Николай Ромашкин (Призрак)

Охота на бобра

Далеко-далеко на северо-востоке от Баден-Бадена раскинулись грандиозные просторы Диких, или, как их еще называли, Пустых земель. Злые языки говорили, что самый злобный монстр, хранящий их от игроков, — это… скука.

Пустые земли и правда были пусты. Здоровенный массив натуральной тайги, переходящей в тундру, по которой можно брести часами, не встретив ничего достойного внимания или хотя бы выстрела. Конечно, и тут водились монстры, встречались какие-то мини-локации, но плотность их откровенно удручала.

О том, почему так получилось, бродили самые разные домыслы. Одни говорили, что эта территория предназначена для клановых войн, другие считали, что разработчики оставили ее «про запас». Кое-кто упорно считал, что в тайге спрятано нечто такое, чего еще никто не находил. Или находил, но молчит, так как ценность находки превосходит даже желание похвастаться.

Впрочем, Пустые земли все-таки нашли своих поклонников. Там легко можно было оторваться от погони, если не жалко бросить свое транспортное средство; пеший здесь зачастую давал сто очков вперед машинам, а в соревновании двух пешеходов все решали терпение и знание местности. К тому же в лесах устроилась целая община охотников-староверов. Почему староверов — бес их знает, но компания подобралась и правда странная.

«Староверам» Пустые земли нравились именно такими. На монстров тут приходилось охотиться, как на оленей: долго выслеживать, чтобы потом убить одним точным выстрелом. У каждого из них имелся свой «охотничий участок», границы которого ревностно охранялись, и каждый раз происходил поединок один на один — неторопливый, размеренный, со своим этикетом и традициями. К «цивилизованным» местам таежники выходили, только чтобы пополнить боезапас, а основным мерилом крутости считали время в онлайне, прошедшее с последней смерти. Говорят, бродили где-то в таежной глуши саксаулы, прожившие без единой гибели полгода непрерывного игрового времени.

Надо ли говорить, что к посторонним (то есть ко всему остальному населению сервера, по тем или иным причинам попадающему в их леса) эти нелюдимые егеря относились, мягко говоря, с неприязнью? Вместо капканов они использовали противопехотные мины, вместо силков — растяжки, а если что — тайга большая, поглядим, кому быстрее надоест мотаться по ней, вздрагивая от малейшего шороха…

— А еще ведь какую штуку любят делать, — бурчал Кузьмич. — Покупают в магазине двустволку. Самую простую, из тех, что в Шелтервиле продаются, желательно даже подержанную. Прилаживают к дереву, а к спусковому крючку — шпагатик. Заденешь его ногой, и получишь с двух стволов картечью в пузо. Или вот из веселого: берут заостренные колья…

— Кузьмич, завязывай, а? — душераздирающе зевнул Гена. — Хочешь, я тебе порассказываю про ловушки, сюрпризы и гадости, от которых твои староверы будут плакать как дети? Больше всех каркаешь, а в чащобу-то не полезешь, как всегда останешься «Фердинанда» охранять.

— Останусь, — солидно кивнул водитель. — А как же иначе-то? Вам нравится по буеракам шнырять, вы и шныряйте, а мое дело маленькое — туда довезти, обратно забрать. Но обычно я хотя бы могу понять, за каким лешим вас на очередную помойку тянет. А сейчас? Что вы там найдете? Шишки кедровые? Мухоморы?

— Сказано ж тебе, бобра искать будем, — с безнадежной тоской в голосе булькнул из-под надвинутой на нос каски Нэш.

— И чего дальше делать с ним будете? — презрительно фыркнул Кузьмич.

— А что, бобер — знатная зверюга… Мех, мясо… Шкварок нажарим. А лучше отнесем в Шелтервиль на ярмарку, там дураков, поди, много, а бобров мало…

Конечно, если уж затевается экспедиция леший знает куда и с неочевидной целью — значит, дело в научных изысканиях Руби. Девушка была незаменимым компаньоном в авантюрах, где требовалось огневое прикрытие, но время от времени в ней со страшной силой просыпалась жажда открытий. Тогда вся компания дружно бросалась расследовать очередной слух, легенду или просто домысел. Нэшу казалось, что даже Кузьмич при этом ворчит исключительно для поддержания имиджа: из него самого вышла бы живая энциклопедия слухов, сплетен, баек и попахивающих мистикой историй.

На этот раз интересы Руби простирались в область не столько географии, сколько зоологии. Недавно она сильно озадачила друзей зловещей историей о неуловимых таежных бобрах. Дескать, с давних времен в Пустых землях порой натыкались на странные пни: деревья не срублены и не повалены взрывом, а будто подгрызены на высоте полуметра так, что пенек напоминает торчащий из земли кол.

