Джордж Манн

Доктор Кто. Механизмы войны

Моей семье, разделившей со мной время и пространство

George Mann

DOCTOR WHO: THE ENGINES OF WAR

Печатается с разрешения Woodlands Books Ltd при содействии литературного агентства Synopsis.

Published in 2014 by BBC Books, an imprint of Ebury Publishing, a Random House Group Company

Copyright © George Mann 2014

Doctor Who is a BBC Wales production for BBC One.

Executive producers: Steven Moffat and Brian Minchin

BBC, DOCTOR WHO and TARDIS (word marks, logos and devices) are trademarks of the British Broadcasting Corporation and are used under licence.

© М. Николаев, перевод на русский язык, 2015

© ООО «Издательство АСТ», 2015

Часть первая

Молдокс

Глава 1

Три дня прошло с тех пор, как она видела далеков в последний раз. Целых три дня, как она сделала новую зарубку на стволе ружья. Слишком долго. И это заставляло ее нервничать. Что же они замышляют?

В последнее время патрули стали встречаться реже, далеки словно утратили интерес к выжженным окраинам и собрались в центральной части города. Когда они находили людей, сгоняли их туда же, будто скот. Если далеки изменили свои планы, значит, происходит что-то новое.

Возможно, ей стоит поискать другое место для жилья. А ведь она только начала обживать свое убежище.

Ее звали Зола, и сейчас она лежала в грязи и наблюдала за дорогой, проходящей под крутым уступом. По слухам, вскоре здесь должен был появиться патруль далеков. Впрочем, это должно было случиться еще час назад. С ними мог разобраться и другой отряд сопротивления, но вряд ли. Она бы знала. Такие новости мгновенно расходятся по комм-сети, но ее передатчик молчал. Вероятнее всего, далеки нашли выживших и вернулись с захваченными в город. А может, занялись «уничтожением». Зола называла это просто убийством. На мгновение ее охватила злость, и она крепче сжала оружие в руках. Пусть патруль только появится…

Зола убрала упавшую на глаза челку. Ее густые, неровно подрезанные волосы доходили до плеч. Рыжие, словно угли, мерцающие под тонким слоем пепла, – из-за их цвета ее и прозвали Золой. А еще потому, что ее нашли в догорающих руинах родного дома. Золе единственной посчастливилось выжить там, где прошли далеки.

Теперь дни, когда горела планета, когда все горело, казались такими далекими. Зола видела, как миры один за другим вспыхивали в небе над Молдоксом, складываясь в огненную спираль, вихрь из пылающих звезд.

Она была еще совсем ребенком, но даже ей было понятно, о чем говорят огни в небе. Далеки идут. Надежды нет.

Молдокс пал быстро. С того дня жизнь – если это можно назвать жизнью – изменилась навсегда.

Она потеряла семью в первые дни вторжения: отца и мать испепелил патруль далеков. Зола успела спрятаться в опрокинутом мусорном ящике. Не в силах даже вдохнуть от страха, сквозь узкую, покрытую грязью и ржавчиной щель она смотрела на бегущих прочь родителей и видела их смерть. Прошел год, прежде чем девочка снова начала говорить.

Через несколько дней Золу, раненую и растерянную, подобрала группа бойцов сопротивления. Они взяли ее с собой не по доброте душевной, нет. Группе требовался ребенок, который помогал бы устраивать засады на далеков. Дети не так заметны, как взрослые, и могут пролезть там, где далеку не протиснуться. Следующие четырнадцать лет девочка училась сражаться, училась выживать в разрушенном городе, и с каждым днем ее злость становилась сильнее.

Все, что она делала с того дня – абсолютно все, – питалось ненавистью и неутолимой жаждой мщения.

Зола знала, что годы, прожитые впроголодь, не пошли ей впрок. Тело девушки было крепким, но худоба и бледность сразу бросались в глаза. Грязь, казалось, въелась в кожу. Глядя на свое отражение в разбитом зеркале или осколке стекла, она всякий раз замечала боль и горечь в оливковых глазах. Такой ее сделала новая жизнь, которая состояла из ежедневных поисков продовольствия и охоты на далеков при любой возможности.

И на протяжении всех этих лет с далеками воевали галифрейцы. Их противостояние разрывало время и пространство Вселенной.

Зола слышала, что, по обычным меркам, война длилась уже больше четырех веков. Что, конечно, не было правдой, по крайней мере, не соответствовало действительности: охваченные войной темпоральные зоны проникали так далеко и глубоко в саму ткань Вселенной, что противостояние далеков и Повелителей времени стало в прямом смысле бесконечным. Не осталось ни одной эпохи, которой бы не коснулась эта война, ни единого фрагмента истории, который бы не был переписан.

Многие будут называть эту бойню Великой войной времени, некоторые – с иронией. Для Золы это был просто ад.

Она перенесла вес тела с одного локтя на другой, ни на секунду не отрывая взгляд от разбитой дороги, и продолжила ждать. Далеки вскоре появятся, Зола была в этом уверена. Утром она вывела из строя один из их ретрансляторов. Патруль, о котором она услышала днем, наверняка послали, чтобы выяснить причину поломки. Далеки всегда были весьма предсказуемыми.

По другую сторону дороги неровной зубчатой стеной стояли разрушенные дома. Зола внимательно осмотрела их, выискивая Зяблика. Сегодня была его очередь выманивать далеков под обстрел. Она пробежалась взглядом по руинам, но Зяблика так и не увидела. Хороший знак, значит, у него неплохое укрытие. Не хотелось бы, чтобы с ним что-то случилось – Зяблик был славным парнем. Пожалуй, она могла бы назвать его своим другом.

Фасады разрушенных зданий были покрыты копотью, оставленной выстрелами далеков и зажигательными бомбами, которые использовали люди в попытках остановить вторжение. Но у защитников не было ни единого шанса выстоять против бесстрашного и беспощадного врага, многократно превосходившего их числом. Всего за несколько дней далеки превратили целую планету в дымящиеся руины.

Зола с трудом могла вспомнить хоть что-то из жизни до вторжения. Память сохранила смутные нереалистичные образы: непроглядные чащи диких лесов, убегающие вдаль улицы мегаполисов, сверкающие шпили высотой до небес и нескончаемый поток транспортных кораблей над головой. Здесь, в Спирали Тантала, человечество достигло высшей точки своего развития. Люди колонизировали каждый мир спиральной цепи, окружающей гигантскую космическую аномалию – Око Тантала. Сейчас Зола чувствовала на себе его недобрый взгляд, следящий за тем, что происходит на планете.

Она подумала, что за пятнадцать последних лет ему довелось увидеть многое. Некогда процветающий Молдокс превратился в умирающий мир, который цеплялся за жалкие остатки жизни.

Со стороны дороги донесся какой-то шум. Зола вжалась в землю, потом медленно сдвинулась на пару сантиметров вперед и выглянула за край уступа, чтобы получше рассмотреть дальнюю часть дороги. Ремень от рюкзака натянулся и больно врезался в плечо, но сейчас Золу занимали куда более важные вещи.

Далеки наконец появились, в точности как она и ожидала. Сердце забилось быстрее. Девушка прищурилась, стараясь определить число далеков в патруле. Сначала Зола насчитала пятерых. Но по мере приближения врага уверенность девушки в успехе засады таяла.

Только один из них действительно был далеком. Он неспешно парил позади группы, будто пастух, погоняющий стадо. Его корпус поблескивал бронзой в лучах вечернего солнца, а торчащий из головы глаз на длинной ножке вертелся из стороны в сторону, выискивая возможную угрозу.

Остальные оказались мутировавшими каледами, тоже в некотором роде далеками, но изменившимися из-за действий Повелителей времени. Эти принадлежали к искаженным Скаро. Они появились в результате вмешательства галифрейцев в ход эволюции далеков; вероятно, так Повелители времени пытались предотвратить само зарождение расы. Последствия этого вмешательства оказались катастрофическими. Далеки утвердили свое существование в каждой из версий реальности. В абсолютно каждой из ее вероятностей, и теперь остановить их стало невозможно. Что бы ни думала об этом Зола, складывалось впечатление, будто Вселенная хотела, чтобы далеки появились.

Многие из этих искаженных были нестабильны, непредсказуемы в своем поведении, что, по мнению Золы, делало их даже более опасными, чем далеки. И вот они появились здесь, на Молдоксе.

Зола проверила оружие. Лучевое ружье было трофейным, собранным из излучателя, который вырвали из поврежденного корпуса еще живого далека, и автономной батареи. От излучателя к батарее тянулись провода. На долю секунды Золе страшно захотелось сбежать, но отступать было поздно – без боя уже не уйти. Оставалось надеяться, что у патруля в арсенале нет чего-то неожиданного.

Когда враг подошел ближе, Зола смогла детально рассмотреть отряд. Двое искаженных практически ничем друг от друга не отличались, к тому же она уже не раз встречала такую разновидность. Под обычной головой далека с привычным глазом на конце тонкой трубки, в колбе из бронированного стекла было подвешено туловище гуманоида. По бокам и сзади его центральную часть прикрывали три длинные панели, установленные на металлических манипуляторах черного цвета. Панели были покрыты полусферами сенсоров, как обычная броня далека, здесь же располагались излучатели, закрепленные на узких выступах.

Эти двое не шли, а парили над дорогой, подсвечивая асфальт голубоватым сиянием двигателей. Зяблик называл их летунами. Она уже могла рассмотреть, как за стеклом нервно подергиваются тела, лишенные конечностей и головы.

Однако другие разновидности искаженных в отряде были ей незнакомы. Один выглядел как огромное яйцо с тремя паучьими ножками; он полз вдоль дороги, подобно жуткому насекомому. Красные пластины на корпусе отливали металлом, на их поверхности выступали знакомые полусферы сенсоров, только угольно-черного цвета. Глазной стебель был толще обычного, но, пожалуй, самым неприятным отличием были четыре излучателя вместо одного.

Последний искаженный, напротив, почти не отличался от стандартных далеков, но в центральной части корпуса, где должны располагаться манипулятор с излучателем, стояло мощное энергетическое орудие на турели.

От увиденного у Золы пересохло во рту. Страшно подумать, что случится, если эта пушка сделает хотя бы один выстрел. От последнего искаженного нужно будет избавиться в первую очередь, иначе Зяблик точно попадет под раздачу.

Какое-то движение в руинах привлекло внимание девушки. Присмотревшись, она увидела, что Зяблик перебегает от укрытия к укрытию, привлекая внимание патруля. Как раз в этот момент далек тоже заметил его и повернул глаз в сторону полуразрушенного здания.

– Не стрелять! Покажись! Сдавайся, и тебя не у-нич-то-жат! – Резкий, наполненный металлическим дребезжанием голос далека разнесся эхом вдоль дороги. Зола почувствовала, как по спине пробежали мурашки, и снова перевела взгляд на руины, пытаясь найти Зяблика, чтобы угадать его следующий шаг. Она точно знала, что приказ он выполнять не станет. Даже если далек не врал, быть рабом этих чудовищ гораздо хуже смерти.

Вон он! Зола увидела, как Зяблик скользнул вдоль стены сожженного дома. Далек повернулся на движение и выпустил из своего орудия один за другим три коротких луча. Пронзительный звук выстрелов был почти оглушающим. При попадании заряды ослепительно вспыхнули. Последовавший за вспышкой взрыв сотряс поврежденную стену, и она рухнула, засыпав обломками место, где секунду назад прятался Зяблик. Ветра не было, и дым поднимался над руинами медленно, словно нехотя.

– Найти! – велел далек. – Найти человека и у-нич-то-жить!

– Подчиняемся, – хором механических голосов отозвались искаженные. Летуны взмыли ввысь. Оставшиеся решили взять добычу в клещи и разошлись, наведя орудия на руины.

Этого Зола и ждала. Как только патруль разделился, она встала на колено, прижала ружье к плечу, навела его на искаженного с турелью, сделала глубокий вдох и выстрелила.

Ружье выпустило короткий, но мощный импульс. Отдача сильно толкнула девушку в плечо, так что Зола пошатнулась. Запахло озоном.

Выстрел пришелся прямо в цель и пробил бронзовый панцирь мутанта, оставив после себя дыру с оплавленными краями. Один из энергетических клапанов на голове искаженного взорвался, но Зола ждала, что взорвется вся голова, эффектно разбросав обломки брони. Этот выстрел должен был убить его!

– Меня атакуют! Атакуют! – взревел раненый мутант, разворачивая голову на сто восемьдесят градусов. Его глаз быстро нашел Золу на уступе. – Человеческое существо женского пола, вооружено нейтрализатором далеков. Уничтожить! Уничтожить!

Девушку охватил страх. Зола посмотрела на свое оружие. Этого не могло случиться. Ни один далек не выживал после попадания из их же собственных излучателей. Может, у этой разновидности особая броня? В любом случае все, чего она добилась выстрелом, – выдала свое расположение.

Действовать нужно было быстро – она еще успеет убрать главного. Зола повернулась к новой цели и прищурила левый глаз, наводя оружие. Далек готовился открыть ответный огонь. Ствол его излучателя уже был направлен в ее сторону, но Зола его опередила. Ружье выплюнуло новый заряд обжигающей энергии.

Короткий луч угодил далеку прямо под глаз. От удара корпус раскололся с ласкающим слух треском. Взрыв разворотил сенсорные решетки, и часть биомассы мертвого каледа выплеснулась наружу. Сам он так и остался лежать внутри брони. По краям рваной раны плясали огни, плоть пузырилась и опадала с громким шипением.

Но времени радоваться меткому выстрелу не было. Четыре излучателя яйцеобразного мутанта коротко рявкнули один за другим, как артиллерийские орудия. Заряды обрушились на уступ, разметав землю. Зола кинулась прочь от края, уходя из-под обстрела, но опоздала – выстрелы искаженного повредили основание уступа. Часть его дрогнула и стремительно поползла вниз.

Зола почувствовала, как земля уходит из-под ног, и стиснула ружье, крепко прижав его к груди. Кубарем скатившись по склону, девушка оказалась на дороге прямо перед искаженными.

Глава 2

Высоко над Молдоксом из Вихря времени в реальность вынырнула синяя будка. На дальних окраинах Спирали Тантала этот реликт древней Земли выглядел абсолютно неуместным. Фонарь на крыше будки ярко вспыхивал каждый раз, когда она вновь обретала материальную форму. Если бы в космосе можно было услышать звук, ее появление сопровождалось бы натужным гулом, но там царила тишина.

И все же незамеченным оно не осталось. Перемещение ТАРДИС заставило сработать сигналы тревоги на контрольных панелях тысяч далеков. Их корабли устремились к синей будке сквозь космическую бездну, на ходу выстраиваясь в боевой порядок. Мерцание бортовых огней говорило об интенсивной работе генераторов.

В самой ТАРДИС Доктор, точнее, Повелитель времени, прошедший под этим именем через множество регенераций, повернул циферблат на консоли и сделал шаг назад. Он ждал, сложив руки за спиной.

От кругов на стенах исходило слабое люминесцентное свечение. В сумраке тени на лице Доктора казались гуще, а сами черты лица резче: тревоги, волнения, потери и усталость от войны, длящейся не одно столетие, избороздили его глубокими морщинами.

Центральная колонна ТАРДИС мягко гудела, ее механизм плавно поднимался и опускался, словно машина непостижимым образом дышала. От этой мысли на душе Доктора потеплело. Значит, он был не один. Прямо под купол ТАРДИС была спроецирована карта звездного неба. Доктор вздохнул и поднял на нее взгляд.

Полупрозрачное изображение Ока Тантала висело над его головой.

Око представляло собой аномалию, обширную деформацию ткани пространства-времени, существование которой по всем законам было абсолютно невозможным. Как оно возникло, имело ли естественную или искусственную природу – на эти вопросы никто так и не смог дать ответ. Доктор знал лишь, что Око Тантала старше Повелителей времени и что Омега, великий инженер далеких безмятежных дней возвышения Галифрея, писал о нем и его секретах. О секретах, которые так и остались нераскрытыми.

С этого расстояния, с окраины Спирали, Око выглядело как огромное газовое облако в форме человеческого глаза. Вокруг него вращалась вереница обитаемых миров, образующая спиральную структуру. Из глубины Ока исходило сияние небесных тел, попавших во власть его горизонта событий и темпоральных потоков. Угасающие звезды и новые голодные светила перерождались в бесконечном цикле смерти и воскрешения.

От одного только вида у Доктора перехватывало дыхание. Он множество раз прилетал сюда на протяжении своих жизней, особенно во времена четвертого и восьмого перерождений, правда, по более романтичным причинам, чем сегодня. Он едва мог вспомнить те дни. Они больше походили на чьи-то чужие фантазии, чем на его собственное прошлое. В нем не осталось ничего, кроме войны. Она поглотила, изменила его. Он стал кем-то другим. Воином.

Война времени изменила не только Доктора, но и Спираль Тантала. Далеки оккупировали и опустошили некогда мирные и процветающие галактики. Бо́льшая часть Вселенной стала зоной боевых действий, и Спираль не избежала этой участи, превратившись в очередной плацдарм далеков. Отсюда они могли продолжить военную кампанию против Повелителей времени и свой крестовый поход, целью которого было заселить бесконечность собственными прародителями.

Вот почему Доктор оказался в Спирали Тантала на этот раз. Далеки собрались здесь в невероятном количестве, и его задачей было оценить их силы.

Для чего существовал один простой и эффективный способ.

– Давайте! – прорычал он. – Идите и возьмите меня!

«Тарелки» далеков начали собираться над неподвижной ТАРДИС. Пока они держались на безопасном расстоянии, но корабль Доктора в любой момент мог оказаться в зоне поражения их энергетического оружия.

– Подожди, – пробормотал он под нос. – Дождись подходящего момента…

Он дернул рычаг, открывая канал связи. Десятки, а может и сотни, дребезжащих голосов смешались в беспорядочную какофонию, разобрать хоть слово в которой было практически невозможно. Но Доктор и так слишком хорошо знал, что говорит в этот миг большинство далеков. «Уничтожить! Уничтожить!» – до боли знакомое слово.

Они медленно плыли в сторону ТАРДИС; Доктор ждал.

Наконец первый из кораблей оказался достаточно близко.

– Сейчас! – прокричал Доктор, резко дернув рычаг, и так крепко вцепился в края консоли, что костяшки пальцев побелели от напряжения.

ТАРДИС устремилась вверх, как ракета. Далеки не ожидали этого маневра, и машина времени врезалась в куполообразное дно их корабля. На огромной скорости она пробила его насквозь и вырвалась наружу, быстро вращаясь вокруг собственной оси.

Сквозь пробитое ударом ТАРДИС отверстие можно было увидеть, как искрятся оборванные кабели и один за другим взрываются приборы. Корабль далеков потерял управление и, паля во все стороны, закрутился, резко меняя траекторию полета. Один из выстрелов угодил в соседнюю «тарелку», другая не успела уйти от столкновения с неуправляемым кораблем.

Мониторы ТАРДИС показали медленно плывущие в космосе неподвижные тела далеков в разбитой броне. Их поврежденные корабли догорали рядом.

– Вот так, славная моя старушка, – сказал Доктор. Он склонился над пультом, заставляя ТАРДИС снова и снова уходить от огня вражеских орудий. Корабли далеков собрались вместе и преследовали Доктора, словно стая хищных птиц. Каждый выстрел их пушек грозил ему смертью.

– Давайте, – бормотал он. – Летите за мной…

Подобно пилоту, демонстрирующему фигуры высшего пилотажа (однажды, еще в те времена, когда Доктор помогал UNIT[1] на Земле, они с Бригадиром побывали на представлении), Повелитель времени закручивал ТАРДИС, бросал ее из стороны в сторону, заставлял нырять и выписывать петли. Он удерживал далеков на максимально близкой дистанции, виртуозно уклоняясь от их выстрелов.

Око Тантала равнодушно наблюдало за погоней.

– Хорошо, а не пора ли… – Доктор оборвал фразу и усмехнулся, когда сотня боевых ТАРДИС вынырнула из Вихря времени прямо в тылу вражеского флота.

– Попались! – воскликнул он и крутанул рукоять на приборной панели, направляя машину времени вниз под приближающуюся волну далеков. Он рассчитывал оторваться от преследования и присоединиться к товарищам.

На корпусах боевых ТАРДИС сформировались гладкие белые пластины. Они были покрыты живым металлом, который в зависимости от ситуации превращался в различное оружие или щиты. Строй боевых ТАРДИС распался, выпуская в сторону флота далеков сотни смертоносных зарядов. Далеки, в свою очередь, попытались перегруппироваться, чтобы встретить ударившего в тыл противника лицом к лицу.

Множество временных торпед, выпущенных ТАРДИС, попало в цель, замораживая корабли далеков в потоке времени и на несколько секунд лишая их возможности двигаться. Замершие корабли один за другим исчезали в беззвучных огненных вспышках – вслед за временными торпедами по ним выпустили разрывные снаряды.

Но далеки не сдавались. Сразу после того, как Доктор успешно протаранил еще одну «тарелку» – не переставая вращаться, она исчезла в атмосфере ближайшей планеты, – он заметил, что их корабли открыли ответный огонь.

Гибель ТАРДИС похожа на раскрытие цветочного бутона. В момент уничтожения ее внутренние измерения разворачиваются в реальности, как лепестки. Стремясь достичь истинного размера, они становятся все больше и больше, пока не сгорят в вакууме.

Доктор видел, как «расцвел» космос. Пальцы Повелителя времени танцевали по клавишам приборной панели, и ТАРДИС послушно отзывалась на его движения. Орудия далеков сделали еще один залп.

– Сдвиг! – прокричал Доктор в коммуникатор. Повелители времени подчинились приказу: их ТАРДИС мгновенно исчезли. Спустя мгновение они появились вновь, совершив скачок на две секунды вперед. Заряды вражеских пушек не поразили ни одной цели, они рассеялись в глубине космоса, никому не причинив вреда. Ответный залп орудий Повелителей времени оказался куда более эффективным и уничтожил множество кораблей противника.

– Отступление! Отступление! – Доктор продолжал слушать голоса далеков; теперь их поредевший хор звучал иначе. Далеки предприняли попытку отойти ближе к Оку и укрыться за разбитыми кораблями погибших собратьев, как за щитом.

– Доктор, мы их перехватим, – пообещал из коммуникатора женский голос.

– Не дайте им уйти, прижмите покрепче, – ответил он.

Теперь Повелители времени вдвое превосходили числом уцелевших далеков. Часть боевых ТАРДИС зашла сверху, часть снизу, взяв отступающих в клещи.

Временные торпеды делали свое дело, не давая противнику вырваться из ловушки. В считаные секунды пространство у Ока заполнилось обломками кораблей; флот далеков был уничтожен.

– Отлично справились, Доктор, – судя по голосу, капитан Преда, командующий Пятым боевым флотом Повелителей времени, была очень довольна. – Сегодня мы им задали жару.

– Не стоит считать победы раньше времени, – мрачно ответил Доктор. – Не уверен, что бой закончен. Здесь могут быть и другие, наверняка они прячутся в тени этих планет.

– Так давайте проверим, – сказала Преда и отключила связь. Боевые ТАРДИС построились клином и подлетели ближе к Оку Тантала.

Доктор направился вслед за ними, не спуская глаз с мониторов. Он ждал нападения.

Все же они угодили в западню. Система оповещения молчала. На мониторах до последней секунды было чисто, а затем армада кораблей-невидимок вышла из Вихря.

Эти корабли были новой разработкой далеков, Доктор видел их всего несколько раз: гладкий яйцевидный корпус глубокого черного цвета, никаких бортовых огней. По своему опыту Доктор знал, что в бою они вдвое опаснее обычной «тарелки». Черные корабли скрывались в Вихре времени, поджидая добычу, как пауки. Они улавливали вибрации движущейся ТАРДИС и мгновенно выходили в реальность, чтобы нанести внезапный удар.

Корабли-невидимки были элегантным и смертоносным оружием, и Доктор сразу понял, что Преде с флотом не уйти из западни.

У Повелителей времени не было и доли секунды, чтобы среагировать. Никому из них не удалось нырнуть в Вихрь. Оружие далеков резало боевые корабли, как консервный нож, и выбрасывало «содержимое» в ледяной вакуум космоса.

Доктор закричал, в бессильной ярости обрушив кулаки на приборную панель; ТАРДИС резко сдвинулась в сторону, и это спасло ей жизнь. Удар пришелся вскользь по правому борту и закрутил корабль, как волчок. Стабилизаторы не справились с импульсом, Доктора сбило с ног, и он покатился по полу. Потерявшая управление ТАРДИС кувыркалась в воздухе, падая на ближайшую планету.

Глава 3

Вращаясь и оставляя за собой черный дымный след, ТАРДИС камнем падала вниз.

Внутри мчащейся к земле машины времени Доктор встал на ноги, цепляясь за поручень у края центрального помоста. Их продолжало крутить в воздухе. Двигатели гудели, металл скрипел от напряжения, но сам корабль не мог ни выправить траекторию, ни погасить скорость падения.

ТАРДИС продолжала транслировать проекцию внешнего обзора. Над головой Доктора в бешеной пляске кружились темные, похожие на синяки пятна на фиолетовом небе, островки руин, утыкавшие выжженную землю, и огни, лижущие внешнюю оболочку корабля. Невероятным усилием он заставил себя отпустить поручень и кинулся к пульту управления. Ему удалось схватиться за торчащий из консоли кабель, и он потянул его на себя, пытаясь добраться до пульта. К его ужасу, от сильного натяжения кабель выскочил из гнезда. Доктор отчаянно замахал свободной рукой, стараясь удержать равновесие. По счастью, очередная попытка двигателей остановить вращение корабля толкнула Доктора вперед, прямо к пульту управления, и он вцепился в ближайший рычаг.

Доктор встал настолько устойчиво, насколько мог. Корабль продолжал падать, и пол по-прежнему пытался уйти у него из-под ног.

– Отлично. Это должно сработать… – Доктор откинул вырванный из гнезда кабель, пощелкал тумблерами и нажал несколько кнопок.

Двигатели протестующе взвыли. ТАРДИС затрясло, и она начала дематериализовываться. Сквозь ставшие прозрачными стены Доктор видел, как исчезает реальный мир, уступая место пестрым потокам Вихря времени.

Доктор готов был облегченно вздохнуть, когда эта знакомая картина вдруг дрогнула и исчезла. Под куполом, мерцая, снова возник вид опустошенной войной поверхности. Земля стремительно приближалась, она будто сама мчалась навстречу падающей ТАРДИС.

Доктор в сердцах ударил кулаком по пульту управления. Даже механизм центральной колонны остановил свое монотонное движение. ТАРДИС словно предчувствовала, что должно случиться, и пыталась укрыться в глубине самой себя, отключая даже самые важные системы.

– Прости, старушка, – сказал Доктор и крепко ухватился за консоль. – Боюсь, посадка будет немного жесткой…

* * *

В рот набилась земля, правая щека саднила; по меньшей мере одно из ребер было сломано. Зола никак не могла сообразить, где она и что здесь делает. Тьма мягко затягивала девушку, а Зола и не думала сопротивляться. Сон. Сейчас ей не помешало бы немного поспать…

– Обнаружить другое человеческое существо, – от звуков дребезжащего металлического голоса сонливость как рукой сняло. Ну конечно! Уступ. Оползень. Искаженные. Наверняка прошло всего несколько секунд. Зола не шевелилась. Может, они решат, что она мертва?

Золу частично засыпало рыхлой землей, она ощущала на ногах ее тяжесть. Уже неплохо – по крайней мере, она чувствовала ноги. Должно быть, грязь смягчила падение. Зола попробовала едва заметно пошевелить ногой и почувствовала, что лежащая сверху земля поддалась. Значит, ее засыпало не слишком сильно, и она легко сможет освободиться.

Оружие из рук Зола так и не выпустила – гладкий металлический ствол холодил ладонь. Ружье еле слышно гудело от наполнявшей его энергии. Кажется, мутантов ждет сюрприз. Вряд ли они готовы к тому, что она снова начнет стрелять. Судя по словам искаженного, они еще не нашли Зяблика. Они не…

– Зола! – раздался среди руин встревоженный крик. От досады ей самой захотелось кричать. Что за дурь он творит?! Выдал себя, стал легкой целью.

Что ж, похоже, у нее нет другого выбора…

Зола выдохнула и рывками освободилась от засыпавшей ее земли. Времени оценивать ситуацию не было. Один из летунов висел в воздухе неподалеку, спиной к Золе. Она наспех прицелилась и выстрелила дважды. Быстро поймала в прицел другого летуна и снова сделала два выстрела.

Оба противника взорвались, исчезнув в яркой вспышке: сначала один, и тут же другой. Горящие обломки полетели во все стороны. Зола бросилась к ближайшему укрытию. Она перекатилась по асфальту и спряталась за броней убитого ранее далека. Осталось два боеспособных искаженных, один – вооруженный пушкой. Против пушки у девушки шансов не было.

– Зола!

Она выглянула из-за укрытия и увидела, как высокий широкоплечий силуэт Зяблика отделился от стены. На нем был грязный черный комбинезон, в руках – старый пулемет. Зяблик выбежал на дорогу, поливая огнем оставшихся мутантов. Пули отскакивали от брони, не причиняя вреда, но его план – если у него вообще был план – сработал. Он отвлек их, давая возможность Золе перебраться в более безопасное место.

– Зола! Выбирайся оттуда! Быстро! – прокричал он. Выпустив еще одну бесполезную очередь, Зяблик развернулся и кинулся бежать к углу разрушенного здания.

– Ликвидировать! – прогудел далек с пушкой, поворачивая центральную секцию вслед бегущему человеку.

– Зяблик! – закричала Зола. – Нет!

Далек выстрелил. Из пушки вырвался сгусток энергии зловещего красного света. Он попал Зяблику в спину и в следующую секунду окутал его целиком. Словно объятый пламенем, парень метался из стороны в сторону, пытаясь вырваться из смертельной хватки луча. Но тот держал крепко, спасения не было.

Зяблик хотел закричать, и поток энергии ринулся в открытый рот, заполняя тело изнутри. Задыхаясь, он вцепился обеими руками в горло.

Зола ничем не могла ему помочь. Она плакала, глядя, как плоть Зяблика начинает светиться, приобретая красноватый оттенок убивающей его энергии. Жуткое сияние становилось все ярче, тело Зяблика словно истаивало изнутри, пропуская свет наружу.

Прошло всего несколько секунд, и от Зяблика не осталось ничего, кроме крошечного, медленно гаснущего огонька.

Сжавшаяся за сгоревшим далеком Зола испытала странное чувство. Только что она стала свидетелем чего-то ужасного, но никак не могла понять, чего именно. Неясный зуд на самом краю сознания не давал покоя: Зола готова была поклясться, что искаженные уничтожили кого-то несколько секунд назад – но не могла вспомнить кого. Кажется, она даже знала убитого… Но кто это мог быть? Ведь она устроила засаду в одиночку, без чьей-либо помощи. Или нет?

Тем не менее отрицать охватившее ее сокрушительное чувство опустошенности было бессмысленно. На месте должной скорби в душе зияла огромная дыра, но разбираться со своими чувствами и переживаниями времени не было: двое оставшихся искаженных уже подбирались к ней.

Зола выглянула из-за обгоревшего корпуса в поисках пути для отступления. Единственная возможность уйти живой – добраться до руин через дорогу, но далеки не дадут ей ни малейшего шанса осуществить этот план. Нынешнее укрытие, впрочем, тоже ее не спасет.

Внимание Золы привлек нарастающий резкий звук. Она подняла взгляд и невольно открыла рот от изумления: оставляя в небе густой дымный след, к земле стремительно неслась большая синяя будка. Окна горели ярким светом, на крыше сверкал фонарь. Зола понятия не имела, что это, но точно могла сказать, что очень скоро «оно» врежется в поверхность ее планеты.

– Уклонение! Уклонение! – заверещал яйцевидный мутант и устремился к разрушенным домам, торопливо перебирая паучьими лапками.

Зола опустилась на корточки и сжалась в комок, прикрывая голову руками. Что еще было делать в такой ситуации? Рев от падения будки перекрывал все остальные звуки. Добежать до укрытия девушка не успевала. Чем бы ни было падающее с неба тело, до столкновения оставались считаные секунды.

Будка врезалась в Молдокс с жутким оглушительным треском. Удар подбросил сошедшую оползнем землю и броню мертвого далека метра на два вверх. Золу тоже подкинуло. От падения на спину у нее в самом прямом смысле перехватило дыхание. Будка ударилась о склон над дорогой, отскочила и, кренясь, продолжила свой полет к земле. Она врезалась в дорожное полотно с грохотом, не менее громким, чем при первом столкновении. Грязь и мусор второй раз за сегодняшний день засыпали Золу.

Будка опрокинулась и со скрежетом поехала по дороге. Скольжение по асфальту высекало искры из, казалось бы, деревянного бока. Наконец будку швырнуло на тротуар, где она остановилась, уткнувшись в полуразрушенную кирпичную стену.

Зола смогла вдохнуть и открыла глаза. То, что она выжила, казалось ей настоящим чудом. Она поднялась, стряхивая грязь с одежды; в ушах звенело. Зола сделала несколько шагов и едва не упала. Пришлось подождать, пока голова не перестанет кружиться.

Как только слух вернулся, на Золу навалилась тишина, которую нарушало только шипение плавящегося у основания будки асфальта. Как вообще что-то, сделанное из дерева, могло уцелеть после такого падения?

Зола осмотрелась. Первый удар оставил глубокий кратер в склоне под откосом, по дороге змеились трещины; часть ее была полностью разбита.

Броня далека, служившая Золе укрытием, валялась метрах в трех от нее и тихо покачивалась.

От синей будки поднимался дым. Она лежала на боку, раскрывшейся дверью вверх. Окна все еще слабо светились, но фонарь на верхушке погас. Зола подумала, что он похож на аварийный маяк или навигационное устройство.

Рядом с будкой Зола заметила нижнюю часть брони далека; надо думать, она принадлежала тому, что с пушкой. Верхнюю половину нигде не было видно. Видимо, далек не успел убраться подальше, и падение будки его обезглавило. Получается, странный летательный аппарат, сам того не желая, спас девушке жизнь.

Зола поискала взглядом мутанта с паучьими лапками, но так и не нашла его тела.

Она осторожно приблизилась к будке. За открывшейся от удара дверью горел свет, но внутри было дымно, и Зола, как ни напрягала глаза, ничего не могла рассмотреть. Она подумала крикнуть: «Есть кто живой?» – но побоялась привлекать к себе внимание. Тем более, девушка понятия не имела, кто или что сидело в будке. Нет уж, лучше она подкрадется и сама посмотрит, что там внутри…

Зола замерла, услышав, как в будке кто-то закашлялся. По крайней мере, ее обитатель пока жив.

Девушка быстро огляделась в поисках своего ружья и увидела его торчащим из груды земли неподалеку. Зола принялась разгребать руками грязь, чтобы выкопать оружие. Под края обломанных ногтей быстро набилась глина. Наконец она вытащила ружье из кучи земли, проверила, уцелели ли провода, стряхнула грязь и посмотрела на датчики. Индикатор заряда горел красным, ружье было полностью разряжено. Зола выругалась про себя. Видимо, взрыв что-то сломал в батарее или излучателе. Но кто бы ни сидел в будке, он-то об этом не знает. А припугнуть можно и разряженным ружьем.

Выставив его перед собой, как щит, Зола снова приблизилась к синей будке. Она держала ухо востро и внимательно следила за любым движением, способным выдать враждебные намерения. Может, это спасательная капсула? По размеру вполне подходит и, судя по падению, прилетела с орбиты. Небольшие языки пламени все еще плясали по углам будки. На боку виднелся длинный черный след от выстрела из энергетического оружия. Значит ли это, что далеки сбили чей-то корабль? Спасшийся в капсуле – человек или пришелец? В верхней части будки виднелась надпись «ПОЛИЦИЯ», что не только не давало ответов на вопросы, но еще больше запутывало эту странную ситуацию.

Зола снова услышала кашель – уже громче предыдущего. В дыму что-то промелькнуло. Зола остановилась и направила оружие прямо на открытую дверь. В этот момент из будки вынырнула голова человека.

С громким выдохом он раскинул руки, цепляясь за края странной спасательной капсулы, и подтянулся. Теперь над дверным проемом торчала не только голова, но и плечи.

Зола смотрела на него, не зная, что именно нужно говорить или делать. Мужчина был намного старше ее, на суровом морщинистом лице читалась усталость. Короткие седые волосы торчали над высоким лбом. Такими же абсолютно седыми были и густые усы с бородой. Кожаная куртка выглядела поношенной, на шее у незнакомца был повязан коричневый шарф с узором-елочкой. Его удивительные зелено-карие глаза смотрели на девушку с недоумением.

– Ну? – сказал он так, будто ждал ответа на некий невысказанный вопрос.

– Что? – переспросила Зола и повела ружьем, давая незнакомцу понять, что вооружена.

Его брови поползли вверх. Он, кажется, был удивлен невероятной наглостью собеседницы.

– О, значит, все, на что ты способна – размахивать оружием у меня перед носом. Так?

– Ну… – Зола на секунду даже растерялась. – Слушай, ты же только что свалился с неба!

– Именно это я и сделал, – согласился незнакомец. – И, надо сказать, идеально выбрал момент.

– О чем ты говоришь? – спросила Зола, с трудом сдерживая недовольство.

– Посмотри на себя. Ты определенно нуждаешься в моей помощи.

– Да неужели? – возмущенно спросила Зола и покачала головой, пораженная его высокомерием. – В твоей помощи?

– Верно, – ответил незнакомец.

– И что же заставляет тебя так думать? – Зола уже начала уставать от раздражающей манеры общения странного старика и его нелепого позерства.

Незнакомец пожал плечами, точнее, попытался пожать, так как висел, широко раскинув руки. Что, кстати, выглядело очень странным: будка была довольно узкой, что мешало ему просто встать на ноги?

– Если не хочешь, чтобы тебя пристрелил далек, советую побыстрее забираться внутрь, – сказал он со вздохом.

– Что? – не поверила своим ушам Зола. – Ты хочешь, чтобы я залезла в эту будку с тобой? – она продемонстрировала ему свою лучшую ухмылку «Не в этой жизни, мистер».

– Меня мало волнует, что ты будешь делать, но если у тебя есть хоть капля мозгов – в чем я не уверен, – ты сделаешь именно то, что я сказал.

Зола подумала, не нажать ли спусковой крючок: вдруг оставшегося заряда хватит на то, чтобы надоедливый дедуля прилег отдохнуть.

– Отлично, – сказала она. – Оставляю тебя наедине с собой. – Зола развернулась и пошла прочь.

– Сейчас же! – повысил голос незнакомец. В отличие от предыдущей болтовни, последние его слова прозвучали как приказ, заставляя Золу всерьез задуматься над предложением.

– У-нич-то-жить!

Зола мгновенно развернулась на месте и увидела, что паукообразная тварь выползает из-за руин справа от нее. Девушка громко выругалась. Она так увлеклась спором с незнакомцем из будки, что забыла об осторожности – и поплатилась за это. Она вскинула ружье, несколько раз попыталась выстрелить, но, как и ожидалось, ничего не произошло. Заряд полностью иссяк.

У Золы было не так много вариантов. Она могла остаться и сразиться с мутантом, хотя от ее оружия толку сейчас не больше, чем от деревянной палки, попытаться сбежать, рискуя получить выстрел в спину, или укрыться в упавшей с неба будке.

– Из огня да в полымя, – пробормотала Зола. Искаженный заполз на торчащий из земли обломок стены, и кирпичи посыпались из-под его острых лап. Зола развернулась, взяла короткий разбег и прыгнула в раскрытый люк спасательной капсулы за спину незнакомца. Она поджала ноги к груди, чтобы приземлиться на корточки и сразу скрыться в глубине будки.

– Берегись! – крикнула она, чтобы незнакомец успел подвинуться, и она не упала на него сверху.

Врезавшись спиной в то, что оказалось металлическими пластинами пола, Зола поехала дальше. Она выставила одну руку, чтобы затормозить, а другой по-прежнему прижимала к груди ружье. Инерция повернула ее на бок; так она и остановилась, лежа щекой на холодном железе. Пол еле слышно гудел, вибрируя от работы двигателя на холостом ходу.

Зола не могла понять, что происходит.

При падении она закрыла глаза и сейчас открыла их, ожидая наткнуться взглядом на пожилого мужчину, прячущегося рядом с ней в тесном пространстве. Вместо этого она увидела просторное помещение округлой формы.

Зола взяла оружие в обе руки, села и недоверчиво огляделась вокруг. На стенах светились расположенные рядами круглые панели. Зола даже не догадывалась об их предназначении. Изогнутые каменные колонны подпирали купол. На возвышении в центре располагалось нечто похожее на пульт управления. С первого взгляда становилось ясно, что многие детали на нем не принадлежат изначальному механизму. Из открытого люка на полу к этому пульту тянулись кабели разной толщины.

Все помещение выглядело так, словно его обставил завзятый жестянщик, или владельцу постоянно не хватало нужных деталей, и он заменял их тем, что подвернулось под руку. Она оказалась в рубке космического корабля. Зола подумала, что, может быть, ударилась и потеряла сознание, когда запрыгивала в спасательную капсулу, и очнулась уже в другом месте несколько часов спустя. Но в это слабо верилось.

Немолодой мужчина, чьи плечи и голова ранее торчали из будки, сейчас возился с пультом управления, пытаясь настроить изображение на маленьком экране. Он стоял спиной к Золе, но определенно это был тот самый человек: она узнала его по коричневой куртке и седым волосам.

Зола оглянулась и увидела люк. Она пригляделась внимательнее. Технически это была дверь. Сомнения Золы окончательно рассеялись: именно через этот вход она сюда и попала.

– Она… Она… – растерянно пробормотала Зола.

Мужчина отвернулся от экрана и посмотрел на девушку.

– Больше внутри, чем снаружи. Да, знаю. И раз уж теперь мы оба это знаем, предлагаю пропустить эту часть.

– Она стоит прямо, – наконец договорила Зола. – Будка лежит на боку, но внутри она стоит прямо.

– О. Конечно. Хм-м. Тут ты меня подловила, – сказал он. – Да, пожалуй. Это относительно-пространственные стабилизаторы. Они защищают от… падений. – Хозяин корабля посмотрел на нее и насмешливо поднял бровь. – То, что внутри, и то, что снаружи, можно по-разному ориентировать относительно друг друга. – Он взмахнул рукой, словно объясняя, что никакого чуда нет, а есть лишь ловкость рук.

– И она больше, – добавила Зола.

– Ты все же сказала. – Хозяин корабля рассмеялся. – Я этого ждал.

– Что означает… – Зола нахмурилась. – Я в ТАРДИС?

– Именно. – Он повернулся обратно к консоли и стал изучать данные на экране. Дисплей выглядел очень старым. Хозяин корабля нажимал кнопки на пульте, явно пытаясь запустить что-то, что отказывалось работать.

Золе стало интересно, чем именно он занят. Она посмотрела на экран, но увидела лишь множество незнакомых символов, которые вращались и двигались в каком-то безумном танце.

– Бесполезно! – неожиданно громко воскликнул он, явно чем-то расстроенный. Зола непроизвольно отшатнулась, ее палец мгновенно оказался на спусковом крючке.

– Если это ТАРДИС, – сказала она, – значит, ты…

– Повелитель времени, – закончил за нее мужчина. – Да, верно. Молодец. – Его голос звучал покровительственно.

Зола отодвинулась, упираясь ногами в пол. Она подняла оружие, направляя его на Повелителя времени. Возможно, остаться снаружи с искаженными было не такой уж плохой идеей. Она услышала, как один из них пытается выломать дверь, но, к счастью, ТАРДИС была достаточно крепкой, чтобы выдержать его натиск.

– Что тебе от меня нужно? – Голос Золы дрогнул.

– Я думаю высадить тебя где-нибудь в безопасном месте, – со вздохом ответил Повелитель времени. – Так быстро, как только смогу. Может, хоть тогда я наконец получу немного тишины и покоя.

Он посмотрел на нее так, словно хотел услышать, что на это скажет Зола.

– Назови мне хоть одну причину, почему мне не стоит убивать тебя прямо сейчас? – спросила она, вскидывая ружье.

– Потому что я спас твою жизнь, – отозвался Повелитель времени. – А еще потому, что ты ничуть не похожа на убийцу и батарея твоего излучателя полностью разряжена. – Он вернулся к пульту и защелкал тумблерами.

– Спас жизнь! – со злостью воскликнула Зола. – Ты едва не раскатал меня по асфальту, когда свалился с неба в своей… своей… будке! – После гневной тирады она тихо выругалась себе под нос. Как он догадался про ружье? Увидел, что она пыталась стрелять в искаженного? Пусть Повелитель времени знает, что она безоружна, но, если он попытается причинить ей вред, она так легко не сдастся. Если придется, будет драться голыми руками. В конце концов, она гораздо моложе и наверняка сильнее.

– Вот как. Значит, ты бы сама справилась с теми далеками?

Ее не слишком впечатлил его снисходительный тон, учитывая, что он фактически разбил свою ТАРДИС о планету. Тем временем он достал что-то из складок куртки, но Зола не успела разглядеть, что именно.

– Они не были далеками, – возразила она. – С далеком я уже разобралась.

– Далек есть далек, – сказал Повелитель времени, пожимая плечами. – Форма не имеет значения, и не важно, из какого он времени или варианта реальности.

– То же самое можно сказать и о Повелителях времени? – Вопрос Золы был пропитан едким сарказмом.

– Боюсь, что так, – ответил он.

– Но ты же сам Повелитель времени? – удивилась Зола и помахала ружьем, привлекая его внимание. Хозяин корабля даже не посмотрел в ее сторону. Зола наконец увидела, что он держал в руке – какой-то странный предмет, похожий на большую шариковую ручку со светящимся наконечником и кнопкой. Каждый раз, когда Повелитель времени нажимал ее, эта штука начинала неприятно жужжать.

– Да, – наконец ответил он, и Зола почувствовала, что для него этот вопрос почему-то оказался не слишком приятным. Он поднес странный инструмент к уху, зажал кнопку и прислушался к звуку, который издавал прибор. Что-то в этом жужжании ему явно не понравилось. Он нахмурился и постучал устройством по ладони.

– Где же тогда твои шапка и мантия? – спросила Зола. – Ты не слишком похож на Повелителя времени.

– Как говорится, из каждого правила есть исключения, – ответил он и вновь поднес прибор к уху. Кажется, на этот раз жужжание его порадовало. Он засунул прибор в петлю старого патронташа, перекинутого через грудь, и отряхнул руки.

– Что это за штука? Оружие? – спросила она.

– Нет, – ответил он и раздраженно посмотрел на Золу. – Это отвертка. А теперь, может, уберешь свое ружье? Ты расстраиваешь мою старушку. – Он ласково похлопал ладонью по консоли. – И, если уж быть совсем откровенным, ты расстраиваешь меня.

Если он рассчитывал задеть Золу последним замечанием, то это не сработало.

– Хочешь сказать, больше, чем ты расстроил ее, врезавшись в планету? – ехидно спросила она. Ствол ружья Зола все же опустила, но выпускать излучатель из рук не торопилась.

– Другое дело, – похвалил ее Повелитель времени. – Правда же, так стало гораздо лучше?

Теперь пришла очередь Золы наградить его раздраженным взглядом:

– Что ты вообще забыл на Молдоксе?

– А, вот, значит, как зовется эта планета. Надо сказать, вид у нее просто ужасный. Молдокс. – Он произнес последнее слово так, будто примерял его, как примеряют шляпу. Повелитель времени покачал головой, словно решил, что оно ему не подходит. – Куда более важный вопрос: что ты здесь делаешь и зачем вступила в бой с теми далеками?

– Я устроила засаду.

– Засаду? – Повелитель времени посмотрел на нее с недоверием. – Ты, твой друг и один трофейный излучатель на двоих. Впечатляет. – На мгновение его лицо стало очень несчастным. – Прости, я не смог спасти его.

– Мой друг? Я была одна, – удивилась Зола.

– Сканеры ТАРДИС показали присутствие в зоне падения двух человек. Один из них исчез сразу после того, как далек выпустил мощный энергетический заряд. Я решил, что вы были заодно.

– Нет, я… – Она замолчала. Ее снова посетило то странное чувство, навязчивый зуд на самом краю сознания, словно она никак не может что-то вспомнить. – Вряд ли. Я так не думаю.

Повелитель времени кивнул, но было видно, что ее ответы серьезно его смутили.

– Что ж, – сказал он, обходя консоль по кругу и настраивая приборы на пульте управления, – можешь чувствовать себя как дома ближайшие пару минут. Я собираюсь снова поднять ее в воздух. – С этими словами он потянул большой рычаг. Широкая стеклянная колонна в центре консоли на секунду вспыхнула ярким белым светом. Механизм за стеклом дрогнул, задвигался вверх и вниз, как поршень, но свет тут же погас. Снизу, из-под пола, послышался глубокий низкий звук, пугающе похожий на стон.

– Проклятие! – воскликнул Повелитель времени, со злостью ударив кулаком по пульту. – Не работает. Ей нужно время, чтобы залечить раны, прежде чем я смогу увести ее подальше от этой планеты.

– Подальше от планеты? – переспросила Зола. Внезапная мысль закралась девушке в голову. А не этого ли она ждала? Неужели судьба наконец-то подкинула ей шанс спастись, о котором она так давно мечтала? Может, чудаковатый старик вытащит Золу из ада, в который далеки превратили ее родной мир? Идея выглядела очень заманчиво. За прошедшие годы Зола сотни раз думала о том, как убежать с Молдокса, но реальной возможности ни разу не представилось. Вдруг это она? Начать с чистого листа где-нибудь далеко-далеко, где эта война – всего лишь часть древней истории, страшная сказка, которую рассказывают малышам, чтобы хорошо себя вели. Не может быть, чтобы в бесконечном космосе не нашлось такого места.

