Холли Вебб

Щенок Оскар, или Секрет счастливого Рождества

Holly Webb

OSCAR’S LONELY CHRISTMAS

Text copyright © Holly Webb, 2009

Illustrations copyright © Sophy Williams, 2009

© Олейникова Е., перевод на русский язык, 2015

© Издание на русском языке, оформление. ООО «Издательство «Эксмо», 2015

* * *

Посвящается Тому

Глава первая

Ханна сняла перчатки и сунула их в карманы. Холодный ветер жёг ей щёки, и девочка с надеждой взглянула в небо: может, скоро пойдёт снег? На дворе ноябрь, но холодно так, будто уже зима! Ханна зачерпнула большую горсть зимнего птичьего корма, насыпала в кормушку и улыбнулась, услышав, как зачирикали в зарослях жасмина воробьи и чёрные синицы. Они громко ругались, выжидая, пока Ханна уйдёт, чтобы тут же налететь на корм и схватить самое вкусненькое – жирных личинок.

Ханна закрыла банку с кормом и надела перчатки. От холодного воздуха у неё заныли пальцы. Она аккуратно отошла от кормушки и села на скамеечку, в самый угол. Если сидеть тихо-тихо, птицы не будут обращать на неё внимание. В такой холод лучше было бы вернуться в тёплую спальню и посмотреть на птичью возню из окна, но со скамейки их лучше видно. Какие они смешные! Спихивают друг дружку, толкаются, шумят. Родители расставили в саду вокруг дома целых пять кормушек, поэтому все местные птички любят прилетать именно к ним.

Уткнувшись в шарф и надвинув большую пушистую шапку на лоб, Ханна тихонько улыбалась и наблюдала за птицами. Подлетела малиновка, отогнала воробьёв, и те расселись по кустам. Жаль, на холоде долго не посидишь – немеют пальцы. Она обхватила себя руками и стала мечтать. Вот было бы здорово сидеть рядом с собакой и греться друг о дружку. Не важно, какой она будет породы. Хочется большую, чтобы можно было обнять. Но и маленький пёс тоже неплохо.

Раз это мечта, можно воображать кого угодно, и она, обхватив себя покрепче, представила огромного белого с чёрными пятнами далматинца, точь-в-точь Понго из её любимого фильма «101 далматинец». Мультфильм она тоже смотрела, причём несколько раз, как и фильм, и далматинцы были её мечтой.

Но мама и папа никак не могли решить: купить им собаку или не покупать. По крайней мере, они всё время ей так и отвечали: «Подумаем». Папа не против, потому что очень любит пешие прогулки. Он часто показывал Ханне фотографии собаки, которая была у него в детстве. А вот мама боялась, не опасна ли будет собака для маленького Зака, младшего брата Ханны. Но сейчас Заку уже почти три года, и Ханна снова заговорила о щенке. Зак обожал животных и кидался с объятиями к каждой встречной собаке. Ещё вопрос, кто для кого опасен. Скорее собаку надо будет спасать от Зака, чем наоборот.

Стоило ей вспомнить о брате, как в кухне хлопнула дверь. Зак. Он выбежал в сад и начал громко звать сестру по имени. Ханна нахмурилась и вздохнула. Он распугал всех птиц. Как хорошо было в тишине без него! Но, взглянув на Зака, она не смогла сдержать улыбку. Он был в плотном красном комбинезончике и еле сгибал в нём ноги. Со стороны казалось, будто его надули как шарик.

– Ханна! Ханна! – Зак подбежал к ней и схватил за руку. – Тебя мама зовёт!

Мама тоже вышла в сад, закутанная в большой шарф:

– Ты так долго сидишь, замёрзла совсем. Кто-нибудь новенький прилетал в кормушку?

– Нет, всё те же. Я уже хотела идти домой – темнеет.

– Мы с Заком пришли сообщить тебе новость! – сказала мама с сияющим видом. – Мне только что позвонили. Я долго ждала этого звонка, – мама перевела дух. – Это хозяйка питомника «Дивные далматинцы».

Ханна тут же выпрямилась и посмотрела маме в глаза.

– Кто-кто? Хозяйка питомника далматинцев? – спросила она. – А зачем она тебе звонила?

Мама широко улыбнулась:

– Затем, что мы общались пару месяцев назад, и я попросила поставить нас в лист ожидания на щенков.

Ханна вскочиа со скамейки и бросилась обнимать маму:

– Серьёзно?! Ты мне ничего не говорила! У нас будет далматинец! Ты не шутишь?

– Пойдём в дом. Я замёрзла!

Ханна вбежала в дом, сбросила пальто, шарф, раздела Зака, повесила вещи на вешалку и помчалась в кухню:

– Расскажи мне всё!

Мама рассмеялась:

– Надо почаще исполнять мечты. Мы с отцом посоветовались и решили, что вы с Заком уже подросли, и теперь мы можем завести собаку. Папа хочет большого пса, а ты мечтаешь о далматинце. Поэтому мы нашли через Интернет заводчицу этой породы. Её зовут Лиза, она живёт в двадцати милях отсюда, возле Милл-Грин.

Ханна бывала в Милл-Грин, маленькой деревушке, их возили туда всем классом на экскурсию на действующую мельницу.

– Каждый год в её питомнике бывает два-три помёта щенков. Мы думали, что ждать придётся долго, но одного щенка из последнего помёта отказались взять, – мама нахмурилась. – У него какие-то там неправильные пятна. Лиза обещала рассказать всё в подробностях, когда мы к ней приедем, и сказала, что если мы не собираемся возить собаку на выставки, то правильный окрас нам не нужен.

– Когда же мы к ним поедем? – От волнения и радости Ханна не знала, что ещё сказать.

– Может, завтра? Ой-ой, Ханна, ты меня задушишь! – захохотала мама, когда дочка бросилась к ней обниматься. – Ты рада? Ты не передумала и по-прежнему хочешь далматинца?

– Ещё как не передумала! – воскликнула Ханна. – Это же лучшие собаки на земле! Мы точно завтра к ним поедем?

– Да, точно. Завтра как раз суббота, и папа сможет поехать с нами, – улыбнулась мама. – Вот он удивится, когда придёт сегодня домой.

Отец Ханны обрадовался не меньше, чем она. Мама рассказала ему о звонке за ужином.

– Чудесная новость, – сказал он. – А я-то думал, придётся долго ждать, ведь мы хотели брать собаку только от хорошего заводчика. Далматинцы – собаки впечатлительные, поэтому обязательно надо познакомиться с родителями щенков. А ещё твоя мама сказала, что хозяйка «Дивных далматинцев» ей по телефону очень понравилась, она всё подробно рассказала и о породе, и о состоянии щенков. Одно меня волнует, – продолжал отец, глядя на маму, – мы сказали Лизе, что не хотели бы забирать щенка на Рождество.

– Точно, – сказала мама и медленно кивнула. – Я совсем забыла об этом. – Помолчав, она продолжила: – Лиза сказала, что щенкам сейчас полтора месяца и мы можем забрать нашего через две недели. Это будет как раз в начале декабря. До Рождества останется совсем немного.

– А почему нельзя забирать щенка на Рождество? – спросила Ханна с нотками паники в голосе: не может быть, чтобы они успели передумать.

Папа потрепал её по плечу:

– Это неправильно, после праздников очень многие сдают такие «подарки» в приют. Да и само время для щенка беспокойное – гости, суматоха. В общем, мы с мамой не хотим, чтобы щенок стал твоим рождественским подарком.

– Никакой он не подарок! – с жаром ответила Ханна, и в её груди снова вспыхнула надежда. – Он просто переедет к нам в начале декабря. Это же не значит, что вы мне его подарили на Рождество.

Сложив руки как для молитвы, она смотрела по очереди то на папу, то на маму. А вдруг они подумали, что она от жадности хочет ещё подарков?

– Мне вообще подарки не нужны. Ну, может, только поводок.

Папа рассмеялся:

– Не волнуйся, я не говорил, что мы откажемся от щенка. Я просто думаю, что сейчас не самое подходящее время. Хотя, если честно, в доме всё равно будет столпотворение, когда щенка ни забери.

– Так, значит, завтра едем? – прошептала Ханна.

Родители переглянулись и улыбнулись.

– Да, – кивнула мама. – Едем.

– Можно-я-выйду-из-за-стола? – протараторила Ханна. – Я не буду пудинг, спасибо. Я лучше пойду посмотрю на далматинцев в Интернете.

Глава вторая

Ханна сидела в машине на заднем сиденье рядом с Заком и кусала губы от нетерпения. Маме надоело отвечать на один и тот же вопрос, когда же они приедут, и она пригрозила, что ещё одно слово – и они повернут обратно.

– Вон, смотри, указатель на Милл-Грин, – сжалился отец. – Уже недалеко.

