Николай Ромашкин (Призрак)

Трое против Рыгайлы

Стартовая локация. Как много в этих словах для каждого поклонника вирт-игр! И не только вирт-, но уж их-то в особенности. Именно таков был Шелтервиль. Город молодости, когда уровни еще летят один за другим. Город первых побед, город первых приобретений, дом для тех, у кого еще нет дома. Город, который все знают, город, где назначают встречи, город бессовестных торгашей и отчаянных идеалистов, еще не пообтесанных грубой виртуальной действительностью. Город молокососов, вольный город «без царя в голове»… Город неудачников.

Недоросль

В одних мирах стартовая локация очень быстро становится чем-то вроде разбитой скорлупы или обмелевшей лужи: возвращаться сюда нет ни резона, ни желания. В других — напротив, становится верной базой, эдаким островком безопасности, где знакома каждая кочка, можно пополнить припасы, узнать новости и взять парочку квестов. В обычных играх это зависит от замысла разработчиков, в виртуальных же — еще и от воли случая и спонтанно сложившихся традиций.

Как песочница, оживленная воображением копошащихся в ней малышей, может быть маленькой моделью вселенной, со всеми ее чудесами и загадками, так и Шелтервиль со своими окрестностями был, так сказать, миниатюрной аллегорией всего сервера. Тут можно было охотиться на монстров, собирать ресурсы и технику. Однако уровню эдак к пятому персонаж начинал понимать, что все это понарошку. Самые удачливые, те, кто находил себе клан, богатого покровителя или попросту перекачивал деньги от одного персонажа другому, как раз в это время покидали Шелтервиль. Прочие были вынуждены долго и упорно, по крупицам, собирать себе снаряжение, но и они покидали опостылевший город уровню эдак к десятому — одиннадцатому. Если персонаж пятнадцатого уровня до сих пор находился в Шелтервилле, его смело можно было считать неудачником.

Нэш только что заработал свой юбилейный, тринадцатый, уровень и не испытывал по этому поводу ровно никакой радости. Собственно, он сейчас вообще ничего не испытывал, кроме желания свалиться кулем и легкого недоумения: неужели отбился? Отбился от стаи грызюков, четырех шакалов, двух ворон, пяти бомжей-людогрызов и одной твари, каких он и в глаза не видывал даже в кунсткамере на форуме.

История была стара как мир. Нэш промышлял в дальнем секторе Шелтервильской свалки. Тут тебе и мелкие монстры для прокачки, и чего полезного можно найти: от обломков печатных плат до храповика и россыпи гаек. Жадность, все беды от нее, проклятой… И видел же, что в этом секторе грызюки уж слишком близко друг к другу стоят, и чувствовал же, что может нарваться, но как соблазнительно поблескивала хромом та штуковина…

Давно прошли те времена, когда каждое сражение с грызюком было для него битвой, к которой приходилось долго готовиться, а после которой — долго лечиться. Так что, можно сказать, Нэш просто потерял осторожность. Но пока он возился с первым мобом, еще один грызюк в своих хаотичных передвижениях, как назло, оказался слишком близко. Пока добивал второго — зацепил третьего. Одно за другое, другое за третье — и готов паровоз, получите, распишитесь.

В принципе, та безымянная тварь должна была его добить. На его счастье, последний из бомжей-людогрызов, отойдя в мир иной, принес ему последние крупицы опыта для перехода на следующий уровень, что автоматически восстановило его запас здоровья. Навались на него тварь двумя секундами ранее — осталось бы от него мокрое место. Да и так-то чуть не осталось, зверюка дорого продала свою жизнь.

Вот там, на свалке, переводя дух после тяжелой потасовки, едва не закончившейся для него фатально, Нэш вдруг задумался о будущем. Присев на торчащее из груды мусора ведро, он впал в мрачную задумчивость.

«Вот мне уже и тринадцать, — угрюмо думал Нэш, — и мне давно пора перебираться туда, где и монстры жирнее, и снаряжение лучше. Что я тут делаю? Может, стоило бы рвануть куда-нибудь на север, в Баден-Баден».

Нэш огляделся вокруг, и у него промелькнула горькая мысль: может, это самое подходящее для него место. Свалка, огромная куча бесполезных вещей, куда он попал не по воле случая, а вполне закономерно.

«К черту, — тряхнул парень головой. — Надоела эта помойка. При первой же возможности собираю пожитки и еду в другую локацию. Не поеду, так пешком пойду. Вот только дела закончу…»

Строго говоря, именно об этот аргумент разбивались все его попытки наконец уйти из стартовой локации.

В свое время Нэш подметил очень печальную штуку. В Шелтервилле на самом-то деле не так уж и много новичков. В смысле — настоящих новичков, людей, играющих первый раз. Гораздо больше было игроков, по тем или иным причинам заводящих второго, третьего, пятого персонажа…

Отличить таких было довольно просто. Они не смотрели по сторонам, глазея на полные мрачноватого очарования закоулки Шелтервилля. Не вслушивались в то, что им говорили на брифинге боты, выдающие задания. Они покупали новое снаряжение небрежно, походя, без мучительных раздумий в лавке и без сладкого восторга от обладания новыми возможностями. Они ничему не удивлялись и вечно спешили.

А еще они говорили на умопомрачительном жаргоне, состоящем из аббревиатур, огрызков слов и каких-то диких намеков. В свое время Нэш надеялся, что понимать эту галиматью — дело привычки, он скоро освоится и наконец начнет извлекать из нее информацию. Однако что-то тут серьезно не срослось: прошло уже немало времени, а Нэш все еще не научился бегло переводить переговоры персонажей на русский. Может быть, поэтому общение с коллегами у него не сложилось и он так и остался волком-одиночкой, ни разу не бывавшем в «переулке красных фонарей».

Переулок представлял собой небольшой закуток недалеко от центральной площади Шелтервилля, где кучковались персонажи, желающие набрать или, наоборот, вступить в собирающийся на приключения отряд. Делали они это легко, непринужденно и с юмором, но Нэш почему-то чувствовал себя, точно бомж на паперти.

Он сидел тут уже минут сорок. Над его головой висела корявая табличка: «Ищу (создам) группу для похода в старое бомбоубежище на босса». Время от времени он принимался орать на весь переулок: «Народ, кто составит компанию в бомбоубежище, а?»

