Виктория Гетто

Волк. Поля надежды

Пролог

— Господин офицер, благородный ююми, позвольте приветствовать вас за моим столом!

Высокий для фиорийца человек поднялся со своего места и отвесил лёгкий приветственный поклон двум вошедшим в сопровождении солдат людям. Точнее, человеком был только один из них. Второй, высокий, но тонкокостный гуманоид принадлежал к расе саури. Сидящая рядом с фиорийцем красивая саури с маленьким ребёнком на руках благосклонно кивнула обоим гостям украшенной высокой причёской головкой, затем, куда более радушно, улыбнулась фиорийцу.

— Прошу вас присаживаться, гости!

Оба новичка с ненавистью взглянули друг на друга, но тихо уселись рядом друг с другом. Фиориец тоже занял своё место. Вышколенные слуги в цветах Парда начали бесшумно и сноровисто сервировать стол.

— Прошу вас угощаться, гости. Всё натуральное, без каких либо добавок.

Человек и саури вновь покосились друг на друга, затем всё же принялись за еду, отдавая дань уважения искусству поваров. Но даже увлёкшись великолепным угощением они бросали удивлённые взгляды на семейную пару столь необычного вида. Саури и человек. Два злейших противника, непримиримей которых не существует в Галактике, которые воюют уже несколько десятков лет, не щадя друг друга. К тому же оба вила не способны иметь общих детей. Война — она штука грязная и жестокая. И насилие над женщинами в ней не было редким случаем, поскольку практически единственным различием у обоих видов разумных существ были уши. Внешне. Внутри строение тел было различным, но не столь фатальным. Теоретически, общие дети были возможны. Но на практике такого не случалось никогда. Но всё случается впервые. И вот, семья из человека и саури. И — общий ребёнок, в чертах которого причудливо смешалось всё лучшее от обоих рас.

Наконец трапеза закончилась, и гостям подали напитки. Владелец роскошного даже по меркам продвинутых цивилизаций дворца ласково погладил супругу по плечу, та улыбнулась в ответ, встала со своего места:

— Господин офицер, благородный ююти, мне пора кормить дочь. Оставляю вас вместе с со своим супругом, и, надеюсь, что вы не поубиваете друг друга.

Оба гостя быстро вскочили. Один — из вежливости. Второй — из уважения к статусу и положению хозяйки в Кланах. Двери за Ооли закрылись, а Атти, наконец, перешёл к делу:

— Итак, господин…

Ожидающе посмотрел на офицера, тот понял и представился:

— Капитан Фёдоров. Михаил Петрович. Дальняя разведка.

Следом назвался и его противник:

— Кейор Димал ас Сарейян. Клан Весенней Зелени.

— Ну а я — Атти дель Парда, король этого государства. И…

Короткая пауза, потом представление продолжилось:

— …бета майора Максима Кузнецова. Русская Империя.

— Бета?!

Не понял саури. Нехотя человек пояснил:

— Нами разработано некое устройство. Скажем так, что в случае, когда нет никаких шансов на выживание, оно переносит психоматрицу в подходящее тело.

— Всё верно, капитан и кейор. Так и было. Десять лет назад моя альфа, командуя транспортом «Рощица», совершавшим обычный рейс, попала в метеоритный поток и получила ранения, несовместимые с жизнью. Мой механик погиб, и мне ничего не оставалось, как активизировать экспериментальную установку, перевозимую на борту транспорта под прикрытием постороннего груза. Машина сработала, и я очутился в теле местного подростка Атти дель Парда, заболевшего лихорадкой святого Йормунда, при которой полностью форматируется память и рефлексы. Можно сказать, что аппарат спас двоих, меня и его. Потому что…

Фиориец махнул рукой в понятном без объяснения жесте отчаяния, и продолжил свой рассказ:

— Ну а дальше — оставалось только выживать. Хозяйство мне досталось нищее, разваливающееся. Ни корабля, ничего, кроме головы и того, что в ней было. И я начал действовать. Как видите, за эти десять лет я достиг много — объединил раздробленные земли Фиори и стал её императором, присоединив часть земель Империи Рёко и королевства Тушур. Если бы не ваше прибытие, которое значительно изменит мои дальнейшие планы, лет пять, и весь известный мир был бы под моей рукой. Но раз вы тут…

Саури шевельнулся:

— Как здесь очутилась дочь вождя вождей, и почему она стала твоей супругой, человек?!

Он словно выплюнул наименование противоположного вида. Тот, к кому обращались, остался спокоен:

— Благородный ююти, принцесса оказалась здесь точно так же, как и я. Случайно. Её Малый Лист попал в гравитационный разлом и был выброшен на поверхность этой планеты. Уцелела из экипажа лишь Ооли. И попала в мои руки. Ну а потом…

— Я люблю его.

Двери в покои бесшумно открылись, и принцесса с порога произнесла эти слова, заставившие всех присутствующих вздрогнуть.

— А я — её. Очень люблю. А ещё — у нас дочка. Родная. И приёмная.

— Дочь моего старшего брата, погибшего в этих краях от руки аборигенов. Мой супруг здесь не причём, клянусь честью!

Саури затих — выше чести ценилась только смерть… Человек молча слушал. Потом всё же решил внести свою лепту:

— Так почему у вас общий ребёнок? Ведь это невозможно!

— Да? А вы ничего не забыли, капитан? Я — бета. Тело местного разумного. Лишь разум человека. А дети между нашими видами, как вы видели своими глазами, оказались возможны.

Тишина. Потом вновь прозвучал голос саури:

— Вождь вождей никогда не согласится отдать свою единственную дочь человеку!

Атти усмехнулся краешком губ:

— Насколько я знаю законы Кланов, я могу выкупить свою супругу.

Кейор скривился:

— Вряд ли здесь, в этом примитивном мирке, найдётся что-либо ценное настолько, чтобы Вождь Вождей Кланов саури решился бы на подобное. Но ты прав, человек — выкуп действительно возможен.

Семейная пара переглянулась, затем Атти сделал непонятный жест.

— Хорошо, кейор. Допустим, что я найду, чем заплатить. Тогда Кланы оставят меня в покое? Я претендую на статус нейтрального мира. То есть, такого, где и люди, и саури смогут жить в мире и согласии. Так что вы скажете, Димал ас Сарейян? Возможно ли это?

Саури нехотя ответил:

— Я не уполномочен решать такие вопросы. Они в компетенции только Вождя Вождей.

— Естественно. И поэтому я прошу передать вас выкуп за Ооли её отцу и моё желание нейтрального статуса. Тоже самое я прошу передать императору Руси Великой — нейтральный статус данной планетной системы, невмешательство во внутренние дела Фиори, торговля, согласно Уложению, предметами мирного назначения. А ещё — личную просьбу: я прошу позволить биологической матери моего носителя, досе Аруанн дель Парда пройти курс лечения в любой из клиник Руси Великой. И готов выкупить у императора данную систему. Тем более, что навигация здесь очень затруднена…

Оба его гостя нехотя согласились с последним утверждением. Что корабль саури, что эсминец землян с трудом пробрались сквозь изуродованную геометрию окружающего систему Фиори пространства.

— Поэтому я желаю приобрести транспортные ворота. Хоть у Кланов, хоть у Руси.

— Возвращаться, как я понимаю, у вас желания нет, майор?

Вмешался человек, и получил согласный кивок.

— Совершенно верно. Потому что я не хочу трястись за жизнь своей супруги, заставлять выносить презрение окружающих и травлю моих дочерей. Ещё — подвергать их жизни медицинским экспериментам. Да и сам не желаю становиться подопытным кроликом.

— Много слов. Чем ты хочешь выкупить Ооли? На что купить транспортную систему?

— На это.

Фиориец поднялся со своего кресла, затем подошёл к тонкой работы шкафчику у стены, отделанной гобеленом, распахнул двери. Сдавленный звук, синхронный у обоих гостей, выпученные глаза и отвисшие челюсти сделали их неотличимыми друг от друга.

— Вот, капитан, кейор. Они абсолютно одинаковые. Что по цвету, что по весу. Один — Вождю Вождей за его дочь и нейтральный статус. Второй — Императору Руси за транспортные ворота, нейтральный статус и лечение моей матушки. Как думаете, хватит?

И весело подмигнул улыбающейся мужу супруге…

Глава 1

Империя Русь.

Император с удивлением посмотрел на внушительный пакет документов перед собой, придавленный сверху чем-то тщательно закутанным в неизвестную ему ткань, покрытую затейливой вышивкой. Вздохнув, перевёл взгляд на вытянувшегося перед ним секретаря:

— Так что за проблема, Григорий?

Секретарь незаметно набрал побольше воздуха в грудь, и заговорил:

— Ваше императорское величество, только что вернулся из поискового рейса рейдер 'Хищный'. Перед вами — результаты данной операции.

Сергей Неистовый начал злиться:

— И что же такого важного в обычной поисковой операции, что вы прерываете мои переговоры с Азиатской Партократией и требуете немедленно принять решение?

Секретарь почтительно произнёс:

— Совет настаивает на вашем личном решении.

— Коротко. Самую суть.

— На планете, имеющей самоназвание Фиори, обнаружена аборигенная цивилизация. Во главе её на данный момент находится бета майор Максима Кузнецова. Он просит дать его владению статус нейтрального мира и выполнить несколько незначительных просьб.

— Какого… Он что, Устав забыл, присягу?!

— Ваше Императорское величество, Максим Кузнецов — бета. И юридически мы не имеем права требовать от него что-либо.

Сергей мотнул головой:

— Постой-постой. Что значит — бета?

— Носитель психоматрицы майора.

— Значит, эксперимент прошёл успешно?

Григорий замялся:

— Ситуация была не слишком обычна, но, в общем и целом, да. Успешно, ваше Императорское величество.

Император Руси насторожился:

— Что значит, в общем и целом?

— Перенос сознания произошёл без сбоев. Но вот дальше…

— Да не тяни ты кота за хвост! Давай, и коротко!

Неистовый начал злиться уже всерьёз, и Григорий это понял и заторопился:

— Оказавшись в теле аборигенного носителя, матрица полностью подавила личность, на тот момент, впрочем, отсутствующую в результате местной болезни. Далее, майор Кузнецов быстро подтянул окружающего его среду от начала железного века до уровня века пара, после чего начал активное завоевание окружающих его владений. Нашёл верных людей, женился, имеет ребёнка.

— И что такого? Правильно сделал. Наш человек!

Император облегчённо откинулся на спинку своего кресла. Он то уж подумал, что ему грозит очередной всплеск сепаратизма в отдельно взятом секторе Империи. Но Григорий продолжил:

— Жена Кузнецова — Ооли Ас Самих ур Хейал ти Моори. Дочь Вождя Вождей Кланов, ваше Императорское Величество.

— Что?!

Сергей едва не задохнулся от изумления, потом, вспомнив, ошеломлённо задал вопрос:

— Ты сказал, у них с саури ребёнок?! Общий? Или приёмный?

— Один общий, один приёмный. Но вторая дочь чистая саури. Племянница его супруги.

Император нашарил на столе стакан с прозрачной жидкостью, жадно осушил. Перевёл дух, потом вновь спросил:

— Они… Сильно отличаются от нас?

Секретарь отрицательно покачал головой:

— Как две капли воды, ваше Императорское величество.

— Тогда я не понимаю.

Снова пауза.

— Но ты прав. Это действительно важно. Впрочем, ладно. Что же хочет Кузнецов? Впрочем, ты говорил о статусе нейтральной планеты? Имея такую супругу — понятно почему. Что-нибудь ещё?

— Транспортную планетарную систему, торговлю, и… Лечение его биологической матери в клинике Руси Великой. Он готов оплатить все издержки.

— Хм.

Император криво усмехнулся.

— И чем же он собирается расплачиваться? Транспортная планетарная система! Торговля! Лечение. Ну, допустим, последнее я согласен оплатить из казны. Всё же он был русским офицером. Но ТПС! Ему же известна стоимость ворот телепортации?

Секретарь позволил себе едва заметно шевельнуть краешками тонких губ в улыбке:

— Ваше Императорское величество, смею надеяться, что ему есть чем заинтересовать Империю.

— Да? Трансураниды? Лантаноиды? Неизвестные нам средневековые технологии? Ха-ха!

— Разверните платок, ваше Императорское величество.

Не переставая смеяться, император шевельнул рукой, и резко оборвал своё веселье, едва удержавшись от того, чтобы выпучить изумлённо глаза. Он же император, в конце концов! На столе перед ним, завёрнутый в какую-то тряпку стоял невиданных размеров и чистоты огненный сапфир! Высотой около тридцати сантиметров, с ярко сияющим внутри голубого октаэдра оранжевым пламенем.

— Это… Это…

— Совершенно верно, ваше Императорское величество. Именно поэтому я осмелился прервать ваши переговоры с Партократией и вызвать вас для срочного разговора. Семьдесят пять тысяч карат говорят сами за себя.

— С… Семьдесят пять тысяч?!

— Да, Ваше Императорское величество. Или пятнадцать килограмм. Более того, он готов поставлять огненные сапфиры и далее.

Мгновенный перебор вариантов в мозгу правителя, и… О, нечистая сила! Майор, надо признать, переиграл его! Ведь его жена — дочь Вождя Вождей Кланов Саури! И, естественно, тесть не станет смотреть, как Русь захватывает источник таких камней, смирно и покорно! Проклятие! Снова сделал глоток сока из мгновенно наполненного секретарём стакана. Затем сделал привычный жест.

— Можешь идти.

— Благодарю, ваше Императорское величество. Осмелюсь сообщить, что остальные подробности дела в конверте ан вашем столе.

— Всё. Свободен. Я согласен. Так и передай Совету. Детали обсудим завтра.

Рассыпаясь в благодарностях секретарь исчез за массивными створками дверей личного кабинета Императора, оставив того одного. Дождавшись, когда тот исчезнет, Сергей поднялся из-за стола и начал расхаживать по скромно, против ожиданий, убранной комнате, время от времени поглядывая на играющее в камине пламя. Император самой большой и могучей из Империй Человечества любил открытое живое пламя. И — мог его себе позволить. Впрочем, ледяная сдержанность и невозмутимость мужчины были легко разбиты таким вот сообщением, и весьма материальным подтверждением. Огненные сапфиры. Основа основ экономики и энергетики что у людей, что у саури. Известные месторождения истощаются. Новых практически нет. Переходить на альтернативные виды энергии настолько затратно, что ни одна экономика этого не выдержит. И вот — новое, и судя по всему, перспективное месторождение. Естественно, что он, Император, согласен на условия майора. Или того, в чьём он сейчас теле. Тем более, они настолько смешны, что просто удивительно! Транспортная планетарная система, право торговли, впрочем, как сказал Григорий, цивилизация на уровне века пара. Значит, согласно статусу и Галактическому Кодексу — только предметы ширпотреба, и ничего из военной техники или материалов, естественно, самого оружия. Ну и лечение его биологической аборигенной матери. Стоп. А вот это то? Последнее ему зачем? Если психоматрица подавила личность носителя, как утверждает Гриша? Император потянулся к толстой пачке бумаг, с натугой снял увесистый, действительно, пятнадцать килограмм в нём наберётся, кристалл, раскрыл документы, и… Замер на месте, словно столб. С голографии на него смотрело тонкое, удивительно красивое лицо женщины средних лет. Перевернул лист, прочитал: 'Аруанн дель Парда. Тридцать шесть лет. Мать Атти дель Парда'. Затем медленно уселся обратно в кресло, не выпуская из руки голографию.

— Значит, её майор собрался вылечить?..

Дворец Вождя Вождей.

— Великий! Кейор Димал ас Сарейян просит твоей аудиенции!

Слуга согнулся в поклоне. Вести о дочери! Единственном, оставшемся у него ребёнке. Старший сын пропал неизвестно где, потом — дочь. Он уже думал, что остался один, и возраст уже не позволяет иметь ему детей. Ведь и они родились уже тогда, когда ни один врач не давал никаких гарантий отцовского счастья… Вождь махнул рукой, разрешая офицеру войти. Спустя мгновение тот застыл перед троном, опустившись на колено. В руке он держал нечто, завёрнутое в ткань.

— Говори!

Кейор вздрогнул, словно его отвлекли от чего-то, затем склонил голову, поскольку ни один саури не мог смотреть на Повелителя, когда открывает рот, и начал. И когда из его губ прозвучали первые слова, Вождь Вождей едва не получил разрыв сердца:

— Я, кейор Димал ас Сарейян, сейчас посланец короля планеты Фиори Атти дель Парда. Вождь Вождей, я прошу твоей милости о признании моего мира нейтральным, ибо я — человек. Дочь твоя, — Ооли Ас Самих ур Хейал ти Моори, стала моей любимой супругой и в браке родила мне ребёнка, Аруанн, твою внучку. Знаю, что ничем нельзя смыть подобное оскорбление, но согласно обычаям твоего мира, посылаю я, Атти дель Парда, человек, тебе достойный Вождя Вождей выкуп. Прими его, прости свою дочь и прими свою внучку.

— Что?!

Голос саури на троне стал подобен шипению змеи.

— Да как он посмел?! Негодяй!!! Я убью его лично! Сдеру кожу, набью травой и выставлю на всеобщее обозрение!!! А презренную, посмевшую предать род и кровь свою — сожгу вместе с её отродьем на площади Дворца! Кейор! Почему ты не убил её там?! Вместе с её мужем?!

Вождь Вождей буквально выплюнул последнюю фразу, и стоящий перед ним на колене военный опустил голову ещё ниже. Глухо ответил:

— Я лишь вестник, Великий. Вот выкуп.

— Да…

Слова застряли в горле правителя. Впрочем, и придворные, окружавшие его, так же потеряли дар речи. И те, кто только что ехидно улыбался, предвкушая падение с трона, и те, кто искренне жалел своего владыку за неслыханный позор, который навлекла на него беспутная дочь. Гробовая тишина воцарилась в зале. Наконец её нарушил голос Вождя Вождей:

— Это…

— Да, повелитель. Пылающий яффар. Весом в тридцать сарха. Настоящий. Его посылает тебе человек, как выкуп за свою супругу, Ооли дель Парда. Взамен он просит признания статуса планетной системы Фиори нейтральным и начать торговлю.

— Атти дель Парда… Он человек?

— Да, повелитель.

— А имеет ли он отношение к русским?

— Да, повелитель. Он — бета офицера императорских войск Максима Кузнецова.

По залу пронёсся лёгкий гул — все стали переглядываться в поисках ответа на непонятный термин.

— Объясни, кейор, свои слова.

— Империя овладела новыми технологиями, в результате которой сознание человека может переписываться в разум другого… тела… И правитель Фиори — именно такая копия.

На душе у Вождя Вождей отлегло — значит, не совсем человек. И возможно скрыть величайшую тайну Кланов удастся… А теперь надо принять решение. И чем скорее, тем лучше. Эти русские наверняка уже гонят свои эскадры к месторождениям, чтобы завладеть ими! Требуется спешить, чтобы не дать врагу завладеть жизненно важными для кланов залежами кристаллов. Он открыл было рот, но перехватил умоляющий стоящего перед ним офицера и недовольно спросил:

— В чём дело, кейор?

— Позволит ли Вождь Вождей теперь рассказать мне то, что я видел на Фиори?

…Боги Тьмы! Он же чуть было не совершил ошибку! Всегда говорил, что сначала нужно всё выяснить, а потом принимать взвешенное решение. И вот, поддался на очарование камня!

— Говори, кейор.

Тот вновь опустил голову:

— С Атти дель Парда живёт в качестве приёмной дочери Аами, ребёнок вашего старшего сына, убитого аборигенами. Девочка сама рассказала нам это. Её приёмный отец здесь не причём.

— Ах!

Словно ветерок пронёсся по залу. Лишь Вождь Вождей был недвижим и не выражал никаких эмоций…

— Правитель Фиори обратился с просьбой о признании статуса нейтральности своей системы и к Императору Русской Империи.

— Значит, русские знают о кристаллах?

— Да, правитель. Но до нашего отбытия из Фиори пришёл ответ владыки людей.

— И каков же он?

Старый саури на троне едва заметно шевельнулся, выдав своё нетерпение.

— Император согласен.

— Ох!

Вновь пронеслось ветром по залу. Такого ответа никто не ожидал. В том числе и Вождь Вождей.

— Значит, со стороны Империи гарантируется аннексия Фиори?

— Да, правитель. Император дал своё слово. Если мы, Кланы, тоже согласимся на это.

…Хм… К чему бы это? Или… О, Боги Света! Неужели и людям надоела эта война?! И моя девочка станет тем, кто перекинет тоненький мостик хрупкого мира между нами? Надо расспросить кейора наедине. И поскорей. Он, как я вижу, далеко не дурак, и явно не стал выкладывать очень и очень многое на всеобщее обозрение. Что? Что за жест?! Левая рука офицера, прижатая по уставу к груди, действительно шевелила пальцами, складывая их в условные знаки. Прочитав, Вождь Вождей утвердился в правильности решения.

— Аудиенция закончена. Слова Атти дель Парда услышаны.

Весь зал замер — что скажет сейчас правитель Кланов? Да, или нет?

— Выкуп принят.

— Ах…

Гулом пронеслось по залу. Значит, дочь прощена. Её ребёнок принят родителем, и, следовательно, признан кланом. И — истинным саури…

Через час кейор вновь склонился перед Вождём Вождей в его личных покоях. Разговор начался с короткой паузы, после которой последовал вопрос:

— Как моя дочь?

— Она… Счастлива, правитель. Это её слова.

— Счастлива с человеком?!

— Да. И…

На этот раз правитель почувствовал некое колебание, но потом кейор решился:

— Они любят друг друга. По настоящему.

— Любят?! Но как это возможно? Он же человек!

— Не совсем, правитель. Иначе бы у них не было общего ребёнка.

— Ты уверен, что это действительно общий ребёнок?

— Абсолютно, правитель. Внешне он похож и на вашу дочь, и на её супруга. И — вот.

Рука кейора нырнула за обшлаг парадного мундира и вытащила небольшой памятный кристалл, положила перед собой.

— Письмо от них обоих.

Правитель помолчал, беря тайм-аут на раздумье. Хорошо. Он посмотрит послание один. Без свидетелей.

— Что-нибудь ещё? Откуда ты узнал, что император Руси согласен на нейтральный статус Фиори?

— Правитель, получилось так, что мы нашли Ооли одновременно со спасательной экспедицией людей. Естественно, что едва не сцепились в смертельной схватке, как положено истинным воинам. Но тут вмешались ваша дочь и её муж: они приказали прекратить бой, потому что их планета нейтральная, и не воюет ни с кем. Затем меня и вождя людей пригласили на ужин во Дворец. Там вновь было сделано заявление о желании жить в мире и согласии со всеми державами. Русью и Кланами. Атти дель Парда предложил создать совместную комиссию по надзору за добычей кристаллов и делить их поровну между нами и людьми. Ещё он пожелал приобрести у людей ворота-телепорт, и вылечить у них свою мать.

— Мать?

— Биологическую мать его носителя.

— Благородный поступок. Не ожидал от человека. Значит, транспортная система?

— Да, правитель. У землян был с собой маяк привода.

Последовал благосклонный кивок головой.

— И когда они отправили официальный запрос дель Парда на Русь, то уже на следующий день получили приказ активировать маяк. После этого на Фиори высадились специалисты, приступившие к монтажу транспортной системы. На памятном кристалле, переданном вам — коды доступа на Фиори для Кланов.

— Что?!

— Атти дель Парда дал доступ на планету для желающих соблюдать нейтральный статус Фиори. Он по-своему благороден, правитель. Иначе бы ваша дочь не стала его женой. По слухам, вначале между ними были недоразумения, но потом они нашли общий язык и точки соприкосновения. Настолько, что принцесса решилась родить человеку дочь. Ясно одно — человек не хочет, чтобы в окрестностях его мира началась война, а поверхность планеты превратилась в поле нескончаемой мясорубки. По известным причинам, возвращаться в Империю у него так же нет желания. Поэтому он и желает статус нейтрального мира.

— Нейтральный мир… Нечто, где человек и саури могут встретиться без того, чтобы вцепиться друг другу в глотку… А нужно ли нам это, кейор?

Глаза офицера расширились, он даже невольно нарушил этикет, вскинув голову:

— Правитель!

— Да, нужен ли мир между людьми и саури? После десятилетий войны, истощившей наши ресурсы, унёсшей лучших из лучших, в ком не угасло благородство и доблесть?

— Вы спрашиваете меня, правитель?

— Ты — офицер. Воин Кланов. На войне со своего совершеннолетия. За твоими плечами не одна операция, не одно сражение. Ты видел всё своими собственными глазами. Так решись и скажи — примешь ли ты мир? Хотя бы в одном месте Галактики, кейор?

Офицер, спохватившись, опустил голову и глухо ответил:

— Пусть это идёт вразрез со всем тем, что впитано мной с молоком матери, правитель… Но… Я сидел за одним столом с человеком. Ели одну с ним пищу. Пил один и тот же напиток. Видел ребёнка принцессы и человека. Одновременно с капитаном земных войск. И… Мы оба остались живыми. Не сцепились в смертельной схватке. Наши воины подчинились и саури, и человеку.

Мгновение паузы.

— Это возможно, правитель. Пусть и звучит, как кощунство.

— И ты — прав, кейор. Экономика Кланов на последнем издыхании. Людские ресурсы истощаются. Отмечены волнения на граничных территориях. Уже пятьдесят лет мы не посылаем экспедиции за пределы нашей территории, потому что у нас нет возможности снарядить межзвёздную колонну. Все силы уходят на войну. На смерть и разрушение. И, думаю, что у людей ничуть не лучше. К тому же они окружены враждебными им владениями, которые спят и видят, как бы захватить себе звёздные системы, принадлежащие соплеменникам мужа моей дочери. Поэтому, похоже, и Император людей пошёл на столь беспрецедентный шаг, даровав статус нейтрального такому миру. Потому что и русским приходится делать выбор, перешагивая через себя. И, пожалуй, соглашусь с ним. Пусть Фиори станет нейтральным миром, где не скрестятся в поединке мечи людей и саури. Можешь идти, кейор. И храни молчание до утра.

— Как пожелаете, повелитель.

Димал ас Сарейян поднялся с колена, отвесил низкий поклон, вышел. Правитель поднялся с трона, подобрал памятный кристалл, быстро вставил его в проигрыватель. Затем долго всматривался во вспыхнувшее изображение маленькой, совсем крохотной девочки, отыскивая с каждым мгновением всё больше сходства со своей дочерью.

— Внучка…

Прошептал он.

— Моя — внученька…

Спустя два месяца. Фиори.

…Провыли трубы. Император Руси медленно взял в руки отделанную драгоценным деревом ручку, и, чуть наклонившись к столу, вывел свою подпись под договором. Сделал шаг в сторону. На непроницаемом лице мужчины средних лет нельзя было прочесть никаких эмоций. Холодная маска человека, привыкшего с раннего детства нести ответственность за миллиарды подданных и самое большое государство человеческого сектора Галактики. Засветились тысячи голокамер, транслируя происходящее во все миры, засуетились секретари, подсекретари и надсекретари, срочно копируя в тысячи экземпляров документа его подпись. Узкая рука серого цвета перехватила ручку, которой делали подпись, чуть подержала её в пальцах, затем оставила твёрдый росчерк непривычными людям письменами на бумаге. Снова короткая пауза, а затем удивительно плавное движение, и второй, точно такой же автограф появился на втором экземпляре договора о нейтралитете планеты Фиори. Высокий саури, по виду — намного старше Императора Руси так же точно сделал шаг в сторону и застыл на месте. Снова сияние камер, шевеление тысяч придворных, затем человек сделал лёгкий поклон в сторону Вождя Кланов. Тот ответил точно таким же движением, в зале пронёсся едва слышный ропот, и вновь воцарилась тишина. После этого ритуала оба владыки разошлись в разные стороны…

Вечером того же дня.

…- Ты довольна, милая?

Атти повернулся к супруге, сидящей рядом с ним в гостевой комнате нового дворца. Очень красивая саури удовлетворённо вздохнула, затем прижалась к нему. Ласкаясь, положила голову ему на грудь, и мужчина бережно прижал её к себе. Молодая женщина ответила:

— Очень! Папа сдержал слово. Теперь дело за твоими соплеменниками.

Её муж задумчиво взглянул на застывшее изображение голосферы, затем негромко ответил:

— Наш Император умён и прекрасно понимает, что вечная война никому не принесёт победы, а лишь горе и страдания… Поэтому он и решился встретиться с твоим отцом, потому что понимает — кому то надо сделать первый шаг. Пусть пока нейтральна лишь Фиори. Но я верю, что наш мир, это первый шаг к тому, чтобы между нашими народами воцарился мир…

— Я тоже хочу верить в это… Тем более…

Саури резко извернулась и уселась на колени мужа, положив ему на плечи свои руки и быстро коснувшись на мгновение его губ своими губами:

— Знаешь, милый… У нас будет ещё ребёнок… Я снова беременна…

Ответа она не дождалась. Муж просто обнял её, очень бережно, и счастливо выдохнул:

— Как же я счастлив!..

Некоторое время пара провела в молчании, потом женщина пошевелилась:

— Атти…

— Что, дорогая?

Она шутливо нахмурилась:

— Я — дорогая? Да я просто…

— Бесценная…

Улыбнулся муж ей в ответ, и саури расцвела улыбкой счастливой супруги императора Фиори. Звякнул чуть слышно коммуникатор, и на лице человека появилась лёгкая досада.

— Вот же… Как не вовремя… Позволь, милая?

— Разумеется.

Саури снова устроилась на его груди, свернувшись калачиком, словно большая кошка.

— Да… Да… Спасибо. Нет, больше ничего. Хорошо. До свидания, сьере… Простите, офицер…

Отключил коммуникатор, шепнул в острое ушко жены:

— Мама благополучно прибыла на Русь Светлую.

— О! Надеюсь, всё пройдёт успешно?

Саури встрепенулась, услышав эту новость. Супруг кивнул в знак согласия:

— Разумеется. Это лучшая клиника Империи. Они не станут делать никаких подтяжек и прочей ерунды. Просто проведут очистку организма и уберут весь мусор из него.

— И этого хватит?

— Больше, чем. Ручаюсь, когда матушка вернётся со Светлой — многие посчитают её моей младшей сестрой…

Молодая женщина вновь расцвела улыбкой — она любила мать мужа, тем более, что родная матушка саури давно покинула это мир…

— А ты уверен, что доса Аруанн вернётся к нам?

— Конечно! Куда она денется от внуков?

Саури задумчиво подняла глаза к потолку, украшенному панелями синего дерева.

— А вдруг она выйдет там замуж?

— Я ей выйду!

Атти неожиданно вскипел:

— Только с моего разрешения!..

— У, ты какой ревнивый…

Саури слегка пощекотала его, и мужчина расцвёл довольной улыбкой:

— Я хочу, чтобы моя мама была счастлива.

— Я тоже…

Глава 2

Император с лёгкой улыбкой полюбовался на лежащую под прозрачным колпаком медицинской капсулы молодую женщину. Живая, доса Аруаан выглядела ещё красивее, чем на голограмме. Казалось бы, за пятьдесят прожитых лет он испытал многое: и горечь поражений, и обман союзников. Предательство друзей и неожиданную помощь от заклятых, казалось бы, врагов. Дамокловым мечом висел разрастающийся кризис, но вот, благодаря невероятному стечению обстоятельств, произошло чудо, и теперь можно вздохнуть с облегчением. Первый шаг к установлению мира с Кланами сделан. Благодаря незнакомому, незаметному майору. Первый, самый трудный, самый тяжёлый. Но и самый важный. Мир! Вот что сейчас не хватало Империи. Зашевелившиеся было 'заклятые друзья' из Западной Демократии, отсидевшиеся за спиной Руси, которая приняла на себя самый сильный удар, прикусили языки и вновь втянули головы обратно. Халифат, получив по шаловливым ручкам при попытке аннексии Восточного Сектора, когда неожиданно для них из пространства вывалился двенадцатый Имперский тяжёлый Флот в полном составе, вроде бы ведущий тяжёлые бои на линии Окто — Хаш — Ерре, разнёсший в щепки три Армады, заставил устроить очередной переворот и сейчас исламистам не до внешней экспансии. Партократия не упустила возможности откусить кусочек от жирного пирога. Словом, всё складывается довольно удачно. И — Кланы. Откровенно говоря, он, император, не ожидал, что Вождь Вождей согласится на просьбу Кузнецова о нейтралитете. По-видимому, за стеной побед и славословных реляций, саури тоже приходится нелегко. Да и мы научились воевать. Только вот за тяжким, отбирающим все силы трудом на благо Империи, когда забываешь обо всём, как то пролетели годы, и на себя совершенно не удалось выкроить времени. Конечно, среди придворных дам полно красавиц. Ни одна не откажется стать его подругой, или, тем паче, женой. Но будут ли они любить именно его, или возможность получить титул для них гораздо важнее всего остального? Император вновь взглянул на тонкие, нежные черты, окутанные регенерационным туманом, затем решительно тряхнул головой — нет. Он не отпустит Аруанн. Решение, принятое, когда он впервые увидел её, оказалось самым верным. Никакой силы. Только чувства. Надеюсь, ему удастся завоевать сердце женщины…

— Высочайший! И это — я?!

Аруанн поражённо рассматривала отражающуюся в зеркале стройную юную девушку не старше восемнадцати лет. Только что она вышла из регенерационной ванны земной клиники, куда её устроил Атти, и… В общем, это чудо стоило и денег, и времени, и нервов, потраченных ей. Женщина ещё раз вздохнула — с ума сойти! И кто теперь поверит, что она именно та самая доса Аруанн дель Парда с планеты Фиори, мать императора Атти Первого? Ох… Вышла из подъезда, совершенно машинально шагнула в предупредительно распахнутую дверь глайдера, так в Империи называли транспортные средства, плюхнулась на мягчайший диван своим аккуратным задиком. Машина сразу тронулась, и только тут до неё дошло, что это не её транспорт. А чей то чужой. Женщина испугалась не на шутку — сын ведь предупреждал, чтобы она была осторожней, и надо же так вляпаться… Рука скользнула к браслету, чтобы поднять тревогу, но кисть мягко удержали. Не больно. Просто предупредительно. Женщина испуганно подняла глаза и уткнулась в сидящего напротив неё мужчину, на вид — лет тридцати. Не фиорийских, земных. Прилично одетый… Даже не то, что прилично — с иголочки. Очень скромный на вид, но вместе с тем и одновременно роскошный костюм из натуральной ткани тёмного цвета.

— Что вам угодно?

Собравшись, резко произнесла Аруанн. Мужчина явно смутился, выпустил её руку:

— Простите, госпожа…

…Точно, имперский гражданин. Фиориец бы сказал 'доса'. Мужчина вместе с тем сглотнул, словно ему что-то мешало говорить, но справился с затруднением:

— Простите, никак не ожидал, что матушка нашего общего знакомого окажется такой…

— Какой — такой?

Аруанн уже начала злиться, но тут до неё дошло — 'общего знакомого'. Значит, этот мужчина знал Атти по прежней его жизни?..

— Молодой и красивой.

Женщина даже слегка покраснела от удовольствия. Первый комплимент услышанный ей после клиники.

— Да?

Мужчина кивнул в знак согласия с очень и очень серьёзным видом, и женщина немного расслабилась. В конце концов, с её статусом гостьи императорского двора, что может случиться плохого? Краешком глаза увидела герб в машине, начала кое-что понимать:

— Вы из Дворца?

Незнакомец вновь кивнул в знак согласия.

— Вас послали известить меня о чём-то?

Опять кивок. Женщина весело улыбнулась, и посыльный приоткрыл рот от изумления. Спохватился, потом с лёгким стуком его захлопнул, снова выдавил из себя:

— Простите, госпожа… Дель Парда… Никак не могу прийти в себя от удивления…

— Так что вы хотите?

Мужчина, ни мгновения не колеблясь, протянул ей небольшой узкий конверт, взятый им с полочки на дверце.

— Вот.

Женщина, недоумевая, повертела плотную бумагу в руках — вензель Императорского дома она узнала сразу. Не зря Атти заставил её столько учиться перед тем, как отправить в Русь.

— Что это?

— Приглашение. От императора.

— Приглашение?

Мужчина вновь кивнул:

— На завтрашний бал. Во Дворце.

— Ой…

Аруанн уже испуганно посмотрела на бумагу.

— Но я… Я совершенно не умею танцевать, так как здесь принято. И одежда… У меня нет ничего достойного, чтобы показаться императору…

Решительно вернула конверт человеку:

— Простите, нет. Я не могу принять это.

Мужчина нахмурился:

— Император обидится. Не всякий удостаивается такой чести.

— Я прошу передать мои извинения Его Величеству, но… Считаю себя недостойной такой милости.

— Недостойной? Вы?!

Теперь женщина слабо кивнула ему в ответ:

— Я всего лишь выходец с провинциальной планеты. К тому же — независимой от Империи. Полуграмотная вдова. И играть роль развлечения для высокородных вельмож на балу Императора у меня нет ни желания, ни причины, по которым я согласилась бы пойти на такое унижение. И вообще — прошу отпустить меня. Я хочу домой.

— Домой… Это куда?

— В свою гостиницу. Сын снял мне номер в 'Золотом Свете'.

Бровь мужчины слегка дёрнулась.

— Как пожелаете, госпожа…

Он быстро произнёс несколько слов в переговорное устройство, и Аруанн почувствовала, как глайдер слегка изменил направление движения. Оставшееся время они оба молчали. Женщина чувствовала себя не слишком хорошо, потому что её спутник пристально и довольно бесцеремонно разглядывал её. И момент остановки и открытия дверей принёс ей облегчение. Не задумываясь об условностях, она выскочила наружу тот час, как открылась дверца машины, едва ли не бегом проследовала к входу в роскошный отель и скрылась в толпе гостей столицы. Глайдер без опознавательных знаков, между тем, медленно поднялся в воздух и беззвучно растаял в переполненном машинами небе…

— Ваше Величество?

Перегородка, отделяющая водителя от пассажиров, опустилась, и в салон заглянул начальник службы безопасности Империи Русь. Мужчина, сидящий на диванчике и по-прежнему держащий в руке непринятый женщиной конверт, словно очнулся:

— Ты, Николай? А… Ничего. Представляешь, мне отказали.

— Как?!

Император усмехнулся:

— Да так. Она просто испугалась. Вот и всё.

И внезапно пожаловался:

— Нет, ты только подумай — взяла и отказалась прийти на бал.

— Может, она просто не поняла, что вы — это Вы?

— Действительно…

Человек в салоне задумался, не в силах выбросить тонкое лицо женщины, впрочем, какой там женщины — совсем юной девчонки, стоящее перед глазами. Но тут же очнулся:

— Коля, у тебя есть информация по ней?

— Разумеется.

Сбэшник кивнул, шевельнулся, и тут же коммуникатор императора тонко пискнул, принимая файл.

— Вот. Что сумели нарыть.

…Аруанн дель Парда. Биологическая мать Императора Фиори. Возраст биологический — тридцать девять лет. Единственный сын — Атти дель Парда. Он же — бета-матрица бывшего майора сил специального назначения Михаила Кузнецова, погибшего в результате катастрофы его корабля, транспорта 'Рощица', которым командовал во время реабилитации после тяжёлого ранения. Оказавшись на Фиори в теле аборигена майор не растерялся, быстро сориентировавшись в обстановке благоустроил вначале баронство, затем, графство. Подтянул общий уровень с тринадцатого века эпохи Тёмных Веков до начала Эпохи Пара. Женился на принцессе Кланов Ооли Ас Самих ур Хейал ти Моори. Общий ребёнок, девочка, зовут Аруанн. По согласованию с Вождём Кланов Саури и Императором Руси планета Фиори признана обеими державами нейтральным миром, где запрещены любые стычки и военные действия между враждующими расами…

— Всё это мне известно! Меня интересует Аруанн дель Парда!

Глава СБ виновато развёл руками:

— Простите, Ваше Величество, но она не играет почти никакой роли в государстве. Всеми делами заправляют её сын и невестка. Поэтому и доступной информации о ней практически нет…

Император решительным жестом выключил свой коммуникатор, потом откинулся на спинку кресла и чуть прикрыл глаза:

— Узнать всё. Привычки. Характер. Вкусы. Слабые и сильные места характера.

— Сделаем.

Сбэшник кивнул, уже набирая комбинацию для связи со своей конторой.

— У вас сутки.

— Так точно.

Неожиданно император улыбнулся:

— Сегодня этот чёртов бал… Слушай, Коля, закажи мне на завтра столик в этом отеле. На вечер.

— На какое время, ваше величество?

— На то, когда госпожа дель Парда там ужинает.

— Сделаем, ваше величество…

Император вновь усмехнулся, но его улыбка на этот раз была ехидной:

— А теперь подумай, Николай — если она не играет никакой важной роли на планете, которой правит её сын, стал бы он тратить сумасшедшие деньги, чтобы отправить её сюда, на Русь? Положил в лучшую клинику Империи, что тоже стоит не мало. Значит…

— Думаете, он её любит?

Мужчина кивнул.

— Словно родную мать.

— Так она и есть родная…

— Забыл, что у него разум нашего офицера?

— Тогда… Получается… да нет, ваше величество. Он же военный сирота! Тогда…

— Да. Михаил принял её как родную. Как истинную мать. И она для него — всё.

— Ясно, ваше величество…

— Не забудь про столик.

— Разумеется, ваше величество…

Аруанн закрыла за собой двери номера в гостинице и облегчённо вздохнула — наконец то она в безопасности… Эта встреча была нелёгкой. И правильно ли она поступила, отказавшись от приглашения Императора Руси? Скорее всего — да. Провинциальная дворянка, ставшая ей всего лишь за красоту… Необразованная, не знающая этикета… Она действительно станет посмешищем на столь сиятельном балу. Нет, позорить сына и дочь матушка ни за что не будет… Жаль, что наперсницы не смогли поехать с ней. Атти почему то не разрешил им этого. Может, он что-то знал или подозревал? Впрочем, не ей судить сына. Он — владыка Фиори. А она — его мать… Вздохнув, женщина заказала себе ужин в номер, а затем, перекусив, устроилась возле большого голоэкрана. Ей очень нравилось это устройство… Следующий день пролетел незаметно — столько нужно было всего сделать до отлёта! Уже под вечер женщина перешагнула порог отеля, обратив внимание на необычную тишину в зале. Что-то произошло? На первый взгляд всё, как обычно — такие же гости отеля в холле, беззвучная суета вышколенного персонала… И всё же — что то не так. Аруанн насторожилась, но до дверей своего номера она добралась без происшествий и приключений. Вошла внутрь, быстро прошагала в ванную комнату, и пока вода набиралась, открыла принесённые с собой коробки — ей не терпелось одеть новую одежду… Высушив свои длинные светлые волосы под ионным феном, быстро одела новое бельё, застегнула молнию платья, затем подошла к зеркалу, величиной в её рост, взглянула в отражение и ахнула — Высочайший, неужели это она? Идеальная, по местным меркам, фигура, облитая коротким облегающим платьем, длинные точёные ноги, в сверкающих, согласно человеческой моде лосинах, плетёные туфли на высоком каблуке… Подойдя к вмонтированному в стену сейфу, фиорийка вытащила оттуда небольшую сумочку, открыла, затем решительно вытащила оттуда подаренный ей сыном драгоценный гарнитур из платины и огненных сапфиров. Несколько экономных движений, снова взгляд в зеркало… Опять потрясённый вздох… Как бы она хотела, чтобы её кто-нибудь увидел в этом наряде и не тыкал при этом осуждающе пальцем… А почему бы и нет? Это же Русь Светлая! Мир, откуда её сын родом. И здесь носят и не такое. Куда бы пойти? Неожиданно ощутила лёгкий голод — весь день проносилась по столице Империи, и некогда было даже перекусить! А не пойти ли ей поужинать в ресторане отеля? Как там говорится? Людей посмотреть и себя, фиорийку, показать? Рука сама собой набрала вызов дежурного по гостинице, и спустя две минуты Аруанн уже спускалась в лифте в ресторан… В первое мгновение она растерялась, поскольку зал был полон, но тут к ней устремился одетый в форменный мундир отеля юноша:

— Госпожа Аруанн дель Парда?

Женщина кивнула.

— К нашему величайшему сожалению мы не можем предоставить вам отдельный столик. Но если вы согласитесь разделить его на двоих…

…Прийти попозже? Или… Почему бы и нет? В конце концов, она завтра возвращается на Фиори, где её ждёт маленькая копия Атти и Ооли, её внучка Ари…

— Я согласна…

Юноша склонился в поклоне, впрочем, всего лишь дани вежливости, затем попросил следовать за собой. Они прошли через весь зал, поднялись на галерею, украшенную местными деревьями, и, подведя к столу, за которым никого ещё не было, молодой человек произнёс:

— Присаживайтесь.

Аруанн несмело устроилась, потом подняла на помощника метрдотеля вопросительный взгляд:

— Вы сказали, что я буду здесь не одна. А где же…

— Простите, госпожа. Вот и он.

…Вначале в поле зрения возникла крепкая фигура, потом — безукоризненный вечерний костюм, а после фиорийка ахнула:

— Вы?!

Перед ней возник тот самый мужчина, который передавал ей императорское приглашение. Придворный кивнул:

— Я. А это на самом деле вы?

Аруанн неожиданно для себя смутилась и покраснела:

— Я выгляжу… Неуклюже? Или провинциально?

Подняла на него опущенный было взгляд, и едва удержалась от восклицания испуга — её невольный сотрапезник смотрел на неё слегка ошалевшим и восхищённым взглядом. Не на драгоценности. Именно на неё. Наконец, то ли придя немного в себя, то ли просто поняв, что совершает бестактность, отвернулся:

— Извините… Просто я никак не ожидал… Что вы окажетесь столь… Прелестны…

Аруанн зарделась от удовольствия. Потом решила взять инициативу в свои руки:

— Вы знаете — я приезжая… Не могли бы вы помочь сделать мне заказ? Я не знаю местной кухни…

— С удовольствием, госпожа…

— Аруанн… Аруанн дель Парда…

— Аруанн…

Мужчина, сидящий напротив неё, словно покатал на языке её имя, пробуя его на вкус:

— Красивое… Имя…

Затем сделал знак рукой, тут же возле их столика возник вытянувшийся в струнку, словно военный, официант:

— Нам, пожалуйста, подайте…

Список блюд оказался неожиданно длинным, и фиорийка даже забеспокоилась — сможет ли она столько съесть, но промолчала. Впрочем, едва прислуга отеля удалилась, мужчина наклонился к ней:

— Вам что-то не понравилось, Аруанн?

…Внутри женщины словно прокатился тёплый шарик — человек спрашивал её так участливо и искренне… Нашла в себе силы ответить:

— Вы столько всего заказали…

Мужчина беззаботно махнул рукой:

— Не волнуйтесь. Не так и много. Просто некоторые блюда у нас обозначаются целой кучей словесного мусора…

Улыбнулся, и у женщины вдруг что-то ёкнуло — улыбка её случайного спутника была такой… Доброй… И даже несмотря на допущенную им вольность, некоторую интимность, когда он обратился к ней без обязательной 'госпожи' или 'досы'… Ой!.. Женщина покраснела, словно юная девушка на первом свидании. А мужчина зачарованно приоткрыл рот, глядя на неё… Наконец, спохватился:

— Извините…

Но и Аруанн уже немного пришла в себя. Как нельзя вовремя подоспел официант, перегрузил блюда с подноса на столик, поклонился коротким, уже привычным земным кивком, ушёл. Человек обвёл стол:

— Прошу вас, госпожа…

Аруанн взяла вилку, осмотрелась — всё было так маняще и пахло так вкусно… Но не повредит ли ей земная пища? Ту, что она пробовала из тех контейнеров с корабля сына, можно было есть без всяких последствий. А в лечебнице её кормили специальной пищей. Рискнуть? Несмело потянулась к блюду, взяла крохотный кусочек какого-то овоща, очень осторожно откусила…. Как вкусно! Её партнёр за столом отметил про себя эту осторожность, чему то улыбнулся, и женщина насторожилась:

— Вам смешно?!

— Что вы, госпожа… Боитесь, что будут последствия?

— Вы же знаете, что я — фиорийка.

Он кивнул в знак согласия:

— Естественно, знаю. Ведь это я должен был передать вам приглашение. Неужели вы считаете, что я бы отдал его первой встречной?

Аруанн вновь покраснела, а мужчина снова застыл столбом. Потом вдруг резко крутанул шеей, совсем как Атти, и… Она не поверила своим глазам, на его щеках появился лёгкий румянец, и у ней вновь стало тепло на сердце…

— Как жаль, что я завтра уезжаю…

— Куда?!

Немного испуганно воскликнул человек. Фиорийка вздохнула:

— Домой… Меня ждёт сын… И дочь…

— Вы разве замужем?! Никогда бы не поверил! Вы выглядите так молодо…

— Делаете мне комплимент? Я вдова. А дочь — жена сына. У меня даже внучка есть!

С неожиданно гордостью произнесла Аруанн. Мужчина вдруг неожиданно внимательно взглянул на неё:

— Кстати… С вашей внучкой… Это непонятная для нас загадка.

— Для нас? Для кого — нас?

— Человек покрутил в воздухе неопределённым жестом пальцами:

— Для нас — людей. Общий ребёнок между саури и человеком… Простите — саури и фиорийцем… Что интересно — вы знаете, госпожа, что у нас с вами так же возможны общие дети?

— Вы говорите непристойные вещи!

Аранн даже бросила вилку на стол, собираясь уйти, но её собеседник вдруг прижал её ладонь к столу своей рукой:

— Не злитесь, госпожа. Я не никоим образом не хотел обидеть вас. Может, неудачно выразился…

Фиорийка начала немного остывать.

— Что вы хотите сказать этим?!

— Понимаете, госпожа… Общие дети между человеком и саури невозможны. Это подтверждённый неоднократно факт. Во всяком случае, мне, лично, неизвестно ни одного случая, когда рождался общий ребёнок в результате известных отношений, хотя гены полностью совместимы… Но вот налицо результат — ваша внучка. Ведь ваша сноха — саури?

Аруанн медленно кивнула.

— А ваш сын — человек. Вне всяких сомнений.

— Я знаю, что у него разум русича. Но тело — моего сына!

Человек напротив неё слегка откинулся на спинку своего стула:

— Я не подвергаю сомнению этот факт, госпожа. За одним только, но очень большим 'но' — вы же проходили очистку организма в нашей клинике?

Женщина вновь кивнула своей головой, украшенной высокой причёской.

— И что?

— Если бы у нас были различия в организмах, то никакое лечение, никакие препараты не дали бы столь…

Он вновь покрутил рукой в воздухе:

— Столь разительного результата. Вы… Просто стали такой… Ошеломляющей… Что мне искренне было жаль не увидеть вас на Императорском балу…

— Я простая провинциальная баронесса… Точнее, теперь уже мать императора захолустной планетки, которую любая из ваших держав может превратить в пыль одним мановением руки…

Мужчина тонко улыбнулся:

— Вот тут вы ошибаетесь, госпожа. И очень сильно…

Неожиданно фиорийке стало любопытно:

— Почему?

— По множеству причин.

— И каких же?

Её собеседник вновь улыбнулся:

— Ваш сын, император — человек. Значит, за ним стоит вся мощь Руси. Ваша сноха…

— Дочь.

— Простите — дочь. Она одновременно и дочь Вождя Кланов саури. За ней — мощь всех Истинных Кланов. Как думаете, что будет, если обе эти силы сойдутся?

— Война…

Испуганно прошептала женщина. Мужчина отрицательно покачал головой:

— Не война. Тотальное уничтожение всего живого. Мы, конечно, воевали раньше. Но не было столь заманчивого приза, как сейчас. Копи огненных сапфиров. Самых драгоценных камней Вселенной. И из-за них оба государства будут стоять насмерть. До последнего корабля. До последнего солдата.

— Они столь ценны?

Человек снова качнул головой:

— Больше, чем ценны. Основа нашей экономики и экономики Кланов зиждется на них. Все месторождения этих камней наперечёт, и известны всем и каждому в обеих державах. И открытие новых залежей кристаллов, тем более — неслыханных до сих пор размеров и чистоты, вызвало просто шок среди всех нас. Думаете, почему саури пошли на столь беспрецедентное соглашение — признать Фиори нейтральной планетой?

— Из-за камней?

— Да, госпожа. Именно из-за них. И потому на балу бы вы были самой уважаемой и желанной гостьей. Поверьте.

— Верю…

Тихо ответила фиорийка, опуская глаза. Потом вдруг смахнула неожиданную слезу, и мужчина встревоженно спросил:

— Вы плачете?! Я вас чем то обидел?

Теперь уже она отрицательно покачала головой.

— Нет. Что вы… Просто… Просто… Мне обидно, что ко мне здесь так хорошо относятся только из-за богатства, которым обладает мой мир…

Человек замолчал на некоторое время. Потом, по-видимому, пришёл к какому то решению:

— Госпожа… Вы умеет танцевать?

Аруанн несмело ответила:

— Только вальс… Атти научил меня…

— Вы позволите вас пригласить?

— Меня?

Она ахнула, зардевшись, потом слабо кивнула в знак согласия.

— Тогда — позвольте вас пригласить, госпожа?..

— Из-за моего богатства?

Человек на мгновение прикусил губу:

— Вы говорите глупости, госпожа. Я богат не меньше, а может, даже больше, чем вы. Так что мы в этом смысле — ровня. И я не вижу смысла приглашать вас в надежде завладеть вашими рудниками.

— Тогда — почему?

На лице мужчины появилась задумчивая слабая улыбка:

— Хотел бы я тоже знать, почему… Может, потому что вы мне нравитесь?

— Я?! Но я старая, не человек, и вообще — у меня взрослые дети и внучка! Может, я выгляжу молодо, но мне уже тридцать шесть лет!

— Всего?

Она словно споткнулась на ровном месте:

— Что значит — всего?

Человек снова улыбнулся:

— Так и мне — пятьдесят… Разница в нашем возрасте сейчас практически незаметна. Поэтому позвольте мне пригласить вас на вальс, доса Аруанн?

— Вы знаете, как правильно обращаться к даме?! Почему же вы не делали этого раньше?

Улыбка на лице собеседника стала дразнящей:

— Знаете, госпожа… Мне просто вдруг захотелось, чтобы вы начали привыкать к русским обычаям.

— Это ни к чему. Завтра я возвращаюсь домой. На Фиори.

Её собеседник отрицательно качнул головой:

— Это вряд ли.

Аруанн вдруг разозлилась:

— Послушайте, вы! Во-первых, вы так и не представились! И какое право вы имеет задерживать меня?! Я не подданная Руси!

— Сергей.

— Что, простите?!

— Меня зовут Сергей. Относительно же остального — Император Руси собирается жениться, доса. Неужели вы пропустите столь уникальное и знаменательное событие?

— Император… Женится?

— Да. Вы не знали? Ну, разумеется. Об этом вообще мало кто знает… Кроме меня, и, теперь, вас, госпожа…

Аруанн заволновалась:

— Мне нужно поговорить с сыном! Обязательно! Только он может решить, оставаться мне, или нет! И я хочу…

— Всё, что угодно. Но я предлагаю поговорить с членами вашей семьи вместе…

— Я и сама могу сказать Атти, что его Император женится!

— Разумеется, можете. Но мне кажется, что это будет лучше сделать мне. Ваш сын меня знает лично. Поэтому — поверит. И вообще, мы собирались танцевать…

Он поднялся из-за стола и протянул руку к женщине. Аруанн несмело встала, приняв её, и пара прошла к скрытой до этого настоящими кустами какого-то экзотического кустарника танцевальной площадке… Когда его уверенная рука легла на тонкую талию, оба партнёра вздрогнули. Но грянула музыка, и человек и фиорийка вдруг закружились в бессмертном танце… Слова больше были не нужны, поэтому оба просто молча наслаждались танцем и близостью друг друга… Наконец отзвучали последние аккорды, всё стихло, и мужчина нехотя отпустил свою партнёршу, потом вновь предложив ей руку, отвёл обратно к столу…

— Простите… Вы сказали, что император Руси женится… Но об этом пока знают только вы и я… Почему? И вы хотите, чтобы я присутствовала на этом бракосочетании… Зачем? Для чего императору нужна провинциальная дворянка? Опять из-за денег, или из-за камней?

Человек с досадой вздохнул:

— Опять вы за своё? Придётся объяснить проще, доса.

Он набрал в грудь побольше воздуха:

— Скажите, как можно жениться, если на свадьбе нет невесты?

— А причём тут я?!

Не поняла Аруанн. И человек терпеливо пояснил:

— Ну как ещё? Вас же и приглашают в качестве будущей жены Императора.

— Что?! Это какая то дурная шутка?! Вы переходите все границы дозволенного!

Аруанн вскочила со стула, словно ужаленная, и вдруг застыла на месте. Пригвождённая к месту ироничным взглядом голубых глаз:

— Никакая не шутка, госпожа. Собственно говоря — я задумался об этом ещё когда впервые увидел вашу голограмму. А сейчас ещё больше утвердился в принятом решении, доса Аруанн дель Парда…

Мужчина так же поднялся со своего места и, выйдя из-за стола, взял её руки в свои ладони, заглянул в глаза:

— Ты выйдешь за меня замуж, Аруанн?

— Ты…

Последовал кивок:

— Да. Это я, Сергей Шестнадцатый, Император Руси. Прошу тебя стать моей женой, императрица-мать Фиори, Аруанн дель Парда…

— Но… Почему я?

Уже решившись, тихо спросила фиорийка.

— Откуда я знаю, почему…

Так же тихо ответил ей человек:

— Просто увидев тебя сейчас, я понял, что никогда не прощу себе, если мы расстанемся…

Глава 3

Дзинь! Дзинь! Словно хрустальный колокольчик прозвенела система оповещения транспортных ворот, сообщая о том, что на Фиори прибыл очередной гость. Чиновник-регистратор, сонно дремлющий за стойкой, встрепенулся — хоть какое то развлечение! После того, как матушка Императора стал супругой владыки Русской Империи, поток гостей оттуда очень резко иссяк. Иногда, впрочем, очень и очень редко, появлялись саури. Но, как правило, ненадолго и мимоходом — доставить письмо из дворца супруге Атти Неукротимого, или передать какие то небольшие подарки. Впрочем, кто и для чего прибыл на Фиори, служащего не волновало — ни одна из организаций, что в Кланах, что в Империи, не могла пропустить постороннего по определению. Того, кого нежелательно видеть на их планете…

…Новоприбывший подошёл к стойке, и на неё кошачьим плавным движением был положен небольшой пластиковый квадратик. Чиновник взглянул и его глаза округлились от удивления — помяни Нижайшего, и вот он, собственной персоной!

— Доса?

— Ююми ас Садим уль Вермаа.

— Цель визита?

— Эмиграция.

Глаза чиновника стали ещё больше — саури из Кланов хочет жить на отсталой, дикой планете?! Впрочем, ему хватило ума сдержать эмоции и просто сунуть идентификационную карту приехавшей в регистратор. Аппарат озадаченно пискнул, переваривая информацию, потом погудел, что само по себе являлось нонсенсом, поскольку любая техника работала совершенно бесшумно, наконец, победно звякнул, выбрасывая карту обратно. Узкая кисть протянулась, чтобы забрать документы, но чиновник озадаченно смотрел на голосферу.

— Простите, доса… Одну минуту. Работа с вами не закончена.

Саури молча застыла на месте, ожидая продолжения речи. Но тут машина снова звякнула, и зашумел принтер, печатая один лист за другим. Наконец, работа закончилась, и служащий почти мгновенно разделили пачку листов на две стопки. Одну протянул саури:

— Прочитайте и распишитесь.

Женщина, точнее, девушка, быстро пробежала стопку глазами, потом выудила откуда то стило и поставила чёткий росчерк внизу каждого листа. Чиновник, тем временем, куда то отлучившийся, уже успел вернуться и с победным видом шлёпнул перед ней пухлый конверт.

— Это ваше, доса Ююми.

Та удивлённо посмотрела на человека.

— Что это?

Служащий терпеливо пояснил:

— На Фиори праздность запрещена законом Атти Неукротимого. Поэтому вам уже подыскано место жительства и работа.

— А я…

— Не можете. Вы — эмигрант, желающий получить гражданство Фиори. Поэтому в течение определённого срока вам придётся работать там, где вам указано.

— Но…

— Без 'но' и 'не хочу'. Если вы не желаете этого делать…

Красноречивым жестом чиновник показал на помаргивающие датчиками транспортные ворота перехода. Саури вздохнула:

— Надеюсь, это не стриптиз-бар?

— Что?

— Кем и где я буду работать?

— О! Доса, вам очень повезло! Просто сказочно повезло!

Затараторил расплывшийся в улыбке до ушей сановник:

— Только-только, буквально за минуту до вашего прихода к нам поступила заявка на секретаря, простите — секретаршу, со знанием русского, клановой речи, знающих технику обоих миров. Правда, далековато от столицы, но оттуда регулярно совершаются рейсы дирижаблями государственной компании. Так что никаких проблем! В самом городке тоже найдутся развлечения. И зарплата очень высокая!

Саури устало прервала поток речи служащего:

— Ладно. Куда и как мне добраться?

— Одну секунду!

Чиновник мгновенно набрал номер на своём коммуникаторе:

— Алло, сьере Дмитри? Вы не поверите, я нашёл вам секретаря. Что?! Да, как вы просили. Знает оба языка, умеет пользоваться техникой, да-да… Берёте? Замечательно. Сейчас пришлю. Разумеется!

Отключился, победно взглянул на укутанную в покрывало девушку:

— Сейчас вам в те двери, а там — сто метров вперёд до площадки, увидите транспортный глайдер. Он и довезёт вас до рудника.

— Рудника?

Глаза саури округлились. А чиновник с недоумением произнёс, ни к кому не обращаясь:

— А разве я не сказал, что вы летите на 'Тигровый — четыре'?

…Тигровый — четыре. Один и крупнейших рудников по добыче огненных сапфиров… Саури едва не открыла рот от удивления. Но сдержала свои эмоции. Неужели ей так повезло? В таких местах усиленная охрана. И ни один из врагов не сможет до неё там добраться. Так что, пожалуй, впервые в жизни ей повезло… двери распахнулись неожиданно легко, несмотря на свой древний вид, и Ююми отшатнулась от порыва ледяного ветра, ударившего ей в лицо. Она слышала, что на Фиори есть зимы. Но что окажется так холодно — никак не ожидала! Ветер бил в лицо с такой силой, что девушку шатнуло. Кое-как всмотрелась в тьму — да, там впереди что-то есть! Мигнули огоньки. Кое-как побрела на вспышки сигнальных фонарей, проваливаясь по щиколотку в снег. Но, Хвала Богине, те медленно приближались, несмотря на жуткий холод, заставляющий коченеть её тело. Вскоре она уже смогла различить грубые контуры стандартного человеческого грузовика. А ещё через десяток шагов уткнулась в пластикоидную стенку. Где-же люк?! Если она пробудет снаружи ещё пять минут, то окоченеет окончательно!.. Внезапно сильная рука в меховой перчатке ухватила её за рукав, затем громкий голос проревел в ухо:

— Ты — новый секретарь?

Не в силах говорить, саури кивнула.

— Пошли!

Но ноги окончательно отказали, и она без сил опустилась на землю. Человек, а это точно был человек, негромко выругался, быстро нагнулся и легко подхватил саури на руки… Протестовать сил не было. Она настолько промёрзла… Одетая лишь в лёгкий стандартный военный комбинезон со споротыми нашивками и простое газовое покрывало, которым прятала свои уши.

— Твою ж мать!

Пахнуло теплом, но она ничего не видела. Только ощущала.

Вверх. Вниз. Наконец её опустили на что-то жёсткое. Почувствовала, как вокруг талии затянулся ремень. Потом её в руки вставили нечто металлическое.

— Пей!

Кое-как поднесла это к губам. Наклонила, ощутила жидкость. Сделал большой глоток и… Задохнулась. Потом на неё напал жуткий кашель, зато тут же пробил пот, и стало не просто жарко — душно. С трудом открыла глаза — возле неё никого не было. Показалось? Но нет же — это пассажирский отсек. А может, не пассажирский, а грузовой. Тускло горит расплывающаяся почему то лампочка накаливания, голые металлические стены, в руке — обычная плоская фляжка, которую так любят люди. Понюхала — Богиня! Это же чистый спирт! Какая гадость! Скривилась, и тут транспорт, похоже, стартовал. Потому что дикий рёв двигателей ударил по ушам, машину тряхнуло, а потом навалилась перегрузка. На короткий миг, но ясно, что аппарат пошёл на взлёт… Стало опять холодно, и, скривившись от отвращения, Ююми сделал небольшой, просто крохотный глоток спирта из горлышка. Опять согрелась… И опять… После очередного перед глазами начала проявляться картинка, и саури скорчилась к жутко неудобном креслице, поджав под себя ноги…

Два месяца назад. Планета Клана Ас Самих в зоне саури.

— Ююми, я решил выдать тебя замуж.

Девушка, стоящая перед сидящим в кресле высоким мужчиной, вскинула до этого опущенную голову под девичьей накидкой.

— Отец…

— Мы договорились с Кланом Ас Сареми, что брак между нашими детьми послужит к упрочнению союза между нами. Свадьба через три недели.

— Дозволено ли мне узнать, кто из Клана станет моим мужем.

Саури в кресле пошевелился:

— Это Горх ур Сареми. Старший сын Вождя.

Девушка побледнела, опустив глаза. Горх! Тот самый, который поклялся обесчестить её после свадьбы, отдав своим слугам! Тот, кто ненавидит её больше всех на свете! Даже больше, чем людей! И за что? За то, что она отказалась тогда танцевать с ним! Пусть отказ и был на глазах у всех присутствовавших на балу в честь её демобилизации. Ей было просто противно танцевать с тем, кто отсиживался в тылу, пока она воевала с варварами из человеческих миров. Но из-за такой мелочи произнести Асху — клятву смертной мести… Нет! Никогда! Лучше умереть! Или… Бежать… Другого выхода нет. Иначе…

…Шурха Клана Ас Самих Ююми, рассмотрев и взвесив все аспекты вашего дела Суд Клана Ас Самих постановил следующее — изгнать вас из Клана, лишить титула шурхи Клана Ас Самих — старшей дочери. Кроме этого — вынесено особое постановление: вы так же лишены защиты Клана и объявлены свободной к охоте.

Председатель Высшего Суда Клана бросил на замершую в клетке фигуру с опущенной головой презрительный взгляд и сел. Прозвучала команда:

— Освободить преступницу.

Двери клетки раскрылись, и дюжие охранники вытащили девушку наружу. Поставили на помост. Лязгнул меч, вытащенный из специального ящика. Щёлкнули специальные клещи, и на помост с тупым стуком упали две половинки родового оружия. Снова в зале прогремел голос:

— Она изгнана. Забудьте имя опозорившей нас.

Все, кто присутствовал при церемонии, поднялись со своих мест и хором произнесли:

— Проклята и забыта. Именем Клана…

…Ююми всхлипнула. Потом… Потом было много чего. Бегство от охотников за головами, которых наняли родственники Горха, поддельная личность, купленная за последние деньги. Постоянный страх, что когда-нибудь её убьют… Случайно она узнала новость о том, что Вождь Вождей и земной Император не заключили договор о нейтральной планете. А дочь Вождя Вождей стала женой человека и даже смогла родить ему дочь… Второе потрясло всех больше первого. Саури смогла родить от человека?! Тем не менее, всё спустили на тормозах, потому что случилось невозможное. К тому же человек, который смог стать отцом ребёнка принцессы, смог найти и приютить прямую наследницу Кресла Вождей — единственную дочь старшего сына Вождя, убитого дикарями. Это, и ещё неслыханный выкуп, внесённый им за позор, спасли Ооли и дали признание нейтралитета планеты. И… Теперь это единственное место во Вселенной, где Ююми сможет начать новую жизнь. Пусть убогое, отсталое, примитивное и дикое. Но здесь можно не скрываться ни от кого. Можно показать себя без опасения быть убитой. И здесь она — только она…

…Аппарат начало раскачивать, что вызвало дурноту. Но Ююми справилась с позывами рвоты. В армии бывало намного хуже. Рёв двигателей так же не причинял неудобства. Сделала сразу большой глоток, сплюнула на ребристый пол. Ещё… Вот же! Кончилось! Как жаль! О! А, оказывается, тут есть ещё сиденья. Можно убрать подлокотники и прилечь! Как же хорошо… Как спокойно и тихо…

…Она не видела, как в отсек вошёл человек. Увидел валяющуюся на полу плоскую фляжку, нагнулся, подобрал, удивлённо перевернул, потом снова взглянул на спящую фигуру. Мотнул головой в знаке удивления. Наклонился нал лицом саури, но ничего не смог различить — голова девушки была плотно замотана покрывалом по приобретённой в бегах привычке. Комбинезон же был универсальным — такой могли носить и люди, и эльфы… Человек выпрямился, с досадой взглянул на спящую, вышел прочь… Ююми крепко спала, впервые за очень долгое время почувствовав себя в безопасности…

…Двигатели взревели в последни й раз и затихли. Грузовик замер на месте, на небольшой площадке среди угрюмых зубчатых скал, покрытых снегом. Неподалёку от посадочной платформы возвышался скромный двухэтажный дом типового образца. Ещё чуть дальше зияло тёмное чрево пещеры, которая и была знаменитым на всю Вселенную рудником, где добывались пламенные сапфиры. И, метрах в трёхстах от здания администрации виднелся длинный низкий барак, где хранились роботы всех типов, используемых при добыче камней. Человек снова вернулся в грузовой отсек — саури по-прежнему спала. Нагнувшись, он потряс девушку за плечо, но та лишь слабо промычала. Выругавшись, мужчина снова покачал головой, потом сбросил с плеч большой меховой тулуп и накрыл им спящую без задних ног пассажирку.

— Похоже, мне не повезло. Алкашка какая-то… Ладно. Посмотрим. Может, просто испугалась. Уволить всегда успеем…

Развернулся и вышел прочь…

…Девушка пошевелилась. Нащупала укрывающую её доху, стянула с головы плотно укутавшую ту покрывало и удивлённо распахнула глаза. Увидев шубу — едва удержалась от восклицания. Кто-то накрыл, пока она спала, тёплой шубой? Чтобы она не замёрзла? Кто оказался способным на доброту? Осмотрелась — свет по-прежнему тускло мерцал в зарешёченном сеткой светильнике. А где же фляжка? Она точно оставалась с ней до последнего! Кое-как поднялась, проклиная всё на свете — тело ужасно болело, во рту, похоже, кошки со всего Фиори устроили общественный туалет, кто-то раскачивал остановившийся транспортник. Хвала Богине — не очень сильно. Можно было идти… С трудом нашла выход. Вчера она не слишком запомнила дорогу, но всё же кое-какие указатели присутствовали, и сейчас, ориентируясь по ним, саури оказалась на улице. Свежий воздух ударил по лёгким, заставив раскашляться. Снег, нападавший за ночь, был невероятно чист, и, нагнувшись, девушка ухватила пригоршню и отправила её в рот. Холодная талая вода заставила немного проясниться голову, убрала мерзкий вкус во рту. И как только люди пьют такую мерзость? Немного постояла, опираясь на борт, осматриваясь по сторонам. Солнце… Такое яркое и сильное! С каждым мгновением ей становилось всё лучше. Организм стремительно приходил в себя. Наконец и земля под ногами перестала раскачиваться, и зрение сфокусировалось, что позволило осмотреться. Маленькое здание, похоже, административное. Да и цепочка едва заметных следов от аппарата вела туда. Ююми глубоко вздохнула — в конце концов, её сюда направили…

…Лёгкая дверь бесшумно открылась, и девушка перешагнула невысокий порог. Сразу пахнуло жаром из висящего над входом аппарата тепловой завесы. В здании было тепло. Даже жарко. Осмотрелась — первый этаж, похоже, офисный. Ряды дверей, одинаковых по цвету и фасону. С табличками разного цвета. Подошла в первой попавшейся, напрягая память прочитала: 'Приёмная'. Это что, ей туда? Толкнула — бесполезно. Створка даже не шелохнулась. Что за чудеса? Постучала, поскольку никакого сенсора не было. Опять тихо. Подошла к другой двери — тоже самое. И в третьей, и в четвёртой… Директор. Отдел снабжения. Инженер. Бухгалтерия. Нигде никого нет! Это что, дурная шутка?! Привезли неизвестно куда, бросили, и… Дверь с надписью 'кухня' неожиданно подалась. Саури вошла внутрь, осмотрелась — большой разделочный стол посередине. Плита. Печь для разогрева пищи. В углу скромно возвышается куб утилизатора отходов. Шкафчики в несколько рядов. Фризер-холодильник. Большой ящик для овощей. Чуть меньший — для консервов. Ряды стеклянных архаичных банок, заполненных чем-то непонятным и закрытых обычными жестяными крышками. Грубая, на её взгляд, фарфоровая и фаянсовая посуда. Принадлежности для еды. И — какая радость! Большой аппарат для кипячения и охлаждения воды, а так же сладкий песок и жестяные банки с чаем, кофе, и ещё чем-то! Торопливо насыпала сахар в небольшую чашку, бросила две ложки растворимого кофе, наполнила кипятком, раздувая ноздри, жадно вдохнула аромат, сделал первый глоток и зажмурила глаза от наслаждения. Какая прелесть! Как же хорошо! Недолго думая, уселась на удобный мягкий стул, откинулась на спинку, снова глотнула — чудесно! Куда то ушло беспокойство, тревоги последних дней, неудачи и ошибки… Сзади хлопнула створка двери, и саури резко обернулась — сквозь газ ткани можно было различить, что в помещение кто-то вошёл. Торопливо вскочила, расплёскивая кофе. Кипяток попал на комбинезон, и она от неожиданности выронила чашку, вскрикнула от боли, отскочила, яростно зашипев, потянула тончайшую ткань с головы, чтобы протереть комбинезон…

— Саури!

Злобный мужской голос заставил её вздрогнуть. Оторвавшись от растирания кофейного пятна на ткани комбеза, девушка подняла глаза и отшатнулась в испуге — человек… Богиня! Человек! Враг! Проклятие! Это ничем не лучше, чем попасть в руки её врага — Горха ас Сареми! Рука скользнула к поясу, и тут она вспомнила, что кроме документов в нагрудном кармашке, у неё ничего нет. Одним прыжком отскочила в угол, чуть пригнулась, принимая боевую стойку… Живой она не дастся! Лучше умереть в бою, чем попасть в руки землянам! Эти звери надругаются над ней, а потом… Потом… Человек был одет почти в такой же как у неё простой рабочий комбинезон, может, чуть погрубее. Высокий, на голову выше её. И — один. Так же шарит рукой по поясу, на котором ничего не было. Потом вдруг прыжком преодолел расстояние до стола, ухватил большой разделочный нож, выставил перед собой:

— Откуда ты взялась, тварь?!

— Урод! Как смеешь ты оскорблять благородную…

Спохватилась. Вздрогнула. Она уже не благородная. Изгнанница, проклятая кланом… Человек, похоже, заметил, как она осеклась, стал дышать чуть спокойнее. Потом, похоже, начал что-то соображать. Несколько мгновений прошло в молчании, оба настороженно следили друг за другом, выбирая удобный момент.

— Ты… Откуда ты тут взялась? И почему у тебя моя шуба?

— Твоя шуба? Я прилетела сегодня ночью. Мне дали тут работу.

— Тебе?!

Человек даже отступил на шаг, упёршись в дверь. Злобное выражение на его лице немного смягчилось…

— Погоди… Так это была ты?!

— Кто?

— Та секретарша, которая должна работать здесь, и которую я привёз с собой?

— Чиновник сказал, что я буду работать на 'Тигровом — четыре'! Причём тут ты?!

Между тем мужчина внезапно опустил нож, потом уже более спокойно сделал два шага, кладя импровизированное оружие на столешницу, протянул к ней руки:

— Давай бумаги. Документы!

Вздрогнув от резкого окрика, Ююми торопливо сунула руку в нагрудный карман, извлекла смятый конверт, бросила ему в лицо бумажный ком, но человек ловко перехватил его в воздухе, затем спокойно уселся на стул, уже не обращая на саури никакого внимания. Быстро расправил листок, полученный от чиновника, пробежал его глазами и покрутил головой так, словно расстёгнутый воротник его рабочего комбинезона жал ему шею, не давая дышать…

— Однако… Сюрприз…

Смерил по прежнему застывшей в боевой позе девушку. Поднялся:

— Позволь представиться, саури — личный представитель Императора Фиори, начальник рудника 'Тигровый — четыре' Дмитрий Рогов.

— Ты?!

— Да. А что, тут кто-нибудь ещё есть?

На его лице появилась ироничная улыбка:

— Саури же не любят крепкое спиртное. А ты набралась до полной отключки…

Неожиданно для себя Ююми покраснела от стыда — она действительно напилась. Но это только потому, что промёрзла до костей…

— Где твои вещи? Что-то я ничего не видел.

…Он действительно здесь главный, или это обман? Люди славятся своими уловками и ложью…

— У меня ничего нет. Я… Я приехала сюда работать.

Землянин внимательно посмотрел на неё. На мгновение их глаза встретились, но саури тут же отвернулась…

— Хорошо. Иди за мной. Я покажу тебе твоё жильё.

На его лице появилась усмешка, и это очень не понравилось девушке. Но деваться было некуда — похоже, что здесь только люди. Значит… Проходя мимо стола она молниеносным движением стянула оставленный человеком нож и сунула его за пазуху. Холодная сталь обожгла нежную кожу, но усилием воли девушка удержалась от того, чтобы не вздрогнуть. Куда он ведёт её? На второй этаж? Тот был опоясан галереей с рядами колонн, между которых виднелись двери, такие же грубые, как внизу. Ююми качнуло, но она умудрилась удержаться на ногах. В животе заурчало — у неё уже двое суток не было во рту ни крошки… Человек, услышав этот звук, обернулся и бросил короткий удивлённый взгляд на неё. Тут же снова отвернулся, но через десяток шагов остановился у одной из дверей, распахнул её, стал сбоку:

— Твоя комната. Будешь жить здесь.

Девушка приблизилась, попыталась заглянуть через его плечо, но тщетно. Человек был большим. При виде того, что она делает, тот отступил в сторону, давая возможность рассмотреть помещение. Голые стены. Простая койка армейского типа, застеленная грубым одеялом. Такая же грубая мебель. Впрочем, чего ожидать от варваров?

— Значит, так — слуг здесь нет. Да тут вообще никого, кроме нас с тобой нет. Поэтому будешь готовить себе сама. График работы у нас ненормированный. Список абонентов я тебе дам. Он повернулся к ней спиной, собираясь уходить, но снова обернулся:

— У тебя два часа привести себя в порядок и поесть. Продукты можешь взять на кухне. Главное — не забудь помыть за собой посуду…

— Где твоя комната, хомо?

Он показал на другой конец галереи:

— Там. Можешь не волноваться. Чтобы я, да с саури… Никогда!

Он презрительно сплюнул на пол прямо перед ней, резко развернулся и направился к себе. Хлопнула дверь, закрытая с такой злобой и ненавистью… Плевать! Если он её ненавидит, то она не может терпеть землян ещё больше! По крайней мере, хоть не станет приставать к ней. Хотя работать будет сложно в такой обстановке… Впрочем, надо ещё выяснить круг её обязанностей. Вряд ли что сложное — в конце концов, её же взяли секретаршей… Перешагнула порог своей комнаты, осмотрелась — бывало и хуже. Когда бежала, иногда приходилось вообще ночевать в парках на скамейках… Впрочем, крыша есть. Стены — тёплые. Освещение и энергия для обогрева… Она выдержит. В конце концов — это первый шаг…

Глава 4

Медленно подошла к кровати, присела прямо на голую раму. Кожаные ремни приятно скрипнули, растягиваясь. Толстый матрас был сложен в углу, там же лежало большое тёплое пушистое одеяло и подушка. Самым верхним был пакет из плотной бумаги. Осторожно взяла его, надорвала край — бельё! Постельное бельё! Чистое, новое, пахнущее летними цветами… Какая прелесть! Быстро вскочила, тут же расстелила все принадлежности, одела бельё — как хорошо! И она сегодня будет спать здесь! Действительно, правильно сделала, что решилась на бегство сюда! Провела ладошкой по тонкому, чуть блестящему материалу, присела на корточки, коснулась щекой подушки в новенькой наволочке, втянула в себя воздух… И вдруг отстранилась — она же такая грязная! Последние четыре дня пряталась на вокзале транспортной компании, спала под деревьями. Вся потная, волосы уже скатываются в клубки… А что тут ещё есть? Ещё раз осмотрелась, кроме кровати и небольшой тумбочки, грубо и неизящно изготовленных вручную, большой шкаф, нечто вроде трюмо с небольшим прямоугольным зеркалом и кучей ящичков… Подошла, выдвинула первый — прозрачный пластиковый конверт с тюбиком зубной пасты, щёткой для чистки зубов, расчёска. Очень простая, из натуральной кости. Это она сразу смогла определить. Ещё — несколько неизвестных ей гигиенических принадлежностей землян. Подойдут ли они саури? У кого бы узнать? Во втором ящике лежали канцелярские принадлежности: бумага, ручки, карандаши, линейки, приспособления для скрепления бумаги, папки… Это можно будет рассмотреть потом. Следующий ящик. Там уже знакомые конверты из грубой бумаги. Постельное бельё. Очень хорошо! Подошла к шкафу, открыла — там сиротливо висел стандартный комбинезон имперской работы, правда, новый, ещё ненадёванный. И — нечто ей незнакомое, представляющее собой широкое полотнище с прорезями для рук и накладными карманами. На нижней планке вешалки простым узелком был завязан поясок… Что это такое? Повертела ткань в руках, недоумевая… Что за одежда? Для чего она? Внезапно со стола раздалось жужжание. Резко обернулась — на гладкой поверхности подпрыгивал и издавал звуки широкий браслет. Любопытствуя подошла, едва коснулась его ладонь, как тот полыхнул голубым пламенем, резким движением саури отбросила его от себя, но было поздно — вспыхнула сфера в углу, куда улетел непонятный предмет, и на неё уставились ироничные глаза… Соплеменницы?! Откуда она здесь?! Та была молода и очень красива. А черты тонкого лица говорили о высоком статусе и родовитости.

— Оп-па! А у нас кто-то появился?

…На Высокой Речи незнакомка говорила очень чисто, и, главное, привычно.

— Юили…

Ююми склонилась в поклоне, но незнакомка в голосфере нетерпеливо махнула рукой:

— Оставь эти условности, подруга. Это ты явилась на Фиори и попросила убежища?

Девушка молча кивнула. А та даже обрадовалась:

— Здорово! Я так рада!

— Юили, а вы…

— Да я тут живу. Уже давно, кстати.

Расплылась в улыбке.

— Давай, рассказывай.

— Что, светлая юили?

— Ты на 'Тигровом-четыре'?

— Да, светлая юили.

— Оставим почитание для стариков. Мы с тобой вроде ровесницы. Так что давай по простому, Ююми.

— Вы знаете, как меня зовут, светлая юили?

Та ухмыльнулась во всю сферу и чуть задрала тонкий прямой носик:

— Естественно! Должна же я знать, кто прибывает из Кланов на Фиори и чем занимается? Чай…

Осеклась. Потом сразу вновь бесцеремонно уставилась на девушку:

— Давай, выкладывай, какие у тебя проблемы?

— Светлая юили… Я… Я…

— Ты — изгнанница?

Саури кивнула в знак согласия.

— Понятно, почему у тебя нет клановой метки. Впрочем, мне она тоже не положена. Какой клан?

— Ас Самих…

— Клан Голубой Листвы? Однако… Я слышала, законы у вас суровые… Ладно. Теперь ты здесь, девочка. На Фиори. А у нас тут свои порядки. С Дмитрием познакомилась?

Ююми, недоумевая, уставилась на незнакомку, и та нетерпеливо пояснила:

— Я о твоём начальнике.

— О человеке?!

— Да. А что тут такого? Он знакомый моего… Хорошего друга. Вот тот и позвал его сюда. Раз ты стоишь перед камерой коммуникатора живая и здоровая, значит, вы не поубивали друг друга. Это хорошо.

Снова по её лицу скользнула ироничная улыбка.

— Давай теперь разберёмся с тобой.

— Светлая юили… Но почему вы… Разговариваете со мной?

Незнакомка удивилась:

— Мы тут, две саури на этой планете. Почему мы не должны помогать друг другу? Странная ты? Вот мой… Друг… Он всегда старается прийти всем на помощь. И я, похоже, нахваталась у него. Вообще он действует заразно… На меня…

Саури в сфере изображения улыбнулась. Но тут же стала серьёзной:

— Какие у тебя проблемы? Я имею в виду сейчас?

Ююми смутилась:

— Хотела помыться, но нечего одеть на смену…

— Баня на 'Тигровом' шикарная!

— Баниа?

— Да, баня! Тебе понравится! Уверяю. А одеть… Ну-ка, подруга, подними браслет и поднеси его к шкафу.

Ююми послушно выполнила приказание, и саури в сфере удивилась:

— Вон же халат висит!

— Халат?! Эта тряпка?

— Руки суёшь в проймы, ну, в те дырки. Запахиваешь его, как йолле, и завязываешь поясом. Очень удобно! Полотенце возьмёшь в бане. Там же и вся косметика. Платьев у тебя нет, разумеется?

— Да, светлая юили…

— Пока можешь и в комбинезоне походить. Я скажу Дмитрию, чтобы он выдал тебе аванс. Зарплаты здесь высокие. А пока пришлю тебе что-нибудь. Твой размер какой?

— Двенадцать… Стандарт…

— Завтра не обещаю, но послезавтра точно. Пока тебе придётся обойтись комбинезоном. Хорошо?

— Да, светлая юили…

Незнакомка вновь ей подмигнула:

— Ладно. Побегу. Рада с тобой познакомиться. Да, мой номер вбит в коммуникатор под цифрой два. Так что если будут сложности — выходи на связь в любое время.