– Ну, похоже, прямо сейчас мы никуда особо не торопимся. – С этими словами Зола наконец встала и повесила ружье на металлические перила. Впрочем, она не стала отходить слишком далеко и в случае чего могла быстро схватить оружие. Понятно, что без нового источника питания оно бесполезно, но даже разряженное оружие лучше, чем ничего. Тем более что ничего другого у Золы и не было.

– Мы? – удивился Повелитель времени.

– Ты же говорил, что отвезешь меня в безопасное место, – сказала Зола. – На Молдоксе таких нет. От патрулей далеков очень трудно прятаться, а если меня найдут, я скорее дам себя убить, чем сдамся в плен.

– Далеки берут пленных? – Повелитель времени удивился еще больше. – Это на них не похоже. Хотя, может быть, у далеков особые планы на эту планету. Что они делают с пойманными людьми?

– Понятия не имею, – ответила Зола. – Знаю только, что их уводят в города. Для этого далекам и нужны патрули – собирать людей. Стреляют, только если бежишь или сопротивляешься.

– Далеки роют землю, прокладывают шахты?

Зола пожала плечами, она ничего об этом не знала.

– Тогда пойдем и выясним, – сказал Повелитель времени.

У Золы обмерло сердце.

– А как же далеки? – спросила она и только сейчас заметила, что стук в дверь прекратился. Видимо, искаженный сдался и ушел, чтобы доложить о случившемся.

– Будем решать проблемы по мере возникновения, – ответил Повелитель времени. – Где здесь ближайший город?

– Ближе всего – Эндор, до него пятнадцать километров.

– Дорогу знаешь?

– Да, но идти туда смертельно опасно, – сказала Зола. – Их там тысячи. А еще ходят слухи… что мутанты разрабатывают в Эндоре новое оружие.

– Этого-то я и боюсь, – сказал Повелитель времени. Он в последний раз посмотрел на монитор и пошел к двери. – Идем. Нет времени лучше настоящего.

– Если я помогу тебе, – спросила она, по-прежнему стоя у консоли, – если я отведу тебя в Эндор, когда мы вернемся, ты заберешь меня отсюда на ТАРДИС и отвезешь в безопасное место? – Ее голос едва не сорвался. Зола спрятала руки в карманы, чтобы Повелитель времени не увидел, как они дрожат.

– Да, – сказал он. – Обещаю.

– Но откуда мне знать, что ты не обманешь?

Он посмотрел ей в глаза, отвернулся и вышел наружу.

– Этого ты не можешь знать, – бросил он через плечо.

Подумав, что терять все равно нечего, Зола схватила ружье и побежала за Повелителем времени.

Глава 4

До вторжения далеков Жослин Харрис была губернатором Молдокса. Ее власть распространялась также и на четыре людских поселения на спутниках планеты. Жослин была хорошим руководителем: под ее бдительным присмотром колония процветала. Население росло, программа застройки постепенно воплощалась в жизнь, даже терраформирование проходило довольно гладко, если не считать памятного сбоя, спровоцировавшего одну-единственную лютую зиму.

Жослин гордилась своей работой. Люди Молдокса, избиравшие ее три раза подряд, провозгласили губернатора Харрис предвестником новой эры. За безграничное доверие она отплатила тем, что предала всех и теперь работала на далеков.

Она сделала это не из жажды власти или хоть сколь-нибудь высоких побуждений в отличие от большинства перебежчиков. Ее поступок был обусловлен трусостью, что, по собственному мнению Жослин, делало ее худшим из предателей. Она пошла на это, чтобы спасти свою шкуру. Когда полчища далеков окружили планету и начали жечь города и истреблять население, она согласилась стать их рупором, марионеткой, игрушкой. Только ради того, чтобы выжить.

Годами Жослин пыталась убедить себя, что сделала единственный правильный выбор: работая на стороне далеков, она могла по-прежнему приносить пользу своему народу, передавая бойцам сопротивления информацию о планах захватчиков. Вот только Жослин так ни разу и не решилась пойти против далеков, поскольку всегда существовал риск, что они об этом узнают. Она понимала, что возмездие за предательство будет быстрым и эффективным и полностью исключит возможность повторной ошибки. Жослин знала: что бы ни случилось, ей легко найдут замену.

Интересно, что понадобилось далекам сегодня? Две бронзовые жестянки вошли в комнату Жослин – камеру, если называть вещи своими именами, – и приказали следовать за ними. Как обычно, они не вдавались в детали и ничего не объясняли. Жослин только сообщили, что ее ждут в зале для аудиенций.

Отодвинув планшет, она встала из-за стола и пошла за далеками, как и было велено. Командный центр захватчиков представлял собой огромную космическую станцию, но, несмотря на ее размеры, искусственная гравитация здесь была весьма слабой. Далекам, как она выяснила, гравитация не нужна: они могли создавать магнитное поле и с его помощью легко удерживаться на металлических поверхностях. Если кто-то и вылетал в открытый космос, он всегда мог включить двигатели и вернуться обратно. Таким образом, гравитация была крохотной уступкой для заключенных, которых содержали на борту станции. Далеки не тратили энергию на то, чтобы сила тяжести достигала хоть сколь-нибудь комфортного уровня.

Поэтому Жослин не шла, а, скорее, прыгала вслед за далеками гигантскими скачками, стараясь не отставать.

От ее камеры до зала для аудиенций было меньше пятисот метров. За время своего пребывания на станции она побывала там несчетное число раз.

Сегодня Круг вечности собрался в полном составе. Пятеро входящих в него далеков расположились на высоких постаментах и смотрели на Жослин сверху.

Она так до конца и не выяснила, в чем именно заключаются функции этих далеков или чем они отличаются от подчиненных им сородичей, не считая, конечно, цвета. Их форма и рост были точно такими же, как у тех охранников, что привели ее сюда, но, если обычные далеки блестели бронзовым и золотым, эти пятеро переливались глубокой металлической синевой. Купол их брони и полусферы на корпусе сияли, как полированное серебро.

Жослин знала только, что император далеков наделил Круг вечности властью и велел им создать новое оружие против Повелителей времени. Некоторые из своих изобретений они тестировали на жителях Молдокса и других планет Спирали Тантала. Жослин была в курсе экспериментов, так как составляла отчеты.

Для нее эти пятеро были настоящим кошмаром, демонами в синих доспехах, чудовищами, ответственными за все, что случилось с ее любимой планетой, домом. И ее детьми.

– Ждать, – рыкнул охранник. Когда Жослин слышала голоса далеков, ей казалось, что они вонзаются в голову, как гвозди. Она остановилась в центре большого шестиугольного зала. Далеки все так же смотрели на нее с постаментов. Женщина чувствовала угрозу, но они хранили молчание.

Охранники бесшумно скрылись в нишах у входа. Она решила, что не будет говорить, пока ей не велят.

В нескольких метрах над головой Жослин заработал голографический экран. Его свечение заставляло воздух мерцать голубым светом; в зале чувствовался запах озона.

– Докладывайте, – прогудел низкий скрипучий голос императора далеков. Она удивленно вскинула голову. На экране застыл немигающий глаз императора. Его голос, казалось, шел со всех сторон сразу, заполняя комнату. Жослин чувствовала, как вибрации металлического баса отдаются дрожью внутри тела.

– Создание оружия близится к завершению, – монотонно проскрежетал далек на крайнем пьедестале слева. – Ликвидатор скоро будет готов.

– Отлично, – сказал император. – Мы стоим на пороге уничтожения Галлифрея. – Выдержав короткую паузу, он спросил: – Как обстоят дела с прародителями?

– Двенадцать из семнадцати распознанных эпох заселены нашими прародителями, – ответил другой далек из Круга вечности. – Силы Повелителей времени рассредоточены. Война идет на многих фронтах.

– Как и планировалось, – сказал император. – Что с разработкой нового вооружения?

– Тестирование на планете Молдокс практически завершено, – ответил далек на центральном постаменте. Когда он говорил, энергетические клапаны на его голове часто мигали. – В соответствии с полученными данными, образцы нового темпорального вооружения скоро будут готовы к распространению в пространственно-временном континууме.

– Покажи мне, – проурчал император.

– Подчиняюсь, – ответил далек и повернул голову к Жослин: – Жослин Харрис. Ты исправно служила нам.

– Я старалась, – ответила она, не совсем уверенная, к чему клонит далек.

– Предательство собственного вида говорит о том, что тебе нельзя доверять, – продолжил тот. – Ты будешь у-нич-то-же-на.

– Нет! – закричала она. – Нет! Я сделаю все, что угодно. Скажите мне, я докажу, что могу быть полезной. – Жослин невольно сделала шаг ко входу в зал, хотя понимала, что бежать некуда: она на станции далеков, вращающейся вокруг гигантской пространственно-временной аномалии. Даже покинув зал, много времени она не выиграет, но можно хотя бы попытаться…

Жослин развернулась, чтобы кинуться к двери, и вскрикнула от разочарования. В зал медленно влетел еще один далек, отрезав ей путь к спасению. Мысли заметались в голове Жослин, она понятия не имела, что теперь делать.

Этот далек отличался от остальных. Та же бронзово-золотистая броня, та же высота и внешность, но вместо обычного манипулятора и тонкого ствола излучателя в его средней части была закреплена большая пушка черного цвета на сферическом шарнире.

Жослин отпрянула, низкая гравитация превратила ее движение в замедленный скачок.

Далек неторопливо поплыл к ней, прицеливаясь.

– Ликвидировать! Ликвидировать! – На конце ствола его странного оружия заискрились огоньки. С каждой секундой они становились все ярче и ярче.

– Нет! Пожалуйста! – закричала Жослин, закрывая лицо, когда оружие выпустило в ее сторону луч кроваво-красного цвета.

Последним, что она увидела, был глаз императора далеков, со злобным предвкушением смотрящий на нее с экрана.

Глава 5

– Осторожно. Он все еще может быть поблизости, – сказала Зола, укрывшись за ТАРДИС и выискивая взглядом искаженного. – У него было четыре излучателя.

– Я уверен, что он давно убежал, чтобы предупредить своих дружков, – сказал Повелитель времени. – Им очень не понравится, что я здесь.

Зола пристально посмотрела на него. Она часто слышала о высокомерии Повелителей времени, но здесь было что-то иное. Не похоже, что он хвастался. Скорее, наоборот, в голосе, которым он произнес последнюю фразу, сквозили усталость и смирение перед неизбежным: он не хотел быть здесь. Она не чувствовала угрозы с его стороны, хотя ей и следовало соблюдать осторожность. Зола не могла понять, каков он на самом деле, а значит, не знала, можно ли ему доверять. Она лишь надеялась, что он не заварит какую-нибудь кашу, когда они доберутся до Эндора. Быстро осмотреться и обратно на корабль – вот и все, что нужно сделать. Если поторопятся, то к утру вернутся.

Повелитель времени снова вытащил отвертку. Он поднял ее на уровень лица, нажал кнопку и поводил рукой туда-сюда, внимательно слушая звук, издаваемый прибором. Затем пожал плечами и убрал инструмент обратно в петлю патронташа на груди.

Зола подошла к нему и встала рядом. Она снова пробежала взглядом по окрестностям, выискивая укрытие понадежнее.

– Кстати, меня зовут Зола, – сказала она, но руку ему протягивать не стала.

Повелитель времени кивнул.

– Обычно, если кто-то называет свое имя, вежливый человек в ответ говорит свое, – вздохнула девушка.

– Неужели? – спросил он довольно грубо, и они оба на несколько секунд замолчали.

– Ну? – не выдержала Зола.

– Что это вообще за имя «Зола»? – Повелитель времени предпринял новую попытку уйти от ответа.

– Какое есть. Раньше – до прихода далеков – было другое. Но после того как они убили мою семью, а я осталась умирать в ржавом мусорном баке, та жизнь закончилась. Люди, которые подобрали меня, дали мне новое имя. – Зола потянулась и взъерошила копну рыжих волос.

Повелитель времени задумчиво смотрел на нее.

– Понимаю, – сказал он. – У меня тоже было имя, но я уже забыл, когда назывался им в последний раз.

– И почему же? – спросила Зола.

– Это имя ко многому обязывает, – ответил он, глянув на нее искоса. – Я его больше не достоин.

– А разве это не должны решать другие? – спросила Зола.

– Может, и так, – ответил Повелитель времени.

– Скажи мне, – попросила Зола. – Скажи, каким оно было.

Он помолчал, раздумывая.

– Доктор. Раньше меня звали Доктор. – Он отвернулся и, склонив голову, пошел по дороге.

– Эй, – сказала Зола. – Тот, кого звали Доктор, ты идешь не в ту сторону.

Неторопливо приближалась ночь, стало заметно прохладнее. К счастью, компактный рюкзак Золы не пострадал при падении с уступа, и она надела теплый вязаный свитер.

Ночь никогда целиком не опускалась на Молдокс. После заката планету окутывал блеклый жутковатый свет Ока Тантала. Золе, конечно, не с чем было сравнивать, и мысли об абсолютной темноте наводили на нее ужас. Жизненный опыт подсказывал, что во тьме таятся чудовища. На Молдоксе хотя бы видно, что они идут.

Повелитель времени и Зола решили держаться подальше от дороги и пройти через руины. Им пришлось пробираться сквозь завалы, но даже без этих преград выбранный путь был более извилистым и потому долгим. С другой стороны, далекам тоже труднее передвигаться среди разрушенных зданий, а если они взлетают, то их можно заметить издали.

Зола и Доктор встретили всего один патруль. Спустя несколько километров пути они увидели двух далеков и двух летунов, парящих над крышами в поисках людей. Доктор затащил Золу под арку полуразрушенного дверного проема, где они и спрятались от патрульных. Они выждали около десяти минут, опасаясь, что далеки могут обыскать местность повторно.

Зола предупредила Доктора, что по пути им придется кое-где задержаться. Они как раз подошли к нужному месту – последнему известному лагерю повстанцев. Разнообразные палатки и навесы, временные постройки, возведенные из обломков и мусора, прятались среди разрушенных зданий, некогда окружавших парковую площадь. Их специально построили так, чтобы своеобразный военный лагерь при взгляде сверху невозможно было отличить от обычных руин.

Около тридцати мужчин, женщин и детей, одетых в старую, потрепанную одежду, чистили оружие, готовили еду, перевязывали раны. Эти люди заменили Золе семью. А этот лагерь – все, что осталось от сопротивления Молдокса, и его обитатели, насколько она знала, были последними сохранившими свободу людьми на планете. Они сражались против далеков и были достаточно сильны и осторожны, чтобы выжить.

– Что это за место? – спросил Доктор. – Ты же сказала, что приведешь меня в Эндок.

– Эндо́р, – поправила Зола. – Сказала – значит приведу. Я же предупреждала, что сначала нам придется кое-куда заглянуть. Нужно захватить с собой пару вещей.

– Ты здесь живешь? – спросил он, оглядывая лагерь.

– Жила пару дней. Нам постоянно приходится переносить лагерь, ведь мы не хотим, чтобы далеки его обнаружили. Но, да. Так я и живу. Мы все так живем.

Доктор ничего не сказал в ответ. Он просто стоял и продолжал смотреть на людей. Золе показалось, что его старые глаза слезятся.

– Идем, – сказала она. – Я не собираюсь задерживаться, только закину кое-что в рюкзак.

Они прошли мимо одной из хижин. Обитатели лагеря настороженно разглядывали незнакомца.

– Не стоит обижаться, – сказала Зола. – Мы редко встречаем других выживших. Представь, что бы они подумали, если бы узнали, что ты Повелитель времени? – Она усмехнулась. Скорее всего, выпади им шанс, они бы линчевали такого гостя.

– Зола!

Черт! Она мгновенно узнала этот голос и непроизвольно втянула голову в плечи. Койн. Вот с кем ей меньше всего хотелось встречаться. Она надеялась, что успеет уйти и ей не придется столкнуться лицом к лицу с чувством вины. Ведь она собралась сбежать в синей будке с Повелителем времени, бросив их всех в этом аду. Да, смелым такой поступок не назовешь. В глубине души она это отлично знала, но Зола слишком устала день за днем бегать от далеков, цепляться за жизнь среди опустошенных развалин и постоянно оглядываться в страхе. Она никогда не хотела быть воином, но обстоятельства не оставили ей выбора. Теперь у нее появилась возможность как-то иначе распорядиться своей жизнью. Но перед Койном она была в неоплатном долгу, и эта встреча могла заставить ее передумать.

– Зола! Кто с тобой?

Она со вздохом повернулась. Койн шел прямо к ним от своей палатки. Жилистый крепкий мужчина лет сорока, он был одним из лидеров их небольшой группы и множество раз вступал в бой с далеками. Одна из таких стычек оставила отметину на лице Койна: шрам от выстрела из энергетического оружия тянулся багровой полосой через всю левую щеку до того места, где раньше было ухо.

Именно он нашел ее среди горящих руин. Он научил ее выживать в этом новом мире – и сражаться.

– Привет, Койн, – сказала Зола.

– Не хочешь нас познакомить? – спросил он, подозрительно глядя на Доктора.

– Его зовут… – Зола запнулась, пытаясь придумать подходящее имя.

– Джон Смит, – закончил за нее Доктор, протягивая руку.

– Что ж, Джон Смит, – сказал Койн, оглядев гостя сверху донизу, – где же ты прятался?

– Везде, где меня не могли найти далеки, – ответил Доктор с улыбкой. – Перебирался с места на место, нигде подолгу не задерживаясь. – Он встретился взглядом с Золой, и она поняла, что он не лжет. – Я увидел, что одинокая девушка решила напасть на патруль далеков, и подумал, что стоит помочь.

– Да, это в ее духе, – рассмеялся Койн и положил руку в защитной перчатке ей на плечо. – И все же зря ты не взяла кого-нибудь с собой. Ты отлично знаешь правила, слишком опасно уходить из лагеря в одиночку.

– Ну, я же была не одна, а вдвоем с Джоном Смитом, верно? – шутливо парировала Зола.

– Ты знаешь, что я имею в виду, – сказал Койн. – А еще вы оба наверняка чертовски голодные. Как насчет ужина? Суп, кстати, почти готов.

– Ну, мы… – протянула Зола и виновато посмотрела на Повелителя времени.

– Великолепная идея, – сказал Доктор.

Суп представлял собой мутную овощную похлебку с зеленью. Но он был горячим, а Зола действительно проголодалась. Она быстро опустошила свою миску и теперь наслаждалась редким чувством сытости.

На Молдокс опустилась ночь, вернее, то, что здесь считалось ночью. Призрачный свет Ока струился в вышине, окрашивая небеса в желтый, синий и розовый, подобно земному северному сиянию.

Доктор, почти полтора часа расспрашивавший Койна о силах далеков, наконец закончил разговор, сел рядом с Золой и тоже посмотрел вверх.

– Красиво, правда? – спросила она.

– Знаешь, что это? – ответил он вопросом. Зола отрицательно покачала головой. – Ветра времени. – Он сделал большой глоток из металлической чашки с горячим чаем. – Темпоральное излучение Ока. То, что ты видишь, – миллиард лет истории, ночное небо давно минувшего прошлого и далекого, еще не наступившего будущего. Излучение вызывает аномалии, нарушает структуру пространства-времени. Над нами окно в другое время, но мир за этим окном постоянно меняется, двигаясь в непрерывном потоке. И да, ты права, это весьма красиво.

Зола снова посмотрела на небо, но уже другими глазами.

– Столько времени, тысячи и тысячи мирных лет. А теперь здесь только война.

– Вселенная полна чудес, Зола. Все, что я видел… Стеклянные луны Сохо, Алая вуаль Восточной параболы, небесные пляжи Альтроса. Есть множество вещей, глядя на которые ты расплачешься от счастья, – сказал Доктор, глядя на девушку.

– Раньше и Молдокс был одной из них, – ответила она. – До вашей войны, до появления далеков. Транспортные корабли приплывали один за другим, каждый день они привозили чужестранцев. В городах кипела жизнь. Люди были счастливы. Они возвели на равнинах дворцы развлечений, из окон которых можно было увидеть золотые воды и ледяные пляжи моря Бариана. Они построили башни невероятной высоты, тянущиеся вверх почти до самого Ока. Они создали машины, которые думали и выглядели, как люди. Здесь можно было ощутить дух самой империи, а теперь остались лишь руины.

Зола поворошила носком обуви грязь под ногами.

– Все эти чудеса, о которых ты говорил, все эти миры – вы их все уничтожите. Я ведь права? Каждый уголок Вселенной. Когда вы остановитесь, ничего не останется.

– Нет, если мне удастся помочь, – сказал Доктор. – Именно поэтому я здесь, Зола. Это я и хочу предотвратить, и потому мне так важно выяснить, что далеки делают на Молдоксе.

Она кивнула. Могла ли она на самом деле доверять этому человеку – этому Повелителю времени? В нем было что-то… необычное. В его компании она впервые за долгие годы почувствовала, что весь этот ад может закончиться, что надежда есть. Это было абсолютно новое для нее чувство, и она не была готова с легкостью его принять.

– Ты взяла то, за чем мы сюда пришли? – нарушил молчание Доктор. Вопрос мгновенно вернул ее от мечтаний к реальности.

– Да, – сказала она, показывая на рюкзак, который лежал на ее постели под брезентовым тентом в нескольких метрах от них. – Пара вещичек на память. Не хотела оставлять их здесь, – она подняла руку, показывая ему браслет из скрученных вместе старых медных проводов. Много лет назад его сделал для нее брат. Она хранила подарок все эти годы и не хотела улетать без него. Браслет – все, что осталось у нее на память о родном человеке.

– Понимаю, – сказал Доктор. Внезапно он нахмурился, увидев что-то под тентом. – Скажи, чья это постель рядом с твоей?

Зола заглянула под тент. Буквально в паре метров от ее постели действительно лежала чья-то еще. Она казалась смутно знакомой.

– Я не… – она заколебалась. – Не понимаю. Я должна знать, кто спал рядом, но я не знаю. Очень странное чувство, словно чего-то не хватает.

– Ну, сейчас об этом беспокоиться ни к чему, – сказал Доктор, но его лицо окаменело. – Пора допивать чай, и в дорогу. Нужно выяснить, что далеки делают в Эндоре.

Зола взяла свою чашку и закинула рюкзак на плечо. Она с удовольствием легла бы поспать, но должна была выполнить данное Доктору обещание. А он должен будет выполнить свое. И она сделает все, чтобы сбежать отсюда, так или иначе.

Глава 6

– Ш-ш-ш!

– Но я же молчу! – сказал Доктор.

– А твои ноги – нет, – прошептала Зола. – Сойди с гравия и иди по земле.

– Но тогда я испачкаю обувь, – сказал Доктор, глядя на нее, как на безумную. – Я не собираюсь тащить грязь в ТАРДИС. Кто потом будет мыть полы? Ты?

– Да, если придется, – ответила Зола, закатив глаза. – Просто не ходи по гравию. Лучше испачкать ботинки, чем лежать в канаве с дыркой в груди. Мы почти пришли. Дальше все кишит далеками.

Доктор недовольно цыкнул, но послушался и сошел с посыпанной гравием тропы.

Они приблизились к окраине Эндора и оказались перед городской стеной. Внешняя ее сторона, сильнее всего пострадавшая от обстрела, за годы оккупации обрушилась во множестве мест, и у ее подножия то тут, то там высились нагромождения треснувших плит и камней. В памяти Золы всплыла картинка из детской книжки, которую она читала когда-то очень давно: крепость на старой Земле, высящаяся на скале над морем. Осмотрев стену, девушка окончательно убедилась: любая попытка перебраться через нее, скорее всего, приведет к тому, что их обнаружат.

Даже сейчас одного взгляда на Эндор хватало, чтобы убедиться – некогда город был настоящей жемчужиной Молдокса. Из жалкой кучки технических строений, стандартных школ и жилых блоков он вырос в красочный мегаполис. Плечом к плечу стояли здания, принадлежавшие к самым разным земным культурам, – церкви, мечети, театры, небоскребы, а небо пересекали связывающие их тонкие нити переходов, часть которых обрушилась во время обстрела, а часть после. Теперь здания пустовали: когда далеки заняли город, большинство выживших бежало на дальние окраины.

Зола жестом подозвала Доктора. Сама она прокралась внутрь почти не пострадавшего дома и оттуда наблюдала за полуразрушенной городской стеной. Жизнь давно оставила это место, и только плющ уцелел и расползся по каменной кладке.

Пригибаясь, Доктор подобрался к девушке.

– Вон там, – сказала Зола, указывая на широкий пролом в стене. – Видишь те два купола? – Он кивнул. – Это здания далеков. Они заняли старую школу и перестроили ее. Мы думаем, что там их главная база.

– А где держат людей, которых они забрали в город? – спросил Доктор.

– Этого не знает никто, – ответила Зола, пожимая плечами. – Они заводят людей для «обработки» в те купола, но обратно еще никто не выходил. В первые дни было много предположений о том, что происходит внутри, но со временем об этом перестали говорить. Думаю, мы просто согласились признать, что они мертвы. По крайней мере, я ничего не слышала о выживших.

– Значит, туда-то нам и нужно, – сказал Доктор.

– Нет, – возразила Зола. – Мы так не договаривались. Ты сказал, что тебе нужно посмотреть, что здесь происходит. Ты посмотрел. Теперь мы должны вернуться в ТАРДИС и улететь как можно дальше отсюда.

– Зола, мне нужно узнать, что они делают с людьми. Если они их просто убивают, зачем тратить время и силы на то, чтобы тащить сюда пленников? Почему не убить на месте? Ты же знаешь, какой у далеков modus operandi. Они никогда не отличались милосердием. Далеки что-то задумали, и я должен выяснить, что именно.

Зола в сердцах пнула камень. Он отскочил от гравия на дорожке и глухо стукнулся о стену напротив. В глубине души она с самого начала знала, что так все и будет.

– Ты можешь подождать здесь, – сказал Доктор. – Я быстро вернусь.

– Я не позволю тебе пойти туда одному. Тем более без оружия. – Про себя девушка, правда, подумала: «Если далеки тебя поймают, сама я не смогу запустить твой чертов корабль». Ко всему прочему, Доктор постепенно начинал ей нравиться.

Где-то очень близко – метрах в десяти – послышалось знакомое гудение. Зола быстро нырнула за стену; Доктор тоже, несомненно, услышал этот звук и поспешил укрыться.

– Что это? – шепотом спросила Зола. – Ты что-нибудь видишь?

– Там, – ответил Доктор, указав кивком направление. – Они идут сюда.

Зола развернулась и через дыру в стене посмотрела наружу. Сквозь густой плющ она увидела вереницу из пятнадцати или двадцати человек. Далеки – Зола насчитала пятерых – вели их к воротам города. Пленники выглядели откровенно плохо: бледные, изможденные, некоторые, кажется, едва держались на ногах от голода и усталости. Двое конвоиров непрерывно парили вперед-назад вдоль колонны, выискивая в окрестных руинах возможного противника.

Как только глаз одного из них повернулся в сторону дома, где спрятались они с Доктором, Зола резко отпрянула. От страха девушка даже перестала дышать: она была готова в любую секунду услышать безжалостное механическое «уничтожить» или увидеть летящий в их сторону заряд излучателя. К счастью, ни того ни другого не случилось: далеки были слишком заняты тем, что следили за пойманными людьми.

Прошло несколько минут, а Зола и Доктор все боялись заговорить или пошевелиться. Затем они услышали, как открываются городские ворота; два далека начали раздавать приказы своими жестяными голосами, и один из узников разрыдался от горя и страха. Золе хотелось заткнуть уши, чтобы этот плач наконец прекратился.

Еще несколько дребезжащих приказов – и ворота захлопнулись позади колонны. Зола медленно выдохнула. Ей показалось, что с момента появления пленников до закрытия ворот прошло не несколько минут, а несколько часов.

– Они ушли, – сказал Доктор, быстро выглянув в дыру. – Нужно поторопиться и как можно быстрее найти способ пробраться в город, пока нас не заметили.

Он встал и протянул девушке руку. Едва Зола успела ее принять, как замерла от ужаса – из-за края стены прямо на них смотрел глаз далека.

– На-ру-ши-тель! Тревога! Тревога!

Над каменной кладкой торчала только голова с глазом на тонкой ножке, оружие и манипулятор все еще оставались скрытыми за стеной.

– Взлететь! Взлететь! – пронзительно заверещал далек и начал медленно подниматься вверх.

– Бежим! – выкрикнул Доктор, рывком поставив Золу на ноги.

– Нет! – столь же громко ответила Зола, выкручивая руку из его хватки. Излучатель висел на кожаном ремне, перекинутом через плечо девушки. Спустя мгновение он был уже у нее в руках; Зола вскинула оружие и прижалась щекой к холодному металлу.

– Уничто…

Как только короткий луч из ружья Золы коснулся брони далека, раздался взрыв. Голова, в которую угодил выстрел, разлетелась на мелкие кусочки. Обезглавленный корпус упал на землю, откатился к стене соседнего здания и замер там дымящейся грудой бесполезного металла.

– Я думал, ружье разряжено, – сказал Доктор удивленно. Впрочем, чувствовалось, что он даже рад своей «ошибке».

– Прихватила в лагере новую батарейку, – ухмыльнулась Зола. – Подумала, а вдруг пригодится?

Доктор улыбнулся:

– Ну, это далеки точно без внимания не оставят: очень скоро они все сюда слетятся. Пожалуй, у нас появился шанс пробраться в город.

– Серьезно? – не поверила своим ушам Зола. – После того как нас заметили, ты все еще хочешь попасть внутрь?

– Кажется, мы это уже проходили, – ответил ей Доктор.

– Просто спросила. По-моему, это худший план из всех, что я когда-либо слышала.

Голоса далеков за городской стеной звучали все ближе и ближе.

– Так или иначе, выбора у нас нет, – сказал Доктор и вышел из укрытия. Гравий на дорожке зашуршал под его шагами. – Идем. Нам в ту сторону.

Доктор с Золой помчались к стене города. Доктор бежал впереди, выбирая дорогу и порой пробегая по самой грязи. Зола подумала, что есть в этом какая-то ирония. Они старались укрываться за домами, чтобы подлетающие далеки не могли их заметить. Зола услышала, как за ее спиной, там, где они прятались всего несколько секунд назад, скрипучий механический голос раздает знакомые приказы: «Найти и уничтожить!»

Это было чистой воды безумием. Зола не понаслышке знала, что такое риск, но никогда за всю свою жизнь не делала ничего настолько неосмотрительного. Ничем хорошим это кончиться просто не могло, но было в этом что-то… захватывающее. Сколько Зола себя помнила, она жила только ради того, чтобы убить как можно больше далеков – прежде чем они прикончат ее саму. Но теперь у нее появилась другая цель. В этом, на взгляд Золы, тоже была некая ирония, учитывая, что она очертя голову бежала прямиком в логово врага. И самый вероятный исход их авантюры заключался в том, что она получит заряд излучателя в спину.

Доктор достиг основания стены и начал карабкаться по камням к узкой трещине в бетонном блоке, рассчитывая таким образом попасть в город. Упрямый склочный старик, каким он показался Золе при первой встрече, демонстрировал неожиданное проворство. Доктор ловко забирался все выше и выше, не оборачиваясь, чтобы проверить, заметили его далеки или нет.

– Подожди меня, – прошипела Зола, карабкаясь вслед за ним. Подъем был сложным, но особого выбора у нее не осталось: либо ты лезешь вверх, либо тебя найдут.

Далеки как раз наткнулись на убитого дозорного и рассыпались по окрестностям в поисках стрелка. Зола знала, что ее с Доктором очень скоро обнаружат.

Девушка рванулась вверх, ухватилась за выступ, но камень оказался слишком гладким, и пальцы соскользнули. Почувствовав, что падает, она чуть не вскрикнула, но все же смогла сдержаться – из ее горла вырвался всего лишь короткий хрип. Золу потянуло назад, ноги потеряли опору. Она едва не сорвалась и повисла, уцепившись за стену одной рукой. Острый край холодного камня до боли врезался в пальцы. Зола знала, что долго не продержится. Она безуспешно пыталась нашарить второй рукой какую-нибудь трещину или выступ, чтобы ухватиться; ноги тоже не могли найти опору. Зола посмотрела на груду камней внизу, оценивая высоту. В глазах потемнело. Если она не свернет шею при падении, от далеков ей уже не убежать.

Чужая рука схватила девушку за запястье. Зола подняла голову и встретилась взглядом с Доктором.

– Поторопись, – прошептал он. – У нас еще есть дела, помнишь?

Он помог ей добраться до трещины.

– Ты наслаждаешься происходящим, признайся? – спросила Зола, не скрывая ноты осуждения в голосе.

– А ты?

Зола пожала плечами, но на ее губах появилась озорная улыбка.

– Возможно, – уклончиво ответила она.

Трещина оказалась гораздо шире, чем можно было подумать, глядя на нее снизу. Зола ожидала, что придется протискиваться. На деле же, от края до края можно было пройти вполне свободно. Только когда Доктор пошел вперед, Зола осознала, что он все еще держит ее за руку. Может, ему так было спокойнее, или он хотел, чтобы спокойнее было ей, Зола точно не знала. В любом случае, она не возражала.

На том краю они остановились и осмотрелись. Прямо под трещиной, у подножия городской стены, Зола увидела огромную лужу около десяти метров длиной. За ней лежал небольшой пустырь – прогалина в тесном ряду пустующих зданий. Далеков нигде не было видно. Судя по всему, большинство из них сейчас искали лазутчиков по другую сторону стены.

– Ты первый, – сказала Зола. – Это была твоя идея.

– Хм, может, вместе? – спросил он, глядя вниз.

Зола вздохнула и тоже заглянула за край. Прыжок не казался хорошей идеей, но она решила, что становиться разумной прямо сейчас уже поздно.

– Хорошо, – сказала она. – На счет раз, два…

Доктор прыгнул, не отпуская ее руки. Золе не оставалось ничего другого, кроме как последовать за ним. Они оба приземлились на ноги и синхронным движением, которое при других обстоятельствах показалось бы им смешным, плюхнулись на колени в вязкую грязь.

– Уф, – фыркнула Зола, отпуская руку Доктора и поднимаясь. – У меня штаны промокли. – Она помогла ему встать.

– Об этом не беспокойся, – сказал он, – уверен, ты найдешь что-нибудь на замену в одном из гардеробов ТАРДИС.

Зола изогнула бровь:

– Так ты любитель женской одежды?

– Определенно, – ответил Доктор, указывая на свои потертые штаны, до колен покрытые грязью. – Неужели ты не заметила?

Зола рассмеялась, но тут же замолчала, прикрывая руками рот.

– Отлично, – кивнул Доктор и указал на мрачные здания впереди. Они выглядели абсолютно заброшенными. Темные провалы выбитых окон и редкая трава, пробивающаяся сквозь дыры на крышах, дополняли картину запустения. – Думаю, нам туда.

– Нет, – остановила его Зола, – я видела эту часть города на картах. Если мы хотим подобраться ближе к куполам далеков, лучше пойти вдоль стены и только потом свернуть к школе. Так безопаснее, вряд ли они ждут, что кто-то появится с той стороны.

Доктор усмехнулся:

– Ну разве ты не рада, что я взял тебя с собой? Вот я, к примеру, очень рад.

Они осторожно пробирались по улицам города мимо пустых домов и магазинов, на витринах которых медленно превращались в пыль нетронутые товары.

Пока что им удавалось избегать далеков, но одна только угроза встречи с ними действовала на Золу угнетающе. Она слышала металлическое дребезжание их голосов, когда они скользили по соседним улицам в поисках того, кто застрелил одного из них.

Зола не знала, как они будут выбираться из города. С этой стороны стена пострадала гораздо меньше и была слишком высокой, чтобы они могли вернуться тем же путем, что пришли. Значит, придется искать другой. Желательно такой, чтобы поблизости не было далеков.

Девушка решила, что подумает об этом позже. Сейчас нужно было сосредоточиться на том, как проникнуть на базу далеков и при этом не поднять тревогу.

Она остановилась у перекрестка и положила руку на грудь идущего за ней Доктора, чтобы тот тоже сбавил шаг, а затем осторожно заглянула за угол. В конце длинной улицы виднелся один из куполов базы. Его поверхность была покрыта полусферами, как броня далеков. Перед ним спиной к Золе стоял одинокий далек-дозорный. Он осматривал дальнюю часть улицы, вращая головой с глазом на тонкой ножке.

Зола повернулась к Доктору и прошептала:

– Далек.

– Надо же, не ожидал их здесь встретить, – так же шепотом ответил Доктор.

Зола ткнула его кулаком в плечо:

– Я серьезно, что будем делать дальше? Если я начну стрелять так близко к базе, через секунду сюда слетится целая толпа далеков.

Доктор заглянул за угол, чтобы самому оценить ситуацию.

– Может, попробуем вежливо к нему обратиться? – предложил он. – Скажем, что заблудились и хотим вернуться обратно в наши клетки. По-моему, это отличный способ попасть внутрь.

Зола посмотрела на него как на умалишенного:

– Извини, но я очень ценю свою свободу. И жизнь. Я на многое готова, но это…

– Тогда пойдем в обход, – сказал Доктор с усмешкой.

Они повернули назад и вскоре обнаружили узкий проход между зданиями. Доктор и Зола старались передвигаться как можно тише; к сожалению, система орошения, как и многое другое в городе, давно вышла из строя, вода затопила дорожку, и негромкие всплески от их шагов нарушали молчание Эндора.

– Сюда, – сказал Доктор и потянул Золу к заброшенному дому в самом конце прохода. Здание – стандартный жилой блок, рассчитанный на одну семью, – неплохо сохранилось. Доктор попробовал открыть дверь, но она оказалась заперта.

Тогда он достал свою странную отвертку из патронташа, с минуту возился с ней, что-то настраивая, а затем поднес к замку и нажал на кнопку. Конец отвертки засветился, Зола услышала знакомое жужжание, и через секунду замок щелкнул, открываясь.

– Что ты сделал? – спросила она.

– Сдвинул пару молекул. Идем, – прошептал он и потянул дверь на себя.

Внутри было темно. Слабый белесый свет Ока Тантала едва пробивался через заросли лишайника на окнах. Глаза Золы не сразу привыкли к сумраку.

Она сглотнула. Комната выглядела так, словно жившая здесь семья просто вышла и должна была вот-вот вернуться. На ковре лежали детские игрушки, на столе стоял пустой стакан. В рамке на стене Зола увидела голографический портрет: счастливые мужчина и женщина обнимают друг друга.

Девушка почувствовала, как на нее наваливается чувство вины. Почему она выжила, когда далеки забрали всех этих людей, их семьи? Разве она имеет право дышать, ходить, жить, когда у других его отняли? Как она могла не умереть, когда ее отец, мать и брат были убиты?

Всю свою жизнь до настоящего момента Зола пыталась избавиться от этих коварных, питающихся ее виной мыслей. Она превратила их в жгучую ненависть к далекам, которая горела теперь в каждой частичке ее души.

Зола никогда не пыталась кого-нибудь спасти. В ее слишком похожем на ад мире такие поступки потеряли всякий смысл. Она отдала всю себя охоте на далеков, и смерть каждого из них была для нее победой.

А затем появился Доктор, свалился с неба в своей волшебной будке. Всего за несколько часов он изменил ее взгляд на собственную жизнь и заставил признать, что еще не все потеряно, что некоторые вещи только кажутся нереальными. Что сражаться можно по-разному. Она не представляла, что он собирается делать с информацией, которую найдет на базе далеков, но точно знала, что ему не безразлично происходящее. Он ищет не славы или приключений, а хочет помочь. Хочет остановить войну.

Зола вдруг поняла, что ее жизнь была бесконечным криком отчаяния. Все ее «победы», зарубки на стволе ружья – ничего не значили. Ничего не изменили. Она просто потратила очень много времени впустую.

Но какая-то часть Золы верила, что еще не поздно это исправить. Она пришла сюда вместе с Доктором, Повелителем времени, которого едва знала. И здесь, на руинах Эндора, она поняла, что Доктор может ее спасти. Не помочь сбежать от прежней жизни, а изменить саму жизнь. Для Золы это значило очень и очень многое. Она подумала, что он наверняка догадывается о ее мыслях.

Зола огляделась в поисках Доктора и услышала его шаги на лестнице, ведущей на второй этаж. Она догнала Повелителя времени уже наверху: он стоял в детской и смотрел в окно. Яркие шторы были отодвинуты в сторону, чтобы не загораживать вид на базу далеков.

Вблизи их строения выглядели гораздо проще, чем представляла себе Зола. Пять куполов бронзового цвета образовывали круг, ограничивая небольшое пространство центрального двора. От купола к куполу тянулись узкие металлические перемычки; каждый из них венчало орудие на турели. Далеки не заботились о красоте, вид и форма зданий были подчинены исключительно практическим целям. Сама база производила впечатление чего-то временного, несмотря на то что простояла на Молдоксе больше десяти лет.

– Что это за штуки? – тихо спросила Зола.

– Это космические корабли, – ответил Доктор. – Далеки не перестраивали школу, а просто сровняли ее с землей и использовали как посадочную площадку. Они возвели переходы между кораблями, но, если понадобится, смогут эвакуировать базу в считаные минуты. Определенно они не собираются задерживаться на Молдоксе дольше необходимого.

– Но тогда зачем они здесь? – удивилась Зола. Она всегда думала, что далекам нужен был контроль над Молдоксом. Ей и в голову не приходило, что захват целого мира может иметь иные, более кратковременные цели.

– Я бы и сам очень хотел узнать ответ на этот вопрос.

Зола заметила какое-то движение во внутреннем дворе и вплотную придвинулась к окну, едва не касаясь носом грязного стекла, чтобы убедиться, что ей не показалось. Она прищурилась и увидела, что далеки выводят на бывшую детскую площадку группу людей.

Вспыхнувшие одновременно прожектора залили двор светом и заставили Золу вздрогнуть от неожиданности. Три далека выстроили человек десять в линию плечом к плечу. Среди пленников были и мужчины, и женщины. Зола не могла услышать на таком расстоянии ни слова, но легко представляла себе, какими угрозами далеки принудили их к послушанию.

Доктор положил руку на подоконник и внимательно следил за происходящим. Зола задумалась, для чего людей поставили именно так.

– О нет! – выдохнула она, внезапно догадавшись. – Далеки собираются их казнить!

– Возможно, – неожиданно низким, похожим на рык голосом отозвался Доктор. – Но по-прежнему непонятно, зачем. Зачем все эти сложности: ловить, вести в город полуголодных людей? Только ради того, чтобы расставить их в ряд во дворе и перестрелять? Нет, должно быть что-то еще.

Зола не хотела смотреть, она боялась того, что могла увидеть, но не нашла в себе сил отвести взгляд. Далеки подались назад, прочь от строя, при этом двое вышли из поля зрения, но вместо них во дворе появился другой.

– Он очень похож на того искаженного, которого ты обезглавил при крушении, – сказала Зола.

Этот далек действительно несколько отличался от собратьев. Вместо манипулятора и обычного излучателя в его средней секции была установлена пушка черного цвета с широким стволом, в точности, как у встреченного вчера мутанта.

– Это не искаженный, – ответил Доктор. – Это что-то иное. Что-то новое.

Далек остановился перед строем несчастных пленников. К нему приблизился другой. Судя по всему, он что-то сказал, так как энергетические клапаны на куполообразной голове ярко замигали. После этого далек с черной пушкой приготовился стрелять. На конце ствола заиграло алое сияние, и орудие выпустило мощный разряд. Поток кроваво-красного света прошелся по четверым пленникам в строю. Те закричали и рухнули на землю. Сияние полностью окутало всех четверых, а потом свет проник в их тела, просочившись сквозь рты, глаза и кожу, и люди забились в агонии. Их плоть словно оказалась неспособна поглотить такое количество чистой энергии, и тела начали исчезать, распадаться. Наконец от них ничего не осталось, лишь четыре ярких огонька ярко блеснули, перед тем как навсегда погаснуть, истаяв, словно дым.

Зола отпрянула от окна, ее мутило. Она поднесла руку ко лбу. Она знала, что буквально секунду назад произошло что-то чудовищное, и при этом не могла вспомнить, что именно. Девушка положила руку на плечо Доктора, словно хотела опереться на него, чтобы не упасть.

– Что случилось? – спросила она. – Я помню, произошло что-то ужасное. Но ничего не могу вспомнить.

Она посмотрела во двор, где далеки допрашивали шесть человек, которых вывели на площадь несколько минут назад.

Доктор взял ее за руку и отвел от окна.

– Далеки использовали темпоральное оружие – дематериализатор. Они разработали технологию, с помощью которой можно стереть человека из истории.

– И ты узнал обо всем, просто посмотрев на них издали? – удивилась Зола.

Доктор прищурился:

– Ты же видела. Они убили четырех человек на твоих глазах.

Зола оттолкнула его руку и снова подошла к окну. Шесть человек, как и было.

– Четверых? Здесь шестеро. Кажется, они пока что живы, – но в душе Зола знала, что это лишь часть правды. Непонятное зудящее чувство говорило ей, что она что-то упускает. Девушка с тревогой подумала, что, возможно, разум начал ее подводить.

– Так действует их новое оружие, Зола, – сказал Доктор. – Та пушка способна удалить человека из временного потока, как будто его никогда и не было. Именно это случилось с твоим другом там, в руинах. С тем человеком, чья койка стояла в лагере рядом с твоей – и которого ты теперь не можешь даже вспомнить. Твой разум борется, отказываясь терять прошлое. Ты чувствуешь: что-то не так, чего-то не хватает. Твои воспоминания все еще внутри тебя, но они больше не связаны с тем человеком, которого ты знала или видела, потому что реальность вокруг тебя была искажена.

Зола помотала головой, стараясь привести мысли в порядок. Об этом даже подумать было страшно. Оружие, которое не просто убивает, но переписывает историю так, словно убитый даже не появлялся на свет? Ничего хуже ей не приходилось слышать за всю жизнь. Такая жестокость ошеломляла. Обычное оружие лишает жизни, это – отменяет каждое действие, совершенное человеком, каждую его мысль, каждое чувство, что он испытал… Это оружие, пожалуй, было худшим из когда-либо изобретенных во Вселенной. По щекам девушки бежали слезы. Пусть она не помнит этих людей, но хотя бы может о них погоревать.

– Мне жаль, – сказал Доктор. – Мне, правда, жаль, но наше путешествие на ТАРДИС придется ненадолго отложить. Если далеки возьмут такие пушки на вооружение, война будет проиграна. – Он подошел к Золе и обнял ее, прижимая к груди. – Они больше никого им не убьют, я не позволю.

Шмыгнув носом, Зола отстранилась и с вызовом посмотрела на Доктора.

– Я с тобой, – сказала она. – Я помогу остановить их. Чего бы это ни стоило.

– Ты смелая, – сказал Доктор и мрачно улыбнулся.

Глава 7

– Как мы попадем внутрь? – спросила Зола.

Они вышли из дома на абсолютно пустую улицу. За следующим перекрестком грозно возвышались купола далеков. Зола пыталась придумать план проникновения.

– Опыт подсказывает мне, – начал Доктор, – что в таких ситуациях нет лучше решения, чем парадный вход.

– Парадный вход? Ты же не собираешься на самом деле подойти и подергать ручку двери? – Зола не могла решить: он невероятно наивен, самоуверен или пугающе беспечен. Впрочем, она также не знала, есть ли вообще у кораблей далеков ручки на дверях.

– Именно так, – ответил Доктор. – Обычно этот трюк срабатывает. – И он решительно зашагал в сторону базы далеков.

Золе ничего другого не оставалось, кроме как пойти следом. Поравнявшись с Доктором, она сказала:

– Почему-то мне начинает казаться, что ты довольно часто оказываешься в таких ситуациях.

– Чаще, чем ты можешь вообразить, – со вздохом ответил он. Его усталый взгляд был устремлен на ближайший из кораблей далеков.

Зола задумалась, сколько ему на самом деле лет. Он, конечно, выглядел старым, но как долго должен прожить Повелитель времени, чтобы состариться? Зола слышала, что они бессмертны. Про Повелителей времени вообще говорили разное: что их нельзя убить, что они могут полностью изменить внешность, если захотят. Она не знала, что из этого правда. Судя по тому, что она видела, Доктор был столь же смертен, как и любой человек, и столь же уязвим для излучателей.

– А как же далеки? – поинтересовалась Зола. – Ты же видел, на что они способны. Что, если они нападут на тебя с одной из этих стирающих пушек?

– Далеки столь же высокомерны, как и Повелители времени. Может, даже больше. В этом и состоит прелесть подобного плана. Они не ждут, что кто-то может просто взять и зайти в их корабль.

– Все равно не слишком похоже на нормальный план, – пробормотала Зола. Когда девушка заявила, что она в деле, она все-таки ждала от Доктора более конкретных и вменяемых идей.

На перекрестке Зола оглядела уходящую влево улицу, но дозорный, которого они видели ранее, ушел. Девушка посмотрела в другую сторону – никого.

Улицы шли обычной сеткой, в соответствии с планом, привезенным с Земли. Изначально колонисты прибыли на Молдокс с небольшим запасом строительных материалов. Первые здания они возводили из тех самых материалов и обшивки колониального корабля, который привез их на планету. Время шло, колония развивалась, люди начали использовать местную древесину, заработали шахты. Здания становились все более сложными и разнообразными, но застройка по-прежнему шла по старому плану. Месяц за месяцем, год за годом город рос, и жители постепенно начали забывать, что Молдокс – колония. Он стал для них домом.

Молдокс процветал, именно он дал начало колониям на других планетах Спирали. Он был источником человеческой жизни в этом секторе. Теперь же миллиарды людей были порабощены далеками, убиты, а может, и стерты из истории.