Казалось бы, мелочь… Но однажды на форуме кто-то въедливый выложил скриншоты странных пеньков и спросил, что это. Кто-то тут же ответил: бобер. Знатоки лесов возразили, что никаких бобров на сервере в глаза не видали. «Не видали — значит, плохо искали», — ляпнул кто-то, и разгорелся долгий яростный спор по поводу того, кто куда глядел, что видел и существуют ли на сервере бобры.

Теперь, когда натуралисты знали, куда смотреть, и правда стали замечать странное. Время от времени в разных местах тайги появлялись странные вырубки. На месте деревьев оставались характерные пеньки, а бревна обнаруживались где-нибудь неподалеку — сложенные в штабель. Что для бобров, вообще говоря, не характерно.

Добыть бобра стало уже просто делом принципа, но таинственный древогрыз оставался неуловим. На форуме появлялись всякого рода спекуляции, вроде пространной научной работы с громким названием «Таежный бобер найден!», где автор всего-навсего пытался вычислить габариты и внешний вид монстра, отталкиваясь от высоты пня и характера «погрыза». Но общественность требовала не рассуждений, а бобра. Скриншотом или тушкой.

С тех пор как на форуме впервые заговорили о бобрах, прошло чуть меньше года. Интерес к ним периодически вспыхивал и пропадал, некоторые авантюристы пытались с помощью фотошопа присвоить славу боброловов, случилось несколько громких разоблачений. Кто-то заявлял, что история с бобрами — чья-то провокация или шутка не то игрока, нашедшего изощренный способ валить деревья, не то скучающего админа. Если и так — терпению шутника можно было позавидовать.

На форуме организовали нечто вроде фонда. Тому, кто поймает бобра на месте преступления и выложит неопровержимые тому доказательства, обещали памятные подарки (не настолько серьезные, чтобы спровоцировать «бобровую лихорадку», но вполне нужные в хозяйстве), ну и, конечно, вечную славу первооткрывателя, разоблачителя легенды и право именования нового вида монстра.

Руби, как всегда, провела достойную уважения работу, собирая по архивам форума упоминания о бобрах. Долго отмечала на карте все места, где обнаруживали характерные вывалы. Пыталась вывести какую-либо систему, сопоставляя даты и места появления пней. Ну и в конечном итоге сподвигла друзей на большую вылазку в Дикие земли.

* * *

— Гиблые тут места.

— Ой, да брось, Кузьмич, — отмахнулась Руби. — Ничего с твоим драгоценным тарантасом не случится, мы и не по такой грязюке ездили, не помнишь?

— Да я не про то, — досадливо цыкнул зубом водитель. «Фердинанд», взревывая двигателем и угрожающе раскачиваясь, неспешно катился по разбитой грунтовой дороге. По правую руку из ниоткуда в никуда тянулась железнодорожная насыпь, свинцовое небо, казалось, давило прямо на крышу автобуса. Моросил противный мелкий дождик — монотонно, одуряюще, будто не прекращался со дня старта сервера. Что ж, возможно. Стволы деревьев вокруг почернели — не то после пожара, не то от сильной радиации, и Гексоген время от времени беспокойно поглядывал на счетчик. — Чертовщина всякая творится. Расстрельную команду здесь видели.

Нэш заинтересованно приподнял каску.

— Мне один крендель рассказывал, — с готовностью начал Кузьмич. — Когда я только-только играть начал… Случилось это все, может, и не сразу после запуска сервера, но около того. Тогда тут вообще пустошь простиралась, староверами и не пахло, а другими игроками и подавно. Тот знакомый мой, навроде нашей Руби, вечно нос совал туда, куда другие и не плюнут. Уж не знаю, за каким интересом, но занесло его в местные леса. Бродил, не особо дорогу запоминая, где бог на душу положит. И тут — глядь! Катят по тропинке два эсэсовца на мотоцикле. Все чин чином: каски, очки, плащи, пулемет. Тот, что в коляске, за пулеметом, вроде как мужика заприметил и грозно ему так, с намеком, шприц показывает.

— Шприц?! — не выдержала Руби.

— Только не спрашивайте, на что они намекали. За что купил, за то и продаю. Знакомый мой тоже маленько обалдел и думает — сваливать надо. Но, как назло, заблудился. То есть раньше-то ему все едино было, куда идти, а тут — кружит, кружит и никак на дорогу не выйдет. Думал уже убить себя об дерево, чтобы не мучиться, и — глядь! Те самые эсэсовцы. Каких-то зэков вдоль стены выстроили. А зэки — страшно глянуть, оборванные, бледные, тощие, еле стоят. Ну, значит, немцы их, как баранов, в кучку согнали — и пулеметами, пулеметами!