— Да, пресветлая…

Сфера с изображением потухла, и Ююми осталась одна. Чудеса… Откуда здесь ещё саури? Хотя, впрочем, может и есть. Ей то откуда знать? Сутки на планете, да ещё половину из них проспала… Всё. Хватит дёргаться. Надо сперва помыться, потом поесть. Ну а дальше — выяснить, чем ей придётся здесь заниматься. Какой круг её обязанностей… Только сейчас заметила висящую на стене схему рудника в рамочке за стеклом. Обычным, простым стеклом. Правда, написано на русском и продублировано каким-то незнакомым ей шрифтом. Ничего. Читать и говорить на имперском она может… Так… Это — план дома. Как там сказали светлая юили? Баниа? Вот… Значит, там можно помыться? Но в комнате есть ещё дверка. А я ещё не посмотрела, что там… Отошла от стены, тронула деревянное полотно — оно послушно распахнулось. Ой… Отхожее место. Правда, оборудовано по человеческим стандартам, но это не страшно. И… Есть умывальник и два крана. Для воды. Горячая и холодная… А если имеется горячая вода, значит, должен быть и душ… Но здесь его нет. Значит, таинственная баниа? Снова вернулась к стене, тщательно запомнила дорогу туда. Затем взяла использованный пакет от постельного белья, положила в него загадочный халат, принадлежности для мытья. Полотенце она должна взять там… Выглянула из комнаты — человека не было. Быстро пробежала по галерее, спустилась по лестнице, проскочила по коридору. Вот и переход в баню. Под землёй. Здесь почти всё под землёй. Кроме дома, в котором находится контора и их жильё… Толкнула массивную дверь — небольшая, чистенькая комната со шкафчиками вдоль стен. Открыла первый попавшийся. Куча пакетов. Опять бумажных. Но отличающихся от того, что она держит в руках. Надорвала — внутри большое пушистое полотенце и такая же мохнатая простыня. Сообразила — для мытья. Осмотрелась. Раздевалка. Парилка. Бассейн. Помывочная… Ей — сюда? Сбросила с ног ботинки, пахнуло потом. Носки она сейчас постирает. Что поделать — другого выхода нет… Несмело толкнула дверь раздевалки — никого! Торопливо закрыла примитивную задвижку, снова осмотрелась — несколько шкафчиков. Подбежала к первому — да. Это то, что она подумала. Сюда класть одежду… Вытащила из пакета брусок ароматного мыла, небольшой пакетик с гелем для волос, губку. Как здорово! Не раздумывая больше не секунды, сбросила с себя грязный пропотевший комбинезон, засунув его в шкаф, и толкнув дверцу с надписью 'бассейн' перешагнула порог. Это действительно был бассейн! С тёплой, почти горячей водой, приятно парившей, выложенный каменной плиткой. Не очень глубокий, со ступенчатым дном. Пусть небольшой, всего два её роста в длину и ширину. Но как же здорово ощутить прикосновение к усталому, грязному телу чистой воды! Едва не застонав от счастья, Ююми погрузилась в воду с головой, распуская волосы…

…Вынырнула, отфыркиваясь, и — замерла, забыв обо всём: на краю бассейна стоял…Человек! И при этом беззастенчиво пялился на неё! Да как он только посмел! Вспыхнув, Ююми рефлекторно прикрылась руками, но тот вдруг отвернулся и словно ошпаренный вскочил из помещения, буркнув на бегу:

— Извини, я не хотел!

Сердце бешено колотилось, щёки пылали от стыда — какая наглость! Нет, какой он наглец! Посмел вломиться в купальню, где находится благородная саури! Да она его… Стоп! Девушка попыталась успокоиться. Через пару минут ей стало легче. Привык находится здесь один, как то не подумал, что она может быть в бане… Ищешь ему оправдания? Мерзкому грубому отсталому дикарю из человеческой Империи?! Уродливому монстру, по недоразумению Богов имеющему облик, схожий с нормальным?! Ты… А что — ты? Чем ты лучше его? Изгнанница, проклятая и отвергнутая своим Кланом, не имеющая за спиной ни поддержки родственников и близких, ни заступника… В конце концов, он пожалел её, даже отдал свою одежду, чтобы она не замёрзла… Но ехидный голос внутри прошептал — потому что он не знал, что ты саури. Иначе бы даже не подумал этого делать… И поселил в убогую каморку… Наверняка его комната куда лучше твоей! Но ты этого не знаешь! Успокойся! Ты здесь всего лишь работник, а он твой начальник. И что, что начальник? Значит, ему можно всё? Спокойней, девочка! Подожди. Может это действительно недоразумение, и он вошёл к тебе, как и сказал, машинально… Сердце успокоилось, дыхание выровнялось. Завтра будет видно. Начнётся рабочий день, и он то всё и покажет, что и как будет обстоять на самом деле. Но если человек попытается… Ему не жить! И плевать ей на всё! В конце концов, она всегда может позвонить своей соплеменнице и попросить подыскать ей другое место! Та же сама сказала об этом…

Вошла на кухню, вытирая полотенцем волосы. Те быстро сохли. Повесила полотенце на шею, раскрыла шкафчик с продуктами. Так… Это, это, и это… Быстро соорудила себе обед и завтрак, потом взглянула в окно — кажется и ужин. Метель стихла, но быстро смеркалось. Уселась за стол, с наслаждением втянула затрепетавшими ноздрями аромат горячей пищи, принялась за еду, жадно кидая в успокаивающийся желудок кусок за куском, вдруг её взгляд упёрся в листок бумаги, приклеенный куском липкой ленты к стене возле мойки. На имперском было написано: Приём пищи саури, и время. Напротив столбика цифр такая же пометка, только написано по другому: приём пищи мной, и опять указаны часы. Прикинула — час разницы. Нормально. Неожиданная щедрость с его стороны. А может, это моя светлая юили постаралась? Она наверняка знает этого хомо, и… Да. Это сделано по её просьбе. Только она знает, что вид человека оскорбителен для истинного саури. И чем меньше они видятся, тем лучше для обоих… Уф… Наелась… теперь надо помыть посуду. Служанок здесь нет. Так он заявил? Думает, что она не способна на это? Ошибается! Ей приходилось делать и это в своих скитаниях… Наполнила чашку кипятком, развела себе кофе. Как только эти варвары додумались до такого благородного напитка! Аккуратно придерживая чашку, чтобы не расплескать, поднялась к себе и застыла — на двери её комнаты висел большой бумажный конверт. Что-то хочет сообщить? Сорвала послание, вошла внутрь. Поставила чашку на стол, вскрыла клапан, вытащила стопку листов. Опять на варварском наречии. Он упорно не желает общаться с ней на благородной речи кланов, хотя знает её… Должностные инструкции… А, это её обязанности на новой работе! Быстро пробежала глазами, удивилась — их совсем немного! А это что? Краткий адаптационный курс для эмигрантов на Фиори? Интересно! Погрузилась в чтение, забыв обо всём на свете. Время от времени отпивая по глотку из чашки и изумлённо покачивая головой. Неисповедимы пути твои, Богиня! Какой же примитивный и отсталый мир. Зато кое-что прояснилось. Теперь, случись чего неприятное или непредвиденное, она не потеряется, а знает, что ей делать дальше…

…Утро было радостным. Привычно взглянула в окно — ещё темно. Но сейчас зима, а в инструкциях написано, что день в это время года короткий. Быстро умылась, почистила зубы, сменила бельё. Хорошо, что вчера выстирала! Сама. Ручками, между прочим. Грубая человеческая машина превратит тончайшую ткань в сплошные дыры. А прикосновение чистого так приятно! Быстрее на кухню… К её удивлению, человек сидел за столом. Она от удивления замерла, потом презрительно ткнула пальцем в стену, где висело расписание. Сейчас моё время! Что ты тут забыл, хомо? Видимо, он сумел прочитать невысказанное ей презрение по лицу, и нахмурился — человеческие эмоции саури учили читать в военной Академии…

— Ты видишь, что я ем? Нет? Просто хотел с тобой немного познакомиться, пока ты готовишь себе завтрак. Нам, всё-таки, вместе работать.

Вздёрнув носик, Ююми проследовала к холодильнику и, открыв дверцу, быстро выбрала себе кусочек мяса, несколько фруктов, вытащила из морозилки масло. Несколько секунд выбирала себе разделочный нож, потом взяла деревянную доску для резки мяса и приступила к священнодействию…

— Язык саури ты знаешь. Это ясно без слов…

Острые уши шевельнулись, и Дмитрий удовлетворённо улыбнулся про себя. Вчера на него вышла жена Атти, или Максима, его старого товарища по военному училищу, долгое время считавшегося пропавшим без вести. И вдруг такой взлёт! Но Макс всегда был счастливчиком, так что ничего удивительного в этом нет. И когда в сфере голопроектора возникло его помолодевшее лицо, Дмитрий ни секунды не колебался, принять или отказаться от его предложения. Выслуга лет ему позволяла уйти в отставку, а заниматься родительскими делами особого желания не было. Средний брат уже вёл дела, и отбирать у него бразды правления не хотелось. Тем более, что входить в курс дела пришлось бы долго, что грозило убытками. Тут же — совершенно новое предприятие, в новом мире, колоссальный, по сравнению со всем известным, оклад, плюс покровительство самого владыки планеты. Только вот пришлось пройти курс омоложения, да отбиваться, пока получал наставления и инструкции во дворце друга от наперсниц его матушки. Впрочем, девочки были потрясающими! Непосредственность, красота, ум, и вместе с тем простота манер… Но что-то его останавливало каждый раз, хотя обе красавицы недвусмысленно и прямо заявили ему, чего желают. А именно — во-первых, переспать. А во-вторых — получить статус официальной супруги землянина. То есть, выйти за него замуж. Нет, девушки то были очень и очень… Во всяком случае — Имперский журнал Мод пару раз помещал из лица на своей обложке, и, насколько знал Дмитрий, недостатка в поклонниках у обеих красоток не было. Почему они остановили свой выбор именно на нём, непонятно. Хотя был вариант, что просто те, кто писал любовные письма, находился неизвестно где, а он был рядом, под боком… Так что как только строительство рудника было завершено, он сбежал сюда и появлялся во Дворце Атти Неукротимого лишь в случае крайней необходимости… Ещё одним шоком было то, что женой Атти-Максима стала саури… Причём, она действительно любила своего мужа до самозабвения. Оба супруга понимали друг друга с полуслова, полувзгляда, с начала движения или жеста. Вживлённое чувство отвращения к этому племени поначалу заставляло мужчину отмалчиваться или просто игнорировать молодую женщину. Та, несмотря на всё, не обиделась. А потом Дмитрий просто привык к ней, и уже принял её, как жену лучшего друга. И вот опять неприятность. Он сам, своими руками доставил на рудник ещё одну саури. И это — не та, что живёт среди людей уже несколько лет. Настоящая, дикая, ненавидящая человеческий род. Но что поделать — ему и его другу нужен специалист, разбирающийся в логгерах и делопроизводстве обоих миров. Ведь добыча с рудника шла в оба государства поровну. И бюрократические машины обеих империй работали на полную мощность, требуя сотни документов на каждую партию. Особенно вредничали саури, пользуясь тем, что человек откровенно плавал в их крючкотворчестве, и зачастую выставлял себя полным дураком в их глазах. Пока всё обходилось, но до поры до времени. По слухам, которые дочери Вождя Вождей доставляли из Дворца, эльфы намеревались послать на 'Тигровый — четыре' своего представителя. А будучи неподконтрольным, тот мог наломать дров… Так что, несмотря на всю антипатию, усиленную к тому же искусственно, Дмитрий был в душе рад, что на Фиори прибыла эмигрантка-беженка из миров Кланов…

— А русский язык тебе знаком? Впрочем, ты же говорила с чиновником…

— Я достаточно хорошо могу объясняться на вашей варварской речи.

…А голос у неё приятный. Тьфу, ты что, озверел тут без женского общества?! Через две недели бал во Дворце, и тебе придётся лететь туда. Там и отведёшь душу!..

— Здесь установлена интеллект-система ' Айар сто сорок шесть' с прямым выходом на Империю и Кланы. Все номера вызовов забиты в его память. Разберёшься?

…Молчаливый кивок. А руки так и мелькают. Плавные, текучие, и вместе с тем быстрые движения…

— Хорошо. Твой кабинет с надписью 'Приёмная'. Всё, что там — твоё. В смысле работы.

…Снова кивок.

— Проблем не будет.

Дмитрий чуть расслабился, наблюдая, как она переместилась к плите, включила конфорку, поставила свою сковородку на засветившийся керамический круг. Снова плавное движение, и вот уже саури, прикрывая от наслаждения пушистые ресницы и смешно морща аккуратный носик пьёт кофе, другой рукой помешивая зашкворчавшее блюдо. Мужчина принюхался — пахло действительно умопомрачительно…

— Чего уставился, хомо?

Злой взгляд, рука на рукоятке ножа. Мгновенная игра эмоций на точёном личике. Удержался, чтобы не выдать себя.

— Ты… Служила в армии?

— Ююми ас Садим уль Вермаа, старший лейтенант запаса.

Молчаливый кивок в ответ. Сам мужчина закончил службу майором.

— Боевых операций?

— Двенадцать. Подтверждённых убитых — сорок четыре. Из них в рукопашной — девять.

И — презрительно-снисходительная усмешка. А он почувствовал, как внутри закипает гнев — поиграться решила, тварь?! Получи:

— Дмитрий Рогов. Майор в отставке. Силы Особого назначения. Шестьдесят четыре высадки, в том числе: Вайра шестнадцать, Оора два, Юхака сорок шесть. Личный счёт — убитых — двести пятьдесят шесть. Кораблей — два, классы — Малый Лист, Средний Лист.

…Злобное шипение. Выставленные вперёд скрюченные пальцы, пригнувшаяся фигура, готовая броситься и растерзать… Он кивнул в сторону плиты:

— Сейчас всё сгорит.

— Ты…

— Горелым пахнет, дура! Без завтрака ведь останешься!

Поднялся со стула, на котором сидел, многозначительно посмотрел на таймер, висящий на стене, молча вышел…

Варвар! Убийца благородных! Силы Особого Назначения! Единственные, кто мог заставить Кланы отступать! И — участие в самых разгромных для Кланов, и позорных страницах войны… Сколько жертв на его счету… Сколько вдов и сирот… Она отомстит! Обязательно рассчитается с ним за кровь саури, пролитую человеком! Кля… И замерла на месте. Здесь перемирие. Нейтральная планета. Пусть она изгнанница, проклятая своим кланом, но этот мир не воюет. И те, кто находится здесь, под защитой обоих Императоров-Вождей: и человеческого, и Кланов. Не ей, отвергнутой Родом, идти против обоих Владык. К тому же Кланы изгнали её. Прокляли. Своей рукой она подписала прошение о предоставлении ей нового статуса, нового места жительства. И теперь ей предстоит забыть… А можно ли это забыть вообще?! Она помнит, как торопливо разгружали залитые кровью грузовики, на которых везли и везли горы трупов с Ооры два… И — бледное, запрокинутое лицо Ээси, рассечённое на две части, который хотел просить её руки… Сглотнула комок, возникший в горле. Может, этот человек и убил того восторженного юношу, по уши влюблённого в неё? Невидящим взглядом уставилась в стену, машинально снимая уже начинающее подгорать блюдо с плиты. Так же механически кидая пищу в рот, запивая её уже остывшим кофе… Бездумные движения, когда оттирала сковородку, промывала вилку, ставила уже чистую посуду на свои места… Месть? Жизнь? Что ей выбрать? Скажи, Богиня? Дай знак!..

Вышла из кухни, прошла до 'Приёмной', толкнула дверь, та послушно подалась. И сразу все мысли вылетели из головы — сколько бумаг! Богиня! Ей тут год разбираться! Глаза скользнули по первому листу — что за глупость?! Какое отношение имеет Департамент развлечений к поставке драгоценных огненных сапфиров?! Прочь! А это запрос от Департамента по производству мебели. Им то зачем?! Долой! Похоже, что в Кланах обнаглели окончательно! Пока честные и истинные воевали и гибли, на тёплые места пробрались казнокрады и воры! И она ещё осуждала Вождя Вождей за то, что он пошёл на неслыханное перемирие с человеческой расой?! Ну, уж нет! Она докажет этому местному императору, что ест свой хлеб и получает жалованье не зря!..

Дмитрий вошёл в кабинет и от удивления едва не открыл рот — злобно шипя, саури разбирала ту кучу бумаг, что накопилась за всё время. И из её рта сыпались не славословия — самые грязные ругательства. Она настолько рассвирепела, что даже не заметила, как он положил на столик перед ней мешочек с золотыми фиори:

— Жулики! Воры! Казнокрады! Отсиделись за нашими спинами, а теперь ещё и нажиться хотите?! Не позволю, твари! Вы хуже людей!..

Глава 5

Бесшумно закрыв двери за собой, Дмитрий едва заметно улыбнулся — похоже, что работать эта особь умеет. Вон как вгрызлась в дело! Он действительно подсунул несколько непонятных ему бумаг в ту кучу, но толком разобрать рубленные письмена саури так и не получилось. Похоже, что там было что-то нечисто, иначе бы девчонка не рассвирепела. Правда, сравнивать тамошних чиновников с людьми, это уже… Вернулся к себе, едва уселся за логгер, как вспыхнул сигнал вызова. Атти? И действительно, в сфере появилась улыбающаяся физиономия старого друга, местного Императора по совместительству. После обмена приветствиями, тот расплылся в улыбке ещё шире:

— Слышал, у тебя секретарша появилась?

Дмитрий поскучнел:

— Появилась.

— А чего такой грустный? Ооли мне все уши прожужжала — мол, красавица, умница, тихоня…

— Только забыла тебе сообщить, что она тоже… Из Кланов.

Весёлое настроение Атти сдуло в мгновение ока:

— Вы ещё не поубивали друг друга?!

— Держусь пока. Но, кажется, до драки осталось не так далеко…

— Не вздумай, понял? А то не посмотрю, что мы старые друзья! Взгрею по самое некуда!

Дмитрий махнул рукой в жесте раздражения:

— Она из вояк. Так что на её совести не один десяток наших…

— Твои руки тоже чистыми не назовёшь.

Оба замолчали, на некоторое время, пока вдруг двери не распахнулись настежь, и в кабинет начальника рудника буквально не ворвалась та, о ком только что разговаривали. С размаху шлёпнула на стол толстую пачку бумаг на эльфийском, чуть нагнулась, упираясь руками в столешницу, и, не обращая внимания, что перед ней светится сфера связи, медленно процедила:

— Я знала, что люди тупы! Но что настолько… Ты, слушай сюда! Вот эти бумаги немедленно отправишь во дворец Вождя Вождей! В Департамент Безопасности. И не вздумай утаить или скрыть, иначе я лично доберусь до земного Императора!

Мужчина невольно подался назад — глаза эльфийки просто пылали гневом:

— Что ты несёшь?!

— Хомо, ты заодно с этими ворами?!

Внезапно сфера моргнула, вырастая до размеров человека в полный рост, и в ней появилась перекошенная гневом фигура Императора Фиори:

— В чём дело, юили?!

— Ты…

Она уставилась на изображение, но тут её начальник, спохватившись, успел дёрнуть девушку за рукав:

— Это Атти Неукротимый, Император! Наш работодатель…

— Он?!

Но гнев уже спал с высшей точки, и саури чуть успокоилась, да и Атти, видимо, одёрнул кто-то невидимый в сфере.

— Ваше… Величество… Я бегло просмотрела документы, переданные мне этим хомо…

Она кивнула головой в сторону Рогова…

— И могу со всей ответственностью утверждать, что в моей… Простите… В Кланах создаётся заговор, направленный на то, чтобы получать драгоценные огненные сапфиры в обход Вождя Вождей.

Стойко выдержала пронзительный взгляд из сферы. Вновь воцарилось молчание. Пока человек в сфере не показал на рассыпавшиеся бумаги на столе:

— Это?

— Да. Ваше…

— Оставь. Тебя зовут Ююми, юили?

— Да, Ваше Величество…

— Спасибо, девочка. Я этого не забуду. И ты будешь вознаграждена. Дима, сделай, как она сказала.

Мужчина молча кивнул. Изображение вспыхнуло последний раз и пропало. Саури, опомнившись окончательно, отступила на шаг, развернулась, собираясь вернуться к себе, но Рогов остановил её:

— Постой.

Девушка резко развернулась, но на неё смотрели внимательные глаза не просто человека, а её начальника:

— Остальные запросы?

— Я просмотрела бегло, но вроде бы они не вызывают сомнений. Хотя стоило бы уточнить ещё раз.

— Хорошо.

И, скрепя сердце, добавил:

— Молодец. Император взял тебя на заметку. А это значит очень много.

Саури мгновенно вспыхнула, словно ракетное топливо:

— Мне не нужна благодарность человека!

И осеклась, сообразив, что ляпнула. Мгновенно потухла, куда только делась её уверенность и напор…

— Твоё счастье, что Атти Неукротимого нельзя назвать человеком в полном смысле этого слова. Иди, работай дальше. Дел по горло.

Та молча вылетела из кабинета, а Дмитрий ухмыльнулся:

— Ну-ну, девочка. Ты точно влетишь, помяни моё слово…

…Перед обедом второго рабочего дня человек вошёл в её кабинет. Саури напряглась, но к её удивлению, он без всякой подначки улыбнулся, хотя и было видно, что через силу:

— Тебе посылка пришла. Непонятно откуда.

— Посылка?

Лихорадочно прокачала в голове — откуда это может быть? Из дома? Нет. Они отказались от неё. Кто-то из знакомых? Но она сбежала сюда тайно от всех, к тому же изменив имя. Может, всё же светлая юили? Помнится, она что-то такое говорила, но с этой бумажной работой всё вылетело из головы… Но… Как?

— Где её можно получить?

На этот раз на лице человека не было никаких эмоций, кроме холодного спокойствия:

— Здесь. Уже доставили. Иди, забирай. Стоит возле твоей комнаты.

Девушка было поднялась с места, потом бросила взгляд на часы и вновь уселась с решительным видом — у хомо не получится подставить её! Достаточно того, что она чуть не влетела вчера по-крупному…

— Ты чего?

На лице человека явственно сквозило недоумение:

— До обеда — пятнадцать минут. Тогда и заберу.

Он пожал плечами:

— Как знаешь.

И вышел прочь… Никогда ещё эти несчастные отрезки человеческого времени не тянулись так долго! Она несколько раз порывалась бросить всё, потому что любопытство просто раздирало саури на части. Но… Наконец пискнул логгер, отмечая очередной прошедший час, и Ююми вихрем вылетела из своего кабинета, молнией промчалась по галерее и… Упёрлась в большой ящик, который стоял возле дверей её комнаты…

— Ничего себе…

Посылка была громадной. Ну очень большой! Ящик из струганых досок возвышался почти до самого конца двери. И в внутрь никак не пролезал. Что же делать? И времени не так много. В беспомощности обернулась — нужно что-то такое… Вскрыть и перекидать вещи внутрь по быстрому. Разберусь потом. Где же взять… Спросить? У человека?! Попросить помощи?!! Ни за что!!! Буквально скатилась вниз по лестнице, метнулась на кухню, помнится, что-то там ей попадалось на глаза. Вот! Небольшой широкий топорик для разделки мяса! Пойдёт!.. Рванула металлическую ленту, которой были обшиты края. Та подалась. Поддела краешек доски. Гвозди с визгом подались… Дальше было легче: просунуть край оторванной доски внутрь, нажать, оторвать следующую. Снова вставить импровизированный рычаг, опять нажать, и опять рвануть… Уф! Даже в пот бросило! Богиня! Сколько тут всего… После очередного рывка из ящика посыпались пакеты, свёртки, ящички поменьше… Ююми едва успевала всё просто перекидать внутрь комнаты! А про обед и говорить нечего! Пустой ящик… Потом. Сейчас, главное, успеть на рабочее место… Желудок заурчал. Не так, как раньше, конечно. Но есть то хотелось! Обед пропустила. А до ужина ещё далеко. Хотя делать уже, собственно говоря, нечего. К собственному удивлению, она разобралась со всеми бумажными завалами буквально за полтора дня… Посмотреть что-ли чего? Из комнаты всё-равно выходить нельзя… Послала запрос в информаторий. У её удивлению, логгер высветил категорический отказ доступа. Что за шутки?! Хотя… Надо будет попробовать вечером. Когда закончится рабочий день… Аппарат пискнул — пришло послание. Открыла файл, и выругалась — очередной запрос откуда то из сторонних организаций… Отказать! Опять короткий писк, вспыхнула сфера, и Ююми торопливо вскочила:

— Светлая юили…

Её соплеменница на этот раз была одета по домашнему, в простой… Ммм… Халат, украшенный богатой вышивкой. Женщина улыбнулась:

— Привет! Получила подарок?

— Спасибо, светлая юили!

— Быстро доставили. Впрочем, я попросила поспешить. Тебе всё подошло?

Ююми потупила взгляд:

— Простите, светлая юили… Я ещё не меряла.

— Не меряла?!

Глаза госпожи округлились:

— Это как?!

— Я только успела открыть ящик и переложить ваши подарки комнату… Даже не знаю, что вы прислали…

Чисто человеческим жестом собеседница хлопнула в ладоши:

— Ничего себе! Это почему же?!

— Ваши подарки привезли перед обедом. Я и так провозилась всё свободное время. А теперь жду окончания рабочего дня, чтобы заняться ими вплотную.

Её глаза чуть прищурились:

— Погоди. Ждёшь? Работы нет?

— Я всё сделала, светлая юили. Сейчас мне нечем заняться.

— Тогда иди, разберись. Кто тебе не даёт?

— Человек. Он здесь командует. Я не хочу нарываться на неприятности, светлая юили…

— Так сказала бы ему, что ты всё закончила. Чего зря высиживать?

— Но, светлая юили… Вы же знаете, как люди относятся к нам, благородным саури? Тем более, этот…

— Погоди, подруга. Ты воевала?

Молчаливый кивок был ответом, и собеседница прищурилась:

— Надеюсь, ты не забыла, что Фиори — нейтральная планета?

— Я помню, светлая юили…

— Хорошо. Дам тебе совет, девочка…

И медленно, с расстановкой произнесла нечто кощунственное:

— Люди не так уж плохи, когда ты узнаешь их поближе. Поверь…

— Светлая юили…

Ахнула Ююми, прикрыв от возмущения рот ладонью. Это же святотатство! Неслыханно… Стоп! А кто эта саури? Откуда она здесь? Ведь известно лишь об одной жительнице кланов на этой планете… Неужели…

— Светлая юили, вы так и не назвали своего имени…

— Да?

Удивилась та.

— Действительно… Совсем забыла. Какая я дурочка…

— Вы — Ооли, дочь Вождя Вождей?

Глаза собеседницы вновь прищурились:

— Умница. Только почему так долго думала?

Внезапно в сферу вплыл человек, по-хозяйски прижал к себе саури, и сразу стало ясно, что ей это нравится… Ююми даже передёрнуло от отвращения — как можно позволить себе, благородной саури, жить с человеком! Более того, спать с ним, родить ему ребёнка! Какой позор… Какой… Она отвернулась. Но было поздно, принцесса заметила… Её лицо нахмурилось, взмах руки, и изображение погасло.

…Боги! Что она натворила! Принцесса была единственной поддержкой и заступницей в этом диком, варварском мире! И она, Ююми, обидела ту своим презрением… Неудивительно, если её сейчас просто выгонят на улицу. И что же тогда делать?! Что? Отвечая её мыслям, дверь начала раскрываться… Всё. Конец… Девушка подняла помертвевшее от страха личико к входу — на неё смотрели суровые глаза человека, начальника.

— Иди, разберись со своими вещами, раз закончила работу.

Отвернулся. Вышел, закрыв за собой дверь. Её словно обдало ледяной водой. Как же стыдно… Чем она сама лучше Ооли? Предала свой Клан, свой Род, пойдя на службу к человеку, сбежав в их миры… Словно неживая, поднялась по лестнице, к её удивлению, ящику у двери уже не было. Он… Убрал? Но на эмоции сил уже не было. Вошла внутрь, взглянула на сваленные в беспорядочную кучу пакеты, ящички и тючки, плюхнулась на стул, закрыла лицо руками и заплакала… Впрочем, рыдания продолжались не очень долго. Постепенно утихнув, Ююми зло вытерла слёзы, осмотрелась по сторонам — чтобы не случилось, жизнь продолжается. И она ещё жива, к тому же, собирается жить долго. Что там прислала ей эта… Отступница и предательница своего народа? Какие то обноски? С барского плеча? Сейчас разберёмся…

…Когда Дмитрий зашёл к ней вечером, поинтересоваться насчёт ужина, он застал саури в полном ступоре — та сидела посреди комнаты, в которой всюду были разложены платья, бельё, косметика, какие-то неизвестные мужчине, но явно нужные любой женщине вещи. Единственное, что та могла сделать, это просто бормотать чего-то под нос. Но ясно было одно — девушка была шокирована до глубины души. Человек улыбнулся и вышел, бесшумно закрыв за собой двери. Впрочем, девушка даже не заметила, что тот заходил к ней…

Утром следующего рабочего дня человек был поражён до глубины души — он увидел саури в необычном платье. Не слишком длинное, что уже само по себе являлось нонсенсом среди фиорийцев, до колен, плотно облегающее девушку, словно перчатка, серебристого цвета с алыми вставками. Нечто среднее между человеческим и клановым дизайном. Хмыкнув про себя, Дмитрий ничего не сказал, когда та занесла ему в кабинет новые документы, толкнув ей навстречу по столу плотный пакет с гербом императора планеты:

— Вот. Тебе.

Ююми недоверчиво взглянула на него, потом её губы чуть дрогнули, молча взяла пакет. Некоторое время, застыв, смотрела на него. Решилась всё же:

— Меня… Увольняют? И изгоняют обратно?

— С чего?

— Но вчера…

— Не знаю, что произошло вчера, но сегодня это прибыло с курьером — приглашение на беседу в императорский дворец. Через восемь дней, в столице Фиори — Сале.

— Что?!

Глаза саури расширились до размера плошек, она недоверчиво взглянула на человека, но тот был серьёзен:

— Я не шучу. Ты обязана присутствовать там.

Короткая пауза, потом добавление:

— Я, кстати, тоже.

Вновь пауза.

— Так что через неделю, нашу, человеческую, мы летим в столицу. Готовься.

— Но у меня ничего нет, чтобы одеть туда!

Саури растерялась чисто по-женски. Хлопнула несколько раз длинными ресницами.

— Я даже не знаю, что можно туда одеть!

Губы Дмитрия дрогнули в лёгкой усмешке:

— Надеюсь, ты знаешь этикет?

Вся растерянность слетела в мгновение ока, и девушка выпрямилась в горделивой позе:

— Я получила лучшее образование Кланов!

— Вот и хорошо. Если тебе что-то понадобится — выпиши по линии доставки. Привезут. Деньги у тебя есть.

— Деньги?

Тут удивился уже Дмитрий:

— Разумеется. Я же оставлял тебе вчера мешочек с деньгами. Твой аванс.

— Так это деньги?!

Ахнула секретарша, всплеснув руками.

— А я подумала, что это — сувениры…

Не выдержав, человек рассмеялся. Громко, но не обидно:

— Сувениры? А-ха-ха…

Краска смущения залила лицо саури, но мужчина махнул рукой:

— Ладно. Иди. Свободна. Можешь готовиться. Кстати…

Секунду колебался — говорить, или нет? Потом всё же, удивляясь собственной доброте, решился:

— Завтра выходной. Я лечу в город. Если есть желание, можешь съездить со мной. Прикупить чего-нибудь.

Та мгновенно ощетинилась:

— Что ты ещё задумал?!

Вот же, нечистая сила… Того не понимает, что мы просто вместе работаем… Но вслух ничего не сказал, сдержав эмоции ответил ровным голосом:

— Тебе нужна зимняя одежда. Шуба, обувь. Может, ещё что найдёшь, чтобы одеть на бал…

— Пресветлая ююми прислал мне достаточно вещей, чтобы я не опозорилась перед людьми.

— Как знаешь. Моё дело предложить, твоё — отказаться.

Саури гордо прошествовала к выходу из кабинета начальника, но замерла уже на пороге, обернувшись:

— Почему ты проявляешь доброту ко мне? По приказу светлой Ооли?

Ответом был удивлённый взгляд:

— Ты меня удивляешь, саури. Неужели у вас, в Кланах, нет взаимовыручки, поддержки друг друга, по крайней мере — помощи сослуживцам?

— Сослуживцам? Что ты хочешь этим сказать?! Ты считаешь себя равным мне?!

Она рассвирепела не на шутку, и Дмитрий залюбовался ей против воли — ушастик была чудо как хороша в этот момент.

— Не равным. Выше тебя.

И не давая ей разразиться проклятиями и руганью, добавил:

— Ведь главный здесь — я. А ты — моя подчинённая.

Получила? Саури открыла было рот, потом захлопнула его со стуком — крыть было нечем. Человек действительно являлся начальником рудника, а она — секретаршей. С треском захлопнулась дверь.

Утром она действительно не вышла к модулю, и Дмитрий вылетел в город один. Закончив свои дела и покупки, забрёл на рынок. Некоторое время слонялся среди заваленных всякой всячиной прилавков, пока ему на глаза не попала вывеска ювелира. Войдя внутрь, осмотрелся. Невысокий седой фиориец за прилавком торопливо вскочил — Рогова в городе знали очень хорошо.

— Что изволит сьере Димитри?

Мужчина осмотрелся по сторонам — новомодные застеклённые шкафчики были полны различными украшениями, но его внимание привлекло ожерелье, выполненные в старинном стиле. На небольшой золотой цепочке, украшенное прозрачными алмазами великолепной огранки.

— Вот это.

Брови фиорийца поползли вверх, он едва не подпрыгнул:

— О! Сьере Димитри! Великолепно!

— Сколько?

— Пятьдесят золотых. Отдам со скидкой!

Не колеблясь, человек выложил деньги на прилавок. Получив упакованную покупку, расстался с продавцом, рассыпающимся в поздравлениях, вышел на улицу. И лишь когда остался один, долго стоял в тихом уголке, глядя на украшение, лежащее горкой в его ладони…

…Неделя пролетела незаметно, настал день отлёта. С утра мужчина, приплясывая от нетерпения, поджидал саури возле транспортного модуля. Та вышла с небольшим чемоданчиком в руках и молча проследовала в пассажирский отсек модуля. Помявшись, мужчина спустился вниз — в трюме было холодно. Температура в нём стояла точно такая, как и за бортом…

— Ты здесь замёрзнешь. Идём в пилотскую кабину.

Девушка вздёрнула тонкий носик:

— Чтобы ты приставал ко мне?

Человек вспыхнул, но постарался сдержать эмоции:

— Мы пойдём над горами. И будет жутко холодно. В кабине же тепло и тихо.

— Обойдусь, хомо!

Дмитрий пожал плечами:

— Моё дело — предложить, твоё…

— Отказаться!

Пропела саури, отвернувшись к стенке и поплотнее укутавшись в шубу, из пушистого воротника которой торчали лишь её серые глаза. За человеком захлопнулась дверь. Спустя пару минут взревели, надавив на уши, двигатели. Модуль задрожал, а спустя пару минут рёв стал вообще непереносимым, и на тело навалилась перегрузка.

Прошло уже два часа, боль в ушах стала невыносимой, а воротник шубы покрылся сосульками от дыхания. Ююми уже не раз вскакивала с жёсткой скамьи и бегала по трюму, пытаясь согреться движением и проклиная себя за излишнюю гордость. Наконец саури сломалась. Она отперла дверцу, ведущую из трюма внутрь транспорта, бегом, на непослушных ногах, кое-как проковыляла по галерее, ведущей в пилотскую кабину, открыла дверцу промежуточного шлюза и едва успев захлопнуть её, рванула вторую ручку, открывающую пилотскую кабину. Вырвавшийся оттуда тёплый воздух буквально обжёг ей щёки. Развалившийся в кресле человек обернулся на холодный порыв ветра, и, увидев девушку, вскочил со своего места:

— Ты — сумасшедшая! Разве можно быть такой дурой?!

Возражать не хотелось. Да она и не могла. Заледневшие губы совершенно отказывались подчиняться. А человек мгновенно, рывком оказался возле неё, его пальцы буквально разорвали застёжки шубы, затем лёгким толчком повалил её в своё кресло и сдёрнул с ног тёплые сапожки. Те, впрочем, давно уже не грели. Быстрым движением человек повернул какой то реостат, затем его ладони принялись растирать ей ничего не чувствующие ступни. Спустя пару минут энергичных движений, кожа начала что-то чувствовать, потом ноги закололо тысячами иголок. Ююми не смогла удержать стон, и человек выругался:

— Твою ж мать! Бестолковка ушастая! Гордость в ней говорит, видите ли! Предлагают ей по хорошему, а она корчит из себя невесть что!

— Б-больно…

Саури трясло. Обернувшись, Дмитрий рывком открыл стоящий перед ним на панели термос, торопливо плеснул горячий кофе в стаканчик, сунул девушке в прижатые к груди руки:

— Пей немедленно! Живо!

Первый же глоток горячего напитка принёс облегчение. Она смогла пошевелиться. А вскоре и боль в замёрзших ногах начала уходить. Внезапно человек сдёрнул с её ступней носки и покачал головой:

— Обошлось…

— Ты что делаешь?!

Ююми едва не завизжала, но мужчина выпрямился, поднимаясь с корточек, затем подошёл к стенному шкафчику, открыв дверцы, повозился внутри — ей не было видно, что он делал. Затем вынырнул из-за створки с большим, тёплым даже на вид одеялом и чем то в другой руке. Снова присел перед ней на корточки, это нечто оказалось носками. Большими, мужскими носками, связанными вручную из толстенной, грубой шерсти. Двумя движениями надел на её начинающие распухать ноги, затем, выпрямившись, чуть приподнял её с сиденья и укутал одеялом. Полюбовавшись делом своих рук, обернулся, опустил откинутую к стенке узкую лежанку, подхватил саури в охапку и уложил на лежак. Та попыталась дёрнуться, но тщетно — человек даже не заметил попытки сопротивления.

— Лежи и отогревайся! Нам ещё восемь часов лететь!

Отвернулся, снова уселся на сиденье пилота, бросил взгляд на автопилот, снова обернулся к ней, вздохнул:

— Послали же Боги мне…

Снова крутнулся на сиденье, уставился в мельтешащие за бронестеклом облака, замолчал. Между тем Ююми стало вначале тепло, потом жарко, девушка незаметно для себя задремала. Человек в кресле некоторое время не шевелился. Словно статуя. Наконец поднялся — саури на лежанке для отдыхающего пилота свернулась в клубочек и мирно посапывала. В кабине было тепло и уютно, а рёв могучих двигателей практически не ощущался. Дмитрий подошёл к лежаку и застыл, разглядывая спящую. Её надменное личико расслабилось во сне и стало таким… Беззащитным. Даже испуганным. Внезапно саури дёрнулась, её губы шевельнулись, тело начало сжиматься, и неожиданно для себя человек коснулся её руки, которой та пыталась прикрыться во сне. Всхлипнув, девушка сжала его ладонь, затихла. Потом расслабилась. Спустя некоторое время он смог освободить свою ладонь из её рук. Хм. А ведь её вещи так и остались в трюме. Надо бы забрать. А то вообще промёрзнут и станут ледышками.

Глава 6

— Пришла в себя?

Услышала Ююми не очень любезную фразу. Замерла на мгновение — вроде ничего не болит. Пошевелилась, приподнимаясь на локте. Человек сидел в своём кресле и прищурившись, смотрел на неё. Увидев, что девушка пытается приподняться, встал с сиденья, но против ожидания, просто подошёл к шкафу и набросил на себя куртку, потом снял с полки чемоданчик со своими вещами. Обернулся:

— Ты недолго. Думаешь, на улице так тепло?

— Зачем?

Единственное, что произнесла саури, глядя в его спину. Что же он ответит?..

— Ты города не знаешь. Надо тебя в гостиницу отвести.

Против ожидания, саури вышла из модуля буквально следом. Через пару минут. Со своим саквояжем в руках. Так что человек не успел даже немного озябнуть.

— Садись.

Возле модуля застыли сани, запряжённые уже заиндевевшей мохнатой лошадкой. Возница почтительно склонил голову:

— Сьере Димитри, мы можем ехать?

— Секунду…

Мужчина подождал, пока девушка усядется на скамью, извлёк откуда то большую меховую доху и набросил ей на плечи. Та вскинула голову, но взгляд человека заставил её промолчать, такое бешенство полыхнуло в его глазах, что ей стало не по себе. Дмитрий уселся рядом:

— Трогай…

…Путь по проложенной среди сугробов дороге прошёл в молчании, нарушаемом лишь шумом дыхания людей и саури, да мерным топотом копыт по прибитому снегу. Вскоре показался город, обнесённый высокой стеной из тёсаного камня, когда миновали ворота, саури приоткрыла рот от изумления — на улицах было полно народа. Местные жители, люди из империи, и даже саури из Кланов в разноцветных одеждах. Девушка сжалась, мужчина почувствовал, что ей страшно. Почему? Она что, преступница, скрывающаяся от правосудия? Его рука скользнула под густой мех покрывала, в которое та была укутана, нащупала её ладонь. Та мелко дрожала. Но когда громадная, по сравнению с её ладошкой, кисть человека легла на неё сверху, вздрогнула, вскинула на него глаза, но он спокойно кивнул головой, потом шепнул, склонившись к её уху:

— Не волнуйся. Ты — подданная Атти Неукротимого. И тебя никто не посмеет обидеть.

То ли эти слова, то ли его рука, но саури начала успокаиваться, а её дрожь проходить. Ещё несколько минут, лошадь въехала во двор гостиницы, чьё название было написано на висящей на деревянных штырях большой доске. Ещё несколько метров, сани замерли у крыльца. Возница обернулся:

— Прибыли, сьере, доса.

Дмитрий кивком поблагодарил слугу, слез со скамьи и обратился к Ююми на клановой речи:

— Мы на месте. Пошли.

Подхватил своё чемодан и… Её саквояж в одну руку, затем шагнул вперёд, распахивая массивную дверь. Набрав побольше воздуха, саури шагнула следом… И раскрыла рот от удивления: против ожидания внутри было… В общем, привычно. Яркий свет из потолочных панелей, негромкая музыка, льющаяся из стоящей на стойке интеллект системы, застывший на своём месте администратор, к которому сразу направился человек. При виде новых гостей тот вскинул свою голову, слегка поклонился:

— Сьере, доса?

— Дмитрий Рогов и Ююми ас Садим уль Вермаа, Тигровый четыре.

— Да-да, разумеется. Ваш номер тридцать шесть. Столик в ресторане — двадцать один. Вызвать носильщика?

— Разумеется.

Администратор позвонил в колокольчик. Самый настоящий, сияющий начищенной медью. Через мгновение перед ними вырос молодой человек в униформе, подхватил вещи гостей и устремился к ведущей наверх лестнице.

— Идём.

Сильная рука ухватила девушку под локоть. Саури попыталась вырвать руку — тщетно. Проще было согнуть металлоновую балку корабельного каркаса, чем освободиться от хватки землянина. Ничего не оставалось, как последовать за портье. Тот довёл их до дверей номера, отпер дверь карточкой, протянул пластиковый квадрат Дмитрию. Человек взял, ввёл Ююми внутрь номера, и лишь там отпустил. Вытащил из кармана горсть мелочи, дал юноше. Тот, непрерывно кланяясь и рассыпаясь в благодарностях, исчез за дверью. Саури упёрла руки в бока:

— Как это понимать?! У нас что — один номер?!

— Разумеется. Персонал каждого из предприятий императора Фиори живёт в одном номере. Поэтому они разные: есть на двоих, как у нас с тобой. А есть и большие — на сто, сто пятьдесят рабочих. И — можешь не дёргаться. Общая у нас с тобой только гостиная. А комнаты разные. Выбирай любую.

Он показал на две двери в разных концах большого холла. Саури промолчала, но подхватив стоящий на полу саквояж, рванула ручку правой комнаты. Пожав плечами, Рогов вошёл в оставшуюся ему комнату. Принять душ с дороги, сбрить щетину, которая уже вылезла, выпить чашку заказанного кофе с парой пирожных. Немного отдохнуть с дороги. Поваляться на мягкой кровати.

Открыл глаза — пора. Быстро одел вечерний костюм, немного поколебался — брать купленный подарок, или нет? Потом, всё-же, решился. Сунул украшение в карман, благо, практически незаметно, что там что-то лежит, поправил чистейший платок, как положено по этикету, торчащий из верхнего кармашка, выровнял орденские планки, обязательные к ношению на официальных мероприятиях, прыснул чуть одеколоном, взглянул на себя в зеркало. Неплохо! Солидно и со вкусом. Строго и изысканно одновременно. Вышел в холл — саури задерживалась. Вот же зараза. Присел в кресле возле пылающего камина, налил себе стакан сока из высокого графина, сделал пару неторопливых глотков. Позади щёлкнула дверь. Дмитрий поднялся, с сожалением отставил прочь сок, обернулся, и… Едва успел среагировать, плотнее сжав губы — девушка была… Он невольно сглотнул. Длинное платье тончайшего шёлка, подчёркивающее фигуру и полные бёдра идеальной формы. Красивая, но не очень большая грудь, тончайшая талия, которую можно обхватить двумя ладонями. Туфли на высоком каблуке, увеличивающие и так запредельную длину ног, из кожи в цвет платья, удерживаемые тонкими ремешками на ступне. Великолепна до безумия. И — ни одного украшения. Впрочем, они ей и так не нужны. Сама по себе саури очень… Справился с волнением. А чертовка ведь заметила, какое произвела впечатление на меня. Даже глазки заблестели. И полные губки слегка изогнулись в ироничной усмешке. Ну, подруга-секретарша, погоди. Ты ещё своё получишь от меня! Вежливо подал девушке пушистую шубу. Та не стала отбрыкиваться, как обычно, а молча приняла, даже поблагодарила коротким кивком. Сам набросил на себя свой тулуп, сунул ноги в лаковых туфлях в большие валенки. Оставит их во дворце, у слуги вместе с верхней одеждой. Показал на такие же катанки ей. Сообразила. Причёску Ююми не делала. Да и не к чему такие волосы как-то укладывать — просто уродовать. Набросила на голову длинный платок из мягкой шерсти. Дмитрий одел свою шапку.

— Идём?

Спросил её. Та кивнула, соглашаясь. Спустились вместе по лестнице, вышли во двор. Слуга тут же подал сани, человек помог её усесться на груду мехов, набросил сверху меховую полость, устроился рядом. Щёлкнул кнут, пара лошадей послушно тронулась. Путь до дворца был довольно длинным, но Ююми не скучала — ей было всё интересно: и здания, укрытые снегом, и толпы народа в самых разнообразных одеждах на улицах. Лошади выехали за переделы городских стен, добавили скорости. Застучали копыта. Они ехали не одни, впереди и позади их саней тянулись целые процессии. Саури с любопытством смотрела на пышные кавалькады слуг, сопровождающих своих господ. Чувствовалось, что у неё чешется язык задать вопрос, но она сдерживала любопытство. Дмитрий же видел эту картину не в первый раз, так что ему было всё-равно. Через полчаса лошади миновали высокую ограду и помчались по тщательно вычищенной дорожке между занесённых снегом кустов живых изгородей. Подъехали к высокому крыльцу, лошади замерли, шумно отдуваясь. Дмитрий вылез первым, подал девушке руку, но та отбросила её коротким толчком. Ага. Страх уже прошёл. Ну-ну… Человек и саури бок о бок поднялись по ступенькам, высокие двустворчатые двери распахнулись, и Ююми прищурилась — перед ней был огромный зал, полный народа. Яркие лампы освещали начищенный до сияния натуральный паркет, стены источали жар от вмурованных в них панелей отопления, и — множество людей и даже саури в самых разнообразных одеждах. Не слишком громкая музыка, создающая фон. Сам бал пока не начинался. Ещё не все явились. Но едва управляющий 'Тигрового' спустился вниз, как к нему подскочил паж и что-то коротко пробормотал. Ююми была занята тем, чтобы сдержать свои эмоции — столько людей вокруг. Как же…

— Нас ждёт императрица.

— Что?!

Человек смотрел на неё требовательно и… Жёстко. Снова подхватил за локоть, шепнул:

— Не дёргайся. Будь послушной девочкой. Выскажешь всё после приёма.

Торопливо повёл её вслед за мальчиком в цветах Двора. Путь в апартаменты владетельной пары Ююми не запомнила, слишком много впечатлений и эмоций. Но когда перед ними от высоких дверей отступили два солдата в начищенных до блеска древних металлических доспехах, сообразила, что они пришли.

— Ваши величества…

— Кончай, Дима. Мы одни, так что бросай этикет.

Сидящий у камина в большом кресле человек махнул её начальнику рукой.

— Давайте, присаживайтесь.

Указал на пару кресел поменьше, стоящих полукругом у огня. Человек подошёл к одному, уселся. Жестом предложил ей занять другое. Чуть помедлив, Ююми присела, стараясь не помять платье. На неё взглянули тёмные проницательные глаза человека. Какой позор! Хомо — её начальник и лорд! Стыдоба! Впрочем, он не совсем хомо. Иначе бы как смогла светлейшая ююми родить от него? Загадка. Между тем управляющий осмотрелся:

— А где…

— Ооли? Сейчас. Срочный звонок из Кланов. Сиятельный отец решил поздравить.

— Понятно…

…Владыка Кланов? Поздравляет свою дочь, навлёкшую на него неслыханный позор?! Впрочем, он отец. Родитель. Не то, что у неё. Отказавшийся от родной крови, хотя она, в сущности, ни в чём не виновата…

— Как у тебя дела на руднике?

— Добыча в норме. Россыпи очень богатые. Так что справляемся.

— Техники? Людей?

Человек пожал плечами.

— Не знаю. Я уже как-то привык. Да и саури со мной теперь. Иногда даже разговаривает.

Император усмехнулся:

— Прогресс. И огромный.

Ююми вспыхнула, собираясь ответить резкостью, но тут раскрылась боковая дверь и в комнату вихрем влетела ещё одна… Саури.

Дмитрий торопливо поднялся, но блистательная Ооли с визгом повисла у него на шее, болтая радостно ногами. Ююми поразилась, как изменилось лицо человека. Стало… Стало… Таким… Совсем другим! Не таким, как с ней. Едва удержалась, чтобы не покраснеть от зависти. Несколько минут разговоров, которые она пропустила мимо ушей, как поняла — обмен новостями. Она чувствовала себя не в своей тарелке. Бесшумно явились слуги, принесли напитки. Девушка выбрала себе какой то ароматный, пахнущий лесом, настой. Остальные, оживлённо разговаривая, пили каждый своё. Она же изо всех сил сдерживала отвращение, которое овладело ей при виде отступницы.

— Девочки, погуляйте, мне тут с Димой надо перекинуться парой слов.

Они что, сговорились заранее? Ююми насторожилась, но юили уже подхватила её за руку и потянула с открывшуюся в стене незаметную до этого дверцу:

— Пойдём, покажу тебе кое-что!

Нехотя поднялась со своего кресла, шагнула с женой человека за порог и ахнула — за стеной был настоящий цветущий сад. Не веря своим глаза, осмотрелась — и тут сообразила: это была огромная оранжерея. А Ооли с гордостью произнесла:

— Как тебе? Атти очень меня любит, и вот… Только закончили. Подарок мне на Новый Год!

— На… Новый Год?

— Ах, да. Ты же совсем ничего не знаешь.

Брови принцессы иронично изогнулись:

— Военный минимум, не так ли?

Нехотя Ююми кивнула в знак согласия.

— Вот! У людей есть праздник. Нечто вроде нашего Дня Первого Листа. Только зимой, и называется Новый Год. Отмечается наступление следующего года. Все веселятся, поздравляют друг друга, делают подарки. Кстати, Дима тебе уже вручил свой подарок?

Ротик девушки приоткрылся от изумления:

— Подарок? Мне? От человека?!

Ооли весело рассмеялась:

— А что такого? В конце концов, вы коллеги. Работаете вместе. Атти, кстати, очень доволен тобой, хотя и отработала ты всего ничего. Зато уже сэкономила столько средств!

— Я не понимаю, светлая… Как это — подарок?

— Очень просто! Смотри — мой муж подарил мне зимний сад…

Осторожно коснулась своего, ещё плоского животика.

— А ему подарю ещё одного ребёнка. Через шесть месяцев.

— Ах…

Ооли быстро поднесла палец к губам, почему то обернулась по сторонам, потом вдруг приникла к ушку юили:

— Тс-с. Никому не говори. Атти ещё не знает, но у него скоро появится братик или сестра.

— Как?!

— А ты что, не знаешь, что его матушка стала императрицей Русской Империи?

— …

Новость была с ног сшибающая. Но долго над ней раздумывать не пришлось — Ооли была неугомонна:

— Ну так что ты подаришь Диме?

— Это обязательно?

Супруга Атти пожала плечами:

— Не знаю. Но это будет просто невежливо. И по их обычаям, и по нашим.

— Но… Я не знала…

— Я так и думала. Ладно. Это дело поправимо. Идём за мной.

— А… Мужчины?

Впервые саури заставила себя так назвать людей. Молодая женщина в ответ беззаботно махнула рукой:

— Не смертельно. Мы только туда, и назад.

Быстро провела её через сад, затем обе прошествовали по пустынному коридору и оказались в большой зале, увешанной оружием. Самым настоящим, но очень и очень древним. Ооли обвела вокруг рукой:

— Вот. Выбери и подари. От себя, разумеется.

Девушка осмотрелась — какая древность! Мечи разных форм, сабли, кинжалы всех видов. Её внимание привлёк слегка изогнутый клинок в две ладони длиной, в простых, алых ножнах из натуральной кожи. Несмело указала пальчиком:

— Вот.

— Хороший выбор! Дима давно такой присматривал!

— Вы так хорошо знаете человека?

И не сдержала своего природного любопытства:

— А почему он к вам относится так…

— Как?

Не выдержала, отвернулась к заиндевевшему окну до самого потолка, но всё же закончила фразу:

— Совсем не так, как ко мне? Когда он с вами говорит, у него даже лицо меняется. Становится живым. Добрым. А со мной — словно маска. И смотрит так… Словно прицеливается.

— Ого!

Теперь и Ооли прищурилась, внимательно всматриваясь в неё. Чуть помолчала. Потом вдруг, видимо решившись на что-то, показала своей головкой в сторону выхода:

— Пойдём со мной. Разговор, похоже, предстоит долгий. Впрочем, время у нас есть, так что пока можем выпить по чашечке кофе.

И вдруг резкий переход, так характерный, как уже поняла Ююми, для неё:

— Ты не представляешь, какие плюшки пекут наши повара!

Быстрым движением сняла присмотренный кинжал со стены, затем буквально потащила девушку за собой. На этот раз путь был намного длиннее, и саури окончательно запуталась в многочисленных переходах и галереях, по которым они шли. Но всё же и эта дорога окончилась, они оказались в небольшой, но удивительно уютной комнатке, убранной в смешанном стиле Кланов и людей. Ооли усадила девушку на привычную той мягкую тахту, захлопотала у небольшой плиты. Несколько движений, и вот на низеньком столике уже парит ароматом высокий блестящий кофейник, стоит большое блюдо с незнакомыми Ююми изделиями из теста. Императрица привычно наполнила чашки, ухватила незнакомую еду, откусила, зажмурилась от наслаждения. Затем удивлённо взглянула на свою гостью:

— Ты чего? Попробуй!

Саури очень осторожно сделала маленький укус, но распробовала, и не заметила, как смолотила плюшку в мгновение ока.

— Ой! Как здорово! А как вкусно! Это местное блюдо?

— В смысле — фиорийское? Нечто среднее. Продукты, естественно, местные. Самые натуральные из натуральных, кстати. А вот рецепт — с Земли. Очень и очень древний.

— С Земли? Прародительницы людей?!

— Да. Но, ладно. Ты спрашивала, почему Дима относится к тебе совсем по другому? Иначе, чем ко мне? По нескольким причинам. Самая важная — я жена его друга детства. Атти, точнее, Максим, его альфа, и Дима были знакомы очень давно. Вместе учились в военной школе. Потом служили долгое время в одном подразделении. Именно Дима вытащил раненого Атти во время одной из операций. Не против нас, кстати. Против какой-то человеческой державы. Они там всё время воюют между собой. Совсем, как мы.

Глаза Ююми округлились от удивления. Она едва удержалась от вопроса, поскольку перебивать Ооли было просто неприлично. Вместо этого ухватила ещё одну плюшку, стала жевать, не забывая делать небольшие глотки удивительно ароматного кофе. А хозяйка дворца продолжила:

— Так вот, это первое. Хотя он тоже очень долго косился на меня, и оттаял совсем недавно. Я же саури. Но Дима просто понял, что и я, и мой супруг любим друг друга, и принял это, как должное. Вот, собственно говоря, и всё.

— Вы… Воевали против людей, светлая юили?

— Опять за этикет? Бросай это. Мы, в конце концов, две саури здесь. И нам надо дружить. Ты, кстати, как оказалась здесь? Только не говори, что у тебя не было веских причин покинуть Кланы.

Ююми вздрогнула — в проницательности хозяйки дворца не откажешь. А та, словно не замечая её волнения, продолжила:

— Впрочем, можешь не волноваться. Если, конечно, мой отец не потребует твоей выдачи за какое-нибудь страшное преступление. Убийство, подлог, предательство…

— Я не предавала Кланы! В отличие…

И осеклась, спохватившись. Но Ооли уже прищурилась:

— В отличие от меня? Ты это хотела сказать?

— Светлая юили! Простите! Простите, ради всех Богов! Я не хотела вас обидеть или оскорбить!

— Оставь! Прекрати сейчас же!

Ююми с ужасом поняла, что сейчас разгневала свою работодательницу и единственную заступницу на всей планете до глубины души. Та искренне хотела с ней подружиться, но вместо этого наткнулась на презрение и… Затаённое отвращение. Девушка сжалась, но было поздно. Ооли поднялась, холодно взглянула на неё, потом коротко бросила:

— Тебя отведут в зал.

И стремительно вышла из комнаты…

Аами невидящим взглядом смотрела на стену комнаты, украшенной пышным ковром, когда двери распахнулись, и на пороге появился мальчик-слуга:

— Доса, следуйте за мной. Вас приказано отвезти в гостиницу. А вам — ожидать там дальнейших распоряжений.

Тёмные Боги! Это конец всему! Всем надеждам на лучшее. А она там хотела начать новую жизнь, подальше от ур Сареми, надежде, что сможет добиться лучшего и заставить отца и Клан вновь признать её. И всё из-за того, что она забылась! Потеряла чувство реальности, не смогла сообразить, что живёт теперь в человеческом мире, и её окружают люди, а не саури…

Снова длинный путь по коридорам и галереям. На одной из них она увидела внизу огромный зал, до отказа наполненный гостями. Все танцевали под прекрасную музыку, смеялись, оживлённо разговаривали, сновали слуги, обнося людей подносами с напитками. Веселье было в самом разгаре. Но, увы, уже не для неё…

— Ваши вещи, доса.

Удивительно, но мальчик очень чисто говорил на Истинной речи. Специально послали? Действительно. Иначе, как бы она поняла, что от неё требуется? Машинально одела шубку, набросила на голову подаренный платок. Впрочем, остальное тоже. Подарок. Она прибыла на Фиори лишь в лёгкой курточке и комбинезоне. Всё, абсолютно всё, от чего сейчас ломятся шкафы и полки в её комнате на руднике, подарено её светлой юили, которой она, презренная, отплатила самой чёрной неблагодарностью. И её начальник наверняка не откажет себе в удовольствии отыграться на ней за оскорбление своей госпожи. Ведь Ооли, будучи женой императора Фиори, так же его госпожа… Лошадь, запряжённая в сани. Возчик дождался, пока она усядется, резко рванул животное с места. И — вновь глухое молчание. Хотя он может и не знать её языка. Такой длинный и бесконечный путь до гостиницы, где они остановились. А внизу, в долине — огромный, сияющий огнями дворец, из которого даже сюда доносятся звуки музыки. Хайар. Как бы ей хотелось сейчас закружиться в благородном танце, пусть даже и с человеком. Всхлипнула. Но человек, управляющий лошадью, даже не обернулся. Только всё понукал своё животное, торопясь быстрее избавиться от пассажирки…

Глава 7

…Дмитрий появился на следующее утро. Ююми всю ночь просидела у погасшего камина, не в силах уснуть. Человек вошёл, окинул её равнодушным взглядом, потом сухо бросил:

— Собирайся. Уезжаем через час.

Ровно через указанное время она вышла из комнаты, он уже ждал её с вещами. Молча пошёл вперёд. Не стал, как перед праздником, забирать её вещи, не помогал, поддерживая под локоть. Молча уселся в сани, без всякого проявления той, так необходимой ей сейчас и ненужной тогда, заботы. Просто плюхнулся поближе к возчику и всю дорогу обсуждал с тем неизвестно что на туземном языке. В грузовике пустил её в кабину, откинул подвесную койку, сам уселся в кресло и всю дорогу промолчал, хотя Ююми несколько раз пыталась завязать с ним разговор. Мужчина демонстративно игнорировал её, словно пустое место. А дальше стало ещё хуже: ни 'доброе утро', ни 'спокойной ночи'. Словно она — пустое место. Каждое утро она находила на своём столе пачку бумаг, которую необходимо было разобрать и обработать. Девушка старалась, но все её усилия оставались тщетными. Ни похвалы, ни ругани, когда она от отчаяния специально наделал ошибок. Просто полное и демонстративное игнорирование. Но намного хуже было другое — когда она попыталась набрать номер, забитый в память её браслета, ответом был сухой голос автоматического ответчика: 'Абонент не имеет желания общаться с вами. В соединении отказано'. Ююми осталась совершенно одна. Ни собеседника, пусть даже и вынужденного. Ни малейшего внимания к ней. От отчаяния саури уже начала подумывать об отказе от подданства и возвращении домой. Там она могла хотя бы общаться. А здесь, на Фиори — словно тень. Призрак. Который просто терпят за неимением лучшего. Меньшее зло. Было в языке Кланов такое понятие. Так пролетело четыре месяца. Полных молчания. И — тихого отчаяния. Она не знала, что на языке людей такое поведение называется бойкотом. Но действовал древний метод безотказно. Наступило лето, но в горах оно было практически незаметно. Всё-тот же вечный снег, разве что солнышко дольше задерживалось на небе, и когда стихал ветер, Ююми выбиралась наружу, чтобы постоять под его тёплыми лучами. Ведь истинный саури не может обходиться без ласки светила, каким бы оно ни было. Раз в месяц Дмитрий улетал на день вниз, в долину, отвозя добытые камни. Опять же молча, не предлагая ей поехать с ним, чтобы купить чего-либо, как в тот первый раз. Девушка поняла, что тогда мужчина совершил неслыханный по своей доброте поступок, переступил, неким образом, через самого себя, когда попытался протянуть бывшему врагу руку дружбы. И чем же она ответила? Тем же плевком в лицо, как и светлой юили? Кто же она такая, что всем, кто пытается ей помочь, отвечает лишь оскорблениями? О многом передумала и многое поняла саури за эти чёрные дни. Каждый день казался вечностью. Бесконечной, полной тьмы. Лишь работа помогала немного забыться. Она похудела, перестала уделять своей внешности должного внимания. Ей было уже всё-равно. Совершенно. Девушка уже не жила, а тихо существовала, начиная угасать. Работа, вот что ещё держало её как-то на плаву. И надежда, что, может быть, её когда-нибудь простят. Или она умрёт. Одно из двух. Пролетело ещё два месяца. Но стало лишь хуже. Однажды Рогов улетел вниз во внеурочное время. Опять один, хотя она, в отчаянии, хотела попроситься с ним, чтобы хотя б пройтись по городу, посмотреть пусть даже и на людей, но на других. Услышать их голоса, речь, увидеть наряды. Купить, в конце концов, какую-нибудь безделушку. Но проснувшись от гула двигателей грузовика, поняла, что её планы потерпели полный крах. А вечером он не вернулся. Девушка встревожилась не на шутку, вдруг что случилось? Принялась обзванивать все имеющиеся номера, и лишь когда вышла на связь с канцелярией Вождя Вождей, ей ответили, что Владыка отбыл на Фиори отпраздновать рождение второй внучки. Её словно обожгло ударом хлыста. Так вот куда исчез Рогов! И не взял её с собой! Бросил на опостылевшем ей руднике! Это стало последней каплей, переполнившей чашу её терпения. Вернувшись в свой кабинет, Ююми уселась в кресло, обвела взглядом вокруг себя. Надоевшая ей до тошноты стандартная обстановка. Чистота в доме поддерживалась роботами, так что в кабинете было всегда убрано. Коридор. Баня. Её комната. Его комната. Холл, кухня и небольшой зал. Всё. Вниз, в сам рудник, у неё допуска не было. И не будет. Аккуратно сложила обработанные бумаги, отнесла в его кабинет. Сложила на столе. Затем вернулась к себе, уселась за стол, набрала короткий текст. Окинула его взглядом. Отрицательно покачала головой — нет. Слишком патетично. Слишком… Она неудачница. Попыталась как то выжить, наладить свою судьбу, и ничего не получилось. Потому что она забыла, кто есть на самом деле. Не сложилась военная карьера, несмотря на то, что ей повезло выжить. Не получилось выйти замуж, будущий супруг просто желал её убить. Не вышло начать всё сначала и в новом мире, умудрившись рассориться с единственным соплеменником, к тому же пригревшим её. И что теперь? Что дальше? Бежать некуда. Она никому не нужна. Все отвернулись от неё. Утопить своё горе в вине? Это означает пасть даже ниже, чем её статус сейчас. Покончить с собой? Уйти в горы и там замёрзнуть? Никто не прольёт даже слезинки на её похоронах. И, самое страшное — о её смерти не известят родной Клан. Потому что она скрыла своё происхождение, когда подписывала иммиграционные бумаги. Да и нет у неё желания сообщать о столь великом позоре, как самоубийство шурхи, пусть и бывшей. Потому что это настолько запачкает репутацию Голубой Листвы, что её имя станет самым проклинаемым в Галактике. Но и существовать подобно растению она уже не в силах… Просто не в силах. Ююми всхлипнула, бездумно глядя в давно погасшую сферу голоэкрана…

…. — Что за…

Дмитрий удивлённо смотрел на застывшую недвижимо в кресле саури. Та не шевелилась уже несколько долгих минут. Не реагировала на его возвращение. Вообще непонятно было, жива ли она? Торопливо подошёл, тронул за руку, поразился, насколько та исхудала. Попытался заглянуть в лицо, и… Испугался. Он, прошедший не один бой, не раз смотревший смерти в лицо, сейчас испугался не на шутку — глаза Ююми были абсолютно пусты. Ни единого проблеска мысли, ни следа разума. Неужели она умудрилась как-то подцепить лихорадку святого Йормунда?! Все известные ему симптомы совпадают… Торопливо нажал кнопку связи с Атти, глядя на застывшую девушку, заговорил:

— Слушай! У меня тут полный абзац! Похоже, наша саури подцепила твою фирменную болячку!

— Что?!

Его собеседник не на шутку встревожился.

— Покажи!

Рогов торопливо перевёл камеру браслета на Ююми, Атти взглянул на девушку и облегчённо вздохнул:

— Уф! Ты так не пугай! У неё грудь поднимается!

— И?!

— При этой болезни человек забывает даже дышать. Поверь. Уж мне то это известно!

— Тогда что с ней?

Правитель Фиори вновь всмотрелся в изображение, потом отрицательно качнул головой:

— Не знаю. Даже не могу сказать. Она хоть говорит?

— Я наблюдаю за ней уже час. Ни единого движения, ни слова. Вообще ничего! Никакой реакции на моё появление, она словно живой труп! Зомби!

— Зомби?

Послышался голос Ооли. Она подошла, взглянула на застывшую Ююми, ахнула:

— Дима! Немедленно вынеси её на солнце, а потом вези её к нам! Немедленно! Иначе будет поздно! Это ашья!

— Что?!

— Она не хочет жить, Тёмные Боги! Да простят меня предки Кланов, но, кажется, мы перегнули палку с вашим земным бойкотом!

— А оскорблять…

— Перестань!

Дмитрий отключился — влезать в семейные разборки у него не было ни малейшего желания! Чёрт! Чёрт! Чёрт! Молнией метнулся в кладовую, выдернул с полки одеяло. Укутал безжизненное тело, торопливо оделся, подхватив практически невесомое тело, вылетел на улицу, раскрыл закутанное было впопыхах лицо, подставляя его солнцу. Он уже сообразил, что случилось — пока он отсутствовал на праздновании рождения второй наследницы Фиори, саури просто не выходила на свет, а они же без него не могут жить! Девчонка попыталась покончить с собой! Причём, особо изощрённым способом! Если она просто перережет себе вены или наглотается яда, то её Клан будет опозорен. А такой вот способ самоубийства не ляжет пятном на её сородичей. Но смерть её будет ужасна в мучениях… Её тело дрогнула. Грудь поднялась выше. Ещё раз и ещё. Саури задышала уже заметно. Глаза дрогнули, в них начал появляться жизнь. Потом — осмысление. Первое шевеление, потом она забилась, пытаясь вырваться, но тщетно — куда ей было против его силы? Ослабшая, только что вернувшаяся с того света, и он, полный энергии, бодрости. Но каким то невероятным усилием саури умудрилась вывернуться из его объятий и одеяла, оставшись лишь в лёгком платье, в котором обычно ходила по дому. Зарылась в снег, затем кое-как села, прорыдала:

— Зачем?! Зачем?! Лучше бы ты оставил меня! Мне оставалось уже немного!

— Молчи, идиотка!!!

Рогов рассвирепел не на шутку — на улице минус пятнадцать, ветер, а она в одном платьишке и чулочках! И развевающиеся под ураганом длинные волосы, в которые набивается снежная крупа… Сбросил с себя куртку, не обращая внимания на пронизывающий холод, потому что одеяло уже унесло неведомо куда. В один прыжок оказался рядом с Ююми, набросил на неё одежду. Снова сгрёб в охапку и понёс её в дом. Ввалился в тамбур, доводчик послушно захлопнул за ним створку, кое-как, не выпуская её из рук, прошлёпал через весь дом, добрался до бани и просто уронил саури в бассейн, полный горячей воды. Насколько он знал, даже тех десяти минут, что они были на улице, ей должно было хватить, чтобы солнечное голодание отступило… Девушка вынырнула на поверхность, отплёвываясь от воды, и зло закричала:

— Кто тебя просил?! Почему ты не дал мне умереть?! Тебе же лучше! Привёз бы себе человечку, и радовался бы избавлению от меня!

— Ооли.

Злой крик прервался, от неожиданности Ююми замерла, ушла под воду, вновь вынырнула, отплёвываясь, и Рогов повторил:

— Спасти тебя попросила Ооли. И приказала привезти тебя к ней. Немедленно. Приводи себя в порядок. Мы вылетаем через два часа. Как только заправится глайдер.

Ответом ему были изумлённые глаза. Чуть помедлив, Дмитрий добавил:

— И не вздумай вновь покончить с собой. Иначе всё будешь делать при мне. А я не ручаюсь, что…

Оборвал несказанное, заставив девушку задуматься, что же хотел сказать ей мужчина. Развернувшись, человек вышел из бани. Всё же он успел промёрзнуть до костей. Ветер уж больно пронизывающий. А одевать свитер под куртку, не было времени. Едва успел сделать первый глоток горячего чая, как нетерпеливо завибрировал его коммуникатор, и он кое-как нажал на кнопку ответа — во вспыхнувшем изображении увидел Ооли, смотревшую на него с таким выражением лица, что мужчина поторопился ответить:

— Успел! Не волнуйся.

— Ох… Мне нельзя так волноваться! Молоко пропадёт! Как она?

— Ожила. Сейчас в бане. Я её прямо в бассейн швырнул.

— Дурак, что ли?!

— Нет. Чтобы согрелась. Не получилась ашья, так попыталась замёрзнуть. Теперь отогревается.

Личико Ооли разгладилось, но тут же вновь вспыхнуло тревогой:

— А она там не утопится?! Ну-ка, живо обратно! И не рассуждать!

…Когда требовалось, жена его друга могла командовать похлеще любого сержанта в учебке. И Рогов подчинился чисто машинально. Но не стал ломиться обратно, а просто постучал в дверь, и, услышав злой вопрос, что ему надо, удовлетворённо выдохнул в ответ:

— Светлая юили желает знать, когда ты будешь готова.

— Скоро!

Мгновение тишины. Потом послышался новый вопрос:

— Ты не лжёшь? Она простила меня?!

— Знал, что существую блондинки. Но что среди них попадаются саури… Шевелись, давай! Жду на кухне!

Вновь сделал глоток из чашки, сморщился — напиток уже остыл. Налить по новой? Впрочем, озноб уже уходил. Адреналин, бушующий в крови от случившегося, изгнал остатки озноба, стало даже жарко. В два движения допил чашку, торопливо сполоснул под краном. Едва поставил её на полку, обернулся — саури уже возникла за спиной. Раскрасневшееся лицо, ещё влажные волосы. Платье, в котором она побывала в бассейне, сменил пушистый халатик, едва прикрывающий колени. Поморщился, и девушка помрачнела при виде этой гримасы. Зажала ткань на груди, прикрывая вырез, но он дёрнул головой, спросил:

— Чаю налить?

— А успеем?

Короткий взгляд на часы, висящие на стене, и кивок в знак подтверждения. Пояснил:

— Если долго одеваться не будешь.

— Я быстро. Обещаю.

— Тогда успеем.

— Я сама.

Скользнула мимо него молниеносным движением, подхватила чашку, быстро налила заварку, разбавила кипятком. Сахар она не любила. Больше варенье, которое у Дмитрия, тоже большого любителя данного ингредиента, не переводилось. Кошачьим движением устроилась за столом, быстро-быстро принялась пить.

— Не спеши. Время терпит.

…Чего она улыбается? Ведь только что вернулась с того света. А! Понял! Мы же разговариваем. И Ооли забеспокоилась. Простила дурочку. Но я буду не я, если та не припомнит Ююми её слова…

— Готова?

— Только одеться.

— Тогда через десять минут встречаемся здесь. Успеешь?

— Конечно!

Разбежались по своим комнатам, едва не столкнувшись на общей лестнице. Впервые на его памяти девушка не стала шарахаться от него, соприкоснувшись бедром с его ногой. Просто ускорила свой темп, уносясь вперёд. Вот, чертовка!..

…Глайдер, ревя мощным мотором, взмыл в воздух. Он впервые выкатил его из ангара. Не привычный грузовик, на котором возил добытые камни, да мотался по разным делам. Это был подарок от Атти, когда мужчина согласился принять управление рудником. Впрочем, красивая быстрая машина так и стояла в боксе, потому что выпендриваться желания не было. Как и повода пофорсить. Потрёпанный грузовик был куда ближе, хотя и намного менее комфортен. Но тут выбирать не приходилось. Ооли велела доставить ушастую бестолковку срочно, и на роскошном транспорте путь до Дворца займёт всего пару часов, вместо десяти на грузовике. Ююми осмотрелась, и Дмитрий отметил, какое же всё-таки у той живое личико — все мысли отражались на нём. Сейчас было ясно, что саури испытывает недоумение: откуда взялся такой красавец. Получается, что девчонка совсем не любопытна. Иначе бы облазила весь рудник снизу доверху и наткнулась бы на машину. А она даже не знала о том, что имеется подобная роскошь. Потом чуть не треснул себя по лбу — он же забыл дать ей допуск на нижние ярусы рудника! И получается, что та только и видела, что жилые помещения, да его самого. Информационной сети на Фиори, естественно, нет. А по рабочей — никаких развлечений: уж больно пространственная связь дорого стоит. Каждое слово на счету. Так что, получается, саури варилась в собственном соку целых полгода! Не сволочи ли они, а, майор? Уж больно жестоко поступили с дурочкой. Та только явилась из Кланов, не зная ни местных порядков, ни обычаев, почти всю жизнь варилась в ненависти к людям. Естественно, что увидев принцессу замужем за человеком, не смогла сдержать эмоций, которые вбивались в неё с рождения. Да ещё в армии послужила. А там гипнопедия. Специально усиление. Правда, Ооли обмолвилась, что все внешние блокировки и внушения слетают с женщин-саури после рождения первого ребёнка. Мол, это большой секрет Кланов. Она сама ненавидела Максима до появлении на свет Ари. Потом всё облетело, словно листья под осенним ветром, и пришли настоящие чувства. Подлинные. Но что делать с Ююми? Она то… Ох, товарищ майор-управляющий, не в те дебри вы лезете. Ой, не в те! Но то, что с девчонкой поступили очень жестоко — факт. Он чувствует себя виноватым перед саури. Вот же! Скажи ему такое пару лет назад — рассмеялся бы в лицо и заставил бы ляпнувшего подобную глупость пройти психиатрическое освидетельствование на нормальность. А она молчит, как мышка. Только прилипла к окну, жадно рассматривая пролетающий внизу пейзаж. Ха! Просиди полгода безвылазно в вечной зиме, да в четырёх стенах… Пискнул браслет. Визуальный контакт сейчас без надобности. Так поговорим.

— Да?

— Вы летите?

Дмитрий узнал Ооли.

— Разумеется. Через… Тридцать две минуты будем у Дворца.

— Отлично! Главное — вовремя. Тут возникли кое-какие обстоятельства. Не очень, прямо так, хорошие. Так что поторопись. Сажай машину прямо в саду. Охрана предупреждена.

— Понял. Ждите.

Добавить хода? Запас есть. Не раздумывая вдавил педаль акселератора до полика. Двигатель засвистел, разгоняя машину до ещё большей скорости…

…На посадку машина зашла сразу. Рогов подтвердил свою высочайшую квалификацию военного. К его удивлению, даже после закладки рискованного виража саури сидела спокойно, без писка и крика. Ну — да. Она же тоже… Притёр глайдер на три точки. Тут же подбежали слуги. Ююми вышла из машины, чуть пошатнулась, и мужчина успел поддержать её. Всё-таки, хоть она и бодрилась на руднике, но десять минут на восстановление работоспособности организма было явно маловато. Отметил, что здесь, в долине Саля, где стоит Дворец, жарко. Так ведь и лето в самом разгаре. Не то, что в горах Шемахи, где находится рудник. Саури оживала прямо на глазах. Чуть запрокинула голову, подставляя лицо ласковым тёплым лучам. Оно у неё стало каким то беззащитным, доверчивым, и Рогов почувствовал, как что-то дрогнуло внутри его большого тела. Да нет. Ерунда какая то. Просто ему её жалко.

— Прибыли? Давайте за мной.

Их встречал сам Атти, спешивший навстречу другу и его секретарше по посыпанной розовым гравием дорожке между зелёных кустов живой изгороди. Человек сбросил с себя куртку, аккуратно положил её на заднее сиденье глайдера, обернулся к своей спутнице:

— Давай шубу. А то сваришься.

— А?

Сообразила. Даже чуть покраснела почему то. Расстегнула застёжки, подала ему верхнюю одежду. Атти, между тем, подошёл вплотную, смерил саури взглядом. Нахмурился, от чего та даже сжалась, но промолчал, только буркнул:

— Идём. Ооли ждёт.

Не задумываясь, успели ли они, или нет, уже привыкнув к власти, и к тому, что все его приказы исполняются, двинулся обратно по дорожке. Пусть оказался не длинным. Через пять минут все трое приблизились к большому чистому пруду, усеянному водяными лилиями. На берегу, в ажурной беседке обнаружилась и его жена. При виде гостей Ооли поднялась со своего стульчика, указала на стоящий перед столиком с принадлежностями для лёгкого чаепития, диванчик:

— Присаживайтесь.

Дмитрий спокойно сел. Ююми беспомощно осмотрелась — место для сидения было общим. Рогов улыбнулся про себя — кажется, жена друга решила взяться за дело жёстко. Чуть поколебавшись, саури всё же пристроилась на самый краешек дивана, чтобы даже случайно не коснуться мужчины. Ооли, как радушная хозяйка, разлила по чашкам чай и кофе, улыбнулась мужу, сделал первый глоток. Остальные последовали её примеру. Распитие напитка прошло в тишине, нарушаемой лишь пением птиц, да цвирканьем неизвестных насекомых. Чуть обдувал приятный прохладный ветерок с поверхности пруда, да маячили бесшумные тени слуг где-то за кустами. Наконец, Ооли отставила свою опустевшую чашку, почему то заглянула в неё, потом подняла глаза на Ююми:

— А теперь расскажи мне всё. И самое главное — чем ты успела так насолить Горху ур Сареми, что тот готов заплатить моему мужу два миллиона кархов, лишь бы тебя выдали ему?

С тонким звоном чашечка драгоценного, тончайшего фарфора выпала из рук Ююми, ударилась о поверхность стола, разбрызгивая вокруг недопитый чай, и девушка с ужасом уставилась на молодую женщину:

— Ур Сареми?!

Выдохнула она. Ооли кивнула:

— Да, шурха. Горх ур Сареми. Он требует твоей головы, как преступницы, нанесшей ему смертельное оскорбление, которое можно смыть только твоей кровью, Ююми. Ююми Ас Самих. Причём желает сделать это лично. Для чего прибыл на Фиори. Так что ты скажешь, Ююми? Чем ты так обидела наследника Клана Каменных Цветов?

— Я… Не шурха. Мой Клан отказался от меня. Потому что я воспротивилась воле своего отца и не пожелала выйти замуж за Горха. Поэтому меня теперь зовут ас Садим уль Вермаа На мгновение воцарилось молчание. Никто не ожидал услышать от девушки подобного. Затем Ооли вновь заговорила:

— Если Клан отказался от тебя, то, значит, защитника у тебя тоже не имеется?

Ююми едва слышно прошептала:

— Такого у меня нет.

Вмешался Атти, до этого сидевший молча:

— А если найти защитника со стороны?

Ему ответила Ооли:

— Им может быть либо родственник, либо член Клана. А там никто не станет заступаться за изгнанницу.

— Родственников у неё тоже теперь нет. Раз она изгнана из своего Рода.

— Проклята и забыта. Такая у нас формулировка.

— Проклята и забыта…

Эхом откликнулась на слова Ооли неподвижно застывшая девушка.

— Значит, остаётся родственник.

Скучающим тоном заметил Дмитрий. Затем продолжил свою фразу:

— Только вопрос, где найти родственника, пожелавшего вступится за сироту? Ответ — выйти замуж.

— Замуж?!

В унисон воскликнули оставшиеся трое, сидевшие в беседке. Рогов едва заметно усмехнулся:

— А почему бы и нет? Ненадолго. На время дуэли. Потом можно и развестись.

— Хм. Действительно. Это выход! Ююми, как? Выйдешь за Дмитрия?

— Я?! Вы что, с ума сошли? Я, саури, замуж за человека?!

И осеклась — ведь прямо перед ней сидит такая пара. Опустила глаза, вновь проклиная себя за несдержанный язык, навлекающий на неё неприятности. Теперь её точно выдадут Горху. Но вдруг с удивлением вскинула помертвевшее было, личико — все сидевшие за столом дружно рассмеялись. Кроме неё. Дмитрий буквально схватился за живот от смеха. Согнувшись так, что лёг лбом на стол.

— Я же говорил, что она — тридцать три несчастья!

Буквально прорыдал он сквозь смех. У владетельной пары на глазах выступили слёзы от смеха. Наконец, кое как они успокоились, Дмитрий вдруг стал необычайно серьёзен, затем встал, опустился перед девушкой на одно колено, взял её за руку:

— Ююми ас Садим уль Вермаа, готова ли ты стать моей женой и принять меня как супруга и защитника твоего?

Воцарилась напряжённая тишина. Девушка беспомощно повела глазами вокруг себя, но три лица смотрели на неё требовательно, ожидая единственно правильного ответа, и она сдалась — в конце концов, ниже уже падать некуда. Кивнув, еле слышно ответила:

— Я принимаю тебя, Дмитрий Рогов, как своего супруга и защитника.

— Да будет так!

Веско припечатал сверху Атти. Но серьёзность момента нарушила Ооли, захлопавшая в ладоши:

— Ой, как же я рада!

Глава 8

— Я зову монаха.

Произнесла императрица и поднесла запястье, украшенное отделанным драгоценными камнями коммуникатором ко рту, негромко произнесла:

— Мальчики, приведите мне служителя Высочайшего…

…Обряд провели быстро. Негромкие слова клятвы. Брачное ожерелье на шее. Вот и всё. Быстрота, с которой всё произошло, просто выбило саури из колеи. Одно за другим: Горх ас Сарими, обвинение, и самое страшное… Она стала самкой человека. Человека! Подстилкой! Грязной шлюхой! Остаётся только умереть… Её рука лежала на локте мужа. Так принято в Империи людей. В Кланах супруга всегда позади своей половины на два шага. А у этих — рядом. И самое страшное, что новоиспечённый муж имеет на своём счету не одну жизнь её соплеменников… Дрогнула рука, выводящая подпись на документе, но саури даже не обратила внимания на то, что её подпись пересёк росчерк. Только супруг нахмурился слегка, но не произнёс ни слова. Ююми вздрогнула — сама жена императора подавала ей кубок. Втянула затрепетавшими ноздрями тонкий аромат — вино! То, что ей сейчас необходимо. Выпила едва ли не залпом, не ощущая вкуса. Ооли и её муж переглянулись. Дмитрий сдвинул брови ещё сильнее, но вновь промолчал. Атти нарушил напряжённую тишину:

— Бумаги в посольства я отправлю сам.

Затем посмотрел на молодую:

— Фамилию возьмёшь мужа?

Та недоумевая вскинула на него свои глаза:

— Фамилию?

Ооли пояснила:

— Клановое имя.

Девушка слабо кивнула. Это закон. Уходя из своего клана в другой, меняешь родовое имя. Что для мужчин, что для женщин.

— Так тому и быть.

Перевёл взгляд на её мужа:

— Семью известишь?

Тот махнул свободной рукой, потому что за вторую держалась саури:

— Разумеется.

Ооли улыбнулась счастливой улыбкой:

— А я пошлю извещение в Клан ас Самих.

— Нет!

В ужасе выкрикнула саури.

— Только не это! Они успокоятся, пока не убьют нас обоих!