Ханна кивнула и с надеждой посмотрела в окно. Увидев вывеску возле дома прямо по дороге, она засмеялась:

– Смотрите! Пятнистый указатель!

Мама включила поворотник:

– Значит, нам сюда. Точно. «Дивные далматинцы».

Она подъехала к дому и остановила машину.

Открыв дверь, Ханна услышала весёлый лай и бросилась отстегивать Зака:

– Приехали, Зак, приехали! Идём смотреть собак!

– Собака! – обрадовался Зак и захлопал в ладоши.

На пороге дома их встречала приветливая женщина, а рядом с ней стояли – Ханна чуть не захлебнулась от счастья – два огромных далматинца. Они были бесподобны: белоснежные, с россыпью сверкающих чёрных пятен.

– Собака! Собака! – радостно запищал Зак и запрыгал на месте, пытаясь вырвать ладошку из руки Ханны.

Хозяйка дома засмеялась:

– Одного горячего поклонника я уже вижу. Здравствуйте, я Лиза. А это Робби и Белла. Они очень мирные. Можешь их погладить, Ханна. Только не отпускай брата. Робби и Белла в два раза больше его, могут нечаянно сбить с ног.

– Я буду крепко держать его за руку, – кивнула Ханна. – Он очень любит собак. Как и я.

Свободную руку Ханна протянула к Белле. Та с любопытством обнюхала пальцы и осторожно лизнула.

– Ухх, – засмеялся Зак.

– Я не против, – вздохнула Ханна и погладила Беллу по мягкому носу, почесала за пятнистыми шёлковыми ушками. Белла была красавицей. У Ханны будет такой красивый пёс? Даже не верится.

– Белла – это мама нашего щенка? То есть того щенка, которого вы, может быть, нам отдадите? – быстро поправилась Ханна. Она забыла, что Лиза хотела сначала с ними познакомиться, а потом решить насчёт щенка.

– Нет, – улыбнулась Лиза. – Белла пока сама ещё щенок. Это их старшая сестра. Робби – отец. А маму зовут Крисси. Хотите посмотреть на щенков?

От волнения Ханна не смогла ничего сказать, только изо всех сил закивала. Конский хвостик у неё на голове весело затанцевал.

– Входите в дом, снимайте пальто. Щенки подросли, и с ними уже можно знакомиться, – объяснила Лиза и показала дорогу Ханне и её родным, а любопытные далматинцы вежливо их обнюхивали.

– Им шесть недель, – продолжила Лиза, идя по коридору. – У них уже начали проступать пятна. Пятен пока мало, но уже ясно, каким будет окрас. Как раз в этом возрасте им очень интересны новые люди.

Ханна с волнением посмотрела на родителей, и отец сжал её плечо.

– Ты так переживаешь, будто приехала во дворец на встречу с королевой, – шепнул он.

– Почти что так, – шёпотом ответила она.

– Здесь раньше была столовая, но потом у нас появились собаки, – Лиза подвела их к двери в конце коридора. – И мы решили эту комнату превратить в детскую для щенков.

И распахнула перед ними двери. Они увидели огромный вольер – половину комнаты отгораживала сетка, за которой резвилась свора чёрно-белых щенков. Они кувыркались и прыгали через мать и друг через друга.

– Ой, как их много! – прошептала Ханна.

– Сколько их здесь? – спросил отец у Лизы. – Я сбился со счёта.

– Двенадцать, – улыбнулась она. – Этот помёт самый большой за всю нашу историю.

Ханна склонилась к вольеру, что-то нежно приговаривая очаровательным щенкам, и Зак потянулся следом за ней. Крисси, мать щенков, увидела Ханну с Заком и взглянула на Лизу: можно ли им доверять.

– Все хорошо, Крисси, – негромко сказала ей Лиза.

– Я в них уже запуталась, – пробормотала Ханна, приглядываясь к щенкам, которые носились по вольеру. – Хотя вон того уже запомнила! У него пятнышко вокруг хвоста.

Щенок как будто понял, что о нём говорят. Он встал на задние лапы, цепляясь передними за сетку вольера, и посмотрел на детей. Ханна засмеялась, увидев его смешную мордочку, и щенок отпрянул.

– Ой, прости, не хотела тебя напугать, – мягко сказала Ханна. – Я смеюсь, потому что ты очень милый.

Щенок снова подобрался ближе и ярко-розовым язычком лизнул пальцы девочки.

– И меня, и меня тоже! – завизжал Зак, и щенок снова подпрыгнул. Он поглядел на мальчика с удивлением, бочком попятился к Ханне и опять встал на задние лапы у стенки вольера, чтобы быть поближе к ней.

Ханна еле сдержала смех, чтобы не отпугнуть его, – было такое ощущение, что он вот-вот скажет человеческим голосом «почеши мне за ушками».

Щенок вздохнул от счастья, когда Ханна почесала его за чёрно-белыми ушками. Ему очень понравилось. Этот маленький громко кричит и много прыгает, зато девочка отлично чешет за ушками. К щенку подошла его сестричка, но он строго взглянул на неё: «Моя хозяйка! Никому не отдам». Сестричка тут же отскочила и плюхнулась рядом с мамой.

– Ты ему понравилась, – заметила Лиза. Судя по голосу, она была довольна. Значит, она разрешит забрать одного из щенков? А может, даже вот этого? Ханне все они понравились, но щенок с заплаткой, кажется, выбрал её сам.

Папа присел рядом.

– Здесь есть тот щенок, о котором вы вчера говорили? – спросил он у Лизы.

– Да, – кивнула она. – У меня большой лист ожидания, и всех щенков из этого помёта я уже пообещала тем, кто долго ждёт очереди. В ближайшие пару недель малыши разъедутся по новым домам.

Сердце у Ханны упало. Так значит, никого из этих очаровательных щенков им не отдадут? Наверное, мама что-то не так поняла. Ханна снова почесала щенка за ушками, и тот зажмурился от счастья. Какой же он классный!..

– Но недавно одна женщина передумала. Она хотела выставочную собаку, а щенок, который достался ей по очереди, для выставок не подходит.

– Странно, – удивилась мама. – Они все такие красивые. Разве можно сейчас определить, кто из них будет выставочным?

С горящим взглядом Ханна повернулась к Лизе:

– Это он не подходит, да? Пожалуйста, скажите, что это он!

Щенок тоже выжидательно посмотрел на Лизу. Он завилял хвостиком-прутиком, и чёрная заплатка вокруг хвоста закачалась.

– Да, это он, – улыбнулась Лиза. – Как ты догадалась?

Ханна очень много читала о далматинцах, но Лиза наверняка знает гораздо больше. Девочка смутилась: а вдруг она сейчас скажет глупость?

– У них не должно быть заплаток вокруг хвоста, – пробормотала она.

– Верно, – одобрительно кивнула Лиза. – Щенки рождаются снежно-белыми. Пятна у них появляются только через две недели и растут до года.

Все щенки в вольере и правда были белоснежные с крошечными пятнышками, по размеру не больше смородины.

– Но некоторые щенки рождаются с заплатками, – и Лиза погладила щенка.

– Я такого вижу в первый раз, – сказала Ханна.

– И я тоже, – улыбнулась Лиза. – Он не похож на остальных и для выставок не годится: с заплатками туда нельзя. Так что он станет просто хорошей домашней собакой.

Лиза наклонилась к щенку, осторожно взяла его и протянула Ханне:

– Хочешь? Возьми.

Девочка кивнула. Она взяла щенка на руки, и он тут же уютно устроился у неё на коленях. Зак подсел ближе к сестре и погладил щенка по спинке.

– Может, с ним что-то не так? Тогда мы ещё подождём, – сказал папа с тревогой в голосе.

– С ним всё так! – воскликнула Ханна от страха, что он откажется брать щенка. Щенок напрягся, но тут же вильнул хвостиком, как будто спрашивая, всё ли в порядке.

– Ты лучше говори потише, – примирительно сказала Лиза. – Далматинцы очень впечатлительны. С ними нужно вести себя мягко и тихо.

– Простите, – прошептала Ханна Лизе и щенку одновременно.

– Ничего, у тебя всё получается, – успокоила её Лиза и повернулась к отцу: – Что касается его здоровья, то здесь никаких проблем. Он совершенно здоров. Насколько я поняла, вы не планируете водить его на выставки?

– Мы хотим просто взять щенка, – тихо сказала девочка. – А этот, наверное, ещё лучше, чем обычный далматинец. Я знаю, что некоторые щенки рождаются глухими, но щенки с заплатками обычно всегда здоровы.

Лиза удивлённо рассмеялась:

– Как хорошо ты подготовилась!

– Я просто очень люблю далматинцев, – ответила Ханна. – Я мечтаю о щенке сколько себя помню.

– Ханна права насчёт глухоты, – продолжала Лиза. – Но Крисси и Робби набрали высокий балл по оценке слуха. На следующей неделе мы повезём щенков на проверку.