— Где-то твой дружок заврался, — покривился Гексоген. — Во-первых, ни разу не слышал, чтобы на сервере имелось немецкое обмундирование времен Второй мировой. Мотоцикл — да, верю, видел как-то. Но эсэсовцы… Во-вторых, зачем одним ботам расстреливать других? Ну и в-третьих, где они посреди леса стену нашли?!

— Да, вот это серьезная промашка! — хмыкнул Нэш.

Кузьмич насупился и дискуссию развивать не стал, всем видом показывая, что обиделся. Нэш снова надвинул каску на нос и задремал. Руби историю слушала вполуха, разглядывая пометки на своей карте. Гена поколебался, пытаясь придумать способ разговорить водителя, но плюнул. Неожиданно девушка оторвалась от своих заметок и с подозрением спросила:

— Где, говоришь, все это произошло?

— Не знаю. — Кузьмич пожал плечами. — Тот крендель все сетовал, что заплутал в лесу, пытался потом то место найти и не смог.

— Постой, а чего ж ты сказал, что именно эти места гиблые?

— А… ну, с эсэсовцами он первый раз встретился где-то здесь. Дорога, насыпь, черные стволы — вроде все сходится. Дорог тут немного.

— А когда оно случилось?

— Ну-у…

Кузьмич серьезно задумался. Какое-то время смотрел в потолок кабины (управляя машиной абсолютно непонятным способом, интуитивно, видать), шевеля губами и хмыкая, и наконец проговорил:

— Насчет давности, думаю, тот паразит прихвастнул. Мне он о том зимой рассказывал. Значит, где-то прошлой осенью.

— Угу, — кивнула Руби, делая на карте новую пометку.

— А что? — забеспокоился водитель.

— Да так. Просто первые сообщения о бобрах как раз той осенью и появились.

* * *

Колея грунтовки истаяла до заросшей травой просеки, а потом и вовсе исчезла. Танк или бронетранспортер впереди еще проехали бы, но не «Фердинанд». Впрочем, и танк осилил бы метров сто — сто пятьдесят на север, не больше. В любом случае, по мнению Руби, дальше идти следовало на восток.

Шли долго. Может, деревья тут росли и реже, чем в настоящем лесу, да и кустарника было поменьше, но Нэш с Геной очень скоро начисто потеряли направление. Спасала только карта, да и то Руби буквально носом в нее уткнулась, так и шла. Пару раз Нэш и Гексоген брались за оружие, завидев каких-то тварей. Впрочем, местная живность не спешила лезть в драку.

Время от времени в чаще попадались следы цивилизации: остатки полуразрушенных кирпичных строений, неизменные ЛЭПы, входы в бункера, старые системы окопов и дотов. Что ни говори, основная масса игроков, быть может, и напрасно игнорировала эти места. Впрочем, по словам Руби, большинство комплексов пустовали: ни монстров, ни добычи. Приходи кто хочешь, занимай оборону. А потом месяцами жди кого-нибудь, кто соберется тебя из этих укреплений выкурить.

Спустя минут сорок блужданий по лесу Нэш не выдержал:

— Руби, а куда мы, собственно, идем?

— Уже почти пришли, — пробубнила девушка, не отрываясь от карты.

— Я имею в виду, у тебя же есть план, да?

— Угу.

— И этот план не заканчивается на «…а потом что-нибудь придумаем», да?

Руби на миг задумалась над ответом, но тут впереди показался просвет.

— О, вот оно! Пришли!

Деревья как-то неожиданно закончились, и приключенцы оказались на обширной прогалине, утыканной характерными пеньками с заостренными, измочаленными верхушками.

— Если задуматься, — с уважением заметил Нэш, — тут с полсотни пеньков наберется.

— Где-то поблизости должен быть штабель! — В голосе Руби слышался охотничий азарт. — Типичная картина: вывал, небольшая просека — и штабель.

— А растяжки? — спросил вдруг Гена.

— Какие растяжки? — Сбитая с толку Руби мотнула головой.

Гексоген, отойдя в сторонку, присел на корточки и раздвинул лопухи. Стал виден вбитый в землю штырь с привязанной к нему гранатой.

— Я думал, оно в комплекте идет. Ну, раз уж эти ваши бобры грызут деревья и складывают их штабелями, почему бы им и местность за собой не минировать?

— До сих пор я о таком не слышала.

— Ага… ну, значит, не бобры, — задумчиво кивнул Гексоген, осторожно снимая растяжку — Кстати… Насколько я понял, если бы мы не дали крюка, то вышли бы как раз с той стороны.

— Кто-то хочет сделать нам нехорошо, — насупился Нэш, машинально поглаживая автомат. — Ладно, учтем… Гена, гляди по сторонам на предмет сюрпризов; кажется, мы на осадном положении. Руби?

— Чего?

— Не «чего», а что дальше? — Нэш выжидательно глянул на девушку: — Или дальше как раз начиналось «…что-нибудь придумаем»?