Нэш понятия не имел, что делает не так, но пробегающие мимо персонажи лишь изредка окидывали его каким-то смутно-жалостливым взглядом. На его глазах быстро и деловито сколотились и ретировались несколько групп из игроков постарше, неплохо вооруженных и экипированных.

Сорок минут. Сорок минут тупого сидения на одном месте. Нэш был в отчаянии, граничившем с яростью: сорок минут он сидит на тротуаре дурацкого нарисованного города, и это «развлечение», за которое надо платить. Но ничего не попишешь. Он уже и не помнил, сколько раз пытался выполнить это задание, и точно мог сказать только одно: в одиночку пытаться просто бесполезно, нужна была группа из двух-трех более или менее экипированных штурмовиков, пулеметчика, медика и, желательно, разведчика. Нэш криво ухмыльнулся собственным мыслям: ну да, а еще — водителя с броневиком, чтобы подъехать с комфортом. Да, таким составом они бы прошлись по бункеру, как на параде, да только вот где ж взять такую банду?

Встреча

Нэш совсем уже было думал плюнуть на свою затею и выйти из игры, чтобы перекусить и обдумать план дальнейших действий, когда бегущий мимо паренек, на вид — уровня восьмого, притормозил у его плаката.

— Хай, — неопределенно махнул он рукой. — На бомбу решил?

На младших уровнях все жители Шелтервилля выглядят растрепами: родиной большей части их снаряжения была Шелтервильская свалка. Вот и этот парень был одет в летную куртку из плотной кожи, брезентовые штаны с карманами на бедрах и сапоги. Его физиономия была перепачкана то ли пылью, то ли сажей, а на голове был пилотский кожаный шлем с поднятыми на лоб очками-консервами.

— Чего?! — как всегда, несколько опешил Нэш. — А… Ну да, в бомбоубежище.

— Ага, — протянул парнишка, продолжая с интересом разглядывать Нэша. — Ну, одному там хреново, команда нужна.

— Гениально, — потрясенно всплеснул руками Нэш. — Слушай, да ты мне глаза открыл. По-твоему, зачем я тут уже больше получаса распинаюсь, а?

— Ага, — снова повторил незнакомец. — И как?

— И никак! — сорвался в крик Нэш. — Видишь, вокруг уже целая армия отборных головорезов, мы тут уже думаем, может, ну его к лешему, это бомбоубежище, пойдем Батяню Комбата вынесем. А что? Мы же, черт подери, банда, нас тьма или даже рать…

— Красиво излагаешь, — с некоторой завистью заметил незнакомец и, зачем-то вытерев руку об штанину, протянул ее Нэшу. — Меня Гена зовут. Гена Гексоген.

— Очень приятно. Не составишь компанию?

— А чего? Можно. Только толку с меня будет маловато. Я ведь подрывник.

Нэш сник.

— И что ты умеешь делать?

— Ну… Как это… Коктейль Молотова и растяжки.

Какое-то время Нэш ждал продолжения, потом надежда угасла. Он плохо знал ремесло саперов, но эта специализация всегда казалась ему глуповатой. Может, сапер и крут, когда дело касается массовых операций или войны кланов, но в бомбоубежище гораздо нужнее был бы еще один штурмовик. Заметив его разочарование, Гексоген как-то невесело ухмыльнулся:

— Что, облом, да? Да не парься, я привык. А можно вопрос?

— Ну? — уныло кивнул Нэш.

— Только без обид, просто интересно. А чего ты на Рыгайлу вздулся?

Рыгайлой звали босса, обитающего в старом бункере в окрестностях Шелтервилля. По легенде, именно он нес ответственность за две трети летальных неприятностей, которые могли случиться с персонажем в локации. К нему вела длинная и заковыристая цепочка квестов, начинающаяся уровне этак на третьем… и теряющая всякий смысл уровню к девятому — десятому.

Собственно, именно поэтому Нэшу и не удавалось собрать команду для похода в бомбоубежище. Мобы там обитали довольно сильные, а награда… Награда была достаточной, чтобы заинтересовать новичка шестого — седьмого уровня, но на десятом заставляла лишь жалостливо кривиться. Те новички, кто имел покровителей высокого уровня, покидали Шелтервилль раньше, чем Рыгайло успевал их заинтересовать, прочим же он был просто не по зубам.

— Это личное, — мрачно буркнул Нэш.

— Чего?! — обалдело моргнул Гексоген.

Нэш еще раз с сомнением глянул на него и вдруг заговорил:

— Понимаешь… Ты, наверное, смеяться будешь. Ты же знаешь, к Рыгайле ведет цепочка квестов… ну… Я был новичком третьего уровня, когда в муниципалитете мне предложили поучаствовать в рейде по канализации. Там, в гнезде кротов-мутантов, находишь обрывки письма и монету, условный знак бандитов — торговцев органами… И начинается… Шаг за шагом, задание за заданием, уровень за уровнем, сначала я просто искал новые улики и сдавал их шерифу, потом участвовал в облавах, охотился на бандитов… И вот наконец на седьмом… Или на шестом? Нет, все-таки на седьмом уровне было найдено убежище главаря бандитов, терроризирующих локацию… И награда… Обрез двустволки, патроны и ботинки. Как они мне были нужны тогда! Как я их хотел! — Нэш даже зажмурился от нахлынувших воспоминаний, руки его сжались в кулаки — Я мечтал о них. Строил планы. И я пошел туда, я знал, что будет трудно, но я представлял, сколько всего смогу сделать, когда у меня наконец будет двустволка… А там, прямо на входе, — три элитных бомжа-людогрыза!

Гексоген аж стянул с головы шлемофон и трагично высморкался в него. Он отчетливо представлял себе, какая трагедия встретить людогрыза, даже простого, даже одного, на седьмом уровне.

— После того как из меня сделали котлету, я, конечно, расстроился, но решил, что просто поспешил. Добил уровень, наскреб денег на новое снаряжение. Решил, что на этот раз буду осторожнее. Но их там было трое! И это у самого входа, а что же дальше? Раз за разом я умирал, ища какую-нибудь лазейку, какую-нибудь хитрость. Думал, если не получается напролом — значит, я что-то упускаю. Ведь должен же быть способ, да? Но вот я уже тринадцатого уровня. Мне уже не нужна та награда, но тела, мои тела, оставшиеся там и давно обратившиеся в прах, вопиют, взывая к мести…

— Эк тебя, однако, торкнуло! — с восхищением произнес Гена. — Так ты из этих?