– А ещё далматинцы должны много бегать и всё время быть рядом с людьми. Мы с папой будем ходить с щенком на долгие прогулки каждый день! – сказала Ханна.

– Отлично! У далматинцев много энергии, они легко начинают скучать, так как очень умные. Далматинца надо дрессировать. Я могу вам посоветовать хорошую школу.

– Так значит, мы можем его забрать? – спросила Ханна, обнимая щенка покрепче и нервно глядя то на Лизу, то на родителей.

– Уверена, что ему будет у вас хорошо, – улыбнулась Лиза. – Он быстро пошёл к тебе на руки, а с другими гостями вёл себя беспокойно.

Отец медленно кивнул Ханне, и она прижалась щекой к мягкой головке щенка. Тот тихонько заскулил, и девочка засмеялась:

– Так ты тоже счастлив, щеночек?

Щенок широко зевнул, показав свои острые зубки, и снова свернулся у Ханны на руках, словно больше никуда не собирался отсюда уходить.

Мама погладила его:

– Это не мы выбирали себе щенка. Это он выбрал тебя, Ханна.

Глава третья

– У нас через две недели будет щенок, представляешь! – прошептала Ханна своей лучшей подруге Люси в понедельник во время урока.

– Вот повезло! Я просто мечтаю о собаке, но мама говорит, что за ней некому ухаживать.

– Можешь вместе с нами ходить на прогулки, – предложила Ханна.

– Тише, скоро наша очередь! – и Люси обернулась на учителя, мистера Байфорда. Он стоял за ними около стены. – Перед нами только Иззи и Бен.

В классе шло прослушивание для участия в школьной рождественской постановке. Ханна надеялась в этом году получить одну из главных ролей. Она очень любила выступать, но всегда сильно волновалась на прослушивании, и поэтому ей давали крошечные роли. Сейчас они вместе с Люси будут читать отрывок из пьесы, а мистер Байфорд примет решение, насколько громко и внятно они произносят текст.

– Боишься? – вполголоса спросила Люси. – Я – страшно!

Ханна улыбнулась. Люси отлично танцевала и много раз сдавала экзамены в своей балетной школе. Ей точно дадут роль с танцем.

– Я так рада, что у меня будет щенок, что ни капельки не боюсь! – ответила она. А раньше у неё от волнения в животе бабочки порхали.

– Люси и Ханна, вы следующие! – произнёс мистер Байфорд, глядя в список.

– Ни пуха ни пера! – сказала Ханна Люси, и обе скрестили пальцы на счастье.

Мистер Байфорд очень долго думал, кому какую роль дать. Хорошо, что у Ханны было прекрасное настроение из-за щенка, иначе ожидание стало бы для неё пыткой.

Через два дня Ханна выбежала из школы, чтобы поскорее поделиться хорошими новостями с мамой, которая с Заком в коляске ждала её на детской площадке.

– Тебе дали роль? – спросила мама, увидев сияющую дочку.

– Я буду играть ангела! – крикнула Ханна. – Главную роль! У меня текст от автора. А Люси будет играть дочку хозяина гостиницы и станцует.

– Ханна, ты просто молодец! – мама обняла её. – Порадуешь сегодня бабушку. Она приедет к нам на чай.

– Сенок! – сказал Зак, увидев, что все счастливы, а значит, речь опять идёт о щенке.

– Нет, дорогой, мы не про щенка. Но скоро он будет с нами, – пообещала мама, и они вместе пошли к воротам.

Зак вместе с Ханной мечтал, чтобы пёсик поскорее приехал домой. Он даже несколько раз ложился на его чудесную голубую подушку: после знакомства со щенком они всей семьёй поехали в магазин для домашних животных и купили всё необходимое.

– Осталось десять дней, – просияла Ханна. – Он ещё не приехал, но уже приносит мне удачу. А вдруг я когда-нибудь стану актрисой и получу «Оскар»!

Она резко остановилась:

– Оскар! Мам, давай назовём щенка Оскаром. Мне очень нравится это имя.

– Хм. Мне оно тоже нравится, – задумалась мама. – Гораздо больше, чем имена вроде Пятнышка.

– Ему очень подходит это имя, – сказала Ханна.

Оскар! Её щенок! Ждать осталось совсем немного.

Ханна бережно принесла щенка в кухню:

– Вот твоё место.

И она осторожно опустила его рядом с подушкой.

Щенок задумался. Постель была для него большой и уютной. Он поставил на край передние лапы, потом забрался весь, обнюхал подушку, и этот новый запах ему очень понравился. Он с надеждой посмотрел на Ханну. Подушка слишком большая. Может, Ханна полежит рядом с ним?

– Постелька для сенка! – воскликнул Зак, подобравшись к Оскару и опустившись на подушку рядом с ним.

Оскар в ужасе попятился, испугавшись шумного мальчишки, который чуть его не придавил. Жалобно виляя хвостом, он спустился с подушки к Ханне.

– Дай сенка! – взвыл Зак, и мама подняла его с пола.

Ханна осторожно взяла щенка на руки.

– Он его испугал, – обиженно прошептала она маме.

Ханна пыталась не злиться. Лиза говорила, что далматинцы очень впечатлительные.

– Зак пока не умеет сдерживаться, – объяснил папа. – Но он научится.

Ханна шмыгнула носом. Родители никогда не ругают Зака, даже когда он шалит, и всегда говорят, что он ещё маленький. Маленький! Оскар ещё меньше! Остаётся надеяться, что, пока Ханна в школе, мама не даст щенка в обиду.

Первый день с Оскаром был волшебным! Ханна практически не выходила из кухни: несколько дней щенок должен был провести именно здесь, чтобы запомнить своё место. Ему разрешалось только выбежать в сад, чтобы пописать. Ханна купила – на собственные деньги! – специальную косточку-пищалку, и она щенку очень понравилась. Оскар брал её зубами, тряс и, когда косточка пищала, от неожиданности ронял её на пол и снова начинал игру, пока окончательно не выбился из сил. А когда Оскар заснул, Ханна сидела рядом и любовалась им – самым прекрасным созданием на земле!

Впрочем, на подушке ему не спалось. Освоившись на кухне, Оскар принялся бегать за Ханной и путаться у неё под ногами. Ноги маленькой хозяйки приглянулись ему больше всего: шлёпнется ей на тапочки маленькой пятнистой тушкой – и тут же засыпает.

Ханна боялась, что первая ночь пройдёт беспокойно. Как он тут, внизу, останется один? Но мама была непреклонна. Оскару нельзя спать в комнате Ханны. Пока он ещё маленький, но когда вырастет, на кровати у неё не поместится. К тому же наверху много ценных вещей, а пёс может их погрызть.

Лиза рассказала, как быстро приучить щенка оставаться одному внизу, и Ханна сразу начала его тренировать. Мама увела Зака гулять, чтобы он не вертелся под ногами, папа с Ханной занимались в кухне каждый своими делами, а Оскар за ними наблюдал. Через некоторое время они вышли и плотно прикрыли дверь.

– Уже можно заходить? – спросила Ханна. – Папа, пожалуйста, Лиза сказала, что нельзя долго отсутствовать, а то он расстроится. Ты хотел почитать газету и сделать вид, что не обращаешь на него внимания. Давай войдём.

Отец кивнул и открыл дверь. Ханна поискала Оскара глазами. Вид у него был слегка озадаченный и обеспокоенный. Девочка отвела взгляд, пошла к сушилке, собрала чистые чашки и поставила их в шкаф. Потом слегка толкнула папу локтем:

– Давай ещё раз.

Они снова и снова выходили из кухни и возвращались до того, как Оскар начинал скулить. В конце концов щенку надоело наблюдать за людьми и он уснул.

– Лиза права, – прошептала Ханна. – Надеюсь, ночью это сработает.

Когда пришла пора ложиться спать, Ханна вывела Оскара пописать на ночь и проверила, лежат ли для него газеты в углу.

– Лиза говорила, он должен быть уверен, что мы вот-вот войдем, – закрыв дверь в кухню, сказала Ханна родителям. – К тому же за день он сильно устал от игры.

Но как только она прижалась ухом к двери, в её душу закрались сомнения. Никто не скулил. Слышны были только стук коготков по плитке и посапывание. Ханна задержала дыхание.

А Оскар лежал, нюхал воздух и ждал, когда появится Ханна и, может быть, даст ему ещё вкусных, пахнущих мясом сухариков. Он зевнул, поплёлся к подушке, забрался на неё и плюхнулся прямо на кость-пищалку. Она пискнула, и щенок от скуки укусил её разок. Может, если сейчас заснуть, проснёшься сразу к завтраку…

Оскар свернулся калачиком и закрыл глаза. Ханна улыбнулась родителям: из-за двери донеслось еле слышное похрапывание. Сработало!

