию, я понимаю теперь, что девочку, конечно, нужно было простить — ведь ее действие было ненамеренным, она никогда не могла бы нарочно навредить своему котенку.

Отец должен был поговорить с ней дома, наедине, где, конечно, девочка сказала бы, что сожалеет о случившемся и что сама очень огорчена. В конце концов, наш небесный Отец прощает нас, когда мы признаемся в своих ошибках. Не должны ли мы так же относиться к своим детям?

Ребенка нужно прощать, когда он искренне сожалеет о том, что сделал. Благодаря этому у него не возникнет комплекса вины. Я уже говорил о том, что ребенок все-таки должен испытывать чувство вины — это необходимо для развития у него совестливости, но слишком сильное чувство вины принесет только вред. Если ребенок будет чувствовать себя прощенным, это убережет его от серьезных проблем в будущем, которые непременно возникнут, если он будет жить с чувством вины.

Вы допускаете большую ошибку, если думаете, что наказание само по себе способно решить какие-то проблемы. Если вы наказываете ребенка, но не проявляете к нему своей безусловной любви, это приведет к тому, что ваши отношения не будут глубокими и близкими, и к тому времени, когда ребенок вырастет, он не захочет принять ваших духовных ценностей, а нарочно будет вести себя абсолютно противоположным образом.

На собственном примере

Маленькому ребенку необходимо восхищаться своими родителями. Самое подходящее время для того, чтобы заложить фундамент прочных отношений между вами и вашим ребенком, — это время до тринадцати лет. Концентрируя в эти годы свое внимание на ребенке, вы тем самым «сообщите» ему, что он действительно особенный, нужный. Именно это время является самым подходящим для того, чтобы передать ребенку свои нравственные и духовные ценности.

Подрастая, он начнет подвергать сомнению многое из того, что считали правильным его родители. Он может даже думать, что они не очень правильно построили свою жизнь. И тем не менее каждый ребенок испытывает довольно сильную, хотя порой и неосознанную потребность в том, чтобы любить и восхищаться своими родителями. Неудивительно, что если вы как родители будете подавать ему положительный, полезный пример, то это будет оказывать на него самое позитивное влияние.

Старое изречение «Делай так, как я говорю, а не так, как я делаю сам» абсолютно несостоятельно. Несколько лет назад в Швеции были проведены исследования, направленные на изучение причин роста правонарушений среди подростков. Эти исследования показали, что семьи, в которых воспитывались эти подростки, необязательно были неполными или неблагополучными. Родители большей части юных правонарушителей просто не придерживались тех позиций и не вели сами того образа жизни, которого требовали от своих детей. Те же ребята, которые не вступали в конфликт с обществом, воспитывались в семьях, где родители вели себя так же, как требовали от детей.

Желая быть примером для своего ребенка, никогда не забывайте, что вы человек, и потому вам свойственно уставать. Родители могут в какой-то степени истощить запасы своих эмоциональных и физических сил. Тем, у кого дети вступили в подростковый возраст, я особенно советую поначалу позаботиться о себе, о своем собственном здоровье. Именно в этот период родители легче впадают в гнев и часто именно так пытаются бороться с гневом своих детей, которых к тому времени хуже понимают. Постарайтесь не попасть в эту ловушку. Будьте по возможности в хорошей физической и моральной форме, иначе вы не сможете должным образом контролировать свое поведение. В переходном возрасте ваш ребенок начинает вести себя вызывающе и нарушать установленные вами правила поведения. Как только вы заметите это, первое, что следует сделать, — конкретизировать и ограничить эти правила. И лишь потом, когда подросток немного повзрослеет и докажет, что на него можно полагаться, что он будет вести себя соответственно ситуации, тогда его свобода может постепенно увеличиваться, а контроль родителей — постепенно уменьшаться.

Поступая именно так, вы разовьете в подростке чувство ответственности, и к 18 годам он превратится в независимого человека, на которого можно положиться. Конечно, это нелегко. Требуется определенное мужество, чтобы сказать подростку «нет», в то время как другие родители позволяют своим детям делать то, что с вашей точки зрения кажется неприемлемым.

Позвольте мне попытаться убедить вас в одном неоспоримом факте. Подросток, осознанно или нет, хочет, чтобы родители руководили им и контролировали его. От многих молодых юношей и девушек я слышал, что родители их не любят. Они сделали такой вывод потому, что их матери и отцы были совершенно не строги с ними и все им позволяли.

Подростки должны нести ответственность за свое поведение. Совершив хороший поступок, они должны ощутить на себе его положительные последствия, а после того как поведут себя неправильно и безответственно, соответственно — негативные. Эти последствия должны быть честными, непосредственными и не зависеть оттого, какие чувства в этот момент бушуют в родителях. И вновь повторю, что родителям крайне важно контролировать самих себя.

Очень полезным является общение с другими родителями. Вы можете делиться друг с другом ценной информацией, касающейся ваших детей, и вместе обсуждать различные методы и направления их воспитания.

Если ваше поведение основано на желании помочь ребенку стать ответственной, независимой личностью, то, скорее всего, он поймет, что вы — за него, а не против. Подобная позиция намного улучшит взаимоотношения между вами.

Четыре метода воспитания

Существует четыре основных метода воспитания. Первый основан на авторитарном подходе. Это значит, что ребенок находится под постоянным и неукоснительным контролем своих родителей. Больше они никак не проявляют своей любви к нему — ни взглядом, ни физическим контактом, ни интересом к его делам.

Второй метод воспитания держится на авторитете родителей. Он основан на безусловной любви. Используя этот метод, родители самыми разными способами проявляют свою любовь к ребенку, но в то же время мягко корректируют его поведение в случае необходимости.

Третий метод воспитания — предоставление ребенку полной свободы. Родители предлагают ребенку свою любовь, внимание и поддержку, но совершенно не контролируют и не направляют его поведение, предоставляя ему принимать решения самостоятельно.

Четвертый метод трудно назвать методом воспитания, поскольку он подразумевает такое отношение родителей к своему ребенку, когда они не заботятся о нем совершенно — то есть полностью пренебрегают им.

Сравнительно недавно были проведены исследования, которые отчетливо показали результаты влияния на молодых людей всех четырех методов воспитания. Оказалось, что всех юношей и девушек можно было разделить на три группы:

1. Полностью приняли систему моральных ценностей своих родителей и их отношение к жизни.

2. Последовали религиозным убеждениям своих родителей.

3. Имеют противоположную культуру поведения и иные моральные ценности (отрицают авторитеты).

Исследования показали, что молодые люди, которых в детстве воспитывали согласно второму методу (то есть родители не только направляли, указывали и исправляли их, но и проявляли к ним безусловную любовь), переняли у своих родителей самое лучшее — не только систему моральных ценностей, но и религиозные убеждения, придерживались их и в подростковом возрасте, то есть в самый сложный период их жизни.

Большинство молодых людей, не удовлетворенных жизнью, воспитывались в авторитарном духе. Подобного метода воспитания очень часто придерживаются в христианских семьях, и неудивительно, что потом дети из этих семей отвергают Христа. Ненамного лучшие результаты дает воспитание, при котором родители пренебрегают своими обязанностями, и следующий по качеству метод воспитания — метод предоставления полной свободы, или вседозволенность.

Не поражают ли эти результаты? Метод вседозволенности, против которого настроены родители-христиане, все же лучше авторитарного метода, прочно обосновавшегося в большинстве христианских семей. И это очень досадно, потому что авторитарное отношение к ребенку хуже пренебрежительного.

Эти исследования подтверждают ход моих мыслей: метод воспитания, основанный на авторитете родителей, является самым успешным. Дети, которых воспитывали с любовью, в конечном итоге не только примут духовные ценности своих родителей, но будут делать это с желанием.

Тест на определение метода, используемого вами в воспитании своего ребенка

Ниже приведены несколько ситуаций, которые могут произойти с каждым из нас. Как вы будете реагировать на эти ситуации: а) попытаетесь найти причину поведения ребенка и затем разрешить проблему; б) отругаете ребенка и отошлете его в свою комнату; в) немедленно примените телесное наказание, а проблему обсудите позже.

1. Когда мой ребенок лжет, я...

2. Когда мой ребенок плохо ведет себя в школе, я...

3. Когда мой ребенок отказывается есть, я...

4. У меня был тяжелый день на работе, а мой ребенок начинает спорить со мной, я...

5. Когда мой ребенок дерется, я...

6. Если вдруг мой ребенок что-нибудь украдет, я...

7. Если мой парень поцарапает машину, я...

8. Когда мой ребенок приходит домой очень поздно, я...

9. Если мой ребенок начал употреблять наркотики, я...

10. Если мой ребенок списывает на экзаменах в школе, я...

Постарайтесь честно ответить на эти несвязанные между собой вопросы. Если окажется, что превалируют ответы типа «б» и «в», то, вероятнее всего, в воспитании ребенка вы используете авторитарный подход.

Пересмотрите свои подходы и методы. Спросите себя, уделяете ли вы ребенку внимание, в котором он так нуждается, и указываете ли вы ему позитивное направление? Для его всестороннего развития крайне необходимо, чтобы он ежедневно и ежечасно чувствовал вашу любовь.

7. Дети хотят учиться

Наставь юношу при начале пути его: он не уклонится от него, когда и состареет

(Прит. 22:6).

Красный спортивный автомобиль подъехал к церкви и остановился. Из него выпрыгнули две маленькие (одной примерно восемь, другой — десять лет), хорошо одетые девочки.

— После воскресной школы ждите нас прямо здесь, на ступенях церкви. Мы с папой вернемся за вами в 11 часов.

— Конечно, мама. До встречи.

Дети взбежали по ступенькам и скрылись за дверями церкви, а их родители развернулись и быстро уехали. Они не хотели опаздывать на теннисный турнир.

— Ах, у нас с тобой есть целых два часа, — сказал муж, улыбаясь своей жене. — Мы можем потратить на теннис около часа, а потом позавтракать где-нибудь. Как тебе мое предложение?

— Да, так и сделаем, дорогой. Нам просто необходимо иногда проводить время вдвоем.

Знаком ли вам этот сценарий? Не замечали ли вы чего-нибудь подобного у ваших соседей или одного из друзей? Или, может быть, вы и сами разыгрывали его?

Дети учатся на примере родителей. Чему научатся эти девочки? Печально, но научатся они лишь тому, что, став такими же взрослыми, как мама и папа, они будут ездить играть в теннис воскресным утром. Эти родители, возможно, сообщили своим детям, что они христиане, но ничем не доказали этого. Дети способны откликнуться и воспринять систему духовных ценностей своих родителей, если те подтверждают ее своей жизнью, но гораздо менее вероятно, что так случится, если эта система существует только на словах. Родители очень ошибаются, если думают, что могут одурачить своих детей.

Детская способность доверять

В детях с рождения заложена способность к обучению. Начиная с первых месяцев жизни, их поведение направлено на выживание. Например, громко крича, они сообщают, что в чем-то нуждаются.

Одна довольно расхожая теория воспитания детей советует родителям не обращать на ребенка внимания, когда он кричит, поскольку это лишь избалует его. В действительности происходит обратное. Малыши, которых на ранних месяцах жизни утешали каждый раз, когда они начинали плакать, вырастают затем в морально более крепких, более уважающих себя детей, чем те, к которым относились так: «Ну, поплачь, поплачь».

Если в течение первых месяцев жизни потребности ребенка удовлетворяются, он понимает, что есть кто-то, кто его любит. Не знаю, где именно зародилась идея, что плач ребенка следует игнорировать, но лично я не согласен с этим. Удовлетворяя его потребности, вы тем самым установите доверительные отношения с ним.

Если вы будете уделять ребенку много внимания и общаться с ним, то по мере того как он будет расти, делать свои первые шаги, его доверительное отношение к вам будет только возрастать. Один из лучших методов показать ребенку, что вы ему доверяете, — это поручить ему выполнить какую-нибудь простенькую домашнюю работу.

Например, когда убираете на место чашки, сковородки и т. д., вы можете поручить ребенку помочь вам. Понятно, что двухлетний малыш не в состоянии выполнить эту задачу с первого раза должным образом, но все это очень полезно. Главное — чтобы он учился чему-то. Даже если он положит сковородку не туда и не так, все равно похвалите его. Дайте ему понять, что вы очень довольны тем, что он делает.

— Спасибо, Тони. Это было так хорошо. Я рада, что ты помог мне убрать все на место.

Тони научился двум вещам. Он узнал, что вы доверяете ему, и научился относиться к себе с уважением.

Начиная с того времени, когда ребенок делает первые шага, а вы хотите, чтобы у вас выработалось доверительное отношение друг к другу, постарайтесь сделать так, чтобы рядом с ребенком находилось поменьше предметов, представляющих для него соблазны. Я бы посоветовал вам украсить и обставить дом как можно проще. Это полезно по двум причинам. Во-первых, это облегчит уборку дома, а, во-вторых, вам не придется постоянно следить за тем, чтобы ребенок не схватил для игры вашу любимую вазу или какую-нибудь другую безделушку.

Если же ваш дом заполнен этими «соблазнами», то вы постоянно будете срываться на крик оттого, что не всегда можно уследить за дорогими для вас семейными реликвиями. Вы, конечно, можете повысить голос на ребенка, но вряд ли от этого вещи вернутся на свои места.

Недавно я был в книжном магазине и обнаружил там книгу о воспитании детей, написанную одним христианским автором. Пролистав несколько страниц, я не мог поверить своим глазам. Автор сообщает читателям, что не только допустимо, но и полезно, начиная с четырех-пяти месяцев, строго выговаривать ребенку за его проступки.

Как я уже говорил, повышать голос иногда нужно, но не на шестимесячного же младенца! Пример, когда повышать голос просто необходимо, — это если ваш ребенок сорвется и побежит на проезжую часть улицы. В этом случае можно крикнуть, чтобы сохранить ему жизнь. Однако если вы станете кричать на своего ребенка, начиная с того времени, когда он находится еще в младенческом возрасте, то вполне вероятно, что он не будет в дальнейшем обращать на вас и ваши крики никакого внимания.

Тот же самый автор сообщает родителям, что если они в каком-то случае поведут себя некорректно, то это не принесет ребенку никакого вреда. Автор объясняет это тем, что психика детей очень гибка, и они легко все забывают. Стоит ли удивляться, что в наше время так много трудных подростков, если на прилавках появляются книги, подобные этой?

Швейцарский ученый Джин Пайджет предлагает разбить процесс обучения ребенка на четыре стадии. Возрастные границы этих стадий примерно следующие: от рождения до двух лет; от двух до семи лет; от семи до одиннадцати лет; от одиннадцати лет и дальше.

До семи лет дети безоговорочно верят всему, что говорят им родители. И действительно, до того как в ребенке разовьется способность сомневаться и задавать вопросы, практически все, что ему говорят, он воспринимает буквально. Позвольте мне продемонстрировать это на забавном, но правдивом примере.

Трехлетний Адам спокойно сидел на заднем сиденье автомобиля рядом со своей сестрой, восьмилетней Линн. Вместе с родителями они возвращались домой из зоопарка.

— Я так устала, — объявила Линн. — У меня болит голова.

— У меня тоже, — вмешался Адам. — Прямо здесь, в костяшках, — продолжил он, указывая на свою макушку.

— Ох, Адам, костяшки на руке, а не на голове, — по-детски нетерпеливо откликнулась Линн. — Мам, скажи Адаму, что не может быть головной боли в пальцах!

— А у меня может! — настаивал Адам. — Мама всегда стучит по моей голове и называет меня глупышом![2]

Видя, как Адам реагировал на то, что его называли «маленьким глупышом», вы можете легко убедиться, что заложить негативные мысли в голову маленького ребенка совсем несложно — они полностью верят в то, что им говорят, и любые слова воспринимают буквально.

Мне вспоминается случай, который произошел с моим другом, когда он был ребенком. Учительница воскресной школы рассказывала им об Иисусе.

— Вы знаете, — сказала она, — Иисус говорил: «Пустите детей приходить ко мне».

— Знаешь, что произошло, когда она прочитала этот стих, Росс? Я стал бояться ходить в воскресную школу, потому что думал, что меня тоже пригвоздят к кресту и я буду мучиться, как Иисус[3].