Парень сделал замысловато-неопределенный жест, покрутив пальцами на уровне уха.

— Из каких из «этих»?! — удивленно уставился на него Нэш.

— Да не важно. Чувак, я тебя понимаю. Я об этого гадского Рыгайлу сам два трупа загубил. Ты, это… Не сдавайся, вот. Буквально, пошли, вдарим этому гаду по батарейкам и вообще оторвем их к чертям.

Нэш уже жалел, что разоткровенничался перед Геной: паренек, кажется, был малость неадекватен.

— Знаешь, что, — пробурчал он. — Ну его в дугу, этот бункер со всей его шоблой. Дурость это все какая-то. Пора мне наконец повзрослеть и двинуть куда-нибудь на новые пастбища.

— Не-не-не, — взволнованно замахал руками Гексоген. — Это ж как же, оставить прах вопить и взывать? Не! К тому же теперь ты не один, нас двое!

— Этого маловато, — покачал головой Нэш. — К тому же…

— Да все ништяк, ты не смотри, что я слабенький и кашляю, в бою я просто зверь! — перебил Гена. — Пошли хотя бы попробуем. Выгорит — будет клево, не выгорит… Ну, зато скажем — сражались до конца!

— Это безумие, — вздохнул Нэш.

— Не-е, чувак. Это Спарта, — расплылся в улыбке Гена.

Спина к спине у шахты

Нэш все еще не мог понять, как он дал себя уговорить. Но, так или иначе, они с Гексогеном двинулись к северо-восточной окраине локации. Путь был неблизкий, фактически где-то на полпути имелся опорный пункт, небольшой форт, где можно было передохнуть, пополнить запасы и распродаться, не возвращаясь в сам Шелтервилль, а окрестности были как бы отдельной микролокацией.

К удивлению Нэша, Гексоген оказался изрядным философом. Всю дорогу он пытался объяснить Нэшу, почему то, что они сейчас идут на Рыгайлу, осознавая всю безнадежность этого мероприятия, очень правильно и оздоровительно влияет на их карму.

— Мы сейчас, чувак, как самураи. Типа, знаем, что зарядить по ядрам Рыгайле — это правильно. И знаем, что это нам боком выйдет. Но все равно идем, потому что так надо. И даже если сейчас нас сожрут бомжи-людогрызы, нам будет без разницы, потому что помрем мы за правое дело, так? И вот когда ты реснешся в городе и осознаешь, что помер за правое дело, — тебя попустит. И пойдешь дальше, не заморачиваясь.

Честно говоря, Нэш понял едва ли треть из всей этой ахинеи, но дорога была скучной, и нужно было хоть чем-то занять мозги, хоть бы и бесполезным трепом.

— Я примерно так и делал, раз двадцать, не меньше, — угрюмо заметил он.

— Не, — покачал головой Гексоген. — Одно дело, когда ты умираешь с удивленной рожей и последней мыслью: «Не понял?!» Это очень вредно, так как ввергает дух в смятение и показывает, что ты, в сущности, балда, а не самурай. Совсем другой разворот, если… Опаньки, держись!

До сих пор Нэш с Гексогеном продвигались по дороге, на которой, по традиции, было относительно безопасно. Но форт остался далеко позади, а дорога постепенно превратилась в петляющую между руин тропинку. Сейчас они находились на окраине мертвого поселка шахтеров. В его центре можно было отыскать вход в шахту, которая, в свою очередь, сообщалась с бомбоубежищем. Сам же поселок был опорной базой подчиненных Рыгайлы. Это, правда, была далеко не элита — так, шушера.

Но даже эта шушера могла быть опасна. Сейчас в сторону приключенцев, жадно сопя и раздувая ноздри, направились два оборванца-помойника, нашаривая под своими лохмотьями ножи.

Гексоген вытащил из-под куртки здоровенный, напоминающий изгибом ятаган тесак с полуметровым лезвием, Нэш, поколебавшись, решил тоже пока обойтись холодным оружием и достал ломик-фомку. Помойники, как всегда на секунду замерев перед броском, ринулись в атаку.

Первого помойника Нэш принял на фомку, точно бейсболист, старающийся вышибить мячик куда-нибудь на трибуны. В движениях чувствовался автоматизм: с этого гамбита начинались многие и многие вылазки Нэша в бомбоубежище.

Признаться, вдвоем дело и правда шло гораздо веселее. Обычно Нэш, ошарашив монтировкой одного помойника, вынужден был быстро развернуться ко второму и в идеале уложить его прежде, чем первый придет в себя. Сейчас же Гексоген (для которого помойник вообще-то был еще достаточно серьезным противником) взял на себя «номера второго», так что Нэшу оставалось лишь методично забить ошарашенного первым ударом противника фомкой, после чего помочь Гексогену.

— Пошли. Нам вдоль вон того барака, потом на другую сторону, через дырку в заборе.

— Уверен? — уточнил Гексоген.

— Смеешься? Я тут каждый кирпич облазил, поверь, так быстрее всего.

— Ну, веди, командор! — кивнул Гена и отсалютовал своим ятаганом.

— А ловко ты с этим тесаком управляешься, — заметил Нэш.

— А что делать, чувак, — вздохнул его напарник. — Это вам, штурмовикам, хорошо, а у меня-то никаких льгот на огнестрел. А гранатами глушить всякую мелочь слишком расточительно.

Нэш ловко лавировал между засадами и патрулями помойников. Он точно знал, где нужно притормозить, чтобы патруль прошел мимо, где, наоборот, бежать, а где можно просто перевести дух. Наконец они добрались го грязного забора из гофрированной жести. Нэш кивнул Гексогену, показывая на тропинку, убегающую в сторонку от основной дороги к гаражам.

— Порядочек, — кивнул Нэш, когда они добрались до полуразрушенной автомастерской. — Тут есть одна хитрость. Видишь яму, куда машины для осмотра загоняют?

— Ну?

— Там труба есть, она на ту сторону ведет. Тихо вылезаем, перебегаем к столовой через кухню, а оттуда, через окно, ко входу в шахту.

Приключенцы полезли по обозначенному Нэшем маршруту. В столовой они тихо придушили двух помойников, оставалось только вылезти из окна на кухне и аккуратно, под стеночкой, добраться до шахты.

— Я сам этот путь вычислил! — похвастался Нэш. — Так можно сэкономить и силы, и боеприпасы, и время. Через проходную, в лоб, в принципе, тоже можно пройти, но там главное — не суетиться. И если на тебя нападают, ни в коем случае не метаться по сторонам, отбиваться, не сходя с места. Иначе и моргнуть не успеешь, как паровоз намотаешь.