Глава четвёртая

Оскар быстро освоился в новом доме. Он очень полюбил Ханну, и они подолгу вместе играли. Щенок прыгал вокруг неё и ждал, когда она кинет мячик или кость-пищалку. Через пару дней Оскара выпустили из кухни в гостиную. Оказалось, что ему очень нравится лежать на диване рядом с Ханной, пока она читает или смотрит телевизор. Маме это не понравилось.

– Он вырастет и займёт полдивана, – заметила она.

Но когда мама, уложив Зака, села смотреть любимую передачу, а Оскар подошёл и уселся ей на ноги, сердце её растаяло. Во взгляде щенка было столько нежности, что мама не выдержала, вздохнула и похлопала рядом с собой по дивану. Оскар забрался на диван, улёгся и положил голову ей на колени, от радости молотя хвостом по подушкам.

Единственной проблемой для Оскара был Зак. Не то чтобы Зак не любил Оскара, нет. Наоборот, Зак его просто обожал и не оставлял ни на минуту: укладывал его на подушку, ложился рядом с ним на диване и даже есть желал только из миски, как Оскар.

Щенок жил у них уже неделю, и вот однажды Ханна сидела у себя в комнате и учила текст пьесы, как вдруг услышала шум на лестнице: сначала визг, потом глухой стук и пыхтение. Это визжал Оскар. Зак его схватил! Ханна бросила бумаги и выскочила из спальни. Так и есть! Зак поднимался по лестнице, таща щенка на руках.

– Я хочу, чтобы Осса спал со мной! – заныл Зак, увидев сердитое лицо сестры.

– Ты знаешь, что здесь ему спать нельзя! – яростно воскликнула Ханна. И почему Зак всё время считает, что ему всё сойдёт с рук?! Можно подумать, она не хочет, чтобы Оскар спал с ней! Щенок отчаянно рванулся из рук Зака и заскулил. Ханна хотела взять Оскара, но Зак его не отпустил.

– Мой сенок! – заныл он.

– Зак, ты его пугаешь, отпусти. Отдай!

Она старалась говорить с Заком как можно спокойнее, чтобы не испугать Оскара. Это было сложно: ей хотелось как следует крикнуть на брата.

– Не отдам!

– Отдай сейчас же, – зашипела Ханна.

– Нет!

Тут Оскар вывернулся из его рук и бросился на руки к Ханне. Зак громко заревел.

– Ханна! Что Оскар делает на втором этаже? Ты же знаешь, что ему сюда нельзя! – крикнула мама, выходя в холл и грозно глядя на дочь.

– Это не я его сюда… – у Ханны перехватило дыхание.

– А почему Зак плачет?

Мама укоризненно посмотрела на дочку и схватила Зака на руки. Он рыдал взахлёб.

Ханна покачала головой. Это же нечестно. И как так у Зака получается? Он всегда выходит сухим из воды.

После этого случая Ханна решила следить за братом, чтобы он не беспокоил Оскара слишком часто, и очень обрадовалась, когда щенку сделали все необходимые прививки. Теперь стало можно вместе с папой водить Оскара на долгие прогулки. Щенок обожал гулять, особенно он полюбил прогулки в лес. Оскару нравилось плескаться в ручье, несмотря на то, что стоял декабрь.

Однажды воскресным днём Ханна отпросилась у родителей погулять вместе с Оскаром и Люси, тем более что щенок уже научился ходить на поводке. Родители согласились, но дали ей с собой мамин мобильный телефон и взяли обещание, что девочки вернутся через полчаса.

– До леса мы дойти не успеем. Может, сходим в парк? – предложила Люси.

– И правда не успеем, – согласилась Ханна. – Давай покажем Оскару лошадей возле школы. Сто лет назад далматинцы бежали рядом с экипажем и охраняли лошадей. Далматинцы совсем их не боятся, даже любят. Но Оскар лошадей, наверное, никогда не видел. Я сбегаю скажу маме, куда мы идём.

Люси кивнула и гордо улыбнулась, когда Ханна отдала ей поводок.

Оскар с интересом разглядывал новую девочку. На Ханну не похожа, но тоже очень милая. Он с надеждой посмотрел на дом: скорей бы вернулась Ханна. И когда она выбежала из дома на дорожку, щенок тявкнул от счастья и затанцевал на месте.

– Как он тебя любит, – вздохнула Люси. – Тебе так повезло!

– Я знаю, – кивнула Ханна. – И я тебя люблю, Оскар, – и она почесала ему за ушками.

– Зак нам машет, – заметила Люси. – Он какой-то грустный. Наверное, хочет с нами.

– Он сейчас такое устроил! – вздохнула Ханна. – Не хочет оставить Оскара в покое. А мама всё время его оправдывает! Вчера он хотел покормить Оскара и насыпал в его миску целый пакет собачьего лакомства. Оскар, ясное дело, всё тут же съел! И знаешь, что на это сказала мама? Что я должна убирать его печенье в шкаф! – и Ханна снова вздохнула.

– Мне повезло, что я тоже младшая, – засмеялась Люси.

Школа верховой езды, куда собирались девочки, была окружена полями, и там всегда паслись лошади. Зимой на них надевали тёплые попоны и выводили реже, но Ханна была уверена, что Оскару прогулка всё равно понравится. Щенок весело бежал рядом, наслаждаясь интересными запахами и прислушиваясь к щебету девчонок.

– Смотри, вон они! – крикнула Ханна, ускоряя шаг. – Идём, Оскар.

Они подбежали к лошадям, и Ханна поставила передние лапы Оскара на перекладину забора. Он тут же завилял хвостом, касаясь её рук, и она засмеялась от щекотки.

Оскар зачарованно смотрел на лошадей. До этого он общался только с большими собаками, а таких высоких и грациозных животных видел впервые.

– Пора возвращаться, а то мама начнёт волноваться, – вздохнула Ханна. – Обещаю, Оскар, мы сюда ещё придём.

Ханна мечтала каждый день ходить с Оскаром на долгие прогулки, но приближалось Рождество, и надо было готовиться к представлению. Мистер Байфорд требовал отличного знания текста от всех участников. После уроков он собирал исполнителей главных ролей на дополнительные репетиции, и Ханна не могла их пропускать: она участвовала во всех сценах.

Ей очень нравилось играть в постановке, и, выступая, она почти не волновалась. Но дополнительные репетиции после уроков мешали девочке гулять с Оскаром. Она возвращалась из школы затемно, и, конечно, мама не отпускала её с щенком в лес. Им приходилось довольствоваться быстрой пробежкой вокруг парка с папой, когда он приходил с работы. Пока папа был на работе, на прогулку выходила мама. Но у неё ещё был Зак в коляске, так что долго гулять ей было тяжело.

Ханна надеялась на уроки в собачьей школе, но мама сказала, что с репетициями она не будет успевать. Придётся ждать, пока пройдут праздники.

Оскар очень скучал по их долгим прогулкам. Когда они гуляли так в последний раз? Ханны почти не бывает дома. Он устал смотреть на дверь и ждать, когда она вернётся. Почему её всё нет?

Щенок задумчиво обнюхал полку с обувью у двери и ухватился зубами за висящий розовый шнурок. С полки упала мамина кроссовка. Оскар ткнул её носом, рыкнул, представив, что это добыча, схватил передними лапами и начал грызть.

В эту же секунду на лестнице появилась мама:

– Оскар, нет! Нельзя! Плохой пёс!

Она схватила кроссовку и выгнала щенка обратно в кухню.

Оскар плюхнулся на подушку и грустно облизнулся. Что он такого сделал? Ему хочется пойти на прогулку с Ханной, а её всё нет. Ханна – самый любимый человек Оскара, но её постоянно нет дома. Она больше не хочет с ним гулять? Он скучает без неё, у него плохое настроение, вот и тянет с горя грызть всё подряд. Откуда ему знать, что обувь нельзя трогать?!

Когда Ханна вернулась домой, щенок выглядел совсем потерянным. Она присела рядом и погладила его:

– Мама мне рассказала про обувь. Мне жаль, что она на тебя разозлилась, Оскар, – вздохнула Ханна. – Тебе было скучно? Малыш, потерпи ещё чуть-чуть, до спектакля. А после мы с тобой будем гулять каждый день, я тебе обещаю.

Глава пятая

Оскар сидел на спинке дивана, уставившись в окно – высматривал Ханну в сумерках. Он очень скучал по ней. Сколько времени прошло с тех пор, как девочка с утра ушла в школу? Они играли в саду мячиком-погремушкой, и было очень весело, но потом Ханну позвала мама, а после этого его только раз вывели на короткую прогулку, в обед. Зак всё время тянул его за поводок и тащил в разные стороны.

– Осса!