Мой друг напомнил мне Адама. Он также верил в то, что ему говорят. Хочу подчеркнуть главное — именно в такие доверчивые юные умы следует закладывать основы духовных ценностей. Именно в этом возрасте ребенок раскрывается (и вы в состоянии помочь ему в этом) как в эмоциональном, психологическом и физическом плане, так и в духовном. Поэтому чрезвычайно важно, чтобы вы как можно раньше начали помогать ребенку стать цельной личностью. Только будучи цельной личностью, ребенок превратится в счастливого, ответственного за свои поступки взрослого человека, который всегда будет придерживаться своих духовных ориентиров.

Детей невозможно обмануть

Дети чрезвычайно восприимчивы к нашей реакции. Они знают и чувствуют, когда мы говорим им что-то только лишь затем, чтобы они вели себя потише, и прекрасно понимают, что в этот момент они нас по-настоящему не интересуют.

Одна очень занятая одинокая женщина, мать троих сыновей, рассказала мне случай, который доказывает, насколько хорошо дети знают нас.

Работая в течение недели, эта женщина посвящала субботнее утро своим мальчикам. Они ходили по магазинам или она вела их куда-нибудь еще, где бы они могли получить удовольствие.

Одним особенно суетливым субботним утром, когда она помогала сыновьям одеваться, старший мальчик попросил ее завязать ему шнурки на ботинках.

— Сядь на этот стул, и я помогу тебе, — рассеянно сказала она. Мальчик быстро подчинился, и, когда спрыгнул со стула с завязанными шнурками, с этой же самой просьбой к ней обратился второй, а затем и третий.

Прекрасно понимая, что мать не слышит их по-настоящему, старший сын развязал шнурки и забрался на стул снова.

— Мам, ты мне завяжешь шнурки? — спросил он. Второй мальчик быстро все понял и тоже, тихонько хихикая, развязал свои шнурки.

— Конечно, — ответила мама и начала завязывать шнурки по второму кругу.

Правда, прежде чем третий успел снова влезть на стул, мать заметила их проделку.

Зная, какое давление оказывает на молодую мать занятость и суета каждодневной жизни, нетрудно догадаться, как мог произойти этот забавный эпизод. Тем не менее это хорошая, крепкая семья, и поэтому влияние негативных моментов в ней оказалось минимальным.

Когда дети подрастают и им уже не нужна помощь в таких ежедневных делах, как одевание, умывание и т. д., у вас появляется больше свободного времени. Однако существует опасность, что вследствие этого вы станете проводить со своими детьми все меньше и меньше времени. Конечно, из-за суеты современной жизни очень трудно, а порой и невозможно уделить детям хоть сколько-нибудь времени, но вы все равно должны это делать каждый день, даже если вам придется отказать в чем-то себе лично.

Сила семьи в ее единстве

Сейчас, более чем когда-либо за всю историю человечества, на ребенка очень заметное воздействие оказывают силы, источник которых находится за пределами семьи и дома. Современные дети гораздо больше времени проводят сидя перед телевизором, чем в общении с вами. Передачи и фильмы, которые предлагает телевидение, сами по себе являются достаточным основанием, чтобы отвлечь ребенка от общения с родителями. У ребенка есть естественная потребность чему-нибудь учиться. Если вы сами не уделите времени тому, чтобы учить его, и будете оправдывать свое бездействие отсутствием времени, он станет искать знания где-нибудь на стороне. Ребенок очень подвержен негативным влияниям за пределами своего дома. Исследования этого вопроса показали, что некоторые дети уже в 10 лет пробовали алкоголь и наркотики.

Хороший способ учить и воспитывать ребенка — это делиться друг с другом событиями каждого дня. Рассказывайте ребенку о тех событиях, которые случились с вами за день, но при этом учитывайте, конечно, его возрастной уровень. Так ребенок учится использовать ваш опыт и перенимает ваши духовные установки.

Если вы обращаетесь со своими нуждами к Богу, расскажите ребенку, каковы результаты ваших молитв. Помогите ему понять, в чем заключается радость и удовлетворение, которые вы получаете, обращаясь с молитвой к Богу. Это наиболее красноречиво продемонстрирует ему важность присутствия Бога в нашей жизни.

Одним из лучших методов воспитания ребенка является чтение вслух. Этим достигается несколько целей. Во-первых, вы контактируете с ребенком физически, поскольку большинство детей любят слушать истории, сидя на коленях своих родителей; во-вторых, вы концентрируете свое внимание на ребенке; и, кроме того, чему-то учит его и содержание книги. Лучше всего читать ребенку книги перед сном, это время удобно для работающих родителей, у которых на счету каждая минута.

Рассказывайте ребенку истории не только из Библии, но и почерпнутые из самой жизни. Мои дети до сих пор помнят некоторые случаи, происшедшие со мной и рассказанные им в детстве. Они почти всегда просили меня рассказать им что-нибудь перед тем, как погасить свет.

Время, когда вы читаете и рассказываете что-нибудь своему ребенку, — лучшее время для общения друг с другом. Родителям, которые приходят ко мне на консультацию, я всегда советую уделять детям несколько минут перед сном. Поделитесь с ними своими трудностями и радостями, почитайте им, помолитесь вместе с ними. Поступая так, вы удовлетворите не только эмоциональные, но и интеллектуальные потребности вашего ребенка, сообщая ему содержательную, полезную и интересную информацию.

Одна женщина рассказала мне, что она хотела почитать кое-что из классической литературы и поэтому принесла домой пару книг из библиотеки. Пригласив в гостиную своего мужа и четырнадцатилетнего сына, она предложила им почитать эти книги вслух.

— Вы можете представить себе четырнадцатилетнего парня, который позволит, чтобы мама читала ему книжки вслух? — спросила она. — Но я вступила с ним в сделку. Просила его послушать всего 30 минут, потом он может уйти, если захочет. Поскольку за окном шел снег и делать было больше нечего, он согласился. Через 30 минут я сказала сыну, что он может идти, но он остался.

— Ну, раз уж я здесь, то не прочь послушать до конца, — сказал он, ерзая на стуле. — Тебе будет приятнее, если я останусь.

Эта женщина — очень мудрая мать. Чтением книг она не только доставила удовольствие самой себе, но нашла способ объединить всю семью.

— Это оказалось очень полезно для нас, — заключила она. — Мы узнали много нового и, кроме того, как-то особенно сильно ощущали любовь друг к другу, в особенности, когда потом обсуждали прочитанное.

Она была счастлива оттого, что ее сын тоже принимал участие в этих семейных вечерах. Эта история отчетливо демонстрирует, что у детей всегда есть потребность в любви своих близких, а когда они подрастают, им необходимо знать также, что в некоторых вопросах они имеют право на собственное мнение.

Включать ребенка в дела и жизнь семьи стоит с самого раннего возраста. Польза, которую получит от этого вся семья, неоценима.

Начинать никогда не рано

Ребенку необходимо, чтобы родители уделяли ему достаточно внимания. Особенно это важно на ранних этапах его жизни, когда он чрезвычайно восприимчив. Именно тогда его отношение к вам наиболее позитивно и именно этот период является наилучшим для того, чтобы познакомить ребенка с духовными истинами. Дети с большой радостью учатся этому и, посещая церковь и воскресную школу, закрепляют то, что узнали дома.

Все то, чему ребенок научился на ранних этапах своей жизни, в той или иной степени останется с ним на всю жизнь. И если вы последовательны, внимательны и проявляете к ребенку свою безусловную любовь, то, несомненно, он на пути к тому, чтобы стать духовно сильным, уважающим себя подростком, а затем и взрослым.

Недавно одна моя знакомая посещала курс изучения Ветхого Завета, который читался в колледже. Прошло 40 лет с тех пор, как она обучалась в летней библейской школе, но все, чему ее там научили, осталось с ней. Одним из требований, предъявляемых к слушателям и необходимых для сдачи экзамена, было перечислить названия книг Ветхого Завета и десять заповедей. Все это моя знакомая помнила еще с тех давних пор, с летней школы. Почему? Во-первых, потому, что она христианка и за 40 лет не раз читала и перечитывала Библию, а во-вторых, потому что в том возрасте, когда ей впервые преподнесли эти знания, она воспринимала и запоминала все чрезвычайно легко.

Те духовные ценности, которые родители передадут своему ребенку, останутся с ним на всю жизнь. Мне вспоминается история одного участника войны во Вьетнаме, который семь лет провел в плену в северной части Вьетнама. Недели шли за неделями, и этот человек, чтобы чем-то занять свой ум, начал вспоминать библейские стихи и гимны, которые он учил еще тогда, когда ходил в воскресную школу. Вскоре эти ежедневные упражнения помогли ему заново установить отношения с Богом. Став взрослым, этот молодой капитан не был активным христианином, но те знания, которые крепко держались у него в памяти, помогли ему вынести семь лет плена.

Если ваш пятнадцатилетний сын бросил колледж и не может решиться вернуться туда, я молюсь о том, чтобы это было самой серьезной его проблемой, чтобы он никогда не воевал и не оказывался в плену. Я упомянул об этом для того, чтобы показать, что для духовной жизни ребенка очень важно, чтобы родители начали передавать ему свое духовное достояние еще в раннем возрасте.

Приведу один интересный факт: оказывается, обстановка, окружающая человека в момент обучения, играет существенную роль в том, насколько хорошо он воспринимает знания и как долго они сохраняются. Дети, которые изучали Библию в обстановке любви и доверия, не только хорошо помнят Евангелие, но и могут рассказать вам о местах событий и действующих лицах библейских историй.

Недавно ко мне на консультацию пришла молодая одинокая работающая женщина, мать двоих детей.

«Вы знаете, доктор Кэмпбелл, боюсь, что не смогу сделать так, чтобы мои девочки получили то, что в свое время получила я. Моя мать не работала, и мы обязательно разговаривали с ней несколько минут во время завтрака. Я с детства помню эту кухню, помню маму, как она убирает стол, за которым мы сидим. Когда я была совсем маленькой, она, сидя за этим столом, учила меня читать и писать. Еще она учила меня рисовать акварельными красками. А когда я подросла, за этим столом мы обсуждали все — от одежды до моих знакомых мальчиков. Мне кажется, что эти разговоры по утрам принесли мне больше пользы, чем какое-либо другое обучение».

Эта молодая мать пришла ко мне на консультацию потому, что была обеспокоена, станут ли ее дети деятельными, уважающими себя взрослыми. Я посоветовал ей все же постараться ежедневно отрываться от обычных дел и уделять немного времени и внимания своим девочкам.

Согласен, что это трудно, но если вы будете это делать, то польза намного превысит те дополнительные усилия, которые вы затратите. Ваше внимание разовьет у ребенка самоуважение, что чрезвычайно важно для него. Того позитивного, полного любви внимания, которое вы ему дадите, никогда не может быть слишком много. И, конечно, счастливый, уверенный в себе ребенок будет намного более восприимчивым к духовным ценностям своих родителей. Заканчивая главу и разговор о сложностях подросткового возраста, хочу напомнить еще раз, что начинать передавать ребенку свои духовные ценности лучше всего именно на ранних этапах его жизни. Дети — как губки, они впитывают в себя все знания, которые им преподносят. Очевидно, что если на ранних этапах жизни они приобретают позитивный эмоциональный, физический, интеллектуальный и духовный опыт, то более вероятно, что впоследствии они станут полноценными членами общества.

Главное условие для этого — безусловная любовь. Дети, родители которых уделяют им лишь немного больше внимания сверх требуемого для ухода за ними, развиваются медленней почти во всех отношениях. В связи с тем, что эмоциональные потребности этих детей не удовлетворяются, у них могут возникать разного рода проблемы, которые задерживают их развитие и ограничивают возможности. И, как правило, потом они превращаются в раздраженных, всегда недовольных взрослых, не способных унаследовать духовные ценности своих родителей.

Если ваш ребенок знает, что его любят, то и в своей жизни он захочет следовать вашему примеру, потому что будет уважать вас. Поэтому вы должны позаботиться о том, чтобы во всех сферах жизни, а не только в духовной, вы подавали ему хороший пример.

Несколько лет назад у одних наших друзей после 15 лет совместной жизни родился сын. Из всех поздравлений и пожеланий наиболее высоко был оценен ими следующий стих (его текст отец держит теперь у себя на столе). Не помню, кто именно является его автором, но думаю, что лучшей концовки для этой главы не придумать.

Иди за мною, мой малыш,

Я от невзгод тебя уберегу.

От неудач и горя, мой малыш,

Я потерять дорогу не могу:

Я не один — за мною ты спешишь.

Стараясь делать все, что делал я,

Ты взгляда от меня не отведешь,

Ты хочешь быть похожим на меня

И по моим следам, малыш, идешь.

Ты веришь мне, всему, что я скажу,

Я для тебя всех лучше и добрей,

И зла во мне не должен видеть ты.

Иди за мной, малыш, иди за мной скорей.

Я должен помнить весь свой долгий путь,

Как шел я сквозь пургу и летний зной.

Я устоял в борьбе лишь потому,

Что ты, малыш, всегда шагал за мной.

8. Понять подростка

Со всяким смиренномудрием и кротостью и долготерпением, снисходя друг ко другу любовью...

(Еф. 4:2).

Когда ваш ребенок превращается в подростка, считайте, что день «расплаты» близок. Если вы проявляли к нему безусловную любовь и подавали хороший пример, учили его жизни своим личным примером и передавали христианские принципы и духовные ценности — значит, вы сделали все возможное, чтобы вырастить из него полноценного члена общества; продолжайте и дальше подавать ему положительный пример и удовлетворять его эмоциональные потребности. Если вы будете терпеливы, настойчивы и тверды, то результаты непременно проявятся в течение четырех-пяти трудных для вас и вашего ребенка лет.

Становясь подростком, ребенок уже не доверяет каждому слову и действию своих родителей. И, несмотря на то что вы будете испытывать к нему чувство безусловной любви, он все равно будет относиться к вашим словам и действиям с известной степенью сомнения. Даже если раньше все шло относительно хорошо, то теперь, когда ваш ребенок достиг магического возраста — 13 лет, — ко многим вещам у него появляется типично подростковое отношение, которое он выражает словами: «Нет! Я не хочу делать этого!»

И здесь важно подходить к ребенку хоть и твердо, нос любовью и терпением. Подросток начинает во всем сомневаться — потому что Создатель дал ему эту способность, чтобы он стал самостоятельной личностью. В течение следующих нескольких лет ему предстоит понять, что означает покинуть родное гнездо, и это будет нелегко!

Однажды вечером я раскрыл газету и увидел в ней фотографию мужчины, рядом с которым был помещен плакат высотой в шесть футов: «Продается энциклопедия — в нескольких томах, неиспользованная. Подросток узнает обо всем!» Конечно, подобный способ продавать книги довольно забавен, но ирония заключается в том, что ваш подросток действительно стремится знать все, в частности, о вас, родителях, да и знает. Вот что важно.

К тому времени, когда ребенок достигает подросткового возраста, он уже знает точно, как и о чем вы думаете. Знает, что вы хотите, чтобы он воспринял дорогие для вас духовные ценности и хорошо учился; знает, что раздражает и что радует вас.

Постарайтесь меньше спорить по поводу уроков

Придираясь к подростку по поводу всего, что он делает, вы тем самым его только злите. И чем раздраженнее он будет, тем вероятнее, что он будет выполнять ваши требования не лучше, а хуже. Наилучший выход из подобной ситуации — установить твердое правило, что в семье все должны относиться друг к другу терпимо, и помочь ребенку придерживаться этого правила.

Например, все уроки должны быть сделаны до того момента, когда пора идти спать. Подросток знает это правило, которое в свое время относилось к его старшему брату, а теперь относится и к нему. Самое плохое, что вы можете сделать — это напоминать ему каждые полчаса, что он должен делать уроки. Результатом этого явится лишь взрыв эмоций и плохо выполненная домашняя работа. Говорить ребенку каждую минуту о том, что он должен что-то сделать, — почти то же самое, что говорить ему, что земля круглая. Он уже знает об этом и начинает просто уставать от постоянных напоминаний. Представьте себе, что вы отмечаете день рождения вашего тринадцатилетнего сына. Все гости столпились вокруг и ждут, когда он задует свои свечи, и тут вы тянете его в сторону. Придерживая его за плечи, вы говорите:

— Сынок, а земля круглая. Я хочу, чтобы ты запомнил это.

— Да, папа, я уже знаю об этом.