— Девочка, успокойся. Фиори — нейтральная планета. Её статус утверждён обоими владыками. Здесь распоряжаюсь я. И никто другой. Если я посчитал нужным выдать тебя замуж за своего друга, так тому и быть. И оспорить моё решение не может никто.

Атти вдруг едва заметно улыбнулся и внезапно прижав к себе Ооли, страстно поцеловал, ничуть не смущаясь присутствующих, потом добавил:

— Ну, разве что моя малышка.

Потом отпустил жену, подошёл к столу и открыл небольшой ящичек. Извлёк оттуда пару широких золотых колец, инкрустированных платиной:

— Примерьте.

Дмитрий с удивлением взглянул на друга. Молча взял украшение большего размера, надел на палец руки. Затем второе кольцо, и, бережно придерживая Ююми за безвольную ладошку, аккуратно надвинул на палец.

— Твоё.

Та словно очнулась:

— Что это?!

— Символ жены. У нас.

— Же…

И осёкшись, опустила голову.

— Отпуск на медовый месяц, думаю, вам давать стоит?

Рогов отрицательно качнул головой:

— Сначала нужно закончить наше дело с поединком.

— Медовый месяц?

Не выдержала Ююми, и Ооли, улыбнувшись вновь, пояснила:

— В Империи есть обычай: когда пара женится, на первый месяц семейной жизни им даётся отпуск. Этот месяц у людей носит название 'медового', потому что он сладок, словно мёд.

— Сладок?

Не понимая, переспросила девушка, но императрица уже отвернулась к стене беседки, задумчиво смотря на подплывших совсем близко водяных птиц.

— Тебе это не светит, подруга. Ты же не собираешься спать с Димой?

Новоиспечённую жену даже передёрнуло от отвращения, муж же, уловив это движение, стал похож на грозовую тучу.

— Ладно. Пора заканчивать спектакль.

Атти решил прервать сгущающееся между молодожёнами напряжение и, подхватив Ооли под руку, решительно шагнул к выходу:

— За мной!

…- Сьере Димитри! Давно не виделись!

— Сьере Димитри! Прекрасно выглядите!

— Сьере Димитри, как ваше здоровье?

…Ююми с удивлением наблюдала, как её 'мужа' обступили довольно красивые, даже по меркам Высоких Кланов… 'Человечки', наперебой отвешивающие тому комплименты и щебечущие с ним с выражением… Она даже не могла понять, что написано на лицах той толпы дам, обступивших человека. Сама девушка старалась не потерять его из вида. Ну пусть он её супруг. В конце концов, это всего лишь, чтобы спасти ей жизнь. Если удастся выиграть поединок. А потом они разведутся. Но, тем не менее, саури с удивлением ощутила нарастающее внутри неё недовольство той популярностью, которой, оказывается, мужчина пользовался среди придворных императора. Знай Ююми, что за ней внимательно наблюдает супруга императора, её эмоции были бы намного сдержанней, но сейчас, предоставленная самой себе девушка не считала нужным особо контролировать себя.

Люди. В основном — люди. Единственная саури, кроме неё в саду — супруга местного императора. Пресветлая юили Ооли. Ха, от неё то отец не отказался! В отличие от самой Ююми. Старшая наследница стала изгоем. Лишённая всякого статуса среди Кланов, а теперь ещё и… Впрочем, чего ей стесняться? Если сама дочь Вождя Вождей гордо несёт свою головку, не смущаясь того, что живёт с человеком, и даже родила ему дочь. Почему же она, отверженная, должна стыдиться того же самого? Тем более, что у неё есть преимущество — Ююми не делит, и не будет делить постель с человеком! Их брак всего лишь фикция! Но… Почему же она чувствует внутри себя, где-то там далеко, лёгкую досаду? Пусть он человек, но ведь его никто не заставлял спасть её никчёмную жизнь? Может, стоит всё-таки поблагодарить его? Открыла была рот, но вдруг сбоку, совсем рядом, раздался знакомый ненавистный голос:

— Какая встреча! Ююми! Неужели Асха будет исполнена?

Она вздрогнула. Девушка едва успела повернуться на голос, как её грубо схватили за руки, заломили их за спину, но всё же саури успела разглядеть надменное лицо Горха, искривившееся в злобной довольной улыбке. Внутри словно что-то оборвалось, а её уже потащили… И вдруг руки стали свободными, а оба держащих её солдата словно мячики разлетелись в стороны. Ур Сарими схватился за пояс, но ему в лоб уже смотрели бластеры личной охраны императора, а в грудь упёрлись клинки.

— В чём дело?!

Голос Горха от злобы взвизгнул фальцетом, а Дмитрий левой рукой задвинул за спину свою новоиспечённую половину и громадной глыбой навис над клановцем:

— Ты, ублюдок, как ты только посмел коснуться моей жены?!

— Что?!

Ас Сарими явно растерялся, но сдаваться не собирался:

— Я требую выдать мне презренную, посмевшую нанести смертное оскорбление!

Мужчина повернулся к Ююми:

— Ты?

— Это ложь!

Изо всех сил выкрикнула девушка. Топнула ногой:

— Он лжёт! Лжёт! Лжёт!

Горх злобно усмехнулся:

— Я — лгу? Требую поединка!

Тонкие губы растянулись в ухмылке:

— По закону Кланов, я, Горх ур Сарими, Вождь, требую доказательства своей правоты в поединке!

…Мало, очень мало кто из людей мог хотя бы сравниться с воином саури в бое на мечах. И надежды на спасение у Ююми не было с самого начала… Мгновение тишины, женщины и девушки с сочувствием смотрели на саури. Впрочем, кое-кто и со злобой. Те, кто слышал, как её назвали женой Рогова.

— Ну, кто решится заступиться за преступницу?!

Ритуальный клич. Ююми без всякой надежды опустила голову. Конец…

— По законам Кланов за неё может заступиться либо родственник, либо член её Клана.

Рогов шагнул вперёд, и Горх усмехнулся:

— Я — Горх ур Сарими, Вождь Клана ас Сарими. Кто ты, человек, решивший заступиться за изгнанную?

— Я — Дмитрий Рогов. Подданный Руси, первый помощник императора Фиори Атти Неукротимого, законный супруг этой женщины. И я докажу, что ты лжец и порочишь доброе имя моей супруги.

Саури вспыхнул мгновенно:

— Я заставлю тебя подавиться этими словами, хомо!

Выхватил узкий длинный клинок, блеснувший в свете солнца тусклым серебром монокристалла. Против ожидания, человек спокойно взглянул на его оружие, потом наклонился к застывшему возле себя пажу и что-то ему шепнул, потом его глаза заледенели и воткнулись в саури с такой силой, что тому на миг стало не по себе.

— Сейчас принесут моё оружие.

Ждать пришлось недолго. Буквально через пять минут паж появился вновь, подавая на вытянутых руках нечто, завёрнутое в ткань. Человек принял оружие, став на одно колено, коснувшись мечом лба, затем поднялся, сдёрнул чехол. Взору собравшихся предстали узкие, чуть изогнутые чёрные ножны, украшенные серебряными бляшками. Темляк украшал большой ромб. Неуловимое взглядом движение, и точно такой же монокристалл вспыхнул на солнце.

— Приступим?

Пространство вокруг дуэлянтов мгновенно очистилось, и по краю импровизированной арены выстроились гвардейцы. В круг вошла Ооли:

— Поединок справедливости! До первой крови или до смерти?

— До смерти!

Голос ур Сарими был подобен шипению змеи. Рогов кивнул, соглашаясь со своим противником.

— Да будет так.

Императрица вышла из круга, встала за спинами охраны. Ююми замерла за спиной мужа, мертвенно бледная. Если Горх убьёт человека, то может сразу покончить с ней. Его право.

— Анд!

Раздался громкий крик, и оба воина устремились навстречу друг другу. Саури замерла от изумления — её… Муж… Он исчез! Размазался в воздухе! Ур Сарими едва успел сделать пару шагов, как перед ним возникла фигура человека, короткий, практически неуловимый взмах, и… Голова Горха на теле качнулась, и кто-то в толпе пронзительно завизжал — с тупым неописуемым звуком она упала на траву. Из шеи ударила тонкая струйка крови. Ещё одна. Ещё. Сердце ещё работало. Но вот тело замерло и бессильно обмякло грудой мёртвого мяса. Конец поединка.

— Это… Это как?!

Взвизгнул чей-то голос на высокой речи.

— Такое невозможно! Этого просто не может быть! Хомо против саури всегда проигрывает! Это нечестно!

— Честно.

Ооли, стоящая возле круга охранников, ехидно улыбнулась:

— Дмитрий — майор специальных войск Империи Руси. В запасе.

Гробовая тишина, которую нарушил сам Атти:

— Уберите здесь.

Сделал презрительный жест, указав на тело и лужу крови. Затем повернулся к Рогову:

— Вина?

Мужчина кивнул, спокойно вложил свой меч в ножны, отдал орудие пажу, обернулся к новоиспечённой супруге:

— Не желаешь присоединиться, дорогая?

Ююми, словно во сне, медленно кивнула в знак согласия:

— Как пожелает мой муж…

Вздрогнула, его рука коснулась локтя, покорно последовала за ним на подгибающихся ногах. Хвала Богам, идти пришлось недалеко. Буквально пару шагов по раздавшейся в стороны толпе. Словно из-под земли вырос лакей с подносом, полным бокалов, но, к её удивлению, человек прошёл мимо слуги, словно не замечая. Ничего не оставалось, как подчиняться. Он прошёл по мгновенно образовавшемуся проходу в толпе, остановился перед Атти. Тот едва заметно кивнул, затем повёл их за собой. И лишь когда все оказались в небольшой комнате, промолвил:

— Дело сделано. Кланы подтвердили законность. Все обвинения сняты.

Тяжел вздохнул:

— Вам ещё придётся побыть какое-то время мужем и женой. Иначе поднимется шум. Так что мы с Ооли решили дать вам всё же отпуск. Поедете на Светлую Русь. На месяц. И, желательно, поскорей. Лучше прямо сейчас.

— А рудник?!

Дмитрий опешил от неожиданности. Надо же — во время смертельной опасности был спокоен, словно камень. А сейчас растерялся от того, что ему дают отдохнуть. Впрочем, Ююми трясло от пережитого не хуже, чем в тридцатиградусный мороз, и всё, что говорилось, просто скользило мимо рассудка, не воспринимаясь.

— Есть кому присмотреть. Эй, там — карету!

Кивнул новоиспечённой семье, добавил:

— Сейчас в гостиницу. Подождите бумаги и деньги. Утром вас отвезут к Воротам. А там — удачи и спокойного отдыха.

Слуги быстро проводили их по саду к воротам Дворца. Их уже ждала всхрапывающая пара лошадей с молчаливым аборигеном на облучке. Дмитрий помог супруге взойти в внутрь изукрашенной росписью древности, усадил её на скамеечку, устроился рядом. Его испугал пустой, отсутствующий взгляд девушки. Рискнул положить ей руку на плечо, прижать к себе. Та послушно подалась. Похоже, она совершено не понимала, что сейчас происходит. Мужчина удивился — странно. Ведь она боевой офицер, и, по её словам, у неё немало отнятых жизней. Может, всё дело в том, что в том, что вот так вот увидеть вблизи кровь для неё оказалось шоком? Да нет. Тут что-то другое. Совершенно. Не может же человек, убивший девятерых в рукопашной драке, впасть в ступор при виде отсечённой головы? Пусть даже и соотечественника? Тогда в чём дело? Мужчина никак не мог понять причины такого состояния саури. Остекленевшие, полностью неподвижные глаза, бледные щёки, безжизненное выражение тонкого личика… Всю дорогу до гостиницы она просидела неподвижно, словно статуя, изредка покачиваясь, когда карета попадала в рытвину или на бугор. Наконец лошади въехали во двор постоялого двора, замерли у крыльца. Дмитрий поднялся, спрыгнул на тщательно выметенный камень двора, подал жене руку, но та сидела с отсутствующим видом. Мужчина резко подхватил её на руки, и возница понятливо распахнул перед ним двери здания. Рогов переступил порог, хорошо, что в холле, кроме скучающего за стойкой портье, никого не было. При виде странной пары он встрепенулся и выскочил из-за стойки:

— Ваш номер уже ждёт вас.

Человек быстро поднялся вслед за ним по лестнице, внёс девушку внутрь номера. Та по-прежнему была, словно камень. Выругавшись про себя, Дмитрий усадил саури в кресло:

— Вот же… Да что с ней такое?!

Не зная, что с ней делать, осмотрелся, и тут его осенило. Быстро бросился к шкафчику у стены, извлёк из него бутылку настоящей земной настойки крепостью в семьдесят градусов, налил стакан и, сунув его в руки Ююми, скомандовал:

— Пей!

Та, совершенно машинально, сделала глоток. Сначала из её глаз ручьём полились слёзы. Потом она дико раскашлялась, прижимая к груди руки. Ну а напоследок, просто отключилась, рухнув на спинку кресла, на котором сидела. Стакан вывалился из её рук, и резко пахнущая жидкость быстро впиталась в ковёр. Впрочем, Рогова это не обеспокоило. Слуги приберутся. Опять выругался про себя, поднял жену и, толкнув дверь, внёс её в комнату. Уложил на постель, прикрыл сверху одеялом. Ушастые любят тепло. Если будет слишком жарко, разденется сама. Ещё не хватало её самому раздевать. Очнётся, закричит, подумает невесть что, а потом расхлёбывать замучаешься. Нет уж! Торопливо вышел из комнаты в холл, вошёл в свою комнату, кое-как стянул одежду, набросил на себя халат и вошёл в душ. Тугие, горячие струи принесли успокоение. Давно уже он не брался за оружие. И не сходился в смертном поединке с саури. Будет скандал? Вряд ли. Атти не даст. Тем более, что всё по закону. Этот… Горх… Он просто не знал, с кем связывается. А искусство ускорения не так уж и распространено среди людей. И уж тем более, мало кто мог им овладеть. Вот и получилось. Не очень красиво. Зато надёжно.

Закрыл воду, тщательно вытерся пушистым полотенцем. Сразу стало легче. Словно капли унесли тревогу и печали. Вышел в комнату, плеснул себе на донышко вина, уселся в кресло перед пылающим камином. Неспешно делая по глотку, задумался, время от времени посматривая на новенькое обручальное кольцо на пальце. Женился. Дело, конечно, нужное и полезное, чего уж там говорить. Другое — как теперь они будут жить. С этой саури. Что он, что она — друг друга терпеть не могут. Но придётся как-то уживаться. Всё-таки семья, куда ни кинь. Теперь надо известить своих. Представляю, какой будет скандал! Наследник Клана Роговых, и женился на саури! Сенсация! Дурная только. И истину будут знать лишь они двое. Атти и Ооли никому ничего не расскажут. Никогда. Что же теперь делать? Как сложится всё дальше? Неизвестно. С сожалением взглянул на опустевший стакан. Налить ещё? Нет. Хватит. Лучше лечь спать. Завтра будет суматошный день. Отъезд. Зевнув, поставил тару на стол, прошёл к громадной кровати под балдахином, откинул занавеску и плюхнулся в тёплую уютную постель. Как же хорошо!

Ююми очнулась ночью, торопливо вскочила с постели, схватилась за грудь — Боги! Неужели это действительно случилось, и Горх мёртв?! Металлический ободок коснулся кожи, и только сейчас саури полностью осознала, что произошло. Она вышла замуж. За человека. Стала отверженной среди своих. Если раньше была хоть какая-то надежда, что её простят и помилуют, то теперь — всё. Конец. Полный и окончательный. Подобное не искупить ничем. Никогда. Задохнулась, рванула ворот роскошного платья, подаренного императрицей. Опомнившись, выругала себя — одежда чем виновата? Кое-как стянула прилипшую от духоты ткань, оставшись в одном белье. Подошла к стене, нащупала выключатель, зажгла свет. Ей нужно зеркало! Пробежала в душ, уставилась в отражение. Опухшие глаза, всколоченные, мокрые от пота волосы. Потянула носиком — и воняет же от неё! Стыдоба! Пошарила в шкафчике, нашла уже знакомое ей земное одеяние. Подойдёт! Долго стояла под бьющими из примитивного распрыскивателя струями, потом воспользовалась косметикой. Мягкое полотенце убрало все следы воды с тела, и даже немного просушило волосы. Нашла расчёску, вышла в комнату, усевшись перед очагом, долго расчёсывала длинные локоны. Волосы были её гордостью. Хоть бы человек не заставил её обрезать их! А даже если и потребует, то она не подчинится! Пошарив в одёжном шкафу, нашла ночное одеяние. Длинная, почти прозрачная рубашка. Очень простая, но так приятно прилегающая к телу. Интересно, а где её супруг? Посмотреть? Нет, пожалуй, не стоит. Или… Понимая, что делает неимоверную глупость, вновь набросила поверх рубашки халат, вышла в холл. Там его не было. Спит? Тронула дверь, ведущую в его комнату, и та вдруг тихо открылась. А у него почти пусто. Куда как скромнее, чем в её покоях! Он — там? Уставилась на громадную кровать, прикрытую сверху и с боков полупрозрачной тканью. Осторожно ступая, приблизилась, отодвинула тончайший батист. Вот он. Спокойно спит, раскинувшись на спине. Руки разбросаны. Видна могучая грудь и широкие плечи. Он… Громадина… Очень большой! А внизу у него… Тоже? Боги! О чём я только думаю! Бесстыжая! Шлюха! Подалась назад и снова замерла на месте. Человек вдруг вздохнул, и перевернулся на бок. Ююми даже стало плохо, ноги совершенно ослабли, и она опустилась прямо на ковёр. Сердце бешено колотилось — что ей делать?! Как убраться отсюда, чтобы муж не заметил? Кое-как поднялась, но не смогла сделать ни шага прочь. Потом всё же получилось. Не чувствуя под собой ног, добралась до кровати и рухнула на неё навзничь, провалившись в сон без сновидений.

Утро началось как обычно, с просыпания и приведения себя в порядок. Только вот при виде брачного ожерелья и кольца саури вновь стало не по себе. Она замужем! За человеком! Позор всему клану! Пусть и во спасение её никчёмной жизни. Хвала Богам, что муж не потребовал от неё исполнения супружеских обязанностей! И какое счастье, что не потребует, если верить его словам.

— Завтрак подан, госпожа.

На пороге после вежливого стука возникла служанка.

— Госпожа?

— Да? Что значит это слово?

— На родине вашего супруга так называют дам вашего статуса.

Статус… Вот ещё одна вещь, которая ей вроде и не нужна, и никак без неё не обойтись. Помедлив, всё же надела на себя оба предмета, делающие её замужней дамой. Внутренне робея, вышла в гостиную. Супруг сидел за столом, заставленным блюдами и занимался сразу двумя делами. Первым — ел. Вторым, просматривал, по-видимому, какие-то сообщения на своём коммуникаторе. Девушка с завистью покосилась на хитроумное устройство — такая игрушка была ей не по карману.

— Как себя чувствуешь?

— А?

Муж неожиданно для неё свернул голографический свиток, висевший перед ним, убрал коммуникатор в карман лёгкой куртки обычного земного спортивного костюма. Затем внимательно посмотрел на новоиспечённую супругу:

— Ты здорова?

— Да. Что дальше?

Совсем ничего не помнишь?

Отрицательно качнула головой. Рогов вздохнул:

— Сейчас приедет посыльный из Дворца. Мы с тобой в отпуске, дорогая. И едем в Империю.

— Что?!

— Не злись. Так надо. Пока утихнет шум.

Саури затихла — а ведь человек прав. Вздохнула:

— Хорошо. Я… Постараюсь держаться.

Лицо Дмитрия смягчилось:

— Договорились. Ты ешь, а то всё застынет.

Девушка потянулась к тарелкам, осторожно попробовала блюдо. Потом навалилась от души, так что за длинными ушками затрещало. Рогов невольно улыбнулся — сейчас саури была похожа не на отъявленного вояку и задиру, а на обычную проголодавшуюся девчонку с Земли. Интересно, как она относится к их вынужденному браку? Спросить? Почему и нет? Всё-таки жена. Должен же я хоть немного узнать про неё?

— Как тебе?

Ююми на миг застыла, её личико стало каменно-неподвижным:

— Что?.

— Статус жены? От ур Сареми ты отказалась. Зато стала второй половиной человека.

— Зачем тебе?

Саури отвернулась к камину, ярко пылающему бездымным пламенем.

— Просто хотел сказать, что теперь тебе будет и легче, и сложнее одновременно.

— Это как?

— Не случайно у нас ваш союз истинных звучит, как выйти замуж. За мужа. Ещё говорят — за спиной мужа, как за каменной стеной. Супруг должен защищать, оберегать, и любить свою вторую половину. Насчёт последнего — сама понимаешь. Особой любви между нами нет, и не будет. Брак был заключён лишь для того, чтобы прикрыть тебя от покойного Горха. Но даже если наше бракосочетание и фиктивное, могу тебе пообещать, что отныне ты под моей защитой, и больше никто не посмеет причинить тебе зло или нанести обиду. Потому что я — твой муж. И мой долг заботиться о тебе, кем бы ты не являлась — саури, или человеком. Настоящей супругой, или фиктивной. Поняла?

Ююми замерла — она ожидала чего угодно, только не таких слов. Горло перехватило от неожиданности. И ещё от чего-то. Там, у себя, в Кланах, она едва выжила. Ни выспаться, ни поесть досыта. Постоянно настороже, лишённая статуса и положения. На фронте было гораздо легче. А тогда, когда её лишили имени шурхи, от неё отвернулись все. На глаза неожиданно навернулись слёзы. Она сердито отвернулась вновь к камину и смахнула влагу с ресниц. Буркнула:

— Поняла. Но это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Между нами кровь, человек.

— Кровь. А она — не простая вода. Не всё забывается так просто и легко. Как и ты, я терял своих друзей и товарищей. Видел, что происходит, когда сходятся в бою обе стороны. Как и то, что творилось в захваченных городах и посёлках.

Он сглотнул, но продолжил:

— Только вот Атти и Ооли смогли понять и простить друг друга. И даже родить общего ребёнка. А ещё — может, ты и не заметила, но они действительно любят друг друга. Между ними не только постель и секс. Ещё очень много общих интересов, стремлений, желаний. И, откровенно говоря, я очень рад за своего старого друга. И пусть Боги дадут им всем счастье.

Мужчина замолчал. Затем налил из вычурно расчеканенного кофейника горячий кофе в чашку, сделал несколько глотков. Саури молчала, переваривая услышанное. Интересно, что она сейчас скажет? Дмитрий задумался, и не сразу понял её слова:

— Но как только благородная саури смогла разделить постель с человеком?! Это неслыханно! Против всяких понятий о чести! Отвратительно!

Мужчина почувствовал, как внутри его разгорается гнев. Ему захотелось просто влепить слишком гордой девчонке пощёчину, но он сдержался:

— Отвратительно, говоришь? А теперь представь себя на её месте! Тебе семнадцать лет, потерпела аварию на дикой планете, все, кого ты знала, погибли! Тебе на помощь придут через несколько лет, а до того нужно выжить! Не зная ни речи аборигенов, ни их обычаев, ни их порядков, ничего! И ещё одно — твой внешний вид вызывает у них настолько сильное отвращение, что тебя считают исчадием зла! И готовы немедленно убить везде, где ты появишься! Поэтому выход у тебя один, скрыться в пустыне или горах. И сколько ты протянешь, не имея ни оружия, ни жилья, ни припасов? А?! Молчишь? Не знаешь? Пусть в начале не всё у них было гладко. Но потом наладилось, и осуждать их — просто низко! Ооли и Атти первый росток нового мира! Тебе не надоело воевать?! Убивать, проливать кровь, терять всех, кого ты знала и любила? Не надоело? А я сыт этим по горло!

Грохнул кулаком по столу, поднялся, крупными шагами пересёк гостиную, треснул дверью об косяк с такой силой, что в стеклянных сосудах задрожала поверхность налитых жидкостей. Девушка замерла. Слова больно ранили её. Впрочем, виновата сама. Ничего не зная, осмелилась судить о ком то. Ведь её положение сейчас ничуть ни лучше, чем у принцессы. Какая же она дура…

Глава 9

— Держаться до последнего!

Дмитрий прохрипел эти слова в гарнитуру и вновь прилип к прицелу станкового бластера. Хлёстко рявкнул выстрел, и громадный манипулятор боевой машины отлетел в сторону. Но это был последний успех. В следующее мгновение земля перед ним вскипела, страшной силы удар обрушился на шлем, и перед глазами всё померкло.

…Как хочется пить… Первая мысль, пришедшая ему в голову, когда он очнулся. В глазах рябили зайчики, в висках стучало. Рот пересох до такой степени, что язык царапнул нёбо. Попытался пошевелиться — с трудом, но удалось. Проклятый вой в ушах. Не могу понять, что творится вокруг… Кое-как, напрягая все силы, перевернулся на бок. Тот сразу обожгло огнём. Медленно, рывками, дотронулся до брони и нащупал торчащий из неё кусок металла. Ранили? Да. Перетащил ладонь ниже, пытаясь отстегнуть аптечку, но понял, что той нет. Лишь пустые крепления. Сорвало взрывом? Не повезло. Но почему темно? Ослеп? Снова двинул руку по телу, добрался до шлема и понял, что толстое, поликарбонатное забрало разбито. Пальцы ощутили вмятину. Тогда понятно, почему ничего не видно. Энергии в бронекостюме не осталось. Передвинул руку, на мгновение задумавшись, почему не движется вторая, дотронулся до застёжки. Лёгкий щелчок прорезался через шум в ушах. Хорошо, хоть слышу! Приятная новость в его положении. Чуть повернул шлем, сдвигая его из фиксаторов, попытался снять — без толку. А правая рука совсем не чувствуется. Левая еле движется. И плечо жжёт так, словно плеснули кипятком. Проклятие! Мотнул головой раз, другой. Не помогает. Тогда — единственный выход. Дотронулся лбом до кнопки аварийного сброса брони. Треск разлетающихся застёжек, и сразу стало легче. Тело теперь повиновалось куда лучше. Попытался выпрямиться, и сразу же замер. На шум кто-то шёл. Но самое страшное — этот кто-то разговаривал со своим товарищем. На языке саури. Враги?! Глаза притерпелись, и офицер заметил два силуэта, еле видимые в слабом свете двух лун. Значит, позиция захвачена?! Дёрнулся было, но тут же застыл неподвижно. Убегать бесполезно. Молниеносный взгляд влево-вправо — есть! Подхватил полузасыпанный песком обломок ствола от своего оружия, чуть перекатился в сторону. Раненый бок обожгло вновь, потекла кровь, но Рогов не обратил на это никакого внимания. А шаги всё ближе. Перехватил поудобней металлическую трубу. Хоть в этом повезло! Два саури в обычных полевых комбинезонах. Ни защиты, ни шлемов. Похоже, просто любопытные. Решили посмотреть, что тут делается. Приник к дну воронки. Мозг, наконец, заработал полностью — вбитые намертво при помощи гипноза навыки включились.

— Тебе точно послышалось, Мейор!

— Да нет, я уверен, что слышал какой то шум в этой стороне.

— Сам посмотри — тут сплошное месиво! Да ещё потом прошла команда зачистки…

Дмитрий похолодел — спецкоманда! Они добили всех, кто уцелел, так что здесь вряд ли кто, кроме него, остался. А саури между приближались всё ближе. Внезапно они заржали:

— Ого-го! Ребята — шутники!

Над чем они там смеются? Нашёл о чём думать! Потрогал мокрый от крови бок, чуть не выругался. Хвала Богам — руки работают. Наверное, заклинило сочленение, поэтому и не мог шевелить правой в бронекостюме. Ноги слушаются. Шум в ушах с каждой секундой утихает. Только вот эта жажда и металлический вкус привкус во рту…

— Стой! Смотри! Кого то пропу…

Голос саури оборвался — выросшая словно из-под земли рослая фигура человека с силой опустила обломок ствола на голову противника. Что-то хлюпнуло, брызнуло. Но второй не растерялся, потянувшись к поясу, на котором висел офицерский меч. Дмитрия словно обожгло огнём, и тогда, беззвучно закричав, он ринулся вперёд со всей скоростью, на которую был способен…

…Рогов подержал стопку с крепкой настойкой, залпом осушил, невидящим взглядом смотря в чёрную топку камина. Огня в нём никто не зажигал, поскольку на улице стояло лето. За окном слышались голоса постояльцев, ржание лошадей. Стучал молоток. С лязгом металлических обручей прокатили бочку. Тогда ему удалось выбраться. Единственному из всего взвода. Ранение в боку оказалось лёгким. Всего лишь рассечена мышца. Убив второго, он разрезал его комбинезон, перебинтовался, сориентировавшись по лунам, двинулся к своим. Хвала Богам, долго идти не пришлось — наши выбросили разведгруппу, которая наткнулась на него и вывезла за линию фронта. Зато он увидел, над чем смеялись те саури. Всего лишь содранная кожа, человеческая. Распяленная между двух кольев, вбитых в землю. И Рогов молил всех святых, чтобы тот, с кем это сделали, оказался уже мёртв к тому моменту. Хотя надежды на это было мало. Саури предпочитали сдирать кожу заживо…

Снова налил стопку, залпом осушил, не чувствуя ни крепости, ни вкуса. Хмель упорно не хотел приходить, а боль воспоминания — отпускать. Проклятье! Какого он поддался? Жалко стало? А того пацана из его взвода, с которого сняли кожу живьём? А людей из безымянного городка, который спецкоманда саури вырезала до последнего человека, включая грудных детей?! А он пожалел врага! Сжалился! Даже спас! Идиот! После того, как она оскорбила жену его друга! Кстати… Тоже… Саури… Покосился на бутылку, потом решительно отодвинул её в сторону. Поднялся, подошёл к окну, посмотрел на удивительно сочное небо, отвернулся, вернулся за стол. Едва уселся, как в двери постучали:

— Сьере Димитри! К вам посыльный из Дворца!

— Пусть войдёт!

Толкнул тяжёлое полотнище массивной двери, вышел в гостиную. Посыльный возник на пороге в следующее мгновение. Поклонился, с натугой поставил перед собой тяжёлый мешок:

— Сьере Димитри, это вам посылает Император Атти Неукротимый!

— Служу Империи!

Совершенно машинально ответил Рогов, ударив себя кулаком внутрь. Мальчишка расцвёл, а мужчина спохватился — тот подумал, что он выказывает уважение его сюзерену. Откуда ему знать, что Макс беззастенчиво скопировал имперские порядки?

— Где расписаться?

Посыльный торопливо выхватил из сумки на боку лист бумаги, протянул. Дмитрий вынул из кармана стилос, вывел росчерк, вернул гонцу. Тот вновь коротко поклонился, исчез за дверью. Едва та раскрылась, Рогов осмотрелся — саури в комнате не было. Наверняка в своей комнате. Тем лучше. Поднял присланный мешок, отметил, что печать цела, водрузил немаленькую тяжесть на стол. Хвала Богам, его немного отпустило. По крайней мере, сейчас он может смотреть на саури без того, чтобы её придушить. Рванул застёжки. Сургуч хрустнул, и человек едва сдержал эмоции — почти весь мешок был доверху насыпал драгоценными камнями. Естественно, что не пламенными сапфирами. Вся добыча шла на продажу. Хватало других: рубинов, алмазов, изумрудов. Друг не поскупился. Даже на первый взгляд было видно, что здесь на пару миллионов имперских рублей. Однако, щедро! Открыл боковой карманчик, вытащил конверт. Из него выпали два паспорта, пластиковая карточка, новенький идентификационный браслет, для саури, отметил Рогов. Записка. Развернул лист, пробежал глазами чёткие строчки. Дёрнул подбородком из стороны в сторону, словно его душили.

— Значит, свадебный подарок и приданное? Ну-ну…

Уселся в стоящее рядом кресло, молча глядя на мешок, набитый драгоценностями. Помолчал, потом рявкнул:

— Ююми! Где ты?!

Дверь её комнаты распахнулась, на пороге возникла испуганная саури. Застыла на месте, прижав руки к груди. Мужчина кивнул на стол:

— Иди сюда, быстро!

Та молча подчинилась. Послушно подошла, застыла, ожидая, что последует дальше. Дмитрий толкнул к ней браслет:

— Твои новые документы. На другую фамилию.

Словно неживая осторожно взяла пластиковый обруч, повертела в руках, потом надела на руку. Чуть скосила глаза на мешок, но промолчала. Хорошо, что клапан закрыл! Губы Рогова чуть дрогнули в лёгкой полуулыбке. Ладно. Ещё успеется. Всё-равно, месяц, ну — два. Спектакль закончится.

— Присядь.

Она обернулась, разыскивая глазами второе кресло, затем уселась, напряжённо глядя на своего… Супруга.

— Куда поедем?

…Наконец то её показное спокойствие слетело, словно шелуха!

— В смысле?! Нам же приказано убираться на Светлую!

— Император изменил своё решение. Мы вольны выбирать, куда нам поехать.

— Это… Это как?!

Девушка не могла понять, что это значит. Дмитрий усмехнулся:

— Хочешь, поедем в Кланы. Хочешь — в Империю. Если есть желание, то можем остаться и здесь.

— Только не в Кланы! Нельзя! Меня…

Он махнул рукой:

— Да знаю я, знаю. Изгнали тебя. Можешь не рассказывать.

Сделал паузу, глядя на её испуганное лицо.

— Тогда — в Империю? Предлагаю провести наш медовый месяц на Красавице.

— Красавица?

Она с трудом повторила за ним название планеты.

— Что это за место?

— Курорт. Я, в конце концов, торчу на Фиори второй год, и у меня есть огромное желание погреть свои косточки на пляже.

— На пляже?

Её глаза округлились от изумления, и мужчина кивнул в знак согласия.

— На пляже. Заодно пристроим твоё приданное.

— Приданное? А что это такое?

— Взгляни.

Он кивнул головой в сторону мешка. На этот раз любопытство пересилило разум, и Ююми нетерпеливо откинула клапан мешка.

— А… О… А…

— Вот это и называется — приданное. Семья Императора дарит тебе эти драгоценности на свадьбу.

И удивился, поняв, что улыбается во весь рот — уж больно потешно выглядела саури в этот момент…

На транспортных воротах знаменитой на весь человеческий сектор Галактики планеты Красавица возникла заминка. Транспортный поток на мгновение прервался, пока операторы срочно вводили в систему экстренный запрос на вход канала. Наконец телепорт полыхнул вспышкой энергии, и между штангами возникли двое, мужчина и женщина. Он, высокий, широкоплечий, с выправкой, выдающей отставного военного. Она — стройная, даже тоненькая, ему до плеча, с длинными, ниже колен, пепельными волосами, убранными в очень простую причёску и тонкими чертами лица. На обоих были необычного покроя одежды: на мужчине нечто вроде сюртука, на ней — длинное, до самого покрытия платье из тёмной материи. Но привлекало внимание не одежда, мало ли в чём щеголяют приехавшие с десятков миров туристы. Удивляло светлое покрывало из газовой материи на голове спутницы мужчины. В климате планеты-курорта оно смотрелось чем-то инородным. Впрочем, чиновнику, оформляющему визу, было всё-равно. За долгую работу на Красавице он насмотрелся на самых разных чудаков.

— Ваши документы?

Перед ним на стойку легло две карточки. Взяв первую, человек приложил её к сканеру. Тот пискнул, и перед клерком возник голосвиток. Быстро пробежал глазами: Дмитрий Рогов. Подданство — Русская Империя. Второе подданство — Фиори. Тридцать один год. Женат. Въезд разрешён.

Оттиснул виртуальный штамп на голографическом изображении документа. Перешёл ко второй карточке. Вновь вспыхнул свиток:

— Ююми Рогова. Подданство — Фиори. Двадцать пять лет. Замужем. Въезд в Империю разрешён по особому распоряжению Его Императорского Величества.

Брови чиновника удивлённо приподнялись, но он постарался сохранить невозмутимость. Дзинь! На изображении возник чёткий оттиск разрешения. Как можно более радушным голосом таможенник произнёс:

— Добро пожаловать на Красавицу! Желаю вам приятного отдыха.

Человек кивнул, его супруга промолчала. Ну и шут с ней. Ишь, какая цаца… Вновь двинулся непрерывный поток туристов, и клерк уже было забыл о странной парочке, но вдруг в мозгу словно вспыхнуло — имя! Имя у девушки было… Было… Он никогда не слышал такого. Но всё же нечто похожее ему попадалось. Тоже, с двойной буквой впереди. Где же? Где он мог слышать нечто подобное? И — Фиори. Ну, разумеется! Облегчённо вздохнул. Знаменитое место! Нейтральный мир! У их владыки ещё жена саури. Как её зовут? Ооли, вроде… И тут едва удержался на внезапно ослабших в коленях ногах — а эту зовут Ююми! Так она что, тоже саури?! Выхватил взглядом удаляющиеся спины, благо, одежда была уж очень приметной, шевельнул пальцем, выводя изображение на голоэкран, приблизил… И похолодел — под практически прозрачной тканью угадывались острые ушки клановки… Уже занёс руку, собираясь поднять тревогу, но вдруг вспомнил — По особому распоряжению Его Императорского Величества…

— Эй! Ты что, заснул?!

Перед ним возникло гневное лицо очередного туриста, разозлённого тем, что стоящий за стойкой чиновник стоит столбом, словно не видит приезжего, и клерк, вздрогнув от неожиданности, поспешил извиниться и продолжить свою работу…

Оказавшись на улице, Дмитрий осмотрелся — стоянка такси была рядом. Махнул рукой, привлекая внимание, и автоматический модуль сорвался с места и застыв перед ними, открыл дверцу. Пропустив саури вперёд, оглянулся — вроде тихо. Уселся сам.

— Поместье Роговых. Солнечный четыре, двадцать. Шесть. Восемьдесят один. Двадцать один.

Модуль бесшумно тронулся вперёд, набирая скорость. Облегчённо откинулся на спинку, расслабился. Ююми же была напряжена, словно струна. Ещё бы! Он тоже бы нервничал, оказавшись в Кланах! Ничего. Два часа пути до поместья Роговых. А там — спокойный отдых. Надеюсь, что нам удастся избежать слишком назойливого внимания. Насколько я знаю, родители сейчас на Туле — двенадцать, где находятся наши основные заводы. А брат мотается по всей Галактике, исполняя поручения отца. Всё-таки, владение корпорацией, подобной нашей, далеко не синекура, как считают некоторые, а тяжкий труд. Хорошо, что есть кому приглядывать за делом и без него, старшего наследника. Вот не лежит у него душа к бизнесу и торговле, хоть тресни! Но, всё-таки, как приятно побыть среди своих!..

Чуть слышно щёлкнул замок, когда Дмитрий приложил руку к сенсорной панели. Тонкий, незаметный на ярком солнце лучик свет пробежал по сетчатке глаза, ещё десяток невидимых сканеров проанализировали добрых двадцать параметров тела и дали добро на открытие. Он первым шагнул в разъехавшиеся створки дома и поманил за собой застывшую Ююми:

— Входи. Жена.

Та несмело перешагнула порог, осматриваясь по сторонам, вопросительно взглянула на своего супруга. Рогов пояснил:

— Этот дом принадлежит нашей семье. Но сейчас здесь никого нет, не волнуйся. Побудем вдвоём. Думаю, можешь расслабиться и снять свою накидку. В Империи такое не принято, а кроме меня твои ушки никто не увидит. Так что можешь не бояться. Чужих здесь точно не будет.

— Твоей… Семье?

Саури вновь осмотрелась по сторонам — роскошная мебель, добротная отделка, сияющие панели полированных стен из натурального дерева. Однако, даже на первый взгляд жильё человека было очень и очень богатым! Так он что, далеко не беден, как она почему то считала? Послушно стянула с головы невесомую ткань женской накидки, вздохнула с облегчением. Пришлось замаскироваться. Иначе бы появление клановки среди людей вызвало бы, скажем так, неоднозначную реакцию. Муж… Понял её реакцию не совсем правильно, но сделал намного лучшее, чем она могла ожидать от человека. Почему то заторопился:

— Пойдём, покажу тебе твою комнату.

Повёл её по широкой роскошной лестнице на второй этаж, провёл по широкой галерее к высоким дверям, толкнул створки, впуская внутрь.

— Вот. Нравится?

Дотронулся до полоски зелёного цвета на столе, стоящем посреди комнаты, и тут же помещение наполнилось солнечным светом — крыша плавно стала убираться в перекрытия. Девушка удивлённо посмотрела на неожиданный механизм, а мужчина улыбнулся и раскрыл следующую дверь:

— Здесь — ванная. Тут — гардероб. Можешь выбирать себе всё. что понравится. Это — спальня.

Её занимала почти целиком огромная, удобная даже на вид, кровать. Саури зарделась было, но муж тут же испортил впечатление:

— Так что можешь не беспокоиться. Слуг в доме нет. Всё делается роботами. Достаточно и просто позвать. Так что приводи себя в порядок с дороги, переодевайся, потом будем обедать. Проголодалась, наверное?

Сразу же засосало в желудке. Зачем только напомнил. Вопросительно взглянула на него, но мужчина словно не заметил вопроса, просто развернулся, пошёл к выходу, правда, на пороге замер, обернулся:

— Моя комната внизу. Так что можешь не волноваться. Тебе ещё что-нибудь нужно?

— Связь. И выход в Сеть.

— Без проблем. Логгер встроен в стол.

Кивнул ей, закрывая за собой двери. Оставшись одна, Ююми вновь осмотрелась — роскошное поместье! Ничуть не уступает домам вождей Кланов. Даже, пожалуй, и побогаче будет. Заглянула в ванную, и ахнула — отделанная мрамором поверхность помещения. Светлый потолок, вспыхнувший автоматически. Куча всевозможной косметики на полках, полотенца, простыни для купания. Какая красота! Стоп. Он сказал о гардеробе. Торопливо прошмыгнула к заветной двери и едва не упала — полки, вешалки, шкафы, стеллажи! И на всех горы, буквально горы различных платьев, обуви, аксессуаров, принадлежностей. Отдельно — бельё. Подойдёт ли только ей по размеру? И вообще, чья это одежда, и кому принадлежала раньше? В сердце вдруг закралась… Закралось… Ревность? К человеку?! Он её муж лишь номинально! Рассердилась сама на себя, приблизилась к первому ряду вешалок, висящих на специальной стойке, С некоторой брезгливостью вскрыла прозрачный мешок, в котором хранилось платье. Ой… Совершенно новое! Только что из магазина! Его никто не носил до неё! Это точно! Но… Когда он успел? Загадка. И, главное, зачем?..

Дмитрий неторопливо попивал прохладительное из стакана, одновременно беседуя по голофону с неизвестной ей женщиной. Вначале, услышав незнакомый голос, Ююми испугалась. Неужели человек обманул её, и в доме есть ещё люди?! Но осторожно подойдя к краю галереи, увидела светящуюся сферу, поняла, что её страхи напрасно. А потом сердце вновь кольнуло — незнакомка была столь молода и красива, что ничуть не уступала самим признанным красавицам Кланов. Правда. спустя мгновением девушка заметила очень заметный животик у той, с кем так оживлённо общался её супруг. Снова сердце сжалось от непонятных ей самой эмоций. Но она из Кланов! И у неё есть все права на этого человека! Сейчас она покажет и докажет это! Поправила на шее брачное ожерелье, торопливо зашагала к сидящему внизу мужу.

— О! Дима! Так это твоя жена?

Незнакомка бесцеремонно уставилась на Ююми. Та даже растерялась от такого разглядывания, потеряв на мгновение дар речи. И это её, собственно говоря, спасло от очередной неприятности. Потому что в следующее мгновение супруг обернулся и торопливо произнёс:

— Познакомься — это мать Атти Неукротимого, твоего сюзерена. Супруга Императора Русской Империи Сергея Неистового, Аруанн. В девичестве — дель Парда.

— А?!

Приступ онемения продлился до тех пор, пока юная женщина, оказавшаяся матерью её нового Вождя, не рассмеялась. Весело и задорно. Потом перешла на Высокую речь:

— Думаю, Дима, ты не будешь против? Хочу, чтобы и твоя половина нас понимала тоже.

— Благодарю за милость, Ваше Величество.

Наконец то Ююми нашла правильные слова. И, главное, вовремя! Женщина расцвела улыбкой:

— Какая хорошая девочка! Умница, красавица! Дима, ты сделал правильный выбор. А то мои свистушки тебе совсем не подходили!

Рогов едва заметно покраснел, но Аруанн заметила это и не преминула пояснить:

— Девочка, мои фрейлины положили глаз на твоего мужа. Так что не отпускай его далеко от себя. А то его быстро уведут.

Саури собралась было ответить резкостью, но широкая ладонь вдруг легла на её руку и сильно сжала, давая понять, что лучше бы сейчас промолчать. Хвала Богам, Светлым и Тёмным, что в этот раз Императрица пропустила мимо это движение человека…

Ещё пару минут болтовни ни о чём. Пожелание хорошего отдыха, сфера связи погасла. Рогов вздохнул с облегчением, отпуская руку Ююми:

— Ух! Пронесло! Как ты только удержалась!

Повернулся к ней и едва удержал челюсть на месте — саури переоделась в простой, открытый сарафан из лёгкой ткани. На красивых длинных ногах, угадывающихся под тканью — плетёные сандалии в тон светлой ткани. Пара простеньких браслетов-полосок на запястьях. Волосы схвачены на затылке застёжкой и выпущен длинный хвост. Всё очень просто, и вместе с тем невероятно красиво!

— Что?

…Хм… А Лифчик ей ни к чему. Поэтому она его и не носит…

— А?

— Я плохо выгляжу?

— Нет, что ты! Просто не ожидал…

Отвернулась, сердито вздёрнула аккуратный носик. Потом буркнула в сторону:

— Кто-то обещал обед.

И залилась краской стыда, когда её животик выдал негромкую руладу…

— Точно!

Мужчина вскочил с дивана и… Протянул ей руку, помогая подняться. Как ни странно, саури послушно подала ему свою ладошку, опираясь, поднялась.

— Идём. Покажу тебе столовую.

Место для еды оказалось расположено в глубине дома. И девушка поразилась его величине. Рогов толкнул высокую, как все прочие в доме, дверь, и… Внезапно раздался хор голосов:

— Поздравляем! Поздравляем! Поздравляем!

Ююми побелела — сколько здесь людей! Врагов! Она только начала привыкать к одному, а тут их столько! Двое пожилых, один молодой. И — человечка. Женщина! Впрочем, даже младше её! Рука автоматически скользнула за спину, к ножнам меча. Проклятье Тьмы! Она же теперь гражданская! Машинально спряталась за его спину, обтянутую лёгкой рубашкой. Что же муж?! Почему он молчит? Или его слова о том, что он её защитит — ложь? И что за эмоции на его лице?

Дмитрий растерянно произнёс:

— А вы тут откуда? Мама? Папа? Коля? Алиса?

— Позвонил Максим, сказал, что ты женился на Фиори. Вот мы и примчались посмотреть на твою вторую половину. Чего ты прячешь жену? Девочка, не бойся. Выходи. Мы семья Димы. Очень хотим с тобой познакомиться. Ну, что же ты?

Саури набрала побольше воздуха в грудь, сделал шаг из-за спины мужа. Опустилась на колено, как положено приветствовать старших в Роду, негромко произнесла на русском:

— Меня зовут Ююми. Раньше я носила имя ас Садим уль Вермаа. Прошу принять меня в новый Род и новый Клан.

Тишина. Девушка молчала, боясь поднять глаза, чтобы не увидеть на лицах её новых родственников презрение, отвращение, или, того хуже — страх. Это будет… Слишком… Больно…

— Добро пожаловать в Род, Ююми. Рогова.

Глава 10

…Первая трапеза в новом Роду. Удивительно, но её супруг чувствовал себя куда хуже, чем она, даже в кругу близких. Ююми прямо физически ощущала напряжение мужа. Но почему? Ритуал совершён. Она теперь его настоящая, истинная жена. По обычаям, законам и повелению Вождя. Так зачем противиться неизбежному? Пусть будет, что будет. Пора забыть о том, что она гордая саури из Кланов и плыть по течению. Кто знает, чем закончится их брак? Скорее всего, он будет недолговечным. Как только в прежнем Роду ас Садим узнают о её замужестве, сразу будут посланы херхи-убийцы, чтобы прекратить её никчёмное существование. И её супруг-человек станет вдовцом. Очень скоро. Так почему напоследок не совершить что-то доброе? Сколько она помнит, всегда люди были врагами. Страшными, исконными, безжалостными. Но вот… Она стала женой одного из их племени. И что? Сидит с ними за одним столом. Над ними обоими подшучивают. Причём, по доброму. Совершенно беззлобно. Точно так же сейчас гости бы веселились и в Кланах, поздравляя новобрачных. Никакой разницы. Её одежда — пусть она сделана людьми, но она ей нравится. Его дом, в нём нет ничего мрачного или отталкивающего. А поведение… Но пока всё, что происходил между ними, лишь обмен словами. И больше ничего. Зато добра от этого… Человека… Она увидела больше, чем от любого из своих соплеменников? Вступился за её жизнь и честь. Смог перешагнуть через врождённую ненависть. Да и на Фиори она видела от людей пока лишь только хорошее, ничего подобного тому, что внушали ей столько лет. А? Улыбнуться. Как ни странно, но ей действительно весело. Не от вина. Она же чувствует, что её действительно приняли, как равноправного члена нового род. Как… Жену их родственника. Словно и нет жестокой и кровавой войны…

— Да?

— Не волнуйся, девочка.

Старшая их людей подошла к ней поближе, ласково дотронулась до пышных волос, Ююми вскинула голову, не понимая её жеста.

— Максим рассказал твою историю. Скажу тебе так — здесь твой новый дом. У тебя новая жизнь. Понимаю, что одной, без семьи, без поддержки родственников тебе очень тяжело. Но теперь мы твоя семья, и ты всегда можешь опереться на нас.

…Что? Как?!. И Старший Рода тоже одобрительно кивает в знак подтверждения словам супруги. А сестра мужа хлопает в ладоши от радости. Ююми была даже младше, когда вступила в армию. И… В горле возник непрошенный ком. Губы сами шевельнулись:

— Но я же… Была врагом…

— И что?

Заговорил Старший.

— Доченька, пойми, война — она не навсегда. Рано или поздно наступает мир. Жить нужно всегда. Если вы с Димой решили пожениться, значит, любите друг друга. Сердце, оно не лжёт. А мы заранее одобрили выбор сына. Так что не волнуйся. Нам не важно, саури ты, или человек, фиорийка, или кто другой — ты та, на кого пал выбор Дмитрия. Его избранница. И отныне ты — Рогова, Ююми. Наша новая дочь.

…Он не лжёт. Он верит в то, что говорит. И их взгляды… Конечно, они оценивают её. Тут нет ничего странного. Смотрят, прикидывают, но не цинично, а с волнением. Другой расы, другого воспитания. Сможет ли она ужиться с ними? С… Мужем? А, действительно, сможет ли? Большая ладонь накрыла её руку, в волнении застывшую на скатерти. Что? Повернула голову, сразу поймала ободряющий взгляд и едва заметный кивок мужа. Да. Её супруга. Человека. Ой! Она впервые смогла его назвать так без запинки. Пусть и мысленно. Неожиданно по телу прокатилась словно тёплая волна. Дмитрий смотрел на неё так… Что она боялась поверить. Она… Она… Действительно ему не противна и не отвратительна?! И даже вызывает какие то чувства, кроме ненависти к врагу, пусть и бывшему? Это слишком хорошо, чтобы быть правдой. Тёмные Боги! Светлые Боги! Пусть хотя бы немного, но позвольте ему быть счастливым со мной, потому что мне осталось жить совсем немного! Скоро в Кланах узнают… И тогда… Херхи поставят последнюю точку в жизни бывшей шурхи Рода ас Садим…

— А вы надолго?

…Что он спрашивает? Как можно интересоваться подобным у Старших Рода?! Но нет. Похоже, у людей подобное в порядке вещей. И почему на лицах новых родственников такое сожаление?..

— Увы, Дима. Увы. Буквально на пару часов. Если бы не твоя свадьба, то мы бы собрались все вместе неизвестно когда. Наш переход…

Глава Рода взглянул на наручный таймер.

— Через час. Коля с нами. Потом на Светлую. А Алиса уезжает на Сари-Сари. В Индийский Гандикат. У неё стажировка в Университете Махатмы.

— Уже?!

Юная человечка рассмеялась:

— Ой, братик. Ты совсем забыл, что я выросла!

Глава Рода поднялся.

— Ну что мы сидим за столом, как прикованные. Пойдёмте на веранду, поговорим там. Ююми, хочешь ещё чего-нибудь съесть?

Она отрицательно мотнула головой. Все дружно поднялись, муж взял её руку, положил себе на локоть. Да. Так принято. И ей этот обычай нравится куда больше, чем идти на два шага после мужчины. Рядом куда лучше. Ощущать его силу, уверенность, достоинство.

Веранда была большой и открытой. Открытая площадка с деревянным полом, прикрытая лёгкой крышей из переплетённых побегов неизвестного ей растения с большими гроздьями. Дмитрий подвинул ей лёгкое плетёное кресло, селя рядом сам в соседнее. Остальные устроились вокруг. Ююми напряглась, ей бы не хотелось служить развлечением. Но, к её огромному удивлению, людей интересовали куда более прозаические вещи:

— Слушай, брат, а как вы познакомились?

Дмитрий пожал плечами:

— Случайно вышло. Ююми устроилась секретаршей на мой рудник.

— И во время полёта напилась в стельку. От страха.

С удивлением услышала саури свой голос.

— Потому что я очень боялась. Чужой мир. Чужие обычаи. А я совсем ничего не знаю.

— Представляю, как тебе пришлось!

Рассмеялась мать мужа. Ююми робко кивнула. А потом… Дмитрий едва удержался, чтобы не вздрогнуть, теперь её ладошка мягко легла поверх его лапищи, чуть сжала пальчики. Что за? Ого! Брови брата поползли к верху.

— Вначале было страшно. А потом я привыкла. Дима… Он… Он… Добрый. Но вначале боялся мне это показать. Не знал, как я отнесусь к этому. Только я сразу это поняла. И когда он сделал мне предложение, я не раздумывала.

— Ничего себе!

— Честное слово. Не думала. Наоборот, была очень рада, что он выбрал меня. На Фиори столько красавиц, но Дима предпочёл всем меня…

— О!

…Я лгу? Да. Но я не хочу огорчать их. Потому что теперь они мой Род. Мой Клан. И потому что я обязана ему жизнью. Дважды. Первый раз, когда хотела совершить ашью. Второй — когда человек и Горх сошлись в Смертном Поединке. Только зачем нужна моя жизнь? Такая никчёмная?

Что? Люди поднимались, мужчины обнялись, женщины чмокнули её в щёчку. Прощаются? Им пора уезжать? Обняла мужа за руку, прижалась к его большому тёплому, сильному боку, стоя рядом близко-близко, пока все усаживались в большой транспортный модуль. Потом махала вместе с ним вслед, следя человеческим обычаям. Наконец муж опустил свою ладонь, которой провожал членов Клана, и она ощутила его взгляд. Смело подняла голову, и внутри всё упало — Дмитрий смотрел на неё непонятным взглядом, в котором, впрочем, саури не видела для себя ничего хорошего.

— Можешь отпустить. Спектакль закончился.

Мягко потянул руку, которую она по-прежнему прижимала к себе. Ююми исполнила его желание. Разжала свои объятия. Воцарилась неловкая тишина.

— Почему ты солгала им?

— Я? В чём?

Девушка не поняла, о чём спрашивает её муж. Дмитрий терпеливо пояснил:

— По поводу нашего замужества? Что ты не раздумывала, когда соглашалась на брак?

Девушка вспыхнула, словно снаряд:

— Может, потому что это правда?!

— Правда?

— А может, потому что я не хотела огорчать твоих Старших Клана!

Резко развернулась, буквально побежала в дом. Всё очарование знакомством мгновенно пропало, как он только мог! Как мог?! Да, они были врагами! Но она решилась! Переступила через себя! И вдруг, так растоптать самые лучшие чувства, что только что были посланы ей Светлыми Богами!

— Где госпожа?

Дмитрий вышел на улицу из дома и спросил управляющий поместьем искусственный интеллект, после того, как напрасно стучался в двери её комнаты. Робот послушно ответил:

— У бассейна.

— Она уже завтракала?

— Час назад.

Мужчина пожал плечами, направился к расположенному в глубине сада открытому бассейну. Красавица славилась мягким и тёплым климатом, поэтому водоём и был устроен таким образом. На планете совсем не было зим. Выйдя из кустов, мужчина замер — Ююми замерла на вышке. Что это на ней? Купальник? Точно! И он изумительно идёт саури, с её потрясающей фигурой. Невольно сглотнул — надо же было быть вчера таким идиотом и ляпнуть этот идиотизм! Судя по всему, девушка смирилась со своим новым положением и искренне пыталась как-то приспособиться к нему. А он — болван. Оскорбил её. И зная гордость саури, как бы это не оказалось тем камешком, который породит лавину. Между тем она медленно подняла руки, чуть качнулась на доске, и… мужчина облегчённо вздохнул — стройное тело, словно лезвие ножа вошло в воду почти без брызг. Просто великолепно! А он даже не подозревал за ней таких талантов! Вынырнула, тряхнула головкой, чуть слышно отфыркиваясь от воды, отточенными движениями поплыла к бортику, одним движением выпрыгнув из воды на бортик. Ничего себе! Совсем как в древних фильмах! Попрыгала на одной ножке, вытряхивая воду из острых ушек. Потом повернулась к солнышку, зажмурилась от наслаждения. Хорошо, что она его не замечает! А то бы точно испортила себе настроение! Похоже, что ей понравилось у него дома… Бесшумно отступил назад, скрываясь за оградой живой изгороди. Пусть радуется. Он… А он пока приготовит сюрприз!..

Ююми действительно очень любила купаться. Словно принадлежала не к горным, а к водяным Кланам. Чувствовала движение струй всем телом, парила в воде, ощущая энергию, переполняющую её. И обнаружив в усадьбе бассейн поспешила воспользоваться им. Правда, пришлось одеть человеческий купальник, довольно бесстыжий и развратный. Но просмотр множества голографий убедил её воспользоваться столь нескромным одеянием. В конце концов, она теперь принадлежит к человеческому Клану, значит, надо соблюдать их обычаи. А женщины нового Клана носят куда более откровенные одеяния. Она, кстати, неизвестно на что надеясь и совершенно не слушая голос разума, спала сегодня в одном таком. Коротком и прозрачном, совершенно не скрывающем её тела. Нашла среди белья. Зачем одела? На что-то ещё надеялась. Только для чего? Он — человек. Она — саури. И чтобы не пыталась сделать, чтобы изменить и свою жизнь, и его, искупить хотя бы в малой, просто крошечной доле то, что сотворила на войне — бесполезно. Поэтому и решила насладиться плаванием. Кто знает, когда появятся херхи? Может, этот человеческий бассейн последняя радость её жизни… Ощутила чужой взгляд, напряглась, всматриваясь в окружающую её зелень пышного сада — нет. Наверное, показалось. Никого. Лишь бескрайнее, ярко-синее небо над головой, прелесть светила, наполняющего её тело жизнью, и чудо вечной воды…

— Пи-пи-пи.

Девушка вздрогнула, приподнялась в шезлонге. Ещё одно, удивительно удобное человеческое изобретение. Рядом застыл небольшой робот на тоненьких ножках, держа на весу небольшой поднос с напитками и фруктами. Кто прислал? Потом сообразила — управляющий домом разум. Может, его так запрограммировали те, кто жил тут раньше. Или Старшие Рода. Люди тоже любят удобства. Один из учёных Кланов даже разработал целую теорию, где доказывал, что двигателем прогресса людей является не разум, а лень. Именно лень заставляет делать низших всё, чтобы не работать. Придумывать различные вещи, которые будут исполнять всё за них.

Взяла высокий бокал, украшенный ломтиком незнакомого её плода, посыпанный по краю сахаром. Попробовала. Очень вкусно! Необычно, правда. Но ей понравилось! Может, попробовать и остальное? Взглянула на солнышко — нет. Пожалуй, пока хватит. Светило уже высоко. Да и в животе уже посасывает. Лучше пойти пообедать. Как раз в это время на 'Тигровом' было её время. Поднялась с шезлонга, набросила на себя специальную юбку. Увидела, когда просматривала голографии, выбирая себе купальник. Завязала на боку простенькую застёжку-верёвочку, надела широкополую соломенную шляпу, влезла в плоскую обувь. Пора возвращаться в дом.

Вошла в просторный холл, залитый ярким светом через раздвинутую крышу, и ахнула — всюду стояли цветы в больших вазах. Какой-то праздник? Осторожно осмотрелась — нет, никого нет. И мужа нет. Прошлёпала на кухню. Сандалики забавно-ласково похлопывали по ступням, и это ей нравилось. Так. И здесь его нет. Хорошо! Можно спокойно поесть! С ИИ она уже освоилась, поэтому роботы быстро сервировали стол, и девушка приступила к трапезе, попутно знакомясь с бытом людей. Одно дело то, что ей вбивали подсознательно, другое — что эти человеки говорят о себе сами. Внезапно словно обожгло — вспомнила ту красивую молодую женщину, с которой Дмитрий общался вчера. Она действительно жена Императора Руси и мать её нового Вождя? Сделал запрос — ахнула. Всё оказалось чистой правдой. Такая молоденькая, и имеет столь взрослого сына? Наткнулась на упоминание о лечении в клинике, удивилась возможностям людской науки. В Кланах о подобном даже не задумывались! Неужели медицина людей на таком высоком уровне? Поразительно! Машинально глотала еду, не в силах оторваться от голоэкрана — сенсорный и информационный голод требовали утоления не меньше, чем физический. Ююми совсем утонула в просмотре сетевых новостей, забыв обо всём. Как интересно! Оказывается, люди совсем, как её соплеменники: так же любят и страдают, так же болеют и умирают. Немного отличаются обычаи, другие моды, часть технологий совсем другого направления. В чём то Империя уступает Кланам, а в чём то превосходит. И… Самое удивительное — на войне некое затишье. Армии обеих Держав держат некий вооружённый нейтралитет. О мире, естественно, речи не идёт. Но и сражений, сообщений об уничтоженных кораблях и подразделениях, захвате новых территорий или зверствах оккупантов тоже невозможно найти. Вздрогнула — короткая заметка на три строки: на планете Юко земляне выбросили десант. Человеческие медики и целители саури вместе, плечом к плечу, ликвидируют последствия вспышки неизвестной болезни. Что?! Торопливо сделал новый запрос, и едва не схватилась за сердце от удивления — подобных случаев за время, пока заключён договор о нейтралитете Фиори накопилось немало! Вот, например, визит внучки Вождя Вождей Аами с официальным визитом для встречи со своей бабушкой, Императрицей Руси. Спасение пассажирского корабля саури человеческим эсминцем. Вышли из строя реакторы в результате попадания метеорита, и корабль с пятью тысячами женщин, детей и стариков стало затягивать гравитационным течением в чёрную дыру. Комендант сектора саури просто не успевал выслать спасателей, поскольку все способные на буксировку корабли были срочно отозваны в соседний квадрант, там что-то произошло. Проходящий мимо земной штурмносец перехватив сигнал бедствия, выбросил свои боты, которые смогли завести буксировочные модули и вытащил корабль в безопасное место. Там подключил свои реакторы к лайнеру, помог произвести ремонт, и после, дождавшись прибытия спасателей со стороны саури, ушёл в зону людей. История наделала много шума. Были и недовольные, но тех, кто считал, что командир штурмносца поступил правильно, было гораздо больше. Понравился один отзыв: 'Русские с детьми не воюют!' Неужели Галактика меняется?

— А?

— Ююми, сегодня вечером мы идём в ресторан. Не засиживайся, пожалуйста. Подбери себе платье, обувь, причёску.

— А?

Девушка оторвала затуманенные глаза от сферы, не сразу сообразив, что перед ней стоит муж.

— Ресторан? Что это такое?

— Ты же в Сети? Вот и посмотри.

Слабо кивнула, не в силах отвести взгляда от сферы новостей. Дмитрий краем глаза выхватил заголовок двухмесячной давности, едва заметно улыбнулся — та история со спасением корабля саури наделала много шума. Он прекрасно знал командира 'Перуна'. Когда то служил под его началом. Справедливый человек, из старого воинского рода, давшего Империи немало благородных воителей.

— Не засиживайся, милая.

Чуть наклонился, тронул её за ладошку. Удивительно, но… жена… не отдёрнула её, как раньше. Зато в глазах, наконец, появилось узнавание и осознание:

— Ты сказал, в ресторан?

— Да.

— Это место, где принимают пищу?

— Нечто вроде этого.

— А почему мы не можем поесть дома? Если хочешь…

На мгновение замолчала, потом выдохнула:

— Я могу составить тебе компанию.

Вновь, на этот раз широко, улыбнулся:

— У нас будут гости.

— Кто?

— Сюрприз. Думаю, тебе понравится.

…Гости? Кто? Его знакомые? Хочет познакомить меня? А не подумал, что люди станут смотреть на меня, как на животное? Или как на врага? Задумалась. Но раз он хочет… Тем более, что она пообещала себе хотя бы в последние дни быть с ним… Наравне. Он же муж, пусть и человек… Хорошо. Она сделает это. Бегло просмотрела короткую справку. О! Так это не просто общее место приёма пищи! Нечто вроде развлекательного центра. Там можно потанцевать, послушать музыку, развлечься игрой актёров. Ладно. Она постарается вытерпеть. И… Странное дело. Прислушалась к себе. Почему то её ненависть к людям медленно, но верно уходит… Ой, забыла самое главное! Попросила ИИ найти Дмитрия. Когда тот откликнулся, задала вопрос:

— А куда мы пойдём? Это…

— Обещаю, что ресторан будет лучшим. Поэтому оденься покрасивее.

Красивее? Это как? Снова зарылась в голосферу. Ох! Ай! Ух! Понятно. Надо срочно выбрать платье. Времени совсем мало! И причёска…

— ИИ, мне нужен парикмахер!

— Исполняю. Заказ сделан. Мастер будет через тридцать минут.

— Тёмные Боги! Полчаса на выбор платья?!

Молнией вылетела из столовой, тапочки остались там, у кресла, но Ююми не обратила на это никакого внимания. Ей нужно подобрать платье! До того, как приедет специалист по людским причёскам!..

…- Проходите, пожалуйста.

Стандартный сервис-робот пропищал обычные слова приветствия. Ирина отдала команду своим носильщикам и двинулась за паучком в дом. Поместье Роговых ей было хорошо знакомо. Не раз она обслуживала женскую половину его обитателей. Интересно, кто на этот раз? Госпожа Анастасия, или Алиса? На всякий случай она взяла с собой побольше всего. Вдруг придётся работать с двумя головами? В холле она увидела молодого мужчину, ни разу не виданного здесь раньше.

— Вы?

— Я парикмахер из салона 'Белые Лилии'. А вы кто? Это поместье Роговых!

Неожиданно мужчина улыбнулся:

— Я — Дмитрий Рогов. Старший сын.

…Про него она слышала не раз. Что сестра, что мать, часто вспоминали своего брата и сына. Улыбнулась в ответ.

— Меня вызвали сделать причёску. Вам?

Мужчина на мгновение задумался, потом просиял:

— Наверное, это моя жена. Точно! Мы сегодня собираемся в ресторан, вот она и вызвала вас. Заказ поступил от ИИ?

— Совершенно верно.

Девушка улыбнулась. Недоразумение развеялось. Теперь она и сама видела сходство с главой семьи Роговых. Но внезапно мужчина стал как-то строже:

— У меня единственная просьба — держите себя в руках, когда увидите мою супругу.

Ирина вновь расцвела улыбкой:

— Она такая страшная? Думаете, я испугаюсь?

— Я бы не сказал. Наоборот, она очень красива!

Девушка чуть нахмурилась — жаль, симпатичный мужчина, к тому же из самих Роговых, но, похоже, влюблён в свою половину по уши. Едва заметно вздохнула: везёт же кому то! Только не ей. Между тем тот поманил девушку за собой:

— Пойдёмте, я провожу вас.

Зашагал вперёд, Ира двинулась за ним, за ней потянулись роботы-носильщики с необходимыми атрибутами и принадлежностями. Лестница. Галерея. Мужчина постучал:

— Дорогая, мастер прибыл.

Из-за створок донёсся плачущий голос:

— Я не знаю, что мне одеть!

Хозяин дома толкнул двери:

— Прошу.

Вошёл первым, следом — Ирина. И вздрогнула: на полу, среди разбросанных вещей сидел плачущая девушка. Тоненькая, словно струна, но вместе с тем не худая. И очень-очень красивая. Что с ней такое? Между тем мужчина бросился к плачущей жене, ласково поднял, заглянул в лицо:

— Не плачь. Сейчас разберёмся. Девушка тебе поможет.

Его супруга смущённо выглянула из-под руки, вытирая слёзы с громадных глаз. Ира охнула. Про себя, естественно. Какая красавица! Куда ей до неё! Теперь понятно, почему Рогов женился на ней… И похолодела, наконец то поняв: перед ней не человек! Его жена — саури! Лишь теперь поняв смысл предупреждения. Секундное колебание. Саури? И что же? Сейчас мир. Война закончилась. Пусть неофициально, но все уже знают, что подписание мирного соглашения, дело очень и очень недалёкого будущего. В конце концов, перед ней не солдат, а всего лишь испуганная, растерянная девушка. Кольцо на пальце в знак замужества. Значит, она действительно законная жена. С ума сойти! Саури замужем за человеком! За настоящим человеком, кстати! Не то, что тот владыка Фиори, откуда родом их новая императрица. Ничего себе! Колоссально! И она не видит на лице чужачки никаких чувств вроде злобы, ненависти, презрения. Только растерянность, какую-то детскую обиду. А её муж… Ирина невольно позавидовала девчонке — как он её любит! Просто места себе не находит от беспокойства! И по головке погладит, и слёзы вытрет, и к себе прижмёт бережно. Повезло дурёхе. Ой, повезло! Ладно. Раз так — поможем. Шагнула вперёд:

— Вы, пожалуйста, погуляйте пока. А мы, женщины, со всем разберёмся.

Перехватила удивлённый взгляд саури, и залихватски-ободряюще улыбнувшись, подмигнула той:

— Начнём по порядку.

Рогов застыл, приоткрыв рот, но парикмахерша упёршись в боках, чуть изогнула талию:

— Простите, вы нижнее бельё собираетесь обсуждать?

— Н-нет… Извините.

Но тут же опомнился:

— Ещё раз, простите. Оставляю вас одних, девочки. Действительно, женские вопросы лучше решать без мужчины…

Глава 11

— Вы скоро?

Уже полностью готовый Дмитрий начал терять терпение. Он давно был готов. Впрочем, мужчина может собраться даже на приём к Императору за сорок секунд. А вот женщина… Увы. Такова доля всех мужей — ждать, пока их вторая половина сочтёт, что можно бы сделать и получше, но, увы: нет либо возможностей, либо времени. Лишь настоящая женщина будет с неимоверным терпением добиваться того, чтобы один единственный локон был завит именно так, а не миллиметром ниже. Чтобы реснички кокетливо изогнулись под строго выверенным углом, а её платье выглядело не просто великолепно, а потрясающе, подчёркивая все изгибы и соблазнительные выпуклости именно так, а не иначе. И лишь когда её взгляд сочтёт, что да, она, наконец, готова, тогда лишь её мужчина будет удостоен великой милости — осознать, какое совершенство досталось ему.

— Десять минут, господин Дмитрий. Можете пока вызывать транспорт.

Ну, похоже, что наступает финал. Послушать дам, или всё-таки дождаться, пока Ююми соизволит выйти из комнаты? Пожалуй, рискну. Приказал ИИ готовить лимузин. Сам вздохнул, уселся на диван в холле, неспешно делая глоток за глотком из небольшой чашки, услужливо поднесённой роботом. Наверху почти неслышно стукнула дверь. Идут? Отдал пустой сосуд терпеливо ожидающему роботу, обернулся, застыл на месте, потеряв дар речи от изумления. Нет, все девушки-саури красивы! Ооли лишь подтверждала эту аксиому. Но вот то, что одна из них теперь его, даже чисто номинально… Слегка вьющиеся волосы, свободно ниспадающие по плечам, яркие полные губы идеальных очертаний, талия и грудь, соблазнительно обрисованные длинным, до пола, вечерним платьем лёгкого натурального шёлка стального отлива, так идущего к цвету волос жены… Открытые туфельки, мелькающие в вырезе лодыжки, обвитые ремешками застёжек обуви… Мужчина едва удержался на месте, с трудом промолчал, но его глаза сказали обоим дамам куда больше, чем если бы он мог выразить словами. Одна из них преисполнилась гордостью за своё искусство. Вторая… Ююми прекрасно понимала, что человек находится в высшей стадии восхищения, и одновременно и радовалась, и боялась. Боялась, потому что он мог забыть обо всём и воспользоваться своим правом обладания её телом. Радовалась — потому что видела: она не безразлична своему мужу. И не является навязанной обузой. Наконец мужчина пришёл немного в себя, поднялся, слегка поклонился девушкам:

— Госпожа Ирина, вы воистину великий мастер своего дела!

Та покраснела от смущения и удовольствия. Пробормотав что-то, торопливо поспешила наружу. Следом потянулись уносящие её имущество роботы. Наконец молодожёны остались одни.

— Ты выглядишь потрясающе, Ююми.

Жена вскинула на него свои глаза, удивлённо хлопнула длинными ресницами, а Дмитрий едва смог выдохнуть:

— Похоже, мне придётся взять с собой бластер.

— Зачем?!

— Отбиваться от твоих поклонников.

— Смеёшься?

Она шутливо шлёпнула его по руке и ахнула, когда внезапно оказалась в его объятиях, но не стала сопротивляться. Если… Он же… Муж… Но внезапно человек отпустил её, сделал шаг назад. Что? В чём дело?!

— Не хватает одного штриха.

Испуганная не на шутку девушка принялась торопливо себя осматривать, и Дмитрий поспешил успокоить саури:

— Нет, не надо! Ты выглядишь потрясающе! Просто нужны драгоценности.

— Драго… Но у меня…

— Есть.

Щёлкнул пальцами. По этому сигналу почти мгновенно присеменил сервис-робот с большой шкатулкой на подносе. Дмитрий бережно взял её, открыл, и саури даже подалась назад от испуга — в шкатулке, представлявшей из себя ларец с тремя выдвижными отделениями, оказался гарнитур из пламенных сапфиров: колье, серьги, браслеты и диадема. Во рту пересохло:

— Яффар?!

— Да, так его называют у вас.

Заметил её испуг:

— Ты чего? Мы же работаем там, где их добывают. Так зачем пугаться?

Неожиданно для него Ююми всхлипнула:

— Просто когда такие камни уходят к покупателям, как-то не воспринимаешь их ценность, тем более, что они не мои. Но видя такое богатство… Ты хотел напомнить мне, что я всего лишь безродная изгнанница?

— С чего ты взяла?!

— Но мне не положено по статусу носить такие драгоценности!

— Твой статус — моя жена! Жена Дмитрия Рогова! И ты будешь носить не только это, но и многое другое! Даю тебе в этом свой слово! И… Не надо плакать, малышка. Перестань. Ты делаешь мне больно.

Девушка хлюпнула носиком ещё раз. Потом всё же справилась с эмоциями.

— Спасибо… Мой супруг.

— Вот. Успокоилась?

Последовал слабый кивок головкой.

— Тогда — одевай, транспорт ждёт.

Несмелыми движениями, каждую секунду ожидая грубого окрика, саури одела колье, вставила в длинные ушки серьги, защёлкнула браслеты. Дмитрий сам украсил её волосы диадемой, затем подал руку:

— Идём, дорогая? Столик уже ждёт нас.

Ююми послушно положила ему ладошку на локоть, и пара уже сделала первый шаг, когда она вдруг спохватилась:

— А кто будет гостями? Они меня не испугаются? Я же…

— Ты моя жена.

Словно припечатал к столу.

— И этим всё сказано.

И решительно потянул её за собой к стоящей возле дома машине.

Когда модуль поднялся в воздух, девушку начал бить дрожь. Нервы. Дмитрий ободряюще накрыл своей рукой её ладошку.

— Не волнуйся. Всё будет хорошо. Кстати, уже подлетаем. Вот то здание.

Показал ей вырастающую в глубине города настоящую башню. Спустя пару минут лимузин пошёл на посадку. Замер на месте. Щёлкнула дверь, открываясь, и Дмитрий первым вышел на улицу, подал руку девушке, помогая выйти, но та застыла на месте, удивлённо глядя на него:

— Ты чего?

— У нас мужчина всегда помогает женщине выйти из машины.

— Ой…

Саури покраснела, но вновь подала руку, грациозным движением выскальзывая из лимузина. Чуть поправила и без того идеальную причёску, уже привычно положила свою ладошку на его подставленный локоть. Глубоко вздохнула. Дмитрий терпеливо ждал: он прекрасно понимал, что за внешним спокойствием саури скрывается целая буря чувств, и ей надо немного прийти в себя, собраться с духом. Ведь она идёт в место, где только люди… Улыбнулся про себя. Его сюрприз обещал быть приятным для жены…

Подошли рука об руку ко входу, огромные прозрачные створки бесшумно раскрылись перед парой. Метрдотель склонился в приветственном поклоне:

— Господин? Госпожа?

— Роговы. У нас заказан столик.

— Да-да. конечно! Ваши гости уже ждут вас! Прошу за мной.

Заспешил, показывая дорогу. Холл был пуст, и пара в одиночестве проследовала наверх. Наконец служитель распахнул двери, и Ююми, зажмурившись, шагнула вперёд, ведомая мужем. Знакомый женский голос радостно произнёс:

— Наконец-то! Мы уже заждались!

Не может быть! Ооли?! Девушка распахнула глаза — всё верно! Улыбающийся император Фиори, его жена, дочь Вождя Вождей, а это кто? Ой… Не может быть! За столом сидела та самая беременная женщина, с которой вчера разговаривал её муж… Императрица Аруанн?! Она автоматически опустилась на одно колено:

— Госпожа…

— Ой, девочка! Прекрати! Мы не на официальном приёме! Просто собрались, по родственному.

Муж помог подняться, выдвинул стул, приглашая занять своё место. Саури, словно зомби, послушно заняла своё место. Тут же получила толчок локтем в бок от Ооли:

— Чего? Не переживай! Тут все свои. Жаль, папа не смог приехать. Но сказал, что скоро навестит нас на Фиори.

Папа? Вождь Вождей?!

— А тесть где?

— Серёжа? У него дела. К сожалению. Но обещал приехать попозже.

Весело откликнулся Атти.

— Тогда — начнём наш праздник? Редко удаётся собраться всем вместе…

Дмитрий наполнил бокалы вином, поднял свой к верху:

— Итак, за встречу!

— За встречу!

Все чокнулись, хрусталь певуче прозвенел. Ююми сделал несколько глотков, не чувствуя вкуса, сразу стало шумно, все наперебой заговорили, а Ооли шепнула ей в ухо:

— Не будь букой. Здесь все свои.

— Я… Я…

— Заканчивай, тебе говорю. Лучше скажи, вы уже переспали?

Девушка, отчаянно покраснев, отрицательно мотнула головой, потом чуть слышно ответила:

— Нет пока.

— Ну и зря. Не пожалеешь.

— Но… Это не я. Он не пришёл…

Ооли прищурилась, но поняла, что подруга не лжёт. Перевела удивлённый взгляд на Дмитрия, потом, по-видимому, что-то увидев, понятное только ей, снова уткнулась в тарелку. Понемногу скованность уходила. Ююми уже начала слышать разговоры, даже отвечала на вопросы, задаваемые ей, чуть раскраснелась от удовольствия. Ей начало нравиться такое вот непринуждённое веселье. Подумать только! Сама владетельная чета прибыла к ним на ужин! А ещё — Императрица Руси! И все совершенно нормальные… люди… Кроме Ооли, конечно. Ведут себя очень естественно, никакой скованности, напряжения. Девушка чувствовала себя легко и просто в этом кругу. И с каждой минутой застолье нравилось ей всё больше и больше. Нет, некоторая скованность оставалась, конечно, но то она чувствовала дружескую поддержку от всех. Бесшумно появлялись служители, меняли блюда и бокалы, наполняли их вином. Всё было безукоризненно и очень вкусно, несмотря на незнакомость практически всех блюд. Расхрабрившись, Ююми даже рискнула подшутить над Ооли, и её экспромт вызвал бурный смех у всех собравшихся, включая саму жену владыки Фиори. Да и Дмитрий был просто другим человеком. Пожалуй. впервые она видела его таким. И то, какой он был, ей… Очень нравилось…

— А вот и мы! Принимайте опоздавших!

Двери кабинета распахнулись, и на пороге появились ещё двое, человек и саури.

— Папа!

Взвизгнула Ооли. Её стул полетел на пол, а сама она с визгом повисла на шее высокого седого мужчины.

— Пхе…

Ююми поперхнулась глотком вина — Вождь Вождей!!! Здесь?! Среди людей?!! А это…

Второй гость шагнул к мужчинам, пожал руку Атти, склонился в поцелуе к щёчке госпожи Аруанн, затем обернулся, с любопытством вглядываясь в лицо Ююми. Затем представился:

— Сергей. Муж вот этой красавицы.

Снова наклонился к Императрице, опять поцеловал. Аруанн зарделась, словно юная девочка.

…Сергей… Муж… Императрицы…

— Простите… Значит… Вы… Император?

— Ну, да. Работаю на этой должности. А что? Всякая работа полезна.

— Верно, друг мой!

Саури хлопнул человека по плечу, расплылся в улыбке, погладил дочь по голове:

— Смотрю, ты с каждым днём расцветаешь всё больше, Ооли?

Затем тоже обернулся к Ююми, уже потерявшей дар речи окончательно:

— Шурха, рад приветствовать тебя в нашем семейном кругу.

— В… А…

Саури довольно ухмыльнулся:

— Знаешь, ар рийят* (* — Сват, саур.), думаю, что я выиграл наше пари. Она не знает, что ей сказать. Так что с тебя твоя фирменная зажигалка.

Император улыбнулся, затем с наигранным сожалением потащил из кармана небольшой квадратик из металла.

— Проиграл. Не стану отрицать. Держи.

Вложил предмет в руку Вождя Вождей, тот с довольным видом спрятал выигрыш в карман, потом уселся за стол, потянул носом:

— Так чем нас будут кормить в этом месте?..

Вечер продолжался. Ююми едва успела немного прийти в себя после того, что она увидела, как супруг вытащил её танцевать. Хайяр. Потом что-то незнакомое, но по ритму так похожее на благородный танец. Затем пришли артисты, к её удивлению, среди людей были не только люди, но и саури. Точнее, выступали по очереди. Девушка просто растерялась и вновь благоразумно решила плыть по течению. Отвращения к людям не было. Совершенно. Просто любопытство. И она почему то посчитала это правильным. Но выступление ей очень понравилось. А ещё — то, что её муж был совсем другим, не таким холодным и жёстким, как раньше. Дима веселился от души, танцевал, заботливо ухаживал за ней, поддерживал и ободрял, когда Ююми становилось совсем не по себе. Но… Всё хорошее рано или поздно подходит к концу. Первыми уехали владетельные особы — Император с супругой и Вождь Вождей. Первые — сославшись на режим. Второй — на государственные дела. Поинтересовался, как девушка чувствует себя в новом статусе, ласково потрепал по щеке, потом убыл. Оставшись одни, молодёжь немного расслабилась, но, увы. Их вечер был нарушен неожиданным визитом. Двери кабинета раскрылись, и на пороге появился совершенно незнакомый человек в мундире. Покрой был знаком девушке, такую форму носили фиорийские солдаты. Значит, что-то на Фиори? Атти сразу стал серьёзным, коротко спросил что-то на своём языке, солдат отдал честь ударом в грудь, по-человечески. Затем протянул большой конверт. Кивком головы император отпустил его, затем, вопросительно взглянув на Дмитрия, тот кивнул, вскрыл полученное послание. Что-то прошипел, пробежав письмо глазами, передал Ооли.

— Что?

Не выдержал Рогов. Как ни странно, ответила его жена:

— Война. В пределы империи вторглись объединённые войска Рёко и Михонго.

— А Тушур?

— Там нет дураков. Им хватило нашей экспедиции.

— Значит…

Атти пожал плечами, затем прижал к себе жену, притянув за плечо, с лёгкой грустью ответил:

— Фиори нейтральна, к тому же имеет статус С3. Никто не продаст нам оружие. Ни мой, ни отец жены. На поддержку их войск тоже нельзя рассчитывать. Это запрещено Кодексом. Иначе вмешаются чужие. Так что — только своими силами. Но тебя это не касается. Отдыхай.

— Ага! Нашёл дурака за четыре сольдо! Думаешь, я такая вот скотина, что брошу друга в беде? В конце концов, я боевой офицер, и знаю твою армию не хуже тебя самого. Думаю, что ты не откажешься от моих услуг.

— Дима, это наша война! Зачем тебе лезть в это дело? Тем более, в медовый месяц? Наслаждайся отдыхом, радуйся жизни. Не надоело?

— Надоело! Но здесь другой расклад — напали на моего сюзерена, если на то пошло. Или ты забыл, что у меня второе подданство? Напомнить, чьё?

Рогов уже откровенно злился, и Атти сдался:

— Ладно. Решай свои вопросы, и назад. А мы вас покидаем.

— Понятно.

Ооли вздохнула:

— Не успели пожениться толком, и опять расставаться…

Ююми только сейчас сообразила, что происходит — на государство её нового Вождя напали! А значит, она, как его подданная, тоже должна отправиться воевать. Защищать свою новую Родину! Поднялась:

— Я — подданная Фиори! И я тоже должна идти на войну.

Чуть запнулась:

— Вместе с мужем! Потому что я — тоже офицер! И не буду обузой!

Дмитрий, открыв рот, смотрел на пылающую гневом супругу:

— Это и моя война!

Атти серьёзно посмотрел на Рогова, на Ююми. Потом перевёл взгляд на свою жену. Та едва заметно прикрыла на мгновение ресницы. Мужчина вздохнул:

— Хорошо. До завтра — свободны. А вечером я жду вас в Парда.

