Валери Боумен

Непредсказуемая герцогиня

Роман

Valerie Bowman

The Unexpected Duchess

© Valerie Bowman, 2013

© Перевод. А. И. Вальтер, 2014

© Издание на русском языке AST Publishers, 2016

Глава 1

Лондон, конец июня 1815 года

Леди Люси Апплтон с силой дунула, избавляясь от листика, приставшего к ее губам. Пустяки. Сучок, едва не вонзившийся в глаз, и полный рот листвы всего лишь досадные издержки ее стараний просунуть голову сквозь живую изгородь. Ко всему прочему к вечеру порядком похолодало. В конце концов, это была ее собственная идея, и Люси твердо намеревалась довести задуманное до конца.

Люси пряталась за кустами в саду Чеймберзов, всего в нескольких шагах от своей лучшей подруги Кассандры Монро. Шумный бал в роскошном городском особняке, очевидно, был в самом разгаре. Но здесь, в глубине сада, они были совершенно одни… пока. Люси как можно дальше просунула голову между ветвей и изогнула шею, чтобы увидеть Кэсс.

Кэсс стояла по другую сторону живой изгороди, обхватив себя бледными, озябшими руками и нервно потирая.

– А что, если я не сумею расслышать тебя? – прошептала она.

– Не тревожься, Кэсс. Я буду здесь.

Кэсс, судорожно сглотнув, кивнула.

– Ты ведь услышала меня, верно? – спросила Люси.

Кэсс, дрожа, еще раз кивнула.

– Прекрасно! – воскликнула Люси.

Свет фонарей, размещенных по всему саду, теплым сиянием озарял усыпанную гравием дорожку, на которой стояла Кассандра.

– А что, если он не придет? – спросила Кэсс, подтягивая вверх перчатки. Верный признак того, что она страшно нервничает.

– Он придет. Он сказал, что придет, разве нет? И Джейн согласилась остаться в доме и присмотреть там за всем. В особенности за твоей матерью.

– Да, он сказал, что придет. Хотя, Бог свидетель, я готова умереть от смущения. Если мама узнает, что я встречаюсь в саду с джентльменом, она отречется от меня.

Люси насмешливо фыркнула.

– Нет, если джентльмен, о котором идет речь, герцог Кларингтон, – проворчала она.

– Мама очень рассердится, если узнает, что я не поощряю его ухаживания. – Кэсс прикусила губу.

Люси поудобнее устроилась за кустом.

– В том-то и дело. Мы должны постараться, чтобы она ничего не узнала.

Кэсс снова подтянула перчатки.

– Что, если герцог догадается, что ты там, за кустом, и разозлится?

– Ну почему ты всегда беспокоишься, Кэсс? Он не узнает. А если даже узнает, у него нет причин злиться. Я отдаю должное этому человеку за его отвагу на войне, но это вовсе не означает, что из него выйдет хороший муж.

– Я уверена, что кому-нибудь он станет прекрасным мужем, просто… – Кэсс отвела взгляд.

Люси поняла. От боли за подругу сжалось сердце. Безответная любовь – ужасная штука.

– Просто он не Джулиан.

Кэсс кивнула.

– Кузина Пенелопа сказала, что Джулиан должен приехать со дня на день, но… я просто не могу…

– Не надо ничего объяснять, Кэсс. Я тебя понимаю. Я совсем ничего не понимаю в любви, потому что сама никогда не влюблялась, но не волнуйся. Сначала нам нужно отделаться от герцога, а затем уж я позабочусь о том, чтобы ты получила шанс попытать счастья с Джулианом.

Кэсс с новой силой принялась растирать руки.

– Мои надежды нелепы, я знаю. Предполагается, что Джулиан женится на Пенелопе.

– Это не имеет значения, – ответила Люси. – Вопрос в том, что ты не хочешь выходить замуж за герцога Кларингтона. И не выйдешь. Независимо от того, чего хочет твоя мать. Не выйдешь, пока я в состоянии помочь тебе в этом. Терпеть не могу, когда к браку принуждают насильно. И не допущу, чтобы такое случилось с тобой. Кто бы ни пытался это сделать, твоя мать или герцог. Кроме того, ты не можешь ошибаться, если честна и следуешь зову своего сердца.

– Ох, Люси, ты всегда так говоришь. И я люблю тебя за это. Правда, люблю. Только не представляю, каким образом ты сможешь помочь мне с Джулианом. Однако я обожаю твой оптимизм.

– Всему свое время. И сейчас наша главная проблема – герцог.

Обе юные леди умолкли, когда неясная тень заслонила свет, льющийся из французских окон дома. Подруги расслышали хруст гравия.

– Это он, – срывающимся голосом прошептала Кэсс.

– Не бойся, Кэсс. Мужайся, подруга. Будь храброй!

В следующую секунду уединение небольшой полянки, где стояла Кассандра, было нарушено вторжением герцога Кларингтона. Увидев Кэсс, он остановился. Со своего места Люси могла видеть только его ноги, живот и грудь. Невероятно широкую грудь. Люси судорожно сглотнула.

– Леди Кассандра, – протяжно произнес герцог и поклонился.

Кэсс слабо пискнула и присела в реверансе.

– Благодарю за то, что пришли сюда, ваша светлость, – сказала она высоким испуганным голосом. Люси страшно жалела, что не может взять подругу за руку и подбодрить ее легким теплым пожатием: «Смелее, Кэсс. Будь храброй!»

– Должен признаться, меня несколько удивила ваша просьба встретиться со мной в саду, – сказал герцог.

– Я не имела намерения удивить вас, ваша светлость. Я только хотела… только хотела…

Ее лепет вывел Люси из задумчивости. Вот оно. Началось. Кэсс уже не находила слов. Люси кашлянула.

– Я надеялась, что мы сможем поговорить с глазу на глаз, милорд, – отчетливо прошептала она.

Кэсс дрожащим голосом повторила ее слова.

– Понимаю, – ответил герцог. Он подступил на шаг ближе, и Люси с шумом втянула в себя воздух.

– Пожалуйста, ваша светлость, не подходите ближе. Мне бы не хотелось, чтобы кто-нибудь, случайно наткнувшись на нас, счел нашу встречу здесь нарушением приличий, – достаточно тихо прошептала Люси, чтобы не услышал герцог.

Кэсс повторила ее слова.

Герцог рассмеялся.

– А разве вы сами не считаете неприличным, леди Кассандра, встречу в саду со мной наедине?

Люси сердито нахмурилась. Ну что ж, раз он собирается посмеяться над ней, играя словами…

– Я всего лишь попросила уделить мне несколько минут вашего времени, чтобы разъяснить мои намерения.

Кэсс быстро повторила ее слова.

– Прекрасно. Продолжайте, – сказал герцог.

Люси сделала глубокий вдох.

– Хотя я уверена, что очень многие юные леди были бы крайне польщены вашим вниманием, ваша светлость, вынуждена признать, что я не отношусь к их числу.

Люси почти почувствовала, как Кэсс передернуло, когда она произносила эти слова. Бедняжка лихорадочно подтягивала перчатки, когда говорила.

Люси повернула голову, чтобы уловить реакцию герцога. И судорожно сглотнула. Ох, не следовало ей смотреть на него. Она еще раньше, в бальном зале, обнаружила, что герцог красив. Слишком красив.

– Понимаю, леди Кассандра. А могу я спросить вас, чем именно объясняется такое ваше отношение ко мне?

Люси пожала плечами. О господи! Он требует объяснить причину. С какой стати? Не может вообразить себе леди, не приветствующую его ухаживаний? Минуту назад Люси было даже немного жаль герцога, но стремление защитить Кэсс возобладало. Теперь же она хотела подыскать такие слова, чтобы уязвить герцога, задеть его за живое. В чем, надо сказать, Люси не имела себе равных.

– Возможно, вам еще не встречалась женщина, которая не была бы в вас влюблена, милорд. Но уверяю, такие существуют, – прошептала Люси Кассандре, глядя, прищурив глаза, на высокого герцога.

С губ Кэсс сорвался еще один слабый писк. Она резко повернула голову в сторону.

– Люси, я не могу этого сказать, – торопливо произнесла она еле слышным шепотом.

Люси едва не упала в кустарник. Вся эта затея зависела от того, насколько хорошо удастся Кэсс сохранить внешнее спокойствие, не выдавая их тайного общения. «Просто повтори эти слова», – мысленно взмолилась шепотом Люси, поспешно повторив фразу.

Кэсс отвела взгляд, и Люси задержала дыхание, ожидая, что подруга произнесет убийственные слова.

– Я не могу сказать, милорд, – вместо этого ответила Кэсс. – Просто я…

Люси застонала. Кэсс не собиралась произносить их. Ох, если бы Люси могла сказать их сама! Перед глазами вспыхнула безумная картина: она сбивает Кэсс с ног, затаскивает подругу за живую изгородь и поспешно занимает ее место. Да, безумная. И вряд ли осуществимая. Жаль. Ну что ж. Если Люси хочет помочь Кэсс, придется несколько смягчить свои выражения. И она непременно сумеет это сделать… если… если только… чуть-чуть поразмыслит. Люси снова сделала глубокий вдох.

– Хорошо. Позвольте мне пояснить. Меня совершенно не привлекает перспектива стать будущей герцогиней Кларингтон, – прошептала Люси. – Тем более когда герцог до такой степени высокомерный и властный.

– Люси! – ахнула Кэсс.

Герцог, прищурив глаза, воззрился на живую изгородь. Люси инстинктивно отшатнулась и вытащила голову из кустарника всего за секунду до того, как он рванулся вперед, протянул руку сквозь листву и решительно выдернул советчицу на открытое пространство. В одно мгновение она оказалась на дорожке. В помятом платье, с мелкими веточками, застрявшими в растрепавшейся прическе, с листьями, усыпавшими ее глубокое декольте. Острый сучок расцарапал щеку. Сердито глядя на герцога, Люси потерла царапину.

Он пристально разглядывал советчицу, надменно склонив голову набок.

– Я думал, вам вторит эхо, леди Кассандра. Теперь вижу, что у вашего змеиного языка есть имя. Добрый вечер, мисс Апплтон.

Глава 2

Дерек Хант, прищурив глаза, рассматривал молодую женщину, которую вытащил из кустов. Он достаточно хорошо видел ее в свете фонарей, размещенных в саду. У нее были растрепанные черные волосы и сверкающие голубые глаза – постойте, только один глаз у нее был голубой, а другой – карий. На обращенном к нему лице недвусмысленно застыло недовольное выражение. Грудь вздымалась от возмущения, и, если бы взгляд мог наносить телесные повреждения, Дерек уже превратился бы в кучу трухи.

Леди Люси Апплтон.

Он заметил ее еще раньше, в бальном зале. На нее обращали внимание все джентльмены. Она была потрясающе красивой. Даже с листвой, застрявшей в волосах, и веткой, свисавшей с темного локона. Дерек слышал, будто в ее внешности есть что-то необычное, но не замечал этого раньше. Должно быть, имелись в виду глаза. Но, несмотря на их странный цвет, она была красавицей.

Дерек расспрашивал о ней лорда Чеймберза.

– Абсолютно никаких перспектив, – ответил лорд Чеймберз. – Ни одного поклонника.

– Но почему? – небрежно спросил Дерек. – Она ведь достаточно красива.

Оказалось, у этой леди вместо языка остро отточенная рапира. Она с особым размахом колола существительными, парировала глаголами и сыпала цветистыми прилагательными. По общим отзывам, в словесной дуэли ей не было равных. Она была способна в считанные секунды порвать пылкого денди в клочки. По словам лорда Чеймберза, потребовалось совсем немного времени, чтобы заслуживающие внимания холостяки из высшего общества, не горевшие желанием участвовать в военных действиях, прекратили всякое общение с леди Люси.

Дерек пристально рассматривал темноволосую красавицу. Ему недавно стукнуло тридцать. Он только что вернулся с войны. Многие годы он провел под выстрелами и с полдюжины раз едва не погиб на полях многочисленных сражений по всему континенту. Теперь он искал мира и спокойствия.

Леди Кассандру ему порекомендовал друг. Она считалась тихой и скромной. «Прекрасный вариант для женитьбы», – сказал ему Свифт. Прекрасный выбор для джентльмена, ищущего спокойной жизни. Послушная, покладистая жена.

Леди Люси Апплтон была полной ее противоположностью.

– Ваша светлость, – робко начала леди Кассандра, очевидно, пытаясь объяснить в высшей степени необычную ситуацию. – Мы просто…

Дерек, скрестив руки на груди, разглядывал двух молодых леди. Леди Кассандра была страшно смущена и подавлена. Ее прекрасное лицо пылало ярким румянцем. У нее был такой вид, будто она готова провалиться сквозь землю, потерпев столь сокрушительное поражение. Леди Люси, напротив, выглядела так, словно только готовилась начать бой.

– Думаю, я понял, что вы затеяли, – сказал Дерек, глядя на обеих сверху вниз. – Если не ошибаюсь, мисс Апплтон скрывалась за кустами, чтобы подсказывать вам, что и как говорить. – Его взгляд был устремлен на леди Люси, которой явно хотелось отвесить герцогу пощечину. – Я прав, мисс Апплтон? Леди Кассандра не находила нужных слов?

Прекрасная мегера открыла рот, чтобы ответить. Она буквально дрожала от злости на него. О, он не мог дождаться, когда услышит ее отповедь.

– Почему бы вам не выбрать для ваших нападок кого-нибудь, более способного противостоять вашему красноречию? – выпалила леди Люси.

Он насмешливо изогнул бровь.

– Как вы, например?

Глаза Люси полыхнули яростным огнем.

– Именно как я. Может, мне не сравниться с вами по росту, весу или высокомерию, но, уверяю, вам меня не запугать. И пока мы отчитываем друг друга, ваша светлость, позвольте вам напомнить, что я – дочь графа. А значит, леди Люси, а не мисс Апплтон.

Дереку пришлось прикусить щеку, чтобы сдержать улыбку при этих словах. Ему было отлично известно, что он разговаривает с леди. Но он знал и то, что надменные пэры королевства терпеть не могут, когда кто-нибудь неправильно называет их драгоценные титулы. Сам Дерек был рожден первым из трех сыновей солдата. Простой человек, поднявшийся до его нынешнего ранга, исключительно благодаря своим воинским заслугам. Да, теперь он стал герцогом – награда короны за его выдающиеся способности принимать на поле боя правильные решения, по крайней мере, так ему было сказано – и все охотно стремились завести с ним знакомство. Это внушало Дереку отвращение. И он отказывался продолжать игру. Однако, как ни странно, его блестящий титул, судя по всему, в данный момент ничуть не интересовал леди Кассандру и леди Люси. Или он ошибается?

Дерек пристально разглядывал Люси Апплтон. Последние несколько лет он провел, командуя. И привык к тому, что эти приказы немедленно и неукоснительно исполнялись. И вот перед ним хрупкая, тоненькая девчушка, которая не только отказывается стоять по стойке смирно, но и, судя по всему, получает огромное удовольствие, противоборствуя ему. И он с неохотой вынужден был признать, что это его восхищает.

Солдата в его душе восхищала склонность Люси к прямоте и открытости. Против воли он восхищался и ее преданностью подруге. Тем, как она отважно вступилась за Кассандру. Но тем не менее леди Люси ни за что не удастся убедить его отказаться от намеченной цели.

– Мои извинения, миледи, – сказал он с насмешливым поклоном.

Дерек не оставил без внимания ее неодобрительный, высокомерный взгляд.

– Мы тоже просим извинить нас за наш обман, ваша светлость, – сказала леди Кассандра; ее голос все еще дрожал. Она ворошила гравий носком туфли с таким видом, словно только что призналась в самом тяжком грехе.

– Нет, мы не извиняемся! – почти выкрикнула леди Люси, скрестив руки на груди и постукивая по локтям кончиками пальцев.

Ангельские голубые глаза леди Кассандры широко распахнулись.

– Люси!

Дерек предупреждающе поднял руку.

– Нет. Нет, леди Кассандра. Пожалуйста, позвольте леди Люси высказаться. Я с нетерпением жду ее объяснений.

Леди Люси подбоченилась и сделала два шага вперед. Подняв руку к голове, она выдернула из волос застрявшую ветку.

– Мы не обязаны ничего вам объяснять, ваша светлость. Но правда состоит в том, что леди Кассандра не заинтересована в ваших ухаживаниях. Все очень просто.

– В самом деле? – с натянутой улыбкой спросил он.

– Да.

– Это ваше мнение, леди Люси, или мнение леди Кассандры?

Он был уверен, что леди Люси скрипнула зубами.

– Спросите у нее, – ответила она.

– Я спрошу, миледи, но боюсь, за нее ответите вы. – Он театрально улыбнулся.

Из горла леди Кассандры вырвался звук, наводящий на мысль, что у нее приступ удушья.

– Полагаю, нам всем нужно вернуться в дом и… – пролепетала она.

Леди Люси продолжала говорить с Дереком, словно не услышала слов леди Кассандры.

– Как вы смеете подвергать сомнению действия леди?

Дерек спокойно смотрел на нее.

– А как вы смеете отвечать за леди Кассандру?

Похоже, глаза леди Люси меняли цвет в зависимости от ее настроения. Сейчас один стал сапфирово-синим, другой – зеленым, как мох.

– Если бы вы были джентльменом, ваша светлость, вы бы не допрашивали леди Кассандру относительно ее незаинтересованности в ваших ухаживаниях.

Не сводя взгляда с лица леди Люси, Дерек спросил:

– Леди Кассандра, вы в настоящее время помолвлены с кем-то?

– Н-нет. – Леди Кассандра судорожно вздохнула.

– Значит, у меня все еще остается надежда, – ответил он, продолжая наблюдать за леди Люси.

Темнокудрая воительница смерила его испепеляющим взглядом.

– Вы совсем не слушаете, ваша светлость, – выдавила она сквозь стиснутые зубы.

– Напротив. Полагаю, я прекрасно вас понял. Но в свое время я участвовал во многих, казалось бы, безнадежных битвах. Сражался и побеждал. Я так легко не отступлюсь.

Дерек не мог понять, почему он вообще все еще разговаривает с ними. Он не знал, как нужно ухаживать за леди. Совсем не этому он обучался в армии. Но что-то в том, как они обе хотели отделаться от него, крайне раззадорило его состязательную натуру. Это и еще тот факт, что он намеревался в совершенстве овладеть тонким искусством ухаживания, прежде чем все закончится. Правда, леди Кассандра имела за спиной уже пять безрезультатных сезонов. Но в его глазах это было, скорее, преимуществом. Женитьба на юной девушке его совершенно не привлекала. И еще он усматривал дополнительную выгоду в том, что его интерес к леди Кассандре, похоже, способен довести леди Люси до апоплексического удара. Это было просто смешно. К тому же не следовало забывать о его обещании Свифту.

– Но Кэсс совершенно не заинтересована в этом, – продолжила леди Люси. – По-моему, я ясно выразилась.

– Вы достаточно ясно выразились, миледи. И прошу меня извинить, – сказал он, снова взглянув на нее сверху вниз.

Несколько смягчившись, Люси вздернула подбородок и вытащила листок, запутавшийся в локоне на ее лбу.

– Извинить за то, что докучали леди Кассандре?

Улыбка Дерека стала значительно шире.

– Нет, извинить за то, что вы ошибочно приняли меня за человека, придающего значение вашему мнению, мисс Апплтон.

Глава 3

Начало того же вечера

Дерек Хант бегло оглядел роскошный бальный зал, полный блистательных леди в самых модных нарядах и их галантных кавалеров в высоких, затейливо повязанных галстуках. Просторное помещение наполняли смех, шампанское, танцы и шумное веселье. Дерек поправил собственный галстук и сунул руку в карман. Он судорожно сглотнул. Неужели и вправду прошло всего две недели с тех пор, как его ладонь лежала на плече умирающего друга на залитом кровью поле битвы неподалеку от Брюсселя? Свифт еще не умер. Пока еще нет. Но Дерек ожидал услышать эту новость со дня на день. И вот Дерек здесь. Он возвратился в Лондон, по воле короны был пожалован герцогством и в данный момент присутствовал на ярмарке невест, подыскивая себе достойную жену. Будущую мать своих сыновей. Свифт настоял, чтобы он поехал. И у Дерека не было выбора. Он получил четкий приказ от военного министерства, но до сих пор испытывал недовольство собой.

Тогда, две недели назад, Дерек не знал, доживет ли до этого дня. Сейчас он поднимал фужер с шампанским со сверкающего серебряного подноса в руках лакея, затянутого в роскошную ливрею. Как будто Дерек никогда и не бывал на поле боя, не видел, как его соотечественники падают, сраженные насмерть, не слышал мучительных криков своих умирающих друзей. В Лондоне парады и торжественные приемы в честь победы над Наполеоном пользовались большой популярностью. И вот сегодня Дерек был здесь, прославленный герой, вместе со всеми празднующий победу. Словно никогда не видел подлинных ужасов войны.

И он теперь герцог? Чертов герцог? Это все еще казалось ему нереальным. Почему из всех офицеров герцогом сделали его? Они все рисковали своими жизнями, исполняли свой долг, честно сражались. Многие погибли.

Дереку удалось прорвать внешнюю оборону наполеоновских рядов. Воспользовавшись возможностью, он мгновенно принял решение и приказал своим солдатам занять захваченные позиции. Это решение оказалось удачным. Поворотным пунктом в сражении. «Решительный герцог» – так стали называть Дерека, едва отчеты о битве отправили в Лондон. Да, он был решительным. Таким уж уродился по воле провидения.

Дерек поднес фужер с шампанским к губам и сделал изрядный глоток. Отличное вино. Французское. Он улыбнулся, отметив иронию судьбы. Затем снова, прищурив глаза, оглядел зал. Он больше не на войне, но у него все еще остается цель.

Вот она, там. Леди Кассандра Монро. Пожалованный Дереку титул требовал, чтобы он выбрал себе жену, которую одобрит корона. А репутация и родственные связи леди Кассандры были безупречны. К тому же она оказалась высокой, белокурой и красивой. А также тихой и скромной, если капитан Свифт не ошибся в оценке ее характера. Прекрасная жена для человека, проведшего последние годы в бурях сражений. Леди Кассандра Монро полностью соответствовала образу женщины, которая могла обеспечить Дереку мирную, спокойную жизнь до конца его дней. В точности такую, как он хотел.

Но важнее всего, что он дал обещание Свифту. Глядя, как его друг скрежещет зубами, корчась от боли на утоптанной окровавленной земле Ватерлоо, Дерек обещал ему, что непременно отыщет леди Кассандру и женится на ней.

А Дерек Хант, будь он генерал-лейтенант или герцог, никогда не нарушит обещания, данного другу.

Леди Люси Апплтон стояла у дальней стены бального зала, притоптывая туфелькой в такт музыке. Это было не так весело, как находиться в театре – мало что могло с ним сравниться, – но Люси любила музыку и обожала танцы. Она с сожалением вздохнула. Ее уже целую вечность никто не приглашал танцевать. Но это не мешало ей наслаждаться мелодией.

– Как ты думаешь, почему он так смотрит на меня? – Кэсс робко взглянула в сторону новоиспеченного герцога Кларингтона.

Люси перестала притоптывать ногой и проследила за взглядом подруги.

– Я не знаю. Но, кажется, он прямо пронзает тебя своими глазами. Он совсем не джентльмен, этот герцог.

Кэсс осмелилась бросить в его сторону еще один взгляд.

– Должна признать, он довольно красив. Но у него нет белокурых волос Джулиана. – Кассандра вздохнула.

Люси снова посмотрела на герцога. Тот стоял у греческой колонны посреди переполненного бального зала. Люси прищурила глаза. Ну что ж, Кэсс права. Герцог Кларингтон красив. Более чем красив, на самом деле. Потрясающе красив. К тому же он огромен. Высокий и мускулистый, он походил на бога войны, спустившегося с Олимпа. Он был значительно выше шести футов, с черными, как ночь, волосами и глазами зелеными, как нефрит. Его мощный торс постепенно сужался от широких плеч к плоскому животу, и все тело было перевито крепкими мускулами от шеи до пят. Помимо прочего, герой войны. Генерал-лейтенант, известный своей решительностью. Он выиграл множество сражений за последние несколько лет и незадолго до Ватерлоо был послан в Брюссель навстречу Веллингтону. «Решительный герцог» – называли его теперь.

Говорили также, что он самоуверенный и властный, что, собственно, по мнению Люси, на поле боя было вполне уместно. Но в данный момент его манеры заставляли нервничать ее подругу.

И поэтому Люси не станет это терпеть. У Люси, отважной и прямолинейной, прославившейся своей несдержанностью, было всего двое друзей в этом мире – ну ладно, трое, если считать Гарретта, – и Кэсс была одной из них. Грациозная застенчивая Кэсс, слишком мягкая и добрая, чтобы дать кому-нибудь отпор. Кэсс всегда была молчаливо предана Люси, и Люси, в свою очередь, была беззаветно предана ей. Раз уж Кэсс хочет избежать внимания герцога Кларингтона, ну что ж, Люси готова помогать подруге любыми доступными ей способами.

– Как, по-твоему, ему удалось приобрести такой золотистый оттенок кожи? – спросила Кэсс, снова тайком взглянув на герцога.

Люси сморщила нос и пожала плечами.

– Я слышала, что перед тем как вернуться на поля сражений, он провел отпуск в Италии. Очевидно, его последняя любовница была итальянкой. – Люси исподтишка тоже бросила взгляд на герцога.

Да, герцог был могучим и более красивым, чем имел право быть. И слава героя войны ничуть не уменьшала его привлекательности. Но он происходил из совершенно неизвестной семьи – и, что важнее всего, Люси не собиралась позволять ему запугивать Кэсс. А что-то подсказывало ей, что герцог имеет виды на ее подругу.

В сущности, Люси не винила его. Кто мог бы не полюбить Кэсс? Да что там, ей сделали больше предложений, чем возможно пересчитать. И она отвергла их все. Да, Кэсс в течение всех последних пяти сезонов ухитрилась остаться не замужем, дожидаясь, пока возвратится с войны ее драгоценный Джулиан. И это была великолепная мечта. Единственная проблема состояла в том, что Джулиан был помолвлен с кузиной Кэсс, Пенелопой. Как только Джулиан вернется с континента, они с Пенелопой намерены официально объявить о своей помолвке и пожениться.

– Леди Чеймберз представила меня ему, – сказала Кэсс, ссылаясь на хозяйку дома. – Она сообщила маме, что герцог специально просил познакомить его со мной.

Брови Люси поползли вверх.

– Что он сказал тебе, когда вас представили?

– Ничего необычного, – ответила Кэсс. – Все дело в том, как он смотрел на меня. Как будто испытывал. Мне это не понравилось. Я так и сказала маме.

Люси насмешливо фыркнула и тут же прижала ладонь к губам, чтобы заглушить не подобающий леди звук.

– И что ответила твоя мама?

– Она сказала, что это должно мне льстить.

Люси закатила глаза и снова принялась притоптывать ногой в такт музыке.

– Конечно. Он ведь герцог. Бесподобная добыча, с точки зрения твоей матери. Не важно, из какой он семьи. Одно то, что он смотрит в твою сторону, вероятно, побуждает ее задуматься о твоем свадебном приданом.

– Он пугает меня, – прошептала Кэсс. – Он такой огромный и у него такой вид, будто он может убить человека голыми руками.

Люси похлопала Кэсс по плечу.

– Я знаю, дорогая. – Люси снова посмотрела на герцога. Ей не хотелось усугублять положение, сообщая Кэсс, что он, скорее всего, уже убивал людей, изрядное количество людей, голыми руками. Люси в этом не сомневалась. Но это не пугало ее. Нисколечко.

Кэсс подтянула свои перчатки.

– Когда он на меня смотрит, хочется отпрянуть назад и вжаться в стену.

Люси уже открыла рот, чтобы высказать новые слова утешения, когда к ним торопливо подошла их третья подруга – Джейн.

У Джейн были каштановые волосы, большие карие глаза за стеклами очков в серебряной оправе и симпатичное лицо, которое обычно она утыкала в книгу. Несмотря на желание Джейн сохранить свою свободу, мать упорно наряжала ее и выводила на каждый бал в каждом сезоне в надежде, что помешанная на книгах дочь, «синий чулок», со временем все же привлечет внимание какого-нибудь джентльмена. Но этого никогда не случалось. И Джейн это вполне устраивало.

Джейн неохотно проводила время на этих приемах, плохо притворяясь, что веселится. Она бойко набрасывала заметки для своих будущих книг, ожидая, когда ей исполнится достаточно лет, чтобы мать наконец отступилась и позволила ей спокойно оставаться дома.

Вот почему в своем почтенном возрасте – целых двадцать три года – все трое, Кэсс, Люси и Джейн, по-прежнему стоически оставались незамужними.

– Что происходит? – спросила Джейн, приблизившись к ним.

Продолжая притоптывать ногой, Люси пожала плечами.

– Я наслаждаюсь музыкой, а Кэсс прячется здесь от герцога.

Джейн склонила голову набок.

– От герцога?

– От герцога Кларингтона, – торопливым шепотом ответила Кэсс. – Он наблюдал за мной.

Джейн украдкой взглянула на его светлость.

– О-ох, он и сейчас наблюдает за тобой. Кто ж знал, что он такой огромный? И красивый? Я ожидала, что он весь в шрамах. И что, возможно, на войне он лишился уха или еще чего-нибудь.

Кэсс легонько хлопнула Джейн по рукаву ее светло-голубого платья.

– Боже милостивый, это уже очевидный признак ненормальности. Ты со своим писательским воображением совсем потеряла разум.

Скрестив руки на груди, Люси внимательно осмотрела герцога.

– По нему не скажешь, что он чего-то лишился. – Она встряхнулась. – Но дело не в этом. Раз Кэсс не заинтересована в нем, ей не нужно его внимание.

– Не волнуйся, – обратилась Джейн к Кэсс. – Просто скажи ему это. Он наверняка немедленно отступится. Джентльмены, подобные ему, обычно излишне самоуверенны. И их легко уязвить.

Люси снова взглянула на герцога, продолжавшего разглядывать Кэсс, словно призовую скаковую лошадь.

– Что-то подсказывает мне, что все обстоит не так уж просто. Этот человек, похоже, привык добиваться своего.

Кэсс, смущенно опустив глаза, старательно оправляла юбки.

– Люси совершенно права. Но, даже если бы хотела, я не смогла бы сказать ему, что он меня не интересует. Я не такая, как ты, Люси. Когда я испугана, у меня из головы полностью исчезают слова. Хотелось бы мне иметь твой дар всегда находить остроумные ответы.

Люси снова насмешливо фыркнула. Ох, можно было бы с тем же успехом полностью оставить попытки вести себя, как положено леди. Просто именно такой она была по своей натуре.

– А мне хотелось бы иметь твою способность держать рот закрытым, когда следует.

– Это очень легко, правда. Ты просто должна… О господи! Он идет сюда. – Голос Кэсс достиг такой высокой ноты, какую Люси еще не доводилось слышать прежде.

– Он наверняка пригласит тебя на танец, – сказала Люси, наблюдая за неотвратимым приближением герцога.

– Просто поблагодари его и скажи, что сейчас ты не в настроении танцевать. Ведь это так и есть, – добавила Джейн, решительно кивнув.

– Будь храброй, – прошептала Люси свой самый прославленный совет.

– Тебе легко говорить, – пискнула в ответ Кэсс.

Люси слегка сжала плечо подруги.

– Мы будем рядом. – Они с Джейн тихонько отошли к стене.

Кэсс сделала два отважных, хотя и шатких, шага навстречу герцогу. Люси и Джейн наблюдали, как эти двое поговорили несколько секунд, – и в следующий момент Люси увидела, что герцог повел Кэсс на танцевальную площадку. «О, Кэсс, нет!» Люси воздела руки и повернулась к Джейн.

– У нее и вправду проблемы из-за неспособности кому бы то ни было сказать «нет».

Люси продолжала наблюдать, как Кэсс с герцогом кружатся по залу. Кэсс, с ее изумительными медово-белокурыми волосами, и герцог, с его необычным смуглым лицом.

– Бедная Кэсс, – прошептала Джейн. – Если бы она не была так влюблена в Джулиана, они с герцогом могли бы составить действительно прекрасную пару.

– Она была бы несчастна с Кларингтоном, – сухо ответила Люси. – Кроме того, я со своей стороны считаю, что у нее имеются реальные шансы на успех с Джулианом, когда он вернется с континента.

Джейн с сомнением изогнула бровь, устремив на Люси в высшей степени скептический взгляд.

– Есть масса джентльменов, из которых можно выбирать. Я никогда не понимала, почему она зациклилась именно на этом.

– Она любит его. И я намерена помочь Кэсс оставаться свободной до тех пор, пока она наконец не попытает счастья с Джулианом, – ответила Люси, изогнув губы в полуулыбке.

– Ох, Люси, я и представить не могла, что ты такая романтичная, – с сарказмом сказала Джейн, нарочито захлопав ресницами.

– Не романтичная, а решительная и непреклонная, – твердо ответила Люси, упрямо мотнув головой.

Несколько минут спустя, когда Кэсс возвратилась с танцевальной площадки, Люси и Джейн увлекли ее в укромный угол.

– Что он сказал? – Голос самой Люси на этот раз звучал непривычно высоко.

Лицо Кэсс пылало ярким румянцем. Она покачала головой.

– Он говорил мне приятные комплименты и сказал, что очень хочет нанести мне завтра визит. Ох, что же теперь делать? Я хочу как-то отвадить его, но слова просто не идут у меня изо рта. Когда он говорит со мной, я глупо улыбаюсь, как последняя дурочка. Не говоря о том, что мама настаивает, чтобы я поощряла его. Она постоянно следит за мной.

Люси и Кэсс одновременно повернули головы и увидели мать Кассандры, леди Морланд, с довольной улыбкой на полном лице одобрительно смотревшую в их сторону. Несомненно, в голове этой дамы роились мечты о герцогстве.

Джейн достала из своего ридикюля книжку и принялась читать, явно потеряв всякий интерес к глупым затеям подруг. Поправив очки на переносице, она рассеянно кивнула Люси и Кэсс.

– Как плохо, что вы двое не можете на вечер поменяться телами. Я абсолютно уверена, что Люси в считанные секунды сумела бы дать герцогу отставку.

Люси хлопнула в ладоши, и Джейн от неожиданности вскинула голову, оторвавшись от книги.

– Вот оно! – воскликнула Люси.

– Что? – спросила Кэсс, широко распахнув глаза.

Люси радостно потирала руки, затянутые в перчатки.

– Джейн совершенно права. Каждая из нас в чем-то особенно сильна, искусна более других. Верно?

Джейн посмотрела на Люси с любопытством.

– Я не вполне уверена, что улавливаю твою мысль.

Люси схватила обеих подруг за руки.

– Я – непревзойденный мастер открыто высказывать все, что думаю, причем в крайне резкой форме. Это мое проклятие, я знаю. Мне никогда не удается придержать язык. Мама достаточно часто говорит мне об этом. Вдобавок еще этот инцидент с королевой, когда меня представляли ко двору.

Кэсс прикусила губу.

– Да, не повезло тебе.

– Случай, о котором мне не хочется вспоминать, уверяю вас. Но я давно уже примирилась со своей репутацией и склонностью к прямоте.

– Да, ты всегда говоришь то, что думаешь, – согласилась Кэсс.

– А ты, Кэсс, необычайно привлекаешь и очаровываешь джентльменов своей красотой и добрым нравом. Ты всегда выглядишь сногсшибательно и дружелюбно относишься ко всем, кого встречаешь, – сказала Люси.

– Полагаю, да, – с улыбкой ответила Кэсс.

– А Джейн сильна в…

– О, с нетерпением жажду это услышать, – с ухмылкой на лице откликнулась Джейн.

– Перестань, – сказала Люси. – Ты чрезвычайно умна и знаешь такое, о чем никто из нас понятия не имеет. Да что там, если бы тебе было дозволено заседать в парламенте, ты бы уже много лет назад сумела с помощью переговоров добиться заключения мира и попутно навела бы порядок в налогообложении.

– Скажи, пожалуйста, об этом моей мамочке, – рассмеялась Джейн. – Она не видит особой заслуги в том, что я так много читаю и пишу.

– Я все еще не могу понять, Люси, – вмешалась Кэсс, ее голубые глаза были полны замешательства.

– Неужели ты не понимаешь? – ответила Люси. – Мы все должны помогать друг другу. Помогать добиваться того, чего хотим. Каждая будет делать то, чего другие не могут, и оказывать другим помощь.

– Что ты имеешь в виду? – спросила Джейн, выглядевшая уже значительно более заинтересованной.

Люси широко улыбнулась.

– Я хочу удачно выйти замуж. Я не нуждаюсь в любви или тому подобной чепухе. Однако предполагаю, что сумею найти достойную пару. То есть если мне когда-нибудь удастся отыскать джентльмена, которого я смогу выносить… – Она глубоко вздохнула. – До сих пор мне это не удавалось. Я всех отпугиваю. Кэсс может помочь мне стать более, хм, привлекательной для джентльменов. Или хотя бы научить не обращать их в бегство.

– Продолжай, – часто заморгав, промолвила Кэсс.

– А ты, Джейн, ты хочешь остаться совершенно независимой, не так ли?

– Вот именно! – ответила Джейн. – Полностью и навсегда.

– Отпугивать джентльменов – моя специальность. Я прекрасно могу помочь тебе в этом. – Люси рассмеялась.

Джейн ответила ей улыбкой.

– Мне нужно, чтобы ты убедила мою мать прекратить заставлять меня присутствовать на всех этих ненавистных светских приемах.

– Сделаю все возможное, – согласилась Люси.

– А Кэсс? – спросила Джейн.

Люси притянула их обеих ближе.

– У меня уже есть план. Кэсс хочет попытать счастья с Джулианом, правильно? Истинная любовь и все такое. Но тебе это не удастся, раз твоя мать поощряет ухаживания герцога Кларингтона и будет настаивать на том, чтобы ты приняла его предложение. Я буду твоим голосом, Кэсс. Я буду подсказывать тебе, какие именно слова ты должна произнести, чтобы убедить герцога оставить попытки добиться тебя.

– А ты сможешь? – Глаза Кэсс стали совсем круглыми.

– Да, – ответила Люси. – Я помогу тебе с герцогом. Сейчас ты должна послать ему записку. Нам надо выманить его из этого бального зала, подальше от назойливых глаз твоей матери.

Быстрый взгляд в сторону леди Морланд подтвердил, что ее глаза и в самом деле по-прежнему устремлены на дочь.

– Попроси его встретиться с тобой сегодня в саду возле живой изгороди. Я спрячусь за кустами и буду шепотом подсказывать тебе, что говорить. А тебе останется только повторять мои слова.

По лицу Джейн расплылась широкая улыбка.

– Знаете, этот план настолько безумен, что вполне может сработать. Он очень напоминает замысел Хорнера в «Провинциалке», только менее рискованный. – Джейн всегда старалась упомянуть в разговоре свои любимые пьесы.

Кэсс покачала головой. Ее прекрасное лицо помрачнело от тревоги.

– Нет-нет. Ничего из этого не выйдет. Он наверняка услышит тебя, Люси.

– Мы просто должны позаботиться, чтобы он оставался в нескольких шагах от тебя, – ответила Люси. – Ты скажешь, чтобы он не подходил ближе. Из соображений благопристойности, конечно. Все будет отлично.

Широко раскрытые голубые глаза Кэсс обратились к Джейн.

– А ты что об этом думаешь, Джейн?

Сунув забытую книгу в ридикюль, Джейн скрестила руки на груди.

– Я думаю, что буду прятаться за кустами вместе с Люси, чтобы не пропустить этот захватывающий момент.

Кэсс в отчаянии заломила руки.

– А что, если у нас ничего не получится?

Джейн похлопала подругу по плечу.

– Что всегда говорит Люси? Будь храброй? На данном этапе тебе нечего терять. И если кто-нибудь здесь и способен провернуть такой трюк, то только наша леди Люси.

Кэсс судорожно вздохнула. Настороженно взглянув на обеих подруг, она сказала:

– Хорошо. Если вы так уверены, я попытаюсь.

Люси радостно улыбнулась и захлопала в ладоши.

– Превосходно. Предоставьте все мне. Все пройдет, как в одной из любовных пьес, которые мы все так любим. Я отобью у надменного герцога охоту докучать тебе. Встречаемся у живой изгороди.

Глава 4

На следующее утро Люси провела несчетное количество времени за завтраком в малой столовой городского особняка своего кузена, мысленно составляя список гневных тирад и уничижительных эпитетов, которыми при следующей встрече собиралась наградить герцога Кларингтона. Еще бы! Этот солдафон оказался настоящим хамом. Как он посмел назвать ее мисс Апплтон? Как посмел подвергнуть сомнению желания Кэсс? Как посмел сказать, что не придает никакого значения ее, Люси, мнению? Может, корона и пожаловала ему титул, но это не добавило ему благородного происхождения и хороших манер, соответствующих его новому статусу.

Люси уже перечислила все возможные фразы, которые собиралась высказать герцогу, чтобы поставить его на колени, когда вошел лакей и объявил, что в гостиной ее ожидают подруги.

По собственному решению, Люси жила с тетушкой и кузеном Гарреттом. Гарретт с детства был ее самым близким другом. Родители Люси так и не простили ей, что она не родилась мальчиком. В сущности, они отреклись от нее. Ну, скажем, по большей части полностью игнорировали ее. И в то время как ее родители предпочитали оставаться в сельском поместье, Люси жила в городе у тетушки Мэри, матери Гарретта, которую обожала. Тетушка и сопровождала ее на всех светских приемах.

Люси поспешила в гостиную. Если Джейн и Кэсс там, значит, Гарретт тоже отправился в гостиную. Похоже, Гарретт последнее время появлялся всюду, где находилась Кэсс. Люси подозревала, что он без памяти влюбился в ее белокурую подругу.

Распахнув двойную дверь в гостиную, Люси вошла в помещение.

– Ах, ваша светлость, как любезно с вашей стороны почтить нас своим присутствием, – сказал Гарретт своим обычным саркастическим тоном. Люси сдержала улыбку. Да, Гарретт здесь. Почтительное обращение, которым он удостоил ее, было обычной шуточной игрой между ними. Он начал так называть Люси вскоре после ее дебюта, когда от нее отступились все заслуживающие внимания поклонники. Люси тогда случайно услышала, как один из них говорил, что больше не интересуется ею из-за ее змеиного языка и высокомерия.

– Можно подумать, что она герцогиня, судя по ее манере держаться, – сказал тогда лорд Уидмор. Это больно ранило Люси, но только лишь в первый момент. Она никому не позволяла увидеть свою боль и досаду. Она всю жизнь пыталась быть сыном, которого лишились ее родители. Поэтому упорно избегала всего, подобающего девочкам и леди. Ее ли вина, что она прямо говорила, что думает, и не выносила глупости? Своей склонностью к откровенной честности она заслужила репутацию злоязычной стервы. Но если это могло помочь в ситуациях, подобных провалу Кэсс при встрече с властным герцогом Кларингтоном прошлым вечером, то Люси предпочитала свой так называемый змеиный язык славе скромной покладистой маленькой мисс. А что касается предполагаемого высокомерного вида, ну что ж, это всего лишь досадное побочное следствие нежелания показать, что ее ранит неприятие окружающих. Люси гордо вздергивала подбородок, расправляла плечи и убеждала себя, что не нуждается в одобрении света. Какое ей дело до того, что они о ней думают?

Поэтому Люси рассказала о словах лорда Уидмора Гарретту, и они обратили это в шутку. В шутку, которая ее все еще немного уязвляла. Но Люси, безусловно, обожала своего кузена, несмотря на то что ее отец терпеть не мог Гаррета. А может, именно потому, что отец его не терпел. Отец Люси не выносил Гарретта по той простой причине, что тот однажды должен был унаследовать его титул и состояние, не будучи его собственным сыном. Ах, до чего же любящая семейка!

Люси улыбнулась Гарретту и присела в глубоком реверансе.

– К вашим услугам, – сказала она.

Гарретт сидел рядом с Кэсс – он всегда садился рядом с Кэсс. Его длинные темные волосы касались воротника. Карие глаза, точно того же цвета, как один из глаз Люси, искрились радостью.

– Надеюсь, мы не разбудили тебя? – спросил Гарретт.

– Конечно, нет. – Люси подхватила свои фиолетовые юбки и направилась к дивану, где и уселась между Кэсс и Гарреттом. Она помахала листом бумаги, который держала в руке.

– Сегодня утром я поднялась с рассветом, чтобы составить для Кэсс список того, что она должна сказать герцогу Кларингтону, когда он явится с визитом.

Джейн сидела в кресле напротив них, прилежно читая книгу.

– Как, по-твоему, Кассандра умудрится прочитать твой список перед герцогом? – спросил Гарретт.

– Полагаю, у вас есть идея получше, Апплтон? – Джейн спокойно поправила очки и перевернула страницу.

Гарретт открыл рот, чтобы выдать, без сомнения, язвительный ответ. Гарретт и Джейн невзлюбили друг друга с первой встречи. Они познакомились на спектакле, на котором все трое присутствовали пять лет назад. И сразу же эти двое вступили в затяжную словесную схватку. Люси уже давным-давно усвоила, что лучше всего пресекать их перепалки в самом начале.

– Собственно говоря… – начал Гарретт.

– Просто это нужно выучить наизусть, вот и все, – перебила его Люси.

Кэсс прижала ладони к щекам.

– Выучить наизусть? О нет. Боюсь, я не смогу. – Она взяла список из рук Люси и пробежала глазами несколько первых строчек. – Люси, мне никогда не запомнить все это. И даже если бы я сумела, то постеснялась бы произнести такое вслух.

Гарретт бросил на Люси взгляд, в котором ясно читалось: «Я же тебе говорил».

– Теперь ты понимаешь? Тебе не удастся вложить свои слова в уста Кассандры.

Люси вырвала у Кассандры листок.

– Что здесь не так? – Люси откашлялась и зачитала первый пункт: – «Хотя я уверена, что найдется множество безмозглых дурочек, готовых пасть перед вами по малейшему мановению вашего герцогского пальца, я определенно не отношусь к их числу. Полагаю, я уже достаточно ясно дала это понять. И мне интересно, чему вас только учили в ваших военных школах, потому что, как оказалось, понимание правильной английской речи не входит в число ваших разнообразных талантов, каковы бы они ни были».

Гарретт устремил на Люси страдальческий взгляд.

– Честно? Я и вправду должен сказать, что с этим не так?

– Мне понравилось, – вмешалась Джейн, не отрывая глаз от книги. – Возможно, немного длинновато, но достаточно ясно.

Гарретт прищурил глаза и перевел взгляд на Джейн.

– Разумеется, вам понравилось. Если дать вам перо, вы бы, скорее всего, написали что-нибудь и похуже.

Джейн презрительно фыркнула.

– Похуже? Что вы хотите этим сказать?

– Я хочу сказать, что вам это понравилось единственно потому, что не понравилось мне. Клянусь, если бы я сказал, что Земля круглая, вы стали бы утверждать, что она плоская, только лишь из противоречия мне, – ответил Гарретт.

– Вы слишком много на себя берете, Апплтон. У меня возникает вопрос…

Гарретт открыл было рот, но на этот раз его остановила Кэсс.

– Ох, Люси, ты же знаешь, что я не способна сказать такое герцогу. – Ее щеки запылали ярким румянцем.

– Почему нет? – удивилась Люси.

– Прежде всего, это ужасно грубо, – ответила Кэсс.

– Не говоря о том, что герцог ни за что не поверит, будто Кассандра сама такое выдумала, даже если она вызубрит все наизусть, – добавил Гарретт.

– И я знаю, что никогда не смогу все это запомнить. – Кэсс указала на бумагу.

– Не понимаю, почему нет? – сказала Люси. – Просто представь себе, что это одна из наших любимых пьес. Вообрази, что ты актриса.

Глаза Кэсс широко раскрылись.

– Актриса! Ну знаешь ли, мама запрет меня в спальне на неделю, если узнает, что мы замышляем.

Люси в досаде воздела руки.

– Кого волнует, что твоя мама…

– Читай дальше, Люси, – потребовала Джейн. – Может, найдется что-нибудь покороче, чтобы легче запомнить?

– Хорошо. – Люси выпрямилась и бегло просмотрела страничку. – Как насчет этого? «Сэр, как ни жаль, должна известить вас, что буду занята завтра, и послезавтра, и во все последующие дни. Словом, в любой день, когда бы вы ни пожелали меня видеть. В сущности, мне сейчас немного нездоровится, и надеюсь, что вы как можно скорее заберете свою шляпу и перчатки и вместе со своим конем удалитесь отсюда немедленно». – Она закончила чтение решительным кивком головы.

Джейн насмешливо изогнула темную бровь.

– По-твоему, это короче?

– И точно так же грубо, – покачав головой, добавил Гарретт.

– Люси, я никогда не произнесу ничего подобного. – Кэсс подтянула свои перчатки. – Это нечестно и слишком низко.

Люси снова воздела руки.

– Низко? Нечестно? Кэсс, этот человек пытается посвататься к тебе и не желает принимать ответ «нет». А ты беспокоишься о том, как бы не показаться нечестной?

Гарретт скептически посмотрел на Люси.

– Откуда ты знаешь, что Кларингтон не примет ответа «нет»? Я знал его несколько лет назад в армии, задолго до того как он стал генерал-лейтенантом, конечно. Он показался мне вполне разумным парнем.

Люси обернулась к кузену, устремив на него гневный взгляд.

– Прошлым вечером тебя с нами не было, Гарретт. Расскажи ему, Кэсс.

Кэсс судорожно сглотнула и взглянула мимо Люси на Гарретта.

– Он показался очень решительно настроенным.

Джейн согласно кивнула.

– Люси права. Он явно не желал слышать слово «нет». Наверное, тебе следовало быть более убедительной, Кэсс.

Гарретт одарил Джейн самодовольной улыбкой.

– Ох, полагаю, лично вы смогли бы выучить эту речь наизусть и вам не составило бы труда отбарабанить ее на одном дыхании.

Джейн снова уткнулась в книгу.

– Мне нет необходимости заучивать что-либо наизусть. За годы общения с вами, Апплтон, я в совершенстве научилась отчитывать назойливых джентльменов.

Прежде чем Гарретт успел ответить на эту колкость, Кэсс схватила Люси за руку.

– Ох, Люси, я не смогу запомнить эти слова.

– Конечно, сможешь, – ответила Люси.

Кэсс прикусила губу, глядя на Люси широко распахнутыми, круглыми, как чернильницы, глазами.

– Обещай, что зайдешь ко мне сегодня днем и будешь там, когда он придет с визитом.

Люси скрестила руки на груди и топнула ногой по ковру.

– О, я непременно буду у тебя. Понравится это герцогу или нет.

Глава 5

Дерек пригладил ладонями волосы, отодвинул назад кресло и встал из-за большого дубового письменного стола в кабинете своего нового городского особняка. Он подошел к широким окнам, выходившим на улицу, и оперся рукой о стену. Проклятие. Отчеты, доставленные сегодня утром из военного министерства, не сообщали ничего хорошего. Совсем ничего.

Там не только не содержалось никаких новостей о состоянии Свифта – последнее, что слышал о нем Дерек, это что его друга забрали в полевой госпиталь под Брюсселем, – но и не было никаких известий о Доналде или Рейфе. Доналд, старший брат Свифта, был графом Свифтоном. К тому же он был тайным агентом короны и как раз перед последней битвой находился в Брюсселе. На них с Рейфом, капитаном Рафферти Кавендишем, была возложена в высшей степени секретная и крайне опасная миссия: следить за расположением французских войск при их продвижении к Брюсселю. С тех пор о друзьях ничего не было слышно. Согласно полученным утром отчетам, их обоих сочли погибшими.

Дерек сжал кулаки. Проклятие. Проклятие. Проклятие. Он был чертовски бесполезен здесь, оставаясь в роскошном особняке в Мейфэре. Ему следовало находиться на континенте, чтобы по горячим следам отыскать своих друзей, повидать Свифта и облегчить, насколько возможно, последние дни верного друга. Но Дерек получил ясный приказ: немедленно вернуться в Лондон и исполнять роль победоносного нового аристократа. Видимо, стране нужны были торжества и празднества, и присутствие Дерека в бальных залах Лондона имело целью дать публике их героя.

А Дерек люто ненавидел все это. Этот особняк. Эту жизнь. Это все не для него. Он никогда не стремился стать герцогом. И не был готов к новой роли. «Возвращайтесь в Лондон, вы теперь герцог» – такова была суть приказов Веллингтона.

Может, Дерек и застрял в Лондоне против воли, но должен постараться использовать всю свою высоко оцененную неустрашимость, чтобы помочь своим друзьям чем только сможет. Дерек снова уселся за стол, вытащил пачку бумаги и обмакнул перо в чернильницу. У него имелись некоторые соображения. Он знал места, где могли отсиживаться Свифтон и Рейф, если были ранены или вынуждены скрываться. Дерек обязательно должен заставить кого-нибудь из военного министерства выслушать его.

Он просто обязан отыскать Свифтона и Рейфа. Непременно. Да, Свифт умирает, и Дерек не может позволить, чтобы Доналд и Рейф тоже погибли. Нет. Он этого не допустит.

Дерек закончил составлять перечень для военного министерства, подписался и присыпал листок песком. Затем разогрел на ближайшей свече воск и запечатал письмо своей новой герцогской печатью. Позвонив лакею, Дерек распорядился спешно отправить послание в военное министерство. На данный момент он сделал для своих друзей все, что в его силах. А пока можно продолжить охоту за леди Кассандрой. Дерек должен был это сделать ради Свифта. Какие сложности по сравнению с ужасами войны и муками неизвестности и тревоги за судьбы своих друзей могут ожидать его, если он немного поухаживает за леди?

Глава 6

Когда Дерека сопровождали в гостиную леди Кассандры, у него создалось впечатление, что все обитатели дома разом сошли с ума. Дворецкий заикался, горничные натыкались друг на друга, а два лакея в коридоре едва не сбили гостя с ног. Очевидно, герцогу полагался совершенно иной уровень приема, чем генерал-лейтенанту. Сам Дерек еще не совсем привык к своему новому титулу, однако вся прислуга бешено носилась по дому, как будто сам принц-регент удостоил их своим визитом.

– Его светлость герцог Кларингтон, – звучно возгласил дворецкий, пропуская Дерека в гостиную.

Дерек недовольно поморщился. Сколько еще времени ему потребуется, чтобы, услышав этот титул, действительно почувствовать, что речь о нем?

– Как ваше имя, любезный? – спросил Дерек дворецкого.

– Шейкспьер, – ответил тот с абсолютно каменным лицом.

Дерек удивленно посмотрел на него.

– Шекспир?

– Нет, Шейкспьер, ваша светлость. Это французский.

Дворецкий удалился, и Дерек покачал головой. Никакой не французский. Да, он попал в странный дом, нет никаких сомнений. Дерек окинул комнату взглядом.

Леди Кассандра сидела на небольшом диване кремового цвета, как прелестная кукла. В розовом платье, прекрасно сочетавшемся с ее ясными голубыми глазами. Белокурые волосы были собраны на макушке. Леди Кассандра внимательно, с опаской, почти со страхом, наблюдала за Дереком. Силы небесные, эта девчушка его боялась. Ему непременно нужно как-то это исправить, прежде чем просить ее руки.

Его внимание привлекло резкое движение на другом конце комнаты, и всплеск бледно-желтых юбок открыл взгляду… леди Люси Апплтон.

– Ваша светлость, – произнесла леди Люси, прежде чем он успел поздороваться с леди Кассандрой. – Чему мы обязаны удовольствием видеть вас?

Ее голос сочился сарказмом. Дерек оглядел дерзкую красавицу с ног до головы. Жаль, что она такая ведьма, потому что леди Люси отличалась яркой экзотической красотой – с чуть раскосыми глазами, темными блестящими волосами, высокими скулами и полными сочными губами, так и манившими поцеловать их. «Только смельчак, без сомнения, сразу не отпрянул бы, укушенный и окровавленный», – с кривой улыбкой подумал Дерек. Почему леди Кассандра так настаивала на том, чтобы леди Люси всегда держалась рядом, он никак не мог понять. Но, очевидно, это была неизбежная плата за удовольствие находиться в обществе леди Кассандры. Значит, так тому и быть. Если он не способен справиться с одной маленькой избалованной мисс, грош ему цена.

– Я пришел навестить леди Кассандру, – со сдержанной улыбкой ответил он.

– Садитесь, пожалуйста. – Леди Люси махнула рукой в сторону кресел на другой стороне комнаты и захлопала густыми черными, как сажа, ресницами.

– Д-да, – тихо поддержала ее леди Кассандра. У бедняжки был такой вид, будто она готова в любой момент сбежать, как солдат, пойманный за кражей провизии.

Дерек широким шагом направился к креслу рядом с диваном, на котором сидела леди Кассандра. Он подождал, пока леди Люси церемонно пересекла комнату и уселась, после чего сел сам. Ох уж эти аристократы и их тесные модные кресла! Под человеком его комплекции это кресло грозило того и гляди развалиться на части. Дерек неловко поерзал, нарочито игнорируя леди Люси.

– Надеюсь, вы сегодня в добром здравии, леди Кассандра? – сказал он.

Леди Кассандра согласно кивнула.

– О да. Я в полном порядке. А как вы поживаете, – она кашлянула, – ваша светлость?

– Прекрасно. Как дела у вашей матушки и отца?

– С ними тоже все в порядке, благодарю вас. Мама отправилась с визитами, а папа, как обычно, в своем клубе.

Дерек понимающе кивнул. Леди Люси сидела в углу позади него, так что он не мог видеть ее лица. Но у него создалось отчетливое впечатление, что она каким-то образом снабжает свою подругу информацией, судя по тому, сколько раз взгляд леди Кассандры устремлялся мимо его плеча в ее сторону. Она напоминала тайного агента из военного министерства, эта леди Люси.

– Полагаю, вчерашнее празднество не слишком вас утомило? – спросил Дерек.

Глаза леди Кассандры метнулись к леди Люси.

– Нет. Вовсе нет.

Дерек скрипнул зубами и снова поерзал на своем смехотворно маленьком сидении.

– Какие у вас планы на сегодня?

Еще один быстрый взгляд на леди Люси.

– О, я… хм. То есть мы…

– Мы собираемся пройтись по магазинам, – объявила у него за спиной леди Люси. – Сегодня мы очень заняты. Очень.

Леди Кассандра явно испытала облегчение, избавившись от необходимости отвечать на вопрос.

– А как насчет завтрашнего дня? – спросил он, обращаясь к леди Кассандре, но его внимание было полностью приковано к маленькой проказнице позади него.

И снова леди Кассандра посмотрела на леди Люси, ища подсказки.

– Я… мы…

– Завтра мы тоже очень заняты, – вмешалась леди Люси.

Ну хватит. Дерек встал, с легкостью поднял свое кресло и переставил так, чтобы хорошо видеть обеих.

– Кажется, я обращаюсь не к той леди.

Ладонь леди Кассандры взлетела к горлу. Необычные глаза леди Люси полыхнули огнем, и она с презрением посмотрела на Дерека.

– Не понимаю, что вы имеете в виду. – Она часто заморгала, изображая невинность.

– В самом деле? – Он насмешливо изогнул бровь.

Леди Люси небрежно пожала плечами.

– Вы спрашивали о наших планах, и мы вам ответили.

Дерек скрипнул зубами.

– Я спрашивал о планах леди Кассандру, а отвечали за нее вы.

Леди Люси, надменно глядя на него, скрестила руки на груди.

– Я – компаньонка леди Кассандры.

– Да неужели? Незамужняя девица играет роль компаньонки? – возразил он.

– Да. Я исключительно компетентна, – ответила леди Люси.

– Сильно сомневаюсь в этом. – Он снова наигранно улыбнулся.

Леди Люси едва не вылетела из кресла.

– Как вы смеете?!

– О, смею без особого труда, миледи. Чего я никак не могу понять, так это почему вы упорно действуете как…

Его прервало легкое деликатное покашливание, вполне подобающее леди. Без сомнения, леди Кассандра пыталась побудить их обоих прекратить спор. Дерек повернул голову и посмотрел ей в лицо.

– Мои извинения, миледи.

– А какие у вас планы на сегодня, ваша светлость? – отважилась спросить леди Кассандра.

– Поскольку вы сегодня уже заняты, я могу отправиться верхом в Хантингтон и осмотреть свое новое поместье.

– Поместье, которое было пожаловано вам вместе с титулом? – спросила леди Кассандра.

– Да. Похоже, я теперь землевладелец, – ответил Дерек.

– Вы, наверное, хотите как можно скорее отправиться в путь? – заметила леди Люси. – Это довольно далеко отсюда, не правда ли?

– Не терпится распрощаться со мной, миледи? – Он взглянул на нее с подозрением.

Она снова с невинным видом захлопала длинными ресницами.

– Я не имела в виду ничего подобного. Это было бы слишком грубо.

– Ах да. У вас ведь нет никакого опыта по этой части, верно? – насмешливо ответил он.

Леди Кассандра тихо охнула, а леди Люси смерила его гневным взглядом.

– Зато у вас, как видно, весьма значительный опыт в этой области, ваша светлость.

Дерек в раздражении шумно выдохнул сквозь зубы.

– Леди Люси, наверное, нам с вами лучше переговорить с глазу на глаз.

Люси удивленно приподняла бровь.

– Нам двоим?

– Да.

– С глазу на глаз?

– Да.

– Хотите, чтобы я вышла? – с явным облегчением предложила леди Кассандра.

Дерек покачал головой.

– Нет. Я хочу лишь перемолвиться с леди Люси несколькими словами в коридоре, если она не против.

Леди Люси сразу же встала и указала на дверь.

– Конечно.

Леди Кассандра беспомощно заморгала своими прекрасными голубыми глазами и слегка приоткрыла рот, глядя им вслед. Дерек предложил леди Люси руку, но она с натянутой улыбкой отказалась опереться на нее и стремительно вышла из гостиной, опередив его. Дерек последовал за ней и закрыл за собой дверь.

Леди Люси повернулась лицом к нему. Руки ее все еще были решительно скрещены на груди.

– Да, ваша светлость? – На ее лице застыла притворная улыбка – и снова в ход пошли эти умопомрачительные ресницы. Хлоп. Хлоп. Хлоп.

Дерек откашлялся, прочищая горло.

– Миледи, кажется, наше с вами знакомство началось не совсем удачно. Мне бы хотелось начать все сначала.

Люси опустила руки вниз.

– Хорошо. Вы намерены прекратить ваши ухаживания за Кэсс?

– Конечно, нет.

– Тогда, боюсь, мы не сможем начать сначала.

Дерек сделал глубокий вдох.

– Почему вы находите мою персону столь нежелательной?

– Во-первых, вы слишком властный, во-вторых, излишне высокомерны. – Она указала на дверь гостиной. – Кэсс очень добрая, нежная душа. Она и мухи не обидит и ко всем относится доброжелательно. Ей нужен кто-то, кто позаботится о ее насущных интересах.

Дерек насмешливо изогнул бровь.

– И этот кто-то вы? Не ее отец?

Леди Люси пронзила его взглядом, подобным кинжалу.

– В данном случае, да.

– Значит, перемирия между нами не будет?

Она снова скрестила руки на груди.

– Нет, пока вы настаиваете на ухаживании за Кэсс.

Дерек согласно кивнул.

– Пусть будет так.

Леди Люси взялась за ручку двери, готовясь отворить ее и вернуться к леди Кассандре.

– Вам лучше воспользоваться моим советом и оставить ее в покое. Вы только напрасно потратите свое время.

Дерек прищурил глаза, глядя на ее непреклонную маленькую спину.

– А вам лучше перестать вмешиваться. Вы только напрасно потратите свое.

Леди Люси слегка повернула голову и бегло окинула его оценивающим взглядом.

– Я не перестану, ваша светлость.

Дерек насмешливо поклонился.

– Как и я, миледи.

На этот раз леди Люси изогнула бровь и посмотрела на него с вызовом.

– Хорошо. Тогда пусть победит сильнейший.

Глава 7

Бал у Милтонов был настоящим событием. Он обычно означал конец сезона и всегда устраивался за несколько дней перед тем, как все покидали Лондон, удаляясь в свои сельские поместья или курортные города.

Кэсс была в потрясающем бальном платье персикового цвета. Волосы ее были зачесаны кверху, на шее сверкало изумрудное ожерелье. Люси оглядела собственный наряд. Рядом с ослепительной Кэсс она в своем украшенном вышивкой серебристом платье и с бриллиантовыми подвесками в ушах выглядела совсем бесцветной. Джейн явилась в своем любимом голубом и, как всегда, была прекрасна, хотя сама так не считала. В этот вечер мать конфисковала у нее книгу, заметив ее в ридикюле дочери, и Джейн сегодня нечем было заняться. Поэтому она пребывала в гораздо большем раздражении, чем обычно.

– Гарретт придет немного позже, – объяснила Люси, когда они трое выбрались из кареты родителей Джейн. Этим вечером их сопровождала на бал мать Джейн. Отец Джейн получил дворянское звание за свой интеллект. И поскольку у него не было сына, его дочь стала столь же ученой, как и родитель. Это обстоятельство вызывало нешуточную тревогу у матери Джейн.

– Мне очень нравится мистер Апплтон, – сказала миссис Лаундз.

Джейн наклонилась к Люси и прошептала ей на ухо:

– Она хочет сказать, ей нравится тот факт, что Апплтон станет графом, когда умрет твой отец. – Джейн закатила глаза.

– Да, кузен Гарретт молодчина, – ответила Люси матери Джейн, ткнув подругу локтем в бок. – Все лето повсюду сопровождает нас.

Кэсс с готовностью согласилась, кивнув головой.

– О, я обожаю Гарретта. Он всегда так любезен.

Люси едва сдержалась, чтобы не поморщиться. Она понадеялась, что Кэсс не станет повторять это в присутствии Гарретта. Люси уже решила, что рано или поздно ей придется серьезно поговорить с Гарреттом. Объяснить тщетность его надежд на то, что однажды Кэсс почувствует к нему что-то большее, нежели просто дружбу. Гарретт прекрасно знал, что Кэсс любит Джулиана. По мнению Люси, Гарретт просто не мог не влюбиться в красавицу Кэсс. Очевидно, точно так же, как герцог Кларингтон.

Кстати о герцоге, интересно, будет ли он сегодня на балу? И почему перспектива увидеться с ним немного волнует ее? Еще один удобный случай посостязаться в острословии?

Слава богу, матери Кэсс не было дома, когда герцог заходил с визитом. Если бы эта почтенная леди стала свидетельницей шокирующего поведения Люси по отношению к герцогу, она больше никогда не позволила бы ей видеться с Кэсс. Люси была уверена в этом. Леди Морланд никогда не питала особой любви к Люси. Она позволяла Кэсс дружить с мисс Апплтон только по одной-единственной причине – Люси была дочерью графа и соседкой по сельскому поместью. Но если бы леди Морланд заподозрила, что Люси что-то затевает, то наверняка запретила бы Кэсс общаться с нею.

Более двух часов спустя, когда в бальном зале Милтонов в конце концов объявили о прибытии герцога Кларингтона, все три подруги мгновенно обернулись к дверям.

Кэсс вздрогнула и подтянула перчатки.

– Не волнуйся, – сказала Люси.

– Он наверняка оставит тебя в покое после случая у живой изгороди, – предположила Джейн. – Ты так не думаешь?

– Нет, после того что он сказал Люси в коридоре, – ответила Кэсс.

– А что он сказал Люси в коридоре? – поинтересовалась Джейн, но подруги не смогли поделиться с ней этой историей, потому что герцог направлялся прямиком к их маленькой группе.

– Леди Кассандра, – произнес он своим спокойным звучным голосом, склонившись над рукой, которую она ему протянула. – Очень приятно. Не хотите ли потанцевать?