После чего он задувает свечи и пытается продолжить праздновать, но вы снова прерываете его и говорите:

— Я знаю, что ты знаешь, сынок, но хочу, чтобы ты просто запомнил этот факт.

— Хорошо, папа, я запомню.

На следующий день вы подходите к сыну и снова говорите ему:

— Сынок, ты в курсе, что земля круглая?

— Да, папа, ты говорил мне об этом вчера.

И на третий день вы снова говорите ему то же самое:

— Сынок, я хочу, чтобы ты знал, что земля круглая. И тут ваш сын взрывается.

— Что за горе, папа, ты мне уже три дня подряд твердишь об этом. Я знаю, что земля круглая. Ты думаешь, я совсем тупой?

Представьте себе теперь, что будет чувствовать ваш сын, если о том, что земля круглая, вы станете говорить ему каждый день, неделю за неделей, месяц за месяцем, год за годом. Довольно скоро он будет просто не в состоянии держать себя в руках. Он станет раздражительным, и это пагубно отразится на нем.

Я расскажу вам, как решается вопрос с уроками в нашей семье. Обычно сразу после ужина, выбрав момент, когда мальчишки находятся в хорошем расположении духа, спрашиваю их насчет уроков примерно так:

— Ну что, ребята, вам что-нибудь задали на завтра? Как правило, они отвечают:

— Да, и предостаточно.

— Отлично, но не забывайте о том времени, когда вам будет пора отправляться спать. Все уроки надо сделать до того, — говорю я спокойно и приветливо.

И больше я им об этом не напоминаю. Если им нужна моя помощь — помогаю, если они о чем-то спрашивают меня — объясняю, где, в какой литературе они могут найти ответ на свой вопрос.

Придерживаясь в отношении уроков подобной системы, вы достигнете двух целей. Не будете раздражать подростков, постоянно напоминая им о несделанных уроках, и приучите их относиться к выполнению домашних заданий с ответственностью.

Если в отношении уроков вы придерживались авторитарных позиций и вдруг станете подходить к этому вопросу более мягко, вряд ли ребенок сразу же начнет относиться к урокам более ответственно. И может случиться так, что вы снимите с себя всякую ответственность за выполнение его домашних заданий, а он еще не поймет, что отвечать за свою работу должен сам. Не делайте этого.

Родители часто совершают грубую ошибку — стоят над своими детьми и наблюдают, как те делают уроки. Постарайтесь избегать этого.

Вначале оценки вашего ребенка могут быть не очень высокими, но будьте тверды и терпеливы. Когда подросток, наконец, поймет, что ответственность за выполнение домашних заданий лежит только на нем, он примет на себя эту ответственность.

Отношение к урокам у подростков, принадлежащих к двум разным группам, речь о которых шла выше (составляющим 25 и 75 процентов), также очень различается. Те, кто принадлежит к «75 процентам», стараются обычно поскорее разделаться с уроками, потому что они, делая их, не испытывают удовольствия. Если вы правильно подходите к ситуации, то такому подростку не будет казаться, что на него давят; он поймет, что вы делаете лишь то, что необходимо, чтобы он справился с уроками. Те, кто входит в «25 процентов», будут, наоборот, стараться выполнять домашние задания со всей ответственностью, без всяких споров.

Возьмем, к примеру, моего сына Дейвида, который относится к «75 процентам». Это смышленый парень, не без способностей, но в возрасте от 12 до 14 лет он получал в школе только средние оценки. Я не давил на него, поскольку знал, что в один прекрасный день он поймет, что за свои оценки отвечать должен только он один. Я знал, что силой заставить его относиться к урокам ответственно невозможно.

Прекрасно понимаю, что родителям трудно принять тот факт, что насильно заставить подростка отвечать за свои действия невозможно. Но это действительно так. Единственный выход — не брать ответственность на себя, а просто быть примером, которому мог бы следовать подросток.

Вернемся к Дейвиду. Подобно большинству детей, составляющих «75 процентов», учился он в основном средне. Однажды сестра спросила его:

— Дейвид, ты решил, в какой колледж будешь поступать?

— Нет еще, — ответил он без видимого интереса.

Чуть позже друг рассказал Дейвиду, что собирается поступать в один известный крупный колледж.

— Ого, вот это да! — сказал Дейвид в ответ. — Какие оценки нужно иметь, чтобы поступить туда?

— Довольно высокие, — ответил его друг.

Дейвид задумался над этим. Через некоторое время он услышал, как его старшие друзья разговаривали о том, кто куда поступал. Дейвид начал понимать, что если он хочет в будущем заниматься тем, что ему нравится, то и поступать он должен туда, куда хочет, а для этого нужно хорошо окончить школу. Это верно! И постепенно он стал учиться все лучше. В результате был принят в колледж, который выбрал сам. Надеюсь, что и все остальное в своей жизни он будет делать достаточно успешно.

Вот пример того, как те, кто относится к «75 процентам», приобретают навык относиться к своим поступкам с ответственностью. То же самое можно сказать и в отношении духовности.

Если мы каждый день будет говорить нашим детям о том, что земля круглая, мы тем самым будем раздражать и злить их все больше и больше. Не нужно давить на них. Только в этом случае мы сможем передать им свои духовные установки. Временами нам кажется, что этого не будет никогда. Но в свое время это непременно случится.

Мы должны удовлетворять эмоциональные потребности наших детей и обогащать их жизнь с духовной точки зрения. И мы должны относиться к их вспышкам терпимо. Как уже говорилось в пятой главе, существенно важно, чтобы подростки как-то выражали свой гнев и учились делать это наиболее позитивными способами.

Неудача — это не беда

То, что подростки знают, как и о чем мы думаем, таит в себе определенную опасность, поскольку им передается наше негативное отношение к миру (как и позитивное тоже).

Например, как вы воспринимаете неудачу, которая постигла вас, вашего супруга, ребенка? Как правило, в современных семьях редко обсуждают неудачи.

Типичная реакция на неудачу очевидна из следующей истории.

Однажды в гости пришла тетя, и мама с гордостью начала рассказывать об оценках Райана:

— У него одна пятерка и две четверки, — сказала она тете Дженис. — Мы так гордимся его успехами.

— Но, мама, у меня также... — Райан не сумел окончить фразы, потому что мама перебила его:

— Райан, принеси еще кофе тете Дженис. Он на кухне. Райан хотел лишь сказать, что его мама не смотрела весь дневник и не заметила, что у него была еще и тройка.

В семье Райана неудачи не обсуждались. Мы светимся от гордости, разговаривая о наших личных или семейных достижениях, но стараемся умалчивать о наших промахах. Когда мы рассказываем своим детям о том времени, когда сами были детьми, мы подробно и с гордостью сообщаем о своих успехах, но как-то никогда не упоминаем об ошибках.

Помните, подростки знают, что мы думаем и чего ожидаем от них. Так почему мы не должны ожидать от них и промахов? Почему мы не ждем от них того, чтобы они учились воспринимать свои неудачи так же естественно, как и свои достижения, принимать их просто как жизненный факт?

Однажды ко мне пришел атлетически сложенный, уверенный в себе мужчина, который привел с собой четырнадцатилетнего сына, выглядевшего очень несчастным, издерганным и угнетенным. По телефону его отец сказал мне, что воспитывает сына один. — Он не пытается добиться чего-нибудь, — сказал мне отец.

При этом было видно, что к себе он относится с уважением. Мальчик стоял рядом с ним, низко опустив голову.

— Проходи и садись, — сказал я ему. — Располагайся поудобнее. Тебе нравится заниматься спортом, Дон?

— Не очень — у меня ни в одном виде спорта не получается хорошо. Какое-то время я играл в футбол, но тоже получалось неважно.

— Да он просто бросил это занятие, — вмешался отец. — Я говорил ему, что он ни в чем никогда не добьется успеха, если не будет иметь терпения.

Я взглянул на отца и сказал:

— Мне бы очень хотелось поговорить с Доном наедине. Вы не подождете его здесь? — я открыл дверь своего кабинета и проводил его в комнату ожидания.

— Скажи мне, Дон, — начал я, вернувшись на свое место, — как вы с отцом управляетесь одни?

— Не очень хорошо, доктор Кэмпбелл. Я, кажется, не могу ничего делать хорошо и правильно, как бы хотелось отцу. Может быть, он не думает об этом постоянно, но он не хочет, чтобы я ошибался. И когда я делаю что-то не так, он взмахивает руками и уходит.

— Расскажи, что тебе доставляет удовольствие? Что тебе вообще нравится — неважно, как к этому относится твой отец. Расскажи о том, что нравится именно тебе.

Какое-то время Дон сидел неподвижно, уставившись в пол. Наконец он поднял полные слез глаза и произнес:

— Мне нравится играть на пианино, но не думаю, чтобы у меня и это получалось хорошо. По крайней мере, отец никогда не тратит свое время на то, чтобы послушать меня. Он хочет, чтобы я играл в футбол, а я его ненавижу. Мне так надоело изо всех сил стараться играть получше только потому, что этого хочет отец, а потом после каждой игры слушать, как он разбирает мои ошибки.

Всхлипывая, Дон продолжал:

— Он умер бы, если бы увидел, что я реву. Он говорит, что мужчина не должен плакать, иначе это не мужчина, а неженка. Выходит, доктор Кэмпбелл, что я и мужчиной называться не могу, потому что много плачу.

— Дон, я знаю, что отец тебя очень любит. Я это говорю уверенно, потому что он не привел бы тебя ко мне, если бы не заботился о тебе по-настоящему. А сейчас я также хотел бы поговорить с ним наедине. Затем мы соберемся все вместе и попробуем спланировать ваше будущее, чтобы оно было счастливым как для тебя, так и для твоего отца.

— Не знаю, доктор Кэмпбелл. Лучше всего вам не говорить отцу, что он в чем-то не прав. Он ненавидит проигрывать — и ненавидит делать ошибки.

Печальной стороной этого дела оказалось то, что отец Дона проигрывал в главном деле своей жизни — в деле отцовства.

Прошло достаточно времени, но, в конце концов, этот одинокий отец начал сознавать, что он делал.

— Я так сильно люблю этого мальчишку, доктор Кэмпбелл, что совершенно не могу относиться равнодушно к его промахам, — сказал он мне тогда. — Я просто не хочу, чтобы ему пришлось испытывать боль и обиду.

— Но вы сами видите, Дейв, — ответил я, — что, если вы будете принимать ошибки Дона как нечто естественное и позволите ему относиться к ним точно так же, вскоре он поймет, что в жизни бывают не только победы. И, главное, не будет чувствовать себя виноватым, если сделает что-нибудь не так. В конце концов, и вы бываете не только победителем, но и побежденным. При таком подходе Дон начнет больше уважать себя и станет смелее относиться к жизни, и его отношение к ней можно будет выразить так: «Я не могу стоять и смотреть, как жизнь проходит мимо меня». Это даст ему определенную перспективу в жизни.

Я консультировал их в течение нескольких недель, и к концу этого срока депрессия Дона постепенно пошла на убыль, а отец понемногу стал иначе относиться к его ошибкам и промахам. И, кроме того, оба они взглянули на свою ситуацию с некоторым юмором.

В данном случае отец не старался помочь сыну стать цельной личностью. Он, возможно, и пытался удовлетворить физические, интеллектуальные и духовные потребности своего сына, но истощал запас его эмоциональных сил. Как мог Дон, который столько терпел от своего отца, захотеть перенять его духовные или иные моральные ценности?

Не так давно я читал об одном известном спортсмене, который вдруг почувствовал, что он неудачник. Можете вы представить себе, чтобы кто-то, добившийся столь огромного успеха, ощутил себя неудачником?

По-видимому, когда ему было лет девять-десять, его отец, вместо того чтобы хвалить его за успехи, говорил: «Если ты всего лишь...»

И когда мальчик превратился в мужчину, независимо от того, что и как он делал, к нему возвращалось чрезмерно критическое отношение к себе, взращенное его отцом.

Наш небесный Отец принимает нас такими, какие мы есть, со всеми нашими промахами, никогда не говоря нам: «Сын, если бы ты мог...» Точно так же мы должны относиться и к нашим детям. Они знают, что мы хотим, чтобы они побеждали, но они должны знать также и о нашем желании видеть их счастливыми, независимо от успехов. Они никогда не будут по-настоящему радоваться победе, если сначала не переживут несколько поражений.

Современных подростков сегодня окружает неисчислимое множество соблазнов. Устоять перед ними они смогут лишь в том случае, если будут верить в себя. Если мы ежедневно и ежечасно будем удовлетворять их эмоциональные потребности, это даст им хороший старт. Мы не должны, как тот отец, который без конца сообщал своему сыну, что земля круглая, каждый день повторять своим детям, что они не могут того и не могут этого. Нужно просто установить какие-то основополагающие правила и с любовью направлять их, действуя в согласии.

Важность вопросов и сомнений

Общаться с подростком открыто и честно — вот один из лучших способов помочь ему не выходить за рамки установленных вами правил. Подростки, как правило, хотят говорить со своими родителями обо всем, что их волнует; они только не знают, с чего начать. Иногда ребенку хочется поговорить об отношениях между полами, о вере, о вопросах, касающихся семьи. Но он предпочитает, чтобы вы начали разговор первыми, только не знает, как дать вам знать об этом.

К сожалению, большей части родителей-христиан достаточно трудно беседовать на эти темы со своими подростками. Если у вас такая же проблема, вернитесь ко второй главе этой книги и задайте себе вопрос: а понимаете ли вы вообще друг друга? Когда вы осознаете, кто вы есть на самом деле и почему должны поступать именно так, как подсказывают ваши чувства, вам будет намного легче разговаривать со своим ребенком.

Лично я обнаружил, что наиболее удобно вести разговоры в машине. Каждый раз, когда вся наша семья выезжает на выходные, я веду со своими ребятами интереснейшие беседы и дискуссии.

Я сижу за рулем, не говоря ничего. Ребенку хочется о чем-то поговорить, но нелегко начать. Стоит тишина — особенно, если молчат и родители. Но скоро он все-таки начинает разговор. Если вы достаточно терпеливы и ограничиваетесь лишь ответами на вопросы, не затевая «проповеди», очень скоро вы поймете истинные причины, затеянного разговора. Во время этих бесед вы можете говорить на самые разные темы, начиная с того, почему младенцы плачут в два часа ночи и кончая разговорами о подружке и обсуждением вопросов духовной жизни. Выходные и отпуск — это прекрасное время для того, чтобы поговорить обо всем, что волнует вашего подростка.

Он знает, что вам хочется, чтобы он принял вашу веру, но ему делается не по себе при мысли о тех ограничениях, которые накладывает Бог. Ему необходимо видеть в Боге Того, Кто дает освобождение, знать о Его снисходительности и любви, любви, не ставящей нам никаких условий. Если вы расскажете своему ребенку лишь о том, что Бог управляет и наказывает, и станете надеяться, что он поверит в Него точно так же, как и вы, ваши шансы будут невелики. Подростку необходимо знать, что он может свободно задавать вопросы и сомневаться, а также самостоятельно искать ответы на вопросы, касающиеся проблем духовности.

Подросток — удивительное существо. Это трудный период, и чтобы пережить эти несколько беспокойных лет, он нуждается в вашей безусловной любви и поддержке.

Когда он смотрит в зеркало, ему редко нравится тот, кого он там видит. А видит он кого-то слишком низкорослого, или слишком худого, или с плохим цветом лица и со скобкой на зубах. Прибавьте к этому данное Господом желание задавать вопросы — как своим родителям, так и еще кому-нибудь, обладающему достаточным авторитетом, — и вы получите интересную личность. Это человек, которому очень необходима любовь и внимание его родителей, но он не будет требовать от них этого. Это человек, который любит, чтобы перед сном мама подоткнула ему одеяло, но он отчаянно защищает право уединиться в своей комнате. Это человек, который отвергнет предложение отца помочь ему заполнить бланк для поступления в колледж, но поздно вечером, когда выключат свет, тихонько проберется в комнату родителей и робко спросит: «Пап, на минутку? Я хочу спросить у тебя пару вещей».

Один очень мудрый министр принял предложение выступить с речью перед учащимися и учителями учебных заведений, где он сказал следующее: «Мне по-настоящему нравятся подростки. Среди тех, кого я знаю, есть просто замечательные личности. Стоя здесь перед вами, я не хочу говорить о том, что мир существует не только для того, чтобы брать у него; что все трудности, в общем-то, преодолимы; что жизнь будет такой, какой вы ее сделаете сами. Вы уже все это знаете. Я просто хочу сказать, что верю в вас. Конечно, вы сделаете много ошибок, но я также знаю, что вы примете и правильные решения.