Коротко склонил голову, прощаясь с Ююми, крепко пожал руку Дмитрию. Ооли чмокнула Рогова в щёчку, потёрлась, как принято в Кланах, щекой о щеку подруги, шепнула:

— Эта ночь твоя. Не теряйся.

— А?.. У выхода уже стояли два лимузина. Первый, на котором прибыли фиорийцы. Второй — их. Машины стартовали почти одновременно, но набрав высоту разошлись в разные стороны. Саури сидела в глубокой задумчивости, глядя на залитую огнями панораму города. Рогов тоже молчал. Так, в полной тишине, они долетели до дома. Отпустили модуль, вошли в дом. Девушка с облегчением сбросила с ног туфельки, взяла их в руку, слегка помахивая обувью, двинулась к лестнице. Мужчина молча смотрел ей вслед. Затем, видимо решив для себя что-то окончательно, развернулся и направился в свою комнату…

…Придёт? Не придёт? Ююми страшно волновалась, не в силах уснуть. За эти двое суток среди людей с ней столько всего произошло! Просто весь мир перевернулся! Счастливая саури в браке с человеком! Вождь Вождей, дружески пошучивающий над своим родственником из мира людей! И их абсолютно семейное поведение! И… Дима… Такой… Неожиданный… Ну где же он? Когда придёт? Она же его ждёт. Неужели не догадается? Не поймёт? Вскочила с постели, нервно стала расхаживать по комнате из угла в угол. Ведь они совершенно одни! А завтра уже будут опять в окружении чужих. Пойдут на войну, и кто знает, когда они опять окажутся наедине, и им вновь будет так хорошо… Где же он? Где?.. Всхлипнула, когда поняла, что муж так и не придёт к ней. Потом тихие всхлипывания перешли в горький безудержный плач. Значит, она жена только для вида. Для вывески! Хвастаться. Что у него настоящая саури! Чистых кровей! Словно домашний зверёк! И всё это, его родители, посещение ресторана, и даже владетельные персоны, было лишь для удовлетворения его 'я'! Смотрите, какой сильный, могучий, могущественный! Сволочь! Настоящий человек! Вздохнула, зло вытирая слёзы. И провалилась в глубокий сон без сновидений.

Утро. Поют птицы. Пора вставать. Сегодня они уезжают отсюда. На Фиори, где будет всё легко и просто. Война. Значит, перед тобой враг. Убей врага! Истина, не требующая доказательств. Открыла глаза, потянула на себя одеяло. Что за… Почему оно не подаётся? Лениво повернула голову, и вздрогнула — Дима?! Но откуда? Как? И… Почему она ничего не помнит? Торопливо приподняла одеяло — ночное одеяние на ней. И никаких следов того, что она была с мужчиной. Значит, он всё же пришёл к ней? А она, такая дура, не дождалась? Тёмные Боги! За что мне такая немилость? Ночь, обещающая стать волшебной, прошла мимо неё! Или грех её столь велик, что Светлые не вступились за изгнанную шурху? Едва не расплакалась, но внезапно сильная рука ухватила её за предплечье и… Ююми распласталась на широкой груди. Ахнула от неожиданности, и его ладони тотчас разжались, похоже, её муж и сам испугался собственной смелости…

— Что?!

Синхронно спросили они друг друга. Ююми залилась краской стыда — всё-таки… Она в одной постели с мужчиной… Хотя обнажённой он её видел. Тогда. В бассейне рудника… Отвернулась:

— Почему ты не разбудил меня?

Супруг вздохнул:

— Ты так сладко спала, что и я… Уснул…

— Может…

Взглянула на солнце, радостно светящее через раскрытую крышу, покачала головой:

— Надо собираться. Нас ждут на Фиори.

— Надо.

Дмитрий согласно кивнул головой. Отбросил свой край одеяла, рывком встал, и саури вздрогнула — какие у него мышцы! Не гипертрофированное мясо качков, виденное ей вчера на каком то сайте а именно настоящие, воина, бойца. И… Шрамы… Тот, длинный, через всю спину. Это осколок. Сорвал пластину брони, рассёк мышцы и кожу. А это — бластер. Аккуратная белая дырочка. Спереди и… Сзади… Луч прошёл насквозь. Это всегда так бывает. Между тем человек развёл урки в стороны, напряг, глубоко вздохнул. Ююми бесшумно скользнула по мягкой постели к нему, тоже соскочила на ворсистый ковёр, и… Поразившись своей смелости, обняла его. Прильнула щекой к его спине. Мышцы шевельнулись и опали. Да. Он — истинный воин! Настоящая гордость женщины! Жаль, что не вышло сегодня ночью. Но она упросит Ооли направить их вместе. В конце концов, она, Ююми, сарби* (*-лейтенант, саур.) тяжёлой пехоты. И знает не понаслышке, что такое рукопашная схватка. А меч… В замке Ооли наверняка найдётся подходящий! Нехотя отпустила мужчину. Он развернулся к ней:

— Идём, позавтракаем перед дорогой?

— Идём, муж мой.

Обернулась, разыскивая глазами халат, земной одежде, к которой так привыкла на 'Тигровом'. Вздохнула с сожалением:

— Жаль, что твой отпуск оказался столь коротким.

Дмитрий улыбнулся:

— А как мне то жаль, ты не представляешь! Ничего. Доберём после войны.

— Как думаешь, кто победит?

— Глупый вопрос! Конечно, мы! Или ты сомневаешься?

— Я не знаю, как воюют на Фиори. Но поняла, что сражения будут самыми примитивными. Ведь планета относится к уровню С3. А следовательно, всё вооружение должно быть произведено на ней. Но я не видела ни заводов, ни промышленности. Впрочем, я вообще ничего не видела. Кроме рудника.

— Верно. Но поверь, кое-что имеется. Не такое оружие, к которому мы оба привыкли. Но кое-что есть, чего не найти у соседей. И все условия Кодекса будут полностью соблюдены. Так что нам ничего не грозит. Я имею в виду — Фиори и Атти.

— Не хочешь говорить?

— Почему? У вас эта штука называется, кажется, кед* (*- пыль)?

— Кед? Причём тут пыль?

— Не пыль. Порох.

— По…

Глаза округлились. Сообразила.

— У Атти имеются громадные, по местным, разумеется, меркам, мануфактуры и фабрики. И — пороховое оружие. Так что мы не просто устоим и победим. Фиори станет одним государством!

— Не сомневаюсь. А напавшие знают о наличии у лорда такого оружия?

— Конечно, знают. Не знают секрет изготовления.

— Да? Тогда скажи мне, мой дорогой, почему они рискнули напасть? И кто стоит за спинами напавших?

— Кто? С чего бы это вдруг?

Рогов забеспокоился. То, что его жена умница, он прекрасно понял за время совместной работы на руднике. Ни единой ошибки. Всё точно, правильно, грамотно и в срок. Но почему она делает такой вывод? Даже Атти вчера промолчал по поводу внешнего следа. И похолодел — а ведь Ююми права! Полностью права! Может, друг просто не стал вчера говорить об этом? Или ему не успели сообщить. Всё произошло так спонтанно и сумбурно! Но тогда, получается… А, впрочем, он всё узнает досконально на Фиори. И если будет хоть какая то возможность риска для жены, засунет её в мешок и отправит к родителям. Своим, разумеется! Отпускать её, и, тем более, разводиться он не собирается!

Глава 12

— Прибыли!

Дмитрий решительно шагнул из-за ограничителей портала, поправляя за спиной рюкзак. Чиновник за стойкой торопливо склонился в поклоне, приветствуя хорошо известного ему человека из Империи. Вокруг толпилась толпа народа. Ююми от неожиданности прижала ушки плотнее к голове, а гудящая толпа внезапно затихла, провожая пару взглядом.

— Не теряйся. Пошли.

— А что они так смотрят?

— Да это наши добровольцы. Из Империи. Как-то не ожидали встретить тут саури.

— Добровольцы?

— Да. Через полчаса появятся ваши. Помогать техникой нельзя, зато людьми — сколько хочешь. Вот Император и кинул клич: Поможем нашим братьям с Фиори. А Вождь Вождей, насколько я знаю — моя дочь в беде. Почти пять тысяч наших, и столько от вас.

— А проблем не будет?

Дмитрий вздохнул:

— Надеюсь, обойдётся. Все строго настрого предупреждены насчёт эксцессов. Так что, думаю, проблем быть не должно.

Взял её за руку, повёл за собой, ловко лавируя среди людей. Внезапно дорогу ему заступил молодой, широкоплечий парень в потёртом комбезе:

— Рогов?

— Костя? Не может быть!

Друзья обнялись. Ююми застыла от удивления — такое проявление чувств! Для неё это было дико. Но раз так принято, то не ей вмешиваться. Поправила рукой волосы, заплетённые в косу, чуть плотнее натянула берет. Ещё один человеческий способ укладки волос ей очень понравился — удобно, можно не стричь. Мужчины, тем временем о чём то бурно разговаривали. Саури не вслушивалась в их речь, незачем. Раз встретились товарищи, то пусть поговорят. Похоже, они очень давно не виделись.

— Эй, подруга, откуда ты?

Обернулась на женский голос, перед ней стояла крепкая светловолосая человечка с погонами сержанта. Недоумённо вскинула брови:

— Вы меня?

— А то кого же? Где раньше служила?

— Тяжёлая пехота.

Торопливо сориентировалась в званиях:

— Лейтенант. Командир взвода.

— О! Прошу прощения, госпожа офицер. Не сообразила. Майя Семёнова. Сержант-техник. Штурмовые машины.

— Рада познакомиться, сержант-техник Майя Семёнова. Ююми Рогова.

— Имечко у тебя, подруга. Куда распределили?

Девушка беззаботно пожала плечами:

— Ещё не знаю. Но я вместе с мужем.

— Ого! Повезло тебе! Вас двоих взяли?

Саури чуть заметно улыбнулась:

— Меня не надо брать. Я — подданная Атти Неукротимого. Фиорийка.

— То-то я смотрю, что имя не такое как у нас, и выглядишь не по нашему.

— Уж какая есть. Извини.

— Будешь за знакомство?

Русская протянула ей флягу, свернула крышку. Пахнуло спиртным. Ююми поморщилась — явно либо водка, либо спирт. Но огорчать человечку не хочется. В конце концов, они пришли на помощь на её сюзерену.

— Спасибо.

Сделала небольшой глоток. Чуть поморщилась, выдохнула:

— Ха!

— Здорово!

Восхитилась сержант.

— Ююми, малышка, нам пора! За нами прислали лошадей.

Торопливо кивнула человечке:

— Прости, рада бы поболтать, да муж зовёт

— Удачи, подруга!

— И тебе!

Побежала к машущему ей у стены супругу. Тот уже подтягивал подпругу у страховидного на вид зверя. Сунул ей в руки длинный ремень, пристёгнутый точно к такому же животному:

— Погнали. Атти нас ждёт.

— На этом?!

— Да не бойся. Он смирный. Не кусается.

— А они ещё и кусаться могут?!

Взвизгнула от испуга девушка. Зверь покосился на новоиспечённую наездницу большим фиолетовым глазом, шумно вздохнул. Дмитрий едва не рассмеялся — настолько потешен был испуг жены. Поправил выбившуюся у неё из-под берета прядь волос:

— Не бойся. Не тронет. Давай, помогу. Ногу сюда.

Сунул ступню в армейском ботинке в стремя:

— Держись за седло, и садись.

Ююми рывком запрыгнула на место.

— Так?

— В принципе, верно. Теперь только доехать. Император не во дворце, а в лагере. Там собираются войска. Поэтому придётся ехать быстро.

Одним махом очутился в седле своей лошади, дал шенкеля, рванул было, но вовремя спохватился — девчонка ведь впервые сидит в седле. Из неё всю душу вытрясет. Придётся шагом. Но обернувшись, понял, что его опасения, напрасны — жена не стала сдерживать лошадь, а просто приподнялась над седлом в стременах и амортизировала коленями прыжки коня.

— Отлично получается!

— Оно просто внешне отличается от гархов. А я очень люблю на них кататься.

…Гархи? Гархи… Надо будет навести справки. Между тем бешеная скачка саури явно нравилась, глаза заблестели, на щеказ появился лёгкий румянец. Минут через десять они вылетели на гребень холма, и Рогов затаил дыхание — всюду, куда видел глаз, всё было заставлено однотипными палатками и шатрами военного образца.

— Вот и армия!

— Ничего себе! Как много людей!

Бегло прикинул на глаз, ответил:

— Порядка сотни тысяч. Если все места заполнены…

Лагерь между тем, бурлил: сновали везде люди, тянулись бесчисленные обозы. Маршировали отряды. Тяжеловозы тянули пушки. К удивлению Ююми — явно казнозарядные. Пока они добирались до Центрального портала, чтобы перебраться на Фиори, она успела просмотреть целую кучу материалов по человеческому Средневековью и пороховому оружию. Но подобного не ожидала — там слаженно шагает отряд с ружьями на плечах. Судя по внешнему виду — примерно начало двадцатого века. Потому что под каждым стволом из дерева торчит нечто, что может быть только магазином. Пыхтит паровой тягач, за которым зацеплен добрый десяток здоровенных телег, доверху набитых непонятно чем, но необходимым для войны. Иначе бы это не везли в лагерь. А это что? Громадные, металлические, в виде ромба. По бокам выступы, словно машикули. Так, кажется, это называется в архитектуре? Оттуда торчат пушки. Потому что ничем иным эти стволы быть не могут. Блестящие гусеницы обвивают корпус, отсверкивая на солнце. Но вместе с тем и порядок, дисциплина, как в любом военном городке. Все заняты. На лицах не видно ни скуки, ни праздного любопытства. Все озабочены, серьёзны, сосредоточенны…

Дмитрий притормозил у часовых на въезде:

— Где император?

— У себя. Кто вы?

— Дмитрий Рогов с супругой.

Старший охраны торопливо перелистнул странички в крохотном блокноте, нашёл фамилию, просиял:

— Следуйте за тем парнем. Его Величество ожидает вас.

Рогов кивнул, затем направил коней за посыльным. Пусть оказался недолгим. Вскоре они остановились возле большого шатра, у коновязи была куча лошадей всех цветов и раскрасок. Дмитрий кинул поводья коноводу, помог слезть с лошади Ююми, она немного поморщилась, спустившись на землю. И от его глаза это не ускользнуло. Впрочем, потом. Сейчас нужно доложиться.

— Майор Рогов и лейтенант Рогова. Нас ждут.

Объявил он часовым у входа, и те раздвинули алебарды. По выработанному церемониалу, часовые у входа в жилище императора должны носить традиционные доспехи. Ну а в случае чего — есть скрытая стража, снаряжённая самым современным на данный момент вооружением…

Полог распахнулся, и Роговы бок о бок переступили порог шатра. В нём было многолюдно. Возле расстеленной на столе карты толпились одетые в уже привычную глазу фиорийскую форму военачальники всех рангов и званий. Обсуждение было бурным. Атти явно нервничал, потому что тон его голоса был довольно зол. Впрочем, увидев Дмитрия и его жену, улыбнулся, махнул рукой:

— Подходи, начальник. И вы, доса, тоже.

Рогов шагнул вперёд:

— Что за шум, а драки нет?

Но одного взгляда на карту хватило, чтобы понять — дела у Неукротимого не очень хороши. Заштрихованные разным цветом круги, многочисленные стрелки, показывающие направления вражеских ударов, зубчатые линии, обозначающие взятые в осаду города и замки. Дмитрий чуть не присвистнул от удивления, но возгласа изумления сдержать не мог:

— Ничего себе… Откуда столько?

— Рёко, Михонго, Тушур, Аксия, Северные княжества, Шемаха, Ульригия. Словом, проще назвать тех, кто остался в стороне, чем…

Махнул рукой:

— Явно дело нечисто. Не могли они так просто сговориться.

— Ююми тоже считает, что кто-то стоит за их спинами.

Острые взгляды скрестились на саури. Потом Атти дополнил:

— Нам противостоят порядка двух миллионов человек.

— Двух миллионов?!

Рогов не поверил своим ушам, но подтверждающие кивки Ольта развеяли сомнения. Несмотря на местное происхождение, после того, как старый рыцарь прошёл лечение на Светлой, после Императрицы, естественно, и краткий курс обучения в человеческой Академии, сомневаться в его словах не было смысла.

— Вооружены, правда, не очень. В основном — старое оружие. Но есть и пушки, и мушкеты, и даже кое-что ещё: боевые мамонты Михонго, порядка двухсот зверей. Птичья кавалерия Рёко, свыше десяти тысяч. Ну и по мелочи от каждой страны. Из той же Шемахи почти две тысячи боевых носорогов.

— Это ещё что такое?

— А!

Атти махнул рукой вновь:

— Поверь, ничего хорошего в них нет. Их просто называют носорогами. А в реальности — шипастая тварь весом тонн пять. Жрёт всё. Начиная от травы и кончая человечиной. И, можешь не сомневаться, что сладкое мясо людей для них лучшее блюдо.

— А что у нас?

— У нас?

Вмешался неожиданно юный офицер, Ююми с удивлением посмотрела на парня лет восемнадцати, тот сообразил, представился:

— Марг дель Парда, командующий частями специального назначения Империи Фиори. Назначен временно исполняющим обязанности начальника штаба.

И продолжил, невзирая на удивлённый взгляд саури:

— Мы имеем порядка пятидесяти тысяч солдат собственно из Фиори. Из них вооружены огнестрельным оружием тридцать тысяч человек. Орудий разных калибров и типов — две тысячи. Боевых машин — сорок. Больше построить не успели пока. Добровольцев из Руси — ожидается пять тысяч. Из Кланов — столько же. Оружие огнестрельное. С боеприпасами проблем нет. С провиантом и прочим имуществом, так же.

Вмешался вновь Атти:

— У врага, несмотря на наше техническое превосходство — подавляющее людское преимущество. Так что нас могут просто задавить массой. И я не знаю, куда ставить людей и саури. К нашей тактике они не приучены, местных принципов ведения войны не знают. Затыкать ими дыры во фронте, тем более, что и сплошной линии то нет — не вижу смысла. Душевный порыв, вещь, конечно, хорошая. Но ведь воюют не числом, а умением.

— Верно.

Все находящиеся в шатре кивнули в знак согласия со словами императора. Только лица помрачнели ещё больше. Ююми не выдержала:

— Мы хороши в рукопашной схватке. Мало, очень мало кто из людей может превзойти в схватке саури!

— Я понимаю, девочка, что в тебе говорит гордость, но Вождь Вождей не позволил вашим добровольцам взять с собой фамильные клинки.

— Даже с обычным мечом мы очень сильные бойцы. Поверь, Император!

Пронзающий до костей взгляд, словно икс-лучи, короткое прикрытие век на мгновение.

— Значит, пехота. Оружие мы найдём. Мои мануфактуры делают очень хорошие мечи. А людей? Прибыли пехотинцы, механики, пилоты. Ну куда я последних то дену?!

— Посадить их на дирижабли. Это реально?

— Дирижабли?! О, Нижайший! Совсем из башки вылетело! Спасибо за подсказку, Дима! Механики освоятся с танками. А пехота — она и есть пехота. Спецы тоже есть, но мизер. Они пойдут под командование к Маргу.

— Не слишком ли он молод для такой должности?

Усомнилась Ююми, получив в ответ злой взгляд того, о ком шла речь. Император спокойно ответил:

— Марг прошёл со мной последнюю компанию. И ему я в первую очередь обязан тем, что власть в Фиори перешла ко мне почти бескровно и так быстро. Он проходит курс обучения с восьми лет. И ни в чём не уступает по подготовке ни мне, ни Дмитрию.

Рогов удивлённо покачал головой:

— И много у тебя таких?

— Пять сотен. Но они действительно такие, как я сказал. Может, меньше владеют современной техникой, но у нас её просто нет. А в рукопашной, или в бою — я сомневаюсь в победе твоих ребят, Дима.

— Ого! Уверен?

— Нам не до споров. Работы по горло.

— Хорошо. Куда ты нас определишь?

Атти на миг задумался:

— Ооли хотела, чтобы Ююми осталась с ней.

— Нет!

Девушка выпалила это слово, не задумываясь ни секунды:

— Моё место рядом с мужем!

Атти удивлённо поднял брови, внимательно посмотрел на неё, на Рогова, помрачневшего при этих словах, потом дёрнул щекой:

— Дима, я, вообще то, хотел тебя определить в танкисты. Сорок машин есть. В течение месяца подойдут ещё столько же. А теперь ещё и дирижабли, про которые я забыл…

— А есть списки прибывающих со стороны Кланов? Неразумно будет ставить всех в пехоту. Там тоже наверняка полно специалистов.

— Умница, Ююми. Распоряжусь. И…

Краткий, почти незаметный миг колебания, потом припечатал:

— Если такие найдутся, то будем формировать смешанные экипажи. Пора заканчивать…

И все поняли, что они имел в виду.

— Ладно. В первом приближении разобрались. Дима, бери жену, двигай в лагерь. Видел танки?

— Последовал короткий кивок.

— Мест пока не хватает, так что, прости, придётся пожить в палатке. Точнее в шатре.

Молодые супруги переглянулись между собой, потом синхронно произнесли:

— Мы не возражаем.

— Быт отлажен. Есть и бани, и прочие… Удобства. Так что, пока лето, всё нормально. И… Загляни вечером к Ооли, Ююми. Она очень хочет тебя повидать. Вроде как вести из Кланов.

Девушка помрачнела — настроение стремительно упало вниз. Если из Кланов — значит из дома. А если из дома, что это может быть, как не известие о том, что на неё объявлена охота, и херхи вышли на тропу войны?

— Хорошо. Во сколько?

— Она укладывает Аруанн и Еели в девять вечера. Так что, к двадцати двум часам, думаю, будет в самый раз.

— Я приду.

— Мы придём.

Последовал новый кивок. Супруги отдали честь, каждый на свой манер, вышли из шатра.

— Танки-танки…

Пробормотал Дмитрий.

— Вот уж не думал, не гадал, что попаду в танкисты. Ещё и бронечасти организовывай в Империи. Атти со мной вовек не расплатится.

— Уже расплатился.

Улыбнулась Ююми.

— Когда?!

— А я? Всё-таки, я его подданная.

— Верно.

Наклонился, коротко коснулся её щеки губами. Вздохнул:

— Эх, птичка обломинго! Ну да ладно. Будет день…

— Будет ночь.

Поправил привычно рюкзак, согнул руку в локте:

— Идём, жена?

— Идём, муж…

…Шатёр оказался на диво уютным: плотная ткань верхней покрышки маскировочного цвета с пятнами, внутри — приятный глазу светлый подбой. В углу, отгороженном ширмой, некоторые удобства: душевая кабинка и стандартный биотуалет. В другом закутке — большая кровать. Двуспальная, мягкая даже на взгляд, под красивым покрывалом. В середине — стол, десяток стульев, понятно почему: мало ли, придётся проводить совещание в срочном порядке. Стойка для оружия, вешалка для одежды, пара сундуков под личные вещи, на простом буфете из дерева аккуратными стопками уложена посуда, прикрытая чистыми полотенцами. На полу — деревянный настил, на котором у кровати лежит коврик. Ну и стойка под обувь у входа. Ююми осмотрелась, стянула с плеч свою ношу, аккуратно поставила на лавочку:

— Здорово!

Восхитилась.

— Этакая древность. Но мне нравится.

Дмитрий согласно кивнул, в свою очередь сбрасывая свой рюкзак. Оба сменили обувь на стоящие тут же стандартные плетёные тапочки, прошли к сундучкам.

— Так, бельё есть, смена одежды, пара обуви, мыльно-рыльные принадлежности у нас свои. Тебе ещё что-нибудь надо? По женской части?

Девушка чуть покраснела, отрицательно качнула головкой, стягивая с головы свой берет и облегчённо вздыхая:

— Уф! Не очень нравится, когда на уши давит.

— Не продуман вариант.

Она улыбнулась:

— Никто не рассчитывал на саури. А пилотку одевать как-то рановато, на мой взгляд. Пусть сначала привыкнут.

— Верно.

Уложив свои вещи в сундук, подошла к кровати, потрогала покрывало, потом плюхнулась, качнулась пару раз, восхитилась опять:

— До чего удобная!

Дмитрий лукаво подмигнул:

— Проверяешь, не скрипит ли?

Покраснели, как ни странно, оба. Потом, взглянув друг на друга, рассмеялись. Пояснений никому не требовалось, а девушка невольно задумалась о том. что вот сегодня она станет настоящей женой человека. Так почему же эта мысль вызывает у неё лишь волнение, а не такое отвращение, как полгода назад? Что изменилось? Или то, что она приняла этот брак, повлияло на её отношение к человеку? Но ведь прошло буквально несколько дней… Хотя Дмитрий ей нравится. Если не сказать больше. Из благодарности за спасение её жизни в Смертном поединке? Нет. Точно нет! Тогда ещё ей было плохо. Но сейчас то? Или общее дело и общий долг так подействовали на разум и психику? Махнула рукой про себя. Ночь всё покажет. А сейчас перед ними куда более важные дела, чем то, что предстоит первая брачная ночь. Настоящая ночь. Со всеми правами и обязанностями жены… Покраснела ещё больше. Со вздохом поднялась, чувствуя, что кончики аккуратных острых ушек пылают огнём. Муж заметил, естественно. Едва слышно хмыкнул, сам залился румянцем. Шутливо замахнулась на него рукой:

— Ну тебя! Пошли лучше, на машины посмотрим?

— Да. А то сейчас контингент начнёт поступать, а мы с тобой ни сном, ни слухом…

Снова переобулись, повесили на пояс по мечу, как положено командирам, вышли из шатра. Возле входа сидел рядовой боец в обычной форме. При их появлении вскочил:

— Хейно Рахи, рядовой обученный. Назначен к вам ординарцем и адьютантом лично его Величеством, сьере Димитри.

— А моя супруга?

— Сейчас должна подойти доса Юрика дель Тумиан. Она назначена к досе Ююми.

— Ясно.

— Чего желаете?

— Проводи нас к машинам.

Солдат отдаёт честь:

— Прошу за мной…

Вблизи танки оказались ещё примитивнее, чем издали. Но тем не менее, внушали истинное почтение своими размерами и видом. Грубо склёпанный из листов катаной брони ромбовидный корпус, который охватывали широкие гусеницы с мощными грунтозацепами ёлочкой. Края направляющих роликов едва виднелись из-за фальшбортов. С боков — выступающие башни с торчащими из них стволами довольно крупного размера. На глаз — миллиметров восемьдесят. Четыре узкие бойницы под крышей, закрытые пока крышками. Спереди — смотровые щели, поблёскивающие стеклом. Наверху — башенка. Квадратная, но кажется вращающаяся, из которой торчит раструб.

— Любуетесь, молодые люди?

Из-за массивной машины вышел одетый в скромный комбинезон человек. Дмитрий насторожился:

— Вы кто?

— Вольха дель Лиэй. В некотором роде создатель этого чуда. Две пушки, калибр восемьдесят восемь миллиметров, огнемёт, мощный паровой двигатель производства Серга Стела. Запас хода на одной заправке топливом — почти двести лиг. Бункер под нефть две тонны. Плюс возможность перевозки десанта в десять солдат.

— Броня?

— Пятнадцать миллиметров — лоб. Борт — двенадцать. Крыша — пять. Днище — пятнадцать. Силового каркаса нет, его роль играют рёбра жёсткости.

— А на сколько хватает гусениц?

— Пока точно не могу сказать. Но некоторые трактора отработали на таких же уже по три года.

— Хм…

Дмитрий недоверчиво посмотрел на инженера, но тот успокоительно прикрыл глаза.

— Не волнуйтесь. В Империи все привыкли отвечать за свои слова. А я с Атти неукротимым с давних лет, можно сказать, сразу после его нового рождения. Так что не сомневайтесь.

— А какой экипаж?

Поинтересовалась Ююми, и Вольха поспешил ответить:

— Кроме возможного десанта, механик-водитель. Отвечает за повороты и приведение в движение. Два механика-двигателиста: смазчик и кочегар, отвечающие за работу узлов и горение топлива. Они же следят за уровнем воды в котле. Каждое орудие обслуживают три человека — наводчик, заряжающий, подающий. Снаряды находятся по центру машины, поэтому подающий пополняет запасы в боевой укладке. Командир отвечает за управление машиной в бою, и, естественно, за взаимодействие экипажа. Ещё управляет огнемётом.

— Понятно…

— Скорость пока не очень. Но коня, при случае, догнать может. Естественно, не несущегося во весь опор, а бегущего обычной рысцой. Что-то около пятнадцати лиг в час на стандартном ходу, и двадцать одну на форсаже. Но тогда очень большой расход топлива и воды.

— Ого!

Дмитрий удивлённо взглянул на инженера. Тот скромно опустил глаза:

— Нам пришлось много помучаться, прежде чем получился данный механизм, но теперь технология отлажена, и дело только за вами.

Внезапно его лицо посуровело:

— Мы — мирная страна. И никто не любит воевать. Но если на нас напали, то мы должны ответить так, чтобы больше ни в одну тупую башку не пришла даже мысль о нападении на нашу Родину! Бейте захватчиков, сьере, доса! Без всякой пощады!

Он низко поклонился обоим офицерам, исчез за танком.

— Он это серьёзно?

Ююми взглянула на мужа, удивлённая таким выражением чувств. Дмитрий пояснил:

— Ещё десять лет назад здесь было дремучее болото. Железо — редкость, ценимая наравне с яффаром. Множество аристократов, не считающих прочих за людей, непрерывно воюющих между собой. Атти вначале всколыхнул это болото, а потом просто заставил их работать и думать.

— А аристократы? Неужели они так и позволили ему получить власть и провести такие реформы?

— Он их не спрашивал. Но не торопился. Вначале начал с малого, со своего баронства. Потом у него появилось графство. Затем ему пришлось отправиться в Рёко, платить вассальный долг Фиори тамошнему правителю. Ну а вернувшись со славой, он просто прижал всех. Противиться мало кто пожелал, и Атти решил вопрос радикально. Он попросту уничтожил тех, кто поднял восстание. Скажу честно — большинство, даже аристократы, только приветствовали провозглашение его Императором.

Вздохнул:

— Ты меня прямо на целую лекцию раскрутила, милая.

— Но я же ничего не знаю о Фиори. Откуда?

— Да. Прости, совсем забыл…

Замолчал. Потом отпер массивную дверцу, благо ключ торчал из скважины. Потянул ан себя. Массивная пластина отошла от корпуса на удивление плавно и мягко. Взглянул на срез:

— Мда… Надеюсь, выдержит. Впрочем, изделия мануфактур Неукротимого всегда славились качеством. Заглянем внутрь?

— Разумеется…

Внутри было сумрачно, остро пахло нефтью и смазкой. Но… Внушало. Убранная в кожух паровая машина. Валы за ограждением, в грубоватых на вид подшипниках. Укладка со снарядами, торчащие казенники пушек. Бак для огнесмеси. Сиденье механика-водителя. Паровой котёл находился в корме машины. Всё было покрашено зелёной краской. Свет поступал через прицелы и забранные толстым многослойным стеклом узкие полосы на потолке. Ещё висела пара светильников за толстыми решётчатыми сетками.

— Для этого времени выглядит последним писком военных технологий!

— Да уж…

Поморщилась Ююми, и муж развёл руками:

— Прости, но ещё десять лет назад фиорийцы пахали поля деревянными брёвнами, с которых не обрубали ветви.

Изумлённый взгляд был ему ответом.

Глава 13

— Батальон, равняйсь! Смирно!

Дмитрий привычно рявкнул команду стройной шеренге прибывших к нему подчинённых. Все застыли. Правда, по разному: кто-то вытянул руки по швам и вздёрнул подбородок. Кто-то наоборот, положил руки на бёдра и чуть расставил ноги, сдёрнув головной убор с головы и сунув его под погон отточенным движением.

— Вольно.

Рогов обвёл взглядом будущих танкистов Фиори. Мужчины и женщины. Люди и саури. В одном строю. Спокойные, изучающие взгляды. Суровые лица. Радует, что ни на одном из них он не видит презрения и неприязни. К тем, кто стоит рядом с ними. А это — колоссальный прогресс к будущему миру.

— Я майор Рогов, ваш командир. А вы — первый танковый батальон Империи Фиори.

Ююми, стоящая на левом фланге в общем строю, подобралась.

— Это высокая честь, быть первыми. И мы её оправдаем. Времени у нас немного. Через неделю мы должны отправиться на передовую. Поэтому учиться будем день и ночь. Это не прихоть. Это необходимость. И прошу не забывать, что вы армии, хоть и другого государства. Поэтому — Устав, Устав, и ещё раз Устав. Не считайте аборигенов ниже себя. Они будут драться в одном строю с вами. Думайте о членах ваших экипажей, как о товарищах, кем бы он ни был по происхождению. Жизнь каждого из вас зависит друг от друга. Сейчас — всем разойтись, получить места для жилья, отдохнуть с дороги. Ужин через час. Вон там.

Показал под ряды столов, стоящие под навесами из ткани.

— Завтра подъём в шесть, зарядка, затем завтрак и учёба. Обучать будут рабочие с мануфактур, на которых делали эти машины. Гражданские. Так что делайте на это скидку. После завтрака будет произведена разбивка на экипажи. Разойдись!

Строй зашевелился и распался. Затем начал собираться в кучки. Саури к саури. Люди — к людям. Рогов поморщился: плохо. Ничего. Он раскидает их по экипажам. Скоро эти четыре сотни без малого человек и саури станут единым организмом. Отточенным лезвием, которое вспорет брюхо врага. Два миллиона? Их всего пятьдесят тысяч? Раздавят и перемелют!..

Ююми сделала было шаг после того, как прозвучала команда, как её хлопнули по плечу:

— Привет, подруга!

Обернулась:

— Ты?

Перед ней стояла та русская, которая угощала её спиртным на транспортном пункте.

— Я смотрю, ты тоже в танковые войска попала?

— Да. Я с мужем.

— Ты говорила. Я помню. Не уверена, дадут ли вам отдельную палатку, но если что — давай жить вместе?

Девушка с сожалением пожала плечами:

— Нам уже дали. Шатёр. Вон тот.

Показала пальцем. Русская посмотрела на вьющийся над полотняным квадратом флаг, уважительно присвистнула:

— Ого! Так твой муж что, командир всей нашей банды?

…Вспомнила, наконец, как её зовут — Майя. Семёнова. Улыбнулась сожалеюще:

— Извини. Но я лучше с мужем. Впрочем…

Быстро осмотрелась по сторонам, выхватила взглядом стоящих отдельно трёх соплеменниц. Судя по клановым цветам — из Рода Железных Цветов. Указала на них:

— Почему бы тебе не скооперироваться с ними? Девчонки молодые, а Железные Цветы славятся своей терпимостью.

Майя удивлённо взглянула на Ююми:

— Откуда ты так хорошо знаешь кланы? Служила в разведке?

Девушка отрицательно мотнула головой:

— Нет. В тяжёлой пехоте. Просто мы все друг друга знаем. Не лично, конечно, но что собой представляет каждый клан — естественно.

— Мы? Ты что — саури?!

Ююми вздохнула, начинаются неприятности. И она, жена командира, спровоцировала первую из них… Проклятие Тёмных Богов!.. Потянула берет с головы, показывая острые ушки:

— Да. Саури. А что?

Русская затрясла головой:

— Подожди-подожди! Тебя ведь зовут Ююми Рогова?

…Девушка уловила, как их начали обступать солдаты.

— Да. Ююми Рогова.

— А почему у тебя фамилия русская?

Требовательно спросила подошедшая поближе девушка из Клана Железных Цветов.

— Потому что она — моя жена. Лейтенант Ююми Рогова. В девичестве — ас Садим уль Вермаа.

Словно ниоткуда появился супруг.

— Ж-жена человека?! Саури? Из Высших Кланов?! Как принцесса? С ума сойти!

Первой выдохнула непосредственная Майя. Затем восхищённый вздох пронёсся вокруг пары. Ююми почувствовала, как её кто-то несмело тянет за рукав, повернула голову и наткнулась на восторженный взгляд одной из клановок:

— И как это, замужем за человеком?

Хотела было съехидничать, ответить колкостью, но… Восторг в глазах совсем молодой девчонки был неподделен, поэтому рискнула сказать правду:

— Не сразу. Сложно. Но… Я — счастлива.

Возглас зависти единогласно вырвался у всех, кто слышал её ответ. Дмитрий слегка прижал жену к себе, замахал свободной рукой:

— Всё-всё! Ещё успеете пообщаться. Сейчас все разбирайте себе спальные места, а потом ужинать и готовиться к отбою. Завтра рано вставать…

…Надеюсь, ты понимаешь, что речь о возвращении тебе статуса старшей дочери, шурхи, не идёт. Но могу тебя заверить, Ююми, что Клан принял решение вернуть тебе Родовое Имя. Поэтому можешь больше не считать себя сиротой и изгнанницей и смело произносить свой титул. Ещё мы обижены, что выйдя замуж, ты не известила Клан о столь значительных переменах в жизни, и сама распорядилась своей судьбой. Понимаем, что в тот момент ты была изгоем, но теперь, когда тебя вновь приняли в Род, надеемся, что церемония бракосочетания будет повторно проведена по нашим обычаям во Дворце Клана. Муж твой будет принят в Клан, несмотря на его происхождение, и дети ваши будут членами Кланами ас Самих…

Ююми скомкала надушенный лист послания, которое ей вручила Ооли, внимательно наблюдающая сейчас за подругой из своего кресла.

— Дети? Откуда у нас могут дети?! Даже если мы и будем жить с Димой, как мужчина и женщина, общие дети между саури и людьми невозможны!

Жена императора вздохнула:

— Это и непонятно. У моей матушки и Императора Руси будет дочь. У меня и Атти — уже двое. Если люди и фиорийцы могут иметь общих детей, как фиорийцы и саури, тогда почему этого не может быть от человека и саури?

Девушка отвернулась к стене, на глаза навернулись непрошеные слёзы. Прикусила нижнюю губу, потом произнесла:

— Я, надеюсь, что-нибудь придумают. На худой конец, зачнем ребёнка искусственным путём. Но я…

Порывисто повернулась к принцессе:

— Я… Я люблю его! И Дима для меня всё! Даже моя жизнь ничего не стоит, если его не будет рядом!

Ооли внимательно посмотрела в лицо подруге, потом тихо произнесла:

— Знаешь, я никогда никому этого не говорила… Но Атти… В первый раз всё произошло против моей воли. Это было… Было…

Отвернулась к стене, задумчиво глядя на гобелен, висящий там.

— Было просто потрясающе. Несмотря на всё, он был… Очень нежен. Я, конечно, пыталась сопротивляться, но куда там — он же силён, как десять саури, вместе взятых! И мне пришлось уступить. Несмотря на все мои попытки отбиться. А потом, когда он уснул, я забилась в угол и тихо ненавидела его, моля всех Богов о возможности убить осквернившего моё тело человека. Но Атти проснулся опять посреди ночи. Увидел меня, и… Просто позвал. А я… Я пошла. Сама. И во второй раз это было так… Потрясающе… Что я лишилась чувств. А потом его мама, Аруанн… Ей донесли утром, что её сын надругался надо мной, и она сразу пошла ко мне. Долго плакала, умоляла простить. Но я… Уже не чувствовала ненависти. Просто молчала, пытаясь понять, что со мной происходит. А потом сказала, что он должен стать моим мужем. Я его выбрала, я, Ююми! Сама! Без малейшего принуждения с его стороны! Просто поняла, что он — лучшее, что со мной может произойти на этой дикой планете! И Аруанн это поняла, поэтому сразу приняла меня как дочь, как свою невестку, ещё до нашей свадьбы. А когда я узнала, что беременна… Представляешь моё потрясение?! Ведь это тоже считалось невозможным. Я совершенно забыла, что Атти не совсем человек, а бета. У него тело местного жителя, а разум русского.

— Но Дима… Он же настоящий человек?

— Без сомнения. Но…

Принцесса Кланов улыбнулась:

— Кто знает, может, чудеса всё-таки случаются? Ты знаешь, как зовут того, кто поставил паровые двигатели для ваших танков?

— Да. Инженер называл его. Вроде бы Серг… Стел?

— Сергей Стрельцов. Так его зовут на самом деле. Он тоже попал на Фиори. Только позже, чем Атти. И, в отличие от него, в своём собственном теле. Стал копателем, наткнулся на жилу драгоценных камней и купил у Атти выморочное поместье на берегу океана.

— Выморочное?

Не поняла Ююми, и Ооли тихо пояснила:

— Оставшееся без наследников. После победы Атти таких было очень много.

Так вот, этот Серг Стел, Сергей Стрельцов, начал хозяйствовать. Купил у Атти станки, устроил у себя машиностроительный завод, начал делать паровые двигатели. Естественно, что паровые, но очень оригинальной конструкции. Побережье в то время сильно страдало от набегов пиратов с Северных островов. За два года Серг полностью отбил у них охоту вообще подходить к берегам Фиори. И благодаря ему морские окраины государства полностью безопасны.

— Почему ты мне это говоришь?

Ооли едва заметно улыбнулась:

— Серг женат. И у него — двойня. Симпатичные девчонка и мальчишка. Им уже по годику.

— Ты хочешь сказать…

Её собеседница кивнула:

— Я только узнала. Буквально, утром. Его жена — Яяри ас Марри. Из Клана Алого Дерева. Пилот Жала* (*- класс истребителя ВКС у саури). Бывший, естественно.

— Алые Деревья?

Ююми лихорадочно вспоминала название, перебирая все известные ей Кланы. Вторая саури с насмешкой в глазах следила за её потугами, потом махнула рукой:

— Не старайся. Она — аури. Не саури.

— Аури?!

Едва не взвизгнула Ююми. Аури — куда более страшный враг Кланов. Страшнее, чем даже раньше люди.

— И ты… Так всё и оставишь?!

— Уже оставила.

Зевнула, прикрыв ладошкой ротик.

— Извини. Устаю за всеми делами. Да ещё Еели раскапризничалась сегодня. Еле уложила. Спать очень хочу.

— Да-да, конечно.

Ююми вскочила с кресла, в котором сидела, а Ооли лукаво добавила:

— Что, спешишь к мужу под бочок? Понравилось? Это самое?

Девушка залилась краской.

— Мы… Ещё… У нас сегодня в первый раз… Будет… Вчера не вышло.

— Ой, ну что ты тянешь? И я хороша, совсем об этом не подумала! Беги быстрей. Дима, наверное, уже совсем заждался?

Ююми кивнула на прощание, шагнула к двери, но в проёме замерла:

— Но как же ты позволила аури жить?

— А что — аури? В конце концов, мы все теперь фиорийки. Одного Племени. Одного Рода. Одного Клана. Что нам делить? Если она ведёт себя примерно, является женой моего соплеменника, почему я должна ненавидеть её? Клановая вражда? Глупость. Это осталось там, наверху. Здесь у нас всё общее — и небо, и солнце, и земля, и государство. А её помощь Сергу неоценима. Мужчина сам это не раз утверждал. И я ему верю. А ещё…

Ооли почему то оглянулась:

— У неё потрясающее чувство юмора.

И рассмеялась…

И лишь спускаясь по лестнице, Ююми замерла словно вкопанная — двойня?! От аури? У… Человека?! Но аури и саури — две родственные ветви одного вида! Сердце бешено заколотилось — может, и она сможет? Родить Диме ребёнка?..

Муж нервно расхаживал возле выхода из здания. Увидев супругу, расцвёл.

— Наконец то! Что случилось? Неприятности?

Ююми отчаянно замотала головой:

— Нет, что ты! Совсем наоборот! Клан вновь принял меня. Даже официальное извещение прислали. И — письмо. Отныне ты тоже член Клана!

Мужчина замер, словно вкопанный:

— Да что творится то?! Человек стал членом Клана?!

— Ты против?

— Я? Нет, разумеется!

Он задумчиво тронул подбородок рукой:

— Что-то странное творится в Галактике. Ладно, поспешим. Устал, как собака.

— Собака?

Пояснил, спохватившись, что жена не понимает:

— Это у нас домашнее животное. Они очень разные, но живут с людьми испокон веков. Символ преданности и верности.

— О!

— Как-нибудь, расскажу. Существует много историй про них, и, поверь, не все из этих рассказов выдумки…

За разговорами дорога до лагеря пролетела незаметно, в расположении уже все спали. Устав, как сказал Дмитрий, есть Устав. Сказано, отбой в двадцать два часа? Значит, так тому и быть. Тишина, только светильники на шестах, да часовые. Не из танкистов — пехотинцы из линейных частей. Но Рогова уже запомнили, поэтому вопросов, что человек делает среди ночи, не возникало. В шатре было уютно и тепло. Впрочем, как и снаружи. Всё-таки стоял разгар лета.

— Хочешь чего-нибудь? А то у меня в горле пересохло?

— Если можно, то кофе. А я пока душ приму.

Ююми вдруг смутилась и поспешила юркнуть за ширму, где стоял стандартная модульная кабинка. Мылась долго и тщательно. Потом несколько минут раздумывала, какое бельё ей одеть, вдруг едва не выругалась вслух — какое-такое бельё? У неё же первая настоящая брачная ночь! В одной постели… Горячая волна обожгла щёки и ушки. Быстро накинула на себя ночную рубашку, сверху простой халат, затянула поясок. Удобную вещь придумали люди! И вроде как одета, и можно в мгновение ока снять… Высунулась из-за ширмы, Дмитрий уже разливал напиток по чашкам. При виде её показал на стол:

— Готово. Садись, дорогая.

Молча пили, бросая друг на друга говорящие сами за себя взгляды. Потом он отставил чашку:

— Пойду, тоже помоюсь.

— Только не долго, хорошо?

Решимость девушки вдруг начала быстро таять. Стало страшно. Но подавив его, встала со своего стула.

— Ты куда?

— Посуду помою пока.

Кивнул, исчез за перегородкой. Зашумела вода. Ююми быстро сполоснула чашки в раковине, вздохнула — не забыть напомнить ординарцу утром заправить ёмкость водой. Зачем то оглянулась, потом застегнула полог, сбросила с себя халат, аккуратно сложив его на стул, юркнула под мягкое и тёплое одеяло. Сейчас он придёт, и… Какая же она дура! Торопливо стянула с себя ночнушку, натянула одеяло повыше, так, что из-под него торчали только глаза. Где же он? Шаги. Прикрыла глаза. Что за шум? Но даже через закрытые веки поняла, что он тушит свет. Она не догадалась. Точнее, специально оставила, чтобы он не споткнулся в потёмках. Зашуршал матрас. А потом её словно обожгло — на нём тоже ничего нет… Большая ладонь коснулась её кожи, отдёрнулась, когда от неожиданности саури вздрогнула. Убралась. Он что, не хочет? Отказывается? Внезапно сообразила — он просто боится её обидеть! Удовлетворённо вздохнула, завозилась, переворачиваясь на бок, лицом к нему. Пусть темно, но сообразит же, в конце концов. Нащупала своей ладошкой его большое горячее тело, остановила руку на большой, выпуклой груди. Несмело забросила ногу на него, прильнула всем телом…

— Слушай… Я же не выдержу…

— И что?..

— Но я же мужчина, в конце концов!

— А я — женщина…

…А потом почувствовала его губы на своих, и это, и всё последовавшее за этим, было так прекрасно, что всё остальное, и война, и то, что они из разных миров, ушло куда то бесконечно далеко…

Ведь она — женщина, а Дима — её мужчина…

Ночь была сумасшедшей. И заснуть удалось лишь под утро. Но едва оба смежили веки, как прозвучал сигнал подъёма — хриплый голос труб разорвал утренний туман, выползший из не далёкой реки. И сразу лагерь наполнился шумом: команды сержантов и офицеров, звон оружия, плеск воды. Потом, новый сигнал, и слитный топот множества ног, бегущих кросс. Пусть она не выспалась. Ночью доберёт своё. Но это было, это было… Ююми опустила голову ниже, заливаясь краской.

— Эй, подруга. Ты чего такая?

Послышался голос соседки справа. Девушка вскинула голову — ой, она совсем очумела! Майя? Действительно, на неё смотрела улыбающаяся русская.

— Не забывай ногами шевелить, бежать ещё далеко.

— А?

— Да вид у тебя… Чумной какой-то. Вроде бежишь, а лицо, словно у блаженной. Будто тебя с нами нет. Где-то там. Далеко.

Пояснила вторая соседка по строю, молодая девушка из Железных Цветов. Рогова залилась краской:

— Слишком много впечатлений. От всего.

— Ну-ну…

…Они поняли? Ой, как стыдно… Ну и что? Я ведь замужем! И не блудила, а занималась любовью со своим мужем! Пусть завидуют!.. Так они и завидуют… Особенно девчонки из Клана… Честное слово! Я же чувствую…

После пробежки и зарядки последовало приведение себя в порядок и завтрак. Семье Роговых его подали в шатёр, ординарцы исполняли своё дело. Фиорийка оказалась высокой, почти с саму Ююми, девушкой с короткой стрижкой. Привычно отдала честь, представилась, внимательно оглядев сверху донизу своего будущего командира, словно прикидывая, что её может ожидать. Естественно, что своё мнение оставила при себе. Не стала высказывать. Только чему то улыбнулась. Едва заметно. А потом началась учёба. Первым делом, всех разделили на роты. Сорок машин. По двенадцать в каждой. Итого — три. Рота делилась на три взвода по четыре машины, и одна из них была командирской. Четыре танка, не входящие ни в одну из рот, являлись взводом управления батальона, и, одновременно, резервом. В экипаже одного танка десять человек. На роту полагалось два, опять же паровых поезда, представлявших из себя мощный трактор с таким же двигателем, как на танках, плюс по десять грузовых прицепов за каждым на массивных широких колёсах. Эти поезда везли боеприпасы, продовольствие, запасные части и вещевое имущество. Конкретно — палатки. Ещё в состав одного поезда входила передвижная кухня. В состав второго — вагон-мастерская, где можно было устранить практически любую поломку. Топливо вёз специальный тягач, буксирующий ёмкость почти в двадцать кубических тонн нефти. Причём, очень чистой, почти белой. Ещё было два паровых поезда на весь батальон. Первый — санитарный, в котором устроен передвижной медицинский пункт для лечения раненых с персоналом из фиорийцев, людей и… саури. Второй — ремонтный. Укомплектованный добровольцами с заводов Серга Стела. Механики шутили, что если приспичит, они могут собрать из имеющихся там деталей и листов брони ещё столько же машин, сколько имеется в наличии. Ююми, как и ожидала, попала в командный взвод. Более того, в один экипаж с мужем. Она обратила внимание, что практически все экипажи были смешанные, люди и саури. Где-то преобладали, конечно, одни, зато в другом экипаже был перекос в другую сторону. Мужчины и девушки попадали служить вместе. Формирования экипажей по половому признаку Дмитрий явно не признавал. Впрочем, возражений не было. Вместе, значит, вместе.

После обеда вновь сформированные подразделения отправились принимать свои машины. Это заняло время до самого ужина. Будущие танкисты тщательно проверяли свои машины, обменивались впечатлениями, выпытывали сдатчиков об особенностях каждого конкретного танка. И заводские специалисты спешили поделиться всем, чем знали. Рассказать буквально о каждой заклёпке, каждом винтике, каждом траке гусениц. И слушал их очень и очень внимательно, время от времени задавая вопросы. Особых сложностей в освоении техники не видел никто. Все, и саури, и люди, воевали в технических родах войск: водители боевых и сапёрных машин, строительных комбинатов, воздвигающих за считанные часы целые укрепрайоны для пехотинцев, опять же — механики, ремонтники, оружейники. Техническая часть была очень простой и несложной. Тактика. Взаимодействие. Вот что беспокоило всех. Их разношёрстной толпы, пусть и очень опытных солдат создать действительно слаженное, умеющее взаимодействовать между собой подразделение. Тем более, что когда все они воевали друг против друга. Получится? Нет. Вопрос стоял по другому — не получится, а за сколько времени он будет готов. Первый танковый батальон Фиори. Это осознавали все. И потому работали изо всех сил.

Глава 14

— Милая, ты, наконец освободилась?

Дмитрий радостно встретил супругу, вернувшуюся с занятий. Он, как командир батальона занимался отдельно от своих подчинённых, при штабе Атти. Опыта ему было, конечно, не занимать, но тактика местных сражений майору запаса Империи была неизвестна, поэтому офицер проходил ускоренный курс у фиорийцев. Ему было всё же легче, чем жене, ставшей наводчиком правого орудия, но тоже доставалось, и не мало. Зачастую супруги виделись лишь ночью, остальное время проводя на учёбе. Первая неделя выдалась ужасной — с утра до глубокой ночи. Водили танки, привыкали к оружию, начинали первые учебные бои в составе взводов. Вторая неделя планировалась на слаживание в составе рот, а затем и батальона в полном составе. И, финалом всей учёбы ожидались учения. А потом — фронт. Войска Коалиции, как стали называть вторгшиеся в Фиори объединённые части агрессоров, завязли в приграничных сражениях, у Ридо, чья фактическая неприступность для местных приёмов войны, заставила топтаться почти сто тысячную армию Тушура и Михонго. На втором направлении Фиори была прикрыта цепью новопостроенных крепостей, и не давала выйти на оперативный простор куда более многочисленной и сильной группировке Шемахи, Рёко и Ульригии. Северные Княжества и Аксия пока себя особо не проявляли, поставляя остальным участникам союза продовольствие, оружие и снаряжение. Так что пока время ещё терпело, и формирование новых частей, а так же сбор войсковых частей со всех концов Фиори в единый кулак мог быть проведён в относительно спокойной обстановке. Две другие стороны государства, восточная и западная, были неприступны. Западная — бескрайними, практически безводными солончаками. Там, кстати, и находилось родовое гнездо императора — Парда. Восток — редкими выходами к морю и дикими горами, изрезанными бездонными ущельями, непроходимыми ни для кого, кроме птиц.

Ююми устало кивнула, словно зомби прошла за ширму. Послышался плеск воды. Наконец, душ был принят, и девушка, уже посвежевшая и разрумянившаяся, вышла к столу. Уже в простом халатике, выглядящая куда лучше, чем тридцать минут назад. Дмитрий восхитился своей женой, уже в который раз — как же ему повезло!

— Как я проголодалась!

Совершенно не сговариваясь, супруги общались между собой только на русском. Для Ююми это не составляло никакого труда — обязательный курс военного обучения. В последнее время, правда, пришлось учить и универсальный фиорийский язык. Короткий курс гипнопедии, и наработка языковой практики. Успехи были. Правда, пока небольшие. Но такое являлось нормальным, потому что мозгу требовалось некоторое время, сугубо индивидуальное для каждого индивидуума, на восприятие новой информации.

Девушка торопливо уселась за стол, на котором уже дымились полные миски, быстро заработала ложкой и вилкой. Мужчина с любовью смотрел на свою половину. Внезапно она оторвалась от еды, взглянула на супруга:

— Что?

— Нет, ничего. Ты ешь, ешь. Не обращай на меня внимания. Я пока просто посмотрю.

— А ты?

— Я уже успел перекусить. Вот кофе с тобой попью с превеликим удовольствием.

Ююми кивнула, вновь налегая на удивительно вкусную пищу. В Кланах такое было редкостью. Несмотря на то, что саури были испокон веков сильны в биотехнологиях, с пищей было не то, чтобы плохо, но прямо скажем там, тяжеловато. Конечно, никто не голодал, но еда, в основном, как бы лучше выразиться, стала однобокой. Практически полностью растительной, из геномодифицированных культурных растений. А тут — натуральное мясо, крупы, мука. Да и повара в армии были выше всяких похвал. Так что все саури, попавшие сюда, были очень и очень довольны таким питанием. Тем более, что никаких ограничений по количеству пищи никогда не было. Удивительно, но Неукротимый умудрился буквально за пару лет полностью обезопасить свою страну от голода, более того — при помощи закупленной в Империи техники он сумел проложить ряд огромных оросительных систем, ликвидировав угрозу засухи, от которой всё Фиори страдало раз в пять лет. А на равнинах паслись огромные стада местных коров удивительной породы, дающих не только густое и жирное молоко, но и много вкусного мяса, очень напоминающих по внешнему виду увеличенных в пару раз древних земных бизонов очень добродушного нрава. Так что голодать больше ни простому народу, ни, тем паче, аристократам, не приходилось. Вообще Атти затеял очень много различных проектов: строились дороги, даже началась прокладка первых железнодорожных путей. На реках возводились новые мосты и плотины под будущие энергостанции. Проведя геологоразведку при помощи спутникового сканирования, заложили рудники. Что уж говорить о закладке ряда новых фабрик, уже не мануфактур, и перерабатывающих центров? Неукротимый твёрдо и неуклонно стремился к тому, чтобы максимум за пять поколений вывести Фиори в один ряд с развитыми державами Галактики. Старшая дочь Аами, вернувшаяся по просьбе дедушки в Кланы, уже проходила обучение в лучшей школе государства, и твёрдо желала вернуться к приёмному отцу и матери, чтобы продолжать двигать планету по пути прогресса. Сотни юных фиорийцев уже стали учениками человеческих школ, и Кланы уже вынесли на всеобщее обсуждение предложение так же принять к себе на обучение школьников с Фиори, не желая ни в чём отставать от русских. Соперничество двух великих держав переходило из военной фазы в мирную. И это не могло не радовать. Конечно, 'ястребы' были и там, и тут — многие пострадали от прекращения военных действий. Но выгоды мирного сосуществования для подавляющего большинства населения, многократно перевешивали прибыль немногих, пусть даже и влиятельных семей…

— …Ух, я наелась. Сейчас лопну!

Ююми с удовольствием похлопала себя по набитому животику. Дмитрий улыбнулся — как же она изменилась буквально за считанные дни! Забавная, весёлая, добрая. Нет, ему точно повезло, как немногим. Он, кстати, уже отметил пару-тройку парочек из саури и людей, образовавшихся в экипажах. Ничего. Скоро их станет куда больше. Он, да и все правители в этом уверены…

Девушка налила себе ароматного кофе. Сделала глоток, зажмурилась от удовольствия.

— Какая вкуснятина!

— Ооли передала. Им матушка переслала с оказией. Вчера прибыла партия радиостанций, с ней и приехала посылка.

— Радио? А что это такое?

Девушка сморщила лобик, пытаясь вспомнить. Пришлось пояснить:

— Это предок нашей лептонной связи. Очень и очень древний. Нашёлся в Империи клуб любителей старины. Этакие техноархеологи. Благодаря им на танках и в армии будет связь.

— Техноархеологи?

— Это такие энтузиасты, которые раскапывают старинные технологии, а потом воссоздают их в оригинале. У них занятное название — клуб 'Радиогубитель'.

— Губитель?!

— Вообще то они хотели назваться 'радиолюбитель'. Так называли в старину тех, кто занимался радио. Но в заявку вкралась ошибка при копировании, и в результате получился такой вот 'губитель'.

Девушка рассмеялась — звучало очень забавно.

— А они нас не погубят?

Вместо ответа Дмитрий выложил на свет небольшую коробочку, примерно с её ладошку:

— Дальность связи — пять лиг. И куча диапазонов. На танках поставят помощнее, говорят, удалось копировать старинные военные образцы один в один. Так что Кодекс пропустил. Для них, что наш двадцатый век, что железный — всё едино, древность несусветная. Впрочем, не будем отвлекаться. Завтра у нас выходной. Хочу тебя кое с кем познакомить.

— Да?

Как и все женщины, Ююми была очень любопытна. Муж кивнул в ответ:

— Атти собирает Ближний Круг. И… Ты в него входишь.

— Как… Твоя жена?

— Не только. Ещё — как близкая подруга Ооли. Она очень тебя любит и ценит.

— Ой…

Девушка растерялась, но справилась с волнением. Пусть даже она происходит из Первых Кланов, но ведь императрица Фиори — дочь самого Вождя Вождей!..

Приём проходил в небольшом павильоне в саду Дворца Саля, недалеко от которого и находился армейский лагерь. Ююми, одетая в скромное, но элегантное платье, которое прихватила с собой на всякий случай с Красавицы, под руку с мужем перешагнула порог зала и замерла в удивлении — фиорийцы, люди, и… саури. Одна. Естественно, Ооли. Она спокойно беседовала в углу с хрупкой даже на вид фиорийкой. Увидев входящую девушку, со всей своей непосредственностью замахала ей рукой, подзывая к себе. Дмитрий вздохнул, отпуская жену. Раз просит такая женщина, как тут откажешь. Ооли радостно расцеловала Ююми в щёчки, потом представила свою собеседницу, с любопытством смотрящую на девушку карими глазами:

— Познакомься, это жена нашего промышленника Серга Стела, Яяри Стел.

— Ты?..

— Да. Я — аури.

Она насторожилась, но рука Ооли, лёгшая на её плечо, заставила расслабиться:

— Мы все теперь фиорийки. Нет среди нас ни людей, ни саури, ни аури.

Ююми чуть помолчала, потом тихо подтвердила:

— Нам нечего делить, потому что здесь наш новый, общий мир.

— Хорошо сказано. Кстати, хочу тебя ещё кое с кем познакомить. Думаю, тебе будет интересно.

Снова помахала рукой, не обращая на нерассеявшееся ещё напряжение от встречи двух непримиримых врагов:

— Льян, Ума, подойдите.

От небольшой группы мужчин и женщин отошли двое совсем юных девушек из местных, приблизились к тройке чужачек, склонились в поклоне:

— Доса Императрица…

— Ой, хватит, девочки. Здесь можно без особых почитаний. Сами знаете. Вот, Ююми, познакомься, и ты, Яяри. Льян Рёко. Дочь императора Рёко.

Она показала на ту, что выделялась смугловатой кожей и непривычными чертами лица. Обе дамы вздрогнули:

— Это как?

— Льян сбежала из Империи, чтобы сохранить себе жизнь. Живёт в Фиори уже три года. Наш главный помощник у старины Ольта…

Кто такой Ольт, начальник специальной службы императора, обе дамы знали.

— …прорезались таланты. А это — Ума дель Парда. Жена нашего командующего специальных частей Фиори Марга. Того самого, которого ты посчитала слишком молодым для такой должности. И чем очень его обидела. Марг тянет солдатскую лямку с восьми лет, оставшись сиротой при одной из мелких местных войн. Сейчас ему двадцать один. Вот и посчитай. А обучал его сам Атти. По методике подготовки русских диверсантов.

Ююми вздрогнула — те, кто мог противостоять саури. Её Дима из них. И на что он способен, видела собственными глазами…

— Я… Не знала, и не хотела обидеть вашего супруга, доса дель Парда…

Та махнула рукой:

— Это не моё дело. И муж на вас уже не держит зла. Он вспыльчив, но разумен.

Снова вмешалась Ооли:

— Ума родом из Тушура. Досталась Маргу в качестве трофея. Родила ему двойню. Кстати, как твои мальчишки?

Баронесса покраснела от удовольствия, ещё бы — сама владычица знает её.

— Всё хорошо, ваше величество. Растут, здоровы, довольны. Любят папу.

— Вот. Я же говорила, что всё у тебя наладится, а ты не верила.

И резко перешла на другое:

— Самое удивительное в другом, девочка попала в плен практически неграмотной. Умела немного читать и писать, знала счёт до тысячи. И всё. А сейчас… Ума, сколько будет…

Императрица произнесла совершенно зубодробительный пример из высшей математики. Все замерли, а тушрука в следующее мгновение выдала ответ.

— Ах!

Вырвалось синхронно из обеих ртов, и саури, и аури. А Ооли ехидно улыбнулась:

— Как вам? Сейчас Ума заместитель министра финансов сьере Хье Ушура. А вон, кстати, и он.

Она показала на стоящего вместе с молодой симпатичной женщиной на большом сроке беременности такого же молодого человека.

— Пока чета Ушуров проходила лечение на Светлой Руси, Ума прекрасно справилась со всеми обязанностями, за что получила нашу благодарность…

Тушурка опять заалела от удовольствия.

— И я ценю её не только за талант к счёту, но и за то, что она не сломалась, а нашла в себе силы добиться своего нынешнего положения. От себя добавлю, что муж её очень любит.

Шепнула последнюю фразу уже в ухо Ююми.

Впечатления от встречи были… Скажем так — ошеломляющими. Люди открылись перед саури совершенно с другой стороны. Она и сама подозревала, что не всё чисто с военной пропагандой, но тут… Такие разные! И интересные. В общем, девушка о многом задумалась. Особенно её впечатлила Яяри. У молодой женщины оказалось действительно впечатляющее чувство юмора. Она рассказывала такие смешные истории! По молчаливому уговору никто не касался прошлой жизни друг друга. Только то, что произошло с ними на Фиори. Но и это было потрясающе интересно. А какое было вкусное вино! Ююми никогда такого не пробовала! Но праздники бывают редко, а так же имеют правило быстро заканчиваться. Прошёл и единственный выходной, снова началась учёба. Тяжёлый и упорный труд. Дни пролетали в мгновение ока. Наступил очередной, последний выходной, и лагерь танкистов превратился в сонное царство. Весь батальон спал мертвецким сном. Лишь под вечер из палаток начали появляться одинокие фигуры. Ближе к отбою ожил и весь лагерь. Появились непонятно откуда инструменты, и… Ради такого случая Дмитрий разрешил отбой на час позже. Он понимал, что такой вот вечер просто необходим для личного состава. Звенели гитары, свистели лимы*(* — дудки, саур.), постукивали бубны и маленькие фиорийские барабаны. На импровизированной танцплощадке лихо отплясывали пары, кружась в хайаре — вальсе, отчаянно импровизируя, если напарник или напарница не знали, как танцевать другой, скажем, человеческое танго или саурийский джорг. Но всё как то устраивалось без взаимных обид, само собой, легко и просто. А утром лагерь был поднят по тревоге. Затопали сотни ног, заурчали горелки котлов, поднимая давление, и вскоре первые машины покинули расположение, выдвигаясь к западу от столицы. Быстрое перестроение, колонна уверенно набирала маршевую скорость. Рогов был доволен: ни заторов, ни суеты. Все машины чётко заняли место в строю, уверенно держали дистанцию, не обращая внимания ни на пыль от впереди идущих машин, ни на ухабы и рытвины. Час движения, и батальон прибыл к месту назначения. По команде машины перестроились, выстраиваясь в линию и продолжили движение. В дело вступили управляющие мишенным полем.

— Две цели справа, восемьсот! Орудие правого спонсона, открыть огонь!

Рявкнула пушка, резко запахло сгоревшим порохом. Чуть слышно зашумели вентиляторы, вытягивая гарь из отсека. Столб взрыва вырос чуть левее, метрах в десяти от первой мишени. Послышалось короткое ругательство, и тут же, не дожидаясь команды, орудие громыхнуло вновь. Есть! В разные стороны полетели обломки дерева и полотна. Прямое попадание! Лязгнул затвор, выбрасывая гильзу, снова выстрел, и опять попадание. Дмитрий спохватился — внезапная контратака: чуть левее словно из-под земли появилось с десяток ростовых мишеней, обозначающих пехоту противника. Торопливо довернул башню, вдавил спуск. Из раструба огнемёта вырвалась струя чадного, грязного пламени. Полотно вспыхнуло, обрисовывая каркас из реек. Тут же ударило правое орудие, что? А, дьявол, пока он отвлёкся на солдат, из-за холма выехали тянущиеся на тросах громадные мишени, изображающие боевых мамонтов Михонго. Ююми среагировала мгновенно, не дожидаясь команды, и первым же снарядом попала точно в цель. Её поддержала вторая пушка. Ещё два практически синхронных залпа, и все звери поражены. Условно, конечно. Кто знает, на что способны в реальности эти мохнатые гиганты? Но будем надеяться, что снаряд из восемь-восемь сможет остановить вражеских зверей. Так, индивидуальный прогон закончен. Что у нас? Отлично! Практически все отстрелялись на высшую отметку. Конечно, без автоматического наведения и с такой примитивной синхронизацией, при полном отсутствии логических машин с их сопровождением и селекцией цели, это можно назвать чудом. Если бы не опыт куда более страшной войны у солдат его подразделения.

— Закончить упражнение, переходим в построение два!

Отдал он новую команду. Прибавив хода, машины начали вырываться вперёд, образуя клин.

— Уступом! Влево! Все — вдруг!

И опять, выше всяких похвал! Практически мгновенно батальон резко свернул влево на девяносто градусов. Ни заминок, ни потери свого места в строю. Лишь облака пара, вырывающиеся из клапанов, стали гуще, да марево горячего воздуха над теми местами, где стояли котлы, стало сильнее.

— Контратака противника!

Послышался доклад крайнего танка из третьей роты, и верно — едва машины вышли из-за ряда курганов на открытое пространство, как Рогов едва не выругался: всюду, куда видел взгляд, поле было заставлено мишенями самых разных типов, от носорогов и мамонтов, до изображающих катапульты и пехоту макетов.

— Огонь без команды! Механикам-водителям — пехоту давить, от врага не отворачивать!

Сквозь ровный шум парового роторника Дмитрий разобрал, как его водитель-саури что-то забормотал про себя. А потом, разобрав слова, чуть не схватился за кобуру, повинуясь рефлексу. Молитва 'фадишь'! '…Светлые Боги, даруйте мне победу! Тёмные Боги, ослабьте всех моих врагов, ибо лишь истинные воины достойны жить! Не щажу я врага своего, ибо жалость — удел слабых. Не прощу я обидчиков своих, ибо прощение свойственно лишь бессильным. Сожгу дома их, истреблю детей их, убью родителей их. Вытопчу поля, срублю их рощи, растопчу их сердце. Кожу их пущу на боевые барабаны, из костей врагов построю себе дворец, а мясом накормлю свои поля. Ибо нет большей радости для воина, чем стереть память о врагах его из памяти Кланов…' Сколько раз он слышал эти слова в эфире? Не сосчитать. Но не каждый из саури имел право на эту молитву. Лишь самые великие клановые воины, на счету которых не одна человеческая жизнь. И дрались эти солдаты не щадя себя и уж тем более, врагов. И, как правило, побеждали. А когда удача была на стороне людей, то размен доходил до сотни к одному… Но сейчас они на одной стороне. Поэтому… Рука убралась с рукоятки оружия. Они на одной стороне. Он постарается забыть кровь, стоящую между ними. Тем более, что сейчас и времена другие, и одна их таких воинов стала его женой. Настоящей, истинной, и любимой. Глубоко вдохнул через стиснутые зубы, на мгновение прикрыл глаза, успокаиваясь. Как водитель танка, этот воин выше всяких похвал. Машина словно плывёт по полю, несмотря на рытвины и колдобины. Поэтому наводчики бьют по целям очень точно. И, пожалуй, сейчас он даже рад, что такой саури у него в подчинении и водит его командирский танк… Учения продолжались ещё восемь часов. Снова стрельбы, перестроения. Обед, во время которого проверялось действие служб тыла и обеспечения: питание, обслуживание и профилактика, заправка и пополнение боезапаса, пока члены экипажей отдыхали. И — первая радость, тщательно скрытая под непроницаемой маской: все экипажи, невзирая на расовый состав и происхождение ели в общем кругу, но одной скатерти, расстеленной прямо на земле, давая возможность механикам из службы обеспечения торопливо проверить механизмы и пополнить запасы топлива и воды в баках танков. После обеда — снова в поле. Предстоял марш в сто километров или лиг длиной. Проверялись выносливость и стойкость экипажей. На улице — жара. Да ещё к накалённой броне добавляются пышущие духотой роторный двигатель и котёл. Вентиляция справляется с трудом, но экипажи держатся, и батальон движется по дорогам и бездорожью, огибая Саль по большой дуге. Уже стемнело, когда танки вернулись в расположение, где их встречали. Из машин вылезали пошатывающиеся, усталые люди и саури. Строились возле своих запылённых машин. К ним бросались механики из ремонтных подразделений, рабочие с завода, все танки тщательнейшим образом осматривались, менялись изношенные узлы, перебирались клапана и золотники, набивались смазкой подшипники. Экипажи же уходили к холму, где проводились общие занятия. Приказ всем сесть. Уже привычно народ распределяется по склону. Но есть и изменения. Теперь они сидят не по принципу 'человек с людьми, а саури — с саури', а по экипажно, по подразделениям. Десять членов одной команды. Взвод — сорок воинов. Рота — сто двадцать.

— Я очень доволен результатом того, что увидел на ваших финальных учениях. Замечаний не имею. И, надеюсь, что вы все вернётесь в свои родные дома, где бы они не были.

…Император… Император. Император Атти!..

Эхом пронеслось по рядам сидящих солдат. Затем встал один, второй, третий… И вот уже весь личный состав батальона поднялся на ноги. Но лишь на мгновение. Потому что в следующий миг все, практически синхронно и без команды опускаются на одно колено. Это приветствие есть и у Кланов, и у Империи Русь. Никто не ломает себя. Это — порыв души. Они присягнули Неукротимому. Приняли его главенство над собой. Добровольно. И данный порыв — дань искреннего уважения сюзерену. А потом в вечернем воздухе звучит фраза на всеобщем фиорийском языке, которую знаю все танкисты, независимо от их происхождения:

— Во имя Империи, и во славу её!

И слитный, глухой и мощный удар кулаком по груди в ответ на такой же жест всадника на коне масти ночи…

Глава 15

— Ваша первая задача как боевого подразделения армии Фиори — выдвинуться срочным маршем в район Утеро — Астирх — Кам и отбросить группировку Коалиции, осаждающие наши крепости, прикрывающие страну от шемахинских, рёкских и аксийских солдат.

Атти быстро чертил указанный им район на большой карте страны.

— По нашим данным, их около двухсот пятидесяти тысяч. Может, на десяток больше или меньше. Но форты и крепости держатся, хотя люди очень измотаны, много раненых и больных, так что если вы сможете нанести несколько отвлекающих ударов по врагу, им станет намного легче. Мы сможем, по крайней мере, пробиться к ним, находящимся сейчас в полном окружении, помочь с вооружением и продовольствием, а так же сменить личный состав.

Друг требовательно взглянул на Дмитрия, и тот согласно кивнул, всматриваясь в карту. Император вздохнул:

— Самое непонятное — как мне доложили, у противника появились пушки. А так же ружья нового образца. Потери среди обороняющихся последнее время сильно увеличились. Ольт и Льян копают, но пока толку мало.

— Ююми высказала мнение, что за спинами Коалиции кто-то стоит. Извне.

— Это известно. Наши заклятые 'друзья' из Имамата, Демократии и Партократии. Новости о новом месторождении огненных сапфиров, а так же мирное соглашение с Кланами заставило их взбеситься. Поисковая группа из Азии вышла на Императора Рёко, и вот, результат.

Атти снова вздохнул:

— Поставки инструкторов, оружия. Дима, будь осторожен. Кроме местных феодалов, ты наверняка столкнёшься с наёмниками оттуда. Поэтому береги людей. Серг сейчас готовит к сдаче новую партию танков, улучшенной модели. А так же пару других модификаций этих машин. Но пока люди обучаться, пока всё это будет готово. У тебя лучшие из лучших, и их надо беречь.

— Убережёшь их, как же… У меня экипаж читает 'фадишь', а ты говоришь — беречь…

Брови, взлетевшие ко лбу, показали изумление Атти дель Парда.

— Вот это тесть отмочил…

— Ага. Мой мехвод. Но, знаешь, идея смешанных экипажей, кажется, себя оправдала. По крайней мере, они уже держаться экипажами, а не по происхождению.

Неожиданно Неукротимый улыбнулся:

— Ооли подсказала. Что это лучший путь к новому миру. Ты же прекрасно понимаешь, что Фиори не оставят в покое.

— Наши противники из других миров?

— Да. Что халифат и его джамааты, что демократы, что азиаты. Слишком лакомый кусок. Энергоресурсы везде на пределах. Отец… В смысле, Император Руси, говорит, что давление на Русь сейчас просто беспрецедентно. Все цены на импорт выросли в несколько раз, таможенные пошлины задраны до небес. Было несколько провокаций против дипломатов и граждан Руси. Если бы не Кланы, то Империи бы сейчас пришлось туго.

— А что — Кланы?

Атти улыбнулся:

— Начались торговые отношения между Империей Русь и Кланами. И, скажу честно, никто не ожидал таких результатов — за месяц товарооборот превысил всю внешнюю торговлю с человеческими мирами за прошедший год в четыре раза. Причём, насколько я знаю, обе стороны довольны результатами. Ты представляешь, появились даже туристы!

— Ничего себе…

Рогов едва не сел прямо на пол от услышанного. Он не мог себе и представить подобное ещё год назад.

— Это ещё не всё.

Улыбка Атти стала хитрой.

— Слышал о новой фирме, 'Ди и Ди'?

— Нет.

— А зря. Это новая корпорация. Совместная.

— Как это, совместная?

— Так. Половина капитала с Руси. Вторая — из Кланов. Клан ас Самих вышел на своих человеческих родственников с Красавицы, Роговых, и предложил основать совместное дело на обеих мирах. Некий председатель правления Николай Рогов подписал все необходимые документы для принятия решения, и теперь новая компания уверенно набирает обороты и выходит на первые позиции в деловых кругах. Соединение человеческих технологий и саури фактически произвело новый прорыв!

— Ничего себе…

Новость была действительно, ошеломляющей.

— Надо порадовать мою малышку! Она будет очень счастлива.

— Мир меняется, Дима. И очень сильно меняется. Не хочу тебя расстраивать, но впереди у нас, у Империи и Кланов, новая война. На этот раз — на одной стороне.

— На одной?

Последовал молчаливый кивок. Затем Атти отвернулся к стене шатра:

— Отец… Сообщил, что по его данным, Большая тройка после захвата Фиори начнёт открытые военные действия против нас и саури, объявив Русь 'изменниками вида'.

— Они что, совсем ума лишились?!

— Ты забыл?!

— Прости…

Рогов стиснул зубы, успокаиваясь, шумно выдохнул, потом тихо произнёс:

— Я — солдат, Макс. Просто солдат. Но если Империя потребует, я отдам жизнь без малейшего сомнения для её блага.

— Вот поэтому нам надо любой ценой уничтожить всех, кто поднял руку на Фиори. Как только мы падём, и контроль над рудниками перейдёт к Коалиции, начнутся военные действия против Руси и Кланов. А учитывая их статус — полный геноцид нам гарантирован.

— Они не думают, что подобное — палка о двух концах? И мы имеем право ответить тем же?

— В любом случае — Русь сворачивает все дела в мирах Тройки, выводит средства на Русь и в Кланы, проходит срочная эвакуация граждан Империи и дипломатов. Война на пороге, Дима. И мой тесть…

Атти на мгновение замялся, потом всё же решился:

— Тесть дал слово, что если на его ай рията нападут, он, как родственник, не имеет права остаться в стороне. Иначе подданные его просто не поймут. Поэтому я относительно спокоен. К тому же на Империю вышли аури. Они согласны прекратить военные действия с саури, если те пообещают соблюдать нейтралитет, а Сергей выступит посредником. Они тоже устали от войны.

— А эти то, каким боком?

— Самым прямым. Там, в отличие от Кланов, гораздо больше свободы в информации, и весть о том, что их соотечественница стала супругой человека, да ещё и родила от него, стала настоящей бомбой. Правительство было смещено, у власти другой клан аури, и они явно заинтересованы в сотрудничестве с новой расой. Сергей и Яяри с детьми два дня назад отбыли в миры аури.

— И…

Дмитрий вопросительно взглянул на Атти, тот утвердительно кивнул:

— В случае объявления агрессии против Руси 'изменой виду', против Тройки выступит Союз Трёх: Империя Русь, Кланы, и Аурийские Миры. Так что, Дима, наша задача — разбить и уничтожить Коалицию Тройки здесь, на Фиори. И чем быстрее, тем лучше. Желательно, с минимальными потерями у нас, и максимальными у них. В идеале…

Император Фиори замолчал, потом задумчиво произнёс:

— То, что я сейчас скажу, прозвучит страшно. Может, ты даже перестанешь считать меня своим другом. Но… Я хочу, чтобы после сражений не было ни пленных, ни живых врагов. Все должны умереть.

— Почему?!

— Я исповедую принцип, что каждый, поднявший руку на меня и моих людей обязан заплатить за это жизнью. Мы отхватили область Тушура. И тогда потерей среди моих солдат не было вообще, а среди тушурцев они оказались смешными. Хватило моей репутации в Рёко, чтобы солдаты просто разбежались. К тому же мы послали ко двору их правителя щедрую компенсацию, благосклонно, кстати, принятую. Но сейчас солдаты Коалиции…

Он грязно выругался, потом зло произнёс:

— Даже Кланы не позволяли себе ничего подобного. Поэтому, Дима. Именно, поэтому. Решать вопрос следует кардинально.

— Если так, то возражений нет.

— Тогда я на тебя рассчитываю.

Он положил руку Рогову на плечо, заглянул в глаза. Ответный взгляд был чист и прям. Да. Дмитрий настоящий друг, каких мало…

— Мы сделаем больше, чем от нас ждут. Клянусь.

И оба знали, что это не пустые слова…

— Итак, слушай боевую задачу…

Батальон, стоящий в строю, подтянулся, когда прозвучали эти слова — их первый приказ, посылающий в бой. В настоящее сражение.

— В течение двух суток совершить марш до города Астирх, где нанести удар по войскам противника, отбросить их от крепости и дать возможность сменить гарнизон и пополнить запасы обороняющихся боеприпасами и продовольствием.

Тишина, лишь короткие взгляды друг на друга членов экипажей. Четыреста лиг. Двое суток пути. Практически, без остановок. Иначе не успеют. А ещё — там, дерутся, изнемогая, солдаты Фиори. Нынешние соратники, которые изо всех сил отбивают атаки бесчисленного врага, испытывающие острый недостаток в оружии, еде и воде. На стенах раненые, обожжённые, истощённые люди. Но они не сдаются, зная, что произойдёт, если враги вырвутся на оперативный простор. И эти воины надеются на помощь, которая им обещана и уже идёт…

— Идём на максимальной скорости. Заправщикам, тягачам быть в полной готовности. Ремонт производить на ходу. Остановки разрешаются лишь в экстренных ситуациях. План атаки будет доведён до каждого перед началом боя. С нами выдвигаются артиллерийские части резерва Фиори, пехотные части шестого и седьмого пехотных корпусов, а так же второй снабженческий дивизион Фиори. Мы выходим первыми. Начало движения, через десять минут после завтрака. Разойдись! К приёму пищи — приступить!

Строй рассыпался, Дмитрий быстро перехватил тарелку с первым, поставленную ординарцем на стол, подвинул к себе, заработал ложкой. Ююми вопросительно взглянула на супруга, он молча кивнул. Оба торопливо ели. Впрочем, вокруг все занимались тем же самым. Обслуга лагеря из фиорийцев спешила сменить блюда, наполнить чашки чаем, кофе, наттой, быстро завоевавшей любовь среди новоприбывших на планету. Ни разговоров, ни шуток, ни смеха. Было не до этого. Полная сосредоточенность и отрешённость.

— Там… Тяжело?

На этот вопрос Дмитрий был обязан ответить, и он кивнул в ответ:

— Очень. Буквально перед моим уходом из штаба принесли сведения о том, что Большая Тройка уже открыто объявила о поддержке Коалиции. На планету прибыла техника и наёмники.

— Они сошли с ума?! А Кодекс?

— Формально он не нарушен. Копии старинных машин. Оружие только огнестрельное. Пока время на нашей стороне. Сколько бы наёмников не прибыло, сколько бы солдат не стояло на стороне противника — им нужно время на обучение. Атти получил подтверждение от фирмы 'Ди и Ди', что они готовы поставить им реплики боевых машин Земли и Кланов, соответствующие Кодексу.

— Не слышала о такой. Им можно доверять?

Рогов, несмотря на ситуацию, улыбнулся:

— Глава фирмы со стороны Империи — мой брат, Николай. Ты его видела. А вот представитель директората от Клана ас Садих мне незнаком. Аами ас Садих уль Арийя. Ты не знаешь такую?

Девушка машинально ответила:

— Аами? Уль Арийя? Наверное, это вдова моего брата. Она вроде как оттуда. Поженились три года назад, а спустя два месяца она овдовела. Очень красивая, как мне говорили.

И только тут сообразила, что она услышала, отставила тарелку в сторону, изумлённо охнула:

— Погоди, что значит, со стороны людей и саури? И причём тут Кланы?! Мой прежний Клан?

— Ешь. Болтать некогда. Подробности, что мне известны, расскажу в пути. Но если коротко, наши родственники нашли друг друга, и образовали совместное предприятие. И, кажется, сотрудничеством довольны все. Во всяком случае, у них поддержка Вождя Вождей и Императора Руси.

Ююми машинально вновь опустила ложку в еду — новость была ошеломляющей. Получается, что письму из дома можно верить? Она слишком хорошо знала своих родственников, чтобы поверить в то, будто они станут выбрасывать огромные средства на ветер, лишь бы добраться до неё. К тому же, Вождь Вождей и Император не позволят ни той, ни другой стороне причинить убыток друг другу. Слишком многое стоит на кону. Но самое главное — только что появившееся хрупкое доверие столь долго воевавших сторон и ещё более тонкий мир…

Ухнула и заревела горелка, разогревая котёл. Потекли томительные минуты нагрева рабочей жидкости. Заклокотало, забулькало.

— Есть рабочее давление! Можем начинать движение!

— Первая рота — готовы к маршу!

— Вторая рота — готовы к маршу!

— Третья рота — готовы к маршу!

— Рота материального обеспечения — готова к выходу!

— Батальон! Начать движение!