— Дальше начинается «действуем по обстановке», — холодно поправила Руби.

Нэш не стал спорить. Вместо этого он уставился на Руби преданным взором, всем видом показывая, что готов начать действовать в любой момент. Руби напряглась. По всему выходило — ей срочно надо придумать что-то, до чего не дотумкали все предыдущие искатели бобров.

Когда тяжелая пуля едва не сшибла с Нэша каску, а где-то вдалеке послышался звук выстрела, Руби даже испытала что-то вроде облегчения: озарение можно отложить на потом по уважительной причине. Нэш еще не успел крикнуть: «Ложись!» — а его друзья, наученные горьким опытом, уже залегли по кустам.

— Откуда стреляли? — буркнул Гексоген, которому вместо укрытия достался здоровенный муравейник.

Нэш задумчиво глянул на оставленную на каске вмятину, прикинул в уме и указал пальцем направление. Все трое постарались скорректировать свою позицию так, чтобы иметь какую-нибудь преграду между собой и потенциальным стрелком.

Никто не любил снайперов. Ну согласитесь, это ведь абсолютно нечестно — прятаться и стрелять с дистанции, на которой тебя и обругать-то в ответ толком не могут. Поэтому, во-первых, если снайпера ловили — его жестоко били. А во-вторых, почти каждый рано или поздно раздобывал снайперскую винтовку или хоть оптический прицел, быстро понимал, что ничегошеньки из этого почему-то не помогает и вообще не так уж просто быть снайпером, а потому начинал не любить тех, кому это все-таки удавалось, еще больше.

Нэш тоже не любил снайперов. Может быть, даже чуть больше остальной компании, поскольку в случае чего именно ему приходилось решать проблему или, как минимум, отвлекать снайпера, давая возможность Гексогену или Руби подобраться поближе к врагу. Однако сейчас ситуация сложилась хуже некуда. Вся компания находилась посреди бобровой вырубки, а неизвестный стрелок — в гуще леса. Надо было отступать, отступать к северной кромке вырубки, там перегруппировываться и решать, что делать дальше.

Однако Гексоген, кажется, рассудил по-другому. Извернувшись, он скатился с муравейника в высохшее русло ручейка и ужом пополз в сторону стрелка. Нэш досадливо зашипел, но тут же оценил маневр: по углублению можно добраться до леса, а уж там, глядишь, и прихватить стрелка на горячем. Надо только отвлечь снайпера, а заодно и вскрыть его позицию.

— Руби, Гена пошел на приключения! — крикнул штурмовик, скидывая предохранитель.

— Поняла.

Нэш дал пару очередей наугад, не особо надеясь попасть, и перекатился в сторону. В пенек, за которым он только что прятался, ударила пуля, выбив щепки. Ага, значит, снайпер еще где-то здесь… но тут уже забормотал пулемет Руби.

Штурмовик залег, выждал пару секунд и осторожно высунулся из-за пенька, высматривая, не сверкнет ли где вспышка выстрела. Тут главное — не дать подлецу пристреляться. Нэш нахмурился. Руби перешла на короткие очереди, потом и вовсе затихла, время от времени огрызаясь куда-то в сторону леса. Плохо дело. Где снайпер? Затаился? Выжидает?

Меж деревьев что-то мелькнуло; Нэш вскинул автомат, но стрелять не стал. Кто-то махал длинной палкой, на конец которой, на манер белого флага, намотали перевязочный пакет. Поколебавшись, Нэш крикнул:

— Выходи!

— Спокойно, — проговорил, появляясь из-за деревьев, мрачный Гексоген. — Это я.

— А снайпер?

— Снайпер слился. Чуть-чуть я не успел, завозился на его растяжках… Грамотный, гад. Вот…

Гена показал друзьям стреляную гильзу. Судя по ней, стрелок был вооружен СВД — мягко говоря, не самым дешевым оружием. Значит, у гада серьезные намерения.

— Что делать-то будем? — Нэш тревожно поглядывал в сторону чащи. — Он ведь вернуться может. Если это один из этих, егерей-староверов…

— Ну, — неуверенно почесал в затылке Гексоген, — я могу за нами пару сюрпризов оставить.

Нэш на минуту задумался, а потом покачал головой:

— Не… Мне бабушка еще в детстве твердила: не бегай от снайпера — умрешь уставшим. Так что пошли, сначала найдем этого партизана и оторвем ему башку. Бобры столько ждали — подождут еще маленько…

* * *

Идти по следу в виртуальности, конечно, легче, чем в настоящем лесу. Набор сломанных веток, примятостей на траве и прочих следов невелик, и не так трудно научиться их читать и интерпретировать. Уж не труднее, чем орудовать тридцатью тремя буквами алфавита. Во всяком случае, именно так повелось в мире «Забытых перекрестков», где из следопытства культа не делали. Другое дело, что даже с тридцатью тремя буквами можно писать что-то незамысловатое на заборе, а можно и целую поэму, в которой черт ногу сломит и без какого-нибудь Белинского не разобраться.