В гостиную влетел Зак. Оскар обернулся к нему и, не удержав равновесия, свалился между диваном и окном. Щенок завизжал, но не от боли, а от испуга. Зак забрался на диван и опасно свесился со спинки, выискивая Оскара.

Оскар завыл. Он хочет остаться один. Он хочет, чтобы пришла Ханна. Щенок пополз за диваном, чтобы тайком выбраться из гостиной в кухню. Мама Ханны как раз готовит там обед и может выпустить его в сад. Тогда он сбежал бы от Зака и никто не таскал бы его за уши и не гонял по всему дому.

Но Зак двигался на удивление быстро. Он скатился со спинки дивана и встретил Оскара с воплем «Осса!», а потом схватил щенка за шею и крепко прижал к себе. Оскар взвыл от боли и хотел вырваться, но Зак сжал его ещё сильней. Щенок извивался как мог и боролся что было сил, а Зак хохотал, думая, что с ним играют.

Оскар отчаялся. Он хотел укусить Зака, но знал, что так делать нельзя. Вместо этого он зарычал. Тихое «рррррррр» выкатилось у него из груди, и ещё он оскалился.

Зак тут же отпустил Оскара и отпрянул от него, вытаращив глаза от испуга.

Оскар бросился бежать. Надо срочно спрятаться от Зака! Он нашёл укромное местечко под лестницей, куда все складывали пальто и сумки. Оскар нырнул прямо туда и забился за сумку, с которой Ханна ходила на танцы. Сердце его колотилось как сумасшедшее, ему было страшно, и он разозлился. Ему не хотелось пугать малыша, но тот сам виноват: не надо было его трогать.

Оскар приподнял уши, услышав, что к двери подходит Ханна. Папа привёз её после репетиции. Ему страшно хотелось броситься к ней навстречу – но ведь его может поймать Зак. Лучше спрятаться. И он скрылся за сумкой, дрожа от страха.

– Оскар! – удивлённо позвала щенка Ханна. Обычно он всегда встречал её на пороге и поднимал весёлую суету. А сегодня его нигде не видно.

– Может, его где-то случайно заперли? – предположил папа.

Ханна положила школьную сумку под лестницу и тут же заметила Оскара. Он лежал на животе и тихонько скулил.

– Он здесь! Оскар, что случилось? Папа, он весь дрожит!

Ханна присела рядом, обняла его, и Оскар тут же прижался к ней с благодарностью.

– Осса на меня рычал, – услышала девочка тихий голос за спиной. Она обернулась. Зак стоял у двери в гостиную и смотрел на неё виновато и испуганно.

– Что произошло, Зак? – спросил папа, нахмурившись.

В холл быстрым шагом вошла мама:

– Что такое? Что случилось? Я готовила ужин и ничего не слышала.

– Зак наверняка снова тискал Оскара! – выпалила Ханна. Она сразу почувствовала, как напрягся Оскар с появлением Зака.

– Не надо обвинять Зака. Он же ещё маленький, – мягко сказала мама.

Ханна вздохнула.

– Зак, ты гонялся за Оскаром? – спросил папа, заглянув сыну в глаза.

Зак сделал шаг назад:

– Нет. Я его погладил!

– Будь с ним осторожен, – попросил папа. – Он же ещё щенок.

Ханна со злостью смотрела на Зака. И снова ему ничего не сделают! Как же это нечестно! Обняв Оскара, она почувствовала, что щенок сильно расстроен. Как жаль, что она не может быть всё время рядом и защищать его!

– Мне надо сшить крылья к костюму ангела для спектакля, – объявила Ханна за обедом. – Мистер Байфорд даст мне для них детали из бумаги.

Она легонько улыбнулась, но не от радости по поводу красивого костюма, а оттого, что ей на ноги улёгся тёплый маленький комочек. Ханна взяла кусок мяса и «нечаянно» уронила на пол. Оскар заслужил награду. Чёрно-белая мордочка тут же подхватила угощение.

– А что у тебя ещё будет, кроме крыльев? – спросила мама.

– Золотистая туника и венец, – с гордостью ответила Ханна. – Венец мне сделает миссис Гарнер. Она всем помогает с костюмами в спектакле. Она столько всего умеет!

– Как интересно, – улыбнулся папа. – Скорей бы уж представление. Мы столько о нём слышали, что я уже сам готов с вами выступить.

Ханна засмеялась. Она и правда только и говорит что о спектакле.

В пятницу Ханна принесла из школы детали для крыльев. Склеить их было непросто, и они с отцом провозились все выходные. Ханна вырезала из бумаги пёрышки, а папа сделал для них основу из проволоки. Готовые крылья крепились на плечах с помощью ленточек. Целых два дня они работали не покладая рук, а готовые крылышки раскрасили золотой краской. Вышло очень красиво.

А в понедельник случилась катастрофа. Вернувшись из школы накануне репетиции в костюмах, Ханна увидела, что крылья валяются на полу в гостиной и половина перьев оторвана.

– Мама! – в ужасе закричала девочка.

Из холла, бросив Зака и его комбинезон, тут же прибежала мама:

– Что случилось?

– Почему ты за ним не следила! – зарыдала Ханна. – Он же всё сломал! Я тебя ненавижу, Зак! – злобно выкрикнула она брату, который смотрел на неё из-за двери.

– Ханна, это не Зак, – мама покачала головой. – Не говори так. Это плохие слова.

Ханна ничего не понимала:

– Тогда кто же?

– Оскар, кто же ещё. Смотри, все перья пожёванные. Не надо было оставлять их сохнуть на нижней полке шкафа, вот я и не уследила. Надо впредь быть аккуратней. Что ты натворил, Оскар? – крикнула она на щенка, который вылез из-за дивана.

– Это сделал не Оскар, – упрямо сказала Ханна, поднимая его на руки. Однако она успела заметить на мордочке кусочек золотистой бумаги. Мама оказалась права. Прижав Оскара к себе, Ханна решительно вышла из комнаты. Не станет она извиняться перед Заком!

Папа помог Ханне починить крылья к репетиции в костюмах, но они были уже не такими красивыми, как раньше. Девочка нервно передёргивала плечами, переживая за ленточки, которыми крепились крылья. Она поверить не могла, что сегодня уже спектакль.

– Ты своих видишь? – спросила Люси, когда Ханна выглянула из-за кулисы в зал.

– Нет. Зато вижу твоих маму и папу! – Ханна нахмурилась и снова посмотрела в зал. – Они же собирались занять места в последнем ряду, – пробормотала она. – А народу уже полно.

Мама обещала Ханне, что они с папой будут вовремя, а Зака оставят с бабушкой. Ну и где они?

За её спиной громко захохотали, и Ханна чуть не подпрыгнула. На сцене стоял гвалт. Все принесли с собой бутерброды, чтобы успеть ещё раз, не отвлекаясь на обед, прогнать текст перед выступлением. С той минуты как прозвенел звонок с последнего урока, все потихоньку начинали нервничать. Ханна взглянула на любимую маленькую фотографию Оскара, которую она приклеила на картонку и везде носила с собой. Она почти ни капельки не волновалась, и стоило ей посмотреть на чудесную мордочку Оскара, как на душе стало совсем хорошо.

Двери в зал снова открылись. Ханна глазам своим не поверила. Бабушка! Она что-то объясняла миссис Гарнер, которая проверяла билеты на входе.

Но ведь бабушка должна была остаться с Заком! Ханне хотелось броситься к ней и спросить, что случилось, но она была уже в костюме, да и спектакль вот-вот начнётся. Ханна одним пальцем погладила фотографию Оскара, и у неё засосало под ложечкой. Почему мама с папой до сих пор не пришли?

Глава шестая

Оскар выбежал в холл, принюхался к входной двери, посидел на пороге пару минут. Снова побежал на кухню попить водички.

Где все? Мама сначала, как обычно, погуляла с Заком, а потом вернулась одна и выпила чаю. Зазвонил телефон, и Оскар проснулся. Он поднялся с подушки, уверенный, что его сейчас покормят. Если подойти к маме и повилять хвостом, она даст ему еды.

Но она, поговорив по телефону, бросила трубку с такой силой, что та слетела с рычага. Мама не обратила на это внимания – она бросилась к двери и чуть не споткнулась об Оскара. Не извинившись, не погладив и даже не крикнув, чтобы не вертелся под ногами, она вылетела из дома без пальто и куда-то умчалась на машине.

С тех пор её всё нет. Ханна должна была вернуться из школы. А Зак? Ему тоже пора быть дома, разве нет? Да и папа в это время обычно возвращается с работы. Оскару не нравилось так долго быть одному, а ещё он всё сильнее чувствовал голод. Щенок снова прошёлся по холлу, опустив хвост, и вдруг услышал шаги. Оскар тут же воспрянул духом.

Но это были медленные и тяжёлые шаги. Ханна обычно подбегала к двери весело и быстро. Оскар отошёл от двери и занервничал.