Доктор прав. Нельзя допустить, чтобы кто-то еще стал жертвой жуткого изобретения далеков. Их нужно остановить. А значит, Золе придется следовать за Повелителем времени. Если он говорит, что лучший способ проникнуть на базу далеков – нагло вломиться в ближайшую дверь, так тому и быть. Что-то в Докторе заставляло ему верить.

Они миновали перекресток и двинулись дальше мимо пустующих домов. Наконец они подошли к ближнему кораблю. Огромная «тарелка» далеков нависла над Золой. Вблизи она увидела, что корабль опирается на три полусферы, выступающие у самого основания. Под кораблем в руинах лежало то, что раньше было зданием школы. Абляционная броня[2] корпуса была покрыта вмятинами и пятнами окалины. Огни не горели. Побеги вьюна цеплялись за опоры, словно тонкие зеленые пальцы, ухватившие инопланетного чужака за ногу. Корабль выглядел таким же заброшенным, как и окружавшие его людские строения.

Доктор и Зола медленно крались вперед, оглядываясь по сторонам. На одном из протянутых между кораблями переходов появился далек и двое теперь уже знакомых Золе яйцеобразных искаженных на паучьих ножках. Доктор, судя по всему, их не заметил. Зола схватила его за руку и потянула в тень под округлое брюхо корабля. Она ткнула в далеков стволом ружья. Доктор кивнул, давая понять, что тоже их видит. Пришлось немного подождать, пока далек с искаженными не пройдут мимо.

– Где-то с той стороны должен быть трап, если я ничего не путаю, – сказал Доктор и потеребил узел шарфа. По-прежнему скрываясь в тени, они продолжили путь вдоль округлого корпуса, пока не подошли к границе внутреннего двора.

Далеки, кажется, закончили тестировать оружие. Шесть оставшихся человек – Зола была рада, что далеки больше никого не стерли и не убили, – повели обратно в корабль.

В голове Золы не укладывалось, как старая детская площадка могла превратиться в бойню. На асфальте все еще виднелись полустертые квадраты для игры в «классики», нарисованные круги. Это было неуместным, неправильным. Резкое чувство тревоги охватило Золу, и она никак не могла с ним справиться. Складывалось впечатление, что далеки выбрали эту площадку специально, чтобы мучить пленников воспоминаниями об утерянном навсегда счастливом прошлом.

– Двигайся или будешь у-нич-то-жен, – проговорил один из далеков, толкнув пленника манипулятором в спину. Мужчина, пошатываясь, пошел вперед. Он даже не вскрикнул. Казалось, он вообще не обратил на далека внимания. Низко опустив голову, пленник побрел вверх по трапу. Этот человек был полностью сломлен.

Внезапно Зола осознала, он хотел умереть. Каждый из шести заключенных, мужчин и женщин, желал смерти. Они давно смирились с тем, что это лишь вопрос времени, и некоторые уже устали ждать. Они хотели, чтобы все поскорее закончилось. Смерть для них была избавлением от боли и страданий. Остальное лишь продлевало муки в плену захватчиков.

Наконец последний из шести человек поднялся по трапу и исчез внутри корабля.

– Эй, – шепнул Доктор, касаясь плеча Золы, чтобы привлечь внимание. – Вот и наш шанс. Давай за мной, только медленно и тихо.

Они осторожно пересекли двор и поднялись по трапу. Зола держала оружие наготове, не убирая палец со спускового крючка. Она сама с трудом верила в происходящее: им удалось пробраться на вражескую базу! Видел бы ее сейчас Койн…

Друг за дружкой они шагнули в раскрытую пасть корабля далеков.

Стены широкого туннеля, в котором они оказались, были составлены из кристаллических арок, сцепленных между собой металлическими кольцами. По аркам, словно по венам и артериям живого существа, перетекали, пульсируя, цветные огни: желтые, зеленые, фиолетовые, оранжевые. Туннель шел от входа вправо и влево. Сердце Золы готово было выпрыгнуть из груди: в любую секунду из-за поворота мог появиться далек. Но пока их никто не заметил.

– Что ж, это было проще, чем я думала, – прошептала она.

– Внутрь попасть легко, – ответил Доктор. – Обычно проблемы начинаются, когда собираешься уходить.

– Спасибо, что предупредил, – пробормотала Зола. Руки девушки, сжимавшие ружье, заметно дрожали. – И что теперь?

– Осмотримся, – пожал плечами Доктор. – Каждый из кораблей на этой базе работает над одной определенной задачей. Для начала выясним, чем далеки занимаются здесь.

Они пошли вдоль стены, плавно изгибающейся влево. То, что они до сих пор никого не встретили, было чистейшей удачей. Зола ждала, что их вот-вот окружат далеки: слабо верилось, что «тарелку» не оснастили системой слежения. Проход разветвлялся; несколько туннелей отходило вправо – к центру корабля.

Доктор, по всей видимости, наугад выбрал один из них и, махнув Золе, чтобы не отставала, двинулся по узкому коридору.

Вдоль стены этого ответвления шел ряд гладких металлических панелей, напоминающих двери. Было непонятно, как они открывались, зато теперь Зола точно знала, что дверных ручек на них нет.

– Это камеры? Внутри могут быть люди? – спросила Зола.

– Возможно, – сказал Доктор. – Трудно сказать. Я думаю, их держат всех вместе на одном корабле или в одном из зданий поблизости.

– Мы должны проверить, – сказала Зола. – Как открыть дверь?

– Подойди к ней, они реагируют на движение.

Зола шагнула к двери, но ничего не произошло.

– Не так, – сказал Доктор. – Нужно подходить решительно. Как далек. – Он выпятил грудь и, демонстративно вышагивая, подошел к двери. В следующую секунду раздался щелчок. Металлическая панель с тихим шипением уползла вверх. За дверью обнаружилась довольно большая комната, в которой стояло странное оборудование и непонятные устройства. Мерзкая вонь, вырвавшаяся из помещения, была настолько сильной, что Золу чуть не стошнило. Она даже пожалела, что они просто не прошли мимо.

Так могло пахнуть гнилое мясо. Эта комната явно не предназначалась ни для чего хорошего. Доктор вошел внутрь. Зола последовала за ним, зажимая нос.

У стены напротив стояли пять стеклянных контейнеров знакомой формы. Они выглядели в точности как броня далеков, включая манипулятор и оружие.

Зола вскинула ружье, ожидая нападения, и быстро скользнула взглядом по сторонам.

Доктор поднял руку, останавливая ее.

– Это не живые далеки, – сказал он. – По крайней мере, пока что нет. Подойди, посмотри сама.

Все еще держась настороже, Зола приблизилась к контейнерам. За стеклом она увидела покрытую слизью груду плоти с подведенными трубками. Плоть вздымалась и опадала, как гигантское больное легкое.

Они попали в подобие инкубационной камеры.

От одного вида комнаты уже становилось не по себе. Но только заглянув в следующий стеклянный сосуд, Зола узнала, как выглядит истинный ужас. У органического компонента в контейнере было человеческое лицо.

Груда плоти за этим стеклом некогда была женщиной, но в ее удивительных желтых глазах не осталось ничего, кроме безумия. Мутация деформировала череп, голова полностью облысела, плоть покрылась опухолями и волдырями. Конечности были удалены. Воткнутые в грудь трубки уходили в основание контейнера.

Зола отшатнулась, как от удара. Ей трудно было выразить то, что она чувствовала. Увиденное вызывало одновременно отвращение и жалость, каких Зола не испытывала прежде.

– Вот чем они занимаются? Ставят эксперименты на заключенных? – спросила она.

Доктор был мрачен и ответил не сразу.

– Превращают их в далеков, – наконец сказал он.

– Превращают людей в далеков? – эхом отозвалась Зола. Кажется, в эту секунду она начала ненавидеть их еще больше.

– Да, очевидно, они уже не так озабочены чистотой расы, как раньше. Забавно, стоит прижать кого-то к стене, и через минуту его принципы полетят в окно.

– Но зачем? Чего они хотят этим добиться?

– Они выращивают солдат, – сказал Доктор. – Пушечное мясо. Они облучают людей, заставляя их клетки принимать формы, близкие к мутантам-каледам. Когда физическое изменение будет завершено, их лишат всех чувств, подавив или удалив соответствующие области мозга, а затем поместят в стандартную броню. Они будут выполнять приказы, как обычные далеки, а если их уничтожат – что ж, они все равно не были настоящими далеками.

– Отвратительно, – сказала Зола.

Доктор согласно кивнул:

– И это лишь вершина айсберга.

Зола осмотрела комнату. Помимо пяти инкубаторов в ней не было ничего примечательного, лишь пузырящийся чан с чем-то, очень похожим на разжиженную плоть. Из стеклянных контейнеров выходили толстые переплетения кабелей и трубок. Легко можно было догадаться, что по ним поступала энергия для инкубаторов и питательная смесь для мутировавших людей.

Зола посмотрела на Доктора. В ее глазах ясно читался вопрос. Доктор снова кивнул, соглашаясь. Он подошел к входу и встал сбоку от двери, чтобы далеки не застали их врасплох.

Зола отпустила ружье – теперь оно болталось на ремне через плечо – и схватила трубки и кабели обеими руками. Она дернула изо всех сил, отклонившись назад и используя свой вес, чтобы вырвать их из креплений. С третьего раза у нее получилось. Половина трубок из пучка оборвалась и повисла у нее в руках. Мерзкая черная жидкость выплеснулась на пол, как кровь из свежей раны. Зола отбросила оборванные трубки и продолжила начатое. Она дергала и дергала, давая волю гневу, пока не отсоединила их все. После этого она опустилась на колени перед инкубатором с тем, что некогда было женщиной. Зола посмотрела в глаза за стеклом – они были абсолютно пусты.

– Покойся с миром, – тихо сказала она, поднимаясь с колен. Зола подошла к Доктору, который продолжал следить за коридором.

– Давай посмотрим, что еще есть на этом корабле, – сказал он и шагнул было вперед, но тут же отпрянул. При этом он столкнулся с Золой и едва не сбил ее с ног.

– Далеки, – шепотом сказал он.

Доктор и Зола замерли, встав справа и слева от открытой двери. К ним практически бесшумно подплывали трое далеков. Глаза на ножках вертелись из стороны в сторону. Манипуляторы подрагивали, словно собачьи носы.

Зола даже дышать перестала, зная, что в любую секунду кто-нибудь может заглянуть в комнату и увидеть, что инкубационные камеры повреждены. К счастью, ни один из далеков ничего не заметил. Они тихо проплыли мимо открытой двери и исчезли в глубине корабля.

Только когда Доктор жестом показал, что все чисто, Зола наконец решилась выдохнуть. Она дождалась, пока далеки уйдут достаточно далеко, и спросила:

– Интересно, они живут прямо здесь? В смысле, этот корабль – это их дом?

– Да, но о далеках трудно сказать, что они «живут». Они не спят, не едят и не пьют. Они не знают, что такое дружба, что такое семья. Ими движет одна-единственная цель – уничтожение всей жизни во Вселенной, кроме далеков.

– Это я уже поняла, – зло усмехнулась Зола.

Они вышли из комнаты и двинулись дальше по коридору.

– В центре располагается полетная палуба, – сказал Доктор. – Большая часть далеков будет именно там. Меня же интересует, что творится в других частях корабля.

С этими словами он подошел к соседней двери, которая тут же открылась.

Комната оказалась немногим лучше предыдущей. Во всяком случае, вонь стояла та же. Здесь ставили эксперименты на искаженных.

На полу лежал разобранный корпус летуна; тело, изъятое из его стеклянной части, было распростерто на металлическом столе. Судя по всему, далеки проводили вскрытие, а потом бросили дело, не доведя до конца. Органы лежали рядом в специальных чашах. Они, как и само тело, уже начали гнить и источали отвратительный запах. В комнате были собраны части других искаженных. Зола обратила внимание на удлиненную глазную трубку, необычную нижнюю часть брони (сенсорные сферы на ней были прозрачными и мерцали странным голубым светом) и на переливающуюся золотом голову, на которой располагалось четыре энергетических клапана вместо двух.

– Правда, что искаженные – результат вашей попытки переписать историю и ход эволюции далеков? – спросила Зола, прикрывая ладонью рот и стараясь не смотреть на выпотрошенное тело.

Доктор пожал плечами.

– Доля истины в этом есть, – сказал он. – Мы подарили им идею, подсказали способ, как изменять себя. Повелители времени никогда бы не осмелились зайти так далеко.

– Хочешь сказать, что они сами все это с собой сделали? – потрясенно спросила Зола.

Доктор кивнул и продолжил:

– Евгеническая программа далеков. Они вносят свой генетический код в любую альтернативную реальность, которую им удается обнаружить. Пытаются создать идеальные машины для убийства, чтобы выставить их против Повелителей времени.

– Вы должны быть очень серьезным противником, раз они пошли на такой шаг.

Доктор отвернулся, стараясь не встречаться взглядом с Золой.

– Здесь мы не найдем то, что ищем. На этом корабле только исследовательские лаборатории, значит, нам нужен другой.

Зола хотела спросить, что он ищет, но Доктор уже исчез в коридоре. С вопросами придется подождать: разговоры в этих переходах могут выдать их присутствие. Зола ускорила шаг, чтобы не отстать от Доктора.

Они продолжили исследовать коридоры корабля, пока не нашли подъем на верхнюю палубу. Зола и Доктор взбежали по нему, поторапливаемые голосами далеков, которые задребезжали вдалеке.

Этот ярус ничем не отличался от предыдущего, за исключением большого проема во внешней стене прямо напротив подъема. За ним начинался длинный переход, ведущий к другому кораблю.

Эта конструкция явно была задумана как временная мера, и возводили ее в спешке. Примерно так строили дома в лагере, где жила Зола. Переход трудно было назвать безопасным: ни перил, ни ограждений, лишь гладкая полоса металла около четырех метров шириной. Далеки парили над ней, перемещаясь между кораблями. Соскользнув за край, они всегда могли включить двигатели на полную мощность и подняться обратно – в отличие от Золы и Доктора.

Пока Повелитель времени проверял, нет ли на переходах далеков, Зола посмотрела вниз. Высота была довольно приличной. После того как далеки увели пленников, двор внизу оставался пустым.

– Выглядит не слишком надежно, – прошептала Зола.

– Не бойся, ты не упадешь, – ответил Доктор. Судя по тону, он пытался успокоить ее. Вот только ему самому явно не хватало уверенности. Он несколько раз ткнул мост носком ботинка, затем осторожно встал на него, проверяя, выдержит ли металлический лист его вес. – Видишь? Все в порядке. – Он зашагал по направлению к соседнему кораблю.

Зола последовала за ним. Она нисколько не чувствовала себя в безопасности. На этом ненадежном мосту они были как на ладони. Она старалась не смотреть вниз и шла, вцепившись взглядом в куртку Доктора. Так было спокойнее…

Они слишком поздно поняли, что в мертвенной тишине базы их шаги по металлическому листу громыхают, как выстрелы.

Примерно на середине перехода Доктор остановился, посмотрел на Золу через плечо и сказал:

– Давай-ка побыстрее. В любую минуту кто-нибудь заявится сюда посмотреть, что так грохочет. Мы, знаешь ли, изрядно пошумели.

Зола в ответ наградила его взглядом «кто бы говорил», но шагу прибавила, стараясь при этом не поскользнуться на гладкой поверхности моста. Прямо перед входом во второй корабль металл загибался скатом книзу. Здесь-то Зола чуть не упала. Она замахала руками, пытаясь удержать равновесие. Ремень ружья сполз с плеча, и оружие чудом не улетело вниз.

– Держись! – Доктор ринулся к ней на помощь. Не сразу, но все же ему удалось схватить Золу за руку. Он выждал, пока она не встала устойчивее и закинула ружье обратно на плечо, затем помог преодолеть последние метры до входа. После моста Зола была рада снова оказаться на более надежной поверхности, пусть и на палубе вражеского корабля.

– Я никак не пойму, где же далеки? – спросила она, переведя дыхание.

– Их здесь гораздо меньше, чем ты думаешь, – ответил Доктор. – Это не единственная база на планете, часть из них прочесывает руины в поисках людей. Большинство давно покинуло Молдокс: одни примкнули к боевому флоту у Ока Тантала, другие были переведены на другой фронт.

– Я ждала целую армию. Тысячи и тысячи. Просто посмотри, что они сделали с нашей планетой! Далеки сожгли и разрушили все вокруг. А мы спокойно расхаживаем по их базе.

– Таковы далеки, – сказал Доктор. – Они приходят, уничтожают и уходят. Планета им не нужна. Я склоняюсь к мысли, что Молдокс заинтересовал их только потому, что расположен вблизи Ока.

– Что ты имеешь в виду?

– Помнишь, я рассказывал о темпоральном излучении? Из-за него небо ночью становится разноцветным.

Зола кивнула.

– Эта энергия непрерывно течет из Ока. Само Око – аномалия, складка в пространстве-времени, проще говоря, дыра между Вселенными. Я уверен, что темпоральное оружие далеков – дематериализатор – работает именно за счет энергии Ока. Они нашли способ обуздать ее и подчинить своей воле.

Зола невольно подняла глаза, словно хотела посмотреть на Око Тантала, но ее взгляд уперся в потолок яруса.

– Зачем же тогда им пленники? – спросила она. – Почему они собрали их здесь?

Доктор пожал плечами:

– Им нужен биологический материал для создания новых далеков и тестирования оружия. Боюсь, что это все.

Золе трудно было поверить его словам. Конечно, далеки – безжалостные монстры, но даже для них столь презрительное отношение к чужой жизни… Это было слишком. И все же девушка знала, что Доктор говорит правду.

– На других планетах Спирали творится то же самое? – спросила она.

– Скорее всего. Иногда они заставляют население работать в шахтах. Война требует ресурсов, а далеки не слишком изобретательны во всем, что не связано с убийством людей. – Он пригладил полы своей куртки. – Идем, у нас еще будет время для разговоров.

Этот корабль мало чем отличался от предыдущего. Но на площадке, куда привел их мост, оказалось четыре закрытых входа.

– Я хочу найти один из компьютерных терминалов, – сказал Доктор. – Давай-ка попробуем… – Он принялся водить указательным пальцем от двери к двери, приговаривая: – Эники-беники ели вареники… Сюда. – Он решительно направился к двери, и она, как и предыдущие, открылась, впуская его.

Их встретил большой зал; двери справа и слева вели в соседние комнаты, а в заднюю стену были вмонтированы девять мониторов. На бледно-зеленом фоне высвечивались сложные последовательности цифр, которые сплетались в медленно вращавшуюся двойную спираль.

Зал, очевидно, служил далекам лабораторией. В центре стояли два стола с жутковатыми хирургическими инструментами и приспособлениями. К счастью, жертв экспериментов – и того, что от них осталось, – нигде не было видно.

– Последи за дверью, – велел Доктор. Он подошел к мониторам и коснулся стекла. Под его пальцами возникли странные символы. Доктор передвигал их, вырисовывая непонятные знаки. Зола ничего не понимала, но Повелитель времени, кажется, знал, что делает.

– Ты понимаешь, что здесь написано? – поинтересовалась Зола.

– Немного, – ответил Доктор, но он явно не слушал Золу: все его внимание было сосредоточено на экранах. Прямо сейчас они показывали какие-то схемы: нечто вроде плана большого здания. Зола подумала, что, скорее всего, это корабль или база далеков.

Она ждала, встав прямо в дверном проеме. Так можно было следить за площадкой и входом, через который они сами проникли внутрь. Зола держала оружие наготове. Сердце до сих пор колотилось быстрее обычного, а ладони были липкими от пота. Несмотря на браваду, она все еще чувствовала страх, а придававшая ей уверенности волна адреналина неумолимо отступала.

– Все гораздо хуже, чем я думал, – неожиданно произнес Доктор. Она обернулась, пытаясь понять, что он имел в виду, но Доктор все еще стоял к ней спиной, глядя на экраны.

– Здесь они клонируют далеков. Вот здесь, – сказал Доктор. Он убедился, что Зола смотрит в его сторону, и указал на одну из боковых дверей. – Это инкубатор. Они выращивают далеков для максимально быстрого распространения своего нового оружия.

– Хотят сделать как можно больше таких, как тот, с пушкой?

– Да, – подтвердил Доктор. – Но это не самое страшное. Они строят кое-что еще.

– Что? – шепотом спросила Зола.

– Планетарный уничтожитель. Мегапушку. Они собираются превратить Око Тантала в мощнейшее энергетическое оружие и выстрелить по Галлифрею.

– Что это значит?

– Конец всему, – прорычал Доктор. – Они уничтожат Галлифрей, сотрут само его существование. Перепишут историю, как будто Повелителей времени никогда не было. Это станет приговором Вселенной, далеки уничтожат все. – Впервые с того момента, как они проникли на базу, Доктор выглядел всерьез обеспокоенным.

– Но мы ведь можем что-то сделать? – спросила Зола.

– Для начала пусть займутся другими проблемами, – сказал Доктор и снова передвинул несколько символов на экране. Дверь одной из комнат открылась. Зола среагировала мгновенно: развернулась и приготовилась стрелять, но, как оказалось, напрасно, далеков по-прежнему не было видно. Зола подошла поближе и заглянула в открывшуюся комнату. Вдоль стен узкого помещения стояли большие прозрачные колбы, наполненные бледной голубоватой жидкостью. Внутри колб она увидела сотни отвратительных созданий размером с голову человека. У каждого из существ был один белесый глаз и несколько толстых, похожих на червей, щупалец с острыми изогнутыми когтями. От одного их вида у Золы перехватило дыхание, не говоря уже о резком кислотном запахе, терзавшем ее нос при каждом вдохе.

– Что это за твари? – отвращение сквозило в голосе Золы.

– Каледы-мутанты, – ответил Доктор, подходя к девушке. – Клоны на поздней стадии развития. Скоро они будут готовы для помещения в броню.

– Так вот что у далеков внутри. Неудивительно, что их никто не любит.

Доктор зашел внутрь и, вынув секцию решетки на полу, начал нащупывать что-то под ней.

– Что ты делаешь?

– То, что должен был сделать очень давно.

Зола услышала щелчок. Доктор отодвинул в сторону небольшую панель, под которой скрывался пучок разноцветных кабелей. Повелитель времени раздвинул их в стороны и перебирал до тех пор, пока не нашел нужный.

– Вот он.

– Что это? – спросила Зола.

– Система охлаждения, – ответил Доктор и потянул трубку на себя. Он дергал до тех пор, пока не разорвал. Из отверстий трубки начал сочиться бледно-серый дым; он конденсировался в теплом воздухе комнаты и оседал, собираясь каплями на полу. Доктор отбросил смятую трубку. Где-то в глубине корабля сработала сигнализация. Ее завывания гулом разносились по пустым коридорам.

– Ты убиваешь их, – сказала Зола. Она не обвиняла его, лишь констатировала факт. Зола видела, как мутанты беспокойно зашевелились в колбах, когда температура окружавшей их жидкости начала расти. – Они сварятся заживо.

Суровый взгляд Доктора заставил ее замолчать.

– Я был здесь раньше, – сказал он. Впервые его голос звучал действительно старо, в нем слышался груз многих прожитых веков. – Был в такой же ситуации, но тогда я не смог. Если бы у меня хватило смелости, все могло быть иначе. Но теперь я стал другим человеком. В этой жизни мои прежние идеалы не имеют значения. Есть то, что я должен сделать, и совесть меня нисколько не мучает.

Его слова были холодны, но Зола им не поверила. Вместе с ней он пытался убедить самого себя.

– Уверен?

Доктор кивнул.

– Оставь их, – сказал он и вышел из узкой комнаты, направляясь к другой двери. За ней располагалось похожее помещение, служившее складом компонентов брони: манипуляторов, сенсорных сфер, излучателей и многого другого. Доктор подошел к стойке, на которой выстроились в ряд черные пушки, новое оружие далеков. Он взял одну из них, взвесил в руке, покрутил, проверил заряд батареи и удовлетворенно кивнул Золе. – Пора уходить.

Сигнал тревоги по-прежнему завывал. Едва они вышли в коридор, как Зола в страхе метнулась обратно в комнату – далек был всего в паре десятков метров от них и приближался прямо к лаборатории.

– Стоять! Нарушитель! Ты будешь уничтожен!

– Нет, я об этом позабочусь, – сказал Доктор, остановившийся позади Золы. Она отпрыгнула в сторону, а Доктор нажал на спусковой крючок. Пушка в его руках выпустила заряд темпорального излучения в далека. Тот закричал от ярости, откатился назад, но не смог ускользнуть от алого сияния. Оно крутилось и переливалось, выискивая способ проникнуть сквозь броню.

– Убрать! Убрать! – кричал далек.

Что-то явно пошло не так. Оружие не действовало. Вместо того чтобы проникнуть внутрь и выесть жертву изнутри, как это было с пленниками, свет начал рассыпаться на отдельные огоньки, истаивающие в воздухе. Спустя несколько секунд темпоральная энергия полностью рассеялась, а далек по-прежнему стоял перед ними.

Доктор опустил черную пушку и сказал:

– Они защитили себя от этого оружия.

Далек выстрелил. Доктор нырнул вниз, ударился плечом о стену и отскочил, приземляясь на колени. Луч прошел в миллиметре от него, оставив на кристаллической арке черную борозду.

– От этого не защитили, – сказала Зола, наводя на далека свое ружье. Заряд белой энергии пронзил его насквозь, войдя в сенсорную решетку и вырвавшись из затылка далека, и забросал коридор фрагментами брони и плоти. Далек застыл, его глаз больше не светился.

– Вот теперь мы действительно это сделали. Теперь мы точно привлекли их внимание, – сказал Доктор. Зола услышала хор металлических голосов, доносящийся из глубин корабля. Встревоженные сигналом тревоги и звуками стрельбы далеки гудели, словно возмущенные пчелы.

– Простого «спасибо» было бы вполне достаточно, – сказала Зола, помогая Доктору подняться на ноги.

Он встал и усмехнулся. Голоса далеков звучали все ближе.

– Бежим! – воскликнул Доктор. – Скорее!

Они выбежали на мост, по которому пришли. До земли было не меньше десяти метров. Далеки выходили из кораблей, собираясь прямо под ними. Даже если бы они спрыгнули вниз и ничего не сломали, им бы не дали уйти.

– Обратно, в другую «тарелку»! – выкрикнул Доктор, хватая Золу за руку. Он побежал вверх по скату, утаскивая ее за собой.

– Уничтожить! – Пучок энергии излучателя прошел так близко от Доктора, что куртка на его спине задымилась. К счастью, дальше мост был ровным, и они бросились бежать со всех ног.

Навстречу им из проема на мост выплыл далек. Зола, не колеблясь, вскинула ружье и выстрелила. Она попала, взрыв зашвырнул противника обратно внутрь корабля.

Далеки начали взлетать, выкрикивая угрозы дребезжащими голосами. Снова и снова они стреляли в бегущих. Доктор и Зола просто мчались вперед, положившись на удачу. Каким-то чудом им удалось добраться до корабля и уцелеть, но радоваться было рано.

Два далека спешили к ним по боковому коридору. Доктор толкнул им навстречу покореженную броню их подстреленного собрата, пытаясь выиграть время. Сам он вместе с Золой побежал в другую сторону по уже известному пути: вниз до первого яруса, по коридору мимо инкубатора с мутировавшими людьми – и к выходу.

Доктор и Зола выскочили во двор. Около десяти далеков поджидало их снаружи. Зола знала, что ее убьют раньше, чем она успеет перестрелять их всех. Доктор ничем не сможет помочь, так как пушка, которую он по-прежнему держал в руках, была абсолютно бесполезной против своих создателей.

Здесь были далеки и искаженные самых разных форм и расцветок. Некоторых Зола встречала уже не раз: обычных бронзово-золотистых, летунов, пауков и тех, вооруженных дематериализаторами. Были и незнакомые разновидности: абсолютно черные, серебристые с синими головами, снежно-белые. Последние смотрелись жутко, словно бледные призраки. Каждый далек был в равной степени смертельно опасен.

Зола направила оружие на ближайшего. Она решила, что хотя бы половину из них успеет забрать с собой.

– Мост! – выкрикнул Доктор. Зола быстро посмотрела вверх. По металлической полосе, протянутой между кораблями, к ним подбирались еще трое.

Зола вскинула ружье и выстрелила трижды – не в далеков, а в сам мост. Длинный лист металла закачался и выгнулся. Далеков едва не сбросило на землю, они завертелись на месте, стараясь не упасть. Четвертый выстрел окончательно перебил металл, разделив переход на две части. Еще мгновение они висели в воздухе, а затем устремились вниз. Половину далеков, блокировавших путь Золе и Доктору, раскидало падением моста. Двоим повезло меньше: их куполообразные головы расплющило и вмяло глубоко в броню.

Зола понимала: надолго это далеков не задержит. Но чтобы сбежать, много времени и не требовалось.

– Беги к городской стене, – сказал Доктор, – я отвлеку их.

Он развернулся было спиной к Золе, но та его окликнула:

– А как же пленники? – Действительно, разве можно было не воспользоваться шансом и не выпустить людей?

Доктор колебался. Если они сейчас упустят возможность сбежать, далеки, вероятнее всего, уже не дадут им выбраться из города живыми.

– А, к черту! – прорычал он, устремляясь к тому кораблю, в который далеки увели людей. – Задержи их!

Зола последовала за ним; она добежала до трапа, когда три не пострадавших от падения моста далека обступили ее, прицеливаясь. Стало ясно, что убить всех троих она не успеет.

– Ну же! Давайте, дурацкие жестянки, стреляйте! – закричала она.

В этот момент внутри корабля за спинами далеков прогремел взрыв. Дрожь пробежала по земле, отдаваясь в костях Золы. Видимо, оставшаяся без охлаждения система инкубаторов достигла критической температуры.

Над куполом взметнулся язык пламени, из корабля повалил густой черный дым. Далеки развернулись, замигали энергетическими клапанами, выкрикивая приказы. Зола воспользовалась их растерянностью и сделала три выстрела – по одному в голову каждого противника.

Меж тем далеки продолжали прибывать.

– Доктор! – закричала Зола, понимая, что долго она не продержится. И тут толпа людей с грохотом сбежала по трапу и выплеснулась из корабля во двор. Их было очень много. Зола подумала, что пленников, скорее всего, набивали в камеры битком.

Зола услышала, как Доктор кричит:

– Вперед! Бегите! Бейте их! Это ваш шанс.

Освобожденные пленники набросились на далеков. Тех, кто не успел подняться в воздух, убили голыми руками, просто смяли числом. Уцелевшие далеки летали над двором, стреляя по толпе, но недавние узники не собирались сдаваться.

– Поразительно, на что способна группа людей, стремящихся к общей цели.

Зола обернулась на голос, Доктор стоял прямо за ее спиной. В одной руке у него был дематериализатор, в другой он держал звуковую отвертку. Очевидно, он отпирал ею замки на дверях камер.

Глядя на то, как жители Молдокса побеждают в бою с захватчиками, Зола чувствовала гордость и радость.

– А теперь нам нужно поторопиться, – сказал Доктор. – Пойдем через главные ворота, думаю, мы найдем способ открыть их.

Зола закинула оружие на плечо и сделала, как он велел. Вдвоем с Доктором они выбежали со двора, свернули на одну из боковых улиц и со всех ног помчались к главному выходу из города.

Как и предполагал Доктор, из-за переполоха на базе ворота остались без охраны. Зола поступила просто: истратив часть оставшегося в ружье заряда, она прожгла в них дыру достаточно большого размера, чтобы в нее мог протиснуться человек.

Зола и Доктор скрылись среди разрушенных стен и зданий пригорода. Оранжевое зарево от горящей базы далеков сияло в небе над Эндором.

Весь обратный путь они проделали без остановок. Вымотанные долгим бегом, они задержались у кратера, оставшегося после необычной посадки Доктора на Молдокс. Обломки и ошметки далеков все еще лежали на дороге, холодные и неподвижные.

Зола, пожалуй, сама не ожидала, насколько будет рада вновь увидеть ТАРДИС. Эта смешная синяя будка, лежащая в грязи на боку, была для нее возможностью оказаться в безопасности, шансом навсегда забыть о войне. Но теперь ТАРДИС значила кое-что еще – освобождение. В день, когда Доктор упал с неба, он заставил Золу взглянуть на мир другими глазами, он показал ей новые горизонты. И сейчас – пусть это была всего лишь маленькая капля в море войны, крошечная победа – она помогла хоть кому-то спастись из плена далеков.

Зола нырнула в ТАРДИС. На этот раз девушка была готова к странному несоответствию в расположении пространства внутри и снаружи. И все же, сделав шаг, она почувствовала себя полностью дезориентированной. Золу повело в сторону, как пьяную, и она устояла на ногах только потому, что схватилась за перила.

Доктор вошел следом за ней и закрыл дверь. Зола села на пол, отложив оружие в сторону. Она обхватила колени руками и почувствовала, что на глаза наворачиваются слезы облегчения, но не позволила себе расплакаться и только шмыгала носом.

Только сейчас она заметила, что Доктор все еще держит в руках темпоральную пушку.

– Зачем ты притащил эту штуку с собой? Ты же знаешь, что на далеков она не действует, – удивилась Зола.

Доктор опустил взгляд на оружие и бросил дематериализатор на пол. Он упал и откатился в сторону, прогрохотав металлом по металлу.

– Нужно привезти это оружие на Галлифрей и показать Повелителям времени, с чем нам придется столкнуться, – сказал он.

– Но мы же договорились. – Зола не поверила своим ушам. – Я думала, ты отвезешь меня куда-нибудь подальше от войны, от всего этого.

– И я выполню обещание, – кивнул Доктор. – Мы найдем тебе замечательное безопасное место. Но сначала я должен попасть на Галлифрей. То, чем далеки здесь занимаются, может означать конец войны и всей Вселенной вместе с ней. Если они начнут использовать темпоральное оружие, в мире не останется ни одного безопасного уголка.

– Тогда я полечу с тобой, – решительно сказала Зола. – Я здесь не останусь.

Доктор покачал головой:

– Я путешествую один. У меня хватает проблем без сирот и беспризорников. Ты будешь путаться под ногами. – Он хотел отвернуться от Золы, но та схватила его за руку и удержала. Доктор сказал ей далеко не все. Она видела по глазам: он боялся ее так, как не боялся далеков.

– Нет уж, – сказала она. – Ты от меня так просто не отделаешься. Я пошла с тобой и рисковала жизнью, а теперь ты хочешь просто взять и бросить меня здесь?

Их взгляды встретились; несколько секунд они молча смотрели друг на друга. Никто не хотел уступать.

Наконец Доктор сдался.

– Хорошо, – сказал он, поднимая руки. – Хорошо. Полетим вместе. Но только на этот раз. Я не могу тратить свое время на то, чтобы присматривать еще и за тобой.

– Лучше бы спросил, будет ли у меня время, чтобы присматривать за тобой, Доктор.

– Я же говорил, не стоит называть меня этим именем, – сказал он, нахмурившись.

– Ладно тебе. Думаю, сегодня ты его вполне заслужил, – сказала Зола и, отпустив руку Доктора, наклонилась над пультом управления, рассматривая кнопки и рычаги. – Покажешь мне, как управлять этой штукой?

– Не слишком ли многого ты хочешь? – спросил Доктор и повернул рычаг дематериализации ТАРДИС.

Глава 8

– Доложить!

Далек вплыл внутрь гексагонального зала, где его уже ждали пятеро из Круга вечности. Он повернул голову, поочередно направляя глаз на каждого из них, после чего произнес:

– Ход операции далеков на планете Молдокс был нарушен. Временная база в городе Эндор уничтожена.

– Объяснить! – велел далек на центральной колонне.

– Восстание людей. Заключенные бежали и уничтожили инкубаторы.

– Состояние прародителей?

– Все клоны погибли.

– Несущественно, – прогудел далек на соседнем постаменте. – Тестирование завершено. Образцы нового вооружения готовы к распространению. Передай распоряжение другим прародителям Спирали Тантала, пусть начнут производство незамедлительно.

– Подчиняюсь.

Далек на центральном постаменте снова подал голос:

– Был ли среди восставших замечен Повелитель времени?

– Подтверждаю, – ответил бронзовый. – Сообщения, поступившие с уничтоженной базы, указывают на присутствие Охотника на Молдоксе. Мы также распознали сигнатуру его ТАРДИС.

– Отлично. План близок к завершению, – сине-золотой далек издал звук, очень похожий на довольный смешок. – Скоро Охотник приведет нас к величайшей победе. Скоро он будет наш.

Часть вторая

Галлифрей

Глава 9

Карлакс сгорбился над столом. Он устало водил указательным пальцем по экрану, проматывая бесчисленные символы, каждый из которых означал сообщение с фронта. Точнее, множества фронтов, на которых Повелители времени сражались с далеками.

Он ткнул в один из символов наугад и пробежал взглядом по развернувшимся строчкам. Карлакс не стал даже смотреть на эпоху, к которой относилось это сообщение. В конечном счете, все они сливались в одну: каждый участок истории Галлифрея был атакован мерзкими каледами-мутантами.

Отчеты, впрочем, тоже не отличались разнообразием. В каждом из них говорилось об одном. Не важно, как умело сражались воины Повелителей и сколько вражеских кораблей им удавалось уничтожить, на их место вставали новые. Далеки не только сражались без сна и отдыха, но еще и пополняли свои ряды с невиданной скоростью. Они были хитры: распространили генетические линии своих предков в тех эпохах, которые Повелители времени не могли изменять. Они клонировали себя и производили один за другим целые легионы, но прятали их, иногда годами выжидая подходящего момента. Они могли обрушиться на не ожидающую атаки крепость в одном из неспокойных периодов истории Повелителей времени или примкнуть к ударным отрядам на передовой. Они уже пытались уничтожить древние формы жизни на доисторическом Галлифрее, чтобы предотвратить саму возможность возникновения Повелителей времени.

Для далеков жизнь была дешевым и легко возобновляемым ресурсом, что давало им преимущество. У Повелителя времени пусть и тринадцать жизней, но, как справедливо считал Карлакс, регенерация не слишком помогает, если тебя распилило на атомы вместе с боевой ТАРДИС или если тебя лишили возможности появиться на свет еще до того, как ты был зачат.

Карлакс вздохнул. Его мантия и оплечье сегодня были уж очень тяжелы. Чувства говорили ему, что они стоят на самом краю, что конец близок. Все их усилия и то, что сейчас зовут победами над далеками, в итоге окажутся бессмысленными. Они заперты в тупиковой ситуации, но рано или поздно далеки найдут способ изменить ход войны в свою пользу. Повелители времени пытаются противостоять неизбежному.

Экран привлек его внимание чередой коротких гудков: пришли новые сообщения. Все их необходимо было прочитать, составить общую картину и отчитаться перед Лордом-Президентом. Проблема в том, что Карлакс просто не справлялся, учитывая множество иных дел, требующих его внимания. Впрочем, он знал, что сами собой сообщения не прочитаются. Он нажал очередной символ, раскрывая послание. В этот момент сверху зазвучал пронзительный сигнал тревоги. Плечи Карлакса поникли. Что еще случилось?

Он обернулся на звук открывающейся двери, еле расслышав его из-за воя сирены. Солдат из гвардии Канцелярии вбежал в его покои и встал перед столом, переводя дыхание.

– Ну? В чем дело? – грубо спросил Карлакс. – Из-за чего этот адский шум?

– Угроза девятого уровня, сэр, – ответил гвардеец, все еще задыхаясь после быстрого бега. Кажется, он был не на шутку встревожен.

– Девятого уровня? – переспросил Карлакс, он никак не мог запомнить, что все эти уровни значили.

– Незарегистрированное средство для путешествий во времени пытается материализоваться в Паноптиконе.

– Что? – После доклада гвардейца тон Карлакса резко изменился. Речь шла о Паноптиконе. – Как они смогли обойти небесные траншеи и трансдуктивный барьер?

– Не имею понятия, сэр. Ну… Может быть… Нет, это абсолютно невозможно, сэр, – ответил солдат.

– Действительно, абсолютно невозможно, – саркастически согласился Карлакс. Он встал, отодвинув сенсорный экран в сторону. – Сообщите Смотрителю, пусть вышлет людей на перехват. Если нарушитель высадится, Омега знает, чем все это обернется.

– Смотритель уже занимается этим вопросом, сэр. Это он отправил меня к вам.

– Хорошо, – пробормотал Карлакс.

К его удивлению, солдат остался стоять на месте.

– Да? – спросил Карлакс, перехватив выжидающий взгляд гвардейца. – Что-то еще?

– Смотритель хочет, чтобы вы тоже присутствовали, – сказал солдат, явно побаиваясь реакции высокопоставленного Повелителя времени.

Карлакс только вздохнул и ответил:

– Конечно.

Он вышел из покоев и последовал за гвардейцем. Тот торопился и был не прочь ускорить шаг, но Карлакс, в отличие от него, не спешил. Он был недоволен тем, что Смотритель отрывал его от собственных дел.

Они вышли в широкий коридор, заканчивавшийся массивной дверью. При их приближении она автоматически поднялась вверх, пропуская обоих Повелителей времени. От вида снаружи захватывало дух. Перед ними высилась цитадель – центр Капитолия, сердце цивилизации Повелителей времени. Колоссальный шпиль опирался на широкое основание и, истончаясь, уходил все выше и выше, поднимаясь над облаками. Башни и антенны покрывали его грани, как ветви ствол дерева. Вдали над его верхушкой можно было разглядеть свод энергетического купола, который окрашивал дневной свет бледно-оранжевым тоном.

Между жилым комплексом для кардиналов, откуда вышел Карлакс, и основанием цитадели лежала глубокая расщелина, через которую была перекинута длинная дуга моста без опор. На дальнем его конце виднелась группа солдат в униформе. Судя по числу стянутых к цитадели военных, Смотритель не хотел рисковать.

Не исключено, что случилось именно то, о чем он думал. Значит, далеки все же нашли какую-то брешь в обороне, и война пришла в Капитолий? Маловероятно, но кто еще, кроме них, мог попытаться ворваться сюда? Насколько безумным нужно быть, чтобы отважиться на такое?

Карлакс ускорил шаг, решив, что гвардеец прав и действительно стоит поторопиться. Они подошли к группе военных на мосту. Те мигом пропустили Карлакса, едва он повысил голос.

У Паноптикона – огромного холла, где располагалось правительство и заседал парламент, – уже собралась толпа.

– Разойтись! – взревел гвардеец во всю мощь своих легких. – Дайте пройти кардиналу!

Карлакс проникся к нему толикой уважения, глядя, как расступаются солдаты и обыватели, каким-то образом прознавшие о том, что произошло.

Разгладив складки мантии, Карлакс вошел в холл Паноптикона. Смотритель расчищал место в центре зала и расставлял по периметру солдат, вооруженных излучателями. Он заметил приближающегося Карлакса и сразу же обратился к нему с вопросом:

– Ты известил Лорда-Президента?

– И тебе доброго утра, Смотритель, – ответил Карлакс.

– К черту любезности, Карлакс. Это не шутки. Так ты передал информацию Лорду-Президенту? – Лицо Смотрителя покраснело.

– Нет еще. Для начала мне нужно разобраться, что именно я должен ему сказать. Гвардеец что-то говорил об угрозе девятого уровня, о незарегистрированном транспортном средстве, которое пытается проникнуть прямо сюда, в Паноптикон. Я прекрасно знаю, что это невозможно. К тому же я абсолютно уверен, что ты как Смотритель никогда бы не позволил случиться чему-то подобному.

Карлакс непроизвольно улыбнулся. Неплохо было сразу обозначить, кто будет отвечать, если враг преодолеет защиту цитадели. Карлакс считал, что чем раньше укажешь на «виновного», тем лучше. Главным образом потому, что это позволяло в дальнейшем самому не оказаться в роли козла отпущения.

– Мы пытались остановить его, – раздраженно ответил Смотритель. – Оно преодолело все наши средства защиты одно за другим. Кем или чем бы оно ни было, ему отлично известно, как устроена наша оборона. Лорд-Президент должен быть извещен, потому что его необходимо эвакуировать. Ему следует немедленно покинуть Капитолий; возможно, враг намерен воспользоваться оружием массового поражения.

Выслушав Смотрителя, Карлакс пришел к мысли, что тот не преувеличивает угрозу и обеспокоен всерьез.

– Хорошо, – сказал он, жестом подзывая одного из военных. – Ты же знаешь, где покои Лорда-Президента?

– Да, сэр. – Хотя солдат и ответил согласием, на его лице отобразился страх. Он явно предпочел бы встретить лицом к лицу неведомого врага, приближающегося к Капитолию, чем нанести визит Лорду-Президенту.

– Отлично, мне нужно, чтобы ты… – Карлакс замолчал на полуслове, когда комнату заполнил низкий скрежещущий гул. Бормотание собравшихся в холле людей стихло в тот же миг.

– Слишком поздно. – Смотритель сказал то, что и так было очевидно всем присутствующим. – Оно уже здесь.

Карлакс увидел, как слева от того места, где он стоял, начинают проявляться контуры неопознанного объекта. Военные тут же взяли его на прицел. Жуткое подозрение зародилось на самом краю сознания Карлакса. Где-то он уже слышал этот странный гул…

Звук становился все громче и громче. Наконец неизвестный объект материализовался. Преодолев все средства защиты, он вынырнул из Вихря времени прямо посреди Паноптикона.

На несколько бесконечно долгих секунд в комнате повисла абсолютная тишина. Все замерли, словно боялись даже сделать вдох. Незарегистрированное средство для путешествий во времени выглядело, как старая будка синего цвета с большой белой надписью «ПОЛИЦИЯ».

– А… Это он, – произнес Карлакс, и его лицо скривилось от неприязни.

– Мы на месте, – сказал Доктор.

– «На месте» – значит на Галлифрее? – спросила Зола.

Мысль о том, что она своими глазами увидит родной мир Повелителей времени, пробуждала в ней дикое любопытство, к которому примешивался жуткий страх. Она сомневалась, что они будут терпеть на своей земле беженца, принадлежащего к человеческой расе. Если вспомнить, как о них отзывался Доктор, они вряд ли его самого встретят с распростертыми объятиями.

Как бы то ни было, она смогла выбраться с Молдокса, а это уже что-то.

Доктор ухмыльнулся.

– Да, Галлифрей, – сказал он. – Думаю, я заставил их, скажем так, поволноваться. – Он наклонился и поднял с пола темпоральную пушку, которая каталась по палубе ТАРДИС на протяжении всего полета. Если конечно, это перемещение вообще можно назвать полетом. Зола не была в этом уверена.

– Пойдем, – сказал Доктор. – Советую не отходить от меня ни на шаг. – С этими словами он решительно направился к двери.

Зола посмотрела на свое ружье, прислоненное к поручню, и на секунду задумалась: стоит ли брать его с собой или нет. Решила, что нет. Она не знала, насколько Повелители времени склонны стрелять в вооруженных пришельцев, но и не хотела давать им повод просветить ее на сей счет.

Зола пожала плечами и вышла из ТАРДИС вслед за Доктором.

Едва она сделала шаг и оказалась в залитом ярким светом Паноптиконе, как тут же вскинула руки вверх. Их окружила целая рота солдат в красно-белой униформе. И каждый из них держал Доктора или Золу на прицеле. Девушка отметила про себя, что оружие в их руках, увы, не было похоже на парализующее или оглушающее.

– Какой радушный прием! – сказала она, стараясь держаться поближе к Доктору. – Вижу, ты здесь ужасно популярен.

Доктор не обращал внимания ни на нее, ни на солдат.

– Карлакс! – выкрикнул он, глядя на Повелителя времени, одетого в традиционное облачение: маленькую шапочку и розово-фиолетовую мантию с высоким оплечьем. На взгляд Золы, он выглядел довольно нелепо. – Где Рассилон?

– Доктор, ты знаешь, что нельзя просто так материализовываться, где вздумается. Есть правила.

– Даже сейчас ты только о правилах и печешься, – пренебрежительно ответил Доктор. – Неудивительно, что мы проигрываем эту чертову войну.

Карлакс нахмурился, оставив едкий комментарий без ответа.

– Ты мог бы выйти из Вихря в посадочной зоне, как все.

– Я хотел привлечь ваше внимание, – сказал Доктор. – И даже тебе, Карлакс, придется признать, что мне это удалось. – Он обвел взглядом стоящих вокруг солдат.

Карлакс растянул губы в тонкой холодной улыбке и сказал:

– Согласен, Доктор. Ты, несомненно, привлек к себе внимание.

Повелитель времени, стоящий рядом с Карлаксом, был одет схожим образом, только его мантия была красно-оранжевой и без оплечья. Он жестом велел солдатам опустить оружие. Зола почти физически ощутила, как атмосфера в зале сразу стала гораздо менее напряженной. Она опустила руки и подумала, что со стороны это наверняка выглядело довольно смешно.

– Так где Рассилон? – снова спросил Доктор.

– В текущий момент Лорд-Президент занят неотложными делами государственной важности, – напыщенно произнес Карлакс.

– Он захочет услышать вот об этом, – сказал Доктор и поднял дематериализатор. Зола увидела, как Повелитель времени в красно-оранжевом потянулся к поясу, будто готовился выхватить пистолет.

– Доктор, – вмешалась она, сделав шаг вперед и положив руку на ствол пушки. – Учитывая, сколько здесь оружия, думаю, не стоит этим размахивать.

Карлакс рассмеялся.

– Вижу, ты нашел себе новую… спутницу, – сказал он. Последнее слово было произнесено таким тоном, словно оно было грязным ругательством. – Очередная бродяжка?

Зола посмотрела на него, сузив глаза. Он был в точности таким, как она представляла себе Повелителей времени: наглым, самоуверенным, упивающимся чувством собственной важности.