Люси открыла было рот, чтобы высказать язвительный отказ, но тут к ним устремилась мать Кассандры.

– Ваша светлость, мы так рады вас видеть. – Леди Морланд присела в реверансе.

Герцог учтиво поклонился почтенной даме.

– Уверяю вас, я бесконечно рад встрече. Я как раз спросил леди Кассандру, не хочет ли она потанцевать. – Он устремил самодовольный взгляд на Люси.

– Да что вы, конечно, она хочет, – ответила леди Морланд, подталкивая Кэсс к герцогу.

Кэсс быстро взглянула на Люси, затем положила ладонь на руку герцога и позволила ему проводить себя к танцевальной площадке.

Сделав свое дело, леди Морланд упорхнула в толпу, а Люси и Джейн остались у стены, наблюдая за танцующими. На этот раз Люси довольно сердито притопывала в такт музыке.

– Как мне хотелось бы стать голосом Кэсс, – проворчала Люси.

– Похоже, в последнее время это у тебя неважно получается, – заметила Джейн.

Люси скрестила руки на груди и презрительно фыркнула.

– Кэсс предала меня, отказавшись повторять то, что я сказала. Она не считает возможным проявить с кем-либо хоть малейшую резкость. Но герцог такой человек, который не понимает намеков, ему нужно все говорить прямо в лоб.

– Жаль, что он не пытается ухаживать за тобой, – сказала Джейн, подняв брови.

– Если бы только я могла говорить за нее…

Джейн поджала губы.

– Люси? О чем ты думаешь?

Люси постукала кончиком пальца по щеке.

– Знаешь… а это может сработать.

– Как же ты намерена справиться с этой задачей?

Люси широко улыбнулась и подняла указательный палец.

– Я найду способ. Разве я не говорю всегда: «Дерзай! Будь храброй»?

Джейн только собралась ответить, но тут к ним подошел Гарретт, держа руки в карманах.

– По-моему, вы не слишком продвинулись на фронте борьбы за избавление Кассандры от герцога, раз они танцуют вместе. – Он мотнул головой в сторону кружащейся пары.

Люси хлопнула его по руке.

– Тш-ш. Я пытаюсь услышать, что они говорят, когда проносятся мимо в танце.

Гарретт рассмеялся.

– Почему бы тебе не потанцевать со мной, тогда мы легко смогли бы их подслушать.

– Я буду танцевать с вами, – заявила Джейн.

Люси и Гарретт удивленно переглянулись.

– А что? – спросила Джейн, пожав плечами. – Мама отобрала у меня книгу. Мне ужасно скучно. Только не наступайте мне на ноги, Апплтон.

– Довольно интригующее предложение, – фыркнув, сказал Гарретт. – Конечно же, мисс Лаундз, давайте потанцуем.

Они влились в толпу танцующих, а Люси осталась ждать у стены, пытаясь не упускать из виду всех четверых и, как обычно, притоптывая ногой в такт музыке. Типичная ситуация. В кои-то веки Люси получила приглашение потанцевать, да и то от собственного кузена. Но и этому не суждено было осуществиться.

Несколько минут спустя музыка смолкла, и Гарретт с Джейн вернулись к Люси.

– Нам удалось услышать не слишком много, – отрапортовал Гарретт.

– Да, очень жаль, – сказала Джейн, подтянув перчатки. – Однако у меня возникла блестящая идея.

– Какая? – с надеждой спросила Люси.

Джейн наклонилась вперед, словно собиралась поделиться страшным секретом.

– Почему бы нам не спросить Кэсс, что он ей говорил?

Они все повернулись, чтобы встретить Кэсс, которая как раз возвращалась с танцевальной площадки. Ее глаза были устремлены в пол, Кэсс еле держалась на ногах.

– Что случилось, Кэсс? – спросила Люси. – Что он тебе сказал?

– Он спросил, не хочу ли я выйти с ним на террасу, чтобы немного подкрепиться, – ответила Кэсс.

Милтоны устанавливали столы с закусками снаружи, под звездами, и непрерывный поток гостей постоянно двигался в ту и другую сторону сквозь открытые французские окна, ведущие на террасу.

– И ты согласилась? – Люси взглянула на подругу с неодобрением.

Кэсс виновато кивнула.

– Я не хотела показаться грубой. Кроме того, на меня сердито смотрела мама. Она заставляет меня сильно нервничать.

Люси воздела вверх руку.

– Кассандра Монро! Я совсем не понимаю тебя. Ты отвергла бессчетное количество поклонников, но этот, как видно, тебе не по зубам.

Кэсс закрыла лицо ладонями.

– Я знаю. Знаю. Но другим я всегда отказывала очень вежливо. Герцог, похоже, не принимает мои слова всерьез.

Люси понимающе кивнула.

– Он отказывается признавать ответ «нет». Может, он и герцог, но явно не джентльмен.

– Не вините молодого человека за его старания, – с улыбкой добавил Гарретт, от которой щеки Кэсс приобрели приятный розовый оттенок.

– Не волнуйся, Люси. Ты уже и так достаточно много сделала, чтобы помочь мне. На этот раз я не буду просить тебя пойти со мной, – сказала Кэсс. – Я сама сделаю все, что в моих силах.

Люси отрицательно покачала головой.

– Я непременно пойду с тобой. Я пойду с тобой и выскажу ему все, что я о нем думаю. В общем, у меня есть идея. – Люси схватила Кэсс за руку и потащила за собой.

Гарретт и Джейн удивленно смотрели на них.

– Будь помягче с бедным джентльменом, Люси. Он всего лишь герой войны и, скорее всего, не привычен к твоим беспощадным методам, – крикнула вслед Джейн.

Люси обернулась через плечо и подмигнула подруге.

Люси, постукивая пальцем по щеке, выглянула через открытое французское окно на террасу особняка Милтонов. Он был там. Герцог Кларингтон. Ожидавший Кэсс и выглядевший чертовски красивым.

– Мы идем? – спросила Кэсс, остановившись рядом с ней.

– Еще нет, – ответила Люси, продолжая постукивать себя по щеке.

– Почему нет? – Кэсс наморщила лоб.

– Потому что… я думаю…

Кэсс широко раскрыла глаза.

– О нет, Люси. Что ты собираешься делать?

Люси принялась вышагивать перед дверью туда и сюда.

– Кэсс! Прошлым вечером стало очевидно, что ты не способна повторять мои слова. Ты слишком… слишком… скромна и деликатна себе во вред.

Кэсс сокрушенно кивнула.

– Я знаю. И ненавижу себя за это.

– Не волнуйся. Я тебе помогу. Но, если мы действительно собираемся уговорить герцога отказаться от своих намерений, нам нужно изъясняться более убедительно. Прямо. Честно. Откровенно. – Люси решительно кивнула в подтверждение своих слов.

– Я знаю это, Люси, и намерена попытаться, правда, но я…

Люси повернулась кругом, ее серебристые юбки вихрем взметнулись вокруг лодыжек.

– Вот что я предлагаю. Здесь, чуть подальше, над террасой на торцевой стороне здания есть балкон с видом на сад. Мы с тобой поднимемся туда. Я спрячусь позади так, чтобы герцог не мог меня видеть, и на этот раз сама буду говорить за тебя.

Кэсс покачала головой.

– Говорить за меня? Я не понимаю.

– Ты будешь там. Он подумает, что это говоришь ты. Но на самом деле говорить буду я.

Лицо Кэсс мгновенно побелело.

– О нет, Люси. Я не думаю…

– Не беспокойся, Кэсс. Я в совершенстве умею имитировать твой голос.

Люси продемонстрировала это, заговорив высоким, более мягким и более застенчивым тоном.

Кэсс захихикала и зажала рот ладонью.

– Должна признать, ты прекрасно подражаешь мне. Но что, если он узнает? После того что случилось тем вечером, я умру со стыда, если он обнаружит, что мы снова затеяли нечто подобное.

Люси выглянула в окно.

– Он ничего не узнает. А если и узнает, то только разозлится и передумает ухаживать за тобой.

– Ты действительно так думаешь? – На лице Кэсс вспыхнула надежда, но быстро погасла. – А что если мама…

Люси повернулась лицом к подруге.

– Кэсс, ты хочешь или не хочешь раз и навсегда избавиться от герцога, чтобы ты была свободна, когда Джулиан вернется домой?

Кэсс утвердительно кивнула.

– Я понимаю, вряд ли имеет значение, буду ли я свободна, когда Джулиан вернется домой. Но да, я этого очень хочу.

– Тогда позволь мне попытаться. Я могу сказать то, чего ты не в состоянии вымолвить. Пожалуйста, Кэсс, позволь мне помочь тебе. Я поднимусь на балкон и буду твоим голосом.

Кэсс прикусила губу и посмотрела в окно, туда, где спиной к ним стоял герцог.

– Надеюсь, ты знаешь, как туда забраться? – со вздохом спросила Кассандра.

– Еще нет, но собираюсь это выяснить, – улыбнулась Люси.

Глава 8

– Ваша светлость, – в прохладном вечернем воздухе внезапно прозвучал нежный голос леди Кассандры.

Дерек в одиночестве стоял на террасе. Он обернулся. Вокруг никого не было.

– Ваша светлость, – снова послышался голос.

На этот раз Дерек двинулся на звук и, обогнув угол, оказался в небольшой уединенной части сада Милтонов. Сплетенные ветви вьющихся роз живописно взбирались по решетке, заканчиваясь пышными гроздьями цветов под маленьким балконом. Там, на балконе, стояла леди Кассандра, прекрасная, как одна из роз у ее ног.

– Леди Кассандра, – окликнул Дерек. – Что вы делаете там, наверху? Я надеялся, что вы согласитесь прогуляться со мной в саду. – Он приглашающим жестом указал на садовую дорожку. Эта часть сада была недостаточно освещена, и хотя он явственно различал фигуру Кассандры, лицо молодой леди скрывалось в тени.

– Ваша светлость, я предпочитаю остаться здесь и хочу кое-что вам сказать. – Ее голос звучал твердо и уверенно. Гораздо тверже и увереннее, чем Дерек когда-либо слышал, правда.

Он согласно кивнул.

– Да?

– Перестаньте ухаживать за мной.

Он нахмурил лоб.

– Простите?

– Вы напрасно тратите свое время.

В лицо Дереку бросился жар. Напрасно тратит время? Это были слова Люси, а не леди Кассандры. Теперь он понял. Слабое освещение, балкон, чуточку другой голос. За всем этим стояла леди Люси. В буквальном смысле. Она стояла позади леди Кассандры и говорила вместо нее. Пусть Дерек ее и не видел, но не сомневался, что Люси там. Ему следовало бы разозлиться, но вместо этого он почувствовал, что ситуация его забавляет.

– В самом деле? – спросил он, подавив улыбку. – Мне жаль это слышать.

– Да, я хочу, чтобы вы оставили меня. Навсегда.

Дерек скривил губы. Ему стало не до смеха. Все, хватит с него этих штучек. Он дал обещание Свифту, черт побери. Дерек был весьма завидной партией и отлично знал это. И в глубине души понимал, что если бы ему удалось увести, изолировать леди Кассандру от ее властной подруги, то он вполне мог бы убедить ее предоставить ему шанс. Вместо этого Дерек оказался в идиотском положении – вынужден доказывать этой молодой леди, что герцог – отнюдь не худший выбор для замужества. Полная нелепость. Если бы он не дал обещания Свифту, то мог бы легко найти выход из этой ситуации, но он связан словом. Чертовски затруднительно, это так, но Дерек не позволит таким особам, как Люси Апплтон, сбить его с толку. С этой мыслью он снова обратился к леди Кассандре.

– А что, если я откажусь?

Вот так-то. Вздорной леди Люси не нравится, когда ей возражают.

– Почему откажетесь? – В ее голосе появилось легкое недовольство.

Дерек сложил руки за спиной.

– Потому что я намерен переубедить вас.

На этот раз в голосе послышалось явное раздражение.

– Ваша светлость, мне не хотелось бы быть грубой, но…

– В самом деле? – перебил он.

– Конечно. Что за дурацкий вопрос?

– Люси! – Это, очевидно, вмешалась настоящая леди Кассандра.

– Кэсс, прекрати, – последовал торопливый шепот леди Люси.

– Мне не доставляет удовольствия говорить грубости, – продолжал голос подставной леди Кассандры. – Но вы не оставляете мне выбора, поскольку вы совершенно невыносимы.

– Люси! – послышался приглушенный возглас леди Кассандры.

Дерек беззастенчиво усмехнулся.

– Давайте прекратим этот балаган, не возражаете? Леди Люси, если у вас есть, что мне сказать, грубо или нет, я предлагаю высказаться открыто.

Леди Кассандра слабо пискнула и отступила назад, в тень. На ее месте показалось дерзкое прелестное лицо леди Люси. Она перегнулась через перила и пронзила его кинжалами своих необычных глаз. Ухватившись обеими руками за балюстраду, леди Люси склонилась как можно ниже, чтобы сразиться с ним напрямую, лицом к лицу.

– Прекрасно, ваша светлость. Позвольте объясниться предельно ясно. Кэсс вам не получить. Оставьте ее в покое.

Леди Кассандра рядом с ней смущенно понурила голову, сгорая от стыда.

Дерек взглянул на леди Кассандру.

– Это правда, миледи? Вы не свободны? Когда я спросил вас вчера, вы ответили, что ни с кем не помолвлены.

– Я… нет… – с несчастным видом пробормотала она, подтягивая перчатки.

– Тогда я ничего не понимаю, – произнес он.

Леди Люси расслабила плечи и сердито посмотрела на него.

– Вам и не нужно ничего понимать. Я вам прямо говорю.

Игнорируя покрасневшее от гнева лицо леди Люси, Дерек снова перевел взгляд на Кассандру.

– Это правда, леди Кассандра?

– Да, – дрожащим голосом ответила она. – И вы немного меня пугаете, ваша светлость.

– Понимаю, леди Кассандра, – как можно мягче ответил Дерек. – Надеюсь, мне представится возможность изменить ваше мнение. Если вы узнаете меня немного лучше, возможно…

Леди Люси едва не спрыгнула с балкона. Он даже представил себе ее гибкое тело в своих объятиях. По правде говоря, от нее вполне можно было ожидать, что она набросится на него.

– Боже милостивый, неужели вы не способны принять ответ «нет»? – спросила она.

Дерек насмешливо приподнял бровь.

– Видимо, нет. Хотя я вполне могу понять нерасположение ко мне леди Кассандры, но уверен, что ее мнение насчет меня изменится, когда она узнает меня получше.

Люси, упрямо вздернув подбородок, гневно смотрела на Дерека, ее глаза вызывающе сверкали.

– Это ваши проблемы. Вы слишком самоуверенны.

Кэсс украдкой скользнула в тень.

– Уверенность помогает выигрывать сражения, – с усмешкой возразил он.

– Это не сражение, – выпалила Люси.

Он приподнял вторую бровь.

– Неужели?

Люси готова была испепелить его взглядом, ее глаза пылали яростью, ноздри гневно раздувались. Несколько восхитительных небольших локонов, выбившихся из прически, свободно струились по ее щекам.

– Я обнаружил, что зачастую самое ценное и желанное в жизни, то, чего действительно стоит добиваться, заслуживает борьбы, миледи.

Леди Люси в ярости сжала кулаки.

– Кэсс – не приз, который надо завоевывать.

Теперь она его страшно раздражала. Так кто здесь не способен принять ответ «нет»?

– Нет, она леди, наделенная даром речи и вполне способная принимать собственные решения, без вмешательства подруги, разгоняющей всех ее поклонников.

Люси задохнулась от возмущения и выпрямилась в полный рост, составлявший около пяти с половиной футов.

– Вы не понимаете, о чем говорите. Я никогда не позволила бы себе вмешиваться в дела Кэсс. Кассандра сама попросила меня помочь. – Люси стиснула зубы. Не оглядываясь на подругу, она обратилась к ней:

– Кэсс, пожалуйста, скажи его светлости, что ты попросила меня пойти с тобой.

Леди Кассандра откашлялась и произнесла тонким дрожащим голосом:

– Это правда. Я ее попросила.

– И что ты хочешь, чтобы я тебе помогала, – продолжила леди Люси.

– Да, – добавила леди Кассандра.

Дерек снова сосредоточил внимание на Кэсс.

– Я понимаю, что вы пока не знаете меня, миледи. Что я и вправду могу выглядеть… устрашающе. Но уверяю вас, я забочусь только о вашем благополучии и очень хотел бы узнать вас получше.

– Но она не хочет узнавать вас получше, – почти выкрикнула леди Люси. – Она любит другого человека.

Дерек резко вскинул голову.

– Это правда, леди Кассандра?

Даже при тусклом освещении он заметил, что лицо леди Кассандры густо покраснело.

– Д-да. – Она нерешительно кивнула.

Дерек нахмурился.

– И этот другой человек попросил вас стать его женой?

– Нет, нет. – Она яростно замотала головой.

– Но вы ожидаете, что он попросит? – спросил Дерек.

– Нет. В действительности, ваша светлость, я совсем этого не жду.

Губы Дерека растянулись в широкой улыбке.

– Ну что ж, прекрасно. Состязание – моя стихия.

Леди Люси презрительно фыркнула.

– Что с вами такое? Почему вы намерены преследовать леди, явно не проявляющую к вам интереса?

Дерек небрежно пожал плечами.

– Я только что услышал, что она не ждет предложения от другого человека. Кстати, кто он, этот глупец?

– Это не ваше дело! – выкрикнула Люси.

Эти двое столкнулись лицом к лицу, испепеляя друг друга взглядами, как Наполеон и Веллингтон. Дерек без тени удивления вынужден был признать, что получает от этого немалое удовольствие.

– Послушайте, леди Люси, я порядком устал от постоянных разговоров с вами об одном и том же. Я должен сказать только одно, и леди Кассандра тоже может это услышать… – Он отошел на два шага назад, чтобы увидеть Кэсс, но ее по-прежнему не было видно. – Леди Кассандра?

Леди Люси тоже огляделась вокруг.

– Кэсс?

Леди Люси снова обернулась к нему.

– Она ушла.

Глава 9

Люси никак не могла уснуть. Она сбросила с ног одеяло, накинула на плечи пеньюар и медленно подошла к открытому окну. Дул легкий летний ветерок. В саду за домом мирно стрекотали сверчки. Люси могла думать только об одном – ее мыслями всецело завладел Дерек Хант, герцог Кларингтон. За всю свою жизнь она никогда не встречала никого столь… столь… дерзкого и раздражающего.

Она прижала ладонь к горлу. Этот взгляд, которым он окинул Люси, когда она перегнулась через перила балкона. Люси почувствовала себя незащищенной, как будто он только что увидел ее без одежды. Таким оценивающим был дерзкий взгляд герцога. Взгляд вызывающий, испытующий и излишне проницательный, лишавший ее спокойствия. Казалось, будто герцог мог читать ее мысли и знал, что она что-то замышляет. Так, в сущности, оно и было. Хм-м. Возможно, герцог оказался более грозным противником, чем она считала.

Кто он такой, этот герцог Кларингтон? Похоже, он весьма сообразителен. Это она признавала. И, судя по всему, он прекрасно понимал, когда она насмехалась над ним, чего большинство знакомых джентльменов обычно не улавливали. О, до них доходило только тогда, когда она откровенно резала их своим языком на кусочки. Это точно. Но большинство из них не понимали, на самом деле не понимали, что ее пренебрежительное отношение объяснялось их неспособностью сравниться с ней в остроумии.

А вот герцог понимал. Похоже, он видел Люси насквозь. Знал, что она собирается сделать. По правде сказать, она не привыкла к тому, чтобы джентльмены, с которыми она встречалась, были так же сообразительны, как она. Люси глубоко вздохнула. Почему ему так легко удается вывести ее из себя? Она злилась на него, это правда, но точно так же она злилась и на себя. Куда подевался ее разум, когда этот человек обвинил ее в том, что она вмешивается в дела Кэсс?

«Вы не знаете, о чем говорите», – сбивчиво возразила Люси. Это совсем на нее не похоже. Где был ее хваленый ум? Ее язвительные слова? Они покинули ее, когда она нуждалась в них больше всего.

Люси открыла было рот, чтобы дать уничтожающий ответ. Но у нее ничего не вышло. Никогда в жизни она не была в таком гневе. Обычно, когда она произносила испепеляющие слова в адрес светских джентльменов, они бежали без оглядки и впредь уже старались держаться от нее подальше. Однако Дерека Ханта это, как видно, забавляло, и он неизменно возвращался за следующей порцией. Как тут не разозлиться?

Герцог был абсолютно и твердо убежден в собственной правоте. Он слишком уж уверен в себе. И его самонадеянность и высокомерие ничуть не извиняли то, что он был умопомрачительно красив. Почему он так настойчиво пытается ухаживать за Кэсс, когда ясно, что он совершенно ее не интересует? Конечно, Кэсс очень красива, мила, умна и обворожительна. Прекрасно. Ничего удивительного, что он решил поухаживать за ней. Она скромна и деликатна – наилучший вариант невесты. Все могло бы и в самом деле сложиться превосходно, если бы Кэсс заинтересовалась герцогом. Но Кэсс с самого детства была безнадежно влюблена в Джулиана.

Никто не знал этого лучше, чем Люси. Она провела бессчетное количество часов, выслушивая, какой Джулиан красивый, сильный и благородный. Кэсс боготворила человека, которого, возможно, никогда не получит. Это, без сомнения, было печально, но так уж сложилось. И хотя Люси не часто заговаривала об этом, чтобы не ранить чувства бедного Гарретта, каждому, кто слышал, как Кэсс говорит о Джулиане, было ясно, что она до сих пор питает слабую надежду на то, что судьба каким-то образом вмешается и позволит им быть вместе. И Люси твердо вознамерилась всемерно посодействовать тому, чтобы это случилось. Только теперь, похоже, ей предстоит схватка с герцогом Упрямство. Просто Кэсс должна громко и отчетливо сказать ему, что нет никакой надежды на то, что она передумает, как бы долго он ни дожидался. Вот и все.

Разве только…

Люси судорожно сглотнула. Что, если Кэсс действительно передумает? Этот Кларингтон красив, он герой и к тому же герцог, разве не так? И даже если мысль о Кэсс, влюбленной в этого высокомерного, самонадеянного хвастуна… Нет. Нет. Это бесполезно. Что толку обзывать его оскорбительными словами? В особенности когда его здесь нет и он все равно ничего не слышит?

Люси снова вернулась к кровати и села, подобрав под себя ноги. Они с Кэсс действительно не разговаривали об этом с того, первого, вечера. Может быть, Кэсс уже передумала? Она не выступила вперед и не сказала ему, чтобы он немедленно оставил ее в покое, разве нет? А сегодня она даже сказала Люси, что обойдется в саду без ее помощи. Неужели и вправду возможно, чтобы у Кэсс изменилось мнение относительно ее чувств к герцогу Кларингтону?

Люси сморщила нос. Почему эта мысль так встревожила ее? Люси покачала головой. Был только один способ выяснить правду. Просто спросить Кэсс. Безотлагательно узнать, в самом ли деле ее радует внимание Кларингтона. И если Кэсс скажет «да»… О, не может же она и вправду сказать «да»? Или может? Во всяком случае, если она скажет «да», тогда Люси отойдет в сторону. Полностью отойдет в сторону. И предоставит им свободно любезничать. Нет ничего проще. Она сбросила пеньюар и снова улеглась под одеяло. Теперь она точно быстро уснет, раз у нее появился такой разумный план действий.

Но часом позже она все еще вертелась в постели, то и дело взбивая подушки. Если этот план настолько простой, почему она не может уснуть?

Дерек швырнул перо на учетную книгу. Он никак не мог понять, почему не спит посреди ночи и в восьмой раз пересчитывает одну и ту же колонку цифр. Он был не в состоянии уснуть, и час назад мысль спуститься к себе в кабинет показалась ему удачной. Теперь же, однако, он осознал, что вообще не способен ничего делать. Его одолевали мысли о разочаровании, постигшем его сегодня вечером на балу. В особенности, с леди Саморазрушительницей, Люси Апплтон.

Что не так было с этой леди? Она отказывалась хоть на минуту оставить его в покое. Она появлялась, словно тень, всякий раз, когда ему предоставлялась малейшая возможность побыть с леди Кассандрой наедине. Оказывается, леди Люси поступала так из какого-то превратно истолкованного чувства дружбы. Уж относительно дружбы Дерек в конце-то концов понимал все. Не вызывало сомнений, что леди Люси считала себя ближайшей подругой леди Кассандры. Но если бы эта маленькая властная плутовка хотя бы на мгновение остановилась и хорошенько задумалась над тем, что делает, она наверняка поняла бы, что, мешая своей подруге принимать ухаживания молодого, здорового, состоятельного герцога – который, следовало признать, недурен собой, – она действует вовсе не в интересах леди Кассандры. Но леди Люси, очевидно, чертовски упряма и самоуверенна. Дерек сомневался, что она заинтересована в том, чтобы взглянуть на положение дел в другом свете. Это сводило его с ума.

Дерек даже подумывал о том, чтобы обратиться к родителям леди Кассандры и сообщить им о вмешательстве леди Люси. Наверняка граф и графиня не одобрят намерения Люси воспрепятствовать их дочери выйти замуж за герцога. Но это Дереку тоже не подходило. Уже в сотый раз он задавал себе вопрос: достоин ли он своего титула, если не в состоянии справиться с одной маленькой избалованной мисс?

Возможно, леди Кассандра и вправду влюблена в другого человека, как они сказали этим вечером. Но Дерека это совсем не беспокоило. Если у этого слюнтяя даже нет средств, чтобы ухаживать за ней, у него мало шансов ее добиться. Нет, самую серьезную угрозу для Дерека представляла леди Люси. Он встал, подошел к серванту и налил себе в бокал немного бренди.

Но что больше всего раздражало Дерека – леди Люси была слишком красива. Все было бы гораздо проще, если бы у нее было невзрачное лицо или огромная бородавка на носу. Вместо этого, едва Дерек вступал в словесный поединок с леди Люси, его одолевали мысли, не имеющие ничего общего с желанием избавиться от нее. Напротив, это были мысли о том, как они с ней обнаженные развлекаются на его широкой кровати. Это возбуждало и мешало сосредоточиться. Не говоря уже о том, что было абсолютно неуместно. Проклятие.

Дерек залпом осушил бокал. Выпил и почувствовал, как обжигающая струя бренди устремляется к животу. Точно так же, как бывало бесчисленными леденяще-холодными ночами, когда Дерек спал в палатке в стороне от поля боя. Он пережил жесточайшую войну. Кровавую бойню, забравшую жизни многих тысяч его соотечественников. Он благополучно провел через эту войну своих людей. Нет, не бывать тому, чтобы его остановила какая-то упрямая маленькая мисс. Он этого не допустит. Независимо от того насколько сильно она воспламеняет его кровь.

Если Дерек и знал что-то в совершенстве, так это военную стратегию. Когда ведешь войну, требуется узнать о своем противнике как можно больше. Прежде всего, необходимо выяснить, что с ним не так. Из-за чего леди Люси так невзлюбила его. Сейчас Дерек будет играть в игру на ее условиях, а затем повернет копья против нее. Очевидно, чтобы завоевать леди Кассандру, ему нужно нейтрализовать леди Люси.

И он точно знал, как это сделать.

Глава 10

На следующий день Люси спустилась по лестнице, чтобы встретиться с Кэсс и Джейн в гостиной. Остановившись перед дверью, она невольно услышала отрывок разговора между ее подругами.

– Пожалуйста, Джейн, ты должна помочь мне, – сказала Кэсс.

– Не думаю, что это может сработать, – ответила Джейн.

– Но я, скорее всего, не смогу сделать это одна. Я уже и так вынуждена разыгрывать из себя круглую дурочку.

Джейн довольно громко фыркнула.

– Да. Ты даже начинаешь убеждать меня.

– Я не знаю, как долго еще смогу продолжать…

Люси открыла дверь и вошла в гостиную.

– Продолжать что, Кэсс?

При звуке голоса Люси Кэсс вздрогнула и покраснела. Джейн отвела взгляд.

– Ох, Люси, это ты. – Кэсс подтянула свои перчатки.

– В чем дело? – спросила Люси. – Вы разговаривали о герцоге, верно?

– Можно сказать и так, – ответила Джейн, глядя в окно, словно самое интересное в мире происходило в этот момент на улице.

Кэсс бросила на Джейн суровый взгляд, прежде чем снова обернуться к Люси.

– Да, мы разговаривали о герцоге. Ты ни за что не догадаешься, что случилось.

Люси подошла к креслу и обняла подругу. Как обычно, Кэсс выглядела безупречно в простом дневном бледно-голубом платье и соответствующей накидке, в белой шляпке и белых лайковых перчатках.

– В чем дело, Кэсс? Что тебя так расстроило?

Кэсс прижала затянутые в перчатки ладони к своим бледным щекам, оставляя на них четкие розовые следы.

– Я не знаю, что мне делать. Правда, не знаю.

Джейн закатила глаза.

Люси села напротив Кассандры и похлопала ее по руке.

– Успокойся, Кэсс. Успокойся. Ну, что случилось?

Кэсс уронила руки на колени, прикусила губу и отвернулась к окну.

– Не может же все быть так плохо. В чем дело? – повторила Люси.

Кэсс зажмурила свои прекрасные голубые глаза и, запинаясь, торопливо произнесла:

– Мама сказала герцогу, что сегодня днем я отправлюсь с ним на прогулку в парк.

Люси отдернула руку.

– Что она сделала?

Кэсс нервно подтянула перчатки.

– Я знаю, знаю. Он явился с визитом и говорил так быстро, а мама была так очарована им и… Ох, Люси, я знаю только, что ко времени его ухода мы все согласились, что в шесть часов он заедет за мной и моим лакеем. Что мне теперь делать?

Джейн игриво взглянула на Кэсс из-под трепещущих ресниц.

– Я предлагаю сказать ему…

– Тш-ш, – произнесла Кассандра, снова бросив на Джейн недовольный взгляд. – Мне нужна помощь Люси.

Джейн насмешливо фыркнула и вытащила из ридикюля книгу.

– Ясное дело, с позволения сказать.

Люси скрестила руки на груди и, постукивая пальцами по предплечьям, обдумывала последний ход герцога. Новость ничуть не удивила ее. Этот джентльмен был полон решимости, как и леди Морланд. Но герцог воспользовался ситуацией, позаботившись о том, чтобы Люси не было рядом, когда он в следующий раз предложил Кэсс сопровождать ее куда-нибудь.

Люси невольно улыбнулась. Хм-м. Она вынуждена была признать, что он сделал ловкий ход. Успел научиться на собственном опыте? Если бы Люси или Кэсс могли предположить, что он собирается нанести еще один визит, Люси неотлучно находилась бы там, рядом со своей подругой, готовая к бою. Он ведь предостерегал ее, разве нет? А Люси ослабила бдительность, допустила небрежность в то время, как следовало быть начеку. Но теперь, когда она узнала, как коварен ее противник, она больше уже не сделает подобной ошибки.

Однако сначала следует выяснить, какие чувства испытывает Кассандра на самом деле. Люси подалась вперед, упершись ладонями в колени, и посмотрела подруге в лицо.

– Я должна задать тебе один вопрос.

Кэсс моргнула и удивленно воззрилась на нее, ее собственные колени мелко дрожали.

– Да, Люси?

Люси посмотрела ей прямо в глаза.

– Ты еще не передумала? Я имею в виду, насчет герцога.

Кэсс часто заморгала.

– Боюсь, я не совсем понимаю…

Люси взмахнула рукой.

– Я просто спросила, может, ты теперь пришла к выводу, что все же заинтересована в ухаживаниях герцога? И если так, это совершенно…

Потрясенный взгляд Кэсс, наполненный ужасом, дал Люси ясный ответ на ее вопрос.

– О нет, Люси, нет. Я никогда не знаю, что ему сказать. И он, безусловно, такой… такой…

– Властный? – подсказала Люси.

– Такой…

– Высокомерный, – добавила Люси.

– Такой…

– Ужасно самоуверенный? – Теперь Люси начала отсчитывать его отрицательные черты на пальцах. Она могла бы перечислять их весь день.

– Такой огромный! – закончила наконец Кэсс.

При этих словах Джейн снова закатила глаза. Люси сморщила нос, и с ее губ сорвался неопределенный звук, напоминающий хмыканье.

– Думаю, да. Огромный бык, на мой взгляд.

Кэсс содрогнулась, но не решилась встретиться глазами с Люси.

– Не сомневаюсь, что противники пугались, едва увидев его на поле боя. Боже, у него руки, как кувалды, грудь такая мощная, а плечи такие широкие…

Люси оттянула воротник платья. Что-то слишком жарко сегодня в гостиной. Где служанка? Не мешало бы открыть окна.

– Да, он настоящий гигант. Гигантский грубиян, если вас интересует мое мнение, – проворчала Люси.

Кэсс наклонилась вперед и схватила Люси за руку.

– Я не представляю, как тебе хватает смелости произносить некоторые вещи, которые ты ему говоришь, Люси. Как тебе это удается?

– Да, Люси, как ты это делаешь? – Джейн оперлась локтями о подлокотники кресла и опустила подбородок в ладони. Кэсс сердито посмотрела на нее.

Люси повертела рукой в воздухе.

– А я понять не могу, как ему хватает наглости говорить мне все то, что он сказал. Поверьте, я могла бы сказать ему намного больше.

– О Люси, вот за что я тебя так люблю. Ты никогда не боишься высказать то, что думаешь. – Кэсс прикусила губу. – Но что мне делать? Он ждет, что я поеду кататься с ним в парке.

Люси выпрямилась в кресле.

– Прошлым вечером герцог обвинил меня в том, что я сую нос в твои дела. Я не хочу этого делать.

– Нет. Нет. Вовсе нет. Мне нужна твоя помощь, Люси, – заверила ее Кэсс.

На этот раз Джейн отчетливо хмыкнула.

Люси согласно кивнула.

– Хорошо. Я должна была убедиться, что ты все еще хочешь моей помощи. Но теперь, когда ты подтвердила, что тебе нужно, – нет, что ты хочешь – чтобы я тебе помогла, я твердо решилась. – Герцогу Кларингтону с его самонадеянностью не подчинить себе ее нежную подругу. – Не беспокойся, Кэсс. Мы с этим справимся.

– О Люси, мне так нужна твоя помощь. – Кэсс сморщила нос. – Что мы будем делать?

Люси сложила руки на коленях.

– Я поеду с тобой. Вот и все. Тебе ведь нужна компаньонка, разве нет?

– Отличное решение, – сказала Джейн.

Кэсс не обратила внимания на Джейн.

– Но, Люси, как указал вчера герцог, ты не подходишь в компаньонки.

Люси небрежно пожала плечами.

– Это меня не остановит. И в любом случае нас будет сопровождать лакей. Твоя мать не собиралась отправиться с вами?

Кэсс поспешно затрясла головой.

– Нет. Я даже думаю, что она была бы рада отправить нас с герцогом одних. Ужасное бесстыдство.

Люси скрестила руки на груди, улыбаясь своим мыслям.

– Его светлость, похоже, не потрудился прислушаться к тому, что я говорила прошлым вечером. На этот раз я не оставлю ему выбора. Если он в этой игре рассчитывает взять надо мной верх, он не знает, с кем имеет дело.

Джейн вопросительно приподняла бровь.

– Вы обе вполне уверены, что это разумно? Сомневаюсь, что герцог будет в восторге, увидев там тебя, Люси.

Широкая улыбка расплылась по лицу Люси, как ягодный джем по бутерброду.

– Я знаю, что герцогу это не понравится. В этом-то и вся прелесть.

Глава 11

Когда Колин Хант вошел в кабинет Дерека, тот сразу заметил легкую усмешку на лице младшего брата.

– Ваша светлость, – протяжно произнес Колин и поклонился. Дерек встал, закатив глаза.

– Перестань.

– Что, думал, я не стану проявлять должного почтения к твоему новому славному титулу? – Колин рассмеялся.

Дерек в два шага преодолел расстояние между ними и хлопнул брата по плечу.

– Как мне кажется, с тем, кто обычно делил крошечную спальню со мной и еще одной персоной, мы могли бы обойтись без формальностей.

Ухмылка Колина стала шире.

– Как скажете, ваша светлость.

Дерек укоризненно покачал головой.

– Именно так.

Дерек предложил брату присесть. Колин подошел к кожаным креслам перед письменным столом и уселся. Лицо стало серьезным.

– У меня плохие новости, Дерек.

Дерек вернулся к своему месту за письменным столом. Взгляд впился в лицо брата.

– Что случилось?

– Это касается Адама.

Дерек сложил руки перед собой на письменном столе.

– Что с ним?

– Он был с ними, Дерек.

Дерек прищурил глаза.

– С ними?

– Да, на задании. На своем первом задании.

Дерек с силой ударил кулаком по письменному столу.

– Кто, к дьяволу, разрешил это?

– Очевидно, генерал Маркем решил, что это отличная идея. Полагал, что Рейф и Свифтон нуждаются в подстраховке.

– Это просто смешно.

– Не могу сказать, что я соглашался, но ты ведь знаешь, каким убедительным может быть Адам.

Да, они оба знали, каким убедительным может быть их младший брат. Адам никогда в жизни не принимал ответ «нет». Он готовился стать тайным агентом, но, по известному всем мнению Дерека, еще не был готов к тому, чтобы пройти испытания в боевых условиях. Видимо, Маркем посчитал иначе или Адам сумел убедить его в этом.

– Они все пропали. Все трое? Это так? – спросил Дерек.

– Да. Они получили приказ следить за главной базой Наполеона. С начала битвы их никто не видел. Завтра я отправляюсь на их поиски.

Дерек стиснул челюсти и кивнул.

– Не могу выразить словами, как сильно мне хочется поехать с тобой.

Колин понимающе кивнул в ответ.

– Я знаю, Дерек. Но у тебя свои обязанности.

– Проклятие. Я почти умолял Веллингтона отпустить меня.

– Думаю, он не хочет подвергать опасности всех членов нашей семьи. Ты ведь знаешь, это убило бы маму.

Дерек серьезно кивнул.

– Береги себя, Колин.

– Постараюсь. И намереваюсь привезти Адама с собой назад. Ради мамы.

– Спасибо тебе, – тихо произнес Дерек.

Колин покачал головой и сменил тему.

– К слову, о маме. Похоже, ты и в самом деле собираешься сделать ее очень счастливой. Я слышал, ты ухаживаешь за леди? В недалеком будущем тебя ожидают женитьба и дети?

Дерек невесело рассмеялся и повернулся к окнам.

– Ах да, мое ухаживание. Боюсь, оно продвигается столь же успешно, как поиски Свифтона и Рейфа.

Колин удивленно приподнял бровь.

– В самом деле? Ухаживание не самая сильная сторона вашей светлости?

Дерек бросил на брата предостерегающий взгляд.

– Не называй меня так.

Колин коротко рассмеялся.

– Я думал, что получение столь высокого титула поможет тебе привлечь невесту.

Дерек откинулся на спинку кресла и глубоко вздохнул.

– Я тоже так думал… пока не встретился с леди Люси.

– Люси? Я думал ее зовут Кассандра.

– Да, леди, за которой я ухаживаю, зовут Кассандра. А леди, доставляющую мне в связи с этим бесконечные неприятности, зовут Люси.

Колин оттопырил языком щеку.

– Люси, э-э? Берегитесь, ваша светлость. Похоже, эти неприятности доставляют вам удовольствие.

Глава 12

Люси сидела особняком в дальнем углу коляски, как докучливая старая дева, сопровождающая юную леди в майский праздник. Всякий раз, когда коляску встряхивало на бугристой дорожке, тянущейся через Гайд-парк, Люси прижимало к стенке, и она сочувственно улыбалась лакею, стоявшему на запятках. Кэсс дала подруге строгие наставления:

– Пожалуйста, не говори ничего слишком грубого. На этот раз я попытаюсь сама прояснить свои намерения. – Кэсс завершила свои слова решительным кивком.

– Я постараюсь, правда. Постараюсь изо всех сил. И совершенно уверена, что ты сама способна справиться с герцогом, – заверила Люси свою подругу.

– Наверное, будет лучше, если ты вообще не станешь ничего говорить. – Кэсс прикусила губу. – Если он пригласит меня еще куда-нибудь, я проявлю твердость.

– Договорились. – Люси согласно кивнула.

Кэсс радостно улыбнулась и крепко обняла ее.

– Ох, Люси, что бы я без тебя делала?

– Вероятно, кончила бы тем, что вышла замуж за герцога.

Они обе рассмеялись, но с прибытием герцога их смех резко оборвался. Он, прекрасный как обычно, вошел в гостиную и ухитрился удержать на лице улыбку, даже когда Кэсс заявила: «Я буду чувствовать себя намного лучше, если Люси поедет с нами».

Со своей стороны Люси сумела сохранить абсолютно невинное выражение лица. Герцог принял заявление Кэсс со всей любезностью, на которую был способен. «Как пожелаете», – ответил он.

Люси и герцог обменялись притворными улыбками, и Люси заняла свое место на заднем сидении коляски. Грум запрыгнул на запятки, и они тронулись с места, прежде чем Люси успела завязать бантом широкие ленты своей шляпки под подбородком.

Пока экипаж трясся по грязной дороге к парку, герцог и Кэсс мирно беседовали о погоде, о светском сезоне, о свежих новостях в обществе и последних развлечениях в Воксхолл-Гарденз. Люси все время держала рот на замке, совершенно не интересуясь разговором, пока речь не зашла о войне.

– Вы потеряли в сражениях многих друзей? – неуверенно спросила Кэсс герцога, коляска в это время въезжала в Гайд-парк через величественные железные ворота. Люси, сидевшая позади, тут же повернула голову, чтобы лучше слышать.

– Да, – кивнув, ответил герцог. – Потерял. Слишком многих.

– Джентльмен, которого я… который мне небезразличен. Он тоже был там, – призналась Кэсс.

У Люси сжалось сердце от сочувствия к подруге.

– Сожалею, – отозвался герцог. – Он благополучно вернулся домой?

Кэсс покачала головой.

– Еще нет. Я не получала от него вестей. Ожидаю со дня на день.

– Война – отвратительная штука, – мрачно сказал герцог.

Люси нахмурила лоб, обдумывая его ответ. Конечно, она всегда считала, что война отвратительна, но чтобы бывалый солдат, генерал-лейтенант, думал так же? Она всегда полагала, что военные получают удовольствие от сражений. Даже с нетерпением ждут их. Разве битвы не предоставляют им шанс проявить доблесть, победить и обрести славу и почести?

– Война – необходимое зло для защиты своей страны, – добавил герцог. – Но я терпеть не могу войну.

Люси склонила голову набок. Удивительно, что он говорит такое.

– Я ненавижу войну, – сказала Кэсс с такой страстью, какую Люси еще не доводилось наблюдать. – Она так много лет держала моего друга вдали от меня.

– Она многих из нас держала вдали от родных, леди Кассандра, – тихо ответил герцог. – Я рад, что она окончилась.

Кэсс согласно кивнула.

– Скажите, почему вы считаете, что ваш друг не сделает вам предложения, когда вернется? – спросил герцог.

Кэсс понурила голову.

– Не сделает. Он… он не может.

– Он женат?

– Что-то вроде этого.

– Безответная любовь мучительна, – сказал он.

Люси вскинула голову. Безответная любовь? Герцог рассуждает о безответной любви? Вот уж не знала, что он способен на такие деликатные чувства.

– Что вы знаете о безответной любви? – Слова сорвались с губ Люси, прежде чем она успела их остановить.

– Люси! – с упреком воскликнула Кэсс.

Герцог повернул голову к Люси.

– Ничего. Все в порядке, леди Кассандра. Откровенно говоря, я был удивлен, что леди Люси так долго хранила молчание.

Люси сердито смотрела на него.

– Ну так что?

– Любовь, как я понял, запутанное и малоприятное явление. Брак совсем другое дело, – промолвил он.

– Высказывание, достойное поэта, – огрызнулась Люси.

– Люси, пожалуйста, – попросила Кэсс.

Герцог, приподняв бровь, взглянул на Люси:

– Что-то подсказывает мне, что поэта в вашем обществе ожидала бы быстрая расправа, миледи.

Люси прищурила глаза.

– И что бы это могло значить?

– Это значит, что любой джентльмен, не согласный терпеть ваши оскорбительные нападки, быстро исчезает, верно? Подозреваю, что в этом-то и кроется причина вашей неприязни ко мне. Я не сбегаю прочь от малейшей колкости с вашей стороны.

Люси вцепилась в складки своей юбки. Как ему удавалось так легко проникнуть в самую суть вещей? Как будто он видел Люси насквозь. Ну, разве не правда, что он так сильно не нравился ей именно потому, что отказывался отступиться? Люси прикусила язык. Что толку осыпать его ядовитыми стрелами, если он все равно отразит их, обратив против нее? Ну почему, почему он так сводит ее с ума?

– Возможно, вам следовало бы сбежать.

– Похоже, вам много известно о сердечных делах, миледи, – сказал он. – А как насчет войны? Вы знали кого-нибудь, кто не вернулся?

Люси отпрянула, словно он ее ударил. Он спрашивал, пришлось ли ей страдать в своей жизни. Повидать горя. Потерять того, кого любила.

– Да, я кое-кого потеряла. Очень мне дорогого.

На лице герцога отразилось смешанное чувство удивления и участия.

– Джентльмена?

Люси отвела взгляд.

– Да.

Остаток поездки прошел в молчании. Когда коляска наконец остановилась перед особняком родителей Кэсс, герцог спрыгнул на землю и помог спуститься Кэсс, предоставив лакею помочь Люси.

– Смогу я увидеться с вами завтра вечером на приеме у Хаверти, леди Кассандра? – спросил герцог.

Кэсс кивнула.

– Да, я там буду. Но…

Вот он, долгожданный момент. Кэсс скажет герцогу, что больше не желает его видеть. И если это случится, и он наконец-то смирится с ответом «нет», тогда…

Самоуверенность и заносчивость герцога заставляли Люси желать большего, искать возможности еще раз поставить его на место. Она протиснулась мимо него и увлекла Кэсс за собой в дом.

– Мы непременно увидимся там, ваша светлость.

– Жду с нетерпением, – ответил герцог.

– Держу пари, что ждете.

– Вам не удастся отпугнуть меня своим острым язычком, миледи, – сказал он.

– Посмотрим, ваша светлость, – ответила Люси.

Она почти подошла к двери, когда позади раздался звучный, уверенный голос герцога.

– Похоже, вы бросаете мне вызов.

Люси даже не оглянулась.

– О, ваша светлость, если бы я бросила вам вызов, вы бы об этом узнали.

– Прекрасно, – сказал он. – Раз уж речь зашла об острых язычках и вызовах, я хочу предложить вам одно пари, леди Люси.

Она застыла, замерев на месте, как статуя. Затем медленно повернулась к нему лицом и, прищурив глаза, склонила голову набок.

– Что? Пари?

– Да, – ответил он с широкой улыбкой на лице.

– Пари? – ахнула Кэсс.

– Что еще за пари? – спросила Люси. Она вынуждена была признать, что заинтригована. Сильно заинтригована, по правде говоря.

– Я вызываю вас на словесный поединок. Завтра вечером на приеме у Хаверти.

– Словесный поединок? – Люси усмехнулась. – Вы вызываете меня?

Кэсс подняла кверху палец.

– Хм-м, ваша светлость, я не уверена, правильно ли вы понимаете…

Герцог отмахнулся от предостережения.

– О, отлично понимаю. Леди Люси известна своим мастерским обращением со словами. Верно?

Кэсс согласно кивнула.

– А я намерен ее посрамить. – Он усмехнулся.

Люси приподняла юбки и вошла в дом, не позволив герцогу увидеть легкую улыбку, мелькнувшую на ее губах. Целая вечность прошла с тех пор, как кто-то пытался состязаться с ней.

– Лучше бы вам сегодня хорошенько выспаться, ваша светлость. Вам понадобится ясная голова.

Глава 13

– Последние двадцать четыре часа книга регистрации пари в «Уайтс» не знала отдыха, – сказал Гарретт и хлопнул перчатками по колену, следующим вечером вместе с тремя подругами направляясь в своей карете на прием к Хаверти. – Все в городе строят предположения относительно вашего пари с герцогом.

Люси мгновенно выпрямилась и, расправив плечи, воззрилась на кузена.

– Во-первых, каким образом все в городе могли узнать об этом? А во-вторых, что-то не припомню, чтобы ты был членом клуба «Уайтс».

Гарретт рассмеялся.

– Разумеется, я не член этого клуба. Но все в «Брукс» тоже только и говорили об этом. Ты не поверишь, как высоки некоторые ставки.

– Ты не ответил на первый вопрос, – напомнила Люси.

Гарретт небрежно пожал плечами.

– Ну ладно, может, мельком я упомянул об этом в беседе с несколькими джентльменами.

– Беспутный игрок, – пробормотала Джейн, оторвавшись от книги и глядя поверх нее на Гарретта. – И любопытно, как высоки ставки?

Гарретт присвистнул.

– Достаточно высоки, чтобы купить новую карету. И я не стану придавать значение тому, что вы назвали меня беспутным.

Джейн самодовольно ухмыльнулась.

Кэсс в волнении заломила руки.

– Я думаю, это ужасно. Просто ужасно.

Люси подалась вперед и похлопала Кэсс по коленке.

– Не тревожься. Я уверена, что победа будет за мной.

– Я это знаю, Люси. Только беспокоюсь, что это повредит твоей репутации и… Словесное состязание с герцогом, и особенно с герцогом Кларингтоном, никоим образом не улучшит мнение о тебе в свете. Я уверена в этом.

– На мой взгляд, значение репутации слишком переоценивают, – сказала из-за книги Джейн.

Гарретт высоко поднял брови.

– В самом деле? – с сарказмом спросил он.

Джейн чуть опустила книгу и взглянула поверх нее на собеседника.

– Да. Вас удивляет, что я так думаю, Апплтон?

Гарретт небрежно пожал плечами.

– Нет. Не особенно. Возможно, меня удивило только то, что вы это признаете.

– Я – «синий чулок», Апплтон. Если уж мне плевать на собственную репутацию, то еще меньше меня заботят такие вещи, как ленты для волос и наряды.

Он с невинным видом заморгал глазами.

– «Синие чулки» не пользуются лентами для волос, мисс Лаундз?

Джейн снова уткнулась в книгу, спрятав за ней лицо.

– Мы пользуемся ими, Апплтон. Просто не волнуемся из-за них.

– Я в самом деле серьезно беспокоюсь за Люси, – продолжила Кэсс, прерывая их.

Джейн снова опустила книгу.

– А я ничуть не волнуюсь. Я с нетерпением жду этого, правда. Представляю себе заголовок в завтрашней «Таймс»: «Леди Люси сокрушает Кларингтона».

Люси задорно вздернула подбородок и улыбнулась.

– Спасибо за несокрушимую веру в меня, Джейн.

– А прежде всего я хочу сегодня вечером получить место в первом ряду, – с лукавой улыбкой добавила Джейн.

Кэсс взмахнула рукой.

– Я очень волнуюсь. Что, если заголовок будет гласить: «Герцог Кларингтон выиграл еще одну битву»?

– Вы в самом деле думаете, что наша Люси позволит ему победить? – спросил Гарретт.

– Спасибо, Гарретт, – откликнулась Люси.

– Я просто думаю, что герцог очень умен и повидал много всего в мире, – ответила Кэсс. – Мне бы не хотелось, чтобы тебя подвергли унижению, Люси.

Люси пристально посмотрела на подругу.

– Не беспокойся, Кэсс. Со мной все будет в порядке. Поверь в меня хоть немного. – Сказать по правде, прошлой ночью Люси и саму одолели сомнения. Прилюдно вступить с герцогом в перепалку? Ну что ж, она не была бы человеческим существом, если бы не испытывала минутных сомнений, разве не так? Допускал ли надменный герцог хоть на миг, что может проиграть? Однако Люси быстро избавилась от тревожных мыслей.

Она отнюдь не блистала талантами. Такие полезные умения, как искусство очаровывать людей, танцевать, играть на фортепиано, были ей неподвластны. Но рвать людей на клочки своим языком? Это был дар, которым судьба сочла за благо наградить ее, и Люси никогда в этом не сомневалась. Ну, может, один-единственный раз прошлой ночью, и то всего на минутку. Но в конце концов Люси обрела уверенность, что победит. Должна победить.

Когда она с друзьями вошла в бальный зал, в помещении явственно ощущалась напряженность. Как будто сотни глаз мгновенно повернулись и уставились на вошедших.

– Интересно, герцог уже здесь? – прошептала Кэсс.

Ответ на этот вопрос незамедлительно пришел от хозяйки вечера, леди Хаверти. Эта дама сразу устремилась к ним с хитрой улыбкой на лице.

– Леди Люси, очень рада видеть вас. Герцог Кларингтон скоро должен прибыть.

Люси с облегчением вздохнула. Но почему эта небольшая отсрочка немного успокоила ее?

– Сердечно благодарю вас за любезное приглашение, – ответила Люси. Ее друзья тоже тепло поприветствовали хозяйку дома.

– Мне очень приятно, – сказала леди Хаверти. У Люси создалось впечатление, что хозяйка бесконечно рада тому, что именно у нее в доме произойдет событие, о котором больше всего будут говорить на званых обедах в этом сезоне.

– Да, ну что ж, обязательно сообщите, когда прибудет герцог, – сказала Люси самым небрежным тоном.

Ей не пришлось долго ждать. Казалось, всего несколько минут спустя легкая суета возле двери заставила всех обратить взоры в ту сторону, и дворецкий звучно объявил имя герцога Кларингтона.

– Вот оно, – пробормотал себе под нос Гарретт, устремив на Люси предостерегающий взгляд вместе с ободряющей улыбкой.

Люси небрежно пожала плечами.

– Я совершенно готова, когда бы он ни появился.

В течение следующих нескольких минут шумная толпа гостей вытеснила их двоих на середину бального зала, и Люси взглянула прямо в красивое мужественное лицо герцога Кларингтона.

Она сделала глубокий реверанс.

– Ваша светлость.

– Миледи. – Герцог поклонился и коснулся губами костяшек ее затянутых в перчатку пальцев. Она вздрогнула. Неправда. Она отдернула руку, словно ее обожгло.

Гости быстро окружили их плотной толпой.

– Похоже, мы собрали достаточно зрителей, – сказал герцог, сунув руки в карманы и обойдя Люси. – Что мы собираемся обсуждать? – Он вызывающе выгнул бровь.

Люси одарила его своей лучшей притворной улыбкой.

– Вы так умны, ваша светлость. Я полностью полагаюсь на ваш опыт в выборе темы.

Он настороженно посмотрел на соперницу.

– Сарказм вам к лицу, миледи.

– Мне это уже говорили. – Она ухмыльнулась.

– Почему бы нам сначала не потанцевать и не обдумать это? – предложил он.

Она едва не фыркнула.

– Танцевать с вами? Нет. Благодарю.

Он вздернул бровь.

– Ох, ну а это поистине удивительно.

Люси смерила его высокомерным взглядом.

– Что?

– Помилуйте, с вашей репутацией искусного игрока словами, я думал, вы ответите джентльмену, с которым не желаете танцевать, что-нибудь гораздо более остроумное, чем просто «Нет. Благодарю вас».

Герцог насмехался над ней. Ее лицо запылало. Наверняка у нее покраснели уши.

– Думаете, вы сумели бы ответить лучше?

Он с дьявольской улыбкой на твердо очерченных губах наклонил голову в знак подтверждения.

– Я знаю, что сумел бы.

Люси, сердито глядя на него, скрестила руки на груди.

Он усмехнулся и повысил голос, так чтобы публика могла его услышать.

– Значит, это и будет предметом пари. Я могу предложить множество более оригинальных способов отказаться от танца, чем «Нет, благодарю вас».

– Сколько? – спросила Люси, пытаясь подавить бурные эмоции, вспыхнувшие внутри.

Герцог обернулся и обратился к аудитории:

– Есть у кого-нибудь колода карт?

– У меня! – откликнулась леди Хаверти и приказала лакею побыстрее принести карты.

Ждать пришлось недолго. Лакей поспешно вернулся с картами, в то время как все, находившиеся в бальном зале, сгрудились вокруг их маленького анклава. Тем временем Кэсс и Джейн, ободряюще улыбнувшись Люси, смешались с толпой.

Герцог взял у лакея карты и торжественно протянул их Люси.

– Миледи, достаньте одну, пожалуйста.

– Для чего? – спросила Люси, героически пытаясь сдержать поднимающуюся панику в голосе. Что он затеял?

– Какую бы карту вы ни вытянули, это и будет число ответов, которые я придумаю.

Люси выгнула бровь.

– А что, если я вытяну короля?

– Двадцать, – не задумываясь, ответил герцог, как будто ему постоянно приходилось заниматься подобными вещами.

Люси настороженно посмотрела на него, но протянула руку и вытащила карту из середины. Затем перевернула ее.

– Король червей, – с улыбкой удовлетворения объявила Люси.

Над толпой пронеслось приглушенное «о-ох».

– Вы ведь не удовольствуетесь лучшими двумя из трех, верно? – с беспечной улыбкой спросил он.

Люси, улыбнувшись в ответ, отрицательно покачала головой.

– По мне, двадцать звучит превосходно.

Он весело подмигнул.

– Почему я знал, что вы так и скажете?

Люси пожала плечами.

– Счастливая догадка?

– Ну хорошо, – согласился он. – Я придумаю двадцать более удачных способов отказать джентльмену в танце, чем ваше «Нет, благодарю вас».

Люси топнула ногой по паркету. У нее не было выбора. Герцог бросил ей вызов, и она обязана довести дело до конца. Как мудро, однако, с его стороны, не дать ей воспользоваться языком. В самом деле очень мудро.

– Хорошо. Я согласна. Давайте послушаем их.

– Ах подождите. Сначала нам нужно решить, какова будет расплата? – спросил герцог, небрежно поддернув манжету цвета слоновой кости.

Люси удивленно изогнула бровь.

– Расплата?

– Да. Что получит победитель?

Люси сморщила нос, затем сделала шаг вперед и прошептала так, чтобы остальные ее не услышали:

– Если я выиграю, вы согласитесь оставить Кэсс в покое.

Герцог, похоже, обдумывал это в течение нескольких секунд.

– Согласен, – прошептал он в ответ. – И только потому, что знаю: победа за мной.

– И что вы рассчитываете выиграть? – спросила она.

Он снова поклонился.

– Ну столь желанный танец с вами, миледи. – Это он произнес достаточно громко, чтобы было слышно остальным.

Люси пришлось приложить усилие, чтобы не позволить открыть от удивления рот. Можно подумать, этот повеса действительно хочет потанцевать с ней. Это, конечно, было смешно, но не таило и тени угрозы. Люси была полна решимости выиграть.

– Хорошо, ваша светлость. Давайте покончим с этим, согласны?

Толпа, казалось, подалась вперед, с нетерпением ожидая представления.

– Это, пожалуй, лучше, чем театр, – услышала Люси слова Джейн, донесшиеся откуда-то из толпы.

– Кажется, вы уверены, что я проиграю, леди Люси? – сказал герцог.

– Я в этом совершенно уверена, ваша светлость. – Люси не смогла сдержать легкую дрожь, пронзившую ее в предвкушении состязания. Боже, прошла уже целая вечность с тех пор, как кто-то приглашал ее танцевать. И еще больше времени с тех пор, как кто-то бросал ей вызов. Действительно бросал вызов. Она привыкла крошить предполагаемых ухажеров на кусочки и продолжать заниматься собственными делами. Но герцог – о, не то чтобы он был ее поклонником, нет, он ухаживал за Кэсс – но, по крайней мере, он бросил вызов. Не понурил голову и не ускользнул прочь, как раненое животное. О да, Люси с нетерпением ждала этого состязания. Со слишком большим нетерпением, по правде сказать.

Герцог сложил руки за спиной и принялся мерить шагами свободное пространство.

– Я начну с самого очевидного. «Танец с джентльменом вашего обаяния, милорд, может довести меня до обморока».

Люси закатила глаза.

– «Я не могу с чистой совестью принять ваше предложение, когда здесь так много других леди с танцевальными карточками, просто умоляющими, чтобы их заполнил кто-нибудь столь же выдающийся, как вы».

По ее губам скользнула легкая усмешка. Он обошел вокруг нее.

– «Было бы невежливо с моей стороны танцевать с вами, зная, что мое исключительное искусство только выставит вас далеко не в лучшем свете».

– Вот это мне нравится, – признала Люси.

– «Не смею оказаться столь бесцеремонной, чтобы сопровождать вашу светлость на танцевальную площадку, сознавая, что цвет моего платья не сочетается с вашим стильным вечерним нарядом».

– Нелепость, – сказала Люси, делая вид, что изучает свои туфли.

– «Прошу прощения, милорд, но горничная слишком туго затянула мой корсет, и мне сложно двигаться».

– А это просто глупо, – заметила она. – Кроме того, держу пари, вам уже приходилось выслушивать все это и даже больше.

– Кое-что, – с усмешкой признал он.

– Признаюсь, я разочарована, – сказала Люси. – Я думала, у вас более богатое воображение, ваша светлость.

Толпа внимательно наблюдала за ней, но, вместо того чтобы почувствовать смущение или робость, Люси обнаружила, что упивается всеобщим вниманием. Прошла целая вечность с тех пор, как кто-нибудь в свете вообще замечал ее. И вот, пожалуйста, блестящий герцог Кларингтон вызывает Люси на словесный поединок. Похоже, это значительно поднимет ее репутацию, а не загубит, как опасалась Кэсс. Все взгляды со смешанным выражением благоговейного трепета и зависти были устремлены на Люси.

– Я еще не закончил, – продолжал герцог. – «Простите, милорд, но я не могу танцевать с вами, мне нужно привести в порядок мой парик».

Люси насмешливо фыркнула.

– Я не ношу парик.

– Это не важно, – с усмешкой сказал герцог. – Где я остановился?

– Номер шесть, – услужливо отозвался кто-то из толпы.

– Совершенно верно. Давайте посмотрим. Политика. «Извините, милорд, но я вынуждена отказать вам, поскольку поклялась не танцевать до тех пор, пока не будет аннулирован Закон об импорте».

– Если бы, – усмехнулась Люси.

Герцог продолжал, не переводя дыхания.

– «Простите, милорд, но у меня нет времени, я должна тайком пробраться на корабль, отправляющийся сегодня ночью в Америку».

– А это вообще не имеет никакого смысла. – Однако Люси не смогла сдержаться и улыбнулась.

– Да, но это забавно, разве нет? – с плутоватой усмешкой сказал он.

Толпа одобрительно зашумела. Люси пожала плечами.

– «Пребывание в столь тесной близости с джентльменом ваших высоких достоинств, похоже, так сильно волнует меня, что я буду постоянно наступать вам на ноги», – предложил он.

– Это вряд ли. – Люси презрительно фыркнула.

– «Если я соглашусь с вами потанцевать, милорд, то рискую лишиться почетного места главы сообщества “желтофиолей”, отсиживающихся у стенки».

Внезапно из толпы материализовалась Джейн с поднятым вверх пальцем.

– Чтобы быть точным, ваша светлость, в данный момент я являюсь держателем почетной должности главы упомянутого сообщества.

– Своевременное замечание, – с усмешкой сказал герцог.

Люси покачала головой, глядя на подругу, и Джейн, кивнув, снова растворилась в толпе.

Герцог теперь откровенно играл на публику, широко улыбался и явно веселился.

– «Я скорее стала бы стрелять в Наполеона, чем танцевать с вами».

Люси склонила голову набок.

– Я неплохо стреляю.

– «Я не могу танцевать, потому что должна поискать мою нюхательную соль».

Люси устремила на него сердитый взгляд.

– Маловероятно.

– «Скорее я стану питаться армейским пайком», – добавил герцог. А затем: – «Скорее я куплю тюрбан».

– Тюрбан? – Люси посмотрела на него с недоверием.

– «Здесь слишком жарко, чтобы танцевать», – продолжал он.

– Только это одно и соответствует действительности, – со вздохом откликнулась она.

Он потянул за лацканы своего сюртука.

– «Танцы противоречат моим моральным принципам».

На это Люси захихикала.

– «Ах, я бы потанцевала с вами, но не хочу, чтобы вы выглядели нелепо».

– Слишком похоже на один из прежних ответов, – фыркнула Люси.

– Это был номер восемнадцать, – выкрикнул кто-то из толпы. Люси готова была поклясться, что это сказал Гарретт.

Она с вызовом взглянула на герцога.

– Осталось всего два. Ну как, ваша светлость, хватит у вас изобретательности?

Он поправил свой и без того безукоризненный галстук.

– «Мне не хочется отбиваться от толпы других леди, сегодня вечером состязающихся за танец с вами».

– Номер девятнадцать! – выкрикнули в толпе.

Люси сделала глубокий вдох. Еще один. Всего лишь один. Герцог собирается сделать это. Он собирается победить. А это означает… что ей придется танцевать с ним.

Герцог откашлялся, прочищая горло.

– Напоследок я приберег самое лучшее. – Он одарил ее лукавой улыбкой. – «Боюсь, милорд, что если я потанцую с вами, то буду совершенно очарована, и это кончится тем, что я безнадежно и безумно влюблюсь в вас».

– Номер двадцать, – выкрикнул кто-то. Раздались приветственные возгласы, но разом смолкли. В зале воцарилась напряженность. Люси затаила дыхание. Все внимательно наблюдали за ней. Боже милостивый, этот несносный герцог добился своего. Он придумал двадцать ответов, лучших, чем ее простое «Нет, благодарю вас». Он посрамил ее. Она должна была бы смутиться. Чувствовать себя униженной. Вместо этого она думала только о том, что обещала ему танец.

Герцог выжидал. Он прошел к краю открытого пространства, затем вернулся назад. С лукавой усмешкой взглянул на Люси.

– У меня есть еще один. Дополнительный ответ, если угодно. Взамен сомнительного номера восемнадцать.

В толпе раздались новые возгласы. Люси пристально посмотрела на него.

– Еще один?

– Да, – ответил он.

– Жду с нетерпением. – Она постаралась выглядеть скучающей и очень надеялась, что ее голос не дрожал.

Герцог кашлянул.

– «Ах, ваша светлость, я буду рада стать вашей партнершей в следующем танце».

Она скрыла улыбку за перчаткой.

– Вам не кажется, что это несоизмеримо лучше, чем «Нет, благодарю вас»? – спросил он. – По-моему, да.

Толпа снова разразилась приветственными возгласами.

Люси вскинула голову и судорожно сглотнула. Она должна отдать ему долг. Он победил. Словно по сигналу, зазвучал вальс.

Герцог подошел к Люси и предложил ей руку.

– Миледи, полагаю, вы задолжали мне этот танец.

Глава 14

Люси попыталась успокоить взбунтовавшиеся нервы, вызвавшие странные завихрения в животе в тот самый момент, как герцог предложил ей руку. Пусть не говорят, что она всего лишь великая неудачница. Она присела в реверансе и положила затянутую в перчатку ладонь на его руку.

Толпа рассосалась, когда остальные, объединившись в пары, приготовились к вальсу. Но стойкий гул шепота по-прежнему наполнял зал, и Люси не сомневалась, что все говорили о них. Ей следовало бы чувствовать некоторого рода гнев или возмущение, но надо быть честной. «Нет, благодарю вас» – далеко не лучшее произведение ее ума. Герцог заметил благоприятную возможность и воспользовался ею. Блестяще выполнено с его стороны. В самом деле.