Дверь распахнулась. В дом вошла бабушка, а следом за ней Ханна, волоча за собой крылья от костюма.

Ханна была очень расстроена, и хоть и обняла Оскара, но совсем не так, как обычно. Она крепко прижала его к себе, и он сразу почувствовал, как беспокойно бьётся сердце девочки. Оскар уткнулся в неё носом, спрашивая, что произошло.

– Мама тебя кормила? – спросила Ханна, заглянув ему в глаза. – Бедный Оскар, ты, наверное, голодный как волк. Идём.

Она насыпала корма и достала с полки угощение для щенка – специальное собачье печенье. Оскар с благодарностью подбежал к миске, но голод куда-то пропал. Что-то случилось, догадался он и ужасно расстроился, что Ханна пришла домой в таком настроении. Щенок не мог спокойно усидеть на месте. Что-то не так.

Поев, он забрался на диван и улёгся между Ханной и бабушкой. Они включили телевизор, но не могли сосредоточиться ни на одной передаче. Время шло, и Оскар заснул на диване рядом с Ханной.

Проснулся он оттого, что кто-то хлопнул дверью машины. Оскар залаял, и Ханна с бабушкой тоже проснулись. Судя по всему, было очень поздно.

– Папа! – Ханна бросилась в холл. – Что случилось?! Как Зак? Где он? Где мама?

Отец выглядел очень уставшим.

– Бабушка сказала тебе, что он упал в детском саду с гимнастической стенки[1]?

Ханна кивнула. Бабушка ей всё рассказала после спектакля.

– Он разбил голову. Шесть швов наложили, представляешь? На ночь он останется в больнице – рана на голове большая. Мама побудет с ним.

Папа устало опустился на лестницу и снял ботинки:

– Ханна, милая, мне жаль, что мы пропустили твоё выступление. Я так долго ждал этого спектакля! Мы же не знали, насколько серьёзная рана у Зака. Маме позвонили и сказали, что его увезли в больницу на «Скорой».

У Ханны перехватило дыхание. Похоже, дело серьёзное.

– Он поправится? – спросила она с тревогой.

– Да, врачи говорят, что всё будет хорошо.

Отец попытался сказать это с воодушевлением, но ничего, кроме усталости в его голосе, не прозвучало.

– А сейчас давайте по кружке горячего шоколада – и спать.

Бабушка осталась у них, и утром было непривычно завтракать с ней, без мамы и Зака. Бабушка отвела Ханну в школу, а папа пообещал, что, когда дочь вернётся из школы, мама и Зак уже будут дома.

Мама встретила Ханну после уроков, но Зака рядом с ней не было. Она крепко обняла дочь.

– Где Зак? Он остался в больнице?

– Всё в порядке, дорогая, – ответила мама, отрицательно покачав головой. – Он дома с бабушкой. Приходит в себя. Через пару дней будет в порядке, но шрам, скорее всего, останется. Ханна, я сейчас говорила с миссис Джеймс. Она пообещала записать для нас диск со спектаклем. Я так жалею, что мы не видели тебя на сцене! Как всё прошло? Тебе понравилось?

Ханна кивнула. Не ко времени сейчас рассказывать о радостных событиях, к тому же она весь спектакль боялась, что с родными что-то случилось.

– Я ни разу не забыла текст, – наконец сказала девочка.

Мама снова крепко её обняла, и Ханна поняла, что она обо всём догадалась.

– Мам, ты не могла поступить по-другому. Я не обиделась, честное слово.

– Всё равно мы тебя подвели, – вздохнула мама.

– Я этого не почувствовала, – твёрдо сказала Ханна. В глубине души она, конечно, жалела, что родителей не было на спектакле. Но увидев дома Зака с забинтованной головой, она забыла про всё. Ханна весь вечер просидела с братом и даже посмотрела вместе с ним передачу про гоночные машины, которые терпеть не могла. Оскар лежал рядом, и они вместе гладили его.

Спектакль остался в прошлом, впереди были рождественские каникулы. Теперь у Ханны точно будет много времени для Оскара. Она хотела, чтобы щенок запомнил своё первое в жизни Рождество, и мечтала, что они будут много гулять и, может, даже Люси будет гулять вместе с ними. А потом они будут сидеть на диване и смотреть хорошие фильмы, которые всегда показывают в праздники. А если получится, то они вместе с Оскаром посмотрят «Сто один далматинец»!

Ощущение праздника добавила и погода: выпал снег. В первый же день каникул Ханна проснулась и увидела, что улицу засыпает белый порошок, словно кто-то решил украсить пирог сахарной пудрой. Снегопад продолжался и ночью. Судя по прогнозам, такая погода будет на всё Рождество.

Оскару страшно понравился снег, несмотря на то что с прогулки он возвращался с мокрыми и холодными лапами. Дома он сидел на диване, прижавшись носом к окну, и пытался схватить зубами снежинки по ту сторону стекла.

От радости Ханна совсем забыла, что к ним в гости должна приехать её тётя. Она жила в Шотландии и бывала у них не часто. А Оскара она увидит в первый раз.

Но выяснилось, что тётя Джесс не любит собак. Её раздражало, что Оскар постоянно крутится в гостиной, и она всё время демонстративно чистила одежду, как будто со щенка летит шерсть. Она была очень хорошо одета, но во всё чёрное, и любой белый волосок был виден сразу. Ханна вывела Оскара в сад и как следует вычесала, но тётю Джесс это не успокоило.

Оскар впервые увидел человека, которому он не понравился. Он встретил тётю Джесс на пороге и поздоровался как обычно: завилял хвостом, ткнулся носом ей в ноги и одарил смешной улыбкой во всю пасть, как это водится за далматинцами. Но женщина в страхе сделала шаг назад.

– Ого, какие зубы! Он, наверное, кусается? – с ужасом спросила тётя.

– Ничего он не кусается! – воскликнула Ханна. – Наоборот, он очень приветливый. А зовут его Оскар.

– Отведи его на кухню, Ханна, – быстро велела мама.

Ханна сердито посмотрела на тётю, но послушалась. Оскар даже ничего сделать не успел! Оставалось надеяться, что тётя Джесс к нему привыкнет.

Оскар был совершенно сбит с толку: сколько всего нового в доме! В гостиной поставили высокое сверкающее дерево, оно тряслось и звенело. Незнакомая женщина по-прежнему его отталкивала, а Ханна не отходила от неё ни на шаг. Оскар улёгся на свою подушечку на кухне и затосковал.

Ханна как могла пыталась его развеселить и даже пару раз вывела на длительную прогулку, но мама сказала, что тётя Джесс будет недолго и нехорошо уходить гулять, раз она приехала в гости. Ханна хотела предложить тёте Джесс погулять с ними, но потом передумала. Вообще-то тётя Джесс очень хорошая, жаль, что она совсем не любит собак.

Оскар лежал на своём месте на кухне, и ему было очень одиноко. Он уткнулся носом в хвост и представил, как убегает в лес, а Ханна бежит рядом и подпрыгивает. С утра они поиграли в саду, но это ведь совсем не то. А теперь вся семья куда-то ушла. Ханна пообещала ему скоро вернуться, но их нет уже целую вечность. Оскар недовольно перевернулся на другой бок. Как же надоела эта подушка! И кухня тоже.

Сходить, что ли, ещё раз посмотреть на странное дерево? Щенок поплёлся в гостиную. Оскара настораживало это дерево, и он не понимал, зачем его сюда притащили.

Подозрительно принюхиваясь, щенок обошёл вокруг дерева, под которым теперь были разложены коробки в красивой хрустящей обёртке. Закрученная ленточка на одной из них зацепилась за его лапу, и он стряхнул её. Ленточка отпрыгнула. Оскар снова тронул её лапой. Кажется, она хочет от него сбежать!

Он схватил коробку зубами и стал трясти что было сил. Треск разорванной бумаги ему очень понравился. Устроившись на полу, щенок принялся жевать длинную розовую шерстяную штуку, которая оказалась внутри.

Когда Ханна и Зак с родителями и тётей Джесс вернулись с покупками домой, Оскар крепко спал на полу в гостиной. Он был весь в обрывках серебристой обёрточной бумаги и закрученной ленточки. Порванный розовый пушистый шарф – подарок Ханне от тёти Джесс – валялся рядом.

– Вы только посмотрите, что натворил этот пёс! – возмутилась тётя Джесс. – Как ужасно он себя ведёт! Разорвал мой подарок Ханне!

Оскар тут же проснулся и виновато подбежал к Ханне, волоча за собой обрывки розовой ленточки.

– Оскар плохой! – сердито заявила мама.

– Ничего ты не плохой, – прошептала Ханна, обнимая щенка. – Он ни в чём не виноват, – сказала она маме. – Он весь день был дома один. Если он нашалил, то только со скуки.