Гена, конечно, Белинским не был, но и неизвестный снайпер до Лермонтова недотягивал. Однако стервец тоже оказался не промах: держал хороший темп, петлял по самым непролазным чащобам и то и дело норовил устроить гадость. Снимая очередную растяжку, Гексоген только диву давался, сколько у неизвестного стрелка гранат и прочей гадости.

Пару раз стрелок, заложив петлю, устраивал засады. В перестрелках ему удалось пару раз зацепить Нэша, к счастью — вскользь. Пару раз приключенцы совершали обходной маневр. Нэш, сидя на хвосте у преследуемого, продолжал, по выражению Руби, «громко дышать ему в затылок», а Гексоген пытался обойти его и атаковать с фланга. Последний раз подрывнику удалось разглядеть закутанного в маскировочный комбинезон противника и даже подранить его из своего маузера.

Один раз им почти удалось загнать снайпера на пулемет Руби, но в самый ответственный момент стрелок куда-то запропастился, а Руби едва не положила обоих парней кинжальным пулеметным огнем.

Трое приключенцев и снайпер наматывали спирали по лесу, то и дело меняясь местами, охотясь друг на друга. Злость, азарт и постоянный адреналин не позволяли им на все плюнуть и гнали все дальше, дальше…

— Вот ведь жилистый гад, а? — тяжело дыша, пробормотал Нэш. — Гена, мы где вообще?

— В лесу, — буркнул подрывник.

— Спасибо, кэп. Руби?

Девушка искоса глянула на карту и только безнадежно покачала головой:

— Где-то к северо-востоку от того места, где пересеклись с этим гадом.

— Понятно. Ну, попадись он мне только. Гена, ты хоть его разглядел? Опознать, если что, сможешь?

— Смогу. Весь волосатый, как йети, аж лишаями порос. И рожа зеленая, как у гоблина.

Нэш с Руби только вздохнули. Гена подумал и добавил:

— А еще он хромать какое-то время будет. Я ему, не при дамах будет сказано, ягодицу прострелил. Левую.

— Левую? Ну, если именно левую, у нас есть надежда… Ладно, план такой. Мы за ним бегали — пусть теперь он за нами побегает. Гена, сможешь минное поле обеспечить?

— Да я за ним столько «сюрпризов» собрал, что на вторую Хиросиму хватит.

— Хорошо. Если увидите какое-нибудь подходящее для засады место…

— Народ, гляньте! — вдруг проговорила Руби. — Тут какая-то тропа!

Гена и Нэш переглянулись. У обоих мелькнула мысль: если тропа приведет их к одному из пустых блиндажей, это будет идеальная позиция. Снайперу придется либо плюнуть, либо подойти поближе, но в любом случае он вынужден будет крутиться вокруг укреплений, ища удобную позицию. А вот тут уже Гена может оставить ему пару сюрпризов…

Тропинка привела их к старой, заросшей узкоколейке. Переглянувшись, друзья двинулись вдоль нее и вскоре дошли до широкой прогалины, перегороженной высоким дощатым забором.

— Колоритный заборчик, — нервно заметил Гексоген, разглядывая натянутую по верху колючую проволоку. — И вышки по углам… Что-то это мне напоминает, а?

— Слушайте, кажется, мы нашли логово бобров! — замирающим голосом проговорила Руби.

Приключенцы прошли немного вдоль забора и свернули в лес, на натоптанную тропинку. Вскоре они оказались на вырубке, гораздо более обширной, чем та, с которой началась их погоня за стрелком. По ней уныло бродили мордатые небритые мужики в серых ватниках и рубили лес. Бревна они взваливали на плечи и тащили куда-то за деревянный забор.

На лице Руби выражение счастья постепенно сменилось разочарованием.

— И… это все, что ли? — несчастным голосом спросила она, оглядываясь.

— Искали тайну, а нашли какие-то невнятные Соловки, — вздохнул Нэш. — Обидно!

— А вот интересно, — прищурился Гена, — почему вырубки появляются по всей тайге и так нерегулярно?

Руби на миг задумалась и пожала плечами:

— Наверное, время от времени они «на рывок» идут. По одному, по двое… Если удается сбежать — отходят на произвольное расстояние и снова начинают лес валить. Потому что ничего больше делать не умеют.

Компания уныло притихла. Всем так и виделись зэки, которые под вой сирены, лай собак и пулеметные очереди с вышек бегут из ненавистных бараков, падают, снова бегут… И вот наконец находят полянку, валят первое дерево, потом второе… Строят хижину — эдакий миниатюрный барак, — обносят ее забором, ставят вышки…

— Я вас утешу, — неожиданно усмехнулся Нэш. — Это не бобры.