Может он и выиграл, но танец с ним не доставил ей удовольствия. Когда она хорошенько все обдумала, вальс оказался далеко не худшим из последствий ее проигрыша. Нет, Люси больше всего расстраивало то обстоятельство, что раз герцог не потерпел неудачу, значит, не прекратит добиваться Кэсс. Но даже не переставая твердить себе это, Люси понимала, что причина ее разочарования кроется совсем в другом. У нее теплилась робкая надежда, что он перестанет ухаживать за Кэсс. Это пари было проиграно прежде, чем началось. Люси убеждала себя, будто на самом деле надеялась, что он выставит себя дураком. Но правда состояла в том, что истинной причиной ее разочарования была уверенность, что герцог все равно будет добиваться Кэсс. Может, он и танцует в данный момент с Люси, – а он превосходный танцор, – но рано или поздно снова окажется рядом с Кассандрой. Почему эта мысль повергла Люси в такое уныние?

– Вы сердитесь, – сказал герцог, кружа ее.

Краем глаза Люси заметила Гарретта, Джейн и Кэсс, наблюдавших за ними.

– Нет. – Она покачала головой. – Совсем не сержусь, правда.

– Почему вы меня не убедили? – сказал в ответ герцог.

Люси пожала плечами.

– Вы выиграли. Я проиграла. Все просто.

Его ухмылка была явно дьявольской.

– Вы сожалеете, что пришлось танцевать со мной?

При этих словах Люси улыбнулась.

– С неохотой вынуждена признать, что вы искусный танцор, ваша светлость.

Он рассмеялся.

– Это вас удивляет?

Она поджала губы.

– Я больше представляла вас умелым солдатом.

– Уверяю вас, на поле битвы я сильнее, чем в бальном зале.

– Тогда на поле битвы вы, должно быть, просто великолепны. – О-ох, не следовало этого говорить. Щеки Люси запылали.

Он взглянул на нее из-под полуопущенных ресниц.

– Вы очень красивы, когда краснеете.

Она покачала головой и отвела взгляд.

– Я немного забылась. Мне не следовало подпитывать вашу легендарную самонадеянность своими комплиментами.

Герцог сжал ладони Люси, и по ее телу пробежала легкая дрожь.

– Думаю, я могу принять несколько комплиментов.

Люси невольно рассмеялась. Как, неужели он пытается очаровать ее? Если бы она не понимала что к чему, то так бы и подумала. Прошла уже целая сотня лет с тех пор, как кто-нибудь, кроме старых друзей отца, жалевших Люси, но страдавших подагрой, приглашал мисс Апплтон танцевать. Ну ладно, старые друзья ее отца или Гарретт. В любом случае, это были танцы из сострадания. Но кружиться в объятиях этого красивого лихого партнера, чувствовать себя привлекательной, как будто за ней действительно ухаживают… О, это было уже слишком. Это заставляло ее тосковать о том, что, разумеется, было не для нее. И за ней вовсе не ухаживали. Нет. Следовало помнить об этом. Герцог – поклонник Кэсс, хотела она того или нет. Люси должна это помнить. Должна. Она, Джейн и Кэсс договорились. Сначала они помогут Кэсс отделаться от герцога, затем сосредоточатся на том, чтобы убедить мать Джейн оставить дочь в покое и не мешать ей оставаться «синим чулком», а уже после этого они займутся поисками мужа для Люси. Не любви, конечно, а мужа. Доброго человека, который не станет бояться ее и будет достойно с ней обращаться. Наверняка найти такого будет нетрудно. Кэсс ей поможет. Кэсс превосходно умеет очаровывать людей.

И к слову о Кэсс, Люси лучше бы попытаться убедить герцога в тщетности его стараний на ее счет… в очередной раз. Это было бы более продуктивным использованием времени, чем погружение в бесполезные фантазии.

Люси глубоко вздохнула.

– Я знаю, что проиграла пари. Но должна вам сказать, я думаю, вам действительно следует прислушаться ко мне, когда я говорю, что, ухаживая за Кэсс, вы напрасно теряете время.

Он покачал головой. Сияние его глаз слегка померкло.

– Люси, этого не случится.

То, что он назвал ее по имени, заставило Люси резко втянуть в себя воздух.

– Не думаю, что вы понимаете, как она предана джентльмену, которого любит.

– Джентльмену, который отказывается сделать ей предложение?

– Все гораздо сложнее.

– Несомненно. Но дело в том, что я дал обещание, и я…

Люси покачала головой.

– Обещание? О чем вы говорите?

– Это не имеет значения. Я принял решение. А когда принимаю решение, я его не меняю. Иначе меня не назвали бы Решительным герцогом.

Люси захотелось вырваться из его рук. Вот она снова, его безумная самоуверенность.

– Мы сейчас говорим о жизни леди. Не о действиях на поле боя.

– Я отлично знаю, о чем мы говорим. Это касается и моей жизни. Если бы леди Кассандра сказала мне, что обручена с другим или даже что собирается обручиться, я был бы более склонен прекратить ухаживание за ней. Но она сама сказала, и не один раз, что это не тот случай.

Люси скрипнула зубами.

– Но она надеется обручиться. Она всей душой желает этого.

– Желания и надежды очень сильно отличаются от реальности, – просто сказал он.

Люси перестала танцевать. Она выдернула ладони из его захвата.

– Думаете, я этого не знаю? – Затем она резко повернулась и в вихре взметнувшихся зеленых юбок стремительно удалилась.

Дерек смотрел, как она уходит. Он допускал, что заслужил быть покинутым на танцевальной площадке, после того как выиграл пари и посрамил ее перед всеми присутствующими в бальном зале. Он действительно был удивлен, что она не выглядела разгневанной в начале их танца. Казалось, она восхищается его маленьким представлением. Без сомнения, она считала, что только смельчак мог бросить ей вызов. Этим вечером она была совсем другой. Словно что-то изменилось между ними. Действительно, если бы он не знал лучше, он мог бы поклясться, что прямо перед ее уходом видел слезы в ее глазах.

Боже, Люси Апплтон была загадкой. Он нехотя вынужден был признать, что несказанно удивился, когда после проигрыша она не обиделась и не рассердилась. Она приняла свое поражение довольно легко. Почему он ожидал от нее меньшего? Она была достойным противником, леди Люси. Из тех, кто держится с достоинством, если проигрывает честно. Он не мог не восхищаться этим ее качеством.

«Вы победили. Я проиграла. Все просто». Она сказала это так сухо, без малейшей попытки вызвать сочувствие, без капли жалости к себе. Это ему в ней понравилось. Очень понравилось.

Танцевать с Люси, разговаривать с ней, даже спорить было огромным удовольствием. Самым огромным с тех пор, как он вернулся в Лондон. Она была интересной и вызывающей. Если быть честным, он с нетерпением ждал возможности провести время в ее обществе. Но это не отменяло того факта, что он намеревался жениться на леди Кассандре. Он прожил свою жизнь, с первого раза принимая правильные решения. И не собирался подвергать сомнению свое намерение жениться. Правда, его радость от разговора с леди Люси несколько омрачилась, когда она изменила тему и заговорила о леди Кассандре. Кассандра – это совершенно другой вопрос. Это все равно, что рассматривать чьи-то действия на поле боя в зависимости от размера его земельных владений. Это, по меньшей мере, бессмысленно, если не сказать больше.

Похоже, Люси твердо намерена убедить его, что леди Кассандра влюблена в другого человека. Дерек это понял. И его это не беспокоило. Кем бы ни был тот парень, он либо не мог, либо не хотел делать Кассандре предложение. И тем лучше для Дерека. Женитьба, как и любые другие важные решения в жизни, будет удачной, если руководствоваться фактами и разумной головой. Любовь только все усложняет. Кассандра, может, и верила, что влюблена в этого джентльмена. Но тот явно не был подходящим партнером для брака. И если Кассандра после женитьбы исполнит свой долг и подарит Дереку законного сына, Кларингтон не будет слишком беспокоиться о том, кого она выберет, чтобы проводить время. Если, конечно, она будет соблюдать осторожность.

Почему Люси так озабочена брачными перспективами своей подруги? Вероятно, потому что Кассандра попросила ее помочь. Кассандре, похоже, не хватало смелости действовать решительно и открыто. Дерек подумал, что такой он и хотел видеть свою супругу, но вынужден был признать, что это несколько разочаровывает. Зато Люси была крайне решительна и откровенна. Или, возможно, она просто получала удовольствие, кроша на кусочки поклонников подруги своим кинжалом-языком. Независимо от ее побуждений или намерений, Дерек не позволит Люси разубедить его. Сегодня он получил письмо от Свифта, сообщавшего, что его состояние ухудшается. Дереку хотелось пробить стену кулаком, когда он вынужден был написать умирающему другу, что все еще не обручился с леди Кассандрой.

Не обручился. Пока. Но непременно обручится.

Глава 15

Дерек вскрыл письмо, лежавшее поверх стопки корреспонденции, которую на серебряном подносе ему только что принес дворецкий. Серебряный поднос? В самом деле? Неужели Дерек когда-нибудь привыкнет получать почту подобным образом? Сам Веллингтон направил к нему этого дворецкого. Его звали Хьюз. С тех пор как Дерек его нанял, этот человек действовал исключительно правильно, как положено. Новый дворецкий позаботился о найме остального штата прислуги и достойной меблировке превосходного городского особняка. Все это с целью сделать резиденцию подобающей герцогу. Да, все было очень пристойно и в полном порядке. Только Дерек чувствовал себя здесь чужим. Не на своем месте.

Разрезав конверт ножом для бумаги, он вытащил сложенный листок. Колин уехал всего несколько дней назад, но уже прислал сообщение. Дереку оставалось надеяться, что в нем содержатся добрые вести.

Ваша светлость,

надеюсь, это письмо найдет тебя в полном порядке. Я получил хорошую наводку на последнее известное местопребывание нашей группы. Это маленький городок во Франции. Дорога туда займет у меня несколько следующих дней, и я надеюсь прислать хорошие новости, когда найду их. В Брюсселе я навестил Свифта. Он плох, Дерек. Совсем плох. Он спросил, обручился ли ты уже с леди Кассандрой. Я сообщил ему, что ты как раз на пути к этому. Я не сказал ему, что Свифтон, Рейф и Адам пропали. Незачем расстраивать человека на смертном одре. Жди вскоре нового письма.

Твой Колин

Дерек скомкал письмо. Он писал Веллингтону снова и снова, почти умоляя маршала позволить ему уехать и помочь отыскать остальных. Результат был все тот же, что и прежде. Бесспорно, любезное, но твердое и решительное «нет». Дерек нужен здесь. Он должен найти себе жену и угомониться. Разве леди Кассандра Монро не прекрасный выбор?

Он едва не застонал от разочарования и досады. Но приказ есть приказ. Каждый военный это знает. Все, что Дерек мог сделать – это сидеть здесь и ждать вестей от Колина. Брат будет держать его в курсе. Дерек может на него рассчитывать.

Глава 16

На следующее утро Люси, вопреки всем правилам приличия, поспешила прямо в спальню Кэсс. Она не остановилась даже, чтобы снять шляпку и перчатки, а просто взлетела по лестнице и ворвалась в спальню подруги. Она бросилась к кровати и погладила Кэсс по голове.

– Что с тобой, дорогая? Что случилось?

Кэсс лежала, распростершись на кровати, прикрыв одной рукой глаза. По ее щекам струились слезы. Кэсс рыдала так, словно ее сердце разрывалось на части.

Люси понятия не имела, что происходит. Час назад она получила записку от матери Кэсс с просьбой немедленно приехать, потому что Кэсс безутешна. Люси уселась рядом с подругой и погладила ее по руке.

– Герцог… это он сказал или сделал что-нибудь?…

Кэсс повернулась и удивленно взглянула на Люси. Прекрасные голубые глаза были красны и полны слез. Кэсс то и дело сморкалась в платок, зажатый у нее в кулаке. Она отрицательно покачала головой.

– Нет, нет. К герцогу это не имеет никакого отношения.

Люси вздохнула с облегчением. Ей следовало бы догадаться. Герцог не мог бы заставить Кэсс так рыдать. Это лишено всякого смысла. Голова Люси в последнее время была так занята герцогом, что она забыла про обычный источник страданий своей подруги.

Люси положила ладонь на плечо Кэсс и заглянула ей в лицо.

– Это не… О боже, Кэсс. – У Люси перехватило горло. Ее охватил ужас. – Это ведь Джулиан, верно?

Печальный кивок Кэсс и последовавшее рыдание подтвердили то, что Люси и так уже поняла. Дело было в Джулиане.

– Он… что?… – Люси судорожно сглотнула горький комок, подкативший к горлу, не в силах вытолкнуть из себя слово «погиб».

На этот раз Кэсс быстро замотала головой.

– Нет. Он жив. Пока. Но он… – Кэсс снова разрыдалась и прижала к глазам платок. – Ох, Люси, он умирает.

– Нет, – прошептала Люси.

Кэсс кивнула, прижав при этом платок к носу.

– Сегодня я получила письмо от кузины Пенелопы. Джулиан в полевом госпитале в Бельгии. Он был тяжело ранен в сражении.

Люси закрыла глаза, отчаянно подыскивая слова, которые могли бы утешить ее подругу. Новость оказалась не такой ужасной, как ожидала Люси. Джулиан еще жив. Это уже кое-что. Но известие, что он при смерти, не намного лучше.

– Ох, Кэсс, мне так жаль!

Кэсс понурила голову.

– Я просто не могу перестать думать о нем, умирающем в полном одиночестве.

Глаза Люси наполнились слезами.

– Он не один. Там есть доктора, и, я уверена, там есть сиделки, которые заботятся о нем, как если бы он был их родственником.

– Но с ним нет никого, кто его любит. – Кэсс зарыдала.

Люси заставила себя сдержать слезы. Рыдания ничем не помогут Кэсс, только еще больше расстроят ее. Нет, Люси обязана быть сильной.

– А что Пенелопа? Она не сказала, что постарается попасть туда, прежде чем… наступит конец?

Кэсс быстро замотала головой.

– Нет. Ничего подобного. Не думаю, что она собирается ехать.

– Что именно она сказала?

Кэсс выглядела слегка смущенной.

– Она сказала: «За кого я теперь выйду замуж? Я ждала Джулиана много лет. Теперь меня спишут в архив».

Люси нахмурила лоб. Ну и ну, вот это уж поистине дурной тон. Хотя вполне соответствует тому, что она знала о Пенелопе. Кузина Кэсс, видимо, относилась к тому типу светских леди, которых больше волнуют собственные брачные перспективы – или отсутствие таковых, – чем смерть бедного нареченного.

– Ох, Люси, Джулиан такой мужественный и замечательный. Он не заслужил этого. И я… мне так и не представилось случая сказать ему… – Голос Кэсс затих, сменившись рыданиями. Люси обвила ее рукой.

– Кэсс, – сказала Люси, сжимая плечи подруги. – Ты должна попытаться. Может, он все еще жив. Немедленно напиши Джулиану. Расскажи о своих чувствах. Скажи, как сильно ты его любишь. Пусть он, сходя в могилу, знает, как много значит для тебя.

Кэсс промокнула платком заплаканные глаза.

– Я хочу ему написать, Люси. Бог свидетель, я хочу. Сказать тебе не могу, как сильно. Но я… – Она судорожно вздохнула и снова покачала головой. – Я не знаю.

Люси сжала ее плечи сильнее.

– Почему нет, Кэсс? Какой теперь от этого вред? Ты ведь не хочешь, чтобы он умер, так и не узнав о твоих чувствах?

Кэсс деликатно высморкалась в платок. Люси слабо улыбнулась. Даже в глубоком горе подруга сохраняла сдержанность и привлекательность. Если бы Люси рыдала так безутешно, она бы выглядела, как вымокшая драная кошка, и громко сморкалась бы со звуками, напоминающими гогот рождественского гуся.

Кэсс глубоко вздохнула.

– Прежде всего, я не знаю, насколько он плох. Очевидно, он написал Пен, что не рассчитывает выжить, но доктора не могут сказать, как долго он протянет. О, Люси, что, если он уже умер?

Люси убрала руку и повернулась лицом к Кэсс, поднявшейся на колени и с мольбой смотревшей на нее.

– Ты этого не знаешь. Пока. Может, он умер, а может, еще жив и проживет достаточно долго, чтобы получить твое письмо. Разве ты не понимаешь? Ты должна попытаться.

Кэсс охватила дрожь. Лицо ее вытянулось. Казалось, несколько секунд Кэсс обдумывала эту мысль.

– Ты действительно думаешь, что ему хотелось бы услышать это на смертном одре?

Люси обхватила себя руками и принялась растирать плечи ладонями, стараясь придумать, как убедить Кэсс в важности этого решения.

– Может быть, Кэсс, вполне может быть, что он любит тебя так же сильно, как ты его. Он ведь писал тебе все эти годы, разве нет?

Кэсс теребила платок, который теперь лежал у нее на коленях.

– В наших письмах никогда не заходила речь о любви. А некоторое время я вообще не получала от него писем. Последнее было до начала битвы. Он написал Пен, а не мне. Это о чем-то говорит.

Люси взглянула подруге в лицо.

– Может, между вами и не было еще разговора о любви. Но что если он думает то же, что и ты, Кэсс? Ты должна сказать ему. Возьми пример с меня. Я бы никогда не рассталась с человеком, который так много для меня значит.

Кэсс прикусила губу. Она явно размышляла над словами подруги. Люси воспользовалась моментом, вскочила с кровати и подбежала к письменному столу. Схватив бумагу и перо, она поспешила назад к Кэсс, прихватив по дороге большую книгу, чтобы использовать в качестве рабочей поверхности.

– Вот, возьми. Напиши ему. Скажи правду.

Кэсс открыла рот, видимо, собираясь возразить.

Люси втиснула перо в руку подруги.

– Нет, Кэсс. Никаких отговорок. Сделай это. Ты должна.

Глава 17

На званом обеде у Маунтбэнков звучала музыка, стоял гул голосов, раздавался веселый смех. На стол подали уже несколько смен отлично приготовленных блюд русской кухни. Люси была вынуждена вести бессмысленную беседу с лордом Крамером справа от нее и лордом Пембруком слева, бросая страдальческие взгляды на Джейн и Гарретта. Эти двое сидели рядом и, судя по всему, были вполне счастливы, вступив в обычную словесную перепалку. Люси завидовала им. Даже язвительные колкости и словесные зуботычины, которыми они, без сомнения, обменивались, были предпочтительнее мучительно нудного разговора о погоде, в который ее втянул лорд Пембрук. Сколько же слов можно найти, чтобы должным образом описать туман? Наверняка они уже приближались к концу не очень-то обширного списка.

После обеда дамы отправились играть в карты в одну из гостиных Маунтбэнков, ожидая, когда к ним присоединятся джентльмены.

– Я беспокоюсь о Кэсс, – прошептала Люси Джейн, подошедшей к ней во время перерыва в игре.

– Я тоже, – прошептала в ответ Джейн. – Она отказалась пойти с тобой сегодня?

– Да. Она не может думать ни о чем другом, кроме Джулиана. Она в полном смятении.

– Это так мучительно печально, – ответила Джейн. – И ей очень нелегко терпеть отвратительное поведение Пенелопы.

– Ты же знаешь Кэсс. Она обо всех думает хорошо. Она оправдывает поведение Пенелопы тем, что та, должно быть, потрясена или не в силах принять очевидное.

– О, Пенелопа просто ужасна, – ответила Джейн, нахмурив брови за стеклами очков.

Леди Маунтбэнк пригласила дам занять свои места за игральными столами для следующего тура игры.

Взгляд Джейн устремился к двери.

– Это мой шанс. Ты случайно не знаешь, где расположена библиотека лорда Маунтбэнка?

Люси насмешливо изогнула бровь. Джейн отправлялась на поиски библиотеки на всех приемах, которые они посещали.

– А что? – спросила Джейн, невинно пожав плечами. – Даже если там собрано одно старье, все равно приятнее перебирать потрепанные тома лорда Маунтбэнка, чем пытаться объяснить леди Нортон, почему в висте она всегда должна ходить в масть.

Люси весело рассмеялась.

– На это мне нечего возразить. – Она не спускала натренированных глаз с дам, сидевших за игрой в вист. И в частности, с ловкой руки леди Крэндалл, известной тем, что неоднократно вытаскивала лишнего туза из своего ридикюля, оправдывая это своим преклонным возрастом и дряхлостью.

Словно читая мысли Люси, Джейн мотнула головой в сторону леди Крэндалл.

– Я, например, не в силах дождаться того момента, когда смогу действовать точно так же, как выжившая из ума леди К. Я бы тогда водрузила на голову тюрбан и охаживала бы всех тростью, если бы хоть на миг могла допустить, что это сойдет мне с рук. Ну, я бы даже задумалась, не обзавестись ли попугаем.

Люси хмыкнула. Она открыла рот, готовясь сказать что-нибудь столь же беспардонное, но тут двери открылись, и в гостиную устремились джентльмены.

– О-ох, мне пора. – Джейн бросилась к дверям. Приход джентльменов вызвал легкую суматоху в комнате, необходимую Джейн, чтобы незаметно ускользнуть.

Джентльмены разбрелись по комнате, и Люси остро ощутила присутствие герцога Кларингтона. Он прохаживался по гостиной, одетый в темно-серые панталоны, фрак бордового цвета, с превосходно повязанным белым галстуком. Выглядел герцог великолепно. Слишком великолепно. И Гарретт не особо отставал от него.

Когда кузен подходил к Люси, он и Джейн обменялись раздраженными взглядами. Поравнявшись с Люси, он обернулся, провожая Джейн взглядом.

– Она удалилась в библиотеку, да? – Гарретт вздохнул.

– Ну конечно, – рассмеялась Люси.

Гарретт покачал головой.

– Как предсказуемо.

– Я хочу, чтобы вы с Джейн перестали постоянно ссориться. Может, ты поразмыслишь и дашь ей шанс? Она всегда была мне прекрасной подругой.

Лицо Гарретта ясно выразило скептицизм. Кузен сунул руки в карманы.

– Я не из тех, кто не дает другому шанса. Но она была груба со мной с первой минуты, как мы встретились. И мне не особенно нравится, когда со мной обращаются, как с идиотом. Ты славишься своим острым языком, но что до меня, то твоему языку явно не сравниться по остроте с тем, что скрывается за зубами мисс Лаундз.

– На самом деле Джейн очень мила, если узнать ее с лучшей стороны.

Гарретт наморщил лоб.

– С лучшей стороны? Я что-то не заметил, что у нее такая есть. А если и есть, то не проявится до тех пор, пока Джейн не прочтет лекцию о том, как правильно выращивать и кормить породистых лошадей. А затем она назовет точные размеры Стоунхенджа и перечислит многочисленные преимущества отмены Хлебных законов.

Люси пожала плечами.

– Она умна и начитана. Это ни в коей мере не должно тебя пугать.

– Пугать меня? Чепуха, – ответил Гарретт. – Просто я предпочитаю разговаривать с леди, которые не стремятся порвать меня на клочки своим языком.

– Это не помешало тебе оставаться моим другом, – усмехнулась Люси.

Гарретт широко улыбнулся.

– По сравнению с Джейн, твой тон – сама сладость, дорогая кузина. Ты выбираешь других мишенями для язвительных стрел твоего остроумия, оставляя на мою долю только приятные высказывания.

Люси громко рассмеялась, но тут же закрыла рот ладонью, увидев, что дамы за ближайшим карточным столом взглянули на нее с неодобрением.

– Я мила с тобой только потому, что однажды ты унаследуешь все состояние моего отца, и я не хочу, чтобы ты вышвырнул меня на улицу.

– Я знаю, – с ухмылкой ответил Гарретт.

Люси не сумела сдержать улыбку. Она безоговорочно любила кузена, и они оба уже долгие годы обменивались глупыми шутками подобного рода. Она, без сомнения, знала, что Гарретт готов сделать для нее все, как и она для него. Ни один из них никогда не желал другому зла.

Вот почему она должна была задать ему свой следующий вопрос.

Люси сделала глубокий вдох. Время пришло. Возможно, ей больше не представится такая возможность.

– Значит, правильно будет сказать, что ты предпочитаешь леди, больше похожих на Кэсс, чем на Джейн?

Люси затаила дыхание. В первый раз она заговорила с Гарреттом о Кэсс. Но она должна узнать. Любит Гарретт Кэсс или нет?

– Кассандра. – Лицо Гарретта мгновенно посерьезнело. – Как она? Ты разговаривала с ней сегодня?

Люси разочарованно выдохнула так долго удерживаемый воздух. Кузен ухитрился сменить тему. Но они оба тревожились о Кэсс.

– Она очень расстроена, Гарретт. Я не знала, как ее утешить.

Гарретт мрачно кивнул.

Люси слегка повернула голову и чуть не ахнула. Всего в двух шагах от них стоял герцог. Он разговаривал с лордом Маунтбэнком и смеялся над тем, что сказал виконт. Какой завораживающий у герцога смех. Низкий, и звучный, и…

– Не могу представить, какие муки ей приходится терпеть, – сказал Гарретт, вырывая Люси из плена ее своевольных мыслей.

Она откашлялась, прочищая горло и стараясь изо всех сил игнорировать близость герцога.

– Джейн тоже нанесла Кэсс визит. Ничего не помогает. – Неужели герцог действительно подошел на шаг ближе?

Гарретт тихо выругался себе под нос.

– И думаю, ничто не поможет. С разбитым сердцем трудно иметь дело. Только время, вероятно, может принести облегчение.

Люси не могла не подумать, что Гарретт хотя и явно беспокоится о Кэсс, но, возможно, все же надеется, что со временем Кэсс сможет полюбить его, когда Джулиан умрет. Было приятно поразмышлять о своем кузене и ближайшей подруге. Но Люси должна сказать Гарретту правду. Она всегда была откровенна с ним. Люси сделала глубокий вдох, отгоняя прочь непрошенные мысли о герцоге за ее спиной.

– Гарретт, я должна тебе кое-что сказать.

Гарретт кивнул, прищурив глаза.

– И что же?

– Я сказала Кэсс, что она должна написать Джулиану и сообщить ему правду.

Гарретт слегка наклонил голову, настороженно глядя на нее.

– Что ты имеешь в виду?

Люси взмахнула рукой, пытаясь подкрепить свои слова жестом.

– Я имею в виду, что она не может допустить, чтобы Джулиан умер, так и не узнав, как сильно она его любит.

Гарретт провел ладонью по лицу.

– Ты шутишь? Что хорошего говорить об этом человеку на смертном одре?

Люси удивленно взглянула на него и произнесла, понизив голос до хриплого шепота:

– Поверить не могу, что ты это сказал. Ты не думаешь, что он должен знать о ее чувствах? И что важнее, ты не думаешь, что Кэсс будет всю оставшуюся жизнь жалеть о том, что не сказала ему?

Гарретт подбоченился.

– Честно говоря, нет, Люси. Я так не думаю. Я думаю, что это невероятно плохая идея.

Люси едва не застонала от разочарования. Как может Гарретт так думать? Она и сама не была склонна к романтике. Но даже она считала, что если любишь кого-то так беззаветно, как Кэсс любила Джулиана, нельзя позволить ему сойти в могилу, не сказав о своих чувствах.

– Никогда не ошибешься, если поступать честно, следуя зову своего сердца, – пробормотала Люси.

– И это все оправдывает? – возразил Гарретт. На его скулах заходили желваки.

– Если бы ты был при смерти, разве тебе не хотелось бы узнать, что кто-то тебя отчаянно любит? – Люси тут же зажала рот ладонью. Они оба знали, что однажды Гарретт едва не умер. В пустынной местности, в Испании. Он был ранен выстрелом в грудь и едва не погиб от потери крови. Но Люси и ее любящий повеселиться кузен редко беседовали о тех временах. И уж определенно, никогда не говорили о том, как он живет с чувством вины за то, что выжил, хотя должен был умереть с остальными. Точно так же и Люси жила с чувством вины. Но по совершенно другой причине. Нет. Это была тема, которой они никогда не касались. Но она никогда не выходила у них из головы, и оба это знали.

Гарретт откашлялся. Голос его звучал мрачно.

– Я могу со всей откровенностью сказать, что не хотел бы этого знать, если бы не мог ничего изменить.

Люси заглянула ему в лицо.

– Ты имеешь в виду, что…

– Леди Люси, идите сюда, нам не хватает четвертого игрока, – окликнула ее леди Крэндалл, жестом приглашая ее за свой стол. Теперь, когда мужчины покинули комнату, дамы снова принялись за карты. И популярность Люси почему-то значительно возросла со времени ее состязания с герцогом. Свет порой ведет себя так странно.

Люси стоило труда не поморщиться. Она не знала, сможет ли вынести еще одну партию с леди Крэндалл и ее бесчестными пальцами.

– Иди, – сказал Гарретт, мотнув головой в сторону леди Крэндалл. – Я отправляюсь на поиски кабинета лорда Маунтбэнка и бренди, если удастся его найти.

Люси тяжело вздохнула.

– Ты меня покидаешь? Ну что ж. Придется сыграть. – Она приподняла юбки и двинулась к столу леди Крэндалл, как вдруг герцог Кларингтон преградил ей дорогу.

– Леди Люси, – сказал он. – Можно вас на два слова?

Люси инстинктивно отступила на шаг. Каким-то образом его близость слегка выводила ее из равновесия. Хотя за последние пару дней ей довелось провести некоторое время в непосредственном общении с ним, его потрясающая внешность и присущий ему безумно пьянящий запах мыла и пряностей по-прежнему оказывали на Люси ошеломляющее воздействие.

– Только на два, ваша светлость. Меня ждут за игрой. – Она кивнула в сторону карточного стола.

Герцог оглянулся через плечо и узнал леди Крэндалл. Эта дама окинула его определенно плотоядным взглядом. Он снова повернулся к леди Люси, скептически изогнув бровь. Весь его вид как бы говорил: «Да, я уверен, вы умираете от желания сыграть в вист с леди Крэндалл».

Люси сердито поджала губы.

– Ваша светлость? – Последний раз, когда они виделись, она сбежала от него, как напуганный, рассерженный ребенок. Она не позволит герцогу снова вывести ее подобным образом. Ей следует поступать так, будто он на нее совершенно не действует.

Его бровь снова вернулась на место.

– Где сегодня леди Кассандра?

Люси натянуто улыбнулась.

– Не здесь.

Его лицо превратилось в каменную маску.

– Я могу это проверить.

Еще одна натянутая улыбка.

– Тогда, возможно, вам вообще не стоило задавать вопросы.

Он сурово сжал губы.

– Так вы не потрудитесь сообщить, почему леди Кассандра не сопровождает вас сегодня?

Люси снова подобрала юбки и двинулась вперед, обогнув его.

– Ни в коем случае, ваша светлость.

Она проскользнула к своему стулу, села и взяла в руки карты, которые ей раздали. Люси выдавила улыбку, хотя в душе была страшно раздосадована собственным поведением. Она даже не пожелала герцогу доброго вечера. Даже для нее это было непозволительной грубостью.

Почему он пробуждал в ней самое худшее? Люси легко могла бы сказать ему, что Кэсс провела тяжелую ночь, потому что узнала, что ее дорогой друг – человек, которого она любит, – при смерти. Но что-то в самоуверенном требовании герцога ответить ему заставило Люси придержать эти сведения при себе. Просто он был слишком… слишком… высокомерным. Уверенным в себе. Красивым. Она тайком взглянула на него. Он уже снова разговаривал с лордом Маунтбэнком и, видимо, оставил всякие мысли о Кэсс. Почему герцог должен вести себя так, словно действительно беспокоится о ней? Для него Кэсс всего лишь еще одна зарубка на ремне. Еще одна победа на поле боя. Он сам в этом признался. Он рассматривал завоевание Кэсс как вызов, как некое состязание. И Люси не допустит, чтобы с ее подругой обходились так пренебрежительно.

– Я играю, леди Крэндалл. – Люси просмотрела карты у себя в руке и усмехнулась. – С удовольствием постараюсь обыграть вас, леди.

Ровно через час Дерек ждал в коридоре у дверей гостиной, где дамы играли в карты. Он исполнил свой долг, побродив среди гостей и переговорив с хозяином и другими джентльменами. Он даже поискал Джейн Лаундз. Но найти ее не удалось. С последней надеждой узнать, где леди Кассандра, он обратился к ее подруге Люси. Но из этого ничего не вышло. Ему не нравились светские званые обеды. В особенности когда все и каждый стремились расспросить его, насколько ужасной была битва при Ватерлоо. Они жаждали услышать все кровавые детали и пикантные подробности. Но имей они хоть малейшее представление об аде, о котором расспрашивали, они даже не упомянули бы об этом. Они постарались бы поскорее забыть этот кошмар. Да. Люди, действительно видевшие войну, не стремились об этом вспоминать. Дерек пришел сюда сегодня по одной единственной причине – повидать леди Кассандру. Продолжить и углубить их знакомство. Приблизить тот момент, когда сможет выполнить обещание, данное Свифту. А ее здесь даже не оказалось. Досадно было сознавать, что он напрасно потратил время. Но Дерек не мог удалиться просто так. Следовало сохранять видимость, что ему наплевать. Еще больше его расстраивала эта чертова мегера, леди Люси.

Она сводила его с ума. Он встречал на войне генералов, которые охотнее позволяли ему высказаться, чем эта юная леди. Проклятье. Он устрашал врагов, побеждал в бою, поднимал государственный флаг Британии, «Юнион Джек», над окровавленными полями битвы и забрасывал землей тела погибших друзей. Но ему не удавалось, хоть убей, пробить броню этой необузданной малышки. Дерек стиснул зубы. Что ему с ней делать?

Дверь в гостиную отворилась, и показалась Люси. Ах, в точности, как он и ожидал. Дерек знал, что она не сможет усидеть за картами весь вечер. Она делала вид, что заинтересована. Но он видел по ее глазам, по тому, как она нетерпеливо постукивала ногой все время, пока длилась игра, что карты ее мало интересуют. Без сомнения, она, как и он, просто тянула время, дожидаясь возможности отправиться на поиски своих друзей, Джейн и Гарретта, едва только приличия позволят уйти.

Вот почему Дерек поджидал Люси в коридоре. Ждал своего шанса.

В тот момент, когда она проходила мимо, Дерек выступил из тени и преградил ей путь.

– Миледи.

К чести Люси, она не вскрикнула. Казалось даже, что она заметила Дерека только как препятствие, вынудившее ее остановиться. Она лишь поднесла руку к горлу и с безрассудной смелостью окинула его взглядом с ног до головы.

– Ваша светлость. Снова прячетесь по углам?

Дерек еле сдержал зубной скрежет. Он уже начал привыкать к тому, что люди обращаются к нему «ваша светлость». Но она произнесла это почетное звание так, словно раздробила зубами стекло.

– Леди Люси, я надеялся еще раз поговорить с вами. – И не давая возможности сказать «нет», Дерек схватил ее за руку и потащил в гостиную на другой стороне коридора. Вот как нужно обращаться с особами, подобными леди Люси. Не давать им спуску.

Дерек затащил ее в комнату, закрыл дверь и повернулся к Люси лицом. Она отнюдь не выглядела довольной. Свет свечей на другой стороне комнаты освещал ее необычные глаза.

– Где сегодня леди Кассандра? – спросил Дерек.

Люси испустила долгий многострадальный вздох.

– Я же сказала. Ее здесь нет. Полагаю, вы могли бы и сами заключить это по ее отсутствию. – В ее голосе звучал неизменный сарказм.

– Я спрашиваю вас, где она, – произнес Дерек сквозь стиснутые зубы.

Люси, скрестив руки на груди, сердито взглянула на него и прищурила глаза.

– А что, если я скажу, что не намерена вам это сообщать?

Дерек быстро закрыл глаза и прикусил язык, не давая словам, стремящимся сорваться с губ, вырваться наружу. Словам, которые ему очень хотелось сказать. Но которые ни в коем случае не следовало говорить.

– Позвольте мне попытаться по-другому, миледи. Почему вы так упорно стараетесь совать нос в мои дела?

Люси от изумления открыла рот.

– Совать нос в ваши…? О, это просто смешно. Вы, вероятно, шутите? У меня создалось отчетливое впечатление, что это вы пристали ко мне в коридоре и затащили сюда для допроса, будто я французский шпион. А оказывается, это я сую нос в ваши дела. – Она окинула Дерека взглядом, полным иронии, и захлопала длинными черными, как сажа, ресницами. Дереку страшно хотелось стереть это насмешливое выражение с ее лица. Главным образом потому, что он ощущал соблазнительный запах ее мыла, и это был предательский удар в пах.

Дерек сурово сжал зубы, пытаясь сосредоточиться на своей задаче.

– Вы отрицаете, что стараетесь помешать мне ухаживать за леди Кассандрой?

На ее губах мелькнула легкая усмешка.

– Нет. Ни в коем случае.

Люси слегка зарделась и выглядела еще прекраснее, чем обычно. Дерек отступил от нее на шаг.

– И я вас спрашиваю, почему? Почему вы так настойчиво стремитесь помешать мне?

– А почему вы думаете, что я должна вам что-то объяснять? Ваша самонадеянность переходит всякие границы. Даже для герцога и героя войны.

– Неужели?

– Да, именно так. А теперь, с вашего позволения, я ухожу. – Она попыталась обойти его, но он преградил ей путь.

Люси подбоченилась и закинула голову назад, чтобы посмотреть ему в лицо. Глаза ее пылали гневом.

– Пользуетесь своим ростом и силой, чтобы устрашить меня, ваша светлость? Может, Кэсс вас и боится, но меня не запугать.

Дерек содрогнулся от досады и разочарования. Ему хотелось схватить ее и как следует встряхнуть. Ну почему с этой мисс Апплтон так чертовски трудно? Он знавал несогласных с ним генералов, которые вызывали меньше раздражения и охотнее давали ему высказаться при выборе наилучшего образа действий для победы в сражении. Он тоже подбоченился и, тяжело дыша, посмотрел на Люси.

Она поддразнила его:

– Не находите нужных слов, ваша светлость? То ли еще будет.

Она снова захлопала этими великолепными ресницами. Его пульс подскакивал при каждом взмахе. В том-то и дело. Она хлопала ими слишком часто.

– Собственно говоря, да, – проворчал Дерек и, схватив Люси в объятия, завладел ее губами.

Глава 18

У Люси голова пошла кругом, когда губы герцога встретились с ее губами. Потрясение. Вот что испытала Люси. У нее перехватило дыхание, а мысли метались с такой скоростью, что Люси была уверена – это небезопасно. Он целовал ее. Герцог Кларингтон, герой войны, джентльмен, который до этого пытался ухаживать за Кэсс, целовал Люси. Мысли ее, может, и путались, но тело, словно по собственной воле, тесно прильнуло к нему.

Люси непременно следовало оттолкнуть его. Эта мысль пронеслась у нее в мозгу, как лошадь, выигравшая скачки в Эскоте. Но все, на что Люси была способна, – это ощущать горячую влажность его губ. Вспоминать маленькую ямочку на щеке, которую увидела как раз перед тем, как он властно завладел ее губами. Чувствовать биение его пульса чуть пониже адамова яблока. Ее сердце бешено колотилось о ребра. Это почти причиняло боль. Но, когда герцог повернул Люси в своих руках и, грубо прижав к себе, просунул язык между ее губами и овладел ее ртом, она вообще перестала думать.

У поцелуя герцога был вкус бренди. Люси случалось украдкой попробовать глоток или два из папиных запасов для особых случаев. И губы герцога точно имели вкус бренди. Но гораздо приятнее, потому что наряду с этим чувствовалась необузданная сила этого человека, к которому – Люси вынуждена была признать – ее безумно влекло. Правда, он ничуть ей не нравился. Но был таким видным, крепким, красивым и мускулистым… О-ох, она задрожала. Против воли, не говоря уже, что вопреки убеждениям, ее руки поднялись и обвились вокруг его шеи. Он был таким высоким, что Люси пришлось подняться на цыпочки, хотя он и склонился к ней. Он застонал и еще крепче прижал ее к себе. Язык его был горячим и влажным, искусным и требовательным, берущим, но и дающим. И на Люси обрушился шквал эмоций и ощущений, о существовании которых она даже не подозревала.

Она смутно услышала стон. Должно быть, свой собственный. Это мгновенно привело ее в себя, и она со всех сил оттолкнула герцога, надавив ладонями на его широкие плечи. Он отпрянул и отступил назад, слегка задыхаясь и глядя на нее своими зелеными глазами из-под полуопущенных ресниц так, словно она была неким мифическим существом, а не женщиной из плоти и крови, стоящей перед ним с губами, наверняка покрасневшими и распухшими от его крепкого поцелуя.

Люси стояла молча, тяжело дыша, прижав руку к груди. Корсет никогда еще не казался ей таким тесным. Ее тело никогда еще так не пылало от жара. Ее разум никогда еще не был в таком смятении. Какого дьявола с ней это случилось? Люси прижала к губам тыльную сторону ладони. Их саднило, словно герцог обжег ее. Она оперлась другой рукой о спинку дивана, чтобы удержаться на ногах, и глубоко вздохнула.

Что она только что сделала?

Поцеловалась с ужасным герцогом Кларингтоном, вот что.

Это было неправильно. Непристойно. Неуместно по десятку причин. Он ей даже не нравился. Не совсем так. Совсем не так.

И почему он поцеловал ее, когда они пререкались? Это лишено всякого смысла.

Люси дважды глубоко вздохнула, наполняя легкие воздухом, чтобы вернуть способность связно мыслить. К счастью, герцог отвернулся от нее и расхаживал туда-сюда перед окнами. Хорошо, что он не смущает ее взглядом, пока она пытается отыскать смысл в бессмыслице.

В первую очередь самое важное. Люси расправила плечи. Она сможет с этим справиться. Сможет. Просто нужно все тщательно обдумать. Мыслить логически. Прежде всего, важно решить, что говорить Кэсс. Можно ли ей рассказать? Следует ли? О нет. Люси не сможет сказать об этом Кэсс. Даже если ухитрится каким-то образом объяснить, что это он поцеловал ее. Кэсс тяжело переживает. Меньше всего ей сейчас нужно узнать о предательстве ближайшей подруги. Но разве это предательство? Кэсс не испытывает теплых чувств к герцогу, однако… Нет. Нет. Нет. Не может быть и речи о том, чтобы рассказать Кэсс. Все слишком сложно.

Люси посмотрела на широкие плечи герцога. Он умел носить фрак, следовало отдать ему должное. Фрак, выгодно подчеркивающий его плоский живот и… О, ради всего святого. Ей должно быть стыдно за себя. На крошечную долю секунды она слабо улыбнулась, коснувшись своих все еще саднящих губ. Ну ладно. Ей не следовало целоваться с герцогом Кларингтоном, но это было приятно. Очень, очень приятно. И хотя ей не хотелось в этом признаться, он прекрасно знал свое дело как на поле битвы, так и за его пределами. И кроме того, она уже ничего не могла вернуть назад. Что сделано – то сделано.

Люси гордо вздернула подбородок, когда герцог повернулся к ней лицом.

Дерек повернулся лицом к Люси, открыл было рот, но тут же закрыл его. Затем снова круто повернулся к окнам. Пропади все пропадом. Он думал, будто знает, что ей сказать. Но, когда он увидел ее со слегка взлохмаченными волосами, с губами, распухшими от его поцелуя, все мысли куда-то мгновенно разбежались. И в этот момент еще более животрепещущая проблема явилась ярким свидетельством того, как подействовал на него поцелуй Люси. Проблема вполне очевидная, стоило лишь взглянуть на его панталоны. Нет, повернуться к Люси лицом было не слишком удачной идеей. Это точно.

Дерек прошелся пятерней по волосам, стараясь думать о чем-нибудь неприятном, чтобы остудить свою страсть.

Отвратительный смех леди Крэндалл.

Мерзкие зубы графа Уэствуда.

Свифт умирает.

Все, хватит.

Что, к дьяволу, на него нашло? Почему он поцеловал Люси? Ну хорошо. Она прекрасна, способна бросить вызов и превратить жизнь в ад. При этом чертовски умна. Но ведь она Дереку даже не нравилась. Неужели? Ну конечно, не нравилась. И все же… при всем своем упрямстве она очень привлекательна и соблазнительна на свой лад. Проклятие. Он не только поцеловал леди, которая ему не нравится. Он поцеловал ближайшую подругу леди, за которой пытался активно ухаживать последние несколько дней. Ужасно дурной тон. Что, если леди Люси расскажет об этом леди Кассандре? А она, конечно, же непременно расскажет. Подруги всегда рассказывают друг другу обо всем, разве нет? Да, это был всего лишь один-единственный поцелуй, но, когда имеешь дело с юными незамужними девицами, поцелуй приобретает огромный смысл. Дерек не станет винить леди Кассандру, если она больше никогда не заговорит с ним.

Он сделал три медленных глубоких вдоха и выдоха. Прием, которому давным-давно научился в армии. Хорошо прочищает мозги и благотворно влияет на способность принимать решения.

Ну ладно. Дело сделано. Что толку от взаимных упреков и обвинений. Он сделал свой выбор, и кончено. Все, на что он мог надеяться, – это убедить леди Люси в том, что это всего лишь минутное заблуждение, импульсивный ответ на напряженность в комнате. Не обещание или что-то подобное. Просто отклик на побуждение. Необходимо как-то уговорить Люси хранить молчание. Держать рот закрытым. Ее рот. Закрыт. Это было не так. Всего мгновение назад. Когда в него проник язык Дерека. О дьявольщина, его плоть снова затвердела. Проклятие. Проклятие. Проклятие. Ну почему это оказалось так приятно? Ведь могла же она иметь тонкие холодные губы, или несвежее дыхание, или еще что-нибудь? Это все значительно упростило бы. Вместо этого она таяла, как масло на солнце, под настойчивым напором его рта, и он сам едва не расплавился.

В этом все дело. Должно быть, он слишком давно не целовал женщин, если на него так действует Люси Апплтон. Ладно. Это был… хм-м… волнующий поцелуй. Пропади все пропадом. И это выражение глубокого потрясения на ее лице, когда Дерек схватил ее в объятия. Только ради одного этого мгновения стоило это сделать. Более того, она страстно ответила на его поцелуй. И они оба это знали. Пусть теперь эта маленькая самоуверенная мисс переживает из-за этого.

Когда герцог снова повернулся к ней лицом, Люси изобразила на лице спокойное (и самоуверенное, естественно) выражение. Она скрестила руки на груди и слегка вздернула вверх нос в попытке показать, что она выше всего этого. Люси надеялась, что выглядит убедительно. Но не была в этом уверена.

Герцог откашлялся, прочищая горло.

– Это… всего лишь поцелуй. Ошибка. Мы сделаем вид, что ничего подобного не случилось.

Люси недоверчиво склонила голову набок.

– Никаких извинений, ваша светлость?

Он склонил голову в противоположную сторону.

– Вам нужны извинения?

– Очень по-джентльменски. – Она закатила глаза.

Он зарылся пальцами в шевелюру.

– Это ничего не значит.

– Конечно, для вас это ничего не значит, – согласилась Люси, немного задетая его словами, хотя скорее умерла бы, чем призналась в этом. – Но как вы собираетесь объяснить это Кэсс?

В его зеленых глазах загорелся вызов.

– Мы не станем ничего говорить леди Кассандре.

– Может, вы и не собираетесь этого делать, но я обязательно…

Герцог раздраженно прищурил глаза.

– Вы тоже ничего ей не скажете.

Она взмахнула рукой.

– С чего вы так решили? – усмехнулась Люси. – С нетерпением жду ответа.

– Потому что, если вы ей скажете, вам придется объяснить, почему вы ответили на мой поцелуй.

Люси прищурила глаза. Что за игру он затеял?

– Ну и что? Вы намерены позволять себе вольности со всеми подругами Кэсс? Следующая Джейн? – Кэсс, скорее всего, упадет в обморок, если он поцелует ее так, как только что поцеловал Люси.

Он взглянул на нее скептически.

– Не говорите ерунду. Поверьте мне. Я могу контролировать себя в присутствии любой из вас.

– Поскольку до сих пор вы успешно с этим справлялись… – Люси несколько секунд поизучала его прищуренными глазами и топнула ногой по ковру. – Не окажете ли мне любезность объяснить, почему вы так настойчиво добиваетесь Кэсс? Вы совершенно ясно дали понять, что не собираетесь прекратить ваши ухаживания. Однако вы никогда не говорили, почему так интересуетесь леди, не проявляющей к вам ни малейшего интереса? В особенности, в свете того, что сегодня вы на этом званом обеде позволили себе вольности по отношению ко мне.

Герцог отошел от Люси и выругался себе под нос.

– Леди Кассандра…

Люси невинно заморгала глазами.

– Да?

– Скажем просто, ее мне порекомендовали, – прорычал герцог.

Люси отступила на шаг назад, прижав руку к груди, соблазнительно возвышавшейся над вырезом декольте.

– Рекомендовали? Какого дьявола это должно означать?

Герцог взмахнул рукой.

– Какая разница. Я не собирался целовать вас. У меня случилось минутное помрачение рассудка. Если нужны извинения, я готов их принести. Но не нужно придавать этому большее значение, чем оно того заслуживает.

Люси снова вздернула нос.

– Скорее в аду наступят холода, ваша светлость, чем я стану просить ваших извинений. Если бы вы были джентльменом, вы бы извинились без моей просьбы.

Герцог засунул руки в карманы и с легкой улыбкой на губах насмешливо посмотрел на Люси из-под полуопущенных ресниц.

– Если бы я был джентльменом, миледи, я бы не поцеловал вас так.

Люси поборола порыв по-детски топнуть ногой. Он ее подловил. И это смутило ее еще больше. Зачем он поцеловал ее? Люси пристально посмотрела на герцога. И почему он так чертовски красив? Хм-м. Впрочем, что толку размышлять над этим?

Ну что ж. Кэсс не следует знать об этом небольшом неловком недоразумении. Тем более что ей это совершенно безразлично, и она погрузилась в глубокую печаль из-за Джулиана. Нет. Люси не станет беспокоить Кэсс подобной новостью. Кроме того, если Люси, как ближайшая подруга, исполнит свой долг и выполнит данное Кэсс обещание, то избавится от этого властного, надменного герцога, так что какое это имеет значение?

Люси сделала глубокий вдох.

– Хорошо. Я не скажу Кэсс об этом недоразумении, если вы выполните два условия.

Герцог подбоченился и снова склонил голову набок.

– Только два?

Люси любезно улыбнулась.

– Я могу добавить еще, если хотите.

Он прищурил глаза.

– Что за условия?

– Первое, вы должны обещать, что никогда больше не позволите себе подобных вольностей…

– Идет! – Явное облегчение на его лице страшно раздражало.

Быстрота, с которой он ответил, заставила Люси скрипнуть зубами. Не следовало бы ему так откровенно выказывать радость по этому поводу.

– Второе, вы должны наконец перестать добиваться Кэсс.

Он опустил руки.

– Нет, этого я не могу обещать.

Люси взмахнула рукой.

– Почему?

– Потому что я твердо намерен жениться на леди Кассандре, невзирая на этот незначительный инцидент сегодня вечером. Будьте уверены, этого больше никогда не случится.

– Откуда мне знать?

Он смерил Люси скептическим взглядом.

– Без сомнения, вы привыкли к тому, что джентльмены в вашем присутствии не способны контролировать себя, мисс Апплтон. Но я умею держать себя в руках.

– Перестаньте называть меня мисс Апплтон, и всего несколько минут назад вы не казались таким уж сдержанным. – Она скрестила руки на груди, постукивая пальцами по локтям.

– Я уже сказал, это было минутное помрачение рассудка.

– И откуда мне знать, что у вас снова не случится так называемое минутное помрачение рассудка со следующей юной мисс, которую вы найдете в библиотеке? – возразила Люси.

Дерек раздраженно, с шумом выдохнул воздух.

– Вы приводите меня в бешенство, вы знаете это?

Она насмешливо фыркнула.

– Это чувство взаимно.

Дерек повернулся, прошел мимо Люси и открыл дверь в коридор.

– Хватит. Раз вы отказываетесь сказать мне, почему она сегодня отсутствует, я намерен завтра же нанести леди Кассандре визит и выяснить все сам.

Глава 19

– Я все устрою, – объявил Гарретт на следующий день в городском особняке Кэсс. Четверо друзей собрались за чаем с обильным угощением, приготовленным искусной кухаркой Монро в попытке соблазнить Кэсс съесть хоть что-нибудь.

Кэсс неохотно спустилась в гостиную, чтобы приветствовать друзей, но не проявляла ни малейшего интереса к тому, что у нее в тарелке. Родители Кэсс покинули дом, чтобы нанести несколько неотложных светских визитов. Так что дружная четверка осталась в доме только со слугами.

Кэсс тяжело вздохнула.

– Не уверена, что это удачная идея. – Упершись локтем в стол и подперев щеку ладонью, она бездумно возила по тарелке свои бисквиты и кексы. Она делала это все время, но так и не откусила ни кусочка.

– О, ты не права. Я думаю, это блестящая идея. А ты, Джейн? – Люси толкнула ногой Джейн, сидевшую рядом с ней на кушетке.

Джейн едва оторвала взгляд от газеты, которую читала.

– Прости? Ах, да-да. Блестящая. – Джейн поправила очки и откусила изрядный кусок бисквита.

Люси с довольным видом кивнула.

– Видишь, дорогая, все согласны.

Кэсс устремила на Гарретта выразительные голубые глаза.

– Так мило с вашей стороны предложить нам на остаток лета дом в Бате. Но я просто не знаю, следует ли мне покидать Лондон прямо сейчас. Если Пенелопа получит от Джулиана еще одно письмо, я хочу быть здесь, чтобы сразу же узнать новости. И всегда есть надежа, что он может написать мне.

Люси похлопала Кэсс по спине.

– Но, дорогая, ты сама сказала, что Пенелопа с матерью вскоре уезжают в свое загородное поместье. В августе никто не остается в Лондоне. Мы должны ехать. Почта приходит в Бат точно так же, как и в Лондон. Оттуда даже ближе к загородному имению Пенелопы, разве нет?

Глаза Кэсс немного повеселели.

– Думаю, это так.

– Это чистая правда, – сказала Люси, энергично кивнув. Гарретт поспешно подтвердил ее слова.

– Что до меня, я полностью за. Удобный повод ускользнуть от бдительных глаз моей матушки, – сказала Джейн. – Я рассматриваю эту поездку как начало эксперимента Люси по убеждению моих родителей прекратить попытки заставить меня выйти замуж.

Гарретт хлопнул ладонью по столу.

– Что за ерунду вы говорите! Родители заставляют вас выйти замуж? Это что-то новое.

– Чисто теоретически, – ответила Джейн. – Разве родители не вынуждают своих дочерей выходить замуж?

– В ваших устах это звучит так, словно вас отправляют на виселицу, – ответил Гарретт, закатив глаза.

– Я воспринимаю это именно так. – Она мило улыбнулась.

– В вашем случае, если вас действительно заставляют, они определенно справляются с этой работой не слишком успешно, – добавил Гарретт.

Джейн закрыла глаза и вздернула нос.

– Это потому, что я научилась мастерски избегать их стараний. Ну а кроме того, никому не хочется жениться на «синем чулке». Последнее обстоятельство – на самом деле подлинная удача. – Джейн рассмеялась.

– Никогда не встречал никого, кто бы так гордился своей принадлежностью к сообществу «синих чулок», – сказал Гарретт, раскрывая свою часть газеты.

– А я никогда не встречала никого, кто бы так кичился своей славой беспутного повесы. Ох да, еще и расточительного игрока. Не следует этого забывать.

Гарретт опустил край газеты, чтобы поверх него видеть Джейн.

– Я играю лишь время от времени, и вряд ли меня можно назвать беспутным.

– Ну если вы так считаете… – Джейн, не обращая внимания на Гарретта, снова занялась печеньем. – Эта поездка в Бат – именно то, что мне нужно, – продолжала она. – Кроме того, я не могу дождаться, когда познакомлюсь с тамошней библиотекой. Она одна из лучших в стране.

Гарретт, скрестив ноги, откинулся на спинку кресла и тяжело вздохнул.

– Ну ясное дело, не можете дождаться. Едете в курортный город, и вас интересует там только библиотека.

Джейн постучала указательным пальцем по газете.

– Осторожнее, Апплтон, или я поинтересуюсь причиной вашей неприязни к библиотекам. Хотя, полагаю, прелесть подобных вещей способен оценить только тот, кто умеет читать.

Гарретт с многострадальным видом медленно покачал головой.

– Я много раз бывал в библиотеке в Бате, мисс Лаундз. По правде сказать, я один из наиболее частых посетителей.

На этот раз Джейн даже не взглянула на него.

– Да, я уверена, они с благодарностью встречают вас всякий раз, когда вы после бессонной ночи, проведенной за карточной игрой, и слишком обильной выпивки заходите купить средство от головной боли.

Люси предостерегающе взглянула на них обоих.

– Может, вы все же прекратите? Мы делаем это ради Кэсс, не забыли?

– Да, конечно. – Гарретт снова обернулся к их опечаленной подруге. – Скажите только слово, Кассандра, и я немедленно все организую.

– Думаю, мама не будет возражать, – неуверенно произнесла Кэсс, отпивая небольшой глоток сока из своего бокала.

Люси накрыла ладонь Кэсс своей.

– Она непременно согласится, дорогая. Тетушка Мэри будет сопровождать нас туда, так что все будет как полагается. Мы будем пить минеральную воду в галерее, устраивать чаепития, выходить на ежедневную прогулку по Королевскому полумесяцу. Вот увидишь. Тебе сразу же станет лучше.

Кэсс слабо улыбнулась.

– А самое главное, – добавила Люси, плотно сжав губы, – мы ускользнем от этого ненавистного герцога Кларингтона.

Джейн удивленно приподняла бровь.

– Мне казалось, тебе удалось преодолеть сильную неприязнь к герцогу, Люси.

– Не знаю, что ты имеешь в виду. – Люси опустила взгляд на скатерть и судорожно сглотнула. Она не стала рассказывать Кэсс о поцелуе с герцогом. Но гораздо больше Люси раздражал вопрос: почему она не сказала об этом Джейн? Или Гарретту? Они всегда рассказывали друг другу обо всем. Но что-то глубоко внутри, какая-то скрытая часть ее существа испытывала смущение. Даже робость. И это было совершенно новое, непривычное для Люси, странное и неприятное чувство. Она ни разу в своей жизни не оробела и не испытала смущения. И уж конечно, ей не следовало смущаться от чего-либо, связанного с этим самонадеянным герцогом Кларингтоном. Так почему же она не рассказала им?

Ну ладно. Она расскажет. Сразу же, как только они уедут в Бат и благополучно окажутся подальше от этого дерзкого герцога. Она расскажет об этом Джейн и Гарретту, и они все вместе придумают способ отвадить его раз и навсегда. Возможно, время разлуки охладит его рвение… ухаживать за Кэсс. Наверняка он вскоре покинет Лондон, чтобы проведать земли и владения, пожалованные ему вместе с титулом. Разве нет?

Кэсс прикусила губу.

– Я знаю, что должна быть в восторге от внимания герцога, но не могу.

– Конечно же, ты ничего не должна, дорогая. – Люси похлопала ее по руке. – Раз он тебе не нравится, значит, не нравится. – «А раз он тебе самой не нравится, почему ты целовалась с ним?»

Кэсс слегка поклевала свой бисквит.

– Не то чтобы он мне не нравится, просто…

Они все знали, что она хотела сказать. Просто он не Джулиан. Все всегда сводилось к этому.

– Ох, Люси, ты говорила, что прошлым вечером на приеме он упомянул, будто намерен сегодня нанести мне визит, разве не так? – спросила Кэсс.

Люси судорожно сглотнула.

– Да, это верно. – Хотя она ни словом не обмолвилась об остальной части разговора с герцогом.

– Обещай, что сегодня останешься со мной на весь день. Ты будешь нужна мне, когда он явится.

– Конечно, я обещаю, дорогая. – Люси не радовала перспектива оказаться в одной комнате с герцогом, но не могла же она предоставить Кэсс самой заботиться о себе.

– А я обещаю тотчас же уйти и заняться нашими планами по отъезду в Бат. – Гарретт встал и отвесил церемонный поклон сразу всем трем леди.

Люси счастливо улыбнулась.

– Мы уезжаем в Бат!

Глава 20

– Мы уезжаем в Бат, – два часа спустя объявила Люси с радостной улыбкой на лице. На этот раз она разговаривала с герцогом Кларингтоном, сидевшим в гостиной дома Монро в кресле напротив Кэсс.

Герцог явно старался не встречаться с Люси глазами, что ее неизменно веселило. Не глядя на нее, он сказал:

– В Бат, э-э? – Он откинулся на спинку кресла, скрестив ноги в высоких сапогах.

– Да, в Бат. – На этот раз Люси подчеркнула свои слова энергичным кивком головы. Она вынуждена была признать, что ей тоже немного трудно взглянуть на герцога после того поцелуя. Но ей действительно было приятно сообщить ему эту новость. И чем старательнее герцог избегал смотреть на Люси, тем дальше она подавалась вперед в своем кресле, пронзая его сердитым взглядом.

– Просто решили попутешествовать? – небрежно спросил герцог, поправляя белоснежные манжеты, словно его ничто в этом мире не волновало.

Люси смотрела на него в упор, упершись обеими ладонями в колени. Она срывала его планы, и это, очевидно, ему совсем не нравилось. И конечно же, он не мог просто услышать эти новости и пожелать всего хорошего. Он непременно должен вызнать подробности. Люси презрительно сморщила нос. Если бы у него имелась хоть капля благородства, он бы уже понял, что частично причина их отъезда кроется в желании избавиться от его нежелательного присутствия. Он должен был заподозрить это. Фи! Нет сомнения, что поэтому он и спросил.

– Папа думает, что воды будут мне полезны, – добавила Кэсс, протягивая герцогу изящную чашку с чаем. Конечно, она не стала упоминать, как ее матушка возражала против этой идеи, убежденная в том, что любая поездка, уводящая Кэсс от общения с герцогом, совершенно неприемлема. Но тут вмешался отец и настоял, чтобы она ехала. Он знал, как Кэсс расстроена известиями о Джулиане, и подумал, что смена обстановки пойдет ей на пользу. Благослови Господь отца Кэсс.

Герцог наклонился вперед, чтобы принять предложенную чашку чая. Люси наблюдала за ними с легкой улыбкой на губах. Герцог не пьет чай. Она заметила это в первый же раз, когда Кларингтон пришел с визитом. Но Кэсс, судя по всему, не отметила эту тонкость их достопочтенного гостя. Она предложила ему этот напиток, словно герцог мог каким-то образом мгновенно изменить свое мнение (и свою личность). Люси поднесла свою чашку к губам. Ну и ну, лучше бы Кэсс предложила ему бренди. Он выпил бы его охотнее. Люси спрятала свою улыбку за чашкой.

– Я никогда не был в Бате, – сказал герцог. Он умолк, чтобы поставить нежеланный напиток на боковой столик, и снова вытянул ноги вперед.

Люси судорожно сглотнула и попыталась отвести взгляд. О боже, до чего же у герцога длинные ноги. Длинные и стройные. На нем были темно-серые бриджи и изумрудно-зеленый жилет, удачно подчеркивавший цвет глаз. Она отвела взгляд. Глаза? Теперь она ударилась в поэзию по поводу глаз герцога? Ох, это нужно прекратить. И незамедлительно. Люси отставила свою чашку и сложила руки на коленях.

– Никогда не были в Бате? В жизни не слышала ничего подобного.

Он едва скользнул по ней взглядом.

– Да, что поделаешь, трудно изыскать возможность попасть в курортный город, когда служишь в армии! – Он сдержанно улыбнулся, и Люси постаралась сделать вид, что не припоминает, каково это – целоваться с ним. Она не покраснеет. Ради всего святого. Она не из тех, кого с легкостью бросает в краску!

– О, разумеется, ваша светлость, – поспешила уверить его Кэсс. – Но Бат восхитительный город. Окружен живописными холмами, весь в зелени и очень красив. А залы для приемов и балов, галерея для питья минеральных вод, развалины римских терм! Ну просто дух захватывает.

От боли за подругу у Люси сжалось сердце. Кэсс так хорошо притворялась, что счастлива и весела в обществе герцога. Как будто и не рыдала всю ночь напролет. И выглядела она свежей, как цветок. Если бы Люси проплакала всю ночь, она была бы похожа на нахохлившегося голубя.

В этот момент дверь в гостиную распахнулась, и в комнату суетливо ворвалась мать Кэсс.

– Ох, извините, ваша светлость, что я так опоздала к вашему визиту, но я только что узнала, что вы здесь. – Она, сердито прищурив глаза, взглянула на Люси, и та задумалась, не проведала ли каким-то образом мать семейства, что это она, Люси, подкупила лакея, чтобы тот скрывал от хозяйки эту новость как можно дольше. Должно быть, этот чертов Шейкспьер раскололся.

После обмена любезностями с леди Морланд герцог снова занял свое место. Он всегда выглядел гигантом, пытаясь втиснуться в изящные кресла палисандрового дерева в гостиной Монро.

– Я только что услышал от вашей дочери, что мне обязательно нужно посетить Бат, – сказал он леди Морланд.

Где-то в глубине сознания Люси зазвучал тревожный набат. Охваченная ужасом, она молча наблюдала, как леди Морланд открыла рот и оживленно произнесла убийственные слова:

– О, вы непременно должны там побывать. Это совершенно необходимо.

– Тогда решено, – поспешно ответил герцог, не дав возможности Люси или Кэсс вставить слово. – Я тоже отправляюсь в Бат. Посмотрю, чем все так восхищаются. Я могу даже купить там дом. Похоже, это превосходное место.

Губы Кэсс сложились буквой О, и она в явном недоумении часто заморгала. Затем улыбнулась герцогу и кивнула, перед тем как отвести взгляд и неуверенно отхлебнуть глоток чая.

Улыбка леди Морланд расплылась от уха до уха.

– Прекрасно. Я уверена, вы, молодые люди, отлично проведете время.

Люси поставила свою чашку, подбоченилась и, прищурив глаза, сердито взглянула на герцога.

– Вы не собирались ехать в Бат!

Он медленно повернулся, устремив на Люси многострадальный взгляд.

– Во-первых, откуда вам это знать, леди Люси? А во-вторых, после того как леди Кассандра в течение нескольких минут описывала мне достоинства этого города, я совершенно уверен, что хочу посетить это место.

– Но вы… Но мы… – Люси никак не могла сформулировать свою мысль. Она была в бешенстве. Как удалось этому герцогу за какие-то пятнадцать минут снова разрушить ее планы? И в то самое время, когда она была настороже? В самом деле настороже. Да, он вмешался и сделал ход прямо перед ней. Его называли Решительным герцогом. А следовало бы назвать непорядочным.

– Леди Люси, пожалуйста, – произнесла леди Морланд, коротко кивнув. – Я полагаю, герцог принял решение.

– Это действительно так, мадам, – ответил он. – У вас есть возражения, леди Кассандра?

Кэсс взглянула на Люси, затем на мать, пронзавшую ее суровым взглядом.

– Нет, конечно, нет, ваша светлость, – тихо сказала Кэсс, теребя ворот своего платья.

Следующие полчаса герцог старался выведать как можно больше информации у готовой услужить леди Морланд. Его вопросы звучали как артиллерийские залпы, заставляя Люси содрогаться от смешанного чувства все возрастающего разочарования и полной бесполезности, пока леди Морланд оживленно отвечала на них один за другим. Где они остановятся? У кого? На какой улице расположен этот дом? Как долго они рассчитывают там оставаться? Это было в высшей степени смехотворно. А каждая попытка Люси схитрить и как-то обойти его вопросы, немедленно пресекалась герцогом, который прямо повторял вопрос, вынуждая Кэсс или ее мать дать ответ.

К концу разговора Люси кипела от ярости. Глаза Кэсс затуманились смущением. А герцог и леди Морланд напоминали кошек, досыта наевшихся сметаны.

Наконец герцог встал, чтобы уйти. Он отвесил низкий поклон и сказал:

– С нетерпением жду момента встречи с вами в Бате, леди Кассандра.

Кэсс едва кивнула и попыталась изобразить подобие полуулыбки.

– Да, ваша светлость. – Леди Морланд широко улыбнулась и похлопала дочь по плечу.