Ротор ускорили вращение, закрутились быстрее золотники, выбрасывая пар в камеры, загудел компенсатор, возвращая отработанный пар в конденсатор и оттуда вновь в котёл. Механик водитель включил сцепление, перебросил рычаг скорости, с мягким толчком сорокатонная махина тронулась с места, постепенно набирая ход. Дмитрий открыл люк, выбрался наверх, став на ступеньки. Ююми молча сидела на своём месте наводчика, осмысливая услышанное — её Клан и фирма Роговых основали совместную фирму! Половина капитала от Империи, вторая — от Кланов. И, насколько она поняла, именно её сторона выступила инициатором столь неслыханного дела! Найдя родственников, выдвинули предложение, а если верить тем обрывкам сведений, что доходили до неё, у Руси сейчас сложное положение. Так что подобное сотрудничество является выходом из тупика для обоих Держав. Но почему на пост председателя правления с их стороны выдвинули Аами? Впрочем, Рам нашёл её в Университете Чемье, который испокон веков готовил для Кланов лучших торговцев и управленцев. Тогда такой выбор оправдан. Попыталась вспомнить лицо невестки, но ничего не вышло. Они и встречались то всего один раз, во время свадьбы. А потом Ююми пришлось срочно вернуться на фронт, тогда Империя нанесла сокрушительный удар на Юхаке сорок шесть, где, кстати, отметился и Дима… Так что, она не то, что не помнит, просто даже не видела лицо Аами. Ведь на свадьбе, согласно традиции, лицо будущей жены прикрыто тонким покрывалом. Так что сама она знаменитую красоту, о которой ей прожужжали все уши, так и не увидела… Ладно. Надеюсь, проблем не возникнет. Но весть из дома действительно… Ошеломляет…

Часы летели за часами, как лиги пути уплывали под гусеницы танков. Не слишком быстро, но уверенно. До обеда машины продержались, а когда настал час приёма пищи, механики из сухопутных поездов тщательно проверили все машины, заправили их по новой топливом и водой, и после окончания обеда батальон вновь пришёл в движение. Понукать никого не требовалось, все прекрасно понимали, что каждая минута задержки стоит жизни тех, кто уже месяц с лишним сдерживает озверевших от неудач солдат Коалиции. И пусть их мало, но они сделают всё возможное и невозможное, чтобы помочь своим… Начало темнеть, но батальон продолжал движение. Усталых механиков водителей на ужине сменили их товарищи. Водить танк могли практически все члены экипажа. По крайней мере, вести их на марше, без различия в поле. Что мужчины, что женщины. Рогов прикинул время — они укладывались в заданное, и даже ужимали срок прибытия. Пока не намного, но всё же выигрывали уже не минуты, а почти час. Если ночь пройдёт без поломок, то до утра они пройдут три четверти пути. Тогда к обеду уже выйдут в район соприкосновения с противником. Атти делал ставку на внезапность появления новых машин у фиорийцев, их неуязвимость для оружия Коалиции. Но в свете последней информации Рогов на это уже не рассчитывал. Да и сам император Фиори теперь тоже. И задача для батальона была поставлена соответственно. Если раньше планировалось внести панику, хаос, затем ошеломлённого противника рассеять и отогнать как можно дальше от границ государства. Теперь же танкисты должны были только пробить коридоры по очереди к каждой из пяти крепостей, обеспечить доставку в них припасов, а так же замену гарнизонов и вывоз раненых в тыл. Затем батальон должен был остаться в ближнем тылу, играя роль подвижного резерва и блокируя попытки противника прорваться между крепостями в глубину Фиори. И лишь по мере накопления сил и поступления новой техники готовится к контрудару…

— Вышли на связь с Астирх три.

Поступило короткое донесение от машины передового дозора. Рогов взглянул на карту — просто отлично! Прижал тангенту:

— Пусть сбросят нам всю информацию о противнике.

— Вас понял, Первый.

Спустя пару минут заработал факс. Очень древний аппарат связи, способный принимать не только звонки, ни и изображения. Из чего чрева медленно пополз лист специальной бумаги, на котором была отражена оперативная сводка крепости Астирх — три на настоящий момент. С трудом дождавшись, пока приём закончиться, Дмитрий торопливо выдрал лист из аппарата и наложил его на карту, затем выругался: всё обстояло намного хуже, чем он знал от штаба, и рассчитывал увидеть сам. Осаждающие под прикрытием артиллерии, уже понятно, откуда взявшейся, смогли при помощи целой армии сапёров практически пробиться через цепь крепостей, тихой сапой прокопав траншеи и целые проспекты в земле, укрывающей их от пушек защитников. Более того, стены почти всех защитных сооружений Фиори были почти стёрты с лица земли, и оставались лишь горстки защитников, уже готовых умереть, но не опозорить себя тем, что пропустили врага на родную землю. Коалицию сдерживало лишь то, что были мобилизованы почти все жители окрестных селений и городов, построивших в кратчайшие сроки целый новый укрепрайон позади крепостей, в который и упёрлись враги. Но сколько могут продержаться вчерашние крестьяне, торговцы, ремесленники, не имеющие ни военного опыта, ни нормального оружия, против обученного, прекрасно вооружённого по местным меркам противника, к тому же получившего новое орудие и наёмников-инструкторов, имеющих большой опыт его использования? К тому же многократно превосходящего их по количеству? И, как назло, пехотинцы и артиллерия резерва приотстали. Ненамного, но выйти к крепостям они смогут лишь следующей ночью. А времени практически не осталось…

— Первая рота, на развилке уходите вправо. Продвинуться до укрепрайона, там окопать машины и держаться вместе с ополченцами. Вторая рота — прямо. На следующей развилке свернуть к району между Астирх три и два. В новом укрепрайоне также закрепиться на позициях и держаться до подхода подкреплений. Третья рота — за мной.

Для себя Рогов оставил самое сложное — ему вместе с оставшимися машинами предстояло остановить главный удар войск Коалиции. Пусть у него сейчас шестнадцать машин, но и группировка противника насчитывает свыше двадцати семи тысяч пехотинцев, три тысячи всадников, пятьдесят боевых мамонтов и столько же шемахинских носорогов. Есть ли шанс? Кто знает. Но умирать он не собирается, и класть головы своих подчинённых тоже. Особенно ему дорога одна-единственная. Ююми. Его жена… Взглянул на сосредоточенно высматривающую противника в прицел орудия супругу. Всё он благодарен судьбе, что та послала ему встречу с ней. И не допустит, чтобы их счастье оказалось таким коротким. В конце концов, он мужчина. А она — его женщина. И долг истинного мужчины не допустить, чтобы счастье его женщины оборвалось так нелепо. А Ююми действительно, счастлива с ним. Он это чувствует. Время. Самое главное сейчас, это выиграть время, необходимое для подхода подкреплений и удержать фронт. Если солдаты Коалиции вырвутся на оперативный простор, случится катастрофа. Нет, разбить противника они разобьют. Сомнений быть не может. Но только стоить это будет куда большей крови. С обеих сторон, кстати. И не только с них. Большая Тройка сразу вломиться сюда, и изгнать с Фиори мирным путём захватчиков будет невозможно. Следовательно — большая война, которая выжжет тысячи миров, искалечит миллиарды судеб, а результатом может стать полное исчезновение жизни в Галактике. Или я сгущаю краски? Не уверен…

Машины вывернулись из-за холма, поспешили вниз по дороге. Навстречу тянулись колонны раненых, лошади тянули повозки с теми, кто не мог идти сам. Окровавленные бинты, наспех наложенные повязки. Усталые, безразличные ко всему взгляды. И вспыхивающая надежда при виде бронированных монстров с эмблемой волчьей головы. Шестнадцать танков. Кажется, совсем чуть — чуть. Но они могут переломить ситуацию к лучшему. В конце концов, противника надо лишь удержать на сутки. А там подойдёт двадцать тысяч обученной, вооружённой до зубов пехоты и почти пять сотен стволов артиллерии. Они перемелют врага, а отдохнувшие танкисты начнут преследование отступающего, деморализованного противника, сея хаос и разрушения на путях бегства солдат Коалиции. Если будет кому. Внезапно эта мысль обожгла Рогова…

Глава 16

Дмитрий взглянул на исступленно кидающих лопатами землю людей в одинаковых одеждах и тронул тангенту рации:

— Командир — один. Что у вас?

— Сейе-один. Прибыли на место. Заняли позиции. Противник активности не проявляет. Выслали разведку. Ждём информацию.

…Урх ас Римай. Сейе тяжёлых войск Кланов. Три года войны. Академия. Доброволец. Прибыл вместе со своими друзьями. Ровен в общении, сдержан на эмоции. Неприязни к людям или фиорийцам не проявляет. Назначен командиром первой роты по рекомендации самой Ооли. Знал её раньше.

— Хорошо. Как появятся новости — жду доклад.

Враг откатился сразу, как только за брустверами третьей линии фиорийских окопов появились бронированные громады, с ходу открывшие огонь. Ровные ряды панцирной пехоты по команде командиров сразу развернулись и начали отступление мерным спокойным шагом, превратившимся вскоре в бегство. Когда застывшие на месте машины перешли на уверенное поражение. Хватило десятка снарядов, чтобы красивые ряды вначале смешались, а потом стали беспорядочной толпой. Ободрённые солдаты первой линии открыли беглый огонь из своих ружей, и потери наступающих оказались довольно значительными. Воодушевление усталых, грязных людей было впечатляющим: в воздух полетели шапки, приветственные крики. Народ потрясал ружьями, отпускал ругательства вслед бегущим. Впрочем, снаряды надо было экономить, и, дав по ещё одному бортовому залпу танки затихли. Разыскав командира, командующего наспех сооружённым укрепрайоном, Рогов поразился — совсем молодая девушка, такая же измотанная, как её подчинённые. С красными от недосыпа глазами, с парой небрежно наложенных повязок, из-под которых сочилась кровь.

— Майор Рогов, командир первого танкового батальона, прибыл для поддержки. Через сутки подойдёт пехота и артиллерия. А пока нам надо удержаться.

— Виури дель Сехоро. Звания нет. По крайней мере, официально я не в армии.

И — напряжённый взгляд на лицо Дмитрия. Офицер остался совершенно спокойным.

— Вы можете мне рассказать, что сейчас творится? И дать команду вырыть капониры для моих машин?

Девушка вздохнула:

— Сейчас распоряжусь. А что творится — сами видите. Нас всего семьсот человек. На развалинах Астирха три дерутся ещё восемьдесят. Очень плохо с оружием и патронами. Фактически, на всех у нас около пятидесяти винтовок. У остальных — арбалеты. С патронами вообще беда. По два на ствол. Хорошо, хоть со стрелами не бедствуем. Есть три требучета, но бомбы кончились. Стреляем камнями. А они нас давят.

— Ясно. У меня полный батальон, сорок танков. Двадцать четыре заняли позиции справа и слева от нас. Остальные, как видите, здесь. По моим сведениям, войска Коалиции собираются нанести здесь основной удар. И сил у них немеряно, по сравнению с вами и со мной. Есть какие-нибудь данные о расположении врага?

— Вы… Фиориец? Нет? Из Империи?

— Да. С Руси. Почему это так вас волнует?

Девушка замотала головой:

— Нет-нет. Не волнует. Главное, что вы пришли на помощь, а значит, у нас есть шанс уцелеть.

— Не знаю, как у всех, но, думаю, живые к подходу наших будут.

Рогов достал карту, разложил на коленях:

— Умеете читать?

— Отец научил.

Виури уселась бок о бок с мужчиной, и тот почувствовал запах пороха и крови. Взглянула на лист бумаги, пошарила вокруг глазами, подтянула лежащую рядом дощечку:

— Дайте стилос.

Рогов извлёк из кармана ручку, протянул ей. Ловкими, быстрыми движениями девушка нанесла линию окопов, несколько значков, пояснила:

— Это — Астирх. Точнее, то, что от него осталось. Здесь и здесь — камнемётные машины и тот ужас, что притащили какие-то странные люди. В этом месте стоят звери. А тут — люди. Их, естественно.

Чуть помолчала:

— Вы надеетесь уцелеть?

Дмитрий кивнул в ответ:

— Бывало и хуже.

Короткая пауза. Потом девушка смущённо произнесла:

— Простите, сьере майор, а у вас не найдётся кусочка хлеба? Мы тут уже третьи сутки на одной воде…

Рогов спохватился:

— Конечно, найдётся! Сейчас же распоряжусь!

Вытащил рацию, перещёлкнул диапазон:

— РМО* (* — Рота материального обеспечения)? Комбат — один. Нужно немедленно накормить людей в окопах! Хотя бы сухим пайком! Они тут трое суток без пищи сидят! Что? Ясно. Отлично!

Обернулся к сидящей рядом девушке:

— Сейчас же начнут раздачу. А вы пока пойдёмте со мной, к танку.

Поднялся, протягивая ей руку, но та, отшатнувшись, встала сама, не обращая внимания на удивление майора.

— Идёмте, сьере майор.

…Возле машины мужа встретила обеспокоенная Ююми. При виде идущей рядом с ним фиорийки, чуть прищурилась, но супруг успокоил её одинм предложением:

— Милая, дай из машины неприкосновенный запас. Она трое суток ничего не ела. И вызови ко мне командиров машин и начальника боепитания.

Саури быстро нырнула внутрь танка, спустя мгновение появилась со стандартной пластиковой упаковкой обычного армейского пайка. Взглянула на усталую девушку, ловким движением вскрыла упаковку, вытащила первый контейнер, сорвала ленту. Короткое шипение, и она протянула уже разогретую еду Виуре:

— Устраивайтесь и отдыхайте, доса. А мы пока разберёмся со всем остальным.

Фиорийка оглянулась, потом, недолго думая, привалилась спиной к разогретой броне борта, и с наслаждением зачерпнула ложкой густой суп. Ююми с тревогой взгялнула на Дмитрия, и тот поморщился.

— Что, так плохо?

— Хуже некуда. Патронов для ружей нет. И тех — мизер. Пушек нет. Еды нет. Как я видел — много раненых. И… По-моему, они все гражданские. Военных среди них может, десяток, два. И то я сомневаюсь. Даже она…

Показал глазами на жадно жующую девушку-командира:

— И то — обычная штатская. Но командует этими людьми.

Между тем начали подходить те, кого он вызвал. Вскоре Рогова окружили офицеры и сержанты.

— Знакомлю с обстановкой. Она — как бы сказать лучше, короче, полный абзац. Люди, обороняющиеся здесь третьи сутки, сидят голодными. Ружей у них мизер. Боеприпасов к ним практически нет. На три требучета ни одной бомбы. Начальник снабжения, что у нас в наличии?

Невысокий, но плотный фиориец, командующий паровым поездом, привычно стукнул себя кулаком в грудь:

— Младший лейтенант Сохо. Имеем сто пятьдесят ружей и тройной боекомплект к ним. Насчёт бомб к требучетам — предлагаю заменить их снарядами. У нас пять боекомплектов осколочных и осколочно-фугасных боеприпасов. Вытащить из них боеголовки, а порох из гильз использовать для изготовления самодельных бомб. Ещё имеем сотню мин. Ну и нефть для котлов.

— Виура, у вас семьсот человек?

Обратился Рогов к жующей девушке, та вслушивалась в то, что говорилось в плотном кружке военных, не переставая есть. Та кивнула, соглашаясь.

— Думаю, надо раздать оружие через двух. И только тем, кто умеет стрелять.

— Но это же каторжники!

— Что?

Дмитрий не поверил своим ушам, и младший лейтенант повторил:

— Это же каторжники! Вы что, не видите, сьере майор? Они все в тюремных робах, даже она!

Теперь стало понятно, почему на всех, кого видел офицер, была практически одинаковая одежда, и даже с нашивками. Краем глаза Дмитрий заметил, как Виура поникла головой, медленно отодвигая от себя почти полную тарелку, и вспыхнул гневом:

— И что?! Разве они не люди? Не фиорийцы?! Если они защищают свою Родину, значит, они такие же, как и мы! Никаких различий! Вам ясно? А с вашим командованием я решу все проблемы сам. Немедленно приступить к раздаче оружия и боеприпасов, начать минирование поля перед нами, но прежде всего людей накормить и дать, по возможности отдохнуть! Виура!

Девушка торопливо вскочила, подбежав, склонилась в поклоне:

— Бессрочно каторжная Виура дель Сехоро прибыла по вашему приказу, сьере офицер!

— Отставить.

Она выпрямилась, с удивлением глядя на человека.

— Вы остаётесь в прежней должности командира пехоты. Своей властью присваиваю вам звание младшего лейтенанта по временному положению. Возьмите этих людей…

Он показал на командиров танков.

— И пройдите с ними вдоль линии, танкисты покажут, где рыть капониры для их машин. Затем отрядите людей в обоз…

Махнул рукой назад.

— За оружием и патронами. Среди вас найдутся умельцы по железу?

Виура кивнула, не сводя удивлённых глаз с русского. Тот спокойно, не моргая, ждал. Потом спросил:

— Младший лейтенант, сколько вам нужно людей для того, чтобы подготовить снаряд для стрельбы требучетами?

— Десятка два, думаю. Мои люди произведут разрядку, но некому клепать ящики под порох. Вот они этим и займутся.

— Отлично. Так наберёте два десятка мастеров, младший лейтенант?..

…Это было два часа назад. А сейчас пришла пора связаться с остальными подразделениями и выслушать их доклады, чтобы прояснить обстановку. Первая рота доложилась. Со второй тоже нормально. Но у них и врагов поменьше. А вот на их направлении уже намечается какое-то движение. Вдалеке заклубился то ли дым, то ли пыль. Взглянул на спящую на расстеленном брезенте под бортом танка свернувшуюся калачиком дель Сехоро. Пусть немного поспит ещё. Время пока терпит. К танкам доставили дополнительный боекомплект. Оружие и патроны розданы. Он приказал и остальным ротам сделать то же самое. Ну и пусть они каторжники. Что с того? Среди них нет надсмотрщиков, значит, эти люди по зову сердца пришли в окопы, стали на защиту своей страны от захватчиков. Поэтому сейчас они свободны. И если покажут себя в бою, то он лично будет ходатайствовать перед Атти об их амнистии. Да и так — трое суток без еды, практически без оружия. Он сам видел, что практически всё вооружение у ополченцев в окопах — трофейное… Снова переключил диапазон:

— Я — комбат — один. Вызываю Ястреба и Громовержца. Вызываю Ястреба и Громовержца…

Молчат. Его рация не добивает до основных сил. Значит, чуда не произойдёт. И грядущий натиск они будут отбивать в одиночку. Что же… Он военный. Есть такая профессия. Как говорил один из древних — долг превыше всего. Его долг — защитить свою Родину. И если для этого нужно отстоять Фиори, значит, не стоит бояться умереть здесь. Потому что сражаясь на этой далёкой планете, он защищает Русь от вторжения… Из бортовой дверцы вышла Ююми, приложила ладошку к глазам, пряча их от уже низкого солнца, смущённо улыбнулась мужу. Потом быстро взобралась по скобам на верх, подсела к нему под бок, прислонившись к плечу, удовлетворённо вздохнула:

— Хорошо, что пока тихо. Кажется там…

Махнула рукой в сторону осаждённого Астирха.

…- Испугались нашего прихода.

— Не думаю. Скорее, добивают последних защитников. Видишь?

Протянул ей бинокль. Девушка приложила его к глазам, помрачнела:

— Дым. Выжигают.

Не верить ей не было смысла. Зрение саури превосходило человеческое.

— Значит, скоро.

Она кивнула, и Дмитрий поразился перемене, произошедшей с ней. Куда делась милая, весёлая девушка, ставшая его женой? Теперь на её месте сидел настоящий воин. Спокойное, отрешённое лицо, ледяной взгляд холодных глаз. Даже аура изменилась почти полностью.

— Что думаешь?

Спросил он у супруги. Та вскинула на него взгляд, оторвавшись от разглядывания горизонта, карие глаза мгновенно потеплели.

— О них? Будут потери.

— Без сомнения.

— Но я не собираюсь умирать, пока ты рядом со мной. Тем более, мне ещё надо…

Оборвала фразу. Встала, всматриваясь в поле, в котором сейчас прячась за трупами врагов копошились защитники, ставя мины, опять отрешённо спокойно произнесла:

— Они идут. Отзывай людей.

Рогов торопливо вскочил, и, напрягая глаза, наконец, разглядел марево пыли. Да. Враги идут. Пискнула рация:

— Глаз на связи. Пехота, в количестве пяти тысяч. Вооружены стандартно. Ружей не наблюдаю. Двадцать носорогов. Дистанция — две лиги.

— Снимайтесь и уходите в расположение.

— Вас понял. Возвращаемся.

Снова посмотрел на жену, с тревогой ожидающую его слов. Вместо этого включил общую волну:

— Отозвать сапёров. Командам требучетов приготовиться. Пять тысяч пехотинцев, пятьдесят носорогов. Дистанция две лиги.

Послышалась скороговорка подтверждения. Рогов кивнул Ююми:

— Поднимай девочку. Ей тоже пора.

Жена кивнула в знак согласия. Быстро спустилась вниз, затормошила фиорийку. Дмитрий скользнул в люк:

— Идут…

Минут через двадцать показались первые ряды вражеской пехоты. Стройные квадраты, сверкающие в лучах заходящего солнца начищенным металлом доспехов. Собственно, только вот эти зайчики пока и были видны. Разглядеть детали не удавалось, дистанция была великовата, но вот достать из орудий уже было возможно. Рискнуть? Почему и нет?

— Шестой и десятый, дайте по одному выстрелу из обоих пушек по линии врага.

Спустя пару мгновений громыхнуло. Снопы пламени из задранных на максимум стволов. Томительное ожидание, пока снаряды преодолеют расстояние до противника. Вроде бы мгновения, но ожидание боя растягивает их до бесконечности. В небо взлетели четыре бурых земляных столба, опали. Удачно? Нет? Не понять. Две лиги, это почти четыре километра. Дальность пушек позволяет. Но не швыряют ли они драгоценные боеприпасы в белый свет, как в копеечку? Не разобрать. Вроде бы положили на дорогу, но кто его знает? Вдруг треснула рация:

— Практически попали. Одно деление вправо, дальность та же. Дайте два снаряда.

Дмитрий, не рассуждая выдал поправку, и пушки тут же громыхнули…

— Есть! Накрытие! Накрытие!

Чёртовы разведчики! Не успели, или не захотели отступить?! Сейчас некогда рассуждать об этом, огонь! И продублировал мелькнувшую мысль:

— Всем — огонь! Прицел двенадцать — сорок четыре, азимут пятьдесят шесть! Беглый огонь, четыре снаряда каждому!

Бух! Бух! Бух! Бух! Машина качнулась, остро запахло порохом. Вентиляторы, вытягивающие гарь, заурчали на полную мощность.

— Удачно. Они застряли. Ждите сигнала.

Тишина. Обругать? Похвалить? Теперь нельзя. Только ждать. И спустя пять бесконечных минут.

— Стоят. Идти дальше не решаются. Стоп! Пехота стоит. Точнее, уходит с дороги. Они гонят носорогов! Берегитесь!

Этих динозавров?!

— Всем внимание! На нас идут носороги! Левое орудие — бронебойный. Правое — фугасный!..

Земля дрожит… Да вряд ли. Танк тоже вибрирует от работы паровой машины. Сергей, конечно, гений, в таких условиях построить нормально работающую технику. Для данной местности и времени, разумеется. Скорее, просто подсознание при виде появившихся живых гор, поросших ржавой шерстью, дорисовало картинку. Здоровенные, едва ли не с танк ростом, бегущие нелепой трусцой глыбы. На груди — мощный щит. То ли бронзовый, то ли медный. Громадный рог, увенчанный железным набалдашником. Если не пробьёт таким броню, то за счёт инерции и массы тела может запросто перевернуть танк на бок. Серьёзный противник. Очень серьёзный.

— Наводчикам! Стрелять без команды! По готовности!

Едва успел договорить, как рявкнула пушка его собственного танка. Качнуло. Хотел было выругаться, но огонёк донного трассера уже уткнулся точно в центр начищенного щитка одного из зверюг. Тот вздрогнул, сделал ещё несколько прыжков-шагов, ноги подогнулись, и он въехал мордой в грунт, пропахивая борозду. Тут же откликнулись ещё несколько пушек. И все снаряды легли в цель. Ни одного промаха. Вот же… Ююми — молодец! Стоп! Это пушки, где наводчиками саури! Всё верно! Бах! Бах!

— Глаз — Первому. Дайте десяток снарядов по координатам двенадцать — пятьдесят один.

Снова прорезались разведчики. И дубляж в микрофон:

— Пятый, шестой — двенадцать-сорок четыре! По пять штук осколочных!

— Вас понял, подтверждаю.

Эхом ему откликнулся сосед. Быстрая серия из заказанных залпов. Ушли за горизонт. А спустя минуту оттуда потянул густой, вязкий дым. Что-то загорелось. И очень лихо, как он видит.

— Подтверждаю накрытие. Обоз с боеприпасами для требучетов накрыт.

…Ого! Как удачно! Там, кажется, были зажигательные! Зря отвлёкся. Красиво то как!.. Поле перед обороняющимися быстро усеивалось бурыми неподвижными холмами. Впрочем, не все из павших носорогов лежали спокойно. Несколько бились на боку, орошая землю светлой кровью, подёргивая нелепо короткими ногами. Один тщетно пытался встать, опираясь на оборванные по колено миной передние ноги, и, похоже, уже совсем ничего не соображал в агонии… Последний зверь получил сразу два снаряда. Причём, то ли наводчики оказались слишком хороши, то ли просто случайность: один вошёл в один, и животному оторвало зад, расплескав внутренности по траве. Рогова передёрнуло. Впрочем, на той войне он насмотрелся и не на такое.

— Прекратить огонь. Ждать указаний. Подвезти боеприпасы. Пополнить боекомплект до штатного!

Заглянул внутрь машины — на него смотрели все члены экипажа. Ну, да. Им то откуда видно? Особенно механикам? Сам то на крыше башни. Да ещё — стоя.

— Всех положили. Теперь ждём. Время на нашей стороне.

И — вновь треснула рация:

— Командир, это Глаз. Видим конницу. Много. Примерно, две-две с половиной тысячи. Идут на рысях. На марше расстрелять не успеете. Готовьте осколочные и шрапнель.

— Вас понял. Вы как?

— Сидим крепко. Не беспокойтесь.

— Если что — уходите не раздумывая.

— Спокойно, командир. Дураков среди нас нет. Ждите конников.

Обвёл всех взглядом, не выпрямляясь, отдал команду в микрофон:

— Конница. Готовимся. Оповестить пехотинцев в окопах…

Тридцать минут ожидания. Казалось, что в пропитанном кровью носорогом нервов запахло палёными нервами, напряжение было таким, что в ушах звенело. Но вот из-за невысокого холма, разворачиваясь в лаву, показались вражеские всадники. В быстро сгущающемся сумраке, понукая коней, изо всех сил понеслись к окопам. Теперь и Дмитрий услышал тот грозный глухой топот тысяч копыт. Зрелище было внушительным и страшным.

— Сьере майор! Это императорская гвардия! Они не отступят!

Внизу стояла, опершись на броню, запыхавшаяся Виура, с тревогой глядя на человека.

— Марш в укрытие! Стрелкам открыть огонь из ружей! Прочим не высовываться!

Девушка умчалась обратно в глубину линии. Треснул первый выстрел из винтовки, второй, а потом частый треск, который покрыл первый выстрел из пушки командирского танка. Затем за сплошным рёвом орудий сухой трескотни пехотных ружей совсем не стало слышно. Танк содрогался от непрерывной стрельбы. Бесшумно откинулся люк в корме, и из него вырвались клубы порохового дыма. Вентиляторы уже не успевали отсасывать испорченный воздух. Блестящие медные гильзы образовали небольшой холмик позади машины, воздух над стволами задрожал, и Рогов похолодел — орудия накалились. А значит, скоро придётся прекратить огонь. Кто успеет? Они, или конница императора Рёко? Сплошной вал разрывов почти скрыл атакующих, но они рвались вперёд изо всех сил. Они действительно не могли отступить. Либо умереть, либо выполнить задачу. Другого не дано, и Рогов восхитился их безнадёжной отваге. Отваге смертников. Теперь он уже видел — это конец. Кучи тел. Вперемежку людские и конские. Целые, и не очень. А то и просто куски бесформенного мяса. И — кровь. Повсюду. Даже трава сменила свой цвет, став в почти наступившей ночи чёрной. Последних счастливчиков, которым удалось проскочить до окопов, буквально растерзали каторжники. Копьями, ружейными пулями, мечами и ножами. Умудряясь вспарывать животы лошадям в краткий миг, когда они перепрыгивали через траншею, и тут же бросаясь на падающего всадника, не щадя себя, не обращая внимания на раны. Рогова передёрнуло. Такое ожесточение он видел буквально раз в жизни. И это раза хватило ему на полгода. Именно столько времени он не мог спать нормально после Юхакской мясорубки… Треснула рация:

— Сейе — один — комбату. Отбили атаку пехоты и зверей. Потерь нет. Расход боеприпасов незначительный.

— Командир роты два. У нас спокойно. Можем выделить на помощь две машины.

— Не надо, комроты два. Мы в порядке. Лучше усильте ночное патрулирование. Нельзя, чтобы к нам подобрались незаметно.

— Сделаем, комбат. Держитесь там.

…Хм… А саури промолчал… И тут снова треснуло:

— Ты хорошо дерёшься, комбат. Биться в одном строю с тобой — честь для меня.

— Спасибо, сейе.

Удовлетворённо хмыкнул про себя — хорошо дерусь? Да, собственно, я и не дрался сегодня. Это вот они — мои танкисты, эти каторжники. Их заслуга. Моя лишь в том, что я всех распределил и всё учёл. И — разведчиков. Без них нам пришлось бы куда хуже. А так — били на марше, и не теряли времени, пытаясь распознать цели. Уже знали, что и куда. Представлю к награде. Обязательно…

— Сьере майор, что-нибудь слышно?

Снизу смотрела фиорийка. Махнул успокоительно рукой, одновременно глядя на таймер. Ого!

— Всё нормально. Вроде как на сегодня всё, если ночью не рискнут.

Разобрал, что девушка усмехнулась в ответ:

— Не рискнут. Они знают, кто сейчас против них.

Повернулась в темноту, крикнула:

— Ю-ха-ха!

И тьма ответила жутким многоголосым рёвом, от которого зашевелились волосы:

— Ю — ха-ха!!!

Рогова даже передёрнуло.

— Мы — смертники. Все, кто здесь. Не даём пощады, и не просим её. И они это знают!

— Раз знают — хорошо. Но пора ужинать, тебе не кажется?

Заметил короткое движение горла. Усмехнулся про себя. Точно, пора. Сегодня у пехоты был отдых. Только с полсотни конников. Но завтра будет куда хуже. Он уверен.

Глава 17

Планета Русь.

Николай торопливо открыл дверцу отдельного кабинета роскошного ресторана 'Емеля' в элитном квартале столицы Империи. У него и так болела голова — из-за внезапно ухудшившейся политической обстановки, и продолжающей нарастать внешней напряжённости дела концерна 'Рогов' находились в очень сложном состоянии. Требовалось приложить максимум усилий, чтобы вывести средства из зоны влияния 'Большой Тройки'. Иначе можно было их потерять. Но вывести деньги — не проблема. Куда важнее вопрос — где теперь найти им применение? А вот здесь то и был затык. Корпорация и так имела большой кусок пирога во внутренней торговле, и это вызывало большое недовольство очень многих влиятельных людей Империи. Извечное русское зло — мохнатая рука. Конечно, сейчас давление на фирму значительно снизилось, но запусти Роговы выведенные капиталы в дело, неизбежен наезд. И не только по финансовой линии. А оно нужно семье? Разумеется, нет. Да вкладывать, собственно говоря, их некуда. Рынок настолько насыщен, что нет ни малейшей лазейки, куда можно протиснуться. Хорошо, хоть война закончилась. У людей появилось время, средства, которые они могут тратить с куда большей уверенностью в завтрашнем дне, чем сейчас. И это вызвало подъём экономики, компенсировавший уход русских промышленников из Имамата, Партократии и Демократии и финансовые и промышленные потери. Николай, управляющий семейным предприятием, одним из первых уловил грядущие изменения в Галактике, и начал сворачивать семейный бизнес в этих государствах сразу, как только услышал о гигантском выкупе, преподнесённом майором Максимом Кузнецовым за свою супругу саури. А потом и Дмитрий, вышедший в отставку, прислал весточку о том, что старый друг просит его стать управляющим одного из рудников по добыче огненных сапфиров. Затем ошеломляющая новость о браке Императора Сергея с матерью властителя Фиори. И, поразмыслив, Николай понял, что впереди будут сложные времена. А спустя некоторое время пришла ещё одна новость, его брат женился. И тоже на саури, как Макс. Срочно выводить семейное дело из заграницы в пределы Империи Рогов-средний начал ещё при первом событии. А получив весть о женитьбе брата, просто форсировал события. Он практически успел, потери были минимальны. Можно сказать, не заметны, по сравнению с тем, чего могла лишиться семья, пройди кое-какая информация мимо неё. Многие русские промышленники потеряли от трети, до половины своего состояния. Хотя Рогову было их не очень и жалко — Император неоднократно повторял, что производство должно развиваться в пределах Руси. И рекомендовал торговать лишь готовой продукцией русских заводов. И вот, те, кто его не послушал, сейчас пожинали плоды своей жадности. Да, производить там было выгоднее. Пусть не намного, но всё же выгоднее, чем у себя. Дешевле рабочая сила, отсутствие высоких требований у профсоюзов, которые, тем более, очень дёшево покупались, минимум таможенных пошлин. Но лишиться всего можно было в любой момент после наступления мира. Что и произошло. 'Большая Тройка' и так терпела слишком долго, почти год, пока, наконец, не разродилась законом о конфискации. Так что он, Николай, успел. Да и по совести сказать, у их семьи, как раз, заводов и фабрик за пределами Руси не было. Лишь склады, магазины, торговые центры. Так что теряли они товар. А вот последнего было ну очень и очень много. Потому и сбрасывал он всё, что можно и нельзя, спеша избавиться от всего, одновременно вывозя оттуда русский персонал и всё, что можно было прихватить полезного по дешёвке. Сырьё, новые разработки, кое-какое уникальное оборудование. В общем, в накладе Роговы не остались. Но на их счетах сейчас зависли колоссальные средства, которые некуда было вложить. И вдруг — этот странный звонок в его главную контору с просьбой о срочной встрече к взаимовыгодному удовольствию. Он хотел было проигнорировать приглашение, тем более, что абонент не счёл нужным представиться. Только голос. Причём, женский. Правда, очень приятный. Мягкий, грудной. Но только пока он колебался, ему к уху поднесли второй аппарат, и очень знакомый властный голос порекомендовал согласиться. Мало того — как можно быстрее встретиться с дамой, которая предлагает ему встречу. Увы. Против высшей власти Империи не попрёшь, и Николай нехотя согласился. И вот теперь он входил в роскошный кабинет шикарного ресторана, недоумевая, кому же и зачем он мог понадобиться. В помещении царил приятный полумрак, что удивляло. Ещё — множество цветов в вазах, стоящих на полу. Вздохнув про себя, Рогов-средний беззвучно выругался — похоже, после того как женился старший брат, настала его очередь. Интересно, кого же ему сватают? Опять очередную наследницу? Как достали его эти дуры, считающие, что из-за денег из папаш весь мир должен валяться у них в ногах! Спокойно прошёл по мягкому ковру, уселся в кресло, поднял взгляд на свою собеседницу, и… Едва не прикусил язык, спеша задавить в самом зародыше готовые сорваться с губ не очень вежливые слова. Перед ним сидела саури. Мало того, не просто саури, хотя и до жути, просто неестественно красивая, а… Вдова. Уж в этом он разбирался. Белая повязка вокруг чистого лобика просто кричала об этом. И её жёсткий, смертельно ненавидящий взгляд, обращённый на него.

— Благородная юили…

— Аами ас Садих уль Арийя. Выпуск университета Чемье, деловой факультет года Синего Дракона. А ты — Николай Рогов, который сейчас управляет семейной корпорацией Роговых. Так?

— Да, благородная юили. Всё верно. Но откуда… И — как?

— Юили — обращение к благородным дамам, которые не являются родственниками. Ты должен звать меня юмаи. Поскольку мы теперь родня.

Последнее слово саури словно выплюнула, столько скрытой ненависти было в её голосе, и Николай разозлился:

— Вам не нравлюсь лично я, или все люди, юмаи? И — поясните? Почему мы вдруг стали родственниками, хотя я, лично, вижу вас в первый раз. Если вы о жене моего брата, то его супруга носила в девичестве фамилию ас Садим уль Вермаа, и не имеет ничего общего с вашим кланом.

Саури побледнела от гнева, схватилась за лежащую рядом с ней металлическую самописку, но сдержалась, и с усилием, ровным тоном произнесла:

— Ююми ас Садим уль Вермаа раньше была шурхой Клана ас Садих. И сменила своё имя после изгнания. Теперь я получила этот статус, несмотря на моё происхождение из Клана уль Арийя. Клан ас Садих, получив известие о её браке с человеком из семьи Роговых, долго размышлял, что ему предпринять, ибо оскорбление, нанесённое чести Клана изгнанницей — неслыханно по своей тяжести!

Она стала ещё бледнее, потом, сделав новое усилие, продолжила:

— Поэтому Клан после долгих раздумий принял решение послать по следу отступницы херхов, чтобы наёмные убийцы принесли её голову в Дом Клана, где каждый из нас мог бы проклясть её.

Николай напрягся — они что, не смогли добраться до невестки, поэтому послали эту красотку за ним?! Саури же наоборот, чуть расслабилась, немного откинувшись на спинку своего кресла. До этого она сидела, прямая, словно струна. Бросила вновь злой взгляд на человека, неожиданно для него протянула руку к стакану, стоящему перед ней, сделал глоток воды, как понял Рогов. Облизнула пересохшие от волнения губы, чуть показав кончик языка, затем вновь заговорила:

— По обычаю, мы обязаны были известить Вождя Вождей о нашем решении, ибо использовать херхов Клан может лишь с его соизволения. Но как только прошение дошло до Великого, глава Клана ас Садих был вызван во Дворец Владыки, а вернувшись, объявил волю Вождя Вождей. Слушай же её, человек из семьи Роговых.

Саури полезла куда то под стол, потом выудила на свет свиток, развернув, начала зачитывать угловатые письмена:

— Повелеваю Клану ас Садих простить бывшую шурху Ююми, ибо делает она сейчас для Кланов неслыханное по важности дело, и судьба будущих поколений наших зависит от неё. И тем самым искупила она вину и перед родным Кланом, и перед всеми остальными Кланами нашими. Потому следующим повелением моим будет следующее — одному из Кланов послать к людям своего представителя, дабы основать совместное дело. А поскольку торговля и общее дело, вещь рискованная, то надлежит использовать все связи, включая родственные. Но только Клан ас Садих имеет родню среди людей, ибо дочь их, Ююми ас Садих, стала женой человека, и надлежит Клану выслать из рядов своих того, кто знает торговое дело в пределы Руси, основать предприятие, достойное обеих родов, саури и людей, к вящему процветанию обеих Держав и укреплению мира между нашими государствами. Подписано в год Алого Дракона, день шестой месяца аль-Шурийя…

Перевела дух, свернула свиток в аккуратную трубку, подала его Николаю. Потом снова процедила сквозь зубы:

— Клан выбрал меня, поскольку я окончила Университет Чемье с отличием, прежде чем стала женой брата Ююми, а через два месяца после этого — вдовой…

Пауза. Довольно долгая. И вновь злые слова:

— Я прибыла к вам, человек, узнать — что могут предложить мирам саури люди? И, конкретно, мои новоявленные родственники? Как мне сообщили, семья Роговых богата по вашим меркам. Но у Кланов и людей разные критерии богатства. Ас Самих имеет свои представительства на всех мирах Кланов. Сможет ли Дом Роговых обеспечить товарами двадцать две тысячи лавок, магазинов и торговых центров с оборотом в сорок миллиардов харри в месяц?

Николай, наконец, позволил себе перевести дух от такой кучи неожиданностей и тоже откинулся на спинку кресла. Пошарил вокруг себя глазами, пусто. Кроме стакана воды перед саури, на белоснежной скатерти больше ничего не было.

— Вы не делали заказ, юмаи?

Саури сидела недвижно, словно скала. Лишь расширившиеся зрачки показали, насколько та оскорблена подобным обращением. Ха, значит, так? Посмотрим, насколько ты непрошибаема, де… вушка… Интересно, у неё есть дети? Вряд ли. Ведь по её словам, стала вдовой через два месяца после замужества… Рогов встал со своего кресла:

— Юмаи, серьёзные дела, особенно такое, как это, не обсуждаются в ресторанах, какими бы роскошными они не были. Предлагаю посетить наше представительство, точнее, главную контору нашей семьи, чтобы вы могли составить представление о нашем ассортименте товаров, и выбрали то, что сможете продавать в Кланах. Заодно там же сможем обсудить цены и условия поставки. Насколько вы правомочны решать дела Клана?

Та даже зашипела от гнева:

— Клан постановил назначить меня директором и полномочным представителем с нашей стороны.

Николай удовлетворённо кивнул:

— Замечательно.

Протянул ей руку, которую саури с негодованием отбросила в сторону, смерив человека пылающим презрением взглядом.

— Показывай путь.

— Прошу за мной.

Предупредительно открыл перед девушкой двери кабинета, бросив секретарю, застывшему при виде саури с открытым от изумления ртом:

— Уладь тут всё. Мы — на Красавицу. В главную контору.

Парень мгновенно спохватился, тут же исчез. Николай двинулся вперёд, но тут же остановился — саури стояла на месте. Удивлённо спросил:

— Вы остаётесь, юмаи?

Она зло дёрнула подбородком:

— Пусть ты человек, но, всё-равно, мужчина. И должен идти впереди женщины.

Глаза Рогова удивлённо расширились, но он справился с удивлением:

— Хм, юмаи, вы собираетесь сотрудничать с нами?

— Не по своей воле, но — да.

— Значит, с людьми?

— К чему глупые вопросы, человек?!

— Следовательно, исходя из специфики вашего поручения, а так же учитывая то, что вы являетесь представителем Клана на Руси, вам придётся проводить здесь, в Империи, много времени. Так?

…Опять резкое движение подбородка.

— Так. И что?

— Если не хотите слишком выделятся и привлекать к себе лишнее внимание, вам придётся соблюдать некоторые обычаи людей.

Шагнул к ней, спокойно взял её за руку, невзирая на сопротивление, положил ладонь себе на локоть.

— У нас ходят так. Бок о бок, юмаи.

Повлёк её за собой, не замечая того, что ненависть на мгновение сменилась изумлением… Спокойно вошли в лифт, к счастью, пустой. Николай нажал кнопку этажа, кабина пришла в скольжение. Саури, ещё не придя в себя от того, что держится за человека, с любопытством осматривалась: гладкие полированные панели под мрамор, сияющие хромом вставки между ними, сенсорная матовая панель глубокого чёрного цвета. Мягкий толчок, кабина остановилась.

— Мы… Прибыли?

— Нет. Промежуточная остановка.

И верно. Двери разошлись, внутрь вошли две девушки в красивых платьях. С удивлением посмотрели на застывшую в напряжении саури, отвернулись с надменным видом. Аами напряглась, но Николай накрыл её кисть, лежащую на его локте, своей ладонью, чуть нажал.

— Фи, вырядятся же, деревенщины.

— Ты права, Оля, напялила на себя какой-то дурацкий балахон. Совсем не разбирается в моде.

При этих словах саури дёрнулась, но взяла себя в руки. Теперь настал её черёд внимательно всмотреться в наряды их спутниц, и то, что она увидела, ей явно не понравилось. Опять дёрнула подбородком в уже запомнившемся жесте раздражения. Наконец кабина застыла на месте, дверцы разошлись, и Николай сделал шаг вперёд, выводя девушку из кабины. Девчонки-попутчицы подождали, пока пара выйдет, затем двинулись следом. Рогов напрягся — уж больно ему это что-то напоминало. А ещё — крепкие парни у выхода, чью военную вправку не могли скрыть вечерние костюмы. Их что, пасут? Да. Вопрос — кто? К его удивлению, они смогли дойти до выхода из гостиницы без приключений, если не считать удивлённые взгляды встречных гостей ресторана и гостиницы при виде одетой в бесформенный балахон его спутницы. Наконец, пара оказалась на улице. Подкатил лимузин Рогова, открылась дверь, и мужчина слегка подтолкнул девушку вперёд:

— У нас первыми садятся дамы.

Подождал, пока Аами устроится на мягком сиденье, сел сам, на миг ощутив мягкую округлость бедра, впрочем, тут же отодвинувшуюся, распорядился:

— В представительство.

Водитель кивнул, лимузин мягко тронулся с места, набрал скорость и взмыл в воздух. Саури не смогла дальше сдерживать свои эмоции. В конце концов, по виду ей было лет двадцать пять, может меньше. Совсем молодая. И природное любопытство взяло верх — она прилипла к окну, с жадным интересом разглядывая расстилающуюся внизу панораму столицы величайшей Империи человечества. Николай поймал в зеркальце напряжённый взгляд водителя, обращённый на него, вопросительно кивнул, тот показал ему четыре пальца жестом, направленным вперёд, потом столько же, только на этот раз пальцы были вытянуты назад. Восемь?! Ничего себе сопровождение. Лишнее подтверждение того, что в его встрече с саури заинтересованы очень и очень высокопоставленные лица. Такая охрана! Перед водителем мигнуло текстовое сообщение. Тот кивнул самому себе, машина немного изменила курс. Рогов встревожился, тронул клавишу переговорного устройства:

— В чём дело?

— Нам рекомендовано изменить курс, господин Рогов. Впереди неприятности, и охрана сейчас зачищает её.

— Понятно.

Мелко задрожал браслет коммуникатора на руке, мигнув, вспыхнуло аудиополе, не давая возможность посторонним услышать разговор:

— Николай? Это полковник Васнецов из охраны Императора.

— Я вас не знаю.

— Шестнадцать, сорок четыре, одиннадцать, семь.

Условный пароль, названный ему собеседником перед встречей с саури.

— Что вы хотите?

— Направляйтесь домой. На Красавицу. В вашем офисе сейчас работают сапёры. Обнаружено две мины, и, возможно, в засадах сидят снайперы. Поэтому лучше вам пока побыть в вашем поместье. Тем более, что все образцы товаров уже там. Нам гораздо легче охранять вас там, чем в городе.

Короткое молчание, потом последовало добавление:

— Тем более, что одну машину мы уже потеряли.

Ничего себе… Игра пошла очень жёсткая…

— Хорошо.

Отключил поле, столкнувшись с удивлённым взглядом саури:

— Прошу прощения, юмаи. Срочный звонок. О делах.

И — в переговорку:

— В наше поместье на Красавицу.

Водитель ничем не выдал своего удивления, спокойно довернув штурвал лимузина. Зато саури зло взглянула на человека:

— Что это значит? Мы должны решить деловые вопросы. Причём тут ваша усадьба?

Тут разозлился и Николай, чуть развернулся к ней:

— Юмаи! Я делаю это не по собственной прихоти! Как вы думаете, если нам удастся договориться с вами и запустить совместное дело — скольким людям это не понравится? Только что охрана потеряла машину! Её сбили, потому что они спасали нас. Прикрывали от неприятностей! Вы представитель Вождя Вождей, а не только одного из Кланов, и за вашу жизнь люди несут ответственность! Ибо вы — гость Империи, не одних Роговых! Может, какое то время спустя, ситуация изменится. Я даже уверен в этом, и тогда и вы, и мы сможем спокойно ездить друг к другу в гости. Но сейчас каждый шаг саури в Империи привлекает к себе множество ненужных взглядов.

И, чуть успокоившись после того, как высказал всё этой надменной фифе, уже спокойнее произнёс:

— Наше поместье легче охранять, потому что оно уединённое. А в кишащем людьми городе всегда есть вероятность пропустить врага. К тому же, практически все образцы имеются и там. Так что время впустую мы не потеряем.

Аами вспыхнула, её личико пошло пятнами гнева. Но голос был ровен:

— Там есть связь?

Тут Николай удивился не на шутку:

— Разумеется! Вы что, считаете нас дикарями?!

Ледяной взгляд был ему ответом. Саури отодвинулась ближе к дверце, закинула ногу на ногу, прикрыла глаза, ожидая, когда они прибудут на место. В салоне воцарилось напряжённое молчание…

…Лимузин плавно застыл на месте. Николай вышел первым, осмотрелся — вроде всё тихо…

…Пискнул вызов рации:

— Объект один прибыл в охраняемую зону. Чисто…

…От сферы слежения оторвалась пара больших глаз, устало потянулась:

— Аами на месте. Жива. Эти… Люди… Сыграли честно…

…Саури вышла из машины, опираясь на руку Рогова, с любопытством осмотрелась. Между тем лимузин, едва закрылись дверцы, плавно тронулся, поднимаясь в небо.

— Это…

— Добро пожаловать в семейное гнездо нашего Рода, юмаи.

Чистые, посыпанные гравием разного цвета, дорожки, в обрамлениях живых изгородей, ухоженные деревья. Необычная, на взгляд выходца из Кланов, архитектура. Навстречу спешили необычного вида механизмы, чем-то напоминающие больших, ей по колено, паучков.

— Это что?

Николай проследил за её взглядом, понял вопрос, ответил:

— Сервис роботы. Нечто вроде ваших слуг. Только механические. Каждый снабжён интеллект-машиной, позволяющей ему исполнять порученные задания.

— О! Это уже интересно. Ваша семья выпускает их?

— Разумеется. Это наши модели.

Саури снова замолчала, и Рогов вновь положил её ладошку себе на локоть, потянул за собой:

— Прошу за мной, юмаи.

Неспешное движение по вкусно похрустывающему гравию. Широкая деревянная терраса вокруг раскинувшегося строения поражала. Три ступеньки, даже через обувь Аами ощутила, что дерево покрытия настоящее. Разъехались створки, пропуская их внутрь. Рогов положил портфель на диван, указал на него девушке:

— Присаживайтесь, и приступим к делу?

— Да. Не будем терять время впустую. Его у нас не так много…

Четырнадцать часов спустя.

…Николай с трудом разогнул спину, отрываясь от пачки бумаг, лежащей перед ним, глаза болели, в них словно насыпали песок. Пальцы сводило от непрерывного печатания. Вздохнул:

— Кажется, закончили.

Аами, выглядевшая не лучше него, согласно кивнула:

— Да. Вроде бы всё. Пакет документов сформирован и утверждён, я его подписываю. А вы?

Чёткий росчерк был ответом человека на этот вопрос. Следом последовала подпись саури.

— Уф…

Прикосновение спинки дивана вызвало боль в сведённых мышцах спины. Личико саури тоже искривилось, когда та распрямила поджатые под себя ноги. Пожаловалась:

— Больно. Но я довольна. Человек.

— Ещё бы! Оформить все необходимые документы, согласовать полный ассортимент поставок с ценами и условиями оплаты, решить проблему с денежным эквивалентом для обоих держав, и сформировать первую поставку, вдвоём, да ещё за такое короткое время.

Девушка попыталась пожать плечами, и едва слышно вскрикнула от нового приступа боли, пронзившей затёкшие мышцы:

— Я сама не ожидала ничего подобного.

Внезапно Николай улыбнулся, открыто и спокойно:

— Тогда предлагаю перекусить, принять ванну и лечь спать. А я пока отправлю все бумаги в центральный офис. Пусть приступают к отгрузке. Пойдёмте, я покажу вам ваши апартаменты.

Её брови удивлённо поползли вверх, но Аами ничего не сказала, молча поднялась, но тут же зашипела, наклонилась, растирая ногу, схваченную судорогой. Недолго думая, Николай подхватил её на руки, тем более, что саури была очень красива.

— Вы что творите?!

Дёрнулась та, и мужчина поспешил успокоить её:

— Я отнесу вас наверх.

— Немедленно отпусти, человек!

— Вам больно сейчас идти. А я, всё-таки, мужчина. Не волнуйтесь. Мой долг помочь вам.

— Долг?!

Негодование уступило место удивлению. Затем она отвернулась и замолчала, пока Рогов нёс её лёгкое тело по лестнице. Вот и гостевые апартаменты. Вошёл внутрь, бережно опустил саури в большое кресло. Показал на левые двери:

— Там ванная. Сменить одежду можете здесь.

Вздохнул с сожалением:

— К моему огорчению, одежды ваших миров у нас нет. Как-то не подумали о запуске в производство линии мод Кланов. Но, надеюсь, вы подберёте себе что-нибудь из наших…

Выделил слово 'наших'.

— … нарядов.

Аами напряжённо молчала, и Николай спохватился — ей же наверняка не терпится избавиться от него, чтобы поскорей залезть в ванну:

— Столовая внизу. Я пришлю за вами робота, и он проводит.

— Х-хорошо.

Чуть заикнувшись, ответила та. Склонив на прощание голову, мужчина вышел из комнаты. Ему ещё нужно было передать документы в главную контору, а копию отправить по номеру, оставленному ему девушкой. Аккуратно сложил исписанные и отпечатанные листы в стопку, подошёл к аппарату, набрал короткий вызов своего учреждения, потом набил длинный ряд цифр, тщательно сверяясь с листочком. На котором был номер пункта назначения в Кланах, дождался ответа, запустил передачу. Лист за листом выбрасывался из аппарата обратно, снова складываясь в аккуратную стопочку. Наконец прошёл последний. Прогудел сигнал подтверждения с Руси. Пискнул такой же точно откуда из Кланов. Всё. Теперь дело за остальными, людьми и саури…

Планета Русь.

— Ваше Величество, Рогов только что отправил Клану ас Садих полный пакет документов.

Бровь Сергея поползла вверх:

— Поясните, что значит, полный?

— Уставной документ, договор о намерениях, письмо в регистрационную палату Кланов, согласованный денежный эквивалент для расчётов, перечень товаров человеческого производства и их количество в первой поставке.

— За четырнадцать часов?!

Сергей Шестнадцатый, мягко говоря, был очень удивлён. Секретарь пояснил:

— Ааами ас Садих уль Арийя, представитель и содиректор нового предприятия со стороны Кланов окончила Университет Чемье с отличием, ваше Величество. Данное учебное заведение готовил лучших управленцев и торговцев в державе вашего свата.

Император Руси покачал головой — он был очень удивлён.

— Но и наш Рогов не уступил ей. Они друг друга стоят.

— Совершенно верно, ваше Величество. Стоят. Два сапога — пара.

Сергей задумчиво потрогал свой подбородок, как делал, когда задумывал очередную каверзу, от которой его врагам приходилось долго отдуваться, потом дёрнул головой:

— Мне нужно кое о чём подумать. Кстати, как наши заклятые друзья из 'Большой Тройки'?

— Скрежещут зубами, ваше Величество. При конфискации русского имущества они рассчитывали получить гораздо больше. Хорошо, что мы успели предупредить практически все наши деловые круги, которые соблюдали заключённые ими договора. Так что пострадали лишь те, кто наживался любой ценой.

— И?

— От трети, до половины состояния, ваше Величество, плюс потеря времени на организацию новых заводов и предприятий. К тому же, согласно ваших указаний, у них будет множество проблем при строительстве и оформлении документов, не говоря уж о плотном колпаке для всех их дел и делишек.

— Отлично. Продолжайте операцию 'Мир', Пётр. Это всё?

— Ваш сват прислал сообщение. Только что.

— И ты молчишь?!

Секретарь молча протянул ему лист бумаги с единственной фразой: ' Я не буду против'. Брови Сергея Шестнадцатого вновь поползи к верху:

— И что бы это значило?

— Пока не знаю, ваше Величество. Но мне почему то кажется, что это будет что-то очень любопытное.

— Ну — да. Как обычно. Как только человек и саури начинают общее дело, это заканчивается…

И хлопнул себя по макушке:

— Только этого мне не хватало!!!

Глава 18

Темная ночь только пули свистят по степи

Только ветер гудит в проводах, тускло звезды мерцают

В темную ночь ты любимая знаю, не спишь

И у детской кроватки тайком ты слезу утираешь.

…Старая, очень старая песня. Мы сидим у костра в степи, головка Ююми лежит у меня на коленях. Она пытается сдержать слёзы, но я вижу, как блестит влага через плотно сомкнутые глаза. Простые, немудрёные слова затронули самые потаённые души в её сердце. И не только в её, рядом так же застыли ещё двое, Урх ас Римай, командир первой роты, и Виури Сехоро, бывшая каторжница, заслужившая свободу после той памятной первой битвы нашего батальона и Коалиции. Тогда у нас оставалось по одному снаряду на орудие, патронов для винтовок не осталось совсем. Зато в поле перед нами нельзя было увидеть ни кустика травы, ни кусочка чистой земли. Всё оно было завалено трупами врагов и животных, залито кровью. Я был вынужден отозвать почти все танки к нам, потому что солдаты противника словно осатанели — забыв, что есть другие проходы, они лезли и лезли на нас, устилая поле своими трупами в несколько рядов, гоня носорогов и конницу по ещё шевелящимся телам своих товарищей. Это была настоящая бойня. Дважды им удавалось ворваться на наши позиции, и тогда в дело вступали огнемёты и мечи. Резались не щадя ни себя, ни врагов. На моём боку длинный след от вражеской сабли, они как-то умудрились достать, а я даже не заметил. Тогда меня спасла именно Виури, всадив копьё в спину моего противника. Я лично ходатайствовал перед Неукротимым о её амнистии. Надо сказать, что Атти и сам не ожидал от тех, кто находился на каторге, подобного самопожертвования. Но когда всмотрелся в глаза девушки, опустил взгляд, затем позволил дать ей свободу. Впрочем, и все остальные, кто выжил в сражении, были так же амнистированы и по их просьбе зачислены в армию. И, насколько я знаю, дерутся выше всяких похвал. А Сехоро… Что сказать, встретились два одиночества. Урх потерял всю семью, когда корабль, на котором та летела, попал в гравитационный шторм. Хвала Богам, что люди не имеют к этим смертям никакого отношения. Может, парню удастся забыть о горе? Сейчас, спустя два месяца после той памятный битвы, столько всего произошло, и хорошего, и плохого. Мы понесли первые потери — шесть танков было подбито, угодив в ловушки, построенные нашим врагом. Зато это добавило осторожности остальным, слишком уж уверовавшим в свою неуязвимость. Два экипажа потеряли, когда тех отравили в одной из придорожных харчевен диверсанты. А сейчас мы прощаемся. Наш батальон расформировывают и преобразовывают в полк. Те, кто выжил, разъезжаются по разным городам Фиори, чтобы начать создание новых танковых частей. Ас Римай уезжает в Ганадрбу, где основан учебный танковый корпус. Ему предстоит наладить обучение младшего командного состава. Мы с Ююми летим на Красавицу, но совсем ненадолго, буквально на пару дней, получать новые танки. Остальные — кто куда. Часть остаётся в бывшем батальоне, который очень скоро станет полком. Часть разъезжается по другим городам, где будут созданы новые подразделения. А сейчас мы в последний раз собрались все вместе и слушаем импровизированный концерт, данный нам водителем моего танка. И откуда Сергей знает эти песни?

Как я люблю глубину твоих ласковых глаз

Как я хочу к ним прижаться сейчас губами

Темная ночь разделяет любимая нас

И тревожная черная степь пролегла между нами.

Два месяца непрерывных боёв. Из одной битвы, в другую. Люди, теперь я не делаю различия между настоящими людьми и саури, почернели, осунулись, спали и ели на ходу, спеша туда, где требовалась наша помощь. Практически без отдыха. Измотались до последних пределов, начали допускать ошибки. Эйфория первых побед быстро прошла после первых потерь. Но Атти просил, и мы, засыпая на ходу, шли и шли в бой. Он именно просил, не приказывал. А враг становился всё сильнее и сильнее. Часто нас встречал настоящий артиллерийский огонь, а потом и гранатомётчики. К счастью, наша броня оказалась крепче вражеского оружия, но всё-равно, после каждого боя наши ряды редели. Раненых увозили в тыловые госпитали. Фиори, напрягая все силы, перемалывала одну вражескую армию за другой. И на острие этих жерновов были мы, танкисты. Постепенно Коалиция начала выдыхаться. Всё с меньшей и меньшей охотой солдаты противника шли в бой, доходили слухи о бунтах в гарнизонах, не желающих отправляться на гарантированную погибель. Да и в самой Коалиции было далеко до полного единства. Владетельные господа начали ссориться, обвиняя друг друга в неудачах. Большая Тройка решила применить жёсткие меры, организовав перевороты в Аксии и Михонго. Удачные, к сожалению. На престолы взошли лояльные к чужакам марионетки, и в эти государства хлынуло потоком оружие — ружья, пушки, боеприпасы и машины. Но время было упущено. Фиори выбило врага из своих пределов, более того, были захвачены стратегические плацдармы на вражеской территории, и теперь Неукротимый готовился рассчитаться по долгам, образовавшимся у Коалиции перед его страной.

Верю в тебя в дорогую подругу мою

Эта вера от пули меня темной ночью хранила

Радостно мне я спокоен в смертельном бою

Знаю, встретишь с любовью меня, что б со мной ни случилось.

Накапливались резервы, припасы, оружие. Завершали обучение новые и новые части. Наконец то появилась авиация. Пока — управляемые дирижабли, но всё же и эти машины облегчили наше положение. Солдаты Коалиции боялись летающих машин до потери сознания. Мы перевооружались. Не будь Кодекса, соблюдаемого всеми разумными расами, мы бы давно покончили и со вторжением, и со всеми неприятностями. Но он заставлял нас соблюдать его правила. Точнее, и нас, и наших врагов, прячущихся за спинами Коалиции. Потому что наказание за его нарушение одно — полное уничтожение. Всей расы. Всего вида. Конечно, узнать о его существовании и Арбитрах было шоком для человечества. Поначалу люди даже не поверили в то, что подобное существует. Пришлось убедиться. И то, что произошло после этого, отбило охоту у самых отъявленных и беспринципных политиков нарушать его. С той поры войны изменились. Но в любом случае, ничего хорошего нет в смерти, пожарах и разрушении. Тогда, после подхода так ожидаемого подкрепления, мы вернули себе развалины Астирха. Их защитники дрались до последней капли крови, до последнего вздоха. Обозлённые потерями и неудачей враги, захватив груды перемолотого в щебень кирпича, зверски надругались над их трупами, расчленив их на части. Залитые кровью рыжие останки стен, куски тел, разбросанные повсюду. Я видел всякое в своей жизни, но подобное — в первый раз. И тогда я понял, почему Атти просил не брать пленных. Те, кто совершает подобное, просто недостойны жить…

Смерть не страшна, с ней не раз мы встречались в степи

Вот и теперь надо мною она кружится.

Ты меня ждешь и у детской кроватки не спишь

И поэтому знаю, со мной ничего не случится…

…Завтра мы отправляемся с Ююми в Саль. До него — трое суток пути. Неукротимый уже выслал за нами транспорт. Роскошная карета ожидает только нас. Как и конвой. Машина остаётся в батальоне. Здесь она гораздо нужнее, а экипаж на неё уже обучен и прибыл. Надеюсь, что за три дня мы с женой сможем хоть немного отоспаться, чтобы не бродить по Красавице, словно зомби. Там нам нужна свежая голова и нормальные мозги. Проверить машины, проследить за их отправкой. Кстати, моя половинка надеется встретиться с Аами, узнать у неё новости о Клане и расспросить о родственниках. Ну а я рассчитываю увидеть Николая и остальных. Всё-таки вооружение нам поставляет совместное русско-клановое предприятие 'Ди и Ди'. А мы — официальные представители Императора Фиори… Прощальный костёр в степи. Песни, которые ни я, никто из нас никогда прежде не слышал. Но затрагивающие нечто в нашей душе, что делает нас людьми. Или саури. Воскрешающие в нас человечность…

…Атти с удивлением смотрел на остановившуюся перед ним карету, посланную им за Роговыми. Несмотря на то, что лакеи открыли двери, из неё никто не выходил. Что-то случилось? Император с тревогой взглянул на начальника конвоя, тот успокоительно объяснил:

— Они спят, ваше величество.

— Как — спят? Давно?

— Едва залезли внутрь, так и улеглись. Пару раз выходили, справить нужду или наскоро перекусить. А так — только спят, и всё.

Неукротимый осторожно приблизился, заглянул внутрь — так и есть. Крепко обнявшись, Дмитрий и Ююми спали на расстеленном диване, ровно и глубоко дыша. Начальник конвоя пояснил:

— Последнюю неделю батальон практически не выходил из боёв, ваше величество. Они просто измотаны до последней стадии. И…

Решившись, добавил:

— Им нужно просто отдохнуть. Ещё два три дня, и, по моему разумению, они могли просто умереть от усталости.

Атти зло дёрнул головой — он совсем забыл о том, что танкисты тоже люди и нуждаются в отдыхе. Обстановка на фронте требовала, и он каждый раз забывал, что особый батальон дерётся без сна, без остановочно. Сражение за сражением, битва за битвой. Если технику ещё чинили, то люди дрались, потому что он просил их об этом. И они не щадили себя…

Император отошёл в сторону — у него тоже есть совесть. И он не забудет этого. Ни за что. И никогда. Обернулся к слугам:

— Осторожно положите их на носилки и отнесите в гостевые покои дворца. Пусть они отдохнут, сколько им понадобится. Лучше бы, конечно, там, на Красавице. Но я предоставлю им неделю отпуска. Слово императора. Чтобы не случилось. А сейчас — пускай отсыпаются. И, немедленно, вывести всех танкистов из сражений, дать всем неделю отдыха. Не привлекать к боям и войсковым операциям под угрозой смертной казни в течение десяти дней. За это время пусть механики с заводов приведут все машины в порядок. Личному составу танковых частей приказ один — глубокий отдых! Всем ясно?

Тишина. Лишь опущенные глаза говорят о том, что приказ услышан и понят. Пусть некоторые горячие головы на местах поостынут, а то батальон давно стал некой палочкой-выручалочкой для нерадивых генералов и карьеристов, которых почему то слишком много появилось. Спешат рапортовать, не понимая, что эти добровольцы — самое дороге, что сейчас есть у Фиори. Пришедшие не по приказу, а по зову сердца. Добровольцы, защищающие их Родину по приказу собственной совести. А это — куда важнее любого другого приказа. Расторопные слуги бережно вынули обоих из кареты, уложили на носилки, унесли во дворец. Атти проводил их задумчивым взглядом, затем отправился к супруге. Ооли, кормящая младшую дочь, радостно приветствовала мужа. мужчина присел рядом, прижал к себе держащую у груди ребёнка жену.

— Что-то плохое?

Он кивнул в ответ:

— Я слишком много требовал от них.

— От кого?

Не поняла жена.

— От танкистов. Дмитрий и Ююми здесь.

Личико жены озарилось радостной улыбкой:

— Да? Я очень хочу их видеть!

— Не сейчас.

В её глаза вспыхнула тревога:

— Они ранены?!

Атти отрицательно покачал головой:

— Нет. Они спят. Я слишком много от них просил, а они не хотели мне отказывать. И устали до почти до смерти. Трое суток пути они проспали. И сейчас спят. Так что — пусть отдыхают. Остальных танкистов я тоже отозвал. Иначе мы лишимся всех своих танковых войск.

Ооли внимательно посмотрела мужу в глаза, тяжело вздохнула. Увы. Супруг прав. Она потерпит, как бы не желала встретиться с подругой. Но жизнь Ююми дороже, гораздо дороже её нетерпения…

…Где это я? Дмитрий раскрыл глаза, пытаясь сообразить, где он находится. Высокий светлый потолок, большие окна, сейчас прикрытые бархатными плотными занавесками. Чуть приподняв голову с мягкой подушки, осмотрелся — богатая мебель из драгоценного дерева, возле большой кровати два столика. Рядом сладко посапывала жена, свернувшись калачиком. И при виде мирно спящей Ююми его сердце вдруг затопила такая волна нежности и счастья… Осторожно отвёл пушистый локон с бархатной щёчки. Впрочем, кожа жены немного загрубела от палящего солнца Фиори и ветров. Но этого супруга не стала хуже, наоборот, общие радости и печали сплотили их ещё больше. И, конечно, общее дело. Так и замер, опершись на локоть, глядя на неё, так сладко спящую рядом. Двери помещения бесшумно открылись, и внутрь осторожно заглянула девичья головка в белой накидке, приколотой к высокой причёске, при виде проснувшегося мужчины её аккуратное личико озарилось улыбкой, она было открыла ротик, но Дмитрий приложил палец к губам. Девушка понятливо кивнула, исчезла. Дверь за ней закрылась. Рогов прислушался — спать, как ни странно, больше не хотелось. Он желал совсем другого. Прислушался к появившейся в теле энергии, снова поправил локон…

— Я уже не сплю.

Вдруг сонно откликнулась жена. Открыла припухшие от сна веки, улыбнулась так заманчиво, так нежно, что Дмитрий забыл обо всём, склонился, найдя зовущие губы… А потом была ванна, которую они приняли вместе и опять повторили то, что только что делали в постели. Вытерли друг друга, оделись, вышли из покоев дворца вместе, рука об руку, сияющие счастьем. Их встретила та девушка, что заглядывала проверить, проснулись они, или нет. Склонилась в поклоне:

— Их величества ждут вас, сьере, доса…

Повела по коридорам, вывела на улицу, остановилась перед уже знакомой беседкой, откуда слышались негромкие голоса.

— Ваши величества, ваши гости проснулись.

На пороге увитого плющом строения появился улыбающийся Атти, протянул руку, их ладони встретились, сжались в крепком мужском рукопожатии:

— Ну ты и спать, богатырь! Трое суток в пути, да ещё двое во дворце!

— Ююми!

Взвизгнула счастливо появившаяся за его спиной Ооли, бросилась к жене Рогова, обняла, расцеловала в об щеки, потащила внутрь, усадила за стол:

— Как вы угадали — мы как раз сели пообедать! Ещё два прибора нам!

Слуги мгновенно добавили недостающие предметы. Дмитрий смущённо улыбнулся — его живот громко отсалютовал заливистой руладой, что он не прочь положить в себя кусочек, другой мяса. Или чего-нибудь подходящего ему ещё…

— Мы что, действительно проспали почти неделю?

Рогов не верил своим ушам, но Атти подтвердил:

— Да. Пять суток.

На лице Ююми появилась досада:

— Но ведь мы должны были…

Ооли махнула рукой, успокаивая соплеменницу:

— Успокойся. Мы во всём виноваты, поэтому уже исправили. Можешь не волноваться. Все танкисты отозваны с фронта на отдых. Месяц. Заводские рабочие пока переберут машины. Люди ужасно устали и измотались. Пусть отдохнут. Мы и так… Перестарались, не давая вам ни минуты покоя. Да и наши генералы тоже внесли свою лепту. Сейчас есть кому держать фронт, тем более, что наступило затишье. Основные силы мы перемололи, а новые резервы не успели подойти из глубины Коалиции. Так что твоя совесть чиста. И твоя, Дима, тоже.

— Но мы же должны были ехать на Красавицу, принимать технику.

На этот раз ответил сам Атти:

— Всё уже сделано. Машины находятся на Фиори.

— Значит…

Ююми расстроилась. Она так хотела узнать вести из дома…

— Ничего подобного. Мы тут посоветовались… Словом, у вас неделя отдыха. Можете поехать, отдохнуть. Обещаю, что никто вас не станет дёргать.

Супруги переглянулись. Затем обменялись короткими кивками в знак согласия. Атти лукаво улыбнулся — кажется, этот брак тоже на диво удачен, вот и эта пара понимает друг друга с полуслова…

— Тогда…

— Хоть доешьте сначала!..

…Двери поместья распахнулись, пропуская пару внутрь. Подсеменил робот, приветственно пропищал руладу, встречая хозяев. Дмитрий осмотрелся — хм, кто-то сейчас здесь живёт…

— ИИ, дома есть кто-нибудь?

— Сейчас никого.

— Тем лучше.

Пробурчал мужчина и лукаво взглянул на жену:

— Ну что, тебе готовить отдельную спальню?

Вместо ответа получил шутливый тычок в бок. Жена надула губки:

— Дурачок, что ли?

— Уже и пошутить нельзя?

Оба рассмеялись… После ужина решили пойти к бассейну, благо, на Красавице всегда стояло вечное лето. Ююми выбрала себе смелый купальник, желая подразнить мужа, Дмитрий одел обычные плавки. Вначале купались, потом оба улеглись в шезлонги. Сок. Мороженое. Так пролетело достаточно времени, но идиллию нарушил негромкий звук. Рогов приподнялся, потом произнёс:

— Кто-то приехал.

— Да?

Откликнулась Ююми, нежащаяся в лучах вечернего солнца.

— Будем подниматься?

Муж лениво махнул рукой:

— А, никуда они не денутся. В конце концов, у нас отпуск.

— Угу.

Потом нащупала новую порцию мороженого, стоящую на столе, откусила кусочек, с наслаждением проглотила:

— Мняка!

— Ого! Совсем освоилась!

Дмитрий прикрыл глаза — как же хорошо вот так лежать, в тишине и покое… Плюх! Он дёрнулся, поднимаясь на локте, рядом резко уселась жена. По поверхности бассейна расплывались круги, а под прозрачной водой было видно плывущее женское тело. Что за… Это не Алиса! Между тем неизвестная пересекла бассейн под водой, резко вынырнула, встряхнула головой с длинными волосами, отфыркиваясь и жадно набирая воздух лёгкими.

— Аами! Ты уже?

— Коля?

Дмитрий повернулся на голос — к бассейну спешил брат. При виде старшего, тот ахнул затем раскрыл объятия. Братья обнялись.

— Откуда ты?!

— Атти дал отпуск. Вот, явились на недельку. Не выгонишь?

Получил тычок в плечо:

— Скажешь тоже!

Средний рассмеялся, с любопытством глядя на невестку:

— Здравствуй, Ююми!

Та торопливо поднялась, склонила голову в коротком поклоне:

— Здравствуйте, Николай.

Тот кивнул в ответ, улыбнулся. В это время сзади послышались шаги, и женский голос произнёс с привычным уху Рогова-старшего акцентом саури:

— Не представишь меня?

Николай отступил на шаг назад:

— Верно. Познакомьтесь — мой брат, Дмитрий. Его жена, Ююми. А это — Аами ас Садих уль Арийя.

Перед семейной парой застыла удивительно красивая саури. Но когда она услышала имя Ююми, её точёное личико исказила ненависть, и она сделал шаг назад, выставляя перед собой скрючившиеся кисти рук:

— Ты!

Жена Дмитрия отшатнулась, на лице появилась боль, Ююми опустила голову. Но тут Николай выступил вперёд:

— В чём дело, Аами? Или это не ты зачитывала мне письмо из Клана о том, что жена моего брата прощена?!

В ответ прозвучал шипящий ответ:

— Клан может и простил её. Но не я! Предательница!

Ююми не выдержала, вышла из-за спины мужа:

— Я — предательница?! Клан изгнал меня, за то, что я не захотела выходить замуж за собственную смерть! Горх поклялся убить меня! Вы что, не знали этого?

На лице Аами отразилось безмерное удивление, а супруга Рогова упёрла кулачки в бока:

— И я что, должна была покорно ждать, пока Горху надоест терзать моё тело и он отдаст меня своим солдатам? Никогда! Лучше быть изгнанницей, чем покорно идти на заклание! И я вышла за Дмитрия по собственной воле! Потому что он, человек, вступился за мою честь, за мою жизнь на поединке Судьбы! И победил! Поэтому я с радостью согласилась совершить неслыханное, стать его женой! И счастлива с ним так, как не смогла бы быть ни с кем из моего рода! И мне всё-равно, простил ли меня Клан, или нет, потому что отныне он моя семья, мой муж, мой… Любимый! А ты — дура, раз считаешь меня изменницей!

Дмитрий зло взглянул на вторую саури, стоящую с растерянным видом, потом взял жену за руку:

— Пойдём.

Смерил суровым взглядом Николая, стоявшего столбом:

— Зря ты так.

— Я…

Старший брат махнул рукой, потом неожиданно присел, подхватывая Ююми на руки. На глазах оставшихся у бассейна саури и человека понёс жену в дом. Двери за ними сомкнулись, и Николай повернулся к Аами:

— Скажи мне только — зачем?

Но та стояла, словно столб, повторяя лишь одно:

— Но мы не знали… Мы действительно, не знали о клятве Горха… Мы не знали…

Николай выругался:

— Проклятье! Твою ж…

Резко развернулся, зашагал в дом. Опять саури отмочила. Сколько он с ней мучался! То ей то не так, то это. Все попытки хоть как то приучить её к земным порядкам терпели крах. Из-за этого им уже дважды едва удалось избежать крупных неприятностей. Уладилось просто чудом! Если бы не вмешался сам Император, кто знает, чем бы закончилась вся затея о совместном предприятии… И вот она опять учудила! И на кого наехала? На собственную родственницу! На соплеменницу! Да ещё на родную сестру своего покойного мужа! Проходя мимо дверей комнаты Дмитрия, решительно тронул сенсор. Спустя мгновение дверь распахнулась, на пороге вырос хмурый брат. Краем уха уловил приглушённое рыдание. Проклятая ведьма!

— Чего?

— Извини. Я даже представить не мог, что Аами отмочит подобное. Честное слово! Извините меня!

За спиной Дмитрия появилась заплаканная Ююми, смахнула ладошкой слёзы, и Николаю вдруг стало невыносимо стыдно за поведение своей напарницы, он опустил голову. Но жена брата произнесла:

— Вы совершенно не причём, Коля. И я вас ни в чём не виню. Что касается Аами, то, честно скажу, я ожидала чего-то в этом роде.

— Но она сама зачитывала мне официальное письмо о вашем прощении!

— Я тоже получила такое же. Но, похоже, это лишь красивые слова, а реальность, увы, гораздо более жестока. Простите, Николай…

Она всхлипнула, вытирая вновь выступившие слёзы. Отвернулась, и мужчине стало до боли жаль её. Дмитрий уже мягче посмотрел на брата, вздохнул, положил руку на плечо:

— Что поделаешь. Ладно. Она живёт здесь?

— Наверху. В гостевой.

— Понятно. Я в курсе, что у нашей конторы с ними общие дела. Потерпим.

Николай вдруг понял, что сейчас он лишний и заторопился:

— Вы хоть поужинали?

— Да. Но если захотим ещё, велим принести к нам.

— Разумеется. Вы же не гости, хозяева… Ладно. Не буду вам мешать. Отдыхайте.

Кивнул на прощание, оставляя их одних. Щёлкнул едва слышно замок…

Глава 19

Рогов-средний задумчиво сидел у сонной глади бассейна. Тихо. Ни дуновения. Даже вездесущие птицы умолкли. Почему Аами так резко среагировала на родственницу? И ведёт себя среди людей отчуждённо и злобно? Не может забыть покойного мужа? Ходит вечно в своём нелепом балахоне, вызывая насмешки всех сотрудников. Но прощать подобное оскорбление нельзя. Она посягнула на святое, на семью. Ююми их, Роговых, родственница. Жена старшего брата. Добрая, милая девушка, ласковая, отзывчивая. Эх, повезло брату. А то всё таскался с какими то… Вспомнил приезжавшую с нимраз фиорийку — та сразу начала с перестановки мебели, потом подбор нарядов, требование развлечений. Красивая, но пустая головка. И ничего больше. Ююми другая. Она верная подруга. Та, с кем можно разделить и горечи, и радости. Надёжный товарищ. Честно говоря, он даже завидует Дмитрию. Без раздумий пошла на войну вместе с ним, сражается водном экипаже. А он, дожив до двадцати семи лет, так и не встретил никого, кто заставил бы встрепенуться его сердце, понять, что вот она, его вторая половинка. Что же такое любовь? Настоящая любовь? Красивая легенда о двух половинах одного целого? Или теория психоматриц, которые дополняют друг друга, образуя гармоничное сочетание сущности? Кто знает… Аами. Девушка-загадка. Поначалу вроде бы начала помаленьку раскрываться. Даже пару раз улыбалась на шутки, начала вроде втягиваться. Потом словно подменили. Вновь замкнулась, стала какой-то другой. Может, её кто обидел? Он никогда не слушал её переговоры с Кланом, забота Николая была обеспечить поставки со стороны Империи. Может, на неё давят оттуда? Неизвестно. Или боится, что на Родине узнают о неподобающем статусу вдовы поведению? Одним Богам известно. Или… Или… Зависть? Самая обыкновенная и простая причина! Она ведь вдова. Да ещё совсем молоденькая. Сколько ей лет, если перевести на наши года? Двадцать три? Двадцать четыре? Где-то так. Может, даже меньше. Увидела счастливую старшую родственницу, довольную, вот и сорвалась. Насколько Николай помнит, в Кланах переизбыток женщин, куда больше, чем мужчин, и выйти замуж вдове во второй раз практически нереально. Есть огромное количество молодых красавиц, ещё не знавших мужчины. Так что конкурентки просто дышат в затылок и наступают на пятки. Да. Скорее всего, причина её срыва именно в этом. Насмотрелась на девчонок в конторе, наслушалась их смешков и пересудов относительно своего внешнего вида, да ещё попала на свадьбу одной из секретарш… Точно. Просидела за столиком в одиночестве, когда все веселились и танцевали. Никто из мужчин так ни разу и не пригласил Аами на танец. Впрочем, она и явилась в своём дурацком балахоне на такое мероприятие. Он, правда, хотел её позвать на тур вальса, но когда подошёл к её столику, девчонка посмотрела на него с такой ненавистью, что желание мгновенно пропало, и пришлось пройти мимо, делая вид, что он тут просто мимоходом. Может, тогда он, Николай, совершил глупость?

— ИИ, что делает сейчас Аами?

— Ведёт переговоры с Кланом. Линия на данный момент перегружена режимом конференции.

…Ого! Похоже, то, что рассказала Ююми, взорвало спокойствие очень многих на Родине. Лишь бы обошлось без последствий. Ладно. Пора спать. Время уже, судя по лунам, за полночь. Николай поднялся с шезлонга, на котором сидел, направился в дом. Тихо. Все спят. Неугомонные роботы бесшумно занимаются уборкой. Поднял машинально взгляд к верху и вдруг заметил на галерее, опоясывающей залу, одинокую фигуру. Аами? Та пристально следила за ним. Её проблемы. Спокойно прошёл к своим апартаментам, запер двери, отключил внешний звонок. Завтра выходной, можно поспать подольше. Разделся, вошёл в душевую. Пустил воду. Горячие струи уносили прочь раздумья и осадок, оставшийся на душе после неприятной сцены. Нет. Такое спускать нельзя. А что можно придумать? Попросить ей замену? Кланы согласятся. Выгода и товарооборот за это время уже превысила двухгодичную прибыль семейного предприятия за весь прошлый год. Да насколько он знает, ас Самих сами не ожидали подобного успеха. Если вначале всё было просто, как обязанность, порученная Вождём Вождей, то сейчас его партнёры вошли во вкус и закупки увеличиваются с каждым днём. Да и филиал 'Ди и Ди' набирает обороты — поставки реплик древней техники и их новодельных аналогов забираются фиорийцами во всё больших объёмах. Они, конечно, и сами делают немало, но более сложные вещи, вроде радиостанций, передатчиков, поставок химических ингредиентов приходится делать Рогову и компании. Но привыкать к новому партнёру, вводить его в курс дела… Вот же, ему кажется, или кто- то стучится к нему в комнату? Звонок же выключен. Дмитрий? Ююми? Да нет. Те уже улеглись, когда он проходил мимо их покоев. Родители? Они и так могут открыть любую дверь. Алиса? Она на Светлой. Ей не до визитов домой. Аами? Раньше небо упадёт на землю, и планета станет квадратной. Скорее всего, показалось. Стоп. За размышлениями упустил самое главное — завтра, точнее, сегодня, выходной. Если брат никуда не собирается, надо вытащить их в Парк Развлечений. Ююми, думаю, будет любопытно познакомиться с человеческим вариантом отдыха. А то Дима, он же со своего Фиори и не вылезает. И невестка, насколько я слышал, просидела на руднике безвылазно почти год. Нет, решено! Едем с утра в Парк!..

В столовую, где царило мрачное молчание, он вошёл в приподнятом настроении. Пожал руку брату, улыбнулся невестке, молча кивнул Аами, сидевшей на дальнем конце стола. Устроился поудобнее рядом с Дмитрием, с аппетитом наворачивая манную кашу с молоком, подмигнул тому, мрачно ковыряющемуся в картошке с бифштексом:

— Какие планы на сегодня?

Брат сердито пожал плечами, показал глазами на Аами.

— Предлагаю прокатиться в Парк. Не оброс ещё мхом на Фиори? Да Ююми, думаю, будет интересно.

— В Парк? Это куда?

— У нас неподалёку открыли новый Парк Развлечений. Аттракционы, выступления артистов. Есть даже дискотеки.

Ююми шевельнула острыми ушками. На хмуром лице скользнуло любопытство:

— Парк? Развлечений? А что там делают?

— Отдыхают, малышка.

Прогудел её муж. Потом вдруг улыбнулся:

— А что, поехали! Действительно, уже тыщу лет не отдыхал, как белый человек! Поехали, милая?

— Если ты так хочешь… А проблем не будет?

— Какие проблемы, Ююми?!

Удивился Николай.

— Здесь очень многое переменилось, поверь!

Хитро прищурился:

— Только вот придётся наряд сменить.

Невестка сидела в скромном сарафанчике. Удивилась, и Рогов-средний поразился, насколько живое у той личико — все эмоции отражались на нём, как в зеркале.

— Это как?

— Парк Развлечений — место для отдыха. Значит, что-нибудь весёлое, и, естественно, купальник! Там огромный аквапарк!