Кто-то из вас может стать премьер-министром. Кто-то — крупным бизнесменом. Но самое важное, чего я желал бы каждому из вас — это быть счастливым, оставаясь при этом самим собой. И я молюсь Богу, чтобы это стало вашим лучшим достижением в жизни».

Чтобы помочь подростку справиться с «превратностями» своего трудного возраста, требуется много времени и терпения. У нас с Пэт два подростка, один пока дома, другой уже учится в колледже. Я считаю их замечательными людьми, хотя, могу добавить, во многом сомневающимися.

Мы не должны относиться к подросткам, как к маленьким детям. Они знают нас и жизнь намного лучше, чем мы себе представляем. Тем не менее они все еще учатся жизни и ищут свои пути. Не таясь, отвечайте на их вопросы. Прислушивайтесь к ним и с уважением относитесь к их мнению. И если вы не знаете всего или сомневаетесь, просто скажите: «Давай попробуем найти ответ вместе».

Пусть ваш ребенок задает вопросы, сомневается и ищет ответы. Это необходимо ему, чтобы стать более независимым. Ведь через несколько лет он сам станет родителем. Если вы позволите ему быть самим собой, позволите идти путем, указанным Богом, то в будущем он, безусловно, добьется успехов в воспитании собственных детей.

9. Вред негативизма

[Вы] оставили важнейшее в законе: суд, милость и веру; сие надлежало делать, и того не оставлять. Вожди слепые, оцеживающие комара, а верблюда поглощающие!

(Мф. 23:23,24).

Христианин с негативным подходом к жизни. В этих словах звучит явное противоречие, не правда ли? Разве христианство — это не мир, радость и любовь? Да, но все чаще родители-христиане, стараясь передать детям свои духовные ценности, используют негативный подход и тем самым приносят им больше вреда, чем пользы. У молодых христианских лидеров те же проблемы. Зачастую они, совершенно ненамеренно, пытаются заставить молодых людей, находящихся у них на попечении, принять христианский образ жизни, вместо того чтобы вести их к нему. Прекрасный пример — молодой священник Стив.

Это приятный молодой человек, пришедший в церковь прямо из богословского колледжа и сразу занявший место священника. Он относится к «25 процентам». Этим людям особенно трудно развивать в себе качества, необходимые лидеру. Можете себе представить, какие проблемы возникли у Стива, когда ему поручили руководить группой подростков, что достаточно трудно даже для прирожденных лидеров — тех, кто входит в «75 процентов»! Одна из первых стычек Стива с молодежной группой является хорошей иллюстрацией. Как-то Стив пригласил подростков к себе домой. Когда они вышли из дома во внутренний дворик, он нечаянно услышал, как несколько ребят сплетничают о новом члене их группы.

— Росс, они говорили какие-то нехорошие вещи об этой новой девушке, — рассказывал позже Стив. — Я очень разозлился, вернулся в дом, схватил Библию, вознамерившись прочесть им длинную лекцию. Я был полон решимости преподнести им наставление о том, что надо любить и уважать других.

— Ну и как они реагировали на это? — спросил я. — Поклялись, что больше никогда не будут сплетничать, и поблагодарили тебя за совет?

Я догадывался, каким будет ответ Стива. Конечно, нет. Для этих ребят было естественным отвергать всякого рода авторитеты просто потому, что они подростки. Вечер был испорчен, оставшуюся его часть все молчали — типично подростковая реакция.

Почему молчали те, которые относятся к «25 процентам»? Вы думаете, они разозлились? Да — в какой-то мере. Но в первую очередь потому, что понимали свою неправоту и чувствовали себя виноватыми в том, что огорчили своего лидера.

Ну, а что «75 процентов»? Их реакция была такой же, но, как вы думаете, испытывали ли они чувство вины? Конечно, нет. Они так разозлились, что были не в состоянии взглянуть правде в глаза. Напористость и нервность «поучения» Стива «подсказали» им, как поступить в ответ на такой сверхнравственный, но, увы, авторитарный подход.

Все было бы иначе, если бы Стиву были известны некоторые особенности подросткового возраста. Ему не мешало бы знать, почему все подростки реагируют по существу одинаково и что они инстинктивно чувствуют себя обиженными, хотя и по разным причинам.

Резкое обращение с подростками и детьми нисколько не улучшит ситуацию. Мы должны учиться вести себя с ребятами решительно, но доброжелательно и твердо, то есть позитивно. Это правило применимо к любой возрастной группе, но в тысячу раз важнее соблюдать его в общении с ребятами от 13 до 15 лет. Вот почему важно научиться справляться с собственными детьми, пока они еще не достигли этого возраста, чтобы потом, когда им будет 13, знать, что делать.

Этот молодой священник допустил ошибку, резко обрушившись на подростков. Очевидно, что такое поведение не могло быть встречено ими с радостью. Однако Стив — человек восприимчивый; он сразу почувствовал, что поступил неправильно.

— Как нужно было поступить, Росс?

— Тебе не нужно было вести себя так резко и негативно. Они и так уже поняли, что не должны были сплетничать. Сколько раз они слышали об этом прежде? Повторять «не сплетничайте» — все равно, что повторять «земля круглая». Каждый подросток знает, что земля круглая, но если беспрестанно говорить ему это, то можно преуспеть лишь в одном — разозлить его.

То же самое касается и сплетен. Сказав им в очередной раз «не сплетничайте», ты лишь разозлил их, а у некоторых оставил ощущение вины.

Ты застал их за этим неблаговидным занятием, фактически «застукал», и им не оставалось ничего другого, как ждать, что ты им скажешь. Твоя негативная реакция просто разозлила их. И в результате проиграл ты.

А сказать тебе следовало ну хотя бы: «Кто-нибудь хочет горчицы на свой хот-дог?» Иначе говоря, в тот момент ты не должен был обращать внимания на их слова.

Ребята знали, что их лидер огорчился. Они видели это по его лицу. И ему следовало повести себя мягко. Мягкость не означает «слабость». Мягко значит лишь «сдерживая свои силы» или «держа их про запас». Христос был всемогущ, но Он всегда сдерживал Свою силу.

Именно так следует общаться с подростками. На нашей стороне сила (и они это знают), но мы не должны использовать ее. Как видите, пуская ее в дело, мы ничего не приобретаем, так как больше не остается причин, чтобы уважать нас. Стив воспользовался своей силой, и подростки потеряли к нему свое уважение. Если бы он этого не сделал, а повел себя доброжелательно, все вышло бы иначе. Он мог бы сыграть свою роль, как бы говоря им: «Я знаю, что выделаете; я знаю также, что вы знаете, что я это знаю. Еще я знаю, что вы прекрасно все понимаете, и поэтому я полагаюсь на то, что вы сами подумаете, хорошо ли вы себя вели».

Сила — это не ответ

Как вы видите, противоположным пассивно-агрессивному поведению является ответственное поведение, умение отвечать за свои поступки. Не следует ждать от подростка, что со временем его поведение станет другим, разумным и ответственным, если вы не даете ему возможности научиться этому.

Каждый раз, когда вы повышаете на ребенка голос, кричите на него, читаете нотацию или используете иную негативную форму поведения, он понимает, что всю ответственность за его плохое поведение вы берете на себя. Да это и в самом деле так — вы просто не даете ребенку возможности самому отвечать за свои поступки.

Именно так и повел себя Стив. Он «проповедовал» христианство членам молодежной группы весьма негативным образом — выговаривая им за сплетни. Он пытался заставить их думать по-своему, таким образом в каком-то смысле оправдывал их поведение в их собственных глазах.

Мы не должны навязывать ребенку свои ценности, особенно, если он находится в подростковом возрасте. Только безусловная любовь и стремление к развитию его личности удержат его от беспричинного раздражения, и только в этом случае, став взрослым, он сам захочет перенять ваши ценности. Ответственность за его выбор — следовать ли вашим духовным установкам или нет — будет лежать на нем самом. Мы не должны принуждать его к этому решению.

Главная тема обсуждений, проводимых «специалистами» в области воспитания детей, — это родительская власть. Я не говорю о том, что родители не должны руководить и устанавливать свои правила. Я говорю лишь о том, что родители должны контролировать поведение ребенка на основе любви и понимания.

Заполняйте эмоциональный вакуум ребенка. Присматривайтесь к его интеллектуальным потребностям. Помогите ему позаботиться об удовлетворении физических нужд. Если вы будете делать все это, то, благодаря вашему примеру и руководству, будут удовлетворяться и его духовные потребности. Тогда не будет необходимости в демонстрации вашей силы и власти.

Не так давно я слушал выступление одного выдающегося христианского «деятеля» о возвращении наших детей в лоно церкви.

— Когда моей дочери было пять лет, — начал он, — она не желала идти в воскресную школу в каком-то определенном платье. Так что, вы думаете, я сделал? Я натянул на нее это платье и заставил пойти в нем. Потом, — продолжал он, — когда ей исполнилось 14 лет, и она решила, что ей незачем больше ходить в воскресную школу и церковь, вы думаете, как я справился с этим? По существу я использовал тот же самый принцип. Силой усадил ее в машину и таким образом заставил отправиться в церковь!

Я не верил своим ушам. Только представьте себе, насколько разгневана была эта девочка. Очевидно, ее чувства и желания никогда и никем не брались в расчет; важны были лишь желания ее отца, который хотел, чтобы она ходила в церковь и воскресную школу.

Не поступайте так со своим ребенком. Не «загоняйте» его в христианство. У вас просто ничего не выйдет. Никого нельзя пинками и криками втащить в Царство Божье. Если вы прислушиваетесь к желаниям и потребностям вашего ребенка и ведете действительно христианскую жизнь, то ребенок, скорее всего, сам последует вашему примеру.

Недавно мне пришлось разговаривать с восемнадцатилетней Терри, родители которой три года назад стали христианами. И вот что я услышал:

«У меня и в мыслях не было, что это может обернуться плохо, доктор Кэмпбелл, — сказала она. — Мне всегда нравилось ходить в церковь и воскресную школу, поэтому никаких коренных изменений в мою жизнь это не внесло. Но жизнь всей семьи изменилась фундаментально. Мы больше не смотрели телевизор, не ходили в кино, не слушали рок-музыку. Нам с сестрой даже запретили носить голубые джинсы.

Лично я не была особенно против всего этого. Делать так, как говорят мама и папа, намного легче, чем спорить с ними. Но моя сестра Линн относилась к нововведениям по-другому. Она совершенно не приняла их. Мысль о том, что приходится отказываться от ленточек и любимых джинсов, была ей ненавистна. И когда мама с папой начали ходить в церковь, это было просто ужасно для нее. Она восстала по-настоящему. Помню, как один раз двоюродная сестра предложила нам пройтись по магазинам. Когда мы отъехали настолько далеко, что домашние не могли нас больше видеть, Линн прямо в машине скинула с себя юбку, блузку и надела свои любимые джинсы и рубашку. Я чуть не упала в обморок.

Но постепенно мама и папа сами охладели к своим запретам, и наша жизнь стала возвращаться в норму. Я была рада, что все встало на свои места. Не думаю, что Линн могла бы долго такое выдержать. Оглядываясь на прошлое, понимаю, насколько узкими рамками нас ограничивали — словно шорами, вы ведь знаете, эти штуки надевали на лошадей, чтобы они не видели ничего, кроме середины дороги?

Когда я поступила в колледж и увидела, как живут другие люди, я осознала, насколько ограниченным был мой взгляд на жизнь. Я беспокоилась, что Линн будет нелегко оставить дом, что она станет дичиться и бояться. И поэтому, приехав домой на рождественские каникулы, я с радостью увидела, что мама и папа сняли свои запреты. Думаю, это лучшее, что они могли сделать для Линн».

Терри — рассудительная молодая особа. Она поняла, что происходило с ее сестрой, и осознала, что требования родителей привели ее сестру к опасному состоянию.

Родители Терри и Линн стали христианами в то время, когда их дочери находились в переходном — то есть решающем для себя — возрасте. Для подростков очень важно стабильное положение дел в семье. В данном же случае родители Терри и Линн круто изменили жизнь своих детей. К счастью, вскоре они поняли, как отрицательно подействовали эти нововведения на дочерей, и отказались от наиболее жестких из них.

Когда Терри рассказывала о своих родителях, мне вспомнился фильм «Свободный». Не знаю, видели вы его когда-нибудь или нет, но в нем дан яркий пример того, что происходит, когда подросткам навязывают иной, ограниченный жесткими рамками образ жизни. Фильм изобилует жаргонными словечками, но это необходимо для того, чтобы показать, что делает подросток, если его заключают в слишком узкие рамки. Подросток восстает, и именно это сделали герои фильма.

Им не позволяли слушать никакой другой музыки, кроме классической. Не разрешали танцевать. Им даже не позволяли читать книги без разрешения церковного комитета. Эта история выдумана, но в ней ясно показан пример пассивно-агрессивного поведения и гнева подростков.

Для подростка совершенно естественно сомневаться в вас и ваших действиях. Если вы только ограничиваете его и заставляете беспрекословно выполнять свои указания, вы его потеряете. Годы переходного возраста ребенка — серьезное испытание для родителей, но если ваше поведение будет основано на любви и духовности, вы сможете пережить этот период безболезненно.

Сила любви

Когда мы с Пэт жили в Калифорнии, я встретил там одного человека, который сказал мне, что они с женой — агностики. Они не верили в то, что кто-то может знать о Боге и Его великой любви. Да они не верили и в саму любовь. Этот человек объяснял мне, что любовь между мужчиной и женщиной является не больше, чем физическим влечением. Он определил родительскую любовь как естественный способ обеспечить продолжение рода.

Когда у этой пары родился первый ребенок, они решили, что, если он захочет стать христианином или приверженцем иных духовных убеждений, они позволят ему сделать собственный выбор. Они поклялись, что не будут вмешиваться. При этом они негативно относились к христианству. Я с сожалением думал о них и их сыне.

Однажды, когда их ребенок был еще младенцем, мы с Чарлзом разговорились.

— Знаешь, Росс, — сказал он, — мы с Мэг были убеждены, что никакой любви не существует, но когда у нас появился этот ребенок, мы испытали сильнейшие чувства. И их совершенно невозможно описать.

Я не мог поверить своим ушам. Раньше я разговаривал с ним о том, что Бог любит всех людей, о любви людей друг к другу, но он даже слышать об этом не хотел. Они с женой были самыми необычными людьми, которых я когда-либо встречал.

Несколько месяцев спустя мы случайно встретились, и Чарлз поделился со мной своим открытием.

— Росс, ты помнишь, я говорил тебе о чувствах, которые мы испытывали, когда у нас появился ребенок, и о том, что мы не понимали, что это такое? Теперь-то я знаю, что это — любовь:

Дальше он рассказал мне, как они с Мэг почувствовали, что их жизнь пуста, как присоединились к группе, представлявшей собой открывшуюся по соседству церковь.

— Много лет мы вели себя как глупцы, — признался он. — Наши родители, хоть и не ходили в церковь регулярно, но, по крайней мере, не отрицали Бога.

— А как насчет духовной жизни вашего сына, Чарлз? — спросил я. — Вы позволите ему сделать свой собственный выбор?

— Да, мы не хотим ни к чему принуждать его. Надеюсь, он увидит, как мы с Мэг относимся к вере, и последует нашему примеру. Мы же не хотим, чтобы его жизнь была такой же пустой, как и наша в течение последних нескольких лет.

Родители, которые придерживаются позиций невмешательства, могут нанести своим детям такой же вред, как и те, которые навязывают им свои убеждения. Для молодых людей опасно оставаться полностью лишенными духовного руководства. В Евангелии от Луки (Лк. 6:49) рассказывается, что происходит, если дети не получают от нас безусловной любви, любви без всяких условий, если они не видят нашей веры: «А слушающий и не исполняющий подобен человеку, построившему дом на земле без основания, который, когда наперла на него вода, тотчас обрушился; и разрушение дома сего было великое».

Когда ребенок мал, давать ему знания о Боге очень легко. Он доверяет вам, у него есть желание учиться. Но когда дети достигают подросткового возраста, у них появляется естественное недоверчивое отношение ко всему. Духовность — то, в чем они сомневаются больше всего, потому что молодежь хочет слышать о любящем и прощающем Боге.