– С вами тоже, леди Люси, – добавил герцог и дьявольски подмигнул Люси, выходя за дверь.

Глава 21

Переезд в Бат оказался тряским, жарким и, откровенно говоря, довольно тесным, поскольку Джейн, Люси, Кэсс, тетушка Мэри и Гарретт втиснулись в карету Гарретта все вместе. И хотя это был великолепный экипаж, к тому времени, когда это средство передвижения остановилось перед прекрасным особняком Гарретта в Верхнем городе, Люси потирала ушибы в таких местах, о существовании которых прежде не подозревала.

Двери особняка отворились, и слуги суетливо устремились вниз по лестнице, чтобы помочь приехавшим выйти из кареты. Тетушка Мэри, мать Гарретта, превратилась в ураган деловитости, отдавая распоряжения слугам и направляя всех в соответствующие комнаты. Мать Люси никогда не одобряла тетушку Мэри. «Слишком порывистая и дружелюбная», – презрительно поджав губы, отзывалась мать Люси о своей невестке. Но именно за это Люси и обожала свою тетушку. На лице тети Мэри всегда сияла улыбка, она ко всем относилась с теплотой и воодушевлением.

Лакеи сновали туда-сюда, выгружая багаж как из кареты, так и из повозки, тащившейся следом с остальными сундуками и чемоданами. Все прибывшие вошли в просторный особняк, и их тут же проводили в одну из гостиных, где подали чай и закуски.

– Я так рада, что вы отправились с нами в эту поездку, – оживленно и взволнованно сказала тетя Мэри. – Этим летом мы отлично проведем время. Вот увидите.

– Благодарим за то, что приняли нас, тетя Мэри, – ответила Люси.

– Ох, теперь это дом Гарретта, а не мой. – По лицу тетушки быстро пробежала тень печали. Прошло уже более двух лет с тех пор, как скончался дядя Чарлз.

Гарретт едва не поперхнулся чаем.

– Мама, этот дом так же твой, как и мой.

Тетя Мэри похлопала сына по руке.

– Такой славный мальчик. Я счастлива, что у меня есть ты.

Люси улыбнулась. Как хотелось, чтобы и ее связывали с матерью подобные отношения. Или с отцом, если на то пошло. Родители Люси уже очень давно утратили всякую надежду на ее удачное замужество и по большей части оставались в сельском поместье, горюя и сетуя на судьбу за то, что однажды все их земли и титул унаследует Гарретт. Это и в самом деле было печально. Ведь они все могли быть большой счастливой семьей. Если бы таковые вообще существовали.

Тетя Мэри хлопнула в ладоши, возвращая Люси к действительности.

– Скоро состоится грандиозный бал, всего через два дня, в Верхних залах. Там наверняка будет очень весело.

– Прекрасно, – отозвался Гарретт.

– Жду с нетерпением, – ответила Люси.

– Я тоже, – заявила Джейн, однако никто ей не поверил.

Кэсс явно не испытывала энтузиазма, хотя ей удалось вымучить слабую улыбку, ведь тетя Мэри настаивала, чтобы она пошла и как следует повеселилась.

– А миссис Периуинкл сказала мне, что герцог Кларингтон только что снял дом на Эпхилл-Драйв.

В глазах Кэсс промелькнул страх. Люси скрестила руки на груди.

– Да, мы слышали, что он тоже собирается приехать.

– О-ох, как ты узнала, дорогая? – спросила тетя Мэри, двигаясь на краешек стула, словно приезды и отъезды герцога имели для нее важнейшее значение.

Люси отхлебнула глоток чая.

– Он сам сказал нам.

Тетя Мэри едва не свалилась со стула.

– Вы разговаривали с герцогом?

– Да, – ответила Люси. – Он пытается ухаживать за Кэсс.

У тети Мэри был такой вид, будто ей хочется подбросить вверх чашку. Глаза ее стали большими, как блюдца. Она схватилась за сердце.

– Герцог Кларингтон ухаживает за нашей Кассандрой?

Кассандра яростно замотала головой.

– Ох, на самом деле нет. Не…

– Пытается ухаживать, – повторила Люси. – Однако Кэсс в этом не заинтересована.

Если бы тетя Мэри была склонна к апоплексии, ее наверняка сейчас хватил бы удар. Тетушке как-то удалось извлечь из складок юбки веер, и она принялась яростно обмахиваться, заставив Люси заволноваться о сохранности ее запястья. Или даже всей руки.

– Что? Ее не интересует герцог Кларингтон? Как это возможно? – Тетя Мэри с недоумением уставилась на Кэсс, будто та была мифическим существом, только что впорхнувшим в комнату со страниц книги волшебных сказок.

Лицо Кэсс вспыхнуло ярким румянцем.

– Он всего лишь нанес визит или два.

– Не забывай о конной прогулке по парку, – вмешалась Люси, отправляя в рот второй бисквит.

Кэсс согласно кивнула.

– Да, еще мы ездили кататься в парк.

– На самом деле мы пытались избавиться от него, – добавила Люси, безуспешно стараясь удержать спокойствие в голосе. – Но он настоял, что последует за нами в Бат.

– Он приехал сюда ради тебя! – Вот оно как. Тетю Мэри все же вполне мог настичь апоплексический удар. Люси задумалась: захватила ли Кэсс с собой нюхательные соли? Обморок казался неизбежным.

– Нет-нет. Он просто хотел посмотреть город. Он здесь никогда не был, – заверила тетю Мэри Кэсс, съежившись в своем кресле.

– Кассандра, вы слишком скромничаете, – тихо и спокойно сказал Гарретт. – Герцог, судя по всему, не на шутку увлечен вами.

Кассандра взволнованно теребила складки своего кремового платья, не решаясь встретиться взглядом с приятелем.

– Знаете, что я думаю? – вмешалась Джейн. Она только что прикончила свой последний бисквит и промокнула губы краем салфетки.

– Нет, и что же? – с ухмылкой на лице спросил Гарретт.

Джейн полностью проигнорировала его.

– Я думаю, что Люси больше подходит герцогу, чем Кэсс.

В первый раз с тех пор, как они заговорили о герцоге, на лице Кэсс появилось счастливое выражение.

– О, я полностью с этим согласна.

– Более того, я думаю, что на самом деле она сама немного интересуется им, – с легкой улыбкой на губах добавила Джейн.

Люси бросило сразу и в жар и в холод. Она вскинула голову и взглянула на друзей.

– Герцогом? Я? Интересуюсь герцогом? Ничего подобного.

Джейн сложила губы трубочкой, словно намеревалась свистнуть, и отхлебнула маленький глоток чая.

– Ты в этом уверена?

– Должна признаться, мне тоже раз или два приходила в голову эта мысль, – сказала Кэсс.

Гарретт скрестил руки на груди и откинулся на спинку кресла. А затем отрывисто рассмеялся.

– Люси и герцог. Ну что ж, это идея. Как вы на это смотрите, ваша светлость?

Люси со стуком поставила чашку на стол. Она не знала, что ей делать со своими руками. Затем сложила их на коленях.

– Вы все просто смешны. Я не знаю ни одного человека, который нравился бы мне меньше, чем герцог Кларингтон.

– О да, он всего лишь красив, богат, герой войны и к тому же герцог, – взмахнув рукой, сказала Джейн. – Чем тут восхищаться?

Люси взглянула на нее, прищурив глаза.

– Если он такой восхитительный, что же ты не увлеклась им?

Джейн в ответ рассмеялась.

– Властным, привыкшим командовать солдатами? Он не в моем вкусе. А вот тебе он определенно подходит.

Люси фыркнула.

– Что за нелепость! С какой это стати?

– Разве нет? Он точно такой же, как ты, – заметил Гарретт.

Люси сделала в уме пометку: обязательно пнуть кузена, как только они окажутся вне поля зрения дорогой тетушки. А тем временем досчитала до десяти и снова взяла в руки чашку. Люси не позволит своим друзьям и дальше подшучивать над ней. Ведь они, в конце концов, просто дразнили ее, и это слегка раздражало. Но, прихлебывая чай, она невольно думала о том, что сказала Джейн. Неужели герцог и вправду походит на нее? Или нет? Глоток.

Глава 22

Верхние залы привели Люси в восторг. У нее перехватило дыхание. Так бывало всегда. С самого первого раза, когда она, восемнадцатилетняя, увидела этот восхитительный бальный зал. Такой просторный и симметричный, со светлыми высокими потолками, стенами, расписанными фресками, и сверкающими канделябрами. Бат был местом отдыха. И в отличие от тех, кто находил его слишком тихим и сонным для настоящих увеселений, Люси всегда любила уют и спокойствие этого города. Они с Гарреттом провели здесь немало счастливых дней. Валялись на траве на Королевском полумесяце, угощались чаем в питьевой галерее, исследовали руины римских терм и катались верхом по холмистым окрестностям. Бат был великолепен. И балы в Верхних и Нижних залах всегда были восхитительны. То есть так было, пока не появился герцог Кларингтон.

Кэсс тоже пришла вместе с ними. Друзьям все же удалось уговорить ее. Строго говоря, она не была в трауре. Джулиан не состоял с ней в родстве. Не говоря уж о том, что он еще не умер, насколько им было известно. Но сердце Кэсс тем не менее было разбито. Им стоило огромного труда убедить ее пойти с ними. Она понимала, что ради окружающих нужно изображать на лице счастье и делать вид, что ей весело. Но намеревалась отклонять каждое приглашение на танец, в том числе когда ее пригласит герцог.

Люси была в прелестном сапфирово-синем платье с ниткой жемчуга на шее, а Джейн – в светло-голубом с завышенной талией и с золотым кулоном. Кэсс, как всегда, выглядела блестяще, в бледно-лиловом платье с бриллиантами на шее и в волосах.

– Он здесь, – прошептала Джейн, когда они прогуливались по залу, разглядывая присутствующих. Кивком она указала в противоположную сторону, где стоял герцог, очевидно, окруженный группой новых поклонников.

– Честно говоря, я не верила, что он приедет, пока не увидела его здесь. – Люси покачала головой.

– Он же сказал, что собирается приехать, разве нет? – ответила Джейн.

– Да, но… – Люси прикусила кончик пальца. – Какой же он наглец! Это не должно бы меня удивлять, но удивляет.

Гарретт отхлебнул из бокала, который держал в руке.

– Что до меня, я его полностью одобряю.

Люси сердито посмотрела на кузена.

– Не может быть, чтобы ты и вправду так думал.

– Напротив, именно так я и думаю. – Гарретт улыбнулся. – Он знает, чего хочет, и намерен добиться этого.

Джейн закатила глаза.

– Вы говорите о нашей Кэсс, а не о каком-то трофее.

Гарретт отхлебнул еще глоток.

– Я только имел в виду, что его упорство достойно похвалы.

– А я думаю, что это просто ужасно, – сказала Люси. – Кэсс меньше всего нуждается здесь в его преследовании. В особенности после известий о Джулиане.

– Он идет сюда, – прошептала Джейн.

– Конечно, как же иначе. – Люси вздохнула.

– Мисс Лаундз, сейчас самый подходящий момент пригласить вас на танец, – сказал Гарретт, отдавая опустевший бокал проходившему мимо лакею.

– Вы просите или сообщаете мне, что вынуждены попросить? – сладким голосом спросила Джейн.

– Как сказать. Это зависит…

– От чего?

– Собираетесь ли вы ответить «да».

Джейн склонила голову набок.

– Я согласна, но лишь потому, что не желаю оставаться на линии огня, когда Люси схлестнется с герцогом. Что неизбежно произойдет с минуты на минуту.

– Я польщен, – произнес Гарретт голосом полным сарказма.

– Вы и должны быть польщены, – с насмешкой ответила Джейн. – Кроме того, это лучше, чем реакция Люси на приглашение герцога потанцевать.

Люси сморщила нос. Эта парочка ускользнула на танцевальную площадку, как раз когда к ним подходил герцог. С бокалом бренди в одной руке, небрежно сунув другую в карман, он выглядел галантным, обходительным джентльменом, пришедшим приятно провести время.

Герцог остановился перед Люси и Кассандрой. Кэсс только что закончила разговаривать с тетей Мэри, нетерпеливо топтавшейся возле них, в явном ожидании быть представленной прославленному аристократу. Герцог учтиво поклонился всем трем дамам.

– Леди Кассандра. Леди Люси. – Он выпрямился в полный рост и отхлебнул глоток из бокала. – А это, должно быть, ваша… сестра? – Он кивком указал на тетушку Мэри.

Люси насмешливо приподняла бровь.

– Это моя тетя, миссис Апплтон. Тетя Мэри, герцог Кларингтон.

– Рад познакомиться, мадам. – Герцог склонился над рукой страшно покрасневшей тетушки Мэри.

– Очень приятно познакомиться с вами, ваша светлость, – прощебетала тетя Мэри.

Кэсс присела в изысканном реверансе, а Люси лишь сердито смотрела на герцога.

– Ваша светлость, вижу, вы благополучно прибыли в Бат, – умудрилась она произнести сквозь зубы. И то лишь потому, что обещала Кэсс постараться вести себя прилично.

– Без сомнения, к вашей великой досаде, мисс Апплтон, – ответил герцог своим обычным самодовольным тоном.

Люси открыла рот, собираясь язвительно отбрить его, но Кэсс ткнула ее в бок локтем, и она пробормотала что-то бессмысленное и не соответствующее истине насчет того, что ей приятно его видеть.

– Леди Кассандра, не окажете ли мне честь? – спросил герцог, указывая в сторону танцевальной площадки.

Кэсс отрицательно покачала головой.

– Прошу извинить, но сегодня я не расположена танцевать, ваша светлость.

– Какая жалость. – Он покорно склонил голову и отхлебнул еще глоток бренди. – Вы уверены, что не передумаете?

– Совершенно уверена, – решительно кивнув, ответила Кэсс.

– Если вы измените свое мнение…

Ну вот. Люси стиснула зубы.

– Она ведь сказала, что танцы ее не интересуют. – Люси и так уже была страшно зла из-за того, что герцог последовал за ними в Бат. А теперь он еще досаждал Кэсс, хотя та ясно дала понять, что танцевать не желает.

– Люси! – В тоне тетушки Мэри явственно звучало предостережение, но Люси не могла сдержаться даже ради любимой тети.

Уголок губ герцога изогнулся кверху.

– Полагаю, танец со мной вас вряд ли заинтересует, леди Люси. Или я ошибаюсь?

Он дразнил ее. Люси видела это по насмешливому блеску в его зеленых глазах. Но она не позволит герцогу выводить ее из себя. Люси уже открыла рот, чтобы отказать в самых изощренных выражениях, какие только могла изобрести. Но тут ее осенило, что у нее и вправду есть, что сказать герцогу. Наверное, удобнее всего сделать это во время танца.

– Я польщена, – сказала она тоном, свидетельствующим об обратном. – Я привела в порядок свой парик, а права на титул королевы отсиживающихся у стенки «желтофиолей» этим вечером уже заявила Джейн.

Герцог не колебался ни секунды. Он поклонился Кэсс и тете Мэри, извинился, поставил бокал на ближайший стол и увлек Люси на танцевальную площадку. Обе леди молча провожали их взглядом.

Едва они прошли первый круг, как Люси спросила:

– Как вам понравился Бат, ваша светлость? Еще не решили приобрести здесь дом?

– По правде сказать, подумываю. Я просто очарован этим городом.

– О, замечательно. Возможно, мы все вместе сможем отдыхать здесь в будущем. Это было бы восхитительно, не правда ли? Учитывая нашу историю? – Она с невинным видом захлопала ресницами.

Герцог пристально посмотрел Люси в глаза.

– Не надо. Послушайте, я знаю, вы не хотели, чтобы я приезжал сюда. Но то, что произошло между нами, было ошибкой. Теперь все это в прошлом, и мы не можем ничего изменить. Я…

Люси едва не споткнулась.

– Вы и вправду думаете, будто из-за того поцелуя я не хотела, чтобы вы приезжали сюда? – Она понизила голос, чтобы другие не могли ее услышать, и огляделась. Вроде бы все спокойно.

Герцог вопросительно приподнял бровь.

– Я ошибся?

– Конечно, да. Одно никак не связано с другим. Я совершенно забыла о том поцелуе. – Нет, Люси не забыла. Однако ни к чему подпитывать его самонадеянность, сообщая, что она, судя по всему, не может заставить себя не думать об этом.

– Значит, остается предположить, что ваша неприязнь ко мне осталась прежней? Впрочем, я никогда не понимал ее причины.

Люси стиснула зубы.

– Разве вы не видите, что Кэсс расстроена?

Он выглядел обескураженным и, похоже, не находил нужных слов.

– Расстроена?

– Да. Она только что получила очень неприятное известие. Ее дорогой друг. Солдат. Капитан. Он был ранен в битве и должен был вскоре вернуться. На этой неделе она получила сообщение, что он не вернется. Это тот человек, которого она любит.

– Он умер? – Голос герцога звучал мягко, сочувственно.

– Он умирает, – кивнув, ответила Люси. – Она ожидает известий со дня на день.

Лицо герцога помрачнело.

– Я знаю, что значит терять людей, хороших друзей в бою. Мой самый близкий друг был тяжело ранен в битве. Я искренне сочувствую вашей подруге и сожалею о ее потере.

– Тогда, может быть, вы с уважением отнесетесь к ее чувствам и оставите ее в покое?

– Независимо от того, что вы, возможно, обо мне думаете, миледи, мне не доставляет особого удовольствия ухаживать за леди, которая, судя по всему, совершенно мной не интересуется.

Люси не решилась встретиться с ним взглядом.

– Полагаю, вы меня обманываете.

– Это правда, – с усилием выдавил герцог.

– Означает ли это, что теперь вы перестанете преследовать Кэсс?

– Безусловно, если она того хочет.

– Конечно, она этого хочет. Она безумно любит Джулиана, а он при смерти. Как вам могло прийти в голову, что в такой момент она захочет принимать знаки внимания от другого джентльмена?

Лоб герцога пересекли тревожные морщины.

– Подождите минутку, вы сказали Джулиан? Я думал, Джулиан помолвлен с ее кузиной.

Глава 23

Люси оторопела. Она ошеломленно взглянула на герцога. Они перестали танцевать, и он быстро повел ее в сторону.

– Как вы узнали о Джулиане? – спросила Люси, как только они оказались у стены.

Герцог оглядел бальный зал.

– Думаю, наш разговор лучше продолжить в более спокойном месте.

Потрясенная Люси безропотно позволила герцогу увлечь ее из бального зала и вывести на вымощенную камнем улицу. Изредка кто-то входил или выходил из здания, но по большей части они оставались в лунном свете одни.

Как только они оказались в уединенном месте, Люси выдернула руку из его захвата и повернулась к герцогу лицом.

– Я повторяю свой вопрос: как вы узнали о Джулиане?

Герцог отступил на шаг.

– Капитан Джулиан Свифт – мой самый близкий друг.

Люси застыла на месте. Она не могла поверить в это. Она допускала, что, вполне вероятно, герцог и Джулиан были знакомы. Они оба служили в армии и были в Брюсселе. Но близкие друзья? В самом деле? И если это так, значит…

– Это Джулиан рассказал вам о… – Ох, теперь все кусочки головоломки встали на свои места. – Вы говорили, что Кэсс рекомендовали вам как кандидатку в жены. Ее порекомендовал Джулиан?

– Совершенно верно. Но все гораздо сложнее. Я обещал Джулиану, что женюсь на ней.

Люси прижала к щекам обе ладони.

– Не знаю даже, что и сказать. – Но теперь она поняла. Наконец поняла. Герцог все это время упорно преследовал Кэсс, безуспешно пытаясь ухаживать за ней, отказывался принимать ответ «нет», выносил все оскорбительные нападки Люси. И все это он делал ради своего друга Джулиана. Джулиана, который лежал при смерти. Который порекомендовал ему Кэсс. Нет, который заставил друга пообещать, что тот женится на ней. Люси покачала головой. Она обхватила себя руками и тоже принялась ходить туда-сюда по мостовой.

– Я и представить себе не мог, что она влюблена в него, – продолжал герцог. – Из того, что он говорил, я понял, что он обручен с ее кузиной, вроде бы Пенелопой.

Люси отступила в сторону, чувствуя себя несколько не в своей тарелке.

– Так и есть, – прошептала она. – Соглашение заключили родители, когда они были совсем юными.

Герцог оперся о стену здания.

– Но вы говорите, что леди Кассандра любит Джулиана?

– Да. Она любит его с детства.

– Джулиан знает об этом?

– Теперь, может быть, знает. Она написала ему, как только узнала, что он при смерти. Но до этого она никогда не говорила ему. Какое это имеет значение?

Герцог убрал ладонь со стены и зарылся пальцами в волосы.

– Проклятие! Я понятия не имел, что она его любит. Хотя должен сказать, это многое объясняет.

Люси не смогла сдержаться и насмешливо фыркнула.

– Что? Вы не можете представить леди, которая не заинтересовалась бы вами, если сердце ее не занято другим?

Он только пожал плечами.

– Вы невероятно самонадеянны, – сказала Люси. Но, по непонятной причине, не сумела сдержать улыбки. Это было уже слишком. Люси изо всех сил старалась отогнать его, словно рассерженная наседка, защищающая своего цыпленка. А он дал клятву умирающему преуспеть в своем сватовстве. Сватовстве, которое Люси отчаянно пыталась предотвратить. Если бы все это не было так печально, она бы рассмеялась.

Когда герцог заговорил, голос его прозвучал мягко.

– Правда, Люси, я не знал, что она любит Джулиана.

Он назвал ее Люси. На мгновение у нее перехватило дыхание. Ох, ей бы следовало настоять, чтобы герцог не вел себя с ней так развязно, но в данный момент ей больше не хотелось спорить. Они оба только что сделали важное открытие. Он наконец понял, что Кэсс любит другого. Не просто какого-то джентльмена, а Джулиана. А Люси в конце концов поняла, почему он так упорно не желал сдаваться. Кроме того, тем вечером он подарил ей обжигающий поцелуй, едва не опаливший ресницы. Так что обращение по имени было не так уж и скандально. Она бы тоже могла начать называть его Дереком.

Когда он улыбнулся, у нее едва не остановилось сердце.

– Значит, теперь вы понимаете, почему должны оставить Кэсс в покое? – тихо спросила она. Но эти слова, неизвестно почему, повергли ее в печаль. Если он отступится и оставит Кэсс, Люси никогда его больше не увидит. Именно этого ей и хотелось, твердила она себе. Но так ли это на самом деле?

– Я не могу этого сделать, – ответил Дерек.

Люси вскинула голову.

– Что вы имеете в виду? Почему?

Он повернулся к Люси и посмотрел ей в глаза.

– Я дал обещание своему другу.

– Но Кэсс вас не любит!

Он застонал.

– Поверьте мне, я это понимаю. Не слишком-то большое удовольствие обхаживать ее. Но вы говорите так, словно Кассандра не может полюбить никого, кроме Джулиана. Он ценит ее очень высоко. Это я могу подтвердить. Но если бы даже Джулиан выжил, он вернулся бы сюда и женился бы на ее кузине. Он собирался поступить именно так. Он мне сам говорил. Я обещал Свифту жениться на леди Кассандре и намерен сдержать это обещание. Я буду хорошим мужем. Она получит щедрое содержание, после того как обеспечит меня наследником. Она сможет путешествовать где угодно и делать все что угодно. Я не стану ей препятствовать.

Люси в гневе сжала кулаки. Она не могла в это поверить. Даже после всего, что они здесь выяснили, он намерен продолжать добиваться Кэсс. Этот человек отказывался прислушаться к доводам разума. И был так холоден… так расчетлив в отношении брака. Это не должно удивлять Люси. Многие светские браки основаны на расчете. Но по какой-то причине, услышав это из уст герцога, она пришла в ярость. Он не был светским джентльменом, черт бы его взял. Это не его мир. Или, по крайней мере, не был таковым до сих пор. Почему же герцог так сухо и прозаично относился к вопросу предложения руки и сердца?

От досады и разочарования Люси едва не расцарапала себе руки.

– Почему вы хотите добиться леди, которая вас не любит?

– Вы ошибаетесь. Я хочу жениться на леди, которая меня не любит. Это не имеет ничего общего с тем, примет ли она меня. Не путайте брак с любовью.

В голове у Люси зазвенело, словно она получила пощечину. «Не путайте брак с любовью». Как можно было сказать такую нелепость? Но не этого ли Люси ожидала от своего собственного брака? А раз так, почему это так злит ее сейчас? В этом нет смысла. Она открыла рот, чтобы заговорить, но с губ не сорвалось ни слова. «Я? Потеряла дар речи? И вправду все когда-то случается в первый раз».

Герцог серьезно кивнул.

– Я дам Кассандре время примириться с этой трагедией. Но я твердо намерен жениться на ней.

Глава 24

– Моя дорогая кузина, у меня для тебя хорошие новости, – двое суток спустя заявил Гарретт, когда они направлялись к выходу, чтобы поехать на очередной бал.

Люси посмотрела на него с недоверием.

– Хорошие новости? Что ты имеешь в виду? – Последние два дня она постоянно клялась себе – точно клялась – не совать нос в дела своих друзей. Ну, по меньшей мере, в дела Кэсс. После последнего неприятного и неутешительного разговора с раздражающим герцогом Кларингтоном Люси решила устраниться из всей этой истории. Она сделала все, что смогла. Если Кэсс хочет, чтобы он прекратил ухаживать за ней, то ей придется сказать ему об этом самой. Люси он все равно не слушал. Он выполнял чертов долг чести по отношению к умирающему другу. Нет, герцог Кларингтон не имел намерения прислушиваться к мольбам Люси. Никогда не прислушивался и не будет. Она терпеть не могла признавать поражение, но пришло время взглянуть правде в глаза. Только круглый дурак не способен понять, когда пора выйти из игры.

Гарретт выглядел очень эффектно. В черном вечернем костюме и белоснежном галстуке.

– Я только что узнал, что мой друг Беркли в городе. Сегодня он будет на балу. Он сказал, что с нетерпением ждет встречи с тобой.

Люси наморщила лоб, пытаясь припомнить друга своего кузена.

– Беркли? Беркли? Имя звучит знакомо.

– Мы вместе поступили в Итон. Отличный парень. Виконт. Разве ты его не знаешь? – сказал Гарретт. Он помог Люси спуститься на площадку и последовал за ней.

Люси склонила голову набок.

– Почему я никогда с ним не встречалась?

– Она хотела спросить: «Он красив?» – добавила из холла Джейн, где деловито надевала накидку.

– Я совсем не это имела в виду, – возразила Люси, выходя в холл и доставая свою накидку.

– Если Люси не хочет этого знать, то я хочу. – Кэсс в прелестном зеленом платье медленно и спокойно спускалась по лестнице. Последние два дня она старалась изо всех сил заставить себя не плакать и мужественно держаться перед лицом печальных новостей о Джулиане. Если идея об интересе нового джентльмена к Люси способна отвлечь Кэсс от переживаний, Люси будет более чем счастлива оказать ей услугу.

Джейн, тщательно застегнув свою серебристую накидку, повернулась лицом к обеим подругам.

– Я тоже хочу это знать.

Гарретт насмешливо изогнул бровь, глядя на трех леди.

– Только не говорите, что он интересует вас всех. Он ведь один.

Джейн закатила глаза.

– Я не интересуюсь им. Просто хочу узнать это ради Люси.

– Я тоже, – присоединилась к ней Кассандра.

Люси натянула на плечи накидку.

– Я нахожу это в высшей степени подозрительным. За все эти годы, Гарретт, ты никогда не знакомил меня ни с кем из своих друзей. Пытаешься избавиться от меня?

– У меня твердое правило. Я никогда не играю роль сводника в отношении своих друзей. Думаю, именно по этой причине все мои друзья все еще остаются моими друзьями. Сейчас я делаю исключение, потому что Беркли сказал, что хочет познакомиться с тобой. А теперь я спрашиваю тебя, интересно ли тебе познакомиться с ним. Этим ограничивается мое вмешательство в эту небольшую историю.

Люси насмешливо фыркнула.

– Ты так и не ответил на мой вопрос. Почему я никогда не встречалась с ним прежде?

Гарретт пожал плечами.

– Потому что он живет на севере и редко приезжает в город.

– Ясно. – Люси глубокомысленно кивнула. – Должно быть, он не слышал сплетен обо мне.

– Должно быть, он слышал, что ты прекрасна, – сказала Джейн. – Вот поэтому и хочет с тобой познакомиться, Люси.

– Ох, как любезно с твоей стороны, Джейн. Ведь все это время мне нужно было только одно – поджидать джентльменов, которые никогда не бывали в Лондоне, – ответила Люси. – Это было так просто. В самом деле.

– Или тех, кто вернется с войны, – сказала Джейн. Они с Люси переглянулись.

– Нет ли у него зоба, или косолапости, или еще чего-нибудь, а, Гарретт? – спросила Джейн.

Гарретт натянул кожаные перчатки.

– Нет. Почему вы спросили?

– Мы просто хотим убедиться, что Люси действительно пожелает встретиться с ним, – сказала Джейн.

Люси презрительно фыркнула.

– Мне не пристало быть слишком разборчивой. Может быть, зоб и косолапость навечно станут моей судьбой, учитывая мои безрадостные перспективы. В моем положении ничто не кажется мне слишком отталкивающим.

– У него нет никаких изъянов, – сказал Гарретт, покачав головой. – Честное слово, судя по тому, как вы, леди, рассуждаете, клянусь, просто чудо, что в этой стране вообще заключаются браки.

– Обратите внимание, мы трое так и не нашли себе пары, – рассмеялась Джейн.

– Совпадение? – отозвался Гарретт.

Кэсс закончила наконец застегивать накидку.

– Никакого зоба и никакой косолапости. Звучит многообещающе, Люси.

– Но откуда нам знать, что наша подруга Люси не отошьет бедного молодого человека, как обычно? – Джейн рассмеялась.

– Потому что его порекомендовал ей кузен. Учитывая это обстоятельство, он не может вызвать возражений, – ответила Кэсс.

Люси рассмеялась.

– Я не возражаю против того, чтобы познакомиться, но давайте не будем пока планировать мою помолвку. И поскольку мне необходимо сдерживать язык, ты должна помочь, Кэсс.

– С превеликим удовольствием, – ответила Кэсс, приседая в реверансе.

Люси улыбнулась кузену.

– Ну, выкладывай, Гарретт. Должно быть, все же что-то не так с твоим лордом Беркли. Что именно?

– С ним все в полном порядке, – продолжал настаивать Гарретт. – Он красив, по крайней мере, так утверждают дамы. Обаятелен, следит за модой, богат, хорошо образован. Может, он слегка… Ох, да ты сама все увидишь.

– Слегка что? – спросила Джейн. – Страдает подагрой? Старый? От него дурно пахнет?

Гарретт снова закатил глаза.

– Ничего подобного. И я больше не собираюсь говорить об этом. Я уже жалею, что вообще упомянул о нем.

– Кто это страдает подагрой, стар и дурно пахнет? – Тетушка Мэри торопливо вышла из своих апартаментов, чтобы присоединиться к молодежи.

– Никто, мама, – ответил Гарретт, бросив на трех подруг предостерегающий взгляд.

Молодые леди, сдерживая смех, обменялись задорными взглядами. Дворецкий отворил перед ними дверь, и все бодро спустились по ступенькам и уселись в карету Гарретта.

Как только они прибыли к бальным залам, их маленькая группа разбрелась в разные стороны. Люси с некоторым раздражением отметила, что герцог Кларингтон уже был там. Но она не пожелала поздороваться с ним или же приблизиться к нему – или даже к Кэсс, если бы он стал с ней разговаривать. Люси в первый раз представилась возможность испытать на прочность взятое на себя обязательство не вмешиваться в дела Кэсс и герцога. И она намеревалась твердо придерживаться принятого решения.

Люси, притоптывая ногой в такт музыке и прихлебывая пунш из бокала, вела приятный разговор с миссис Периуинкл о прекрасных цветах в садах, расположенных вдоль Королевского полумесяца, когда ее по плечу хлопнул Гарретт.

– Люси.

Люси перестала притоптывать ногой и обернулась на голос кузена.

– Да?

Рядом с Гарреттом стоял джентльмен, которого можно было охарактеризовать только одним словом – великолепный. У него были золотистые волосы, ясные голубые глаза и фигура, вызывающая восхищение. Высокий и мускулистый, с небольшой ямочкой на подбородке. Когда незнакомец улыбнулся Люси, в ярком свете блеснули его ровные белые зубы. О-ох, в дополнение к тому, что у него не было ни зоба, ни косолапости, лорд Беркли и вправду выглядел на удивление хорошо. У Люси слегка закружилась голова.

– Люси, позволь представить тебе моего друга Кристиана, лорда Беркли, – сказал Гарретт, а затем, обратившись к лорду Беркли: – Кристиан, это моя кузина леди Люси Апплтон.

Люси сделала реверанс. Многообещающее начало, без сомнения. Ох, только бы все не испортить, не ляпнуть что-нибудь грубое или нелепое.

– Приятно познакомиться с вами, милорд, – умудрилась произнести она. Это было отлично исполнено, разве нет? Никаких нелепостей или грубостей. Действительно хорошее начало.

Лорд Беркли галантно склонился над ее рукой.

– Бесконечно рад нашему знакомству.

Люси видела, что Джейн и Кэсс с другой стороны зала пристально наблюдают за ней. Когда Люси встретилась с ними взглядом, они принялись энергично обмахиваться веерами, чтобы показать, что они от всего сердца одобряют блистательного лорда Беркли. Лорд Беркли вскоре проследил за взглядом Люси. Когда он посмотрел на ее подруг, Джейн и Кэсс мгновенно подняли глаза к потолку, а затем принялись оглядываться вокруг, чтобы не быть уличенными в том, что они на него пялились.

Лорд Беркли снова посмотрел на Люси, которая изо всех сил старалась не рассмеяться.

На губах виконта заиграла улыбка.

– Ваши подруги?

– Да, – ответила Люси. – Хотя в данный момент я бы не решилась утверждать это.

Лорд Беркли улыбнулся.

– Н-не хотите ли потанцевать, леди Люси?

Ах, он знал, что ее следует называть леди Люси, а не мисс Апплтон. Какая приятная смена обстоятельств. Но не послышалась ли ей легкая неуверенность в его голосе? Может, Люси не оправдала его ожиданий? Наверняка такого красивого и эффектного джентльмена больше заинтересовала бы женщина… подобная Кэсс. Ох, нужно сейчас же прогнать столь бесполезные мысли. Люси широко улыбнулась.

– Ну конечно же, да, милорд, хочу. Очень хочу.

Лорд Беркли, как она вскоре убедилась, был превосходным танцором. Не слишком разговорчивым, правда, по крайней мере, во время танца. Возможно, он предпочитал сосредоточиться на движениях. И ему прекрасно это удавалось. Он кружил ее по залу с легкостью и грацией, удивительными в столь высоком мужчине. Да, герцог был высок и тоже отлично танцевал, но… Нет. Люси не желает думать о герцоге. Только не сегодня. Она твердо намерена выбросить его из головы.

После танца лорд Беркли отвел Люси к столу с закусками.

– Скажите, леди Люси, как могло случиться, что мы никогда не встречались прежде? Я очень сожалею об этом.

О-ох, может, настал момент узнать, что имел в виду Гарретт, когда сказал, что лорд Беркли слегка… Она внимательно изучала его во время танца и не обнаружила никаких изъянов. Люси широко улыбнулась.

– Чуть раньше я спросила у Гарретта то же самое, милорд. Он сказал, что вы редко бываете в городе.

– Это правда. За последние годы по делам мне пришлось побывать в разных местах, но я предпочитаю сельскую местность. А вы?

Люси обдумала этот вопрос. В сельском поместье жили ее родители. Нет, она не была приверженцем сельской жизни.

– Не сказала бы, что предпочитаю село, милорд. Мне больше нравятся курортные города, как Бат. Скажите, что привело вас сюда?

– Мой кузен женится здесь на этой неделе, – ответил Беркли.

Женится. Это слово напомнило Люси о том, как она сказала подругам, чтобы они пока не планировали ее помолвку. Но она не смогла не задуматься над тем, какую жизнь пришлось бы вести, если бы они с лордом Беркли поженились.

– Ах, в таком случае наилучшие пожелания вашему кузену. Вам нравится Бат?

– Да. Очень, – ответил он, ослепительно улыбнувшись.

Люси улыбнулась в ответ. Виконт был высоким и красивым, к тому же превосходным танцором. Но ей не следовало казаться слишком заинтересованной. Кроме того, чем дольше она находилась в его обществе, тем больше возрастала вероятность, что она ляпнет какую-нибудь неподобающую грубость. Ей необходимо следить за своим языком.

– Благодарю за прекрасный танец, лорд Беркли.

– Это я должен благодарить вас, миледи.

Люси открыла рот, чтобы продолжить разговор, но тут подошел еще один гость засвидетельствовать свое почтение лорду Беркли. Виконт был вынужден извиниться перед ней. Люси вздохнула и пожелала ему доброго вечера.

Некоторое время спустя Люси и ее подруги сидели в креслах в дальнем углу танцевального зала, прихлебывая ратафию и смеясь.

– Клянусь, я даже не знаю, как смогла просуществовать до сих пор, не будучи знакома ни с одним из красавцев – друзей Гарретта.

– Или, точнее, с лордом Беркли, – откликнулась Джейн. – Этот джентльмен кажется мне совершенным.

– Да, если бы лорд Беркли вращался в свете в год твоего дебюта, Люси, твои дела могли обернуться совсем иначе, – добавила Кэсс.

Люси только улыбнулась на это.

– Ты хочешь сказать, я не оказалась бы в стороне, быстро превращаясь в старую деву? – Но даже высказав эту мысль, Люси задумалась, правда ли это на самом деле. Оценила бы она прекрасную внешность и блестящие манеры лорда Беркли пять лет назад? Она не была в этом уверена. Но сегодня он ей действительно понравился. Лорд Беркли был именно из тех мужчин, которыми ей следовало интересоваться. Безупречные манеры и безупречное происхождение. Полная противоположность кое-кому, кто мало знает об обычаях света и правилах высшего общества, хотя ему и выпала удача стать герцогом. Да. Лорд Беркли был бы превосходной парой. Хотя она не могла удержаться и время от времени поглядывала на Дерека, чтобы увидеть, заметил ли он ее нового партнера.

Черт. Почему это ее волнует? Все-таки интересно. Дерек сегодня держался в стороне от Кэсс. Было ли это связано с Джулианом? Может, Дерек передумал добиваться ее, хотя и заявил тем вечером противоположное? Или это из-за того, что Люси весь вечер была занята другим и не обращала никакого внимания на него и Кассандру? Да, это был действительно интересный вопрос. Возможно ли, что герцог интересовался Кэсс только тогда, когда Люси крутилась рядом, как наседка, готовая наброситься на него и при первом удобном случае отбиваться когтями и клювом?

Нет. Нет. Нет. Это не имеет значения. Герцог не тот, о ком ей следует думать. Нужно думать о лорде Беркли. Она не станет больше смотреть в сторону Дерека.

Глава 25

– Танцевать со мной? – Эта просьба вызвала жаркую волну, прокатившуюся вдоль позвоночника Люси. От горячего дыхания спросившего по шее побежали мурашки.

Люси повернула голову, но уже знала, кто это. Дерек. Он стоял рядом в черном вечернем костюме, одна рука в кармане, другая протянута к Люси в приглашении. И пропади все пропадом, выглядел он потрясающе.

Люси хотела сказать «нет». Хотела отказать. Лорд Беркли только что отошел в поисках прохладительных напитков, и Дерек, очевидно, воспользовался случаем явиться за ней.

Она открыла рот, чтобы отказать ему, но слова почему-то не шли с языка. И конечно же, о «Нет, благодарю вас» не могло быть и речи.

Люси повернулась к нему лицом, приподняла бровь и, не говоря ни слова, положила ладонь в его протянутую руку.

Он повел ее на танцевальную площадку, обхватил второй рукой и закружил.

– Беркли, э-э?

Люси сосредоточилась на том, чтобы сохранять полное безразличие на лице.

– Что вы хотите этим сказать?

Его лицо тоже оставалось бесстрастным. Ей не удалось прочесть ни единой мысли.

– Ничего.

– Тогда зачем вы спросили? – возразила она.

Дерек снова закружил ее.

– Просто до сегодняшнего вечера я не замечал, чтобы вы уделяли ему так много внимания.

Она слегка наклонила голову.

– Это потому, что я познакомилась с ним только сегодня.

– Понятно.

– А как насчет вас? Я никогда не видела, чтобы вы уделяли Кэсс так мало внимания, – сказала Люси.

– Следили за мной, да?

Люси, сердито прищурив глаза, посмотрела на него.

– Я могу то же самое сказать о вас, – продолжал он. – Вы тоже не слишком много времени уделяли леди Кассандре.

– Я просто решила, что вы и Кэсс… – Она откашлялась. – Это больше не моя битва. И никогда не была моей. – Неужели и вправду по его лицу промелькнула тень разочарования?

– Понимаю. Так легко сдаетесь?

Он упорно старался задеть Люси. Но она не поддастся.

– Тут о сдаче речь не идет. Кэсс попросила меня помочь ей открыто поговорить с вами. Я это сделала. Вы отказались слушать. Вот и все. Кэсс не выйдет за вас замуж. Я знаю, что не выйдет. Но впредь я намерена предоставить ей возможность самостоятельно справляться с этим.

Дерек не произнес ни слова. Только смотрел на нее. Лорд Беркли вернулся к месту, где прежде сидела Люси, и теперь стоял там с двумя бокалами шампанского в руках, с непроницаемым лицом наблюдая, как танцуют Люси с Дереком.

Дерек мотнул головой в его сторону.

– Беркли не слишком-то доволен, что вы пошли танцевать со мной.

Люси оглянулась.

– Он спросил, не принести ли мне прохладительного. Я должна вернуться.

Дерек приподнял бровь.

– У него монополия на ваше время этим вечером, да?

– Вовсе нет, – ответила Люси. – Просто мне нравится находиться в его обществе.

– В отличие от моего? – произнес он хриплым шепотом, от которого у нее внутри произошло что-то странное.

– Это вы сказали, не я. – С чего это он вдруг так волнует ее?

Дерек прищурил потемневшие глаза.

– Я вас не понимаю.

Она едва не рассмеялась во весь голос.

– В этом мы схожи, ваша светлость. Я никогда вас не понимала. Однако теперь, когда я знаю, что вы с Джулианом близкие друзья, все, что вы делали, обретает для меня смысл.

– Но вы по-прежнему не верите, что мы с Кассандрой поженимся?

Люси покачала головой. Ей хотелось вырваться из его рук и убежать далеко-далеко прочь. Она не понимала почему.

– Я больше не знаю, чему верю.

Дерек взглянул в сторону лорда Беркли.

– Лучше я отведу вас назад. Не терплю, когда меня вызывают на дуэль типы, подобные этому виконту.

Он насмехался над Беркли. Учитывая мастерство Дерека на поле боя, он легко разделался бы с лордом Беркли на дуэли. Виконт, очевидно, был более интеллектуального склада.

Люси ощутила внезапный порыв вступиться за виконта.

– Вам не помешало бы взять у лорда Беркли урок хороших манер и достойного поведения, – сказала она в надежде, что ее колкость достигнет цели.

Если и так, Дерек не доставил ей удовольствия узнать об этом. Вместо этого он отвел ее к месту, где стоял лорд Беркли, и отпустил.

– Доброго вам вечера, миледи, – сказал Дерек, целуя тыльную сторону ее ладони. Кожу Люси обожгло там, где ее коснулись его губы.

Лорд Беркли поздоровался с Дереком и протянул Люси бокал шампанского. Она спокойно поблагодарила виконта. Дерек растворился в толпе, и Люси не смогла удержаться, чтобы не проводить его взглядом.

– Ваш друг? – спросил лорд Беркли.

– Я бы не назвала его другом, – ответила Люси, отхлебнув глоток шампанского. – Скорее, некто, с кем мы обмениваемся колкостями.

– Я слышал, что у вас с ним был словесный поединок на балу в Лондоне.

Люси едва не поперхнулась шампанским. Ей страшно хотелось, чтобы пол разверзся, поглотив ее.

– Хм-м, да. Он… воображает, будто очень остроумен.

– А вы, миледи, вы ведь тоже великий мастер играть словами, разве нет?

Люси отхлебнула еще глоток и улыбнулась виконту.

– Стараюсь изо всех сил, милорд.

К счастью, она избавилась от дальнейших вопросов о Дереке, когда лорд Беркли снова пригласил ее на танец. Еще один круг по залу без лишних разговоров, но Беркли по-прежнему превосходно танцевал. И было очень приятно отдохнуть, не вступая ни с кем в перебранку. Хоть недолго.

Дерек залпом осушил третий бокал бренди за этот вечер. Он со стуком поставил бокал на поднос проходившего мимо лакея и подавил порыв вытереть рот тыльной стороной ладони. Он часто поступал так, когда был в армии, но в бальных залах Бата это не вполне соответствовало светским требованиям.

Он через зал наблюдал за Люси Апплтон. Она танцевала с Беркли, мило улыбалась и, судя по всему, прекрасно проводила время. Так с какой же стати ее общение с виконтом приводило Дерека в бешенство? Как принято в таких делах, он попытался ухаживать за Кассандрой. Явилась Люси и сцепилась с ним из-за этого. И все было в полном порядке. Дерек едва не застонал. Как это некстати! Этим вечером Люси, похоже, не было до них никакого дела. И леди Кассандра бóльшую часть времени была незанята. И все же Дерек не мог заставить себя подойти к ней и пригласить танцевать. Только не сегодня. Почему? Потому что узнал, что Кассандра любит Джулиана?

Дереку хотелось верить, что только поэтому. Но он знал, что это неправда. Он ничуть не волновался последние две ночи, раздумывая над чувствами Кассандры к Джулиану. Сам Дерек не любил Кассандру, поэтому совсем не расстроился, узнав о ее чувствах к Свифту. Проклятие. Ну почему он не может пошевелить ногами и пригласить Кассандру танцевать? Это был следующий шаг в его ухаживании. Остаться с ней наедине, вдали от любопытных глаз и острого языка леди Люси. И сегодня для этого представилась блестящая возможность. Люси была – Дерек взглянул в ее сторону и увидел, что она все еще танцует с Беркли, – полностью занята. Почему эта мысль вызвала в его груди острую боль? Возбудила желание врезать кулаком по красивой аристократической физиономии Беркли?

Пропади все пропадом. Беркли был человеком из того мира, к которому принадлежали леди Люси и леди Кассандра. Происходил из безупречной семьи с безупречным именем и длинной чередой предков, преданно служивших короне. Он все знал о достойных титулах, хороших манерах и надлежащем поведении. Он был джентльменом того типа, которым Дерек никогда не мог стать и не станет. Но подобные джентльмены были повсюду, куда ни глянь. И будут всегда. Почему же Дерека так беспокоит, что именно Беркли проводит время с Люси?

Дерек выругался себе под нос и окликнул лакея, чтобы тот поднес ему еще бокал бренди.

Глава 26

Люси проснулась от непривычного звука, будто что-то ударилось в окно ее спальни. Клац… затем тишина. Затем снова клац…

– Какого черта? – Люси потерла заспанные глаза, откинула в сторону одеяло и натянула пеньюар как раз в тот момент, когда что-то снова клацнуло по стеклу. Она поспешила к окну, распахнула его и высунулась наружу.

На заднем дворе стоял Дерек со свечкой в руке. Люси едва удалось разглядеть в тусклом свете его лицо.

– Что вы делаете? – воскликнула она полушепотом, срывающимся на крик.

Дерек слегка пошатнулся.

– Бросаю камешки вам в окно, а вы что думали? – весело откликнулся он, возможно, излишне громко.

Люси настороженно разглядывала его.

– Ну, во-первых, вы выбрали не то окно. Комната Кэсс в передней части здания.

– Я знаю.

– Тш-ш. – Люси замахала на него рукой. – Вы хотите перебудить всех в доме?

– Нет. Нет. Нет, – почти пропел он в ответ.

Люси сильнее высунулась в окно, чтобы он лучше слышал ее.

– Я даже не стану спрашивать, как вы узнали, где мое окно, а где окно Кэсс. Я не хочу этого знать.

– Я очень ловок, миледи, – заявил он, приподнимая воображаемую шляпу – кстати, где его шляпа? – и кланяясь.

Неужели он снова пошатнулся?

Люси прищурила глаза.

– Силы небесные, да вы пьяны!

– Нет! – воскликнул Дерек, и на его лице появилось выражение, которое она назвала бы недовольным.

– Да, вы пьяны. – Люси не смогла сдержать легкой улыбки, мелькнувшей на губах. – Пьяны. Напились как извозчик.

Он подбоченился.

– Идите сюда.

Люси рассмеялась.

– Не дождетесь. На мне только ночная сорочка и пеньюар, и сейчас середина ночи. Это совершенно неприлично. Что вы делаете здесь в этот час?

– Идите сюда, – снова позвал он. – Я хочу увидеть вас в ночной сорочке. Вопросы приличий меня не волнуют.

Он на самом деле подал ей знак бровями? О боже, он и вправду пьян как извозчик. Ну и вид у него, надо сказать. Странно видеть герцога Кларингтона пьяным, невнятно произносящим слова, и… Боже милостивый, он стягивает с себя галстук? Прислонившись к оконной раме, Люси наблюдала за Дереком. Это слегка завораживало. В подпитии он довольно приятный, с некоторой иронией подумала она. Почему она ожидала, что он будет совсем другим? Не сказать, что она когда-либо представляла его пьяным. Теперь он запел, подтверждая ее подозрения в том, что он становится веселым, когда выпьет.

– Тш-ш, – попыталась она утихомирить его. – Вы разбудите Гарретта, а он, скорее всего, вызовет ночной дозор.

– Нет, не вызовет. Он славный малый, Апплтон. Я знавал его в Испании. Хороший парень. Очень хороший парень.

Люси скрыла улыбку за ладонью.

– Что вы здесь делаете? Зачем пришли сюда ночью?

– А что? Вам хотелось бы, чтобы это был Беркли?

Люси затаила дыхание. Не может быть – или может? – чтобы Дерек приревновал ее. О господи, от этого вся ситуация становилась еще интереснее. Намного интереснее, в самом деле.

– Почему-то я очень сомневаюсь, что лорд Беркли стал бы это делать, – сказала Люси.

– Вы совершенно правы, потому что он тупой, – ответил Дерек. – Он не захотел бы подпортить свою правильную прическу. – Он наконец сдернул галстук и принялся деловито обертывать им руку.

– Правильную прическу? – Люси прищурилась. – Что вы делаете с вашим галстуком?

– Я использую его в качестве жгута, чтобы остановить кровь, – заявил Дерек. – Мне это необходимо.

Люси ахнула и перегнулась через подоконник, чтобы лучше видеть.

– Вы ранены?

Он поднял вверх руку, которую перевязывал.

– Мой кулак кровоточит.

– Почему?

– Врезался в дерево.

Люси наморщила лоб.

– Что? Почему?

Дерек лукаво посмотрел на нее.

– Идите сюда, и я вам расскажу.

Она снова подавила улыбку. Должно быть, он не слишком сильно поранился, раз продолжает упорствовать.

– Это невозможно.

– Тогда я поднимусь к вам! – Он что-то положил на траву. Еще одну бутылку?

Люси отступила от окна.

– Нет!

Но он ее уже не слушал и начал взбираться на дерево, росшее перед ее окном. Он ухватился за нижнюю ветвь и подтянулся. Нижний край его рубашки выбился из-под пояса, открыв взгляду Люси неясный, но соблазнительный вид его живота. Напряженные мускулы рельефно выделялись на упругой коже. Люси крепко сжала губы.

– Ох, лучше бы мне этого не видеть. Вряд ли удастся это забыть, – прошептала она, тряхнув головой. – Вы разобьетесь, – крикнула она Дереку.

Он уже поднялся до второго яруса ветвей.

– Нет, не разобьюсь. Поверьте. Раз уж я уцелел на войне, то определенно не позволю чертову дереву лишить меня жизни.

Люси снова невольно улыбнулась. Ей пришлось признать, что Дерек великий мастер взбираться на деревья, учитывая тот факт, что он пьян и ранен.

Дерек добрался уже до третьего яруса ветвей и перелез на ветвь, ближайшую к ее окну.

– Осторожно! – ахнула Люси.

Ухватившись за ветвь, Дерек рывком забросил ноги в окно. Люси отступила в сторону, чтобы освободить ему место, а затем шагнула вперед и обхватила его за талию. Она крепко держала его и тянула к себе изо всех сил, чтобы он не опрокинулся назад. Когда Дерек понял, что Люси его держит, он отпустил ветку и с помощью Люси оказался в комнате.

Как только Люси убедилась, что опасность миновала, она отпустила его и отступила назад. Прижав пальцы к губам, она смотрела на герцога, сидящего у нее на подоконнике. С лукавой улыбкой, он походил на кота, проглотившего канарейку.

– Это было опасно и глупо, – сказала она, но не могла удержаться, чтобы не взглянуть на треугольник обнаженной кожи в том месте, где прежде был галстук. Люси судорожно сглотнула.

– Не-а, это было забавно, – все с той же улыбкой заявил Дерек. – Хотя и не слишком правильно и пристойно. – Последние слова он произнес с отвращением, словно терпеть их не мог. Откуда у него такое предубеждение против этих слов?

– Вы могли погибнуть. И все еще рискуете. Сейчас же отойдите от окна, – сказала Люси.

Он встал и, пошатываясь, направился к ней.

– Ваши волосы распущены, – с благоговением прошептал он.

Люси смущенно зарылась пальцами в локоны. Ох, это было крайне неприлично примерно по двум дюжинам причин.

– Они прекрасны, – прошептал он. У Люси свело живот. «Прекрасны?» Дерек поднял руку и коснулся пальцами ее волос. И ей в глаза бросилась яркая краснота на тыльной стороне его ладони, обернутой галстуком, пропитавшимся кровью.

– Ваша рука! Позвольте взглянуть.

Он отвернулся от Люси, сделал два шага по направлению к креслу возле ее письменного стола и вдруг согнулся, едва не свалившись на пол. Люси бросилась к Дереку и обвила рукой за талию. Он тяжело оперся на Люси, обняв за плечи. От него пахло бренди и свежей травой. И чем-то еще, от чего Люси захотелось зарыться носом в ворот его полурасстегнутой рубашки. Пытаясь избавиться от неуместных мыслей, Люси помогла ему добраться до кресла, в которое он буквально рухнул.

Люси опустилась перед ним на колени и принялась быстро разматывать галстук с поврежденной руки.

– Ой! – Дерек вздрогнул. – Больно.

– Ну полно, вы – большой ребенок. Как вам удалось пережить войну? – Люси ахнула, стянув окровавленный галстук и увидев рваную рану. – О боже! У вас с костяшек полностью содрана кожа, и там полно грязи.

– Пустяки. Поверхностная рана. – Дерек ухмыльнулся.

– Поверхностная рана, которая легко может воспалиться, если в нее попадет инфекция. Оставайтесь здесь. Не двигайтесь. И ради всего святого, сохраняйте молчание.

Люси оставила его бездумно сидящим в кресле и торопливо вышла из комнаты. Миновав коридор и два пролета лестницы, Люси поспешила в кладовую при кухне. Там она собрала все необходимое: несколько кусков чистого полотна, миску, которую наполнила свежей водой, и кое-какие специи и припасы, нужные для изготовления припарки. Затем Люси поспешно вернулась к себе в спальню.

Войдя в комнату, Люси вздохнула с облегчением. К счастью, Дерек заснул. Он неуклюже развалился в кресле и храпел. Громко.

По крайней мере, это лучше, чем расхаживать по дому, распевая или отпуская непристойные шуточки. Или вытворять еще что-нибудь.

Она поспешила к нему и снова размотала повязку на руке. Очевидно, пока Люси отсутствовала, он как-то умудрился снова перевязать ладонь галстуком. Как только она опустила его пальцы в миску с водой, Дерек проснулся и едва не вскрикнул. Люси зажала ему рот ладонью. Ощутив на коже его горячее дыхание, Люси почувствовала, что у нее снова свело живот. Когда она поняла, что Дерек вспомнил, где находится, и кивнул ей, она убрала ладонь.

– Я прочищу рану и наложу припарку?! – объявила Люси, деловито принимаясь за работу.

Он удивленно поднял брови.

– Не знал, что леди, подобная вам, умеет делать припарки.

– Я умею делать очень многое, – ответила Люси. – В детстве я держала нескольких животных и прекрасно ухаживала за ними. Я научилась делать такие припарки для моей лошади.

– Вы хотите наложить мне конскую припарку? – почти закричал он.

Она снова зажала ему рот ладонью.

– Тш-ш. Да. Она и людям помогает. Я делала ее для Гарретта, когда он подрался с соседским мальчишкой.

Дерек улыбнулся под ее ладонью, и в животе снова затрепетало. Люси отдернула ладонь.

– Кто победил? – спросил герцог.

Люси покачала головой.

– Какое это имеет значение? Это произошло, наверное, лет десять назад.

– Готов спорить, что Апплтон помнит, кто одержал победу.

Люси снисходительно улыбнулась.

– Это так по-мужски. Хорошо, я тоже помню. Победил Гарретт. Но его рука сильно пострадала. Эта припарка помогла.

– Как скажете, миледи. – Он искоса посмотрел на нее.

Она торопливо взялась за припарку. Люси смешала принесенные ингредиенты с оставшейся в миске водой и принялась растирать и взбалтывать смесь, пока не получилась однородная паста. Затем сжала запястье Дерека.

– Это может быть больно, – сказала Люси.

– У меня было огнестрельное ранение. Сомневаюсь… О-ой!

Люси плотно сжала губы, чтобы не рассмеяться. Она всегда давала своим животным немного болеутоляющего бальзама, перед тем как наложить припарку. Но Дерек заслуживал того, чтобы его как следует обожгло, за то, что явился среди ночи и устроил сцену, пьяный грубиян. Не говоря уже о том, что перепугал Люси до полусмерти, взобравшись на дерево и запрыгнув в окно. Как бы она объяснила появление трупа герцога у себя на заднем дворе?

Дерек стиснул зубы.

– Надеюсь, это поможет.

– Не ребячьтесь. – Она прижала припарку к его руке чуть сильнее. – А теперь извольте объяснить, почему вы вступили в бой с неодушевленным предметом?

Дерек шумно втянул воздух сквозь стиснутые зубы и вздрогнул.

– Я не собирался вступать в бой с деревом.

Люси поджала губы.

– Ох, ну конечно. Кто бы сомневался. Оно выскочило внезапно? Напугало вас?

Дерек устремил на нее страдальческий взгляд.

– По правде говоря, нет. Я думал, что это мужчина.

– Мужчина? Какой мужчина?

– Беркли.

Люси отпустила его руку и подбоченилась.

– О чем вы, черт возьми, говорите?

– Все очень просто, правда. По дороге домой я подумал о Беркли, разозлился и двинул кулаком по дереву.

Люси вздохнула.

– Значит, на самом деле вы не думали, что перед вами лорд Беркли?

– Нет, но хотел бы, чтобы это был он, – проворчал Дерек. – Уж очень хотелось врезать кулаком по его пристойно-правильной физиономии.

Люси закатила глаза.

– Держу пари, если бы вам это удалось, кулак выглядел бы намного лучше. Но почему вам так хотелось ударить лорда Беркли? – Она снова взяла руку Дерека и плотнее прижала припарку.

Он отвел взгляд, устремив его во тьму за окном.

– Вам хочется это знать?

Люси сморщила нос и надавила сильнее. Дерек вздрогнул, и она улыбнулась.

– Прекрасно. Можете не говорить.

Он уперся локтем в колено.

– Как долго вы знаете Беркли? Прежде я никогда не видел вас с ним.

– Я уже говорила. Я познакомилась с ним сегодня. Нас представил Гарретт. Беркли показался мне довольно приятным.

Дерек насмешливо хмыкнул.

– У вас был такой вид, словно вы очарованы им. – Он снова с презрением фыркнул. – Готов спорить, за всю свою добропорядочную, правильную жизнь он ни дня не работал. Он не в состоянии подстрелить слона с десяти шагов.

Люси снова надавила на припарку.

– Вы все сказали?

Он взглянул на нее с пьяной лукавой полуулыбкой.

– Да.

Люси вопросительно приподняла бровь.

– Почему вы пришли к моему окну, а не к окну Кэсс?

– Потому что я хотел увидеть вас. – Он коснулся кончиком пальца ее носа, чтобы подчеркнуть последнее слово.

Люси постаралась проигнорировать легкую дрожь, пробежавшую по телу при его словах.

– Почему?

– Не знаю. – Он обвил рукой шею Люси и притянул ее лицо к своему. – Может, мне снова захотелось поцеловать вас. Что вы на это скажете?

Сердце Люси забилось так громко, что она не сомневалась: Дерек тоже это слышал. Теплое прикосновение его руки к обнаженной коже ее шеи слегка опьяняло, и Люси была способна только смотреть на его губы. Неужели он и вправду собирался снова поцеловать ее?

Ох, подождите. Он ведь задал вопрос.

Она медленно провела языком по пересохшим губам. «Что вы на это скажете?» – спросил Дерек. Второй раз в жизни, с тем же самым человеком Люси потеряла дар речи.

«Будь храброй!» – молнией пронеслось в мозгу. Дерек был совершенно пьян. Более чем вероятно, что он вообще не вспомнит ничего из произошедшего между ними сегодня ночью. Разве не это рассказывал ей Гарретт о тех редких случаях, когда сильно напивался? «Будь храброй!».

– Я скажу, поцелуйте меня, – прошептала Люси.

Очевидно, Дереку не потребовалось дополнительного приглашения. Он обнял ее за плечи второй рукой, крепко прижал к себе и завладел ее губами. Поцелуй был долгим, жарким и восхитительным. Люси не могла дышать. Не могла думать. Да и не хотела.

Пальцы Дерека зарылись ей в волосы и двинулись вниз, вдоль шеи, ниже плеч, к бедрам. Он схватил Люси и пересадил к себе на колени. Поднял ее так легко, словно она была не тяжелее куклы. Он был таким огромным. Огромным и все же таким нежным. Его рот приник к ее рту с настойчивостью и искусством, казалось, не вязавшимися с состоянием сильного опьянения. Это не был слюнявый поцелуй изрядно подвыпившего человека. К несчастью, Люси довелось получить один или два таких – хотя, конечно же, она немедленно пресекала их убийственной словесной отповедью. Однако этот поцелуй… После этого поцелуя Люси уже никогда не будет прежней.

Когда губы Дерека наконец оторвались от ее губ, она лихорадочно вздохнула и прижалась лбом к его лбу. Она ощущала странное томление в таких местах, которых прежде вообще не чувствовала. В горячих влажных местах, которые теперь сладко ныли.

– Вы хорошо целуетесь, – прошептала она возле его губ.

Люси смущенно отвела взгляд и слезла с колен Дерека. Затем притащила из угла второй стул.

Дерек разглядывал ее, склонив голову набок.

– Я хорошо целуюсь. Но накануне вы сказали, что наконец-то даете мне свое благословение ухаживать за леди Кассандрой.

Люси судорожно вздохнула и отвела взгляд.

– Это так.

– Ваше решение как-то связано с лордом Беркли? – спросил Дерек, прищурив глаза.

– Что? Нет. С какой стати?

– Не берите в голову. Вы закончили с моей рукой?

– Минутку. – Люси взяла с письменного стола полоску чистого полотна и туго перевязала ладонь Дерека, позаботившись о том, чтобы припарка прочно оставалась на месте. – Ну вот и все.

Он выдернул руку из ее захвата.

– Вы обязательно должны завтра показаться доктору. Он должен взглянуть на рану и убедиться, что она не инфицирована.

– С ней все будет в порядке. – Он встал и указал на дверь. – Вы не возражаете, если я, хм, выйду через парадную дверь?

Люси улыбнулась.

– Я думаю, так будет лучше.

– Извините, что побеспокоил вас, миледи.

– Будьте осторожны, возвращаясь домой.

Он подошел к двери спальни, открыл ее и оглянулся.

– Передайте мои наилучшие пожелания вашему правильному, благопристойному лорду Беркли.

Глава 27

Люси тихонько постучала в дверь спальни Кэсс.

– Можно войти?

– Люси, это ты? – тихо отозвалась подруга.

– Да.

– Конечно, входи, – сказала Кэсс.

Люси скользнула в комнату. Она была все еще в ночной сорочке и летнем пеньюаре из мягкого полотна. Люси так и не удалось уснуть после встречи с Дереком. Дерек. Как насчет Дерека? Какие чувства она испытывает к нему? Люси не знала. Он был самым необычным человеком из всех, кого она встречала. Он приводил ее в замешательство. О чем он только думал, посреди ночи забираясь к ней в спальню? Мало того, что он мог сломать себе шею, он мог навеки сгубить репутацию Люси, мог заставить весь дом собраться посмотреть, что за шум среди ночи. Этой ночью Дерек повел себя безрассудно, был совершенно неуправляем. Люси никогда не видела его таким. И если бы она не знала, как обстоят дела, то могла бы подумать, что он серьезно приревновал ее к лорду Беркли. Не то чтобы и вправду тут был повод для ревности. Да, лорд Беркли был первым джентльменом, за долгое время обратившим на Люси внимание. Он был красив и прекрасно танцевал. Но они только что познакомились. Она понятия не имела о его характере. Правда, следовало предположить, что он не слишком дурной, поскольку Гарретт считал возможным дружить с Беркли. Однако это вряд ли могло означать, что Люси и Беркли могут стать подходящей парой. Но все же какая-то надежда оставалась, и Люси собиралась увидеться с ним снова. Прежде чем покинуть бал, она позволила Беркли зайти к ней с визитом.

Но, по непонятной причине, Люси не сомневалась: это не просто совпадение, что в ту же ночь, когда она танцевала с лордом Беркли, Дерек залез в окно ее спальни. Или совпадение?

Ох, почему и в какой момент все так ужасно вышло из-под контроля? Вот поэтому Люси и решила зайти к Кэсс. Она должна рассказать подруге, что Дерек знаком с Джулианом. До сегодняшней ночи Люси думала, что для Кэсс это будет слишком. Но теперь поняла, что Кэсс должна знать обо всем.

Люси сделала глубокий вдох. Она не только не знала, что думать о Дереке, она не знала, что сказать Кэсс. И уж абсолютно невозможно было объяснить, почему она спрятала его окровавленный галстук в нижнем ящике своего гардероба… и даже понюхала его – не испачканную кровью часть – несколько раз, прежде чем засунуть галстук поглубже.

Люси подошла к кровати и села на край.

– Прости, что я тебя разбудила.

Кэсс зевнула и потянулась, подняв руки высоко над головой.

– Все в порядке, Люси. Но что случилось? Что не так? – Кэсс прижалась щекой к подушке.

Люси расправила складки на пеньюаре.

– Прости меня за ту ночь, Кэсс.

Кэсс наморщила лоб.

– Простить за что, Люси?

– Прости, что я в бальном зале схлестнулась с герцогом. Я просто пыталась помочь. По какой-то причине он так… так… выводит меня из себя. Я не понимаю, почему.

Кэсс ласково улыбнулась.

– Ты всегда была вспыльчивой, Люси. Поэтому ты такая энергичная и сильная. Не такая простофиля, как я. Это меня всегда в тебе восхищало.

– Ты не простофиля, Кэсс.

– В самом деле?

– Да. Ты очаровательная, дружелюбная и обо всех думаешь хорошо.

– Что-то это не слишком-то мне помогло. – Кэсс грустно улыбнулась.

– Ты обворожительна, Кэсс. Дерек… Герцог сильно увлечен тобой.

Кэсс снова зевнула и сонно улыбнулась.

– А лорд Беркли, похоже, сильно увлекся тобой.

Люси опустила взгляд на сплетенные пальцы рук, лежавшие на прикрытых белой сорочкой коленях.