— Да? Шикарно! А то…

Дмитрий замолчал, но намёк был понятен. Сидеть дома, глядя на мрачный взгляд Аами, как то не было желания. А если брат говорит, что проблем не будет, то стоит доставить себе и жене удовольствие. И нормально отдохнуть, в конце концов. Сразу после торопливого окончания завтрака все трое стали собираться. Ююми умчалась переодеваться, Дмитрий тоже, Николай уже собрался, ещё до еды. Вызвал транспорт. Вскоре появились родственники. Весело уселись в машину, умчались, не замечая следящих за ними глаз, полных слёз. Аами смахнула влагу с ресниц. Опять… Они — семья. И проклятая отверженная её равноправный член! Похоже, люди действительно приняли ту за свою. Оделась в этот нелепый человеческий костюм, не оставляющий места для фантазии, ничуть не заботясь о соблюдении канонов и правил. Волосы распустила по плечам. На шее — богатое ожерелье. А ей опять придётся проводить время в тоске и одиночестве. Вчера она поддалась эмоциям, даже постучалась к двери комнаты человека Николая, желая передать через него извинения старшей. Но тот даже не соизволил открыть. Да, нагрубила. Оскорбила. Но… Какая же она счастливая, Ююми! И как ей завидно, глядя на её счастье… Затребовала у ИИ кофе. Робот принёс ей чашку ароматного напитка. Подумать только, у этих варваров такой благородный напиток! Сделал несколько глотков, пытаясь сосредоточиться на том, чем заняться, но из головы не выходила улыбающаяся, веселая золовка, довольно перешучивающаяся с деверем, и сильная рука мужа, лежащая на тонкой талии, подставленной солнцу коротким топиком, обнажающим пупок. А на улице тепло. Солнечно… Выглянула в окно, подняла глаза к бескрайнему небу, по которому плыли редкие белоснежные облака. Чем то напоминает планеты саури. Только атмосфера тут другая. Не в кислородном, в духовном смысле. Может, люди не ощущают, но она, истинная саури, это чувствует… Да сколько же можно сидеть в четырёх стенах?! В конце концов, она и так просидела в затворничестве столько лет во Дворце ас Самих! Решительно рванула двери гардероба — Рогов сказал, что она может взять любую подходящую ей одежду? Пусть так и будет! Ох… Глаза разбежались.

— ИИ, я еду в Парк Развлечений. Что мне лучше одеть?

Тут же перед глазами вспыхнуло её собственное изображение. Это купальник? А это… Какое бесстыдство! Не сдержавшись, произнесла мелькнувшую мысль вслух, вместо ответа загорелось изображение — целые толпы одетых в подобные наряды людей Раз так… Она не хочет выделяться. И… Если быть честной самой с собой, тоже бы хотелось ощутить сильную мужскую руку на своей талии. Хотя бы раз за три последних года…

…Вызванное ИИ такси высадило саури перед украшенной цветами огромной аркой, на котором человеческим шрифтом красовалась надпись 'Парк Петрушки'. Туда спешили толпы людей: мужчины и женщины всех возрастов, юноши, девушки, дети. К огромному облегчению, Аами ничем не выделялась среди остальных. Решительно поправив сумочку, висевшую на шее на человеческой моде, направилась ко входу. Так. Право входа бесплатно. Спокойно миновала короткую тень, отбрасываемую аркой, смешалась с толпой, разглядывая всё, что попадало по сторонам. Визг, крики, смех. Множество указателей. А это что такое? Колесо обозрения? На огромном, великанского размера решётчатом колесе были подвешены кабинки. Само он вращалось, люди платили, заходили внутрь прозрачной кабины, садились на удобные диванчики. Неспешно поднимались к небесам, разглядывая расстилающуюся перед ними местность. Попробовать? Человеческих денег у неё хватает. Аккуратно пристроилась в конец короткой очереди. На неё не обращали внимания, и от этого становилось как-то легче на душе. Молодой человек ловко распахнул дверцы кабинки:

— Не забудьте пристегнуться, госпожа.

Она поблагодарила коротким кивком, устроилась у большого, почти ей до колен, окна. Широкий ремень свисал с дивана. Защёлкнула пряжки. Никаких неудобств. Тут же вслед за ней заскочили ещё трое — человек, человечка, их ребёнок. Мальчик лет пяти. 'Симпатичный'. Отметила про себя саури, отвернулась к окошку. Внизу было… Красиво. Расстилающаяся бескрайняя зелень парка, сквозь которую виднелись крыши павильонов. Молодая пара сидела спокойно, болтая негромко о чём то своём. Лишь ребёнок беспокойно ёрзал на своём месте. Аами задумалась — где же искать Роговых? И… Стоит ли? Можно, в принципе, не навязывать им своё общество, просто быть неподалёку. Проследить, чем они занимаются…

— Мама, мама, а я видел саури и двух дядей с ней!

— Да? Это вряд ли, Мишенька. Откуда у нас могут взяться саури?

— Но я видел, видел!

Заболтал ногами малыш. Потом вдруг выпалил:

— И тётя с нами — тоже саури! Вон у неё уши какие!

Аами покраснела — хотя она и постаралась прикрыть их волосами, но, видимо, острые кончики пробились через причёску. Отец спокойно ответил ребёнку:

— Не выдумывай, Миша. Саури у себя в Кланах. Что им делать на Красавице? Тебе кажется.

Мальчуган обижено замолчал, насупившись. Воцарилась тишина. Кабина уже опускалась, совершенно бесшумно. На высоте был ветер, лёгкий пластик качнуло, человечка испуганно взвизгнула, покраснела от смущения. Её муж положил супруге руку на обнажённое плечо, привлёк к себе. Саури остро позавидовала человечке. Отвернулась вновь к окну. До земли остаётся уже немного. Пора расстёгивать ремень. Щёлкнула замком. Люди тоже завозились. Первым избавился от привязи человек, развернулся к ребёнку, чуть задев ногу Аами, извинился, снова сел. Его человечка уже избавилась от ремня самостоятельно.

— Мальчик, а где ты видел саури и двух мужчин?

— Возле аквапарка, тётя саури.

— Спасибо, Миша.

Кивнула малышу, как равному. Потом взглянула на опешивших родителей:

— Мы уже живём здесь.

…Как вовремя открылись двери кабины! Она выскочила наружу, несмотря на лёгкое раскачивание, ловко пробежала по лесенке, на миг застыв у схемы, мгновенно отпечатавшейся в тренированной памяти. Значит, ей налево! Быстрым шагом направилась к виднеющейся невдалеке огромной плоской крыше. 'Аквапарк'. Сюда то ей и надо! Билет стоил сущую мелочь. Получила жетон от кабинки-раздевалки. Там же можно было оставить и ценности. Одела браслет на запястье. Открыла двери. Крохотная комнатка с небольшой лежанкой, душем и шкафчиком. Быстро сняла с себя одежду, оставшись в крохотном, просто микроскопическом одеянии, именуемым людьми купальником. Заколебалась — можно ли показываться в подобном одеянии другим? Как же стыдно! В поместье Роговых она плавала в глухом, который Николай называл почему то 'детским'. Но тот был хоть более-менее приличным. А тут — две полоски ткани, едва прикрывающих грудь и ягодицы. Осторожно выглянула из двери, едва удержала возглас изумления — по коридору шествовала группа человечек в куда более откровенных нарядах, чем у неё. Впрочем… Вон там, точно такой же фасон! Только цвет другой! Была, не была. В конце концов, никто её тут не знает… Вышла, двинулась туда, куда спешили все остальные… И с испуганным визгом покатилась по длинному, полному струящейся воды извилистому желобу. Впрочем, кричала не только она — устроители аттракциона подшутили над всеми посетителями: внутрь большущего зала люди могли попасть лишь таким образом. С громким плеском Аами вылетела в бассейн, наконец, смогла поймать равновесие, и невольно улыбнулась. Это было здорово! Осмотрелась по сторонам — множество горок, вышки, какие-то непонятные её аттракционы. Ого! А это что такое? Люди, стоящие на плавучих досках. Время от времени навстречу им прокатывалась большая искусственная волна, и на её гребне катальщики неслись вниз. Как интересно! Но, главное, конечно, горки. Вон там что-то очень интересное — большая спираль, по которой на небольших матрасиках несутся весело визжащие человечки!.. Она тоже хочет! Быстро взбежала вверх по лестнице, вот и очередь! Ну почему, как только что-то интересное, толпятся эти люди?! Нетерпеливо переминаясь с ноги на ногу, дождалась своей очереди получить небольшой матрасик, аккуратно положила его на край желоба, чуть-чуть оттолкнулась! Ух! Даже дух захватывает, когда тот стремительно несётся вниз, описывая круги! Со всего размаху плюхнулась в бассейн, подхватив в полёте края, получилось совсем, как у тех людей, катающихся на своих досках. За счёт инерции разом преодолела четверть дистанции до бортика! Почувствовала в себе… Не может быть! Как давно ей не было так легко! На несколько мгновений отрешиться от печалей, снова ощутить себя юной весёлой девушкой! Ещё! На этот раз не надо стоять в очереди! Вон, небольшая заминка! Юркнула вперёд, на бегу подставляя матрасик! Ю-ха! Влево, вправо, круто по бортику! Полёт! Плюх! Сноп брызг в разные стороны, как же ей хорошо! А теперь — на вышку! Качнуться раз, другой, она любила прыгать с такой же точно в университете! Даже была кандидаткой в команду на соревнования, но… Замужество… Не подобает невесте Раса ас Самих заниматься столь низким делом… Тело отточенным, не забытым за годы движением вонзается в кристально чистую воду. Несколько сильных гребков выносят её на поверхность. А это что за хлопки? Аплодисменты? Кажется так выражают свой восторг люди? Да. Вон стоят, бурно бьют в ладоши! Так это — ей? Неужели… Надо проверить! Снова быстрый бег наверх. Пара глубоких вдохов, чтобы успокоить дыхание. Замереть на краю. Качок, другой, на пружинящем краю доски. Поймать ритм, толчок! Тело словно зависает в воздухе. Один оборот. Второй, третий. Переворот в воздухе. Пора! Распрямиться, словно пружина, и вновь, как сталь в тело, почти без брызг. Боги! Как же они восторгаются ей! И этим людям плевать, что она саури. Неужели они не видят её уши? Волосы намокли, плотно облегают вытянутый череп, острые кончики торчат наружу. Но они хлопают и кричат, радуясь её мастерству… Нет. Хватит. Устала. Надо бы ещё прокатиться по тому желобу. Уже спокойно подошла к выдающему матрасики распорядителю, тот с сожалением развёл руками:

— Одну минуту, госпожа, сейчас доставят свежую партию. Кончились. Подождите, пожалуйста.

Беспомощно оглянулась, и… Её ладонь сжала сильная рука, повлекла вперёд. Знакомый голос:

— Поехали вместе!

…Николай? Человек Николай Рогов?! Да. Это он… Расстилает матрасик, Осторожно усаживает её вперёд, сам устраивается позади. Его руки ложатся ей на талию, и почему внутри всё сладостно замирает. Невольно она подаётся назад, опираясь на него, ощущая спиной грудные мышцы, рельефно выдающиеся у мужчины. Ноги обоих синхронно сгибаются в коленях, толкая матрасик вперёд. Начинается скольжение, брызги, восторг, ей весело. И — очень хорошо! Плюх! Под тяжестью тел матрас зарывается в воду, отфыркиваясь, она выныривает, и первое, что перед ней — рука, подхватывающая её ладонь, вытаскивающая её на поверхность. Рывок, впрочем, довольно аккуратный, даже нежный. Она становится на ноги, но в это время кто-то толкает саури в спину, и Аами простирается на груди Николая. Впрочем, от толчка тот тоже валится в воду, и, отфыркиваясь, оба выныривают, держась друг за друга. Саури оборачивается — перед ней улыбающаяся Ююми. Смеётся. Как же — подшутила. А руки Николая вдруг сцепляются на её животе, прижимают к себе, и Аами не хочется, чтобы он расцепил свой замок.

— Не выдержала?

Ругаться совсем не хочется. И обиды никакой нет. Больше того, она чувствует, как рот сам расплывается в улыбке. Резкое движение. И сноп брызг вырывается из сомкнутой чашечкой ладони. Ююми смеётся, закрываясь, А Николай, что он делает? Боги! Но как же хорошо ощутить себя поднятой крепкими мужскими руками. Какое блаженство. Теперь она понимает старшую, которую вчера точно так же несли на руках в дом. И голова сама ложится на грудь мужчины, а руки обнимают за шею. Впервые за столько лет Аами чувствует себя женщиной, желанной кому — то, а не чужой приживалкой, которую и выгнать нельзя, и пристроить некуда…

— Гхм…

Дмитрий? Ну почему он испортил такое прекрасное мгновение?! Николай отпускает её, ставит в воду. И очарование исчезает, тая стремительно, словно струйка дыма под ураганом.

— Аами, не хочешь перекусить с нами?

— Перекусить?

Ююмии выглядывает из-за плеча мужа, подмигивает:

— Будешь шашлык?

— А что это такое?

— М-м-м-м…

Стонут трое дружно, закатывая глаза под брови.

— Ты никогда не пробовала? Это же просто чудо!

…Они встречаются у выхода из Аквапарка, и все с одобрением смотрят на её не подобающий наряд. Николай берт её руку. Как тогда, в первый и единственный раз, когда они впервые встретились, кладёт её на свой локоть. Но Аами это не нужно! Почему Дмитрий идёт с Ююми, обняв её за талию, прижав к себе, а ей такое не позволительно? Она тоже живая! И тоже женщина! Руки сами берут ладонь человека, водружают её на талию. Он, кажется, растерян. Ну и что? Плотнее прижимает правой ладонью его руку. Ей хорошо! Ему тоже… Приятно. Она же чувствует… Пахнет дымом, мясом, чем то ещё. Очень вкусно пахнет! Дмитрий неохотно отпускает Ююми, идёт к одетому в белое человеку у древней жаровни. Тот священнодействует, готовя таинственный шашлык. Тем временем Николай подводит её к очень простому столику из белого лёгкого пластика, выдвигает плетёное из прутьев креслице.

— Так, ждите нас, красавицы.

Во второе кресло, напротив, усаживается Ююми. На лице лёгкая задумчивость. Хочет чего-то сказать или спросить, но тут появляются братья. У них два подноса, на которых стоят тарелки с горячим мясом на металлических палочках, соусы, бутылка вина. Лёгкого, красного цвета. Подмигнув ей, Николай первым вгрызается в еду. её соотечественница ест, осторожно откусывая маленькие кусочки. Очень вкусно! Просто невероятно! Пахнет настоящим дымом, придающим мясу невероятный вкус и аромат! Какая прелесть! А вино такое сладкое и приятное, совсем не пьяное. Оттеняющее сочный вкус великолепного блюда… Какая прелесть! Оказывается, у людей есть просто чудесные вещи! И… Его рука на её талии, это ощущение теплоты и надёжности, поддержки и уверенности в себе… Как жаль, что это всего лишь миг счастья. И скоро, совсем скоро, всё будет вновь точно так же — серо и буднично. Лишь работа, работа, и ещё раз работа, на благо Клана.

— Аами…

Ой… Почему его голос так нежен и добр? Что он делает?! В пальцах зажат платок. Он… Вытирает слёзы… Её слёзы, против воли навернувшиеся на глаза… И задумчивый взгляд, который он не отводит. Прочитает ли человек мысли саури? Поймёт, чего она желает всем сердцем, и чего навеки лишена? Сможет ли? Нет. Не понял. Видно, такова судьба, безжалостная к вдовам…

Глава 20

…Лимузин семьи Роговых ждёт их возле выхода из Парка. На небе уже зажглись первые звёзды. Сказка закончилась. Прохладно. А на ней почти ничего нет. Аами зябко передёрнула плечами и вздрогнула от неожиданности — Николай торопливо сдёрнул с себя рубашку, набросил ей на плечи.

— Замёрзла?

— Немножко.

Бесшумно открывается дверца, Старшие Роговы садятся справа, они — слева. Николай пропускает её первой. Машина просторная, и места хватает всем, Но почему то Аами сама прижимается к тёплому боку человека. Ей приятно ощущать его силу и уверенность, его мужественность. В нём нет утончённости саури, но зато есть та надёжность, которую любая женщина, будь она человек или саури, ощущает инстинктивно. Сильная рука ложится ей на плечо, обнимает. Как же хорошо. Жаль, что дорога так коротка. Рука Ююми ложится ей на колено. Незаметное, ободряющее нажатие. Она что, одобряет? И не таит зла за вчерашнее? Как же Аами стыдно перед старшей… Как стыдно… Щёки горят. Внезапно по телу прокатилась словно огненная волна. Сердце бешено колотится. Это от вина? Нет. Они выпили всего по бокалу. Чуть-чуть. Это что-то другое. Совсем другое. Наверное, от близости Николая. От его ауры, доброты и чего-то ещё. Дверцы вновь бесшумно открываются, снова пахнуло прохладой. Ююми и Дмитрий уходят в дом, это они вдвоём замешкались. Но… Завтра снова рабочий день. Опять злые взгляды человечек, их перешёптывания за спиной, обсуждения нелепого вида… Но если тот гардероб действительно предназначен ей, и никто не сказал ни слова, что саури воспользовалась одеждой людей, почему она не может продолжать пользоваться им раньше? Попробовать? Но сначала… Сначала… Да. Она сделает это. Именем Светлых Богов, сделает! Потому что хочет чувствовать себя живой женщиной! Тем более, что последствий не будет, и Николай, настоящий мужчина, будет молчать о случившемся. Она чувствует его сожалеющий взгляд, смотрящий ей в спину, когда бежала вверх по лестнице. Быстрее в душ, торопливо сполоснуться, прыснуть вот этим на себя. Какой чудесный аромат! Не зря его расхватывают в мгновение ока женщины в Кланах! И — вот это. Прозрачное, ничего не скрывающее ночное одеяние… Нет! Не нужно. Ничего не нужно! Только набросить на себя тот самый халат, в котором она ходит в этих комнатах, когда её никто не видит. Поправить волосы, дать им спокойно стекать по телу вниз. Набрать побольше воздуха в грудь, и пока волшебная ночь не закончилась и решимость не исчезла — быстрее вниз… Еле слышный через толстую дверь звук вызова. Надеюсь, что Николай ещё не спит… Шаги? Да. Дверь распахивается. Он стоит перед ней, в этих своих коротких штанишках, рот приоткрывается в удивлении. Теперь шаг вперёд, оттолкнуть его от прохода, чтобы двери закрылись за ним. Приложить палец к губам человека. Не надо, не надо никаких слов, никаких вопросов. Молчи! Ни слова. Молю! И… Кажется, он понял… Как же приятно вновь ощутить себя на его руках, почувствовать желанной… Постель? Наконец то! Боги! Как… Как… И высшее наслаждение, дарованное Природой — Матерью… Спит? Да. Его руки прижимают её к своему телу. Тёплому. Большому. Уютному и родному. Да. Теперь он самое близкое существо во Вселенной для неё. Он, вновь позволивший ощутить ей жизнь заново… Как… Как… Как чудесно… И его нежность и доброта… С Рамом, да будет ему легко в Садах Богов, было совсем по другому. А человек… Это… Благодарю вас, Боги Светлые и Тёмные, что дали мне ещё раз в жизни кусочек счастья… А теперь мне пора. Халат… Он лежит скомканной тряпочкой возле кровати. Только бы человек не проснулся. Боги, даруйте мне эту милость… Молю вас! Не проснулся, пока я вывинчивалась из его объятий, словно атласная ленточка. И матрас не скрипнул, не зашуршало бельё. Набросить одежду, ещё раз взглянуть в его лицо, чтобы запомнить… Больше такого не будет. Я просто не смогу! И не решусь ещё раз… Прости меня, человек… Николай… Коля…

Дверь открывается совершенно бесшумно, но, кажется, он что-то почувствовал. Его руки заскользили по одеялу. Ищет? Быстрее! Просочиться, словно капля воды в щель между полотном и стеной. Словно призрак в ночи, бесшумно подняться по ступеням. Вот и моя комната. Всё. Я на месте. Теперь надо не умереть от стыда утром и сделать вид, что ничего не было. А пока я сползаю вдоль двери на пол, на мягкий ковёр и плачу, кусая свою руку. Потому что совершила грех. Поддалась своим чувствам, своим эмоциям. Поставило своё выше Клана…

…Ушла. Она думала, что я сплю. Но я просто думал. Думал, как же мне дальше быть с этой саури. Что делать утром, днём, вечером… Когда я увидел её, прыгающей с двенадцатиметровой вышки, то просто не поверил своим глазам, подумал — обман зрения! Но это действительно была Аами. В простом белом купальнике из верха и двух треугольников, соединённых блестящими кольцами. Она вошла в воду, словно нож в масло. Почти без брызг, показав высочайшее искусство. А потом, под бурные аплодисменты видевших её прыжок, взобралась на пятнадцатиметровый трамплин, и… Тройное сальто с вращением вокруг оси, такой же идеальный вход — все были просто потрясены! Даже на Играх Молодёжи я не видел ничего подобного! Высочайшее мастерство! Ююми вообще застыла с раскрытым ртом, когда поняла, что это её родович. И — бурные, неистовые аплодисменты собравшихся отдыхающих. Гордая улыбка на её личике… Нам удалось поймать саури на серпантине. Как вовремя кончились подстилки! Не знаю, что на меня нашло, но я поймал её ладонь и усадил впереди себя. А потом она прижалась ко мне, и я не придумал ничего лучшего, как обхватить её за тонкую талию. А Аами прижалась ко мне ещё плотнее… Сама. Я не делал этого… Её ошеломление от шашлыка, чуть хмельная улыбка, и… Она сама положила мою ладонь себе на талию. И, чёрт меня побери, это было потрясающее ощущение! Я чувствовал её запах, молодого, здорового тела. Её чистоту, испуг и наивность. И мне было жаль совсем молоденькую девушку, ставшую изгоем среди живых. Ююми успела рассказать, как живётся вдовам в Кланах… А потом она умчалась быстрее вихря. К себе. Я подумал, что наступило протрезвление, и больше я не увижу той девушки, что очаровала меня в парке. Но… Звук вызова. Я уже было лёг, но сон не шёл ко мне. Я вспоминал свои ощущения, когда обнимал её. Когда её головка лежала на моей груди, а я держал на руках гибкое тело… Димке не спится, что ли? Открыл дверь и едва не проглотил язык от изумления — Аами… Словно кошка проскользнула в дверь, оттолкнула меня, захлопнув замок за собой. А потом посмотрела мне в глаза, и… Я был бы последним подонком во Вселенной, если бы отверг её! Но даже я, со своим опытом, ибо саури была у меня далеко не первой женщиной в жизни, не ожидал ничего подобного… Словно корабль, вздымающийся на гребень шторма, наслаждение волна за волной охватывали меня не желая окончиться. Наконец, когда мы оба затихли, я инстинктивно прижал её к себе, желая защитить от прошлых и будущих невзгод, закрыть собой. И Аами так доверчиво уткнулась своим носиком мне в плечо, тепло и приятно посапывая во сне. А я лежал и не знал, как мне быть дальше. Потому что она… Она… Чудо! И то, что мы встретились — Дар Богов. Я это знаю! И я не хочу её терять! Теперь я знаю очень много, спасибо невестке, рассказавшей мне столько об обычаях саури. Знаю, и почему она так сорвалась при виде Ююми. И это ещё удивительно, что обошлось только руганью. Но Аами… Что мне делать? Как теперь поступить? Пока я знаю одно — завтра она оденется в нашу одежду. Это точно! Если опять напялит свой дурацкий балахон, который ей положено носить, как вдове, я её просто раздену и лично выберу ей платье! Чу… Слабое шевеление. Приподнимается на локте, всматриваясь мне в лицо. Замирает… Потом очень осторожно выбирается из-под моей руки. Находит свой халат. Бесшумно крадётся по спальне. Спустя минуту чуть слышно щёлкает замок. Ушла. Почему? Боится, что утром Дмитрий и Ююми застанут её в моей спальне? Или собственной смелости? Ведь то, что совершила саури, придя ко мне в спальню неслыханный по смелости поступок. Или по своей безнравственности. Если судить по обычаям Кланов. Пойти за ней. Вернуть? Нет. Это было бы логичнее всего, но Аами сейчас и так напугана тем, что произошло. И ей надо побыть одной. Нельзя, ни в коем случае нельзя давить на саури, иначе всё может закончиться очень плохо…

…Утром мы вновь встречаемся в столовой. Хвала Богам, Дмитрия и Ююми пока нет, я могу подойти к саури. Но меня встречает холодный, просто ледяной взгляд. Девушки, ради которой я был готов достать звезду с неба, больше нет. Передо мной вновь облачённый во вдовий балахон враг, вынужденный сотрудничать с людьми. Куда пропало моё чудо? Она зло цедит:

— Забудь! Я поддалась слабости, но больше этого никогда не будет, человек!

И слово 'человек' буквально выплёвывает с такой ненавистью, какой я раньше от неё не ощущал. Но это ещё не всё:

— Я никогда не забуду, по чьей вине лишилась мужа! Не забуду!

Ах, ты же… Раз так, то вот тебе!

— Хорошо. Забуду. Но как второй директор компании, я запрещаю тебе приходить на работу в этой одежде. Либо буду настаивать на твоей замене.

Тяну за балахон, потом добавляю:

— Ты работаешь среди людей. Поэтому, будь добра, уважай наши обычаи.

Отворачиваюсь, сажусь за стол. Роботы вопросительно свистят, но я машу рукой, отказываясь — надо дождаться брата и его жену. Те, наконец, появляются, на лицах улыбки. О, чудо, Аами робко улыбается невестке, кивает Диме в знак приветствия. Те отвечают, вопросительно смотрят на меня. Неопределённо пожимаю плечами, благо саури уткнулась в свою тарелку. Она быстро доедает, торопливо уходит наверх.

— ИИ, что делает гостья?

— Она в гардеробной.

Хе-хе… Послушалась! Значит, 'поддалась слабости'? Будем вскрывать твою раковину постепенно, Аами… К машине она выходит… В платье. Строгом длинном тёмном платье до колена. Элегантном и красивом. Эх, к нему бы ещё…

Приказываю лимузину притормозить у ювелирного магазина братьев Сорокиных. Самый большой и дорогой в нашем деловом районе. Саури встревожена задержкой, но я велю машине подождать меня, и через пять минут возвращаюсь. В руках у меня длинный бархатный футляр. Протягиваю его девушке:

— Одень.

— Что это?

Она напугана не на шутку.

— Твоё платье красиво. Но к нему необходимо вот это.

Открываю замочек — внутри жемчужное ожерелье. Скромно и со вкусом. Сегодня Аами собрала волосы в замысловатую причёску на затылке, и такое вот украшение прекрасно оттенит и красоту её шеи, и цвет и элегантность одежды. Лимузин тормозит у дверей конторы, охранник торопливо нажимает на кнопку открывания дверей, створки расходятся, и мы вдвоём, бок о бок, на этот раз саури не плетётся позади в трёх положенных шагах, входим внутрь. Глаза одетого в униформу компании служащего округляются от изумления, когда он узнаёт в моей спутнице содиректора конторы. Лифт уже вызван, в его отделанную мрамором кабину мы входим вновь вдвоём. Называю этаж, машина приходит в движение.

— Ты доволен?

О! На этот раз без привычного 'человека'! Откликаюсь:

— Да. И… Когда мы одни, можешь называть меня просто по имени. А не по названию вида.

На щеках девушки появляется слабый румянец, чтобы исчезнуть. Кабина останавливается, двери расходятся в стороны, и мы входим в контору. Все уже на местах, саури производит фурор, когда шествует по коридору. Пара девочек вдруг округляет глаза до совсем уж невозможных пределов, тычут пальцами в голосферу. Потом в Аами. Надо бы узнать, в чём дело. Подхожу к заведующему помещением учреждения, отдаю пару распоряжений в пол голоса, чтобы саури их не услышала. Но той не до меня — я вижу, как она напряжена. Но походка — просто королевская. Высокие каблуки туфель ей изумительно идут, и я даже не верю, что эта неземная красавица таяла ночью в моих объятиях… И будет таять! Клянусь! После обеда мы уезжаем на встречу с нашим клиентом. И это уже до конца рабочего дня. Остальное доделаем дома, в моём кабинете. Лимузин привозит нас в поместье. Дмитрий и Ююми хлопочут возле нас, потому что по нашему внешнему виду понятно, что заключение контракта было делом нелёгким. Если бы не новый имидж Аами, мог бы сорваться вообще. Но девочка оказалась неплохим психологом: пару раз наивно похлопала своими длиннющими пушистыми ресницами, округлила ротик в восторге, поправила выбившийся якобы из причёски локон, и клиент поплыл… Быстро добиваем работу, всё. Ужин. Сон. Завтрак, за которым рекомендую Аами сменить наряд. Одежды полно, а приходить второму директору на работу в одном и том же наряде, просто дурной тон. Охранник на входе другой, но реакция абсолютно такая же, как у вчерашнего. Круглые глаза, отвисшая челюсть. Сегодня саури одела мечту всех мужчин — мини-платье. А поскольку ноги у неё просто потрясающие… Ещё нашла у себя пару простых узких браслетов, которые просто изумительно идут к ней. И — хвост. В смысле, из волос. Смотрится потрясно. У меня ощущение, что Аами сама начинает ощущать вкус к нашим, людским одеяниям, и они ей, вообще-то, по душе. Первое потрясение — теперь наши кабинеты совмещены. Между нами всего лишь невысокая стеклянная перегородка. Смотрю на её нахмурившееся лицо и объясняю, что это в интересах дела. Что и демонстрирую — папки с бумагами то и дело перелетают от неё ко мне и обратно. Правда, я зачастую зависаю, когда она застывает в задумчивости над особо заковыристым контрактом, грызя кончик стила. Вот есть у неё такая милая привычка. Перед обедом к ней в кабинет заглядывают те самые девчонки, что вчера в изумлении пялились в голосферу, троица о чём то шепчется. Потом все уходят. Ого! Прогресс! Неужели саури решила составить компанию людям? Ура! Это так! Потому что я нахожу их всех в нашем кафетерии. Бурное обсуждение, над столом висит изображение. Из любопытства прохожу так, чтобы видеть картинку — мать! Аами прыгает с пятнадцатиметровки! О — ля-ля! Да она теперь звезда Сети! Ревниво просматриваю ролик. С удивлением нахожу и себя с Димой и его половиной. 'Николай Рогов следует примеру брата! Его выбор — неизвестная красавица саури!' Ага. Неизвестная. Весь деловой мир Красавицы, и не только, знает второго содиректора совместного Клано-Имперского предприятия 'Ди и Ди' Аами ас Садих аль Арийя. Но никто даже не может себе представить её в таком вот купальнике! Сеть бурлит слухами, и пока у меня есть пятнадцать минут до конца обеда, бегло просматриваю заголовки. Ого… У меня отвисает челюсть! 'Таинственная незнакомка — приёмная дочь Вождя Вождей'. 'Неизвестная красавица — чемпионка Кланов по прыжкам с трамплина'. 'Рогов-средний вновь подтвердил свою репутацию повесы, появившись в Парке Развлечений с новой пассией! На этот раз ему мало человеческих красавиц, потянуло на экзотику, и средний брат последовал примеру старшего'. Заразы!.. Слухи. Сплетни. Хвала Богам, Аами никто не узнаёт. Слишком разителен контраст между её нынешним и тем видом, и бесформенным мешком вдовы… Неделя. К новому виду саури у меня в конторе уже привыкли. Я с удивлением замечаю, что теперь Аами не чурается людей, и, кажется, у неё появились подружки среди наших девчонок. Да и ведёт она себя не в пример естественнее и доброжелательнее. Но вот дома… По прежнему ледяной взгляд, подчёркнутая злоба. Более-менее нормально мы общаемся только в конторе. А в поместье — только что не дерёмся. Дима и Ююми переживают. Хотя с ними Аами уже вполне освоилась. Даже попросила прощения у золовки по Клану. Вечерами обе саури о чём то шепчутся на веранде, изгнав нас, мужчин, подальше. После таких бесед младшая из саури ходит задумчивая, но молчит и не попускает меня к себе, соблюдая дистанцию. Это уже начинает меня потихоньку бесить. Но нужно терпеть. Тем более, что перемены налицо. Ещё неделя. И ещё… Выходной. Обе саури сидят возле бассейна, обе чуть бледные. Непонятно. Им нездоровится, что ли? Через семь дней Дмитрий и Ююми возвращаются на Фиори. Их отпуск заканчивается. Я общаюсь с Атти и сьере Ушуром почти каждый день, так что в курсе тамошних дел. Дела у императора Фиори идут на лад, и не в последнюю очередь благодаря нашим поставкам. Но меня очень беспокоит состояние обеих саури. Пять дней пролетают в мгновение ока — конец месяца, очередная заявка из Клана заставляет меня чесать затылок. Это нечто невообразимое! Они просят прислать им товаров почти в шесть раз больше, чем мы поставили до этого! Боги, помогите нам! Сидим в конторе почти до утра. Все. Без исключения. Из кафетерия нам таскают кофе, пирожки, сладкое для желающих. Мне приносят курицу. Сижу, наскоро перекусываю, вытирая жирные пальцы о салфетку. И вдруг вижу, как Аами скрючивает, потом буквально выворачивает наизнанку, и она валится без сознания на пол. Робот уборщик уже деловито жужжит, а я держу лёгкое тело на руках и благим матом вызываю врача. Через минуту вваливается наша штатная медичка, отпихивает меня от тела, ловким движением прикладывает к обнажённой до середины предплечья руки автомедика. Тот жужжит. Потом вдруг выдаёт длинную руладу. У дверей толпится народ, все встревожены, медичка смотрит на диагност, потом вдруг снова передаёт мне саури, резко, перед носом у всех, захлопывает двери, возвращается обратно:

— Немедленно забирайте девушку и в поместье. Пусть отдыхает. В её состоянии такие нагрузки слишком вредны!

Ничего не понимаю:

— В каком таком состоянии? Объясните!

Та округляет глаза, брови ползут к потолку:

— А вы что, не знаете? Госпожа Аами беременна. Уже месяц. По нашему — два.

— …!…….!!……….!!!

Сказать, что я в шоке — значит не сказать ничего. Хвала Богам, работа практически закончена. Бережно поднимаю саури, кладу на имеющийся в кабинете диванчик. Как чувствовал, велел поставить. Та бледная, словно сама смерть, но уже в сознании.

— Можешь чуть-чуть подождать?

Ресницы дважды хлопают вверх-вниз. Значит, может. Выхожу из кабинета, объявляю толпе встревоженных лиц:

— Госпоже Аами плохо. Я отвезу её домой. Ничего страшного нет. Не волнуйтесь. Завтра она отдохнёт, это, кстати, касается всех, только отправьте все документы в Кланы, а послезавтра встретимся. Есть вопросы?

— Что с ней случилось?

Машу рукой:

— Говорю же, ничего страшного. Обычный токсикоз при беременности.

…Гробовая тишина. Просто жуткая. Я возвращаюсь обратно, в кабинет, помогаю Аами подняться. Проходим мимо застывших в оцепенении сотрудников, на миг замираю возле своего зама:

— Саша, не забудь — все бумаги перегнать в Кланы. Пусть и них сегодня голова болит.

— Сделаю, Николай Михайлович. Не волнуйтесь.

— Я надеюсь.

Кивком прощаюсь, веду саури к лифту, аккуратно поддерживая за локоток. Спускаемся вниз, лимузин уже ждёт. Бережно помогаю ей сесть. Мне тоже надо сообразить кое- что. Поэтому думаю, что делать. Пока летим, приходит подтверждение на мою почту — Александр сделал отправку. Теперь клановцам нужно согласовать и подтвердить. Но тут я спокоен. А вот куда меньше во мне хладнокровия по поводу беременности Аами. То, что она влетела от меня — вне всяких сомнений. Диагност не только сообщил о беременности саури, но и однозначно назвал отцом именно мою конкретную персону. Интересно получается — значит, от людей и них будут общие дети? А почему тогда Ююми до сих пор не беременна? Стоп!!! Эти шушуканья в одиночестве очень уж подозрительны! Торопливо набираю номер, но бросив взгляд в окно машины вижу, что мы уже заходим на посадку. Тем лучше. Семейство спит. Замечательно. Я даю Аами выйти на улицу, затем подхватываю на руки и несу в дом. Она слабо трепыхается, пытается шипеть, но я ругаюсь ей в ухо, и саури замолкает. Кстати, зря она надеялась, что я потащу её на второй этаж. Вес у неё всё-таки какой-никакой имеется. Заношу девушку в собственные апартаменты, укладываю в спальне на кровать. Она пытается подняться, но я удерживаю её в лежачем состоянии. Начинаю снимать обувь с её длинных ног.

— Ты что…

— Молчи. Не дёргайся.

— Прекрати!

Она пытается вырвать у меня свою ножку — тщетно. Наконец, обувь летит на пол. Посылаю робота наверх, в её комнату. Пусть принесёт ночнушку. Паучок уносится. Я присаживаюсь рядом:

— Ванна — там. И остальное тоже. Сейчас принесут твоё бельё.

— Как смеешь ты…

— Помолчи, а? Не надоело? Почему молчала, что беременна? Решила утаить?

Она бледнеет:

— У меня сегодня вечером переговоры с ас Садих. Они должны утвердить заказ! А если кто-нибудь заподозрит, или проболтается?

Я тоже начинаю бледнеть — её ведь просто убьют. Отзовут под видом замены или консультации, назад приедет уже другой человек. Надо нажимать на все рычаги, которые есть у нас в наличии. И начну я с брата и его супруги. Но это позже. А пока… Напускаю на себя бодрый, уверенный вид:

— Я очень рад, что у нас с тобой будет ребёнок. Ты просто не представляешь как.

— У… Нас? Но разве… Зачем тебе вдова?!

— Слушай, если ты сейчас начнёшь говорить, что вокруг полно незамужних, красивых и даже человеческих женщин…

— Любой Клан саури с радостью выдаст лучшую из невест, даже шурху, тебе в жёны, несмотря на то, что ты человек!

— Они опоздали. Я уже нашёл себе одну сумасшедшую вдову. И больше того — мы уже ждём нашего первого ребёнка.

— Но…

— Без 'но'. Отныне ты живёшь у меня и со мной. Ребёнок должен с самого начала привыкать к обеим родителям. Ясно?

Её глаза становятся, словно плошки:

— А разве вы не изгоняете своих жён на время беременности?!

— Гхм… Вообще то, у нас как раз наоборот — муж всегда должен быть рядом с женой во время её беременности. Ну или как можно больше. Словом, по возможности.

— Муж?!

Глаза становятся ещё больше, хотя, казалось бы, это невозможно. С довольным видом заявляю:

— А скажи мне, где в законах Кланов сказано, что вдова не может выйти замуж вновь? Думаю, ас Самих будут рады избавиться от тебя?

Она молча кивает головой и на лице появляется грусть. Ласково прижимаю к себе, целую в пушистую макушку.

— Вот дураки. А я вот очень рад, что мне досталось такое чудо.

Она смущённо краснеет, поднимает головку и подставляет губы…

Глава 21

…Помогаю дойти ей до душа. Сам пока отправляюсь в столовую — нужно срочно приготовить ей сок и что-нибудь вкусненькое. Возвращаясь назад с подносом, натыкаюсь на брата и его жену. Оба встревожены не на шутку:

— Что случилось? Почему Аами у тебя в комнате?

Это Ююми. Улыбаюсь в ответ:

— Потому что у нас будет ребёнок.

— Ребёнок?! Ты знаешь?

Это уже Дима.

— Знаю. Так, похоже, один я ни о чём не догадывался.

Ююми краснеет, поэтому иду в лоб:

— А у тебя какой срок?

— Больше. Уже два месяца.

— И вы молчали?!

Дмитрий мнётся, потом всё же решает признаться:

— Боялись сглазить. Потому и помалкивали.

— А мне почему про Аами не сказали?

— Она недавно мне призналась.

Это опять Ююми. Вздыхаю в ответ:

— И что? Подумали, что я откажусь?

Оба молчат. Усугубляю их вину:

— Я, конечно, разгильдяй и раздолбай, но не такая сволочь, чтобы отказываться от собственного ребёнка.

— Но жить вместе лишь из обязанности…

— Из обязанности?! С чего вы это вдруг взяли?

Оба замирают, пользуясь моментом, проскальзываю мимо них, и говорю назад:

— Аами нужен отдых, поэтому давайте все вопросы потом, хорошо?

Тишина. Оборачиваюсь на пороге своего жилья — оба уже прилипли друг к другу. Целуются. Ага. Другого места не нашли. Совет им, да любовь. Дверь за мной закрывается как раз вовремя, чтобы я вошёл в спальню в тот момент, когда моя саури выходит мне навстречу из душа. Ей уже лучше. Во всяком случае, на щеках играет лёгкий румянец, а на губах смущённая улыбка. Ставлю поднос на столик:

— Подкрепись, пока я моюсь.

Быстро споласкиваюсь, переодеваюсь, захожу обратно в спальню. Аами уже в постели. Молодец! Послушная девочка! Будь она такой раньше, глядишь, всё бы у нас сладилось намного раньше…

— Ты как?

Краснеет, потом тихо отвечает:

— Лучше. А ты уверен, что поступаешь правильно?

Показывает глазами на постель. Киваю в ответ:

— Я никогда не брошу ни нашего ребёнка, ни его мать. И сделаю всё, чтобы вас защитить.

Моя будущая жена натягивает одеяло почти до бровей. Ой, да ладно! Скидываю с себя верхнее, ныряю в кровать. Нахожу гибкое, пока, тело, прижимаю к себе, и… Ну не могу я удержаться! У нас и так месяц воздержания! Потом вновь идём в душ, уже вместе. Её чуть покачивает, поэтому такое совместное омовение не просто удовольствие, но и необходимая мера предосторожности. Чтобы чего-нибудь не сучилось с самыми моими дорогими существами во Вселенной. Затем укладываемся в постель. Аами прижимается ко мне, устраивается поудобней, довольно посапывает, словно большая кошка. Впрочем, она чем то на неё похожа — такая же гибкая, свирепая и ненасытная в любви. Тишина. Лишь ровное дыхание. Узкая ладошка нежно гладит меня по груди. Я перебираю пряди её удивительно мягких волос.

— Знаешь, я тут узнал…

Говорю ей очень тихо. Саури настораживается:

— Оказывается, для того, чтобы у смешанной пары появился ребёнок, они должны любить друг друга… Давно?

Она вздрагивает, и даже в темноте я вижу, как её личико темнеет от прилившей крови. Аами смущена. Но всё же признаётся:

— С первого дня… Когда ты положил мою руку себе на локоть и мы вышли из того ресторана… А ты?

— С Парка. Нет, ты мне тоже нравилась, но никак не мог понять твои чувства, то откровенная ненависть, то злоба. Ты боялась своих чувств?

Всхлипывает, и я торопливо глажу её по пушистой головке, по бархатным плечам, успокаивая.

— Очень. За столько лет ко мне впервые нормально отнеслись. Не как к нахлебнице, а как к равной. Обычной. Никто не тыкал меня моим статусом. Была тем, кто я есть. А в Парке… Просто какое то затмение нашло, когда увидела Ююми и вас, обоих. Почему то очень захотелось показать, как ты слеп.

— Тебе удалось.

Шутливо чмокаю её в кончик аккуратного носика.

— Я прозрел.

Короткая пауза.

— Но больше всего я рад тому, что наши чувства оказались взаимны. А теперь, когда у нас будет ребёнок…

Аами всхлипывает:

— Я боюсь.

Прижимаю её чуть крепче, девушка всхлипывает:

— Ас Самих не позволит…

— Я не буду их спрашивать.

— Но они могут разорвать контракт! И торговые отношения. Это же огромные убытки!

Улыбаюсь в темноте:

— Там умеют считать деньги. И не захотят терять такой огромный источник дохода. Насколько я знаю, рост продаж в их торговой сети просто колоссальный.

— Откуда?! Кто тебе это сказал?

Опять улыбаюсь:

— Видно по заявке. Обратила внимание, какой величины был последний заказ?

Чувствую движение её головки. Глажу по гибкой спине:

— Думаю, что они уступят мне одну ненужную вдову в личную собственность.

— Если я выйду замуж за тебя, то это может повлиять на их честь не в лучшую сторону. Меня накажут.

— Не думаю. На кону не только деньги и репутация. Ещё и яффары. Их поставка. Не захотят иметь дело с нами — Вождь Вождей найдёт им замену. В последние дни к нам в контору поступило несколько предложений от ряда Кланов, которые желают завязать торговые связи с Империей. Скажу тебе больше — через месяц мы ждём торговую делегацию от аури. Они тоже желают торговать с нами. Не с Роговыми, естественно, конкретно, а с людьми.

— А почему я этого не знаю?

— Моё распоряжение. Велел утаить пока от тебя.

— Не доверяешь?!

Она вздрагивает, и вновь целую её:

— Торговому представителю Клана ас Самих — нет. А вот своей жене — да.

Затихает. Воцаряется молчание, которое нарушаю я:

— Всё. Хватит разговоров. Надо спать. Завтра тяжёлый день — регистрация наших отношений, выдержать разборки с вождём твоего клана.

— Мои тоже могут влезть.

— Твои?

— Бывший клан. Аль Арийя.

— Эти мне побоку. У меня есть отличный консультант — Ююми. Так что я кое-что знаю. И глупостей не наделаю. Не волнуйся. И не переживай. Сегодня ты станешь членом семьи.

— А твои родители? Они не будут против такой невестки?

Чувствую, как её тело напрягается.

— Когда они узнают, что у них скоро будет внук или внучка — с тебя станут пылинки сдувать. И со второй снохи тоже.

— Ююми призналась?

— Сам догадался. А вообще я в ваших клановых интригах не слишком силён. Но всё. Давай отдыхать.

Лёгкий кивок. Саури затихает, я тоже. Лежим, прижавшись друг к другу. Мне очень хорошо. Внутри — какая то душевная нежность к лежащей рядом саури. Надеюсь, что и Аами тоже рада, что всё, наконец, прояснилось и определилось. Скандал с Вождём ас Самих? Да мне по барабану! Я уже изучил ушлого саури — ради прибыли и влияния он согласится на многое. Даже на то, чтобы отпустить никчёмную вдову из рядов Клана. Да и Дима поможет. И Атти с Ооли. А это значит… На мгновение перехватывает дух — высоко мы взлетели. Как бы падать не пришлось…

Как ни странно, ничего из ожидаемых мной и моей саури неприятностей и сложностей не произошло. Дмитрий, услыхав просьбу о помощи, просто хмыкнул и набрал номер. Спустя полчаса со мной связались из Дворца Императора Руси. Императрица Аруанн. Ласково улыбнулась застывшей, словно изваяние Аами, потом мне, велела явиться к ней. Во Дворец. Пропуск уже заказан, и нас будут ждать чрез два часа. Едва сфера погасла, как началось такое! Моя будущая половинка просто расплакалась, сдали нервы. Ююми утащила её наверх, искать платье. Откуда ни возьмись, в поместье нагрянула толпа стилистов-визажистов. Ну, ещё бы — чай, к самому Императору Сергею на приём! Но в белом свадебном платье моя супруга, будущая, естественно, выглядела просто потрясающе. Лимузин доставил нас на Светлую по 'зелёному коридору', там, на выходе из ворот, к машине пристроился эскорт охраны. Словом, в точно назначенное время мы вступили в Тронный зал Малого Императорского Дворца. Большой то у нас на Руси Великой, и он только для официальных мероприятий. Когда высокие створки перед нами разошлись и слуга объявил о нашем явлении перед высокими особами, ручка Аами задрожала. Она страшно нервничала, но пока держалась. И мы шагнули вперёд… Потом я едва сдержался, чтобы не выругаться — слева от трона стоят в шеренгу наши, в смысле — люди. Справа — саури в цветах ас Самих. И ещё один, весь в алом. Родовые цвета аль Арийя? Только при виде его Аами начала закатывать глаза от ужаса. Это я сразу понял. Пришлось наплевать на этикет и просто подхватить её на руки. Точно, в наши проблемы вмешался сам Сергей Шестнадцатый. И грянул свадебный марш Мендельсона. Процедура. Поздравления. Клановцы вели себя вполне дружелюбно. Оказывается, на наш брак дал разрешение сам Вождь Вождей! Поэтому всё и обошлось…

Из кучи поздравителей вперёд выступает тот самый молодой саури, лет двадцати трёх, в цветах бывшего клана Аами, аль Арийя, это я точно теперь знаю, успели шепнуть на ухо, моя жена подаётся вперёд, резкая вспышка перед глазами. Всё тело становится ватным, в ушах плывёт, и я почему то вижу надраенный до сияния паркет перед глазами. Слышны далёкие крики, но всё меркнет и наступает тьма… Что это? Где я? Почему ничего не видно? И такая тишина? Пытаюсь пошевелиться, но тщетно. Снова мрак. И забытье. И вновь я словно выныриваю на поверхность. Ура! Кажется, я слышу. Утомительный звон в голове исчез, сменившись лёгким шумом. Пытаюсь открыть глаза, кажется, удаётся. Только вот шеей не повернуть, и тело почти не ощущается. Так, слабо. Ни пальцы, ни руки, ни ноги. Что же произошло? А! Наконец разобрал! 'Закрой глаза'. Попробую. Усилием воли смыкаю веки. И… Передо мной родители. Заплаканные. Глаза мамы красны от слёз, отец держится, но постарел в мгновение ока. Понял! Мыслесвязь!

— Я живой. Чего вы расклеились?

Отец сжимает кулаки:

— Живой?! Живой, да? Ты чудом уцелел! Просто не знаю каким Богам молиться! Если бы не Аами…

— А что с ней?!

Как же я мог забыть про мою малышку?! Мама отворачивается в сторону, вытирает слёзы на глазах.

— Её больше нет. Девочка закрыла тебя собой.

— Как…Нет?!

— Покушение. В теле того саури из её клана была вживлена бомба. Поэтому её и не обнаружили при досмотре.

— Что с Аами?! И с моим ребёнком?!

Мать всхлипывает вновь, отец мрачнеет ещё больше:

— Их больше нет, Коля. Погибли на месте. Очень многие умерли там.

— А…Император? Доса Аруанн?

— Целы и невредимы, хвала Богам. Возле трона силовой щит, поэтому они не пострадали.

— Дмитрий, Ююми?

— Ты же знаешь, что их не было в зале, они здесь, с нами…

Камера аппарата поворачивается, и я вижу оживившегося брата и его заплаканную жену. Машу, мысленно, естественно, им рукой. Кажется, получилось. Саури улыбается сквозь слёзы, отвечает таким же взмахом, а Дима выдыхает с огромным облегчением:

— Ух, живой!

Аппарат снова переходит на родителей. Отец спешит, похоже, времени врачи предоставили немного:

— Погибло очень много людей. И наших, и из Кланов. За компанию не беспокойся. Пока я занимаюсь делами. Так что лечись спокойно.

Оглядывается по сторонам зачем то:

— Там сейчас мясорубка. Ас Самих и аль Арийя сцепились не на шутку. Да ещё Вождь Вождей. Ведь его слово оказалось нарушено, и…

Связь обрывается, и ко мне вновь подкатывает забытье… И снова прихожу в себя. Передо мной сидит плотный, коренастый офицер в чёрном мундире Службы Имперской Безопасности. Коротко кивает:

— Полковник Васнецов.

Вспоминаю голос в эфире, когда мы… Сглатываю слюну, киваю. Уже, как понимаю, не виртуально, а в живом натуральном виде.

— Очень приятно. Рогов. Николай.

— Император и Вождь Вождей приносят вам свои соболезнования по поводу безвременной кончины вашей супруги.

…Невольно отворачиваюсь к стене. Мои глаза горят, и я не хочу, чтобы офицер видел, что мне плохо. Пара минут тишины. Потом Васнецов нарушает молчание:

— Вождь Вождей обещает, что все виновные будут наказаны. Смерть Аами ас Садих аль Арийя не окажется неотмщённой. Это его Слово.

— …Зачем?

Выдавливаю из себя это слово. Затем повторяю:

— Зачем? Мало тех смертей, что произошли на нашей свадьбе? Я больше не хочу, чтобы ещё кто-то умер. Их законы — не наши. С меня хватит погибших.

Снова тишина в палате. Васнецов молчит. Усилием воли продолжаю:

— Я благодарен Вождю Вождей за участие в моём горе, но… Прошу не преследовать Клан аль Арийя. В память о нашем…

Отворачиваюсь к стене и умолкаю. Васнецов поднимается, затем произносит:

— Я доведу ваше пожелание до того, кому оно адресовано.

Щёлкают каблуки. Шаги. Дверь. Снова шаги.

— Коля!

Это родители. Меня обнимают, и эти материнские объятия отдаются болью во всём теле. Невольно охаю, матушка отпускает меня, торопливо извиняется:

— Ой, прости!

— Да ладно, ма, не переживай. Просто слишком сильно…

— Сильно? Ах да, ты же не знаешь… У тебя больше половины тела заново выращены.

…Ничего себе… Теперь понятно, из-за чего я так вот мучился…

— Сколько я… Пролежал?

— Почти полгода, Коля. И медики до последнего не могли гарантировать, что ты выживешь. Представляешь, как нам пришлось?!

Извиняюще улыбаюсь смущённой улыбкой. Ничего себе… Смотрю на постаревших от происшедшего родителей.

— Я не думал…

— Да никто не думал!

Это папа.

— Клан Аами открестился от всего — мол, фанатик. Но следователи Вождя Вождей нашил ниточку и стали её разматывать. В общем… Аль Арийя практически исчез. Может, два-три недобитка и бегают где-то, но их смерть дело времени.

— Да не нужна мне их смерть!

Я взрываюсь от гнева, резко поднимаясь на локте. Не до конца окрепшее тело пронзает острая боль, но мне плевать:

— Если они умрут, мне что, это вернёт жену и ребёнка?! Нет!

Матушка торопливо подносит мне к губам стакан с водой. Захлёбываясь и стуча зубами по стеклу, пью с жадностью. Она гладит меня по голове:

— Успокойся, Коля. Успокойся. В Кланах свои законы и обычаи, и не нам их нарушать. Там всё сделают сами. Как у них положено.

…Немного успокаиваюсь. Всё-таки простая вода — лучшее средство успокоить разбушевавшиеся нервы. Решаю сменить тему:

— Как Дима и Ююми?

— Он на Фиори. Воюет. Собственно говоря, уже почти закончили. Сейчас отлавливают в горах и пустынях последних наёмников. Атти дал ему земли в… Словом, где-то там. В новых провинциях, как сын выразился, сейчас вовсю идёт строительство. Дима размахнулся. Ююми дохаживает последние дни. Она хотела приехать с нами, но мы не разрешили. Уж больно тяжело протекает беременность. И, знаешь?

Мама почему то переходит на шёпот:

— У неё двойня! Мальчик и девочка!

…Хоть одна приятная новость! Улыбаюсь. Я искренне рад за Димку…

— А что с компанией?

— Ты имеешь в виду 'Ди и Ди'? Или нашу — 'Рогов и сыновья'?

— И то, и другое.

Отец через силу улыбнулся:

— Обороты совместной 'ДиД' уже обогнали семейную контору. И давно. Ас Самих захватил примерно треть кланового рынка, увеличив своё состояние почти в два раза. Да и наша 'Рогов и сыновья' тоже крепко держится. За последнее время открыли два новых направления и в наш состав влились Вяльцевы и Петровы.

— Ого!

…Что первая, что вторая семья была очень известна в Империи. Вяльцевы контролировали почти восемьдесят процентов производимой в государстве электроники. А Петровы — это химия: чистые реактивы для производства разнообразнейших тканей, присадки для металлургии, пластмассы, сверхпроводники, бытовая синтетика…

— Так что, сынок, поправляйся скорей. Дел по горло.

Николай посуровел.

— Прости, папа… Но я не хочу возвращаться в фирму. По крайней мере, пока.

Против ожидания, родители не стали возражать против его решения. Они прекрасно понимали, что сыну необходимо прийти в себя после случившегося.

— И что ты будешь делать?

— Поеду в Фиори. Хочу попросить у Атти продать мне где-нибудь земли. Попытаюсь пожить там. Дома… Мне будет слишком больно.

Матушка вздохнула, беспомощно оглянулась на мужа. Тот кивнул в знак согласия.

— Раз ты так хочешь… Мы всё понимаем, сын.

Она вновь осторожно обняла его и родители вышли из палаты. Оставшись один, Николай долго лежал неподвижно, забросив руки за голову. Правильно ли он делает, оставляя сейчас семейное дело? Наверное. Потому что нужно, чтобы боль хотя бы немного утихла. А видеть сейчас саури для него, что нож в сердце… Нажал кнопку вызова сестры, тут же вспыхнула сфера.

— Я могу поговорить со своим лечащим врачом?

Девушка просияла улыбкой:

— Одну секунду, соединяю.

Через мгновение изображение сменилось на седовласого крепкого мужчину. Тот представился:

— Профессор Игнатьев, Пётр Семёнович. Предвосхищая ваш вопрос, отвечу сразу — ещё минимум две недели. А лучше — три. Костяк сформируется окончательно, и вы сможете вновь включиться в активную жизнь. Хотя следующие полгода вам придётся соблюдать кое-какие ограниче…

— Спасибо, профессор. Но я к вам по другому вопросу.

— Да?

Брови мужчины удивлённо поднялись:

— Слушаю?

— Загрузите мне, пожалуйста, фиорийские языки в память. Я всё-равно пока лежу. Так что усвоение пройдёт нормально.

— Хм… Позвольте полюбопытствовать, молодой человек, зачем вам такая экзотика?

Сыграем в тёмную:

— Наша семья собирается расширить свои дела на Фиори.

— Ах, да. Конечно. Что же… Тогда сделаем.

Врач кивнул и сфера погасла. Вот и готово одно дело. Первое. Да. Первое. Теперь надо будет связаться с Атти и прозондировать вопрос по покупке участка. Побольше. И по строительству замка. У него нет больше желания вникать в дела бизнеса. Всё словно обрезало после потери семьи. И поселиться где-нибудь в глуши, чтобы о нём поскорее забыли в светском обществе — на данный момент лучший вариант…

…Я выписываюсь из больницы. Позади — семь месяцев лечения. Шесть — выращивание новых органов и частей тела, взамен сожжённых взрывом камикадзе. Месяц на отверждение костей и полное приживление. На улице солнечно, как обычно на Красавице. Дмитрий ждёт меня дома, потому что Ююми родила рано утром. Как и говорили родители — близняшки, мальчик и девочка. Очень красивые, в маму и папу. Лимузин отвезёт меня в поместье, где все уже сходят с ума, готовясь к двойному празднеству: рождению внуков и моей выписке. Но сначала…

…Машина плавно садится среди зелёного поля, огороженного белым забором. Это против традиций, но так принято в нашем роду. Это — кладбище. Родовое кладбище Роговых. Я приехал навестить жену и своего малыша. Не знаю, кто бы у нас появился на свет, но я всё-равно его люблю своей не проснувшейся отцовской нежностью. Если бы был мальчик, то, скорее всего, он бы стал моей копией. Если же девочка — надеюсь, она бы была копией красавицы мамы. Но я не знаю этого, и никогда не узнаю. Под ногами хрустит мраморная крошка дорожки, огороженной простыми камнями. Аккуратные холмики, надгробия. Здесь спят многие поколения нашего Рода. Купцы, торговцы, воители, первопроходцы, строители и инженеры. Мужчины и женщины. За века немало членов нашей семьи упокоилось тут. Где же… А, вот. Такой же ухоженный, как и все прочие могилы холмик. Только вместо привычного надгробия установлена узкая стела в виде меча. Впрочем, это действительно меч, по которому вырезаны руны. И — перевод на русский, высеченный в надгробной плите, лежащей поверх холма: Аами Рогова ас Садих аль Арийя. Дата рождения. Дата смерти. И — короткая эпитафия: Она умерла счастливой. Какая нелепость! Кто это придумал?! Меня словно обжигает, но тут в памяти всплывает, что это ритуальная надпись на могилах саури. Опускаюсь на колени, кладу свои ладони на мраморную плиту.

— Я пришёл, как только смог, милая.

Букет белых лилий заранее припасён и забран мной у сестры, сидящей в регистратуре. Не знаю, видела ли моя супруга их когда-нибудь, но, надеюсь, ей они понравятся. Аккуратно раскладываю их поверх могилы. Я знаю, что на самом деле здесь никого нет. Бомба разнесла Аами на куски. Саури словно прочитала мысли того убийцы, и бросилась, не раздумывая ни мгновения, вперёд, прикрывая меня от взрыва. Приняв свою смерть, спасая человека. Нет, не человека. Мужа. Любимого. Того, кто стал для неё всем. Стоили ли делать это? Девочка моя? Сумасшедшая, дикая и ласковая одновременно. Сильная и слабая в один и тот же момент? Ненавидящая и любящая? Познавшая лишь краткий миг счастья за всю свою недолгую жизнь? Во всяком случае, я надеюсь, что этот день со мной и две наших ночи ты была счастлива. Потому что я любил тебя всем сердцем. Ласковое солнышко в небе. Чуть заметный ветерок, несущий тепло, гоняет по поверхности травы волны, словно в море. На Красавице не бывает зимы. Здесь всегда вечное лето. Я знаю, что саури любят это время года больше всего, и поэтому надеюсь, что Аами будет довольна тем, что лежит среди нас, семьи её мужа. В вечном лете, под тёплым солнцем. Прости меня, милая, что я понял всё слишком поздно. Прости. И даруй мне прощенье за то, что я остался жив, а ты умерла. И за это тоже. Но самое главное — прости за то, что умер наш ребёнок. Прости, Аами. Прости…

…На моё плечо ложится рука, и голос матушки заставляет меня очнуться:

— Я знала, что ты здесь.

Молчу. Она тоже умолкает. Ещё пять минут…

— Ма. Пойдём в дом. Надо бы поздравить Диму и Ююми с рождением наследников.

Она облегчённо вздыхает. Я поднимаюсь с колен, касаюсь рукоятки меча в знак прощания. Теперь мы не увидимся очень долго. Сразу после того, как увижу всех и, главное, племянников, я перехожу на Фиори. Атти исполнил мою просьбу о земле. Мной куплена целая область в Михонго. Королевстве, напавшем на Фиори и потерпевшем поражение. Впрочем, как и вся Коалиция. На мои земли переброшены строительные роботы, и сейчас там полным ходом идёт реставрация и модернизация древнего замка, который станет моей резиденцией. Нанят отряд солдат для охраны. Тоже на Фиори. Не хочу брать кого-то с Руси. Остальных слуг я надеюсь нанять среди местных. Ну, или по пути. Увидим, короче…

Глава 22

— В Малом Дворце на Красавице — взрыв!

Дмитрий ворвался в комнату, где отдыхала Ююми. Они тоже собирались ехать на свадьбу Николая, но внезапно у женщины началась тошнота, и пришлось задержаться. Всё-таки жена тяжело переносила беременность. Надеялись успеть попозже, но вот… Саури резко приподнялась, забыв о недомогании:

— Коля? Аами?

— Ничего не знаю.

— Где машина?!

— Сейчас!

Он помог жене дойти до ожидающего их транспорта, и едва пара уселась, как та стартовала. Хорошо, что у них был второй 'зелёный коридор', и транспортные ворота удалось преодолеть без очереди. Но когда транспорт прибыл к Малому Императорскому Дворцу, там творилось столпотворение: пожарные, медики, суетились многочисленные охранники. Дмитрий предъявил свой пропуск, но его не пропустили в отчаянно дымящему в выбитые окна Залу Приёмов. Пришлось ждать. Хвала Богам, информация поступала непрерывно. Погибло больше пятидесяти человек и саури. По имеющимся предварительным данным, диверсию произвёл смертник из Клана аль Арийя, возмущённый тем, что женщина их Клана выходит замуж за человека. Император и его супруга не пострадали, но раненых и убитых было очень много. Дмитрия трясло, он уже и не надеялся увидеть брата живым. Ведь если камикадзе охотился на Аами, то и Николай вряд ли имел шансы уцелеть, потому что находился рядом с женой… Супруга пыталась успокоить мужа, но тот молчал, погрузившись в тихое отчаяние. Наконец, очнулся, когда той в отчаянии пришлось залепить ему пощёчину — древний метод сработал безотказно:

— Что?!

— Только что передали — Николай жив! В очень тяжёлом состоянии, но живой!

Это помогло немного прийти в себя. Очнувшись от оцепенения, Дмитрий торопливо переключил канал связи, выходя на дворцовую линию, в экране голосферы появился список уцелевших. Довольно большой, но Николай был в первых рядах, потому что в данном случае являлся основной причиной пышного мероприятия. Оторваны три конечности, левая рука и обе ноги, частично сожжено тело, но уцелел мозг и позвоночник. На душе Дмитрия отлегло. Раны очень и очень тяжёлые, но вполне излечимые. Проведёт несколько месяцев в регенерационной ванне, пока выращивается потерянное, потом реабилитация, и будет, словно новенький! Голова цела, а это главное! Стало намного легче, он вздохнул с неимоверным облегчением, изрядно удивив Ююми. Медицина в Империи была на недосягаемой для других человеческих государств высоте. Утерянные или повреждённые органы выращивались в считанные часы, а то и минуты из имеющихся в банке данных клеток. Каждый гражданин Империи раз в год проходил полный медицинский осмотр, в результате которого некоторые клетки банка обновлялись. В то же время выявлялись все патологии и заболевания на ранней стадии, что позволяло обойтись, как говорится, малой кровью. Так что Роговы здесь ничем не отличались от других — случись подобное с кем-то иным, никаких проблем для лечения или восстановления бы не возникло. Фактически, если от человека осталась одна голова, то и к ней можно было вырастить новое тело. Поэтому Дмитрий и немного успокоился при получении вестей о состоянии брата. Конечно, ранения очень и очень и тяжёлые, но теперь имеются твёрдые гарантии, что он останется жив… Ююми вопрошающе заглянула в глаза, и муж ласково прижал к себе любимую жену:

— Не волнуйся. Он выживет.

— Но…

— И не таких вытаскивали. Так что всё будет хорошо…

— Господин Рогов? Дмитрий Михайлович?

— Да?

— Полковник Васнецов. Служба Имперской Безопасности. Для вас информация. Получите.

Пискнул коммуникатор. Офицер, выглядевший устало, козырнул, отходя от лимузина, в котором находилась чета, исчезнув в бурлящей вокруг толпе. Дмитрий включил изображение — ого! Ничего себе… Рядом застыла Ююми, впившись в файл глазами…

…Николай будет жить. Медики дают сто процентную гарантию полного выздоровления и излечения. Аами… Погибла. Найдены лишь фрагменты тела. Родители и сестра извещены о случившемся и сейчас следуют домой. Брат уже отправлен в клинику Трёх Сестёр. Лучшее медицинское заведение Империи. Так что им можно тоже возвращаться. Ежедневный медицинский отчёт о состоянии Николая будет отправляться семье на личные коммуникаторы. О возможности мыслесвязи сообщат дополнительно. Обо всех изменениях и новостях его здоровья — аналогично. И — видеофайл. Последние секунды до взрыва. Вот Николай в строгом костюме счастливо улыбается, рядом с ним Аами в белом подвенечном платье, которое они так выбирали вместе с Ююми, спеша успеть. Внезапно через толпу поздравляющих людей и саури в цветах ас Самих проталкивается ещё один саури в одеждах аль Арийя. Что-то исступлено кричит. Аами проскальзывает вперёд, замирая перед Николаем, раскидывая руки, и — вспышка. Конец записи.

— Она закрыла его собой…

Глухо уронил Дмитрий.

— Девочка очень его любила. Больше жизни…

Отозвалась эхом жена. Дмитрий обнял свою саури, и они застыли неподвижно — потрясение было слишком… Глубоким…

— Домой. На Красавицу.

Им действительно было нечего больше делать здесь. Занимать место? Они не зеваки — их близкий пострадал, но его уже увезли на лечение. А здесь полно тех, чьи родственники и знакомые ещё не знают, что из родных больше нет в живых. Людей с каждой минутой становится всё больше. Толпа собирается и у ограды Малого Дворца.

— О! Ююми, смотри — твои…

Но жена отшатнулась внутрь салона, отчаянно замотала головой:

— Поехали скорее, я никого не хочу видеть!

Нервничает. Понятно. Погибла родственница, такая же отверженная, как и она. И хотя ас Самих официально вернули жене статус Старшей Дочери, кто знает, что может произойти? Так что всё правильно. Лимузин набирает высоту, затем ложится на курс к ближайшим воротам перехода…

Родители были уже дома. Заплаканная мама, молчащий страшно отец. Жена даже сжалась в комок, но Дмитрий был спокоен:

— Коля жив. В регенерации. Пока точный срок выхода неизвестен, но врачи гарантирую полное излечение.

— Что он сотворил?! Зачем вдруг решил жениться на саури? Если мы как-то смирились, что от тебя нам внуков не видать, то он то?!

— Папа! Перестань сейчас же! Ты не знаешь, что говоришь! И не оскорбляй мою жену! Аами закрыла его собой, только поэтому Коля остался жив! Погибло больше пятидесяти человек! Столько же ранено! А ты всё сваливаешь на саури? Их больше половины среди мёртвых! И потом, вы с мамой ничего не знаете! Вообще ничего! Девочка была беременна от Николая!

— Но это невозможно! Между людьми и саури не может быть общих детей!

— Кто сказал вам подобную глупость?!

Дмитрия даже затрясло от гнева.

— Моя жена уже два месяца, как беременна! А мы, между прочим, не разлучались с ней ни на минуту! Да и анализ показал, что Аами носила ребёнка именно от Николая. Все документы есть в ИИ.

— Но… Как же? Этого… Это…

Было видно, что родители ошеломлены не на шутку: и горе, что их ребёнок чуть не погиб, и ошеломляющее известие о том, что они станут дедом и бабушкой, причём именно на это они никаким образом не могли рассчитывать. И патриархи Роговы растерялись, не зная, как реагировать. Дмитрий торопливо перебросил полученный от охраны видеофайл на домашний логгер, отдал приказание прокрутить запись.

— Вот, видите? Она шагнула вперёд, видимо, поняв, что сейчас последует. Закрыла собой Колю…

Тишина. Родители застывшими глазами смотрели на снег оборвавшегося видео. Потом отец смог найти в себе силы подняться с дивана, на котором сидели они с матерью, подойти к сжавшейся в комок испуганной Ююми.

— Девочка моя… Ты действительно ждёшь ребёнка от Дмитрия?

Саури отчаянно мотнула головой в знак отрицания. Отец нахмурился, не понимая, взглянул на сына, но тут Ююми тихо произнесла, заливаясь краской:

— Не ребёнка. У нас двойня. Близнецы, мальчик и девочка…

Тишина стала такой осязаемой, что, казалось, её можно было пощупать руками. Где-то пискнула птица. Зашуршала листва за открытыми окнами, которую пошевелил порыв ночного ветра.

— Но… Как это возможно? И возможно ли?

Срывающимся голосом спросила мама. Дмитрий ответил:

— Просто надо любить… Всем сердцем. И всё…

Пискнул сигнал вызова, и он коснулся сенсора ответа:

— Да?

В сфере появился встревоженный Атти:

— Что случилось?!

Рядом светилось личико Ооли. Неожиданно для Дмитрия, ответила Ююми:

— Шахри. Из аль Арийя.

— Коля?

— Жив. Сейчас в регенераторе, но жить будет.

— Уф… Отпустило. Тебе продлить отпуск? Пока он не выйдет из больницы?

Муж с женой переглянулись, потом Дмитрий отрицательно качнул головой:

— Нет. Завтра я вернусь на Фиори. Пора заканчивать дело.

— Может, задержишься?

— Если только Ююми.

Почувствовал, как та напряглась под его рукой, но удержал её, не обращая на попытки вставить слово:

— В её положении лучше побыть на Красавице. Пока не родит. Да и мне будет спокойней.

— Но я…

Муж приложил палец к губам саури:

— Всё. Я сказал.

Личико Ооли вспыхнуло радостью:

— Вы…

Последовал утвердительный кивок. Потом пояснение:

— Да. У нас двойня.

— Рады за тебя, Дима! И — поздравляем! От всего сердца!

Короткая пауза.

— Значит, с Николаем всё будет нормально?

— Да. Я же говорил.

— А кто будет заниматься 'Ди и Ди'? Ты возвращаешься, тогда кто?

Внезапно в сферу камеры вошёл отец, он уже немного пришёл в себя, смущённо улыбнулся Атти:

— Придётся тряхнуть стариной, Максим.

Император Фиори чуть поморщился:

— То, что я когда то был Кузнецовым, уже кажется мне сном. Настолько привык быть Атти…

— Хорошо, Атти. В общем, я сам займусь всеми делами. Мне бы пару дней на вхождение в курс дела…

Тот удовлетворённо кивнул:

— Это пока терпит. И, Дима. Побудь ещё два дня дома. Займись обустройством Ююми, раз ты возвращаешься, помоги отцу. Как раз подходит партия бронетехники к отправке. Принимать будет один твой знакомый. Вот вместе и вернётесь. Прости, поболтал бы с тобй побольше, но тут дела у меня. Сам понимаешь…

— Конечно. Встретимся — поговорим.

Махнул рукой на прощание, сфера погасла. Мать Дмитрия торопливо вскочила на ноги:

— Ой, что мы тут застряли, идёмте в столовую, вы, наверняка, проголодались. А тебе, дочка, надо режим соблюдать теперь. Очень тщательно!

И повлекла всех за собой…

Два отпущенных мне Атти дополнительных дня пролетают в мгновение ока. Я ни на мгновение не расстаюсь с Ююми, мы всегда вместе. Да и родители носятся со снохой, словно с величайшей драгоценностью. Оно и понятно. Когда тревога за Николая ушла, весть о том, что у их старшего сына будут первые внуки, просто придала им новый стимул к жизни. Отец вгрызся в дела 'Ди и Ди' с такой яростью, что мне даже становиться страшно за Кланы. Это Коля у нас мягкосердечный, а вот батяня — тот ещё тот волчара в делах. И мне почему то кажется, что скоро ас Самих взвоет. Но к моему удивлению родитель не собирается что-то слишком уж кардинально менять в сложившихся отношениях, более того — доволен имеющейся ситуацией. Конечно, покушение заставило немного покачнуться наши акции на бирже, но, тем не менее, отец и управленцы Клана сумели выправить ситуацию без потерь, ещё и прибыль получили. Кстати, должен прибыть новый содиректор от ас Самих, вроде как мужчина. Молодой парень, только закончивший известный мне университет Чемье. Надеюсь, родитель с ним сработается. Ну а я, после того, как оставил Ююми в слезах, уже следую к транспортным воротам, чтобы вернуться на Фиори. На мне новенький мундир с полковничьими погонами. Атти даровал мне новый чин и новую должность — командующего танковой армией. Второй, по имеющейся классификации, кстати. Ей предстоит ударить по империи Рёко. Это пока всё, что я знаю. Нет, вру. Всего армий шесть. В каждой по четыре полка в двести машин, плюс полк обеспечения и спецов. Дополнительно — по две дивизии пехоты и артиллерийскому полку. Как Атти умудрился всё это провернуть и организовать, не пойму. Похоже, что и он, и Ооли не спали сутками, организуя и формируя новые части из резервистов и добровольцев. Потом последних из Империи и Кланов очень велик, и даже приходится кое-кому, из неопытных, отказывать. Ещё один перекос — большинство приезжающих из Кланов девушки и молодые женщины. Мужчин куда меньше. Оказывается, среди саури женского пола рождается куда больше. А учитывая, что война между людьми и ими только окончилась… Словом, колоссальный перекос в другую сторону. Я сильно подозреваю, что Вождь Вождей таким образом решает демографическую проблему, стоящую перед его государством. В Кланах острейшая нехватка мужчин. А новости о его дочери и Атти, а так же об их детях, и так взорвали сонные до этого миры саури. Ну а раз дети между людьми и ними возможны, то дамочки, по словам императора, даже не скрывают, что прибыли на Фиори в поисках партии для себя. Пусть даже и ценой собственной крови. Более того — уже в машине я прочитал, что школы Империи принимают первый пул учеников-саури по обмену. Надо ли говорить, что девяносто девять процентов новичков — девочки? Эх, Вождь Вождей… К моему удивлению, Кланы приняли всё спокойно. Куда спокойнее, чем я ожидал подсознательно. Хотя ретроградов и блюстителей крови хватает. Кстати, есть новости и об аль Арийя. Они объявлены вне закона, и сейчас специалисты ас Самих и служба охраны Вождя Вождей ведёт настоящую охоту за всеми челнами опального клана. Как мне любезно сообщил Васнецов, ниточка протянулась очень далеко, и среди саури идёт колоссальная чистка. Множество голов летит с плеч, и многие меняют свой статус. Но это уже не моё дело. Я просто не хочу повторения того, что произошло с Николаем. Радует, что граждане Империи не стали перекладывать вину за взрыв во Дворце Сергея Шестнадцатого на всех саури, отделив действительно виноватых фанатиков от остального населения Кланов. Надеюсь, что на воцарившийся мир это не повлияет… Лимузин тормозит возле большого, можно сказать, огромного здания. Транспортный вокзал Фиори. В него входит несколько магнитных трасс, по которым непрерывно двигаются грузовые составы. На тентах, укрывающих платформы, я вижу эмблемы семейной фирмы. 'Ди и Ди' в действии. Под бесформенными полотнищами невозможно угадать истинный груз, но видно, что поставки огромны: техника, оружие, продовольствие, амуниция и снаряжение. Всё — разрешённое Арбитрами к поставке. Ничего запретного. Насколько я слышал, Большой Тройке помощь Коалиции запретили. Слишком много нарушений. Так что господам из Большого Магелланова Облака остаётся только грызть ноги в бессильной злобе. Тягаться с Арбитрами идиотов нет. Распылят их Галактику, и дело с концом. Были прецеденты. Достаточно вспомнить Бриттскую Империю. Господа возомнили себя хозяевами Вселенной и игнорировали предупреждение. Результат — переход из антропологических интересов в археологические. Арбитры предупреждают один раз. Второго не бывает. Именно поэтому в здании вокзала сидит их представитель, дающий 'добро' на ввоз, и его не подкупишь. Бесполезно. Так что соблюдение Галактических Законов куда выгоднее, чем их нарушение…

— Господин Рогов?

Я оборачиваюсь, оторвавшись от созерцания длиннющего состава, забитого явно техникой. Передо мной саури с таком же мундире, как и у меня. И — знакомый. Урх ас Римай! Бывший сейе, а теперь у него такие же погоны, как и у меня! Протягиваю ему руку, и саури отвечает крепким рукопожатием. На его лице явное облегчение — ну как же, я его узнал!

— Урх! Рад тебя видеть! Давно с Фиори?

— Утром прибыл, по личным делам. Ну и совмещаю свои дела со служебными, это мои.

Кивает на вползающий под крышу транспортного узла очередной эшелон.

— Когда назад?

— Через час.

Лихорадочно прикидываю — время есть, а по пути сюда мне попалась вывеска забегаловки.

— Как насчёт перекусить?

Его удивление меня приятно удивляет.

— И вы не против?

Хлопаю его по плечу:

— Брось, парень! Мы же товарищи!

Не давая ему опомниться, тащу туда, где находится заведение. Внутри — приятно и уютно. Негромкая музыка, чистенько. Нахожу взглядом свободный столик в углу, тащу саури туда. Усаживаемся. Быстро набиваю заказ на меню, через минуту перед нами приземляется уставленный тарелками и напитками поднос. Перегружаю всё на столешницу, провожу своей кредиткой по считывателю, тот довольно пищит. Урх пытается что-то возразить, но я делаю запрещающий жест:

— Всё! Проехали. Я угощаю.

Он молчит несколько секунд, потом выдаёт на гора такое, что меня едва не убивает:

— Я думал, после покушения на Императора вы измените своё отношение к нам…

— Ты что?! Извини, но мы, русские, давно научились отделять котлеты от мух.

Саури не понимает, его лицо вытягивается, пытаясь сообразить, что я только что ляпнул. Приходится разъяснить ему смысл идиомы. Когда до него доходит, то парень улыбается так искренне, что и мне становится куда спокойнее и… Даже как то теплее. Ведь мы действительно товарищи по оружию. Соратники. Вот уж никогда не думал, что могу теперь так назвать саури…

— Ты говорил, у тебя здесь личные дела. Есть какие то сложности? Может, могу чем помочь? Моя семья всё же не из последних в Империи…

Он машет рукой.

— Да нет… Всё уже решилось…

И, похоже, решается:

— Я подал прошение на получение подданства Империи.

Вот это новость! Но с чего бы вдруг?

— У тебя нелады на Родине?

— Да нет…

Он совсем как мы машет рукой. А потом его словно прорывает:

— Я собрался жениться. На Виуре. Помните её?

Та самая каторжница, которой Атти даровал прощение? Точно! Они потом всё-время вместе ходили.

— Разумеется, помню. Такое разве забудешь?

Пару минут молчим, вспоминая наш первый бой под Астирхом. Потом он вновь нарушает молчание:

— У нас ей будет очень плохо. Это я точно знаю. Законы Кланов… Словом, это не для неё. И я подумал, что, может, можно получить подданство Империи? И решил рискнуть. Вот, подал заявку на себя и на неё.

— Погоди… Империя. А почему не Фиори?

— Виура не хочет. Говорит, что хочет покинуть планету. Ей… Словом, ей будет тяжело там остаться.

— Понятно…

…Атти же мне рассказал, что её семья относилась к Тайным Владыкам. Его лютым врагам, и то, что девушка единственная осталась жива из всей семьи вообще оказалось каким то чудом…

— И?

— Что — и?

— Прошение приняли?

Саури облегчённо вздыхает:

— Уже и ответ дали. Вот!

Вытаскивает из нагрудного кармана кителя сложенный лист пластика, протягивает мне. разворачиваю, читаю. Ого! Точно! По специальной квоте. Предоставлено подданство Империи без ограничения в правах, как воина запаса. Ничего себе… Вот это сюрприз!

— Поздравляю!

Я искренне рад за него. Но тут же на меня нападает беспокойство:

— А куда направили?

Иммиграционная политика нашей Империи довольно жёсткая. Получил подданство? Будь любезен, живи там, куда отправят. Миров то у нас полно, и не все они достаточно комфортабельные. Так что иммигрантов посылают, как правило, на неосвоенные планеты. Первопроходцами. И лишь дети их становятся полноправными гражданами Руси. Урх улыбается и не обманывает моих ожиданий:

— Алая Русь. Новый мир. Будем осваивать.

— Какая категория?

— А 1.

— А…Один?!

— Специально выделена Империей для смешанных пар. Мне и место предложили, кстати, уже, после увольнения. Инженером на заводе по производству сельскохозяйственной техники. Я же закончил университет перед тем, как попал в армию. Как раз по этой специальности.

Опаньки… Вот это сюрприз! И — приятный сюрприз! Такие новости… Ну, что же. Пора и мне его немного удивить:

— А мы наследников ждём. Ююми уже два месяца, как беременна. Осталась с родителями.

— Бере… Вы ждёте детей?!

Вот это слух! Мгновенно определили, что я сказал 'наследников'! Множественное число! И сориентировался в тот же миг!

— Да. Врачи сказали, что двойня. Мальчик и девочка! Не представляешь, как мы рады!

Лицо Урха становится мечтательным. Ну-ну. Я то знаю, о чём ты сейчас думаешь. Ведь очень и очень многие пары сдерживает лишь то, что общие дети невозможны. Единичные случаи считаются аномалией. Но факт, что они, в смысле, дети от смешанных пар возможны, подталкивает к созданию новых и новых семей. И… Меня обжигает мысль — Вождь Вождей знает об этом! Гарантированно! Иначе бы такой вот странной политики не было! Вот же пройдоха! Ну да быть правителем такого государства — здесь нужно быть хитрецом, каких мало! Лавировать среди десятков кланов, не смешивая их интересы, ещё надо суметь! А всё началось с чего? С Атти и Ооли… Улыбаюсь. Урх, глядя на меня, тоже.

— Я поздравляю тебя, Дмитрий. И Ююми тоже!

Смотрит на висящие на стене часы, спохватывается:

— Прости, Дима. Мне пора бежать!

Торопливо прощаемся. Время пролетело мгновенно. Но я действительно рад! Улыбаюсь про себя — разве мог я представить всего пару лет назад, что саури станет моим боевым побратимом? Одна из их племени — моей любимой и женой. И, самое главное — у нас будут дети? Не мог. Но мир меняется… И — в лучшую сторону!

Глава 23

До отправки на Фиори оставался ещё час — непредвиденная задержка: срочно пришлось отправлять внеочередной состав с чем-то очень важным, и подумав, Дмитрий решил провести его в этой же закусочной, благо, еда оказалась очень вкусной. Но есть больше не хотелось, и найдя в списке напитков натту, он заказал ароматный настой, к которому успел пристраститься у Атти, и с наслаждением пил поданный напиток. Внезапно перед ним появилась стройная фигурка:

— Сьере Рогов?

Девушка была чем-то знакома. То, что она фиорийка, Дмитрий понял сразу, по обращению. Привычки неискоренимы.

— Вы…

— Льян Рёко. Ваш заместитель по вопросам безопасности. А это — лично для вас, от императора.

Она протянула ему планшет. Гхм…

— Присаживайтесь.

Он показал девушке на стул перед собой. Та не стала ломаться, спокойно уселась, осмотрелась по сторонам с нескрываемым любопытством.

— Можете пока заказать себе чего-нибудь.

— Благодарю.

Фиорийка развернула к себе меню, быстро набила заказ. Рогов пока открыл планшет и включил его. Значок операционной системы, запрос пароля. Вбил свой личный номер. Развернулся документ. Пока тот грузился, украдкой взглянул на девушку. Хм… Льян Рёко… Где же он слышал это имя?

— Вы — из Рёко?

Точно. И черты лица характерны именно для этой нации! Вспомнил! Рёска ответила спокойным взглядом:

— Да. Император — мой отец. Меня и приставили к вам, потому что я хорошо знаю Дворец в столице Империи, а так же многих царедворцев.

— Позвольте нескромный вопрос…

— Вы о том, доверяет ли мне Атти Неукротимый? Думаю, да. Именно он вытащил меня из того гадюшника. И уже три года я работаю в его службе безопасности, став зместителем старины Ольта.

Дмитрий замахал руками:

— Я не про это, доса Льян. Просто… Вы сможете пойти против своего отца?

Лицо рёски на мгновение стало каменным, потом чуть расслабилось:

— Я не видела от Империи ничего, кроме зла. А моя мать была убита императором собственноручно. Так что у меня личные счёты и к отцу, и к самой Рёко.

— Извините, если мой вопрос вам неприятен…

— Ничего. Прекрасно вас понимаю. Позвольте? Мой заказ уже прибыл.