Помолчав, она тихонько добавила:

– И этот шарф мне совсем не нравится…

Глава седьмая

В Рождество все проснулись очень рано. Ханне и Заку не терпелось поскорее заглянуть в рождественские чулки, а мама с папой спустились на кухню и начали готовить рождественский обед. Папа вчера принёс огромную индейку. К ним в гости должна была прийти бабушка и ещё другие бабушка с дедушкой, а также дядя Марк с тремя детьми: Джейми, Тарой и Фиби. Оскар сидел возле печки и принюхивался – как вкусно пахло!

Ханна мечтала поскорее увидеться с братишкой и сёстрами, но волновалась, как они отнесутся к Оскару. Они все ещё совсем маленькие: Фиби два года, как и Заку, Джейми и Тара чуть постарше, и собаки у них нет. Ханна с ужасом представила, как они будут носиться за Оскаром и тискать его весь день. Щенка это совсем не порадует.

К счастью, Оскару очень понравился её подарок на Рождество: большая жевательная косточка. На время он увлёкся и даже не обратил внимания на дядю Марка с детьми, улёгшись с подарком на свою подушечку. Зато дети заметили его сразу.

– Привет, собачка! – завизжала Фиби.

– О-го-го! – воскликнула Тара. – А можно с ним поиграть?

Не дожидаясь ответа, Тара бросилась прямо к Оскару и уселась рядом с ним. Щенок в ужасе от неё отпрыгнул. Он спокойно жевал свою косточку, а тут кто-то пытается её забрать! Оскар посмотрел на Ханну, умоляя его спасти.

– Тара, ты сидишь на подушке Оскара, – начала объяснять Ханна. – Ему не нравится, когда на ней сидит кто-то другой.

Тара тут же надулась.

– А ты мне не приказывай! – сердито крикнула она Ханне.

– А я и не приказываю, – вздохнула Ханна. Она нежно погладила Оскара, и он, спрыгнув с подушки, потрусил в холл.

Куда бы в то утро ни направился Оскар, он то натыкался на тётю Джесс, которая каждый раз смотрела на него напряжённо, то кто-нибудь из детей бросался на него с объятиями. А ещё дядя Марк нечаянно пнул Оскара под столом, где щенок ждал угощения во время рождественского обеда. Оскар выскочил из-под стола, заскулив, но Ханна тут же взяла его на руки.

– Тяжёлый день, да? – пробормотала она. – Бедный маленький малыш. Мама, можно я дам Оскару кусочек индейки? Пожалуйста! Пусть порадуется.

Мама ответила не сразу:

– Ладно, но только в Рождество. Отнеси на кухню и положи в его миску. Иначе он решит, что его всегда будут кормить со стола.

Ханна кивнула и попыталась не выдать себя виноватым видом. Она очень часто кидала Оскару кусочки под стол. Да, так делать нельзя, но перед его умоляющим взглядом устоять невозможно.

Индейка стала для Оскара самым приятным событием дня. Она была такая вкусная, что он даже забыл о шумных и приставучих детях. Но когда обед закончился, Оскар увидел, как Джейми соскользнул со стула в его сторону, и щенок стрелой помчался прочь из гостиной, где проходил рождественский обед.

В холле он забился под лестницу и улёгся рядом с горой сваленных пальто.

– Куда делась твоя собака? – спросил Джейми.

– Не знаю, – ответила Ханна, скрестив пальцы за спиной.

Она на самом деле не знала, куда он делся, так что это не считается враньём. Впрочем, она догадывалась: Оскар спрятался под лестницей.

Пришёл папа, позвал Джейми в гостиную и сказал, что начинается хороший фильм. Мальчик убежал. Ханна выдохнула. Сейчас она поможет маме убрать со стола, а когда все сядут смотреть фильм, потихоньку сбежит к Оскару, и им не будут мешать ни тётя Джесс, ни двоюродные братья и сёстры.

Оскар лежал в темноте, вспоминая вкус индейки, и мечтал, чтобы к нему пришла Ханна. Но выйти из укрытия и отправиться на её поиски он боялся.

Ханна отнесла последнюю пустую миску из-под пудинга на кухню и поставила её на другие тарелки.

– Пойду проверю, как там Оскар, – сказала она маме.

– Хорошо, – кивнула мама. – Если хочешь, побудь с ним на кухне. Ему, наверное, совсем не хочется в гостиную.

– А тётя Джесс и бабушка с дедушкой не подумают, что я веду себя невежливо? – спросила Ханна.

Мама засмеялась:

– Они так объелись, что во время фильма, скорее всего, заснут. Так что всё в порядке.

– Спасибо, мам, – и Ханна обняла её.

Мама тоже обняла девочку, но тут же отпустила:

– Что там такое? Почему плачет Зак? – И она бросилась в гостиную.

Ханна вздохнула. Опять этот Зак! Не мог помолчать секундочку! Им с мамой было так хорошо. Ханна ушла в холл, по дороге заметив, что мама обнимает рыдающего Зака. Джейми и Тара кричали, что им ничего не слышно. Фиби молчала, но тоже была на грани слёз.

Ханна забилась к Оскару под лестницу и улыбнулась, когда прохладный маленький носик ткнулся ей в руку.

– Ты прав, Оскар, – пробормотала она. – Лучше спрятаться.

Щенок с благодарностью прижался к девочке. Кто ещё защитит его от детей? Оскар забрался к ней на руки и зевнул. Когда Ханна рядом, ему ничего не страшно.

– Мне тут так тесно, Оскар, – вздохнула девочка и задумчиво погладила щенка. – Но смотреть кино совсем не хочется.

Она прислушалась: Зак по-прежнему ревёт, мама, судя по голосу, уже теряет терпение. И вдруг Ханне в голову пришла отличная мысль:

– Оскар, идём гулять! Устроим праздничную прогулку по случаю Рождества.

Оскар сполз с рук и завилял хвостом. Слово «прогулка» он уже выучил, и эта идея ему очень понравилась.

– Только надо сказать маме, что мы уходим.

Ханна еле выбралась из-под лестницы и заглянула в гостиную. Оскар вертелся рядом и выглядывал то из-за одной, то из-за другой её ноги. Нытье Зака успело перерасти в настоящую истерику. Мама с папой пробежали мимо: папа с Заком на руках, а мама вся красная и очень злая. Сейчас её лучше не трогать. Но Оскар смотрел на Ханну с такой надеждой!

– Придумала, – серьёзно сказала девочка. – Оставим маме записку. Уверена, она всё поймёт.

Она сходила за поводком Оскара, надела самые тёплые вещи и даже натянула лишнюю пару носков, перед тем как сунуть ноги в сапоги. Сугробы на дворе уже высокие.

Дверь в гостиную была распахнута, и Ханна увидела, что бабушка заснула на диване, а рядом с ней уснула Фиби. Ханна не хотела их будить и мешать другим смотреть фильм. Она написала короткую записку с обещанием скоро вернуться и положила её на стол. Улыбнувшись, девочка схватила пару морковок из овощной корзинки и выскользнула с Оскаром за дверь.

Через пару минут мама, уложив Зака спать, вернулась в гостиную. Она принесла из кухни пироги с мясом – на случай, если Оскар решит ими полакомиться, – и поставила блюдо на стол. Как раз на записку Ханны.

Глава восьмая

Оскар весело прыгал по тропинке, снег звонко хрустел под лапами. Ему нравилось это ощущение, очень хотелось побежать быстрее, и он с надеждой посмотрел на Ханну. Она засмеялась и побежала.

– У меня с собой морковка, – сказала Ханна Оскару, когда они остановились перевести дух. Холодный воздух обжигал горло. – Идём смотреть на лошадей.

Они миновали школу Ханны. Игровая площадка превратилась в большую белую простыню, на которой не было ни единого следа. Наконец они дошли до конюшен. Лошади жались друг к другу и грустно смотрели по сторонам.

– Морковка поднимет им настроение, – сказала Ханна Оскару, взяла его на руки и поставила передними лапами на забор.

– Какой ты тяжёлый, Оскар! – вздохнула девочка. – Долго я не выдержу. Ты точно потолстел.

Она показала лошадям морковку, и они медленно подошли к ней. От радости Оскар завилял хвостом и тянулся к ним мордочкой, пока они жевали.

– Смотри, чтобы тебя не съели, – со смехом предупредила Ханна и опустила щенка на землю.

Они с радостью наблюдали, как лошади машут головами, ожидая ещё морковки. Наконец лошади отошли.

– Пора домой, – вздохнула Ханна. – Скоро опять пойдёт снег.

Оскар сразу понял по её голосу, что возвращаться ей совсем не хочется, и с надеждой завилял хвостом.

– Ну, может, ещё совсем чуть-чуть погуляем, – неуверенно согласилась Ханна. – Пока светло, нас никто искать не будет.