— Примерно вот такой? — уточнил Гексоген, осторожно выглядывая из-за угла.

Нэш удивленно глянул туда, куда указывал его компаньон, и даже застонал от бессильной ярости. Вообще-то ему давно стоило обратить внимание на шум потасовки и звуки выстрелов впереди.

Восстановить картину произошедшего не составляло труда, слишком часто Нэш сам попадал в схожую ситуацию. Кто-то зашел через проходную и тут же был атакован помойниками. Дальше случилось именно то, от чего он только что предостерегал Гексогена: растревожив всех местных мобов, незадачливый игрок в конце концов был зажат в глухую оборону. Нэш даже знал, где именно, сам не раз вынужден был отсиживаться в этой кирпичной будке возле входа в шахту. Но это был тупиковый вариант: оттуда невозможно было ни отступить, ни продвинуться дальше: весь двор вокруг лифта был заполнен помойниками и прочей нечистью. Что означало, кстати, — для Нэша и Гексогена путь был тоже перекрыт.

— Это надолго, — вздохнул Нэш. — Даже если он прямо сейчас плюнет и застрелится, вся эта толпа будет тут ошиваться еще минут двадцать.

— Тогда, может, в атаку? — хладнокровно пожал плечами Гексоген. — Поможем собрату по несчастью.

Нэш воспринял эту идею без всякого энтузиазма. Отношения с другими игроками у него так и не сложились. Только-только начав играть, он, честно следуя совету форума, пытался расспрашивать «старших товарищей», но те, во-первых, как уже отмечалось выше, принципиально отказывались говорить по-русски, а во-вторых, вместо ответа радостно вопили что-то вроде: «А-а, опять тупой нуб…» Хуже того. Несколько раз его убивали, ладно бы из-за денег или снаряжения. Ни того, ни другого у него пока фактически не было. Убивали его шутки ради или просто чтобы поставить еще одну зарубку на прикладе. Обиднее всего было, когда его, потрепанного и занятого схваткой с монстром, били в спину.

В общем, причин доверять незнакомым игрокам у Нэша не было никаких. Более того, печальный опыт подсказывал, что от них надо держаться подальше. Но тот же опыт подсказывал, что патовая ситуация у входа в шахту может тянуться бесконечно. Выкурить игрока из каптерки может только скука.

Нэш прикидывал и так и эдак. Надо было либо сворачивать операцию, либо атаковать. Помойники во дворе очень соблазнительно сбились в плотную кучку, шарахнуть бы по ним чем-нибудь, потом, пользуясь свалкой, проскользнуть в шахту, а уж там вполне можно закрепиться. Беда в том, что оставлять в уравнении такую неизвестную, как вооруженный (судя по звукам выстрелов) чем-то автоматическим персонаж, Нэш совсем не хотел. Скосив глаза на Гексогена, он осторожно спросил:

— Слушай… А ты, это… можешь бомбануть их чем-то?

Гексоген плотоядно сглотнул. Глаза его как-то нехорошо блестели, пальцы нервно шевелились.

— Бомбануть? Отчего же нет? Могу, могу… Вон, забраться на этот контейнер и сверху… Думаю, зажигательная смесь — самое то будет…

— Тогда будем прорываться, — решился Нэш.

— Ага… да-да, прорываться, — зачарованно глядя на сбившихся в кучу мобов, кивнул Гексоген. — А с этим что?

— С чем — с «этим»?

— С пулеметчиком… — вздохнул Нэш, бережно доставая из чехла обрез двустволки. — С пулеметчиком все плохо. Успеет сообразить, что к чему, — воспользуется переполохом и сбежит. В любом случае, смотри за ним в оба. Если что, придется его в расход пускать.

— Ладно… Значит, я сейчас на крышу, — кивнул Гексоген. — Ты только, это… Если сильно увлекусь, ты меня встряхни слегка, ладно?

— Чего?!

— Ну, я же это… Не зря же я в подрывники пошел… Как до взрывов доходит, так я слегка контроль над собой теряю, понимаешь? — смущенно хихикнул Гексоген.

— Не понимаю.

— Ладно, увидишь.

Ловко подтянувшись, Гексоген вскарабкался на крышу контейнера, стоявшего возле забора, ограждающего вход шахты. Нэш покрепче сжал двустволку. Эх, не хотел он ее доставать раньше, чем они дойдут до бомбоубежища, но гулять так гулять. Интересно будет посмотреть, на что, собственно, способен его напарник. Гексоген тем временем, распластавшись на контейнере, последний раз глянул вниз, оценивая диспозицию, достал что-то из сумки и вдруг пронзительно завопил:

— Саботаж!

До сих пор Нэш не видел, как взрывается брошенная в толпу бутылка с зажигательной смесью. В отличие от, скажем, гранаты, звук был совсем негромким, собственно — звон разлетевшейся вдребезги стеклянной бутылки, а потом — тихое, но очень убедительное «пых». Зато пламя полыхнуло так, что Нэш машинально прикрыл лицо рукой, хотя умом и понимал, что виртуальное пламя сильно не обожжет. Обмотанные тряпками и хорошо просаленные помойники вспыхнули, точно факелы.

Гексоген вскочил, уже не таясь, и, демонически хохоча на зависть профессиональным злым гениям, принялся швырять бутылки одну за другой. Могло показаться, что снаряды летят куда попало, но Нэш вдруг понял, что полыхающие языки пламени отсекли толпящуюся возле шахты группу, превратили ее в равномерно бурлящий котел. Еще один очаг пламени прикрывал их теперь с фланга, так что ситуация для прорыва сложилась идеальная.

Подрывник, натянув на глаза очки-консервы, выхватил из-за спины ятаган и, проревев очередное: «Саботаж!», сиганул в самую гущу горящих помойников. Нэш, опомнившись, поспешил поддержать атаку. Выпалив из обоих стволов, он сунул обрез в специальную кобуру и выхватил монтировку.

Гексоген все не унимался. Кожаная куртка, шлем с очками и перчатки хорошо защищали его от жара, так что он без колебаний бросался в самое пекло. На глазах у Нэша он выхватил из сумки очередную бутылку (да сколько же у него их там?!), поджег фитиль от пробегающего мимо помойника и ловко зашвырнул туда, где пламя начало уже угасать.