— Да-да…

И Дмитрий погрузился в чтение документа. Итак… Это краткое описание Рёко, подробная карта всех провинций и дорог Империи, направление главного удара. Его… Хм… Ударный корпус, в составе Второй танковой армии, семнадцатой и девятнадцатой пехотных дивизий, третьего полка полевой артиллерии, седьмой и восьмой тяжёлых орудий, а так же батальона специального назначения и сапёрной дивизии, в состав которой традиционно для Фиори входит полк ракетчиков должен рассечь Рёко на две части, стремительным рывком ворваться в столицу, захватить дворец и царедворцев, а так же всех наследников Ымпа и его родню, включая детей и жён. Очаги сопротивления стереть с лица земли. Пленных брать по минимуму, желательно вообще без них. Вот, вкратце, всё. А, стоп! Отдельная сводка по наёмникам Коалиции: лёгкая полевая дульнозарядная артиллерия. Мушкеты. Личный состав — примерно десять-одиннадцать тысяч человек. Поскольку они именно наёмники — пленных среди них быть не должно ни под каким видом. Все захваченные в плен инопланетники подлежат смертной казни на месте без права амнистии…

Дмитрий задумался. Казнить всех? Сможет ли он? С другой стороны, в Империи Русь испокон веков культивировалось отношение к наёмным войскам, как чем-то постыдному и подлому. Взять их, к примеру? Что люди, что саури — все они добровольцы. Пришли под знамёна Неукротимого сами. По собственному желанию. Ни одного вербовщика из Фиори на Руси и в Кланах не было, нет, и не будет! Если кого и станут вербовать, так это гражданских специалистов: инженеров, медиков, учителей, просто рабочих высокой квалификации. Но не солдат! И жалованье им платят не такое и высокое. Уж точно не сравнить с тем, что получают завербованные в Коалиции. Оклад добровольца равен окладу фиорийца. И мотивация двух категорий совершенно разная. Добровольцы идут на помощь, а наёмники — зарабатывать. Любым путём. Любым способом. Любой кровью. Для них нет ничего святого, кроме выгоды. Так что… Пожалуй, тут Атти прав на все сто. Среди наёмников не должно быть пленных. На них законы войны не распространяются. И, как ни тяжело — но приказ обязан быть исполнен. Отложил планшет, не забыв выключить, в сторону, задумчиво посмотрел на спокойно жующую что-то экзотическое Льян. Та, перехватив его взгляд, спросила:

— Есть неясности?

— Нет. Всё понятно. Просто пункт насчёт наёмников…

И поразился мгновенной перемене, произошедшей со спокойной рёсской:

— Наёмники?! Вот!

Перегнувшись, выхватила его планшет, включила заново, быстро выдернула какуюто папку из корневого реестра, ткнула аппаратом едва ли не в лицо:

— Полюбуйтесь! Надеюсь, у вас крепкий желудок, сьере Рогов?!

Вскочила, бросив недоеденное:

— Я жду вас у Ворот!

Вылетела из заведения, словно ошпаренная, провожаемая удивлёнными взглядами посетителей и самого Дмитрия…

Они встретились вновь у перехода. Льян вновь была спокойна, чего нельзя было сказать о Рогове. Того мутило. Того, что он увидел в той самой папке, хватило, чтобы понять, что Атти был полностью прав относительно наёмников…

— Доса Льян? Приношу свои извинения.

Та от неожиданности растерялась, но справилась быстро. Лишь спросила:

— Теперь поняли?

— Да. Я был не прав.

— Вот и хорошо. Что думаете делать, сьере полковник?

— Задать вам вопрос, доса майор.

— Опять?

— Да. Вы, как знающий местные условия, можете дать чёткий и недвусмысленный ответ на него.

Та посуровела:

— Обещаю ответить честно.

— Как я понимаю, лучшим способом выиграть кампанию против Рёко является захват столицы Империи?

Девушка кивнула:

— Совершенно верно. Если падёт столица и император, считайте, что Рёко у вас в руках. Лишь страх перед Ымпом удерживает земли империи воедино. Его божественная суть.

— Поэтому…

— Прошу прощения, сьере полковник, наша очередь.

Льян привычно отдала ему честь, стукнув себя по высокой груди, первой скользнула в транспортный коридор. Спохватившись, Дмитрий последовал за рёсской…

…Густой воздух Фиори, от которого Рогов успел отвыкнуть за время пребывания в Империи, заставил в первое мгновение закружиться голову. Но через пару вдохов всё прошло, и он направился к выходу из здания Фиорийского узла. На планете назначения было построено не менее огромное здание, чем в Империи, и суета вокруг него даже превосходила то, что видел Дмитрий на Светлой. Так ведь и принимали грузы и пассажиров сразу из двух миров, Империи и Кланов. Люди, саури, бесконечный шум огромных скоплений народа, рёв двигателей машин и боевой техники — всё сливалось в один неумолкаемый сутками гул. По множеству дорог двигались нескончаемые колонны танков, автомобилей всех видов, тягачей, волокущих за собой цистерны с топливом и орудия. В кузовах грузовиков покачивались плотно сидящие на скамьях солдаты. Рогов поразился увиденной картине — всего то не было месяц с небольшим, а как всё изменилось! Нет, Атти решительно настроен решить все проблемы с Коалицией до зимы. До снега. Да и затягивать нет смысла. Слишком много жадных глаз и липких ручек тянуться к богатствам Фиори из-за Рубежа. Поэтому, лучше закончить со всем как можно скорее. Война, словно ненасытное чудовище, пожирает ресурсы и людей, и это — главный стимул к скорейшему окончанию войны.

— Сьере Рогов! Нам сюда!

Исчезнувшая было Льян махала ему рукой. Рогов очнулся от оцепенения, вызванного увиденным, поспешил к девушке. Та быстро вывела его их терминала наружу, подошла к небольшому автомобильчику на высоких рубчатых колёсах:

— Справитесь с управлением, сьере полковник?

А в глазах чёртики играют. Ну-ну. Девочка не знает, что я был офицером специальных сил Империи? Скорее всего, знает. Но ей неизвестен уровень нашей подготовки. Так. Три педали. Ручка. Всё ясно. Махнул рёсске, указывая на пассажирское сиденье:

— Садись. Прокачу с ветерком!

Уселся на место водителя. Ага, вот запуск. Повернул небольшой рычажок, двигатель сыто заурчал. Пахнуло чем-то узнаваемым на подсознательном уровне.

— Что за топливо?

— Нефть, сьере полковник. Точнее, бензин!

— Верно. Куда ехать?

— Туда!

Указала направление, густо забитое колоннами самоходок и танков. Рогов вновь поразился — и когда только успели?! Вырулил на боковую трассу-ответвление, переключил передачи, добавил скорость, получая несравнимое наслаждение т управления таким вот ретротранспортом. Двигатель мягко порыкивал, подвеска, конечно, была жёсткой по сравнению с гравитехникой Империи, но тут уж ограничения, ничего не поделаешь. Да и то, гораздо мягче, чем на телеге или возу. Льян улыбалась. Ей тоже нравилось ехать на машине. Через пару лиг Дмитрий освоился окончательно и придавил. Пару раз рёска даже взвизгнула от страха, что ему понравилось. Значит, нечто человеческое в девушке осталось. Не только выжженная дотла душа и жажда мести. Наконец они свернули на очередное ответвление, и Рогов узнал дорогу — ко Дворцу! Да и места знакомые. А ведь подумать только — три месяца назад он ехал здесь по разбитой грунтовке! Сейчас же — новенький асфальт. Честно говоря, месяц назад он здесь тоже проезжал, когда был отозван с фронта, но тогда он бессовестно проспал всю дорогу. Поэтому не знает, что здесь было. В небе довольно низко протарахтел… Не гравимодуль. Точно нет. Как же эта штука называлась?! Но тут Льян с гордостью произнесла:

— Самолёт! Авиация!

Ого! Круто! А там что? Пыхтит паровоз, таща за собой платформы с грузом. Горы ящиков на низких грузовых площадках. Застыли часовые, сопровождающие груз. Мда… И когда только успели? Да, Фиори меняется просто на глазах! Словно в волшебной сказке!..

Лихо зарулил на громадную стоянку возле Дворца. Часовые вытянулись в струнку, взяли ружья по-ефрейторски, на караул. Отдал им честь, поправил форменную кепку на голове. Льян повторила действие, только у неё пилотка. Вместе, бок о бок, двинулись к новому зданию, появившемуся у Дворца. Рёсска шепнула:

— Генеральный Штаб.

Кивнул ей, в знак того, что услышал. На крыльцо взошли бок о бок. Предъявили на входе удостоверения. Охрана проверила по списку, разрешила войти. Хм… Армия всё больше и больше становится армией! Времена феодальной вольницы канули в небытие! Тогда владетель небольшого куска земли знал своих подданных в лицо. Всех и каждого. А сейчас под рукой Неукротимого уж миллионы людей! И скоро их число увеличиться. Неукротимый не остановится, пока действительно вся планета не станет его… Очередной кабинет, вскакивает девушка-секретарша, отдаёт честь. Саури. Ну как же без них? Счастлива, наверное, что попала сюда. Тут же столько мужчин! Вот и выбор имеется! Тьфу, идиот, о чём думаешь только? Створки распахиваются, и оба офицера переступают порог большого, даже огромного зала, середину которого занимает большой стол, на котором находится голографический макет какой-то местности. Возле него — сам Атти и десяток офицеров. Двоих, точнее, троих, Дмитрий знает. Это его танкисты. А вот Урха нет. Странно.

— Ну вот и полковник Рогов пожаловал.

— Ваше величество…

Друзья они, когда наедине. А вот так, перед подчинёнными — Атти Неукротимый император, сюзерен! Поэтому — этикет, такт и Устав!

— Сюда, полковник. И вы, майор, тоже.

Огонёк лазерной указки скользит по рельефу местности. Ничего себе… Так это же… Четыре удара! По четырём государствам Коалиции. Двумя колоннами в каждую сторону. Благо их всего две, проходимых для людей и техники. Потом пути ударных Корпусов расходятся на четыре стороны: Рёко, Михонго, Тушур, Аксия, Северные княжества, Шемаха, Ульригия.

— Полковник Рогов, вам — Рёко. Основная цель. Там находятся транспортные ворота, через которые противник получает снабжение из стран Большой Тройки. Захватить, заблокировать, но пока не уничтожать. Остальное — в вашем планшете.

…Отдать честь, как положено. Теперь слушать дальше:

— Полковник Марг дель Парда, вам разобраться с Тушуром и Михонго.

— Во имя Империи, и во славу её!

— Полковник Степанов — Аксия и Северные Княжества.

— Во имя Империи, и во славу её!

— Полковник Урх ас Римай возьмёт на себя Шемаху. Он уже отбыл в свои части.

Тишина. Чего это так внезапно? Нет, Атти явно что-то имеет против саури из-за Виуры. И зря. Очень зря.

— Полковник Грам дель Парда — На вашу долю достаётся Ульригия. Не зарывайтесь.

— Так точно, ваше величество! Во имя Империи и во славу её!

— Сьере, доса — от вас зависит, вступит ли Фиори в новый год одним целым, и наступит ли мир на нашей многострадальной планете.

И тут мы все хором рявкаем:

— Во имя Империи, и во славу её!

Атти грохает себя кулаком в грудь. Мы, соответственно, тоже.

— Сьере, доса — праздновать не будем. Лучше погуляем после победы. И — приступайте. Промедление смерти подобно!

Снова отдаём честь, выходим из зала. Ко мне пристраивается Грам. Его я знаю, встречались раньше. Вроде как был в опале одно время, но, похоже, вернули. Дворцовые интриги? Не нравится мне это. Ой, как не нравится… Но я военный. И говорить слова нет смысла. Приказ отдан. Приказ должен быть выполнен.

— Сьере Димитри, рад вас видеть!

Протягивает руку. Нормальное мужское рукопожатие.

— Идём вместе, как я понимаю?

— До Сырха.

Неожиданно сухо отвечает Льян, и улыбка на лице Грама гаснет. Дальше он молча идёт с нами на стоянку. На выходе часовые нас уже не проверяют. Усаживаемся с Льян в наш вездеход, двигатель заводится, потихоньку выезжаем со стоянки:

— Ты чего?

Она морщится.

— Вы не в курсе, полковник. Поэтому лучше вам не знать.

Я начинаю закипать:

— Слушай, мне эти ваши дворцовые интриги вот где сидят! В конце концов, нам воевать вместе с ним!

— Не с ним. Он лишь ведёт войска до Сырха. Там ждёт новый командующий.

— Новый командующий?! Что за ерунда?

— Да. Новый. Зовут его Яяри Стел. Или Яяри Стрельцова.

Русскую фамилию рёсска произносит с явным трудом.

— Погоди… Она что, саури?! Почему я не знаю?

— Не саури. Аури. Родственный вид саури. Как у вас — русские и западные демократы. Выяснилось тут… В общем, девчонка боялась признаться. Она вообще очень много кого боялась, особенно, императрицу. Все считали, что она пилот истребителя, а та оказалась аналитиком их штаба. На счету которой восемнадцать выигранных операций против саури.

— Твою ж…

На моё замечание Льян удивительно насмешливо выдаёт:

— Вот почему от вас, русских, только и слышишь — твою… Ну, да. Мою. А что именно? Все молчат. Только краснеют.

Чувствую, как и мои уши заливает краска. А рёсска откровенно смеётся. Ну, заразка! Устрою я тебе райскую жизнь, помянешь моё слово! Будешь у меня бедной! Добавляю газ, но посмеяться над боящейся скорости Льян не удаётся — вездеход вылетает на холм, и я едва сдерживаю возглас изумления: всюду, куда видит глаз — нескончаемый военный лагерь. Тысячи и тысячи солдат, техника, орудия, палатки, палатки, палатки. И это не новобранцы, сразу понятно. Ловкие ухватки, привычно сидящая и подогнанная форма, спокойные взгляды бывалых воинов. Круглые и остроконечные уши. Первых, разумеется, большинство.

— Налево, сьере полковник.

Превращение просто разительно — из бесшабашной девчонки Льян в мгновение ока стала суровым имперским офицером. Ну так, мой заместитель по безопасности, отвечающая за очень и очень важное направление, фактически за успех всей операции! От её знаний и умения зависит очень многое.

— К тому шатру.

Она показывает рукой на огромный, просто гигантский шатёр, возвышающийся над всеми остальными:

— Вас ждут командиры полков и отдельных подразделений. Снимаемся сегодня в ночь. Это крайний срок.

И я теряюсь на мгновение — так быстро? Я не знаю, кто у меня в подчинении, точнее, знаю, но лишь общие цифры. Ни людей, ни командиров. Разве так можно? Похоже, Льян на своём месте, потому что спокойно говорит:

— Нам двигаться к границе почти две недели. Так что всё будет нормально. Остальное уже разработано в штабе. Все подробности в вашем планшете.

— Я ничего там не видел!

— Откроете вторую папку. Пароль — наш девиз. Девиз Империи!

Эти слова она произносит с пафосом. И — с верой. Искренней, фанатичной. На миг мне становится страшно, но только на миг. Это не просто фанатизм. Вера в Атти Неукротимого, в Армию Фиори. В меня, полководца, в дух людей и саури. Вот что это. Обязательства, возложенные на меня другом и сюзереном, безмерно велики. Но я выполню их полностью. Потому что я — подданный Фиори. А ещё — друг. Надеюсь, всё ещё друг…

Под крышей шатра люди. Пятнадцать человек и саури высших офицеров армии Фиори. Все рода войск: танкисты, связь, артиллерия, пехота и даже авиация. Это меня радует. Значит, не стану надеяться только на глаза и уши разведки, как там в древней песне пели, что я ещё у Макса слышал? 'Мне сверху видно всё, ты так и знай?' Вроде бы так. Вот и замечательно. Но пора представляться народу. Снимаю кепку с головы, позади вытягивается Льян:

— Итак, сьере, я — Дмитрий Рогов, полковник Фиори и командующий нашим экспедиционным корпусом. Хватит сидеть в тылу. Начинаем выступление из лагеря в полночь. К этому времени жду доклады о состоянии ваших частей и подразделений. Чего не хватает — дополучим на ходу. Направление — город Сырх. Движение осуществляется с Третьим Экспедиционным корпусом, после чего наши пути расходятся. Основная, точнее, самая главная задача — захватить столицу империи Рёко, Ымпа и членов его семьи. Особый приказ — наёмников в плен не брать, казнить на месте. Очаги сопротивления обходить, оставлять блокирующие гарнизоны. К местным жителям относиться лояльно, излишне не усердствовать. Особого сопротивления не ожидается, но за пределами Фиори быть настороже — атака может последовать в любой момент. Прочие вопросы будут решаться по мере их возникновения. Начальник тыла?

Высокий худощавый офицер вытягивается в струнку:

— Каково состояние запасов корпуса?

— Солдаты и техника полностью обеспечены всем необходимым из расчёта три дня пути. Боекомплект — из расчёта два на одного человека или машину. Штаб гарантирует нам непрерывный подвоз расходуемого продовольствия, топлива и вооружения по мере продвижения корпуса в глубь вражеской территории. За нами пойдут строительные части, которые будут прокладывать дороги. Авточасти и железнодорожники готовы к действиям.

— Отлично. Имеются вопросы у присутствующих?

Молчат, но переглядываются. Что же…

— До назначения командующим корпусом я проходил службу в Империи Русь.

И, как когда то представлялся своей жене:

— Майор в отставке. Силы Особого назначения. Шестьдесят четыре высадки, в том числе: Вайра шестнадцать, Оора два, Юхака сорок шесть. Личный счёт — убитых — двести пятьдесят шесть. Кораблей — два, классы — Малый Лист, Средний Лист.

Лица подчинённых разглаживаются. Даже с личика Льян исчезает невозмутимость, смотрит на меня расширившимися глазами. Я же спокоен. Внешне. Хотя внутри всё, откровенно говоря, вибрирует. Тут всё одно к одному, и смерть несостоявшейся супруги брата, и его ранение и тяжелейшее состояние. Ожидание рождения моих близняшек и беспокойство за то, как моя любимая перенесёт роды. И, разумеется, Корпус и его задача. Таким количеством солдат я ещё не командовал. Но у меня есть штаб, подчинённые, и, как обмолвилась рёска — появится Яяри Стел, тьфу, Стрельцова. Офицер-аналитик Высшего Штаба Миров Аури. А что это такое, я знаю не понаслышке. И восемнадцать успешных операций той весят куда больше моего удесятерённого послужного списка. Надеюсь, мы сработаемся. Потому что справедливость на нашей стороне. Отдаю всем честь, давая понять, что первая встреча окончена и надо расходиться по своим подразделениям. Выступление через шесть часов. И нечего терять их в штабе. Смотрю на Льян, та соображает, показывает глазами на выход. Киваю незаметно, что понял. Вот же… Неприятно зависеть от младшего по званию, но я тут меньше часа, а она, как я понимаю, с самого начала формирования корпуса и знает тут всё. На данный момент меня интересует штабной транспорт, и конкретно, моя КШМ*(* — командно-штабная машина). Уф… Наконец то. Остаёмся одни. Расстёгиваю воротник, сажусь на длинную лавку.

— Кофейку бы.

Рёска вздёргивает брови, но выходит. Спустя пару минут возвращается с молодым лейтенантом. Тьфу! Лейтенантшей! Да ещё и саури! Задумчиво верчу обручальное кольцо на пальце, но вижу, что ушастая смотрит на него с пренебрежением. Ню-ню.

— Господин полковник, Иирна будет вашим ординарцем.

— Понятно. Есть связь с Империей?

— Разумеется, господин полковник.

Это уже новоиспечённый ординарец-адъютант. Пишу номер нашего поместья, подвигаю к саури:

— Закажите разговор через полчаса.

— Кого спросить, господин полковник?

— Мою жену. Ююми ас… Вот же…. Ююми Рогову ас Садих.

Глаза обеих дамочек лезут на лоб. Впрочем, Льян, как я вижу, прикидывается. Она то гарантированно в курсе всего, что касается меня. А вот саури выбита из колеи. Добиваю:

— Вы уж извините, но мы ждём ребёнка, поэтому я очень волнуюсь за свою супругу…

Глава 24

- 'Птички', требуется подавить артиллерию в квадрате девяносто-двадцать один!

— Вас понял, Куб. Пять минут до начала.

— Принято. Квадрат — пять минут. Приготовиться!

Я сижу перед громадной голосферой, где показывается обстановка вокруг столицы Рёко, окружённой нашим корпусом. Рядом находится Яяри Стрельцова, командующая всей операцией. Её муж, Сергей, сейчас дома, в своём поместье, с детьми. Но не надо думать, что он спасается от войны, послав туда супругу — на Стрельцове сейчас висит не меньшая, если не большая ответственность за эту войну. С заводов четы в войска поступают боеприпасы и техника. Мало, конечно, по сравнению с поставками из Внешних миров, как же успели прозвать Империю и Кланы, но зато своя. В рекордные сроки переоборудовав свои предприятия новейшим оборудованием, Стрельцовы делают очень важное дело, и этот человек очень уважаем самим Неукротимым. Ну а его жена… Честно говоря, я впечатлён. И не только я. Иногда мне кажется, что у неё вместо мозгов логгер, вычислительная машина последнего поколения, настолько её действия просчитаны и верны! Мгновенно реагирует на малейшие заминки, умело перенаправляя подразделения резервов и поддержки в места затыков. Вот и сейчас, едва мы получили извещение от группировки, штурмующей город с северного направления, как аури среагировала в мгновение ока. Сейчас 'птички', а если расшифровать, то наши ракетчики, дадут залп по очередному отряду смертников императора Рёко. И будет море огня и реки крови…

До столицы Рёко мы прошли буквально за две недели, практически не встречая сопротивления. Разве можно было считать за такое пять городов, выбросивших белый флаг капитуляции, едва в зоне видимости появились передовые отряды разведчиков, и один полк пехоты, с воплями разбежавшийся во все стороны, как только над ним протарахтел неуклюжий самолётик с винтовым движителем? И — всё. Наши машины шли день и ночь, меняя водителей, останавливаясь лишь для приёма пищи, которую готовили на ходу. Гигантское облако пыли вздымалось над колонной, выдавая её издалека. Казалось бы, можно организовать хоть какое то сопротивление, но ничего даже похожего на это, не было. Больше всего наступление походило на рейд-ралли. Выехать из точки 'А' в точку 'Б'. Даже пострелять не пришлось ни разу. Рёсцы дисциплинированно выносили нам ключи от очередного города, либо прятались по близлежащим укромным местечкам, максимум, на что они были способны. Честно говоря, меня это жутко нервировало. Пока в Сырхе не приземлился дирижабль с Яяри на борту. При виде гибкой фигурки, затянутой в комбинезон, я застыл от изумления — на вид аури можно было дать лет двадцать. Вряд ли больше. Даже Льян, которой оказалось девятнадцать, и то выглядела старше. А эта аури — словно куколка! Но вот когда она представилась, предъявила полномочия, и взялась за нашу армию всерьёз, тогда то я понял, что значит офицер-аналитик из Генерального Штаба Миров Аури. А ещё — почему те столько лет спокойно противостояли куда более многочисленным системам Кланов, и почему саури так ухватились за возможность заключить мир с людьми. Будь аури немного больше по численности — не уверен, смогли бы мы противостоять им даже в союзе с Вождём Вождей… Но это — во время боя. А вне его Яяри оказалась очень весёлой и простой девчонкой. Тьфу! Женщиной. Как-никак, у неё близняшки. От Сергея Стрельцова. Человека. Она то и объяснила многие непонятные вещи, начавшие откровенно меня тревожить. Скажем, такие, куда делись наёмники, которых у рёсцев должно быть очень много, едва ли не столько же, сколько и нас. И где находится та техника и вооружение, которую поставили Коалиции из миров 'Большой Тройки'. Ну и куда делись туземные войска. В смысле, коренные рёсцы, тушурцы, воины Михонго и других местных держав, вошедших в Коалицию. Вот тогда то я и впервые в жизни выругался при женщинах. И Льян удивлённо посмотрела на меня, а Иирна выронила поднос с приготовленным для нашего штаб-аналитика кофе…

Всех аборигенов просто тупо уничтожили. Нет, не поголовно, разумеется. Но среди тех, кто отправился завоёвывать Фиори, оставшихся в живых оказалось очень и очень немного. Да и те сейчас трудились ударными темпами на строительстве дорог и прочих стратегических объектах Империи Атти Неукротимого. Несокрушимая оборона страны перемолола все ударные войска захватчиков, и когда те выдохлись, мы и нанесли свой удар. Именно огромными, просто невероятными потерями противника в летней кампании объяснялось наше удивительно мирное и быстрое продвижение к столице. В захваченных местностях зачастую нас встречали лишь женщины, дети и дряхлые старики, хотя поначалу, конечно, прятались в страхе где только возможно. Как я узнал позже — войны здесь самая страшная вещь. Для мирного населения. Его вырезают подчистую. Целые поселения. Причём варварски, беспощадно, садистски пытая, насилуя и изуверски калеча, перед тем как добить. А ещё — рёсцы, как ни странно, помнили Атти Неукротимого, ведь вторую часть своего имени он заработал именно в Рёко, исполняя волю Совета. И репутация у фиорийцев была. Особенно, когда её подкрепили неудачные попытки завоевать Фиори. Вот и вышло так, что мы спокойно добрались до самой столицы и остановились перед мощным укрепрайоном, опоясывающим громадный город. По местным меркам, разумеется. Всё же почти четыреста тысяч населения в нём имелось. Когда-то. Теперь же, к моменту нашего появления, вряд ли там можно было набрать столько народа: кто убежал в глубь страны, кто погиб, насильно отправленный на фиорийский фронт. А кто сейчас возносил молитвы ко всем знакомым Богам, сидя в окопах, в несколько линий опоясывающих глиняные стены столицы. Наёмники, как нам сообщили перебежчики, то ли угрохали Ымпа, то ли взяли под арест, но сейчас всеми делами рулили именно они. И глядя на построенную по всем правилам и уставам линию полевых укреплений систему дотов и дзотов, я не сомневался в истинности полученных сведений. Город прикрывали артиллерия, причём куда более современная, чем дульнозарядные пушки, виденные мной в начале моей военной карьеры на Фиори, стрелки из ружей и картечниц, миномёты, и, даже, пулемёты. Немного, но, тем не менее, они были. Плюс многочисленные минные поля и малозаметные заграждения и другие ловушки. Ну и три противотанковых рва, окольцовывающие стены. Атаковать с хода? Честно скажу, было у меня такое желание. Не стану отрицать. Не будь у меня Яяри. Госпожа Стрельцова осадила меня парой резких слов, а затем быстро отдала приказания, заставившие меня только захлопнуть челюсть, о которую я рисковал споткнуться, и начать действовать. Выделив по горстке солдат в боевое охранение, остальным было приказано отдыхать после дороге и готовиться к сражению. Это, естественно, не касалось ракетчиков, артиллеристов и самоходчиков. Все орудия калибром свыше ста двадцати двух миллиметров открыли огонь по укреплениям Ымпа, сравнивая их с землёй и перемалывая живую силу. Затем, когда был отстрелян первый боекомплект, в дело вступили ракетчики: распуская за собой тугие дымные хвосты, с направляющих сорвались твердотопливные стрелы, несущие на голове боеголовки в двести — триста килограммов пироксилина и динамита. Или чего там было понапихано, гексоген, аммонал… Не слишком я силён в этих древних составах. Но грохало так, что земля дрожала, словно во время землетрясения. И когда артподготовка закончилась, то перед нами был классический лунный пейзаж. Правда, пришлось ждать, пока развеется дым и осядет пыль, прежде чем мы смогли всё разглядеть. А потом вперёд пошли танки. И — пехота. Бренные останки укрепрайона они преодолели без единого выстрела и вошли в город. Вот тогда то всё и началось… Да так, что и рассказать толком сложно… Всё же, надо отдать должное наёмникам, воевать эти ребята умели серьёзно. По сравнению с местными, конечно. Но против нас и саури, рубившихся между собой два десятка лет, не тянули. Войн то у 'Большой Тройки' не было! Серьёзных. Так, конфликты. То с каким-нибудь джамаатом сцепятся, уж больно любили халифатцы прихватить, где что бесхозное. То с партократами. Словом, локальные стычки. Потому и опыта, и умения показать любители лёгких денег не могли. Это им не над беззащитными гражданскими издеваться. Шли мы против них, имея конкретное намерение уничтожить наёмников всех до единого. И в плен брать не собирались. И не только по приказу Неукротимого. Просто и здесь, в Фиори, появились свои Хатынь и Лидице… Так что счёт предъявлен конкретный. Но самое главное — деваться им некуда. Транспортные ворота заблокированы. По указанию Арбитра. Чего-то они пытались протащить в последние дни, запрещённое. Ну и… Так что выход у них один — умереть. Даже не по собственному желанию. А потом наши части вошли в город. Конечно, можно было бы сказать, что Рёко горело. Но вот огня как раз практически и не было. Столица была построена, в основном, из глины. Поэтому от разрывов снарядов и выстрелов винтовок и автоматов стояла густая пыль. Мелкая, заставляющая наполняться рот вязкой слюной, потому что горло и нос сушило неимоверно, а кожа покрывалась коркой жёлтого цвета. Штурмовые группы врывались в дворцы знати, зачищали их от обороняющихся. Здесь наёмники применили тактику принудительных камикадзе. Они не спрашивали желания, а привязывали к жителям мины, которые взрывались, когда пытались найти спасения. Взрывчатки у врага хватало. Рассыпались стены зданий, под гусеницами проваливались мостовые, открывая волчьи ямы. Наши наступающие части несли потери, но желание уничтожить противника было столь велико, что даже лишившись боевой машины, танкисты, вооружившись штатным оружием, присоединялись к пехоте, выбивая цепляющихся за каждый метр нелюдей из 'Большой Тройки'. Сходились в рукопашной, и тут саури не было равных — своими мечами они вырубали демократов и партократов подчистую, а головы в зелёных платках, традиционном головном уборе халифатцев, валялись на земле. Словно футбольные мячи. Неся потери, впрочем, в основном в технике, и то из-за ловушек, наши войска медленно, но верно продвигались ко двору Ымпа со всех четырёх концов света, выбрасывая в стороны ручейки, которые рассекали город на кварталы. Затем изолированный от других район начинали зачищать, снося на своём пути все очаги сопротивления. Основные потери, разумеется, несли те, кто остался из гражданских. Рёсцы метались в панике, попадая под выстрелы, или подрывались на многочисленных ловушках. И опять же, страдали простые люди. Знать бежала из города в свои поместья, надеясь отсидеться в убежищах и отдалённых долинах, а беднякам деваться было некуда. Впрочем, особо жалко их не было. Уж больно они нам, людям, напоминали азиатов из Партократии. С которыми у Империи были счёты ещё с тёмных веков. Да и по рассказам Атти, когда тот вспоминал свою эпопею в Тушуре, выходило, что особо жалеть рёсцев не стоило. Даже Льян, выходец из этих мест, которой, казалось бы, сам Высочайший велел пожалеть гибнущий сотнями народ, относилась к этому спокойно. Больше того, мне показалось, что даже и с потаённой радостью. На мой вопрос, почему — ответила, что здесь живёт такая мразь… Ни работать, ни заниматься вообще, чем-нибудь полезным, не хотели, но постоянно требовали от правителя хлеба и зрелищ, поднимая бунты и учиняя беспорядки, когда по каким-нибудь причинам обещанные мероприятия срывались… Поучаствовать в битве меня не пустили, как я не настаивал. На это был дано распоряжение самого Атти, так что мне оставалось лишь смотреть на чёткую работу Яяри, да слушать монотонную речь операторов, помогающих ей, изредка взглядывая на город, над которым поднималось огромное облако глиняной взвеси… Льян шла с одной из штурмующих колонн, и я остро завидовал ей, сжимая кулаки в тревоге за девушку. Хотя её и прикрывали, но во время сражения может случиться всякое…

— Север докладывает — вышли на площадь перед дворцом.

— Юг — стоим перед стеной.

— Восток — ворота взорваны, готовы начать атаку.

— Запад — на месте. К штурму готовы.

Кукольное личико Яяри каменеет — сейчас нельзя допустить ошибку ни в коем случае. Там, во дворце Ымпа, находится мощный реактор, который питал когда-то транспортные ворота. И нам нельзя допустить его взрыва ни в коем случае, иначе погибнут все. Заражение, излучение, поражающих факторов не мало. Сколько не бились учёные — абсолютно безопасных энергостанций создать так и не смогли. Даже, казалось бы, совершенно безвредные, использующие силу планетарной гравитации, и то при аварии выбрасывают мощнейший выброс, плющащий всё вокруг в плоский блин толщиной в две-три молекулы… Томительные секунды ожидания. Внутри уже находится диверсионный отряд, и все ждут только их доклада, что реактор обезврежен. Льян хотела пойти с ними, ноу меня были чёткие указания от Атти — никаких подвигов с её стороны. Но та всё же умолила его участвовать хотя бы штурме. Впрочем, подробные схемы дворца она составила, а на операцию пошли самые отборные ребята обеих рас. И тех, что были людьми, я знаю практически всех. Потому что со всеми пролито не мало крови и пота в совместных операциях. Ну а кое-кто из них и вообще ходил под моим началом… Со стен дворца по замершим под прикрытием брони колоннам ведётся дикая стрельба. До КШМ она почти не доносится. Так, неумолчный беспорядочный слабый треск. Наконец система связи откликается хриплым голосом:

— Звезда.

И тут же Яяри отдаёт команду:

— Это Куб. Все — вдруг!

И глиняное облако разрывают вспышки взрывов. Танки, самоходки сносят глиняную стену в мгновение ока. Туча жёлтой взвеси густеет на глазах, и я представляю, какая сейчас идёт рубка на развалинах. Минуты ожидания складываются в час. Затем второй. Третий. Время от времени приходят короткие сообщения от командиров колонн. Солнце на небе переходит на вторую половину своего пути, но стрельба не умолкает, наконец, приходят завершающие доклады. Я смахиваю со лба нервный пот, Яяри торопливо пьёт из стакана какую-то голубоватую жидкость. Операторы облегчённо переглядываются, на их лицах улыбки…

— Водитель — к дворцу.

Взрыкивает двигатель, и мягко покачиваясь, наша штабная машина начинает движение. Позади и впереди — охрана. По танковому взводу и три бронетранспортёра с пехотинцами. Спускаемся с холма вниз, устремляемся к городу. Солдаты уже знают, что всё, конец, и нашу колонну встречают радостными криками. Вверх летят шлемы, воины потрясают оружием, слышна стрельба в воздух. Их радость можно понять. Мне тоже весело — ведь захват даже блокированных ворот, перелом в войне. Поскольку они принадлежат нам, то можно перевести управление на себя, и тогда плеч снабжения остальных войск Фиори уменьшается наполовину, не говоря уж о пропускной способности. И гарантия, что враг не сбежит, и не получит подкрепление. Так что дело лишь за солдатами. За неблагодарной и грязной зачисткой…

…Переваливаясь на воронках, мы пробираемся в город. Да, действительно, расстояние скрадывает всю картину, несмотря на оптику и голокамеры. Одно дело рассматривать всё через линзы, другое — своими собственными глазами. Много трупов. Хвала Богам, не наших солдат, а либо местных жителей, или одетых в грязного цвета маскировочные комбинезоны наёмников разной степени сохранности. Навстречу попадаются спешащие санитарные машины, которым мы уступаем дорогу. Несколько раз обходим выкопанные волчьи ямы, из которых торчат пушки танков. Впрочем, это ерунда — техника цела, и, как мне становится понятно, экипажи уцелели. Выдернем тягачами, и никаких проблем. Механики быстро приведут в порядок, если нужно.

Чем ближе к развалинам дворца Ымпа, тем больше разрушений. И мёртвых врагов. Аборигенов уже не видно, здесь, практически, лишь чужаки. Кое-где мертвецы лежат вповалку, грудами. Полно оружия и патронов. Стреляные гильзы образуют целые холмы. Практически все здания превращены в пыль. Навстречу попадается колонна пленных, которых ведут четверо наших. Я, было, начинаю свирепеть — приказ Атти ясен и недвусмысленнен: пленных не брать! Но потом соображаю, что это местные. Люди покрыты густой коркой пыли, а рёсцы выглядят пришибленными на всю голову. Тормозим, высовываюсь:

— Откуда дровишки?

Сержант машет рукой в ответ:

— Из тюрьмы, сьере командующий! Все, кто уцелел.

Киваю в ответ и продолжаем движение. Водитель впереди идущего броника вдруг сворачивает прямо глиняные холмы — вся улица представляет собой громадный ров, заваленный трупами аборигенов. Это точно не наши. Покрытые глиной тела, и внезапно меня ударяет — разного времени… Получается, что наёмники тут отрывались?! То ли казнили заложников, то ли просто развлекались? Выходим на площадь, забитую техникой. Из глиняных развалин дворца валит жидкий дымок. Взвесь рыжего цвета клубится в воздухе, и от неё скрипит на зубах. Даже просто дышать, и то муторно. А каково было наступающим? К нашей колонне бросается женская фигурка, вся покрытая пылью. Узнаю Льян. Её глаза возбуждённо блестят, на лице — счастье.

— Всё, сьере полковник! Рёко наше! Мы победили!

Отдаю ей имперский салют — в сущности, она ведь совсем ещё ребёнок! Девушка выдёргивает из ножен меч, салютует в ответ, прикладывая лезвие к губам. Киваю на машину:

— Давай внутрь, и докладывай подробности. Только кратко.

Льян лезет в люк, торопливо его захлопывает, чтобы не напустить взвеси, затем первым делом устремляется в санитарную комнату, где у нас 'удобства'. Появляется оттуда спустя пару минут, блестя умытым личиком. Облегчённо вздыхает:

— Как хорошо…

И тут же суровеет, при виде смотрящей напряжённо на неё Яяри, мгновенно превращаясь в ту хитрую и умную зверюгу, которой стала в контрразведке, доказывая, что получила свою должность и звание не за красивые глазки:

— Майор Рёко Льян, докладываю: Дворец взят, все защитники истреблены. Транспортная система заблокирована о т т у д а. Энергоузел захвачен практически целым. Семья императора — по слухам, кое-кто жив, но в основном уничтожена наёмниками. Сам Ымп исчез.

— Как, исчез?

— Он не появлялся перед подданными уже две недели. Да и высших сановников Рёко тоже не было видно.

Напрягаюсь — если Ымп жив, и просто ушёл в подполье, нам будет плохо! Символ неповиновения! Партизанский лидер! Но Льян продолжает:

— По непроверенным данным, он там.

Показывает рукой направление рва с казнёнными.

— И сановники.

— Наши потери?

Это уже Яяри. Льян улыбается в ответ:

— Минимальны, как я понимаю. Эти…

С пренебрежением машет рукой:

— Нам не соперники. Мы бы их и так разделали, как рыбу на доске у повара. А с таким оружием.

Теперь улыбается аури, сбрасывая с себя боевой транс и становясь обычной молоденькой женщиной.

— Тем лучше. Ладно.

Смотрит на меня, и я понимаю, чего она хочет:

— Хорошо, Льян. Можешь быть свободна до вечера.

Рёсска вздыхает:

— Хорошо вам говорить! Свободна. У меня сейчас самая работа начинается…

Аури подходит к ней, кладёт руку на плечо, заглядывая в глаза:

— Она никуда не убежит. Город в плотном кольце. Завтра начнём зачистку. Людям нужно отдохнуть и привести себя в порядок. У тебя же наверняка есть тут личные…

Она выделяет слово 'личные'.

— …дела и вопросы? Вот и реши их сразу. Чтобы не отвлекаться потом. Возьми взвод из охраны…

Бросает взгляд на меня, киваю в ответ.

— …и разберись.

Льян замирает на месте, её глаза становятся ледяными.

— Есть! Позвольте заняться личными делами?

— Разрешаю.

Это уже я. И девушка выскакивает наружу. Слышу её голос, приказывающий начальнику охраны выделить ей взвод, и вскоре вижу, как она исчезает между гор глины.

— Господин полковник?

Это Яяри. Спохватываюсь. Ах, да. Совсем уже расслабился… Включаю общий канал:

— Всем подразделениям — выделить по взводу в охранение потерянной техники, командирам пятой и шестой рот оцепить дворец. Остальным — выход из города. По прибытии в расположение привести себя в порядок и отдых. Командирам — производить смену остающегося для охраны личного состава каждый час.

Слушаю скороговорку подтверждений получения приказа, начинается шевеление. Из всех закоулков и проходов, даже из-под земли, появляются наши, потрясают оружием, салютуют в воздух, обнимаются, радостно кричат. Ребят можно понять — основная задача выполнена. Теперь разгромить остальную Коалицию — дело считанных дней. А то и воевать не придётся — сами капитулируют. Меняю канал:

— Полковник Рогов, Второй экспедиционный. Столица взята. ТСН заблокирована, реактор заглушён и находится под охраной. По непроверенным данным император убит наёмниками. Сейчас уточняются данные.

— Наши потери?

— Минимальны. Более точно смогу доложить к вечеру.

…Это Атти. Жёсткий, холодный голос, без малейших признаков теплоты. Словно совершенно чужой человек.

— Жду подробного доклада к двадцати двум часам.

— Так точно, император!

Передатчик отключается, а я смахиваю внезапно выступивший на лбу пот. Яяри смотрит на меня с непонятным выражением глаз, потом отворачивается к уже не прикрытому бронезаслонкой окну, за которым веселятся победители. Я спрашиваю:

— Что?

Она молчит, просто делает неопределённый жест. Потом всё же роняет, благо, формально мы в одном чине:

— Думаешь, это конец? Всё только начинается…

Глава 25

…Вот и конец войне. Мы все, те, кто командовал армией Фиори, собраны во дворце Императора Фиори. Первая наша задача — присутствие на капитуляции Коалиции. Точнее, её остатков. Вторая — наше награждение. Но это уже после. А сейчас — через строй отборной пехоты из местных проходят униженные князья, короли и шахиншахи всех завоёванных нами государств. Кроме Рёко и Тушура. Оба эти государства были фактически стёрты с лица планеты. Не в прямом смысле, разумеется. Просто они перестали существовать в том виде, как раньше. Теперь это Фиори. Метрополия. Остальные, Михонго, Аксия, Северные княжества, Шемаха, Ульригия, входят в состав Империи на правах её провинций. Капитуляция безоговорочная, и, кстати, очень и очень жёсткая. Но лучше хоть какая-то жизнь, чем гарантированная смерть. И теперь всю планету ждут огромные перемены, просто невероятные. Могли ли безропотные, забитые крепостные представить, что буквально за одно поколение, впрочем, какое там поколение — за два неполных десятилетия, что их жизнь так изменится? Даже в сказках и мечтах! Планы Атти Неукротимого просто невероятны по размаху и задумкам. Подтянуть планету до всеобщего уровня буквально за пятьдесят лет. Не больше, и не меньше. От сохи-суковатки до космических кораблей. И мне почему то кажется, нет, я уверен, что у него это выйдет даже раньше. Так что скоро тут начнётся веселье по полной программе. Впрочем, это дело ближайшего будущего, а сейчас под грохот барабанов по залитому бетоном пространству между плотными шеренгами солдат шагают, униженно опустив головы, бывшие Светлейшие и Великие. Вот плотной группкой шагают Северные Князья. Все в богато расшитых кафтанах, чем-то напоминающие наши русские древние одеяния. Длинные волосы, заплетённые в косу, свисающую на спину. На боках — символы их власти, небольшие обоюдоострые топорики. Их они будут обязаны отдать личной гвардии Атти, в знак своего отказа от власти. Легко ли они на это пошли? Да. После того, как самоходная артиллерия раскатала подряд несколько мощных крепостей и замков до фундамента. Шахиншах Шемахи. Где его боевые носороги? Остались гнить на полях сражений, бесформенными тушами, разорванные на куски снарядами и минами, прошитые крупнокалиберными пулемётами. Там же, где и его армия. Неукротимы до последнего не хотел прибегать к крайним мерам, в конце концов, основные рудники по добыче огненных сапфиров находились именно на территории шахства. Но… Пришлось. А теперь, по данным спутниковой геологоразведки, выяснилось, что в Шемахе лишь крошечные копи. Основные залежи, как раз, оказались именно в Фиори. В неприступных горах, окружающих страну. И к их разработке уже приступили. Король Михонго. Просто сопляк, который не значит ничего, кроме символа. Кукла, которую дёргали за верёвочки кукловоды из Торговой Гильдии. Ему велели объявить войну Фиори, он послушно подчинился. Самые крупные месторождения железных руд планеты. И не только. Много чего ещё лежит в недрах его страны. Ульригия. Край бескрайних степей. Страна животноводов. Мясной источник планеты. К всеобщему удивлению, эти кочевники очень мирный народ. Что противоречит источникам из нашей, человеческой истории. Почему они стали противниками Атти? Непонятно. А раз непонятно, то это нужно выяснить. Впрочем, Неукротимый вроде бы и не собирается прибегать к крайним мерам в отношении их. В отличие от Аксии. Там зачистка пройдёт по полной программе. Уж слишком оттуда воняет. Кроме того, по данным Льян, часть наёмников, застрявших на Фиори, смогла отступить туда и где-то спрятаться. В диких лесах, покрывающих большую часть страны. Туда отправятся элитные части фиорийцев, на охоту. Приказ у них прежний — наёмников в плен не брать. И я уверен, что он будет исполнен со всем прилежанием… А барабаны гремят, давя на нервы и слух. Капитулянты приближаются. Наконец дробь резко обрывается, и по этому сигналу все замирают на месте. Маленькая девочка в белом одеянии с подносом в руках приближается к сдающимся, и те, без всякого позёрства, складывают символы своей власти на её позолоченное блюдо. Топорики. Короны. Венцы. Корона Ымпа Рёко и Великая Чалма Тушура уже лежат перед троном Атти. Странно, что я не вижу Ооли. Девочка подходит к трону, простому, без каких либо украшений, лишь символ Высочайшего на высокой, тавтология получается, но вы уж меня простите, спинке. Аккуратно раскладывает то, что отдано ей, на бархате, расстеленном перед троном. Атти встаёт со своего места, и бывшие правители склоняются перед ним в поклоне. Он же бьёт себя по груди, и по всей площади, до отказа заполненной народом, разносится усиленный микрофонами и динамиками его голос:

— Во имя Империи, и во славу её!

Залп салюта, грохот выстрелов охраны. Хвала Богам, холостых. В небе расцветает фейерверк. Всё? Да. Всё. Вроде бы всё…

…Бывших правителей уводят под конвоем. Их ждёт ссылка в глухие районы Фиори. Атти относится к ним очень по доброму — будь на его месте кто-то другой, висели бы сейчас в петлях, либо расставались со своими головами на плахе. А так — лишь ссылка, разумеется, с лишением всех привилегий. Льгот и титулов. Зато останутся живы. Прочие дворяне всех капитулировавших держав лишаются своей власти, состояния и прочего имущества. Отныне они — простолюдины. Обычные граждане Империи Фиори. Больше никакого отношения к аристократии не имеющие. Легко ли такое принять? Время покажет. Я, лично, не сомневаюсь, что те не успокоятся, начнут плести заговоры и интриги, устраивать покушения и прочие… Диверсии. Но судя по прищуренным глазкам Льян, у неё уже нечто заготовлено. Неприятное. Для бунтовщиков. В ключевые точки павших стран уже введены фиорийские гарнизоны, а специальные отряды приступили к зачистке и обеспечению лояльности местного населения. Особое подразделение работает в Аксии, и уже есть первые успехи. Так что полгода, максимум, год, и остатки наёмников будут зачищены. Окончательно. Бесповоротно. Но почему Атти так суров и хмур? К тому же, почему отсутствует связь с Империей и Кланами. Странно. Очень странно!

— Сьере командиры, досы офицеры — вас ждут сегодня вечером во Дворце. В девятнадцать часов. Прошу всех явится без опозданий.

Снова громыхает над полем, перекрывая стрельбу салютующих. Атти исчезает в плотной толпе охраны. Мы движемся следом, и я физически ощущаю цепкие взгляд зверюг личной охраны Императора Планеты…

…Итак, нас, семь человек в небольшой комнатке. Вру. Пять, ещё одна аури, и один саури. Командующие Корпусами направлений и главный аналитик, плюс координатор, и Льян. Восьмой — Атти. На этот раз вполне нормальный внешне, даже улыбается, и на лице полное отсутствие суровости. Входит Ооли. На душе сразу становится легче. Неукротимый явно оттаивает при присутствии своей половины.

— Итак, уважаемые, прошу присаживаться.

В комнатке накрыт стол, за который мы все дружно усаживаемся. Три женщины, остальные мужчины. Атти поднимает первый тост:

— Итак, за победу!

— За победу!

Звенят бокалы, наполненные великолепнейшим вином. Чокаемся, пьём, стоя, разумеется. За такое сидя не пьют. Затем Некуротимый щёлкает пальцами, и… У нас у всех открываются рты — он заходит в раскрытые двери потайного прохода. Сидящий за столом император смеётся:

— Теперь всем всё понятно? Джорг, можешь быть свободен.

Двойник кланяется, вновь исчезает.

— Так что я здесь — настоящий. А это мой двойник. Поэтому прошу извинить меня за некую холодность последнее время, друзья мои. Моя жена…

Целует Ооли в щёчку:

— Тоже настоящая. Ну а теперь — к делу. Вкратце — наши дела далеко не так хороши, как я пытаюсь показать. И первое, почему — наши долги перед внешним миром. По сути — два года мы будем отдавать наши сапфиры бесплатно, в обеспечение уже полученных поставок для войны и мира. Поэтому рассчитывать нам придётся только на себя. А ситуация сейчас на планете очень напряжённая. Нам необходимо организовать гигантское количество народа, развернуть добычу и переработку колоссального количества месторождений, наладить выпуск ширпотреба, стройматериалов, построить тысячи километров дорог самого разного назначения. Да и содержание армии в пережнем составе нам просто не по силам. Конечно, наши родители со стороны Империи и Кланов готовы нам помочь. Но, опять же, не безвозмездно. Они ожидают нападения со стороны 'Большой Тройки', где подготовка военных действий ведётся совершенно не скрываясь и открыто. Так что много нам не дадут. Да и то — оторвут от себя…

Мы переглядываемся, а Атти продолжает:

— Правда, Сергей Стрельцов, ваш супруг, Яяри, сумел договориться с вашими соотечественниками, и те дали твёрдое обещание, что в случае нападения выведут свой флот и войска нам на помощь.

Яяри кивает в знак согласия. Ооли посылает ей улыбку…

— Но это уже большая политика, пока нас не касающаяся, а меня сейчас волнуют более насущные вещи. Хвала Высочайшему, голод нам не грозит. Продовольственные запасы на планете колоссальные, да и провинция Ульригия может обеспечить всех мясом без ограничений. Но не хлебом единым сыт человек. И, опять же, из-за долгов мы не можем рассчитывать на сколь-нибудь значимые поставки необходимых нам материалов, заводов и оборудования. Значит, будем выходить из сложившегося положения своими силами. Первое, что я вам скажу — никого из вас назначать губернаторами и правителями провинций я не собираюсь, поэтому можете меня не сверлить своими взглядами.

…На душе сразу отлегает. Ну не по душе мне всё это! Ещё и отвечать за немаленькую страну, когда не рассеялось напряжение от только что закончившейся, да к тому же и не до конца, войны. Между тем Атти продолжает:

— Но каждый из вас может получить себе в награду поместье там, где пожелает. И, естественно, перевезти на Фиори своих близких и родных…

…Мы все переглядываемся друг на друга. Против ожидания, все спокойны. Одна Льян чему то задумчиво улыбается.

— Яяри, я говорил с Сергеем. Он хочет забрать себе Пиратские Острова.

Аури вспыхивает, словно порох:

— Вот я ему шею намылю! Острова он захотел! У нас дел по горло, а ему опять войнушку подавай! У меня это вот где сидит!

Проводит ребром ладони по горлу, а я поражённо смотрю на столь знакомый жест. Ооли вновь улыбается:

— Я тоже об этом подумала. И… Отказала. Зато прирезала ему земель вокруг вашего баронства. Теперь это герцогство.

Аури облегчённо вздыхает, потом ворчит себе под нос:

— Тоже не лучше. Но, по крайней мере, хоть знаешь, чего ожидать…

Машет рукой.

— Договорились.

— Льян?

Та мгновенно становится серьёзной.

— Ты уезжаешь на Светлую Русь. На четыре месяца.

— Почему?!

— Учиться. Всё договорено и оплачено. Гипнокурс и лечение. И, учти, ты отказаться, как остальные, не можешь. Забыла о своей клятве?

— Но…

— Не волнуйся.

Это уже Ооли. По матерински, хотя разница между ними в возрасте буквально лет шесть, кивает рёске:

— Твоё от тебя не убежит. Слово.

Личико Льян разглаживается.

— Отлично. Дима?

Пожимаю плечами:

— Да мне, как — то… А что наш рудник?

Атти мрачнеет:

— Я хотел тебя использовать в другом месте. Где ты будешь намного полезней. Рудники сейчас полностью автоматизированы, и людей там нет вообще.

— Раз так — нет проблем. Что предложите, ваше величество?

— Для начала — отпуск. Ююми осталось три месяца?

Киваю в ответ.

— Вот и побудешь с ней. И Коля выйдет из больницы. Все вместе и вернётесь.

— Николай…

— Он передал по мыслесвязи, что хочет приобрести землю в Михонго. Учитывая его заслуги перед нами, а так же наше сложное положение, я дал согласие.

— Михонго?

Несколько секунд раздумываю. Нет, пожалуй, не стоит. Успеем ещё друг другу надоесть.

— Тогда уж Шемаха. Что-нибудь там.

— Договорились…

А что? Климат там мягкий, особой гадости, как в тропиках наших планет — не имеется. Так что вполне можно чего-нибудь такое устроить. До Михонго — час полёта на обычном лимузине. Так что всегда сможем смотаться друг к другу в гости. А до столицы, Саля — полтора часа. Так какие проблемы? Народ же в Шемахе спокойный. Поэтому никаких проблем я не вижу…

Атти и Ооли между тем оделяют прочих. Кошусь на Льян. Пожалуй, лишь она не очень довольна будущим отсутствием, но это пока. Как я понимаю, Атти договорился насчёт её обучения чему-то такому, что очень понадобится на Фиори в ближайшее время. Курс гипнопедии, рассчитанный на четыре месяца, даже если месяц займёт полная очистка её организма — это десять лет академического обучения. Ого! Тогда Льян вернётся на Фиори совсем другим человеком! Ха, девочка! Ты ещё не представляешь, как будешь благодарна императорской чете после возвращения!.. Потом следует наша прощальная пирушка. Пристойная, очень приличная, хотя мы и позволяем себе немного расслабиться после сумасшедшего напряжения последних двух месяцев войны. Меня отзывает Ооли, отводит в уголок. Показывает глазами на хмурую Льян:

— Присмотри там за ней, Дима, хорошо?

— Без проблем. Но мне придётся часто мотаться сюда. Не повезу же я семью неизвестно куда? Сейчас стройка, потом дети…

— Я понимаю. Льян едет в Высшую Академию Военного Состава Империи.

— Ого!

Еле удерживаюсь, чтобы не присвистнуть от удивления. Однако, подвязки у Атти… Даже мне такое не светит. А тут…

— Девочка — гений. И это без шуток. Яяри давно положила на неё глаз. Собственно говоря, она и сосватала её на это.

— Хм… А я даже не и не замечал, что она её выделяет.

— А она и не делала этого. Специально. Но успела проверить своими методами. Потому и обратилась ко мне. Остальное — дело техники. Так сделаешь? Главное, чтобы она добралась до туда. А там уже другие люди приглядят. Просто, если ей захочется вдруг отдохнуть… Расслабиться…

— Без проблем. Пока будет возможность — ради всех Богов.

Ооли радостно чмокает меня в щёчку, убегает к Атти. Шепчет ему на ухо, тот тоже расплывается в улыбке. Да что они так все носятся с этой рёской? Знать, действительно, мозги у неё особые…

А утром я переступаю порог транспортной системы уже на Красавице. Рядом со мной застыла непрерывно краснеющая от смущения Льян. В Империи сегодня выходной, поэтому сутки она должна будет провести вместе со мной. Ну а поскольку оставлять её одну просто опасно для окружающих — рефлексы диверсанта в неё вбиты намертво, то лучше она проведёт это время в поместье. Познакомится с Ююми, пообщается с Алисой, которая дома. Побудет в кругу моих родителей. Глядишь, может, чуть и расслабится. А смущается рёска, потому что на ней обычная человеческая имперская одежда: обрисовывающая высокую грудь блузка, ниспадающая ниже бюста свободными волнами из очень лёгкой материи. Мини-юбка тёмного цвета, открывающая очень красивые и длинные ноги. Лёгкие туфли-босоножки на высоком каблуке. И, как завершающий штрих, на взбитых волосах каштанового обычные солнцезащитные очки. Но вот эта одежда, показывающая красоту её стройной фигурки и ноги и смущает девушку до невозможности. Не принято на Фиори ходить в таком откровенном виде. Ну да в Империи и не такое увидишь. Так что вскоре она прекращает краснеть, особенно, когда парни несколько раз пытались её закадрить, не обращая внимания на мою фигуру, а потом, похоже, начинает находить в этом удовольствие. Такси привозит нас в усадьбу, мы отпускаем машину, а спустя мгновение я слышу радостный визг и вижу переваливающуюся, словно уточку, мою жену, спешащую изо всех сил. Вначале — уже очень большой животик, а что вы хотите? У нас же двойня, потом всё остальное. Подхватываю её на бегу, осторожно прижимаю к себе, целую. Ух! Как же я по ней соскучился! Следом появляются остальные: отец, матушка, сестра. Тоже виснут на мне, особенно, Алиса, целуют, тормошат, потом утыкаются глазами в Льян. Матушка начинает хмурится, и я спохватываюсь:

— Познакомьтесь — Льян Рёко. Льян, это мои родители и сестра. Ну а вот это чудо…

Целую Ююми вновь.

— Моя дорогая и любимая половина.

Тишина и ожидание продолжения. Тут рёска колотит себя в грудь и выдаёт на фиорийском:

— Во имя Империи и во славу её! Льян Рёко, майор Имперской Контрразведки Фиори.

…И провалиться мне на этом самом месте, но все мои родичи её прекрасно поняли. Это что? Они всеобщий фиорийский выучили? И Алиса тоже?! Но матушка подтверждает мои опасения, очень чисто выговаривая слова на этом же языке?

— Вы — охрана Димы?

— Никак нет, доса. Прибыла для обучения на Руси Светлой!

В меня снова утыкаются вопрошающие глаза, а я произношу лишь одну фразу:

— Сегодня же воскресенье. Надо же девочке где-то перекантоваться сутки?

— А…

Тянет маман, а Алиса, сама непосредственность, тут же переходит в атаку:

— Всё. Бросай этих скучных стариков, пошли!

Утаскивает Льян за собой, та беспомощно смотрит на меня. Но я киваю головой, мол, иди. Не волнуйся… Неся Ююми на руках иду на веранду в сопровождении родителей. Роботы притаскивают нам напитки, пока готовится праздничный обед, и я торопливо интересуюсь новостями. Прежде всего, о Николае. Хвала Богам и нашей медицине, брат идёт на поправку ударными темпами. Обещают выписать к тому времени, как моя любимая родит. Ююми же похорошела и покруглела. И не только в районе животика, где пока находятся наши малыши. Она сидит на моих коленях, так и не отпуская меня, положив головку мне на грудь, довольно сопит. А уж как мне хорошо ощущать её близость! Наконец ИИ сообщает, что стол накрыт. Плавно перебазируемся туда. Жена недовольно перебирается с моих рук на стул, зато рядом со мной. Вскоре приходят и Алиса с Льян. Рассаживаются родители, и мы приступаем к еде. Хорошо, что мы успели проголодаться. Поэтому едим, Ююми не отводит от меня своих огромных глаз. Она тоже счастлива, что я, наконец, вернулся к ней. Родители и Алиса тем временем заваливают Льян горой вопросов, пока я не вмешиваюсь, мол, дайте девочке поесть. А то ей и жевать некогда. Ой, зря я это сделал! Тут же атака переводится на меня, но я стреляный воробей, и отбиваюсь короткими вопросами. Так что говорим за столом не смолкая. Рёска понемногу осваивается, во всяком случае, я вижу, что её скованность помаленьку уходит. Уже легче. Так, за разговорами пролетает время. Алиса снова утаскивает с собой Льян, кажется, они подружатся. Тем лучше. Всё не одна будет. Тем более, что сестра обитает как раз на Светлой. Ну а мы с Ююми плавно перебазируемся в наши апартаменты в поместье. Наконец то можно… Только, разумеется, очень осторожно… Утром Льян убывает на Светлую в сопровождении Алисы. А вскоре звонит мне, что она на месте, и её уже устраивают. Ну а я, как кот, объевшийся сметаны, лежу в постели, прижимая к себе не менее довольную жену. Как же я по ней соскучился, просто не передать!.. Ну затем наступают будни. Известие, что я теперь землевладелец Фиори, и очень, кстати, большой, повергает моих родичей в изумление. Про Николая молчу. Сам скажет. Но пора заняться делом, пока есть время. Выбираем проект подходящего строения. Получается нечто вроде громадного замка, обнесённого мощными стенами. Внутри — всё, необходимое для нормального, комфортабельного и удобного проживания: коммуникации, станция энергоснабжения, холодильники и хранилища для продуктов, в общем, то, что привычно нам, избалованным цивилизацией людям. И саури, разумеется. Затем по карте Шемахи находим подходящее место среди выделенного мне куска территории. Ну а затем закупаем строительный комплекс, программируем его и отправляем на Фиори. Через месяц наше новое родовое гнездо с Ююми будет готово. Жене нравится и будущее жилище, и само место. А то, что она будет главной хозяйкой, вообще переполняет саури счастьем. Родоначальник Клана — это у них вообще, не просто статус! Титул! Ух…

Время летит незаметно. День за днём, месяц за месяцем. Иногда нас навещает Льян. Она действительно очень подружилась с сестрёнкой, и на редкие выходные гость нашего поместья. Ну а я непрерывно мотаюсь из Империи на Фиори и назад. То одно, то другое. Да и отцу иногда надо помочь, он устаёт с этой торговлей с Кланами, но уступать никому позиции не желает. Иногда делая всё на одном упрямстве. Меня это не радует. Деньги, конечно, хорошо. Но не всё же меряется ими! А одним прекрасным утром меня будит Ююми. Она бледна, губа закушена, кое-как, едва не скрываясь на крик, шепчет:

— Милый… Я… Ох! Началось!!! Мамочка!!!

…Верно говорят — хочешь увидеть паникующего мужа, скажи ему, что рожаешь…

Глава 26

— Шах и мат, юили.

Я выключаю голосферу, и искажённое ненавистью и злобой лицо саури плавно гаснет… Хорошо, что шахматы так же популярны среди саури, как и у нас, в Империи. Так что объяснений не требуется. Устало тянусь за бокалом с соком. Несмотря на своё уже почти годовое проживание в Кланах, своим привычкам человека я не изменил. Ник ас Самих выполнил то, зачем явился в миры саури. Так меня знают здесь. Под этим именем, и в облике саури-мужчины. Может, излишне массивного на вид, поскольку фигуру, в отличие от лица, не изменишь, но настоящего саури, долгое время находившегося в плену Империи и обменянного не так давно, после наступления перемирия. Потом Ник долгое время лечился, восстанавливал свои физические параметры, и, примерно, год назад, вернулся на родину. Длительным нахождением среди людей объясняются его привычки, а так же та самая тяжеловесность и неимоверная, по меркам саури, физическая сила. Поскольку в плен он попал будучи ещё подростком на одной из захваченных людьми планет. Но Клан ас Самих смог его опознать, и генетический анализ подтвердил его происхождение, а поскольку люди относились к пленным довольно мягко, юноша смог даже получить кое-какое образование, и вернувшись в родные места и свой клан найти себе место. Конкретно же — начал работать в одной из биржевых структур Клана ас Самих, в кратчайшее время завоевав репутацию удачливого игрока. Не так. Репутацию. С большой буквы. Зачем мне это понадобилось? Забросить всё, оставить пост главы колоссальной корпорации, имеющей сверхдоходы от торговли с саури, и начать жизнь с чистого листа? Ответ просто — Аами. Моя несостоявшаяся жена, мать моего ребёнка. Службы Безопасности Вождя Вождей раскопали практически весь заговор, в результате которого моя женщина погибла, а мои дети не успели родиться. Клан аль Арийя был практически весь уничтожен. Как показало время — зря. Впрочем, они были лишь исполнителями. А вот кто организовал тот взрыв во Дворце Императора Сергея, науськал бывший клан моей Аами, найти безопасникам так и не удалось. А вот у меня получилось. Как говорится — ищи, кому это выгодно. И я нашёл. Не занимайся я столько времени торговыми делами, вряд ли это оказалось под силу. Специалистам контрразведки это, к примеру, не удалось. Но выгода… Она дала мне ниточку. Даже волосок. А затем… Чего не могут деньги, могут очень большие деньги! Но для этого пришлось сменить облик, привычки, и даже место жительство. Когда я прибыл на Фиори и нашёл Ооли, она начала меня отговаривать от задуманного, уж слишком это было рискованно. Но мне удалось уговорить её и Атти. Так я получил аудиенцию у Вождя Вождей. Владыка саури принял меня, выслушал, усмехнулся, затем вызвал главу клана ас Самих. После короткого колебания последнего, мой план был принят. И я приступил к работе. Маленькая, крошечная брокерская контора. Уже первые спекуляции принесли клану прибыль. Глава покрутил головой, пошевелил задумчиво ушами, затем дал 'добро' продолжать игру дальше. Деньги он считать умел. Да и дело я затеял, с точки зрения Кланов, благородное. Ибо месть для них значила многое. Дальше — больше. Шаг за шагом, где подкупом, где обладая опережающей информацией из офиса нашей фирмы, по прежнему остающейся монополистом в межмировой торговле, я постепенно завоёвывал себе вес и репутацию. Где мнимую, а где и истинную. Во всяком случае, ас Самих оценили мои успехи очень высоко! Более того, в последние дни глава начал задумчиво смотреть в мою сторону, а его внучка Иири, слишком часто попадаться мне на глаза. Но моя игра уже подходила к концу. И настал решающий миг. Эту неделю я практически не спал, держа себя на стимуляторах, но это того стоило. Клан ас Эрах. Второй по величине и влиянию среди саури. Конкуренты ас Самих. Те, кто остро завидовал их делам и успехам в мире людей. И кого не мог тронуть даже Вождь Вождей, из опасения вызвать переворот в мирах саури. Постепенно, шаг за шагом, я выбивал их активы. Перехватывал контракты, демпингуя и обманывая, но неуклонно достигая поставленной цели. Вскрывал их торговые цепочки, поставщиков, кредиторов, перекупал долги. Биомаска на моём лице стала настолько привычной, что сейчас, когда я, наконец, смог её снять, на меня из зеркала взглянуло совершенно чужое лицо. Но теперь — всё. Ас Эрах разорены. Они стали нищими. Последняя торговая операция, на которую они поставили всё, окончилась грандиозным провалом. Их кредиторы больше не желают давать отсрочек клану, что вполне естественно — я смог скупить практически все долговые обязательства и являюсь теперь единственным их должником. Ну и к тому же очень неплохо заработал, играя на торгах. Так что теперь могу возвращаться к себе. На Фиори. В Империи мне делать нечего. Осталось лишь спокойно дожить свои отпущенные судьбой дни, да помочь Атти рассчитаться с долгами его государства, в качестве благодарности за помощь. Ас Самих же получил хорошую прибыль, так что им я не должен ничего. Моя усадьба в Михонго соскучилась по своему хозяину.

Откидывается занавеска, благо саури не любят двери, и на порог моей комнатушки, ушастики живут в этаких домах-муравейниках, где каждому члену семьи полагается небольшая келья, скользнула гибкая фигурка. Опустила голову, тихо произнесла:

— Ник, вас ждёт Глава.

— Сейчас буду, Иири.

Она грациозным движением поднимается с колен, исчезает. Я вновь одеваю маску, поправляю эчче, традиционное мужское одеяние, принятое здесь, степенно двигаюсь по коридору наверх, в покои Главы Клана. Аррах сидит на циновке в окружении заправленных маслом светильников, чуть прикрыв глаза. Опускаюсь на колени, отвешиваю ему ритуальный поклон:

— Во имя Светлых, глава…

— Во имя Светлых, Ник.

Подаёт мне ритуальную чашу, делаю глоток. Это значит, что я пришёл с миром и не таю зла. Глава тоже делает глоток из той же чаши. Напиток не отравлен, поэтому между нами мир…

— Что будешь делать дальше, Ник? Ас Эрах повержен и разорён.

Пожимаю плечами:

— Владыка, разве мало дел в мире? Надо помочь Неукротимому, да и мои земли нуждаются в своём вожде.

Саури вздыхает:

— Жаль. Очень жаль, Ник, что ты покидаешь Клан. Ты истинный саури по духу, хотя и человек по происхождению, и я рад бы был выдать за тебя младшую дочь, Иири.

Склоняю перед ним голову в позе 'юшра', это значит, приношу свои извинения.

— Прости, Глава, но у меня нет чувств к девушке, хотя она и очень красива. Это значит, у нас не будет детей. А какой мужчина захочет умереть бесплодным?

— У вас, людей говорят — стерпится, слюбиться.

— Верно, Глава. Но далеко не всегда. У меня сейчас будет очень много работы. И я просто не смогу уделять Иири достаточно времени. Зачем же бедной девочке страдать?

Глава вздыхает:

— Раз так, не стану настаивать.

Снова принимаю позу 'юшра':

— Прости, Глава, я не хотел тебя обидеть.

Выпрямляюсь и исчезаю за занавеской, отгораживающей его нишу от коридора. Возвращаюсь к себе. Вот и ниша, бывшая моим жилищем год. Голые стены. Ковёр на полу. Логгер. Система связи. Больше ничего. Забираю свою сумку, укладываю туда умную машину. Пора возвращаться. Медленно, не спеша, спускаюсь по длинному коридору вниз, серпантином опоясывающему громадное конусовидное строение. И — сюрприз: внизу, в главном зале, собрался Клан. Сотни людей, нет, конечно же, саури, приветствуют меня поклоном. Увы, прощальным. Отвечаю таким же.

— Прощай, Ник ас Самих.

Нестройно гудит многоголосый хор. Склоняюсь в ответном поклоне:

— Не будем говорить 'прощай'. Скажем — до встречи!

Тихий шёпот в ответ. Ну, я же человек… Добавляю:

— Я всегда рад членам своего Клана и готов принять их в своём Родовом Доме на Фиори.

Одобрительный гул. Опять поклон. Выхожу на улицу, залитую солнцем. Меня ждёт глайдер, который доставит мою персону во Дворец Вождя Вождей, где находится транспортная система. Взмываем в воздух, медленно и плавно плыву над улицами столицы Кланов. Краем глаза замечаю вдруг вспыхнувшую суету у Родового Дома ас Самих. Но стрельбы нет, поэтому продолжаю свой путь. Пищит связь, и я отвечаю. Скорее, по привычке:

— Да, Глава?

— За тобой гонится Яяла ас Эрах, Ник. Поспеши.

— Благодарю, Глава.

— Она желает права 'кошье'.

…Ничего себе… Право желания! Это слишком… Сурово… И по законам саури, я не могу отказать ей в этом. Хотя… Улыбаюсь зловещей ухмылкой — в маске саури это выглядит слишком уж… Верно. За мной мчится наш человеческий лимузин, куда более скоростной, чем саурийские глайдеры. Но я уже миную часовых, заранее предупреждённых, и мой опознавательный знак пропускает меня за цепь охраны. Глайдер опускается за землю, выхожу из машины. На моём плече сумка с логгером и долговыми расписками ас Эрах. Не спеша иду к Воротам.

— Ник ас Самих! Стой! Требую 'кошье'! Именем Вождя Вождей!

Охрана ТСН с усмешкой смотрит на меня, а позади, с мечом в руке застыла фигура саури. По закону я должен выказать желание, которое дама обязана исполнить. Причём, выполнимое. А это самое главное! Иначе я потеряю всё, что смог достичь. А конкретно в моём случае — я лишусь контроля над её Кланом. Раз так… Разворачиваюсь к ней, поправляю свою сумку:

— Я не ослышался? Право 'кошье'?

— Да, Ник ас Самих!

— Клятва?

— Клятва!

Я поднимаю руку к небу, вторую протягиваю к охраннику, тот подаёт мне кинжал. Режу ладонь:

— Принимаю.

Саури напротив меня делает тоже самое, только мечом. Протягиваем друг руку руки, наша кровь смешивается. Она улыбается. Клан ещё в силе. Но ровно до того момента, пока я не окажусь на Фиори.

— Принимаю.

Это она.

— Так чего ты пожелаешь?

— Полтора года назад вы отняли у меня жену и убили моего ребёнка. Верни мне его. И ты получишь всё назад.

Саури бледнеет, чуть отступая назад, потом встряхивает головой, её глаза полыхают бешенством:

— Я согласна! Ради Клана…

Сглатывает нервно слюну.

— Да будет так. Слово сказано. Но сможешь ли ты родить?

Молча поднимаю руки, скользящее движение, и она застывает на месте, словно поражённая молнией:

— Я, Николай Рогов, Ник ас Самих из Клана ас Самих, человек, спрашиваю тебя, Яяла ас Эррах, сможешь ли ты родить от меня, дабы исполнить обряд 'кошье'?

В моей руке биомаска, и меч выскальзывает из её руки, саури опускается на колени. Я презрительно обхожу её и вхожу в полыхающие голубым светом перехода транспортные ворота… Всё верно. Это выполнимое желание. Потому что уже множество детей от смешанных браков живёт в обеих мирах. Но условие для этого одно — супруги должны искренне любить друг друга. Иначе всё бесполезно. Смогу ли я когда-нибудь полюбить убийцу своей жены и ребёнка? Неужели не ясно? Другого ответа нет. И быть не может…

Фиори. Ослепительное небо, яркое мягкое солнце. Меня ждёт машина. Не глайдер и не лимузин. Обычный вездеход, которых так много здесь на планете, работающих на обычном минеральном топливе. За рулём — красивая девушка с непривычными чертами лица. Льян Рёко. Контрразведчик, аналитик, и просто мой друг, как ни странно это звучит. Радостно улыбается:

— А, вот и сам великий Ник ас Самих прибыл!

С натугой раздвигаю губы в ответной улыбке. Несмотря на прошедшее время, душевная боль утихла лишь совсем чуть-чуть. Рёсска искренне огорчается, толкает меня в бок:

— Коля, ты совсем окаменел у этих саури!

Хмурится. И эти её надутые губы почему то заставляют меня рассмеяться. Вначале тяжело, через силу. Потом уже нормально, словно мышцы вспоминают, наконец, забытые движения. Машина добавляет ход. Льян снова пихает меня в бок:

— Рассказывай!

— Слушай, не хочу повторяться по десять раз. Приедем к Диме, и всё узнаешь. У меня всего то неделя, а потом будем снова пахать, как проклятые.

Она мрачнеет — ну, да. Мы же работали с ней на пару. Льян рыла на Светлой и в других наших мирах, я действовал среди Кланов. Вот и результат. А бедняга то расслабилась — думала, что всё. Как же! Теперь надо Атти вытаскивать из долговой ямы, в которую мы попали из-за войны. Мы, потому что я считаю себя не только подданным Империи Русь, но и точно таким же Фиори. Слишком многим я обязан этому миру…

Вездеход приятно порыкивает двигателем, на улице — жара, но мягкая, как ни странно это звучит. Время от времени на лобовом стекле появляются жёлтые кляксы, когда очередное насекомое плющится об него со всего маха. Мягкие колёса из настоящей резиновой смеси, просёлок, кстати, идеально ровный и сухой. Даже колею на нём выдают лишь примятость травы. Льян расслабляется, слегка распускает воротник кителя, откидывается на спинку машины. Ей тоже нравится управлять таким раритетом. Рукава у неё закатаны по локоть, обнажая красивые руки. На пальце блестит простенькое колечко. Такие сейчас в моде среди молодых фиорийцев. Подсказка, что девушка или парень свободны, и не против закрутить роман. Это не для меня случайно? Зря она. Льян очень красива. Для рёски, бывшей, разумеется, даже очень. У меня где-то хранится её голография с обложки военного журнала, где она представлена, как образцовый курсант Военной Академии Империи. Что творилось потом — сложно себе даже представить: на неё буквально открылась охота! Женихи со всей Империи забрасывали её письмами и признаниями в любви. И не только из Руси, кстати. Сын какой то сверхбольшой шишки из Партократии прислал по всем правилам оформленное и заверенное предложение руки и сердца. Так что когда девушке удалось сбежать обратно, она вздохнула с большим облегчением…

— Замок!

Льян толкает меня в бок, уж слишком я задумался, и я приподнимаюсь на сиденье — верно! Впереди высятся высокие стены, опоясывающие поместье Дмитрия. Там я денёк отдохну, поделюсь с ним планами, затем — к Атти, надо передать ему расписки, которые он взыщет с ас Эрах с помощью тестя, а затем поеду к себе. В Михонго. Надо же, в конце концов, и хозяину появится в собственном поместье хоть раз!

Вездеход въезжает в гостеприимно открытые ворота, я вылезаю из него, и туту же попадаю в распахнутые объятия брата. Он вымахал за этот год ещё больше! Куда только растёт?! Настоящий гигант! Он в простой рубашке, таких же лёгких брюках, рот до ушей.

— Ну, брат, рассказывай! И вообще, я ужасно рад тебя видеть!

Обнимает вновь, потом тащит меня внутрь своего замка. Ну, замком его можно назвать скорее по привычке. Это большое здание, просто огороженное стенами. Рано ещё применять классическую русскую архитектуру в этих местах. Он кивает Льян, та быстро убегает.

— Давай, рассказывай. Как там у тебя дела?

— Нормально.

Хлопаю по сумке с логгером и толстой кипой долговых расписок.

— Подробности попозже, когда все соберутся. Ююми где? Не вижу.

— Она с малышами возится. Но скоро освободится. Сейчас покормит, и присоединится к нам за столом.

Снова улыбаюсь. Здесь я могу быть самим собой. Входим в приятно пахнувшую в лицо прохладу холла, и я вижу стройную фигурку невестки. Она неожиданно ойкает, подаваясь назад, Дима мгновенно напрягается, осматривается по сторонам. Мать честная! Это же она из-за меня! Ну, да. На мне мягкие сапожки, широкие брюки в стиле 'Аззе', как сейчас модно там, и, естественно, эчче кланового цвета. Естественно, что Ююми показалось, будто я её соплеменник. Но сейчас то она чего боится? Особенно, когда всё выяснилось и прояснилось? Она всплёскивает руками:

— Ох, Коля, напугал…

— Уж извини. Настолько уже привык к этому…

Провожу руками по ткани. Действительно, надо переодеться. В своё. Смотрю на брата:

— Поделишься нормальной одеждой?

Тот хлопает меня по плечу:

— Обижаешь, брат!

Зовёт служанок. Те, согнувшись в поклоне, ведут меня в душ. Как же мне его не хватало там!.. Спустя тридцать минут сидим за столом в прохладной зале, полной цветов по моде саури. Вообще дом Дмитрия представляет собой причудливое смешение всех стилей и пристрастий: имперских, саури, фиори, шемахи. Но мне нравится. Еда вкусная до невозможности. Ещё бы! Тут такая экология! Всё натурально, свежо и своё. Ююми и Льян сидят напротив. Рёска, кстати, переоделась тоже, сменив свой вечный мундир на простой имперский сарафан. За время учёбы на Светлой привыкла к нашей одежде. Но здесь её носить постоянно нельзя — уж больно она бьёт по морали аборигенов. Но там, где в ней можно появиться безбоязненно, Льян себе в таком удовольствии не отказывает…

— В общем, она захотела применить закон Желания. Это когда должник может потребовать от кредитора исполнения желания…

— Кошье?

Ююми бледнеет. Ведь все наши труды и год жизни едва не пошёл прахом. Успокаивающе ей подмигиваю:

— Я попросил её вернуть мне ребёнка, убитого ими.

— И?!

— Она согласилась.

Льян ощетинивается, словно дикая кошка:

— Да я ей глаза выцарапаю!

Улыбаюсь в ответ — девчонка не скрывает, что давно имеет виды на меня:

— А после этого я снял маску… И она поняла, что я — человек.

Невестка облегчённо вздыхает, её личико принимает нормальный цвет:

— Ох, напугал…

— Кошье — вещь очень рискованная. Но в моём случае я не потребовал ничего невозможного. Ты — наглядное тому подтверждение.

Ююми улыбается. Льян краснеет. Она то чего?

— Словом, осталось отдать расписки Атти, и Фиори практически рассчитывается с Кланами.

— А с Империей?

Машу рукой.

— Там проще. Отец может и смягчить условия по кредиту. Особенно, когда ему на Красную столько народа отправили!

…Отец — это новый родитель Атти, муж его матушки. И — Император Руси. Следовательно, всё верно — папа…

— Верно. А не боишься?

— Чего? Ты же знаешь основное условие — любовь должна быть. Если оба не захотят, то детей никогда не будет. Или ты считаешь, что я смогу полюбить убийцу своей жены и детей?!

— Всё-всё.

Дима машет руками в знак примирения. Льян мрачнеет, Ююми отворачивается. Воцаряется неловкая пауза.

— Ты надолго на Фиори?

Пожимаю плечами:

— Думаю, уже совсем. Сейчас отдам Атти бумаги, пусть начинает процесс банкротства ас Эррах, а средства отправляет на погашение кредита. Ну а сам — к себе. Надо же посмотреть, как я тут устроился.

Дмитрий улыбается:

— Нормально устроился. Правда, поместье пока на консервации, под охраной. Местные туда даже чихнуть боятся. Слухи про тебя среди них ходят жуткие. Впрочем, они такие про всех наших. В общем, дом тебя ждёт. Непонятно только, почем уты проект изменил? Чем тебе это не нравится?

Обводит вокруг руками. А что я могу сказать? Да. Красиво, удобно, эргономично, так сказать. Но Михонго, оно… Как бы лучше пояснить… В общем, не так уж и замирено, по сравнению с Рёко, Тушуром, Шемахой. И иметь жилище, подобное усадьбе брата, не слишком правильное решение. Моё — гораздо лучше укреплено, хотя и обошлось дороже, чем Димино, ну и побольше, пожалуй. Но выглядит гораздо суровей. Если у брата просто типичная вилла, обнесённая принятой на Фиори стеной, то у меня настоящий замок, стоящий на скале среди горных вершин, поросших могучими деревьями, на берегу большого озера. Место очень красивое и живописное. И мне нравится. До ближайшего местного городка — четыре дня пути конному путнику по горным тропам. Дорога к замку ещё в планах. Зато стоит суперсовременная система дальней связи, потому что я намереваюсь по мере сил и возможностей помогать родителям, ну и чтобы оставаться в форме. Мало ли, как сложится жизнь? К тому же, у меня Репутация… Ну а добраться, куда мне нужно, я всегда могу на обычном вертолёте. Благо, даже в те древние времена, до уровня которых разрешено развиваться нашему поколению на Фиори, были такие транспортные средства, перемещающиеся по воздуху. И одно из них у меня имеется. Точнее, не одно, разумеется. Так что чувствовать себя оторванным от мира я не собираюсь. Да и комфорт в моём поместье едва ли не превосходит такой у Дмитрия. Тоже имеется всё мыслимое и немыслимое. Словом, не пропаду. А что пока один? Так тут ключевое слова — пока. Всё течёт, всё меняется. Вот и Льян не скрывает, что видит себя моей женой…

— Да, кстати, Льян, а что там за история с Лиэй дель Тумиан?

Неожиданно произносит Ююми, и рёска вдруг становится темнее тучи. Я с интересом всматриваюсь в лицо девушки — с чего бы она вдруг так резко среагировала? Нехотя та открывает рот:

— Ооли очень недовольна тем, что Атти уделяет той столько внимания…

— Внимания?!

Это уже я.

— А поподробнее можно?

Иногда знание свежих сплетен спасает жизнь…

— Да какое там! Сказали тоже, внимание! Просто разрешил той бывать при дворе, благо, её младшие сёстры служат в Дворцовой Гвардии. Да ты, Ююми, их знаешь — младшая из них твоим ординарцем в батальоне была. А я с ними ещё из Рёко бежала. Хорошие девчонки, и не понимаю, с чего Ооли так взъелась на неё? Женщине и так в жизни не повезло…

— Ревнует. Мы, саури, очень ревнивы по натуре. Ты же знаешь, Льян. А Лиэй, по слухам, его первая любовь.

— Детская любовь! Они тогда оба сопляками были. Да и кровь между ними. Атти её отца убил! Лично! Ооли совсем ума лишилась. Не хочет думать!

…А вот это то и плохо. Нелады в императорской семье — очень не к стати…

— Ладно, Льян. Отдыхать хорошо, но нам нужно ехать. Император ждёт это.

Хлопаю по сумке, висящей на моём стуле. Поднимаюсь, перекидаю ремень через плечо. Льян со вздохом встаёт:

— Вот так всегда. Только чуть расслабишься…

Улыбаюсь ей в ответ, и теперь совершенно спокойно и расслабленно, без малейшего труда:

— Сначала дело. Остальное — потом.

— Ну, да. Разумеется…

Убегает переодеваться. А я выхожу во двор.

— Когда снова приедешь?

— Не знаю даже. Но теперь то я здесь, на Фиори. Так что, если что — давайте сами прискакивайте…

— Поехали, Коля.