– Тебе придется оставить ее здесь, – продолжил Карлакс. – Ты не можешь тащить кого угодно в Зал Совета.

– Я буду делать то, что считаю нужным, – ответил Доктор. – Она со мной. Под моей защитой. Она видела, чем занимаются далеки на Молдоксе. Ее сведения будут полезны.

– А еще она здесь, в комнате, – с нажимом произнесла Зола.

Оба Повелителя времени перевели взгляд на нее – и через секунду продолжили спор.

– Лорду Рассилону это не понравится, – сказал Карлакс.

– Нет, – ответил Доктор. – Но мне, к примеру, не слишком нравишься ты. Я же как-то с этим справляюсь.

Щеки Карлакса стали пунцовыми, и Зола едва сдержала смешок.

– Не говори потом, что я не предупреждал, Доктор, – сказал он. – Я провожу вас к Лорду-Президенту.

Доктор посмотрел на Золу, в его глазах появилось нечто, чего она раньше не видела: слабый блеск, огонек. Ему было весело.

– Веди, Макдуф, – сказал Доктор и улыбнулся.

Глава 10

Когда Зола услышала, что они идут в штаб-квартиру Повелителей времени, то ожидала увидеть абсолютно иную картину. Если здесь на самом деле принимались все решения, связанные с противостоянием далекам, то, пожалуй, они были в куда большей беде, чем думали. Штаб-квартира? Зал совещаний в лучшем случае.

Интерьер комнаты не производил должного впечатления. На взгляд Золы, для стратегического центра здесь явно не хватало оборудования. Впрочем, она ничего толком не смыслила в технологиях Повелителей времени и отдавала себе в этом отчет. В ее глазах они были ближе к волшебству, чем к науке.

Так или иначе, штаб-квартира представляла собой всего лишь комнату весьма скромных размеров. Ее свод подпирали старые колонны с потрескавшейся облицовкой, в центре стоял огромный черный стол, на поверхности которого мерцали голографические проекции незнакомых Золе символов и пиктограмм. Они скользили под слоем лака, как рыбки в пруду, и меняли форму каждый раз, когда сталкивались с другими. Зола следила за их загадочным гипнотизирующим танцем, но не могла понять его смысл.

Она предположила, что это записи на языке Повелителей времени. Слишком сложные символы не могли быть просто словами. В то же время их форма отличалась исключительной любовью к мельчайшим деталям, свойственной единственной расе во Вселенной, которая возвела педантичность чуть ли не в ранг искусства.

Больше в комнате не было ничего, достойного внимания, кроме нескольких экранов. Их развесили по стенам, будто картины, в рамках. На экранах сменяли друг друга виды боевых кораблей Повелителей времени или ТАРДИС – так, по крайней мере, решила Зола. Они беззвучно парили среди вспышек и взрывов. Зола словно смотрела в окна, за которыми шли космические бои с далеками. Выстрелы с обеих сторон нет-нет, да и попадали в цель. Корабли вспыхивали, практически мгновенно полностью выгорая. Их безжизненные остовы медленно дрейфовали в бездне ледяного безвоздушного пространства.

Зола не знала, идут ли эти бои прямо сейчас, или Повелитель времени, сидящий во главе стола, решил пересмотреть записи уже состоявшихся сражений. Она подумала, что для Войны времени это, пожалуй, не имеет большого значения.

Что показалось Золе наиболее странным – этот зал находился в тихом углу цитадели, вдали от Паноптикона и других выделенных для работы правительства комнат. Складывалось впечатление, что Повелители времени решили спрятать его, затолкать все, связанное с войной, в пыльный угол, чтобы ничто не мешало делать вид, будто ее и нет. Неужели они думают, что от этого она просто закончится сама собой и жизнь в Капитолии потечет, как прежде? Некоторые из Повелителей времени, успела подметить Зола, вели себя так, словно война их особо не касается. Вроде как это лишь досадная неприятность, которую нужно просто переждать и беспокоиться не о чем.

Ей стало интересно, что об этом думают простые жители Галлифрея, те, кого завербовали в солдаты. Чувствовали ли они то же самое, защищая вместе с родным миром и тот образ жизни, который, наверное, уже казался архаичным, когда Молдокс еще был сгустком космической пыли?

Доктор определенно смотрел на войну иначе. Зола прекрасно помнила его реакцию на то, что он увидел на Молдоксе. За этим они и прилетели на Галлифрей – предупредить их. Здесь живет его народ, и Доктор сделает все, чтобы его защитить.

Сидевший в кресле Повелитель времени не стал вставать. Он даже не повернулся в их сторону, когда они вошли в зал. Зола решила, что, скорее всего, это было демонстрацией силы, напоминанием о том, кто здесь главный.

Это был Лорд-Президент Галлифрея. Доктор упоминал его имя, Рассилон. Золе стало немного не по себе. Еще вчера она караулила патруль далеков на Молдоксе, а сейчас она стояла в нескольких шагах от одной из самых могущественных персон во Вселенной.

От входа она могла рассмотреть его лицо лишь в профиль. Немолодой, худощавый, но крепкий; темные волосы с проседью были коротко подстрижены. Свет мониторов подчеркивал резкие черты лица: четко очерченные брови, нос с горбинкой, квадратный подбородок. Для такого человека Вселенная была не слишком веселым местом. Жесткость характера, отчетливо читавшаяся на лице Лорда-Президента, во многом была следствием возложенной на его плечи ответственности. В одной комнате с ним Зола почти физически ощущала тяжесть этой ноши.

– А, Доктор, – сказал Рассилон, продолжая смотреть на один из экранов. – Твое появление наделало немало шума. Такой изобретательности стоит поаплодировать, – его тон был вежливым, а голос приятным и глубоким. Он рассмеялся. – Остается лишь радоваться, что ты работаешь на нас, а не против. – При этих словах он повернулся и посмотрел на Доктора. Губы Рассилона были изогнуты в улыбке, но взгляд оставался холодным и твердым. – Карлакс, ты согласен со мной?

– Конечно же, сэр, – отозвался Карлакс. Золу удивило, какое невероятное подобострастие прозвучало в его голосе.

– Новости распространяются быстро, – сказал Доктор, бросив взгляд на лицо Карлакса. – Я всего несколько минут как вернулся.

Рассилон снова засмеялся.

– Так входи, садись, – сказал он, жестом подзывая Доктора. Отраженный свет блеснул на его пальцах. Теперь Зола увидела металлическую перчатку на левой руке Лорда-Президента.

Доктор воспользовался предложением. Зола осталась стоять у входа, стараясь не привлекать к себе внимания. Карлакс сел за стол так, чтобы хорошо видеть лица двух других Повелителей времени.

– Блудный сын Галлифрея, смотри. – Рассилон широким жестом обвел экраны. – Мы теряем корабли. Наши ТАРДИС горят, а дети гибнут от рук далеков. Мы сражаемся ради того, чтобы выжить. – Он вздохнул. – Конечно же, ты все знаешь сам. Ты был там, в самой гуще. Скажи мне, Доктор, что же заставило тебя вернуться с фронта домой?

– Я должен предупредить об угрозе, – сухо ответил Доктор.

– Ты вернулся, чтобы предупредить об угрозе, – сказал Рассилон, слова Доктора его явно развеселили. – Какая честь для нас, Доктор. – Он рассмеялся. – Но прежде я хочу узнать, были ли твои поиски успешными. Ты нашел его? Ты знаешь, где сейчас Мастер?

Доктор отрицательно покачал головой. Зола понятия не имела, о ком или о чем они говорят.

– Он сбежал, Рассилон. Бросил нас. Спрятался, и мы вряд ли снова его увидим. По крайней мере, не раньше, чем кончится война.

– Он заглянул в глаз бури и не смог вынести того, что увидел, – сказал Рассилон. – Он слаб и думает только о том, как спасти свою жизнь. И все же трудно его винить. Мы все стоим на краю бездны. – Он выдержал паузу и внимательно посмотрел на Доктора. – А теперь ты, Доктор, хочешь рассказать о новых бедах.

– Боюсь, что так, – сказал Доктор. – Я вернулся прямиком из Спирали Тантала, где флот Преды попал в засаду. Корабли-невидимки далеков полностью его уничтожили.

Рассилон указал на экран и сказал:

– Я наблюдал за последними мгновениями жизни ее ТАРДИС с тяжелым сердцем.

«А по твоему тону и не скажешь», – подумала Зола.

Доктор кивнул и продолжил рассказ:

– Мою ТАРДИС повредили в бою, но я смог совершить вынужденную посадку на планету Молдокс. Там я обнаружил базу далеков, служившую им полигоном. Они тестировали экспериментальное оружие. В его основе лежит использование темпоральной энергии, излучаемой Оком Тантала.

– Аномалией? – спросил Рассилон.

– Именно, – ответил Доктор. – Они создали дематериализующее оружие. Я видел, как они опробовали его на четырех взятых в плен людях. Они вот-вот начнут вооружать им своих солдат.

– Это… вызывает опасения, – сказал Рассилон.

– И это еще не самое худшее. Мне удалось попасть на один из их кораблей и проникнуть в базы данных. Они собираются использовать эту технологию для создания планетарного уничтожителя и выстрелить по Галлифрею.

– Убрать целый мир из пространства и времени. Должен признать, Доктор, я восхищен их изобретательностью.

– Мы должны действовать, – настойчиво произнес Доктор. – И как можно скорее. Ты говорил о пропасти – мы вот-вот в нее сорвемся.

– Карлакс? – спросил Рассилон. Судя по голосу, слова Доктора его опять развеселили.

– Да, мой Лорд?

– Собери всех на экстренное заседание Верховного Совета. Встреча должна состояться через час. Доктор со своей ассистенткой изложат известные им факты, – сказав это, Рассилон посмотрел на Доктора и улыбнулся.

– Как скажете, сэр, – ответил Карлакс.

Зола не могла избавиться от чувства, что Доктор только что угодил в ловушку.

Карлакс привел их к Залу Совета. Доктор вошел первым с дематериализатором в руках. Зола шагнула следом и остановилась: чья-то рука крепко, почти до боли стиснула ее плечо. Она обернулась и встретилась взглядом с Карлаксом, стоявшим у нее за спиной.

– Будешь ждать здесь, со мной, – сказал он и силой увлек ее в угол слева от двери. Зола была не рада такому обращению, но позволила увести себя от входа.

– Вот оно что, – сказала она, складывая руки на груди и отодвигаясь подальше от Карлакса. – Только по-настоящему важным Повелителям времени позволено сидеть за столом.

Тот сурово взглянул на нее, но ничего не ответил. Зола смотрела, как собирается Совет. Стоящий рядом Карлакс вызывал у нее глубокую неприязнь.

Учитывая, что этот зал предназначался для проведения совещаний Верховного Совета Галлифрея, он был на удивление скромным и неприметным – простые белые стены, мраморный пол кремового цвета. Большую часть пространства занимал овальный стол, близкий по размеру и форме к тому, что стоял в штаб-квартире. Его лакированная поверхность была покрыта изящным золотым узором. На вид стол казался самым обычным, без встроенных экранов или голографических проекторов, но так это или нет на самом деле, сказать было сложно.

Не считая стола с окружавшими его креслами, обстановка комнаты ограничивалась большой золотой арфой, портретом дряхлого Повелителя времени, играющего на арфе, и платформой с компьютерным интерфейсом и двумя возвышениями на ней.

Повелители времени уже расселись вокруг стола. Рассилон сидел во главе со всеми регалиями, соответствующими его положению. В левой руке он держал золотой посох – тонкий металлический шест со сложным витым набалдашником. Зола не знала, зачем он нужен, но предполагала, что он был церемониальным.

Одно из мест за столом пустовало. В отличие от остальных, на высокой спинке этого стула был выгравирован золоченый символ. Вероятно, он означал ранг отсутствующего Повелителя времени.

По левую руку от Лорда-Президента сидела совсем молодая женщина. Стильная короткая стрижка оттеняла нежность миловидного лица. Ее изысканная мантия была темно-фиолетовой с оторочкой платинового цвета, оплечье отливало золотом. Напротив нее Зола увидела знакомое лицо Смотрителя, главы службы безопасности. С ним рядом сидели еще двое мужчин: один старше его, с темной сморщенной кожей и короткими волосами, второй – моложе, но с проблесками седины в волосах. Золе он запомнился аккуратной бородкой и проницательным взглядом голубых глаз. Оба мужчины носили металлические перчатки по локоть длиной. Кисти перчаток украшала гравировка в виде колец.

Посмотрев, как собираются и рассаживаются Повелители времени, Зола не могла не удивиться обилию ритуалов и тому, с какой помпой было обставлено такое простое дело.

Складывалось впечатление, что соблюдение всех церемоний для них гораздо важнее причины, по которой они собрались в этом зале. Если судьба Вселенной зависела от этих людей, то ее шансы выстоять против далеков, на взгляд Золы, были катастрофически малы.

Наконец, все члены Совета были в сборе. Карлакс закрыл дверь и вернулся на свое место в углу рядом с Золой. Она покосилась на него: Карлакс стоял и не сводил глаз с Лорда-Президента, следя за каждым движением Рассилона.

Карлакс, должно быть, почувствовал ее взгляд. Он повернулся и насмешливо прошептал:

– Ты удостоена большой чести. Не припомню, чтобы до тебя хоть кому-то из людей было позволено присутствовать на собрании Верховного Совета.

– Тяжелые времена требуют смелых решений, – ответила Зола, пожимая плечами.

– Тихо! – со злостью выдохнул Карлакс.

Рассилон поднялся и стукнул посохом об пол. Металл звякнул о мрамор. Все посмотрели на Президента.

– Объявляю заседание Совета открытым. Передаю слово Доктору, – сказал он.

Смотритель откинулся на стуле и с улыбкой произнес:

– Я так понимаю, возникла какая-то маленькая проблема, и ты решил обсудить ее с нами? – Его тон был издевательски-покровительственным. Золе стало ужасно обидно за Доктора, но он и сам мог постоять за себя.

– Маленькая проблема, значит? Маленькая? – он сверлил Смотрителя взглядом. – Из маленького в этой комнате только твои мозги. – Доктор швырнул дематериализатор на стол. От глухого стука металла по дереву Повелители времени вздрогнули, словно он бросил на их стол не оружие, а дохлое животное.

Доктор принялся расхаживать взад-вперед, заложив руки за спину. Зола заметила, что он не на шутку разозлился.

– Очнитесь! – воскликнул Доктор. – Идет война, и, как ни крути, мы проигрываем по всем фронтам. Противник сильнее нас и превосходит числом. Но мы прячем голову в песок вместо того, чтобы признать то, что очевидно всей прочей Вселенной. Пока мы сидели и раздумывали, далеки захватили Спираль Тантала и стягивают туда войска.

Бородатый кардинал раздраженно дернул плечами.

– Так пусть один из наших флотов разберется с этим, – сказал он.

Доктор ударил кулаком по столу и чуть склонился, нависая над ним. Выпятив подбородок, он приблизил лицо к лицу кардинала.

– Мы уже отправляли флот, Грейвас, – сказал Доктор. – Мы потеряли слишком много времени. Далеков слишком много, а наши силы и без того растянуты до предела. Около сотни кораблей-невидимок полностью уничтожили флот Преды прямо у меня на глазах. И это лишь вершина айсберга. Они несколько лет занимали планеты Спирали, вынашивали планы и строили корабли.

– Так было и раньше, – пренебрежительно бросил Смотритель. – Далеки растят свои армии повсюду. Ничего нового ты нам не сказал. Они распространяют своих прародителей по всем эпохам и используют биологический материал местного населения для создания новых мутантов. Здесь все то же самое, Доктор. Будни войны.

– Нет, не то же самое, Смотритель. – Доктор произнес его титул, как ругательство. – Они используют темпоральную энергию Ока Тантала для создания дематериализующего оружия, такого, как это. – Он указал на черную пушку далеков, лежащую на столе. – Это опытный образец. Я видел, на что он способен. С помощью этого оружия далеки переписали время, одним выстрелом полностью стерев из истории четырех человек.

Рассилон подался вперед, с интересом разглядывая пушку. Смотритель протянул руку в перчатке, чтобы коснуться черного металла, но в последний момент передумал. Его лицо помрачнело.

– Да, я вижу, вы помните, чем выстрел из дематериализатора грозит Повелителю времени, – продолжил Доктор. – Вечное забвение, и регенерация здесь бессильна. Сами мы отказались от этого оружия, упрятали в хранилище, понимая, каким кошмаром может обернуться его применение. – Доктор провел ладонью по волосам. – Теперь оно есть у далеков, и, пока мы говорим, они штампуют новые образцы.

Грейвас прочистил горло и спросил:

– И много у них этих темпоральных пушек?

– Я уничтожил один из инкубаторов, в котором выращивали мутантов для его использования. Но их там сотни, может быть, тысячи. Они превратили всю Спираль Тантала в площадку для их разведения. Если мы не остановим далеков в самое ближайшее время, они отправят это оружие в каждую эпоху, где мы с ними сражаемся, и даже в те, где еще нет. Джинна выпустят из бутылки, и мы уже никогда не загоним его обратно.

Рассилон положил руку в металлической перчатке на стол и в задумчивости постучал пальцами по дереву: «Та-да-да-дам. Та-да-да-дам».

– Расскажи им остальное, что ты узнал, Доктор. Расскажи о настоящей угрозе, – велел он.

– Это только начало, – сказал Доктор. – На их корабле мне удалось войти в компьютерную сеть. Они намереваются построить оружие, способное уничтожать целые планеты. Используя тот же принцип, на основе которого они сконструировали дематериализаторы, далеки намерены превратить в оружие Око Тантала. В темпоральное оружие. – Доктор сделал паузу для вдоха. – Они планируют стереть Галлифрей из истории, из каждого варианта реальности. Повелители времени исчезнут. История будет переписана, как если бы их никогда не существовало, и уже ничто не помешает далекам завоевать всю Вселенную. – Доктор отошел от стола и встал, сурово глядя на Рассилона. – Мы должны начать действовать прямо сейчас.

Президент нахмурился и сказал:

– Если ты ошибся, а мы соберем силы и ударим по Спирали, то сами окажемся полностью открыты для атак далеков. Ты верно заметил, что наши силы и без того растянуты. Атака на Спираль Тантала поставит под угрозу нашу оборону, далеки получат возможность совершить прорыв и смогут занять новый плацдарм.

– Я не ошибся, – сказал Доктор с нажимом в голосе. – Вот доказательство, прямо перед твоими глазами. – При этих словах он толкнул лежащее на столе оружие, так что оно подкатилось ближе к Президенту. – Не веришь моим словам – пусть его исследуют наши инженеры.

Рассилон ухмыльнулся.

– Так что же делать? Скажи нам, Доктор. Что ты предлагаешь? – спросил он.

Доктор вздохнул, и его плечи поникли.

– Я не знаю. Их командный центр расположен в самом сердце Спирали прямо над Оком. Думаю, там же они установят и планетарный дематериализатор. Проблема в том, что так просто туда не проникнуть. Станцию охраняет целая армада обычных кораблей, не говоря уже об огромном количестве невидимок, скрывающихся в Вихре. Эта операция потребует использования всех наших войск.

– Невозможно, – выразила свое мнение Повелительница времени.

– Возможно, – упавшим голосом возразил ей Смотритель. – Если использовать оружие из арсенала Омеги.

Молчавший до этой секунды кардинал повернулся к Смотрителю и сурово спросил:

– Неужели ты считаешь, что ситуация настолько безнадежна, что предлагаешь использовать Момент?

– Нет, – мягко ответил Смотритель. – Нет, я предлагаю использовать Слезу Иши.

Доктор нахмурился.

– Но это же не оружие, а инструмент звездной инженерии. Она нужна для закрытия черных дыр. Что ты собираешься… – Он замолчал, обдумывая предложение. – Ясно…

– Вижу, ты понял, Доктор, – сказал Смотритель. – Если мы поместим Слезу в центр аномалии, то сможем закрыть Око. Это позволит нам разгладить складку пространства-времени и лишит далеков источника темпоральной энергии.

– Мы не можем пойти на это, – не согласился Доктор. – Этим мы погубим миллиарды жизней. В Спирали больше десяти населенных миров, колоний, основанных сотни лет назад. После того как Око будет уничтожено, часть высвобожденной энергии сотрет близлежащие планеты в пыль. Я не могу допустить ничего подобного.

– Ты не можешь допустить? – спросил Рассилон. – Боюсь, Доктор, ты слишком высокого мнения о себе. Кто ты такой, чтобы указывать нам, что позволено, а что нет?

– Рассилон, но это же геноцид невиданных масштабов. Цена будет слишком высока. Должны же быть другие варианты.

– Какие, Доктор? Просвети нас. Что ты можешь предложить? – Рассилон поднялся на ноги, сжимая в кулак металлические пальцы перчатки. – Ты явился сюда с рассказом о страшной угрозе и думаешь, что мы будем покорно ждать и не предпримем решительных действий только из-за твоей нелепой привязанности к горстке человеческих существ?

Зола не смогла сдержаться. Стоять и слушать, как Повелитель времени разглагольствует о геноциде, как о чем-то обыденном – это уже слишком.

– Горстке? – громко спросила она, делая шаг вперед. – Ты говоришь о моем доме, о миллиардах жизней. В Спирали больше людей, чем на всем Галлифрее. И они не пешки в ваших играх, чтобы вот так просто принести их в жертву.

Рассилон посмотрел на Доктора и попросил:

– Будь добр, заставь свою ассистентку замолчать. Ей слова не давали.

Карлакс впился пальцами в плечо Золы, на этот раз с такой силой, что ей стало больно.

Доктор посмотрел на девушку. Он был страшно зол. Судя по выражению лица, ему хотелось схватить Рассилона и трясти его до тех пор, пока тот не станет слушать.

– Лорд-Президент, пожалуйста, – произнес Доктор, с трудом сдерживая себя, что было видно каждому из присутствующих в зале. – Если мы не будем принимать поспешных решений, если рассмотрим другие возможности, мы найдем способ разобраться с этой проблемой без человеческих жертв. Уверен, решение есть, просто мы его пока что не видим.

Рассилон коротко махнул рукой в сторону собравшихся Повелителей времени.

– Ступайте, – сказал он. – Все. Собрание закончено. Я приму решение и сообщу вам, – затем он грозно посмотрел на Доктора. – Можешь подождать в гостиной, я поговорю с тобой позже.

– Хорошо, – ответил Доктор. Остальные члены Совета встали и покинули зал. Никто из них не посмотрел на Золу. Она не знала, почему: может, причиной тому было их высокомерие, а может, стыд. Ее это, впрочем, мало волновало. Она сверлила их взглядом, надеясь, что хоть кто-то из них почувствует укол совести.

Карлакс отошел, чтобы поговорить с Президентом, и Зола подбежала к Доктору. Он стоял, склонившись над столом. Его лицо было хмурым и сосредоточенным.

– Идем, – сказала она. – Покажешь мне гостиную.

Доктор поднял на нее глаза, Зола обнадеживающе улыбнулась. Она знала, что его нужно отсюда увести. У них еще есть время. Доктор найдет решение. Но от одного взгляда на него становилось ясно: если он останется здесь в компании Рассилона и Карлакса, ни к чему хорошему это не приведет. Ей и самой трудно было держать себя в руках рядом с этими двумя.

Доктор выпрямился и взял оружие со стола.

– Пойдем, – сказал он и быстрым шагом вышел из Зала Совета.

Глава 11

Доктор и Зола стояли рядом друг с другом в небольшой комнате и смотрели на Капитолий. Восхищенные красотой города, они молчали. При взгляде на сверкающие шпили, хрустальные купола, причудливые угловатые здания и посадочные площадки душу Золы охватывал трепет. Это был город древней расы, сравнявшейся с богами. Прекрасный и пугающий одновременно. Воплощение цивилизации Повелителей времени во всем ее блеске. Как же разительно этот вид отличался от выжженной пустоши Молдокса.

– Давно я так не смотрел на Галлифрей, – наконец нарушил молчание Доктор. – Сразу начинаю вспоминать, за что люблю это место. И за что ненавижу тоже.

– Вспоминаешь, ради чего сражаешься? – спросила Зола.

Доктор рассмеялся и ответил:

– Да, пожалуй.

У Золы и Повелителей времени был общий враг – далеки. Она снова и снова скользила взглядом по бескрайнему городу и чувствовала, что невольно начинает им сопереживать. Это была их столица, их дом, то, ради чего они сражались. Неудивительно, что, оказавшись загнанными в угол, они были готовы на крайние меры, лишь бы его защитить.

Многие считали, что Повелители времени – глупцы, обманывающие сами себя, древний народ, который возомнил, будто Вселенная возложила на него роль блюстителя закона и что ему позволено вмешиваться в ход эволюции и технического прогресса других рас. Говорили, что могущество ударило им в голову, что именно они развязали войну с далеками множество веков назад. Самым худшим, пожалуй, было предположение, что вмешательство Повелителей времени в ход истории или даже само их существование и стало причиной, вынудившей далеков эволюционировать в тех безжалостных убийц, которыми они были сейчас.

Зола не знала, стоит ли верить этим слухам. В любом случае, девушка прекрасно понимала, что, столкнись она с той же проблемой – армией далеков, уничтожающей все на своем пути и грозящей стереть ее родной мир из истории Вселенной, – Зола действовала бы точно так же, как Повелители времени. Она бы использовала любую возможность, любое средство.

Однако за годы войны Зола повидала достаточно и не могла забыть ни невероятное высокомерие Повелителей времени, ни пренебрежительное отношение к чужим жизням, ни силу их оружия. Понимать – одно; доверять – совсем другое.

Не могла она игнорировать и тот факт, что народу Молдокса так или иначе грозит истребление – если не от рук Повелителей времени, то от излучателей далеков.

На Капитолий опускались сумерки, и рядом с жилыми блоками загорались крошечные огоньки. Сначала их было мало, но с каждой минутой становилось все больше и больше. Вот уже сотни маленьких огней медленно плыли в воздухе, поднимаясь над городом. Издали они были похожи на светлячков.

– Что это? – спросила Зола. – Бумажные фонарики?

– Нет, – ответил Доктор, покачав головой. – Хотя есть что-то общее. Это фонарики памяти.

– Фонарики памяти? – переспросила Зола.

Доктор посмотрел на нее и сказал:

– Они готовятся к смерти. Те, кто живет там, внизу, думают, что далеки скоро будут здесь. – Он вздохнул, и только сейчас по его лицу Зола догадалась, как сильно он на самом деле устал. Пожалуй, в глубине души Доктор был согласен с простыми галлифрейцами. – Поэтому они записывают свои мысли и воспоминания вот на эти фонарики памяти, – продолжил рассказывать Доктор, – а затем отправляют их в путешествие сквозь время и пространство. Это жест отчаяния. Они боятся, что погибнут и будут забыты. Они отправляют воспоминания в самые дальние уголки Вселенной, чтобы после их смерти остался хоть какой-нибудь след.

– Так красиво, – прошептала Зола, придвигаясь к окну. Она смотрела, как огни поднимаются все выше и коротко вспыхивают, перед тем как исчезнуть в глубинах Вихря времени. Ей стало интересно, где они вынырнут снова – в далеком, давно забытом прошлом или в хранящем следы войны будущем.

– Это бессмысленно, – сказал Доктор. – И просто глупо. Они лишь тратят время впустую. Большинство фонариков не выдержит путешествия. Ветер времени разобьет их и развеет все воспоминания.

– Это не важно, – сказала Зола. – Фонарики дают людям надежду. Надежду, что какая-то маленькая их часть останется жить, несмотря ни на что. Не стоит ее отнимать. – Неожиданно она почувствовала холод и обхватила себя руками, пытаясь согреться.

На короткий миг Доктор улыбнулся.

– Ты поразительно человечна, Зола, – сказал он тихо. Они встретились взглядами, но всего лишь на секунду, затем Доктор отвернулся, и выражение бесконечной усталости вновь вернулось на его лицо.

– Что мы будем делать? – спросила Зола.

– Ждать ответа, – пожал плечами Доктор.

Прошло полчаса, может, больше. Зола нетерпеливо мерила шагами комнату. Доктор по-прежнему стоял у окна и смотрел на город, некогда бывший ему домом.

Зола задумалась, как давно он покинул родной мир, если Рассилон назвал его «блудным сыном Галлифрея». Кажется, история Доктора была намного интереснее, чем она себе представляла. Что он сделал, чтобы заработать такую репутацию? По местным меркам, Доктор явно был бунтарем. Чего стоила одна его одежда: вместо мантий и нелепых шапочек он носил кожаную куртку и шарф. И внешний вид его ТАРДИС тоже обычным не назовешь. Доктор был не похож на других Повелителей времени. Но что-то подсказывало Золе, что за всем этим скрывается нечто большее.

Может, дело в том, что он не проявляет должного уважения к наделенным властью? Или в пренебрежении церемониями и ритуалами, которыми Повелители времени просто одержимы? Вряд ли стоит рассчитывать на хорошее отношение, если разговариваешь с Президентом так, как Доктор. Впрочем, она вспомнила, как лебезил Карлакс. Пожалуй, Повелителям времени не мешало бы кое-чему поучиться у Доктора. Его умению прямо и смело говорить то, что думаешь, например. Вряд ли слова самой Золы изменили хоть что-нибудь, но, по крайней мере, она не стала смирно стоять в стороне.

Девушка повернулась на звук открывающейся двери: в комнату вошел гвардеец. Не удостоив Золу и взглядом, он обратился к Доктору.

– Лорд Рассилон готов вас принять, – сказал гвардеец. – Вы можете взять с собой вашу… спутницу.

Зола непроизвольно сжала кулаки. Последнее слово он произнес таким тоном, что сомнений не оставалось: в их глазах она была в лучшем случае диковинной зверюшкой, которую Доктор зачем-то привез с собой. И Доктор об этом знал. Он подошел к Золе и взял ее за руку, чтобы подбодрить.

– Соберись, – сказал он еле слышно. – Пойдем, посмотрим, что решили эти старые дураки.

Гвардеец проводил их обратно к Залу Совета. Он впустил их внутрь, но сам входить не стал.

Рассилон был один; он сидел на своем месте во главе стола и смотрел прямо на них. Лорд-Президент по-прежнему держал в руке посох. Карлакса, по счастью, в комнате уже не было.

– Ты принял решение? – спросил Доктор.

Глаза Рассилона сузились.

– Ты забываешься, – сказал он. – Ты стоишь в Зале Совета, не имея на то ни малейшего права. Ты отступник, беглец. Ты дезертир.

– Я – бывший Президент Галлифрея, – со злостью сказал Доктор.

Рассилон усмехнулся:

– Лишь формально. Ты так и не понял, что значит быть Президентом на самом деле.

– Нет, Рассилон, – возразил Доктор. – Я как раз был единственным, кто понял. – Доктор выдвинул ближайший стул из-за стола, разворачивая его к Лорду-Президенту. Ножки со скрежетом проехались по мраморному полу. Доктор сел и чуть наклонился вперед. – О Слезе Иши. Что ты решил?

– Что мы ее используем. Поместим в Око Тантала.

Зола почувствовала, как сердце на миг замерло в груди. Ее замутило. По воле Повелителей времени каждый человек на каждой из планет Спирали умрет.

– Рассилон! – вскипел Доктор. – Ты приговариваешь к жуткой смерти миллиарды живых душ. Как это вообще могло прийти тебе в голову?

– Что для нас жизнь миллиарда людей, Доктор? – спросил Рассилон. – Они лишь пыль на ветру. Плодятся с огромной скоростью и расползаются по Вселенной, как вирус. Умрут одни, придут другие.

Рассилон ненадолго замолчал и пристально посмотрел на Доктора. Затем он продолжил:

– Речь идет о Повелителях времени, Доктор. То оружие, о котором ты рассказал, способно уничтожить нас и принести далекам победу в войне. Если ты прав и им удастся его использовать, Галлифрей, его сыны и дочери исчезнут, как если бы их никогда не было. И что тогда станет со столь дорогими тебе людьми? Некому будет защищать их от этих чудовищ. Сейчас решается судьба самого времени. Смерть миллиардов – ничто, если это поможет нам победить далеков.

– Я не могу поверить, что ты действительно готов уничтожить населенные миры Спирали, – сказал Доктор, поднимаясь со стула и недоверчиво глядя на сидящего перед ним Рассилона. – Это самый настоящий геноцид.

– Далеки давно превратили эти планеты в площадки для разведения своих мутантов, если ты не забыл.

– И все же не нам решать, кому жить, а кому умереть. Не в таких масштабах. Мы не боги, как бы вы ни пыжились в своих дурацких шапочках и мантиях. – Доктор замолчал, давая Рассилону обдумать его слова. Затем он заговорил снова тихим и ровным голосом: – Если мы используем Слезу, то будем ничем не лучше далеков. Мы сами станем тем, против чего сражались все это время. Ты помнишь, в чем главная причина этой войны?

– Хватит! – выкрикнул Рассилон, ударив по столу кулаком в перчатке. На столешнице заблестели брызги его слюны. Он встал, злобно глядя на Доктора. – Мы сражаемся, потому что вынуждены сражаться. Мы в осаде, Доктор, и у нас нет другого выбора. Иначе наш народ будет полностью уничтожен.

– И все же это не оправдывает твоего решения. Ты обрекаешь на уничтожение двенадцать планет, чтобы спасти одну. Не слишком ли высокая цена за спасение наших жизней?

– А если я скажу, что нет, Доктор? В этом наше бремя. Мы должны выжить в этой войне, чтобы вернуть линиям времени их первозданный вид. Мы восстановим изначальный ход истории, а вместе с ним и все, что когда-либо уничтожили далеки. Никто, кроме Повелителей времени, не способен справиться с этой задачей. Выжить – наш долг.

Доктор слушал Президента молча, но тут рассмеялся:

– Какие, должно быть, великие горизонты открываются с пьедестала, на который ты себя водрузил, Рассилон. Наш долг. Да ты с каждым днем все больше и больше начинаешь говорить, как далек.

На скулах Рассилона заиграли желваки. Пальцы в перчатке дрогнули.

– Разговор окончен, – сказал он, вставая из-за стола. – Думаю, ты и без того слишком здесь задержался. Я принял решение. Мы используем Слезу. Но знай: вопреки тому, что ты наговорил, мы не монстры. Если при размещении Слезы внутри Ока можно будет избежать… сопутствующего ущерба, я так и поступлю. Машина вероятностей даст мне точный ответ, есть ли такая возможность.

– Машина вероятностей? Что это? – спросил Доктор.

– То, что позволит нам выжить, – загадочно ответил Рассилон. – И это все, что тебе следует знать. Не стоит задерживаться на Галлифрее, Доктор. Займись привычными вещами: скачи по Вселенной и продолжай лезть в дела низших видов.

– Я встречал в своей жизни достаточно «видов», Рассилон. Мы пали так низко, что стали ниже любого из них.

Рассилон поднял руку в перчатке и с силой ткнул Доктора указательным пальцем в грудь. Доктор качнулся, но устоял.

– Убирайся! Вон! Сейчас же! – приказал Рассилон, повысив голос.

– Пойдем, Зола, – окликнул девушку Доктор, продолжая смотреть на Президента. – Нам здесь больше нечего делать. – Он сделал шаг назад, схватил Золу за руку и торопливо пошел к выходу.

Она оглянулась. Рассилон не сдвинулся с места. Он так и стоял, подняв руку, только теперь его палец указывал на дверь.

Едва они вышли наружу, как Доктор остановился, быстро прижался к стене и чуть ли не силой увлек Золу за собой. Он быстро огляделся, проверяя, видит их кто-нибудь или нет. В коридоре было пусто.

– Что… – начала Зола, но Доктор прижал палец к ее губам. Она мгновенно замолчала и озадаченно посмотрела на него.

– Хочу посмотреть, что он будет делать дальше, – прошептал Доктор. – Нужно выяснить, что это за «машина вероятностей».

Зола согласно кивнула. Неслышно ступая, Доктор вернулся к открытой двери, ведущей в Зал Совета. Девушка последовала за ним. Для устойчивости она положила ладонь на спину Доктора и заглянула в комнату через его плечо.

Рассилон все еще был внутри. Он стоял спиной ко входу между двух черных выступов на той самой платформе с компьютерным терминалом, которую Зола видела ранее. Лорд-Президент что-то настраивал на пульте управления, затем нажал на кнопку и исчез во вспышке яркого света.

Доктор облегченно вздохнул и вошел в зал.

– Что с ним случилось? Куда он делся? – шепотом спросила растерявшаяся Зола.

– Два очень разных вопроса, два очень разных ответа, – сказал Доктор. – Это трансмат, устройство, предназначенное для транспортировки материи.

– Для телепортации?

– Не совсем, но будем считать, что да. Это ответ на вопрос, что с ним случилось. Что же касается того, куда он делся… – Доктор выглянул в коридор, затем торопливо пересек зал и встал на платформу. Он пробежался пальцами по пульту и нахмурился, глядя на монитор. – Да, так я и думал.

– Ну, может, и мне расскажешь? – поинтересовалась Зола.

– Он отправился в башню, – рассеянно ответил Доктор, напряженно обдумывая следующий шаг.

– Здорово, – сказала Зола, складывая руки на груди. – Мне все сразу стало ясно.

Доктор снова опустил взгляд на пульт управления трансмата.

– Послушай, Зола, – сказал он. – Возвращайся в гостиную и жди меня там. Я скоро вернусь. Постарайся не попасть в неприятности, пока меня не будет.

– Стой! Подожди. А ты-то куда собрался?

– За Рассилоном, – сказал он и исчез.

Платформа трансмата была пуста. Зола осталась одна в Зале Совета.

– Просто прекрасно, – сказала она.

Глава 12

Доктор появился на ветреном пустыре, некогда бывшем Зоной смерти.

Голова кружилась: в последнее время ему не часто доводилось пользоваться телепортаторами. Несколько секунд Доктор просто стоял, давая телу время прийти в себя после прыжка.

Каменная гряда, окружавшая в прежние времена Зону смерти, давно рассыпалась в прах. Дикий лес, неумолимо наступавший на пустырь, стал домом для разнообразных тварей, оставшихся здесь еще со времен игр. Сам пустырь порос вереском, но Доктор знал, что под высокой травой скрываются глубокие ямы и топи. Пожалуй, самую большую опасность представляли собой проложенные под землей тоннели, связывающие различные участки Зоны. Время не пощадило древние переходы, и та их часть, что еще не обрушилась, могла сделать это в любой момент.

Здесь, в этом диком углу Галлифрея, Повелители времени некогда устраивали бои насмерть между представителями иных видов, привезенных с далеких планет. Подобное зрелище было популярно на Земле в Древнем Риме. Это развлечение пришло из жестокой кровожадной эпохи Галлифрея, которую многие из нынешних Повелителей времени предпочитали не вспоминать.

Доктор однажды оказался участником этих игр. Очень давно один безумец вырвал пять его воплощений из их линий времени и забросил на арену. Тот Повелитель времени, Боруса, надеялся, что Доктор приведет его к гробнице, и там он сможет узнать секрет долголетия Рассилона. Когда-то Боруса был близким другом Доктора, его учителем, но затем стал одержим бессмертием и стремлением к власти.

Что ж, отчасти его мечты сбылись. Вслед за Доктором он проник в гробницу Рассилона, где Лорд-Президент далекого прошлого обманул его и запечатал тело и разум Борусы в каменном саркофаге до скончания времен. Самого Рассилона вернули к жизни в первые дни войны. Он вновь получил тело и возглавил крестовый поход Повелителей времени против далеков.

Доктор представлял себе Рассилона великодушным правителем, реформатором и блистательным стратегом, как говорили о нем легенды. Теперь Доктор знал, что на самом деле он ничем не лучше любого другого Повелителя времени. Более того, его идеалы давно устарели, а главным источником политических решений оказалась непомерная гордыня. Рассилон мнил себя богом, имеющим право творить все, что угодно, если считал, что это принесет пользу.

Повелители времени всегда склонялись к автократическому устройству общества: очень уж они любили, когда кто-то другой указывал им, что делать. Но увиденное Доктором на собрании Верховного Совета говорило о том, что все зашло слишком далеко, и он понятия не имел, как это исправить.

Он поправил воротник куртки и задумчиво потеребил бороду. Телепорт из Зала Совета забросил его прямо к подножию башни, высокого массивного сооружения, расположенного в самом сердце Зоны смерти. На вершине сложенной из блоков черного гранита башни виднелась огромная золотая сфера, пронзенная полумесяцем. Грубый, но внушительный вид сооружения говорил о том, что она была построена в далекие дни на заре цивилизации Повелителей, когда открытия в области звездной инженерии позволили им совершить первые путешествия во времени. Именно в этой башне и находилась гробница Рассилона.

Президент, должно быть, уже скрылся внутри, но зачем он вообще пришел сюда? Зачем ему понадобилось возвращаться в то место, где он провел тысячелетия, погруженный в сон? Неужели в башне находилось что-то, о чем он предпочитал не рассказывать прочим членам Верховного Совета?

Доктор решил, что есть лишь один верный способ получить ответ. Он, конечно, рисковал навлечь на себя гнев Рассилона, но подумал, что беспокоиться об этом уже поздно. Оставалось только пойти и выяснить, что же на самом деле представляет собой упомянутая Лордом-Президентом «машина вероятностей».

Доктор подошел ко входу в башню; справа и слева от ворот высились огромные колонны, в чашах железных светильников пылал яркий огонь.

Доктор подумал о Золе, оставшейся в Капитолии. Хотелось бы, чтобы она не вляпалась в какую-нибудь историю, но Доктор и сам не слишком в это верил. Зола могла доставить Карлаксу немало хлопот, чего он вполне заслуживал. Доктор лишь надеялся, что к его возвращению никто из этих двоих не окажется за решеткой.

Доктор глубоко вздохнул и вошел в башню.

Внутри древняя постройка походила на пещеру; железные светильники освещали коридор. Их неверное пламя заставляло тени плясать на стенах и каменном полу. Впечатление башня производила гнетущее, впрочем, трудно было ожидать иного от места, служившего гробницей.

В центре располагался главный зал, где на большом каменном постаменте был установлен саркофаг. По углам возвышались гранитные колонны; короткие лестницы вели на площадку, кольцом опоясывавшую зал. Под потолком висели старые серо-голубые флаги. Когда-то они смотрелись величественно, но теперь ткань истлела и покрылась грязью. «Совсем как былая слава Повелителей времени», – подумал Доктор.

Впереди он увидел Рассилона: тот вошел в центральный зал башни. Полы длинной мантии волочились по полу, поднимая в воздух облака пыли; посох стучал по граниту на каждом шагу Лорда-Президента, и стук множился эхом в стенах заброшенной башни.

Рассилон подошел к небольшой шестиугольной консоли и провел по ней рукой. Устройство вышло из спящего режима, замерцали символы. Затем Лорд-Президент повернулся к пустой гробнице, где прежде лежало его тело, или, если быть более точным, тело его прежнего воплощения.

– Боруса! – произнес он громким голосом, словно хотел разбудить мертвеца. – Боруса! Ты нужен мне!

Неужели Боруса все еще здесь, по-прежнему заточен в каменном саркофаге? После того как он перенес инкарнации Доктора в Зону смерти, именно здесь Рассилон и поймал его в ловушку.

Послышалось гудение; из глубины саркофага начала подниматься платформа, поворачиваясь так, чтобы лежащая на ней фигура встала вертикально.

У ступеней, ведущих на гранитное возвышение с гробницей, Рассилон ждал, пока механизм полностью завершит движение. Доктор все еще прятался у входа. Теперь он решил подобраться поближе, чтобы лучше рассмотреть происходящее. Его ботинки скрипели по гладкому камню, но, к счастью, скрежет подъемного механизма не позволял Рассилону услышать его шаги.

То, что Доктор увидел на плите над саркофагом, навсегда отпечаталось в его памяти: на железном каркасе был распят Боруса. Веревки обхватывали его запястья и лодыжки; церемониальная мантия, та самая, в которой его схватили, была распахнута на груди. Доктор обрадовался, что может видеть лишь грудь и лицо бывшего Лорда-Президента, поскольку тело Борусы представляло собой жуткую картину. Трубки и провода обвивали его, как змеи, бледная плоть на груди сморщилась вокруг глубоких разрезов. Часть трубок проходила сквозь них в глубь тела. По-видимому, они были нужны для искусственной вентиляции легких и поддержания работы минимум одного из его сердец. На голову Борусы был надет специальный шлем; от затылка к мерцавшему индикаторами нейронному реле тянулся пучок проводов.

Но страшнее всего было лицо. Судя по тому, что увидел Доктор, Борусу заключили в непрерывный цикл перерождения. В мягком свете энергии регенерации, окутывавшем тело бывшего Лорда-Президента, было видно, как его лицо непрерывно меняется, растягивается и изгибается. Знакомые Доктору инкарнации сменяли те, что он не видел никогда; глаза Борусы мерцали короткими вспышками электрических разрядов, их невидящий неподвижный взгляд был устремлен вдаль, сквозь стоящего перед ним Рассилона.

Вот что представляла собой «машина вероятностей» действующего Лорда-Президента.

– Скажи мне, Боруса, что ты видишь? – не без почтительности спросил Рассилон.

– Я вижу, как горит Галлифрей, – громким сипящим шепотом отозвался Боруса. – Я вижу гибель Вселенной и очищающую тьму. Я вижу последнюю, самую последнюю секунду всего сущего.

– Значит, мы должны это изменить, – сказал Рассилон, сжав кулак. – Расскажи мне об Оке Тантала. По словам Доктора, далеки собираются превратить аномалию в оружие, способное уничтожить Галлифрей.

Боруса ответил не сразу, его голова чуть наклонилась, он будто выискивал взглядом видения далекого будущего. Наконец его шепот снова нарушил тишину зала:

– Доктор говорит правду. План далеков близится к завершению. Галлифрей и Повелители времени исчезнут, словно их никогда не существовало.

– Что ж, они не оставляют нам выбора. Мы должны действовать, – сказал Рассилон.

Боруса вдруг повернул голову, и его странные мерцающие глаза посмотрели в сторону Доктора, прячущегося в тени у входа. Доктор не знал, видел ли его Боруса на самом деле, а если и так – станет ли он говорить об этом Рассилону.

Но он быстро получил ответ на свои вопросы.

– Вы пришли вдвоем, – подал голос Боруса. – Доктор, подойди ко мне.

Доктор счел, что бежать уже все равно поздно. Он встал и вышел из тени. Рассилон резко обернулся и поднял руку – яркий голубой свет облаком окутал перчатку. Затем медленно, словно нехотя, Лорд-Президент опустил руку и разогнул пальцы. Свечение угасло.

– Я мог бы убить тебя за то, что ты пришел сюда, Доктор. Тебе не позволено быть здесь, – сказал он.

Доктор не придал его словам никакого значения. Он смотрел на изуродованное тело Борусы.

– Рассилон, как ты мог? – наконец спросил Доктор.

– Создать нечто столь великолепное? – ответил Рассилон вопросом на вопрос. На его взгляд, раз уж Доктор узнал, во что он превратил Борусу, то, по крайней мере, не стоило упускать возможности похвастаться своим гениальным изобретением. – Это, Доктор, моя машина вероятностей.

– Это отвратительно. Чудовищно.

– Это дар. Боруса может дать ответы на важнейшие для нас вопросы. Взамен он получил возможность видеть чудеса этой Вселенной во всем многообразии их форм.

– И все ужасы тоже, раз уж ты об этом заговорил. Что ты с ним сделал? – спросил Доктор.

– Я заставил ретроэволюционировать его линию времени, – ответил Рассилон. – Замкнул цикл регенерации в кольцо. Непрерывно изменяясь, он с каждым кругом становится чем-то бо́льшим.

– Бо́льшим? Ты запер его в этом цикле, как в клетке.

– Ты просто не можешь понять, Доктор. Эта машина, наоборот, освободила его от темницы плоти. Позволила полностью раскрыть свой потенциал. Его разум может свободно путешествовать сквозь время и пространство. Он способен оказаться в любом варианте реальности, ему доступна каждая, даже самая крохотная вероятность.

– Боруса, скажи, что ты сам об этом думаешь? – спросил Доктор.

– Я вижу, – бесцветным голосом ответил тот. – Я вижу все.

– То, что ты сделал, – отвратительно, – повторил Доктор, снова обращаясь к Рассилону. – Его существование даже жизнью назвать трудно.

– Ты ошибаешься, Доктор. Боруса вышел за пределы привычного тебе бытия. Это будущее Повелителей времени. Ему повезло стать первым из нас, кто действительно свободен.

Доктор покачал головой.

– Неужели ты не видишь, Рассилон, что все это значит? То, что ты позволил себе сделать с Борусой, ставит нас на одну ступень с далеками. Ты решил, что можешь изменять нас. Ты всех нас сделал чем-то меньшим, чем мы являемся. Отсюда один шаг до того, чтобы отказаться от способности сопереживать, чувствовать. К чему это приведет нас? К покорным солдатам, не помнящим о совести, не ведающим сострадания? К механической броне с торчащим наружу искусственным глазом?

– Ты драматизируешь, Доктор, – ответил Рассилон. – Я изменил только одного Повелителя времени.

– Это всегда начинается с кого-то одного, – медленно, делая акцент на каждом слове, произнес Доктор.

– Я сделал лишь то, что было необходимо, – сказал Рассилон. – То, на что никто другой не отважился. И Боруса понимал, на что идет. Машина вероятностей – ключ к нашему спасению. С его помощью мы можем предвидеть все варианты развития событий, выбрать свою судьбу, направив историю по самому выгодному для нас пути. Узнать исход любой операции против далеков, сделать успешным каждый наш шаг! Мы сможем закончить войну!

– Ладно, – сказал Доктор. – Спроси его. Узнай, можно ли использовать Слезу Иши так, чтобы это не уничтожило заодно и людей.

Рассилон посмотрел на него с вызовом.