— Саботаж! — в упоении вопил Гексоген.

Нэш прикинул рыночную стоимость того, что его напарник уже сжег, и решил, что пора его «слегка встряхнуть». Сделать это, однако, было не так-то просто: Гексоген, с бутылкой в одной руке и тесаком в другой, носился по пожарищу, как по раскаленной сковородке. Наконец Нэшу удалось оказаться у него за спиной и схватить за руку.

— Тихо, тихо… Хорош… Хорош, я говорю, тормози уже, а?

Гексоген уставился на Нэша. Глаза у него были абсолютно безумные, и Нэш уж было решил, что дело совсем плохо, но тут в них мелькнула искорка осмысленности. Гексоген выдохнул и осоловело огляделся. Впрочем, долго рассусоливать времени не было. Плечом к плечу товарищи стали прорубаться ко входу в подземелье.

В какой-то момент Нэш вдруг со всей отчетливостью понял, что их сил все равно чуть-чуть не хватает. Обгоревшие, едва живые помойники, попавшие под бомбардировку, валились с ног от одного хорошего удара монтировкой, но продолжали наступать со свойственным ботам фатализмом. И это делало свое дело: приключенцы продвигались вперед слишком медленно, барьер из пламени уже почти прогорел, а со стороны проходной подтягивались свежие силы неприятеля.

Прорвавшись сквозь последний заслон «горелых» помойников, Нэш вдавил в панель кнопку вызова лифта. Оставалось только ждать, пока платформа не поднимется, ждать секунд десять, вроде и недолго. Но, похоже, именно это ожидание их и погубит.

Гексоген, перекинув тесак в левую руку, снова достал из сумки бутылку и вопросительно глянул на Нэша. Увы, теперь они находились в самой гуще врагов, так что взрыв повредил бы им не меньше, чем помойникам. По всему выходило, что пора говорить что-то насчет «последнего и решительного» и «сделали, что могли». Нэш уже собирался ляпнуть что-то банальное на эту тему, когда его прервали довольно грубым образом: пулеметной очередью.

Позабытый всеми пулеметчик, по большому счету — виновник всего столпотворения, вылетел на сцену со свойственным его профессии шиком. Правда, вел он себя немного странно: стрелял редко и все больше короткими очередями, чаще орудуя своим оружием, упитанным пулеметом Льюиса, как дубиной.

Увидав подмогу, Нэш воспрянул духом, временно забыв даже о недоверии к незнакомым игрокам. Платформа лифта уже виднелась внизу, и конфуз, причиненный пулеметчиком помойникам, как раз дал несколько драгоценных секунд, чтобы дождаться ее и загрузиться. Отшвырнув последнего помойника залпом из обреза, Нэш втащил на платформу Гексогена, шкодливо примерявшегося, куда бы напоследок зашвырнуть бутылку с зажигательной смесью, дернул вниз решетку и вдавил кнопку спуска.

Убедившись, что неприятель вне досягаемости, Гексоген, аккуратно спрятав бутылку обратно в сумку, уже знакомым Нэшу жестом вытер руку об штаны и протянул ее пулеметчику:

— Гена! Будем знакомы.

Пулеметчик стянул с головы глубокий капюшон потрепанной накидки, и Нэш вдруг с удивлением понял, что это девушка. Незнакомка шмыгнула носом, вытерла (а точнее — размазала) ладонью с лица копоть и представилась:

— Руби. Очень приятно.

Третий не лишний, третий запасной

Шахты уходили далеко на юго-восток и вниз на несколько ярусов. Что тут добывали, оставалось вопросом темным, но, судя по всему, до катастрофы, разрушившей мир «Забытых перекрестков», подземелья использовали как хранилище всякой химической и радиоактивной гадости, дающей приятное зеленоватое свечение и расфасованной, по давней традиции компьютерных игр, в характерные металлические бочки.

То ли из-за воздействия содержимого бочек, то ли просто потому, что так и должно быть в подобных местах, в лабиринтах шахт водилась масса всякой мутировавшей живности. Были тут и покореженные постядерным бытом рудокопы, и белесая подземная разновидность грызюков, и другая нечисть; сюда приводили некоторые уже выполненные Нэшем задания, да и вообще тут можно было разжиться опытом и трофеями.

К счастью, сейчас группе Нэша не нужно было особо углубляться в этот лабиринт. До места, где один из боковых штреков утыкался в пересеченную трещиной бетонную стену бомбоубежища, оставалось минут десять ходьбы, да и монстры тут были несерьезные. На своем тринадцатом уровне Нэш легко прошел бы тут и в одиночку, даже не тратя патроны, а сейчас, втроем, приключенцы и вовсе могли идти как по бульвару.

Пока лифт опускался, Нэш то и дело с любопытством оглядывался на новую попутчицу. Это была довольно крепкая девушка, что называется, спортивного телосложения, одетая в брезентовые штаны, ботинки с высокими голенищами и кошмарную, напоминающую рубище престарелого назгула накидку с капюшоном грязно-песочного цвета. Из-за рюкзака с запасными дисками, скрытого под накидкой, казалось, что девушка все время сутулится. Волосы у нее были подстрижены довольно коротко и прикрыты чем-то вроде немецкой пехотной шапочки с козырьком. Пулемет Руби несла, точно оглоблю, на плече.

— А вы, сударыня, собственно, какими судьбами в этих краях? — галантно разорвал повисшую в воздухе неловкую паузу Гексоген.

— Я с исследовательской миссией, — важно заявила Руби.

— Чего? — удивились парни.

Лифт уже достиг первого яруса подземелья, и группа вышла в длинный коридор. Тут было безопасно, самое время перевести дух, проверить снаряжение и собраться с мыслями.

— В общем, — вздохнула Руби, — мне нужно в старое бомбоубежище.

— На Рыгайлу, что ли?! — удивился еще больше Гексоген. — В одиночку?!

— Не совсем, — помотала головой девушка. — Я хочу снять карту бомбоубежища.

— Карту? — удивился Нэш — Но… Это… Разве…

— Я вот сейчас подумал, — деликатно заметил Гексоген, — что ни разу не видел карту Шелтервильского бомбоубежища.

— Потому что ее нет! — возбужденно взмахнула рукой Руби. — Шелтервиль весь облазили, вдоль и поперек, тут каждая кочка носит чье-то имя. Шахта, в которой мы сейчас находимся, расписана от и до. А бомбоубежище — нет!