– Вот поэтому я и пришла к тебе в комнату, Кэсс.

– Почему?

– Прежде всего, я хочу рассказать, что два дня назад сказал мне герцог. – Люси не могла называть его Дереком, особенно перед Кэсс.

Голубые глаза Кэсс широко распахнулись.

– Что он сказал?

Люси глубоко вздохнула.

– Надеюсь, ты не слишком рассердишься, но я сказала ему, что твое сердце разбито из-за капитана Джулиана Свифта.

Кэсс с тоской взглянула в темное окно.

– Я не сержусь на тебя, Люси. Он все равно узнал бы. Какая разница, знает ли он его имя?

– Кэсс, герцог знаком с Джулианом. Он сказал, что они близкие друзья. Сказал, что это Джулиан порекомендовал ему вернуться в Англию и посвататься к тебе.

Лицо Кэсс побелело.

– Он так сказал?

– Да. – Люси кивнула. – И еще сказал, что не намерен прекращать ухаживать за тобой, Кэсс.

Кэсс водила длинным ухоженным ногтем по узорам покрывала.

– Я много думала обо всем сегодня ночью. – Она закрыла глаза. – Не могу отрицать, что в словах герцога есть смысл.

Люси внимательно вгляделась в ее лицо.

– Что ты имеешь в виду?

Кэсс медленно, глубоко вздохнула.

– Правда в том, что Джулиан, вероятно, не вернется домой. А если бы и вернулся, он все еще помолвлен с Пен. – Кэсс подняла взгляд и посмотрела подруге в глаза. – Я решила, что веду себя глупо, Люси.

Люси не могла вздохнуть. В комнате не хватало воздуха.

– Кэсс, что ты говоришь? Дерек тебе небезразличен?

Глава 28

Люси рассеянно слушала шутливую перебранку своих друзей на званом венецианском завтраке у леди Хоппингтон. Обычно пикировка Джейн с Гарреттом забавляла Люси, но сегодня их словесная игра просто тонула в вихре тревожных мыслей, переполнявших ее. Люси прижала пальцы к вискам. Она не могла думать ни о чем, кроме разговора с Кэсс.

Кассандра в конце концов ответила на ее вопрос. Она сказала, что не знает, какие чувства испытывает к герцогу, что ей нужно обо всем подумать. Это легко понять, принимая во внимание бурю эмоций, которую Кэсс пришлось пережить за последние две недели. И хотя подруга не сказала того, чего Люси смертельно боялась, все же в сложившейся ситуации Люси чувствовала себя неловко. Следовало ли ей рассказать Кэсс, что она целовалась с ее предполагаемым женихом? Изменилось бы от этого мнение Кэсс? И если так, справедливо ли это по отношению к Кэсс? Только благодаря одному своему титулу Дерек был в высшей степени завидной добычей, и если Кэсс действительно что-то чувствовала к нему или думала, что сможет почувствовать, то со стороны Люси было бы крайне эгоистично рассказывать ей о том, что они целовались. Дважды. В особенности когда они с Дереком оба согласились, что этот поцелуй ничего не значит и больше не повторится. По крайней мере они согласились с этим в то время, когда оба были трезвы. Второй раз не считается. Ведь правда? И что такого, что прошлой ночью герцог забрался к ней в спальню через окно? Он был пьян и нуждался в том, чтобы кто-нибудь перевязал ему пораненную руку. Люси оказала ему помощь. Ну хорошо, она еще раз поцеловалась с ним, и, наверное, это было далеко не лучшим ее решением. Хотя поцелуй был просто потрясающим. Она вынуждена это признать.

Головная боль разрывала череп. Ох, она – худшая подруга в целом мире. Самая худшая. Ситуация была поистине ужасной. Совершенно неприемлемой. Но теперь появился лорд Беркли. Он был первым действительно достойным потенциальным поклонником за долгие годы. Люси будет дурой, если не продолжит их знакомство. Ей следует проводить с лордом Беркли больше времени, узнать его получше, посмотреть, подходят ли они друг другу. Разве не так?

Нужно поговорить с Джейн. Джейн всегда отличалась здравомыслием. Она всегда права. Всегда знает ответ. Да. Джейн. Где же Джейн?

Люси огляделась кругом, твердо намереваясь найти подругу, увлечь ее в какой-нибудь укромный уголок и исповедаться во всех своих грехах. Но как только Люси повернулась, она наткнулась прямо… на Дерека.

Она судорожно сглотнула.

– Люси? – Он ухватил ее ладонью за локоть, чтобы поддержать. – С вами все в порядке?

Люси не могла поднять глаз и уткнулась взглядом в свои туфли.

– Да, я в порядке.

– У вас такой вид, словно вы только что увидели привидение. – Голос Дерека звучал ровно.

Люси прочистила горло, по-прежнему разглядывая свои туфли.

– Нет, я правда в порядке.

– Вы уверены, что с вами все хорошо?

Она осмелилась взглянуть на него. Он внимательно смотрел на нее в этой его обескураживающей манере, создающей впечатление, что он видит ее насквозь.

– Да. А что?

Лоб был нахмурен, и герцог наблюдал за Люси со странным выражением.

– Не знаю. Вы кажетесь… другой.

Люси расправила плечи. Нужно взять себя в руки. И как можно быстрее. Он, очевидно, не помнит их поцелуй прошлой ночью. И это к лучшему. Ясное дело. Но если Дерек заметил, что с ней что-то не так, то Кэсс, знающая ее с детства, мгновенно поймет, что Люси в смятении. Просто она немного сбита с толку. Ее одолела головная боль. Вот и все. С ней все будет в порядке.

– Люси, – продолжал Дерек, – я хотел вам кое-что сказать.

Люси затаила дыхание.

– Чт…что?

– Я хотел извиниться.

Она на мгновение закрыла глаза, затем уставилась на ворот его рубашки.

– За что?

– За мое поведение прошлой ночью. – Он огляделся вокруг, чтобы убедиться, что их никто не услышит, но вблизи никого не было.

Люси содрогнулась.

– Вы помните… все?

– Нет. В том-то и дело. Бóльшую часть я не помню. Так что, если было что-то, за что следует извиниться…

Люси немного расслабилась и с облегчением вздохнула.

– О нет-нет-нет. Вам не за что извиняться.

– Нет, есть. Это было совершенно неразумно и безответственно с моей стороны. Обещаю, этого больше не случится.

– Как ваша рука? – спросила она, отчаянно стараясь сменить тему.

Он посмотрел на перевязанную конечность.

– Прекрасно заживает, благодаря вашей помощи.

Люси улыбнулась, но отвела глаза. Почему она может думать только о его обнаженном животе? И об ощущении его горячих губ на ладони, когда она зажимала ему рот, чтобы он не шумел. Не говоря о самом поцелуе. Люси судорожно сглотнула.

Потом глубоко вздохнула и рискнула снова взглянуть на Дерека.

– Могу я спросить вас кое о чем, Дерек?

Он улыбнулся, когда она назвала его по имени.

– Конечно.

– Когда вы… – Она снова сглотнула. – Когда вы в последний раз видели Джулиана, он был?… Вы думаете, он не выживет? Он и вправду умирает?

Лицо Дерека омрачилось. Он положил ладони на бедра и глубоко вздохнул, устремив взгляд в окно, словно стараясь припомнить.

– Он был плох, Люси. Совсем плох.

Она осторожно кивнула.

– Значит, вы думаете, что он умрет?

Одно ужасное слово.

– Да.

Люси отступила назад, подальше от него. Прочь. Он протянул к ней руку, но Люси уклонилась.

– Я должна идти, – прошептала она, повернувшись и подобрав юбки. Ей пришлось заставить себя не бежать.

Это все решило. Джулиан умрет, если уже не умер. Кэсс заслуживает благополучного будущего с красивым аристократом, поклявшимся защищать ее. Правда, Гарретт может обидеться. Но Гарретт, каким бы замечательным человеком ни был, со временем станет всего лишь графом, он не такая завидная партия, как герцог.

Лорд Беркли очень мил. Он красив и энергичен и выразил желание снова увидеться с Люси. Он не ухаживал за ее лучшей подругой, дав обещание умирающему другу жениться на ней. Да. Гораздо меньше сложностей.

Только следует все же поговорить с Джейн, сказать всю правду. Признаться во всем. Очистить свою совесть. Вместе с Джейн они обязательно придумают, как слегка подтолкнуть Кэсс, чтобы она согласилась принять Дерека.

Но Люси уже поняла, что нужно делать. Она должна немедленно задушить свои чувства к Дереку и помочь устроить брак между ним и Кэсс.

Глава 29

Куда же девалась Джейн? Последние полчаса Люси разыскивала ее по всему дому леди Хоппингтон. Она обыскала все ее излюбленные местечки: библиотеку, детскую классную комнату, все укромные углы и закоулки, где Джейн могла бы укрыться, чтобы спокойно почитать. Джейн определенно не стремилась облегчить Люси задачу. А отчаянность положения усугублялась еще и тем, что Гарретта тоже нигде не удавалось найти.

Из-за чувства вины, терзавшего ее, Люси весь вечер избегала Кэсс. Ей невыносимо было видеть подругу, сознавая свою вину перед ней. Люси завернула за угол, обследуя очередной коридор леди Хоппингтон, и резко остановилась. Там, за большим шкафом стоял Дерек.

И он был не один.

Люси застыла. Прозвучал женский голос.

– Извините, ваша светлость, мне не следовало так себя вести.

Люси закрыла глаза. Это была Кэсс. Кэсс и Дерек встретились наедине, чтобы откровенно поговорить. Но Люси, чтоб ей пусто было, не могла двинуться с места и удалиться, хоть убей. Ей ни в коем случае не следовало подслушивать, в особенности этот их разговор. Но она просто не могла заставить себя уйти. Вместо этого она прижалась к стене и затаила дыхание, чтобы не упустить ни единого слова.

– Люси сказала, что объяснила вам… что я люблю Джулиана, – продолжала Кэсс.

– Да, – последовал твердый, уверенный ответ Дерека.

– Должна признаться, я всегда любила его. Но я знаю, что он предназначен моей кузине Пенелопе. То есть если он… – Голос Кэсс прервался, и у Люси от сочувствия к подруге снова болезненно сжалось сердце.

– Если это поможет, леди Кассандра, – тихо сказал Дерек, – знайте, что капитан Свифт очень высоко ценил… ценит и уважает вас.

Люси сумела уловить улыбку в ответе Кэсс.

– Да. Как и я его. Когда он был в армии, я писала ему каждый день.

– Он говорил, с каким нетерпением ждал ваших писем.

Глаза Люси наполнились слезами. Как, должно быть, мучительно слышать эти слова.

– Благодарю, ваша светлость, за то, что сказали это, – прошептала Кэсс.

– Не за что, – ответил Дерек.

– Я должна вам кое в чем признаться, – добавила Кэсс.

Люси затаила дыхание. «Признаться? В чем? В чем?»

– Сначала, – тихо сказала Кэсс, – вы меня пугали. Я вас страшно боялась.

– Простите меня, если я вас напугал, – ответил Дерек.

– Нет. Нет, не вы. Не нарочно. Просто… вы такой…

«До абсурда красивый», – подумала Люси и больно наступила себе на ногу в наказание за свой идиотизм.

– Это сложно объяснить, – закончила Кэсс.

– Понимаю, – ответил Дерек.

– Я просто хотела сказать, что больше вас не боюсь, ваша светлость, – продолжала Кэсс. – С тех пор как узнала, что вы друг Джулиана. Ну, просто каждый друг Джулиана и мне друг тоже.

– Рад слышать это, леди Кассандра. И хочу, чтобы вы знали, я дам вам столько времени, сколько потребуется. Надеюсь, что со временем вы поверите мне, и мы сможем узнать друг друга поближе.

– Благодарю вас, ваша светлость, – последовал ответ Кэсс. – И если у вас все еще не пропадет это желание, я дам вам разрешение ухаживать за мной. Когда буду готова, конечно.

Дерек промолчал.

Люси отвернулась и проглотила горький комок, внезапно подступивший к горлу.

Глава 30

На этот раз письмо от Колина было еще короче. Оно было наспех нацарапано на грязном клочке пергамента, который брат, очевидно, где-то выклянчил или стянул. Колин и в самом деле находился в каком-то малоприятном месте.

«Я нашел Адама. Он ранен, но поправляется. Везу его домой. Никаких известий о Рейфе и Свифтоне. Их взяли в плен французы. Адаму удалось бежать. Дерек, все это не слишком обнадеживает».

Дерек с силой хлопнул ладонью по столу. Пропади все пропадом. Похоже, им предстоят еще и двойные похороны братьев Свифт. Как он сможет сказать об этом матери своего ближайшего друга? Его сестре Дафне? Господи. Этот разговор будет самым тяжелым в его жизни. Пенелопа, суженая Свифта, вряд ли сильно расстроится. Но Дафна и Луиза Свифт будут в отчаянии.

Адам жив. Только это и послужило Дереку утешением. Хотя казалось неуместным радоваться этой новости, когда известия для семьи Свифта были так ужасны. А Рейф? Его родственников еще предстояло найти и сообщить им о случившемся. Этот парень был безрассудным сорвиголовой, но более храброго юноши Дереку встречать не доводилось. Веллингтон и военное министерство сочтут долгом послать кого-нибудь, чтобы оповестить семьи. Но Дерек не допустит этого. Он сам выполнит эту печальную обязанность. Он лично сообщит о несчастье Луизе и Дафне, а также родственникам Кавендиша. Они не услышат это от какого-то безымянного равнодушного бездельника из военного министерства.

Адам спасен. Дерек закрыл глаза и повторил эти слова про себя. По крайней мере, мать будет счастлива, узнав, что все три ее сына живы. Она так беспокоилась, когда Дерек ушел на войну. А когда Адам и Колин объявили, что намерены работать на военное министерство, мать была вне себя от горя. Но понимала, что не может помешать взрослым сыновьям делать то, что они находят нужным. Ей оставалось только молиться за них да ожидать писем, чтобы узнать новости. Нужно немедленно написать ей. По состоянию письма, которое прислал Колин, Дерек мог заключить, что его брат не в том положении, чтобы писать матери домой, в Брайтон. Дерек звал ее к себе, в Лондон, и просил остаться с ним. Но она настояла, что останется на побережье, пока не узнает о судьбе сыновей. Возможно, теперь она переедет в столицу и заживет жизнью, подобающей ей как матери герцога. Это его немного утешило.

Дерек потер шею и застонал. Теперь ему не оставалось ничего другого, как возобновить ухаживания за леди Кассандрой. Вообще-то следовало радоваться успешному продвижению в этом деле. Прошлой ночью она сказала, что примет его ухаживания. Наконец-то. Именно этого он и добивался. Почему же он не чувствует себя победителем?

Глава 31

– Люси, пожалуйста, сделай это ради меня. – Кэсс полулежала посреди кровати, опираясь на груду подушек.

– Нет, нет и нет. Я не могу. Ты же знаешь, как мы не ладим с герцогом. Как вода и масло. Думаю, горничная справится с этим лучше меня.

Кэсс чихнула, уткнувшись в носовой платок.

– Но я не могу отправить горничную сообщить герцогу, что я больна. Он наверняка подумает, что я снова хочу увильнуть от встречи с ним. Если пойдешь ты, то сможешь быть гораздо убедительнее.

Люси внимательно посмотрела на свою бедную подругу. Глаза Кэсс покраснели, из носа текло. Она сжимала в руке носовой платок, и на губах виднелись последствия ее чиханий. Кэсс заболела. Это не вызывало сомнений. И ничего удивительного. Последнее время бедняжка находилась в страшном напряжении. Люси для своей подруги готова была сделать все, что угодно. Принести бульон. Почитать книгу. Проверить температуру. Составить ей компанию. Но не соглашалась отправиться к герцогу в арендованный им дом на Эпхилл-Драйв и сообщить, что Кэсс не сможет сегодня увидеться с ним, потому что заболела. Это было выше ее сил.

Во-первых, Люси не доверяла себе, когда находилась рядом с Дереком. А во-вторых, что, возможно, гораздо важнее, она боялась, что Дерек усомнится в правдивости ее слов. Учитывая их историю и несмотря на страстные поцелуи, она была последним человеком, которому он поверил бы, скажи она, что леди Кассандра не хочет его видеть. Вся ситуация была до смешного нелепой.

– Напиши ему записку, – взмолилась Люси. – Ты умеешь быть убедительной.

– Я не большой мастер писать письма, – ответила Кэсс. – Ты всегда умела убеждать гораздо лучше, чем я. И ты знаешь это.

– Ты прекрасно умеешь писать письма, Кэсс. Ты на протяжении многих лет ежедневно писала Джулиану.

Кэсс взмахнула рукой, сжимавшей носовой платок.

– Это совсем другое дело. Джулиану я могу сказать все. А герцог все еще немного пугает меня.

Люси насмешливо фыркнула.

– Не понимаю, почему.

– Ох, Люси, пожалуйста, сделай это. Тебе так хорошо удается подобрать нужные слова.

Люси тяжело вздохнула.

– Замысловатые, особые слова. Когда нужно доставить простое сообщение, я не более искусна, чем горничная.

– Пожалуйста, Люси! – Кэсс просительно затрепетала длинными ресницами.

– Кэсс, нет. Разве нельзя попросить Джейн?

Кэсс рассмеялась и сразу же зашлась в жестоком приступе кашля. Оправившись, она сказала:

– Джейн, как обычно, уткнется в книгу и пропустит дом герцога.

– А как насчет Гарретта? – предложила Люси.

– Это выглядело бы странно. Герцог тебя знает, Люси. Ты ему нравишься.

Люси удивленно ахнула.

– Ты с ума сошла? Он наверняка терпеть меня не может. И знает меня лишь потому, что я слишком долго вмешивалась в твои дела. Мне давно пора устраниться из этой ситуации. Кроме того, сегодня лорд Беркли намерен нанести мне визит.

Кэсс умоляюще смотрела на нее щенячьими глазами.

– Это ведь не займет несколько часов? Пожалуйста, Люси? Ради меня?

В конце концов Люси пришлось признать, что она не в силах отказать Кэсс. Во-первых, если бы Люси стала возражать слишком горячо, Кэсс непременно поинтересовалась бы, почему. А во-вторых, Люси определенно не смогла устоять перед соблазном еще раз увидеться с Дереком. Но ей ненавистно было служить посыльной Кэсс. И Дерек наверняка подумает, что Люси лжет. В этом нет никакого сомнения.

Люси завязала под подбородком ленты своей шляпки, натянула перчатки и в сопровождении лакея вышла на улицу. Завернув за угол, она направилась вверх, к дому, который арендовал герцог, расположенному через четыре улицы. Закрыв глаза, Люси помолилась Всевышнему. Может, герцога не окажется дома? Это было бы очень удачно.

Когда они наконец добрались до нужного адреса, лакей постучал в дверь. Люси расправила плечи и откашлялась, готовясь объяснить свой приход в высшей степени высокомерному дворецкому, оставить сообщение и как можно скорее уйти.

Дверь распахнулась.

– Леди Люси Апплтон с визитом к его светлости герцогу Кларингтону, – провозгласил лакей.

– У меня сообщение для его светлости, – добавила Люси. – Рада оставить его и…

– Минутку, – сказал дворецкий. Она оказалась права. Чрезмерно высокомерный. В точности как его наниматель.

Дворецкий проводил ее в холл. Лакей остался ждать снаружи. Люси огляделась. Дом был обставлен аскетично, но со вкусом.

С высоко поднятой головой, словно прислуживал королю в монарших хоромах, дворецкий важно удалился по коридору. Люси нервничала, надеясь, что он вскоре вернется и заявит, что его светлость сегодня никого не принимает.

Не тут-то было.

Когда спустя две минуты дворецкий вернулся, он предложил Люси снять накидку и проводил ее в гостиную, расположенную в нескольких шагах от холла.

– Его светлость скоро будет, – торжественно объявил он.

Люси попыталась изобразить улыбку. О, ну конечно, его светлость намеревается помучить гостью своим присутствием. И поскольку знает, что это она, то, скорее всего, заставит ее ждать. Наверняка, как только он услышал, что она у его дверей, то сразу же начал тянуть время.

Люси обошла комнату, прикасаясь к статуэткам и другим искусным поделкам, расставленным на столах. У кого Дерек арендовал этот дом? Она ничего не знала о владельцах. Но это был большой особняк. Вполне подходящий герцогу. Собирается ли он купить его? Жить здесь? Суждено ли ей вернуться в этот дом гостьей герцогини Кларингтон, ее близкой подруги Кэсс? Эта мысль повергла Люси в необъяснимую меланхолию.

Дверь позади нее отворилась, и Люси, обернувшись, увидела Дерека. На нем был легкий серый сюртук, отлично накрахмаленный белый галстук и темные, превосходно сидевшие панталоны. Сюртук плотно обтягивал широкие плечи, и Люси моментально бросило в дрожь. Ну почему Дерек так великолепно выглядел? Это ужасно несправедливо.

– Леди Люси, – с поклоном сказал он. – Вы замерзли?

Люси присела в реверансе.

– Простите? Нет… я…

– Чему я обязан удовольствием? – продолжал Дерек.

Люси вздернула подбородок. Она намеревалась как можно скорее завершить свой короткий визит и покончить с этим.

– Я пришла сюда ради Кэсс.

– Да? Знаете ли, мы поговорили с ней вчера вечером. Она сказала, что позволит мне ухаживать за ней.

Люси помедлила.

– Да. Я… я знаю.

– Только не говорите, что она уже передумала. – Его губы изогнулись в полуулыбке.

Люси опустила глаза.

– Нет. Нет, она… она заболела и попросила передать вам, что не сможет сегодня поехать с вами на прогулку.

Дерек прищурил глаза.

– Она больна?

– Да, правда. – Ох, Люси так и знала, что он ей не поверит. – Однако она полна желания продолжить ваше знакомство, только хотела сообщить, что простудилась и у нее ужасный насморк и…

Он насмешливо приподнял бровь.

– Почему-то мне трудно поверить, что она – как вы выразились? – полна желания продолжить наше знакомство.

Люси на мгновение закрыла глаза. Он не собирался облегчать ей задачу.

– Она постарается. Я думаю, что переживания из-за ранения Джулиана значительно ее ослабили. Меня не удивляет, что она заболела. Я очень беспокоюсь за нее.

– И она выбрала вас, чтобы вы пошли и сообщили мне об этом?

– Да, так и есть. Она подумала, что горничная не сумеет высказаться достаточно убедительно.

Его губы изогнулись в усмешке.

– О, в этом она права. Вы известны своей способностью убеждать.

Люси сердито прищурила глаза. Теперь он ее злил. Насмехался над ней и сомневался в болезни Кэсс.

– Может, вам лучше нанести ей визит и самому все увидеть?

– В этом нет необходимости, – ответил он. – Я сказал, что дам ей время, и твердо намерен сдержать слово. Если ей нужно время, зачем говорить, что она больна…

Люси до скрипа сжала зубы.

– Она на самом деле больна.

Он примирительно поднял руку.

– Пожалуйста, Люси. Давайте не будем сегодня спорить.

– Видела я напыщенных, высокомерных ослов, но таких… Ну почему вы не можете хоть на минуту представить, что я говорю правду? Разве я вам хоть раз солгала? Кэсс хочет дать вам шанс, несмотря на свое разбитое сердце, и все же вы настаиваете на…

Он подбоченился.

– Не имеет значения, почему она не хочет меня видеть!

– А вы что? Раздосадованы тем, что она заболела? – Люси отошла в сторону, скрестив руки на груди и крепко сжав губы. – Это не имеет смысла. У меня не создалось впечатления, что вы питаете большую любовь к Кэсс. И все же вы настойчиво стремитесь ухаживать за ней, жениться на ней, и все из-за того, что вам ее порекомендовал Джулиан?

– Я уже говорил вам. Я дал обещание умирающему другу. И твердо намерен сдержать свое обещание.

– Любой ценой? – Она снова бросилась к нему. – Даже ценой счастья и здоровья Кэсс?

– Я и не ожидал, что вы поймете. Капитан Свифт попросил меня позаботиться о леди Кассандре. Мне нужна жена. Я хочу иметь детей. Это имеет смысл. Я знаю, что леди Кассандра меня не любит. Я тоже не люблю ее. Но однажды, я уверен, мы научимся ладить друг с другом.

Люси хотелось придушить его.

– Ладить? Это слово вы выбрали? У вас нет сердца. Кэсс заслуживает любви, счастья, страсти. – Как только это последнее слово слетело с ее губ, Люси зажала рот ладонью. Она вовсе не собиралась говорить подобное.

Дерек удивленно поднял брови.

– Страсти?

Люси уставилась на свои туфли с желанием пнуть себя со всей силы. Но теперь, когда она это сказала, она не собиралась идти на попятный. Убрав ладонь ото рта, Люси гордо вздернула подбородок.

– Да. Той страсти, что приходит тогда, когда двое действительно любят и уважают друг друга.

Голос Дерека стал хриплым.

– Я обнаружил, что страсть только усложняет взаимоотношения, миледи.

Она направилась к нему и остановилась всего в шаге, буравя его сердитым взглядом.

– Вы представляете серьезную угрозу. Угрозу для Кэсс. Я не знаю, почему она решила дать вам шанс, но вы этого не заслуживаете. Вы холодный. Бессердечный. Неподвластный никаким чувствам.

Дерек схватил ее за руку выше локтя.

– Никакой страсти?

Люси отвернулась от него, не в силах произнести ни звука внезапно пересохшими губами.

– Позволю себе не согласиться, миледи.

Дерек схватил ее в объятия и поцеловал.

Глава 32

Когда губы Дерека коснулись ее губ, Люси кипела от ярости. Но ярость эта мгновенно превратилась в неудержимую страсть, как только он прижал ее к своей груди. Будь он проклят. Люси его ненавидела. Он вел себя отвратительно. Но его горячий настойчивый рот завладел ее губами и язык сводил с ума.

– Страсти, подобной этой? – взволнованно прошептал Дерек возле ее щеки.

– Да, – пробормотала в ответ Люси, снова встречая его губы с пылом, не уступающим его собственному.

Дерек подхватил ее на руки и отнес к кушетке, где уложил и быстро накрыл своим телом. Его руки губили ее прическу. Его губы блуждали по щеке, уху, шее.

Люси не противилась. Это было недопустимо по доброй дюжине причин, но в данный момент Люси это не волновало. Она была абсолютно неспособна проявить силу духа и оттолкнуть Дерека или хотя бы запротестовать. Она хотела этого. Этой вспышки страсти между ними. Что бы это ни было и почему бы ни возникло, она этого хотела. Хотела прямо сейчас.

О последствиях она побеспокоится позже.

– Черт вас возьми. Почему вы сводите меня с ума? – прошептал он, уткнувшись ей в волосы, касаясь носом ее уха, отчего у Люси перехватывало дыхание.

– Черт бы взял вас. Почему вы пробуждаете у меня желание кричать?

Его губы спустились ниже, к ее декольте. Пальцы проворно трудились над пуговицами на ее спине. Расстегнув платье, он быстро стянул вниз тонкую ткань и корсет. Затем горячий рот припал к ее груди. Люси, задыхаясь, выгнула спину. Из глубины ее горла исторгались неясные стоны. Она в жизни не испытывала ничего подобного. «Страсть». Ей хотелось, чтобы это никогда не кончалось. Дерек слегка прикусил ее сосок.

– Я хочу заставить вас кричать совсем по другой причине, – прошептал Дерек перед тем, как его рот захватил вершинку ее второй груди. Люси хотелось бы оттолкнуть его, но руки вцепились в волосы и притянули его голову к себе. Это была страсть. Душераздирающая страсть, лишенная всякого смысла. Страсть, которую испытывают любовники. Эта мысль явилась внезапно из ниоткуда. Люси читала и слышала достаточно, чтобы это понять. Это не были скромные, невинные поцелуи, которыми обмениваются джентльмены и леди, едва выносящие друг друга. Это была страсть, ради которой нарушаются правила. Важные правила. С серьезными последствиями.

Его бедро двинулось между ее ног вверх, и Люси застонала, когда он прижался к ней. Там у нее было жарко и влажно. Она просунула руку между их тел и обхватила через панталоны его естество. Оно было горячим и твердым и тянулось к ней.

– Вы мне не нравитесь, – прошептала Люси сквозь стиснутые зубы, двигая рукой вверх и вниз.

Дерек лежал, закрыв глаза и стиснув зубы. Он застонал, словно движения ее руки причиняли страшную боль.

– Вы мне тоже не нравитесь, – проворчал он в ответ. – А может, дело вовсе не в том, что я вам не нравлюсь, а в том, что я не ваш драгоценный лорд Беркли? – Он открыл глаза, и их изумрудный блеск проник Люси в душу.

Она могла бы согласиться. На сей раз это было бы правдой. Он явно не был лордом Беркли. Но в данный момент ей трудно было припомнить лицо Беркли. Дерек медленно потянул ее руки вверх и слегка прижал их к кушетке.

– Задумали показать, как сильно я вам не нравлюсь, ваша светлость? – прошептала Люси.

– Нет, прямо сейчас я хочу показать вам, как сильно вы мне нравитесь.

Она могла бы вступить с ним в борьбу, постараться вырвать руки из его захвата, но это было бы бесполезно, лишь напоказ. Он вдвое превосходил ее по размеру, был сильным и тяжелым. Вместо этого Люси откинула назад голову, подставляя ему шею. Он сразу же осыпал ее поцелуями, нежно покусывая. Люси следовало накричать на него, потребовать остановиться. Но правда состояла в том, что в его руках она таяла, как воск. Чтоб ему пусто было. Этот властный герцог точно знал, что делает.

Его вторая рука двинулась к подолу ее юбки и потянула ткань вверх. Господи, для чего это? Люси ужасно хотелось это выяснить. Она задрожала. Его ладонь, оставляя пылающий след, двинулась вверх по ноге, по шелковому чулку к обнаженному бедру. Сжав щиколотку, он обвил ногу Люси вокруг своего бедра, отчего их жаждущая плоть соприкоснулась. Люси застонала и выгнула спину. Ноющие груди тесно прижались к его твердой груди. Рот Дерека снова опустился к ее груди, в то время как свободная рука медленно и неумолимо продвигалась вперед между ее ног. Люси дернулась, забилась, яростно пытаясь освободить руки, но при этом отчаянно боясь, что он отпустит ее и остановится. Его губы вернулись к ее губам.

Она отвернула от него лицо.

– Что вы делаете? – прошептала она возле его небритой щеки.

Он взглянул ей прямо в глаза.

– Даю вам то, в чем вы отчаянно нуждаетесь.

Его палец нашел ее лоно, и рот Люси открылся от изумления. Она громко ахнула. Голова откинулась в сторону.

Его палец скользнул внутрь, и Люси сжала бедра. У нее перехватило дыхание. Она закрыла глаза и застонала.

– Да, – жарко прошептал Дерек ей на ухо.

Когда его большой палец коснулся бугорка наслаждения и начал поглаживать его в такт со скольжением пальца туда и обратно, Люси совершенно обмякла. Она больше не металась, не вырывалась, только шире раскинула ноги, отдаваясь переполнявшим ее чувствам. Дерек управлялся с ее телом, словно играл на прекрасно настроенном инструменте, и она была не в силах устоять.

Дерек склонил голову к ее груди, и от прикосновения легкой щетины к нежной коже Люси снова вздрогнула.

Он продолжал ласкать ее, искусно действуя языком, губами и пальцами. Люси била дрожь. Все тело напряглось. Люси тяжело, учащенно дышала Дереку в ухо, не в силах сдержать спазмы, начавшиеся в самом сокровенном месте, а затем распространившиеся повсюду, заставляя ее содрогаться всем телом. Люси закрыла глаза. Затем ее руки обмякли в его ладони. Он только что позволил Люси пережить самый немыслимый опыт в ее жизни, и она этого хотела.

– Вы тоже неплохо целуетесь, – с плутоватой ухмылкой прошептал Дерек возле ее губ.

Глава 33

Люси перевернулась на спину и накрыла лицо подушкой. Во всем виновата Джейн. Ну ладно, хорошо, Джейн здесь ни при чем. Но если бы Джейн дала возможность переговорить с ней хоть раз за последние день или два, может, Люси не оказалась бы в таком неприглядном положении.

Целоваться с герцогом Кларингтоном? Страстно? У него в доме? Посреди дня? Немыслимо. Однако это правда. И зайти… еще дальше. Гораздо дальше. Только так она могла охарактеризовать все остальное, что произошло между ними. От одной мысли об этом ее бросило в жар, пробуждая желание. Она не смогла сдержать легкую улыбку, мелькнувшую на губах.

Люси отбросила подушку в сторону и со стоном закрыла лицо ладонями. Затем уставилась в потолок. Что теперь делать? Она оказалась не только худшей подругой на свете, она вполне может теперь умереть от чувства вины. Вот и все. Тогда Люси кое-как удалось привести в порядок свою одежду и выбраться из гостиной Дерека без излишних прощаний, хотя все было ужасно неловко. Они едва ли обменялись парой слов. Никаких извинений. Никаких разговоров о том, как эта маленькая интерлюдия отразится на его ухаживании за Кэсс. Нет. О Кэсс не говорилось ни слова, и это, без сомнения, к лучшему. Что они могли сделать, чтобы все исправить? Ничего. Словами тут не поможешь.

Люси предстала перед бедным лакеем, который терпеливо дожидался ее снаружи все время, пока она кувыркалась на кушетке с герцогом. К счастью, вышколенный слуга ничего не сказал о ее измятой одежде и растрепанных волосах. Люси поглубже натянула шляпку на испорченную прическу и почти бегом устремилась по улице, чтобы как можно скорее попасть домой. Лакей шел за ней следом. Это произошло несколько часов назад, а Люси все еще пряталась в своей комнате, наедине со своими сожалениями. С сожалениями ли? Или с восхитительно грешными воспоминаниями?

Как она хоть когда-нибудь сможет объяснить это Кэсс? А объясниться с ней необходимо. «О, Кэсс, дорогая, подожди. Ты знаешь джентльмена, который за тобой ухаживает? Этого красивого герцога? Да, именно его. Так уж случилось, что мы с ним недавно занимались кое-чем неописуемо неуместным. Счастливого вам супружества!»

Люси не могла даже посмеяться над этим. Это было нелепо. Это было ошибкой. И хотя она знала, что Кэсс не питает глубоких – или, по правде говоря, вообще хоть каких-нибудь – чувств к Дереку, все равно, то, что они сделали, было совершенно неприемлемо. Неправильно, ошибочно, нечестно. Проклятие. Ну почему Люси поддалась на уговоры Кэсс пойти в дом к Дереку? Она ведь знала, что добром это не кончится. Правда, знала. Во всяком случае, ей следовало взять с собой Джейн. Но вместо этого Люси гордо отправилась одна, прекрасно зная, что все кончится тем, что она скажет или сделает что-нибудь неподобающее. И, ах, так все и случилось. Потрясающе.

Где же Джейн? Джейн должна подсказать ей, что же теперь делать. Люси снова накрыла лицо подушкой и застонала.

После того как Люси покинула его дом, Дерек счел своим первейшим долгом срочно выяснить, где в Бате находится боксерский клуб, и немедленно вступить в него. Он уже вовсю боксировал с парнем, не слишком подходившим ему в партнеры. И сказать по правде, нанося каждый удар, он мысленно представлял, что дубасит Беркли. Но, несмотря на жаркую схватку и сокрушительные удары, Дерек не мог избавиться от воспоминаний о сегодняшней встрече с Люси Апплтон.

Как его план мог так бесславно провалиться? Дерек всегда был решительным. И очень этим гордился. Жил этим. Выжил благодаря этому. Решительность не раз спасала ему жизнь. В его мозгу навсегда сохранились слова отца: «Мужчина всегда решителен. Он принимает решения быстро, безошибочно. Без колебаний».

Еще удар.

И решительность Дерека заставила его выбрать в жены леди Кассандру. Возможно, она немного застенчива и ее склонность использовать для объяснений подругу не самое привлекательное качество, но Кассандра красива и добра. А самое главное, она станет верной женой. Он сможет вынести легкую застенчивость, когда Кассандра понемногу привыкнет к нему.

О чем беспокоиться, если она думает, будто влюблена в Джулиана? Жестокая правда в том, что Джулиан уже не вернется с континента. И даже если бы он каким-то чудом вернулся, то не смог бы сделать леди Кассандре предложение. Кроме того, никакой любви не существует. Тот факт, что Кассандра думает, будто любит Джулиана, свидетельствует лишь о ее неопытности. Но все это вполне приемлемо. Любовь тут вообще ни при чем. Дерек хотел иметь жену, которая, безусловно, будет ему верна. И был уверен, что, какая бы непрошеная любовь ни горячила ее кровь, Кассандра не станет изменять. Если Джулиан выживет и женится на ее кузине, то он тоже никогда не поступит бесчестно и не опустится до измены. Дерек достаточно хорошо знал своего друга, чтобы не сомневаться в этом. Нужно только убедить леди Кассандру дать ему шанс и взглянуть на вещи с его точки зрения. Они станут превосходной парой. У них родятся крепкие, здоровые дети. Они проживут жизнь, занимаясь каждый своими делами, независимо друг от друга, как происходит с большинством пар в светском обществе. И он превосходно с этим справится. Возможно, его родители смотрели на брак совсем иначе, но он теперь живет в совершенно другом мире. Успешный союз не требует лишних осложнений вроде страсти.

«Страсть». Дерек снова двинул кулаком бедного парня, сражавшегося с ним. Парнишке следовало подучиться пользоваться своей левой немного искуснее. Дерек обязательно скажет ему об этом после завершения матча.

Именно страсть Дерек испытал сегодня днем с Люси Апплтон. И где? Подумать только, в своей чертовой арендованной гостиной. Проклятие. Он не испытывал такого неудержимого влечения к женщине уже в течение… пожалуй, никогда. Это приводило его в ярость. Почему? Потому что с Люси он терял над собой контроль. Дерека никогда не покидало самообладание. По правде говоря, он гордился своей способностью в любых обстоятельствах сохранять выдержку. Люси Апплтон выводила его из себя. Словно им овладевала какая-то неподвластная ему сила. Он был не способен удержать свои руки в стороне от этой плутовки. И, будь он проклят, отлично знал, почему.

Она сводила его с ума. Она была властной, решительной и прекрасно владела собой. Только казалась чересчур самоуверенной и отказывалась признавать поражение. Дереку непривычно было встретить того, кто не отступил перед лицом его воли. В особенности молодую девушку. Проклятие, он нагонял страх на бывалых боевых генералов, но по какой-то причине Люси Апплтон совершенно не боялась его. Слава о ней шла впереди Люси. Ее обвиняли в том, что вместо языка у нее ядовитое жало. «Оса» – самое подходящее для нее прозвище. Она жалила Дерека далеко не один раз. Но вместо того, чтобы побудить его держаться от нее подальше, как случилось с остальными молодыми людьми, неудержимо влекла Дерека к себе, словно мотылька на огонь. К величайшему сожалению, Дерек обнаружил, что с нетерпением ждет новых стычек с ней. И тому далеко не одна причина. И надо же Люси быть вдобавок такой чертовски прекрасной! Она бросала ему вызов, оставаясь непостижимой загадкой. Женщин, подобных ей, он еще не встречал никогда. И это необычайно интриговало его.

Дерек нанес противнику еще один тяжелый удар, точно попавший в цель. Проклятие. Он уже все решил. Ему не нужны никакие вызовы. Он хочет мира. Еще один удар. И покоя. Еще удар. Больше никаких стычек. Четвертый удар. Он достаточно воевал. Люси Апплтон не даст ему ни минуты покоя. Пусть получает своего чертова лорда Беркли. Так почему же Дерека так неудержимо тянет к ней?

Паренек напротив него, истекая кровью, признал свое поражение. Очень жаль, что он не был Беркли. Дерек принес свои глубочайшие извинения за то, что разбил ему нос. Дурацкий поступок. Он не собирался поранить парня. Но голова была полностью занята мыслями о Люси Апплтон. Пропади все пропадом.

Дерек собрал свои вещи и покинул клуб. Отправился пешком в свой особняк. А как насчет леди Кассандры? Предполагалось, что Дерек продолжит ухаживать за ней. Он обещал это Джулиану. Но каким же мерзавцем надо быть, чтобы ухаживать за Кассандрой после всего, чем он занимался сегодня днем с Люси? Проклятие. Почему Дерек позволил себе подобные вольности с Люси Апплтон? Он был опытным боевым офицером. Ему непростительно до такой степени терять рядом с ней контроль над собой. А с какой страстью она отвечала… При одном только воспоминании об этом его панталоны предательски оттопырились.

Черт бы его побрал. Что теперь делать? Так больше не может продолжаться. Хватит.

Очевидно, леди Кассандра и вправду заболела. Теперь он этому верил. И хотя он не желал ей болезни, ее недомогание давало ему время. Время подумать. Время решить, что делать дальше. С обеими леди.

Глава 34

Позже в этот же день Джейн и Люси сидели в креслах возле кровати Кэсс в ее спальне. Джейн читала вслух больной подруге книгу известной английской писательницы и феминистки Мэри Уолстонкрафт, а Люси делала вид, что вышивает. По правде говоря, она просто втыкала иглу в ткань и вытягивала нитку. Снова и снова. Люси пыталась сделать этот стежок уже дюжину раз. И все бесполезно. Ее терзало чувство вины. Люси не могла вышивать. И слова, которые читала Джейн, тоже не привлекали ее интереса.

Что станет делать Дерек теперь, когда между ними произошло это? Что он скажет ей? Что он скажет Кэсс? Как все будет развиваться дальше? Ох, она самое презренное существо, после того что наделала сегодня.

– Люси, лорд Беркли приходил к тебе с визитом? – с лукавой улыбкой спросила Кэсс, как только Джейн перестала читать и закрыла книгу.

Люси резко подняла глаза от вышивки. Лорд Беркли. Она даже и не вспоминала о нем после сегодняшней встречи с Дереком. Лорд Беркли был первым стоящим поклонником за долгие годы, а она повела себя как шлюха. Вот уж поистине жуткая ситуация.

– Что? Ах да. Да, он заходил. Дважды, – ответила она Кэсс.

– И как это было? – спросила Кэсс. – Поверить не могу, мы тут сидим все это время, а ты даже не упомянула об этом.

– Да, как все прошло, Люси? – спросила Джейн, подавшись вперед.

– Ох, вчера мы пили чай, и это было… это было… довольно мило.

Джейн высунула язык.

– Фу-у. Мило?

– Да, – подтвердила Люси.

Кэсс сморщила нос.

– Почему-то «мило» звучит не слишком обнадеживающе.

– Он действительно очень милый человек, – сказала Люси. Ох, что толку темнить? Подруги знали ее слишком хорошо. Правда в том, что они с лордом Беркли обменялись всего несколькими словами, когда он заходил. Она не знала, оттого ли это, что ей нечего было сказать, или оттого, что ему нечего было сказать. Но они оба потихоньку попивали чай, время от времени улыбаясь друг другу. Вот и все. Наверное, «милый» все же чересчур сильно сказано. Не говоря о том, что все время, пока лорд Беркли сидел у нее в гостиной, Люси не могла избавиться от непрошеных мыслей о Дереке. И это ее очень отвлекало.

– Снова это дурацкое слово, – сказала Джейн, покачав головой. – «Милый».

Кэсс глубоко вздохнула.

– Возможно, тебе следует встретиться с ним снова. Выяснить, удастся ли вам найти общий язык. Кстати, это напомнило мне кое о чем. Ты так и не рассказала, Люси, о реакции герцога, когда ты сообщила ему, что я заболела.

Люси подскочила на месте – она больно укололась иголкой.

– Ой! – Люси сунула палец в рот и быстро пососала, прежде чем выпалить в ответ: – Что? Я тебе говорила.

Кэсс слегка покачала головой.

– Ты сказала, он передал мне наилучшие пожелания, но ни словом не обмолвилась насчет того, поверил ли он твоим словам о моей болезни. Как тебе показалось?

Люси выпрямилась, опустив ненавистную вышивку на колени.

– Думаю, он мне поверил.

Джейн взглянула на нее c подозрением. Люси до сих пор так и не удалось переговорить с Джейн, хотя отчаянно этого хотелось. Люси только успела прошептать ей, когда они входили в комнату Кэсс, что им обязательно нужно поговорить по секрету. Джейн согласно кивнула.

Кэсс с надеждой взглянула на Люси.

– Ты вправду думаешь, что он тебе поверил?

Люси утвердительно кивнула. Это было все, что она могла сделать под пристальным, оценивающим взглядом Джейн.

– Ты снова схлестнулась с ним, Люси? – Кэсс тяжело вздохнула.

Люси хотелось провалиться сквозь землю. Она не могла поднять глаз на Кассандру и смотрела на пяльцы с вышивкой.

– Нет. Я… Мы вели себя вполне… корректно. – Силы небесные, ее непременно поразит молния. Она настоящая распутница. Лживая распутница.

– Рада это слышать, Люси, – продолжала Кэсс. – Потому что я надеялась, что ты составишь ему компанию, пока я больна.

Люси резко вскинула голову и вытаращила глаза.

– Что? Составить ему компанию?

Джейн почти спрятала улыбку за томом Уолстонкрафт.

Люси указала на Джейн.

– Почему Джейн не может составить ему компанию?

Джейн убрала от лица книгу.

– Не смотри на меня. Ты уже общалась с герцогом. Мы не можем смущать его, вводя в это уравнение еще и третью леди.

Кэсс откинулась на подушки и чихнула в носовой платок.

– Люси, ты же знаешь, он уже привык к тебе.

Люси тяжело вздохнула. «Можно сказать и так».

– Он провел с тобой столько же времени, сколько и со мной, – продолжала Кэсс.

«Ох, со мной немного больше, если быть честной».

– Может, вы и не станете настоящими друзьями, но, думаю, он будет признателен за то, что ты сообщаешь о моем состоянии. Мы говорили о том, чтобы отправиться на пикник. Посмотреть развалины. И тому подобное.

Люси хлопнула рукой по пяльцам.

– Ты сможешь все это проделать сама, Кэсс. Как только почувствуешь себя лучше.

Кэсс пригладила ладонью растрепанные волосы.

– К несчастью, я подхватила простуду. И из-за этого чувствую себя ужасно виноватой.

Виноватой? Люси судорожно сглотнула. Уж ей-то о чувстве вины было известно все.

– С чего бы тебе чувствовать себя виноватой, Кэсс?

Кэсс покачала головой.

– Из-за того, что я так обращалась с герцогом до сих пор. Я вела себя очень неучтиво.

Люси подалась вперед и протерла ладонями глаза.

– Нет, это я была с ним груба.

– Но только по моей просьбе. – Кэсс изящно чихнула в носовой платок.

– Это не имеет значения, Кэсс. Я уверена, он очень рад, что теперь ты охотно разговариваешь с ним, – ответила Люси.

– Но я боюсь, что он утратит ко мне интерес, – сказала Кэсс. – Начнет ухаживать за кем-нибудь еще, если я буду болеть слишком долго.

– Если он начнет ухаживать за кем-нибудь еще, значит, он не заслуживает тебя, – возразила Джейн. – Помнишь, Мэри Уолстонкрафт сказала: «Женщины систематически унижаются, получая банальные знаки внимания, которые мужчины считают должным оказывать их полу, в то время как на самом деле мужчины оскорбительным образом поддерживают свое собственное превосходство».

Люси согласно кивнула.

– Совершенно верно. Джейн права. Наверное, будет лучше, если ты оставишь его.

– Я знаю, знаю, – согласилась Кэсс. – Но мне было бы значительно легче, если бы ты согласилась составить ему компанию, Люси. Пожалуйста. Кроме того, не будет вреда, если лорд Беркли подумает, что у него есть соперник.

Люси устремила умоляющий взгляд на Джейн. Она никак не могла согласиться на это. Не могла подвергать себя еще большему искушению, снова общаясь с герцогом. Или могла? Неужели ей недостает силы духа?

Джейн небрежно пожала плечами.

– Придется тебе пойти на это, Люси. Что-то подсказывает мне, что Кэсс не успокоится, пока ты не согласишься.

– Да, – с улыбкой подтвердила Кэсс. – Я не отстану.

Люси едва не взвыла.

– Ну ладно, Кэсс. Я составлю герцогу компанию ради тебя.

Глава 35

Дерек сидел в кабинете, просматривая учетные книги. В отчетах с земель пожалованного ему герцогства царила чертовская неразбериха. Видно тот, кто занимался ими до сих пор, не слишком дружил с математикой. Дерек уже уволил управляющего и нанял нового поверенного для помощи в управлении поместьем. Однако собирался лично проверить все до последней цифры. Черт бы побрал этих аристократов с их нежеланием заниматься собственным хозяйством. Ведь последний владелец даже не замечал, что его нещадно обкрадывали. Что с того, что аристократу не к лицу присматривать за своими владениями? Дерек сам будет управлять своими землями и все приведет в порядок, прежде чем позволит хоть кому-нибудь прикоснуться к учетным книгам.

Стук в дверь заставил его оторвать взгляд от бумаг.

– Войдите.

За дверью стоял Хьюз, как обычно c прямой, словно шомпол проглотил, спиной.

– К вам посетитель, ваша светлость.

Посетитель? Неужели Люси? Дерек сильно сомневался в этом, но одна лишь мысль о ней заставила его неловко поерзать в ставших внезапно тесными бриджах.

– Кто это, Хьюз?

– Лорд Беркли, ваша светлость. Он просит уделить ему минуту вашего времени.

Дерек швырнул перо на учетную книгу и откинулся на спинку кресла, заложив руки за голову. Беркли? Какого дьявола? Это не имело никакого смысла.

– Он пришел один, Хьюз?

– Да, ваша светлость.

– Проводите его сюда.

Прищурив глаза, Дерек уставился на дальнюю стену кабинета.

Что могло понадобиться от него Беркли?

Через минуту Хьюз вернулся с упомянутым джентльменом. Впустив его в кабинет, дворецкий затворил дверь.

Беркли поклонился Дереку.

– Благодарю вас, ваша светлость, за то, что согласились меня принять.

– Входите, Беркли. Присаживайтесь.

Беркли подошел к письменному столу и уселся в одно из двух больших кожаных кресел, расположенных перед ним.

– Благодарю, ваша светлость.

Дерек встал, подошел к серванту и плеснул в бокал немного бренди.

– Не хотите ли выпить, Беркли?

– Нет, благодарю, ваша светлость. Я не употребляю спиртные напитки крепче вина.

Дерек удивленно выгнул бровь, взглянув при этом известии на сервант.

– Вы не будете возражать, если я выпью бренди?

– Нет, конечно.

Хорошо. Дерек подумал, что ему это понадобится. Он взял свой бокал со стола, плеснул в другой бокал немного вина для Беркли, передал гостю и снова вернулся за стол.

– Скажите, Беркли, что привело вас сюда?

Отставив в сторону бокал, лорд Беркли подался вперед и положил на крышку стола сложенные ладони.

– Я хотел… п-попросить… оказать мне… л-любезность, ваша светлость.

Дерек отхлебнул глоток бренди.

– Любезность?

– Да, ваша светлость. Это касается леди Люси Апплтон.

Дерек сделал глубокий вдох.

– Леди Люси? А что с ней?

– Ну, ваша светлость… – Беркли поправил галстук. – Я… можно сказать… я… пытаюсь ухаживать за ней.

Дерек взглянул на Беркли, прищурившись. К чему это он клонит?

– Продолжайте.

– Я хотел бы… очень хотел бы… ухаживать за ней официально, ваша светлость. И я… я… крайне нуждаюсь в вашей помощи. Если вы… с… согласны мне ее оказать, конечно.

Дерек одним глотком опорожнил свой бокал.

– Вам нужна моя помощь, чтобы ухаживать за Люси? – Черт, он только что совершил ошибку! Не следовало называть ее Люси при Беркли.

– Д-да… в-ваша светлость.

Дерек внимательно разглядывал молодого человека. Похоже, Беркли страдал легким заиканием. Должно быть, ему трудно было прийти сюда и попросить о помощи.

– Чем именно, по-вашему, я могу помочь вам? – спросил Дерек.

– Леди Л-Люси, как видно, крайне увлечена вашей с-склонностью к остроумию, в-ваша светлость.

Дерек нахмурился.

– В самом деле?

– Д-да, в-ваша светлость. Она не раз упоминала при мне об этом. К-как вы с н-ней перешучивались.

Дерек удивленно приподнял бровь.

– Она говорила вам?

– Д-да, в-ваша светлость.

Парню следовало прекратить называть его «ваша светлость». Слишком мучительно было слушать его, беднягу.

– Однако это не отвечает на вопрос, каким образом я мог бы помочь вам, Беркли.

Лорд Беркли снова сложил руки на коленях и уставился на них.

– Я н-надеялся, в-ваша светлость, что в-вы п-поможете мне сказать то, что я не могу сказать. Что в-вы с-согласитесь написать леди Люси письмо. Как будто оно от меня.

Глава 36

Дерек сделал глубокий вдох, прежде чем постучать в дверь особняка Апплтонов. Встреча с Беркли не выходила у него из головы. В конце концов он согласился помочь бедняге. Может быть, ему стало жаль бедного малого, а может, он был в благодушном настроении. Или, вполне возможно, решил, что, поощряя ухаживания другого мужчины, он скорее сумеет избавиться от постоянных мыслей о Люси.

Если Люси выйдет замуж за Беркли, вся эта запутанная история, в которую он влип, разрешится сама собой. И все будут счастливы. По крайней мере, так он говорил себе, когда ответил согласием. А затем вытащил листок бумаги и набросал заметки, основываясь на пожеланиях Беркли, изложившего, что хотел бы сказать. Этот джентльмен, может, и учился в Оксфорде, но, очевидно, не был способен связать слова в остроумные строки, когда речь зашла об ухаживании за леди, которую он выбрал. Чертов бедолага.

Независимо от причин, побудивших согласиться на это, Дерек, пока Беркли ждал, закончил письмо и отпустил этого парня с желанной добычей, все время кляня себя и называя круглым дураком. И теперь он стоял здесь с букетом для леди Кассандры, готовясь постучать в дверь и привести в порядок собственные мысли об ухаживании.

Тук. Тук. Тук.

Дверь отворилась. Дворецкий Апплтонов проводил его в ближайшую гостиную. Дерек отдал ему цветы и попросил отнести их в комнату больной леди Кассандры.

Дерек мерил шагами гостиную, ожидая ответа или записки. Цветы – очень удачная идея, не правда ли? Леди любят, когда им дарят цветы, разве нет? Его мать радостно улыбалась в тех редких случаях, когда отец преподносил ей букет.

В комнату стремительно вошла Люси с широкой улыбкой на лице. Взгляд ее был прикован к письму, которое она держала в руках.

Люси оторвала взгляд от послания и вздрогнула.

– Дер… ваша светлость? – Письмо выпало из ее пальцев. Она поспешно наклонилась, чтобы подобрать листки, рассыпавшиеся по полу. Дерек приблизился, чтобы помочь.

Подняв одну страницу, он увидел, что это то самое письмо, которое он написал для Беркли. Хм-м. Оно заставило ее улыбаться. Это здорово. Лучше, чем цветы?

Люси собрала остальные листы, и Дерек отдал ей тот, что подобрал.

– Я чему-то помешала? – спросила она дрожащим голосом, какого он прежде никогда не слышал.

– Нет. Вовсе нет. Я только что послал цветы леди Кассандре и надеялся…

В этот момент вернулся дворецкий и протянул Дереку сложенный белый листок на серебряном подносе.

– От леди Кассандры, – торжественно возгласил дворецкий.

Дерек взял записку, развернул ее и прочел. Дворецкий тем временем вышел.

– Что пишет Кассандра? – спросила Люси, прижав свое письмо к груди и прикусив губу с самым соблазнительным видом.

– Пишет, что цветы ей очень понравились и она сожалеет, что не может сегодня составить мне компанию. Мы планировали отправиться на пикник.

– О да. Это и вправду очень печально. – Люси снова уткнулась в письмо и повернулась, чтобы уйти, но следующие слова Дерека остановили ее.

– Она также пишет, что попросила вас составить мне компанию, пока она болеет.

Люси застыла на месте. Затем медленно повернулась кругом. Рука с письмом бессильно опустилась.

– Да. Да. Правда. Она говорила.

Он криво улыбнулся.

– Она пишет, что вы согласились. Хотя, должен сказать, мне трудно в это поверить.

Люси стоило большого труда встретиться с ним взглядом.

– Ради Кэсс я готова на все.

– Например, отправиться со мной на пикник?

Люси удивленно заморгала.

– Вы хотите, чтобы я отправилась с вами на пикник? – спросила она, указывая на себя пальцем.

Дерек сложил руки за спиной и широко расставил обутые в сапоги ноги.

– Угощение приготовлено и уложено в корзинку. Жаль, если все это пропадет зря.

Люси согласно кивнула.

– Вообще-то я немного проголодалась.

Он усмехнулся.

– Ну, так что вы скажете?

Она слегка поморщилась, как будто его слова причинили ей боль.

– Хорошо, ваша светлость. Я поеду с вами на пикник.

Они устроили свой небольшой пир в саду к югу от Королевского полумесяца. Это было идиллическое место с изумительным видом на широкие склоны холмов, окружающих город, и доносящимся до них нежным ароматом летних цветов. Двое лакеев герцога быстро расстелили на траве одеяла, распаковали угощение и наполнили два бокала сладким красным вином, прежде чем удалиться на значительное расстояние, оставив пару в уединении.

Люси глубоко вздохнула. После не слишком удачного начала в гостиной между ними, как ни странно, больше не ощущалось неловкости. Все было почти так, будто ничего предосудительного никогда и не происходило. Почти. Потому что, когда Люси закрыла глаза, в ее воображении возник Дерек, навалившийся на нее и заставлявший чувствовать такое, чего ей не доводилось переживать прежде. Люси тряхнула головой. Нет никакого смысла вспоминать об этом. Она должна вести себя так, словно ничего этого никогда не случалось.

В конце концов она решила поехать с ним. Пикник не мог представлять опасности. Вряд ли им выпадет возможность повторить свой безнравственный поступок на поросшем травой холме посреди города. Что плохого в том, чтобы ради Кэсс провести день на природе?

– Благодарю вас за то, что согласились составить мне компанию. – Дерек отхлебнул глоток вина. Он сидел, откинувшись назад, опираясь на одну руку. И выглядел таким очаровательно задорным и по-мальчишески веселым. Люси страшно хотелось протянуть руку и откинуть прядь черных волос, упавшую ему на лоб.

Люси улыбнулась в ответ. Дерек держался так учтиво и любезно. Совсем на него не похоже. Почему?

– Благодарю вас за эти слова. Думаю, это самое приятное из всего, что вы мне когда-либо говорили.

Он рассмеялся.

– В этом я с вами согласен. Думаю, это самое приятное, что я когда-либо слышал от вас.

Люси занялась расстановкой тарелок с хлебом, сыром и фруктами.

Дерек откашлялся.

– Я не мог не заметить, что вы читали письмо, когда вошли в гостиную.

Люси широко улыбнулась.

– Да. Да. Читала.

– И письмо вам понравилось?

Она подняла на него взгляд, сморщив нос. Какое ему дело? В сущности, письмо было от лорда Беркли, и это было самое милое, приятное, доброе, забавное и остроумное письмо из всех, которые ей доводилось получать. Не слишком заботливое, не слишком сентиментальное, не слишком слащавое. Именно такое, какое она и ожидала от лорда Беркли. Он написал, как ему приятно проводить с ней время, и затронул множество тем, которые были ей крайне интересны. Очевидно, лорд Беркли в писательском искусстве сильнее, чем в ораторском. Видимо, он из тех, кто имеет склонность к сочинительству. Без сомнения, так и есть. Он интеллектуал. Качество, о котором Дерек представления не имеет.

– Да, оно мне очень понравилось.

– И от кого оно?

Люси снисходительно улыбнулась.

– Не ваше дело.

Дерек отхлебнул еще один маленький глоток.

– Позвольте предположить. От Беркли?

Она широко раскрыла глаза.

– Как вы…? Ну хорошо, оно от лорда Беркли. – Если Дерек собирается ревновать ее к Кристиану – о-ох, мысленно назвав его по имени, она ощутила легкую дрожь, – тогда пусть знает, что Беркли очень интересуется ею. Очень.

– Почему мне не удается представить себе Беркли, усевшегося писать письмо? – сказал Дерек, отставил бокал в сторону и наклонился вперед, чтобы взять виноградину.

Люси подбоченилась.

– Это всего лишь демонстрирует ваше высокомерие. Его письмо написано прекрасно.

– Прекрасно? – спросил он с язвительным выражением лица.

Люси ужасно захотелось стереть это выражение.

– Да, прекрасно. Очевидно, что он превосходно образован, не говоря уже о присущем ему юморе, мудрости и остроумии.

– Остроумии? – Брови Дерека резко взлетели вверх. – Мудрый и остроумный?

Люси кивнула.

– Да. В высшей степени остроумный.

– Возможно, мне следует прочесть это письмо. – Он положил в рот виноградину.

– Разумеется, вам не удастся его прочесть. – Люси отрезала два куска хлеба и положила один себе на тарелку, а другой на тарелку Дерека.

Он усмехнулся, ничуть не раскаиваясь.

– Осторожнее, Люси. Вы же не хотите, чтобы ваш острый язычок отпугнул и этого кавалера.

Люси взглянула на него, прищурив глаза.

– Я прекрасно справляюсь с задачей держать свой язык на привязи в присутствии лорда Беркли, ваша светлость. Это с вами мне трудно быть любезной.

– Я догадался.

Неужели он только что подмигнул ей?

– Ничего не могу с этим поделать, – сказала Люси. – Некоторые вещи, которые я говорю… Я всегда была прямолинейной. Это мое проклятие с самого рождения. Ну по меньшей мере с детства.

Он прищурил свои проницательные зеленые глаза.

– Почему с детства? Что произошло?

– Это не имеет значения. – Она покачала головой и взяла гроздь темно-красного винограда.

– Мне хотелось бы знать, – мягко произнес Дерек.

Что-то в ласковом тоне, которым он это сказал, пробудило в Люси желание ответить. Она сунула виноградину в рот, задумчиво прожевала и проглотила.

– Я… мой брат умер, когда мы были детьми.

В глазах Дерека мелькнула слабая вспышка удивления.

– Мне очень жаль, – сказал он, все еще пристально глядя на нее. – Это о нем вы говорили, как о тяжелой потере, в тот день, когда мы катались в Гайд-парке?

Люси печально кивнула.

– Что с ним случилось? – Голос Дерека звучал серьезно и взволнованно.

Люси отвела взгляд. Вопрос немного смутил ее. Впервые в жизни она почувствовала, что ее действительно кто-то слушает. По-настоящему слушает. То, как Дерек смотрел на нее, сосредоточив все свое внимание, и задавал эти трудные вопросы… Прежде, казалось, никого это не волновало. Происходящее приводило ее в замешательство.

Люси сделала глубокий вдох. Она никому не рассказывала эту историю. Ну, Гарретт, Кэсс и Джейн знали, конечно. Но больше она никому об этом не говорила. Никогда.

– Мы оба подхватили лихорадку. Болели несколько месяцев. Ралф умер. Я выжила.

Дерек серьезно кивнул.

– Мне очень жаль, Люси, – прошептал он.

Люси отхлебнула глоток вина.

– Да, так вот. Умер не тот ребенок. По крайней мере, по мнению моих родителей.

Дерек тихо выругался себе под нос и взглянул ей в глаза.

– Вы напрасно так думаете.

Люси отвела глаза не в состоянии встретиться с ним взглядом.

– Все в порядке. Я знала, им хотелось, чтобы выжил мой брат. И поверьте, я бы с радостью поменялась с ним местами, если бы могла.

– Сколько вам было лет? – Он по-прежнему пристально наблюдал за ней. И слушал ответы, словно все это и вправду его волновало.

Люси судорожно сглотнула.

– Семь.

Он потянулся через одеяло и слегка коснулся ее руки.

– Ужасно в столь юном возрасте взвалить на себя такое чувство вины.

Смутившись, Люси медленно высвободила руку.

– У меня не было выбора.

Он все еще смотрел на нее этим проницательным, всепонимающим взглядом.

– Родители дурно обращались с вами?

Она невесело улыбнулась.

– Нет. В некотором смысле мне даже хотелось, чтобы они так поступали. Тогда бы, я думаю, мне легче было это выносить. Но они просто не замечали меня. Как будто я вообще не существовала. Словно у них больше не было детей.

– Это неправильно, – тихо произнес Дерек. – Не замечать ребенка – это самый худший вид жестокости.

Люси затаила дыхание. В первый раз за всю ее жизнь кто-то действительно сказал эти слова. Она всегда чувствовала в душе, что отношение к ней родителей после смерти брата было неправильным. Но ни разу не встретила никого, ни единого человеческого существа, кто бы признал это. Это было приятно. Дарило наконец долгожданное чувство освобождения. Она слабо улыбнулась.

– Благодарю вас.

– Да. Это неправильно. Мне жаль, что такое случилось с вами. Я даже представить себе не могу, каким тяжелым, наверное, было ваше детство.

Люси пожала плечами.

– Я вела себя так, как поступал бы любой невежественный ребенок, всеми силами пытающийся привлечь внимание своих родителей, совершая акты отваги и неповиновения. Я старалась быть мальчиком, которого они лишились.

Дерек наморщил лоб.

– Как вы это делали?

– Вызывала мальчишек на дуэль. Скакала на лошадях в мужском седле. Ходила на рыбалку. Стреляла. Я даже спросила отца, не мог бы он отправить меня в Итон. – Люси откусила крошечный кусочек сыра.

Дерек еле сдержал улыбку.

– Не может быть.

– Боюсь, так и было. – Люси вздохнула.

Он согнул ногу и оперся о колено.

– И что на это сказал ваш отец?

– Он позвал гувернантку и приказал немедленно удалить меня из его кабинета. – Люси отщипнула еще один крошечный кусочек сыра.

Дерек покачал головой.

– Вот так вы и росли, развивая и совершенствуя свою склонность к прямолинейности?

– Да. На самом деле я видела мало женщин, с которых могла бы брать пример. Мать меня полностью игнорировала. Тетушка позволяла делать все, что пожелаю. А гувернантка почти не обращала на меня внимания. Я была целиком поглощена попытками превратиться в мальчика. И стала чересчур прямолинейной.

– Как вы подружились с леди Кассандрой? – спросил он с искренним интересом.

Этот вопрос о Кэсс напомнил Люси, почему они здесь. Дерек был не ее поклонником. Он ухаживал за Кэсс. И Люси следовало не забывать об этом. Она откинулась назад, опершись ладонями о мягкую траву за одеялом, и вздохнула.

– Кэсс – чистый ангел. Она жила в соседнем поместье. Я приезжала туда на лошади и проводила время с Кэсс. Она была единственной девочкой моего возраста, которая не презирала меня и не считала слишком грубой и глупой из-за моих манер и внешнего вида.

Дерек усмехнулся.

– А как относилась к этому ее мать?

Люси тихонько фыркнула.

– Ох, боюсь, мама Кэсс никогда мной особенно не интересовалась. По правде сказать, мое первоначальное намерение отправиться к ним в поместье объяснялось попыткой побудить Оуэна играть со мной.

– Оуэна?

– Старшего брата Кэсс.

– И он согласился?

– Нет. Он всегда был очень тактичен, но леди Морланд настаивала, чтобы я держалась от него подальше.

– Но не от ее дочери?

– Полагаю, Кэсс, только взглянув на меня, сразу решила, что может помочь мне стать более похожей на леди. Поэтому мы стали близкими подругами. Она в каждом видит самое лучшее. Особенно во мне. Я всегда доставляла неприятности. Матери остальных юных леди даже не позволяли им общаться со мной. Но Кэсс всегда оставалась мне верна.

– А вы глубоко преданы ей?

Люси судорожно сглотнула.