Вы только подумайте! В этих удивительных подростков Бог вложил желание относиться с сомнением к любым авторитетам. Так как же это желание может быть плохим? Если вы подавляете естественные потребности подростков, которые составляют «75 процентов», и внушаете им лишь то, что разгневанный Бог может наказать их в любой момент, это лишит их всякой уверенности. Если то же самое вы скажете подростку, принадлежащему к «25 процентам», вы только напугаете его, он начнет испытывать чувство вины, а при сильном воздействии подобные слова могут даже серьезно навредить его психике. Детям и подросткам необходимо знать не только о строгом и справедливом Боге, но и о Боге любящем и прощающем.

Не пугайте ребенка судным днем

Нам следует воздерживаться также и от фарисейского отношения к нашим детям, и особенно к подросткам. Фарисеи были неплохими людьми — образованными и искренними. Но в то же время они были настолько убеждены в правильности своих взглядов и своего личного опыта, что не могли принять даже самого Спасителя.

Родители привыкают выступать в роли самых авторитетных лиц в жизни ребенка, поэтому на его сомнения они реагируют чересчур негативно: «Как ты можешь беспокоить свою маму подобными вопросами?» (Представьте теперь, что будет, если это сказать подростку, составляющему группу «25 процентов».) Такие родители начинают исповедовать веру в адский огонь и осуждение на вечные муки: «Эта музыка звучит прямо из ада, и если ты слушаешь ее...» Они грозят судным днем: «Если ты не сделаешь так, как я говорю, Бог накажет тебя!»

В некоторых наиболее серьезных случаях, с которыми мне приходилось встречаться, подростки находились под страхом «Божьего наказания». Родители, которые искренне заботятся о духовной жизни своих детей, но по ошибке используют негативные подходы, могут стать (и становились) причиной серьезных эмоциональных проблем своих детей.

Установка «Ты будешь выполнять приказания Бога или умрешь и попадешь в ад» на разных подростков оказывает разное воздействие. У «75 процентов» подобное указание вызовет гнев и раздражение, и они, как только представится возможность, станут делать абсолютно противоположное.

«25 процентов», наоборот, испугаются до смерти и будут испытывать сильное чувство вины. Находясь под постоянным воздействием христианского негативизма, они будут очень мучиться. Вместо того чтобы стремиться узнать любовь Бога, они, по всей вероятности, будут жить в постоянной тревоге и страхе. И уважать себя они станут еще меньше.

Шестнадцатилетнего Брайана Старкса привели ко мне его родители. Я сразу же отметил, что юноша стоял рядом со своей матерью почти вплотную. Он казался очень обеспокоенным. Родители Брайана были необычайно строги. От Брайана и его четырнадцатилетнего брата Бреди они требовали обязательного посещения каждого церковного собрания.

Когда я начал регулярно консультировать эту семью, то понял, что Бреди принадлежит к крайнему варианту «75 процентов». Я видел, что он посещал церковь, как требовали того родители, но мне было интересно знать, догадываются ли сами Старксы, что ожидает их, когда Бреди станет постарше.

Постепенно Брайан разговорился и рассказал мне свою историю: «Знаете, доктор Кэмпбелл, я всегда ревновал к Бреди. Мне кажется, он способен делать все. Во-первых, он умный. Во-вторых, умеет играть на трубе, и еще он отличный бегун. Подозреваю, что из-за этого и начались неприятности.

За пару недель до начала крупных соревнований по легкой атлетике Бреди начал поддразнивать меня. Я терпеть не могу, когда он хвастает, что может то да се. Он прекрасно знает, что я — плохой спортсмен. Как бы то ни было, дразниться он не перестал. Наконец я сказал ему: „Заткнись!“ и прикрыл уши руками, чтобы не слышать его слов. Затем я стал молиться, чтобы Бреди повредил себе что-нибудь, не сильно, но достаточно для того, чтобы не участвовать в соревнованиях.

А два дня спустя он шел со своими друзьями, они баловались, произошла автомобильная авария, и Бреди сломал ногу. Я чувствовал себя ужасно. И знал, что Бог накажет меня — ведь это я виноват в том, что Бреди сломал ногу. Я это понял сразу, как только увидел, что в дверях моей спальни стоит Ужасный Жнец. Честное слово, он появлялся каждую ночь. Я думал, что это Бог посылает его, чтобы он забрал меня из-за такого моего отношения к Бреди. Это было ужасно».

Вследствие того что в семье Брайана царило отношение «Бог накажет тебя, если ты не...», у него был тяжелый эмоциональный срыв. Чтобы помочь ему, понадобится какое-то время, но я надеюсь на лучшее. Меня всегда огорчали пациенты вроде Брайана. Он умный мальчик. У него, как и у его брата, музыкальный талант, но оттого что он относится к «25 процентам», он очень невысоко ценит себя. А за неправильное отношение к христианской вере ему пришлось заплатить дорогую цену.

В поисках золотой середины

В отношениях с детьми очень легко перегнуть палку — вести себя или слишком строго, или слишком много позволять им. Это мне известно. Иногда я думаю, как было бы здорово, если бы всегда, когда мои дети хотят что-то сделать, можно было просто сказать «нет». Не о чем было бы волноваться. По крайней мере, тогда я бы знал, где они проводят все свое время.

Но все мы — родители, у которых есть подростки — знаем, что это невозможно. Да по-настоящему и не хотим этого. Наиболее подходящий путь — это тот, по которому мы идем вместе со своими детьми. Только если мы будем удовлетворять их потребности, хорошо знать свойства личности каждого ребенка, только тогда наше общение с ними станет важным и необходимым для них и принесет какой-то результат.

Я советовал Стиву, молодому священнику, советую и вам: как только возникает соблазн отругать подростков за что-нибудь, охладите свой пыл и смените тему разговора. Не списывайте все неровности в ваших отношениях на их негативное поведение. Беда в том, что негативно ведете себя вы, негативными являются ваша реакция и ваши действия. Расслабьтесь, дорогие родители, радуйтесь своим драгоценным подросткам независимо оттого, как они себя ведут, позитивно или негативно. Пройдет совсем немного времени, и ваш молодой человек однажды скажет: «Давай сначала съездим в церковь, а уж потом приготовим ланч?»

10. Если ребенок нездоров

И Царь скажет им в ответ: «истинно говорю вам: так как вы сделали это одному из сих братьев Моих меньших, то сделали Мне»

(Мф. 25:40).

Джеймс был благополучным ребенком. От рождения и до того, как ему исполнилось семь лет, у него не было замечено никаких отклонений. Он стал ходить в свое время и говорить начал тогда, когда полагалось. Легко все усваивал. Для стороннего наблюдателя и для учителей он был обычным средним ребенком.

Никто не осознавал, что он заучивал наизусть все, что проходили в школе. Но мама Джеймса оказалась очень внимательной. Она знала, что с ее ребенком что-то не так. Однако рядом с ней не было никого, кто бы прислушался к ней и объяснил, что это значит.

Кто-то скажет: «Мальчишки всегда мальчишки».

И все-таки она чувствовала, что что-то не так. Когда Джеймсу было около восьми лет, с ним стало трудно справляться. Он часто обвинял свою мать в том, что на самом деле она не любит его, постоянно спорил с ней. Она же, в свою очередь, общаясь с сыном, никогда не испытывала покоя, чувства прочной, неразрывной связи с ним.

Вскоре у него начались проблемы с учебой. Когда на уроках изложение каких-то конкретных моментов сменилось работой с абстрактными понятиями, он стал отставать от других детей. Казалось, что Джеймс просто не может понять материала. Он по-прежнему старался все заучить наизусть. В результате стал получать низкие оценки.

Не отчаиваясь, он тратил на школьные занятия все больше и больше энергии, поскольку все-таки был хорошим мальчиком и хотел учиться лучше. И в течение месяца-двух у него это получалось. Но затем силы его истощились, и оценки снова стали ниже. Джеймс запаниковал и впал в депрессию.

Ему все труднее было сконцентрироваться. Он не мог запомнить простых вещей. Плохо вел себя в школе и дома. У него даже начались внезапные непроизвольные сокращения мышц, но он так тщательно скрывал это, что никто о них не знал. Например, специально отрастил себе волосы подлиннее, чтобы они падали ему на глаза, и тогда, словно бы для того, чтобы откинуть волосы, он взмахивал головой, а на самом деле это делалось для того, чтобы скрыть нервное подергивание. При ходьбе он шаркал ногами и щелкал каблуками.

Когда Джеймсу исполнилось девять, он уже серьезно отставал от своих сверстников. Его поведение совсем испортилось; он вел себя вызывающе, и управлять им стало еще труднее. Он стал очень вспыльчивым. Тогда-то родители и привели его ко мне на консультацию.

Проведя небольшое обследование, я понял, что передо мной ребенок, впавший в глубокую депрессию и имеющий чрезвычайно низкий уровень самоуважения. Он относился к себе очень критически, и потому ему казалось, что о нем никто не заботится и никто не любит его.

Его переполнял гнев, и он выплескивал его на тех, кто, на его взгляд, представлял собой некий авторитет. Его поведение носило явный пассивно-агрессивный характер: он плохо вел себя как с наиболее авторитетными для него людьми — родителями, так и с более низкими, на его взгляд, авторитетами — школьными учителями.

Отметки Джеймса были низкими по нескольким причинам. Во-первых, у него были проблемы с восприятием. Иными словами, информация, поступающая в мозг, представлялась его сознанию в искаженном виде. Поэтому он только запутывался. Во-вторых, он был в депрессии, а это и создавало, и усиливало проблемы в учебе, поскольку человеку, находящемуся в угнетенном состоянии, очень трудно сосредоточиться. В-третьих, ему мешало его пассивно-агрессивное поведение. Он мстил взрослым и нарочно, хотя и неосознанно (то есть не отдавая себе в этом отчета), вел себя плохо. Мстил тем, кого считал главными авторитетами в своей жизни — учителям и родителям.

Этот красивый мальчик был совершенно несчастен. Трудности, связанные с учебой, усложнили всю его жизнь.

Его неприязненное отношение к взрослым совершенно не поддавалось управлению. Уже в таком раннем возрасте он был против всего, за что стояли его родители, включая духовность. Он ненавидел ходить в церковь. Терпеть не мог учителей воскресной школы. Поссорился со всем классом этой школы.

Для начала надо было вывести Джеймса из депрессии. Мы объяснили его родителям, что справиться с его вспышками гнева они могут, поощряя его, чтобы он не держал раздражение внутри себя, а выплескивал его. Иначе оно будет действовать разрушающе на него самого. Следующим шагом было оказание ему необходимой терапевтической помощи.

После четырех-пяти месяцев лечения дела Джеймса пошли намного лучше. Его поведение улучшилось, и впервые за всю жизнь он почувствовал себя любимым и любящим ребенком. Его родители по-настоящему проявили свою любовь к нему, и он принял ее.

Впервые он позволил им это, потому что сейчас их любовь была ему приятна. Он поверил, что родители по-настоящему привязаны к нему и любят его, так как наконец стал испытывать к самому себе позитивное чувство уважения. В своих собственных глазах он стал намного лучше.

В программу лечения мы включили и образовательную часть с тем, чтобы помочь Джеймсу избавиться от сугубо отрицательного, пассивно-агрессивного отношения к учебе, которое было так развито в нем. Это сняло с его родителей ответственность за его школьные успехи. Им больше не было необходимости выступать в роли домашних учителей. Вначале врач, которая занялась этой проблемой, установила с Джеймсом хорошие личные отношения. Затем она выработала у него и позитивное отношение к учебе. Она вступила в контакт с его школьными учителями и стала заниматься с Джеймсом по специальной программе. Она объясняла учителям, как сделать так, чтобы у него сохранялось позитивное отношение к самому себе и к учебе.

Поскольку Джеймс стал вести себя наименее пассивно-агрессивно и лучше относиться к взрослым, его раздражение убывало, и он выходил из состояния угнетения. Теперь он впервые мог учиться и воспринимать духовные установки взрослых.

Джеймсу повезло. Его мать оказалась настоящей христианкой, способной воспринять дела сына как проблему. Она не ограничилась ответом: «Мальчишки всегда мальчишки». И когда суть проблемы была, наконец, выявлена, они с мужем искренне сконцентрировали свои усилия на том, чтобы разрешить саму проблему. Благодаря своему терпению и поистине христианскому поведению, они научились помогать своему сыну становиться образованным, с широким кругом интересов взрослым человеком, который сам захочет принять и усвоить духовные ценности своих родителей.

Какие бывают отклонения

У детей, имеющих трудности с восприятием или какие-либо хронические заболевания, точно такие же проблемы, как у обычных здоровых детей. Беда заключается в том, что, кроме повседневных проблем, с которыми сталкивается каждый ребенок, они должны справляться и с проблемами, которые создают их отклонения.

Дети, у которых наблюдаются отклонения, чаще всего очень отрицательно относятся ко многим вещам, включая духовность. Они склонны к правонарушениям, и дело может дойти даже до уголовных преступлений. Недавние исследования показали, что молодые люди с отклонениями в области восприятия особенно часто совершают преступления. Среди осужденных за различные преступления таких ребят в 2,2 раза больше, чем здоровых сверстников. Дети с отклонениями, как правило, пребывают в угнетенном состоянии. Депрессия — это то, чего мы меньше всего желаем нашим детям и подросткам. Чем сильнее угнетен ребенок, тем больше он сердится и раздражается. Депрессия приводит к гневу. А поведение раздраженных детей, как правило, носит пассивно-агрессивный характер.

Если ребенок в силу своих отклонений угнетен и настроен пассивно-агрессивно, вдобавок ведет себя негативно по другим, внешним причинам, то его депрессия будет вдвойне глубока, а поведение — особенно пассивно-агрессивным.

Прежде чем обращать таких детей на путь духовности, нужно помочь им справиться с депрессией и гневом. Мы должны понять, что является причиной их проблем, и дать им почувствовать нашу безусловную любовь. Только после этого мы сможем помочь им понять их собственные нужды, необходимость установления личных отношений с Иисусом Христом.

Благодаря современной системе образования выявить учащихся с отклонениями сейчас намного легче. Положение с оказанием помощи таким детям сейчас гораздо лучше, хотя многие до сих пор так и не осознают серьезности этой проблемы. К сожалению, некоторые считают, что дети с подобными отклонениями просто ленивы, упрямы или, откровенно говоря, тупы. Такие люди не понимают, что информация, поступающая через органы чувств в мозг, в сознании детей с отклонениями предстает не в таком виде, как у здоровых детей. Искаженное представление, которое они получают об окружающем мире, обусловлено нарушениями нервной системы, которые, как правило, есть у ребенка с рождения.

Представьте себе, насколько трудно такому ребенку. У него проблемы с учебой, отчего он всегда сердит и постоянно раздражается. Причин его гнева две: во-первых, ребенок сердится оттого, что не может понять материал, и, во-вторых, на него давят родители, которые думают, что он не в состоянии справиться с уроками из-за лени или чего-то еще в этом роде. Поэтому у него возникает чувство, что его никто не любит и не понимает; оно вызывает в нем еще больший гнев и более глубокое депрессивное состояние. Он отстает от своих сверстников и, в конце концов, впадает в состояние крайней угнетенности. К подростковому возрасту его депрессия может превратиться в тяжелую форму поведенческого и эмоционального расстройства.

Решающую роль здесь играет позиция родителей. Чрезвычайно важно, чтобы они удовлетворяли эмоциональные потребности своего ребенка. Но таким детям часто бывает трудно понять даже позитивное отношение. Поэтому им необходимо, чтобы близкие люди особенно явно проявляли свою любовь, чтобы они чаще поддерживали с ними физический контакт и обращали на них больше внимания.

Свою любовь мы выражаем взглядом (визуальное общение), физическим контактом (это невероятно сложный комплекс ощущений) и вниманием (подразумевается зрительное и слуховое восприятие, а также включение мыслительных процессов). Если отклонения касаются какой-то из этих областей, то понимание ребенка будет искажено, и это не только принесет огорчение, но и создаст определенные ограничения в общении.

Разделяя страдание

Страдают не только дети, имеющие отклонения, но и их родители, которые обычно проходят через всю гамму переживаний, прежде чем осознают, что их ребенок не способен справиться с требованиями школьной программы.