Гена понимающе кивнул, как кивает психиатр, окончательно утвердившись в диагнозе.

В мире «Покорителей забытых перекрестков» дела с именованием обстояли очень интересно. Собственно, названий, придуманных разработчиками, тут фактически не было. Локации, монстры и артефакты — все это было изначально безымянным, имена им давали сами игроки. Традиция уже давно устоялась: игрок, предоставивший на форум описание безымянной локации или скриншот нового монстра, имел право предложить и собственный вариант названия, войдя в историю и увековечив свое имя. После этого какое-то время длилось обсуждение, иногда по указанным координатам высылалась специальная экспедиция, дабы подтвердить или опровергнуть слова автора. Потом еще какое-то время шла ругань и шутки, менее расторопные, но более остроумные посетители форума предлагали свои варианты названий. В конце концов новинка заносилась в реестр: для локаций вносились координаты, описание, название, предложенное первооткрывателем (если только оно не было совсем уж идиотским), а также одно или два из наиболее удачных прозвищ.

Однако «эпоха великих географических открытий» для сервера давно уже миновала, принеся славу и бессмертие целой плеяде исследователей. Сейчас приходилось изрядно попотеть, чтобы найти что-то новое, достойное внимания. И были, конечно, несчетные полчища любителей халявы, кидавшихся именовать все, что под руку попадется, лишь бы развести ругань на форуме, например — валуны и отдельные строения в городах.

В свете этого отсутствие подробной карты бомбоубежища и правда выглядело странновато. Впрочем, славой первооткрывателя тут и не пахло: запись о том, где расположена эта локация и какими монстрами населена, давно была в реестре. Однако ее первооткрыватель не потрудился снять подробную карту. Доделать его работу никто не взялся, было еще много неоткрытых земель. А позже, наверное, просто никому в голову не пришло искать что-то новое в Шелтервилле, самой изученной локации сервера.

— И ты что же, вознамерилась одна составить карту всего бомбоубежища? — недоверчиво уточнил Нэш.

— А что? — мрачно осведомилась Руби. — Думаешь, не потяну?

— А ты там хоть раз была? — логично парировал Нэш.

— Ну… — Девушка немного сконфузилась. — Ну, нет. Но это же локация для шестого-седьмого уровня, а я уже одиннадцатого!

— Сколь многие пошли на поводу этой логики, — вздохнул Гексоген. — Ну что ж, сударыня, может, тогда присоединитесь к нашему отряду? Мы тут как раз по случаю идем Рыгайлу навестить…

— Э, одну минуточку, — обеспокоенно поднял палец Нэш и, деликатно прихватив Гексогена под локоть, отвел его в сторонку: — Слушай, уверен, что оно нам надо? Не видишь, барышня маленько неадекватно оценивает обстановку?

— А нам помешает пулеметчик в компании? — резонно заметил Гексоген — Она ведь так и так туда пойдет, так уж лучше с нами, разве нет?

Возразить было нечего.

Упали — отжались

Элитарные монстры выглядели почти так же, как и их обычные собратья, но были раза в три живучее и сильнее. Было странно наблюдать золотые и серебряные нашивки на рукавах лохмотьев людогрызов, да и само по себе выражение «элитный бомж» попахивало какой-то бесовщиной.

Это место было хорошо знакомо Нэшу. Тут заканчивались все его предыдущие походы против Рыгайлы. Даже втроем уговорить элитных людогрызов оказалось делом непростым. Пока приключенцы боролись с этим «первым заслоном», откуда-то из бокового коридора высунулась пара патрульных-мордодеров, тоже элитных.

Перевести дух удалось только расправившись с пятью мобами и убравшись подальше от прохода в катакомбы.

— Ну все, ребята, дальше я ни разу не заходил, — вздохнул Нэш, немного отдышавшись после драки.

— Надеюсь, дальше будет легче, — подавленно вздохнула Руби.

— Я бы на это не рассчитывал. Гексоген, сколько у тебя еще осталось зажигалок?

— Три, — порывшись в сумке, сообщил подрывник. — И еще штук пять растяжек.

— Растяжки нам сейчас — что рыбе зонтик. А как обычные гранаты их можно использовать?

— Эти можно, — кивнул подрывник. — Но все равно маловато.

— Будем работать с тем, что есть.

Продвигаться вперед приходилось медленно и осторожно. Похоже, тут просто не было монстров без серебряных или золотых нашивок, и поодиночке они не ходили. Как правило, группа состояла из нескольких мобов, стоящих достаточно близко друг к другу, и патруля, успевающего подойти к ним на помощь. Но коридор за коридором, комната за комнатой приключенцы продвигались вперед.

— Значит, хочешь стать исследовательницей? — задумчиво спросил Нэш у Руби на очередном привале.

— Угу.

— Тогда почему пулемет?

— А?! — удивленно моргнула девушка.

— Ну… Почему пулемет? Взяла бы лицензию водителя…

Руби хмуро глянула на Нэша и проворчала:

— Это у вас, парней, все легко и просто. А для беззащитной девушки калибр и количество выстрелов в секунду — это мерило ее независимости.

— Кстати, о выстрелах в секунду, — уныло заметил Гексоген. — Знаешь, подруга, их могло бы быть и побольше!

— Да?! А ты знаешь, сколько патроны стоят? — мрачно парировала она. — Я и так целый диск выпустила, пока на проходной отстреливалась.

— Ладно, пора дальше идти, — вздохнул Нэш. — Руби, ты, это… Все-таки не наступай на горло своей песне, если нас тут загрызут — оно ж все равно дороже получится, так? Во всяком случае, когда встретим Рыгайлу, ты не стесняйся, договорились?

Маленький отряд продолжил путь. Часто им приходилось удирать от противника, который был им явно не по зубам, так что в конечном итоге шли они просто наугад, лишь примерно выдерживая направление.

— Бесполезно, — устало вздохнула Руби, просматривая пройденный маршрут на автокарте. — Нам ни за что не составить полную карту! Во всяком случае, не сейчас. Может, уровне на двадцатом…

— Ну, может, именно поэтому ее пока и нет? — философски заметил Нэш.

— Эй, подельники! — прошипел Гексоген, выскакивая из бокового прохода, куда он отправился на разведку.

— Что там?! — заволновался Нэш: судя по возбужденному виду подрывника, он нашел нечто необычное.

— Кто-нибудь знает, как выглядит этот самый Рыгайло?