Она снова вздохнула, присела и прижала Оскара к груди, внезапно почувствовав себя очень одинокой. Но как только щенок облизал ей всё лицо, да так, что она расхохоталась, отплёвываясь, всю её грусть как рукой сняло.

– Ладно, сбегаем быстро в лес, спустимся к ручью. Вдруг он уже замёрз!

Они побежали по тропинке, и Ханна по дороге любовалась волнами кристально чистого снега, укрывшего лес. Дорога уходила в чащу, и они весело мчались вперёд, раскидывая снег. Звонкий лай Оскара эхом отзывался в безлюдном лесу, и Ханна гонялась за ним между деревьями.

Оскар был как никогда счастлив. Вся его тоска развеялась, как дым. Он тряс головой, лаял, а когда целые сугробы снега, переливаясь, с глухим стуком падали с дерева и кустов прямо на него, снова заливался лаем.

Они присели отдохнуть на поваленное дерево. Здесь было чудо как красиво, и ручей по самому краю уже начал покрываться льдом. Ханна вздохнула от счастья. Куда как лучше, чем сидеть в душном доме! Но уже пора идти домой, скоро начнёт темнеть. Девочка взглянула на небо и с ужасом поняла, что солнце хоть и вышло из-за туч, но стоит совсем низко. Потянулись вечерние тени. Они гуляют дольше, чем она думала. Ханна вскочила:

– Надо идти домой, Оскар! Уже поздно.

Оскар посмотрел на неё и неуверенно вильнул хвостом, поняв, что она расстроена.

– Откуда мы пришли? – Ханна растерянно огляделась по сторонам. – Вот наши следы вокруг дерева. Все остальные завалило снегом. – Она раздражённо тряхнула головой. – Глупости! Не могли же мы заблудиться.

Девочка обошла дерево в поисках следов. В какую сторону идти? У неё заколотилось сердце, она начала паниковать. Снова и снова Ханна смотрела на небо и видела, что оно меняет цвет до мрачного, ночного, тёмно-синего.

– Нам сюда. Кажется, – неуверенно произнесла девочка. – Идём, Оскар!

Она не заметила, что Оскар оглянулся, когда они уходили. Щенок задумчиво принюхивался к деревьям и шёл за хозяйкой. Почему она пошла именно сюда?

– Мы не туда идём, – взволнованно сказала Ханна через несколько минут. – Лес уже должен был кончиться. Надо вернуться.

Они вернулись обратно, увязая в снегу в наступающих сумерках. Выйдя к ручью, Ханна снова села на дерево, потому что ноги у неё тряслись от страха. Пора признать: она не знает дороги.

Они заблудились.

Оскар непонимающе посмотрел на Ханну. Она плакала, и он не понимал почему. Он уткнулся ей в ноги, а она потрепала его по загривку.

– Я боюсь, Оскар. Мне холодно. Я хочу домой.

Оскар подпрыгнул и завилял хвостом. Он знает, где дом. Он может отвести её туда. И это всё, чего она хочет? Щенок осторожно потянул за поводок и тихонько заскулил. Ханна подняла голову, он залаял и потянул её за собой.

– Домой? – спросила она. – Ты можешь отвести меня домой, Оскар?

Оскар снова потянул за поводок, и Ханна, спотыкаясь, пошла за ним. Тропинка, которую он выбрал, ничем не отличалась от остальных, но Оскар был абсолютно уверен в своём решении. Он часто останавливался и принюхивался к кустам, вилял хвостом и вёл её дальше.

Ханна с сомнением оглядывалась вокруг, но Оскар точно знал, куда идёт. Он бежал вперёд, и в конце тропинки девочка увидела поле у конюшни.

– Оскар, ты маленькая звёздочка! – пробормотала она, присев рядом со щенком и крепко обняв его. – Бежим домой! Хотя… – она запнулась, и плечи её опустились, – куда уже торопиться. Разве только чтобы поскорей согреться. Зря я надеялась, что нашего отсутствия не заметят.

Они поплелись мимо школы, свернули на дорогу к дому. Оскар тут же навострил уши, и Ханна остановилась.

– Ханна! – крикнул кто-то. – Ханна!

Кажется, бабушка.

– Ханна! Ханна! – это уже папа.

Ханна пошла вперёд – точнее, Оскар потащил её. Обе бабушки, дедушка, папа, дядя Марк и даже тётя Джесс стояли на дороге и звали её. Они всё-таки заметили, что её нет! Папа был очень взволнован, и Ханна даже замедлила шаг, вдруг испугавшись, что её сейчас будут ругать.

– Ханна!

Папа бросился к ней, поднял на руки и прижал к себе:

– Где ты была?! Мы так волновались, мы не знали, куда ты пошла!

– Я же оставила записку! – удивилась Ханна. – Вы с мамой были заняты Заком, а Оскару было так плохо… Прости. Я не собиралась гулять так долго. Я заблудилась в лесу, а Оскар нашёл дорогу домой. Он очень умный.

Папа так крепко держал её в объятиях, словно боялся, что она снова исчезнет.

– Мы не нашли записку. Ханна, ты должна была нас предупредить.

– Зак так громко плакал.

– Всё в порядке, мы не сердимся. Просто мы очень за тебя испугались. Пожалуйста, обещай, что ты больше никогда так не поступишь.

– Больше никогда, обещаю, – кивнула Ханна.

Папа наклонился и потрепал Оскара по голове.

– Оскар вывел Ханну из леса! – сообщил он всем остальным. – Давай домой, Ханна, ты, наверное, страшно замёрзла.

– Оскар вывел тебя из леса? – удивлённо спросила тётя Джесс. – Он ведь ещё щенок! Какой ты умный, Оскар!

И она нежно погладила его.

Ханна просияла. Тётя Джесс никогда раньше не гладила Оскара.

– Ханна! – Зак с воплями бросился к ней на шею.

– Мы так о тебе волновались! – сказала мама.

– Прости, – прошептала Ханна, с тревогой следя за тем, как Зак обнимает Оскара. И тут она поняла, что Оскар не прижимает уши, а виляет хвостом!

– Ух ты! – удивилась мама. – Оскар больше не боится Зака. Сразу видно – вернулся с долгой прогулки, – задумчиво добавила она. – Ты его так загуляла, что он забыл про всё, что его раздражало.

Как только Зак попытался взять Оскара на руки, мама нахмурилась:

– Нет, Зак, таскать Оскара на руках не надо. Можно только гладить. Он устал и хочет полежать. – Мама подтолкнула Зака к дому. – Пойди поиграй со своим новым самолётом. Покажи его бабушке и дедушке.

Зак скорчил недовольную гримасу, но послушался.

– Что такое? – спросила мама у Ханны, заметив её изумлённый взгляд.

– Ты первый раз сказала Заку, чтобы он оставил Оскара в покое! – прошептала Ханна.

– Надо было раньше это сделать, – вздохнула мама. – Оскар терпеливый пёс, но Заку нужно быть с ним поаккуратней. Мы многое прощаем твоему брату, потому что он маленький. Но тем не менее следить за ним надо. Прости, Ханна. Я знаю, что иногда очень тяжело быть старшей сестрой.

– Спасибо, мам!

Ханна крепко её обняла и задумчиво посмотрела на Зака, который играл в гостиной с бабушкой и дедушкой.

– Зак тоже хозяин Оскара. Мне надо чаще приглашать его играть с нами, – вздохнула она.

И тут её осенило:

– Когда у Оскара начнутся занятия, мы будем вместе с Заком водить его на тренировки! Может, он научится вести себя с ним, если увидит, как со своими щенками обращаются другие хозяева.

Мама засмеялась:

– Да, надо после Рождества записаться в эту школу для собак. А прямо сейчас Оскар заслужил ещё немного индейки. Как думаешь, Оскар? Идём!

Ханна кивнула, потом заглянула в гостиную:

– Зак! Хочешь покормить Оскара индейкой?

Зак подпрыгнул и подбежал к Ханне. Взявшись за руки, они пошли за Оскаром, который тут же бросился на кухню, и смотрели, как жадно он ест индейку. Он возил миску по всему полу, вылизывая её стенки, чтобы на них ничего не осталось. Потом вздохнул от счастья, лизнул ногу Ханны и плюхнулся на подушку.

Ханна засмеялась, и Зак тоже. Оскар уткнулся в подушку носом, вытянул задние лапы и еле заметно вильнул хвостом, услышав их смех. Потом он снова вздохнул и свернулся клубком. Он страшно устал, объелся вкусного и был бесконечно счастлив.

Примечания

1

В русском языке её чаще называют «шведской».

Content

Холли Вебб
Щенок Оскар, или Секрет счастливого Рождества

Глава первая

Глава вторая

Глава третья

Глава четвёртая

Глава пятая

Глава шестая

Глава седьмая

Глава восьмая

Примечания