Руби недоуменно заморгала. Нэш похлопал ладонью по пеньку, только что оставленному лесоповальщиками. Пенек был раза в два ниже, чем те, что они видели на бобровом вывале, и не остроконечным: пень как пень, видно, что тут работала двуручная пила, а не чьи-то зубы.

— Да ведь инвентарь-то, поди, на зоне остается, — щелкнул пальцами Гена. — Вот они и…

— По-любому у нас с вами другие проблемы, — напомнил Нэш. — Пошли, у меня есть идея.

— А минировать? — удивился Гексоген.

— Минировать будем не здесь. Пошли.

Пристроившись в хвост одной из бригад лесоповальщиков, приключенцы без особого труда проникли на территорию «лагеря». Как и следовало ожидать, ничего неожиданного тут не нашлось: пара бараков, колючая проволока, штабеля бревен. И вообще — пустовато было, и создавалось впечатление недоделанности. Всюду, точно сонные муравьи, бродили зэки в серых ватниках и порыкивающие на них охранники.

— И что мы тут собираемся делать? — хмуро спросила Руби.

— В засаде сидеть. Наш приятель-снайпер рано или поздно выйдет сюда по нашим следам. И уж обязательно сунется, чтобы посмотреть, что это вообще такое. Надо только, чтобы он нас раньше времени не засек. Руби, ты со своим пулеметом забирайся на вышку.

— А вы?

Нэш примерился и ловко сдернул ватник с одного из заключенных. Тот на минутку остановился, удивленно поморгал, а потом побрел дальше. Дошел до стены и уперся в нее носом.

— Переодевайся, — велел Нэш.

— Ты серьезно? — недоверчиво спросил Гена. — И ты думаешь, так он нас не заметит?

— Хочешь спрятать дерево — спрячь его в лесу. Давай-давай, он в любую минуту появиться может!

Второй заключенный, оставшись в серой рубахе, поморгал и обреченно отправился к стене — рядышком с коллегой. Гена нахлобучил на голову ушанку, вторую протянул Нэшу:

— На, и каску, кстати, сними.

— О… Да. Порядок?

— Нормально, но идея в целом — полный идиотизм. Что-то и вертухаи на нас недобро стали коситься…

Действительно, охранники посматривали на Нэша и Гексогена с определенным интересом. В конце концов в их сторону устремилась целая группа одетых в шинели и вооруженных винтовками ботов.

— Кажись, нарвались, — нервно буркнул Гена и сунул руку под ватник, положив ее на рукоять маузера.

— Без паники…

Два конвоира принялись сгонять заключенных (в том числе и двух фальшивых) в кучку, подталкивая их прикладами винтовок. Били не сильно — здоровья удары не убавляли, — но убедительно. Остальные охранники, выстроившись вдоль стены, деловито расстреляли терпеливо ждущих ботов, обобранных приключенцами.

— Опа… — вздрогнул от залпа Гена. — Неудобно с мужиками получилось…

— Ты, главное, не расслабляйся, — проворчал Нэш. — Куда это нас, как думаешь?

— На лесоповал, конечно.

Гена оказался прав. Заключенных согнали в середину лагеря, пересчитали, разбили на группы и выгнали на работу. Группа, срубившая дерево (при падении с него волшебным образом облетали все ветки), взваливала бревно на плечи, тащила обратно в лагерь, сгружала на штабель и получала несколько минут передышки. Потом цикл повторялся.

Руби важно прохаживалась туда-сюда на одной из вышек, многозначительно поводя стволом пулемета и отпуская едкие комментарии насчет друзей.

Уложив на штабель пятое или шестое бревно, Нэш кивнул Гене:

— Слушай, не знаю, как ты, а я уже слегка задолбался.

— Ну, идея-то твоя, — ехидно заметил подрывник. — И в чем-то она даже сработала…

Штурмовик достал коммуникатор и вызвал Руби:

— Руби, как там периметр?

— Все тихо, — сообщила девушка. — Вы там еще долго будете дурью маяться?

— Еще два, максимум — три бревна, и завязываем.

— Ага… Не думал, что выбраться будет сложнее, чем войти?

— Не боись, — сипло встрял Гена. — Я тут заточкой разжился, мы твоих дружков чик по горлышку — и на рывок, в натуре…

— Ага, я вижу, вы там уже в образ вошли… Ладно, посмотрим…

Парни успели притащить еще одно бревно и как раз переводили дух, когда Руби сообщила:

— Внимание! Вижу кого-то, идет по нашим следам. Ну или, во всяком случае, с той же стороны.