— Ну… Не знаю, но наверняка как-то необычно, вряд ли с обычным монстром спутаешь.

— Ну, что-то, что «вряд ли спутаешь», я сейчас и нашел. Пошли, покажу.

Переглянувшись, Нэш с Руби похватали оружие и метнулись за Гексогеном. Проход, куда скользнул подрывник, закончился тупиком, но у самого потолка виднелась отдушина вентиляционной системы.

По вентиляции приходилось передвигаться на четвереньках, к тому же тут запросто можно было нарваться на таракана или даже клопа-кровососа. Зато частенько тут отыскивались проходы или обходные пути к тайным комнатам. Вот и сейчас вентиляция вывела приключенцев на опоясывающую обширный высокий зал галерею. Внизу, в центре зала, и правда происходило нечто необычное.

Рыгайло оказался совсем не таким зловещим, как ожидал Нэш, но, подумав, он оценил издевку разработчиков. Посреди зала стоял худощавый паренек в простом, но добротном снаряжении, весь увешанный какими-то сумками, подсумками и кармашками. Волосы бота были растрепаны, да и вообще производил он впечатление эдакого рассеянного чудака… увешанного тем не менее оружием, как новогодняя елка шариками.

— Штурмгаусс! — с завистью прошипел Гексоген. — Ну вот же ж гады, за дробовик и ботинки на штурмгаусс кидать! Вот если бы с него штурмгаусс и дропался…

— Ты на свиту его погляди, — хмуро буркнул Нэш.

Свита босса состояла из пяти бригадиров, трех шахтеров-мутантов с сабленосыми кротами на поводках и еще двух мрачных теней в плащ-палатках и фуражках, с молотками на длинных рукоятках в руках. Кажется, это были стрелочники, одного такого Нэш издали видел на заброшенной станции, но связываться побоялся.

Пока приключенцы разглядывали потенциального противника, Рыгайло топтался внизу, разглядывая что-то в планшете, висящем у него на боку. Потом он вдруг откашлялся, строго оглядел свою свиту и махнул рукой. Монстры, вяло ворча, построились перед ним, как пионеры на зарядку… и вдруг в самом деле принялись синхронно приседать. Рыгайло сверился с планшетом, снова махнул рукой — свита принялась отжиматься. Даже цепные кроты сделали попытку отжаться на своих когтистых лапах-лопатах.

— Ого, вот это я понимаю «упали — отжались», — с уважением хмыкнул Гексоген.

— Что за бред?! — покачал головой Нэш. — Что они там делают?

— Да ну, не обращай внимания, — махнула рукой Руби. — Так, анимация ожидания…

— Ну что, мы атаковать будем или как? — встрял Гексоген, глаза которого уже снова лихорадочно блестели.

— Так не посмотреть же мы сюда через всю локацию ползли. Значит, так. Гексоген, проводишь артподготовку. Цель больше в свиту, сначала вырезаем ее, потом — самого Рыгайлу. Руби, не жалей патронов, только нас заодно не подстрели. Ну… На старт… Внимание…

Бессмертный босс

Когда в зале раздался уже знакомый Нэшу вопль «Саботаж!», Рыгайло очень натурально подпрыгнул и вжал голову в плечи. А потом зал превратился в бурлящий ад.

Боты метались в огне, спотыкаясь о Рыгайлу и пытаясь отыскать обидчиков. Более сообразительные стрелочники быстро отсекли, откуда летят снаряды и строчит пулемет, так что Нэш пошел в атаку, отвлекая внимание на себя. Гексоген, отбомбившись, выхватил ятаган и попер врукопашную.

В общей свалке не было особо времени смотреть по сторонам и анализировать увиденное. Нэш стрелял из обреза, уворачивался от ударов, укусов и когтей, перезаряжал оружие в два движения, не глядя, и снова палил. Где-то рядом самозабвенно рубился Гексоген.

Неожиданно из кипящего вокруг хаоса перед Нэшем вынырнула перекошенная физиономия Рыгайлы. Он махал руками и что-то кричал:

— Вы что делаете, паразиты?! Ой!

Нэш так перепугался, что выронил обрез. К счастью, рефлексы не подвели: руки сами молниеносно выхватили монтировку и перетянули босса поперек корпуса. Булькнув, Рыгайло отлетел куда-то сторону Гексогена, а Нэш бросился поднимать двустволку.

Рыгайло, мотнув головой, вскочил на ноги и бросился к Гексогену:

— Эй, завязывайте уже, а? Вы что, не видите…

— Саботаж!

— Ай!

Босс испуганно отпрянул от свистнувшего ятагана, споткнулся об сабленосого крота и растянулся на полу.

Нэш потерял счет времени. Сердце бешено колотилось от волнения: кажется, у них получается! Вот сейчас, еще чуть-чуть, лишь бы только хватило сил. Неужели пришел час сладкой мести, час, когда заклятый враг наконец падет и опостылевшая строчка в списке заданий исчезнет.

А потом свита как-то неожиданно закончилась, и остался только Рыгайла. Нэш с Гексогеном переглянулись, потом с опаской посмотрели на босса, соображая, как бы ловчее к нему подступиться. Воспользовавшись заминкой, Рыгайла снова открыл рот, чтобы что-то сказать. И получил сокрушительный удар прикладом тяжелого «Льюиса» по затылку.

К тому времени патроны у Нэша уже иссякли. Судя по всему, у Руби тоже. Пришлось перейти на монтировку. Рыгайлу били. Потом Рыгайлу пинали. Тот только сердито бурчал что-то себе под нос. Наконец Нэш мотнул головой и крикнул:

— Стоп! Стоп, я сказал… Народ, вы ничего странного не замечаете? Что-то мы его все бьем и бьем… А ему вроде как до лампочки.

— Многохитовый, гад, — предположила Руби, устало опираясь на пулемет.

— Настолько, что даже не отстреливается?

Все удивленно уставились на босса. Тот лежал на полу, скорчив мрачную физиономию.

— Ну что, мужики, — проговорил Рыгайло, заметив, что сумел-таки привлечь к себе немного внимания. — Упарились?

— Не думал, что Рыгайло еще и говорить умеет, — упавшим голосом прохрипел Нэш.

— Я не Рыгайло. Я Кеша, — сердито огрызнулся мнимый босс, вставая и отряхиваясь. А вы, балбесы, кто?!