– Хорошо, – сказал он и повернулся к Борусе. – Боруса, сработает ли план Смотрителя, сможет ли Слеза закрыть Око Тантала? Остановит ли это угрозу, исходящую от далеков в этом секторе? Будет ли их новое оружие уничтожено, будет ли Галлифрей спасен?

Боруса поводил головой из стороны в сторону, с его губ сорвался стон. Затем он заговорил:

– План сработает. Слеза закроет Око, и оружие далеков будет нейтрализовано.

– Отлично, – сказал Рассилон.

– Но это лишь отсрочит неизбежное, – продолжил Боруса. – Тьма придет все равно. Она поглотит все. Эпоха Повелителей времени подходит к концу.

– Видишь? – сказал Доктор. – Твоя собственная машина говорит, что это не выход. Слеза Иши не решит главную проблему, она не остановит их.

– Но даст нам время! – возразил Рассилон. – Время, чтобы подготовиться, разработать стратегию для следующего шага, чтобы больше узнать о будущем от этой машины.

– И какой ценой? – спросил Доктор. – Ты утверждаешь, что лучше далеков, что выжить в этой войне – наш долг, ведь мы сможем принести во Вселенную мир и порядок. При этом ты, не колеблясь, взял одного из твоего собственного народа и полностью изменил его. В нем ничего не осталось от Повелителя времени, но зато ты получил ценный инструмент. Ты готов уничтожить миллиарды жизней, чтобы продолжать идти своим путем. Так чем же ты лучше? В чем тогда отличие?

– Тебя послушать, так Повелители времени хуже далеков, – сказал Рассилон. – Может, мне стоит расценивать твои слова как предательство?

– Я ненавижу далеков за все, что они собой представляют, – ответил Доктор нарочито спокойным голосом. Он старался держать себя в руках, хотя больше всего на свете ему хотелось выбить дурь из этого самоуверенного идиота, прежде чем не стало слишком поздно. – И боюсь, как бы в итоге мне не пришлось возненавидеть свой народ в точности за то же самое.

Рассилон молчал, словно размышляя над услышанным.

Доктор посмотрел на жуткое, непрерывно меняющееся лицо Борусы и спросил:

– Боруса, есть ли способ поместить Слезу Иши в Око Тантала так, чтобы люди, живущие на двенадцати планетах Спирали, не пострадали?

– Нет, – сразу же ответил Боруса. – Я не вижу ни единой линии вероятности, в которой колонисты выживают при использовании Слезы.

Доктор повернулся к Рассилону и спросил:

– Теперь ты получил ответ?

– Я всего лишь получил информацию о последствиях своих действий, Доктор. Это ничего не меняет, – твердо сказал Рассилон. – Решение принято. Мы воспользуемся Слезой, чтобы уничтожить Око и избавиться от оружия далеков. Я намеревался сохранить жизни столь ценных для тебя землян и надеялся, что Боруса расскажет, как это сделать. Увы, это оказалось невозможным. Пришло время действовать. – С этими словами Рассилон подошел к пульту. Он ввел команду, и плита с распятым Борусой начала опускаться обратно в гробницу.

Доктор подошел к Президенту.

– Ты не сделаешь этого, Рассилон. Если ты не отступишь сейчас, дальше будет только хуже.

– Я уже все решил, – безапелляционным тоном ответил Рассилон. – Идем. Мне нужно еще раз поговорить с Верховным Советом.

Рассилон направился к выходу. Доктор с тяжелым сердцем последовал за ним к терминалу трансмата.

Глава 13

Зола уже полчаса слонялась по гостиной. С каждым шагом ее нетерпение нарастало. Ей хотелось сделать хоть что-нибудь. Доктор просил Золу ждать здесь и держаться подальше от неприятностей, но это было не в ее стиле. Золе с самого детства было трудно усидеть на месте. Она подумала, что, наверное, эта ее черта никогда не изменится.

Девушка зарычала от раздражения. Она подошла к окну и снова посмотрела на город.

Настала ночь, и на небе загорелись звезды.

Звезды. Она, само собой, читала о них, знала, как они выглядят, но до этой самой секунды никогда их не видела. В небе над Молдоксом неизменно сияло излучение Ока Тантала, и Зола воображала, что это цветные сны спящих под ним людей. Теперь она, конечно, знала, что это светилась темпоральная энергия, вытекающая из пространственно-временной аномалии. Та самая, которую далеки теперь используют в своем новом оружии.

От этого знания красота волшебной зари, пылающей каждую ночь над ее родным миром, словно поблекла. С другой стороны, в этом не было ничего удивительного. Далеки отняли у Золы все, что она любила. Все, что ей нравилось, они изуродовали. Таковы далеки. Они забирали все, что могло пригодиться; им было безразлично, кого грабить, живых или мертвых. В конце концов они добрались до ее родного неба и превратили его в оружие.

Но теперь все будет по-другому. Доктор помог Золе выбраться с Молдокса, и она больше никому не позволит унижать себя, даже далекам.

Она смотрела на мерцающие над головой созвездия. Ночь накрыла Галлифрей темным пологом, и звезды казались крошечными дырочками, сквозь которые долетал свет далеких галактик. Зола никогда не думала, что их так много. Умом она понимала, что во Вселенной миллиарды звезд, но увидеть их своими глазами – совсем другое дело. От красоты захватывало дух.

Зола задумалась, как много людей там, далеко-далеко, тоже с надеждой смотрят в ночное небо. Может быть, когда война закончится, она побывает в тех краях вместе с Доктором. Эта мысль заставила девушку улыбнуться; она знала, что ему путешествие тоже пошло бы на пользу. Доктору не помешало бы улететь подальше отсюда, чтобы вспомнить себя настоящего. Зола видела, как эта война разрушает его изнутри. Она сделала его жестче, непримиримее, но девушка чувствовала, что где-то под крепким панцирем живет совсем другой человек.

Она вздохнула и покосилась на дверь. Сколько, он говорил, его не будет? Пожалуй, можно и осмотреться немного. Вряд ли небольшая прогулка станет источником неприятностей.

Может быть, ей удастся найти что-нибудь полезное, что поможет Доктору переубедить упрямых Повелителей времени, и они откажутся от своего кровавого плана. Зола верила, что он справится. Он должен, иначе… Об этом варианте даже думать было страшно.

Девушка толкнула дверь: она не исключала, что та может оказаться запертой. Но нет. Зола выглянула в коридор – там было пусто. Далеко она уходить не станет: дойдет до Зала Совета или штаб-квартиры. Главное – не наткнуться на Смотрителя и его гвардейцев. Едва она успела закрыть за собой дверь, как чья-то рука крепко схватила Золу за плечо. Она вскрикнула от неожиданности и попыталась вывернуться, но Карлакс держал слишком крепко.

– Я так и думал, что ты захочешь прогуляться, – сказал он. Зола ощутила его горячее дыхание на своей шее. – Жаль, что не получится. Интересно, что бы сказал об этом Смотритель? – Карлакс заломил ее руки за спину. – Впрочем, к чему гадать, пойдем и спросим у него самого.

– Карлакс, отпусти меня, – сказала Зола. – Доктор вернется с минуты на минуту.

Повелитель времени засмеялся:

– Боюсь, юная леди, меня это нисколько не волнует. Главное, что прямо сейчас его здесь нет. К тому времени, как он найдет тебя, я получу все, что мне нужно.

– Что это значит? – спросила Зола. Что бы Карлакс ни задумал, он уже не на шутку напугал ее.

– О, тебе не о чем беспокоиться, – довольно пробормотал он, плотно закрывая рот Золы ладонью, чтобы она не смогла позвать на помощь. – Мы всего лишь проведем небольшой тест. Видишь ли, у Смотрителя есть одно устройство. Оно называется ментальный зонд…

Зола запаниковала. Она отчаянно забилась в руках Карлакса, пнула его каблуком в голень, но он был намного сильнее. Девушка снова рванулась, сдавленно замычав в его ладонь, но так и не смогла освободиться. В ответ Карлакс лишь сильнее заломил ей руки, угрожая сломать их. От боли у Золы перед глазами все поплыло. Он толкнул девушку вперед и повел в соседнюю комнату, где их уже ждал Смотритель.

– Карлакс, ты уверен? Может, все-таки не стоит? – спросил Смотритель, склонившись над Золой и проверяя ремни, которые удерживали ее в жестком металлическом кресле. На голову девушки было надето устройство, напоминающее по форме шлем. – Просто… Она всего лишь человек. Ты ведь знаешь, это может убить ее.

– Не имеет значения, – ответил Карлакс. – Главное, что ты достанешь нужную мне информацию. Что при этом случится с ней, меня абсолютно не волнует. Впрочем, если она умрет, это послужит Доктору хорошим уроком.

Пока Карлакс говорил, Зола предприняла еще одну отчаянную попытку освободиться от пут, но Смотритель хорошо знал свое дело. Она сопротивлялась, еще когда ее привязывали к креслу, но все, чего ей удалось добиться – расцарапать Карлаксу лицо. Она даже на помощь не могла позвать из-за кляпа, который запихнули девушке в рот, едва они зашли в комнату. Зола была в ужасе от той ситуации, в которой оказалась. Вид крови на лице Карлакса служил слабым утешением, но больше она ничего не могла сделать. Она была в этой комнате наедине с двумя Повелителями времени и их чертовым зондом. Хочет она того или нет, они все равно его используют.

Зола задумалась, часто ли они прибегают к помощи этого устройства. Судя по тому, с каким блеском в глазах Карлакс ждал его запуска, не исключено, что при каждом удобном случае. Среди множества поистине выдающихся черт его личности склонность к садизму, на взгляд Золы, стояла на первом месте.

Прямо напротив кресла, к которому она была привязана, располагался целый ряд мониторов. Сейчас на них мелькали одни помехи. Зола подумала, что если ментальный зонд нужен для извлечения чего-либо из ее памяти, то наверняка именно на этих экранах и появятся ее воспоминания.

На гладкой поверхности мониторов девушка разглядела свое отражение: в огромном кресле она выглядела маленькой и жалкой. Провода торчали из шлема, словно стоящие дыбом пряди наэлектризованных волос. Это напомнило Золе о стеклянных инкубаторах на корабле далеков. Жаль, что сейчас у нее не было возможности разломать чертову машину до того, как ее запустят.

– Поторопись, – сказал Карлакс. Он следил за дверью и заметно нервничал – боялся, что Доктор вот-вот ворвется в комнату и остановит его.

– Я работаю так быстро, как могу. Если я выставлю настройки недостаточно точно, мы поджарим ее мозги раньше, чем ты успеешь вытащить из ее головы хоть что-нибудь.

Карлакс принялся расхаживать по комнате, заложив руки за спину. Он напустил на себя важный вид, и Зола не удержалась от улыбки, глядя на три глубокие царапины на его щеке. Если повезет и она выживет, может быть, получится разукрасить и вторую половину лица, для симметрии.

Смотритель сделал шаг назад.

– Кажется, все, – сказал он.

Карлакс прекратил ходить по комнате и скрылся из поля зрения Золы, расположившись где-то позади ее кресла. Смотритель встал у пульта, сбоку от девушки, и впервые за все это время посмотрел ей в глаза.

– Прости, – сказал Смотритель. – Будет больно. – Он щелкнул тумблером.

Сначала ничего не происходило. Потом что-то тихо загудело у нее за левым ухом. Зола почувствовала слабое тепло и легкое, похожее на щекотку покалывание чуть повыше лба. Неприятно, но не более того. Зола посмотрела на мониторы: на них по-прежнему не было ничего, кроме белого шума.

Она прислушалась к гудению – кажется, оно становилось громче. Вместе с ним пришло и растущее ощущение, будто что-то давит на голову изнутри. В следующий миг Зола испытала такую боль, что впилась зубами в кляп. Жар и давление усиливались, и наконец ей стало казаться, что череп вот-вот треснет.

Тело Золы резко дернулось, зрение помутилось. Боль превратилась в яркий обжигающий свет, от которого негде было укрыться. Зола пыталась кричать, но кляп плотно затыкал ее рот.

Воспоминания хлынули, словно прорвавший плотину поток, понеслись перед внутренним взором чередой быстро сменяющих друг друга образов. Интересно, что они были бесцветными, будто кто-то взялся показывать ей древние черно-белые фотографии. Никакого порядка в этом не было: кадр оттуда, кадр отсюда. Фрагменты детства, жизни в лагере повстанцев, недавнего прошлого после встречи с Доктором.

Зола заставила себя открыть глаза и увидела, что все эти сцены воспроизводятся на экранах снова и снова в непонятной циклической последовательности.

Она смотрела на лица, люди что-то говорили ей. Странно, она не могла ничего услышать, но вновь, как тогда, в прошлом, ощущала каждый вкус и запах.

Она видела брата, скачущего вокруг нее, как мартышка, и корчащего глупые рожицы. Видела, как мама накрывает на стол. Отца, читающего ей сказку на ночь. Затем она увидела, как они умирают, как их убивают железные чудовища. Далеки появились неожиданно, прилетели на сияющих дисках, сжигая все вокруг своим оружием.

Пятеро далеков проломили стену кухни и ворвались в дом Золы. Броня поблескивала бронзой и золотом, а энергетические клапаны на головах часто мигали. Глядя на свое прошлое, Зола почти слышала их гудящие механические голоса. Девочка не разобрала ни слова, но, когда они начали стрелять, а мертвый отец упал на пол, сразу поняла, что нужно делать – бежать и прятаться. Матери в этот момент не было дома – она выносила мусор. Золе удалось добежать до входной двери. Она выскочила наружу и увидела у крыльца опрокинутый мусорный бак. Зола перевернула его вверх дном и спряталась внутри. Там она и сидела, пока далеки сжигали ее дом дотла.

Зола никогда больше не видела свою семью, даже их тел.

Воспоминания продолжали всплывать перед глазами. Теперь они были предельно четкими, и каждое сопровождалось вспышкой невыносимой боли.

Вот Койн учит ее стрелять из ружья. Мишенью служит обгоревшая броня искаженного, который днем ранее попал в засаду повстанцев.

Вот они с двенадцатилетним светловолосым мальчишкой (кажется, его звали Пепел) учатся вскрывать замки. Следующей ночью далеки нападут на лагерь и его убьют.

Она лежит на крыше. Гроза, льет как из ведра. Зола ждет, когда появится патруль далеков. Утром она установила на дороге мину.

Первый поцелуй – с девушкой по имени Стефани. Волосы у нее были черные как вороново крыло. Она научила Золу такому, о чем та и помыслить не могла.

И Зяблик. Как она могла о нем забыть? Зяблик, ее соратник, напарник, ее друг. Его убили в той перестрелке, когда Доктор свалился с неба, стерли, не оставив и следа, новым темпоральным оружием далеков…

Зола не смогла удержать слез. Она готова была терпеть физическую боль, но горечь потерь, которые пришлось пережить вновь, оказалась сильнее ее.

Перед внутренним взором девушки поплыли новые картины. Теперь она была на базе далеков с Доктором: мчалась вслед за ним по коридорам, стреляла, выдирала кабели в том отвратительном инкубаторе. Снова стояла в комнате, где далеки проводили вскрытие искаженных. Бежала из города к ТАРДИС.

Зола не заметила, как Смотритель выключил зонд, но почувствовала, что огонь, пылающий в голове, начал затухать. Гудящий звук резко оборвался. Зола обмякла в кресле. Девушку мутило, голова кружилась, она едва дышала.

Зола почувствовала, как кто-то коснулся ее шеи, чтобы проверить пульс.

– Она будет жить, – сказал Смотритель.

– Жаль, – ответил Карлакс. – Я хотел бы рассказать ему о ее смерти и посмотреть на выражение его лица.

Смотритель вынул кляп изо рта Золы. Она жадно глотнула воздух.

– Он убьет тебя, – заговорила она, еще не отдышавшись. – Он убьет тебя за это.

Карлакс рассмеялся.

– Нет, только не Доктор, – сказал он. – Мы давно знаем друг друга. Он слишком боится запачкать руки.

Зола закрыла глаза, но ей по-прежнему казалось, что все вокруг вертится. Она не могла позволить себе потерять сознание при этих Повелителях времени – слишком велик риск никогда больше не проснуться.

– Воды, – попросила Зола сиплым голосом. Она действительно испытывала страшную жажду, а во рту был странный металлический вкус.

– Карлакс, раз уж я развязываю ремни, будь добр, принеси ей попить, – сказал Смотритель. – Ты получил то, что хотел. Ты сам видел, что все, сказанное Доктором, – правда, и узнал, чем он занимался на Молдоксе. Пора оставить девчонку в покое.

– Раз уж ты так настаиваешь… – ядовито сказал Карлакс и вышел из комнаты.

– Отлично, – пробормотал Смотритель, едва дверь закрылась. – Давай-ка заберем тебя отсюда. – Он начал быстро развязывать удерживавшие Золу путы. – Советую мне помочь! Хотелось бы, чтобы к его возвращению нас здесь уже не было.

Зола посмотрела на пунцовое лицо Смотрителя. К сожалению, после пытки ментальным зондом она даже пальцем не могла пошевелить. В ее глазах Смотритель выглядел жалким: сначала он мучил ее по указке Карлакса, теперь был полон раскаяния. Она встречала таких людей и раньше, на Молдоксе он бы долго не протянул.

Закончив отвязывать девушку, Смотритель наклонился и вытащил ее из кресла.

– Я отнесу тебя туда, где ты сможешь спокойно поспать, пока Доктор не вернулся, – сказал он, выходя в коридор с Золой на руках. – Боюсь, что ты все же права. Доктор сильно изменился за последнее время. Я думаю, что теперь он может и убить Карлакса.

Для Золы его слова слились в невнятное бормотание; измученная, она наконец позволила себе скользнуть в забытье.

Глава 14

Вспышка трансмата вернула Доктора и Рассилона в Зал Совета. Карлакс уже ждал их. Он сидел за столом с задумчивым видом, опираясь подбородком на сцепленные пальцы обеих рук.

– А вот и Доктор. Мы уже начали тревожиться. Ты так неожиданно пропал, и никто не знал, где ты.

– Тревожиться? – переспросил Доктор. – Да, пожалуй, Карлакс, ты действительно мог начать беспокоиться.

Карлакс вяло улыбнулся в ответ на его замечание.

– Ну, теперь я вижу, что все опасения были напрасными, учитывая, что ты был в компании Лорда-Президента, – добавил он.

Рассилон сошел с платформы трансмата.

– Карлакс, собери Совет. Я немедленно отдам распоряжения, – сказал он с непроницаемым лицом. Затем повернулся к Доктору: – Твое присутствие больше не требуется. Найди свою спутницу и улетай.

– Рассилон, ты совершаешь ужасную ошибку, – предупредил Доктор.

– У меня нет другого выбора. И я не намерен и дальше терпеть твою дерзость. Она меня порядком утомила. Иди, не вынуждай меня самому затыкать тебе рот, – Рассилон смотрел на Доктора с непоколебимой решимостью. Он крепче сжал в руке посох, как бы подчеркивая этим жестом серьезность своих намерений. Доктор знал, что это не было пустой угрозой. Рассилон легко впадал в гнев и быстро переходил от слов к делу.

Доктор встретил его взгляд с вызовом. Затем он нехотя развернулся. Он не знал, что делать. Совет явно не был готов прислушаться к голосу разума. Очевидно, придется искать иной способ остановить их. Что бы ни случилось, он не позволит поместить Слезу в Око Тантала, даже если придется вступить с ними в открытое противостояние и нарушить планы Совета.

Не сказав больше ни слова, он направился в гостиную, где его должна была ждать Зола.

– Что ты с ней сделал? – прорычал Доктор, врываясь в Зал. Внутри у него все кипело от гнева, и он не считал нужным это скрывать. – Где она, Карлакс?

Верховный Совет вновь собрался в полном составе. Сидящие за столом Повелители времени замолчали и посмотрели на Доктора. Он, в свою очередь, сверлил взглядом Карлакса, который стоял за левым плечом Рассилона.

– Ты говоришь о своей спутнице? – с нарочитым удивлением спросил Карлакс. – Разве ты не оставил ее в гостиной, когда решил немного прогуляться, должен заметить, не имея на то разрешения?

Доктор в ярости ударил кулаком по столу. Он смотрел в гостиной и всех соседних комнатах, но Золы нигде не было. С ней явно что-то случилось в его отсутствие.

– Карлакс, со мной этот номер не пройдет, – сказал он. – Отвечай, где она?

– Говорю тебе со всей искренностью: я понятия не имею, – ответил, довольно ухмыляясь, Карлакс и сложил руки на груди. – Если ты потерял ее, может, стоило выбирать поводок понадежнее?

Доктор сделал глубокий вдох. Он знал, что за исчезновением Золы стоит Карлакс. Он знал это. Доктор был зол на себя за то, что оставил девушку одну, без защиты, когда отправился вслед за Рассилоном в Зону смерти. Он наивно полагал, что здесь, в столице Повелителей времени, она будет в большей безопасности. Они все же были цивилизованным народом. Вот почему в эти дни он решил путешествовать в одиночку. Война изменила все, война изменила всех, и он не хотел брать на себя такую ответственность. Он больше не верил, что сможет защитить того, кто окажется рядом.

Карлакс принадлежал к числу тех, кто во всем найдет для себя выгоду. То, что Зола осталась одна в Капитолии, давало ему прекрасную возможность добраться до Доктора. Он бы не упустил такой шанс.

Доктор до боли сжал кулаки и сказал, даже не пытаясь скрыть угрозу:

– Я предупреждаю тебя, Карлакс…

Смотритель нерешительно встал со своего стула и кашлянул в кулак, привлекая внимание.

– Доктор, я знаю, где она, – спокойно произнес он. – Я покажу. – Смотритель отодвинул стул в сторону, ножки со скрежетом проехались по каменному полу. Он вышел из-за стола и подошел к золотой арфе у стены. Теперь все взгляды в комнате были устремлены на него. Доктор заметил, что Карлакс следит за Смотрителем с нескрываемой злобой.

Смотритель остановился и бросил взгляд на Рассилона, лицо которого оставалось безучастным. Затем он повернулся к арфе и неуклюже положил руки на струны; пальцы его дрожали. Смотритель принялся играть по нотам на картине, воспроизводя мелодию. Доктор по своему опыту уже знал, что должно случиться дальше.

Как только замолчала последняя струна, панель в стене за арфой сдвинулась в сторону, открывая вход в скрытую комнату управления. Огоньки индикаторов мигали на старых пыльных компьютерах и консолях, между которыми Доктор увидел сидящую в кресле Золу.

Он подбежал к ней, едва не сбив Смотрителя с ног. Зола была практически без сознания. Ее голова свесилась набок, рыжие пряди упали на лицо. Глаза были закрыты, она тяжело дышала.

Доктор с нежностью убрал растрепанные волосы со лба девушки. Кожа Золы была бледной, холодной и липкой от пота. Ее веки задрожали – она пыталась открыть глаза. Доктор проверил пульс и выдохнул с облегчением: он был сильным и ровным.

– Что случилось, Зола? – мягко спросил он. – Что они с тобой сделали?

Она попыталась ответить, но вместо слов вышло лишь неразборчивое мычание:

– М-м-м… м-м-м-м…

Доктор наклонился, придвинулся к самому лицу Золы и почувствовал щекой ее слабое теплое дыхание.

– М… ментальный… зонд… – с трудом прошептала Зола. Она, казалось, истратила последние силы на эти слова и снова обмякла в кресле.

Доктор резко выпрямился и медленно повернулся к смотрящим на него Повелителям времени. Он чувствовал, как в груди закипает ярость.

– Ментальный зонд! – громко со злостью проговорил он. Стоящий у арфы Смотритель вздрогнул.

Доктор устремился к Карлаксу. Тот быстро понял, к чему идет дело, и встал так, чтобы стол оказался между ним и взбешенным Доктором. Последнего это, конечно, не остановило. Он не собирался играть со льстивым глупцом в кошки-мышки. Вместо того чтобы пытаться догнать его, обходя собравшихся за столом Повелителей времени, Доктор отпихнул пустой стул Смотрителя в сторону и запрыгнул прямо на столешницу.

Под взглядами потрясенных членов Совета, сбрасывая бумаги, Доктор ринулся к Карлаксу напрямую. Тот забился в угол, не зная, как быть и куда прятаться.

Доктор в два шага оказался рядом с ним, с ходу схватил Карлакса за грудки и, сильно тряхнув, впечатал его в стену. Карлакс стукнулся затылком и вскрикнул от боли и страха.

– Почему бы мне просто не придушить тебя, Карлакс? – рявкнул Доктор. От крика брызги слюны попали Карлаксу на лицо, и он в ужасе затрепыхался.

– Л-лорд… П-президент? – запинаясь промямлил Карлакс, извиваясь в руках Доктора.

Доктор обернулся, чтобы узнать, как прореагирует Рассилон. Тот сидел с абсолютно незаинтересованным видом. Он словно ждал, когда все закончится само собой, что еще сильнее разозлило Доктора.

– Скулишь и надеешься, что хозяин тебя спасет? – Доктор с недобрым смехом вновь посмотрел на Карлакса. – Ну, кто теперь на поводке? Да я мог бы убить тебя, а он даже не посмотрел бы в твою сторону, трусливый змееныш.

– Но ты, конечно же, не станешь этого делать, – услышал Доктор голос Рассилона. Его пальцы в металлической перчатке постучали по поверхности стола. Своеобразное предупреждение. Доктор знал, что эта перчатка скрывает в себе колоссальную мощь: она способна дематериализовывать, подобно новому оружию далеков. Рассилон в свойственной ему манере напоминал Доктору, где тот находится.

Доктор вздохнул.

– Нет, не стану, – сказал он и отшвырнул от себя Карлакса. Тот повалился на пол и, скорчившись, схватился за горло. – Но поверь мне, Карлакс, моя совесть была бы чиста.

– Доктор, твое маленькое восстание уже закончено? – скучающе поинтересовался Рассилон. – Потому что мне все это порядком надоело.

– Ты знал об этом? Ты знал, что они собираются сделать? – спросил Доктор, разворачиваясь к Президенту.

Губы Рассилона тронула улыбка:

– Нет, Доктор, нет. Это сугубо личная инициатива Карлакса и Смотрителя. Впрочем, ее результат был весьма наглядным.

Доктор перевел взгляд на Смотрителя, тот уставился себе под ноги, стыдясь поднять глаза.

– Ты мог убить ее! – сказал Доктор. – Человеческий разум не способен выдержать воздействие зонда. Что вы вообще надеялись получить этим сканированием?

– Ты сам говорил, что ее сведения могут быть нам полезны, – сказал Карлакс, поднимаясь на ноги и отряхивая полы мантии. – Мы получили подтверждение твоей истории и смогли должным образом оценить, какую угрозу представляет собой новое оружие далеков.

– Что ты сказал? – спросил Доктор.

– Что Верховный Совет выслушал мое мнение по данному вопросу, Доктор, – вмешался Рассилон. – Ты появился вовремя, я как раз собирался перейти к распоряжениям. Карлакс, передай мой приказ, необходимо немедленно подготовить к активации Слезу Иши.

– Слушаюсь, Лорд-Президент, – ответил Карлакс, продолжая смотреть на Доктора.

– Смотритель, сообщи Командору Парфею, пусть готовит свой флот к вылету, – продолжил Рассилон. – Ему выпала великая честь, ему будет доверена миссия доставить Слезу в центр Ока Тантала. От успеха этой операции зависят судьбы всех Повелителей времени, не только ныне живущих, но и тех, что были прежде, и тех, что придут нам на смену. Сегодня мы нанесем далекам сокрушительный удар. Они познают гнев Повелителей времени.

– А вы – мой, – тихо сказал Доктор.

Он не мог позволить – и не позволит – этому случиться. Слишком много миров, слишком много жизней. Должен быть другой способ.

– Доктор? – обратился к нему Рассилон. – Ты хочешь что-то добавить?

– Я остановлю вас, – ответил Доктор. – Пойми, Рассилон. Я не дам вам уничтожить Око Слезой Иши, не позволю.

– Ты не позволишь? – переспросил Рассилон скептически. – Ты отказываешься подчиниться решению Верховного Совета и Лорда-Президента?

– Я еще и не такое делал, – ответил Доктор. – Не вижу в этом большой беды. – Он обвел Совет взглядом. – Вы все сошли с ума, – произнес он негодующим тоном. – Забыли, кто вы есть. Отчаялись, позволили войне ослепить вас. Посмотрите на себя: закутались в вычурные мантии и делаете вид, будто знаете, что творится вокруг. Твердите себе, какие вы важные и нужные. Что ж, давайте я расскажу вам, как оно есть на самом деле: вы заблуждаетесь! И сейчас вы делаете ошибку.

Он указал пальцем на Рассилона и продолжил:

– Если вы позволите ему уничтожить миллиарды людей, то мы будем ничуть не лучше далеков. Неужели это не ясно? Вы настолько озабочены собственным выживанием, что уже не видите картины в целом. Если мы готовы перейти эту черту, то не заслуживаем того, чтобы выжить.

В комнате повисла тишина. Доктор переводил дух после гневной тирады. Рассилон первым нарушил молчание:

– Правильно ли я понял, что ты намерен пойти против нас?

Доктор встретился с ним глазами. Он чувствовал на себе взгляды всех собравшихся, кроме Золы. Она по-прежнему без движения сидела в кресле.

– Да, – сказал он со стальной решимостью. – Если это необходимо, я выступлю против вас. Я сделаю это ради вашего же блага, ради всех Повелителей времени. Я постараюсь спасти вас от самих себя. Путь, который выбрал ты, Рассилон, не приведет к победе. Он нас погубит. Не веришь мне – спроси у Борусы, – добавил он с горечью.

Доктор пересек зал и подошел к Золе. Все, что ему оставалось, – забрать ее отсюда и улететь с Галлифрея. Доктор подумал, что уже никогда больше не вернется на эту планету. С него хватит.

– Арестуйте его, – велел Рассилон. – И девчонку тоже. Пусть посидят за решеткой. Я конфискую его ТАРДИС.

Смотритель схватил Доктора, пытаясь заломить его руку за спину. Доктор сопротивлялся, но недолго: Смотритель был моложе и сильнее, к тому же он привык к подобной работе. Рассилон продолжал отдавать приказы:

– Впрочем, лучше отправьте ТАРДИС Доктора на свалку. Обойдемся без этого старья. После того как при помощи Слезы Иши с угрозой далеков будет покончено, состоится суд. Пусть все узнают о предательстве Доктора.

Было слышно, как Карлакс зовет гвардейцев. Драться было бессмысленно, по крайней мере, сейчас. Доктор верил, что ему еще выпадет шанс сделать ответный ход. Больше ему все равно ничего не оставалось.

Когда Смотритель уводил его под мерзкое хихиканье Карлакса, Доктор бросил еще один, последний, взгляд на Золу. Он не хотел брать на себя ответственность. Но ему пришлось взвалить эту ношу на свои плечи. Не ради Золы, а ради всех ее сородичей, миллиардов пленников на планетах Спирали. Сейчас Повелители времени представляли для них даже бо́льшую угрозу, чем далеки.

Повелители времени собирались перейти черту, после которой обратного пути не будет. Доктор, старый усталый солдат, оказался единственным, кто пытался этого не допустить.

Впрочем, сидя в тюремной камере, он вряд ли сможет кому-то помочь.

Глава 15

Зола очнулась. Щека лежала на чем-то холодном и жестком. Боль пульсировала в голове, будто кто-то решил использовать ее череп, как барабан, и монотонно стучал в него: бум-бум-бум. Она не сразу смогла вспомнить, где она и что здесь делает.

Может, она переборщила со спиртным? Вряд ли, никаких поводов для вечеринки вчера точно не было. Она устроила засаду, а потом что-то случилось и…

Зола села. Она уже начинала жалеть о том, что очнулась. Перед глазами плавали пятна, будто она долго смотрела на солнце. Зола сделала глубокий вдох и прокашлялась. Туман перед глазами начал рассеиваться. Зола несколько раз моргнула и осмотрелась.

Она сидела в тесной камере, на холодном куске камня, который служил здесь койкой. У стены напротив расположился Доктор, вытянув перед собой ноги. Он близоруко щурился, глядя на нее.

– Привет, – сказал он.

– Где мы? – поинтересовалась Зола осипшим голосом. Она принялась разминать затекшую шею.

– В темнице, – ответил Доктор.

– В темнице?

– Да, в камере глубоко под Капитолием на Галлифрее. Ты помнишь?..

– Ментальный зонд, – отозвалась Зола. – Теперь начинаю вспоминать.

– Прости, – вздохнул Доктор. – Не стоило оставлять тебя одну. Мне вообще не стоило привозить тебя на Галлифрей и втягивать во все это.

Зола помассировала виски, пытаясь унять гудящую головную боль.

– Я сделала свой выбор еще на Молдоксе: куда ты, туда и я. Хотя, надо сказать, я не ожидала, что мы в итоге окажемся за решеткой. – Зола замолчала и задумалась. – Почему нас здесь заперли?

– Длинная история, – отмахнулся Доктор.

– Ты все-таки сказал Рассилону, куда он может пойти и засунуть эту свою Слезу Иши, угадала?

– Я весьма ясно дал ему это понять, – ухмыльнулся Доктор. – Но все же был не столь груб.

– Немного грубости пошло бы ему только на пользу. А много грубости, пожалуй, было бы еще лучше.

– Думаю, в этом есть доля истины, – согласился Доктор.

Зола внимательно осмотрела камеру; надо сказать, Доктор довольно точно назвал ее темницей. Здесь не было водопровода или отопления, никаких экранов или книг – лишь четыре каменные стены, холодная каменная глыба вместо кушетки и дверь. Неровный пол покрывал слой пыли и грязи. Доктор сидел прямо на нем.

– Отличное местечко, – сказала Зола. – И интерьер ты подобрал первоклассный.

– В средневековом духе, – сказал Доктор, поморщившись.

– «Средневековом»? – удивленно переспросила Зола. По ее тону Доктор понял, что она не знает этого слова.

– Варварском, грубом, примитивном, – пояснил Доктор.

Голова еще немного кружилась, и, на взгляд Золы, вся ситуация выглядела несколько сюрреалистично.

– Как долго я была в отключке? – спросила она.

– Два, может быть, три часа. Ты неплохо выдержала воздействие ментального зонда. Я видел, как он раздирал в клочья гораздо более мощные умы.

– Ну спасибо, – ответила с усмешкой Зола.

– Это был комплимент!

– Я так и поняла.

Доктор засмеялся:

– Ты удивительная, Зола. Ты хорошо в себе разбираешься. Зная, чего хочешь, ты встаешь и идешь к этой цели. Завидное свойство.

– Вот это – настоящий комплимент, не то, что предыдущий, – сказала Зола и зевнула, потягиваясь. Она встала на ноги. – Ответь мне, только прямо и честно. Они уничтожат Спираль Тантала, я права?

– Боюсь, что да, – мрачно ответил Доктор. – Я пытался остановить их, но раз уж Рассилон что-то решил… – по голосу Доктора было ясно, что он окончательно перестал уважать Лорда-Президента.

– Еще не все потеряно. Сколько у нас времени в запасе? – спросила Зола.

– До того, как они подготовят Слезу к активации? Думаю, что не больше пары часов.

Зола подошла к Доктору и протянула обе руки.

– Так что же ты расселся? Валяясь в грязи, никого не спасешь, – сказала Зола.

Доктор позволил девушке помочь ему подняться, но выражение его лица было весьма красноречивым.

– Если бы все было так просто, – сказал он. – Мы в тюрьме Повелителей времени. Пусть вид у нее примитивный, отсюда нет выхода. Они забрали ТАРДИС и не выпустят нас отсюда, пока не уничтожат Око и Спираль Тантала заодно.

Зола недоверчиво посмотрела на него.

– По-моему, ты просто ищешь себе оправдание, – сказала она, но ее слова были всего лишь бравадой. В глубине души она знала, что Доктор ничуть не драматизирует. Зола ощутила подступающую панику. Страх сдавил горло, мешая дышать. Она отказывалась признавать, что тот, в кого она уже начала верить, проиграл, и теперь двенадцать миров Спирали умрут.

Доктор с болью смотрел, он все еще держал ее за руки.

– Ничего, – сказал он. – Я понимаю.

– Нет! Ты не понимаешь. Мне не нужна твоя доброта. Не нужно держать меня за руки, когда все, кого я знаю, будут уничтожены. Этим ты ничего не изменишь. – Она сделала глубокий вдох. – Ты найдешь способ выбраться отсюда и остановишь их. – Зола резким движением высвободила руки и стукнула его в грудь. Слезы против воли побежали из ее глаз. – Ты понял меня?

– Если бы я мог… – печально прошептал Доктор.

Зола помотала головой.

– Когда мы впервые встретились, ты сказал, что раньше у тебя было имя, но ты стал недостоин его. Сейчас у тебя есть возможность доказать обратное.

Зола подошла к двери камеры. Она была сделана из прочных досок, скрепленных полосами кованого железа, и запиралась большим механическим замком.

– Смотри, – сказала Зола. – Ты мог бы использовать свою звуковую штуковину, чтобы открыть дверь.

Доктор подошел и встал рядом.

– Прости, Зола, – сказал он, положив ладонь на ее плечо. – Я пытался. Помнишь, что я говорил? Это тюрьма Повелителей времени. Замок защищен от воздействия звуковых устройств. Поэтому они даже не стали отбирать у меня отвертку. Я провел полтора часа, стараясь найти способ выбраться отсюда, и не нашел ни одного. Окажись мы за этой дверью, возможно, у нас бы что-нибудь получилось, но сейчас мы бессильны. Мы здесь застряли.

Зола пнула дверь. Та даже не шелохнулась, а вот нога заболела. В расстроенных чувствах Зола села на пол и потерла носок ботинка, пытаясь облегчить боль в ушибленном пальце.

Доктору нечем было ее утешить. Он отошел к стене и сел на прежнее место.

Зола, насупившись, смотрела на замок. Строго говоря, он не выглядел сложным. Такие были и на Молдоксе. Простая задвижка, которую открывали и закрывали обычным ключом. Неужели Повелители времени были настолько самонадеянны и считали, что если защитили обычный замок от звуковых устройств, то узники не смогут сбежать?

В душе Золы появилась робкая надежда. Она посмотрела на Доктора: тот настраивал звуковую отвертку, чтобы предпринять очередную попытку обойти защиту замка.

Зола закатала рукав джемпера до локтя. На краткий миг пришел страх: а вдруг…

Конечно, он был на месте. Зола с облегчением выдохнула. Браслет, который она привезла с Молдокса, подарок брата, сплетенный им из медной проволоки годы назад, никуда не делся. В детстве он был слишком большим для нее, но она все равно его надевала. Браслет – единственное, что осталось у Золы от прежней жизни после того, как далеки сожгли ее дом.

Девушка в задумчивости провела по нему пальцами. Из этой проволоки можно было попробовать сделать пару отмычек. Часть ее противилась этой мысли, Золе хотелось опустить рукав обратно и притвориться, что эта идея никогда не приходила ей в голову. Но Зола знала, что не сможет так поступить. Слишком много жизней стояло на кону. Брат бы понял.

– Прости, Сэмми, – прошептала она, стягивая браслет с руки, и начала потихоньку разгибать проволоку. От старости провода потеряли упругость. Зола боялась, что они просто переломятся в ее пальцах, но, по счастью, этого не произошло.

Зола разделила распутанные провода на два равных пучка и выпрямила их, как могла.

Доктор по-прежнему сидел с отверткой в руках. Его лицо было хмурым и сосредоточенным.

Зола встала на колени перед дверью и заглянула в замочную скважину. Она мало что смогла рассмотреть, лишь небольшую часть коридора и дверь напротив. Стражи не было видно.

Зола взяла самодельные отмычки и осторожно вставила их в замок. Она ожидала удара током или что сработает сигнализация, но ни того, ни другого не случилось. Она неторопливо приступила к работе, используя самодельные инструменты, чтобы заставить ригель выйти из паза в стене.

Ей понадобилось буквально несколько секунд, чтобы замок с тихим щелчком поддался ее усилиям. Задача оказалась на удивление простой.

Зола только сейчас заметила, что при взломе непроизвольно задержала дыхание. Она выдохнула, встала с колен и убрала отмычки в карман. Дрожащей от волнения рукой она попыталась чуть-чуть, буквально на несколько миллиметров, приоткрыть дверь.

Получилось! Зола слышала, как гулко бьется сердце. Тихо и осторожно она закрыла дверь, затем повернулась, чтобы узнать, видел ли Доктор. Он продолжал возиться со своей отверткой.

– Доктор? – позвала она немного дрожащим голосом.

– Хм-м-м? – ответил он, слушая ее вполуха.

– Ты говорил, что если мы выберемся из камеры, то еще сможем помешать Повелителям времени воспользоваться Слезой?

Доктор поднял на нее глаза и прищурился.

– Да, – сказал он. – Но у меня не…

Зола жестом велела ему помолчать. Она развернулась и толчком широко распахнула дверь.

– Время творить добро, Доктор.

Доктор посмотрел на замок, затем на Золу.

– Я впечатлен, – сказал он.

Зола пожала плечами.

– Боюсь, они недооценили жалкую человеческую девчонку с отмычкой.

– Да уж, – засмеялся Доктор, поднимаясь с пола. – Думаю, такого никто не ожидал.

Помятая куртка, покрытые грязью ботинки – вид Доктора оставлял желать лучшего. Ничего удивительного, по мнению Золы, в этом не было. Жизнь их обоих потрепала, причем в прямом смысле этого слова.

Без лишних слов они выбрались из камеры.

– Куда? – спросила Зола.

– Налево, – шепотом ответил Доктор. – К счастью, мне не так уж часто доводилось здесь бывать, но я знаю, что нам нужно вниз. Спуск, как мне помнится, был с левой стороны.

– Вниз? – удивилась Зола. – Мы же и так в подземелье. По крайней мере, выглядит это место точь-в-точь, как самое настоящее подземелье.

Доктор кивнул.

– В самом низу под Цитаделью находится огромная пещера, куда отправляют умирать все ТАРДИС. Она должна быть там.

Они шли друг за другом по темному сырому коридору, грубо вырубленному в скальной породе. Впереди Доктор, Зола за ним вслед. Редкие светильники разгоняли мрак. Доктор с Золой оказались единственными узниками в крыле – остальные двери были распахнуты настежь, камеры пустовали. Видимо, Повелители времени нечасто пользовались своей темницей. Зола обратила на это внимание Доктора.

– Могу предположить, что Рассилон отдает предпочтение казням в качестве наказания, – мрачно ответил Доктор.

Зола недоверчиво хмыкнула.

– Какой тогда смысл бросать нас с тобой за решетку? – спросила она. – Не то чтобы мне нравился другой вариант, но…

– Он знает, что я могу ему пригодиться. Ты, в свою очередь, нужна, чтобы управлять мной, – ответил Доктор.

Золе очень не понравилось, что ее могут использовать таким образом. С другой стороны, мысль о том, что Доктору не безразлична ее судьба, что он не бросил бы ее ради спасения собственной шкуры и не оставил умирать в одиночестве, невольно согревала душу.

Они дошли до угла и повернули налево. В коридоре за поворотом на простом табурете сидела Повелительница времени в знакомой красно-синей форме стражи Смотрителя и поглядывала на экран электронного планшета. Она была рослой и мускулистой. Зола увидела пистолет на ее поясе и выругалась про себя.

Женщина сразу же заметила их и медленно встала, положив планшет на стул.

– Стойте! – велела она, направляясь к ним. Каменные стены отзывались гулким эхом на каждый ее шаг.

Доктор вышел навстречу.

– Привет, – сказал он и протянул руку, чтобы поздороваться.

Женщина проигнорировала его жест.

– Что вы здесь делаете? Вход в тюремный блок строго запрещен.

– Простите, – ответил Доктор. – Мы, должно быть, где-то не там свернули. Всего лишь небольшое недоразумение. Не стоит волноваться, мы уже уходим. – Он развернулся, как будто на самом деле собирался уйти.

– Погоди. Где-то я тебя видела. Ты… – Глаза женщины широко раскрылись. – Доктор! Ты же должен быть в камере! Как ты смог выйти? – она потянулась к оружию на поясе.

Доктор выставил руку ладонью вперед в примиряющем жесте и заговорил:

– Послушай, как я и сказал, это всего лишь небольшое недора…

Зола шагнула вперед и, замахнувшись, нанесла точный удар в челюсть женщины. Повелительница времени кулем повалилась на пол, пистолет выпал из ее руки.

– Неужели нельзя было обойтись без этого? – недовольно поинтересовался у Золы Доктор.

Она закатила глаза, прижимая ушибленную руку к груди.

– Что-то мне подсказывает, что ты не до конца понимаешь ситуацию, в которой мы оказались, – сказала Зола. – Это – побег, а она – охранник. По-хорошему, нам стоит убраться отсюда, и как можно скорее.

Доктор на секунду задумался над ее словами и ответил, пожав плечами:

– Ну, с определенной точки зрения… – Затем он посмотрел на лежащую без сознания женщину. – Давай хоть немного позаботимся о ее комфорте.

Зола вздохнула и покачала головой; Доктор тем временем подтащил женщину к стене и усадил, положив ее руки на колени.

– Она скажет нам спасибо, когда очнется, – сказал он.

– Вот уж не думаю, – выразила свое мнение на сей счет Зола. – Теперь-то мы поторопимся?

Коридор, как и обещал Доктор, начал плавно уходить вниз и заканчивался длинным пологим спуском.

– Сюда, – сказал Доктор и махнул рукой.

Позади раздались голоса. Двое мужчин встревоженно кричали друг на друга. Причиной явно послужила их лежащая без сознания коллега.

– Они нашли ее, – сказала Зола. – Бежим?

Понимая, что уйти незамеченными уже не получится, Доктор и Зола со всех ног бросились вниз по спуску. Уже через несколько секунд они услышали, что охранники бегут за ними следом. Тоннель был длинным, казалось, что он тянется на многие километры, к тому же он постоянно изгибался, закручиваясь спиралью. Вскоре Зола абсолютно утратила ощущение направления. Бег вымотал ее. Мышцы ныли от усталости и напряжения. Головная боль от ментального зондирования вернулась с новой силой. Звуки чужих шагов за спиной гнали Золу вперед. Ей казалось, что они все ближе и с каждой секундой все громче.

– Мы почти на месте, – бросил Доктор на бегу, задыхаясь.

Впереди тоннель резко расширялся и начинал идти вверх перед самым входом в большую пещеру.

Они взбежали по этому подъему, и Доктор внезапно остановился. Зола едва не врезалась ему в спину. Она схватила его за руку, чуть не уронив их обоих.

Пещера была поистине огромной, вряд ли она по площади уступала городу на поверхности. Куполообразный свод был высоким и древним. Меж плит облицовки изредка виднелись тонкие светящиеся нити, которые отчасти рассеивали тьму, превращая ее в густой сумрак. Стены, как и коридор до этого, были грубо вырублены в скале и широко расходились в стороны. Они исчезали у горизонта, растворяясь в тенях. И повсюду темнели корпуса мертвых или умирающих ТАРДИС. Тысячи, десятки тысяч. Трудно было точно сказать, сколько их здесь на самом деле.

Зола стояла на входе в пещеру и смотрела на бескрайнее море ТАРДИС самых разных форм и размеров. Некоторые были сделаны из белого, похожего на камень материала. На их боковых гранях отчетливо выделялась черная копоть – следы попаданий из энергетического оружия. Другие больше напоминали знакомые Золе космические корабли. Их серебристо-серые корпуса были изъедены ржавчиной.

Одна из ближних ТАРДИС от старости треснула, как яйцо. Ее внутренние измерения начали разворачиваться, распирая корпус изнутри и создавая абсолютно несуразную с точки зрения геометрии картину: вместо стены виднелся потолок, вместо потолка – пол. Комната управления стояла поперек корпуса на боку. Внешняя стена ТАРДИС врезалась в торчащий наружу пустой сосновый шкаф. Зола как будто оказалась в причудливом сне, где дерево и металл перемешались друг с другом.

Вдали виднелись ТАРДИС, чьи корпуса под давлением внутренних измерений выросли до небывалых размеров. Они тянулись к своду пещеры, как гигантские асимметричные столбы, подпирающие город.

ТАРДИС слева от Золы была похожа на корабль далеков, лежащий на боку. Другая напоминала древний дуб с тесно переплетенными узловатыми корнями. Третья – неоклассическую колонну. Четвертая – цирковой шатер. Приткнувшаяся к стене пятая – затопленный галеон. Были и другие, для описания которых у Золы не нашлось слов. Они походили на творения далеких неведомых цивилизаций.

Какое-то жуткое одиночество было разлито в этом месте, где ТАРДИС заканчивали свои дни.

– Похоже на кладбище, – прошептала Зола.

Доктор кивнул.

– Последнее пристанище давних друзей, – сказал он и задумчиво погладил бороду. – Знаешь, когда-то они были живы.

– Это же просто машины, – нахмурилась Зола.

Доктор отрицательно покачал головой.

– Тут ты ошибаешься, – сказал он. – Все они намного больше, чем просто машины. Тебе стоило бы попробовать угнать одну из них.

Позади послышался приближающийся топот охранников.

– Как мы найдем ее? – спросила Зола, неожиданно остро почувствовав, что время уходит и нужно торопиться. – Как мы найдем твою ТАРДИС? Их здесь слишком много. Понадобятся недели, чтобы обыскать здесь все. – Она махнула руками, пытаясь охватить огромное пространство пещеры.

В этот момент из-под полы куртки Доктора раздался короткий звуковой сигнал. Он изогнул бровь.

– Умничка моя, – сказал Доктор. – Моя сообразительная малышка. – Доктор достал звуковую отвертку, ее навершие светилось, хотя Доктор ничего не нажимал и раздражающего жужжания не было слышно. Через секунду отвертка снова издала короткий гудок.