— Дождались гостя дорогого, — процедил Нэш. — Теперь главное, чтобы нас раньше времени на лесоповал не погнали.

Гена расстегнул ватник, чтобы в случае чего быстро добраться до маузера. Оба опустили пониже шапки-ушанки.

— Парни, — донеслось из коммуникатора, — он идет в нашу сторону. Чешет, как по проспекту к себе домой, по сторонам не глядит. Подозрительно как-то…

— Может, он это место раньше нас нашел и приспособил под базу. Ну, все равно сюрприз сейчас будет, — буркнул Нэш.

Стрелок подоспел вовремя. Охранники уже начали сгонять лесорубов «на поверку», когда он, нырнув под шлагбаум, зашел на территорию лагеря. Шел он и правда как по собственной квартире, не обращая на суетящихся зэков внимания, куда-то в сторону караульной казармы. Шел, пока дорогу ему не заступил Нэш.

— Гоп-стоп, мы подошли из-за угла, — нехорошим голосом процитировал он.

Стрелок, втянув голову в плечи и не говоря ни слова, молча развернулся на сто восемьдесят градусов. Но там возник Гена, многообещающе поигрывая издававшей странные звуки двуручной пилой. Стрелок поднял глаза, обвел окрестности тоскливым взглядом и, наткнувшись на ствол пулемета Руби, жалобно проговорил:

— Ребята, ну почему каждый раз, когда мы встречаемся, вы меня сначала отлупить пытаетесь?!

* * *

— А ты, Кеша, какими судьбами?

— Да так, мимо шел… — нервно проговорил памятный по штурму четыреста одиннадцатой батареи админ.

Сначала, узнав старого знакомого, Нэш обрадовался. Потом помрачнел и спросил, а не Кеша ли их гонял все это время по лесам? И не избежать бы бедолаге взбучки (хотя Гена вступился за паренька, указывая на то, что «тот был волосатый и зеленорожий»), если бы не потерявшие терпение охранники, принявшиеся сгонять лесорубов на плац для пересчета и формирования бригад. Нэша стали бить прикладами, Нэш огорчился, рванул телогрейку на груди и достал автомат. Охранники оживились, но тут же попали в логический тупик.

С одной стороны, поведение Нэша попадало под «расстрельную статью», но расстреливать боты умели только у стены, а ребята стояли посреди лагеря. С другой — Нэш мог пытаться сбежать. Но и тут выходила нестыковка, так как он не покидал периметра. Назревала кровавая бойня, но, как позже признался Кеша, конвоиров не доделали, и они просто не умели умирать, только обиженно мычали и лупили Нэша прикладами в надежде, что тот образумится. Руби сверху трудно было оценить обстановку, и, увидав внизу какую-то суету, она просто вдавила гашетку и загнала под лавки всех: охрану, зэков, админа и игроков.

— Просто шел мимо, — задумчиво повторил Гена. — Ага, ну как же… Слушай, а вот ты как представитель администрации можешь толком объяснить, что это за «ЛТП» вокруг?

— Ну, это… Это… как вам сказать… Что-то вроде тестовой площадки… или, скорее, небольшой лаборатории…

— Кеша, голову не морочь, а? Насколько я знаю, такие вещи на действующем сервере не делаются.

— Ладно. — Он вздохнул. — Эту штуку сделал я. От начала и до конца, как мог. И о ней больше никто на сервере не знает.

Какое-то время друзья ждали продолжения, но Кеша, похоже, считал свой ответ исчерпывающим.

— Ну и? — подтолкнула админа Руби.

— Что?

— Что тебя сподвигло эти мини-Соловки наваять?

— Воспоминания об одном событии… Об одном близком друге.

Какое-то время все потрясенно молчали, осмысливая последнюю фразу.

— Дай-ка я уточню, — осторожно начал Гена. — У тебя есть близкие друзья, в память о которых ты воздвигаешь этот концлагерь с лесоповалом, вышками, колючкой, расстрельной стеной и прочей атрибутикой. Кеша, я боюсь спрашивать, куда делись эти твои дружки и по сколько лет им дали. И за что.

— Да вы все неправильно поняли! — замахал руками Кеша. — Ее просто на повышение отправили, она сейчас в Британии стажируется… — Кеша прикусил язык, но поздно.

— «Она»? — вкрадчиво уточнила Руби. — Так вся эта зона — в память о девушке?

— Ну… мы как-то тут гуляли… рядышком… — испуганно забормотал Кеша. — Ну она и сказала: мол, а прикольно было бы тут что-нибудь такое нарисовать… А то пусто как-то…

— Слушай, Кеша, ну что такое надо с девушкой делать, чтобы ей захотелось посреди тайги бараки нарисовать?! — сурово надавила Руби. — Чем? Вы что тут, на пару каких-то партизан к стенке?!