— Ну, мы, это… Долгая история, в общем, я сегодня охотился на свалке и… Стой-стой, какой, к лешему, Кеша?! Мы же сами видели, как ты мобами командовал!

— И что? — с вызывающе вскинул голову Кеша.

— А то, что ты либо моб, либо нашел какой-то обалденный баг, либо… — Нэш осекся.

— Админ я. Админ! — сердито крикнул парень.

Повисла неловкая пауза.

— А что ты тут делаешь? — спросил наконец Гексоген.

— Я… ну, это… Хотел кое-какие настройки у мобов подправить, — нервно проговорил Кеша, втягивая голову в плечи.

— Слушай, дружище, — откашлялся Гексоген, — Мы тут слегка погорячились. Не вопрос. Но и ты слегка не прав. Ты бы хоть флажки тут вокруг развесил, типа «осторожно, ремонт», «идут технические работы», «не влезай — убьет». А то мы как-то не ожидали.

Лицо админа на миг стало виноватым. Насупившись, он пробубнил:

— А что я? Сюда же никто не ходит уже черт-те сколько. Я же проверял. Да и тут выбрал самый укромный уголок, Рыгайло-то ваш в другом конце бункера!

— Как в другом?! — растеряно переглянулись горе-охотники.

— Ну… Так, в другом. До него вон в ту сторону пилить и пилить. Я ведь, собственно, чего сюда и залез. Знаете, есть ведь вещи, которые проверяешь-проверяешь в технической зоне, а в игре они себя все равно по-своему ведут. Ну, я и…

Трое игроков как-то разом сникли и обессиленно сползли на пол. По всему выходило, что время, силы, а главное — боеприпасы были потрачены зря. Админ сочувственно глянул на приключенцев и робко спросил:

— Это… Я пошел?

— Иди, коли надо, — подавленно кивнул Нэш.

— Извини, ежели что не так. Ошибка вышла, — грустно подтвердил Гексоген.

Админ Кеша вздохнул и растаял в воздухе. Некоторое время все молча сидели на полу, прижавшись друг к другу спинами. Наконец Гексоген нерешительно откашлялся:

— Мы, это… Продолжим или как?

— Скажи, Гена… — задумчиво проговорил Нэш. — Зачем мы сюда вообще поперлись? За трофеями или мою карму терапевтировать?

— Трофеи нам уже, кажись, не светят. И с этим Кешей как-то неудобно вышло. Он хоть и бессмертный, а отметелили мы его, получается, на ровном месте. А ведь он админ все-таки…

— С другой стороны, давно мечтал наподдать кому-то из админов за то, что поселили они тут такую гниду, как Рыгайло, — мрачно сообщил Нэш. — Так что моя карма, кажется, пошла на поправку. Руби, а ты как?

— Два диска — в белый свет как в копеечку. И никаких открытий. Хотя я на всей этой истории, кажется, пол-уровня подняла. В общем, домой хочу!

— Ну, тогда по домам, — вздохнул Нэш. — Надоела эта помойка. При первой же возможности собираю пожитки и еду в другую локацию. Не поеду, так пешком пойду. Вот только дела закончу…

Эпилог

— Поверить не могу. Заблудились! Руби, как же ты собиралась делать карту подземелья, если даже не можешь вывести нас по своим следам?!

— Вот ты такой умный — сам бы за дорогой и следил!

— Я думал, можно положиться на профессионала! Черт, плохи дела. Патронов нет, гранат нет, зажигалок нет. Сюда-то еле дошли, обратно на одних монтировках не дотянем… Руби, куда нам?

— Сюда!

— Тупик.

— Строго говоря, не тупик, а дверь, — кисло уточнил Гексоген.

— Ага. Здоровенная такая дверь, я бы даже сказал, люк. Черт, да я такие только на подводных лодках видел.

— Слушайте, а вдруг за этой дверью арсенал?

Нэш с сомнением глянул на дверь. До сих пор ему такие не попадались, так что вполне можно было предположить, что за такой солидной дверью может скрываться что-то особенное. Хотя бы один патрон, чтобы спокойно застрелиться и отправиться в город «посмертным экспрессом».

— Гекс, есть, чем эту штуку взорвать? — устало спросил он.

— Во-первых, нету, — спокойно ответил подрывник, — а во-вторых, а чего сразу взрывать-то?

Такая постановка вопроса в устах подрывника звучала достаточно парадоксально. Нэш и Руби удивленно переглянулись, пожали плечами и налегли на запорное колесо. Оно заскрипело, шестерни, проворачиваясь, лязгнули, и овальный стальной люк с душераздирающим скрежетом повернулся на петлях.

В привыкшие к темноте подземелья глаза ударил яркий дневной свет. Осоловело моргая, приключенцы сделали несколько шагов вперед. Они очутились на небольшом уступе на склоне высокого обрыва. Из-под ног куда-то вниз бежала тропинка.

— Где это мы? — удивился Гексоген.

— Эй, а я, кажется, знаю это место, — хмыкнул Нэш. — Холодная Балка, самая окраина локации. В ту сторону — степь, а вон там поселок, откуда мы начинали.

Руби вдруг охнула и судорожно схватилась за свой навигатор. Тщательно отметив текущие координаты, она торжественно спросила:

— Ребята, вы хоть поняли, что мы сейчас сделали?!

— По ходу, прошли весь склон насквозь, с юга на север, — пожал плечами Нэш.

— Да нет же! Хотя и это тоже. Но дело не в этом. Мы же нашли новый вход в бомбоубежище!

Нэш и Гексоген продолжали тупо моргать, уставившись на Руби. Потом до них стало постепенно доходить:

— До сих пор все считали, что единственный путь к Рыгайле — через шахты.

— Ну да! А мы нашли новый путь! Это же классно! Это действительно открытие, причем в месте, которое все считали изученным вдоль и поперек! Ура! Я теперь… — Руби запнулась и поправилась: — Мы теперь можем дать этому входу свое название! Вот.

— Да ладно, я пас, — махнул рукой Нэш. — Ты поняла, что это такое, — значит, ты и нашла.

— Во-во, — кивнул Гексоген. — Есть мысли, как назовешь?

Руби задумалась:

— Дверь Номер Одиннадцать. И пусть все ломают голову, что бы это значило.

Content

Николай Ромашкин (Призрак)
Трое против Рыгайлы

Недоросль

Встреча

Спина к спине у шахты

Третий не лишний, третий запасной

Упали — отжались

Бессмертный босс

Эпилог