– Она зовет нас, – сказал Доктор. – Знает, что мы здесь, и хочет, чтобы ее нашли. Идем!

Подняв отвертку, словно горящий факел, Доктор спрыгнул с невысокого уступа и скрылся в лабиринте вышедших из строя ТАРДИС. Зола спустилась следом и побежала за огоньком отвертки.

– Остановитесь!

Преследовавшие их Повелители времени вышли из тоннеля под свод пещеры. Зола не стала тратить время на то, чтобы рассмотреть их лица, и нырнула за стоящий рядом корпус боевой ТАРДИС.

– Немедленно вернитесь в камеру! – закричал один из охранников. – Выходите, и мы не станем стрелять!

– Это вряд ли! – донесся ответный выкрик Доктора. Зола засмеялась. Заряд энергии из пистолета промчался прямо над ее ухом и угодил в «галеон», рассыпавшись яркими искрами. Золе сразу же стало не до смеха – заряд был боевым, а не оглушающим.

Сигналы звуковой отвертки учащались по мере того, как Доктор уходил все дальше и дальше в глубь пещеры. По-видимому, он приближался к цели.

– Сюда! – закричал Доктор, размахивая отверткой. Он стоял на большом корпусе ТАРДИС, напоминающем старую баржу. На этот раз выстрелили в него и, к счастью, опять не попали.

Пригибаясь, Зола быстро побежала к «барже». Как только она осталась без укрытия, оба охранника открыли огонь. Заряды с гудением прошили воздух над головой Золы. По-видимому, оба стрелка не отличались меткостью и пытались компенсировать этот недостаток частотой выстрелов.

Впереди корпуса ТАРДИС стояли теснее, сплетаясь в запутанный лабиринт с неровными стенами. Зола нырнула в него и на время оказалась в безопасности.

Охранники разделились, намереваясь взять беглецов в клещи. Доктор и Зола, ориентируясь только по частоте сигналов отвертки, хаотично перебегали из прохода в проход, натыкаясь на тупики и вынужденно петляя.

Очередной выстрел едва не попал в Золу, украсив еще одним черным пятном броню лежащей на боку боевой ТАРДИС. Девушка бросилась в сторону и спряталась за сооружение, напоминающее теплицу. Почти все стены непонятного строения рухнули, а оставшиеся обросли плющом.

Доктор прокричал на бегу:

– Вперед! Мы уже близко!

Зола метнулась вслед за ним, но поскользнулась на пыльном полу. Она едва не упала, на секунду застыв на месте и размахивая руками. Зола увидела, что один из одетых в красно-белую форму охранников бежит к ним. Он был очень близко.

Доктор повернул направо и исчез из виду. Зола со всех ног помчалась следом. На повороте она ухватилась за что-то, похожее на желоб торпедного аппарата, и буквально влетела за угол.

– Вот она! – торжествующе воскликнул Доктор. Впереди, среди обломков и кусков обшивки стояла знакомая синяя будка.

Когда они подбежали ближе, дверь сама открылась им навстречу. Они устремились внутрь; Доктор, не останавливаясь, взбежал на центральную платформу и ударил по большой красной кнопке на панели управления. Дверь захлопнулась.

– Вот так, – сказал он, все еще не отдышавшись. – Ха! Теперь им ни за что до нас не добраться. – После этих слов Доктор рассмеялся, как мальчишка. – Спасибо, малышка. Ты всегда меня выручала, – сказал он, протягивая руки к центральной колонне и глядя на нее, будто обращался к самому кораблю.

Затем Доктор посмотрел на Золу и сказал:

– Мне уже доводилось похищать ее, чтобы улететь отсюда. Иногда мне кажется, что она хотела отправиться на поиски приключений не меньше, чем я сам.

Зола увидела на экранах консоли двоих Повелителей времени, которые возились снаружи. Сначала они попытались открыть дверь, потом выбить ее ногами. Когда у них ничего не получилось, они отошли подальше, направили пистолеты на замочную скважину и одновременно выстрелили.

Грохот, раздавшийся в комнате управления, почти оглушил Золу, но дверь ТАРДИС устояла. Оба выстрела отскочили рикошетом и скрылись в темноте кладбища. Один из охранников, смуглый, с длинной черной бородой, поднес к губам коммуникатор на запястье и что-то сказал. Зола живо представила, как по тюремному комплексу разносятся завывания сирены, извещая всех охранников о побеге.

Доктор готовил ТАРДИС к запуску.

– Что-то мне подсказывает, что нам здесь больше не рады, – сказал он саркастически. Доктор быстро нажал несколько кнопок, повернул механический циферблат на панели управления и дернул большой рычаг.

Стеклянная колонна в центре консоли ожила и засветилась ярким зеленоватым светом. Блок из переплетенных труб задвигался за стеклом, поднимаясь и опускаясь в такт с гулом двигателей ТАРДИС.

Зола схватилась за поручень и наконец-то позволила себе облегченно вздохнуть.

Внезапно корабль сильно тряхнуло. Двигатели остановились, издав протяжный стон.

– Нет. Нет-нет-нет, – торопливо пробормотал Доктор, нажимая кнопки на пульте. Он повторил свои действия еще раз и дернул рычаг. Центральная колонна снова загорелась, но лишь на пару секунд, а затем опять погасла. Двигатели натужно прогудели, будто пытаясь преодолеть какое-то сопротивление, и заглохли.

Доктор развернулся и посмотрел на Золу.

– Они изменили защитные протоколы, – сказал он. – Нам не дадут дематериализоваться.

Из коммуникатора донесся голос Смотрителя. Зола подумала, что сам он наверняка сидит где-нибудь наверху, в цитадели.

– Доктор, пора прекратить сопротивление и спокойно сдаться, – сказал он. – У твоей ТАРДИС больше нет доступа к необходимым протоколам. Ты не сможешь покинуть Галлифрей. Возвращайся в камеру. Больше с тобой переговоры вести не станут. Это все, что я могу для тебя сделать.

– Нет! – в ярости закричал Доктор. – Ты нас выпустишь.

Смотритель засмеялся в ответ и сказал:

– Боюсь, моя жизнь стоит больше твоей свободы.

– Может, и так, – серьезно сказал Доктор. – Только сейчас ты собрался впервые в жизни поступить по совести. Потому что знаешь: они совершают страшную ошибку. Я ведь прав? Ты думаешь о том, каково это – жить, чувствуя вину за гибель миллиардов. – От волнения Доктор принялся расхаживать взад-вперед по возвышению у консоли. – В глубине души ты прекрасно понимаешь, что я должен их остановить. И ты собирался передать новые защитные протоколы на мою ТАРДИС.

– Но… – Голос Смотрителя дрогнул, Зола поняла, что ему нечего возразить Доктору. – Как же Карлакс?

– Это важнее, чем Карлакс. Чем ты или я, любой из нас, в том числе и Рассилон. Ты слышал, что я сказал в Зале Совета. Если ты позволишь этому случиться, значит, ты ничем не лучше далека.

Зола услышала электрический перезвон, и на консоли ТАРДИС замигал индикатор.

– Спасибо, – сказал Доктор. – Я понимаю, чем тебе пришлось пожертвовать.

– Уж постарайся, чтобы я об этом не пожалел, – хмуро ответил Смотритель и отключил связь.

Доктор снова настроил консоль, и ТАРДИС с мерным гудением растворилась, исчезая в Вихре времени. Оставшиеся в пещере охранники обменялись растерянными взглядами.

Глава 16

Карлакс всегда недолюбливал трансмат за дрожь в пальцах, которая унималась лишь спустя час после перемещения, за то, как бешено начинали стучать его сердца в миг, когда тело распадалось на молекулы. Ему не нравился сам принцип действия этого устройства. Карлакс помнил, как после первого перемещения не спал целую ночь и все пытался понять, остался ли прежним или же процесс распыления и воссоздания его тела из элементарных частиц что-то неуловимо и безвозвратно в нем изменил.

Впрочем, уже после первой регенерации Карлакс стал гораздо спокойнее относиться к изменениям, в том числе и своей личности. Со временем он осознал, что оставаться прежним попросту невозможно, а перемены лишь добавляют новый узор к длинному полотну жизни. Главное, чтобы они помогали заполучить желаемое, а для этого их можно и подтолкнуть в нужном направлении. Кто-то мог бы назвать его манипулятором, сам же Карлакс считал такой подход на редкость практичным. Благодаря ему он сумел очень многого достичь и не видел причин изменять своим привычкам.

Именно поэтому сейчас Карлакс стоял у бывшей гробницы Лорда-Президента в Зоне смерти. Ему нужно было срочно поговорить с Рассилоном. Он хотел первым сообщить Лорду-Президенту новости, которые могут существенно повлиять на его последующие решения. Карлакс прекрасно знал, чего хочет, и был готов сделать все от него зависящее, чтобы добиться желаемого. Он давно ждал возможности отомстить, и теперь его время пришло. Доктор заплатит за все сполна.

Карлакс один раз уже бывал здесь и знал, что скрывает древняя башня, – они все знали. Верховный Совет единогласно одобрил создание машины вероятностей. Работа шла в Капитолии за закрытыми дверями. Совет внимательно следил за реализацией проекта. Когда удивительное устройство было закончено и продемонстрировано советникам, выяснилось, что ни один из них не может смотреть на него без отвращения. Они отзывались о машине как о чудовищной мерзости, и Рассилону пришлось убрать ее подальше от глаз в старую гробницу.

Впрочем, это не мешало Совету снова и снова обращаться к ней за помощью. Повелители времени знали, что Рассилон сверяет каждое свое решение с машиной вероятностей. И все же о ней – и о Борусе – вслух предпочитали не упоминать.

В одном Доктор не ошибся, и тут Карлакс был с ним согласен – они все были лицемерами. Они могли принимать важные решения и пожинать их плоды до тех пор, пока им не приходилось столкнуться с последствиями лицом к лицу.

Карлакс видел, что у Смотрителя просыпается совесть, что он утратил беспристрастность, необходимую для должного выполнения своих обязанностей, о чем не замедлил нашептать Рассилону. Инцидент с человеческой девушкой говорил сам за себя. Карлакс подозревал, что к исчезновению Доктора Смотритель тоже причастен.

Ступив в полутемный зал, Карлакс тут же склонил голову, выказывая подобающее почтение. Рассилон стоял у подножия гробницы, расспрашивая Борусу. Из всего изобилия вероятностей среди хаотически переплетавшихся линий времени ему нужен был лучший вариант применения оружия.

– Расскажи мне о Слезе Иши, Боруса. Укажи путь к настоящей победе. Что нужно сделать, чтобы использование Слезы причинило планам далеков максимально возможный вред?

Карлакс поежился при виде машины, металлический каркас которой висел над саркофагом, чтобы Рассилону было удобнее общаться. В глазах Карлакса машина выглядела трупом, ожившим покойником, иссохшим телом, накачанным чужой жизненной силой. Вихрь времени пронизывал голову мертвеца, наполняя ее невообразимыми чудесами и кошмарами. Лицо Борусы окутывал мягкий свет регенеративной энергии.

– Линии времени стали туманны, – пробормотал Боруса. – Я не вижу нужного тебе пути. Вероятности непрерывно изменяются, возможен любой исход. Вмешался неопределенный фактор, он… лишает обычную картину стабильности.

– Неопределенный фактор? – переспросил Рассилон. – Что это? Оружие далеков?

– Нет, мой Лорд, – ответил Боруса. – Нечто иное. Крошечный узелок, несущий в себе новые возможности. Он неприметно скользит среди нитей времени, по-новому переплетая ткань прошлого и будущего.

– Ты изъясняешься загадками, – со злостью сказал Рассилон. – Загадками и шифрами. Я не понимаю!

Карлакс замер у входа, не зная, как быть. С одной стороны, он должен был сообщить Президенту новости, с другой – ему не хотелось попадать под горячую руку.

– Лорд-Президент? – робко подал он голос.

– В чем дело, Карлакс? – недовольно поинтересовался Рассилон. – Ты же видишь, я занят.

– Прошу прощения, Лорд-Президент, но я принес ужасные вести из Капитолия, – ответил Карлакс. – Наши планы могут оказаться под угрозой. Я решил незамедлительно оповестить вас.

Рассилон махнул рукой, подзывая его к себе.

Карлакс пересек гробницу. Рассилон стоял у машины вероятности, и необходимость приблизиться к созданию, некогда бывшему Борусой, наполняла Карлакса страхом. Хоть он и презирал Совет за желание убрать измененного Борусу как можно дальше от Капитолия, рядом с машиной вероятностей ему становилось не по себе. То, что раньше было Борусой, посмотрело прямо на Карлакса своими жуткими мерцающими глазами, и губы его скривились в нехорошей ухмылке, словно существо знало о Повелителе времени что-то, чего он сам не знал. Карлакс вздрогнул. На миг он задумался, какие мысли могут быть в голове этого создания, что оно может увидеть, глядя на него.

– Ну? Продолжай, – велел Рассилон.

– Это Доктор, – ответил Карлакс. – Он сбежал.

Рассилон стиснул зубы, пытаясь сохранить самообладание.

– Сбежал? – В голосе Президента прозвучали стальные ноты. Карлакс понял, что слова для ответа придется подбирать очень тщательно.

– Можно с полной уверенностью утверждать, что ему кто-то помог, – сказал он. – В наших рядах скрывается предатель. По записям можно легко проследить, кто обеспечил ТАРДИС Доктора доступом к защитным протоколам.

– Займись этим. Виновник заплатит за его побег.

Карлакс подумал, что в ближайшие дни Совету придется подыскивать нового кандидата на должность Смотрителя, и с трудом сдержал улыбку.

– Как быть с Доктором? – поинтересовался Карлакс. – Он наверняка постарается помешать командору Парфею поместить Слезу Иши внутрь Ока Тантала.

– А вот и неопределенный фактор, – пробормотал Рассилон. Он посмотрел на Борусу и ненадолго задумался. Вскоре он принял решение. – Теперь все ясно, Карлакс. Доктор – ренегат, отступник. Он весьма четко обозначил свою позицию: он намерен выступить против нас. Мы не можем позволить ему вмешиваться в ход событий. Есть только один надежный способ обезопасить себя.

– Да, мой Лорд?

– Доктор должен умереть, Карлакс. Только так мы можем быть уверены, что он нам больше не помешает.

На этот раз Карлакс не стал сдерживаться и довольно улыбнулся. Рассилон меж тем продолжил:

– Столь серьезную миссию я могу доверить только тебе.

– Мне? – проблеял Карлакс, мгновенно впадая в панику. Этот приказ был для него совершенно неожиданным. Карлакс не привык действовать самостоятельно. Он выстроил свою карьеру на том, что манипулировал другими. Последний раз он летал на ТАРДИС в далекие годы, когда был учеником Академии. – Мой Лорд, вы уверены, что я обладаю качествами, необходимыми для выполнения подобной задачи?

– Абсолютно, – ответил Рассилон. – Ведь ты сильнее, чем кто-либо из нас, желаешь его смерти.

Лорд-Президент оказался более наблюдательным, чем можно было ожидать. Карлакс не знал, как заставить его изменить принятое решение. Он рад был заварить эту кашу, но расхлебывать?.. Оставалось утешать себя мыслью, что не каждому в жизни выпадает шанс заглянуть в глаза умирающему Доктору.

– Как прикажете, мой Лорд.

– Великолепно. Не будем терять время. Свяжись с Агентством Небесного Вмешательства, пусть окажут содействие. Если тебе уготована роль пули, они станут ружьем.

– Я сейчас же займусь этим, – ответил Карлакс. Он развернулся и почти покинул зал, когда его догнал голос Рассилона.

– Карлакс? Еще кое-что.

– Да, мой Лорд?

– Если не справишься, лучше не возвращайся.

Карлакс похолодел от ужаса. Громко сглотнув, он пробормотал:

– Моя жизнь или жизнь Доктора. Да, я понял.

Карлакс был совершенно не рад, что все так обернулось. Но одно он знал наверняка: что бы ни случилось, он заставит Доктора страдать.

Часть третья

В оке Тантала

Глава 17

ТАРДИС висела посреди Вихря времени; вокруг неподвижной будки бушевал фиолетово-синий шторм. Зола смотрела на его проекцию под куполом комнаты управления. Вихрь терзал корпус ТАРДИС снаружи, но внутри все было спокойно.

Девушка стояла на краю центрального помоста спиной к консоли. Она чувствовала себя слегка не в своей тарелке от того, что не нужно было никуда бежать. В последнее время они только и делали, что убегали: из разрушенного города, с базы далеков, из тюрьмы Повелителей времени. Отовсюду. Зола осознала, что всю жизнь мечтала сбежать с Молдокса. Спрятаться в тихом и спокойном месте, которое она могла бы назвать домом.

Теперь Зола смотрела на вещи несколько иначе. Ее взгляд скользил по всполохам Вихря времени, и она задавалась вопросом: а вдруг вся Вселенная столь же опасна и жестока? Судя по тому, с чем столкнулась Зола в последние дни, так оно и было.

Ей не верилось, что можно наконец просто посидеть в тишине.

Доктор бродил по комнате, словно пытаясь что-то найти.

– Что будем делать? – спросила Зола, подпирая щеку рукой. – На Молдокс мы вернуться не можем, на Галлифрей – тоже.

Доктор остановился и сказал:

– Мы помешаем Повелителям времени уничтожить Спираль Тантала. Вот что мы сделаем.

Зола не представляла, как два беглеца в будке могут справиться с такой задачей. Впрочем, она тут же решила, что уныние ни к чему хорошему не приведет, и заставила себя собраться.

– Предположим, у нас получится, – сказала Зола. – Мы не дадим Повелителям времени уничтожить Око…

– Предположим, – эхом отозвался Доктор, глядя на Золу.

– Как быть с далеками? Как мы остановим их? Ты позволишь им выстрелить из своего супероружия по Галлифрею?

– Почему нет? – спросил в ответ Доктор. Да, он злился на Повелителей времени. И не без причины. Они не просто не стали его слушать, но обернулись против него, когда он пытался помочь. Повелители времени показали ему свое истинное лицо. Но Зола не верила в искренность его слов.

Сейчас многое из того, что говорили о Повелителях времени, казалось ей правдой. Пожалуй, они действительно не так уж сильно отличались от далеков.

«Все, кроме одного», – с улыбкой подумала Зола. Доктор был другим. Она ни на секунду не поверила, что он будет стоять в стороне, глядя, как уничтожают Галлифрей.

– Ага, нашел! – воскликнул Доктор. Зола обернулась. Ей было интересно, что же так обрадовало Доктора. Она села, привалившись спиной к перилам, и подобрала ноги к груди, давая им отдохнуть.

Доктор стоял на четвереньках, разглядывая что-то, спрятанное под консолью.

– Что там? – спросила Зола.

– Подожди… – ответил Доктор с ужасно сосредоточенным лицом. Он даже высунул кончик языка от усердия, пытаясь достать какую-то вещь из-под панели управления. – Вот! – довольно воскликнул он, сжимая в руке небольшой черный предмет. Доктор подбросил его высоко в воздух и снова поймал. – Это послужит им уроком, – сказал он, вставая на ноги.

– Что это? Что ты нашел?

Доктор приблизился к Золе и протянул руку: штука, найденная под консолью, была сделана из гладкого пластика и имела овальную форму. Зола никогда раньше ничего подобного не видела.

– Устройство слежения, – объяснил Доктор. – Я знал, что они это сделают. Люди Смотрителя установили его перед тем, как отвезли мою малышку на кладбище.

– Значит, ты думаешь, что они придут за нами? – спросила Зола. Такая перспектива не радовала. Общения с Повелителями времени ей хватило на всю жизнь. Даже, пожалуй, на две жизни.

– Вполне может быть, – ответил Доктор. – Если, конечно, смогут найти. Они знают, что мы намерены отобрать у них Слезу. Наверняка они отправят солдат, чтобы нас остановить.

Зола вздохнула. Когда же это закончится?

– Так что насчет далеков? – спросила она.

– О чем ты? – удивился Доктор.

– Брось, Доктор, ты же говорил не всерьез. Что ты на самом деле собираешься предпринять? Если далеки уничтожат Галлифрей, им никто не помешает уничтожить и всех остальных.

– Я пока ничего не придумал, – ответил Доктор, сдвинув густые брови.

– А другой вариант ты не рассматривал? – Золе нелегко дался этот вопрос. Она ненавидела себя за то, что решилась его озвучить, но промолчать тоже не могла.

– Нет никакого другого варианта, – отрезал Доктор.

Зола покачала головой.

– Ты можешь позволить Повелителям времени воспользоваться Слезой. Что, если Рассилон прав? На одной чаше весов – несколько миллиардов рабов далеков, на другой – гарантия безопасности остальных жителей Вселенной…

– Зола, так нельзя. – Доктор выглядел взбешенным. – Мы не вправе распоряжаться жизнями миллиардов. Никто не должен иметь такую власть.

– Но отказываясь от нее, мы отдаем эту власть далекам. Разве нет?

– Я что-нибудь придумаю, – сказал Доктор. – Я всегда нахожу решение. Пусть и в самом конце. Но я точно не позволю Повелителям времени убить столько людей.

Зола кивнула. Дематериализатор далеков лежал на полу рядом с ней. Она потянулась и взяла его в руки, просто чтобы лучше рассмотреть. В дизайне черной пушки не было и намека на красоту. Оружие, воплотившее в себе чистую ненависть, практичное и смертоносное.

– Где ты его взяла? – настороженно спросил Доктор.

– Там, где ты его оставил, – ответила Зола.

Доктор опустился на корточки возле девушки и потянулся к пушке. Зола с готовностью отдала ему дематериализатор.

– Я оставил его на Галлифрее, в Зале Совета.

– Видимо, они захотели его вернуть.

– Хм-м-м, – пробормотал Доктор, поворачивая оружие в руках то одной, то другой стороной. – Да, так я и думал.

Он показал Золе незаметное черное устройство, закрепленное у основания ствола, и отсоединил его.

– Кажется, они хотели подстраховаться, – усмехнулся Доктор. – У меня репутация человека, которого непросто удержать в клетке.

Он положил оба найденных устройства на пол, встал и смял их каблуком. Доктор топтал маячки до тех пор, пока от них не остались лишь сломанные детали и кусочки пластика.

– Последили, и хватит, – сказал он. Затем встал перед Золой и протянул ей руку. – Пойдем, тебе стоит отдохнуть.

Зола потерла глаза и замотала головой:

– Не стоит, я ничуть не устала.

– Тебе нужно поспать.

Только после этих слов Зола осознала, как сильно вымоталась на самом деле: в глаза будто песок насыпали, боль от ментального сканирования так до конца и не прошла, а ноги ныли при каждом движении.

– Ну, может, немного поспать не помешает, – согласилась она.

– Как поднимешься, первая дверь налево, – сказал Доктор, указывая на ведущую наверх лестницу. – Там можно найти местечко для сна.

Зола постаралась отряхнуть куртку, но та была слишком грязной.

– Да, – продолжил Доктор. – Там же в шкафу должна быть чистая одежда. Бери, что хочешь.

– Спасибо, – поблагодарила Зола и подошла к лестнице. Впервые она почувствовала себя в безопасности, хотя и знала, что долго наслаждаться покоем ей никто не даст. Это было лишь затишьем перед бурей. В любом случае, Зола намеревалась воспользоваться им, чтобы восстановить силы.

– Ты уже знаешь, что будешь делать? – спросила она Доктора. – В смысле, как ты остановишь Повелителей времени?

Доктор улыбнулся и сказал:

– Я всегда действую… по обстоятельствам.

Его слова рассмешили Золу.

– Я тоже, – кивнула она и поднялась по лестнице.

Ориентироваться внутри ТАРДИС оказалось несколько сложнее, чем просто найти «первую дверь налево». За упомянутой Доктором дверью обнаружился небольшой сад, где росли оливковые деревья, а вдоль дорожки стояли лавочки. Завершал картину мраморный фонтан в виде обнаженной девушки, льющей воду из кувшина. Зола осмотрелась и насчитала не меньше пяти других дверей. За одной ее встретили самые настоящие джунгли, густые, шумные и пахнущие дождем. За следующей находился гигантский вольер со множеством пестрых щебечущих птиц. Затем она попала в химическую лабораторию со старомодными деревянными столами, спиртовками, вентилями и шкафами с бесчисленными пробирками. Наконец Зола нашла спальню. Кто бы здесь ни жил, он явно считал, что заправлять постель и убираться в комнате – пустая трата времени. Зола решила оставить все как есть, забралась под одеяло и быстро погрузилась в столь необходимый ей сон.

После пробуждения Зола первым делом откопала в шкафу подходящие по размеру джинсы и футболку с надписью «Greenpeace». Она понятия не имела, что значит это забавное слово.

Девушка бегом спустилась обратно в комнату управления. Доктор что-то чинил или переделывал в консоли.

– Сколько я спала? Почему ты меня не разбудил? – возмущенно спросила она.

Доктор невозмутимо посмотрел на нее и ответил:

– Тебе нужен был отдых.

– Но Слеза! Мы же опоздаем!

Доктор не удержался от смеха.

– Зола, – сказал он, – это машина времени. Мы в Вихре, а значит, всего в одном шаге от любого события.

– Я тебя не понимаю.

– Представь себе реку, – сказал Доктор. – Она течет и течет. Это время, а ТАРДИС парит над рекой. Обгони течение, и ты сможешь нырнуть в будущее. Двигайся против него, и окажешься в нужной точке прошлого.

– Поверю тебе на слово. Так каким будет наш первый шаг? – спросила Зола.

– Вернемся в Спираль Тантала. Флот Повелителей времени должен будет появиться рядом с Оком, чтобы поместить внутрь Слезу.

– А потом?

– А потом посмотрим, как пойдет, – ответил Доктор. – Держись!

Зола ухватилась за край консоли. Доктор стремительно возвращал ТАРДИС к жизни. Двигатели взревели, готовясь переместить будку в Спираль Тантала – место, которое Зола еще недавно называла домом.

Проекция Вихря под потолком резко сменилась видом бездонного звездного неба.

– Остается лишь надеяться, что далеки нас не за… – Доктор замолчал на полуслове. ТАРДИС содрогнулась, как от удара.

– Что случилось? – встревоженно спросила Зола.

Доктор схватился за рукоять на панели управления и двинул ее по кругу, голографическая проекция под потолком сместилась, меняя угол обзора. На фоне космоса показались пять белых боевых ТАРДИС, очень похожих на те, что Зола видела на кладбище под Капитолием. Впрочем, отличие все же было: на корпусах этих кораблей она разглядела устрашающего вида оружие. Боевые ТАРДИС взяли их в кольцо.

– Засада, – мрачно сказал Доктор. – Они знали, когда мы материализуемся. Должно быть еще одно следящее устройство. – Доктор посмотрел на Золу и ударил себя ладонью по лбу. – Ну конечно! Я должен был догадаться.

– Догадаться о чем? – спросила она, глядя на небольшой экран, показывающий окружившие их корабли.

– Ты! Это ты!

Зола сделала шаг назад, не зная, как реагировать на слова Доктора.

– Что? При чем тут я? – спросила она.

Доктор покачал головой.

– Должно быть, они поместили на тебя передатчик, когда сканировали зондом.

По мнению Золы, слово «сканировали» не слишком подходило для той пытки, которой ее подвергли Карлакс со Смотрителем. И девушке абсолютно не нравилось то, что Повелители времени продолжали использовать ее, чтобы добраться до Доктора. Но подумать об этом Золе не дали: из коммуникатора послышался знакомый высокий голос:

– Ты весьма проницателен, Доктор.

– Карлакс, – сказал Доктор. – Я должен был догадаться. А рядом наверняка парочка приятелей из Агентства?

– Именно, – подтвердил Карлакс. – Надо сказать, твой побег впечатлил нас. Впрочем, тебя всегда было сложно удержать под замком.

Доктор посмотрел на Золу с видом «я же тебе говорил».

– Вот только это ничего не меняет, – продолжал Карлакс. – Командор Парфей скоро доставит Слезу Иши в Око Тантала. Ты и твоя спутница, как и миллиарды других, будете считаться погибшими в результате ее использования.

Бросив взгляд на экран, Зола заметила, что на поверхности одной из боевых ТАРДИС появилось нечто, очень похожее на жерло торпедного аппарата. И оно было нацелено прямо на них.

– Доктор, – предупреждающе произнесла Зола.

– Я знаю, – не оборачиваясь, ответил он.

– Доктор, я серьезно думаю, что нам…

– Я знаю, – произнес он с нажимом в голосе.

– Так сделай что-нибудь!

Смотрящее на них отверстие полыхнуло огнем. Доктор кинулся к рычагам на пульте управления, бросая ТАРДИС вниз, прочь от кольца боевых кораблей.

Торпеда скользнула в пустоту, оставляя за собой яркий след. Несколько мгновений спустя она взорвалась, никому не причинив вреда.

Вражеские ТАРДИС пришли в движение.

– Держись за что-нибудь. Сейчас будет трясти, – предупредил Доктор.

Сразу за этим последовал толчок: Доктор остановил ТАРДИС, а затем резко бросил ее в сторону, заставляя закрутиться волчком.

Зола почувствовала, как желудок подскочил чуть ли не к горлу. Она закрыла глаза, надеясь, что так будет легче переносить бешеное вращение. Но лучше, увы, не стало.

Синяя будка совершила кувырок и снова ринулась вниз, на этот раз дном вверх, уходя с траектории очередной торпеды. Доктор дернул рычаг: корабль сделал бочку, пытаясь стряхнуть одну из боевых ТАРДИС, севшую им на хвост.

– Ты же знаешь, что сопротивление бесполезно, – вновь заговорил Карлакс через коммуникатор. – Подумай об этом. Не лучше ли уйти благородно, с достоинством, зная, что твое время вышло?

– Узнаю тебя, – ответил Доктор. – Всегда готов сдаться при встрече с трудностями. Если я и умру, то в бою.

– Как пожелаешь, – ответил Карлакс, обрывая связь.

Одна из боевых ТАРДИС приблизилась на расстояние выстрела, но Доктор непрерывно маневрировал и постоянно менял курс, не давая прицелиться.

– Стреляй! – завопила Зола.

– Не могу!

– Что значит, не можешь? – удивилась она.

– У нас нет оружия! – Им обоим приходилось кричать, чтобы услышать друг друга из-за рева двигателей.

– Почему?

– ТАРДИС. Она его не любит, – ответил Доктор, вцепившись в панель управления. Он отклонился назад, словно надеялся, что этим поможет кораблю быстрее развернуться.

– Не любит?! – Зола схватилась бы за голову, если бы не боялась отпустить консоль. – Скажи, я что-нибудь могу сделать?

– Просто держись, я попытаюсь дематериализоваться. Это даст нам немного времени. – Он резко дернул рычаги, когда преследовавшая их ТАРДИС выпустила новую торпеду.

На этот раз им не удалось уклониться, и тонкий серебряный цилиндр врезался в полицейскую будку, взорвавшись ослепительной белой вспышкой.

Комнату управления сильно тряхнуло, Зола упала на колени, а в следующий момент все замерло. Коротко охнули и замолчали двигатели, потускнели огни на стенах. По неподвижной голограмме внешнего обзора Зола поняла, что они остановились.

– Что произошло? – спросила она.

Доктор в сердцах стукнул по пульту управления кулаком и ответил:

– В нас попали временной торпедой. Теперь мы застряли в поле стазиса и не можем двигаться.

– Супер, – сказала Зола. – И зачем я вообще вылезла из постели?

На голограмме они увидели, что одна из боевых ТАРДИС приблизилась вплотную с явным намерением взять их на абордаж.

– Наверняка это Карлакс, – предположил Доктор. – Хочет сполна насладиться своей победой.

– Мы можем хоть как-то помешать ему проникнуть сюда? – спросила Зола.

– Попробуем…

Краем глаза Зола заметила какое-то движение. В следующую секунду боевая ТАРДИС неожиданно взорвалась, вспыхивая гигантским цветком. Комнату управления снова тряхнуло. Как Зола ни пыталась, она не могла разглядеть, что вызвало взрыв.

Внутренние измерения уничтоженного корабля продолжали разворачиваться, напоминая Золе увиденное на кладбище. ТАРДИС становилась все больше и больше, заполняя собой обозримое пространство. Перед глазами Золы проплывали выброшенные в открытый космос предметы: разбитые мониторы, сломанные кресла, скафандры.

Доктор вновь повернул рукоять на пульте, меняя угол обзора. Группа гладких черных кораблей атаковала боевые ТАРДИС. Они кружились в смертельном танце, обмениваясь выстрелами.

Зола была уверена, что еще секунду назад никаких черных кораблей поблизости не было.

– Кто это? – спросила она.

– Корабли-невидимки далеков, – ответил Доктор. – Сканеры Повелителей времени не могут их обнаружить. Они прячутся в Вихре времени, как охотники, поджидающие добычу, чтобы нанести удар в подходящий момент.

Ракета, выпущенная одной из ТАРДИС, поразила борт противника. Мощный взрыв отбросил черный корабль в сторону, и тот беспомощно завертелся, потеряв управление.

ТАРДИС заложила вираж, чтобы добить его, но другой черный корабль успел ее перехватить. Залп пушек невидимки прошил броню и разнес боевую ТАРДИС в клочья.

– Мы же просто идеальная мишень! – произнесла Зола, чувствуя, что вот-вот запаникует. – Можно же хоть что-нибудь сделать?

Доктор отрицательно покачал головой.

– Нам остается лишь надеяться, что сначала они предпочтут разобраться с более опасными противниками, – ответил Доктор. Тем не менее, Зола отметила, что руки его по-прежнему лежат на пульте управления.

Двум ТАРДИС удалось поймать один из черных кораблей под перекрестный огонь, и миг спустя он превратился в огромный огненный шар. Эта крошечная победа ничего не изменила: далеков было слишком много. Зола не могла назвать точную цифру, но явно больше десяти. У воинов Галлифрея не было ни малейшего шанса.

Последние боевые ТАРДИС погибли практически одновременно.

Зола увидела, как раскрываются их внутренние измерения, и ее ладони взмокли. Она знала, что произойдет дальше: далеки испепелят их корабль. Останется лишь обугленный каркас, медленно плывущий в космической бездне.

Первый из кораблей-невидимок уже направлялся к ним. Доктор щелкнул тумблером на панели управления, и двигатель загудел, быстро наращивая мощность.

– Ты же сказал, что нас заморозило каким-то там темпоральным пузырем! – удивилась Зола.

– Нет, такими старыми трюками меня не остановишь. Я в свое время позаботился об этом и немного улучшил щиты.

– Так ты… просто тянул время?

– Именно, – ответил Доктор и резко ударил по консоли. В ту же секунду ТАРДИС устремилась навстречу кораблю далеков. Доктор чуть-чуть не рассчитал траекторию, и таранный удар пришелся в бок невидимки. ТАРДИС проделала в корпусе противника большую дыру и помчалась дальше. Корабль-невидимка медленно вращался вокруг своей оси, из пробоины вырывались облака мгновенно замерзающего в открытом космосе газа.

– Быстрее увези нас отсюда! – прокричала Зола. – Дематериализуйся. Их слишком много!

Доктор в ответ ткнул пальцем в экран монитора.

– Там выживший.

Она присмотрелась. Экран был заполнен изображением подбитой боевой ТАРДИС. Среди искореженных обломков комнаты управления Зола разглядела крошечную фигуру бьющегося в агонии человека.

– Ты же не собираешься…

– Вообще-то собираюсь, – сказал Доктор и дернул рычаг. ТАРДИС на крошечную долю секунды нырнула в Вихрь и вынырнула среди обломков. Корабли-невидимки далеков спешили к ней со всех сторон.

Зола толком не успела сообразить, что случилось. Внезапно пол оказался засыпан какими-то обломками, фрагментами коралловой колонны, серым куском переборки, половиной разбитой консоли, которая все еще разбрасывала снопы искр. Среди всего этого лежал спасенный Повелитель времени.

Одетый в алую мантию и шапочку, он судорожно сжимал руками горло, явно страдая от удушья. Яркая кровь сочилась из его глаз, носа и губ, кожа была покрыта волдырями от ожогов, но Зола все равно узнала его.

– Это Карлакс, – громко сказала она.

– Позаботься о нем, – ответил Доктор.

– Но я…

– Просто займись им, – прорычал он, перебивая Золу.

ТАРДИС тряхнуло, когда Доктор бросил ее в сторону, уходя от очередного выстрела далеков.

Он чертыхнулся, дернул рычаг дематериализации и снова выругался. ТАРДИС послушно скрылась в Вихре времени.

Зола стояла на коленях, придерживая голову Карлакса; тот был очень плох и с трудом дышал. Пребывание в вакууме почти убило его. Впрочем, Зола подозревала, что Карлакс все равно не выживет. По его телу пробегали волны странного свечения; оно то появлялось, то исчезало, словно свет проходил прямо сквозь плоть Карлакса.

Зола не знала, что делать. Она даже не была уверена, что тела Повелителей времени и людей устроены одинаково.

Доктор подошел и склонился над ее плечом.

– А далеки? – спросила, не оборачиваясь, Зола.

– Здесь они нас не найдут, – ответил Доктор, опускаясь на корточки. Он пощупал пульс на шее Карлакса. – Мы опоздали. Он уже начал регенерировать.

Карлакс закашлялся. Густая темная кровь выплеснулась изо рта на грудь и растеклась по складкам мантии.

– Помоги мне, – попросил Доктор Золу. Он обхватил Карлакса и потянул вверх, заставляя сесть. Тот зашелся в новом приступе кашля. – Бери его за ноги.

Вместе они подняли Карлакса. Он был гораздо тяжелее, чем казался на вид. Когда они подтащили его к лестнице, Зола спросила:

– Куда мы его понесем? В медицинский отсек?

– Нет, – ответил Доктор. – В Нулевую комнату.

– Нулевую комнату? – переспросила Зола, пыхтя от напряжения. Доктор начал подниматься по лестнице спиной вперед, стараясь держать голову и плечи Карлакса повыше.

– Там он сможет спокойно завершить регенерацию. А самое главное, не будет путаться у нас под ногами: дверь Нулевой комнаты можно запереть снаружи.

– Зачем ты вообще ему помогаешь? Он пытался нас убить. Надо было оставить его умирать.

– Помнишь нашу первую встречу, на Молдоксе? Что ты тогда делала?

– Сражалась с далеками, – ответила Зола, пожимая плечами.

– Потом, после того, как я приземлился.

– Я не знала, можно тебе доверять или нет, и угрожала тебе ружьем.

– Именно, – сказал Доктор. – Но я же не оставил тебя снаружи в компании с тем далеком.

Зола глубоко вздохнула.

– Ты серьезно хочешь сказать, что мы его неправильно поняли? Доктор, Карлакс действительно собирался нас убить.

– У каждого должен быть второй шанс, Зола. Тем более что сейчас он может стать совсем другим человеком.

Они подняли Карлакса по лестнице и потащили по коридору. Доктор, не оборачиваясь, открыл ногой одну из дверей.

Комната, в которую они занесли Карлакса, оказалась абсолютно пустой. Мебели не было, на стенах горели такие же круги, как в комнате управления.

– Кладем его, – сказал Доктор, и они опустили Карлакса прямо на пол. Свечение, окутывавшее его бледную кожу, стало заметно интенсивнее; особенно ярко светились лицо и руки.

– Это регенерация? – спросила Зола.

– Да, начинается. Нам лучше не мешать ему, – сказал Доктор, уводя Золу из комнаты. В коридоре он достал из кармана брюк маленький ключ и запер дверь. – Вот так. В ближайшее время Карлаксу будет, чем заняться. Кстати, на чем мы остановились?

– На том, что собирались помешать целому флоту Повелителей времени совершить геноцид, – отозвалась Зола.

– Ну, конечно! – воскликнул Доктор таким тоном, будто она только что подсказала ему, где он забыл очки. – Так пойдем и помешаем!

Глава 18

При взгляде на флот Повелителей времени, заполонивший экран, Зола присвистнула.

– Я и представить не могла, что их будет столько.

Они вышли из Вихря у внешних границ Спирали Тантала. Доктор направил сенсоры на корабли Повелителей времени и увеличил изображение. Огромный флот ТАРДИС неторопливо подбирался к Оку.

Кораблей было так много, что Зола даже приблизительно не могла сказать, сколько их. Может, пятьсот, может, тысяча – они ползли через экран монитора, как гигантская стая, решительно следующая за вожаком.

Далеки атаковали Повелителей времени, разбившись на группы по пять-десять кораблей. Хотя иногда им удавалось уничтожить отдельные ТАРДИС, они не могли нанести этой армаде ощутимого урона. На глазах у Золы звено боевых ТАРДИС покинуло строй и схватилось с далеками, отвлекая их от основного флота.

– Похоже, они сделали ставку на грубую силу, – сказала она. – Они так и будут идти к Оку, верно? А сколько при этом погибнет, значения не имеет.

– Они солдаты, – произнес Доктор так, словно это все объясняло.

– Не уверена, стоит ли спрашивать, но как, черт возьми, мы сможем их остановить? В смысле, у нас даже оружия нет, если не считать мой старый излучатель и одну темпоральную пушку.

Доктор приблизил лицо к монитору, почти уткнувшись в него носом.

– Вот она, – воскликнул он. Доктор ткнул пальцем в экран, тем самым полностью загораживая то, что хотел показать. – Это ТАРДИС Парфея. Готов спорить на что угодно, Слеза именно там. Никому другому он бы ее не доверил.

Доктор выпрямился и убрал руку от монитора. Корабль командора окружал плотный строй из двадцати боевых ТАРДИС, каждая из которых несла тяжелое вооружение.

– Да мы даже близко не подойдем! – озвучила свое мнение Зола.

Доктор нажал несколько кнопок на пульте, и вместо изображения на экране появился ряд вращающихся символов. Доктор пристально изучил их, а затем сказал:

– Нам незачем к ней подходить. Мы сразу попадем внутрь.

Командор Парфей стоял на мостике своей ТАРДИС, обозревая пространство перед Оком Тантала. Он сделал купол и стены комнаты управления прозрачными, отчего складывалось впечатление, будто командор парит над бездной на большой серой платформе.

Группа боевых ТАРДИС окружала флагман, надежно защищая его со всех сторон. Вдали полыхали вспышки – там, где флот Повелителей времени сдерживал натиск врага по левому флангу. Око Тантала лежало прямо по курсу. Казалось, оно гневно смотрит на командора, не желая, чтобы он приближался.

Темпоральная энергия Ока воздействовала на двигатели и навигационные приборы ТАРДИС, поэтому они не могли просто уйти в Вихрь и вынырнуть у цели. Для их миссии это было слишком рискованно. Необходимость подбираться к Оку в космосе заставляла Парфея нервничать. Он чувствовал себя недостаточно защищенным от вражеских атак.

Командор опустил взгляд на трех офицеров, стоящих за консолями.

– Доложите обстановку, – велел он.

– По курсу все чисто. Еще чуть-чуть, и выйдем на нужную дистанцию, – ответил лейтенант.

– Отлично, – сказал Парфей. – Держать строй.

Далеки все прибывали и прибывали, их корабли продолжали выходить из Вихря времени. Бой разгорался с каждой минутой.

ТАРДИС Парфея, тем не менее, по-прежнему находилась в самом центре защитного построения и продолжала двигаться к цели. Командор пригладил бороду и приказал продолжать операцию в соответствии с планом.

Он только собрался затребовать отчет о состоянии флота, как резко загудела сирена.

– В чем дело?! – закричал он на офицеров. – Немедленно докладывайте!

Лейтенант поднял голову, поворачиваясь к Парфею. Судя по выражению лица, он был близок к панике.

– Не знаю, командор. Системы говорят об угрозе столкновения.

– Столкновения? С чем? В нас выпустили ракеты?

– Никак нет, – ответил лейтенант. – Датчики говорят, что это устройство для путешествий во времени.

Справа от мостика замерцал воздух, раздался низкий протяжный гул: что-то явно вознамерилось материализоваться прямо в комнате управления флагмана. Парфей схватился за пистолет.

– Командор, это ТАРДИС, – сказал один из офицеров, имени которого Парфей не помнил. Ему вообще было трудно запоминать их имена: они слишком часто умирали и слишком быстро сменяли друг друга.

– ТАРДИС? Но это же безумие! Оба корабля разорвет в клочья! – закричал Парфей, глядя, как кто-то пытается пробиться сквозь их защиту. – Вы, что, не можете его остановить?

– Я пытаюсь, командор, – ответил лейтенант. – Я усилил наши щиты до предельной мощности.

Внезапно раздался металлический перезвон, и посреди комнаты управления появилась синяя будка с надписью «ПОЛИЦИЯ».

– Слишком поздно, – едва сдерживая гнев, сказал Парфей. – Они уже здесь.

– Вот мы и на месте, – выдохнула Зола.

– На месте, – эхом отозвался Доктор, направляясь к двери. На полпути он остановился и обернулся к Золе. На его лице застыло выражение непоколебимой решимости. – Возьми ружье, – сказал он. – Но ни в коем случае не вздумай стрелять.

Зола подобрала ружье с пола и поспешила вслед за Доктором.

Они вышли из ТАРДИС вместе. В первую секунду Зола подумала, что Доктор напутал с координатами и они промахнулись, – ей показалось, что они шагнули прямо в открытый космос.

В панике она огляделась, инстинктивно пытаясь найти укрытие, но вокруг была лишь бесконечная пустота, в которой разворачивалась яростная битва между Повелителями времени и далеками.

Она сделала вдох и лишь тогда поняла, что по-прежнему может дышать, а гравитация надежно удерживает ее на ровной серой платформе. Доктор не промахнулся, они были внутри другой ТАРДИС.

Успокоившись, Зола смогла трезво взглянуть на ситуацию. Их синяя будка материализовалась посреди комнаты управления ТАРДИС, но здесь все было устроено иначе, чем на корабле Доктора. К примеру, здесь было три консоли вместо одной; они представляли собой одинаковые невысокие темно-серые шестиугольники. В отличие от ТАРДИС Доктора, на этих пультах управления не было старых деревянных рычагов и странных самодельных приборов, лишь ровные ряды аккуратных кнопок. Золе они показались ужасно скучными.

Размеры комнаты управления поражали воображение: она была в три-четыре раза больше той, что в ТАРДИС Доктора. Благодаря прозрачным стенам и потолку с мостика командора открывался прекрасный вид на разворачивавшуюся в космосе битву.

За каждым из пультов управления стоял Повелитель времени; все трое были одеты в знакомую красно-белую униформу, как и стража Смотрителя в Капитолии.

На высокой платформе в центре комнаты Зола заметила высокого дородного мужчину с густой черной бородой. Одетый в черную мантию и красную шапку, он с неприкрытой злобой смотрел на незваных гостей. Очевидно, это и был командор.

– Ты! – громогласно взревел он, потрясая пистолетом в левой руке. – О чем ты только думал! Твой дурацкий фокус мог привести к столкновению временных потоков. Нас обоих разнесло бы в клочья!

Доктор пожал плечами.

– Да ладно тебе, Парфей. Ты же не думаешь, что я настолько безрассуден? – Он широко улыбнулся.

Командор недоверчиво сощурился.

– По-моему, твоя последняя выходка доказывает это лучше всяких слов, Доктор. Я думал, ты в тюрьме на Галлифрее.

– Рассилон тоже так думал, но даже Лорд-Президент не всегда получает то, что хочет.

– Извини, Доктор. Я не хочу этого делать, но ты ставишь меня в ужасное положение, – сказал Парфей, направляя пистолет на Доктора.

– Не столь ужасное, как у тех, кого ты вот-вот уничтожишь, – возразил Доктор.

– Если ты попробуешь хоть что-то… – продолжил командор.

Зола кашлянула, привлекая к себе внимание, и подняла ружье.

– Поосторожнее с угрозами, – сказала она.

Заряженный излучатель в ее руках заставлял офицеров у консолей заметно нервничать, но каждый оставался на своем посту. Доктор встал рядом с одним из них, посмотрел на пульт и покачал головой – это явно было не то, что ему нужно. Затем он подошел ко второй консоли и пробежался по ней взглядом. Видимо, он нашел, что искал, так как принялся быстро нажимать на кнопки.

Стоящий рядом офицер – пилот, предположила Зола, – возмущенно спросил:

– Что вы делаете?!

– Задаю новый курс, – ответил Доктор. – Мы вообще-то угоняем эту ТАРДИС.

– Вы с ума сошли?! – возмутился офицер и попытался оттеснить Доктора от пульта.

– Отойди, – попросил Доктор. – Тебя это не касается.

Офицер снова попытался оттолкнуть его.

– Поверь, мне стыдно за то, что я сейчас сделаю, – грустно сказал Доктор.

– Что?..

Резкий удар в челюсть отправил офицера в нокаут. Доктор потряс ушибленными пальцами, морщась от боли.

– Как же я это не люблю! – недовольно пробормотал он. – Мне куда больше нравится, когда люди прислушиваются к моим словам.

Он резко пригнулся и прыгнул вправо. Заряд прошел прямо над его левым плечом и оставил черный след на верхней панели консоли. Парфей держал пистолет в вытянутой руке.

– Это был предупредительный выстрел, Доктор, – сказал он. – Надеюсь, ты понимаешь, что я настроен весьма серьезно.

Выпрямившись, Доктор подошел к командору, отнял у него пистолет и отбросил в сторону.

– Я пытаюсь тебе помочь, Парфей. Поверь мне, ты не захочешь жить с такой ношей.

– В угол! – приказала Зола двум оставшимся у пультов офицерам, подкрепляя свои слова выразительным движением излучателя и вместе с тем не выпуская из поля зрения командора.

– Не волнуйся, – сказал Доктор, возвращаясь к консоли. – Я быстро. Нужен всего лишь небольшой прыжок в будущее.