– Навсегда.

– Понимаю. – Дерек кивнул. – Поэтому вы так яростно вступились за нее, когда я начал ее обхаживать?

Люси выпрямилась и пробежалась кончиком пальца по краю одеяла.

– Да. Поэтому. Я люблю Кэсс. И, повторяю, готова ради нее на все.

Он убрал руку с колена.

– А что насчет другой вашей подруги? Джейн, не так ли?

Люси радостно улыбнулась.

– Ах, Джейн присоединилась к нашей веселой компании немного позже. Она была в свете таким же изгоем, как и я. Поэтому мы подружились с ней на нашем первом балу.

Дерек удивленно поднял обе брови.

– Изгоем?

Люси сокрушенно вздохнула.

– Да. Об этом мало кто знает, но во время первого представления ко двору меня выставили из апартаментов королевы.

Брови Дерека снова взлетели вверх.

– В самом деле?

– Правда. Я терпеть не могу притворяться и подхалимничать. Я выдернула перья из своей безумно замысловатой прически и бросила их на пол к ногам королевы.

– Не может быть! – Широкая улыбка Дерека противоречила удивленному выражению его лица.

– Да. Я это сделала. Мама сказала, что после этого отказывается иметь какое-либо отношение к моему дебюту. Она оставила меня с тетей Мэри и удалилась в сельское поместье.

– А Джейн тоже выпроводили из королевских апартаментов?

– Нет. Нет. Джейн все сделала, как ей велели. Хотя позже она сказала, что, на ее взгляд, я действовала блестяще. Просто ее больше привлекает обучение и чтение, чем перспектива стать чьей-либо женой.

– А леди Кассандра, она принимает вас обеих такими, как вы есть?

Люси положила в рот еще кусочек сыра и кивнула.

– Безоговорочно. Вот поэтому мы обе так преданы ей. Кэсс абсолютно к любому может относиться по-дружески. Ее знакомства и манеры безупречны. Ее все обожают. Но она предпочитает проводить время с нами двумя, и за это мы ее очень любим.

– Я могу это понять, – сказал Дерек в ответ. – Преданность невозможно переоценить.

Люси отвела взгляд, всматриваясь в покатые холмы за городом.

– Поэтому вы так настойчиво ухаживаете за Кэсс? Потому что дали обещание Джулиану и преданы ему?

– Да. – Дерек кивнул. – Джулиан очень беспокоился, что о ней некому будет позаботиться. Он знал, что у нее еще нет жениха.

Люси печально вздохнула.

– И Джулиан так и не догадывался почему?

Дерек пожал плечами.

– Если и догадывался, то не говорил мне об этом. Хотя Джулиан человек чести. Если он дал слово другой, то останется верен своему обещанию, несмотря на чувства к леди Кассандре.

Люси согласно кивнула.

– Полагаю, это достойно одобрения, но, по-моему, это ужасно печально.

– Почему?

– А вдруг Джулиан тоже любит Кэсс? Что, если они созданы друг для друга? Я знакома с кузиной Кэсс, Пенелопой. У нее совершенно нет мозгов в голове. Ее больше интересуют безделушки и мода, чем Джулиан. Для нее важнее свое приданое, чем вопрос, с кем она в действительности проведет остаток своей жизни. Она написала Кэсс о том, что Джулиан при смерти, и была в полном отчаянии. Но не от известия о его неминуемой смерти, а от перспективы искать нового жениха.

Дерек мрачно кивнул.

– Может, и так, но Свифт принял решение.

Люси скрестила руки на груди.

– И что же, выходит, его нельзя изменить?

– Нет.

Ответ удивил ее. Однако горячность в голосе удивила еще больше. Очевидно, Дерек делал ставку на человеческую косность.

Люси пожала плечами.

– Ну что ж. Я, например, надеюсь, что Джулиан выживет, вернется в Англию и женится на Кэсс.

Дерек улыбнулся.

– Как, Люси, неужели вам не чужда романтика?

Она положила в рот виноградину и улыбнулась.

– Ничего не могу поделать. Ненавижу глупое упрямство. А нет ничего глупее, чем связать себя с тем, кого не любишь, потому только, что ваши родители сочли это удачной партией, когда вы были совсем юными.

Он поднял палец.

– Но именно так заведено в свете, разве нет?

– Да. Верно. Но так не должно быть. Я понимаю, что не все браки основаны на любви. Но они должны основываться на чем-то большем, чем старое обещание и обмен рукопожатиями. В особенности если Джулиан и Кэсс могут быть очень счастливы вместе.

Дерек откинулся назад, опершись на локти.

– А разве Джулиан хоть когда-нибудь давал понять, что испытывает нежные чувства к Кассандре?

Люси внимательно рассматривала одеяло.

– Нет, не думаю.

– Тогда, возможно, вы слишком много на себя берете?

Она выдернула травинку.

– Возможно. Или, наверное, просто желаю своей подруге всего наилучшего. – Она покачала головой. – Во всяком случае, это вряд ли имеет значение, если дела обстоят так, что Джулиан не вернется. У меня сердце болит за Кэсс.

Дерек мрачно кивнул.

– Джулиан был… Джулиан – отличный парень.

Люси торжественно кивнула. Она прочистила горло, собираясь сказать что-нибудь, чтобы вернуть разговор к прежней приятной легкости.

– Большое спасибо за прекрасный пикник, ваша светлость. Плохо только, что Кэсс заболела и вам пришлось терпеть мое общество.

Он сунул в рот виноградину.

– Я не так уж плохо провел время с вами.

Глава 37

– Еще одно письмо? – спросил Гарретт, входя на следующее утро в малую столовую. Джейн все утро нигде не могли найти, а Кэсс еще оставалась в постели. Люси пришлось завтракать в одиночестве, потому что тетя Мэри обычно завтракала гораздо раньше. Но этим утром Люси ничего не имела против того, чтобы побыть одной. Она только что получила еще одно чудесное письмо от лорда Беркли.

– Да. – Люси радостно кивнула.

Гарретт прошел к буфету и положил себе на тарелку ветчину, омлет, сыр и тосты. Затем уселся за стол рядом с Люси.

– Ах, юная любовь. Она восхитительна.

Люси стукнула его по плечу.

– Прекрати. Я вовсе не влюблена.

– В самом деле?

– Да. Я едва с ним знакома. Хотя, кажется, он довольно мил. А его письма… – она вздохнула, – просто изумительны.

Гарретт нахмурил лоб.

– По правде сказать, никогда не замечал этого за Беркли. В университете он не отличался писательскими способностями.

– Не могу в это поверить, – ответила Люси, перечитывая один из особенно понравившихся отрывков. – Только послушай это… – Она открыла рот, чтобы прочесть, но Гарретт бросил свою вилку и закрыл уши ладонями.

– Нет. Нет. Я не желаю слушать любовное послание, написанное одним из моих ближайших друзей моей кузине. Пожалуйста, не пытайся подвергнуть меня такой пытке.

Люси рассмеялась и отложила письмо в сторону.

– Хорошо, но достаточно сказать, что он отлично пишет.

Гарретт пожал плечами.

– Ну раз ты так говоришь… Однако странно, что он не приходит так же часто, как присылает письма.

Люси отпила глоток чаю из своей чашки.

– Ничего странного. Просто он озабочен предстоящим бракосочетанием своего кузена. Кроме того, я думаю, он лучше выражает себя в письменной форме.

– Ах, вот этому я охотно верю. – Гарретт откусил изрядный кусок омлета.

– Это в высшей степени удивительно, правда. Когда он здесь, мы едва обмениваемся друг с другом парой слов. Но когда я получаю эти письма, кажется, будто приоткрывается завеса, скрывающая целый мир в нем. И он может выразить, кто он таков на самом деле.

– Это слишком уж поэтично для меня. Я пытаюсь поесть.

Люси снова рассмеялась.

– Ох, перестань. Ведь это ты представил нас друг другу, помнишь? Я должна поблагодарить тебя за столь приятное знакомство.

Гарретт поиграл бровями.

– Мне кажется, тут речь о большем, чем просто знакомство. И, к слову о знакомствах, я слышал, недавно ты неплохо проводила время с герцогом Кассандры.

Люси пожала плечами и отложила письмо в сторону.

– Только потому, что Кэсс не смогла пойти на прогулку. Но, должна сказать, он был на удивление милым.

Снова игра бровями.

– Милым? Вот так сюрприз.

Люси отхлебнула еще глоток чая.

– А что?

– На сегодня что-нибудь запланировано? – спросил Гарретт.

– Да, как ни странно. Герцог будет здесь в половине второго.

Глава 38

– Так что у вас с Кассандрой запланировано на сегодня? – с веселой улыбкой спросила Люси, когда Дерек появился в их особняке.

Дерек улыбнулся в ответ и склонился над ее рукой.

– Я надеялся посетить руины. Римские бани.

Люси сидела на кушетке в гостиной. Как только она увидела Дерека, ее намерение как-нибудь отвертеться от дневной прогулки каким-то образом рассыпалось в прах. Действительно, какой вред от того, что она проведет с ним некоторое время? Он хочет побольше узнать о Кэсс, разве нет? Люси может помочь ему в этом.

Ну ладно. Возможно, вред состоял в том, что за последние несколько дней, пока Люси была занята с Дереком, она совсем не уделяла времени лорду Беркли. Ох, дела с ним шли просто ужасно. Хуже всего, что вскоре лорд Беркли ненадолго посетит Лондон перед тем, как удалиться в деревню на осень и зиму. Она может не увидеться с ним очень долго. Все эти доводы и еще множество других вертелись у Люси в голове. Чувство вины, похоже, стало ее постоянным спутником.

Но все это не помешало ей посмотреть на красивого герцога, стоявшего перед ней, и сказать:

– Посетить римские бани? Ну что ж, я отправлюсь туда с большим удовольствием.

Он галантно поклонился и предложил ей руку.

– Полагаю, леди Кассандра продолжает страдать от простуды?

– Да, бедняжка, – ответила Люси и снова ощутила чувство вины. По правде говоря, она даже не удосужилась проверить, как Кэсс чувствует себя сегодня утром. Просто предположила – нет, понадеялась, – что ее подруга все еще не оправилась от простуды. Так что она, Люси, ужасное создание, сможет провести больше времени с ее, Кэсс, поклонником.

Дерек улыбнулся.

– Тогда, пожалуйста, пойдемте.

Они вместе вышли из гостиной, как раз когда Гарретт проходил мимо.

– Добрый день. – Гарретт взглянул на Люси, приподняв бровь. – Кларингтон. – Он кивнул герцогу.

– Апплтон. – Дерек тоже кивнул в ответ.

– Полагаю, зашли повидать Кэсс? – спросил Гарретт.

– Да, и, поскольку она продолжает болеть, мы с леди Люси решили взглянуть на римские бани.

К чести Гарретта, лицо его осталось совершенно невозмутимым.

– Да, понимаю. Желаю хорошо провести время.

Люси сморщила нос, взглянув на кузена, и пошла с Дереком через холл.

– Ох, Люси, – окликнул ее Гарретт, когда они почти подошли к двери.

– Да? – обернувшись, отозвалась она.

– Беркли сказал, что надеется снова увидеться с тобой, перед тем как покинет город.

Люси опустила глаза на свои туфли. Виновна, виновна и еще раз виновна.

– Да, это… прекрасно.

Гарретт странно посмотрел на нее и ушел.

Дерек нахмурился, но помог Люси достать накидку и шляпку. Затем он вывел Люси из дому и подсадил в свою карету. Люси чуть не ахнула, когда ступила внутрь. Экипаж был красиво отделан темно-бордовым бархатом с креплениями из полированной латуни. Карета, достойная герцога. Люси невольно подумала, что в следующий раз она прокатится в этой карете, вполне возможно, уже как подруга герцогини Кларингтон, Кэсс.

В сопровождении лакея и грума карета через весь город прогромыхала по грязи к римским баням. Когда остановились перед внушительным каменным сооружением, Дерек помог спутнице выбраться из кареты. Люси постаралась игнорировать жар, распространившийся по руке, когда Дерек коснулся ее. «Это ради Кэсс», – напомнила себе Люси, когда он, положив ладонь на ее поясницу, повел спутницу к руинам.

Они вошли в обширное полуразрушенное здание. С запрокинутой головой Люси, поворачиваясь кругом, с восторгом рассматривала высокие готические арки и искусную каменную кладку. Рот ее при этом напоминал большую букву О.

– Вы никогда не видели этого прежде? – спросил Дерек, заметив ее восхищение.

– О, я уже видела эти термы раньше, и не раз, – ответила она. – Но они по-прежнему не перестают изумлять меня.

По непонятной причине он улыбнулся при этих словах.

– А я никогда не видел их прежде. – Он взглянул вверх и тоже повернулся по кругу. – Что, по вашему мнению, нам следует исследовать в первую очередь?

Люси едва не захлопала в ладоши.

– О, бассейн. Бассейн.

– Какой еще бассейн?

Люси поманила его рукой.

– Следуйте за мной.

Дерек проследовал за ней по коридору, затем – по темному, сырому тоннелю, в котором сильно пахло медью. Они вышли в холодное, затененное помещение с зеленым бассейном посередине.

– Смотрите. – Люси указала на воду.

Они подошли к самому краю.

– Я и не знал, что здесь есть бассейн, – сказал Дерек. На стенах плясали тени, и отблески света, отраженного водой, кругами разбегались по комнате, то ярко вспыхивая, то угасая, в зависимости от движения воды.

Люси глубоко вздохнула. Сняв перчатки, она склонилась и пробежалась пальцами по поверхности водоема.

– Долгое время никто не знал, что он здесь есть. Просто поразительно, как долго он сохранялся неисследованным.

Дерек сунул руки в карманы.

– Да, сотни лет.

Люси встала и, вскинув голову, посмотрела на него.

– У вас есть монетка?

– Монетка? Зачем?

– Говорят, – с улыбкой ответила она, – если бросить в этот бассейн монетку, ваше желание исполнится.

– В самом деле? – Вид у Дерека был явно скептический.

– Да. Но никому нельзя говорить, что вы загадали, иначе желание не исполнится.

– И вы в это верите? – спросил он, усмехнувшись.

Она пожала плечами.

– Не стоит искушать судьбу.

Дерек достал из внутреннего кармана сюртука маленький кошелек, выудил оттуда монетку и протянул ее Люси.

– Вот, возьмите, миледи.

– Благодарю вас, добрый сэр. – Она взяла монетку, стараясь не замечать тепло его обнаженной кожи. Зажав монетку в кулаке, Люси закрыла глаза и прошептала про себя свое заветное желание. «Пусть все сбудется, как задумано, с Кэсс и Джулианом, и с Дереком, и с лордом Беркли. Ох, и со мной. И с Джейн и Гарреттом». Не слишком ли много для одного желания? Уже поздно. Она кинула монетку в бассейн, наблюдая, как крошечный кусочек металла скользнул в воду. Только круги расплылись по поверхности на том месте, где он исчез.

Люси обернулась к Дереку.

– Теперь ваша очередь, – заявила она.

– Пожалуй, я лучше приберегу свои монеты. – Он снова убрал кошелек в карман.

Люси скрестила на груди руки.

– Не верите ни во что, ваша светлость?

– Напротив, верю в очень многое. Например, я полагаю, что здравое принятие решений дает лучшие результаты, чем швыряние монет в бассейн. – Выражение его взгляда заставило Люси остро осознать, что они здесь совсем одни, в этом тихом небольшом помещении. Лакей и грум остались снаружи, у кареты.

Заправив выбившийся локон за ухо, она решила сменить тему.

– Вы верите, что эти воды действительно оказывают лечебное воздействие?

Дерек улыбнулся и снова сунул руки в карманы.

– Понятия не имею. Но, думаю, вреда они принести не могут. Я слышал, люди купаются в горячих источниках.

Люси кивнула, судорожно сглотнув. В мозгу вспыхнула картина: она, обернутая влажным, липнущим к телу лоскутом ткани, в горячей воде целебного источника вместе с Дереком. Его губы касаются ее шеи, его ладони на ее бедрах, его…

– Римляне были поистине поразительным народом, – сказал он, вырывая Люси из плена ее своенравных мыслей. Она прижала ладонь к горлу и покачала головой.

– Д-да, – ухитрилась произнести Люси, все еще представляя его без рубашки.

– В университете я тщательно изучал все их сражения, – добавил он.

Люси резко повернула голову, чтобы взглянуть ему в лицо.

– Вы учились в университете? – Слова вырвались у нее, прежде чем она успела их осмыслить. О господи. Ей захотелось больно пнуть себя за грубость, не говоря уже об ужасном тоне, каким она это произнесла. Как будто это не могло оказаться правдой. На мгновение у нее мелькнула мысль прыгнуть в бассейн, чтобы исчезнуть. Нет. Слишком уж глупо. К тому же это испортило бы ее одежду. С другой стороны, Дерек мог тоже прыгнуть, чтобы спасти ее. А вот это уже представляло собой соблазнительную возможность.

– Вас удивляет, что я посещал университет? – На его губах, так ее смущающих, играла тень улыбки.

– Нет. Нет. Конечно, нет. – Но сказанного не вернешь. Ее жалкий лепет бесполезен.

Он изогнул бровь, без слов давая понять, что она слишком перестаралась с возражениями.

– Многому можно научиться, изучая историю и опыт армий прошлого. Я не только постигал воинское искусство. Я исследовал жизнь всех великих полководцев: Карла Великого, Эйдриана, Чингисхана.

Люси, не мигая, уставилась на воду. Потом медленно кивнула. Как же несправедливо было с ее стороны, страшно несправедливо, считать его просто грубым солдатом, а не джентльменом. На самом деле она совсем ничего о нем не знала. Она судила о нем исключительно по тому, что он не был рожден аристократом. Люси судорожно сглотнула, не в силах оторвать глаз от коричневатого камня, которым был выстлан пол бани. Чувство вины и сегодня начало усугубляться, разве не так?

– Кэсс следовало бы побывать здесь, – пробормотала Люси, подумав по какой-то причине, что правильно будет включить в разговор Кэсс.

На ничтожную долю секунды на его лицо легла тень.

– Думаете, леди Кассандре это понравилось бы? – Он обвел рукой древние стены, бассейн.

– Руины? – Люси сморщила нос. – Не особенно. Кэсс больше увлекается рисованием и игрой на фортепиано, чем историей и чтением. Это мы с Джейн обожаем подобные вещи.

– Значит, в следующий раз мы должны взять с собой Джейн, – сказал Дерек с улыбкой.

Люси отвела взгляд. Представится ли им еще случай прийти сюда? Это была странная мысль.

– Думаю, Джейн и тетушка Мэри уже побывали на руинах. Хотя я уверена, что Джейн будет рада вернуться сюда еще раз. Она предпочитает узнать обо всем как можно больше.

Дерек обошел помещение. Гравий у края бассейна похрустывал под его сапогами.

– Апплтон ухаживает за ней?

Люси чуть не упала. Ее звонкий смех эхом разнесся в высоких каменных стенах.

– Гарретт и Джейн? Да они едва выносят друг друга. Хотя, я думаю, по большей части, напоказ. Они как бы ведут веселую словесную войну, и уже долгие годы. Это началось, когда я взяла Джейн с собой в театр, и она впервые встретилась с Гарреттом. Они резко разошлись в оценке пьесы, которую мы смотрели, и, кажется, так и продолжают с тех пор все время спорить.

Дерек повернулся к ней с улыбкой на губах.

– Что это была за пьеса?

– «Много шума из ничего».

На этот раз среди древних стен разнесся его смех.

– Это ирония судьбы.

Люси с трудом сдержала улыбку.

– Думаю, да.

– Если они едва выносят друг друга, почему вместе ходили смотреть руины?

Люси пожала плечами.

– Джейн нравится делать вид, будто Гарретта требуется просвещать в подобных вещах, а Гарретт любит обзывать Джейн педантичным «синим чулком». Просто у них такая привычка. Я подозреваю, что на самом деле им нравится проводить время вместе. Хотя ни один из них никогда не признается в этом.

– А Кассандра и Джулиан? Вы сказали, что они никогда не показывали, что испытывают друг к другу теплые чувства?

– Мне не слишком много известно об этом. Кэсс знает Джулиана с самого детства. Он – дальний родственник ее кузины. Родители Пенелопы и родители Джулиана долгие годы готовили их помолвку. Кэсс безумно влюбилась в него еще школьницей и до сих пор сохранила это чувство. Затем Джулиан ушел в армию, и она не виделась с ним… наверное, целых семь лет. Она писала ему каждый день, гораздо чаще, чем Пенелопа.

– Да, Свифт говорил о ее письмах. Думаю, они помогали ему оставаться в здравом уме.

Люси пристально посмотрела ему в лицо.

– Джулиан когда-нибудь говорил, что испытывает к Кэсс более глубокие чувства?

Дерек шаркнул сапогом по каменному полу.

– Я много раздумывал над этим в последние несколько дней. Не помню, чтобы он говорил что-нибудь, помимо того, что она кузина его будущей нареченной и его добрый друг. Если бы я думал, что он любит ее, я бы никогда не пообещал ему жениться на ней.

Люси отвела взгляд.

– Даже несмотря на его близкую смерть?

– Это было бы очень неловко, – сказал Дерек.

– Но теперь вы чувствуете себя… обязанным?

Он кивнул.

Люси проглотила горький комок, внезапно подступивший к горлу, и сплела пальцы рук.

– Кэсс так сильно беспокоилась о нем. Так боялась. И худшие опасения оправдались, когда она узнала, что он тяжело ранен.

Дерек уперся ногой в большой камень на краю бассейна.

– Я хотел бы иметь возможность остаться с ним. – Его голос прервался. – До конца.

Люси печально кивнула. Она подошла к Дереку и положила ладонь на рукав.

– Я уверена, вы сделали все, что в ваших силах.

Он сжал кулаки.

– Врачи сказали, что я ничем не могу помочь. А я получил приказ немедленно вернуться в Лондон, чтобы дать отчет военному министерству о своем участии в битве.

– Джулиан наверняка знал, что вы не могли остаться.

Лицо Дерека помрачнело. Он выругался себе под нос.

– Война – сущий ад.

Люси прикусила губу и убрала руку с его рукава. Эта тишина вокруг, этот бассейн, эти слова, которыми они только что обменялись. Ей нужно было сказать что-то, о чем ни один из них, вероятно, не хотел даже думать.

– Дерек, что мы будем делать, когда Кэсс поправится?

Дерек снова вытащил кошелек, достал монетку и бросил ее в бассейн.

Люси удивленно заморгала.

– Что вы загадали?

– Не могу сказать, Люси. Иначе это не сбудется.

Глава 39

На следующий день они отправились кататься верхом по склонам холмов, окружающих Бат. Их сопровождали два грума. Дерек привел лошадь для Люси. Красивую маленькую кобылку с коричневыми и белыми отметинами с кличкой Далила. Люси погладила лошадь по шее и предложила ей яблоко, которое стянула на кухне. О Кэсс они даже не упомянули. Неужели Дерек так же, как и сама Люси, боялся, что Кэсс скоро поправится? Люси – ужасная подруга. Она даже не проведала Кэсс сегодня утром, чтобы посмотреть, как та себя чувствует.

Люси получила еще одно письмо от Кристиана, такое же умное и очаровательное, как предыдущее. Но с тех пор как Гарретт сказал, что ему кажется странным, что Кристиан присылает письма чаще, чем заходит сам, Люси никак не могла отделаться от этой мысли. Почему он каждое утро присылает ей письма, а виделись они в последний раз еще до того, как она получила первое? Почему он так болезненно застенчив и молчалив в ее присутствии, в то время как его письма так эмоциональны и красноречивы?

Люси оборвала себя. Вот поэтому-то она и пребывает в небрежении. Она допытывалась обо всем насчет каждого поклонника и, если находила, что ему чего-то недостает, гнала его прочь. Иногда она даже не дожидалась повода его прогнать. Но ведь ей нужно в конце концов найти себе мужа. Она хотела иметь семью, детей… Любовь? Наверное, просить об этом было бы уже слишком. Для начала вполне достаточно детей и мужа, который их подарит. Настало время серьезно отнестись к ухаживаниям и отыскать стоящего и готового жениться на ней джентльмена. Знакомство с Кристианом было поистине неожиданным. Ей только необходимо удержаться и не отпугнуть его.

Вероятно, для них обоих лучше, что Кристиан к ней не заходит. Так у нее меньше шансов наступить на собственное горло. Кроме того, ей очень нравятся его письма. Какой же упрямой и своенравной особой надо быть, чтобы всегда предполагать самое худшее? За ней ухаживает красивый, вполне подходящий виконт, которому она, очевидно, очень нравится. Почему бы просто не принять это и радоваться?

Между тем она проводит время с красивым велеречивым герцогом, который сводит ее с ума и с которым она… хм-м… пожалуй, занималась сомнительными вещами в прошлом. Вещами, о которых не могла забыть, даже когда читала письма Кристиана. Голос Дерека отвлек Люси от размышлений.

– Я думал, мы поскачем наперегонки. – Он сверкнул своей знаменитой дьявольской улыбкой.

– Наперегонки?

– Да. Вы участвуете, мисс Апплтон?

– Безусловно, – воскликнула Люси с ответной улыбкой. Она уже привыкла к тому, что он называет ее мисс Апплтон. В самом деле привыкла.

– Я так и подумал, – ответил он. – Любая юная леди, гордящаяся своими мальчишескими проделками в детстве, обязана участвовать в состязаниях.

– Я не только буду участвовать, но и запросто могу победить вас, ваша светлость, – воскликнула она со смехом.

– Нет, это вам не удастся. – Дерек подмигнул ей.

У нее снова возник этот странный легкий спазм в желудке, что случалось всякий раз, когда он смотрел на нее подобным образом. И спорить по поводу скачек было намного приятнее, чем обсуждать брачные устремления Кэсс. Соревноваться с ним будет весело. Дерек не станет щадить ее, но и не уступит. Когда в последний раз она встречала мужчину, который относился бы к ней так же? Гарретт, конечно, всегда обращался с ней, как с равной. Но Гарретт знал ее с рождения. Дерек был первым знакомым ей мужчиной, который никогда не пасовал перед ней, бросал ей вызов, дразнил ее. И все это без малейшего страха вызвать ее гнев. По правде говоря, казалось, он с нетерпением ждет, когда она разозлится. И действительно получает от этого удовольствие. И это ее интриговало.

Они не спеша проехали по городу и углубились в окружающие холмы. Там они нашли длинную свободную луговину, превосходное место для скачек.

– Вам требуется фора на старте, мисс Апплтон? – окликнул ее Дерек.

Люси взглянула с вызовом.

– Леди Люси, ваша светлость. Нет, не надо. Но если вы намекаете, что в этом нуждаетесь вы, пожалуйста, я не возражаю.

Он покачал головой, по-прежнему улыбаясь.

– Тогда от этого дерева? До конца лужайки возле сарая? – Он указал рукой направление, и Люси, обернувшись, оценила расстояние. Затем согласно кивнула.

– Да. Это даст мне достаточно времени, чтобы уверенно обойти вас.

Он рассмеялся, и они рванули вперед. Люси ударила Далилу по боку рукоятью хлыста и низко склонилась над головой лошади, шепча кобылке, чтобы та бежала быстрее, быстрее, быстрее.

– Я дам тебе корзину яблок, если мы победим, Далила, – обещала она с широкой улыбкой, скача бок о бок с герцогом.

С момента начала скачки Дерек не оглядывался назад. Когда Люси на своей лошади галопом поравнялась с ним, на его лице на мгновение отразилась досада. Он склонился ниже над своей лошадью и огрел ее кнутовищем по боку. Очевидно, герцог наконец осознал, что участвует в настоящем состязании. Его улыбка не скрывала, что он ничуть не раскаивается.

Так они и скакали: от дерева через лужайку, вверх по склону холма к вершине, где стоял маленький красный сарайчик, слегка покосившийся на одну сторону.

Люси мчалась, привстав в стременах и низко склонившись к лошади, на некотором расстоянии от Дерека. Во время скачек всегда полезно позволить сопернику поверить, что он побеждает. Но на последнем отрезке пути перед финишем она снова шлепнула Далилу по боку, и лошадка стрелой рванулась вперед. Дерек резко вскинул голову, заметив, что его обходят. Он склонился ниже и отпустил поводья своего мерина.

– Хей, хей! – закричал он своему коню.

Люси, тяжело дыша, рассмеялась. Ветер вырвал несколько шпилек из ее волос, и непокорные пряди мгновенно упали ей на глаза. Она оглянулась, чтобы увидеть лицо Дерека, и откинула волосы с глаз.

– Не-ет! – закричала она, когда более крупный и быстрый конь Дерека вырвался вперед как раз перед сараем.

– Я победил! – закричал Дерек.

Люси не могла удержаться от смеха.

– Вы сжульничали! – выпалила она, прижимая ладонь к животу.

– Ничего подобного.

– Я знаю, но не умею красиво проигрывать, ваша светлость. – Она все смеялась и смеялась. – Поверить не могу, что вы сумели меня обойти.

Дерек тоже смеялся. Когда он повернул лошадь, чтобы оказаться лицом к Люси, их глаза встретились. Они оба тяжело дышали и смеялись, и Люси смущенно подняла руку, чтобы заправить непокорные пряди под шляпку.

– Давненько я не бывал так близок к поражению, – признался он. – Благодарю вас за наиприятнейшую прогулку.

Люси согласно кивнула. Она как раз закончила поправлять волосы.

– Не беспокойся, Далила, – прошептала она своей лошадке, похлопывая ее по шее. – Я все равно дам тебе корзину яблок.

Они еще немного проехались на своих разгоряченных лошадях, чтобы дать им остыть после скачки, и спешились. Когда грумы нагнали их, Дерек велел забрать животных. Слуги приняли поводья и продолжили выгуливать лошадей после утомительной гонки.

– Не хотите ли немного пройтись? – спросил Дерек у Люси.

Ее сердце проделало небольшой кульбит. Она согласно кивнула.

– С удовольствием.

Дерек снял шляпу, и они пошли по тропинке через лужайку мимо сарая. Ветер по-прежнему трепал волосы Люси. Ей приходилось удерживать шляпку затянутой в перчатку рукой.

– Вы прекрасная и умелая наездница, миледи.

Люси рассмеялась.

– Не могли бы вы сказать об этом моему отцу, если когда-нибудь встретитесь с ним? Он до сих пор отказывается в это верить. Он запретил мне ездить в мужском седле и не разрешает принимать участие в скачках с препятствиями.

– И вы не можете участвовать?

– О, я, безусловно, участвую, все в порядке. Просто отец не знает об этом. Но, конечно, я предпочла бы делать это с его благословения. – Она широко улыбнулась без малейшего раскаяния.

Дерек улыбнулся в ответ.

– Почему меня не удивляет, что вы не слушаетесь своего отца?

– Это не должно удивлять того, кто хорошо меня знает, – ответила она. – И меньше всего отца, хотя он все так же обескуражен моим поведением.

– Я обязательно скажу ему, как вы искусны и опытны, – сказал Дерек.

Люси едва не застыла на месте. Что он имел в виду? Что намерен однажды встретиться с ее отцом? От этой мысли у нее слегка закружилась голова. Дерек переступил через поваленный ствол. Взяв Люси за руку, он помог ей перебраться.

– Ваш отец ладит с вашим кузеном?

– С Гарреттом? О, они терпят друг друга, и отец примирился с тем, что однажды Гарретт унаследует его титул и состояние. Но я бы не сказала, что они «ладят».

Дерек понимающе кивнул.

– И все же вы близки со своим кузеном?

– Гарретт любит поддразнивать меня, говоря, что я останусь старой девой и навсегда поселюсь под его крышей. А я говорю в ответ, что он будет нуждаться во мне, чтобы вести хозяйство, потому что ему никогда не найти леди, которая согласится его терпеть.

Лицо Дерека на мгновение омрачилось.

– Вы не думаете, что выйдете замуж?

Люси судорожно сглотнула. Каким образом разговор так внезапно свернул на ее замужество? Она покачала головой.

– Ох, Кэсс говорит, что поможет мне найти мужа. Мы заключили своего рода соглашение. – Она смущенно отвела взгляд. – Но, сказать по правде, сомневаюсь, что я выйду замуж. Мне еще предстоит найти джентльмена, которого, – она откашлялась, – я не отпугну. – Ей необходимо было сменить тему. И немедленно. Разговор становился все более серьезным и слишком болезненным для нее.

– А как же Беркли? – тихо спросил Дерек.

Этого вопроса Люси боялась больше всего.

– А что с ним?

Они проходили под большой ивой, и Люси пнула сапожком ствол в надежде, что произойдет чудо и Дерек бросит эту тему. Не тут-то было.

– Я думал, вы…

– Хватит обо мне, – оборвала она, тряхнув головой. – Лучше расскажите, как вы стали генерал-лейтенантом? Да еще в столь юном возрасте?

Он улыбнулся.

– Разве я так уж молод? Иногда у меня возникает чувство, что мне уже сотня лет.

– Ну, сотню лет вам определенно не дашь. – Ну вот, с какой cтати она это сказала? Люси покраснела и отвела взгляд. Прекрасно. Теперь она еще и смутилась. Он превратил ее в кисейную барышню.

Дерек усмехнулся, услышав ее слова.

– Да что вы? Благодарю вас, мисс Апплтон.

Она шутливо пробежалась пальцами по его рукаву, но сразу же ахнула и отдернула руку. Его предплечье было увито твердыми мускулами. Перед ее глазами мелькнуло видение мускулистого живота, замеченного ею в ночь, когда Дерек залез к ней в окно. Она тряхнула головой.

– Я серьезно. Как вы стали генерал-лейтенантом?

Он потер ладонью лицо и устремил взгляд вдаль, словно обдумывая вопрос.

– Я вырос в семье военного.

Люси начала обходить ствол дерева, приподняв свои светло-желтые юбки.

– В самом деле?

– Да. Мой отец был солдатом. Он сражался во время революции.

Она посмотрела на него, широко раскрыв глаза.

– Он был генералом?

Дерек сунул руки в карманы и покачал головой.

– Нет, как ни странно. Ему не удалось далеко продвинуться.

– Но вам удалось. И очень далеко.

Он закинул голову, вглядываясь в ветви дерева.

– Меня с младенчества готовили к службе в армии. Я начал заниматься военной подготовкой, когда мне исполнилось три года.

Люси остановилась, выпустив юбки из рук. Повернулась к нему.

– Вы, верно, шутите.

– Нет. Боюсь, нет. – Он улыбнулся, и ее сердце пропустило один удар.

– Почему так рано? – Она снова двинулась. Это было безопаснее, чем смотреть прямо на него.

Он с мечтательным выражением устремил взгляд вдаль, за зеленую лужайку.

– Мой отец с момента моего рождения хотел, чтобы я стал великим полководцем. И всеми силами старался подготовить меня к этому.

– Это именно то, чего хотели вы сами?

Он пнул сапогом кочку, поросшую густой травой.

– Это все, что я умею, Люси.

От нежности, с которой он произнес ее имя, у Люси перехватило дыхание.

– У вас не было выбора?

Он пожал плечами.

– Мы не принадлежали к привилегированному классу. У меня был небогатый выбор. Армия казалась ничем не хуже других вариантов.

Люси прикусила губу.

– Ну, вы явно достигли больших успехов в своем деле.

Он снова пожал плечами.

– Когда готовишься к чему-то всю жизнь, совсем не трудно преуспеть в этом деле.

– Я в это не верю. Наверняка у вас природный дар к этому.

– Думаю, да.

– У вас есть братья или сестры?

– Два брата.

– Они тоже на военной службе?

– Можно сказать и так.

Люси при таком ответе сморщила нос, но решила не заострять внимания.

– Должно быть, вашей матери было тяжело, когда все ее сыновья ушли на войну?

– Да, верно. – Дерек раздвинул длинные ветви ивы, и Люси проследовала за ним на луг, где они и продолжили свою прогулку.

Люси сплела пальцы рук и уставилась на свои сапожки.

– Ваш отец, должно быть, очень гордится вами.

Слабая улыбка тронула его губы.

– Мой отец умер.

Люси прижала ладонь к горлу.

– Ох, извините, мне так жаль.

– Все в порядке. Это случилось несколько лет назад. Он знал, что я успешно продвигаюсь по службе. Но так и не узнал, что я стал генерал-лейтенантом и герцогом. – Дерек невесело рассмеялся.

Люси остановилась и посмотрела ему в лицо.

– Он бы гордился вами, Дерек. Я уверена в этом.

Их взгляды встретились. В них читались напряженность и искренность.

Дерек отвел глаза.

– Нет, он бы сказал, что меньшего и не ожидал.

Люси с трудом проглотила комок, внезапно подступивший к горлу.

– Похоже, он был слишком требовательным.

Дерек печально вздохнул.

– Вы не знаете и половины всего.

– Более чем требовательным? – отважилась она продолжить.

– Любимым словом моего отца было «решительный». Он постарался, чтобы я стал решительным.

«Решительный герцог». Воспоминание о его прозвище вспыхнуло у нее в мозгу. Люси нахмурилась.

– Что вы имеете в виду?

Дерек взялся за лацканы сюртука, глядя на нее сверху вниз, и произнес низким голосом:

– Мужчина всегда решителен. Всегда.

Люси внимательно наблюдала за ним, внезапно завороженная идеей, что отец может потребовать от сына решительности. Интересно, если бы Ралф выжил, стал бы их отец требовать этого от него?

– Что он делал? Чтобы вы стали решительным?

Дерек покачал головой.

– Это не имеет значения. Достаточно сказать, что это сработало.

Люси остановилась, положила руку ему на рукав и заглянула в глаза.

– Я в самом деле хотела бы знать.

Он сделал глубокий вдох и, сняв шляпу, прошелся пятерней по волосам.

– Хорошо. Но не говорите потом, что я вас не предупреждал.

Она согласно кивнула и снова судорожно сглотнула.

Дерек оперся плечом о ближайшее дерево и медленно, глубоко вздохнул.

– Когда мне было шесть лет, отец стал учить меня плавать. Когда я достаточно преуспел, он принес две самые дорогие мне вещи.

Люси пристально посмотрела на него.

– Какие вещи?

– Одна была моей любимой игрушкой. Оловянный солдатик. Он был у меня все время, сколько я помнил. Я всюду таскал его с собой.

Люси прижала ладонь к горлу. Внезапно ее пронзила холодная дрожь.

– А другая?

– Мой щенок восьми недель от роду.

Люси ахнула.

– И что он сделал?

Дерек покачал головой. Глядя на свои сапоги, он медленно водил носком по земле.

– Прежде чем я понял, что он собирается сделать, отец бросил их обоих в реку на расстоянии нескольких ярдов от берега.

– Нет! – воскликнула Люси, схватившись за горло.

– Он бросил их одновременно в противоположные стороны. «Выбирай! – крикнул он. – Решай! Немедленно!»

– И что вы сделали? – Люси прижала кулак ко рту и прикусила костяшки пальцев.

– Я сделал единственное, что мог. Я выбрал щенка. Нырнул в реку и спас его.

У Люси перехватило горло от подступивших слез.

– А ваш оловянный солдатик?

– Он утонул. Больше я никогда его не видел. Хотя потом много раз нырял в этом месте и искал его. Но так и не нашел.

Люси сжала кулак.

– Какой ужасный человек.

Дерек пожал плечами.

– Может быть. Однако он научил меня быть решительным в выборе решений. Были еще и другие испытания, другие уроки, но ни один не запомнился так, как первый. С тех пор я никогда ни секунды не колебался, несмотря на необычный метод отца.

Люси судорожно сглотнула. Так вот почему Дерек так упорно стремился получить Кэсс. Он уже так решил. Это имело смысл.

Она подступила к нему ближе. Теперь они стояли совсем рядом.

– Решительный герцог, – тихо сказала она.

Он утвердительно кивнул.

– Да. Именно так.

Люси взглянула на него и заморгала. Он был таким красивым. Таким красивым и сильным. У нее разрывалось сердце при мысли о маленьком мальчике, которому пришлось выбирать между любимой игрушкой и домашним питомцем.

Дерек протянул руку и коснулся одного из черных локонов, выбившихся из-под ее шляпки.

– Вы знаете, как вы прелестны?

Люси судорожно вздохнула, но не смогла оторвать глаз от его лица.

– Я не прелестна. Вот Кэсс действительно прелестна.

– Вы прелестны. Такая очаровательная. – Он коснулся ее щеки тыльной стороной ладони.

Люси задрожала.

– А ваши глаза такие…

– Странные? – закончила она за него.

– Я собирался сказать необычные. Таинственные.

Она слабо улыбнулась.

– Думаю, это самые приятные слова, которые я слышала. Кто-то однажды сказал моей матери, что я ведьма.

– Какая нелепость. – Дерек сжал губы. – Они сказали это вам в лицо?

– Нет, но мать рассказала мне.

Он чертыхнулся себе под нос.

– Зачем она это сделала?

– Всегда было ясно, что мать и отец винят меня в том… что я не мальчик.

Дерек не произнес ни слова. Только снова провел тыльной стороной ладони по ее щеке и пробежался шершавой подушечкой большого пальца по контуру уха.

– Я рад, что вы не мальчик.

Люси глубоко вздохнула. Он низко склонился к ней. Она затаила дыхание. Он собирался ее поцеловать. Она хотела этого. Безумно хотела. Люси закинула голову назад и закрыла глаза.

– Черт побери, Люси! Я должен быть решителен во всем.

Она открыла глаза и удивленно уставилась на него.

– Вот почему мне так трудно признавать, как сильно я хочу вас.

Люси опустила взгляд на мягкую зеленую траву. Непрошеные слезы подступили к глазам. Она ошиблась. Он не собирался ее целовать.

Она отвернулась. Наверное, это и к лучшему.

Глава 40

Кристиан сидел на кушетке напротив Люси, выпрямив спину, словно аршин проглотил. Он потихоньку прихлебывал чай и не произносил ни слова. Действительно, так ничего и не сказал за все время, что они провели вместе. Это ужасно разочаровывало. После всех его восхитительных писем и своих ответов Люси была уверена, что теперь дела у них пойдут совершенно иначе. Почему же ничего не изменилось? И это после всех острот, которыми они обменивались в письмах, забавных историй, мнений, шуток.

Она пристально разглядывала его, ожидая, что в какой-то момент он раскроется и покажет себя тем умным, разносторонним человеком, которого она знала по письмам. Это всего лишь вопрос времени? Возможно, ему требуется больше чая. В отличие от Дерека, Кристиан пил чай. В больших количествах.

Беркли, определенно, был красив. В этом ему нельзя было отказать. Его красота была более утонченной, чем у Дерека. Дерек более резок и мускулист. А Кристиан походил на архангела, высеченного из камня. Ох, ну зачем она сравнивает его с Дереком? Почему она вообще вспоминает Дерека?

Дерек. Дерек не поцеловал ее вчера. И это к лучшему. И если постоянно повторять это себе, возможно, со временем удастся в это поверить. Кэсс с каждым днем становится все лучше. Скоро Кэсс и Дерек наконец начнут встречаться. Люси следует сосредоточиться на своих личных делах… с Кристианом. Она взглянула на Беркли. Он с легкой улыбкой на губах по-прежнему молча смотрел на нее из-за своей опустевшей чайной чашки.

Вот в чем загвоздка. Если он не собирается начинать разговор, придется ей самой это сделать. Люси откашлялась, прочищая горло.

– В вашем последнем письме меня очень заинтересовал ваш рассказ о состоянии Ост-Индской компании. У меня часто возникали подобные мысли, но вам, конечно, как члену палаты лордов, известно об этом гораздо больше.

В его глазах вспыхнуло мимолетное выражение ужаса, и Кристиан снова принялся пристально изучать свою чашку.

– Д-д-да, – вот и все, что он сказал.

Люси нахмурила лоб. Он определенно не хотел облегчить ей задачу.

– Что, по вашему мнению, теперь предпримет лорд-канцлер? В отношении компании? – Она испытующе посмотрела на него.

Кристиан дрожащей рукой поставил чашку на приставной столик и вытащил из кармана сюртука носовой платок. Вытерев внезапно вспотевший лоб, Беркли глубоко вздохнул.

– Я… я н-не знаю.

Люси нахмурилась и отпила еще глоток чая. Она нервничала. Ох, вероятно, он не в настроении рассуждать о парламенте и Ост-Индской компании. Все это могло ему порядком наскучить, могло ведь? И это ее вполне устраивало. Сегодня у нее совершенно другая цель.

Она хотела, чтобы Кристиан поцеловал ее.

Откровенно говоря, до сих пор она целовалась только с Дереком Хантом. Ну если не считать нескольких чересчур прытких молодых людей во время ее дебюта, которым едва удавалось отыскать ее губы, не говоря уже о том, чтобы успешно воспользоваться языком. Нет. Дерек был единственным, кто по-настоящему целовал ее. И она не могла допустить, чтобы так оставалось и дальше. Если она намерена поощрять ухаживания Кристиана, ей нужно вытравить из памяти эти поцелуи и навсегда стереть всякие воспоминания о герцоге. И чем скорее, тем лучше.

Люси отставила чашку, поднялась и подошла к кушетке, где отважно уселась совсем рядом с Кристианом. Они не касались друг друга, но расстояние между ними не превышало одного шага. Если бы сейчас вошла Кэсс, она бы, пожалуй, вскрикнула. А если бы вошла Джейн, то наверняка захлопала бы в ладоши.

– Что бы вы хотели обсудить, милорд? – Она повернулась к нему лицом и слегка подалась вперед. Для удобства.

Кристиан потер ладони о бриджи и глубоко вздохнул. Он не поднимал на нее глаз.

– Я…я н-не з-знаю.

Снова эта нелепая фраза. Он не слишком разнообразил свои ответы? Если бы она не знала, как обстоят дела на самом деле, она бы подумала, что он испытывает затруднения с речью. Кристиан спотыкался на каждом слове.

Люси придвинулась на дюйм ближе. Он схватил носовой платок и вытер обильно вспотевший лоб.

– Н…н-не с-слишком ли з-здесь ж-жарко?

Жарко, ну и что? Она собиралась его поцеловать. Неужели нужно говорить ему об этом?

– Н…н-не х-хотите ли п-прогуляться? – На этот раз Кристиан прижал платок к верхней губе.

Люси прикусила губу и возвела глаза к потолку. Ну, ладно. Очевидно, ей придется самой сказать ему все. Она склонилась к Кристиану еще ближе и прошептала:

– Я надеялась, что вы меня поцелуете.

Лицо Кристиана вспыхнуло радостью, и он с облегчением вздохнул.

– Ох, я д…д-думал в…вы х-хотели поговорить.

Люси едва успела осмыслить это странное заявление, как он схватил ее в объятия. Его губы стремительно завладели ее губами. Как и с Дереком, этот поцелуй был дерзким. Как и Дерек, Кристиан использовал свой язык. И, как и Дерек, он, без сомнения, знал, что делает. Кристиан действительно делал все так же, как Дерек. Все в точности, до мельчайшей детали. Вот почему Люси была так страшно обескуражена, когда, чуть позже, после того как Кристиан отпустил ее, она осознала, что абсолютно… ничего не почувствовала. С тем же успехом она могла бы поцеловать мраморную статую.

Будь оно неладно. Это никуда не годилось. Совсем никуда.

Глава 41

Люси потерла о юбку влажные ладони и в десятый раз прокрутила в голове свою речь. Сейчас или никогда.

– Кэсс, я должна тебе кое-что сказать.

Кэсс, свернувшись, лежала в кровати, сжимая в руке носовой платок. Она подняла глаза на подругу и серьезно кивнула.

– Я тоже должна тебе что-то сказать, Люси.

Люси покачала головой.

– Пожалуйста, позволь сначала мне. – Она готовилась к этому разговору все утро. Ей необходимо было рассказать Кэсс, что произошло между ней и Дереком. Время пришло. Страшная вина давила на Люси, терзала и мучила ее, не давая покоя. Она должна сказать Кэсс правду. Тогда Кэсс поймет, почему Люси больше не может замещать ее на время болезни. Люси не должна больше видеться с Дереком. Так будет лучше. Для всех. Кэсс поймет, разве нет? Или рассердится? Люси не могла представить себе Кэсс, чистую, нежную дружелюбную Кэсс в гневе. Это не укладывалось в голове. Но Люси понимала, что все когда-то происходит впервые, и, несмотря на последствия, решила рассказать подруге всю правду. Сегодня же. Сейчас.

Кэсс согласно кивнула.

– Хорошо, Люси. Сначала ты.

Люси проглотила комок, подступивший к горлу, и принялась ходить перед кроватью Кэсс.

– Это касается Дерека.

– То, что я хотела сказать, тоже касается Дерека, – ответила Кэсс, элегантно чихнув в платок.

Люси перестала ходить и нахмурилась.

– И что именно?

Кэсс откинулась на подушки.

– Ну, не конкретно о Дереке, а о том, что говорил о нем Джулиан.

Люси пристально изучала лицо Кэсс. Вся покаянная речь полностью вылетела у нее из головы. Джулиан что-то говорил о Дереке? Разве это возможно?

– Что ты имеешь в виду?

– Ох, Люси, – с печальной улыбкой на губах ответила Кэсс. – Я получила письмо от Джулиана. Возможно, последнее. – Она вытащила из-под одеяла залитые слезами листки бумаги и прижала их к груди.

Люси широко распахнула глаза. Указывая на письмо, она спросила:

– Когда ты получила его?

– Сегодня утром. Он все еще жив, Люси. Он жив. – По ее лицу пробежала тень. – Во всяком случае, был жив, отправляя это письмо.

Люси подалась вперед, чтобы рассмотреть письмо.

– Что он пишет?

Кэсс ответила так тихо, что Люси едва смогла ее расслышать.

– Он попрощался со мной.

Люси прикусила ладонь, прижатую к губам. Слезы хлынули из ее глаз и заструились по щекам.

– Нет, Кэсс.

Кэсс судорожно сглотнула. Люси видела, что она изо всех сил старается сдержать рыдания.

– Но это еще не все, – добавила Кэсс.

– Что еще? – Люси сжала руку подруги.

– Он сказал, – она снова сглотнула, – чтобы я вышла замуж за Дерека.

У Люси болезненно сжалось сердце. Она закрыла глаза.

– Он… так сказал?

Кэсс утвердительно кивнула.

– Он сказал, что Дерек будет хорошо относиться ко мне и что он прекрасный человек. Джулиан сказал, что лучшего мне не найти. Он попросил меня обещать ему, что я выйду замуж за Дерека.

Люси прижала ладонь к животу, чтобы унять разыгравшуюся там бурю. Она почувствовала, что ее вот-вот стошнит. Люси была уверена в этом. Она сделала глубокий вдох.

– А как насчет письма, которое ты написала ему? Джулиан упомянул о нем?

Кэсс опустила взгляд, водя ногтем по покрывалу.

– Нет.

Люси нахмурилась.

– Я не понимаю. Он просто проигнорировал его?

По щекам Кэсс заструились слезы.

– Разве это имеет значение? Он умирает и сказал, что попросил Дерека позаботиться обо мне. Ох, Люси, я так смущена. Я не знаю, что мне делать.

У Люси перехватило дыхание. Она уперлась ладонями в колени и сосредоточилась на том, как подавать и выталкивать воздух из легких.

– Джулиан прав. Дерек прекрасно позаботится о тебе. Ты должна выйти за него замуж.

Глава 42

На этот раз Люси не взяла с собой лакея. Это было неприлично, и она могла окончательно разрушить свою репутацию, если бы ее поймали. Но ей было все равно. Она надела шляпку и перчатки, но для накидки было слишком жарко. К дому Дерека она почти бежала, стремительно пересекая улицы. Добравшись до места, она, затаив дыхание, подождала несколько бесконечных минут, потребовавшихся дворецкому, чтобы отворить дверь. Люси про себя тайно прозвала его Задавака. На самом деле его звали Хьюз.

Задавака Хьюз проводил ее в голубую гостиную и сообщил, что его светлость скоро присоединится к ней. Хьюз уже высоко вскинул бровь, осознав, что Люси пришла одна, но ее это не беспокоило.

Она взволнованно ходила из угла в угол, снова и снова повторяя в уме, что скажет Дереку, когда тот войдет.

Ей не пришлось долго ждать.

Дверь отворилась, и вошел Дерек, неотразимо прекрасный, как обычно. У нее подкосились колени.

Увидев ее, он нахмурился.

– Люси? Что случилось?

А он не знает? Не догадывается, видя, как она потрясена, как у нее вздрагивают плечи? Необходимо как можно быстрее покончить с этим.

Люси повернулась к нему спиной, чувствуя, что глаза наполняются слезами. Она не хотела, чтобы он их видел.

– Я пришла, чтобы…

Она услышала, что он подошел ближе. Расправив плечи, она заставила себя произнести:

– Сегодня утром Кэсс получила письмо от Джулиана.

– От Джулиана? Значит, он еще жив. – Дерек с облегчением вздохнул. Его голос слегка охрип. – Что известно о его состоянии?

Люси сделала глубокий вдох. Это должно было помочь.

– Не думаю, что ему лучше. Но письмо не об этом.

Дерек встал справа от нее. Она видела его краем глаза. Ощущала его знакомый чудесный запах, смесь аромата мыла и специй.

– Что было в письме? – спросил Дерек.

Люси проглотила комок, перекрывший горло, и оперлась рукой о каминную полку, находившуюся перед ней.

– В этом письме Джулиан попрощался с Кэсс. Попрощался и пожелал, чтобы она вышла за вас замуж. Сказал, что вы позаботитесь о ней.

Дерек выругался себе под нос.

– Он попросил Кэсс пообещать, что она выйдет за вас, – едва не задыхаясь, закончила Люси.

Дерек снова выругался.

– Что сказала леди Кассандра?

– Она смущена. Она не знает, что делать.

– Ее можно понять, – сказал Дерек. Он отошел от Люси. Зарылся пальцами в волосы и снова выругался.

– Это все моя вина.

– Дерек, я… – Ее голос прервался. Ох, и как только она собиралась сказать ему это?

Он обернулся, шагнул к ней и, схватив Люси за плечи, повернул лицом к себе.

– В чем дело, Люси? Что произошло?

Она вскинула голову и посмотрела ему в глаза.

– Я сказала Кэсс, что она должна выйти за вас.

После того как Люси ушла, Дерек едва не расплющил кулак о чертову стену. В этот момент ему хотелось встретиться с французом, чтобы забить его до бесчувствия. Пронзить штыком. Выстрелить в глаз с пятидесяти шагов.

Это была пытка. Он страдал из-за своего обещания Свифту. Сжимая на поле битвы плечо своего умирающего друга, Дерек пообещал ему, поклялся, что вернется домой и женится на леди Кассандре, если та примет его. И теперь, кажется, она согласится… Он собирался отказаться от своего обещания, если бы Джулиан выжил. Но теперь… Теперь совершенно ясно. Джулиан уже не вернется. Как будет выглядеть Дерек, если все же нарушит свое обещание? В особенности теперь, когда Свифт написал Кассандре, что Дерек обещал ему жениться на ней? Неужели он и вправду позволит своему другу сойти в могилу, не зная, что девушка, которая тайно любила его долгие годы, осталась без поддержки и заботы? Дерек не смог бы жить дальше, если бы поступил так.

Но ведь была еще Люси. Люси, которая сводила его с ума. Люси, к которой его непреодолимо влекло. Люси, которая пробуждала такую страсть, какой он никогда не испытывал в объятиях другой женщины. Люси была ему ровней, его парой. Вот почему его так неуклонно тянуло к ней. Леди Кассандра будет послушной и старательной женой. Она обеспечит ему покой и понимание. Но Люси всегда держала бы Дерека в напряжении, сводила бы с ума, заставляла бы сгорать от вожделения. И теперь, когда он коснулся ее, ощутил ее шелковистую мягкость, он не мог забыть Люси. Не мог повернуть назад. Как же ему быть? Постоянно делать вид, что между ними никогда ничего не было? Находиться в обществе ближайшей подруги своей жены до конца своих дней и вести себя так, словно он не хочет ее каждой клеточкой своего существа? Разве это возможно? Если женится на Кассандре, он никогда не станет ей изменять. Он слишком дорожит своей честью. И Люси тоже никогда не предаст свою подругу. Но теперь, теперь, когда все еще так неясно и неопределенно, это была сущая пытка.

На этой неделе он получил еще одно короткое письмо от Колина, где сообщалось, что никаких изменений в поисках Свифтона и Рейфа не произошло. Колин и Адам были на пути в Лондон. Вот и все.

И Дерек ничего не мог сделать, оставалось только писать из Бата массу бесполезных писем в военное министерство, своей матери и Люси, притворяясь чертовым Беркли. Нужно непременно прекратить писать эти проклятые письма для Беркли. Сначала это было забавно. Безвредная игра. Вернее, Дерек так думал, пока не осознал, что приносит вред самому себе. Сидя здесь каждый день и сочиняя письма для Люси с выражением своих чувств. В какой-то момент, почти сразу, он понял, что пишет ей от себя, не как Беркли. Плевать ему было на Беркли. В этих письмах он говорил Люси все, что когда-либо хотелось ей рассказать. Там все было правдой до последнего слова.

И эти письма сработали, будь они прокляты. Вчера Беркли зашел к нему во время прогулки, чтобы сообщить, что этими письмами он заслужил поцелуй. Дереку хотелось вышвырнуть паршивца из своего кабинета, но вместо этого он сидел и слушал мучительные подробности о том, как Люси рассказывала виконту, с какой нежностью она бережет его письма, а затем поцеловала его. Ну разве Беркли не мерзавец, если рассказал ему об этом? Хотя в его оправдание следовало заметить, что Беркли, без сомнения, просто уже не знал, где провести границу между собой и тем человеком, который тайно писал любовные письма леди, за которой виконт якобы ухаживал.

Дерек грохнул кулаком по столу с такой силой, что подскочили бумаги, перья и даже чернильница. Проклятие! Что, черт бы его взял, он собирается делать? Как ему выпутаться из этой жуткой неразберихи?

Колеблющийся. Нерешительный. Язвительный голос отца эхом отдавался у него в черепе. В мужском мире не было абсолютно ничего более позорного, чем нерешительность. Отец учил его этому с младенчества. И учил хорошо. Дерек прочно усвоил этот урок. И дорого за него заплатил. Он вырос мужчиной, который никогда не колебался, всегда был решительным. На поле боя, командуя людьми, во всем в своей жизни. Но сейчас, уставившись невидящим взглядом в стену, думая о Люси и Кассандре и о своем обещании самому близкому другу, Дерек так и не мог ни на что решиться.

И проклинал себя за это.

Глава 43

Вот она. Наконец-то! Джейн сидела, откинувшись, на каменной скамье в саду за домом Гарретта и, конечно, читала книгу, бездумно наматывая на палец каштановый локон.

– У тебя есть минутка или, может, часок, чтобы поговорить? – спросила Люси, поспешно подходя к скамье.

Джейн подняла на нее взгляд и сразу же захлопнула книгу.

– Конечно, Люси. Жаль, что нам до сих пор не представилось случая побеседовать. Что случилось? – Она сдвинула очки на лоб.

– Это касается меня, Кэсс и Дерека. – Люси уткнулась лицом в ладони. – Ох, Джейн, я так все запутала.

Джейн отложила книгу в сторону и обвила Люси рукой.

– Не беспокойся. Мы во всем разберемся. Рассказывай, что случилось.

– Как ты знаешь, сначала я ненавидела герцога Кларингтона. – Она откашлялась. – Дерека…

Джейн насмешливо приподняла бровь.

– Да. И заметила, что теперь ты называешь его Дереком.

– Ох, это еще далеко не все. Дай мне закончить.

– Конечно.

– Сначала я терпеть его не могла. Потом он поцеловал меня. Тогда я возненавидела его еще больше. Затем он снова поцеловал меня… хм… наряду с прочими вольностями. И теперь, с тех пор как Кэсс заболела, мы проводим много времени вместе, и я…я…я думаю, что, может быть, испытываю к нему теплые чувства.

Джейн, как и следовало ожидать, выглядела не особенно потрясенной.

– Давай внесем ясность. Когда ты упомянула «прочие вольности», ты имела в виду такие вещи, которые неизбежно влекут за собой немедленное бракосочетание?

Люси устремила взгляд к нависшим над ними ветвям дерева, от всей души жалея, что не может каким-нибудь чудом превратиться в птицу и улететь далеко-далеко отсюда.

– Не совсем. Скажем просто, мне не хотелось бы ничего объяснять в деталях.

Джейн сочувственно кивнула.

– Кое-что все же было, дорогая. Кое-что было.

– Ох, Джейн, что же мне теперь делать? – Люси снова уткнулась лицом в ладони.

Джейн постукивала пальцами по краю скамьи.

– Сказать по правде, Люси, это действительно сложная ситуация. Поразительно сложная, безусловно. Но не безвыходная. Не непреодолимая. Ты ведь знаешь, Люси, герцог не особенно интересует Кэсс. Она ведет себя так, словно…

Люси поморщилась.

– Ох, подожди. Это еще не все.

Джейн удивленно подняла брови.

– Не все?

– Да. – Люси кивнула. – Кэсс решила дать Дереку шанс. А сегодня она получила письмо от Джулиана, где он прощается с ней и просит выйти за него замуж.

– Замуж за Джулиана?

– Нет, за Дерека.

– Что?

– Вот именно! – Люси тяжело вздохнула. – Джулиан попросил Кэсс пообещать, что она выйдет замуж за Дерека.

– О-о-ох, – произнесла Джейн. – А как насчет лорда Беркли? Ты даже не упомянула о нем.

– Ох. С ним я тоже поцеловалась.

– Что?

– Вот именно.

– И как?

– Довольно… мило, – хмуро ответила Люси. – Ох, Джейн, скажи мне, что есть способ выпутаться из всего этого. Скажи, что я могу сделать, чтобы все исправить?

Джейн встала и принялась ходить туда и сюда перед скамьей.

– Прежде всего, о чем думал герцог, когда целовал тебя, если он собирается посвататься к Кэсс?

Люси согласно кивнула.

– Да, тут есть над чем поразмыслить. В первый раз это случилось неожиданно, и мы оба договорились никогда больше об этом не вспоминать. А во второй раз это было… э-э… – Люси не сомневалась, что покраснела, как свекла, – чуть более обдуманно и немного сложнее, и я…

Джейн зажала уши.

– Пожалуйста, избавь меня от деталей.

– Не беспокойся. Я не собиралась рассказывать тебе об этом. Просто все это произошло с тех пор, как Кэсс заболела, он с того времени ее не видел. Я думаю, он в таком же замешательстве, как и я, и тоже не знает, что ему делать.

Джейн убрала ладони от ушей.

– Да, ужасная неразбериха. Ты говорила об этом Гарретту?

– Я не могу сказать такое Гарретту. Я целовалась с герцогом! И… допускала другие вольности.

– Понимаю, – кивнула Джейн. – Он твой кузен. – Она снова принялась расхаживать. – А что ты хотела бы?

– Не понимаю. – Люси прищурилась.

Джейн рассмеялась.

– Это простой вопрос, Люси. Чего ты хочешь?

– Какое это имеет значение? Кэсс и Дерек собираются пожениться.

Джейн перестала ходить и остановилась перед ней, подбоченившись.

– Это не ответ, – произнесла она нараспев.

Люси сплела пальцы рук.

– Я даже не смею подумать о том, чтобы быть с Дереком. Это выглядело бы предательством по отношению к Кэсс. Я – самая худшая подруга в мире, из-за того что уже сделала.

– Нет. Ничего подобного. Ты всего лишь живой человек. И вся эта ситуация, мягко выражаясь, страшно запутана. Кэсс не уверена, что герцог ей нравится. Нельзя винить и тебя за то, что ты в замешательстве. Хотя, должна сказать, это усложняет ситуацию в гораздо большей степени, чем то, что герцог тебя поцеловал. Причем не однажды. И, хм, допускал другие вольности.

Люси хлопнула себя ладонью по лбу.

– Ох, Джейн, что же мне делать?

– Ты совершенно уверена, что ничего не можешь сказать о лорде Беркли, кроме того, что он… довольно мил?

Люси, сокрушенно вздохнув, кивнула.

– Да. Он пишет мне чудесные письма, но, когда мы вместе, нам не о чем говорить. Это ужасно неловко. Мне кажется, я пугаю его.

– А поцелуй?

Люси крепко зажмурила глаза.

– Когда я целовалась с Кристианом, я могла думать только о Дереке.

– О, это о чем-то говорит. – Джейн наклонилась и сжала плечо подруги. – Позволь поделиться советом, которым однажды со мной поделилась одна достаточно мудрая особа.

Люси подняла на нее глаза, полные надежды.

– Да?

Джейн плюхнулась на скамью рядом с ней и схватила подругу за руку.

– Ты не можешь ошибаться, если честна и следуешь зову своего сердца.

Люси сморщила нос.

– Уолстонкрафт?

Джейн посмотрела на нее с раздражением.

– Нет, глупая, ты.

– Я? – Люси удивленно заморгала.

– Да. Ты всегда говоришь это Кэсс, когда речь заходит о Джулиане. Ты твердила ей это годами.

– Правда?

– Ты не помнишь?

Люси покачала головой.

– Ох, ну почему гораздо легче давать советы другим, чем следовать им самой?

Джейн рассмеялась.

– Хороший вопрос.

Люси сделала глубокий вдох.

– Хорошо. Думаю, я знаю, что должна делать.

– Что? – спросила Джейн, подавшись вперед на скамье в сторону Люси.

– Я скажу, как только все хорошенько обдумаю. – Люси встала, подняла со скамьи книгу и вручила ее Джейн.

Джейн возмутилась:

– Это нечестно. Я дала тебе такой замечательный совет, а ты не хочешь сказать, что собираешься делать?

– По-моему, это мой совет, – со смехом парировала Люси.

– Это отговорка. – Джейн вздернула нос и снова открыла книгу.

– Большое спасибо тебе, Джейн, за все.

– Не стоит благодарности. А теперь уходи и делай то, что собираешься делать, что бы это ни было. Да поторапливайся, чтобы как можно скорее сообщить мне, что именно. – Джейн улыбнулась.

Люси выбежала из сада, ворвалась в дом и взлетела по лестнице к себе в спальню. Там она поспешила к письменному столу, схватила перо и бумагу и быстро набросала несколько строк. Затем посыпала лист песком, сложила его, запечатала и позвонила лакею, чтобы отправить послание по адресу Дерека.

Ей оставалось только надеяться, что герцог с вниманием отнесется к ее письму.

Глава 44

Люси посмотрела по сторонам, чтобы убедиться, что никто ее не увидит, и, обогнув шпалеру, усыпанную белыми цветами, вошла в уединенный сад вблизи Королевского полумесяца. В саду пахло розами и свежескошенной травой. Прижав руку к груди, Люси с облегчением вздохнула. Она была здесь одна. Дерек еще не пришел. Возможно, он вообще не придет. В письме она попросила его о встрече с ней в этом саду в два часа. Было уже немного больше назначенного времени. Может быть, его не было дома и он не получил ее послания. Хорошо это или плохо?

Люси ходила туда-сюда по траве, покусывая кончик пальца и прокручивая в голове события последних дней. Она должна все прояснить. Все уладить. Должна. Джейни сказала, что ей следует прислушаться к своему сердцу, но когда Люси услышала собственный совет, она осознала правду. Есть вещи более важные, чем зов сердца. Масса таких вещей. Дружба, честь, правильные поступки. Это действительно так. Помочь подруге найти достойную пару – это правильный поступок. Люси была в этом уверена. Будь проклято ее дурацкое сердце, которое все так усложняет! Но она собиралась это исправить.

– Добрый день, – произнес низкий мужской голос.

Люси повернулась.

Дерек в светло-сером сюртуке, черных панталонах и черных сапогах, с накрахмаленным белым галстуком стоял в тени ольхового куста. Он выглядел великолепно, как обычно.

Люси судорожно сглотнула.

– Благодарю вас за то, что пришли.