Сначала они не признают существования проблемы, что приводит к еще большему расстройству их ребенка. Они водят ребенка по врачам, сами отдаляются от всех, думая, что никто не может понять их боли.

Но затем они начинают испытывать чувство вины. Им кажется, что именно они являются причиной проблем их ребенка. Они сомневаются в том, что воспитывают ребенка правильно и спрашивают сами себя: «В чем мы слишком строги? К чему относимся слишком беспечно?» Все это приводит к тому, что родители начинают сердиться. «Мы, конечно, не виноваты в том, что сложилась такая ситуация. Мы делали все, что было в наших силах. Должно быть, это просто врач не знает сам, что говорит. И соседи, и эти учителя — никто не знает, что происходит!»

Под конец родители начинают обвинять друг друга. Ребенок, видя все это, испытывает страх, и его депрессивное состояние усугубляется.

И тогда родители, которые по-настоящему хотят помочь своему ребенку, обращаются за консультацией к соответствующему врачу. Они узнают, что надежда все еще есть. Узнают, как справиться с проблемой их ребенка и куда и к кому обращаться за помощью. И вскоре они устраняют некоторые причины, способствовавшие развитию раздражительности и депрессии ребенка.

Рик, красивый темноглазый мальчик лет десяти, появился в моем кабинете, идя впереди своей матери.

— Очень надеюсь, что вы сможете понять, что со мной, — сказал он. — А то мама так волнуется, намного больше, чем я. Иногда она даже плачет. Я просто не могу смотреть на это. Может, вы сможете сегодня сказать ей что-нибудь такое, чтобы она не волновалась.

Джойс — мать-одиночка. Муж оставил ее всего год назад, и именно тогда у Рика начались проблемы со школой. Джойс относится к тем матерям, которые искренне желают своим детям самого лучшего и делают для этого все, что могут. Школьная учительница сказала ей, что с самим Риком все, в принципе, в порядке. Единственная проблема — это то, что Рику уделяется слишком много материнского внимания.

— Вы слишком усердно пытаетесь компенсировать отсутствие отца, Джойс, и из-за этого очень балуете его. Рик умеет читать. Но он очень упрям и не желает сосредоточивать свое внимание, хотя и может, — твердо заключила учительница.

Вооружившись этой информацией, Джойс стала уделять Рику меньше внимания и не занималась с ним каждый вечер после школы. Но никаких положительных изменений не произошло. Он стал вести себя хуже и провалился на экзаменах в школе. И тогда Джойс привела Рика ко мне.

После того как мы обследовали его, я вызвал Рика и его маму к себе в офис. — Ну, Рик, нам надо посмотреть, что можно сделать, чтобы твоя мама не волновалась.

Он прошел несколько тестов, и выявилось, что у него проблемы с визуальным восприятием. Именно поэтому ему было трудно сосредоточить свое внимание.

— Не волнуйся, Рик, ты смышленый мальчик. Я очень сомневаюсь, что ты плохо читаешь из-за упрямства. Думаю, все наладится. Я постараюсь помочь тебе.

Глаза Рика вспыхнули.

— Вот, послушай, мам. Я совсем не тупой. Ты не должна так сильно волноваться из-за меня.

Рик считал себя виноватым, что его мама чувствовала себя несчастной. А сама она оказалась достаточно мудрой, чтобы привести его на консультацию. В результате Джойс поняла, в чем проблема сына, а Рик до некоторой степени избавился от чувства вины, которое его угнетало.

Джойс пережила все, что испытывают родители, если у их детей выявляются подобные отклонения. И все эти переживания вполне естественны. Проблема состоит в том, что некоторые родители переживают чересчур сильно и долго, в результате чего ребенок долго носит в себе ощущение вины.

Сама же проблема в принципе решаема, но только в случае, если отклонения будут обнаружены достаточно рано. Джеймсу и Рику повезло, потому что их родители вовремя заметили отклонения и осознали это. «Вовремя» означает, что такие отклонения должны лечиться до того, как ребенок станет подростком.

Если на них не обратить должного внимания, то, когда ребенку исполнится 13, 14, 15 лет, он будет испытывать трудности, связанные не только с одной учебой. Почти всегда такой подросток начинает употреблять наркотики, вести беспорядочную половую жизнь, красть, убегать из дома и даже предпринимать попытки самоубийства.

Рассказав о Джеймсе и Рике, я постарался донести до вас сложность проблемы. Когда же на нее накладываются естественные промахи и неудачи, она превращается в реальную угрозу самому существованию ребенка, включая и духовную сторону. Чтобы помочь такому ребенку стать цельной личностью, нужно много времени, терпения и понимания. Но цель эта достижима.

Дети с хроническими заболеваниями

Трудности восприятия — не единственное, что может оказывать влияние на поведение ребенка. Хронические заболевания также могут создавать определенные эмоциональные и поведенческие проблемы. Родители хронически больного ребенка настолько поглощены ежедневными заботами (например, надо следить за тем, чтобы ребенок ежедневно получал требуемую дозу инсулина), что перестают обращать внимание на его эмоциональные потребности.

Подрастая, физически слабые дети все больше и больше огорчаются из-за своей болезни или отклонения, сердятся на своих заботливых родителей, которые по неведению заменили естественное проявление любви исключительно медицинским уходом. Такие дети начинают вести себя вызывающе не только со своими родителями, но и вообще со всеми взрослыми.

Линду Уолкер ее мама представила мне как «ребенка, нервного с рождения».

— Мы старались делать все, что только можно было придумать, но, похоже, сделать ее счастливой нам так и не удалось. Когда ей было три года, педиатры обнаружили у нее порок сердца. С тех пор мы только тем и занимаемся, что ходим по разным специалистам.

— А как сейчас ее здоровье? — спросил я.

— Все более или менее стабильно, — ответил Пол Уолкер. — Но беременность определенно не улучшит ее состояния.

— Я знаю, что у вас есть еще и сын, — заметил я, просмотрев их карточку. — Как со здоровьем у него?

— О, лучше не бывает, — ответила миссис Уолкер. — Мы так гордимся Джефом. Он хороший спортсмен и отлично играет на пианино.

— А у Линды были какие-нибудь увлечения?

— Нет, — ответил ее отец. — Мы были настолько заняты ее здоровьем, что у нас никогда не было времени ни на что другое. Видит Бог, мы поступали так не потому, что не хотели ничего делать. Она всегда была таким болезненным ребенком, что мы никогда даже не заговаривали о том, чтобы дочь занималась чем-то еще, кроме учебы в школе. А сейчас она забеременела. И изменить здесь уже ничего нельзя.

— По крайней мере, она собирается выйти замуж за отца будущего ребенка, на следующей неделе, — добавила миссис Уолкер. — Может быть, замужество сделает ее счастливой. Мы делали все, что считали нужным, доктор Кэмпбелл, но, видимо, зашли куда-то не туда. Последнее время она выглядела очень подавленной. У меня словно камень с души свалился, когда она согласилась прийти к вам. Надеюсь, что вы сумеете понять ее. С плохим настроем она вступает в брак.

— Не могли бы вы подождать в другой комнате, пока я поговорю с Линдой? — я проводил их в другую комнату. Там в углу, съежившись в кресле, сидела семнадцатилетняя беременная Линда.

— Вы могли бы пройти ко мне в кабинет? — сказал я, приблизившись к ней.

— А почему нет? Для этого же они привели меня сюда. Усевшись в кресло в кабинете, она сказала хмуро:

— Не знаю, что хорошего в моем присутствии здесь. Вы не можете изменить того, что есть.

— Ты права, Линда; я не могу ничего изменить, но, может быть, смогу помочь тебе изменить отношение к некоторым вещам.

Когда Линда начала рассказывать о себе, я понял, что мои подозрения подтвердились. Она являла собой классический пример хронически больного ребенка, чьи родители тратили так много времени и сил на уход за ней, что забывали о ее эмоциональных потребностях.

— Джеф может то, Джеф может это! Вот все, что я слышу. «Пойдем на соревнования, где будет выступать Джеф. Это хороший предлог выйти из дома», «Пойдем на концерт, где будет выступать Джеф. Может, ты решишь взять несколько уроков игры на пианино. Взгляни на дневник Джефа — там одни пятерки». Сама я получаю тройки и думаю, что этого вполне достаточно.С самой первой консультации я понял, что помочь Линде выйти из состояния депрессии можно. Я знал, что родители любят ее. Но они не понимают, что самый тщательный уход не заменит проявления любви и нежности. И низкая успеваемость, и беременность Линды — все это является ответом на кажущееся равнодушие родителей.

Есть и другие причины, почему хронически больные дети впадают в угнетенное состояние духа и ожесточаются. Но за все годы работы с такими детьми я обнаружил две ловушки, в которые попадаются родители. Мы уже обсуждали их: первая — это когда удовлетворение эмоциональных потребностей ребенка заменяется медицинским уходом, и вторая — это потеря контроля и твердости.

Родители хронически больных детей испытывают такую жалость к ним, а иногда даже вину, что перестают контролировать поведение своих детей. Это приводит к обратному результату: пользуясь своей болезнью, дети начинают управлять своими родителями.

Как мы уже видели в истории Джеймса, все может завершиться успешно. Если вовремя распознать отклонение и оказать необходимую помощь, то и родителям, и самому ребенку воздастся сполна. Ребенок будет способен не только справляться с учебой, но и узнает истинную цену любви родителей и друзей.

Как только он переживет трудный период переходного возраста, он обратится к духовным ценностям своих родителей, и не только потому, что они хотят этого, но потому, что этого захочет он сам.

11. Семья — вырождающееся явление

Лучше блюдо зелени, и при нем любовь, нежели откормленный бык, и при нем ненависть

(Прит. 15:17).

Марк Джонсон сел напротив меня и стал нервно постукивать своими ухоженными пальцами по ручке кресла. Он производил впечатление очень обеспеченного человека. Его внешний вид и манеры были безупречны. Его жена Бренда, блестящая красавица, тоже казалась взволнованной.

— Простите, что заставляю вас ждать, — сказал я, закончив просматривать их карточку. — Я узнал, что вы, Марк, адвокат. Мой зять тоже адвокат. Я по-настоящему восхищаюсь людьми вашей профессии. Сколько нужно собрать мелких деталей и подробностей, чтобы из них сложилось окончательное представление о деле! А как поживаете вы, Бренда? Все также заняты миром детской одежды? (Бренда владеет и управляет магазином модной детской одежды.)

Марк и Бренда — преподаватели воскресной школы, и, кроме того, активные члены крупной церкви. Они производили впечатление преуспевающей пары. У них двое детей: дочь Эми шести лет и сын Тод — одиннадцати.

Как же они оказались в моем кабинете?

— Доктор Кэмпбелл, нам нужно поговорить с вами о Тоде. Шесть месяцев назад он, казалось, был вполне нормальным мальчиком, но потом превратился в чужого нам, вечно раздраженного мальчишку. Он постоянно находит повод уйти из дома, хотя мы и так довольно мало времени проводим вместе. У Марка, похоже, количество работы с каждым днем все растет, и я в своем магазине очень часто задерживаюсь до 10 часов вечера, — начала Бренда.

— Да, доктор Кэмпбелл, — продолжил Марк, — и вы думаете, дети ценят все, что мы делаем для них? Правда, Эми не дает нам никакого повода для беспокойства, но с Тодом другая история. Несколько дней назад его привели домой пьяным. Не знаю, что вообще может заставить поступать так одиннадцатилетнего мальчика, у которого есть все?

— Мы были настолько потрясены, что не могли вымолвить ни слова, — добавила Бренда. — Наконец, своим глупым поступком он нарушил спокойную жизнь всей семьи. Марк вынужден был перенести свои встречи с клиентами, а я отрываю время от работы, чтобы встретиться с вами. Видит Бог, мы хотим помочь Тоду, но не можем понять, что происходит. Как говорит Марк, «мы дали ему все, а он так отблагодарил нас за это».

— Что, наконец, за дурная история приключилась с нашим мальчиком, доктор Кэмпбелл? — сказал Марк, меряя пол шагами. — Или, может быть, с нами? Я улаживал серьезные дела главных людей города, но не могу сделать счастливым своего собственного сына.

Действительно, как это могло случиться? Почему одиннадцатилетний ребенок чуть ли не регулярно стал употреблять алкогольные напитки? Почему 57 процентов четырнадцатилетних подростков, как показывают недавние исследования, пили алкогольные напитки больше чем один раз?

Ответ прост: вырождается семья. Родители слишком заняты, чтобы уделять хоть какое-то время общению со своими детьми. Молодые люди получают с их стороны или очень мало внимания и любви или вообще не получают. Их эмоциональные потребности не удовлетворяются. Они не чувствуют себя любимыми. И как следствие — ради внимания и одобрения сверстников они попадают под их негативное влияние.

Стресс и напряжение в доме

Не многим родителям удается сохранить целыми и невредимыми как карьеру, так и семью, если и отец и мать работают. У огромного количества людей нет для этого ни желания, ни упорства. Следовательно, чем-то приходится жертвовать, и почти всегда этим «чем-то» оказывается семейная жизнь.

Развод обычно воспринимается как нечто греховное. Но это не всегда так. Родитель-одиночка может дать своему ребенку все необходимое — любовь и образование, — и все это ничуть не хуже, чем могут сделать двое родителей. А иногда даже лучше. (Я не защищаю разводы, но иногда это необходимо ради здоровья и безопасности членов семьи.)

Типичный пример — Марк и Бренда Джонсон. Они настолько заняты своей работой и карьерой, что даже не знают, где их сын проводит свое свободное время. В глазах всех они выглядят безупречными родителями. Они прекрасно зарабатывают; являются активными членами церкви; у них есть двое любимых, но очень несчастных детей. Оказалось, что и шестилетняя Эми тоже испытывает чувство неудовлетворенности.

Ключ к семейному благополучию — не количество родителей в семье, а то, на чем сосредоточено их внимание и приносит ли это ребенку истинную пользу. И один родитель может успешно воспитывать ребенка и помочь ему пережить трудный подростковый период, а затем стать ответственным человеком и зрелым христианином. Я наблюдал это много раз.

Нам незачем приглядываться, чтобы увидеть, что семья как единица общества трещит по швам. От краха не застрахованы даже такие христиане, как Марк и Бренда Джонсон. Владеющее людьми стремление к материальному благополучию и процветанию не оставляет им времени, чтобы удовлетворять основные потребности их детей.

Родители-христиане иногда пытаются компенсировать свое невнимание к детям тем, что по воскресеньям водят их в церковь и воскресную школу, думая, что так они удовлетворяют духовные потребности своих детей. Но это не так. Мы видели, что Эми и Тод Джонсон слишком раздражены, чтобы воспринимать какие бы то ни было духовные наставления. Их эмоциональные потребности не удовлетворяются, поэтому они не чувствуют себя любимыми. Всеми доступными способами они пытаются «отомстить» за это своим родителям. Тод Джонсон проделал это, поэкспериментировав с алкоголем.

Время, время, время — мы думаем об этом постоянно. Но гораздо важнее просто тратить его друг на друга.

— Майк, я должен быть на встрече не раньше семи. Не хочешь ли сыграть партию в настольный теннис?

— Хорошо, пап.

— Лиза, тебе нужны новые сапоги. Не сходить ли нам в магазин, а потом поесть где-нибудь пиццы?

Проводить время с семьей — значит давать знать вашим детям, что вы любите их и что они для вас много значат. И это очень важная вещь.

Если вас беспокоит, что ваша семья может распасться, постарайтесь уделять друг другу больше времени. Идея христианской семьи основана на том, что мы любим друг друга, а следовательно, заботимся об эмоциональных, физических, психологических и духовных потребностях всех членов семьи.

И вопрос не в том, чем именно заниматься с детьми или сколько времени следует на это потратить. Мы можем поиграть в настольный теннис, или сходить в магазин, или просто съездить покататься на машине, и занимать это должно столько времени, чтобы дети поняли, что мы любим их. Тратя свободное время друг на друга, мы тем самым ограждаем семью от тех пагубных внутренних и внешних воздействий, которые могут привести к отдалению детей от родителей.