Льян подгоняет свой вездеход, уже переодетая опять в форму. Быстро она. Торопливо прощаюсь с родственниками, трогаемся. Наш путь — до города. А там, самолётом, в Саль, где находится Дворец Императора Атти Неукротимого…

Глава 27

То, что планировалось как короткая встреча для передачи бумаг, растянулось на неделю. Пока внесли все документы в реестр, пока я закончил подготовку иска по взысканию, пока… Словом, ещё одна сумасшедшая неделя. Так что после запуска процедуры я сутки спал без всякого движения. Словно убитый. Но, наконец, проснулся, сладко потянулся так, что хрустнули косточки, медленно слез с койки и прошлёпал к окну, откинул занавеску. По глазам ударило яркое солнце, зажмурился от неожиданности. Как же хорошо! Прислушался к себе — странно, но чувствую себя намного легче. Словно камень, лежащий на моих плечах, свалился с них, и теперь я свободен от груза. А впрочем, так и есть! Моя душа теперь спокойна. Я исполнил свою клятву. Теперь можно и отправляться в Михонго. Приставы и клерки Вождя Вождей трудятся без сна и отдыха — описывают имущество ас Эррах, изымают активы, переводят деньги с банковских счетов, очищают хранилища. Удар нанесён сокрушительный, и члены клана пошли по миру. В буквальном смысле, поскольку их недвижимость тоже конфискована. Разумеется, в пользу Неукротимого. Скоро будут торги, и долг Фиори начнётся гаситься ударными темпами, со значительным опережением графика. Тогда планете станет легче, мы снова сможем получать из Внешних Миров технику и оборудование. Да и на Вождя Вождей перестанут косится, мол, он покрывает доченьку своей властью…

Одеваюсь, привожу себя в порядок. Теперь неплохо бы и перекусить. Выхожу из спальни — рядом с дверью на стульчике дремлет девушка. Довольно симпатичная, в форме дворцовой охраны. Настроение у меня отличное, может, подшутить? Тихим, бесшумным шагом прохожу мимо неё, направляясь по коридору к лестнице. Спускаюсь в зал. Там тихая суета, слуги снуют с тряпками и вениками, приводя в порядок помещение, наводя идеальную чистоту. Спокойно прохожу мимо. На мне — типичный для этих мест наряд, так что особого внимания на мою персону никто не обращает. Выхожу на улицу. Так позавтракать? Или побыстрее отбыть к себе? С Атти всё решено, проблемы устранены, я, собственно говоря, уже здесь и не нужен. А надоедать кому-либо в не в моих привычках. Пожалуй, поеду я к себе. Мой вертолёт стоит на площадке, заправленный и готовый к старту в любой момент. Да. Решено. Уйду не прощаясь. Прохожу по большому, залитому солнцем мощёному двору, украшенному клумбами и газонами, охрана у ворот спокойно выпускает меня, поскольку я им хорошо известен. Неукротимый их строго-настрого предупредил. Вижу, как один из внутреннего наряда берётся за трубку, докладывает. Это его обязанность. Прогулочным шагом спускаюсь по асфальтированной дороге, описывающей круг вокруг Дворца, мой вертолёт внизу. На посадочной площадке. Боги, как же хорошо наконец расслабиться! С удовольствием подставляю своё лицо солнышку. Прислуга на площадке приветствует меня поклоном, но смотрят с каким то удивлением.

— Машина готова?

— Да, сьере Ник, заправлена и проверена. Можно вылетать в любой момент.

— Тогда мне пора.

Залезаю внутрь, но тут раздаётся вопрос:

— Позвольте спросить, сьере, куда вы направляетесь?

— К себе.

Грохот двигателя заглушает дальнейшие вопросы, слуга испуганно отбегает. Оба винта, расположенные на больших штангах, начинают вращаться. Подаю сектор газа вперёд, машина отрывается от земли. И через решётчатую кабину я вижу, как разбегается волнами аккуратно постриженная трава. Вроде там кто-то бежит? Нет. Совершенно незнакомое лицо. Вертолёт слегка кренится и уходит на высоту, описывая плавную дугу. Рация у меня выключена, так что никто меня не потревожит до моей посадки в Михонго. Набрав скорость, включаю автопилот, откидываюсь на спинку сиденья. Затем оборачиваюсь — ого! Салон завален всяким барахлом. Это кто же так постарался? Ладно, взгляну попозже. Наверное, Ооли и Атти постарались. Подарков нагрузили. Был об этом разговор. Я, как ни отнекивался, но разве эту парочку переспоришь? Закладываю руки за голову, расслабляюсь. Внизу проносится земля. Высота порядка километра. Можно рассмотреть проносящиеся дома, людей, транспорт. Ухоженные поля, ровные нитки каналов и железной дороги, линии энергопроводов. Цветущий мирный вид. Мне лететь порядка шести часов, так что уже жалею, что не поел перед дорогой. Впрочем… Вспоминаю — тут же есть неприкосновенный аварийный запас! Действительно, чего это я? Вынимаю аккуратно упакованный ящик из креплений. Точно! Шоколад, три стандартных контейнера сухого пайка, аптечка — ну, это мне пока не нужно. Конфеты, пара термосов с чем то жидким, вроде как стимуляторы, бутылка с водой. Дёргаю язычок одной из упаковок, и спустя две минут уже наворачиваю горячую еду, на удивление вкусную и аппетитную. Или это я проголодался? Пара глотков воды настраивает меня на благодушный лад. Ну, скоро я буду дома… Дом. Перекатываю это слово во рту. Да, теперь это мой дом, моё жилище, моя крепость. Место, где я проведу свою жизнь. Скучать вряд ли придётся. Хотя после бурной прежней жизни, которую я вёл в Империи, кому то покажется это невозможным. Но что поделать — все мы когда-нибудь устаём. Вот и мне уже не хочется возвращения к прошлому. Смерть, погладившая меня по голове, перевернула моё мировоззрение полностью. Подруги? Вкусная еда? Сладкие напитки? Деньги? Зачем мне они, если нет главного?.. Смысла жизни? Последнее время для меня таким смыслом была месть. Но я исполнил свой долг, и теперь внутри меня пустота, которая заполнится очень и очень не скоро. Если вообще сможет исчезнуть когда-нибудь…

Кошусь на маршрутизатор — машина идёт ровно по ниточке проложенного маршрута. До моего логова остаётся минут тридцать. Скоро отключать автопилот. Местность сильно изменилась, суровые остроконечные горы, покрытые вековыми деревьями. Преимущественно елями и соснами, но иногда попадаются и неизвестные мне остроконечные вершины, чем-то напоминающие тополя Красавицы. Внизу мелькает деревня. Люди, её населяющие, падают на колени, прикрывая себе головы руками, скотина удивлённо смотрит на хозяев, не обращая внимания на тихий стрёкот, донёсшийся с небес. Ничего. Привыкнут. Скоро перестанут так пугаться… Время. Отключаю хитроумный ящик, беру управление на себя. Приходится непрерывно маневрировать между вершин, и вот я уже вижу сверкание глади озера, на котором построен мой замок. А вот и он! Словно игрушка. Новенький, чистенький. Находящийся на неприступной скале, у которой срезана вершина. Стены из ровно отёсанных валунов, аккуратные строения, идеально ровная площадка в центре. Всё-таки замок очень красив! Невольно ловлю себя на том, что мои губы растянулись в улыбке сами собой. Ну и пусть! Мне нравится! Выбираю место для посадки. Вертолёт зависает на месте, аккуратная работа сектором газа и рулями. Есть касание. Машина мягко оседает на амортизаторах, винты начинают вращаться всё медленней. Чух! Двигатель выплёвывает последнее облако выхлопных газов. Прибыл! Навстречу шеренгой спешат роботы, составляющие прислугу дома. Людей в замке нет. Пищит мой браслет, это на связь выходит управляющий Интеллект.

— Приветствую, хозяин!

— Рад тебя слышать, ИИ. Как у нас, всё спокойно?

— Да, хозяин. Нарушителей нет. Попыток проникнуть в замок тоже не было. Чего-нибудь желаете?

— Обедать.

— Приступаю, хозяин. Следуйте за роботом. Он проведёт вас.

Один из паучков вскидывает свои манипуляторы, послушно иду за ним. Спохватившись, даю команду разгрузить машину, проверить её после полёта и заправить. А так же пополнить НЗ, который я безжалостно распотрошил. Вижу, как остальные паучки устремляются к вертолёту.

Внутри — чистота и порядок. Но чувствуется, что замок необитаем. Ничего! Я уже явился. И теперь тут начнётся нормальная жизнь…

…Неделя ушла у меня только на то, чтобы обойти весь замок. Снизу до верху. Собственными ножками, как говорится, пощупать лично камешки, отделку, мебель. Обустройство своего гнезда я доверил брату. Но, похоже, что здесь приложила руки и его половина. Во всяком случае, женская рука чувствуется. Особенно, в спальне. Не люблю я такого, и потому место для спанья переменил сразу же. перестановку на собственный вкус делать не стал. Рядом было помещение соответствующего назначения, поэтому просто переехал туда. А эту оставил гостевой. Ну или… Рано или поздно, женщина в моём замке появится. Что уж тут говорить. Но скорее, что поздно. Ничего. Роботы у меня высшего качества, так что ничего не испортится. А вообще, как хорошо проснуться на рассвете, свистнуть паукам, чтобы накрыли на веранде, выходящей к озеру, и смотреть на его ровную гладь, покрытую лёгким туманом, поднимающимся от воды, любоваться игрой лучей на поверхности! Такая идиллия меня просто расслабляет, и я чувствую, как из меня уходят усталость, злоба и горе. Наверное, Аами бы здесь тоже понравилось. Не говоря уж о моём ребёнке. Почему то мне кажется, что это была бы девочка. Такая же красивая, как её мама, светловолосая, но с моими глазами… Время от времени меня вызывают по системе связи, но абонент мне совершенно незнаком, и у меня нет желания заводить новые знакомства. Те, с кем я имею желание общаться, скажем, родители, брат со своей семьёй, Льян и ас Самих знают прямой номер, а не забитый в справочник официальный. Естественно, ещё Атти и Ооли. Ну а прочие… Мне сейчас просто необходимо одиночество, слишком долго я был на виду саури. В Кланах практически невозможно побыть одному, и это напрягало. Иногда очень сильно. А здесь, в уединении и отшельничестве, мне становится с каждым днём всё лучше, вплоть до того, что появилось желание съездить в близлежащий город и ознакомиться с обстановкой, творящейся вокруг. Оставлять замок я не боюсь — роботы не подпустят никого чужого близко к стенам, а тем более — внутрь. Так что можно и съездить. Наместник области предупреждён о моём появлении уже давно, так же, как и то, что моя персона находится на особом положении, поэтому неприятностей у меня быть не может по определению. Но показаться всё-же чиновнику требуется. Как-никак, я же сам очень персона. И не встретиться с коллегой, разумеется, в некотором роде, просто не вежливо. Поэтому я планирую слетать туда на следующей неделе. В небольшой город под названием Аххар. Сесть и оставить свой вертолёт я смогу в резиденции наместника, а оттуда доехать до города либо на вездеходе, надеюсь, такой для меня найдётся, либо на лошади, на худой конец… Внезапно что-то мелькает вдали, среди деревьев. Мне кажется? Или кто-то решился нарушить моё уединение? Но дорога в замок подходит с другой стороны…

— ИИ, направление — скалы-близнецы. Расстояние — семь километров. Есть возможность узнать, кто там лазит?

Интеллект мгновенно откликается:

— Радиус охраняемой зоны пять километров, хозяин.

Досадно. Но сколько я не напрягаю глаза, ни они, ни принесённая роботами оптика не помогает. Всюду, куда ни кинь — сплошная зелень густого леса. Впрочем, визит в город запланирован через три дня, так что время выяснить, кто же тут шастает, ещё есть. Может, это вообще зверь. Медведь, или лось. И я зря нагнетаю обстановку? Вполне реально. На всякий случай приказываю роботам усилить охрану периметра…

…Ночью меня будит ИИ. Спросонок выражаюсь нецензурными словами, потом спохватываюсь:

— В чём дело?

Искусственный интеллект своим сухим тоном докладывает:

— Нарушен периметр безопасности.

— Кто, или что?

— Биологический объект. Соответствует параметрам человека.

— Мужчина? Женщина?

— Не могу определить. Имеется оружие.

…Ого! Оружие! Значит, огнестрельное. Потому что на холодное ИИ реагировать вообще не станет. До особого распоряжения. А если огнестрельное, то…

— Объект один? Или есть ещё кто?

— На данный момент один. Использую режим термосканирования, объект вошёл в зону действия датчиков.

— Картинку сюда.

Вспыхивает сфера. Мда… Разглядывать в тепловом изображении, оказывается, довольно сложно. Даю команду перевести в оптический режим, что-то начинает проявляться. Силуэт в плаще. Может, накидке. В руках — нечто вроде ружья. Марку определить не могу, я же здесь не воевал. Но, похоже, один из уцелевших и скрывающихся наёмников, воевавших на стороне Коалиции. Однако, силён! Война то уже полтора года как закончилась! А этот ещё жив… Интересно, на что он рассчитывает? Стоит только активировать минные поля, и… Развлекаться с беглецом желания нет. Прикончить его сразу? Спрашиваю сам себя, по-прежнему косясь на сферу с изображением. Но что-то в этом наёмнике не так. Явно не так. Движения у него… Слишком уж плавные, как у саури. Так может это он и есть? Но насколько я знаю, ни один из клановцев не воевал на той стороне. Это точно. Тогда что? По мою душу? Каким образом, интересно? Через ТПС охотника за головами не пропустят. Ага. Фигура в накидке останавливается. Вертит головой в капюшоне. Лицо закрыто.

— ИИ, держать на контроле. Когда приблизится к стенам, оповестишь меня. А пока оставить всё, как есть.

— Приказ получен.

Сфера гаснет, и я засыпаю…

…Это не наёмник. Действительно. Я смотрю на хорошо мне знакомое лицо, сидящее напротив. Это саури. Сейчас она торопливо уплетает картошку с мясом, приготовленную роботами. Похудевшее лицо, чуть впалые щёки, исцарапанные кисти. Глаза прикованы к еде. Так кажется со стороны. Но на самом деле ей стыдно смотреть мне в глаза, потому что между нами смертная месть, по законам Кланов. Но, тем не менее, она пришла просить помощи у меня, её злейшего врага. Самое странное, что мы никогда раньше не встречались, как говорится, лицом к лицу раньше. Только вот лицо именно этой саури выжжено в моей памяти навеки… Лицо Аами. Аами аль Арийя…

…Она пришла к воротам в районе полудня. Не стала скрываться или прятаться, а просто подошла к кованным полотнищам и постучала в них прикладом своего ружья. Я вышел на галерею между башенками, перегнулся через стену, выглядывая между зубцами и крикнул:

— Что надо?

Она подняла голову, увидела меня, потом медленно, устало, стянула с головы капюшон изодранного и грязного плаща, сбросила с плеча ремень оружия, расстегнула пояс, на котором висел меч, подняла руки, скрестив их перед собой. Затем хриплым голосом произнесла:

— Я пришла отдать себя на твой суд, Ник Рогов. Меня зовут Ээри аль Арийя, я — последняя из Клана аль Арийя…

Договорить она не успела, потому что я уже скатывался вниз, приказывая открыть калитку. А когда я выскочил на площадку, саури уже лежала без сознания. Она дошла, исполнила то, чего хотела, а потом отключилась, словно израсходовавший заряд робот, или детская игрушка. Оружие так и осталось валяться снаружи, когда я, подхватив странно лёгкое тело, внёс её во двор своего замка. Роботы уже волокли носилки, на которые я уложил девушку. Один выскочил наружу, сгрёб всё, что там лежало, утащил в кладовую. А я поспешил за неподвижно распростёртым на носилках телом… Хвала Богам, ничего страшного с моей гостьей не произошло, просто усталость, истощение, и, как заключил ИИ, небольшой нервный срыв. Как мне и показалось — девчонка дошла до места назначения, закончив своё дело, и у неё не осталось стимула для дальнейшего. Хорошо, что в свой замок я поставил самый дорогой и лучший в Империи медицинский комплекс. Даже у Атти не было такого. Проблем с доставкой не возникло — аппарат мирного назначения, да ещё и штучная поставка, Арбитры пропустили без вопросов, учитывая, что я выходец с более развитой планеты. Правда, в регенерационную ванну саури я не запихивал, просто робот произвёл первичную обработку её ран и царапин, стёртых в кровь ног, и привёл её в чувство, добавив ряд слабых стимуляторов. Как пояснил диагност — ничего, кроме нормального питания и спокойной обстановки для её лечения не требовалось. Когда же та очнулась и немного пришла в себя, её отмыли, переодели, и вот, сейчас мы сидим в столовой и проясняем всё произошедшее, в том числе, и её приход ко мне. История грустная. Даже печальная. Но что случилось, того не вернуть. Все челны её клана истреблены. И, как я понимаю, опять к этому приложили свои руки ас Эррах. Тогда ещё они были в силе, и скрывали свою заинтересованность в уничтожении свидетелей собственной измены. Но любой, самый тщательно разработанный план терпит неудачу, столкнувшись с реальностью. И доберись они до Ээри раньше меня — всё было бы скрыто, и их измена осталась ненаказанной. Правда, эта саури ещё не знает, что всё уже закончилось, и справедливость восторжествовала. Впрочем, и сами аль Арийя тоже не без греха. Но в той ситуации противостоять давлению второго по могуществу Клана они просто не могли. Потом было полтора года жизни в бегах, когда её искали все. Но… Ей повезло. И девушка даже сможет исполнить свой долг перед Кланом.

— Как себя чувствуешь?

— Спасибо… Уже лучше…

— Очень хорошо. Но ты опоздала. Ас Эррах уже заплатили сполна. За Аами, за ваше истребление. Их клан убран из Алой Книги.

Она вскидывает на меня изумлённое личико, я же спокойно откидываюсь на спинку стула:

— Ты — ешь. Изголодалась ведь в бегах?

Несмело кивает в ответ. Ещё пару ложек, поскольку вилку она не взяла. Снова осмеливается поднять глаза.

— Но… Как?

Задумчиво отвечаю:

— Они наследили. Остальное — дело техники и мозгов.

Короткая пауза.

— Что думаешь делать дальше?

Она опять опускает глаза:

— Не знаю.

— Поисковый лист аннулирован. Так что ты можешь спокойно возвращаться домой.

Девушка тихо произносит:

— Теперь мой дом здесь, на Фиори… Мой… Муж…

Всё верно! Едва не хлопаю себя по лбу — она ни за что бы не смогла прожить в горах столько времени!..

— Он ждёт меня со своими воинами.

— Там?

Показываю на стену, выходящую к озеру и Двум Сёстрам. Она послушно кивает.

— В горах не очень?

— Да. Зимой голодно. Дичь уходит туда, где теплей. А наши поля… Они слишком маленькие.

— Удивляюсь, что ты вообще осталась жива. Здесь на саури охотятся, словно на волков.

Она опять кивает. Увы, это так. Лишь в последнее время народ на Фиори немного успокоился… Затем Ээри спрашивает:

— А как вы с Аами… Последнее, что я узнала о сестре — она выходит за вас замуж…

— Да.

Мне тяжело говорить, но я выдавливаю из себя:

— Мы уже ждали ребёнка. Твоя сестра забеременела. Но… Дальше ты знаешь сама.

Её глаза расширяются в изумлении:

— Но это же невозможно!

— Почему?

Теперь удивляюсь я.

— Моя невестка, жена брата, родила двойню. Императрица Ооли — уже двоих. Да и на Алой Руси уже больше тысячи детей, насколько мне известно. Просто надо…

Умолкаю.

— Давно ты замужем?

— Год и…

Торопливо считает:

— Четыре месяца. Но у нас ничего нет! Не получается…

— Значит, ты его не любишь. Вот и всё.

Её глаза теперь сужаются, а у меня сжимается сердце — как же она похожа.

— Не вздумай ничего себе воображать, человек!

Облегчённо улыбаюсь:

— Знаешь, ты так похожа на сестру… Она тоже сначала бросалась на меня. Но потом…

Отворачиваюсь.

— Чем я могу тебе помочь? Хочешь, я переселю вашу деревню куда-нибудь в другие места? Где будет легче?

Саури изумлённо смотрит на меня:

— Ты… Серьёзно?!

— Разумеется. Сейчас в Империи много свободных земель, и ещё больше работы. Руки нужны везде. Так что, если есть желание — без проблем.

К моему удивлению, теперь девушка отрицательно качает головой.

— Нет. Мы бедные, но гордые. Никто из нас не согласится.

— Как знаешь. Можешь переночевать в замке. Обещаю, что не буду к тебе приставать. Отдых тебе просто необходим. Хотя бы сутки.

Она опять мотает головой:

— Меня ждут.

Молчу. Потому что не хочу её отпускать. Слишком она похожа на Аами, да и любви у неё к супругу нет. Либо у него. Потому что иначе бы она уже имела детей… Но… Внезапно Ээри тихо произносит:

— Я не хочу заменить тебе сестру. Потому что ты всегда будешь видеть её вместо меня…

Что за… Я даже напуган, если честно! Неужели она прочитала мои мысли?!

— Просто всё написано на твоём лице, Николай.

…Может быть. Может… Потом я снова стою на стене и смотрю, как её фигурка, затянутая в новенький комбинезон с рюкзаком на спине исчезает среди деревьев. Всё, что я смог для неё сделать. От остального саури отказалась, разбередив мне душу. А ещё я знаю, что больше мы с ней никогда не увидимся… Булькает сигнал вызова. Машинально отвечаю:

— Рогов.

— Сьере Рогов? Могу я встретиться с вами для личного разговора?

В сфере возникает незнакомое лицо. Но с другой стороны, я где-то видел эту фиорийку. Точно! Она спала на стуле возле моих покоев во дворце! Любопытно. Личный разговор? То, что мне просто необходимо, дабы отвлечься.

— Через три дня я буду в Аххаре. Знаете, где это?

Девушка кивает в знак согласия.

— Вам хватит времени добраться?

Опять согласный кивок.

— Тогда, когда прибудете, вызовите меня, сообщите, где находитесь, и я вас найду. Договорились?

Фиорийка с облегчением вздыхает:

— Договорились!

— Тогда — до встречи.

Отключаю связь. Всё-таки меня выцепили. Опять перевожу взгляд туда, куда ушла Ээри, но перед глазами лишь зелёная листва вечного леса…

Глава 28

— Десять тысяч раксов, три. Продано!

Яяла закусила губу. Вот и всё. Её клана больше нет. Имя ас Эрах вымарано из Книги Кланов. Имущество отобрано за долги, Дом Клана разрушен, а сами челны бывшего клана проданы в рабство, чтобы погасить недостающее. А как всё хорошо начиналось! Ас Эрах быстро продвинулись вперёд, когда началась торговля с людьми. Имея информацию из системы телепортационных ворот они заранее знали о поступающих товарах и действовали на опережение. Ас Самих приходилось туго, пока не появился тот пленник, отпущенный из плена. Ха, пленник! Человек в маске саури! И эти презренные пошли на то, чтобы принять его в Клан! Впрочем, всё законно. Обычаи позволяют это. Принять любого в Клан, если он будет этого достоин. А Рогов мог стать ценным приобретением для любого из кланов саури. Но выбрал именно ас Самих. И начал работать. Быстро завоевал себе репутацию, обладая непревзойдённым умением, разгадал несколько хитрых операций, которые она, Яяла, пыталась провести, и принял контрмеры. А дальше — ниточка кредитов потянула за собой новые кредиты, чтобы отдать прежние, потому что убыток следовал за убытком, и выбраться из долговой ямы было просто нереально. И вот, закономерный результат — рабский рынок на Харри, нейтральной планете, избранной для торговли с аури. Некогда злейшими врагами, ставшими новыми партнёрами Вождя Вождей. Тот быстро набирал силу, и теперь Кланам приходилось оглядываться на него, а не решать проблемы самостоятельно. Да и третья сила, стоящая за ним, тоже вдруг обрела мощь. Какие возможности открывались в будущем! Но теперь она лишена всего. Ошейник на шее, цепи на руках и ногах, рубище на теле. И неизвестность…

Охранник дёрнул за цепь, прикреплённую за ошейник, потащил за собой. Странно, что купили её одну. Остальные челны клана так и стоят на помосте. Может, она кому-нибудь приглянулась? Спасите меня, Тёмные и Светлые Боги! Впрочем, её статус — рабыня. И что она может предпринять, чтобы не стать подстилкой какому-нибудь из аури? Или случилось самое страшное — её купили в публичный дом, тогда остаётся только умереть… Да мало ли как может использоваться рабыня? Не обязательно и в качестве женщины — затравить дикими зверями, испытывать новое оружие. Это же аури! Беспощадные и безжалостные. Несмотря на наступивший мир, так и сохранившие ненависть к своим недавним врагам. Саури — не люди. Вот тех аури уважают, даже роднятся. Но мы… Слишком долго мы воевали, слишком много между нами крови… Боги! Это — та, что меня купила?! Значит, мне точно придётся несладко… Молодая, красивая, в богатом платье. Смотрит на меня с усмешкой. Очень нехорошей, надо сказать… Охранник передаёт цепочку, аури пристёгивает её к своему узорчатому пояску.

— Иди за мной.

А речь у нас похожа. Даже очень…

Короткий переход по галерее, заталкивают в тёмный грязный отсек какой-то машины. Заработал шумный двигатель, начало трясти. Едем? Ну, да. Харри отсталая планета, просто сделанная рынком, и строительство идёт бурным ходом… Яяла охнула — процесс перехода через ПТС не перепутаешь ни с чем! Значит, они направляются к новому месту её жительства. Куда только? А не всё ли равно? Похоже, что остаток своих дней она проведёт в аду…

— Выходи!

С трудом выбралась из конурки, в которой пришлось так долго трястись, что затекли суставы. Встала на четвереньки, попыталась выпрямиться, застонала от острой боли. Аури толкнула её ногой, и, охнув, Яяла распростёрлась на земле.

— Что, больно?!

Рванула цепь, и саури едва не задохнулась.

— Поднимайся, тварь!

Стиснув зубы, кое-как та встала с земли, с ненавистью полоснула по аури взглядом. Против ожидания, та рассмеялась:

— Надо же! Какая злоба! Бывшая благородная из высокого клана стала ничтожеством, о которое вытирают ноги! Ничего! Скоро из тебя вылетит вся спесь, и ты ещё будешь умолять дать тебе кусочек фирры, животное!

Швырнула свой конец цепи рослым гигантам, возвышавшимся позади неё:

— Заприте её в клетке, а я пойду, извещу нового хозяина этой…

Что? Эта аури — всего лишь посредник?! Значит, кто-то ещё? Гиганты мгновенно напялили ей на голову мешок из грубой ткани, подхватили её под руки, потащили. Несколько раз саури спотыкалась, потому что ничего не видела, но ей не давали упасть. Потом лязгнуло железо, мешок стащили с её головы, и Яяли пришла в ужас — грубо изготовленная клетка в виде яйца, болтающаяся на цепи, подвешенной к высокому столбу, свисающего за зубчатую каменную стену. Что это за планета? И что за место? Между тем один из гигантов подтащил крюком клетку к стене, открыл дверцу. Второй отцепил цепь сопровождения от ошейника. Они снова подхватили Яялу за руки, запихнули внутрь клетки. То ойкнула от боли, грубые швы рассадили ей кожу на колене. Стражники радостно оскалили зубы в глумливом смехе. Затем дверцу захлопнули, повесили примитивный, но надёжный замок. Всё? Проводив взглядом удаляющиеся фигуры, саури осмотрелась — внизу расстилалось море. Далеко внизу зубчатой скалы, на которой было возведено строение. Острые клыки камней выглядывали из белого прибоя, яростно бросающегося на отвесный берег. Большая, неправильной формы бухта. У дальнего конца стоит множество примитивных кораблей. Впрочем, что они знают о жизни аури? Ничего. Совершенно ничего. Враги умело хранили все свои тайны… Яяла поёжилась. Сейчас тепло, вон как припекает солнышко. Хотя ветер довольно пронизывающий. А на ней всего лишь тонкое, грубое полотнище, оставляющее открытым руки и босые ноги. И очень хочется пить. Просто ужасно! Будут ли её поить и кормить? И вдруг похолодела от ужаса: клетка, выставленная за стену дома… А не казнь ли это? И она должна будет умереть в этой самой клетке от голода, если не замёрзнет и не заболеет раньше? Боги! Спасите меня!..

Яяри дель Стел набрала номер абонента. Пара гудков, потом сфера вспыхнула, и в ней появилось лицо человека:

— Привет, Ник!

— О, доса графиня! Ужасно рад вас видеть! Значит, мой заказ выполнен?

Аури улыбнулась:

— Разумеется, когда я могла отказать тебе, Коля?

Рогов-средний рассмеялся в ответ:

— Да тогда, когда вышла замуж за Сергея, разумеется!

Теперь засмеялись оба. Наконец, человек оборвал смех, взглянул на аури, та тоже стала серьёзной:

— Она здесь, Коля. Мы ради такого случая, даже клетку раздобыли! И на стену повесили.

— У неё нет никаких подозрений?

— Ни малейших. Будь уверен. И сколько мне её так держать?

На лице Рогова отразилась задумчивость, но буквально на мгновение, затем её губы сжались в ниточку, и он процедил:

— Три дня. Раньше не могу. Но воду ей давайте. А вот кормить не обязательно. И остальное тоже.

— Ты чего?!

Аури разозлилась не на шутку:

— С ума сошёл?! Я что — варвар, или садистка?

— Яяри, очень прошу. Ради меня! Мне надо, чтобы она сломалась. Очень надо.

Графиня зло посмотрела ему в глаза, но всё же смягчилась:

— Ладно. Но только три дня. И ни минуты больше!

— Я твой должник, Яяри!..

…К исходу третьих суток в клетке за стеной замка Яяла потеряла всякую надежду выжить. Бутылка из сушёной тыквы с водой — вот и всё, что ей давали. Голод терзал пустой желудок тупыми ножами изнутри желудка. Ни выпрямиться, даже шевельнуться было больно. Рёбра клетки промяли нежную кожу до ссадин, и боль была просто невыносимой. Измученная сверх всякой меры, она уже начинала терять сознание, когда клетку вновь подцепили крюком, подтащили к стене, и сильные руки охранников вытащили её из страшного орудия пытки. Всё тело горело от солнечных ожогов и соляной пыли, осевшей на нём. Роскошные некогда волосы свалялись в комки, разогнуться сама она уже не могла. Охранники вновь напялили ей на голову мешок, куда то потащили.

— Она?

— Да.

Голос женщины саури узнала. А вот второй, мужской, был тоже знаком, но очень смутно. Кто же это? Откуда она его знает? Если бы не туманящееся сознание… И она бы могла видеть? Едва не застонав, подняла скованные по-прежнему руки к мешку, но тупой удар заставил саруи опустить их и застыть неподвижно…

— Что же, выглядит она так, как и заслужила.

— Ты жесток…

— Никаких имён.

Короткая тишина. Потом последовал приказ:

— Загрузите её ко мне. Я возвращаюсь в Михонго. Спасибо.

— Больше никогда не проси ничего подобного у меня.

— Не буду. Только ты зря обижаешься.

— Ох, не знаю, что у тебя на уме, но с каждой минутой это мне нравится всё меньше и меньше, Коля…

— Я же просил, без имён!..

Коля? Имя похоже на… Да нет. Не может этого быть! И зачем ему?! Руки охранников вновь подхватили саури под локти, куда то потащили. Потом швырнули на жёсткое ложе. Яяла застонала от боли, задохнувшись на мгновение от удара о поверхность. Попыталась вытянуться — к её величайшему удивлению, это удалось. Затем поверхность затряслась, что-то загрохотало, и она почувствовала, что они поднимаются. Потом последовало плавное движение вперёд, к горлу подступила дурнота. Но в следующее мгновение стало легче, да и шум двигателя изменился на более ровный и спокойный, без прежнего надрыва. Сколько они были в пути, она не поняла. Но очень и очень долго. Яяла пришла в себя, когда вдруг рёв мотора смолк. Наступила тишина, отдавшаяся звоном в ушах. Затем послышались шаги, её подхватили под руки, подняли. На этот раз это был явно один охранник, или кто там ещё. Начал её тянуть за собой. Лучше бы снял мешок!

— Лестница.

Предупредил? Осторожно нащупывая ступеньку за ступенькой, спустилась, так же поддерживаемая неизвестным. Наконец оказалась на чём то ровном. По ощущениям ступней — то ли камне, то ли бетоне, излюбленном материале для строительства людей. Услышала облегчённый вздох, не обращённый ни к кому:

— Дома…

И потом, насмешливое обращение к ней:

— Эй, саури, снять с тебя мешок?

— Да!

Выпалила она, не раздумывая ни секунды. Тишина. Никаких движений. И пересиливая себя, Яяла тихо произнесла пересохшим горлом:

— Снимите с меня, пожалуйста, мешок, хозя… ин…

Мгновение страшного ожидания, а потом пыльную ткань рывком сдёрнули с головы, затем рывком развернули, и колени саури подкосились:

— Здравствуй, Яяла. Ты просто не представляешь, как я рад тебя видеть! Особенно, в таком виде…

Рогов отступил назад и с нескрываемым удовольствием окинул взглядом измученную, грязную саури, прищёлкнул пальцами:

— Просто великолепно! Ты выглядишь настоящей рабыней!

— Ты?!

Его глаза мгновенно прищурились, словно человек прицеливался, затем тот буквально процедил:

— Как смеешь ты, рабыня, обращаться к своему хозяину на 'ты'?! Или тебе опять хочется туда?

Проследив за направлением его вытянутой руки, саури мгновенно забыла обо всём и рухнула на колени:

— Пощадите, хозяин! Простите мою дерзость!

…Она билась в ужасе от увиденного — над стенами висела не просто клетка, подобная той, в которой она провела трое жутких суток. В этой клетке внутри сидела мумия… Раньше бывшая человеком… А Рогов молчал, и саури не выдержала, внезапно провалившись в спасительную черноту… Довольно высокий потолок, чистый и светлый. Мягко. Голова лежит на чём то приятном. И — как же хорошо! Чистое тело не зудит, а те раны, что она получила в клетке, перестали болеть. Её что, лечили?! Рывком приподнялась на локте, второй рукой удерживая покрывало, осмотрелась — небольшая, но уютная комната с красивой мебелью явно человеческого производства. Она лежит на большой мягкой постели. Одеяло почти невесомо, но очень тёплое. И — роскошное постельное бельё. Только вот на самой Яяле ни единой ниточки нет. Она полностью обнажена. Возле кровати неподвижно застыл сервис робот имперского производства. Уж в этом саури разбирается. Рядом с кроватью — аккуратная стопка одежды. При первом же движении девушки робот шевельнулся, затем вспыхнула сфера голопроектора, из которой на неё взглянуло суровое лицо Рогова:

— Пришла в себя? Быстро одевайся и за ним!

Палец указал на механизм, и сфера погасла.

Одеваться? Снова взглянула на одежду возле себя. Помедлив, протянула руку. На ощупь — приятная ткань… Длинное, до пола платье чёрного цвета. В отдельном пластиковом пакете — нижнее… Это человеческое?! Чуть не заскрипела зубами, сообразив, на кого станет похожа. На самую распоследнюю продажную девку! Проклятие Тёмных Богов! Внезапно её губы искривились в презрительной усмешке к самой себе. А кто она теперь после всего? Да и есть продажная девка. Её ведь купили. И саури теперь — раба, рабыня. Но хочется, несмотря на всё, жить. Хоть как-то, но жить, дышать воздухом, видеть солнце… Да, можно признаться, она — слаба. И у Яяли не хватит смелости совершить ашью, единственно достойный способ члена клана совершить самоубийство. Поэтому придётся подчиниться приказу своего… Хозяина… Только зачем она ему нужна? Чтобы замучить особо изощрённым способом? Путаясь в незнакомых застёжках, кое-как оделась. Даже нашла в небольшом столике расчёску и привела свои волосы, кстати, тщательно промытые, в относительный порядок. Наконец, встала перед роботом, опустив руки и скрестив их на животе, тихо произнесла:

— Я готова.

Паучок побежал к двери, открыл её и двинулся по коридору. Саури послушно двинулась за ним. Человек обнаружился на открытой галерее, опоясывающей строение. Яяли украдкой осматривалась, пытаясь понять, куда она попала. Снаружи было тепло. И это радовало. Взглянула, вывернув шею, туда, где висела клетка — та никуда не делась, и жуткое украшение так и застыло неподвижно в воздухе. Но если не считать страшной детали, пейзаж вокруг был просто изумителен: зубчатые скалы, поросшие вековым лесом, и озеро рядом с группой строений, где обитал её кровный враг, раскинувшееся внизу… Робот тоненько свистнул — Ник ас Самих застыл неподвижно на краю галереи, всматриваясь куда то вдаль. Услышав посторонний звук, обернулся, смерил саури непонятным взглядом с ног до головы, потом его губы шевельнулись:

— Пришла в себя? Хорошо.

Яяла смолчала. Человек издал непонятный звук, подошёл к ней ближе, словно желая обнюхать. Затем обошёл вокруг, замер за её спиной.

— Вполне прилично.

В желудке заурчало, в очередной, бесконечный по счёту раз. Снова послышался этот непонятный звук.

— За мной.

Она развернулась, но широкая спина уже удалялась по галерее, пришлось поспешить. Неудобные человеческие туфли ужасно мешали, но она торопилась изо всех сил. Теперь её статус даже ниже робота. А в случае непослушания… Бросила наполненный ужасом взгляд на лохмотья, в которых угадывалась человеческая фигура с оскаленными в последней улыбке зубами…

— Ужин, ИИ.

— Слушаюсь, хозяин.

Паучки зашевелились, выставляя на стол целую гору блюд, к сожалению, совершенно незнакомых саури. Но рот сразу наполнился слюной, в желудке вновь полоснули ножи. Колени начали подкашиваться, а голова закружилась. Видимо, человек заметил её состояние, и поэтому неожиданно заботливым тоном обратился к ней, так и застывшей возле двери столовой, потому что ничем другим это помещение быть не могло.

— Присаживайся. Вот сюда.

Выдвинул один из стульев с высокой спинкой, почти посередине длинного стола. Дополнительно сделал жест рукой, словно благородная не понимала звуки их варварской речи. Он хочет её накормить?! Несмело подошла, кое-как уселась. Принимать пищу за столом, да и просто сидеть на стуле было ужасно непривычно. Саури привыкли есть сидя на полу, за низким столиком. Человеческие предметы для еды. Эти вилка, ложка, нож с закруглённым концом. Она сможет с ними управиться? Будем надеяться. Ник тоже пристроился на своё место, оказавшееся напротив неё. Кивнул на множество тарелок и мелких мисочек от которых пахло уже просто одуряюще.

— Можешь приступать.

А когда она потянулась к ближайшей тарелке, издевательски усмехнулся:

— Если догадаешься, что надо прежде сказать.

Что? Что?! И внезапно поняла, опустила глаза.

— Спасибо за доброту… Хозяин…

— Умная девочка. Питайся.

Сам потянулся за каким то блюдом, уже не обращая на неё внимания.

Глаза закрывались сами собой, от сытости немного подташнивало. Но раз Ник ещё здесь, и молчит, приходится терпеть всё. Впрочем, за последнее время она впервые наелась. Между тем человек спокойно что-то пил, с явным удовольствием уплетая нечто небольшое, поблёскивающее белыми кристалликами. Запах от этого был изумительный, но она и так съела столько всего… Наконец, всё закончилось, Рогов встал, взглянул на неё, и саури торопливо вскочила, её качнуло, но девушка удержалась на ногах.

— Иди за мной.

…А что делать? Только подчинятся… Путь оказался недлинным, до той самой комнатки, где она очнулась. Он вошёл, спокойно устроился на неудобном стуле:

— Можешь тоже сесть.

Яяла беспомощно оглянулась, но мужчина указал на кровать.

— Туда и садись.

Осторожно опустилась, сложила руки на коленях, опустила глаза.

— Ты сейчас наверняка задаёшься вопросом, зачем я тебя купил? Особенно, после того, как всё произошло, и ты узнала, кто я на самом деле, так?

— Да… Хозяин…

— Отвечу тебе настолько честно, насколько смогу — я и сам не знаю. Скажу даже больше — у меня нет ни малейшего понятия о том, для чего ты мне здесь вообще нужна. Замок полностью обслуживается роботами. В чьём то обществе я не нуждаюсь, потому что всегда могу слетать в город, он тут не так далеко, или к друзьям и родным. Учитывая же то, что произошло между нами…

Человек сделал небольшую паузу, Яяли с удивлением слушала — как же так? Она то думала…

— С другой стороны, отпустить тебя, чтобы ты могла попробовать начать жить сначала, тоже не могу. Ты просто не выживешь на Фиори…

Фиори?! Та самая планета яффаров? С которой всё началось?! Похоже, что она чем то выдала себя, потому что человек спокойно пояснил:

— Да, это та самая Фиори. Я здесь теперь живу. Тут тихо, спокойно, да и…

Вновь сделал паузу, словно ему тяжело говорить. Потом снова полилась спокойная речь:

— Думаю, этой комнаты тебе хватит. Если понадобится что-нибудь из вещей, можешь сказать мне, надеюсь, я не обеднею после исполнения твоей просьбы. Здесь есть библиотека, логгеры, и даже связь с Кланами и Империей. Особенно не наглей, потому что я всегда могу найти способ тебя успокоить. У тебя есть вопросы?

— Вы… Не знаете, что со мной делать? Хозяин?

— Не знаю. И сейчас, в данный конкретный момент времени, даже жалею, что поддался этому непонятному порыву, купить тебя. Нет, иногда, конечно, ты мне пригодишься. Скажем, сопровождать меня, если я куда-нибудь соберусь выбраться, или составишь мне компанию за столом, если вдруг меня одолеет тоска. Но вот сейчас я смотрю на тебя, Яяли, и думаю, зачем же я это сделал? Пытаюсь понять, и не нахожу ответов. Пока можешь побыть здесь, отдохнуть. После голодовки и обильного ужина тебе может стать плохо, поэтому лучше полежи. Сегодня ты мне точно не понадобишься. Единственное условие — твоя одежда должна быть человеческой. По поводу еды — думаю, ты запомнила дорогу в столовую. Управляющий логгер замка всегда тебя накормит. И старайся не докучать мне без надобности. Будет скучно — скажи. Если у меня будет настроение, то я попробую тебя развлечь. Надеюсь, что это не будет слишком часто. И постарайся, чтобы в твою голову не лезли дурные мысли. Вроде побега, или покушения на меня. Договорились?

Ник поднялся, затем вышел из комнаты, оставив саури в полном недоумении и одиночестве. С минуту посидев, девушка шевельнулась, не веря тому, что только услышала — он не знает?! Не знает, зачем её купил? И для она ему? Это же так просто! Чтобы отомстить! Растоптать, обесчестить, унизить! Будь он в её руках, о, она бы не растерялась! А… Она ждала всего, чего угодно, даже смерти, мучительной и жестокой, но то, что сказал человек, вывело её из равновесия, а та немногая решимость, что ещё оставалась, оказалась поколебленной. И очень сильно. Он — не знает. Но может, это обычная перестраховка? Держи врага при себе, чтобы обезопаситься? На глазах, для того, чтобы быть спокойным за себя и собственную жизнь. Но, положа руку на сердце, разве она сможет принести ему какой то вред? У саури не осталось ни средств, ни способа сделать ему что-либо. Самое страшное с человеком уже произошло. И вряд ли существует способ сделать ему ещё больнее…

Глава 29

Неделя прошла спокойно. Яяли немного пришла в себя после всех потрясений, произошедших с ней: отъелась, отоспалась, поскольку ей совершенно ничего не хотелось ничем заниматься. Даже начала привыкать к одежде людей и нижнему белью. Но однажды вновь вспыхнула сфера, и в ней появился её хозяин. Осмотрев комнату, человек недовольно покрутил головой из стороны в сторону, потом буркнул:

— Завтракала?

— Да, хозяин.

На этот раз положенное обращение сорвалось с языка неожиданно легко.

— Отлично. Давай ко мне. Робот проводит.

…Она впервые видела Ника озабоченным. Окинув её с ног до головы непонятным взглядом, вздохнул:

— За неимением лучшего… Короче — ничему не удивляйся и делай то, что скажу. Ясно?

— Да, хозяин.

Торопливо опустила глаза к полу. Так же поспешно, постукивая каблучками туфель, шла за ним по коридору. В этой части замка она ещё не была. Лестница в подвал. Массивная металлическая дверь, открывшаяся с рокотом привода. За ней оказался огромный, ярко освещённый потолочными панелями зал. Рогов торопливо подошёл к возвышающейся посередине тумбе, в которой саури с удивлением узнала новейший медицинский комплекс производства Империи, взглянул на показания, облегчённо вздохнул:

— Успели. Сейчас сработает регенерационная ванна. Там находится человек. Молча помогаешь ей…

…Ей? Значит, там женщина? Кто? Чья?..

…-выбраться, ведёшь в душ, это синяя дверь напротив тебя. Поможешь вымыться, затем оденешь. Одежда в шкафчике раздевалки. Сейчас быстро проверь, где и что, чтобы не путаться. Всё понятно?

— Да, хозяин. А где сама капсула?

Ник показал на змеящиеся шланги и кабеля, уходящие за ширму.

— Там. Давай быстрей. Осталось десять минут.

Яяли заторопилась. Так, вот и капсула восстановления. Смотреть сейчас, кто в ней лежит, бесполезно. Она полностью заполнена особым газом. Синяя дверь! Помещение для раздевания. А вот и помывочная. Шкафчик. Одежда здесь, в пакете. А тут… Какое роскошное полотенце! У неё куда хуже…

— Где ты там?!

— Бегу, хозяин!

Хвала Богам, успела! Точно в тот момент, когда чуть слышно звякнул сигнал, с негромким хлопком откинулась крышка капсулы. Регенерационный газ мгновенно всосался в стенки, будучи тяжелее воздуха. Саури замерла — внутри лежала великолепно сложенная человечка с удивительно красивым лицом, полностью обнажённая, как и полагается при таком лечении. Вот её веки дрогнули, раз, другой. Открылись затуманенные ещё глаза редкого фиалкового цвета.

— Вы меня слышите, госпожа?

В огромных глазах появились какие-то проблески разума. Она попыталась шевельнуться — к удивлению Яяли, той это удалось. Да что же она застыла то?! Напрягая все силы помогла человечке выбраться из капсулы, не побрезговав положить её мокрую руку себе на плечо. Лишь бы добраться до помывочной, а там — опустить её в ванну, за это время она должна прийти в себя…

…Когда всё закончилось, вывела незнакомую красавицу к Нику. Тот тоже был явно удивлён результатом. Удовлетворённо и восхищённо вздохнул:

— Получилось!

Затем перешёл на незнакомый саури язык, что-то спросил. Человечка тихо ответила. Ник кивнул, затем снова обратился к Яяли:

— Аккуратно. Помоги ей подняться наверх.

— А вы, хозяин?

Неожиданно усмехнулся в ответ:

— Если я к ней прикоснусь, то придётся брать её в жёны. Потому то я и вызвал тебя. Так что давай, бери её под локоть и веди на первый этаж главного здания. Там помогут роботы. Комната для неё уже готова, а через неделю её заберут…

Все семь дней, именно столько времени длится человеческая неделя, саури находилась при человечке неотлучно. А та потихоньку приходила в себя. Наконец, ночью прилетел древний вертолёт, на котором находились две девушки в военной форме. При виде их вылеченная фиорийка впервые проявила какие-то эмоции, даже расплакалась. Впрочем, девушки тоже. Они долго стояли обнявшись втроём, потом горячо что-то говорили Нику, кланялись, он отвечал на их тарабарском наречии, затем гости и бывшая больная улетели. Когда стих бешеный ветер, поднятый винтами, а несуразный корпус старинной машины исчез за горами, Рогов обернулся к стоящей слева от него саури:

— Знаешь, кто это был?

— Нет, хозяин.

Яяли уже привыкла называть так мужчину.

— Идём, надо это дело отметить.

— Какое?

— Выздоровление Лиэй дельТумиан! Она отказалась от фамилии мужа, потому что не желает иметь ничего общего с этими извергами…

Хоть и не хотелось, но подчиниться пришлось. К её удивлению, стол был довольно скромный. Гораздо меньше блюд, чем обычно. Ник уселся за стул, показал ей, как уже стало привычно, на место напротив себя, затем робот подал небольшую глиняную бутыль, запечатанную непонятной субстанцией. Рогов кивнул, и паучок ловко вскрыл пробку, плеснул немного в высокий бокал ярко-рубиновой жидкости. Ник взял бокал, зачем то качнул, глядя на свет через напиток, затем понюхал, прикрыл восхищённо глаза, сделал крошечный глоток.

— Просто волшебно! Если бы такого нектара было бы побольше, Атти бы озолотился не меньше, чем на яффарах! ИИ, давай.

Протянул свой бокал паучку, тот наполнил бокал до верха. Мгновение постоял, но человек отдал новый приказ, и робот шустро подсеменил к саури, наполнил бокал и ей. Человек сделал ещё глоток. Потом, заметив, что его рабыня сидит неподвижно, усмехнулся:

— Давай. Я разрешаю.

— Спасибо, хозяин…

Яяли робко сделала первый глоток и едва не выронила бокал от изумления — она даже не могла представить себе, что существует такой напиток! Да, это вино. Но какое! Просто непередаваемый вкус и ощущения, и лёгкая эйфория, и ощущение радости, и нежность — всё в одном бокале. Она на мгновение даже забыла обо всём, прикрыв свои глаза и, наконец-то, откинувшись расслабленно на спинку стула…

— Это напиток Богов!

Наконец смогла выдохнуть саури, придя в себя после потрясения.

— Верно. Здесь его называют именно так…

Голос человека почему то был грустен, и Яяли вдруг стало стыдно за всё, что она причинила ему, за смерть Клана аль Арийя, за убийство его жены и… Ребёнка. Он не лгал насчёт него. За оставшиеся часы она успела проверить его слова по своим каналам и ужаснулась содеянному. Нет, ей не раз приходилось делать то, что потом зачищали воины. И в уничтожении враждебного клана для неё нет ничего постыдного. Но вот то, что она подняла руку на беременную…

— Эту фиорийку зовут Лиэй дель Тумиан…

— Вы уже говорили это имя, хозяин…

Странно, Ник сидел на стуле боком, отвернувшись к стене. Резко вскинул руку, приказывая жестом — молчи! Яяли торопливо опустила осмелевший было взгляд, и человек продолжил:

— Она была очень красива. О красоте юной графини слагались легенды по всему Фиори. Однажды Лиэй встретила на балу в столице молодого юношу, чуть старше её, но тоже известного всему государству. Его звали Атти дель Парда, и он оказался злейшим врагом её отца. Но…

Ник вздохнул, и саури почем уто стало очень грустно….

— Они полюбили друг друга с первого взгляда. Так им тогда казалось. Пятнадцать лет назад… Только вот вражда отца юной графини никуда не делась, и вскоре разразилась война. Атти наголову разгромил родителя девушки, а его самого убил в поединке. Последнее владение Тумиана сдалось на милость победителя. Все ждали, что дель Парда возьмёт Лиэй себе. Либо в жёны, либо в наложницы…

Человек вновь сделал глоток из бокала, повертел его в руках. Яяли же ждала продолжения этой истории со всё нарастающим нетерпением.

— но тот удивил всё Фиори. Девушка была сговорена покойным отцом за одного вельможу из сопредельного царства. Но что это значило в те времена? Ничего. Дель Парда — победитель, и мог делать с пленницей всё, что ему вздумается. А он отпустил и девушку, и обоих её сестёр-близняшек к жениху… Не тронув и пальцем…

…Снова глоток. Ещё один, и вновь неторопливая, но спокойная речь человека:

— Пролетели годы. И Атти вновь встретил бывшую графиню. По долгу перед своей страной он воевал в том самом царстве, куда была отдана семья дель Тумиан. Узнав о его прибытии, девушка нашла мужчину и умолила его забрать на родину, в Фиори, её сестёр, чтобы спасти от ужасной участи. Даром ей это не прошло. Родня мужа бросила женщину в темницу, где не было солнечного света. Забрала у неё ребёнка. А потом началась война. Дель Парда победил, став императором Атти Неукротимым. Сёстры дель Тумиан принесли ему вассальную присягу верности. Служили честно и верно, достигнув немалых чинов в армии императора. А потом на Фиори напала Коалиция. Чем это закончилось — ты знаешь. Лиэй дель Тумиан нашли совершенно случайно, и только потому, что искали тщательно и целенаправленно. Женщину вытащили из замурованного и забытого подвала в ужасном состоянии — у неё не было пальцев на руках и ногах, ей выкололи глаза и отрезали нос, губы, язык и уши. Она смогла выжить. Но вот жить ей уже не хотелось. Её сёстры обратились к самому Неукротимому, но…

Ник горько усмехнулся:

— Он попросил меня вылечить Лиэй. Я это сделал. Но вот душу вернуть ей не смог. Увы.

Яяли с удивлением почувствовала слёзы на своих глазах, уже не стесняясь, всхлипнула:

— Это была она?

— Да. И её сёстры. Они надеются, что теперь смогут привести сестру в чувство. Потому что она не хочет жить. Её сына от того вельможи убили пьяные наёмники из Внешних Миров. Впрочем, как и всех остальных.

— А… Неукротимый? Император?

— Атти Неукротимый был уже женат на Ооли, когда встретился с ней в Рёко. Император искренне любит свою жену, и то, что у них есть общие дети, служит тому подтверждением.

Человек словно отчеканил эту фразу, и Яяли стало не по себе. Она тоже вновь пригубила вино. В ушах чуть зашумело, саури почувствовала себя чуть свободнее. В конце концов, если Рогов просто держит её при себе, неужели он накажет её за один, всего лишь один вопрос? Открыла рот, собираясь спросить кое-что важное для неё, и обомлела — она была в столовой одна. Человек исчез, и девушка даже не заметила, как он ушёл… Боги, Светлые и Тёмные! Скажите, что происходит в мире?! Такая грустная история, словно из легенд… Любовь и смерть. Кровь и слёзы. Горе, которое не дало счастья. А чем она лучше поступила? Да, именно она? Яяли ас Эрах? Сколько зла принесла этому человеку? Пусть он был врагом, но он был честным противником! Никогда не пользовался ложью, всегда был честен, и не скрывал своих намерений до того момента, пока её Клан не пошёл на преступление… Она задумалась, вспоминая произошедшее тогда, почти два года назад. Старший Клана вызвал её к себе из-за трудностей, возникших на бирже. Ас Самих умудрились договориться с людьми, воспользовавшись тем, что их бывшая шурха каким то образом стала женой человека. При этой новости Яяли передёрнуло от отвращения, благородная высокорожденная саури согласилась исполнять роль подстилки варвара?! Но деньги… А потом, как выяснилось, и не только… Аами аль Арийя была её сокурсницей в университете. И девушка хорошо знала тихую, но умную соплеменницу. Тем неожиданней была её скоропалительная свадьба с одним из ас Самих, Второго Клана в иерархии Великой Книги. Затем следы той потерялись. Нет, кое-какие слухи доходили, как тот, что юная супруга овдовела почти сразу после свадьбы. Извечная боль Кланов, когда мужчины выбивались в бесконечных войнах. Древняя война с аули. Потом — с людьми… Долгое время про Аами ничего не было слышно. А потом, одновременно с наступлением ас Самих дошла весть о том, что та является куратором торговых отношений людей и саури. И, как она поняла, очень хорошим, потому что человеческие товары мгновенно завоевали популярность на рынках Кланов. Эти варвары умели делать прекрасные вещи. Ас Эрах начали терпеть убытки, и тогда Глава взял первый кредит, надеясь быстро отбить долг через намечающуюся сделку. Увы. Аами, несмотря на свою тихость, всегда была умницей, и своего ума не растеряла. Пришлось взять следующий кредит, чуть больше прежнего, и опять, и опять. Она с трудом варьировала между выплатами, потому что сделка за сделкой проваливалась. И в ней копилась ненависть. Да и Глава был озабочен не на шутку — само существование Клана стояло под угрозой. За тысячи лет истории ничего подобного не было… Новость была ошеломляющей — вдова ас Самих выходит замуж за своего торгового коллегу от людей! Яяли рефлекторно передёрнуло от известия, хотя в последнее время пришлось многое пересмотреть в своих убеждениях… И она не обратила внимания на лихорадочную деятельность, развернувшуюся в Доме Клана. Ей было не до того, пока её не вызвал Глава и не приказал срочно провести массовую скупку определённый части очередной поставки ас Самих из Империи людей. Кое-как она наскребла необходимую сумму, недоумевая, о чём думает хитрый старик. И вдруг, как гром среди неба — взрыв во дворце Императора русских, гибель Аами, совместное предприятие ас Самих обезглавлено, и когда будут следующие поставки — неизвестно… Тогда они смогли погасить большую часть общего долга Клана, да и прибыль от охоты на аль Арийя тоже дала кое-какие средства, хотя тот клан был практически нищим. Но и старый лис просчитался — Старший Рода людей практически мгновенно перехватил выпавшие было нити управления и смог погасить панику. Да, их Клан сыграл тогда удачно. Но это была, как оказалась, практически единственная и последняя прибыль… А дальше стало ещё хуже. Кое-как она умудрялась лавировать на самой грани, а потом в ас Самих появился Ник, по прозвищу Логгер. Прозвище в честь земной интеллект-машины было полностью оправдано. Отшельник, никогда не появляющийся в обществе других саури. Понятно, почему теперь… За год он сделал то, что казалось невозможным. И когда Вождь Вождей предъявил претензии, оправдаться было невозможно. Её личные шпионы донесли, что Логгер убегает к людям, и она в отчаянии поспешила объявить 'кошье'. Единственное, что ей оставалось. Всё ради Клана! Яяли даже готова была умереть, если тот прикажет это сделать. Но страшная правда просто заставила её опустить руки. А дальше было… Саури всхлипнула — человек нашёл, чем отомстить ей. Самая страшная пытка — это собственная совесть… Лето пролетело незаметно. Ник всё- же нашёл, чем её занять — несложная, совершенно необременительная работа по поддержанию порядка в замке, кое-какие простейшие поручения на торговой площадке людей, словом, скучать ей не приходилось. Ознакомившись с тем, как ведут свои дела люди, Яяли была ошеломлена — теперь понятно, как Логгер смог сориентироваться в Кланах и столь легко разорить ас Эрах. Если бы она хотя бы подозревала, что существует подобное! По сравнению с людскими биржевыми играми торговля саури была игрой малолетних детёнышей в магазин! А Ник и среди людей слыл далеко не последним специалистом. Против кого же она осмелилась поднять руку… Осень с её золотыми листьями и первым морозцем по утрам. В один из дней она, проснувшись, вновь разрыдалась — робот принёс ей подарок. Роскошная по всем меркам, длинная пушистая шубка и настоящего меха драгоценной марри. Невероятной стоимости и качества. О такой она не могла мечтать, даже когда Клан находился в пике силы! Да и её одежда изменилась, стала не такой простой, более богатой, удобной и качественной. Только вот отношение Ника к ней… Яяли по прежнему питалась с ним за одним столом, но тот теперь почти всё время молчал, лишь изредка задумчиво посматривая на неё. Иногда, впрочем, снисходил до бесед, разъясняя ей непонятные моменты или делая подсказки, когда она пыталась сыграть на человеческой бирже самостоятельно. Но всё же она оставалась для Ника пустым местом. И это мучило саури больше всего. А потом выпал снег, и всё вокруг замка побелело. Могучие деревья украсились белыми одеждами, а озеро замёрзло. Роботы по приказу хозяина расчистили большой участок на его поверхности от снега, и тот, одев какие-то странные приспособления на свою обувь, частенько катался по гладкому льду. Или встав на лыжи, так это называлось, съезжал с крутой горы. Сама она не рискнула даже попробовать подобное. Ей было страшно, что он будет смеяться над её неуклюжестью. А потом, однажды ночью, в замке началась суматоха — роботы носились, словно взбесившиеся, снаряжая большой обоз продуктами, вещами, примитивным оружием, сам Ник торопливо давал указания механизмам. А потом оседлал небольшой тягач и поволок длинный караван саней за собой, вернувшись через неделю похудевшим, усталым, но очень довольным. И без груза. Это дало новую пищу для размышлений. Только в его отношении к ней ничего не изменилось. А потом он куда то уехал, оставив её одну в замке. И в один из дней перед воротами возникла закутанная в грубо выделанные меха фигура. Яяли, которую предупредили о госте роботы, выбежала на стену, и когда пришедший поднял голову, показав своё лицо, саури побелела от ужаса — перед ней стоял призрак прошлого, Аами аль Арийя…

— Откуда ты?!

Стуча зубами от ужаса, кое-как произнесла саури, после того, как открыла калитку. Аами удивлённо взглянула на неё, затем ответила. Но вовсе не то, что ожидала Яяли:

— А где Ник?

— Е-его нет. Он куда то уехал…

Гостья огорчилась не на шутку, поднесла руку к щеке:

— Жаль… Очень жаль… Тогда не могла бы передать ему, что у нас всё хорошо, и Ээри передаёт ему привет и благодарность?

— Ээри? Ты не Аами?!

Та тоже удивилась, в свою очередь:

— Откуда ты знаешь мою сестру?

На душе Яяли отлегло — хвала всем Богам, это не призрак! А живое существо…

— Мы вместе учились в Чемье.

— Понятно. Так это о тебе он предупреждал меня? Тогда…

Молниеносное движение, и щеку саури обожгла хлёсткая пощёчина. Ээри презрительно сплюнула ей под ноги:

— Будь ты проклята за всё зло, что причинила нам!

Развернулась, и пошла прочь от замка… А могла и убить… Почему она этого не сделала? Потирая заалевшую щеку, думала саури, глядя вслед исчезающей за поворотом фигуре…

Ник явился через четыре дня. Усталый, но довольный. Когда Яяли рассказала ему о гостье, удовлетворённо улыбнулся:

— Рад, что у них наладилось. Понимаешь, она решилась позвонить, когда в её деревне начали умирать от голода. Нашествие саранчи погубило урожай, а зверь почему то не пришёл, и они стали голодать. Хорошо, что я тогда дал ей коммуникатор. Но только зря Ээри тянула до последнего. Впрочем, раз такое дело, я рад за неё. Ну а ты? Как тут не соскучилась?

— Спасибо, но нет, хозяин… Мне есть чем заняться…

— И хорошо. А сейчас иди, пусть роботы приготовят ужин. Я проголодался…

Приём пищи прошёл в молчании, только Ник чему-то улыбался, а утром, когда саури проснулась, его уже опять не было. Оседлав свой вездеход, человек куда то уехал. Опять одна? Но тот появился уже на следующее утро. Хмыкнул, при виде её, ушёл к себе, приводить себя в порядок после поездки. Встретились за обедом, но на этот раз он не произнёс ни слова. И опять потянулись пустые дни молчания… В один из дней человек вызвал её к себе. Саури торопливо пробежала по многочисленным переходам, и застала Рогова за странным занятием — тот был одет в какой то необычный наряд и замер перед зеркалом. При появлении Яяли, просто задал вопрос:

— Как я выгляжу?

Девушка удивлённо посмотрела на него, он серьёзно?

— Как всегда, отлично, хозяин…

— Ай, ты не понимаешь! Меня пригласили на Бал Нового Года во дворец Неукротимого! И я должен выглядеть хорошо.

— Но, хозяин, вы всегда в отличной форме. А по поводу одежды… Я плохо разбираюсь в ней, чтобы знать, как вы смотритесь в этом наряде. На мой взгляд, довольно внушительно и солидно…

— Действительно. Как то я не сообразил. Что же… Тогда ты едешь со мной. Думаю, Атти не станет возражать против присутствия ещё одной персоны.

— Я?!

Яяли ахнула — мало того, что Ник впервые собрался её куда то взять с собой, так ещё и на такой праздник! Ведь насколько она знает, Бал Нового Года приравнивается к Празднику Основания Кланов!

— Хозяин… А присутствие рабыни на таком мероприятии не будет оскорблением для гостей? Там же наверняка соберутся самые важные вельможи Фиори!

— Не будет.

Ухмыльнулся.

— Но тебя надо будет одеть… Вообще то… Ладно. Займусь этим сам. Можешь идти. Вылетаем завтра утром. Так что приведи себя в порядок. Хотя бы внешне.

— Хозяин?!

— Тебе не понятно? Иди!

Саури торопливо выскочила из его покоев, и, оказавшись снаружи, обессиленно прислонилась к стене — что задумал Ник?! Зачем ему это? Но явно ничего хорошего её не ждёт! Торопливо пробежала по коридорам, влетела в свою комнатушку, автоматически вспыхнул свет, и Яяли рванулась к шкафчику с одеждой. Что же она может надеть? Увы, ничего праздничного нет! Хоть по её меркам, хоть по человеческим. Значит, человек собирается её унизить? Руки опустились сами собой — это его право. Она же рабыня! Погасила освещение, потом встала, ушла на галерею. Дул пронизывающий ветер, но саури не обращала на это ни малейшего внимания. Долг рабыни повиноваться своему хозяину. Её обязанность. Если бы она могла, то много чего хотела бы изменить в своей жизни! Увы, вернуться назад во времени не способен никто. Каким бы не было сильным желание…

Робот, неслышно подкравшийся сзади, тоненько свистнул, и саури вздрогнула от неожиданности. Пора ужинать. Рогов зовёт её в столовую. Когда она вошла, прищурившись, посмотрел на замёрзшую девушку, потом тихо произнёс:

— Не забивай себе голову глупостями. Ешь, приводи себя в порядок, и спать. Вылетаем утром. И дорога будет долгой. Нам лететь почти сутки. Так что тебе нужно хорошенько отдохнуть.

— Да, хозяин…

Привычно опустив глаза к полу, тихо ответила девушка. Но зачем же это ему?!

Глава 30

— Идём.

Ник потянул её за собой, взяв за руку. Яяли несмело шагнула за мужчиной. Только что они телепортировались неизвестно куда. Огромное здание, полное людей, техники, суетящихся роботов. Рука мужчины сжалась чуть крепче:

— Не упади только.

Сглазил! Саури тут же споткнулась, но всё же умудрилась удержаться на ногах.

— Ну что ты?

— Где мы, хозяин?

— Русь Светлая. Сердце Империи. А это — транспортный узел на Фиори.

— Такой огромный?!

Мужчина кивнул, продолжая ловко лавировать среди встречных людей и механизмов. Наконец они оказались на улице, Рогов сразу направился к стоянке такси. Небольшой жёлтый куб послушно открыл дверцу, и человек мягко втолкнул саури внутрь. Затем влез сам. Роботизированный транспорт бесшумно взмыл в воздух, уступая место следующему в очереди кубику, затем бесплотный голос монотонно спросил:

— Пункт назначения?

— Гостиница 'Золотой Олень'.

— Исполняю. Желаете включить обзор?

— Разумеется.

Стенки машины мгновенно стали прозрачными, и Яяли ахнула от изумления — впереди показался огромный, просто невероятный город! Высокие стреловидные здания, эстакады магнитотранспорта, и, что самое удивительное — огромное количество зелени повсюду. Казалось, что деревья, кусты и трава росли на каждом свободном клочке земли или крыши. Саури просто прилипла к стенке, округлив глаза от изумления. Николай едва заметно улыбался про себя. Не выдержав, девушка обернулась:

— Это… Это… Просто не верю своим глазам!

Рогов спокойно ответил:

— Так живёт варварская империя. Сравнивай.

Яяли вновь прилипла к окну. Чем ближе к городу, тем лучше становились подробности — множество людей на улицах, в парках, дети, фонтаны, искрящиеся на ярком солнце, и — очередное чудо: протекающая через город огромная река, подвешенная в воздухе. Рот саури открылся от изумления ещё больше, а глаза стали круглыми, словно плошки. Она даже не могла себе представить, что люди живут так! Как же это разнилось с тем, что она слышала про Империю! Миллионы подданных, огромные и, вместе с тем, чистые города — вот что такое Русь на самом деле! Между тем такси начало описывать плавный полукруг, заходя на посадку. Ещё несколько мгновений, замерло перед высоким круглым зданием, убегающим далеко ввысь. Большой фонтан на площади перед ним наполнял воздух прохладой и влагой. Хорошо одетые люди спешили по своим делам или спокойно сидели на лавочках возле клумб. В бассейне фонтана плескалась целая куча детей, а их мамочки и бабушки беспокойно метались вдоль бортика. Заметив эту картину, Ник на мгновение помрачнел, и саури это заметила.

— Идём.

В большом фойе гостиницы было прохладно и светло. Многочисленные вазоны с различными растениями, спокойное движение гостей города и обслуживающего персонала. Рогов сразу направился к стойке:

— Номер, пожалуйста. Люкс-А. Пока на двое суток, но возможно продление.

— Вашу карту, пожалуйста.

Служащий протянул руку и, взяв протянутый ему пластиковый квадратик, вставил в считыватель. Тот звякнул, затем выдал наружу узкий браслет, ещё один.

— Ваши ключи. Номер три тысячи одиннадцать.

— Благодарю.

И обратился к девушке:

— Пойдём, Яяли.

Затем направился к лифту, по прежнему держа её ладошку в своей руке. Большая кабина, отделанная мрамором и никелем, вознесла их на тридцатый этаж. Предупредительно звякнув, открылись двери. Ник прошагал по коридору, приложил браслет к сенсору. Двери номера щёлкнули, открылись. Мужчина обернулся к саури:

— Прошу.

Девушка несмело перешагнула порог и ахнула — она вновь была поражена. По своей должности в Клане ей приходилось много путешествовать по Мирам Саури, но в такой роскоши она останавливалась впервые в жизни: большой, светлый, с высокими потолками. Огромные окна вместо стены, большая галерея вдоль неё, роскошная мебель… Ник плюхнулся в мягкое кресло, вытянул ноги, вновь едва заметно улыбнулся:

— Как тебе?

— Волшебство… Даже не могла себе представить подобное, хозяин…

— Ладно. Пора заняться делами. Есть не хочешь?

— Пока нет, хозяин.

Это была чистая правда, они успели перекусить на Фиори, пока ждали совей очереди на отправку.

— Тогда…

Качнувшись вперёд, мужчина встал и прошёл к двери в углу комнаты, заглянул туда:

— Не то. А, вот!

Открыл вторую дверь в стене напротив, вошёл внутрь, потом выглянул, поманил девушку:

— Иди сюда.

Яяли послушно вошла и растерялась — это была не менее роскошная чем всё, виденное ей ранее, ванная комната. Ник между тем открыл шкафчик на стене, вытащил оттуда пакет с логотипом гостиницы:

— Вот, здесь полотенце и халат. Помойся и переоденься. Свою одежду можешь выбросить, она тебе больше не понадобится.

Саури покраснела, Ник хлопнул себя по лбу:

— Ах, да. Мойся, короче. А мне надо сделать несколько звонков.

Торопливо вышел, Яяли осмотрелась — она словно попала в сказку: роскошная, большая ванна из камня, отделанная блестящим металлом, лёгкий аромат цветов в воздухе, огромная батарея разных неизвестных ей средств для мытья и ухода за телом… Чуть задумавшись, разобралась, как включить воду, и, едва дождавшись, пока ванна наполнится, сбросила с себя длинное тёмное платье и осторожно ступила в воду…

Николай отложил в сторону большой пакет, только что доставленный курьером, вновь улыбнулся? Он сумасшедший, или авантюрист? Кто знает, не будь у него этой черты, так и остался бы обычным человеком… Щёлкнул замок ванной, и из неё несмело вышла саури. Щёки чуть разрумянились после мытья, волосы были влажными, и выглядела она так… Невольно залюбовался ей на мгновение, но вовремя смог остановиться. Впрочем, в халате выглядела она совсем по домашнему. Ни дать, ни взять, жена, прожившая с ним вместе не один год. А может… Дурное дело! Вспомни, что… Что? Девчонка билась, словно рыба об лёд, пытаясь вытащить свой Клан, не дать ему упасть в перечне Книги Саури, а её Глава только и гробил все её труды. Ну и что? Она ведь тоже виновата в смерти Аами и твоего ребёнка! Чем же? Ты же сам помнишь, какое у неё было лицо, когда она услышала про это убийство! Не из-за той ли боли, что проявилась после твоих слов? Но… Нравишься ли ты ей? Сможет ли она, после уничтожения её мира, которым был Клан, понять и простить? Ответить… Успокойся. Сентиментальность, конечно, вещь хорошая. Но — глупая. Поэтому говорю ещё раз — успокойся…

…Пододвинул пакет к ней:

— Вот. Твоя новая одежда.

Вновь непроизвольно улыбнулся:

— Однако, ты сильна! Просидеть в воде почти два часа. Я уже успел проголодаться.

— Я… Тоже, хозяин.

— Иди в спальню, там оденешься. Потом сходим в ресторан, поедим.

Яяли подхватила пакет с обновками, торопливо пробежала туда, куда ей было сказано идти. Открыла, ахнула — она даже в мыслях не могла представить себе ничего подобного… Только тут сообразила, что Ник тоже сменил одежду. Быстро оделась, взглянула на себя в зеркало. Привычно закрутила волосы узлом на затылке, но тут заметила красивую заколку. Подойдёт! Распустила, давая им свободно ниспадать по плечам, затем защёлкнула замочек. Просто, но со вкусом… Глубоко вздохнула, затем вышла в зал. Едва она появилась на пороге, Николай поднялся с кресла, в котором сидел, окинул её придирчивым взглядом. Ему понравилось? Надеюсь… Мужчина взял её за руку, положил ладонь себе на локоть.

— Пошли.

— Да, хозяин…

…На высоких каблуках идти было непривычно, но она справлялась. Спуск в лифте, на несколько этажей вниз, и вот огромный зал ресторана. Много столиков, много людей… Нет, вон и саури! Судя по цветам… Они тоже в человеческих платьях! Сидят за угловым столиком, весело галдят. Совсем молоденькие! И там тоже… Перехватила на себе завистливый взгляд одной из компании, горько усмехнулась про себя. То, что молодые девушки ездят в Империю в поисках пары себе, давно не было секретом. Пусть дорого, но зато с гарантией, что найдёшь себе мужа. На Руси всегда не хватало женщин. Тысячелетия войн выработали некий перекос в организме нации, когда мужчин рождалось куда больше, чем женщин… Вот и они считают её удачливой добытчицей. Знали бы, как ошибаются! А Ник даже приосанился. Идёт гордо, уверенно…

— Прошу сюда, господин, госпожа…

Прислужник провёл их на балкон, усадил за небольшой столик. Рогов протянул ей большую книжечку:

— Заказывай.

Яяли открыла, растерявшись, пробежала глазами незнакомые названия.

— Я не знаю, что это такое… Может, лучше вы, хозяин?

Тот вновь улыбнулся:

— Действительно. Ваш Глава держал весь клан в чёрном теле, как я вижу…

Быстро продиктовал названия блюд, и когда прислужник ушёл, спокойно откинулся на стуле, чуть боком, опустив одну руку вниз. Негромкая, но приятная музыка, расслабляющая атмосфера, даже уют…

— Твои соплеменницы тебе явно завидуют.

— Да?

Ник кивнул вниз, на стол, за которым сидели молодые саури. Те тоже всё время косились на галерею, где сидел Рогов и Яяли.

— Наверное, считают, что тебе повезло.

— Если бы они знали… Истинное положение… Хозяин… То сейчас бы глумились надо мной.

— Хм… Не хочешь быть рабыней?

— А разве есть радость от такого, хозяин?

Ник едва заметно улыбнулся, и Яяли стало не по себе — тот явно что-то задумал… И не уверена, что хорошее. Так и вышло. Чуть подавшись вперёд, он положил ладони на стол:

— Значит, не нравится. Хочешь сменить свой статус?

— Разве это возможно, хозяин?

— Нашем мире возможно всё. Стоит лишь захотеть по настоящему.

Саури опустила глаза:

— Не стоит издеваться надо мной ещё больше, хозяин. Меня уже… Мне… Уже некуда падать.

— Зато можно подняться. Я предлагаю тебе сменить твой статус. На… Любой другой. Кроме Императрицы, разумеется. Желаешь свободу? Пожалуйста. Никаких проблем. Хочешь, будешь играть на Бирже? Заработаешь кучу денег. Сможешь жить припеваючи, и, главное, свободной. Можешь получить статус замужней женщины. Всё, что пожелаешь, Яяли. Выбирай.

— Издеваетесь, хозяин?

— Разве я когда-нибудь обманывал тебя? Хотя — вру. Я обману вас всех, выдав себя за саури. Но сейчас я говорю правду.

Опять откинулся на спинку стула. Яяли хотела ответить резкостью, но тут появился прислужник с большой тележкой. Начал ставить на стол умопомрачительно пахнущие блюда, закончив, вдруг водрузил посередине большую вазу, полную незнакомых алых цветов.

— Что это?

— Хризантемы. Алые хризантемы с Земли. Особый сорт.

Большие цветы пахли нежно и чуть сладковато. Яяли осторожно дотронулась до одного, ощутив непередаваемое чувство.

— Боги… Они — живые?!

— Разумеется. Ладно. Не стану на тебя давить. Я сделал тебе предложение, дав на выбор несколько вариантов твоего возможного будущего. Время подумать у тебя есть. До конца ужина. Так что — выбирай из трёх: остаться рабыней, стать просто свободной, и — стать свободной и замужней. А пока — давай есть. Я, если честно, проголодался не на шутку…

И погрузил свой прибор во что-то, пахнущее невероятно вкусно. Яяли торопливо последовала его примеру, действительно, великолепно! Даже можно сказать, что вкус превзошёл запах… И поперхнулась, когда сообразила, что только что сказал её хозяин. Да. действительно, он предложил три варианта будущего! Остаться по-прежнему его рабыней, стать свободной, и… Стать свободной и замужней! Стать женой?! Но… Чьей? Когда то, в том далёком-далёком прошлом, у неё был жених. Глава пророчил выдать её замуж за Рона ас Самиха, сына главы ас Самих. Только тот предпочёл ей нищенку из аль Арийя. Может, поэтому отец так и возненавидел их клан? И забыв обо всём, делал всё, чтобы уничтожить ас Самих? Теперь же ей никогда не выйти замуж. Даже если она обретёт свободу — данное им слово Рогов держал всегда… Она ела, не замечая ни вкуса блюд, ни задумчивой улыбки на лице человека, которая играла на его лице, ни взглядов, которые тот бросал на девушку. Лишь кончики острых ушей с каждым мгновением разгорались всё больше и больше…

— Всё?

Она с удивлением посмотрела на опустевший стол. Даже испуганно. Николай усмехнулся:

— Не наелась?

— Нет… Наелась, но…

— Хочешь потанцевать?

Кивнул в сторону густой аллеи, растущей прямо на балконе, из-за которой доносилась музыка. Яяли отрицательно качнула головкой:

— Нет, хозяин… Я не умею… Не знаю ваши танцы.

— Даже хайар?

— Мне не пришлось научиться. Некогда было, хозяин.

— Что же, тогда пошли в номер. Завтра предстоит тяжёлый день — надо выбрать тебе платье и аксессуары для бала. А он состоится уже через три дня.

Яяли послушно встала — хвала всем Богам, Светлым и Тёмным, что Ник не спрашивает её о принятом ей решении. Но она… Она… Кто же станет её мужем, если она выберет супружество? Спросить? Рука лежит на его локте. Как принято у людей. Спокойный, неспешный шаг. Мужчина незаметно подстраивается под её походку. Вновь завистливые взгляды других саури в зале… Лифт. Номер. Ой… Она вспомнила — в номере лишь одна кровать! Одна! Пусть и очень большая, но — одна! Неужели он… Он… Боги!!! Дверь щёлкнула замком, автоматически вспыхнули потолочные панели. Ник пропустил её вперёд…

— Устала?

— Нет.

Она торопливо замотала головкой.

— Тогда… Посмотришь головидение? Хочешь посидеть за логгером?

— Хозяин… Позвольте задать вам один вопрос, прежде чем дать ответ?

Рогов на мгновение задумался, потом кивнул:

— Вы сказали… Получить свободу и мужа… А кто им станет?

— Тебе не всё-равно, Яяли?

…Сегодня он впервые звал её по имени… И саури торопливо выпалила:

— Конечно, нет!

Ник вдруг развернулся, прошёл к облюбованному им креслу, спокойно уселся, расслаблено откинувшись на спинку, с любопытством взглянул на неё:

— Подумай получше — ты ведь получишь свободу. У тебя будет место для жизни и время осмотреться, прежде чем выбрать что-то другое. Разве твоя невинность — не малая цена за свободу?

Девушка тихо ответила:

— Нет. Такая свобода мне не нужна.

— Тогда ты можешь просто уйти. Прямо сейчас. Я не стану тебя держать. Или разыскивать потом. На Бирже ты что-то заработала. Так что деньги на первое время у тебя есть, а дальше — устроишься на работу, снимешь себе жильё. Станешь жить самостоятельно. Чем плохо?

— Хозяин… Вы ушли от ответа… Кто станет моим мужем, если я выберу последний вариант?

Но Рогов упорно молчал. Ей показалось, или в его глазах мелькнуло сожаление? Нет… Всё верно. Он уже жалеет о своих словах. Опустила голову. Молча прошла к дивану у стены, села, сложив руки на коленях. Ник встал:

— Я пойду, сполоснусь. Пора спать.

Дверь в ванную захлопнулась за его спиной. Саури сидела на диване, отвернувшись к окну — по её щекам беззвучно катились слёзы… Щелчок. А вот и он, пахнущий чистотой и чем то незнакомым. Наверное, моющим средством. На нём такой же халат с эмблемой отеля, как и тот, что был на ней.

— Не задерживайся. Нам рано вставать.

Кивнул головой на дверь ванны, вошёл в спальню. Прикрыл за собой дверь…

…Вот и всё. Она по-прежнему рабыня. Все слова о свободе — лишь игра. А сейчас он возьмёт её как женщину. Насладится её телом. Всего лишь за один ужин в роскошном ресторане и… Решившись, толкнула двери. Пусть! Главное, что она по-прежнему будет с ним! Шагнула в комнату и замерла — Ник стоял, всматриваясь в горящую сферу голоэкрана, на которой незнакомый ей мужчина в строгом мундире чёрного цвета, украшенного золотыми шнурами, говорил:

— …Без всякого объявления войны объединённые вооружённые силы Большой Тройки напали на наши планеты, объявив Империю 'предавшей вид'. Наши Космические силы ведут неравные бои по всему протяжению границ, но передовые отряды слишком малы, а враг безжалостен, и мы несём потери. Направление главного удара известно — это Фиори. Но мы никогда не уступим этот мир, даже ценой своих жизней! Наши союзники, Кланы и Дома Аури, уже объявили о своей готовности помочь Империи, объявлена мобилизация во всех трёх мирах. И помощь идёт! Не в первый раз Русь противостоит врагам, но ещё никогда угроза не была столь огромной. Теперь перед нами стоит вопрос полного истребления нации! Поэтому я призываю каждого подданного Империи, независимо от того, человек он, саури, или аури, встать на защиту нашей Родины! Потому что наше дело правое, и враг будет разбит и уничтожен! Вот имя Империи, и во славу её!..

Сфера погасла, Николай резко развернулся к ней, посмотрел, словно видел впервые, потом глухо уронил:

— Война. Они всё-таки решились.

— Война?!

Неужели опять? Снова кровь и разрушения? Боги… Между тем человек торопливо набрал какой то номер на своём коммуникаторе, затем быстро произнёс:

— Лейтенант резерва Рогов Николай Михайлович. ВУС — ноль триста один. Личный номер два два шесть два два сорок один семьдесят четыре двенадцать. Активирую запрос.

Связь пискнула. Затем в наступившей тишине прозвучал голос:

— Запрос принят. Обработка. Подождите. Обработка. Подождите. Данные подтверждены. Вам необходимо явится завтра в девятнадцать ноль ноль в космопорт Внешний десять. Военный транспорт 'Вольный' Владимир, Владимир ноль сорок семь. Ворота шестнадцать.

— Подтверждаю.

Коммуникатор затих. Николай обернулся. Посмотрел на неё так, словно видел впервые. Потом беспомощно развёл руками:

— Увы. Бал отменяется. Сама видела.

— Война?..

— Завтра я отправляюсь на службу. Слышала же? Уши у тебя вон какие…

Шутливо потянул за кончики, и тут Яяли не выдержала:

— Дурак! Идиот! Что ты делаешь?!

Николай удивился не на шутку:

— Тебе не нравится? Странно.

— Дурак! Это же война! А вдруг ты погибнешь?!

— И что? Получишь свободу. Даже кое-что на бедность. Завещание мной давно написано, потом внёс тебя туда. Чай, не совсем чужая.

Тресь! Хлёсткая пощёчина обожгла ему щеку. Яяли разрыдалась, колотя кулачками в широкую грудь:

— Да зачем мне свобода без тебя?! Скажи, зачем?!.

Семь месяцев спустя. Квадрант шестьсот сорок — двадцать четыре.

Тяжёлый носитель 'Гром' медленно плыл по линии соприкосновения с противником. Вся команда была настороже — в любой момент могли появиться корабли Тройки.

— Радарная, проверьте шестой сектор. Что-то там не чисто.

— Понял, командир. Увеличиваю мощность луча. Да, объект под полем маскировки.

— К бою!

Взревели колокола громкого боя. Коридоры и переходы мгновенно наполнились топотом ног команды, занимающей места на постах и в рубках. Ровный гул генераторов сменил тон, начиная набирать силу. Николай со всё нарастающим напряжением всматривался в сферу, показывающую расположение сил противника. Один. Два. Пять. Стандартный й ордер. Три эсминца. Крейсер. И… Штурмносец. Будет тяжело. Но они справятся. Не в первый раз…

— Командир! Срочная гравиграмма с Базы. Личная.

— А позже нельзя?

— Сказано — срочно!

— А, вот же…

Отвлёкся на мгновение, пробежал текст и не поверил своим глазам. Моргнул, снова прочитал. Неужели… Да как?! Но вот же оно: 'Поздравляю, у тебя сыновья. Отец.' Значит… Что же. Тем важнее уцелеть. И не просто уцелеть, а победить!..

— Противник вошёл в зону пятидесятипроцентного поражения.

— Залп по штурмносцу, далее — по готовности и приоритету целей! Огонь!

'Гром' содрогнулся, и пространство вокруг носителя озарилось пламенем…

Конец четвёртой книги.

About

This file was generated by Lord KiRon's FB2EPUB converter version 1.1.5.0.

(This book might contain copyrighted material, author of the converter bears no responsibility for it's usage)

Этот файл создан при помощи конвертера FB2EPUB версии 1.1.5.0 написанного Lord KiRon.

(Эта книга может содержать материал который защищен авторским правом, автор конвертера не несет ответственности за его использование)

http://www.fb2epub.net https://code.google.com/p/fb2epub/

Content

Виктория Гетто
Волк. Поля надежды

Пролог

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30