– Разве я мог устоять против такого приглашения? «Давайте встретимся наедине в саду»? – На его губах мелькнула тень улыбки. Он направился к Люси.

Она неуверенно улыбнулась в ответ.

– Я… я хотела, чтобы нам никто не мешал.

Он понимающе кивнул. С серьезным выражением лица.

– Я рад, что вы написали мне, Люси. Я хочу вам кое-что сказать.

Она медленно выдохнула.

– Думаю, мне следует первой сказать все то, ради чего я пришла.

– Нет, позвольте мне.

Она плотно сжала губы, не в силах удержаться от улыбки. Вот так у них всегда. Оба страшно упрямы.

– Хорошо.

Дерек сложил руки за спиной и расправил плечи.

– Я намерен сегодня же написать Джулиану, что не могу жениться на Кассандре.

Люси ахнула от неожиданности. Она подбежала к нему, широко раскинув руки.

– Дерек, подумайте, что вы говорите. Вы не можете этого сделать.

– Могу и сделаю. – Он провел ладонью по лицу.

Люси закинула голову и заглянула в его зеленые глаза. Они стали ярче от отражавшейся в них листвы, окружающей их.

– Но вы обещали ему. Обещали Кэсс.

Он круто развернулся.

– Это было раньше. Теперь все изменилось.

Люси яростно затрясла головой.

– Нет. Я не могу вам этого позволить.

– Вы не вправе разрешать или запрещать мне что-либо делать.

Она опустила руки и отошла от Дерека, отчаянно пытаясь придумать что-нибудь, что могло бы переубедить его:

– Подумайте хорошенько. Джулиан, возможно, уже умер. Письмо может уже не застать его.

Дерек угрюмо кивнул:

– Но шанс есть, и я должен им воспользоваться.

Люси направилась к поляне, яростно кусая костяшки пальцев.

– Нет. Это неправильно. Я не позволю вам сделать это. Я не могу быть с вами. Я не предам свою подругу. А вы не предадите своего друга. Это я и собиралась сказать, когда шла сюда. Мы должны прекратить это. Забыть все, что было между нами. Завтра мы возвращаемся в Лондон. Все мы. Это конец.

Дерек попытался подойти к Люси, но она отступила назад.

– Черт побери, Люси. Вы поступаете неразумно. Кассандра и Свифт, если он жив, поймут нас.

Люси, не переставая, трясла головой. Ей казалось, что все происходящее – дурной сон. Если она достаточно сильно тряхнет головой, то, возможно, проснется и все это исчезнет.

– Но кто женится на Кэсс? У нее нет Джулиана, и она не получит вас.

– Есть и другие джентльмены, – просто сказал Дерек.

Люси снова принялась ходить туда-сюда.

– Но вы, так же как и я, знаете, что Кэсс нужен тот, кто позаботится о ней. Кто будет лелеять ее, хорошо с ней обращаться. Джулиан выбрал для нее вас. Это свято для Кэсс.

Дерек опустил подбородок к груди.

– Я не могу этого сделать, Люси.

– Вы должны, – почти закричала она.

– Я не стану этого делать, – решительно проговорил он в ответ.

Люси дрожала всем телом от горя, от ярости, от смущения. Она крепко сжала ладони. Как ей достучаться до него? Как заставить понять? Она понизила голос и тихо сказала:

– Если вы приняли такое решение, так тому и быть. Но меня вы не получите.

Дерек скрепя сердце произнес:

– Подумайте сами, Люси. Как я могу жениться на Кассандре? Постоянно видеть вас? Это будет сущая пытка. Или ради ее замужества вы намерены отказаться от дружбы с ней?

Люси зажмурила глаза. Она не станет плакать. Не станет.

– Мы сможем справиться с этим. Останемся друзьями. Будем делать вид, что ничего никогда не происходило. А если это окажется слишком трудно, то да, тогда я оставлю вас обоих. Но я не хочу разрушить жизнь Кэсс и лишить ее шанса на счастье.

– Говорю вам, я не могу этого сделать. Я не могу жениться на Кассандре и оставаться вашим другом.

Плечи Люси поникли.

– Значит, так тому и быть.

– Что вы хотите этим сказать?

– Мы с вами больше никогда не увидимся.

Дерек круто повернулся, в его глазах сверкнула дикая ярость.

– Это из-за Беркли, будь он проклят?

– Что? Нет!

У Дерека на щеке дернулся мускул.

– Черт побери, Люси, не делайте этого.

Люси выбежала с поляны. Она остановилась возле шпалеры у выхода из сада и обернулась, отчаянно стараясь сдержать слезы. Закинув голову, она обратила лицо к небу.

– Это единственный выход, Дерек. Я отказываюсь видеться с вами. Навсегда. Поступите правильно. Женитесь на Кэсс.

Глава 45

Дерек вернулся в Лондон ровно за сутки до прибытия братьев. Ему едва хватило времени, чтобы как следует поразмыслить над чудовищной неразберихой, которая произошла в Бате. Люси напугана. Она напугана и ошибочно считает, что поступает правильно. Но, черт подери, если бы у Дерека возникло хоть малейшее подозрение, что на самом деле тут замешан Беркли, он бы выследил виконта и…

– Мистер Хант и мистер Хант, – провозгласил Хьюз, вырвав Дерека из задумчивости.

Дерек поднял взгляд и увидел в дверях кабинета Колина, за которым следовал грязный и оборванный Адам. Оба брата без сил повалились на диван.

Дерек направился к серванту, чтобы налить им выпить.

– Должно быть, вы сильно измотаны. Я прикажу Хьюзу немедленно приготовить вам комнаты. Вы останетесь у меня, пока не отдохнете.

– У нас встреча в военном министерстве, – сказал Колин.

Дерек щедро плеснул в бокал бренди.

– Нет, вы подождете до завтра. Они поймут.

Адам сидел молча. Дерек повернулся, держа в каждой руке по бокалу, и окинул самого младшего брата внимательным взглядом. Застарелый синяк под глазом и кровоподтеки по всему лицу свидетельствовали о пытках, которым его, без сомнения, подвергли. Их мать приедет, как только услышит, что сыновья в безопасности. Дерек мог только надеяться, что Адам поправится достаточно быстро, чтобы она не узнала, какие муки ему пришлось перенести.

Адам, должно быть, понял, о чем думает брат, потому что его потрескавшиеся губы искривились улыбкой, и он сказал:

– Поверь, сломанные ребра гораздо болезненнее, чем удар по самолюбию из-за подпорченного лица.

Дерек пересек комнату и, остановившись перед диваном, вручил братьям выпивку. Скрестив в лодыжках обутые в сапоги ноги, он прислонился к прочному дубовому столу, упершись в него руками.

– Адам…

Адам отхлебнул изрядный глоток, зарылся пальцами в волосы, откинул голову на спинку дивана и закрыл глаза.

– Не говори этого, Дерек.

Дерек насмешливо изогнул бровь.

– Забавно, что ты знаешь, что я собирался сказать, когда я сам этого не знаю.

Колин улыбнулся и тоже отхлебнул глоток бренди.

Адам посмотрел на Дерека.

– Ты хотел сказать, что мне не следовало быть там. Подвергать себя опасности. Ставить под удар миссию. Но я…

– Ты чертовски прав, тебе не следовало быть там, – ответил Дерек.

– Черт побери. Я был им нужен, – рявкнул Адам, хотя движение причиняло ему боль. Очевидно, сломанные ребра еще не совсем зажили.

Дерек выпрямился и скрестил руки на груди.

– Почему бы нам не начать с того, чтобы выяснить, что конкретно произошло?

Колин повернулся и тоже внимательно посмотрел на младшего брата.

Адам глубоко вздохнул.

– Мы устроили лагерь под Шарлеруа. Мы все по очереди были дозорными.

– Чья в тот момент была очередь дежурить? – спросил Дерек.

Адам прищурил глаза.

– Ты думаешь, что моя, да?

– Я этого не сказал, – ответил Дерек.

– На самом деле была очередь Свифтона. Должно быть, он заснул. Я не знаю. Знаю только, что я проснулся от холода пистолета, приставленного к моей голове. – Адам рассеянно потер подбородок.

– А Свифтон и Рейф? – спросил Дерек.

– Нам связали руки за спиной и заставили идти.

– Позволь предположить. Вскоре они обнаружили, что ты ничего не знаешь, а Свифтон и Рейф – именно те двое, которых им хотелось допросить, верно?

Адам отхлебнул еще один большой глоток.

– Черт побери, Дерек, не будь таким самоуверенным.

– Все так и случилось? – требовательно спросил Дерек.

– Дай ему закончить, – вмешался Колин.

Дерек коротко кивнул.

– Они схватили Свифтона и Рейфа. Часами допрашивали их. Однажды, когда они бросили Рейфа ко мне в палатку, он сказал мне, чтобы я бежал, если представится возможность.

Дерек судорожно сглотнул.

– Я ответил, что меня наверняка убьют, если заметят, как я убегаю. – Адам отсутствующим взглядом уставился в пространство.

– И что сказал на это Рейф? – спросил Дерек.

На этот раз сглотнул Адам.

– Сказал, что мы все уже покойники.

Дерек с шумом втянул в себя воздух.

– И ты сумел убежать?

Адам кивнул с затравленным видом. Призрак прошлого все еще тревожил его.

– Да, на следующий день. Я подождал до темноты. Когда они развязали мне руки, чтобы мог облегчиться, я сказал, что у меня плохо с животом. Они оставили меня одного немного дольше, чем обычно. Я бросился бежать изо всех сил к лесу.

Дерек медленно выдохнул долго сдерживаемый воздух.

– И тебе удалось до него добраться?

– Да. Я до сих пор не понимаю как. Думаю, им было наплевать, что я убежал.

Дерек принялся прохаживаться перед братьями.

– Возможно, они хотели, чтобы ты стал их посланником. Как еще мы бы узнали, что Свифтон и Рейф захвачены?

– Я уже говорил ему об этом, – вмешался Колин.

Адам угрюмо кивнул.

– Да, видимо, так.

– И ты не узнал ничего о судьбе Свифтона и Рейфа? – спросил Дерек.

Адам стиснул зубы.

– Нет. Весь следующий день я пробирался на север. Затем наткнулся на батальон из Брайтона. Они доставили меня в штаб-квартиру в Остенде.

– Где я его со временем и нашел, – сказал Колин.

– Дерек, генерал Маркем одобрил мой…

– Маркем – круглый дурак, – рявкнул Дерек. – Как только Веллингтон услышит об этом…

– Знаешь, ты не должен говорить генералу, – устремив взгляд в пол, тихо сказал Адам, покачивая бокал в руке.

– Разумеется, должен, – ответил Дерек.

– В самом деле? – спросил Колин.

Дерек перестал ходить и пристально посмотрел на Колина.

– Послушай, вы оба измучились, и, без сомнения, вам нужно принять горячую ванну и хорошо поесть. Я распоряжусь, чтобы все необходимое немедленно доставили к вам в комнаты. Мы вернемся к этому разговору утром.

Адам с явным облегчением поставил бокал на стол, встал и направился к двери кабинета.

– Хьюз проводит вас в ваши комнаты.

Адам кивнул.

– Я чертовски рад, что ты жив, Адам, – сказал Дерек, перед тем как младший брат покинул комнату.

Колин тоже поднялся и осушил свой бокал, прежде чем поставить на стол.

– Я тоже чертовски рад, что он жив.

Дерек согласно кивнул.

– Тебе ничего не удалось узнать о Свифтоне и Рейфе?

Колин опустил взгляд, на его лице читалось глубокое сожаление.

– Ничего.

Дерек сжал кулак и уперся им в стену.

– Я поговорю с Веллингтоном. И на этот раз не приму ответа «нет». Мы вернемся туда. За ними.

Глава 46

Сентябрь в Лондоне. Уже значительно похолодало. Дни стали короче. Скоро настанет время отправиться в сельское поместье. А Люси терпеть его не могла. Не место, а компанию. Быть на долгие месяцы запертой в доме, не важно, что в просторном, вместе с родителями – это не соответствовало ее представлениям о приятном времяпрепровождении. Слава богу, Кэсс и Гарретт жили поблизости.

Люси наблюдала за каплями дождя на оконном стекле гостиной. Она не виделась с Дереком со времени отъезда из Бата. И всячески избегала своих подруг, пресекая все их попытки увидеться с нею. Дворецкий объявлял, что ее или нет дома, или она плохо себя чувствует. Каждый день она просматривала светскую хронику в «Таймс» в поисках объявления о предстоящем бракосочетании Кэсс и Дерека. Однако ничего не находила. Но наверняка это был лишь вопрос времени. С каждым днем Люси нервничала все сильнее, уверенная, что объявление вскоре появится.

Но в газете отсутствовало и еще кое-что. Не появлялось сообщение о смерти капитана Джулиана Свифта в Брюсселе. Неужели он умер, но об этом не объявили? Неужели Кэсс безутешно горюет, а она, Люси, скверная, бессовестная подруга, ее игнорирует? Ох, Люси была уверена, что ей нужно время и уединение, чтобы каким-то образом пережить все это. Но ее не оставляло чувство, что она причиняет боль всем, кто ей дорог.

Когда Джейн шумно ворвалась в гостиную, подбоченившись и без книги, Люси поняла, что дело приняло серьезный оборот.

– Мне безразлично, какую новую отговорку ты придумала, сегодня вечером ты идешь со мной в театр, – заявила Джейн, так сильно тряхнув головой, что очки едва не слетели с ее аккуратного маленького носа. Она подхватила их и подвинула на место, затем скрестила руки на груди и сурово уставилась на Люси.

– Не хочу. – Это была очень слабая отговорка, но в данный момент Люси ничего другого на ум не приходило.

Джейн устремила на Люси страдальческий взгляд.

– Меня это не волнует.

– Я не могу, Джейн. Что, если… Что, если… – Люси не могла заставить себя произнести: «Что, если я увижу Дерека?» Это было абсурдно и бессмысленно, но она не хотела ничего объяснять. – Я отказываюсь идти в театр. Вот и все. – Она решительно кивнула.

– Идет «Много шума из ничего», – нараспев добавила Джейн. – Одна из моих самых любимых пьес.

Люси нахмурилась. Вот черт. Она не могла пропустить «Много шума из ничего». Она тоже очень любила эту пьесу. И Джейн это знала. Знала и заявилась сюда, вооруженная убийственной информацией.

– Кроме того, Апплтон и лорд Беркли согласились сопровождать нас, – продолжала Джейн, усаживаясь на кушетку и снимая перчатки. – У тебя есть пирожные к чаю?

– Лорд Беркли? – ахнула Люси.

– Да.

– Придет?

– Да. Он приехал в город на несколько дней и сказал, что горит желанием повидаться с тобой.

Люси сплела пальцы.

– Он так сказал?

– Да.

Люси поморщилась.

– Это странно, если учесть, что я не получила от него ни одного письма с тех пор, как покинула Бат. Я едва с ним попрощалась.

– И тем не менее он выразил горячее желание снова увидеться с тобой. Возможно, это из-за поцелуя, который ты подарила ему, – со смехом сказала Джейн. – Ох, Люси, пойдем, ты же понимаешь, что это серьезно, если я сговорилась с Апплтоном вытащить тебя из дому.

– Где в таком случае Гарретт? Я не видела его уже много дней. Как вам удалось договориться за моей спиной так, что я ничего не узнала?

– Апплтон нанес мне визит. Мы все обсудили в городском особняке моих родителей. Он пригласил и Беркли. Должна сказать, этот парень здорово тобой увлекся. Я никак не могу понять, почему ты так долго скрываешься в этом доме.

Люси насупилась.

– Я придушу Гарретта, когда увижу его в следующий раз.

– Ничего подобного. Ты будешь милой и обаятельной, по крайней мере в присутствии лорда Беркли. – Джейн снова рассмеялась. – А теперь распорядись, чтобы подали чай. Я ужасно хочу пирожных.

– Пирожные вредны.

Джейн смерила ее испепеляющим взглядом.

– Вряд ли это существенно.

Люси сокрушенно покачала головой и позвонила, чтобы подали чай. Джейн невозможно было переубедить, раз уж она настроилась на пирожные.

– Ты с Гарреттом снова идешь на «Много шума из ничего»? Тут уж точно не избежать беды.

Джейн повертела рукой в воздухе.

– Да, вот именно. Отнесись к этому серьезно. Это и вправду так. Только ради тебя я согласилась снова пойти с Апплтоном в театр. И только ради тебя я иду на «Много шума из ничего» с твоим раздражающе упрямым кузеном.

– Знаешь ли, ты могла бы называть его Гарретт. Вы знакомы уже достаточно долго.

Джейн закатила глаза.

– Я не доставлю ему такого удовольствия.

Люси с суровым и решительным видом повернулась к подруге.

– Джейни, я высоко ценю твои старания, правда. Но ни за какие блага в мире не покину сегодня вечером этот дом.

Поистине мисс Джейн Лаундз становится настырным, неумолимым тираном, когда хочет добиться своего. Эта мысль вертелась в голове Люси, когда она стояла у здания, где труппа Королевского Шекспировского театра давала новую постановку «Много шума из ничего». Представление всем очень понравилось. Люси не могла припомнить, когда в последний раз так много от всей души смеялась. Ну ладно, может, Джейн и была права, насильно вытащив ее из дома. Люси много расспрашивала ее о Кэсс и Джулиане, старательно избегая упоминаний о Дереке. Джейн тоже тщательно обходила интересующие ее вопросы, настаивая на том, что, если ей хочется знать, что происходит с Кэсс, то следует прекратить вести себя как дура, навестить свою подругу и выяснить все самой.

Люси, конечно, не имела намерения делать это. Но, несмотря на то, как мало сведений ей удалось вытянуть из Джейн этим вечером, Люси прекрасно провела время.

Приятно было снова увидеться с Кристианом. Он был все так же красив и внимателен. Так что с того, что он не вызывает у нее того спазма в желудке, который случается всякий раз, когда она с Дереком? Это ощущение слишком переоценивают. Оно доставляет массу беспокойства. Слишком близко подходит к тошноте. Да кому нужна вся эта бессмыслица? Гораздо лучше иметь ощутимо устойчивый желудок. Лучше для пищеварения, разумеется. И если Кристиан не самый блестящий собеседник в королевстве, так тому и быть.

Он очень старался. Приветливо улыбался ей и, запинаясь, задавал вопросы о ее здоровье, о родителях, о времени, проведенном в Бате. А она лишь вспоминала о Дереке, отвечая на них. Ну только когда Кристиан спрашивал ее, где она бывала, что делала и с кем. Немного досадно, конечно. Но затем она принялась расспрашивать Беркли о его жизни в Бате, о пребывании в Лондоне, о планах возвратиться в Нортумбрию. Все это было довольно интересно, хотя и не вызывало желудочных спазмов.

– Удивительно, что эти двое с самого начала не замечали, что созданы друг для друга, – сказал Кристиан по поводу представления, когда они все вместе покидали театр.

– Я думаю, друзья сыграли с ними ужасную шутку, – добавила Джейн. – Но, вынуждена признать, я получила огромное удовольствие.

– Фу, какая нелепость, – сказал Гарретт, воздев руку. – Вам не удастся убедить меня, что такой умный человек, как Бенедикт, не сумел догадаться, что его обманывают.

Джейн тоже подняла руку.

– Ох, и Беатрис тоже должна была догадаться?

– Они оба должны были сообразить это, честно говоря, – ответил Гарретт раздраженно.

– Вот почему это комическая пьеса, Апплтон, – сказала Джейн назидательным тоном, нарочито произнося слова медленно, словно обращалась к ребенку или слабоумному. – Это не урок истории. Это просто повод повеселиться.

– В ней нет никакого смысла. Сплошная глупость, – ответил Гарретт.

– И что плохого в глупости? – спросила Джейн сладким голосом.

Они вышли на улицу перед театром и оказались в длинной очереди, ожидая, когда подадут карету.

Люси захлопала длинными ресницами.

– Не хотелось бы показаться бестактной, указывая на это, но разве не тот же самый спор вы вели пять лет назад?

Джейн и Гарретт обменялись сердитыми взглядами.

– Может быть. – Гарретт пожал плечами.

– Да, и, как ни удивительно, он по-прежнему заблуждается, хоть и прошло пять лет. – Джейн скрестила руки на груди и отвернулась.

– Я заблуждаюсь? – начал Гарретт. – Я думаю, это вы сильно ошибаетесь. И вот еще что…

– О, вот и наша карета, – перебила его Люси, указывая на приближающийся экипаж. Она скользнула взглядом по еще одному ряду театралов, ожидавших кареты.

И судорожно вздохнула.

– Люси? Тебе нехорошо? Ты так внезапно побледнела. – Джейн проследила за взглядом подруги. Там стояли Кассандра, Дерек и мать Кэсс. Они тоже ждали карету.

– О, Люси, посмотри. Это Кэсс и герцог. Давай пойдем поздороваемся с ними. – Джейн попыталась потянуть подругу в их сторону, но Люси резко вырвала руку.

– Нет. Нет. Я не могу. – Люси попятилась, не в силах оторвать глаз от Дерека, но в то же время вопреки всему надеясь, что он не обернется и не увидит ее. У нее перехватило дыхание. Сердце будто сжало тисками. Дерек сказал ей, что не хочет жениться на Кэсс. Сказал, что не может и не станет этого делать. А Люси сама заявила ему, что он должен. Она даже готова была пожертвовать своей дружбой с Кэсс ради того, чтобы видеть подругу счастливо устроенной. Но отсутствие объявления в газетах поселило в ее душе ложную надежду. Возможно, Дерек все же остался верен своим словам и не намерен жениться на Кэсс. А вдруг он и вправду не желает и не станет этого делать.

Но теперь перед ней предстал очевидный факт. Дерек продолжал ухаживать за Кэсс. Они были вместе. Хоть Люси и говорила, что хочет этого, ей невыносимо было смотреть на них. Только не сейчас. Пока еще рано. В данный момент у нее определенно не было сил. Ох, почему она позволила Джейн вытащить ее сегодня в театр?

Люси в панике повернулась кругом, стремясь как можно быстрее оказаться в карете, которую только что подали, и едва не сбила с ног бедного Кристиана.

– Не могли бы мы уехать немедленно, пожалуйста? – попросила она, заглядывая в ангельски голубые глаза виконта.

Кристиан согласно кивнул.

– Конечно. Немедленно. – Он щелкнул пальцами, и лакеи, сопровождавшие его карету, бросились на помощь. Кристиан лично подсадил Люси в экипаж. Джейн и Гарретт вскоре последовали за ними, и карета, сорвавшись с места, с грохотом помчалась по грязной улице.

Дерек помог Кассандре и ее матери подняться в его карету, но перед глазами продолжала неотступно маячить картина: ладонь Беркли на пояснице Люси. Дерек стиснул зубы. Ему страшно хотелось повыдергать Беркли руки и ноги.

Дерек надеялся, что сегодняшний поход в театр с леди Кассандрой поможет ему разузнать что-нибудь о Люси. Но Кассандра была на удивление немногословна в отношении своей подруги. Каждый вопрос о Люси, который он пытался задать, наталкивался на неприятное известие, что Кассандра и Люси не встречались со времени возвращения из Бата.

– Каждый раз, когда я пыталась нанести ей визит или передать сообщение, Люси говорила, что плохо себя чувствует, или придумывала еще какие-нибудь отговорки. Я не знаю, что с ней случилось. Я очень обеспокоена, ваша светлость, – сообщила ему Кассандра.

Похоже, однако, что мать Кассандры определенно была в восторге от возможности сопровождать дочь и герцога в театр, несмотря на его бесконечные вопросы о Люси.

– Ох, ваша светлость, я даже не знаю, когда мы с Кассандрой проводили время лучше.

Дерек поморщился. Наверное, он совершил ошибку, пригласив сегодня вечером Кассандру. Леди Морланд смотрела на него, как солдат, получивший положенную порцию рома. У Дерека создалось отчетливое впечатление, что эта дама так высоко вознеслась в своих надеждах, что рассчитывает вскоре получить от герцога брачное предложение ее дочери. Ну что ж. Ему придется столкнуться с этим. Не следовало просить Кассандру составить ему сегодня компанию. Но как еще он мог бы узнать хоть что-нибудь о Люси? Она ясно дала понять, что больше не желает его видеть.

Пока ждал из Франции письма от Веллингтона с сообщением, разрешается ли ему вернуться на континент для участия в поисках Свифтона и Рейфа, Дерек снова как следует обдумал свои проблемы с Люси. Этим днем он зашел к Кассандре с визитом, рассчитывая, что у них будет возможность поговорить откровенно. Но, когда вошла леди Морланд, самостоятельно принесшая поднос с чаем, и присоединилась к разговору, Дерек вынужден был прекратить свои расспросы о Люси. Вместо этого началась нудная беседа о погоде и были затронуты еще несколько приемлемых в обществе тем, как вдруг леди Морланд спросила о планах Дерека на вечер. Когда он упомянул, что собирается в театр, она едва не подпрыгнула на кушетке в своей плохо скрытой попытке напроситься на приглашение.

– О, мы с Кассандрой так любим комедии Шекспира, ваша светлость. Знаете ли, мы думаем, что наш дворецкий, возможно, находится с ним в родстве. Нам так хотелось бы пойти в театр. Мы просто обожаем Шекспира.

Дерек тяжело вздохнул, смирившись со своей судьбой. Он вспомнил свое бестактное поведение несколько недель назад, когда Кэсс сказала ему об отъезде в Бат. Тогда он навязался им в попутчики. Без сомнения, стремление леди Морланд напроситься в театр не столь вопиющее прегрешение, как последовать за кем-то в другой город. Сопровождать эту леди и ее дочь на спектакль – достаточно приятный способ провести вечер.

Он ошибся. Во всяком случае, насчет последнего. Леди Морланд весь вечер делала неуклюжие намеки по поводу своих надежд на удачное замужество дочери. Со своей стороны, бедняжка Кассандра упоминала Свифта столько раз, что Дерек сбился со счета. И вообще, вечер прошел ужасно. А в довершение всего Дерек практически ничего не узнал о Люси.

Люси.

Когда она увидела его этим вечером, то побелела, как полотно, и отвернулась. Дерек сжал кулаки, сидя среди бархатных подушек в своей карете. Затем он заметил Беркли. Страшный гнев мгновенно охватил Дерека, застилая глаза. И нужно же было ему увидеть ее именно с этим слюнтяем Беркли? Беркли? Ну ладно. Беркли и ее кузен Гарретт – товарищи по университету. Но от этого Дереку ничуть не легче видеть, как виконт прикасается к Люси. По правде говоря, это страшно бесило Дерека. Нашел ли Беркли себе другого простака, чтобы тот писал ей письма вместо него?

Дерек прижал кулак к окну кареты. Все, связанное с Люси и их расставанием, приводило Дерека в ярость. Во-первых, он наконец-то точно решил, как ему следует поступить, чтобы все уладить, а она отказалась поддержать его. Сказала, что он должен жениться на Кэсс. Он не мог жениться на Кэсс. Почему Люси не желала этого понять? А во-вторых, она единолично, не посоветовавшись с ним, решила, как сложится в дальнейшем их жизнь. Ей нелегко это далось. Она явно чувствовала что-то, когда находилась в его объятиях. Дерек знал это. Здесь было замешано что-то еще. Люси была напугана. Она боялась собственных чувств. Боялась настолько, что сбежала от него, используя Кассандру как предлог, чтобы игнорировать многообещающие взаимоотношения, которые, вполне очевидно, начали складываться между ними. Проклятие! Это было нечестно с ее стороны.

И почему Люси была с Беркли? Как-то раз она сказала Дереку, что не собирается выходить замуж. Или не думает, что когда-либо выйдет. Он попытался тогда расспросить ее о Беркли, но она резко сменила тему. Может, она использует Беркли, чтобы вытравить Дерека из своей памяти? Беркли. Самодовольный глупец, не способный даже самостоятельно написать письмо! Ради всего святого! Дерек поклялся, что когда в следующий раз встретит виконта, то сотрет его в порошок.

Глава 47

Когда на следующее утро дверь ее спальни внезапно распахнулась, Люси часто заморгала от удивления. Она сидела за письменным столом и писала обязательное еженедельное послание своей матери. Люси заверяла, что пребывает в добром здравии, – не то чтобы ее матушку это волновало. Что за дочерью хорошо присматривают – это тоже вряд ли беспокоило ее родительницу. И что у нее по-прежнему нет никаких перспектив заполучить мужа – а уж это меньше всего тревожило ее мать. Но Люси все равно писала. Питая робкую надежду, что однажды та, возможно, все же проявит к ней некоторый интерес.

Когда дверь со стуком ударилась о стену, Люси выронила перо и вскинула голову.

– Вот ты где! – В дверях стояла Кэсс, подбоченясь, похожая в этот момент на прекрасную разгневанную амазонку.

Люси привстала со своего сидения.

– Почему… Что? Кэсс, что ты здесь делаешь?

Кэсс тяжело дышала, запыхавшись, прижимая руку к груди.

– Как обычно, дворецкий пытался сказать, что ты нездорова и не принимаешь, но я прорвалась. Он пытался задержать меня, бедняга. Я обнаружила, что довольно быстро бегаю. Я и представить не могла. – Она гордо вскинула подбородок.

В этот момент в дверях показался дворецкий. Он тоже запыхался, и на его лице застыло виноватое выражение.

– Миледи, извините, но…

– Все в порядке, Милхевен, – успокоила его Люси. – Похоже, леди Кассандра подловила меня.

Кэсс с торжествующей улыбкой взглянула на дворецкого. Милхевен поклонился обеим и ушел.

– Это научит его не пытаться снова догонять меня. – Кэсс грациозно пересекла комнату, сняла перчатки и уселась возле окна. – Должна сказать, что, по-моему, Шейкспьер все-таки поймал бы меня.

Люси не смогла удержаться и рассмеялась.

– Ох, нет, я не стала бы пытаться обогнать Шейкспьера. Даже на спор. Но не могу не признать, что знакомство со мной научило тебя дурным манерам, Кэсс. Удирать от дворецкого? Это больше на меня похоже.

Кэсс бросила перчатки на письменный стол и оперлась на него локтем, все еще пытаясь отдышаться.

– Хватит о бегстве от дворецкого. Ну так ты не станешь отрицать, что пряталась от меня последние три недели?

Поморщившись, Люси, бесцельно водившая пером по бумаге, заставила себя взглянуть на подругу.

– Не стану. Я вела себя ужасно. Ты сможешь простить меня? У меня нет оправданий.

– Спасибо за честность. – Кэсс улыбнулась. – Я тебя прощаю. Хотя ты не оставила мне другого выбора, как только выследить тебя, словно лису во время охоты. Потому что у меня есть для тебя кое-какие новости.

– Новости? – Люси мгновенно нахмурилась.

– Да. – В голосе Кэсс не слышалось ни малейшего намека.

Сердце Люси замерло. Пальцы нервно теребили перо.

– Вы с Дереком обручились. – Слова, сорвавшиеся с ее губ, ранили не так больно, как она ожидала. Она словно оцепенела. Подняв взгляд, Люси взглянула в лицо Кэсс.

– Что? – Кэсс покачала головой. – Нет.

– Нет? – Глаза Люси широко распахнулись.

– Нет.

– Если твоя новость не об этом, тогда о чем?… – Люси прижала ладони к щекам. – О боже. Кэсс, не может быть. Это Джулиан? Я никогда не прощу себе, если он умер, а я была такой ужасной подругой. Просто…

– Нет. Нет, Джулиан не умер.

Люси закрыла глаза и с облегчением вздохнула.

– Ох, я так рада. Ты получила от него весточку? Как его дела?

– Мои новости действительно касаются Дерека и Джулиана. – На губах Кэсс мелькнула легкая улыбка. И если Кэсс улыбалась, говоря о Джулиане…

Люси схватила подругу за руку и крепко сжала.

– В чем дело, Кэсс? Скажи мне.

Кэсс не смогла удержаться от смеха.

– Он возвращается домой, Люси! Джулиан возвращается домой!

Люси вылезла из-за письменного стола, опустилась перед Кэсс на колени и сжала обе ее ладони в своих.

– О, Кэсс, это чудесная новость. Он поправился?

На глазах Кэсс выступили слезы радости.

– Да. Пару недель назад он начал поправляться и благополучно выздоравливает, по сообщениям его докторов из Брюсселя.

Слезы подступили и к глазам Люси.

– Я не могу даже представить, как ты, должно быть, счастлива. Это прекрасные новости.

– Да. Я так счастлива, Люси. Дождаться не могу, когда же увижу его.

По лицу Люси пробежала тень.

– А как же Пенелопа? Он все еще намерен жениться на Пенелопе?

Кэсс кивнула.

– Ничего не изменилось. Но я пришла рассказать тебе о Дереке.

Люси мгновенно выпрямилась и выпустила из рук ладони подруги. Ей было невыносимо выслушивать о Дереке что бы то ни было. Она снова опустилась в свое кресло.

– Не думаю…

– Я хотела сказать, что окончательно порвала с его светлостью. Я сказала, что не могу выйти за него замуж.

– В самом деле? – Люси удивленно заморгала.

– Да, я это сделала.

– Когда?

– Перед самым отъездом из Бата. И к его чести следует заметить, он значительно облегчил мне эту задачу. Со времени возвращения в Лондон я не видела его до вчерашнего дня.

Люси была ошеломлена.

– Правда?

– Да, правда. И ты давно бы уже знала об этом, если бы не пряталась от меня все это время.

Люси прикусила губу.

– Мне так жаль.

Кэсс продолжала самым радостным голосом, какого Люси не слышала уже много недель.

– Герцог, я и моя мама пошли вчера вечером в театр. Мы отлично провели время, но знаешь, что я думаю? – Кэсс снова улыбнулась.

– Что? – выдохнула Люси.

– Я думаю, что он пригласил нас с мамой в театр только для того, чтобы разузнать о тебе.

Люси не сумела сдержать улыбки.

– Я так не думаю. Мы с ним не встречались с тех пор, как покинули Бат.

– Что же произошло между вами? – осторожно спросила Кэсс.

Люси прикусила губу. Довольно сложный вопрос.

– Ты что-то сделала? Что-то не то сказала? Заставила его подумать, что не хочешь больше его видеть? – предположила Кэсс.

– Да. – Люси кивнула. – Боюсь, я именно так и сделала. Но это не имеет значения. Скажи мне, почему? Почему ты порвала с Дереком, если Джулиан все равно собирается жениться на Пенелопе?

Кэсс похлопала Люси по руке.

– Ох, Люси, каждый заслуживает встретить такую любовь, какую я испытываю к Джулиану. И то, что я не могу соединиться с ним, не означает, что герцог не заслуживает любимую по своему выбору. Дерек меня не любит, а я не люблю его. Мы оба это знаем. Он заслуживает того, чтобы найти ту, с кем будет по-настоящему счастлив.

Сердце Люси едва не выскочило из груди.

– А как же ты?

Кэсс пригладила ладонями свои юбки, но тень улыбки все еще играла на ее губах.

– Думаю, мне нелегко будет привыкнуть к тому, что Пен и Джулиан женаты. Но со временем я смогу найти кого-нибудь, кто меня полюбит, кто не сможет жить без меня. Или будет так, или я уйду в монастырь. – Она захихикала. – Мне только нужно немного времени.

Кэсс решительно кивнула, но Люси не могла этому поверить. На этот раз она похлопала подругу по руке.

– Ты очень смелая, Кэсс. Тебе хватило отваги принять это решение и примириться с женитьбой Джулиана на Пенелопе. Но я все-таки думаю, что мы могли бы…

– Нет, – возразила Кэсс твердо, чего Люси никогда от нее не слышала. – Больше никаких твоих затей. Я отказываюсь разрушать помолвку моей кузины. Просто я счастлива, что Джулиан поправляется и я смогу снова увидеть его. Только это имеет значение. – Ее голубые глаза снова наполнились слезами.

Люси глубоко вздохнула.

– Хорошо. Я не стану вмешиваться. Пока. – Она не ждала, что Кэсс станет возражать против последнего слова. – Замечательно, что Джулиан возвращается домой. Но как насчет письма, которое ты написала ему? Он упоминал о нем? Думаешь, это как-то повлияет на его чувства?

Кэсс сделала глубокий вдох и посмотрела подруге прямо в глаза.

– Я не посылала ему это письмо.

Люси почувствовала себя так, словно ей снова всего восемь лет и она только что свалилась с яблони. Она была сражена наповал. Ее словно парализовало.

– Не посылала?

– Нет.

– Не понимаю. – Люси покачала головой. – Я же видела, как ты писала его. Наблюдала, как ты посыпала его песком. Ждала, пока ты разогреешь воск и запечатаешь его.

– Я знаю. Я все это сделала. Но не отправила его на почту, Люси. Я просто… – она посмотрела на свои ладони, – не смогла. И теперь понимаю, что это было правильное решение.

– Правильное решение? – эхом отозвалась Люси.

– Да. Не ты ли всегда побуждала меня бороться за себя, не делать только то, что мне говорят? Я чувствую огромное облегчение от того, что не отослала это письмо.

Люси снова схватила руку своей подруги и прижалась к ней лбом.

– Мне жаль, что я пыталась убедить тебя сделать это. В то время мне казалось, что это будет правильно. Ты сможешь простить меня и за это?

Кэсс крепко сжала пальцы Люси.

– Конечно, ты считала, что это будет правильно. И я люблю тебя за это Люси, правда, люблю. Мне не за что тебя прощать.

Высвободив руку из пальцев Люси, Кэсс хлопнула в ладоши.

– Послушай, хватит горевать из-за того, что мы не в силах изменить. Давай лучше обсудим кое-что гораздо более занятное и радостное.

Люси удивленно воззрилась на нее.

– Более радостное, чем возвращение Джулиана?

– Ну, может быть, не для меня, – с загадочной улыбкой ответила Кэсс.

– Тогда что это?

– Когда прошлым вечером герцог сопровождал меня и маму в театр, он все время говорил только о тебе.

Люси досчитала про себя до пяти. Пришло в конце концов время откровенно поговорить с подругой.

– Мне нужно кое-что тебе сказать, Кэсс.

Кассандра улыбнулась.

– Что ты безумно влюблена в герцога?

Люси опешила. Лицо Кэсс оставалось абсолютно невозмутимым.

– Откуда ты знаешь?

– Ох, Люси, это уже давно стало для всех очевидно.

Люси прижала пальцы к губам.

– Давно? В самом деле?

– Да. Мы с Джейн только ждали, когда ты сама наконец осознаешь это.

Люси хлопнула себя ладонью по лбу.

– Это и вправду так?

– Абсолютно. С самого начала, как только мы отправились в Бат, было ясно, что вы с Дереком больше подходите друг другу, чем я и он. По правде говоря, я уже со времени бала у Чеймберзов притворялась более беспомощной, чем на самом деле, чтобы дать вам возможность проводить друг с другом больше времени.

– С бала у Чеймберзов! – Люси широко раскрыла рот. – А как же венецианский завтрак у леди Хоппингтон? Ты сказала Дереку, что разрешаешь ему ухаживать за тобой.

Кэсс покачала головой.

– Это было не совсем честно с моей стороны, я знаю. Но я подумала, что это удачный способ удерживать тебя и Дерека вблизи друг от друга. Если бы я сказала, чтобы он оставил меня, он мог бы совсем исчезнуть из нашей жизни. И вы бы с ним больше никогда не увиделись.

Люси накрыла ладонь подруги своей и крепко сжала ее.

– Ты сделала это ради меня?

– Я готова ради тебя на все, Люси, – продолжала Кэсс. – Должна признаться, когда я получила письмо от Джулиана, оно смутило и расстроило меня. Я понятия не имела, что Джулиан так серьезно настроен в отношении моего брака с Дереком.

– Это можно понять, Кэсс.

Кэсс согласно кивнула.

– Но если бы Джулиан был здесь и увидел бы вас двоих, он понял бы, что так лучше. Он хотел бы, чтобы его друг был счастлив. Как и я желаю того же тебе.

– О, Кэсс, ты такая замечательная! Я очень горжусь тем, что мы с тобой подруги, – сказала Люси.

– Это чувство взаимно, – с улыбкой ответила Кэсс.

– Как мне сказать об этом остальным? – Люси вздохнула. – Гарретт знает?

– О тебе с герцогом? – Кэсс покачала головой. – Не думаю.

– Но вы с Джейн знаете?

– Конечно. Почему бы еще, по-твоему, я стала притворяться простуженной и просить тебя проводить с ним время? Не говоря уже о том, чтобы изображать слабохарактерную дурочку все время, пока он пытался ухаживать за мной. Я и вправду дурочка. Но очень надеюсь, что не такая уж бесхарактерная.

Люси удивленно раскрыла рот.

– Ты вовсе не дурочка, Кэсс. – Она подбоченилась. – Так ты притворялась простуженной?

– Вот именно. Джейн помогала мне накладывать румяна на нос, но притворные чихания исключительно моя заслуга. Я превосходно с этим справилась, да? И могу признаться, не слишком-то весело валяться в постели целые дни напролет.

– Не могу в это поверить. – Люси недоверчиво фыркнула. – Ты ненавидишь ложь.

– О, но ведь это была ложь ради благой цели, разве не так? Поэтому-то Джейн и скрывалась от тебя. Она боялась, что если ты застанешь ее одну, чтобы поговорить, то начнешь задавать слишком много вопросов, и она будет вынуждена признаться в обмане.

Люси укоризненно покачала головой.

– Вы обе. Мне следовало догадаться, что вы что-то затеяли, в особенности когда я подслушала, как ты сказала, что тебе приходится разыгрывать дурочку. Но я действительно верила, что ты нуждаешься в моей помощи, чтобы переубедить Дерека.

Кэсс в ответ улыбнулась.

– Я знаю, какая ты упрямая, Люси. Ты бы никогда не поняла, какая вы отличная пара, если бы я слегка не подтолкнула тебя.

– Я не могу в это поверить. – Люси покачала головой. – И Джейн знала об этом?

Кэсс кивнула.

– Ты сможешь когда-нибудь нас простить?

Люси искоса взглянула на нее и широко улыбнулась.

– Думаю, наверное, смогу.

– Если ты и вправду испытываешь к герцогу теплые чувства, я за тебя рада. – Кэсс подалась вперед и заговорщицки прошептала: – И знаешь, что ты, по-моему, должна сделать?

– Нет. Что?

– Я думаю, ты должна пойти к нему и сказать о своих чувствах.

Люси поморщилась.

– Я не уверена, что это хорошая идея. Не знаю, как он к этому отнесется.

– Почему?

Люси потерла ладонью лоб.

– Когда мы были в Бате, я сказала Дереку, чтобы он женился на тебе. А еще сказала, что больше не хочу его видеть.

– Что? Это же полная бессмыслица! – рассмеялась Кэсс. – Если бы мы поженились, тебе пришлось бы постоянно видеться с ним.

Люси покачала головой.

– Я не совсем ясно соображала. Знала только, что нужно держаться от него подальше. Я чувствовала себя такой виноватой, понимая, как растут и крепнут мои чувства к нему, в то время как он предназначен тебе. Я сказала даже, что откажусь от дружбы с тобой, чтобы вы двое могли счастливо пожениться.

Кэсс положила руку на стол.

– Ох, Люси. Это самая чудовищная нелепость, которую мне доводилось слышать. Ты поэтому так упорно пряталась от меня? Как я могла бы быть счастлива в браке, если бы из-за этого потеряла свою лучшую подругу?

Подруги склонились над столом и обнялись. По щекам обеих струились слезы.

– Я люблю тебя, Кэсс.

– Я тоже люблю тебя, Люси.

В конце концов они разжали объятия и вытерли слезы носовыми платками. Промокнув остатки влаги, Люси широко улыбнулась.

– Знаешь, думаю, я смогу сделать так, как ты предлагаешь. Сказать Дереку, как я к нему отношусь.

Лицо Кэсс омрачилось.

– Подожди, Люси. Сначала я должна сказать тебе еще кое-что.

Люси пристально посмотрела на подругу.

– Что?

– Мама, кажется, уверена, что Дерек все еще намеревается сделать мне предложение. Они с папой уже обсуждали это. Я сказала ей, чтобы она не питала надежды. Сказала, что уведомила герцога о том, что не выйду за него замуж. Но она ничего не хочет слушать.

Люси нахмурила лоб.

– Что ты имеешь в виду, говоря, что она ничего не хочет слушать?

– Очевидно, твоя тетушка Мэри написала ей из Бата и сообщила, как она рада, что герцог ухаживает за мной.

– О нет. – Люси поморщилась.

– Да. – Кэсс прикусила губу. – И после того как герцог вчера вечером пригласил меня и маму в театр, она еще больше уверилась, что он собирается сделать мне предложение. Я очень волнуюсь, что мама и папа не отступятся. Они даже написали Оуэну.

Люси встала, подошла к окну и выглянула наружу.

– И что, по-твоему, твоя мать намерена делать?

– Не знаю. Но думаю, что нужно предупредить герцога. Не хочу, чтобы его застали врасплох, если папа попытается поговорить с ним.

Люси прикусила кончик пальца и снова обернулась к подруге.

– Думаешь, твой отец это сделает?

Кэсс покачала головой.

– Не знаю. Я написала Дереку письмо. – Она достала из ридикюля конверт и положила на письменный стол Люси. – Я намеревалась завтра утром отправить с ним служанку. Не знаю, что еще я могу сделать кроме этого. Разве что попытаться снова поговорить с родителями.

Люси скрестила руки на груди, но выдавила улыбку. Какой смысл беспокоиться о том, что может и не случиться. Не так ли?

– Будем надеяться, что до этого не дойдет.

– Да. – Кэсс улыбнулась в ответ.

Люси взяла письмо и застенчиво предложила подруге:

– Знаешь, я могла бы сегодня вечером отнести это письмо Дереку, если не возражаешь.

Глава 48

Люси вылезла из кареты своего кузена, быстро пробежала по вымощенной камнем дорожке и взлетела по лестнице к дверям городского особняка Дерека, перескакивая через две ступеньки. Постучав в дверь, она ждала, нервно потирая руки, когда чертов дворецкий ей откроет.

– Его светлость дома?

– Да, миледи, но…

Люси не стала ждать приглашения войти. Она просто ворвалась внутрь. С того момента, как она узнала, что Дерек и Кэсс давно не встречались, что Кэсс отказалась выходить за него замуж и что они на самом деле не обручены, Люси захотелось увидеться с ним. Время приближалось к ночи. Ведь, прежде чем улизнуть из дома, ей пришлось дожидаться, пока Гарретт и тетя Мэри пойдут спать. Люси щедро заплатила конюхам, чтобы они заложили для нее карету и не сказали об этом ее кузену. К дому герцога Люси удалось добраться намного позже допустимого для визитов времени, но это беспокоило ее меньше всего.

– Где он? – Лучше бы дворецкому не чинить ей препятствий. В своем теперешнем состоянии она могла бы наброситься на него с кинжалом и победить. Не то чтобы у нее был при себе кинжал, не в этом дело.

Задавака Хьюз взглянул на нее свысока.

– Его светлость удалился в спальню на ночь. Рад буду принять от вас визитную карточку и…

– Нет! – Люси решительно направилась к лестнице. Он в спальне? Прекрасно. Ох, похоже, это будет скандалом года, но ей было наплевать, что подумает Хьюз. Она быстро взбежала по ступенькам и принялась открывать все двери подряд, однако безуспешно. Наконец осталась только одна в конце коридора.

Взявшись обеими руками за ручку, Люси распахнула дверь и увидела Дерека. Он сидел в постели на другом конце комнаты, со взъерошенными волосами, в полураспахнутом темно-зеленом шелковом халате, открывавшем взгляду его мускулистую грудь. В руках он держал книгу. Он читал, надев очки в серебряной оправе, придававшие его лицу особое очарование. К тому же он, очевидно, не брился, и при виде темной щетины на его щеках Люси едва не упала в обморок. Тяжело дыша, она застыла на пороге. Дверь, в которую она ворвалась, с треском ударилась о стену.

Дерек с изумлением поднял брови.

– Вот уж поистине непредсказуемый сюрприз.

Люси медленно затворила дверь, заперла ее и заставила себя подойти к нему.

– У меня ярко выраженная склонность к непредсказуемым поступкам, ваша светлость.

Улыбка тронула его твердо очерченные губы.

– Кто бы сомневался. Чем я обязан удовольствию видеть вас в моей спальне, мисс Апплтон?

Люси плотно сжала губы, чтобы сдержать улыбку. Как же она соскучилась по этому обращению, которым он поддразнивал ее. Чтобы взять себя в руки, она сделала глубокий вдох.

– Почему вы не сказали, что больше не ухаживаете за Кэсс?

Он откинулся на подушки, сняв очки и положив их на прикроватную тумбочку.

– Во-первых, я полагал, что об этом вам скажет Кассандра, а во-вторых, когда мы разговаривали с вами в последний раз, вы ясно дали понять, что не хотите иметь со мной ничего общего.

Люси пробежалась ладонью по покрывалу возле его бедра.

– Я не хотела иметь с вами ничего общего только в том случае, если бы вы ухаживали за Кэсс.

Дерек возмущенно застонал.

– Это вы настаивали, чтобы я ухаживал за Кассандрой. Вы потребовали, чтобы я на ней женился, если я правильно помню.

Она осторожно коснулась его руки.

– Я думала, что этого хотели Джулиан и Кэсс.

Он склонил голову набок и криво улыбнулся.

– Кого интересует, чего хотят Джулиан и Кассандра, черт побери? А как же насчет вас и Беркли?

– Мне нет дела до Кристиана.

– Вчера возле театра мне так не показалось.

– Это ничего не значит. – Она пожала плечами. – Мы почти не разговаривали.

– Да, еще бы, нелегко приходится парню, который вынужден поручать другому писать за него письма.

Люси пристально посмотрела ему в глаза.

– Что вы хотите этим сказать?

– Познакомьтесь с автором писем от вашего возлюбленного лорда Беркли. – Хотя Дерек сидел, он изобразил подобие поклона, подавшись вперед.

Люси была потрясена.

– Так это вы писали те письма?

– Да. А вы поцеловали Беркли.

– Может, я и целовала его, но думала в это время о вас. – Ее не остановил вид его смягчившегося при этих словах лица. – Как вы могли? Как вы могли выдавать себя за кого-то другого?

Он с невинным видом заморгал.

– Наверное, я вспомнил, как кое-кто прятался за живой изгородью, а затем говорил с балкона за другую. Я бы сказал, мы в расчете, любовь моя.

Слова «любовь моя» ошеломили ее. Она осеклась и уставилась на него. А затем вдруг начала смеяться. Люси все смеялась и смеялась, пока слезы не покатились по щекам. Все это было ужасно смешно и нелепо.

– Ох, Дерек, если бы я не знала, что все так и случилось на самом деле, я бы подумала, что все мы всего лишь персонажи какой-то забавной комедии.

Он тоже рассмеялся, и, когда смех утих, они оба застыли в молчании, смущенно и настороженно глядя друг на друга.

Люси отбросила со лба прядь выбившихся волос, мучительно пытаясь сообразить, что бы такое сказать, чтобы сгладить неловкость.

– Вы знаете, что Джулиан поправляется? Скоро он вернется домой.

Его пальцы коснулись ее руки, отчего по телу Люси прокатилась волна жара.

– Да. Об этом рассказали мои братья, на днях возвратившиеся с континента. Я был безумно рад услышать эти новости. И не только потому, что он выжил.

– Почему же еще? – спросила она.

Дерек протянул руку и погладил ее обнаженное предплечье. Люси охватила дрожь.

– Как только Джулиан вернется, у меня появится возможность объяснить ему, как решительно отвергла меня леди Кассандра. Тогда я смогу жениться на леди, которую чертовски хочу.

Несмотря на ругательное слово, Люси не смогла удержаться от улыбки. Она широко раскрыла глаза.

– На мне?

– Да, на тебе. – Он согнул палец и поманил ее к себе.

Люси подалась вперед.

– Ближе, – сказал он, снова поманив ее пальцем.

Она наклонилась чуть ниже.

– Еще ближе, – потребовал он.

– Как близко? – Ее дыхание овевало его лицо.

– Достаточно близко, чтобы поцеловать меня, – страстно прошептал он.

Ее губы находились всего на волосок от его рта.

– Вот так? – прошептала она, слегка коснувшись губами его губ.

Их губы снова встретились. Один раз. Второй. Затем он притянул ее к себе. Ее груди тесно прижались к его обнаженной груди. Его горячий рот властно завладел ее губами, проникнув языком в глубину ее рта.

Этот возбуждающий поцелуй потряс Люси до самых потаенных глубин ее существа. Сердце переполнилось радостью, растекавшейся горячими волнами по всему ее телу. Сейчас они займутся любовью. Здесь, сегодня, в спальне Дерека. И Люси безумно этого хотелось.

Поспешно отложив книгу в сторону, Дерек повалил Люси на себя.

– Не могу дождаться, когда ты станешь моей, – прошептал он возле ее рта. Их губы снова слились в жарком, пламенном поцелуе. Люси была уверена, что сгорит от вожделения, превратившись в горстку золы на его дорогом покрывале.

Дерек властно завладел ее ртом, исследуя его, диктуя свою волю. Люси не могла им насытиться. Она сплетала свой язык с его языком, ее ладони блуждали по его крепким плечам, все еще прикрытым халатом. Его сильные руки по-собственнически стянули с нее перчатки и принялись расстегивать пуговицы на платье. Вскоре она осталась только в сорочке и корсете, тяжело дыша, не в силах оторваться от его губ.

Люси знала, что все так и произойдет. Яростно, неудержимо. Они оба пытались взять руководство на себя. Но очень скоро Люси поняла, что предводительствовать в постели всегда будет Дерек. Дрожь вожделения сотрясала ее. «Возьми меня». Эта мысль всецело овладела ее сознанием. Люси безоговорочно подчинялась его умелым рукам. Дерек крепко прижал ее к себе и, перевернув на спину, склонился над ней. Люси глубоко вздохнула. Заниматься любовью с мужчиной, таким прекрасным и замечательным, как Дерек, – это превосходило все ее самые смелые мечты.

Дерек наклонил голову и снова поцеловал ее. Затем еще раз. Она попыталась притянуть его к себе ближе, но он уперся локтями в матрас по обе стороны от ее головы, удерживаясь на весу.

– Подожди немного, любимая, – сказал он и откатился на край кровати. Затем встал, подошел к камину и загасил свечи. Комната погрузилась в темноту. Люси едва различала его фигуру в слабом свете единственной оставшейся свечи возле кровати. Люси улыбнулась. Должно быть, он сделал это, чтобы не оскорбить ее скромность. Люси прижала пальцы к губам. Хотя она и вправду немного стеснялась, предвкушая, как Дерек снимет с нее всю одежду до последней детали, ей хотелось увидеть его полностью обнаженным. И хотелось гораздо сильнее, чем она готова была признать. А погашенные свечи не могли ей ничем помочь. Ах, ну ладно, у нее впереди целая жизнь, чтобы изучить его тело. Она глубоко вздохнула в предвкушении. Целая жизнь. Они скоро поженятся.

Дерек быстро вернулся в постель и, стянув халат со своих плеч, швырнул его на пол. Люси удалось только мельком оценить великолепие его крепкого тела. Он весь состоял из твердых мускулов. Люси заметила один шрам у него на плече, а другой – возле талии. И… она лишь на мгновение опустила взгляд ниже – однако с уверенностью могла заключить, что все, что полагается, у него действительно значительного размера. Дерек скользнул в постель и быстро накрыл ее тело своим. Ее корсет исчез в одно мгновение. Дерек приподнялся на локте и пробежался пальцем вдоль выреза ее сорочки. Он едва сдерживался, рискуя потерять контроль над собой, и Люси это очень нравилось. Она чувствовала его нетерпение и, поскольку обычно он был человеком выдержанным и прекрасно владел собой, упивалась этим.

– Знаешь, как безумно мне хочется сорвать с тебя эту вещь? – хрипло спросил он.

По ее телу пробежала нервная дрожь.

– Насколько безумно?

– Неизмеримо. – Он стиснул зубы.

Она поцеловала его в ухо. Он вздрогнул.

– Почему же ты этого не делаешь?

– Не искушай меня. – Голос его звучал слегка неровно.

– Что за беда, если и разорвешь?

Он потерся носом о ее нос и поцеловал его кончик.

– А что ты наденешь, когда пойдешь домой?

– Мое платье еще в порядке, разве нет? – Люси обвила руками его шею и горячо поцеловала в губы.

Дереку потребовалось время, чтобы прийти в себя после ее поцелуя и умудриться произнести:

– Не хочу, чтобы будущая герцогиня Кларингтон была вовлечена в громкий скандал. – Он усмехнулся возле ее губ.

– Уже слишком поздно. – На этот раз она поцеловала его в кончик носа. – Кроме того, что за беда, если она была со своим собственным мужем?

– Мне нравится, как это звучит. – Он уткнулся носом ей в ухо.

– У меня есть идея, – сказала Люси.

Он поцеловал ее в шею и застонал. Затем указал на ее сорочку.

– Лучше бы тебе снять эту вещицу как можно скорее.

– Правильно, но лишь наполовину, – с напускной скромностью сказала Люси. Она выскользнула из кровати и повернулась лицом к Дереку. Герцог наблюдал за ней потемневшими глазами.

– Что ты делаешь?

– Я собираюсь снимать сорочку, а ты будешь смотреть.

Его зеленые глаза ярко вспыхнули.

Люси сделала глубокий вдох. Что на нее нашло? Она вдруг ощутила себя проказливой девчонкой-сорванцом. Она представления не имела, что делает. Знала только, что хочет доставить ему удовольствие. Доставить удовольствие и немного подразнить. Но, судя по выражению его глаз, затея ему понравилась. И очень.

Он просил ее сделать это быстро. Она собиралась поступить совсем наоборот.

Люси начала с того, что подняла сорочку чуть выше колен.

– Как мне следует снимать ее? – спросила она его. – Сбросить через голову или спустить через ноги? – Тонкая ткань соблазнительно собралась складками в месте соединения ее бедер. Люси придерживала ее именно там.

Дерек вытер ладонью вспотевшее лицо.

– Господи помилуй.

Она подтянула сорочку еще выше, чтобы стало полностью видно ее гладкое бедро, и сразу опустила подол. Дерек застонал.

– Передумала?

– Я еще не решила. – Люси стыдливо улыбнулась.

Она нагнулась, опершись ладонями о матрас и открыв его взгляду вид округлых грудей, соблазнительно упирающихся в тонкую ткань сорочки. Глаза Дерека были прикованы к этому месту.

Люси поднесла руку к одному из рукавов, прикрывающих плечи.

– Может, так будет лучше?

Она медленно спустила сорочку с плеча. Дерек закрыл глаза и снова застонал, но на этот раз коротко.

– Мне нравится то, к чему ты ведешь.

Люси выпрямилась и все так же медленно спустила с плеча второй рукав. Затем высвободила обе руки, продолжая придерживать сорочку, прикрывая ею груди.

Дерек снова вытер лицо ладонью.

– Я пережил Ватерлоо, но теперь, боюсь, пришла моя смерть.

Люси погрозила ему пальцем.

– Ай-ай-ай, ваша светлость. Проявите терпение.

Она перевернула сорочку застежкой назад, затем завела руку за спину и развязала тесемки, после чего освободилась от своего наряда, по-прежнему придерживая тонкую ткань перед собой, та прикрывала груди и свисала дразнящей завесой перед ногами. Люси бросила на Дерека знойный взгляд и с восторженной гордостью увидела, как вспыхнули от жгучего желания его глаза.

– Я больше не вынесу, – простонал он, схватил Люси за руку и мощным рывком затащил к себе в кровать. Ухватив ее сорочку обеими руками, он вырвал тонкую ткань из рук Люси, разорвал на части и выбросил на пол кучкой бесполезного хлама. Люси ошеломленно ахнула.

– Я куплю тебе другую. Куплю сотню других. Но я сейчас же должен получить тебя.

Она обвила его шею руками.

– Как пожелаете, ваша светлость.

Дерек приподнялся на локте, чтобы беспрепятственно созерцать роскошное, зрелое тело Люси. Она была совершенной, прекрасной. Истинная мечта мужчины. Ее груди были полными и округлыми. Он обхватил их обе ладонью, любуясь ими, упиваясь их восхитительной тяжестью. Ее длинные белые ноги были стройными и прямыми. Бедра в меру полными и соблазнительными.

– Боже, как ты прекрасна, – прошептал он возле ее уха.

– Как и ты, – ответила она, когда его губы снова прильнули к ее губам.

Он улыбнулся возле ее лица. Затем прервал поцелуй и, слегка отстранившись, заглянул, казалось, прямо ей в душу.

– Твои глаза. Они уникальны. Я люблю их.

– Я всегда считала, что из-за них я отличаюсь от всех остальных. Они мне не нравятся.

– Они действительно делают тебя непохожей на других. Но в этом и состоит их очарование. Они как ты. Как зеркала, отражающие твой внутренний мир. Ты всегда разная, и, в зависимости от настроения твои глаза меняют цвет. Ты знаешь об этом?

– Нет, – сказала она, покачав головой.

– Когда ты радуешься, они светлые.

– А когда я злюсь? – с улыбкой спросила она.

– Они становятся темными и яростными.

– Яростными?

– Может, и не яростными.

– А какие тебе нравятся больше?

Он снова поцеловал ее.

– Такие, как сейчас.

– И какие же? – еле слышно прошептала она.

– Прекрасные, устремленные на меня. Сияющие.

Люси крепче сжала руки, обвивающие его шею, и поцеловала Дерека.

Он отстранился и снова заглянул ей в глаза, отыскивая признаки боязни или сомнения.

– Люси, ты никогда…

Люси удивленно взглянула на него. Он что, и вправду спрашивает ее, девственна ли она?

– Нет, никогда.

На лице его появилось смешанное выражение облегчения и страдания. Он снял ее руку со своей шеи и поцеловал пальцы.

– Я не хочу причинить тебе боль, любимая.

Она протянула руку и кончиком пальца провела по его темной брови.

– Ты не можешь сделать мне больно.

Он снова припал к ее губам, сплетаясь с ней языком, разжигая огонь, пылавший внизу ее живота. В этот момент она могла думать только о том, как хочется ей ощутить его руку там, в самом интимном месте между ног, жаждущем его прикосновений.

– Я собираюсь сделать это приятным для тебя, – пообещал он и, нырнув головой под прикрывавшую ее простыню, принялся ласкать ее обнаженное тело. Сначала он остановился на ее грудях, сжимая ладонью одну и одновременно отыскивая языком розовую вершинку другой. Обхватив губами чувствительный бутон, он потянул его, слегка прикусив зубами.

Люси не смогла сдержаться и дугой выгнула спину. Что бы он там ни делал, она не хотела, чтобы он останавливался. Вцепившись пальцами в его темные волосы, она притянула его голову к себе.

– Дерек!

Он потянул пальцами ее второй сосок и провел по нему ногтем. Это в сочетании с опьяняющим ощущением его рта, продолжавшего ласкать другую грудь, заставило Люси застонать.

– Дерек, – снова вскрикнула она, не выпуская из пальцев его волосы.

Его горячее дыхание обжигало ей грудь.

– Я могу заставить тебя вознестись к вершинам блаженства подобным образом, ты знаешь это?

Люси обезумела от желания. Она не совсем поняла, что он имел в виду, но отчаянно хотела это выяснить.

– Мм-м. Хм-м. Это обещание? – с надеждой прошептала она.

Он прикусил чувствительную вершинку ее груди.

– Не провоцируй меня.

– Но мне нравится тебя провоцировать, – прошептала Люси, задыхаясь и откинув назад голову.

Она кожей ощутила его улыбку.

– Давай испробуем двадцать способов доставить тебе удовольствие. Хорошо? Я начну с одного из самых лучших.

Люси задрожала. Она едва не подскочила, когда его щетинистый подбородок оцарапал нежную кожу ее живота. О господи, куда это он направляется?

– Я мог бы доставить тебе блаженство просто вот так, – повторил он, теребя ее сосок между большим и указательным пальцем. – Но намереваюсь сделать кое-что получше.

Люси не пришлось долго гадать, что он имел в виду. Его горячее дыхание опалило кожу в месте соединения ее бедер. О господи. Он собирался… «О, мой Бог, да!» Кончик его языка проник в расщелину между ее ногами, и Люси вздрогнула. Все ее тело сжалось и затрепетало. Его ладони скользнули вниз и обхватили ее бедра, удерживая на месте.

Дерек почувствовал, когда напряжение оставило ее. Это случилось после третьего глубокого погружения его языка. Ощущение ее теплого тела, ее запах, ее вкус сводили Дерека с ума. Его бедра непроизвольно двигались, имитируя соитие. Он безумно хотел ее. Он не мог вспомнить, когда в последний раз до такой степени сгорал от желания. Но для Люси это происходило впервые. Может, вне постели она и была склочной упрямицей, может, и дразнила его, искушала и мучила, но она была девственницей. И он не мог просто взять ее побыстрее, как ему бы хотелось. Нет, он должен был позаботиться, чтобы это событие стало для нее незабываемым. Ведь он хотел, чтобы она приходила к нему и дальше. Дерек улыбнулся собственной мысли.

Продолжая ласкать языком, Дерек отыскал самое чувствительное местечко ее естества и лизнул его кончиком языка, затем еще раз, еще и еще. Люси высоко вскидывала бедра, едва не падая с кровати. Его рот преследовал ее, требовательный, неотступный. Теперь Дерек сжимал ее запястья, пригвоздив их к матрасу возле ее бедер. Она пыталась высвободить руки из захвата, но Дерек не позволял ей.

– Не спеши, – прошептал он возле темных опьяняющих завитков.

– Я хочу прикасаться к тебе, – простонала она, снова пытаясь освободить руки.

– Любимая, если ты сейчас прикоснешься ко мне, я взорвусь.

Она прикусила губу и снова задрожала.

– Я и хочу заставить тебя взорваться.

Он улыбнулся возле ее теплого бедра.

– Сначала ты. – Он снова принялся за дело, безжалостно терзая языком горячую влажную плоть. Один раз, другой. Язык все кружил и кружил вокруг чувствительного бутона. Дерек знал, что это неминуемо приведет Люси туда, куда он и стремился ее отправить. Ее груди вздымались и опускались под простыней в такт движениям. Ставшие вдруг необычайно чувствительными соски болезненно терлись о мягкое полотно. Все, что касалось ее кожи, стало для нее пыткой, мучительной пыткой, ведущей к одной-единственной точке между ног, где сосредоточились в этот момент все ее ощущения. Тело ее напряглось. Люси слегка сжимала голову Дерека коленями, а ее бедра неосознанно двигались в такт с мучительными прикосновениями его языка. Дерек настойчиво продолжал ласкать ее снова, снова и снова, пока Люси не вскинула бедра, подхваченная стремительным вихрем самых невероятных эмоций в своей жизни. Из ее горла вырвался пронзительный крик, когда мощный взрыв чувств потряс ее до самых глубин существа, оставив содрогающейся в конвульсиях, пока волны величайшего наслаждения прокатывались по ее полностью удовлетворенному телу.

Дерек держал Люси в объятиях, пока ритмичные содрогания не утихли. Тогда он вытер слезы с ее глаз и откинул потные пряди волос с ее лба. Потершись носом о ее нос, он страстно поцеловал Люси.

– Ну и как тебе? – Он заглянул в ее потрясенные глаза.

На ее прекрасном лице расцвела кошачья улыбка.

– Я никогда не испытывала ничего подобного. Никогда.

Он поцеловал ее в гладкое плечо.

– Рад это слышать.

Люси шутливо шлепнула его по плечу. Она все еще тяжело, учащенно дышала.

– Серьезно, Дерек. Я понятия не имела, что такое возможно. Если бы я знала, что ты способен на… это, я бы поцеловала тебя, вместо того чтобы спорить в тот первый вечер, когда мы встретились.

Дерек расхохотался.

– Ну уж в этом я сильно сомневаюсь.