Неважно, много или мало времени вы потратите на общение со своими детьми, и сколько родителей будут принимать в этом участие. Любое общение, протекающее в духе любви, сделает сильнее каждого члена семьи и семью в целом. Если я попрошу вас воскресить в памяти счастливые переживания вашей семьи, что вы вспомните? Приятные воспоминания будут касаться вещей, которые родители когда-то подарили вам? Или все-таки более яркими будут картины, связанные с личными переживаниями семьи? У меня есть знакомая, которая старалась собирать за завтраком всю семью, потому что у нее остались очень приятные воспоминания о завтраках, которые устраивались в ее детстве. Она рассказывала, что все, включая родителей, собирались за столом, разговаривали и делились планами на день. Кроме того, она всегда помнила то ощущение близости, которое испытывала тогда, ощущение, что она всех любит и любима ими.

Может быть, вы тоже вспоминаете то время, когда мама шила одежки для ваших кукол, или тот долгий путь, который вы проделывали во время прогулок со своим отцом. Возможно, вам вспоминается праздник, устроенный на ваше одиннадцатилетие, или какая-нибудь семейная шутка. Как правило, все эти воспоминания связаны с чувством уверенности и одобрения. И большинство из них наверняка относятся к тем моментам жизни, которые стали особыми благодаря любви и взаимопониманию между всеми членами семьи.

Ключ к сохранению единства

Что вы как христианин можете сделать для того, чтобы уберечь свою семью от краха? На этот вопрос не существует простого, однозначного ответа, но это не значит, что сохранить семью невозможно.

За то время, пока я консультировал Бренду и Марка Джонсон и их сына Тода, они начали предпринимать попытки изменить свои привычки.

Оказалось, что если Марк мог тратить время на встречи-консультации ради своего сына, то, несомненно, мог найти его и для общения с ним, чтобы предотвратить в будущем необходимость таких консультаций. Бренда и Марк осознали, что их поведение вредило не только Тоду, но и Эми.

Свое отношение к вере они стали проявлять в повседневной жизни. До того как на повестку дня встала проблема с Тодом, они были настоящими христианами лишь в воскресный день. Наблюдать подобное двойственное отношение к вере — очень нездорово для детей. Это почти всегда приводит к тому, что они не понимают и не принимают духовных установок своих родителей. Чтобы исправить старые, укоренившиеся стереотипы, требуется определенное время, но Джонсоны окончательно и бесповоротно встали на путь улучшения как своей жизни, так и жизни детей. Они скрупулезно посещали все консультации, и вскоре их семья стала крепче. Они научились проявлять любовь, которую всегда испытывали к Тоду и Эми, но не находили времени на ее проявление.

Воспринимайте своего ребенка как цельную личность. Нельзя просто покупать те вещи, которые ему хочется иметь, а потом ждать, что он будет развиваться должным образом. Нельзя просто водить его в церковь по воскресеньям, а всю оставшуюся неделю допускать, чтобы его жизнь проходила вдали от духовных путей.

Будьте внимательны также и к эмоциональным потребностям вашего ребенка. Если он не чувствует себя любимым до не воспримет ваших наставлений и всего, что вы преподносите ему в назидание. Печальная картина — видеть обозленного маленького человека.

Не могу не подчеркнуть, как важно знать индивидуальные особенности своего ребенка. Не так давно я разговаривал с одним молодым отцом, который был обеспокоен «чрезмерной мягкотелостью» своего сына.

— Я собираюсь дать своему сыну несколько уроков каратэ, — сказал мне этот человек. — Он должен понять, что невозможно, будучи мягким, преодолеть все трудности жизни. Он должен научиться стоять за себя.

— И как он к этому отнесся, с волнением? — поинтересовался я.

— Я еще не разговаривал об этом ни с ним, ни с его матерью. Если она предпочтет свои методы воспитания, то этот ребенок вырастет большим неженкой. Она думает, что любое разногласие может быть улажено одними только разговорами. Но я знаю лучше нее. Ребенок, особенно парень, должен научиться драться и защищать себя, если он вообще намерен делать это в своей жизни.

Ребенок, чей отец собирался преподать ему приемы каратэ, — тихий мальчик, входящий в «25 процентов». Он любит музыку и теннис. Вероятнее всего, он страдает, стараясь жить так, как хочет его отец, «по-мужски». Очевидно, что он переживает, слушая споры о своем воспитании, которые ведутся дома.

Если этот отец уделит хоть немного времени тому, чтобы узнать своего сына и будет любить его без всяких условий, это принесет несомненную пользу не только их взаимоотношениям, но и всей семье. За плохие отношения между родителями приходится платить всем. Этот отец должен честно оценить свое отношение к жене и постараться наладить отношения прежде всего с ней. Им обоим необходимо договориться о методах воспитания с тем, чтобы выбрать для сына наиболее приемлемый. Для мальчика намного полезнее будет жить в атмосфере любви и привязанности между родителями. Это окажет благотворное влияние на всю семью. Безусловная любовь подразумевает свободные, честные отношения.

Кроме всего прочего, уделяйте время тому, чтобы доказать ребенку свою любовь. Он никогда не «вырастет» настолько, чтобы ему стали не нужны проявления вашей привязанности. Недавно я прочитал одну из самых грустных историй, которые когда-либо слышал. Некая состоятельная дама вспоминала, что, когда ей было шесть лет, мать сказала ей, что она уже слишком большая, чтобы ее целовать. Маленькая девочка так переживала, что каждое утро заходила в ванную, чтобы разыскать там платок, на котором оставались пятна губной помады ее матери. Девочка носила его с собой весь день. И всегда, когда она хотела, чтобы ее поцеловали, она терла испачканным помадой носовым платком по своей щеке.

Только после 43 лет Кармен признала, что отрицательное отношение ее матери к поцелуям было самым мучительным переживанием в ее жизни.

Никогда не допускайте ничего подобного. Если в вашей семье есть какие-то слабые места, то, независимо оттого, полная семья или нет, взгляните на них как можно более трезво и начните укреплять взаимоотношения. Будьте готовы пойти на жертвы; проявите безусловную любовь к своим родным; по-настоящему интересуйтесь жизнью других членов семьи — все это поможет вам объединиться.

Особое время каждому ребенку

Не так давно я с большим интересом прочел об одной набожной семье. Сын, став студентом и осознав, какое хорошее и полезное влияние имела его мать на всю семью, написал ей и попросил рассказать, какими методами воспитания она пользовалась. Он хотел передать эту информацию молодым родителям в группе, где он нес служение. Эта женщина, вырастившая десятерых детей, написала сыну в ответном письме, что главной ее целью было научить своих детей любить и уважать Бога и друг друга. Вот некоторые из правил, которыми она при этом руководствовалась:

1. Если и бранить ребенка, то никогда дважды за один и тот же проступок.

2. Каждый ребенок должен всегда бережно относиться к имуществу других.

3. Если ребенок послушен, его хвалят и вознаграждают.

4. Все обещания строго выполняются.

Но самое главное, что эта женщина делала для своих детей, — она выделяла время для индивидуального общения с каждым ребенком. Она понимала, что любому ребенку время от времени необходимо пообщаться с ней наедине.

Ее муж умер, и это в какой-то степени заставило ее внимательнее присмотреться к духовным и эмоциональным потребностям своих детей. Кроме необходимости ежедневно заниматься домом и хозяйством, она еще преподавала в воскресной школе и вела молитвенные собрания.

Неудивительно, что молодой студент гордился своей матерью и хотел поделиться ее опытом воспитания со своими прихожанами. Эта мать была поистине вознаграждена — ее сын жил по-настоящему христианской жизнью. Его имя было Джон Уэсли, а мать звали Сузен Уэсли. Дата их переписки — 1732 год. Сузен Уэсли инстинктом чувствовала тогда то, что я советую вам сегодня: развивайте в своем ребенке цельную личность и будьте предельно внимательны к нему.

Дочери миссис Уэсли, благодаря ее умелому подходу, были воспитаны так же, как и ее сыновья, и образование получили такое же. Миссис Уэсли не просто исповедовала христианские добродетели, но проявляла их в повседневной жизни. Она относилась к своим детям с такой любовью и пониманием, что была им не просто матерью, а близким другом, особенно Джону.

В семье Уэсли был, в сущности, один родитель — мать, однако она не допустила вырождения своей семьи. Она уделяла детям достаточно времени и внимания; они не сомневались в том, что она их любит; исповедуемые ею духовные истины проявлялись в ее каждодневной жизни.

Знаю, что это трудно. Знаю, что родители очень устают. Много раз я уставал настолько, что хотел просто лечь на диван и заснуть, вместо того чтобы идти играть в футбол. Но всегда выбирал игру.

Если вы не прилагаете никаких усилий, чтобы ваша семья оставалась крепкой, то не сможете быть хорошим примером для своих детей, примером, которому они могли бы следовать, когда вырастут и заведут свои семьи. Те любовь и уважение, с которыми вы относитесь к своим детям, вернутся к вам сторицей. А тот вред, который наносится детям в семье, где нет любви, будет не раз проявляться в последующих поколениях.

Однажды я консультировал пару примерно 30-35 лет; они обсуждали предстоящий развод.

— Я больше не могу выносить этого, — сказала Нэнси Уайт. — Рэнди слишком сдержан. У меня не осталось никаких чувств к нему, потому что он холоден ко мне. Он и раньше редко прикасался ко мне, но сейчас это просто ужасно. Я не думаю, что он вообще кого-то любит.

Рэнди Уайт тихо сидел рядом, слушая, что говорит его жена.

— Даже детей он никогда крепко не обнимет, — продолжала она. — Он летчик, и поэтому у него всегда мало времени, но даже когда он дома, то никогда ничем не показывает своей привязанности к нам.

— Ничем не могу тебе помочь, Нэнси, — выпалил Рэнди. — В моей семье никто никогда не обнимал меня, не говорил «я тебя люблю» и не демонстрировал свои чувства как-нибудь иначе. Я тоже не могу этого делать, потому что не знаю как. К несчастью, этот брак распался, но позже Рэнди приходил ко мне на дополнительные консультации. Когда я узнал его получше, то понял, что ему всегда казалось недостойным проявлять свои чувства или отзываться на проявления их со стороны других, поскольку именно так относились к этому его родители.

Воспитывать детей — все равно что бросать камень в тихую воду. Результаты того, как вы обращаетесь со своим ребенком — дурно или хорошо — эхом отзовутся через многие годы во множестве последующих поколений, подобно кругам, расходящимся по воде от брошенного камня.

Независимо от того, что вы делаете вместе с ребенком — играете или выполняете какую-нибудь работу, — то время, которое вы проводите с ним, бесценно. Только в эти минуты или часы вы можете проявить всю свою любовь и понимание. Это нельзя сделать по телефону или запиской, прикрепленной магнитом к дверце холодильника. Конечно, все эти методы тоже хороши, но нет ничего лучше личного общения.

12. Воспитание и здравый смысл

Наконец, братия (мои), что только истинно, что честно, что справедливо, что чисто, что любезно, что достославно, что только добродетель и похвала, о том помышляйте. Чему вы научились, что приняли и слышали и видели во мне, то исполняйте, — и Бог мира будет с вами

(Флп. 4:8,9).

Эл и Бред Стокман на машине своего отца свернули за угол на подъездную аллею «Сосновая».

— Эл, погаси-ка фары, — сказал Бред своему брату. — Если отец увидит, что мы вернулись домой так поздно, мы пропали. Первый раз нам разрешили взять машину, и мы на два часа опоздали.

Эл Стокман медленно вывел машину на аллею.

— Открой двери гаража, — тихо сказал он младшему брату. Бред тихонько выскользнул из машины и поднял двери.

Пропустил машину в гараж, а затем опустил двери.

— Как ты думаешь, мама с папой уже спят? — прошептал он брату.

— Надеюсь, да, — ответил Эл. — Уже час ночи, а нам разрешили быть дома не позже одиннадцати. Если нам удастся пробраться через кухню, не врезавшись в стол, то все будет в порядке.

Мальчики тихо прошли на заднее крыльцо, осторожно открыли дверь и на цыпочках вошли в кухню. Но когда они были на полпути, в комнате внезапно зажегся свет. За кухонным столом сидела мама, потягивая кофе. Дороти и Джек Стокман ждали своих сыновей. Джек сидел рядом с Дороти, чуть поодаль.

— Сейчас начнется! — прошептал Эл Бреду, ткнув его в ребро. — Ничего не говори, я сам все скажу.

— Итак, парни, — начал отец, — кажется, вы немножко опоздали.

Дороти Стокман поплотнее закуталась в свою голубую домашнюю кофту.

— С вами все в порядке? Где вы побыли? Мы волновались.

— Какая ерунда, мама, — проворчал Эл. — Черт возьми, я достаточно взрослый, чтобы водить машину, а ты обращаешься со мной как с младенцем.

— На самом деле мы не при чем, — вмешался Бред, усаживаясь за стол рядом с родителями. — Мы вышли из театра достаточно рано, чтобы быть дома в одиннадцать, но правое заднее колесо оказалось спущенным.

— Я сам все расскажу, — огрызнулся Эл на брата. Повернувшись к отцу, он сказал: — Когда мы открыли багажник, чтобы взять запасное колесо, то обнаружили, что оно тоже спущено! Нам пришлось вызвать из гаража парня, чтобы отбуксировать машину туда и накачать шины. Я думал, он никогда не придет, а там, в гараже, он был медлителен, как патока в январе. Так что это не наша вина, что мы вернулись так поздно.

— Конечно, Эл, не ваша, — согласился Джек Стокман. — Но вы, несомненно, знали, что мы с мамой будем беспокоиться о вас, когда вы не появились дома вовремя. Разве не так? Почему не позвонили и не сказали нам, что с вами все в порядке и вы выезжаете?

— Папа прав, Эл. Мы должны были позвонить.

— Не думаю, что это так уж важно, — возразил Эл, — Мы дома, и с нами все в порядке. Что вы все такие нервные?

— Конечно, парни, вы дома и все просто отлично, но час назад мы с мамой не знали об этом. Думаю, если вы на две недели лишитесь этой привилегии — ездить на машине, это поможет вам запомнить, как пользоваться телефоном и сообщать нам, если случается что-то в этом роде. А сейчас давайте пойдем спать. Джек и Дороти Стокман — настоящие христиане. Очевидно, они уделяли достаточно времени своим детям, чтобы знать личностные особенности каждого из них. Они хорошо знали своих сыновей. Джек и Дороти знали, что должны дать Элу возможность выплеснуть свое раздражение по поводу спущенного колеса. Они также знали, что Бреда следовало подбодрить, чтобы продолжать обсуждение. Поэтому и справились с ситуацией.

В других семья, при таких же обстоятельствах, родители могут вести себя и по-другому, в зависимости от индивидуальных особенностей членов семьи. В некоторых случаях позднее появление двух подростков может так взвинтить нервы родителей, что один из них или оба могут почувствовать настоятельную необходимость выйти из дома, чтобы там справиться со своим гневом. Это случается, если плохое поведение подростков стало нормой.

В заключение я хочу сказать, что не существует универсальных правил для решения проблем. Имея дело с детьми, родителям следует обращать внимание не на размеры проблемы, а на то, как нужно реагировать на нее. Если в вашей семье возникли проблемы, и вы обращаетесь к кому-нибудь за помощью, это увеличит ваши силы. Мудрые родители никогда не стесняются обращаться за помощью.

Родители не могут сделать этого в одиночку

Как родители и христиане вы должны понимать, что не можете сделать это сами, как бы вам того ни хотелось. Помощь вам будет нужна не раз. Когда что-то случается, не вините и не считайте себя неудавшимися родителями.

Помощь извне необходима почти всякий раз, когда дело касается духовной жизни детей, особенно если ребенок принадлежит к «75 процентам». Если вы попробуете самостоятельно поставить его на путь духовности, шансов на успех у вас будет немного. И причина — в естественном стремлении подростков восставать против всего, что говорят и предлагают родители. Сам я не раз обращался за помощью к другим людям. Я считаю себя христианином уже более 30 лет, но сознаю, что не могу привести детей к христианству своими силами.

Во-первых, нужна церковь. Я изменил бы ее, если бы это было необходимо для моих детей. В церкви для подростков совершенно необходим молодой лидер.

Дейвиду, нашему старшему сыну, было труднее всех принять Христа. Это крепкий, спортивный мальчик, и, подобно многим своим сверстникам, он воспринимал христианство как детский вздор. Когда Дейвид достиг переходного возраста, и у него появилось отрицательное отношение к церкви, мы были очень рады, что лидером молодежной группы нашей церкви оказался бывший футболист, высокий, сильный молодой человек, легко поднимавший предметы весом свыше 80 килограммов. Он стал Дейвиду хорошим другом. Мы не могли нарадоваться. Кто лучше, чем силач-взрослый сможет наставить силача-подростка на истинный путь к Христу?