Неожиданно вспомнились байки, рассказанные Кузьмичом по дороге, и у Руби случилось озарение.

— А гуляли вы, случаем, не на мотоцикле с коляской?! И пулеметом?!

Физиономия у Кеши вытянулась, а глаза вытаращились так, что стало страшно.

— Откуда ты знаешь?! — завопил он.

— Расстрельная команда, про которую Кузьмич говорил?! — потрясенно спросил Нэш.

— Давай, друг, лучше сам все рассказывай, — доверительно шепнул Гена админу на ухо. — А то любопытство, знаешь ли, жуткая штука…

— Ладно, ладно, — чуть не плача, замахал руками админ. — Скажу… Из инженерной зоны как-то сбежали очень особые монстры. Сбежали из-за того, что я накосячил. Вот мы с Внучкой и отправились их ловить.

— А почему на мотоцикле? — с видом следователя, готового поймать подозреваемого на лжи, осведомилась Руби.

— Потому что сколько я ни старался, вызывая нам транспорт, появлялся либо мотоцикл, либо уазик. Выбрали мотоцикл…

— А почему в эсэсовской форме?

— Эсэсовской? — удивленно моргнул Кеша. — Вот это уже сказки!

— Внучка-Внучка-Внучка… — Руби прищелкнула пальцами. — Ну да, Внучка и Мелисса, ведущие рубрики «Репортаж из игры»… Слушай, так ты что, с ними знаком?

— Ага. И с остальными тоже. Но сейчас хорошо если раз в неделю от кого-то из них письмо придет…

— Да-а, история…

Вскоре админ засобирался по делам.

— Нам тоже пора, пожалуй, — сказал Нэш. — Вызовите кто-нибудь Кузьмича…

* * *

Как ни странно, после проверки по карте оказалось, что до места, где они расстались с «Фердинандом», не так уж и далеко. В погоне за неизвестным снайпером компания дала хорошего крюка. Правда, преодолеть этот путь предстояло пешком.

По дороге Руби то и дело тяжело вздыхала. Нэш шел молча. Гена философствовал.

— Вот ведь как бывает-то, а? Шли за бобрами. Плюнули на бобров — погнались за снайпером. Снайпера тоже проворонили. Куда ни плюнь — полный провал. Зато вот так, походя и абсолютно случайно, раскрыли «тайну расстрельной команды», о которой и не знали до сегодняшнего дня.

— Я подозреваю, — хмуро буркнула Руби, — что это со всеми открытиями так. Взять хотя бы Колумба…

— Ага… Но самое-то обидное, что мы тут же дали слово молчать о своем открытии. И вот мы, все из себя благородные, все в белом, — и на бобах. Плюс в карме в кармане не булькает, как говорят буддисты…

— А ты чего хотел? — вздохнул Нэш.

— Ну, не знаю… Чтоб и с нами что-то приятное произошло. Просто так, на ровном месте. По закону космического равновесия…

Нэш собирался что-то ответить, но тут у него пискнул коммуникатор. Вызывал «Фердинанд».

— Вот только пусть не говорит, что у него кончилась горючка, или колесо спустило, или еще что, из-за чего он не сможет нас подобрать, — простонала Руби.

— Але, ребята, я на месте встречи, — доложил Кузьмич. Все облегченно вздохнули.

— Нормально, — кивнул Нэш. — Мы скоро будем.

— Жду. Ребята, тут такое дело, я нам пассажира нашел, просит подбросить до города. Берем?

— Валяй, — не стал спорить Нэш. — Все равно порожняком идем… Что за пассажир-то?

— Да пассажир как пассажир. Мужик в лохматом камуфляже, с СВДшкой за спиной. Рожа в маскировочной пасте. Кто-то ему хорошо в задницу зарядил, до сих пор хромает.

Приключенцы задумчиво глядели друг на друга, не решаясь поверить в услышанное.

— Как ты сказал? «Задница»? — уточнил Гексоген.

— Ну да, знаешь, то место, где спина теряет свое благородное название, — сварливо отозвался Кузьмич. — Чай, не в яслях, пора бы уже такие слова знать.

— Кузьмич, ты это… Только у пассажира не спрашивай, сам глянь. Какая именно часть этого самого места пострадала? Левая или правая?

— Левая, — осторожно ответил водитель. — А что? У вас на эту тему предрассудки?

— Не-не, все просто отлично, — заверил его Нэш. — Ты вот что. Пассажира бери, доставим его в лучшем виде куда скажет. И приготовь нам по-тихому все необходимое для линчевания в походных условиях.

— Опа… Хорошо, — удивленно ответил Кузьмич.

Нэш отключил коммуникатор и, глянув на Гену, поучительно сказал:

— Вот так. И не гони больше на карму, договорились?

Content

Николай Ромашкин (Призрак)
Охота на бобра