Теперь, когда ему никто не мешал, он продолжил нажимать клавиши, задавая флагману новый курс. Зола услышала отдаленный гул двигателей. Ровный тихий шум резко контрастировал с ревом, который издавала ТАРДИС Доктора.

– Надо сказать, я невысокого мнения о твоей ТАРДИС, – заявил Доктор командору. – Она у тебя… безвольная.

– Ты заплатишь за это жизнью. Ты же это понимаешь? – спросил Парфей.

– Моя жизнь в обмен на миллиарды других. – Доктор пожал плечами. – Неплохой расклад. К тому же я уже достаточно пожил. Скажи, Парфей, ты хотя бы задумывался о том, что едва не сотворил?

– Не стоит читать мне проповеди, Доктор, – ответил командор. – Конечно, я понимаю всю тяжесть этой ситуации. Вот только выбора у нас нет. Далеков необходимо остановить.

– Как говорят в Англии, есть несколько способов снять шкуру с кота, – наставительно произнес Доктор. – Хотя это выражение всегда казалось мне странным. Зачем вообще так поступать с кошками?

Зола поняла, что Доктор снова в своей стихии. В его глазах появился мальчишеский задор, он наслаждался происходящим. Ей стало интересно, каким бы он был, если бы война не давила на него своей тяжестью? Глядя на него сейчас, она просто не могла удержаться от улыбки.

Вид внешнего пространства резко изменился. Око исчезло, а вместе с ним и флот ТАРДИС, сражавшийся с далеками.

Они замерли в одиночестве посреди бездны. Мир вокруг был объят тьмой, лишь несколько редких звезд мерцали во мраке космической ночи. Прямо перед ними висело раздутое тело умирающего красного гиганта. Когда-то яркое светило теперь напоминало тлеющий уголь – все, что осталось от пламени, полыхавшего на протяжении миллионов лет. Его поверхность казалась тонкой и бледной, почти прозрачной.

– Куда ты нас привез? – поинтересовалась Зола у Доктора.

– Это конец Вселенной, – ответил вместо него Парфей. – Здесь не осталось ничего. Лишь медленно умирающие звезды. Когда и их свет померкнет, наша Вселенная исчезнет.

– Оказывается, в душе ты романтик, – сказал Доктор. – Может быть, для тебя еще не все потеряно, Парфей.

– Я не могу позволить тебе помешать нам, Доктор. Слеза – наша последняя надежда, – медленно проговорил командор.

– Мы найдем другой способ. Это не выход. Этого просто нельзя допустить, – ответил Доктор. Он подошел к соседнему пульту и нажал несколько кнопок в строгой последовательности одну за другой. – Вот так. Теперь Слеза готова.

– Ты хочешь запустить ее в эту звезду? – спросила Зола.

Доктор кивнул.

Внезапно Парфей с ревом сорвался с места и бросился на Доктора. Золе очень хотелось разрядить в него ружье, но Доктор запретил стрелять, что бы ни случилось. Кроме того, она боялась попасть в самого Доктора, поэтому ограничилась лишь тем, что навела излучатель на Парфея.

Командор опрокинул Доктора на консоль. Из-за случайно нажатых кнопок ТАРДИС накренилась на правый борт.

– Не тронь управление! – зарычал Парфей. Он схватил Доктора и поднял его над консолью. В следующий миг командор с невероятной силой швырнул противника на пол. Доктор приземлился на бок и скривился от боли и ярости.

Он поднялся с пола и тут же бросился на командора, пригнув голову. Доктор врезался плечом в грудь Парфея и сбил его с ног. Они упали, Парфей яростно замолотил Доктора кулаками по спине. Тот откатился в сторону, уходя от ударов.

Зола бросила взгляд на двух Повелителей времени, стоявших в стороне, и показала им ружье, чтобы у них не возникло мысли вмешаться.

Доктор уже был на ногах, тогда как более массивный Парфей еще только пытался встать.

– Парфей, постой. Это просто глупо. Почему бы нам не… – заговорил Доктор, но командор в ответ пнул его по ногам; Доктор упал, чудом не ударившись головой об угол консоли. Он откатился назад и со стоном сел.

Золе надоело на это смотреть. Она подбежала к пульту и крикнула:

– Какая кнопка?

– Красная, – выдохнул доктор.

Зола пожала плечами. Могла бы и догадаться – это всегда красная кнопка. Зола ударила по ней кулаком.

– Глупая девчонка! – со злостью выкрикнул Парфей. Он и Доктор наконец встали, отряхивая одежду.

Под ногами раздался отчетливый механический стук и короткая серия звуков, как будто там один за другим разжались захваты. Парфей кинулся к пульту; пальцы командора забегали по клавишам.

– Слишком поздно. Выполняется программа запуска. Слезу уже нельзя остановить.

Когда заработали ходовые двигатели Слезы, ТАРДИС сотрясла легкая дрожь. Прямо у них под ногами появилась ракета, которая бесшумно помчалась к центру красного гиганта.

Ракета была совсем маленькой. Оружие, которое, по словам Повелителей времени, могло причинить колоссальные разрушения и уничтожить миллиарды жизней, не производило впечатления. Зола подумала, что оно, наверное, похоже на ТАРДИС – внутри больше, чем снаружи.

Они стояли и молча ждали, когда Слеза Иши достигнет звезды.

– На мой взгляд, самое время для стратегического отступления, – заметил Доктор.

Парфей по-прежнему стоял у консоли. Он нажал несколько кнопок, и ТАРДИС начала медленно отдаляться от красного гиганта.

Ракета превратилась в крошечное пятнышко, едва заметное на фоне умирающей звезды.

– Ничего не происходит, – сказал Парфей.

– Просто смотри дальше, – ответил Доктор. Прошла буквально секунда, и в глубине звезды появилась слабая тень. Маленькая черная точка начала увеличиваться, расплываться, как нефтяное пятно на воде. Оно росло все быстрее и быстрее, поглощая окружавшее звезду красное свечение.

– Звезда коллапсирует. Слеза стягивает ее к гравитационной сингулярности.

– Доктор, ты идиот, – сказал Парфей. – Слеза Иши была нашим лучшим шансом на устранение угрозы далеков. А ты просто взял и выбросил ее. – Он протянул руку и помог своему лейтенанту встать на ноги – тот только пришел в себя и оглядывал комнату мутным взглядом. – Они заставят тебя заплатить за это, – добавил Парфей.

– Не сомневаюсь, – ответил Доктор. – Но это не отменяет того, что я поступил правильно.

Последние отблески алого сияния угасли, коллапсирующая звезда начала засасывать окружающую материю. Пол ТАРДИС завибрировал: двигатели пытались противостоять притяжению.

– Теперь можно вернуться, – удовлетворенно произнес Доктор.

Парфей подобрал пистолет и направил его на Доктора.

– Стоило бы убить тебя прямо сейчас. За всех, кого ты обрек на гибель.

Доктор встретил его взгляд с вызовом.

– Отлично, – сказал он. – Давай, раз уж собрался. Я только что помешал тебе стать убийцей, но если тебе так хочется…

Парфей заколебался. Наконец он опустил оружие и произнес:

– Пошел прочь. Убирайся с моего корабля.

Доктор молча развернулся и направился к своей ТАРДИС. Зола последовала за ним, продолжая держать командора на мушке. Впрочем, она видела, что Парфей полностью утратил воинственный настрой.

Доктор открыл дверь, и они перешагнули порог синей будки.

Внутри Зола с облегчением выдохнула и бросила ружье на пол.

– Поверить не могу, что мы справились.

Доктор улыбнулся.

– Да, пожалуй, мы справились. Но боюсь, наши проблемы на этом не закончились. Нам все еще нужно остановить далеков, в то время как разгневанные Повелители времени будут требовать моей крови, – обрисовал ситуацию Доктор.

– И как ты собираешься со всем этим разбираться? – поинтересовалась Зола.

– Есть кое-что, что мы должны сделать в первую очередь, – ответил Доктор. – Вернуться на Галлифрей.

– Что?! – Зола не поверила своим ушам. – Ты точно сумасшедший.

Доктор засмеялся:

– Ты мне льстишь.

Глава 19

Синяя будка появилась на выступе скальной гряды, у подножия которой раскинулась дикая пустошь.

Дверь ТАРДИС открылась, и наружу вышла Зола. Ледяной ветер мгновенно растрепал ее волосы; глаза заслезились. Она обхватила себя руками, пытаясь согреться.

За спиной девушки показался Доктор. Он закрыл за собой дверь ТАРДИС и посмотрел на поросший вереском болотистый пустырь. Редкие разрозненные деревья высились над густой травой. По бледно-голубому небу медленно плыли белые облака.

– Ты же говорил, что мы вернемся на Галлифрей, – удивилась Зола.

– Да, – отозвался Доктор. – Пожалуй, мне стоит объяснить.

Зола выжидающе посмотрела на него и поднесла пальцы к губам, согревая их дыханием.

– Ну? – наконец спросила она.

– Это Галлифрей, – ответил Доктор. – В некотором смысле. Небольшой фрагмент дикой местности, запечатанный в темпоральном пузыре. Повелители времени ласково называют его Зоной смерти, – усмехнулся он. – Не слишком приятное местечко.

– Чудесно, – сказала Зола, притопывая от холода. – Зона смерти. Напомни, что мы здесь забыли? – На открытой каменной площадке она чувствовала себя крайне неуютно.

– Здесь проводились Игры Рассилона. Участникам приходилось драться насмерть против различных инопланетных тварей, перенесенных сюда из далеких миров, – сказал Доктор, уходя от ответа.

– Я всегда знала, что Повелители времени – хорошие парни, – саркастически произнесла Зола.

– Это было очень давно, в первую Эпоху Рассилона. Он выстроил здесь гробницу. – Доктор повернулся и указал на черный шпиль вдалеке. – Вон та Черная башня.

– Гробница? – удивленно спросила Зола. – Но он же жив. Мы встречались. О чем, кстати, я очень жалею.

– Все немного сложнее. Сущность Рассилона бессмертна. В древние времена он отказался от телесной формы и несколько тысячелетий провел здесь, в гробнице. Ему долгое время поклонялись как истинному королю прошлого и будущего. В начале войны с далеками Рассилона воскресили: Повелители времени пришли к мнению, что именно такой лидер им нужен.

– И не ошиблись с выбором, как я погляжу, – ехидно заметила Зола.

– Увы, – сказал Доктор, заглядывая за край уступа.

– Ты так и не ответил на мой вопрос.

– Какой именно?

– Зачем мы здесь?

– Затем, чтобы устроить побег, – сказал Доктор. – У Рассилона в башне… кое-кто заперт. Его зовут Боруса, и нам нужна его помощь.

– А ты не мог высадить нас поближе? – спросила Зола, продолжая согревать дыханием руки.

Доктор отрицательно покачал головой.

– В этом вся загвоздка. Если у тебя нет доступа к трансмату, как у членов Верховного Совета, до башни приходится добираться своим ходом. Это наследие Игр, которое заодно служит отличной защитой Рассилону и всему, что он прячет в своей старой гробнице.

Зола кивнула.

– Что ж, давай посмотрим, можно ли здесь спуститься. – Она подошла к краю и тоже посмотрела вниз. Увиденное заставило ее издать нечто среднее между криком и испуганным визгом.

– Что там? – встревоженно спросил Доктор, подбегая к Золе.

– Это! – ответила девушка, указывая пальцем на огромную ящероподобную тварь, которая бродила среди вереска и бодро жевала траву.

У двадцатиметрового монстра было четыре толстых, как у слона, ноги и невероятно длинная змеиная шея. Зеленую шкуру покрывали пластины прочной хитиновой брони. На маленькой голове поблескивали черные глаза, а в пасти виднелись большие острые зубы. Хвост раскачивался из стороны в сторону, приминая вереск.

– Что это?

– Примитивная форма жизни из очень далекого прошлого Галлифрея. В какой-то момент Повелители времени перестали похищать существ из других миров и переключились на свою собственную планету. Его не должно здесь быть: этот вид вымер задолго до появления Повелителей времени.

Зола посмотрела на гигантского ящера, мирно жевавшего листья упавшего дерева.

– Надеюсь, у него нет больших плотоядных родственничков.

– Ну… – протянул Доктор.

Зола быстро повернулась к нему.

– Серьезно? – спросила она.

– Насчет их особо тревожиться не стоит, – ответил Доктор. – Они такие большие, что мы заметим их издали. По-настоящему опасны плотоядные муравьи. Вот кто укусит, так укусит.

Зола тут же посмотрела под ноги. Вереск рос даже здесь, у края скалы. Она принялась торопливо отряхивать джинсы над ботинками. Доктор засмеялся.

– Ты неисправим, – сердито сказала Зола, стукнув его по руке. Но губы девушки невольно растянулись в улыбке. В конце концов, немного легкомыслия ей сейчас как нельзя кстати.

Они спустились вниз и медленно двинулись через поле. Каждый шаг давался Золе с большим трудом: ботинки постоянно путались в высокой траве. Изредка налетали порывы ветра, столь сильные, что едва не сбивали с ног. Хищников видно не было. Муравьев, к счастью, тоже.

– Так что такого особенного в этом Борусе? Как он сможет помочь нам против далеков? – спросила она.

Доктор выглядел смущенным, когда отвечал на этот вопрос.

– Боруса может видеть будущее и прошлое. Всю паутину линий времени, вероятность различных событий и их взаимосвязь. Он видит, как каждое действие во Вселенной создает новые возможности развития истории. Сквозь его сознание непрерывно движется Вихрь времени. Рассилон использует Борусу, чтобы направлять ход событий в боях с далеками по наиболее выгодному для Повелителей времени пути.

– Он таким родился?

– Нет, – ответил Доктор. – Борусу таким сделали. Его персональную линию времени подвергли ретроконструкции. Рассилон создал машину, с помощью которой рассчитывал найти способ закончить войну.

Зола не совсем поняла, что он имел в виду (к примеру, что значит подвергнуть кого-то ретроконструкции), но решила, что все узнает в свое время.

– Так твой приятель расскажет нам, как победить далеков?

– Можно и так сказать, – ответил Доктор. – Мы доставим его в Око Тантала, где он поможет нам изменить будущее.

– Конечно, – с долей ехидцы протянула Зола. – Привезем его в самое Око. Доктор, в твоем плане так много смысла, что я его просто не вижу.

Зола посмотрела на черную башню вдали. Неожиданно поблизости раздался тоскливый, похожий на противотуманную сирену вой очень большого зверя. Глаза Золы распахнулись от ужаса.

– Не бойся, – сказал Доктор. – Это один из тех мирных травоядных, которых ты уже видела. Он просто решил пообщаться с сородичами.

Зола облегченно вздохнула и поинтересовалась:

– Интересно, что он хотел сказать этим жутким воем? Может, у них брачный сезон?

– Нет. – Доктор покачал головой. – Больше похоже на сигнал опас… – Он остановился и посмотрел на Золу. Судя по взгляду, Доктор понял что-то важное. – Пожалуй, это было слишком близко, – сказал он.

Землю сотряс громоподобный рев. У Золы задрожали колени, а волосы на затылке зашевелились от ужаса.

Позади послышался нарастающий грохот исполинских шагов. Зола сглотнула, страх буквально приковал ее к месту. На лице Доктора застыло удивление.

Зола медленно обернулась.

Увиденное существо походило на чудовище из детских кошмаров. Оно было огромным, в два раза выше, чем старые типовые здания Молдокса, и невероятно уродливым. Две мощные ноги поочередно впечатывались в мягкую землю. Там, где Зола ждала увидеть передние лапы, торчали два крошечных крыла, покрытых белыми и фиолетовыми перьями. Позади болтался короткий толстый хвост, служивший противовесом непропорционально крупному черепу. Тварь приближалась, раскрыв утыканную длинными острыми зубами пасть, над которой быстро мигали один за другим четыре маленьких глаза. Прямо сейчас их взгляд был сфокусирован на Докторе и Золе.

– Ты же говорил, что мы заметим их издали! – возмутилась девушка.

– Я просто хотел тебя успокоить, – ответил Доктор, хватая Золу за руку. – Видишь вон те камни? – спросил он, указывая на груду булыжников у подножия скалы. Зола согласно кивнула. – Бежим!

Девушка помчалась по неровной земле так быстро, как только могла. Мышцы ног отозвались протестующей болью, но сейчас Зола ее не замечала – она даже на несколько шагов опередила Доктора.

Тварь стремительно нагоняла их и возбужденно хлопала короткими крылышками в предвкушении скорого пиршества. Из огромной пасти сочилась слюна.

Ботинок Золы зацепился за камень, и она упала, инстинктивно выставив руки вперед. Вблизи гор мягкая почва сменилась полосой жесткого суглинка. При ударе о землю запястья и ладони обожгло резкой болью. Не теряя скорости, Зола перекатилась через плечо, вскочила на ноги и продолжила бежать.

Тварь за их спинами снова издала раскатистый первобытный рев. Золу будто ударили под дых. Ей часто приходилось слышать, как о выстреле или взрыве мины говорили «оглушительный», но она никогда не задумывалась, насколько громким должен быть звук, чтобы на самом деле оглушить человека. Рев древней твари был именно таким. Золе показалось, будто в уши набилась земля – из всех звуков в мире остался только невнятный звон.

На нее обрушилось чувство нереальности происходящего, все вокруг стало похоже на сон. Неужели она действительно бежит по полю далекой планеты, пытаясь спастись от хищного, напоминающего динозавра монстра?

Подножие гор было уже близко. Скалы опоясывали долину черным гранитным кольцом; даже спускаться по их склону было нелегко, но только сейчас Зола сообразила, что вскарабкаться наверх они просто не смогут, не успеют. Чудовище прижмет их к подошве гор, и тогда им некуда будет деваться. Это не спасение, это тупик.

– Доктор! – в ужасе закричала она, зная, что все равно не сможет услышать его ответа.

Шаги доисторического хищника приближались. Зола ощущала, как под ногами сотрясается земля. Слух возвращался урывками, но те короткие звуки, что она могла разобрать, только сильнее сбивали с толку. Зола чуть сбавила шаг.

Она подбежала к самому склону и огляделась. Скала стеной уходила вверх. Зола не увидела ничего, что могло бы им помочь, кроме большого валуна, лежащего среди камней поменьше. Неужели Доктор рассчитывал спрятаться за ним от этой твари?

Доктор снова схватил ее за руку и потащил за собой вдоль стены. Преследовавший их хищник не успел остановиться и, развернувшись боком, врезался в каменный склон.

Зола оглянулась на бегу: встреча со стеной не отбила у твари желания полакомиться ими. Покачиваясь и мотая головой, монстр спешил за Доктором и его спутницей.

– Сюда! – Доктор указал на узкую расщелину в скале. – Забирайся!

– Туда? – крикнула Зола.

– Быстрее! – Доктор тоже повысил голос. Он отпустил девушку и махнул рукой в сторону расщелины. Зола подбежала к ней и боком протиснулась внутрь. Она надеялась, что в глубине появится хоть немного свободного места, где можно будет укрыться, пока эта жуткая тварь не потеряет к ним интерес.

Зола забиралась все глубже; острые камни больно врезались в спину и руки. Сквозь узкий просвет она видела, как Доктор пятится к расщелине, направив на существо отвертку. Судя по всему, универсальный инструмент Повелителя времени должного впечатления на монстра не произвел.

– Доктор! – закричала Зола.

– Уже иду! – бросил он через плечо и исчез из поля зрения. Через секунду он уже протискивался в расщелину вслед за девушкой.

Существо обиженно взревело и попыталось протаранить скалу, чтобы добраться до ускользнувшей из-под носа добычи. Опустив голову ниже, оно с шумом втягивало воздух и всматривалось в расщелину своими мигающими глазами. Оно громко фыркнуло, и слюна брызгами полетела в пещеру, попав Золе на лицо и волосы. Скривившись от омерзения, девушка попыталась вытереться, но лишь размазала липкую слизь по щеке. Тварь глухо заворчала, ее горячее дыхание наполнило расщелину запахом гнилого мяса.

– Здесь мы в безопасности. Подождем, пока она не уйдет, – сказал Доктор. Зола почувствовала, как его ладонь успокаивающе легла на плечо. А потом заметила, что одной рукой Доктор опирается о стену расщелины, а в другой держит отвертку. И похолодела от ужаса.

Зола стремительно развернулась, больно ударившись плечом о торчащий из стены каменный выступ, и вскрикнула от страха и удивления.

Перед ней стоял худой бледный человек в белом халате. Впрочем, Зола сомневалась, что он на самом деле был человеком: его лицо непрерывно менялось. На долю секунды оно застывало в одном состоянии, а в следующий миг будто плавилось и перетекало в другую форму, затем в третью, еще и еще, пока вновь не возвращалось к первой, ко второй – и далее по бесконечному кругу. Кроме того, оно мерцало янтарным светом, очень похожим на то свечение, что Зола не так давно видела на лице Карлакса.

Фигура незнакомца была какой-то призрачной, как будто он настоящий находился где-то в другом месте, а перед ней стояла лишь его голографическая проекция. Тем не менее, Зола чувствовала тяжесть руки на своем плече. На непрерывно изменяющемся лице практически невозможно было прочесть эмоций. Зола понятия не имела, враждебно он настроен или нет.

– Не бойся, – сказал Доктор. – Он не причинит тебе вреда.

Незнакомец повернулся, сделал шаг в глубь пещеры и поманил их за собой беззвучным движением руки.

– Что это за существо? – шепотом спросила Зола.

– Повелитель времени, – с горечью ответил Доктор.

– Повелитель времени?

– Да. Помнишь, я говорил тебе о Борусе?

Зола кивнула и спросила:

– Так это он?

– Нет, не он, хотя и в похожем состоянии. Думаю, это жертва ранних экспериментов Рассилона. Результат его не устроил, и он выбросил этого Повелителя времени в Зону смерти.

– Эксперименты? Я не понимаю, о чем ты говоришь, – сказала Зола.

– Рассилон решил поиграть в те же игры, что и далеки. Он брал Повелителей времени и подвергал их персональную линию времени ретроэволюции. Рассилон грубо вмешивался в естественный ход развития их генетической структуры, заставляя мутировать в нечто иное. Вот в это, например, – сказал он и указал на спину идущего впереди существа.

– Что у него с лицом? – спросила Зола.

– Ты видела его бывшие и будущие воплощения, – ответил Доктор. – Различные лица, которые у него были – и могли бы быть, замкнутые в бесконечный цикл перерождений. Его лишили лица и личности: тело находится в состоянии непрерывного изменения, а сознание погружено в бурлящую энергию Вихря времени.

Зола не знала, что сказать. Слова Доктора внушали ужас, но никоим образом не пробуждали доверия к мутировавшему Повелителю времени. С другой стороны, по сравнению с голодным чудищем снаружи этот тип не выглядел серьезной угрозой. Они шли друг за другом: первым их странный проводник, потом Зола, а за ней Доктор.

Вскоре проход расширился, и девушка наконец смогла развернуть плечи и идти нормально, а не протискиваться боком между каменными стенами. Зола почувствовала, что подступившая было клаустрофобия благополучно рассеялась. В мягком свете, который излучал измененный Повелитель времени, стало видно, что расщелина ведет к полноценной системе подземных пещер, связанных друг с другом туннелями. Это место было похоже на гигантскую кроличью нору.

Они уходили все дальше и дальше в подгорную темноту. Неожиданно Зола уловила знакомый запах костра. Чем дольше они шли, тем отчетливее пахло дымом. По-видимому, проводник вел их в свой лагерь, находившийся где-то поблизости. Зола надеялась, что так и будет: мышцы ног мучительно ныли. Возможность посидеть и отдохнуть была крайне заманчивой, несмотря на мысль о том, что ради отдыха тесное пространство какой-нибудь пещеры придется делить с подозрительным светящимся типом.

Зола предположила, что подгорные туннели стали домом для их проводника. Возможно, после того как Рассилон бросил его в Зону смерти, он нашел вход в эти пещеры так же, как и они, – случайно наткнулся в поисках безопасного места, где можно спрятаться от хищников. Выбирая между холодным темным подземельем и острыми зубами голодного динозавра, Зола тоже предпочла бы первое.

Запах костра стал заметно сильнее, он указывал им путь, как маяк. Проход, по которому они шли, часто раздваивался и менял направление, но, кажется, глубже под землю не опускался. Это давало надежду, что где-то дальше есть другой выход наружу. Зола не представляла, как они найдут обратную дорогу в запутанных темных переходах, не говоря уже о том, что здесь тоже могли водиться монстры, пусть и не такие большие, как на поверхности.

Еще какое-то время абсолютную тишину подземного коридора нарушали лишь звуки их шагов, а потом впереди послышался тихий треск костра. Туннель сделал резкий поворот, и светящийся человек скрылся за ним. Зола в нерешительности остановилась, опасаясь заглядывать за угол. Доктор подошел и положил руку ей на плечо. Не говоря ни слова, он тихонько подтолкнул девушку вперед.

Очередная развилка представляла собой пещеру с необычно ровными стенами. Два других туннеля уходили из нее в темноту. В центре, в небольшом углублении, горел костер. Измененный Повелитель времени стоял у входа; он сделал жест, словно хозяин, приглашающий гостей зайти в дом. За его спиной у костра сидели, протянув ладони к огню, еще две жертвы экспериментов Лорда-Президента. Образы утраченных воплощений непрерывно сменяли друг друга на их лицах.

Первый Повелитель времени пригласил Доктора и Золу к огню. Девушка снова заколебалась, но Доктор мягко подтолкнул ее вперед и сказал:

– Пойдем.

Он улыбнулся греющимся у костра Повелителям времени, обошел их, опустился на один из булыжников и принялся разминать шею и плечи.

Зола решила, что терять ей особо нечего, и села с ним рядом. Их проводник принялся подбрасывать дрова в костер.

– Видишь, как поднимается дым? – спросил Доктор Золу.

Густой черный дым от костра закручивался клубами и тянулся к одному из туннелей.

– Здесь должен быть другой выход на поверхность, – ответила девушка. По ее расчетам, они ушли очень далеко от входа и сейчас были гораздо ближе к башне Рассилона.

– Верно, – сказал Доктор. – Но давай немного посидим тут и отдохнем. Что скажешь?

Зола поглядела на безмолвных Повелителей времени. Измененные смотрели на пламя, но трудно было сказать, что они видят на самом деле.

– Конечно, – сказала она. – Только не слишком долго.

Доктор согласно кивнул.

Зола обвела взглядом пещеру. Здесь почти не было признаков жилья, лишь несколько соломенных подстилок и глиняных горшков. И никакой еды. Может быть, этим созданиям, навечно запертым в круге жизни и смерти, пища не требовалась?

Зола с интересом посмотрела на стены. На голом камне виднелись загадочные разноцветные полосы, но из-за слишком тусклого света их невозможно было толком разглядеть. Может, лишайник или мох?..

– Что это? – спросила Зола, ткнув Доктора локтем в бок и указывая на полосы поярче.

Он проследил за ее взглядом.

– Это рисунки, – сказал Доктор. Неожиданно его глаза загорелись любопытством. Он резво поднялся на ноги и подошел к стене. Затем бросился к костру и вытащил одну из палок. Доктор поднял ее на манер факела и развернулся, чуть не подпалив Золе волосы, – она едва успела уклониться. Доктор подбежал к стене и принялся рассматривать изображения, освещая их горящей палкой.

– Чудесно! – восхищенно выдохнул он. – Просто поразительно!

Зола подошла к нему, ни на секунду не забывая, что за ее спиной сидят трое мутировавших Повелителей времени.

Настенные рисунки оказались простыми и незамысловатыми. Судя по всему, художники использовали природные красители и собственные пальцы в качестве кисточек. Маленькие картинки покрывали всю стену целиком, а кое-где забирались на соседнюю. Они разбивались на группы, которые изображали отдельные истории. Золе эти рисунки напомнили пиктограммы в древних гробницах, рассказывающие об ушедших веках. Она даже предположить не могла, сколько им лет.

Зола следовала за Доктором; тот метался вдоль стены с импровизированным факелом в руках, стараясь рассмотреть каждую маленькую сцену. В неровном свете огня рисунки казались живыми: они словно двигались вместе с тенями. Их было так много, что у Золы разбегались глаза. Она провела пальцами по одному из них, пытаясь понять, что бы он мог значить.

В человеке с копной седых волос и в коричневой куртке Зола узнала Доктора. Рядом с ним стояла одетая в лохмотья женщина с длинными золотистыми волосами. Между ней и Доктором был нарисован большой красный цветок.

Следующая сцена изображала пятерых далеков, которые расположились тесным кольцом вокруг более крупного шестого.

Третья – огромный глаз и знакомую синюю будку рядом с ним. Зола догадалась, что эта картинка посвящена участию ТАРДИС в сражении у Ока Тантала.

Были и другие: стройная длинноволосая фигура; долговязый мужчина в синем костюме; еще один, с пышными седеющими волосами и в шляпе, убегающий от серебристого робота. Вот рыжеволосая девушка лежит, словно мертвая, рядом с чем-то, очень похожим на консоль ТАРДИС.

Зола сглотнула. Ей было страшно даже подумать о том, что это могло означать.

– Кто это? Кто все эти люди? – спросила она.

– Это я, – ответил Доктор. Примитивные рисунки его буквально заворожили. Он водил пальцем по стене, подносил к ним факел, а в некоторые едва не тыкался носом. – По крайней мере, я так думаю. Я узнаю не всех. Скорее всего, здесь нарисовано не только то, что уже было, но и то, что еще не случилось, а моя внешность может к тому времени сильно измениться.

Зола нахмурилась. То, что еще не случилось. Если на рисунке с рыжеволосой девушкой действительно была она, это не предвещало ничего хорошего. Зола заколебалась, стоит ли рассказать о нем Доктору, и решила, что нет. У нее возникло чувство, что если он увидит эту картинку, то изображенное на ней каким-то образом непременно сбудется. Лучше просто сделать вид, что она ничего не видела.

– Зачем разрисовывать тобой стену здесь, в этой глуши? – спросила Зола.

– Они рисуют то, что видят. Я не знаю почему, но по какой-то причине они видят меня, мое прошлое, настоящее и будущее. Это история моей жизни.

– Тогда тебе не стоит ее читать. Никто не должен знать своего будущего, – сказала она и почувствовала, как холодок пробежал по спине.

– Ты права, не стоит, – согласился Доктор, но не отвернулся и продолжил рассматривать рисунки на стене.

– Доктор?

– Да, конечно, – сказал он, нехотя отступая. – Возможность подсмотреть будущее – очень сильное искушение. Интересно узнать, как будут выглядеть мои следующие воплощения.

– Я бы не стала судить о внешности по этим рисункам, – заметила Зола. – Зато, уверена, ты уже видел то, что не следовало, например, свою смерть.

Доктор посмотрел на нее с подозрением и ответил:

– Будущее не предопределено, Зола. Не важно, что я увидел. Все, что угодно, можно изменить, если это еще не случилось.

Зола облегченно выдохнула. Слова Доктора вселяли надежду.

– Пора идти, – сказала она. – Нужно успеть вернуться из башни до того, как стемнеет.

Доктор выглядел расстроенным. Кажется, он предпочел бы задержаться в этой пещере подольше и внимательно рассмотреть рисунки.

– Ты смотришь на все слишком рационально, – проворчал он.

– Пожалуй, – согласилась Зола. – Жизнь на Молдоксе приучает не сидеть подолгу на одном месте, если не хочешь попасться далекам.

– Когда это закончится, надо будет показать тебе множество замечательных вещей: книги, зефир, чай «Эрл Грей», берега Рейна, пепельные океаны Астрагарда, двор царицы Клеопатры…

– Ловлю на слове, – усмехнулась Зола. Она мельком взглянула на рисунок с рыжеволосой девушкой и прочистила горло. – Тем больше у нас причин поскорее найти Борусу. Идем! – Зола подошла к левому тоннелю и почувствовала легкое дуновение ветерка. – Выход в той стороне.

Она обернулась и увидела, что Доктор вместе с тремя мутировавшими Повелителями времени идет за ней следом.

Мрачная черная башня высилась впереди. От одного взгляда на нее Золе становилось как-то не по себе.

– Не слишком похоже на гробницу, скорее уж на крепость, – сказала Зола, обращаясь к идущему рядом Доктору. Но тот лишь невнятно пробормотал что-то в ответ.

Вслед за ними шли трое Повелителей времени – недоделанные, как мысленно называла их Зола. Она постоянно ругала себя за это слово. Конечно же, они не были недоделанными, но других названий ей в голову пока не приходило. Может, многоликие? Пусть будет так.

Девушка была бы рада пообщаться с многоликими, но не знала, как себя с ними вести и понимают ли они ее.

Доктор заметил взгляд Золы.

– Они хотят помочь, – сказал он. – Они предвидели наше появление и подготовились к грядущей буре.

Зола кивнула, но промолчала, подумав о том, что еще они предвидели. Мысли о рыжеволосой девушке, лежащей на полу ТАРДИС, не давали ей покоя. Зола понятия не имела, заметил Доктор тот рисунок или нет, и не знала, кого изобразили многоликие: ее или другого человека из его прошлого или будущего – картинка была слишком примитивной, чтобы сказать наверняка. Тем не менее, рисунок из пещеры так и стоял у нее перед глазами.

Когда они подошли к башне, Зола разглядела металлические светильники по обе стороны от высоких дверей. В глубине души Зола надеялась, что гробница вблизи окажется полуразрушенной или хотя бы заброшенной, но яркий огонь ясно давал понять, что хозяин за ней присматривает.

– Спрячьтесь, – велел Доктор, указав на растущие неподалеку деревья. Зола подбежала к тому, что поближе, и укрылась за широким стволом. Многоликие остались на дороге, несмотря на слова Доктора. Наверняка эту троицу было отлично видно из башни. Зола не знала, было ли это глупым упрямством, или они просто знали, что внутри никого нет.

Так или иначе, Доктор решил не рисковать. Он подкрался ко входу, замер, прислушиваясь к звукам внутри, а затем проскользнул за двери.

Спустя пару секунд он вышел обратно и замахал руками, давая понять, что башня пуста.

Зола и многоликие поспешили ко входу.

Доктор шел первым, указывая остальным дорогу в темных коридорах башни.

– Нужно действовать очень быстро, – бросил он на ходу. – Рассилон может вернуться в любой момент, и тогда ситуация усложнится.

– Ну, не знаю, – задумчиво отозвалась Зола. – Он один, нас двое…

Доктор покачал головой.

– Помнишь перчатку на его руке? Она может дематериализовать так же, как новое оружие далеков. Нам лучше не попадаться ему на глаза.

Зола нахмурилась. Чем больше она узнавала о Рассилоне, тем больше склонялась к мысли, что Вселенная без него станет намного лучше.

Внутри башня действительно походила на древнюю усыпальницу, особенно центральный зал – огромная комната, увешанная грязными истлевшими знаменами. В центре возвышался гигантский постамент, напоминавший храмовую купель, и сама гробница.

Повсюду царило ужасное запустение. Гнетущая атмосфера самого настоящего склепа пробуждала желание как можно скорее покинуть это место.

– Он здесь, – сказал Доктор. Зола поднялась по ступеням к гробнице. Многоликие молча ждали у входа в зал. Доктор обратился к саркофагу:

– Боруса? Ты здесь?

Загудели вращающиеся шестерни. Саркофаг раскрылся, и его каменное дно начало поворачиваться, вставая вертикально. С ужасом Зола осознала, что к закрепленной на камне металлической раме был привязан живой человек, точнее – Повелитель времени. Его руки и ноги были зафиксированы ремнями, из груди и затылка торчали трубки и провода. Как у многоликих, его лицо постоянно менялось. В случае Борусы на смену бледному, морщинистому лицу старика приходило молодое, почти мальчишеское, покрытое бронзовым загаром. За ним появлялась женщина средних лет, а затем и другие. Однако глаза Борусы разительно отличались от глаз многоликих: они сверкали электрическими разрядами, будто кто-то решил пропустить ток через его череп, а глаза играли роль маленьких окон, сквозь которые можно было разглядеть, что происходит внутри. Ничего более жуткого Зола в своей жизни не видела. Существо двинуло головой и произнесло:

– Доктор.

– Боруса, я пришел, чтобы помочь тебе, – сказал Доктор. – Но сначала мне потребуется твоя помощь.

Боруса засмеялся глухим булькающим смехом.

– Случайный фактор, – проговорил он. – Узел вероятностей. Ты всегда был не из тех, кто легко сдается, Доктор. Рассилону это не понравится.

Доктор проигнорировал его предупреждение.

– Боруса, я собираюсь перенести тебя к Оку Тантала. У меня есть план, как победить далеков. – Доктор на мгновение заколебался. – Ты же видишь, да? Ты видишь, что нас ждет?

– Вижу, – ответил Боруса.

– Так ты поможешь мне?

В гробнице повисло долгое молчание. Боруса, видимо, обдумывал предложение Доктора. Золе было интересно, пытается ли он сейчас увидеть все возможные последствия своего согласия?

– Я помогу тебе, – наконец прозвучал ответ. – Но при одном условии.

– Каком именно? – спросил Доктор.

– После того как мы выполним задуманное, ты избавишь меня от страданий. Ты окончательно освободишь меня.

Доктор медленно опустил голову. По его лицу Зола поняла, что одна только мысль о выполнении этой просьбы заставляет его мучиться.

– Вихрь времени, – продолжил Боруса, – раскручивается в моей голове. Он прекрасен. Я вижу всю ткань времени, каждое мгновение, каждое малейшее решение и его последствия. Но это причиняет страшную боль, Доктор. Я не могу выносить ее. Ни одно живое существо не должно терпеть такие муки.

Зола посмотрела на Доктора, тот продолжал сверлить взглядом пол.

– Так ты поможешь мне? – спросил Боруса. – Ты остановишь машину вероятностей?

– Да, – сдался Доктор.

– Тогда мы договорились, – сказал Боруса. – Отключи меня от Матрицы. Я полечу на твоей ТАРДИС в свое последнее путешествие.

– Помоги мне, – попросил Доктор Золу. – Нужно освободить его.

Доктор запрыгнул на платформу, где стоял саркофаг, и прижался к краю металлической рамы, к которой был привязан пленник Рассилона. Он дотянулся до затылка Борусы и принялся отсоединять торчащие из черепа кабели и провода. Из пустых разъемов сочилась белая жидкость. Зола решила, что лучше ей на это не смотреть.

– Что мне делать? Отвязать его от железки? – спросила девушка, указывая на ремень, врезавшийся в левую лодыжку Борусы. Кожа вокруг него была стерта до крови.

– Нет, – испуганно воскликнул Доктор. Увидев, что Зола еще ничего не успела сделать, он тут же взял себя в руки. – Нет, этого делать не стоит. Я не уверен, что Боруса сможет держаться на ногах, учитывая, сколько времени он провел здесь связанным. Мы снимем раму целиком.

Зола кивнула. Она опустилась на корточки и осмотрела крепления. Рама была собрана довольно просто. Складывалось впечатление, что об ее устройстве вообще не задумывались до самого последнего момента, пока не стало ясно, что настоящая работа – ретроконструкция, как назвал ее Доктор, – успешно завершена.

Боруса застонал, когда Доктор вынул из гнезда на его затылке последний провод. Зола понятия не имела, что такое Матрица, но точно могла сказать, что теперь Боруса от нее отключен.

– Эй! Я нашла нужные болты, но, чтобы их открутить, нужна твоя жужжалка, – сказала Зола.

– Моя что?

– Не делай вид, что не понял.

Доктор подошел к Золе и присел рядом. Она указала на первый болт:

– Вот этот.

– Хорошо, – сказал Доктор. – Подержи раму, пока я буду ее откручивать.

Зола встала. Пока она пыталась придумать, как будет проще удерживать такой вес, трое многоликих подошли и взялись за углы рамы. Доктор нажал кнопку звуковой отвертки; болты один за другим выкрутились и со стуком попадали на каменный пол.

Еще секунда, и Боруса был освобожден. Многоликие осторожно вернули его в горизонтальное положение. Они спустились с возвышения, удерживая раму над головой. С высоты каменного постамента Зола могла видеть лицо Борусы. Взгляд мерцающих электрическими разрядами глаз был устремлен, казалось, прямо в ее душу.

– Отлично, – произнес Доктор. – Давайте вернемся в ТАРДИС, пока Рассилон не обнаружил, что кто-то взял его любимую игрушку. – Он не стал спускаться по ступеням, а просто спрыгнул с постамента и подал руку Золе, чтобы она последовала его примеру.

– Спроси его, встретится ли нам на обратном пути здоровенный голодный динозавр? – сказала Зола Доктору, кивая на Борусу. – Если выбирать между ним и Рассилоном, пусть лучше будет Лорд-Президент.

Доктор засмеялся и вышел из зала.

– Я не шучу! – выкрикнула Зола ему вслед. – Доктор? Доктор!

Трое многоликих шли впереди, словно инстинктивно выбирая дорогу. Металлическая рама покоилась на их плечах, как носилки древнего вельможи. Доктор и Зола молча брели по полю вслед за многоликими и внимательно смотрели по сторонам.

Около часа они шли по ветреной пустоши. Зола тревожно выискивала взглядом зубастую тварь, которая загнала их в расщелину, или ее сородича.

Наконец они подошли к скалам. Зола была рада увидеть синюю будку там, где они ее оставили, на одном из уступов горного склона. Солнце уже садилось, и в сгущающемся сумраке стали заметны маленькие огоньки, которые тянулись от подножия скал до площадки с ТАРДИС.

– Что это? – спросила Зола.

Доктор усмехнулся и ответил:

– Увидишь.

Когда они приблизились, Зола потрясенно охнула: около полусотни фигур выстроились в длинную изогнутую линию, указывая путь к ТАРДИС. Все они были многоликими, все до единого. Зола принялась считать, но после нескольких десятков бросила эту бессмысленную затею. Свет, что она увидела издали, исходил от их тел.

– Они пришли пожелать нам удачи, – сказал Доктор. – И указать путь.

– Их так много. – Зола посмотрела на уходящую вверх цепочку многоликих. Тут ей в голову пришла внезапная мысль. – Как им удалось не привлечь внимания хищников?

– Они видят будущее, Зола.

– А, ну да, конечно. Полезная способность.

Трое многоликих начали подниматься по узкой тропе в гору. Они подняли Борусу на вытянутых руках, чтобы его могли видеть все собравшиеся. Когда они проходили мимо, другие многоликие почтительно склоняли головы.

Зола шла вдоль цепочки светящихся Повелителей времени, не зная, как себя вести. Она подумала, что лучше всего будет следовать примеру Доктора. Тот медленно шагал за несшей Борусу троицей, опустив взгляд в землю.

Когда они поднялись к ТАРДИС, многоликие остановились, ожидая, пока Доктор откроет дверь. Он повернул ключ в замке, глянул на Золу через плечо и пригласил их войти.

Зола посмотрела, как они заносят Борусу внутрь. Радуясь, что скоро она окажется очень далеко от Зоны смерти, девушка вслед за ними зашла в синюю будку.

Глава 20

Золе становилось не по себе, когда она смотрела на помещенную в ТАРДИС машину вероятностей.

Доктор указал многоликим на место между двумя колоннами в глубине комнаты управления. То, что он сделал дальше, удивило Золу: Доктор вынул из гнезд подвешенные под потолком кабели и с их помощью закрепил раму с Борусой в вертикальном положении. Зола надеялась, что он не отключил что-нибудь действительно важное.

Ноги и руки Борусы по-прежнему были привязаны к раме. Его голова упала на грудь, но Зола видела исходящий из глаз Повелителя времени мерцающий электрический свет.

Многоликие ушли сразу после того, как занесли Борусу в ТАРДИС, никто из них не выразил желания полететь дальше. Возможно, дело было в том, что они знали, чем закончится путешествие к Оку Тантала. Надо сказать, Золу эта мысль ничуть не радовала.

ТАРДИС зависла на временной орбите. Доктор вынул пучок кабелей из-под консоли и подключил к ней машину вероятностей. Сейчас он внимательно наблюдал за ходом тестирования на мониторе, зажав в зубах звуковую отвертку.

Перехватив взгляд Золы, Доктор вынул отвертку изо рта.

– Уже почти готов, – сказал он.

– Кто, ты или Боруса?

Доктор слабо улыбнулся в ответ:

– Оба.

Что-то в нем изменилось после того, как они покинули Зону смерти. Зола отчасти связывала это с тем, что впереди их ждал новый бой. Доктор готовился к грядущей схватке и потому был более задумчив, чем обычно. Но не только это заставляло его тревожиться. Девушка не раз и не два замечала, как он смотрит на нее с непонятным выражением лица. Точно такое было у него, когда они в первый раз встретились на Молдоксе. Словно Доктор ее боялся, но Зола не могла понять, почему.

Девушка подозревала, что где-то допустила ошибку и утратила его доверие: Доктор явно не хотел делиться с ней своими планами и молчал, делая вид, что полностью сосредоточился на подключении Борусы к консоли.

Сейчас он ходил вокруг пульта управления, проверяя все по второму разу. Он подошел к Борусе и что-то тихо пробормотал ему на ухо; тот ничего не ответил. Затем Доктор дернул рычаг дематериализации. ТАРДИС дрогнула и бесшумно вынырнула из Вихря.

Зола положила руки на перила и огляделась. Доктор нажал несколько кнопок. Потолок, бывший до этого таким же серым, как и стены, стал прозрачным: над их головами раскинулось космическое пространство.

Планеты медленно вращались, выстроившись широкой спиралью вокруг Ока Тантала.

Вдали мелькали корабли далеков. Они кружились вокруг Ока, как осиный рой.

– Что будем делать? – спросила Зола. С окраины Спирали Око выглядело невероятно далеким, а тысячи кораблей далеков делали его просто недостижимым. Как они подберутся к Оку, не говоря о том, чтобы проникнуть в него?

Доктор принялся нажимать кнопки на пульте и щелкать тумблерами. Огни на стенах комнаты управления мигнули и потухли, двигатели издали протяжный стон и остановились.

– Сдадимся в плен, – устало ответил Доктор.

Они стояли практически в полной темноте, которую разбавлял лишь слабый мерцающий свет машины вероятностей.

– Сдадимся? – не поверила Зола. – После всего, что было? И ты просто заглушишь двигатели и позволишь далекам до нас добраться? – Она подняла взгляд. Око мрачно смотрело на них сквозь купол ТАРДИС. Бесчисленные корабли сновали в пространстве между оккупированными планетами Спирали. Далеки наверняка уже заметили ТАРДИС и скоро будут здесь.

– Именно это я и собираюсь сделать, – сказал Доктор. Он стоял спиной к Золе и вел себя так, будто ее не существовало.

– Не верю! Ты не можешь взять и все бросить. Мы так далеко зашли. Если далеков не остановить, они все уничтожат. Они перебьют твой народ, всех до последнего…

– Мой народ! – в ярости закричал Доктор, перебивая Золу. – Мой народ едва не сделал то же самое с твоим. Я уже не уверен, стоит ли их вообще спасать.

– Стоит, – тихо произнесла Зола. – Несмотря ни на что, они заслуживают спасения. И я знаю, ты веришь в это, иначе бы нас здесь не было.

Внезапно ТАРДИС дрогнула. Зажегся свет, заработали двигатели. Механизм центральной колонны задвигался вверх-вниз со знакомым мерным гулом.

Доктор покачал головой.

– Нет, старушка, у нас нет выбора. Я должен, тут по-другому нельзя. – С болью на лице Доктор потянулся и дернул один из рычагов на консоли.

ТАРДИС дрогнула в третий раз, двигатели загудели громче прежнего. Откуда-то из глубин корабля донесся звон колокола. Он повторялся снова и снова, заполняя собой коридоры и комнаты. Колокол продолжал звенеть размеренно и непрерывно, как метроном. В этом звуке Золе послышался крик о помощи; ей захотелось заткнуть уши.

– Она знает, что ты задумал, да? – спросила она. – Корабль понял, что ты собираешься сделать, и пытается тебя остановить, увезти отсюда. Может, стоит послушать свою ТАРДИС?

Доктор резко повернулся и замахал рукой, словно пытался прогнать Золу.

– Хватит! – закричал он со злостью. – Отстань от меня! Убирайся!

Зола попятилась, она не ожидала столь гневного отпора. Она сделала несколько шагов назад, но ее спина уперлась в перила на краю помоста.

Зола несколько раз глубоко вдохнула, собираясь с силами для продолжения разговора.

– Зачем тогда ты разрешил мне пойти с тобой? Если тебе так хорошо одному, зачем было давать мне надежду? Зачем я тебе понадобилась?

– Чтобы напоминать мне о том, кем я не являюсь.

– Ты зол из-за того, что увидел в Зоне смерти, из-за тех, кого искалечили и выбросили, как ненужные вещи. Ты боишься, потому что знаешь, к чему может привести спасение Повелителей времени. Я понимаю.

Он покачал головой.

– Дело не в этом, – ответил Доктор; гнев ушел, и в его голосе осталась лишь печаль. Плечи Доктора поникли. Он вновь повернулся к Золе лицом, и она удивилась тому, каким старым и усталым он выглядел в эту минуту.

– Значит, во мне? Ты боишься, что из-за какой-нибудь моей ошибки нас обоих убьют?

– Нет, Зола, – вздохнул Доктор. – Я боюсь, что не смогу защитить тебя. Я потерял многих. Многих друзей… – Он замолчал на несколько секунд. – Я не хочу добавлять к этому списку и твое имя. Я просто не смогу…

Зола подошла к Доктору и сказала:

– Вспомни, что я говорила на Молдоксе. Я пойду с тобой. Это мой выбор, наше общее дело. Я хочу помешать далекам так же, как и ты. Поэтому не пытайся остановить меня.

– Хорошо, – вздохнул Доктор.

– Ты все еще собираешься сдаться?