Если вам нужна помощь, не считайте недостойным обращаться за ней. Иначе может случиться, что христианство и духовные ценности не найдут себе места в жизни вашего ребенка.

Как-то я натолкнулся на следующую анкету: родителям-христианам предлагался списком ситуаций, и они должны были отметить те, оказавшись в которых они бы, по всей вероятности, обратились к кому-нибудь за помощью. Ситуации были следующие:

1. Если мой ребенок начал употреблять алкоголь и наркотики.

2. Если мой ребенок в течение долгого времени угнетен и подавлен.

3. Если у моего ребенка постоянно возникают вопросы, касающиеся секса.

4. Если мой ребенок часто впадает в беспокойное состояние.

5. Если мой ребенок слишком много времени проводит со своими друзьями, которые мне не нравятся, то я обращусь за помощью к...

Большинство опрошенных согласились, что они обратились бы за помощью, и источники этой помощи были даны ими в следующем порядке:

1. Родственники.

2. Друзья и соседи.

3. Священник и другие служители церкви.

4. Врач.

5. Учитель или школьный психолог.

6. Телефон доверия или учреждение по социальным вопросам.

Все эти источники хороши, и обращаться к ним следует всегда, когда в этом есть необходимость. Вряд ли вы являетесь совершенным родителем, способным абсолютно правильно разрешить любую проблему, с которой сталкивается ваш ребенок.

Давление, которому подвержены родители-христиане

Все заботливые родители любят своих детей, но на родителей-христиан процесс воспитания детей часто оказывает большее давление, чем на всех прочих. Они прилагают большие усилия, чтобы все делать на высоком уровне. Они хотят, чтобы у их детей было все самое лучшее; хотят, чтобы их дети были приняты обществом; и больше всего они хотят, чтобы их дети, когда вырастут, стали истинными христианами.

Многим родителям-христианам кажется, что их дети должны всегда вести себя безупречно, и они чувствуют себя очень виноватыми, если на самом деле происходит иначе. К своим родительским обязанностям они относятся настолько серьезно, что, в конце концов, жизнь их детей не улучшается, а ухудшается.

Помните, что вы не совершенны. Одно из утверждений, на которых зиждется христианская вера, — это то, что никто, кроме Самого Господа, не совершенен. То, что верующие имеют возможность ошибаться и быть прощенными, — подарок Бога. Воспользуйтесь им с умом. В тех случаях, когда вы не можете справиться со своим ребенком, обращайтесь за помощью.

Церковные лидеры, особенно священники, представляют собой тех родителей, которые считают, что их дети должны быть совершенными. Все мы слышали о синдроме «детей проповедников». Их несчастные родители думают, что все их действия должны быть только безупречными, поэтому никто не должен видеть слабые места в организации их семьи — ведь они учат слову Божьему.

Дети, живущие в подобной атмосфере, по-настоящему страдают. Они испытывают давление со стороны своих родителей, требующих, чтобы они жили строгой духовной жизнью. Их сверстники и общество оказывают на них еще более серьезное давление. Ребята, принадлежащие «25 процентам», родители которых — христианские лидеры, страдают от чувства вины и подавленного гнева, в то время как «75 процентов» восстают, и это может быть настоящим потрясением для семьи.

Одна христианка, жена протестантского священника, рассказывала мне о жизни «ребенка проповедника».

«Говорю вам, доктор Кэмпбелл, вы не поверите, как я привыкла ждать от своих бедных детей только „безупречного“ поведения. Когда они были маленькими, я думала, что это мой моральный долг — обеспечить, чтобы все трое чистенькими и накрахмаленными сидели на передних скамьях в церкви каждый раз, когда ее дверь была открытой. Мои дети не могут шуметь или ссориться. И сами небеса не позволяли, чтобы у мальчиков из брюк торчали края рубашки или чтобы им вдруг захотелось побегать перед службой.

Теперь я понимаю, что мальчики относятся к „25 процентам“, а Джанет — к „75“. Питер и Кевин всегда хорошо вели себя, а вот Джанет была совершенно другой. Я уверена, что мальчики часто возмущались теми требованиями, которые мы к ним предъявляли, но никогда не жаловались.

Джанет власть взрослых возмущала с того дня, как она родилась. Вы только представьте себе ее реакцию на строгий родительский контроль. Мне всегда приходилось тратить достаточно времени на то, чтобы держать ее в узде, но когда она стала подростком, я поняла, что переменить свои представления придется мне, поскольку сама Джанет и не думала меняться. Во-первых, увидев, каким образом Джанет реагировала на строгости, заведенные мной в семье, я удивилась, как мальчики, испытывая те же самые чувства, никогда не проявляли их? Я обсуждала это со своим мужем Филом. Вскоре мы поняли, что просто душили детей, желая, чтобы они нравились всем без исключения прихожанам. Мы старались быть самыми совершенными родителями.

Размышляя над своими поступками, мы начали по-настоящему понимать своих детей. Мы решили, что если любим их по-настоящему, то должны позволить им быть самими собой, и мягко, с любовью и каждодневным примером направлять их к христианству. И вот, вместо того чтобы перевернуть все и сразу, мы начали постепенно изменять наше отношение к жизни.

Если мальчики оставались ночевать у друзей и воскресным утром не поспевали в церковь, мы не паниковали, как раньше. Я видела, что они расслабились, когда мы стали вести себя с ними менее жестко и требовательно. Детьми они пели в детском хоре. Как следствие, их всегда просили выступить то на одном церковном торжестве, то на другом. Прежде мы никогда не возражали. Но Джанет всегда была против. Мы и сейчас предлагаем им это, но позволяем решить самим — принять предложение или отказаться, и от этого музыкальные занятия доставляют им больше удовольствия. Даже Джанет совсем не жалуется на то, что ей приходится петь.

Мальчикам сейчас по 17 лет, и мне кажется, что мы прошли через этот период относительно безболезненно. Мне все еще приходится следить за тем, чтобы не пользоваться их добродушием, но мы с Филом уже многому научились.

Джанет 14 лет. Помочь ей преодолеть трудности переходного возраста, думаю, будет нелегко. В прошлое воскресенье, когда прямо перед тем, как идти в церковь, я поставила в печь жаркое, Джанет, все еще одетая в пижаму, зашла на кухню. Шокированная ее видом и тем, что она совершенно не готова идти в церковь, я воскликнула:

— Почему ты еще не одета? Можете себе представить мое удивление, когда она, уперев руки в бока, в весьма определенных выражениях заявила, что не намерена больше ходить в воскресную школу и церковь.

— Почему, Джанет? Что вдруг произошло с тобой?

— Мне все это надоело, мама, я просто устала от этого.

Я хотела было сказать, как раньше, что она пойдет в церковь, иначе... Но прежде чем раздуть дело, остановилась, спокойно прикрыла дверцу печки и повернулась к Джанет.

— Джанет, — сказала я, приглашая ее присесть на минутку за кухонный стол, — я, конечно, огорчена, что ты испытываешь подобные чувства, но рада, что ты мне рассказала об этом. Меня беспокоит вот что — как отнесутся к этому твои одноклассники по воскресной школе? Ты в классе лидер. Не подведешь ли их своим отсутствием?

— Что ты имеешь в виду? — спросила она.

— Ну, например, твой учитель полагается на твое знание Библии. А без тебя класс будет отвечать плохо.

Джанет хотела было ответить, но промолчала.

— Понимаю, что все когда-нибудь надоедает, Джанет, — продолжала я, — но вместо того чтобы принимать сиюминутное решение, почему бы тебе не подумать над тем, что я тебе сказала?

Мне действительно хотелось, чтобы она пошла в церковь вместе со всеми нами, доктор Кэмпбелл, но в то же время я не собиралась заставлять ее. Она с минуту размышляла, потом вскочила и торопливо вышла из кухни.

— Я лучше потороплюсь, потому что хочу выйти вместе с вами, — сказала она на ходу».

Эта мать-христианка являет собой совершенный пример родителя, не пренебрегающего здравым смыслом. Она понимала, что если просто потребует от дочери присутствия в церкви, это обязательно приведет к спору. Поэтому повела себя очень спокойно и рассудительно. Она, наконец, поняла, что не должна навязывать детям свое отношение к жизни. Единственный путь — это понимание и мягкое, полное любви руководство. Их с мужем старание быть «совершенными родителями» имело лишь разрушающее действие. Когда они отбросили в сторону свои волнения типа «А что остальные об этом подумают», только тогда по-настоящему смогли помогать детям становиться цельными личностями. Эмоциональные, физические и психологические потребности своих сыновей и дочери они удовлетворяли наравне с духовными.

Решение проблемы под названием «Я больше в церковь не пойду», принятое Кэрол, отличается от решения Кэмпбеллов. Но оно сработало, и это лишний раз подтверждает, что нет одного единственно правильного рецепта. Каждая ситуация требует рассмотрения с учетом индивидуальных особенностей подростка.

Учитесь понимать настроение своих детей

Нельзя не принимать во внимание подсознательную реакцию родителей. Кэрол знала (подсознательно, не думая об этом), что не способна сильно отругать Джанет. И эта установка сработала. Не стоит недооценивать свою подсознательную способность чувствовать ситуацию. Если в вашей семье все относятся друг к другу по-настоящему с безусловной любовью, то вы научитесь читать сигналы, выражающие такие эмоциональные состояния членов семьи, как страх, гнев, беспокойство и прочие.

Но если в вашей семье нет ничего подобного, то, возможно, случай, о котором рассказывается ниже, поможет вам научиться этому.

Рут Доусон торопливо вышла из кухни во внутренний дворик, держа в руках тарелку с нарезанными помидорами.

— Теперь, — сказала она, ни к кому конкретно не обращаясь, — все готово.

Ее дочь Мишель вышла вслед за ней.

— Что еще нужно сделать? — спросила она.

— Ничего, все уже готово. Иди и переоденься. Ты, должно быть, волнуешься. Вы не виделись с Сузи четыре года. Бьюсь об заклад, что она очень изменилась. Только подумай, вам обеим сейчас 16 лет. — Почему бы нам не посидеть здесь и не выпить по стаканчику лимонада до того, как они появятся? Это не займет много времени, мам.

— У меня его совсем нет, Мишель. Я еще должна вымыть голову. Посидеть и отдохнуть я смогу после того, как придут наши гости.

Мишель с неохотой вошла в дом и стала одеваться к вечеру. Едва Рут успела надеть серьги, как ее снова позвала Мишель.

— Приехали, мам! Иди вниз.

Старые друзья, Сузи и Мишель, вновь моментально сдружились и обнаружили, что у них по-прежнему много общего.

— Мне нужно зайти в дом и посмотреть, не нужно ли чем помочь маме, — сказала Мишель чуть погодя. – Как у тебя, мам? Помочь чем-нибудь? — спросила она, появляясь на кухне.

— Мишель, что ты здесь делаешь? Возвращайся к Сузи, — ответила ей Рут.

— Ладно, — Мишель удалилась, но через несколько минут под другим предлогом снова оказалась рядом с матерью.

— Не могу понять, что случилось с Мишель, — сказала Рут своему мужу после того, как все гости ушли. — Она не видела Сузи четыре года и тем не менее крутилась вокруг меня весь вечер.

— А ты спрашивала ее саму? — поинтересовался муж. — Может, она хотела поговорить с тобой.

По дороге домой Сузи сказала своей матери:

— Мне так жалко было сегодня Мишель. Это все ее парень. Она виделась с ним сегодня, и он сказал ей, что встречается с другой девчонкой. Мишель так расстроилась.

Рут Доусон не обратила внимания на сигналы, которые Мишель подавала ей весь вечер. Ее здравый смысл и инстинкт должны были подсказать ей, что что-то не так, но она была слишком занята проведением вечеринки и совершенно не обратила внимания на настроение Мишель.

Я не предлагаю вам ловить каждый оттенок мыслей или действий вашего ребенка. Это совершенно нереально. Но немного здравого смысла — и вы сможете понять проблему до того, как она станет по-настоящему серьезной.

Больше общайтесь с членами своей семьи. Не думайте, что если вы со своим супругом или супругой официально не раз-ведены, то с вашей семьей абсолютно все в порядке. В здоровой, крепкой семье все стараются понять друг друга. Просите Бога о помощи, рассчитывайте на свой здравый смысл и любите своих детей так, как любит нас Бог — без всяких условий.

Наш вызов будущему

Дорогие родители, наша осознанная и унаследованная от предков вера должна передаваться из поколения в поколение. Для христиан немыслимо «упустить» даже одно поколение. И многих беспокоит, почему же на пути передачи веры от одного поколения другому встают такие тяжелые препятствия. Как было сказано в первой главе, по последним данным, из тех, кто вырос в семьях христиан, немногие становятся последователями Христа.

Мы не должны допускать в своей стране событий, которые происходили у нас и которые описываются во второй главе Книги Судей. В ней рассказывается о том, что израильтяне, жившие при Иисусе Навине, сами остались верны Богу, но не смогли передать веру своим детям. «И когда весь народ оный отошел к отцам своим, и восстал после них другой род, который не знал Господа и дел Его, какие Он делал Израилю: тогда сыны Израилевы стали делать злое пред очами Господа, и стали служить Ваалам; оставили Господа, Бога отцов своих...» (Суд. 2:10-12).

Родители, боюсь, что именно это и происходит в наше время. Да, сейчас есть молодые люди, которые являются истинными христианами, но их так мало и так невелико их влияние. Их сверстники отвергают то, чем дорожили мы и наши предки. Духовная битва проиграна. И где? В наших домах, в наших семьях. Я взволнован успехом той работы, которую проделали молодежные группы и организации. Но даже их данные, статистика и опыт подтверждают уже сказанное. Достижения их служений никогда не превзойдут потерю огромного числа детей, воспитанных в христианских семьях, но оставшихся вне церкви и лишенных духовности. Мы и опоздали, но время у нас еще есть. С Божьей помощью мы можем все изменить, воспитывая своих детей и подростков в духе любви и понимания. Нам необходимо научиться понимать их, чтобы их сердца всегда были открыты Христу, а Бог мог изменять их характеры и жизнь.

Мне хотелось показать, что этого можно добиться в любой христианской семье. Понимаю, что изложенные мной принципы часто противоречат мнениям, бытовавшим в течение двух последних десятилетий, и будут отвергнуты христианами, которые в воспитании детей придерживаются строгих авторитарных методов. Последствия же подобной позиции, как мы видели, бывали трагичны. Меня возмущает, что по мере того как ситуация становится все более отчаянной, а молодежь — все более отчаявшейся, эти «специалисты» опускают руки и меняют свои взгляды.

Однако я молюсь о том, чтобы вы, дорогие родители, прочитали (и, надеюсь, захотели перечитать вновь) эту книгу с открытой душой и увидели, что многое, о чем я говорил, знакомо вам по Священному Писанию. Мне кажется, что, вдумчиво всматриваясь в проблему, вы поймете, каким изменениям должно подвергнуться большинство христианских семей, чтобы передать свою веру последующему поколению. В данный момент мы проиграли сражение. Но давайте все-таки выиграем войну!

Давайте, и дастся вам: мерою доброю, утрясенною, нагнетенною и переполненною отсыплют вам в лоно ваше; ибо, какою мерою мерите, такою же отмерится и вам (Лк. 6:38).

Примечания

1

Потеря аппетита на нервной почве. — Примеч. пер.

2

Здесь игра слов. Слово «глупыш» в дословном переводе означает «костяшкоголовый». Вследствие этого у маленького Адама создалось впечатление, что костяшки пальцев находятся у него на голове. — Примеч. пер.

3

Здесь опять игра слов. Слово «пускать» в английском языке имеет также значение «страдать». — Примеч. пер.

Content

Росс Кэмпбелл
Как понять своего ребенка

Предисловие

От соавтора

1. Заглядывая в будущее

2. Понять самих себя

3. Дети, которым нравится доставлять удовольствие другим

4. Дети, которые не признают авторитетов

5. «Разгневанное» поколение

6. Христианское воспитание

7. Дети хотят учиться

8. Понять подростка

9. Вред негативизма

10. Если ребенок нездоров

11. Семья — вырождающееся явление

12. Воспитание и здравый смысл

Примечания