– Далеки не убьют нас. Я пару раз был для них источником серьезных неприятностей, так что им захочется позлорадствовать. Они возьмут нас в плен и привезут почти к самому Оку.

Зола нахмурилась. Она выслушала Доктора и сказала:

– Я бы не стала называть этот план безо…

– Охотник! – перебил ее громкий скрежет далека. Зола застыла. Дребезжащий голос металлического монстра не просто заполнил собой комнату управления – он, казалось, пронзил тело до костей.

Зола завертелась на месте. Она боялась, что при отключенных щитах далеки телепортируются к ним сами. Зола была уверена, что в следующую секунду они без лишних слов испепелят ее своими излучателями.

Но этого не случилось. Сигнал, передающий голос далека, пришел из глубин Спирали и был перехвачен коммуникационными системами ТАРДИС.

Доктор осторожно убрал руки от консоли и отошел в сторону. ТАРДИС, скорее всего, тоже поняла, что сопротивляться уже поздно. Центральная колонна остановилась, вместе с ней замолчал и оглушительный звон.

– Я здесь, – ответил Доктор. Его голос звучал низко и глухо, в нем слышалась тяжесть множества прожитых веков.

– Док-тор, – заговорил далек. – Убийца далеков. Карающий меч. Живая смерть. Палач. – Коммуникатор ненадолго замолчал. Зола посмотрела на Доктора, ей было интересно увидеть его реакцию на услышанное. Доктор остался невозмутим. Его лицо было серьезным и решительным. Голос продолжил:

– Это имена, которыми тебя наградили далеки, Доктор. Скажи, чувствуешь ли ты гордость, испытываешь ли наслаждение, убивая врагов?

Это было ничуть не похоже на далеков, с которыми Золе когда-либо приходилось сталкиваться. Нет, голос был тем же, но в нем слышался острый ум и даже доля некоторого уважения к собеседнику.

– Смерть никогда не доставляла мне удовольствия, – ответил Доктор. – Больше всего на свете я ценю жизнь. Я не такой, как вы. Я не далек.

– Что не мешает тебе безнаказанно уничтожать нас. Поверь, Док-тор, далеки тоже ценят жизнь.

Доктор рассмеялся, но в его смехе Зола расслышала сожаление.

– Вы цените исключительно жизнь далеков, – сказал он. – Все ваше существование сводится лишь к потреблению и уничтожению. Вы паразиты на теле мироздания.

– Далеки – высшая форма жизни во Вселенной. Все прочие не имеют значения.

– Вот, – вздохнул Доктор. – Теперь ты заговорил, как настоящий далек, и я наконец услышал, что ты думаешь на самом деле.

– Ты исключение, Док-тор. Мы тобой восхищаемся, мы почитаем тебя. Одно твое появление внушает моим сородичам ужас. В мире нет большей чести. Я жажду личной встречи с тем, кто вселил страх в сердца целого вида. Нам есть, чему у тебя поучиться.

Лицо Доктора скривилось от кошмарных комплиментов.

Зола почувствовала ком в горле. Ей хотелось, чтобы Доктор оборвал связь, заткнул этого монстра, запустил двигатели и улетел как можно дальше отсюда. Было бы здорово хоть раз в жизни оказаться где-нибудь, где нет ни далеков, ни Повелителей времени, ни войны.

В то же время Зола понимала, что не может просить Доктора об этом. Он был прав: выбора у них нет. План Доктора – единственная возможность подобраться достаточно близко, чтобы машина вероятностей оказалась внутри Ока и помогла им победить этих монстров.

– Я прибыл для переговоров, – заявил Доктор.

– Далеки не ведут переговоров, не торгуются, не заключают сделок, – ответил металлический голос из коммуникатора.

– Я так и думал.

Золу терзали сомнения, а вдруг Доктор ошибся в расчетах? Сейчас ТАРДИС – идеальная мишень. Далеки разнесут их в клочья раньше, чем Доктор успеет хотя бы запустить двигатели. Он положился на желание далеков позлорадствовать, и это было чертовски рискованно с его стороны.

– Мы встретимся с тобой, Охотник, перед тем как ты будешь у-нич-то-жен, – сообщил далек. – Тебя ждет аудиенция Круга вечности. Ты будешь говорить с нами, а затем умрешь.

– Поразительное великодушие, – сказал Доктор и посмотрел на Золу с выражением «я же говорил». Он выглядел настолько довольным собой, что у девушки даже немного улучшилось настроение. Она не удержалась и показала Доктору язык.

Неожиданно что-то дернуло ТАРДИС в сторону. Зола схватилась за поручень, а Доктор вцепился в рычаги на консоли. Корабль двигался как-то странно, пол непривычно раскачивался под ногами.

– Что?.. – хотела спросить Зола, но замолчала. Доктор сосредоточенно смотрел вверх. Она проследила за его взглядом: сквозь прозрачный купол виднелось около десяти кораблей далеков. От нижней части ближайшего из них отделялись энергетические кольца голубого цвета, летящие к ТАРДИС. Далеки взяли их на буксир гравитационным лучом и тянули за собой к Оку Тантала.

– Как ты думаешь, куда они нас тащат? – еле слышным шепотом спросила Зола.

Прежде чем ответить, Доктор потянулся к консоли и нажал на кнопку, по-видимому, чтобы далеки не смогли подслушать их разговор, хотя ничего похожего на микрофон Зола в комнате управления не видела.

– Командный центр далеков висит на орбите над Оком, – сказал Доктор. – Именно там располагается их так называемый Круг вечности. Туда они нас и доставят. – Он указал пальцем на маленькую черную точку, еле заметную на фоне приближающегося Ока Тантала.

– Круг вечности? Я думала, что всеми далеками управляет император.

– Император далеков экспериментирует, – ответил Доктор. – Он санкционировал создание новых разновидностей далеков, рассчитывая с их помощью получить преимущество в войне. Насколько мне известно, Круг вечности – особая группа далеков, ответственная за разработку новых видов вооружения и координирующая разрозненные во времени военные усилия далеков.

– Похоже на Совет Повелителей времени, – сказала Зола.

Доктор поморщился, словно проглотил что-то горькое.

– Да, – сказал он. – Думаю, ты права.

Она бросила взгляд на Борусу. Золе было тяжело смотреть на распятое на металлической раме тело. Видеть в нем живое существо тоже было непростой задачей. Девушка попыталась сосредоточиться на его непрерывно изменяющемся лице, но вскоре почувствовала головокружение. Боруса в ответ сверлил ее своими мерцающими глазами. Интересно, видел ли он ее будущее, знал ли, удастся им выжить или нет?

Тут в голову Золы пришла неожиданная мысль.

– Минуточку, – сказала она. – Так ты знал, что далеки будут вести себя именно так, как ты планировал? Что они не смогут устоять перед искушением и захотят увидеть твою смерть собственными глазами?

Доктор усмехнулся в ответ:

– Их реакцию я мог и без Борусы предсказать.

Зола представляла себе командный центр далеков чем-то вроде обитаемого спутника; на деле же он больше походил на гигантский летающий город. Бесчисленные купола гнездились среди скоплений шпилей и антенн. Материал внешней оболочки – далеканий, судя по всему, – сверкал, как полированная бронза, отражая сияние Ока. Сотни, если не тысячи, кораблей кружили вокруг станции, словно пчелы, оберегающие матку.

Но даже огромный командный центр казался ничтожным на фоне Ока Тантала. Зола впервые смогла рассмотреть его со столь близкого расстояния. Сквозь прозрачный потолок ТАРДИС она увидела ядро аномалии – огромную трещину в ткани реальности, полыхающую разрядами чистой энергии. Рубиновое сияние окутывало разлом.

Теперь Зола легко могла сказать, почему аномалию назвали Оком: ядро служило зрачком, а клубы мягко светящегося разноцветного газа окружали его, подобно радужке. Внутри этого колоссального газового облака время сходило с ума. Оно ускорялось и замедлялось, начинало идти вспять. Поведение времени в этой зоне было настолько непредсказуемым, что его невозможно было описать никакими законами физики.

Зола видела, как звезды яростно вспыхивают, рождаясь, чтобы через несколько секунд превратиться в раздутых умирающих гигантов. Другие коллапсировали и загорались снова, возвращаясь к пылающей жизни с самого края гибели. Зола задумалась о том, что стало с исследователями, которые отважились проникнуть в глубь Ока. Может, они все еще изучают его, навечно запертые в промежутке между жизнью и смертью. Ждет ли их самих подобная судьба, если им удастся осуществить свой план, или ТАРДИС сумеет вырваться из аномалии?

Зола вмиг забыла все, о чем думала, когда увидела еще одно сооружение далеков – чудовищный цилиндрический ствол планетарного уничтожителя. Именно этому орудию они с Доктором должны помешать выстрелить.

Зола сглотнула. Она понятия не имела, как они это сделают. Орудие было размером с три луны. Точнее говоря, оно и было тремя планетоидами, которые далеки собрали вместе на орбите Ока и стянули сетью стоек и узлов, получив в результате разделенную металлическими дисками конструкцию. Три длинных стержня сходились в одной точке, где располагался соединяющий их массивный блок, очевидно, предназначенный для концентрации энергии.

Крохотные фигурки буквально облепили оружие. Сотни тысяч далеков ползали по его поверхности, как муравьи.

Поток рубиновой энергии тянулся от Ока к принимающей антенне, расположенной на тыльной части оружия. На противоположной стороне, там, где сходились стержни, Зола заметила мерцающий алый свет. Так же светились перед выстрелом дематериализаторы далеков на Молдоксе.

Именно этим оружием далеки собирались уничтожить Галлифрей и любой другой мир, который посмеет встать на пути их чудовищного замысла. Только сейчас Зола в полной мере осознала всю степень угрозы и поняла, что испугало Рассилона и его советников.

Оружие далеков было проектом эпохального масштаба. С ним они, без сомнения, могли положить конец войне и распространить свою власть на всю Вселенную. Для Золы оно было одновременно самым впечатляющим и самым страшным, что она видела в жизни. И, кажется, оно было готово стрелять.

Зола отвела взгляд от планетарного уничтожителя и отошла от консоли.

Далеков не было слышно с тех пор, как Доктор отключил канал связи. Неожиданно коммуникатор снова заработал, передавая перехваченное сообщение из командного центра.

– Доложить! – велел резкий голос далека. Зола даже подпрыгнула от неожиданности.

– Цель захвачена, – отозвался другой голос, практически неотличимый от первого. По-видимому, он принадлежал далеку на одном из сопровождавших ТАРДИС кораблей.

– Доставить на базу!

Доктор и Зола молча смотрели, как их буксируют к командному центру. Только вблизи можно было по-настоящему оценить размер этой громадины. Как бы Зола ни относилась к самим далекам, величина станции, как и размах их операции в Спирали Тантала, не могла ее не впечатлить. Здесь собрались миллиарды далеков. Зола подумала, сколько еще их осталось на Молдоксе и других планетах Спирали. А ведь все это была лишь часть их армии, та, что воевала в этом секторе галактики и в этом времени.

Мысль о Вселенной, заполненной далеками, привела девушку в ужас. Может, они с Доктором ошиблись? Может, зря они помешали Повелителям времени уничтожить Спираль Тантала? И гибель людей была достойной ценой за истребление скопившихся здесь чудовищ?..

Доктор словно почувствовал ее страх. Он подошел к девушке и встал рядом, взявшись за поручень.

– Все будет хорошо, – тихо произнес он. – Просто держись поближе ко мне, и с тобой все будет в порядке.

Она хотела спросить, как он может быть в этом уверен, но не стала. К тому же Доктор уже успел отвернуться и теперь смотрел на приближающуюся базу далеков. Станция заслоняла собой все пространство над куполом. Сопровождавшие их корабли начали один за другим покидать группу. Далеки явно были убеждены, что наконец-то сумели схватить Доктора и теперь он и его ТАРДИС полностью в их власти. Почему-то Золу не покидало чувство, что в действительности все обстоит с точностью до наоборот.

Раскачиваясь под кораблем далеков, как маятник старинных часов, ТАРДИС влетела на станцию сквозь распахнутые двери шлюза.

Зола хотела получше рассмотреть док, куда их привезли, но в этот миг гравитационный захват отключили, и ТАРДИС, преодолев по инерции несколько последних метров, рухнула на посадочную площадку. Удар откинул Золу назад; она, пожалуй, разбила бы голову о консоль, если бы Доктор не успел схватить ее одной рукой за талию, а второй крепко уцепиться за поручень. Зола пробормотала слова благодарности и откинула упавшие на лицо волосы.

– А что теперь? – спросила она. – Снаружи миллиарды далеков, выйдем к ним с гордо поднятой головой?

– Что-то вроде того, – рассеянно ответил Доктор. Он вернулся к консоли и принялся быстро щелкать тумблерами.

Зола уставилась на него и растерянно спросила:

– То есть… Я… Это была ирония. Или ты хочешь сказать, что именно это и собирался сделать?

Доктор неспешно обошел консоль, дернул какой-то рычаг и посмотрел на Золу.

– Ручной тормоз, – сказал он таким тоном, будто это все объясняло. – Решил убрать его на всякий случай: вдруг нас ждет поспешное отступление?

– Что-то я сомневаюсь, – скептически протянула Зола. – Нас казнят, хоть с тормозом, хоть без.

– Ты бы отлично смотрелась в мелодрамах, – сказал Доктор. – Идем. Захвати с собой куртку.

Зола раздраженно зарычала, но сделала, как он велел: подняла с пола и накинула на плечи старую грязную куртку, которую бросила здесь после бегства с Галлифрея.

– Поверить не могу, что мы действительно собираемся это сделать, – сказала она. Зола огляделась, но Доктора нигде не было видно. Внезапно он вынырнул из коридора наверху и быстро сбежал вниз по лестнице. Золу немного удивило, что она не заметила, как Доктор поднялся. С другой стороны, она отвлеклась, пока подбирала куртку.

– Поздновато для сожалений, – объявил Доктор, уверенно направляясь к двери. Он резко распахнул ее и вышел наружу, под яркий свет ламп командного центра далеков.

– Привет! – услышала Зола его голос. – Или что там положено говорить в таких ситуациях? Ах да, конечно. Я хочу поговорить с вашим главным!

Зола тяжело вздохнула и тоже вышла из ТАРДИС.

Глава 21

Взвод далеков вел пленников по тихим запутанным коридорам станции. Стены здесь были такими же, как на кораблях, переоборудованных в базу на Молдоксе: они имели кристаллическую структуру и мерцали при прохождении по ним жидкостей и газов разного цвета.

Доктор и Зола шли мимо перекрестков и комнат, формирующих подобие узловых точек в огромном лабиринте. Запертые двери говорили о множестве расположенных здесь помещений, но Зола не заметила, чтобы хоть одна из них оказалась открытой.

Другие далеки неторопливо скользили по переходам, словно монахи, бредущие по коридорам древнего аббатства. Все они принадлежали к обычной бронзово-золотой разновидности, Зола не заметила ни одного мутанта или искаженного.

Вскоре они подошли к высокому арочному проходу. Далеки остановились.

– Ждать, – прогудел один из них и скрылся в проеме.

С того места, где они стояли, Зола видела лишь часть матово-белой стены в зале за аркой. Пол был выложен панелями из такого же гладкого белого материала.

Далек вернулся несколько секунд спустя, явно получив разрешение ввести пленников, и снова прогудел:

– Войти.

– Вот и поговорили, – пробормотала Зола.

Доктор, все это время остававшийся молчаливым и задумчивым, повернулся к девушке и сказал:

– Отлично, давай посмотрим, кто нам противостоит, – он пригладил бороду, выдавая волнение.

Зола коротко вскрикнула, больше от неожиданности, когда далек чувствительно ткнул ее манипулятором между лопаток, подталкивая ко входу.

– Иду я, иду, – сказала она.

Доктор посмотрел на далека, схватил Золу за руку и подтащил поближе к себе. Так, взявшись за руки, они вошли в комнату, где их ждал Круг вечности.

Зола пробежала взглядом по помещению. Зал для аудиенций имел шестиугольную форму. У каждой стены, кроме той, где располагался вход, стояли высокие постаменты. Расположившаяся на них пятерка далеков властно взирала на вошедших сверху вниз.

Эти далеки практически ничем не отличались от своих бронзовых собратьев, которых Зола уже не раз видела здесь, на станции, а до этого на Молдоксе. Тот же манипулятор и излучатель, тот же злобный глаз на длинной ножке. Только цвет, насыщенно синий, а не бронзовый, служил признаком их уникальности. Сенсорные сферы и купола этих далеков сверкали серебром. На первый взгляд они были абсолютно одинаковыми. Впрочем, осматривая мертвых далеков на Молдоксе, Зола узнала, что чуть ниже глаза у них располагаются небольшие маркеры; вероятнее всего, они позволяют далекам идентифицировать друг друга.

Помимо главного входа в зал выходило еще два коридора. В каждой из стен темнели глубокие ниши.

– Добро пожаловать, Доктор, – произнес далек на центральном пьедестале.

– Значит, это и есть так называемый Круг вечности, – ухмыльнулся Доктор. – Вы же знаете, что у круга совсем другая форма? – Он взмахнул рукой, очерчивая пальцем круг в воздухе, словно подкрепляя тем самым свои слова.

Далеки ответили молчанием. Зола заметила, что охранники, которые привели их сюда, отступили к входу и встали по бокам от арки.

– Так это вы ответственны за все это? Вы нашли способ использовать энергию Ока Тантала? – спросил Доктор. – Поздравляю. Весьма оригинально.

– Это оружие, достойное далеков, – снова подал голос центральный. Зола решила, что он главный в Круге.

– Значит, вот чем вы занимаетесь: сидите на своих пьедесталах, гордитесь своей избранностью и придумываете новые пытки для прочих обитателей Вселенной?

– Конечно, Доктор. Ты поразительно точно описал нашу цель, – ответил центральный. Зола почувствовала, что это не простой далек. Он отличался от прочих не только цветом: за десять лет оккупации Молдокса Зола ни разу не встречала ироничных далеков. Именно его голос она слышала в коммуникаторе ТАРДИС. – На нас, вошедших в Круг вечности, возложена миссия по заселению каждого участка времени расой далеков. Мы осуществляем вторжение в прошлое во имя нашего будущего и истребления прочих форм жизни.

– Порождения ненависти, – Доктор буквально выплюнул эти слова. – Вы отвратительны.

– Какой гнев. Какая чистая жгучая ярость. Не каждый день выпадает возможность увидеть нечто столь прекрасное. Ты полностью оправдываешь наши надежды и достоин той участи, что мы тебе уготовили, Док-тор, – судя по голосу, далек был действительно впечатлен.

– Сколько громких слов о моей казни. Мне всегда казалось, что достаточно обладать единственным качеством – быть живым, чтобы при встрече с кем-то из вашего племени оказаться «достойным такой участи».

Далек издал странный сдавленный хрип, как будто он задыхался. Зола с отвращением распознала в этом звуке скрипучий смешок. Далек действительно смеялся.

– Вы еще более сумасшедшие, чем я думал, – сказал Доктор, поочередно указывая на каждого из пяти синих далеков. – Заперлись в башне из слоновой кости и вынашиваете коварные планы, строите супероружие.

– Темпоральная пушка – малая часть нашего замысла, Доктор, всего лишь один из наших инструментов. Галлифрей будет уничтожен в любом случае. Наши амбиции простираются гораздо дальше. – Далек ненадолго замолчал, словно решая, что именно сказать. – Ты, Доктор. Ты станешь нашим спасителем. Сделаешь выживание нашей расы неизбежным.

Доктор прищурился и ответил:

– Я не стану этого делать. Я не повторю ошибку, которую совершил на Скаро, когда не смог уничтожить труд вашего создателя.

– Ах… Начало Войны времени. Тот момент, когда ты преподал далекам самый важный урок: чувства – это слабость, от которой необходимо избавиться. Милосердие – враг победы.

– Это не слабость, а сила, – возразил Доктор.

– Из-за твоих сомнений, – насмешливо заговорил далек, – из-за твоей неспособности совершать жестокие, но необходимые поступки, ты упустил возможность остановить войну еще до ее начала. Если бы не эта твоя слабость, раса далеков вымерла бы.

– Это правда? – спросила Зола. – У тебя был шанс убить всех далеков, но ты им не воспользовался?

– Продолжай, – велел далек Доктору. – Расскажи своей спутнице об этой ошибке.

– Это правда, – сказал Доктор, склонив голову. – Задолго до начала войны, в другой жизни, у меня был шанс остановить далеков, я мог уничтожить целую расу в их колыбели, и Вселенная никогда бы не узнала этого кошмара. – Он вздохнул. – Но я засомневался, я надеялся, что их можно спасти. Я ошибался. Когда я вернулся, осознав это, я попытался их уничтожить, но опоздал: они уже запустили линию воспроизводства.

Зола просто не знала, что сказать. Мысль о том, что Доктор мог предотвратить то, что случилось с ее семьей, с ее друзьями, триллионами жизней во Вселенной… И он позволил этому случиться?

Да, Доктор мог уничтожить далеков в зародыше. Но он также говорил Золе об ответственности, о том, что никто не должен обладать такой властью. Было ли у него право поступить так до того, как он узнал, на что способны далеки, во что они эволюционируют? Конечно, не было. Его нельзя в этом винить.

– Ты не ошибся, – тихо сказала Зола. – Ты просто поступил по-человечески. – Это было лучшим комплиментом, что она могла ему сделать. Доктор оценил его по достоинству и улыбнулся.

– Вижу, Док-тор, ты понял, – сказал Далек. – Мы предлагаем тебе свой дар: роль в грядущем рассвете новой империи далеков. Ты станешь инструментом истребления. Своим умом ты создашь невиданные средства уничтожения, с помощью которых мы понесем дары смерти к самым далеким уголкам космоса. Твоя ярость разожжет пламя войны с новой силой и приведет нашу расу к победе. Мы покорим миллиарды миров. Наша власть будет страшной и прекрасной. Далеки станут превозносить тебя, – металлический голос смолк, далек ждал ответа.

– Я скорее умру, чем пошевелю ради вас хоть пальцем, – сказал Доктор.

– Сущность, известная как Доктор, будет уничтожена, – продолжил синий далек, выслушав Доктора. – Центры твоего мозга, отвечающие за чувства, будут отключены. Все воспоминания о предыдущих жизнях удалены. Однако твое сознание будет сохранено. Твой изобретательный разум прекрасно послужит делу далеков.

– Вы так и не поняли, верно? – спросил Доктор со смехом. – Вы и правда этого не видите. Мои чувства – вот что делает меня мной. Без них я стану безвольной куклой, как все остальные из вашего жалкого рода.

– Увидим, Доктор, – ответил далек. Его глаз резко повернулся вправо. – Время пришло. Начать операцию.

– Повинуюсь, – раздался механический голос откуда-то сбоку.

Зола заметила движение в одной из ниш. Из темноты приближалась фигура, ее силуэт напоминал далека, но был заметно больше.

– Доктор! Узри далека-Охотника.

Зола испуганно смотрела, как новый далек медленно выплывает на свет. Внешне его броня мало чем отличалась от обычной, если не считать роста и цвета. Охотник был вдвое выше рядового далека. Его нижняя секция была алого цвета с черными сенсорными сферами и решетками. Практически неподвижная фигура Охотника наполняла душу Золы ужасом. Его появление говорило о том, что далеки давно хотели поймать и использовать Доктора, а он со своим безрассудным планом в итоге угодил прямиком в ловушку.

– Вот наша истинная победа, Доктор, – произнес далек на одном из боковых пьедесталов. – Оружие, что приведет войну к должному финалу. Око Тантала – лишь способ убрать с дороги Повелителей времени. Далек-Охотник будет провозвестником новой эпохи. Грядет время далеков.

Лицевая часть брони Охотника раскрылась, словно створки распахнутых изнутри дверей. За ней обнаружилось пространство, напоминающее кабину истребителя. Металлическое кресло в центре было окружено мониторами и панелями приборов. Не хватало только «пилота». В отличие от обычного корпуса далека, рассчитанного на каледа-мутанта, этот предназначался для гуманоида.

Множество скрученных проводов и увенчанных иглами датчиков теснилось по обе стороны от кресла, в изголовье которого торчал длинный острый шип. Очевидно, все это было частью нейронного интерфейса, только выполненного в стиле далеков. Тому, кто окажется в кресле, все эти иглы вонзятся в основание черепа.

Еще больше игл было закреплено на распахнутых пластинах брони, как шипы железной девы. Когда корпус закроется, они, несомненно, вопьются в сидящее внутри тело. Тот, кто окажется в этой машине, уже никогда не сможет из нее выйти. Механизмы брони и плоть «пилота» образуют единое целое. Далека.

– Вот твое будущее, Доктор, – сказал глава Круга вечности. Охранники покинули свой пост у входа и взяли Доктора и Золу в кольцо.

– Доктор? – встревоженно спросила она. Доктор посмотрел на девушку, и Зола увидела в его глазах неподдельный ужас. Он не был готов к такому повороту событий. Он ничего не знал о планах Круга вечности. Хуже всего было то, что возможности сбежать так и не подвернулось, а далеки явно не собирались продолжать разговор. Охотник стоял и ждал, когда Доктор окажется в кресле.

– Ну же! – закричал Доктор, бешено оглядываясь по сторонам. – Ну, давай же!

– Не пытайся сопротивляться, Доктор, – сказал далек.

– Зола… Я… – Доктор, кажется, не знал, что сказать.

– Твоей спутнице выпадет честь стать первой жертвой далека-Охотника.

Охранники приближались, выставив манипуляторы, словно пастухи, погоняющие палками скот. Зола едва не закричала от ужаса. Если бы у нее было ружье, хоть что-нибудь, но ни оружия, ни возможности сбежать не было. Доктор привел их в западню.

Она подскочила к нему и в отчаянии вцепилась в кожаный ворот его куртки. Доктор обнял ее, прижал к себе, утешая, как ребенка, и поцеловал в макушку.

– Прости меня, Зола, – почти прошептал он.

– Не тяни время, Док-тор, – поторопил его далек.

Раздался звук, напоминающий далекий раскат грома. В первую секунду Зола решила, что далеки сделали что-то еще, например, активировали Охотника. Звук повторился несколько раз, становясь громче и отчетливее. Зола с удивлением поняла, что этот хриплый гул ей определенно знаком.

– Объяснить! Объяснить! – раздались требовательные возгласы далеков.

Доктор крепче стиснул Золу в объятиях и закричал:

– Держись!

– Нет! – прогудел громкий голос далека, когда мир вокруг Золы начал меняться. Вместо охранников и белых стен Зола увидела светящиеся круги, совсем как внутри ТАРДИС.

– Уничтожить! – донесся, словно издали, приглушенный возглас далека. Зола вздрогнула, услышав, что за ее спиной выстрелили из излучателя.

Но охранник лишь напрасно потратил заряд: в этот миг вокруг Доктора и Золы окончательно материализовались спасительные стены ТАРДИС.

Глава 22

Зола обвела комнату управления удивленным взглядом и похлопала себя по щеке, чтобы убедиться, что это не сон.

Они вместе с Доктором на самом деле оказались внутри ТАРДИС, прямо за входной дверью. Зола не верила своим глазам. Всего пару секунд назад она стояла в окружении далеков и готовилась к смерти, а в следующий миг корабль просто берет и материализуется вокруг них, выхватывая ее и Доктора из когтей далеков. Один из мониторов над консолью был обращен ко входу. Зола пригляделась к изображению: далеки растерянно толпились у ТАРДИС. Она с легкостью представила, как они яростно выкрикивают команды, пытаясь понять, что же именно сделал Доктор.

Только сейчас она заметила, что за консолью стоит незнакомый темнокожий мужчина. Короткая стрижка, мускулистое тело и голубые глаза – Зола видела его впервые в жизни. Если судить по одежде, незнакомец был Повелителем времени, хотя изорванная и забрызганная кровью мантия явно не подходила ему по размеру. Зола перевела взгляд на Доктора и спросила:

– Но… но… как?

– Карлакс, – ответил Доктор.

Незнакомец у консоли усмехнулся.

Карлакс? Неужели это Карлакс? Зола, конечно, имела представление о регенерации Повелителей времени, но одно дело – знать, а другое – увидеть эту разительную перемену своими глазами. Потрясенная, она уставилась на Повелителя времени.

– Так это ты спас нас? – спросила Зола. Ей было интересно, влияет ли перерождение на что-то еще, кроме внешности. Может быть, вместе с лицом изменился и сам Карлакс?

– Не по своей воле, – ответил он, мгновенно развенчав ее теорию.

– Я открыл дверь Нулевой комнаты перед тем, как мы покинули ТАРДИС, – сказал Доктор. – Я знал, что Карлакс непременно попытается сбежать. Поэтому заменил координаты Капитолия в навигационной карте координатами отслеживающего устройства, которое он сам подложил в твою куртку. Так что когда он запустил ТАРДИС…

– Она примчалась и спасла нас, – закончила за него Зола.

– А теперь пора доставить Борусу в Око, – сказал Доктор. Он сделал шаг, но тут же замер. Карлакс развернулся к нему, сжимая в руке пистолет.

– Нет, Доктор, все закончится немного иначе, – сказал он.

Плечи Доктора поникли. Он явно надеялся, что Карлакс, получив второй шанс, не станет повторять прежних ошибок. Доктор выглядел ужасно разочарованным.

– Он спас твою жизнь, Карлакс, – сказала Зола. – Вытащил тебя из обломков твоей ТАРДИС, хотя мог оставить умирать.

– Он всегда был сентиментальным глупцом, – ответил Карлакс. – И никогда не понимал, в какой момент преимущество оказывается на его стороне.

– Карлакс, убери пистолет, – попросил Доктор. – У меня есть план, как остановить далеков. Мы можем избавиться от их суперпушки раз и навсегда.

Карлакс покачал головой.

– Ты разыскиваемый преступник, – сказал он. – Ты предал Повелителей времени. Я не стану верить ни единому твоему слову.

У Золы исчезли последние сомнения: Карлакс спятил. Было ли безумие отличительной чертой его новой инкарнации, или же причиной стала возможность наконец отомстить Доктору, она не знала. В любом случае истеричные ноты в его голосе, нервно бегающий взгляд, выступившие на лбу капли пота – все говорило о том, что Карлакс не в своем уме. По мнению Золы, это делало его еще более опасным, чем обычно. Он был непредсказуем.

– Хочешь угодить своему хозяину? – ядовито поинтересовался Доктор. – Надеешься, что он погладит тебя по головке и скажет, что ты хороший мальчик? Открою тебе секрет, Карлакс: ему плевать. Ему нет дела ни до тебя, ни до твоего жалкого существования. Ты бываешь полезен, вот и все. Не станет тебя – он тут же найдет кого-нибудь на замену. Думаю, уже нашел.

– Заткнись, – с горечью произнес Карлакс.

Доктор погрозил Карлаксу пальцем, словно собирался отчитать его за грубость, и продолжил говорить:

– Даже если ты избавишься от меня, победа не принесет тебе радости. Далеки собираются уничтожить Галлифрей. Рассилон не обрадуется, когда узнает, что ты помешал мне их остановить.

Зола не могла оторвать взгляда от дрожащего на спусковом крючке пальца. Она знала, чего добивается Доктор. Он надеялся образумить Карлакса, но Зола видела, что тот его просто не слушает.

– Я думаю, хватит разговоров, – сказал Карлакс, махнув пистолетом.

– Согласен, – сказал Доктор. – Пора заняться делом. – Он направился к консоли. Зола успела заметить, какой ненавистью полыхнул взгляд Карлакса. Он резко вскинул пистолет и выстрелил.

– Нет! – закричала Зола. Она бросилась к Доктору и оттолкнула его в сторону. Он распластался на полу в нелепой позе, выругавшись от неожиданности.

Энергетический заряд попал Золе под ребра. Она закричала от жгучей боли и тоже не устояла на ногах. Зола упала на пол и перевернулась на спину, зажимая рану обеими руками. Горячая кровь толчками выплескивалась сквозь пальцы. Зола вдохнула и тут же вздрогнула от пронзительной боли: ее правое легкое наполнялось кровью.

Доктор в мгновение ока оказался рядом с Золой. Он положил ее голову себе на колени.

– Зола! Зола! Держись. Все обойдется. Все в порядке.

Зола открыла рот, но не смогла произнести ни слова. Кровь пузырилась на губах и текла по подбородку. Все чувства померкли, осталась лишь боль. Зола стиснула зубы. Она не собиралась терять сознание и усилием воли отогнала подступавшую тьму.

Зола услышала смех Карлакса. Он стоял прямо над ними, опустив руку с пистолетом.

– Дорогой Доктор, кажется, твоя зверушка поранилась, – сказал Карлакс. – Ты всегда был чересчур привязан к этим существам.

Доктор яростно закричал, Карлакс от неожиданности сделал шаг назад. На секунду на его лице появилось выражение нерешительности, но тут же исчезло.

– Что ж, – сказал он. – Половина дела сделана. – Карлакс поднял пистолет и посмотрел на него, словно завороженный.

– Зачем, Карлакс? – выкрикнул Доктор.

– Потому что мне приказали.

Доктор покачал головой.

– Не верю, – сказал он. – Этого недостаточно.

Зола задыхалась. Каждый маленький вдох обжигал болью. Девушка чувствовала, что теряет сознание. Перед глазами все расплывалось, но она увидела, как Доктор посмотрел на консоль в нескольких метрах от них.

– Почему же, Доктор? Для меня вполне достаточно, – сказал Карлакс.

Дальнейшее пронеслось перед замутненным взглядом Золы чередой разрозненных картин. Вот Карлакс поднимает пистолет и прицеливается. Вот Доктор бросается влево, его пальцы дотягиваются до консоли. Вот он резко дергает рычаг дематериализации. Вот Карлакс стреляет еще раз.

Двигатели загудели, задвигалась центральная колонна. Заряд из пистолета Карлакса угодил в консоль, разбросав яркие искры. Часть крохотных звездочек обожгла кисти Доктора. Он отдернул руки и разразился проклятиями.

Зола с трудом понимала, что происходит. Боль отступала, девушка словно тонула в мягком густом тумане. Ей вдруг стало холодно. А Карлакс почему-то начал медленно растворяться в воздухе.

– Нет! Доктор! Только не далеки! Ты не можешь меня здесь бросить! – закричал Карлакс. Зола едва расслышала его голос, полный ужаса и мольбы. Пистолет выпал из рук Карлакса и глухо стукнулся о пол ТАРДИС.

– После всего, что ты сделал, могу, – сказал Доктор.

Зола с удивлением поняла, что ей не привиделось. Она догадалась, что произошло: ТАРДИС дематериализовалась вокруг Карлакса. Он оказался снаружи прямо перед разозленными далеками. Он был обречен.

На лице Карлакса застыл ужас. Его мерцающая полупрозрачная фигура сделала шаг вперед. Карлакс поднял руки, завертел головой, в панике глядя на видимых только ему далеков. Его лицо скривилось от боли, а пространство вокруг озарилось вспышками, когда они открыли огонь. В следующий миг он исчез. ТАРДИС вокруг Карлакса закончила дематериализацию, а он остался снаружи, на базе далеков.

Доктор подбежал к Золе, опустился на колени и осторожно убрал волосы с ее лица.

– Держись. Я непременно что-нибудь придумаю, – тихо произнес он.

– Нет, – слова давались Золе с трудом. Доктору пришлось склониться к ее губам, чтобы разобрать, что она говорит. – Слишком поздно.

– Не сдавайся. Никогда нельзя сдаваться, – сказал Доктор, встревоженно глядя на Золу. Ей почудилось, что в его глазах блеснули слезы.

– Пещера. Рисунок, – коротко выдохнула она.

– Зола, это лишь одна из множества вероят… – Доктор замолчал. Все эти банальные слова были лишними. – Не шевелись. Будет не так больно, – сказал он.

– Помнишь, ты сказал, что я буду путаться под ногами? – спросила Зола. На ее губах появилась слабая улыбка.

– Ну, конечно, Зола. Но до чего же великолепно ты это делала. – Он взял ее руку и легонько сжал. – Спасибо.

На мгновение Доктор отвернулся, но затем заставил себя еще раз встретиться с Золой взглядом.

– Ну почему? – спросил он. – Почему ты уходишь, когда ты настолько, черт возьми… человек?

Зола хотела привычно пожать плечами, но боль не позволила ей этого сделать.

– Моя жизнь в обмен на миллиарды других – неплохой расклад, – ответила она Доктору его же словами. Зола закашлялась, ее рот наполнился кровью. Она закрыла глаза. Она так устала, а ладонь Доктора так приятно гладит ее по голове. Ей бы немножко поспать…

Когда Зола открыла глаза, она увидела небо Молдокса. Ей снова шесть, она стоит в саду за домом. Брат качается на качелях и радостно вскрикивает, взлетая все выше и выше. Через окно кухни Зола видит, как мама с папой готовят обед. Солнце ласково согревает ее лицо.

Она счастлива. Впервые за много лет.

Глава 23

Из горла Доктора вырвался крик боли и беспомощной ярости.

Он осторожно убрал ладонь из-под затылка Золы. Взял ее руки и уложил вдоль тела. Глаза девушки были закрыты, а лицо было таким спокойным, что она казалась спящей.

Доктор поднялся на ноги и торопливо подошел к консоли. Кнопки и рычаги расплывались перед глазами, но плакать он себе не позволил.

– Доктор? – внезапно раздался хриплый голос Борусы.

Доктор промолчал и продолжил вводить координаты, задавая маршрут следующего полета.

– Доктор? – повторил Боруса. – Время на исходе.

– Думаешь, я не знаю? – огрызнулся Доктор. – Думаешь, не понимаю, что предстоит сделать? – Его пальцы торопливо бегали по кнопкам на пульте.

Зал для аудиенции на экране монитора исчез, сменившись Вихрем времени.

Доктор посмотрел на неподвижное тело своей спутницы. Что, если еще не поздно спасти ее? Может, с помощью Борусы он найдет способ сохранить ей жизнь? Доктор не был готов сдаться.

Он крепко схватился за консоль. ТАРДИС пересекла внешнюю границу Ока Тантала, и на нее обрушились темпоральные бури, зарождавшиеся в центре.

В глубинах корабля снова зазвонил колокол, двигатели протестующе взвыли. Они визжали и скулили, пока Доктор гнал ТАРДИС внутрь аномалии. Чем ближе они подлетали к центру, тем яростнее бушевал шторм снаружи. Корабль трясло, темпоральная энергия могла в любой момент разорвать его на части.

Одна из цепей консоли не выдержала нагрузки. Раздался громкий хлопок, и над пультом взметнулся сноп искр. Они посыпались на куртку Доктора, оставляя на коричневой коже темные пятна. Доктору было не до того. Он снова вцепился в край консоли. Комнату управления затрясло. Несколько кабелей вылетели из гнезд под потолком и закачались, как лианы. Светящийся круг на левой стене взорвался. Пламя жадно лизнуло его расколотый корпус.

Доктор знал, что ТАРДИС долго не продержится. Он рисковал: если шторм разорвет корабль, то он уже никого не спасет. Но у него не было выбора. Это единственный способ вернуть Золу.

Она погибла, защищая его. Умерла у него на глазах. Он не мог потерять еще одного человека, за которого был в ответе. Только не сейчас. Только не ее.

Он посмотрел на Борусу, распятого на железной раме меж двух каменных колонн по другую сторону консоли. Как Доктор и ожидал, он начал поглощать темпоральную энергию аномалии. Глаза Борусы пылали, словно горящие угли, он видел, как сминается и скручивается сама ткань времени. Цикл регенерации невероятно ускорился. Его лицо превратилось в размытое пятно, продолжая вновь и вновь меняться по замкнутому кругу, плоть мерцала изнутри. Близость к сердцу шторма изменяла Борусу.

ТАРДИС продолжала погружаться в Око Тантала, стремясь к центру пространственного разлома.

Тряска усилилась. Доктор обошел консоль, держась за ее край. Он шагнул к Борусе и ухватился за каменную колонну, чтобы не упасть.

– Ты видишь? – закричал Доктор; заполнившее комнату завывание бури заглушало его голос. – Ты видишь нить вероятности, где она жива?

Боруса отозвался стоном, будто одна только попытка заговорить причиняла ему боль.

– Я вижу ее, – ответил он. Голос Борусы тоже изменился: теперь каждое слово он произносил хором всех перерождений. Голоса диссонировали, но в этом была своя красота. – Я вижу все.

Боруса пытался взять силу разлома под контроль. Он распахнул сознание навстречу бьющим из центра Ока потокам времени, но его тело оказалось не способно выдержать такую нагрузку и загорелось.

Доктор сможет воспользоваться помощью Борусы лишь один раз. Он может попросить его выбрать ту линию времени, где Зола выжила, и сделать этот вариант реальности настоящим. Переписать ход истории так, чтобы Карлакс ее не убил. В этом заключалась истинная сила машины вероятностей. Имея в распоряжении столько энергии, находясь в точке, где прошлое и будущее сплетаются в один поток, Боруса становился всемогущим. Он мог сделать любую нить времени реальной, мог воскресить мертвых и у кого угодно отнять жизнь. Боруса стал орудием апокалипсиса, вестником забвения.

Одно слово Доктора – и Зола вернется. Он всегда поступал так, как до́лжно. Никогда не был эгоистичным, не допускал и секундной слабости, если выбор лежал между тем будущим, что хотел он, и тем, что нужно было другим. Вдруг в этом и заключалась справедливость: здесь, посреди бушующего шторма, он мог наконец себе это позволить?

Одно слово, и Боруса воскресит Золу.

– Тогда… – сказал Доктор – и остановился. Что Зола сказала, перед тем как умерла на его руках? Моя жизнь в обмен на миллиарды других. Они прилетели сюда, чтобы остановить далеков, не дать им использовать силу Ока как оружие. Чтобы освободить людей и спасти Галлифрей от уничтожения.

Мог ли он истратить эту возможность на что-то иное? В глубине души Доктор знал, что нет. Будь Зола сейчас с ним, она бы никогда не позволила ему отказаться от их цели ради собственной жизни.

ТАРДИС накренилась, и Доктор едва устоял на ногах. Еще один светящийся круг на стене взорвался, осыпав их осколками. Сила, текущая сквозь сознание Борусы, достигла предела, и он закричал от невыносимой боли. Он превратил себя в силовой канал, фокальную точку всей темпоральной энергии, бурлящей в Оке Тантала.

Доктор знал, что выбора нет. Он сделает то, что должен, и освободит Борусу.

– Боруса, твое время пришло. Мне нужна машина вероятностей для одного последнего дела, и ты будешь свободен. Нужно уничтожить далеков. Я хочу, чтобы ты нашел линию времени, где далеки больше не контролируют Спираль Тантала и где им не удалось распространить дематериализаторы. Уничтожь Круг вечности и их пушку силой Ока. Пусть они исчезнут, словно их никогда не было. Действуй.

Боруса запрокинул голову и закричал всеми своими голосами. Доктор знал, что отзвук этого вопля прокатится сквозь все пространство и время и что он будет помнить этот жуткий звук до конца своих дней.

Буря вокруг них мгновенно утихла, и в следующий миг из Ока вырвалась волна яркого света. Темпоральный импульс прокатился по Спирали Тантала, изменяя нити вероятностей.

Целые флотилии далеков растворились без следа, когда на них обрушилось рубиновое сияние. Энергия Ока сожгла их, обратив в ничто.

Далеки Круга вечности все еще стояли на своих пьедесталах. Они медленно истаяли, исчезли из реальности, как уходят из памяти сны.

Этот же свет уничтожил последних далеков и искаженных во всех мирах Спирали прямо на глазах у их пленников.

Все закончилось в считаные секунды.

Шторм выбросил ТАРДИС за пределы Ока. Дрейфуя, она плавно пересекла космическое пространство и повисла на орбите над Молдоксом. В центре металлической рамы, там, где раньше был привязан Боруса, висел лишь крошечный огонек. Наконец он мигнул и с тихим хлопком исчез.

Доктор лежал без сознания рядом с безжизненным телом своей спутницы.

Глава 24

На поиски этого дома у Доктора ушло три дня. Три дня он бродил по Молдоксу от одного полуразрушенного лагеря к другому и задавал вопросы. Нелегко было напасть на след событий десятилетней давности, но настойчивость принесла свои плоды.

Он нашел полуистлевшие записи в заброшенном здании муниципалитета. Койн помогал, как мог, заполнив некоторые пробелы. В остальном Доктору пришлось полагаться на слова абсолютно незнакомых людей. Впрочем, большинство жителей Молдокса были так рады неожиданному освобождению, что охотно протягивали руку помощи даже чужаку. Судя по всему, его принимали за очередную потерянную душу: много их в эти дни бродило с места на место в поисках ответов и жилья. Строго говоря, не так уж они ошибались в своих предположениях насчет Доктора, разве что дом он искал не для себя.

Отрадно было видеть, что люди на Молдоксе постепенно находят друг друга. Разрозненные группы бывших бойцов сопротивления и одинокие бродяги объединялись и возвращались в города.

Темпоральная энергия уничтожила далеков вместе со следами их пребывания на планетах. Исчезли они сами, их корабли и даже покореженные корпуса убитых мутантов – исчезло все, кроме причиненных далеками разрушений.

Люди, с которыми Доктору довелось разговаривать, выглядели растерянными. Они понимали, что была война и что враг жестоко обошелся с ними, но что это был за враг, они толком сказать не могли. Боруса уничтожил всех вторгшихся в Спираль Тантала далеков темпоральной энергией Ока, так что своеобразная амнезия была ожидаемым последствием.

Доктор не сомневался, что со временем память вернется к людям. Продолжающаяся в небе над их головами война не даст ничего забыть. Что бы ни сделал Боруса, ужасы, которые им пришлось пережить, рано или поздно напомнят о себе. И тогда эти люди разделят общую скорбь. Но пока что они будут заняты возвращением к обычной жизни.

Доктор нашел нужный дом – мертвый обгорелый остов. Стены обрушились, и почерневшие руины походили на гнилые неровные зубы. Повсюду были разбросаны обломки мебели. Отсюда давно вынесли все, что могло хоть как-то пригодиться. Сорняки проросли сквозь растрескавшуюся землю, их побеги обвивали разрушенные перекрытия, сломанный стул, ржавое изголовье кровати.

Собирать останки трех людей – матери Золы, ее отца и брата – было делом мрачным и долгим. Тела покрывала пыль и грязь, скопившаяся за долгие годы оккупации далеков. От людей почти ничего не осталось, лишь лохмотья и кости, да и те растащили голодные животные. Война жестоко разлучила Золу с семьей. И Доктор чувствовал, что воссоединить их, пусть и после смерти, будет правильным.

Доктор нашел старые, чудом сохранившиеся записи и узнал, как на самом деле зовут Золу. Красивое человеческое имя. Он вернул его ей, вырезал на деревянном столбе, который поставил на могилу как надгробие. Доктор не знал, найдется ли в свое время тот, кто сделает то же самое для него.

Доктор стоял среди руин над могилой друга и смотрел в небо. Приближалась ночь. В небе над Молдоксом разгоралась заря. Цвета переливались, сменяя друг друга в завораживающем танце. Еще выше сияло Око Тантала. Доктор почти ощущал на себе его пристальный всевидящий взгляд. Он вдруг почувствовал себя так, будто оказался в сердце шторма и остался единственным, кто видит бушующий вокруг хаос. Когда он возвращался на Молдокс, его душа была полна скорби и тоски. Но теперь в ней бурлила лишь чистая ярость.

Он с вызовом посмотрел на Око. Война длилась слишком долго. Она унесла слишком много жизней. Он не мог смириться с тем, во что превратился его собственный народ. Война изменила их. Стремление выжить любой ценой, высокомерие и вера в собственную непогрешимость привели Повелителей времени на темный путь. В какой-то момент они перестали ценить то, что должны были хранить, как святыню. Вместо того чтобы вести юные расы в будущее, они с легкостью жертвовали чужими жизнями, обрекая целые миры на забвение.

Противостояние Повелителей времени и далеков грозило уничтожить все живое. Обе стороны конфликта давно не видели ничего, кроме войны, и думали только о победе. Мироздание смотрело на них с ужасом. Нужно остановить их, пока кто-нибудь еще не попал под перекрестный огонь.

Доктор поднял воротник куртки. Это его долг. Долг перед Золой и тем, что еще осталось от Вселенной. Чего бы это ни стоило. Он провел черту.

Дрозд клевал недавно вскопанную землю, выискивая червей. Он взмахнул крыльями и поднялся в ночное небо. Доктор проводил его взглядом. Только сейчас он смирился с потерей.

В одиночестве он тихо произнес свою клятву. Два простых слова, но в каждом из них прозвучала непоколебимая решимость:

«Больше никогда».

Благодарности

Автор благодарен Джастину Ричардсу, Альберту де Петрилло и команде сериала за мое возвращение во вселенную «Доктора Кто» и возможность отправить Доктора-Воина в новое приключение.

Кавану Скотту за постоянную поддержку и вдохновение. Его слова давали мне силы идти вперед, когда путь казался слишком трудным.

И наконец, я бы не справился без поддержки и участия моей семьи. Они всегда находили время, чтобы помочь мне. Я вас всех люблю.

Примечания

1

Военное подразделение при ООН, предназначенное для защиты человечества от инопланетных и иных сверхъестественных угроз.

2

Абляционная защита – технология защиты космических кораблей, теплозащита на основе абляционных материалов; конструктивно состоит из силового набора элементов и «обмазки», состоящей из фенолформальдегидных смол или аналогичных по характеристикам материалов. Теплозащитное действие абляционных материалов основано на процессе уноса вещества с поверхности твердого тела потоком горячего газа. – Примеч. ред.

Content

Джордж Манн
Доктор Кто. Механизмы войны

Часть первая Молдокс

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Часть вторая Галлифрей

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Часть третья В оке Тантала

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Благодарности

Примечания