– Правда, – сказала она, вытирая лоб тыльной стороной ладони. – Это было просто изумительно.

Улыбка Дерека расплылась от уха до уха.

Глаза Люси широко распахнулись.

– О нет. Выходит, сейчас я подпитываю твою самонадеянность.

– Что? Мужчине не дозволено погреться в лучах восхищения его умением заниматься любовью?

Люси прикусила губу, озабоченная чем-то еще.

– Дерек, ты хотел бы… чтобы я сделала то же самое для тебя? – спросила она немного смущенно. Люси прикрыла лицо простыней, оставив только глаза, и вопросительно взглянула на него.

Дерек вздрогнул.

– О боже, Люси. Не думаю, что смогу выжить, если ты сделаешь это со мной сейчас. Когда-нибудь? Да, черт возьми. Но сегодня я хочу только доставить удовольствие тебе.

Он перекатился на нее, и она обвила руками его шею.

– Я хочу, чтобы ты сделал меня своей, Дерек. Во всех отношениях.

Он снова поцеловал ее в губы со всей сжигавшей его страстью. Затем раздвинул ей ноги коленом, и его распаленное естество скользнуло между ее бедер, отыскивая жаркую влажность. Он осыпал поцелуями ее веки, ее щеки, ее ухо, ее шею.

– Прости меня, любимая, – прошептал он и вонзился в нее.

Люси слегка охнула при этом вторжении, но резкий дискомфорт быстро прошел. Страдальческое выражение лица Дерека огорчило ее значительно больше, чем легкое неудобство, которое она испытала.

– Не расстраивайся так, – сказала она, целуя его в шею.

– Я сделал тебе больно? – задыхаясь, спросил он.

– Со мной все в порядке.

Каким-то образом Дерек понял, что Люси не будет слишком переживать по этому поводу. Может, у нее и была рапира вместо языка, но Люси была честной и искренней. И прямодушной. И Дерека это безмерно восхищало.

Он поцеловал ее в кончик носа.

– Я люблю тебя, – прошептал он и начал мерно и неторопливо двигать бедрами, заставив Люси снова сгорать от желания, истекая влагой.

– Я люблю тебя, – снова прошептал он через некоторое время, как раз перед тем как взорвался внутри нее и в изнеможении рухнул, полностью удовлетворенный и счастливый.

– Я тоже люблю тебя, Дерек, – прошептала в ответ Люси.

Глава 49

Люси повернулась на другой бок и посмотрела на великолепного мужчину, мирно спавшего с ней рядом в лучах восходящего солнца. Сказать по правде, она уже выбиралась из кровати и на цыпочках подходила к окну, чтобы раздвинуть занавески и лучше разглядеть Дерека. Затем она поспешно вернулась в постель и скользнула под простыню, слегка смущенная собственной наготой. Однако Дереку нечего было стесняться. Он напоминал Адониса. Люси могла бы любоваться им целый день.

Он вытянул руки над головой и во сне повернулся к Люси лицом. Она внимательно наблюдала за ним. Она открывала в нем много нового и восхитительного, вдобавок к тому, что он был абсолютно неподражаем в постели. Так, например, она впервые заметила, что его темные волосы слегка завиваются. Откинувшись на подушку, она пристально рассматривала его. Его совершенно прямой нос, его чувственный рот, сильные крепкие плечи, такие мускулистые и… о-ох. Она увидела глубокий шрам на его правом плече, без сомнения, полученный в одном из многочисленных сражений.

Дереку удалось выжить на войне. Эта мысль вырвала ее из беспредметного созерцания. Дерек был рожден в самой обычной семье и сумел стать выдающимся военачальником. Он был выдающимся во всех отношениях. Необыкновенным. Необыкновенно красивым. Люси прикрыла улыбку ладонью, а затем протянула руку и пробежалась кончиком пальца вдоль полоски волос, спускавшейся вниз по его животу.

Было время, когда она считала, что Дереку не место среди аристократов. Но теперь поняла, как он благороден. Дерек пережил ад войны, провел свои войска сквозь огонь сражений и победил. Он был поистине благородным. Гораздо благороднее многих изнеженных представителей высшего общества, которые в жизни не совершили ничего выдающегося, разве что родились в своих привилегированных семьях.

Дерек сказал прошлой ночью, что любит ее. Сказал это, когда был глубоко в ней, заставляя Люси чувствовать такое, чего она не испытывала никогда прежде. Неужели это может быть правдой? Неужели этот выдающийся, необыкновенный мужчина действительно любит ее? Сколько времени ей потребуется, чтобы привыкнуть к этой мысли? Она сказала, что тоже любит его. И любила его в самом деле. Любила без памяти. Ей нравилось в нем все. Его преданность друзьям. Его отказ отступать. Его юмор в ответ на ее грубости. Его прекрасное лицо, его отвага и героизм. Не говоря уже о том, как он искусен в постели. Люси глубоко вздохнула с лукавой улыбкой.

Дерек повернулся к ней и приоткрыл один сияющий глаз.

– Доброе утро.

– Доброе утро, – ответила Люси, лежа на спине рядом с ним.

Он обвил рукой ее талию и притянул к себе. Люси повернулась в его руках и прижалась к нему спиной. Ей было уютно в его объятиях.

– Как спалось? – спросил он.

Она едва не задохнулась.

– Хм-м, мы не слишком-то много спали?

– Хм-м. Пожалуй, ты права. – Он поцеловал ее в затылок. – Интересно, который сейчас час?

– Едва рассвело. – Люси вздохнула.

– Боюсь, твоей репутации уже нанесен ущерб. Поэтому не вижу смысла покидать постель до утра. Я распоряжусь подать сюда поднос с завтраком.

Люси повернула голову, чтобы увидеть его.

– Нет! Я не могу оставаться здесь.

– Почему? – спросил он с медленной чувственной улыбкой.

– Почему? Я и так уже, вероятно, стала скандалом года, посреди ночи заявившись без сопровождения к тебе в дом. И мне еще предстоит как-то отсюда выйти.

Он откинул волосы с ее лица и погладил по щеке.

– Мои слуги никогда бы не стали порочить имя или репутацию будущей герцогини Кларингтон.

Люси мгновенно осеклась. Будущей герцогини Кларингтон? Ее. Она – будущая герцогиня Кларингтон. Звучало поразительно, но это была чистая правда. Люси широко улыбнулась.

– Я немного проголодалась.

Дерек засмеялся и перекатился на нее. Затем страстно поцеловал в губы.

– Ты прекрасна.

– Ты уже говорил об этом. Только я тебе не совсем верю.

Он посерьезнел.

– Люси, о чем ты говоришь?

– Я знаю, что мне не сравниться с Кэсс. Она такая… безупречная. А я только хотела бы знать… – Она в замешательстве умолкла. Что она хотела сказать? «Я только хотела бы знать, будешь ли ты меня любить и дальше? Или разлюбишь, если я вызову твое недовольство? Как поступили мои родители, когда умер Ралф?»

Его пристальный взгляд был устремлен прямо ей в душу.

– Кэсс прекрасна, это правда. Но не прекраснее, чем ты. Ты просто бесподобна. Я подумал так в первую же нашу встречу.

Она удивленно заморгала.

– На балу у Чеймберзов?

– Да.

– Нет, не может быть. – Она смотрела на него с недоверием.

– Именно так и было. Я подумал, как неудачно, что такая прекрасная леди так решительно меня возненавидела.

Улыбка на лице Люси угасла.

– Я вовсе не ненавидела тебя, Дерек, правда. Я только хотела помочь Кэсс.

Дерек кивнул и поцеловал ее в щеку.

– Я знаю.

Люси откашлялась и покраснела. Она повернулась на бок и обвила Дерека рукой.

– Разве ты не говорил что-то насчет двадцати способов доставить мне удовольствие?

Он ответил ей плутоватой улыбкой.

– Ах да. Полагаю, нам осталось испробовать еще девятнадцать.

Люси рассмеялась и куснула его в шею.

– Обязательно, ваша светлость. Давайте начнем.

Глава 50

Люси, подбоченясь, стояла перед открытым гардеробом, критически рассматривая его содержимое. Что из одежды она может сохранить, как новая герцогиня Кларингтон, а от чего необходимо избавиться. Ох, тут ей потребуется помощь Кэсс. Люси всегда было наплевать на моду, как и ее подруге Джейн. Джейн не раз говорила, что стала бы монахиней ради простоты одежды и отсутствия надобности покупать украшения, если бы это не было связано со всем религиозным вздором, который она не могла принять.

К счастью, ранним утром Люси удалось проскользнуть к себе в дом так, что Гарретт и тетя Мэри ее не заметили. Она уже собиралась махнуть рукой на разборку одежды и отправиться на поиски Кэсс, как вдруг раздался громкий стук в дверь.

– Кто там? – спросила она.

– Это я, – послышался нежный голосок Кэсс.

Люси поспешила к двери и открыла ее. Как вовремя.

– Входи, дорогая. Я просто рассматривала…

Люси захлопнула рот. Кэсс стояла в коридоре мертвенно-бледная, ломая руки.

– Ох, Люси, ты должна немедленно пойти со мной.

Сердце Люси подпрыгнуло до самого горла.

– Что случилось, Кэсс?

– Мама и папа отправились в особняк герцога требовать, чтобы он сделал мне предложение. – Слова срывались с губ Кэсс, подобно воде, прорвавшейся сквозь плотину.

Ладонь Люси взлетела к горлу.

– Нет!

– Да. – Кэсс кивнула, и ее белокурые локоны запрыгали на висках. – Это ужасно. Я в отчаянии. Боюсь, если мы обе не пойдем и не попытаемся объяснить, как обстоят дела, папа заставит Дерека сделать мне предложение, а я этого не вынесу. Ты должна пойти со мной, Люси. Должна мне помочь.

Люси поспешно закивала и указала на коридор.

– Конечно, пойдем.

Подруги быстро сбежали с лестницы в холл, где Люси торопливо набросила на плечи накидку и надела шляпку. Затем они поспешили к карете, в которой приехала Кэсс.

Их настойчивый стук в дверь особняка Дерека был встречен монотонным голосом Хьюза.

– Да?

– Мы должны немедленно поговорить с его светлостью, – сказала Люси.

К счастью, дворецкий повел себя так, словно никогда не встречал Люси прежде.

– В данный момент его светлость уже занят с посетителями.

– Мы знаем! – Кэсс протиснулась мимо представительного дворецкого. Люси была поражена ее напористостью.

Хьюз смотрел на них так, словно они обе были уличными оборванками, прорвавшимися на кухню и требующими объедков. Но под нажимом он все же проводил их в гостиную, где лорд и леди Морланд уже разговаривали с герцогом. Люси и Кэсс ворвались в комнату, но остальные присутствующие, похоже, даже не заметили их.

Дерек с каменным лицом стоял возле камина, опершись рукой о каминную полку.

Леди Морланд, высоко задрав нос, сидела на кушетке. Лорд Морланд, расхаживая туда-сюда по роскошному ковру, почти кричал на герцога.

– Я не позволю так бесцеремонно обойтись с моей дочерью.

На щеке Дерека задергался мускул.

– Милорд, если вы соблаговолите рассуждать разумно…

Лорд Морланд ухватился за лацканы своего сюртука.

– Я все это время вел себя разумно, Кларингтон. Более чем разумно, дожидаясь, пока вы сделаете предложение моей дочери. Я требую, чтобы вы поступили правильно.

– Да, мы были совершенно уверены, что вскоре последует предложение, – сказала леди Морланд, промокнув вспотевший лоб носовым платком.

– Я уверен, если мы все разумно обсудим… – продолжал Дерек.

– Время для обсуждений вышло, – почти выкрикнул отец Кэсс.

Кэсс сделала глубокий вдох и выступила вперед.

– Мама, папа, я знаю, вы оба думаете, что действуете во благо. Но вы совершаете ужасную ошибку.

Родители обернулись и уставились на дочь.

– Хватит, Кассандра. Ты долгое время не проявляла здравомыслия.

Кэсс умоляюще протянула руки к матери.

– Мама, пожалуйста. Я не выйду замуж за герцога.

Ее отец так резко стиснул челюсти, что у него затряслись щеки.

– Ты не знаешь, о чем говоришь, юная леди.

Кассандра гордо вздернула подбородок.

– Нет, отлично знаю. Я заявляю, что отказываюсь выходить за него замуж.

– Ты выйдешь за него, и покончим с этим, – продолжала настаивать ее мать. – Капитан Свифт собирается жениться на твоей кузине. Не питай ложных надежд по этому поводу. Кроме того, он второй сын и никогда не получит титула.

Последнее замечание заставило Дерека приподнять брови.

Кэсс еще выше вздернула подбородок.

– Я не питаю ложных надежд, мама. Поверь мне. Но это не означает, что я должна разрушить жизнь другого человека, принудив его к браку без любви.

– Кто говорит, что это будет брак без любви? – огрызнулась мать. – Со временем вы научитесь испытывать теплые чувства друг к другу.

Кэсс улыбнулась и прошла по толстому ковру, чтобы наклониться и похлопать мать по щеке.

– Ох, мама. Я понимаю, что ты хочешь для меня самого лучшего. Правда, понимаю. Но герцог безумно влюблен в Люси, и я не могу винить его за это. – Она с теплой улыбкой обернулась к своим друзьям. Люси тоже улыбнулась ей в ответ, а Дерек, сложив руки за спиной, кивнул и выставил вперед обутую в сапог ногу.

– Люси! – завопила леди Морланд. – Да она самая величайшая неудачница из всех «желтофиолей», отсиживающихся у стенки.

Люси сморщила нос и зажала ладонью рот. Почему-то она не стала указывать леди Морланд, что первенство по отсиживанию у стенки принадлежит Джейн, а не ей. Весьма разумное решение при данных обстоятельствах.

Отец Кэсс хлестнул по бедру кожаными перчатками и ткнул пальцем.

– Меня не волнует, в кого он влюблен. Он ухаживал за тобой, и если он истинный джентльмен, то поступит правильно и женится на тебе, клянусь Богом.

Никто из присутствующих не упустил, с каким выражением лорд Морланд выделил слово «джентльмен». Он подверг сомнению честь Дерека. Дерек крепко сжал кулаки.

Леди Морланд выпалила:

– Скажите, Кларингтон, вы все еще отказываетесь жениться на моей дочери?

Дерек кивнул.

– Да. Поскольку она тоже отказывается выходить за меня замуж, миледи.

Кэсс кивнула в подтверждение его слов.

– Мама, если я когда-нибудь выйду замуж, то только за человека, который будет любить меня так же, как герцог любит Люси.

Лицо леди Морланд покрылось багровыми пятнами.

– Люси? Люси Апплтон никогда не бывать герцогиней!

Дерек стиснул зубы.

– Я сделал все возможное, чтобы оставаться вежливым, леди Морланд, но теперь должен попросить вас немедленно покинуть мой дом. Я не могу позволить вам порочить мою будущую жену.

Люси тихонько ахнула. Дерек вступился за нее. Прежде никто никогда не делал этого. Кэсс потянула мать за руку.

– Пойдем, мама, пока ты не сказала чего-нибудь, о чем потом пожалеешь.

Отец Кэсс так яростно натянул перчатки, что Люси невольно подумала, не порвалась ли кожа. Он подошел к двери, открыл ее и обернулся, поджидая супругу.

Леди Морланд резко повернулась в вихре оранжевого шелка, сжимая свой ридикюль, и злобно посмотрела в лицо Дереку и Люси, стоявшим возле камина.

– Попомните мои слова, Кларингтон, – прошипела она, задыхаясь от гнева. – Может, вы и отказались жениться на Кассандре, но скорее ад покроется льдом, чем герцог женится на особе, подобной Люси Апплтон. Я пойду к самой королеве и сообщу ей об этом безобразии. Мне известно, что, по условиям пожалования вам титула, требуется, чтобы кандидатура вашей жены была одобрена короной. Королева никогда этого не допустит.

Люси судорожно сглотнула и отвела взгляд. Дерек, у которого по скулам яростно ходили желваки, решительно кивнул леди Морланд.

– Делайте, что считаете нужным, миледи. И я поступлю так же.

Две минуты спустя Кэсс и ее родители покинули особняк Дерека. Кэсс перед уходом обняла Люси и попрощалась с Дереком, пожелав обоим всего хорошего. Лорд и леди Морланд безропотно направились к своей карете. Только леди Морланд немного задержалась, чтобы окинуть Люси еще одним злобным взглядом прищуренных глаз.

Как только дверь за ними закрылась, Люси без сил опустилась на диван. Дрожа всем телом, она уронила голову в ладони. Дерек подошел к ней, сел рядом и крепко обнял.

– Это пустая угроза. Она слишком разозлилась, вот и все.

Люси вырвалась из его объятий и посмотрела ему в лицо.

– Нет, Дерек, ты не понимаешь. Королева, она… Она меня не одобрит. Почему я не подумала об этом раньше? У нас ничего не выйдет.

Дерек грозно сдвинул брови.

– Что ты имеешь в виду?

– Королева ни за что не скажет «да». Я точно знаю.

– Нет никакой гарантии, что леди Морланд вообще обратится к ней. Возможно, она просто блефовала.

Люси удрученно покачала головой.

– Ты вправду думаешь, что королева оставит без внимания женитьбу одного из герцогов?

– Мне плевать на то, что думает королева. Мы можем получить специальную лицензию и пожениться, прежде чем кто-либо успеет возразить.

Она положила ладонь на его предплечье.

– Леди Морланд сказала правду? В условиях пожалования тебе титула действительно оговорено, что твою жену должна одобрить королева?

Он выругался себе под нос.

– Да.

Люси крепко зажмурила глаза.

– Они никогда меня не одобрят.

– Это полная бессмыслица. Ты – дочь графа.

– Нежеланная дочь графа, опозорившая себя во время дебюта. Есть несколько причин, почему я все эти годы оставалась незамужней, Дерек.

Он провел обеими ладонями по волосам.

– Твой дебют состоялся пять лет назад. Не говоря о том, что мы уже…

Она отвела взгляд, не в силах смотреть ему в лицо.

– Надеюсь, ты никому не скажешь об этом. И попроси Хьюза тоже хранить молчание.

– Черт побери, Люси, конечно же, я никому не скажу. И Хьюз моментально окажется на улице, если посмеет обмолвиться хоть словом. Но…

Она закинула голову назад, чтобы взглянуть ему в лицо.

– Ты не знаком с обычаями света так, как я, Дерек.

– Меня не волнует этот чертов свет, – прорычал он.

Люси пристально всмотрелась в его лицо.

– Ты говоришь, что свет тебя не волнует. Но что, если тебя заставят отказаться от титула?

Он схватил ее за плечи и заглянул в глаза.

– До этого не дойдет, – произнес он сквозь стиснутые зубы. – Скажи «да». Выходи за меня замуж, Люси.

Люси вырвалась из его рук, встала и подошла к двери. Взявшись за холодную бронзовую ручку, она смотрела на темное дерево.

– Я не могу сказать тебе «да», Дерек. Ты не понимаешь. Это может стоить тебе всего, что ты заслужил. Мой ответ – «нет».

Глава 51

Вызов от королевы Шарлотты. Не важно, сколько раз Люси пыталась испепелить взглядом этот ненавистный клочок дорогой веленевой бумаги, желая уничтожить его, он по-прежнему таился на краю письменного стола, не давая ей покоя.

Королева, мать принца-регента, была главной причиной бедствия, постигшего юную Люси пять лет назад. В тот день они с матерью нарядились со всей требуемой роскошью: огромные старомодные юбки-кринолины, громоздкие украшения из перьев на голове и туфли на высоких каблуках со слишком большим количеством ленточек, чтобы в них можно было успешно передвигаться. Исполненные сознанием долга, они поспешили во дворец, чтобы в апартаментах королевы перед дебютом представить Люси ко двору, как того требовал обычай. Это был единственный раз на памяти Люси, когда мать уделила ей немного внимания после смерти Ралфа. И Люси очень старалась, правда. Старалась изо всех сил. Но мать хотела, чтобы дочь притворялась кем-то, кем она не была. Кем-то наподобие… Кэсс. И Люси снова потерпела неудачу. Ей никогда не стать сыном. Она всего лишь не отвечающая требованиям дочь.

В тот день они прибыли во дворец только лишь для того, чтобы быть с позором выпровоженными после нелепой выходки Люси, вызвавшей неодобрение королевы и насмешки принцесс. Люси никогда в жизни не была так рада, покидая дворец. Единственным приятным последствием того поступка казалось то, что ей никогда уже не придется вернуться ко двору.

Никогда. Но так было до сегодняшнего дня, когда ее величество прислала Люси вызов.

Похоже, леди Морланд осуществила свою угрозу довести до сведения монархини матримониальные планы новоиспеченного герцога, национального героя. Потому что Дереку был пожалован титул с условием, что без одобрения их величеств он не может жениться. Это было невероятно, но факт. Королевское одобрение необходимо было получить. А Дерек выбрал самую неподходящую кандидатку в высшем обществе. Люси.

Как никогда в жизни, Люси теперь хотелось быть респектабельной и благопристойной, знать, как себя вести, и говорить правильные вещи. Но королева уже ненавидела ее. Конечно, если запомнила. А разве могла она не запомнить? Юную леди, учинившую скандал в ее апартаментах? Девицу, осмелившуюся выйти из себя и не оказать своей монархине должного уважения? Какая мерзость. Да, это была она. Омерзительная Люси Апплтон.

Она уже совершила величайшую ошибку в своей жизни. Когда провела ту ночь с Дереком, ей и в голову не могло прийти, что леди Морланд попытается разрушить ее планы на замужество. Но, видимо, матушка Кэсс была так разгневана крушением своей мечты о будущем дочери, что решила отомстить во что бы то ни стало.

Кэсс иногда ускользала из дому, чтобы зайти к Люси, несмотря на настойчивые требования леди Морланд прекратить их дружбу. Кэсс плакала и говорила Люси, как сожалеет и как ей стыдно за поведение матери.

– Я пыталась образумить ее, Люси. Она не желает ничего слушать.

В конечном счете, похоже, тут уже никто ничего не мог поделать. Леди Морланд имела большие связи при дворе и постоянно распускала сплетни, считая своим кровным делом довести их до сведения королевы. Ей не удалось заставить герцога жениться на ее дочери, но леди Морланд определенно могла распространять слухи, пытаясь помешать упомянутому герцогу жениться на неподходящей особе. И теперь вызов от королевы лежал на столе, как ужасное бумажное обвинение, напоминавшее Люси о том, как недостойно и неподобающе она вела себя тогда. Такой же недостойной она остается и сейчас, что уж там говорить.

Люси решила уже бросить вызов в камин, когда в гостиной появились Кэсс и Джейн.

– Мы пришли тебе помочь. У нас отличный план, – заявила Джейн, подбоченясь и уже поглядывая вокруг в поисках чайного подноса, на котором она рассчитывала непременно найти свои любимые пирожные.

– План? – повторила Люси, обернувшись к подругам. – Разве мне нужен план?

– Безусловно, тебе нужен план, – ответила Джейн, усаживаясь рядом с подругой в кресло палисандрового дерева. – Эта ситуация сама собой не разрешится, верно?

– Какая ситуация? – Люси нахмурилась.

Кэсс пересекла комнату и подошла к письменному столу.

– Как мы и подозревали, королева пожелала тебя видеть.

Люси удивленно заморгала.

– Как вы?…

Кэсс пожала плечами.

– Я провела некоторые исследования. Оказывается, когда герцог собирается жениться, потенциальная невеста должна быть официально вызвана к королеве.

Люси закатила глаза.

– Полагаю, я должна быть польщенной, что ее величество побеспокоилась уделить время для встречи со мной.

Кэсс топнула ногой.

– Послушай, что я тебе скажу. Ты сможешь изменить создавшееся положение, если мы тебе поможем.

– Ты уже сказала его светлости? – Джейн, успевшая отыскать чайный поднос, сунула в рот кусок пирожного.

– Нет. – Люси вздохнула. – Что толку? Королева никогда не одобрит меня. Ох, Кэсс, зачем я расстроила вашу предполагаемую помолвку? Вы с Дереком могли бы быть счастливы вместе.

Кэсс шлепнула Люси по руке.

– Ты что, совсем рехнулась? Мы только сделали бы друг друга несчастными, и ты прекрасно это знаешь. Не говоря уже о том, что он безумно влюблен в тебя, а ты в него.

– Скажи ей вторую часть, – напомнила Джейн.

Кэсс повернулась лицом к Люси.

– О да. Я узнала, что герцог получил такой же вызов.

– На аудиенцию с королевой? – Люси нахмурилась.

– Нет. – Кэсс покачала головой. – С принцем-регентом.

– Дерек терпеть не может принца-регента, – заметила Люси.

– Это не имеет значения. Если ему необходимо получить одобрение принца, ему придется быть убедительным. Вот поэтому-то мы и здесь, чтобы помочь тебе с планом.

Люси посмотрела на своих подруг.

– Вы всё продолжаете использовать это слово. Чего именно вы от меня ожидаете?

Джейн отставила в сторону тарелку и вытерла рот носовым платком.

– Мы, конечно же, ожидаем, что ты сумеешь притвориться, устроить представление. Это будет совсем как спектакль.

Люси воздела руки.

– Спектакль? О чем вы говорите?

Кэсс сделала глубокий вдох.

– Люси, послушай меня. Ты должна отправиться ко двору и выглядеть скромной и респектабельной. А главное – сохранять спокойствие.

Люси прищурила глаза.

– Вы говорите так, будто я и вправду могу это выполнить.

– Конечно, можешь, Люси, – сказала Джейн. – Представь себе, что ты актриса.

Кэсс одобрительно кивнула.

– Мы говорим серьезно, Люси. Ты должна говорить, только когда тебя спросят, и иметь вид исправившейся, утонченной леди. Ты должна убедить королеву, что полностью изменилась со времени своего – хм-м – неудачного дебюта пять лет назад.

Люси в отчаянии застонала.

– Вы можете себе представить, насколько это будет сложно для меня?

Джейн широко улыбнулась.

– Конечно, мы все отлично представляем. Поэтому-то и пришли помочь.

Кэсс склонилась к подруге и сжала ее плечо.

– Ты должна справиться с этим, Люси… ради Дерека.

– Дерек знает об этом?

Джейн и Кэсс обменялись смущенными взглядами.

– Нет еще. Мы решили посмотреть, как пойдут дела, прежде чем…

– Пробуждать его надежды? – перебила Люси.

– У него и без того достаточно забот, ему предстоит убедить принца, – сказала Кэсс.

Люси снова посмотрела на них обеих.

– Прекрасно. Что именно вы предлагаете?

Улыбка Кэсс стала еще шире.

– Мы собираемся сделать из тебя леди. Ну ладно, придворную даму.

Люси яростно замотала головой.

– О нет. Моя мать уже однажды попыталась и…

– При всем уважении, – ответила Кэсс, кашлянув с решительным блеском в глазах, – должна заметить, что я не твоя мать.

Взгляд Люси обратился к Джейн, но та небрежно пожала плечами.

– Не смотри на меня. Я здесь только для того, чтобы подбодрить тебя. Все, что касается поведения леди, полностью относится к сфере компетенции Кэсс.

Люси жалобно захныкала. Сможет ли она справиться с этим? Ради Дерека? Она сомневалась, но должна была постараться. Она сделала глубокий вдох и медленно выдохнула. Затем взяла подруг за руки и крепко их сжала.

– Ну что ж, в любом случае надо попробовать. Давайте приступим к выполнению нашего замысла.

Глава 52

К тому времени, как неделю спустя Люси прибыла в королевский дворец, она уже изучила все тонкости этикета. И научилась держаться, как подобает благовоспитанной леди, чего ей не удавалось достичь за все предыдущие двадцать три года ее жизни. Знания Кэсс о том, как должна вести себя леди, могли бы заполнить многие тома. Все это было весьма странно и удивительно. Например, кто знал, что существует особый, правильный способ смеяться над шуткой джентльмена? Правильный способ удостовериться, не слишком ли тороплива твоя походка? Правильный способ приподнимать юбки, когда идешь по грязи? И определенный способ обращаться к некоторым членам королевского двора? Ох, конечно же, Люси наверняка слышала все эти правила прежде, но пять лет назад не придала им никакого значения. По правде говоря, они наскучили ей до безумия. Но теперь, когда опасности подверглось ее будущее с Дереком, Люси изучила все эти дурацкие тонкости этикета, словно самая усердная и честолюбивая юная леди накануне дебюта.

Эти правила она повторяла до отвращения, зубрила, вбивая себе в голову, и практиковалась на бесконечных репетициях с Кэсс, ее преданным и требовательным инструктором. Джейн исполняла роль публики и главной насмешницы, отпуская язвительные замечания. Иногда приглашали Гарретта, когда предмет изучения требовал присутствия джентльмена, как, например, танцы.

Но самое удивительное – кое-что из этого Люси действительно нравилось. Она постоянно думала о Дереке. Представляла, что делает это вместе с ним. Все трудности казались малой ценой за счастье быть с любимым. И к концу обучения ей не раз приходила мысль, что если бы она так долго и яростно не противилась идее вести себя, как подобает леди, вполне возможно, могла бы получать от этого удовольствие.

И все же, когда Люси приблизилась к большим дверям в покои королевы, внутри у нее все дрожало. Не важно, как много часов провела Кэсс, обучая ее, действительно ли ей дано быть истинной леди? Лимонный запах политуры напомнил ей тот день, когда она была здесь впервые. Люси судорожно сглотнула. По крайней мере, на этот раз с ней не было матери, чтобы увидеть ее позор. Ох, она написала матери и мимоходом упомянула, что собирается встретиться с королевой. Но при этом предусмотрительно воздержалась от упоминания о возможной помолвке с герцогом. Не имело смысла пробуждать в маме напрасные надежды, если из этого ничего не выйдет. Конечно, мельница слухов могла донести эту новость до маминых ушей, прежде чем Люси получит возможность объясниться. Но Люси сознательно пошла на этот риск. Тетушка Мэри, во всяком случае, обещала хранить молчание до тех пор, пока все не разрешится тем или иным образом. Люси всегда могла рассчитывать, что тетя Мэри примет ее сторону, а не матери.

Два красивых лакея в роскошных ливреях отворили двери в приемный зал. Люси втянула воздух и медленно начала двигаться к трону. Ее шаги эхом разносились по мраморному полу. Чем ближе она подходила к королеве, тем отчетливее ей вспоминались подробности сцены пятилетней давности. Принцессы сидели на стульях в ряд по обе стороны от своей матери. Вдоль стен навытяжку стояли слуги. Фрейлины королевы и остальные придворные толпились вокруг, смеясь и… Ох, подождите, они не смеялись. Они молчали. Все молчали. Наблюдая за ее приближением.

Люси сосредоточилась на том, чтобы ставить ногу прямо перед другой. «Равновесие, – сказала Кэсс, – это ключ к овладению искусством носить официальный придворный наряд». С обручами, которые едва не опрокинули Люси пять лет назад, она на этот раз справлялась превосходно. По крайней мере, эту маленькую победу она могла отметить.

Люси огляделась вокруг. Ее сопровождала тетя Мэри. И Кэсс тоже была здесь, как и обещала. Она попросила свою мать позволить ей пойти. Люси подозревала, что леди Морланд разрешила ей это только лишь для того, чтобы королева могла увидеть, что из Кэсс получилась бы гораздо лучшая герцогиня. Но, несмотря на это, Люси была благодарна подруге за то, что та пришла.

Кэсс и леди Мэри ободряюще улыбнулись Люси как раз перед тем, как она остановилась в нескольких шагах от трона королевы.

– Леди Люси Апплтон, ваше величество, – объявил роскошно разодетый слуга.

Королева свысока посмотрела на Люси. Казалось, она внимательно изучает ее от макушки до пят. Без сомнения, принцессы делали то же самое. Люси не осмеливалась взглянуть на них.

– Леди Люси, – величественно произнесла королева.

Люси затаила дыхание. Если она правильно запомнила, это был один из самых трудных моментов. Поклон в тронном зале, если ты в кринолине, требовал таких акробатических усилий, после которых вполне можно было и не подняться. Но она долго тренировалась с Кэсс, пока не почувствовала, что трещат ребра. Она хорошо подготовлена. Вдох. Или ей так кажется?

Люси присела в низком реверансе, надеясь, что каким-то чудом ей все-таки удастся удержаться и не свалиться на пол лицом вниз.

– Вы можете подняться, – коротко приказала королева.

Люси медленно и осторожно выпрямилась. Одно ужасное испытание закончилось. Сколько еще таких осталось?

Королева сложила руки на коленях и с неодобрением посмотрела на Люси.

– Леди Морланд сказала мне, что сомневается, подходите ли вы для Кларингтона.

Люси натренированно не отрывала взгляда от пола. Ей хотелось влепить леди Морланд пощечину или, по меньшей мере, как следует отчитать эту злобную матрону. Как могло случиться, что милая, чудесная Кэсс оказалась дочерью такой ужасной сплетницы? Люси покачала головой. Нужно сосредоточиться. «Держись скромнее, скромнее, скромнее».

– Понимаю, ваше величество.

– И вы с этим согласны? – спросила королева, повысив голос.

– Нет, ваше величество. – Если быть скромной означало соврать, то Люси просто не могла этого сделать. Она почти услышала, как вздрогнула Кэсс.

– Понятно. – Королева протянула руку, и один из лакеев торопливо устремился к ней с листом пергамента. Второй лакей поспешно вручил королеве очки в золотой оправе. Она водрузила их на нос и развернула пергамент.

– Здесь говорится, что вы выкидывали фортели верхом на лошади.

Люси судорожно сглотнула. О нет. У королевы целый список? Это добром не кончится.

– Да, ваше величество.

– Вы в детстве учились охотиться и ловить рыбу?

По-прежнему не отрывая глаз от пола, Люси кивнула.

– Да, ваше величество.

– Вы делали припарки лошадям?

Люси снова сглотнула.

– И охотничьим собакам. А иногда и людям, ваше величество.

– Вы однажды вызвали мальчика на дуэль? – Голос королевы снова повысился.

– Да, ваше величество.

– Хм-м.

По лбу Люси стекали капли пота. Ох, все это не к добру. Совсем не к добру.

– Вы… – Королева умолкла, и Люси осмелилась взглянуть на нее. Королева сняла очки и потерла глаза, затем снова водрузила очки на свой монарший нос.

– Вы спрашивали своего отца, можно ли вам поступить в Итон? – Королева приподняла брови и оглянулась на принцесс. – Это не может быть правдой.

– Это правда, ваше величество, – ответила Люси. Вот так-то. Если послышится глухой удар, значит, это Кэсс упала в обморок.

Принцессы захихикали над признаниями Люси. Люси содрогнулась. Она помнила это хихиканье с прошлого посещения дворца пять лет назад. Оно запечатлелось у нее в мозгу.

Королева смотрела на нее, прищурив глаза. Люси тоже разглядывала свою монархиню. У этой дамы было пятнадцать детей и безумный муж. Без сомнения, она в своей жизни повидала немало чудаков. Но сейчас она смотрела на Люси так, словно перед ней было существо из другого мира.

– Повернитесь кругом, леди Люси, – потребовала королева.

Люси стиснула зубы и исполнила приказание.

– Мне сказали, у вас острый язык, – заметила королева.

«Скромнее, скромнее».

– Тоже верно, ваше величество.

Королева сняла очки. Лакей поспешно подскочил, чтобы забрать их.

– И сегодня вы обуздали его ради меня?

– Безусловно! – Наверное, это прозвучало слишком уж горячо.

Принцессы снова захихикали. Люси хотелось провалиться сквозь пол.

– Понимаю, – произнесла королева. – Леди Морланд напомнила мне, что вы учинили скандал, когда впервые прибыли ко двору.

Люси вздохнула с облегчением. Ох, слава богу. Сама королева ничего не помнила.

– Я… возможно, ваше величество.

– Так было это или нет, леди Люси?

Она почти слышала голос Кэсс в своей голове: «Скажи, что не было. Скажи, что не было».

Люси сделала глубокий вдох.

– Да, ваше величество. Я устроила ужасный скандал. И теперь очень сожалею об этом.

Королева снова подняла брови.

– А раньше вы жалели об этом?

Люси расправила плечи и гордо вздернула подбородок. Вот он, последний удар по ней.

– Нет, ваше величество. Я стала сожалеть об этом только сейчас и надеюсь, что это не повлияет на ваше решение о том, подхожу ли я в жены герцогу Кларингтону.

По залу пронесся приглушенный шепот. Все взгляды были прикованы к королеве. Что скажет на это монаршая особа?

Краем глаза Люси заметила Кэсс, стоявшую рядом с тетей Мэри и нервно обмахивавшуюся веером. Тетю Мэри, по-видимому, постоянно била дрожь, которую выдавали перья. А леди Морланд с удовлетворенной улыбкой скрестила на груди руки. Она знала, что победит.

Люси приподняла юбки. Кэсс была непреклонна. Как только королева отпустит Люси, придется пятиться, выходя из тронного зала. К монархам никогда нельзя поворачиваться спиной, и уход Люси обещал стать самым унизительным в истории.

– У меня есть к вам еще один вопрос, леди Люси, – сказала королева.

Люси судорожно сглотнула.

– Да, ваше величество?

– Почему вы хотите выйти замуж за герцога Кларингтона?

Люси сделала глубокий вдох.

– Сказать по правде, ваше величество, я сожалею о том, что он герцог. Я хочу выйти за него, потому что он самый лучший мужчина из всех, кого я когда-либо знала. Более преданный, любящий и добрый, чем можно себе представить. Я люблю его, ваше величество, и готова ради него на все. Даже прийти сюда сегодня в этом нелепом платье, с подобием птичьего гнезда в волосах и в корсете, который вполне может меня прикончить. И глупо улыбаться, и расшаркиваться, и вести себя как полагается – и все это ради возможности провести с ним остаток моей жизни.

Это довершило дело. Бедняжки принцессы потеряли дар речи. Их царственные рты одновременно раскрылись от изумления.

Люси оглядела зал. Мать Кэсс почти потирала руки от радости. А Кэсс так побледнела, что Люси была уверена – ее подруга вот-вот упадет в обморок. Это могло бы послужить тем самым отвлекающим моментом, в котором Люси так отчаянно нуждалась. Чтобы на нее смотрело бы как можно меньше людей, когда она станет пятиться из зала. «Падай, Кэсс, падай».

Королева, прищурив глаза, внимательно разглядывала Люси, постукивая пальцами по подлокотникам своего богато украшенного кресла.

– Я помню вас, леди Люси. Вы сказали, что вас не радует быть втиснутой в неудобную одежду ради соблюдения традиции. И вы скинули туфли, заявив, что они вам страшно жмут.

Люси закрыла глаза. О да, это была она, все верно. Она опустила голову.

– Да, ваше величество.

– А затем вы выдернули перья из прически и спросили вашу мать, закончилось ли уже это «проклятое дело».

Люси прижала два пальца к виску, пытаясь унять внезапно возникшую пульсирующую боль.

– Да, ваше величество.

Королева слегка подалась вперед.

– Вы единственный ребенок у ваших родителей, не так ли?

Это был неожиданный вопрос.

– Да, ваше величество. Мой брат Ралф умер, когда ему было девять.

Королева оглянулась на принцесс.

– Вы можете представить себе, девочки, каково это – совсем не иметь сестер?

Сочувственный шепот принцесс наполнил тронный зал. Выросшие в такой крепкой семье, они не могли даже вообразить ничего подобного. В самом деле.

Королева снова свысока взглянула на Люси.

– Я поручаю вам сообщить Кларингтону, что вы станете его невестой.

У Люси замерло сердце. Если кто и мог сейчас упасть в обморок, то только она.

– Я правильно вас расслышала, ваше величество? Я думала, вы…

Королева утвердительно кивнула.

– Вы из хорошей семьи. Я не вижу никаких оснований возражать. Мне кажется, вы оба несколько необычные, чуждые условностям люди. Из вас выйдет превосходная пара. Не говоря о том, что вряд ли в этом мире много истинной любви.

Принцессы дружно вздохнули.

Пронзительный вопль, который Люси услышала в следующий момент, скорее всего, был ее собственным. Но она не остановилась, чтобы выяснить его происхождение.

– Благодарю вас, ваше величество. Благодарю вас от всего сердца. – Она начала пятиться назад. Ох, это занимало слишком много времени. Примерно на полпути из зала Люси повернулась, приподняла юбки и припустила бегом.

По залу эхом разносились бурные протесты леди Морланд. Люси на секунду встретилась взглядом с Кэсс. Рот ее верной подруги был широко раскрыт, напоминая букву О.

– Люси, ты бежишь! – воскликнула Кэсс с оттенком неодобрения и предостережения в голосе.

– Я знаю, – крикнула в ответ Люси.

– Почему? – По голосу Кэсс было заметно, что она сильно нервничает. Затем она спросила: – Что ты собираешься делать?

Не прерывая быстрого шага, Люси сорвала с головы убор из перьев и подбросила его в воздух.

– Собираюсь быть храброй!

Глава 53

Вечером Люси пришлось долго упрашивать и умасливать Хьюза, чтобы тот сообщил ей местонахождение своего хозяина. Очевидно, Дерек весь день провел в клубе и лишь ненадолго заскочил домой, чтобы переодеться, после чего отправился на званый ужин.

Званый ужин у принца-регента.

Люси тяжело вздохнула. Два визита к королевским особам за один день. На что только не пойдешь ради Дерека.

Когда карета Гарретта остановилась перед Карлтон-Хаусом, Люси охватила нервная дрожь.

– Ты абсолютно уверена, что не хочешь, чтобы я пошел с тобой? – спросил Гарретт. Ее кузен был таким милым. Он настоял, что будет сопровождать ее.

– Я должна сделать это сама.

– Хорошо, но я подожду тебя здесь.

Люси согласно кивнула. Резервный план. Ну что ж. Отлично.

Королевский дворецкий оглядел ее с ног до головы, но, видимо, поверил на слово, что она действительно леди Люси Апплтон и должна срочно обсудить неотложное дело с герцогом Кларингтоном. Вскоре ее проводили на званый ужин.

Люси слышала много россказней о печально известных приемах у принца-регента. Но, конечно, ее никогда туда не приглашали. Реальность превзошла все ожидания.

Громадный стол, накрытый льняной скатертью, был сервирован тончайшим китайским фарфором и хрусталем. В середине стола располагались огромные блюда с мясными деликатесами и сырами, сладостями и десертами, овощами и птицей, с жарким и соусами. Там были вина всех сортов и шоколад. Куда бы она ни кинула взгляд, везде находилось что-нибудь еще более изысканное, чем предыдущее. В центре всего этого показного великолепия восседал принц собственной персоной. По обе стороны от него сидели две ярко одетые дамы. Рядом с одной из них находился Дерек.

Не отрывая от него глаз, Люси медленно вышла на середину зала. Она мгновенно уловила момент, когда Дерек ее заметил. Его взгляд сосредоточился на ней, и герцог сразу прервал разговор со своими соседями по столу.

Люси продолжала двигаться на дрожащих ногах. Она остановилась по другую сторону стола и заговорила, уверенным голосом:

– Ваша светлость?

Все разговоры разом смолкли. Звон посуды, смех, музыка – все затихло. В зале воцарилась мертвая тишина, и все глаза устремились к ней.

– И кто ж вы такая? – спросил принц-регент, залпом осушив бокал вина.

Люси ответила, не отрывая взгляда от Дерека:

– Я – леди Люси Апплтон, – сказала она. – И я пришла к герцогу Кларингтону.

Принц поставил бокал на стол и вытер толстые губы салфеткой.

– Ах, ваша будущая жена, э-э, Кларингтон?

Губы Дерека были плотно сжаты, но взгляд по-прежнему был устремлен в глаза Люси.

– Я не уверен, ваше величество. В последний раз, когда я просил ее руки, она отказала мне.

– Есть у кого-нибудь колода карт? – спросила Люси.

Принц-регент насмешливо ухмыльнулся.

– Есть ли у меня колода карт? Вы, верно, шутите? – Он хлопнул в ладоши, и в считанные секунды появился лакей с картами. Слуга вручил колоду Люси.

Дерек внимательно наблюдал за ней.

– Люси, что вы делаете?

Она двинулась вперед и встала прямо перед Дереком.

– Тяните карту, ваша светлость. Только одну.

Он судорожно сглотнул.

– Для чего?

– Как вы уже сказали, однажды вы просили моей руки и я отказала вам. Но сегодня я здесь, чтобы изменить это, чтобы все уладить.

– Что вы имеете в виду? – Дерек прикрыл глаза.

– Число на карте будет означать количество значительно лучших ответов на вопрос: «Выйдете ли вы за меня замуж?»

– Люси, вы не должны…

– Тяните, – умоляюще прошептала она.

Дерек взглянул на колоду. Он вытянул одну карту и перевернул ее.

– Десятка треф, – объявил принц, радостно потирая свои маленькие пухлые руки.

Люси повысила голос, чтобы было слышно всем. Раз уж она собиралась сегодня унизиться перед лицом всего света, то вполне могла позволить себе устроить из этого настоящее представление.

– Да, потому что вы пережили войну, – сказала она.

Дерек поднял руку, пытаясь остановить ее.

– Не надо…

Она заговорила еще громче, чем прежде.

– Да, потому что вы писали мне замечательные письма.

Он не отрывал от нее глаз.

– Да, потому что вы никогда не уступали мне.

Лицо Дерека смягчилось.

– Да, потому что вы ударили кулаком о ствол дерева.

Принц-регент едва не подавился вином.

– Ударил кулаком о ствол дерева, Кларингтон?

– Лучше не спрашивайте, – буркнул Дерек.

По щекам Люси струились слезы.

– Да, потому что вы выбрали щенка.

– Я даже не хочу спрашивать, – сказал принц, приподняв монаршью бровь.

– Да, потому что однажды вы вызвали меня на словесный поединок и победили.

Губы Дерека слегка изогнулись в слабом подобии улыбки.

– Да, потому что вы терпеть не можете чай.

– Как и я. – Принц снова отхлебнул вина.

– Да, потому что вы беззаветно преданы своим друзьям.

– Это уже восемь, – выкрикнул кто-то с дальнего конца стола.

Люси вытерла слезы тыльной стороной ладони.

– Да, потому что вы научились изменять свои решения.

– Девять! – снова прозвучал чей-то голос.

– Да, потому что я безрассудно тебя люблю и не могу без тебя жить.

Дерек бросил салфетку на стол, отодвинул стул и встал.

– Люси, подожди.

– Нет. Последний раз, когда мы держали пари, ты сказал все, что собирался. Теперь моя очередь.

Он достал из кармана носовой платок и протянул ей.

– Не нужно больше ничего говорить. Ты сразила меня своим «ваша светлость».

Люси невольно улыбнулась.

– Я говорю серьезно, – продолжал Дерек. – Меня не волнует, одобрит ли тебя королева. Или принц. Если потребуется, я откажусь от своего титула.

Принц в изумлении вытаращил глаза, но снова только отхлебнул вина.

Утерев полные слез глаза, Люси слабо улыбнулась Дереку.

– В этом нет необходимости, ваша светлость.

– Что? – Дерек нахмурил брови.

– Королева дает нам свое благословение.

– И я тоже даю. Очевидно, игра стоит свеч, – добавил принц-регент, икая. – Все это чертовски романтично.

Дерек перемахнул через стол, схватил Люси в объятия и закружил.

– Правда?

– Правда. – Люси рассмеялась сквозь слезы.

– Правда, – добавил принц.

Дерек упал на одно колено.

– Ты выйдешь за меня замуж?

Люси тоже опустилась на колени и обняла его.

– Да. Да. Да!

Принц-регент откинулся в кресле и ткнул маркиза Колтона локтем в бок.

– Ну если это не «Укрощение строптивой» в лицах, то должен сказать, что это один самых занимательных званых ужинов, которые я когда-либо устраивал, э-э?

Дерек встал, помог подняться Люси и крепко обнял ее.

– А теперь, любовь моя, позаботимся о получении специальной лицензии. Потому что я не могу дождаться, когда же ты наконец станешь моей женой.

Глава 54

Двадцать минут спустя Дерек и Люси уже были в его герцогском особняке. Быстро попрощавшись с принцем-регентом и другими достопочтенными гостями, приглашенными на званый ужин, они поспешно покинули Карлтон-Хаус. Затем отпустили Гарретта, который только скептически поднял брови и сказал: «Надеюсь, свадьба состоится незамедлительно». После чего приказал кучеру возвращаться домой. Без сомнения, все присутствующие точно знали, что у них на уме.

К счастью, Задавака Хьюз уже удалился спать. В ту же минуту, как они вошли в холл и сбросили верхнюю одежду, Дерек затащил Люси в ближнюю гостиную.

– Не лучше ли нам пойти в твою спальню? – спросила Люси с неуверенной улыбкой на губах.

– Нет. Я не могу ждать. Я должен овладеть тобой прямо сейчас. Я все время мечтал о том, как возьму тебя в гостиной. С тех пор как вернулся из Бата.

Дерек затворил за ними дверь и запер ее. Затем с потемневшими от страсти глазами повернулся к Люси. Приблизившись к ней, он властно завладел ее губами, обхватив ладонью затылок. Люси слабо застонала.

Небрежно распихивая ногой мебель, он увлек ее в угол комнаты и прижал к стене, действуя грубо, но не настолько, чтобы причинить боль.

– Раздвинь ноги, – потребовал он. – Сейчас же.

Люси охватило сильное, горячее желание. Она послушалась. Он приподнял ее, прижимая к стене, нащупал ловкой рукой пуговицы на своих панталонах, затем поднял кверху ее юбки, задрав сорочку выше бедер, и вошел в нее одним уверенным, мощным рывком.

Голова Люси склонилась на бок, рот открылся, груди стали тяжелыми и горели. Она застонала. Никогда в жизни Люси не испытывала ничего подобного. Она была готова принять его уже спустя несколько кратких мгновений. В ту же секунду, как его руки коснулись ее, она стала горячей и влажной и изнывала от желания.

– С тобой. Мне. Так. Чертовски. Хорошо. – Он подчеркивал каждое слово энергичным выпадом.

Голова Люси моталась из стороны в сторону.

– Мне с тобой тоже.

Она думала, что так будет и дальше. Что они будут продолжать, пока это изумительное, ошеломляющее чувство, которое только он один мог пробудить в ней, не накроет ее жаркими желанными волнами. Но вместо этого Дерек отстранился и опустил ее на пол. Ей захотелось зарыдать. Как только ее трясущиеся ноги коснулись досок пола, она повалилась на Дерека, держась рукой за его плечо. Она все еще тяжело, учащенно дышала. Ей казалось, что сердце вот-вот выскочит из груди.

Дерек повернул Люси спиной и быстро расстегнул пуговицы ее платья. Вскоре вся масса роскошной ткани с шелестом слетела вниз, опустившись кучкой вокруг ее ног. На минуту Люси перестала ощущать теплоту его тела, Дерек подтащил ближе обитую скамеечку для ног.

– Встань сюда на колени, – скомандовал он.

По всему телу Люси разлился жар, ее охватило страстное желание. Одетая в одну лишь сорочку и корсет, она повернулась лицом к стене, опустившись коленями на мягкую скамейку. Ладонями она оперлась о находившийся перед ней подоконник. Хотя уже давно стемнело, Люси поблагодарила Бога, что занавески плотно задернуты. Дерек расшнуровал корсет, стянул его с нее через голову и отбросил. Затем торопливо вытащил шпильки из прически, слегка дергая ее за волосы и иногда причиняя боль. Но Люси было все равно. Вся масса блестящих темных волос обрушилась ей на плечи, и Дерек опустил их на спину.

– Ты великолепна, – прошептал он ей на ухо.

Люси поняла по шуршанию ткани за спиной, что теперь он снимает панталоны.

– Раздвинь ноги, – снова потребовал он. Она так и сделала. – Шире.

Она шире расставила колени. Ее охватила дрожь.

Он подошел к ней сзади, поднял сорочку выше бедер и дотронулся пальцами до средоточия ее женственности. Люси стояла, нагнувшись вперед, опираясь о подоконник. Она была более чем влажной и готовой его принять. Твердый и гладкий, он скользнул в нее одним уверенным рывком. Люси ахнула. Дерек застонал.

– Черт побери. Я мечтал об этом весь вечер. Я никогда не смогу насытиться тобой.

Он еще не начал двигаться, и Люси находилась целиком в его власти. Она попыталась двигать бедрами вперед и назад, но его большие сильные ладони обхватили ее талию, утверждая свои права на нее.

Он склонился над ее телом и куснул мочку уха.

– Я хочу тебя, Люси. – Один уверенный выпад. – Я хочу тебя. – Еще один.

Люси застонала. Она повернула голову, желая поцеловать его. Ощутить его губы на своих. Она прижалась к нему спиной и обвила руками его шею, отчего ее груди выдались вперед. Его ладони двинулись выше и обхватили их, поглаживая чувствительные вершинки, и из горла Люси снова вырвался стон.

– Ты моя, – прорычал он. – Еще один мощный выпад. – Моя.

Она попыталась схватить его, сцепив руки за головой.

– Я твоя, – простонала она.

– Я не хотел этого, – прошептал Дерек ей на ухо. – Я не хотел влюбляться и становиться рабом женского тела.

– Ты мой раб? – Она содрогнулась.

Еще один мощный выпад, заставивший ее всхлипнуть.

– Да, я безумно тебя хочу. – Еще один выпад.

Люси задохнулась.

– Дерек, я хочу тебя. Очень сильно.

Еще один глубокий выпад заставил Люси закрыть глаза и застонать. Он опустил руку и принялся слегка поглаживать чувствительный бугорок между ее ног. Затем нежно куснул в шею.

Люси вскрикнула. Его пальцы сводили ее с ума, лаская снова и снова, мягко, так мягко, подводя к грани экстаза, а затем… остановка.

– Нет! – крикнула она, когда его палец оставил место, где она желала его всего больше. Люси едва не зарыдала.

Затем Дерек вышел из нее и поднял ее со скамейки. Наклонившись, он задрал вверх ее сорочку и стащил через голову. Швырнув сорочку в угол, он уставился на тело Люси, словно это было бесценное произведение искусства.

– Ты так прекрасна, – прошептал он. – Так чертовски прекрасна.

К глазам Люси подступили слезы.

Дерек легко поднял ее и с нежностью отнес к дивану. Там он с благоговением уложил ее и накрыл своим мощным горячим телом.

– Люси, – прошептал он. – Я люблю тебя.

Он снова вошел в нее одним уверенным сильным движением, и она выгнула спину ему навстречу. Наклонившись, он втянул в рот ее сосок, играя, забавляясь с ней. Он сделал еще один выпад.

– Я хочу тебя. – Еще один выпад. – Так. Чертовски. Ужасно.

Люси совершенно обезумела. Ее пальцы вцепились в его темные волосы. Рот ее был открыт, покрасневшие губы саднило от его страстных поцелуев. Она была немного сдержаннее, когда он вошел в нее в первый раз. Но теперь это было давно забыто за всеми этими потрясающими ощущениями, которые он пробуждал в ее теле. Он врезался в нее снова и снова, и это в сочетании с напором его горячего влажного рта, посасывавшего ее сосок, вырывало стоны из ее горла. Она была уже так близка к грани, так близка… И Дерек знал это.

Одарив Люси озорной улыбкой, он отстранился от нее.

– Нет! – закричала Люси, ухватившись за него на этот раз, притягивая к себе, обвив его тело ногами, пытаясь заставить продолжать. Вместо этого его шаловливая ладонь скользнула вниз, к месту соединения ее бедер, где его горячий палец проник внутрь нее. Голова Люси откинулась назад, на обивку.

– Ты пытаешься убить меня?

– Ничего подобного, любовь моя. Я просто хочу подарить тебе самые потрясающие ощущения в твоей жизни.

– Ты уже сделал это, – прошептала она.

– До этого момента, – лукаво произнес Дерек и снова скользнул пальцем внутрь нее. Его темноволосая голова снова вернулась к ее груди, потягивая сосок, прикусив его зубами. Один раз, второй, в одном ритме с движениями пальца. И так Дерек ласкал ее снова и снова, в то время как его дразнящий рот не отрывался от ее беспомощной груди. Затем его большой палец нащупал то самое чудесное местечко между ног и принялся поглаживать его круговыми движениями, как раз когда он в последний раз потянул зубами набухший изнывающий сосок.

– О господи, Дерек! – вскрикнула Люси, когда волна наслаждения захлестнула ее с неудержимой силой, вырвавшей пронзительный вопль из ее груди. Дерек быстро перекатился и скользнул в нее. Ее внутренние мускулы, достигнув высшей точки, пульсировали. Он, скрипя зубами, вонзился в нее раз, другой, третий, в то время как ее горячее влажное лоно ритмично сжимало и отпускало его плоть. И тут он взорвался, испытав самую ослепительную разрядку за всю свою жизнь.

Они потихоньку выскользнули из гостиной. Дерек, снова полностью одетый, был начеку, опасаясь слуг. Люси надела только сорочку и произнесла короткую молитву, чтобы им удалось подняться по лестнице и незамеченными добраться по длинному коридору до спальни Дерека. Но, по правде сказать, Люси это совсем не волновало. Ее волновало только одно. Дерек, ее любовь. Чувства, которые он пробуждал в ней. И чувства, которые, как ей хотелось верить, она пробуждала в нем. А также тот поразительный факт, что они нашли друг друга и собираются пожениться. Пожениться. Она все еще не могла в это поверить. Она снова и снова повторяла это слово в уме, и оно начало казаться ей каким-то ненастоящим, словно не имеющим смысла. Но, несмотря на это, она продолжала повторять его.

Они благополучно пробрались к нему в спальню. Дерек быстро запер за ними дверь, затем подхватил Люси на руки и отнес к кровати, куда осторожно уложил. Она поднялась на колени и сбросила через голову сорочку. Дерек снова поспешно освободился от одежды, и вскоре они уже вовсю дурачились, хихикая, смеясь и целуясь, а затем всерьез занялись любовью.

– Я никогда не смогу насытиться тобой, – прошептал Дерек, уткнувшись ей в волосы, когда они закончили.

Люси оперлась на подушки, прикрывшись простыней до подмышек. Дерек расположился рядом с ней.

– Скажи-ка мне, Решительный герцог, когда ты отчетливо понял, что любишь меня?

Дерек заложил руки за голову и с улыбкой на красивом лице уставился в потолок.

– Давай посмотрим. Думаю, это случилось в то время, когда я осознал, что одна только мысль о том, что тебя касаются руки другого мужчины, приводит меня в ярость и возбуждает желание одна за другой повыдергать парню конечности.

Люси вытаращила глаза.

– Правда?

– Да. Когда я увидел, как Беркли подсаживает тебя в карету возле театра, мне захотелось убить его.

Люси укоризненно покачала головой.

– Как в тот раз, когда ты ударил о ствол дерева?

– Да! – рявкнул он. – В точности как в тот раз, когда я ударил по дереву.

Она рассмеялась.

– И твои убийственные кровожадные мысли преобразились в любовь?

Дерек приподнялся на локте и посмотрел на нее.

– Я понял это, – сказал он, заправив выбившийся локон ей за ухо, – потому что подумал, что, если женюсь на Кассандре, мне будет безразлично, с кем она путается.

– Ты так думал?

– Да.

Глаза Люси наполнились слезами.

– Меня удивляет, что ты меня любишь.

Он пробежался пальцем по ее щеке.

– Почему ты так говоришь?

Люси подтянула простыню до шеи.

– Ты мог бы жениться на Кэсс. Она так безупречна, и красива, и прекрасно сложена. Она скромная и милая и никогда не скажет ничего грубого или оскорбительного. Никогда не станет противоречить. А я? Я странная. У меня глаза разного цвета, а волосы слишком кудрявые и непослушные, и когда я сморкаюсь, то издаю жуткие звуки, словно гогочет гусь.

– Гусь?

– Да. А когда сморкается Кэсс, ты этого даже не заметишь.

Дерек притянул ее в свои объятия.

– Очевидно, я питаю склонность к леди, которые грубят, противоречат и оскорбляют. – Он улыбнулся. – Пока не познакомился с тобой, я никогда не встречал никого, тем более женского пола, кто бы посмел противостоять мне, как это делала ты. Кто бросил бы мне вызов. Это было для меня внове, должен сказать.

Она улыбнулась, уткнувшись ему в плечо.

– В самом деле?

Он утвердительно кивнул.

– Да.

– Окажешь мне любезность сказать об этом моей матери?

Он крепко обнял ее и поцеловал.

– Обязательно.

– Я тоже прежде не встречала никого, подобного тебе, Дерек. Стоило мне открыть рот, я отпугивала всех джентльменов, которых знала. Они никогда не пытались противостоять мне, как ты.

Он насмешливо фыркнул и рассмеялся.

– Я знаю. Тебе долго пришлось ждать того, кто способен состязаться с тобой.

Она вздохнула.

– Полагаю, это означает, что мы прекрасно подходим друг другу.

– Я тоже так думаю, – с улыбкой сказал он.

Они некоторое время лежали, тесно прижавшись друг к другу, прежде чем Люси отважилась:

– Дерек?

– Да, любовь моя?

Она пробежалась пальцем по его обнаженной груди.

– Есть одна неприятность, связанная с нашим бракосочетанием.

– Какая? – Он нахмурил брови.

Она вздохнула.

– Ты больше не сможешь называть меня мисс Апплтон.

Он притянул ее в свои объятия.

– Верно, но я смогу называть тебя ваша светлость, герцогиня Кларингтон. Моя жена.

Люси обвила руками его шею и поцеловала в губы.

– Последнее нравится мне больше всего.

Глава 55

Это был день их свадьбы. С помощью принца они получили специальную лицензию от архиепископа. Дерек пошутил, что, видимо, герцогский титул все же кое на что годится. Церемония была короткой и быстрой, но Кэсс, Гарретт и Джейн – все были здесь. Как и мать Дерека, которая оказалась просто восхитительной, и тетя Мэри, и мистер и миссис Лаундз. Братья Дерека тоже пришли. Они оба были так же красивы, как и их старший брат. Хотя супругам Морланд ради Кэсс тоже отправили приглашение, они решили не приходить. Герцогиня или нет, Люси какое-то время будет оставаться для родителей Кэсс персоной нон грата. Это было ясно. Очевидно, им невыносимо было смотреть, как герцог ускользает из их рук, тем более что у Кэсс не было пока других брачных предложений.

– Мама сказала, что, если я так и останусь старой девой, это будет не ее вина, – сообщила Кэсс.

Люси пригласила даже…

– Это моя дочь, герцогиня Кларингтон!

Люси подняла взгляд. В холле городского особняка Дерека стояла ее мать.

Получив от Люси торопливо написанное письмо, ее родители немедленно поспешили в город, чтобы пожелать молодой паре всего наилучшего. Счастье их не поддавалось описанию. Они были в полном восторге от блестящих перспектив своей дочери, герцогини. Утром, стоя в церкви, они радостно улыбались Люси.

Мать Люси протянула ей обе руки, затянутые в перчатки. Люси подошла к ней и позволила матери обнять себя, но при этом нахмурила брови.

– Мама? – Неужели это та самая женщина, которая, по существу, полностью сняла с себя всякую ответственность за дочь? Теперь она была здесь, в Лондоне, разодетая, словно собралась на обед с королевой, и держалась так, будто у них всегда были прекрасные отношения.

– Ты не собираешься представить меня своему молодому супругу? – спросила мать.

Люси кивнула.

– Где отец?

– Он снаружи, разговаривает с человеком, который присматривает за каретой. Я не совсем в курсе, что он затевает.

Дерек широким шагом направился к ним.

– Мама, хочу познакомить тебя с Дереком Хантом, герцогом Кларингтоном.

Ее мать сделала изысканный реверанс.

– Ваша светлость.

Дерек склонился над рукой своей тещи.

– Леди Эпбридж, рад познакомиться с вами.

– Поверьте, я тоже очень рада, ваша светлость, – ответила ее мать.

В этот момент торопливо вошел отец Люси с таким же нехарактерным для него радостным выражением лица.

– Моя дорогая, – произнес он, поспешив к Люси и обнимая ее, словно они когда-нибудь обнимались до этого.

– Доброе утро, отец, – ответила Люси, все еще озадаченная непривычным поведением родителей.

Подошел Гарретт.

– Дядя Теодор, тетя Фредерика.

Супруги окинули его невидящим взглядом, словно его не существовало. Но Люси заметила, что, когда они увидели, как герцог неодобрительно прищурил глаза, недовольный их поведением, они неохотно поприветствовали своего ненавистного племянника.

– Гарретт. Хм-м, п…приятно тебя видеть, – ухитрился выдавить отец.

– Гарретт, – только и сказала мать с пренебрежением в голосе.

Гарретт явно пытался скрыть усмешку.

– Неизменно рад встрече, – произнес он тоном, предполагающим, что радостью тут и не пахнет.

Гарретт пожал Дереку руку и повернулся к Люси, пока Дерек разговаривал с ее родителями.

– Церемония прошла прекрасно, – сказал Гарретт.

Глаза Люси наполнились слезами. Она крепко обняла своего кузена.

– Спасибо тебе, Гарретт.

– За что?

– За то, что готов был заботиться обо мне, даже когда думал, что я так и останусь старой девой.

Гарретт откинул голову назад и расхохотался.

– Откуда ты знаешь, может, я просто заплатил Кларингтону, чтобы поскорее сбыть тебя с рук? – Он наклонился к Люси. – Ну, ваша светлость, теперь ты настоящая герцогиня. Первая герцогиня Кларингтон. У Беркли, конечно, разбито сердце, но я уверен, что он это переживет. Он уже снова в Нортумбрии.

– Я желаю лорду Беркли всего самого хорошего. – Затем Люси склонилась к нему и прошептала: – А ты, мой кузен, можешь теперь попытать счастья с Кэсс.

Гарретт нахмурил лоб и открыл рот, собираясь что-то сказать, но тут к ним подошли Кэсс и Джейн. Дерек и родители Люси отошли, чтобы поговорить с матерью Дерека и Лаундзами.

Джейн крепко обняла Люси.

– Не могу сказать, что завидую тебе, поскольку ты теперь в кандалах, но для свадьбы это было не так уж плохо.

У Кэсс в глазах стояли слезы.

– О, Люси, все было так замечательно. Я так рада за тебя. Ты теперь герцогиня. На самом деле герцогиня.

Люси рассмеялась.

– Да. Непредсказуемая герцогиня, разумеется, но тем не менее герцогиня.

– Герцогиня с жутким языком и склонностью к прямоте, – добавил Гарретт.

– Виновна, – согласилась Люси.

– Когда ты в старости наденешь тюрбан и станешь смотреть на молодых сквозь монокль, ты будешь поистине устрашающей, Люси, – сказала Джейн. – Уж кто-кто, а я знаю это, потому что намерена быть там с тобой и делать в точности то же самое. С большим апломбом, смею добавить.

Люси снова рассмеялась.

– О-ох, буду с нетерпением ждать, когда это случится.

Люси услышала, как Дерек говорит ее родителям:

– Знаете, Люси превосходная наездница. – Это замечание он адресовал ее отцу. – А скромность слишком переоценивается, – сказал он ее матери.

Люси могла только вообразить реакцию своей матери на подобное заявление. Закончив разговор с ее родителями, Дерек подошел к их маленькой группе и обвил рукой талию жены. Нагнув голову, он поцеловал Люси в плечо. Джейн и Кэсс вздохнули.

– Единственное, что могло бы сделать этот день еще лучше, – это если бы Свифт вернулся и все увидел, – сказал Дерек Люси. Он сказал, что двое других их близких друзей, очевидно, пропали без вести на континенте. Но не захотел омрачать этот радостный день, объясняя подробности.

Люси улыбнулась и похлопала Дерека по руке.

– Он скоро будет здесь, любовь моя. – Она посмотрела на Кэсс. Ее подруга не участвовала в разговоре. Она отвернулась от их группы и старательно подтягивала перчатки.

– Кэсс, с тобой все в порядке?

Кэсс кивнула, смахнув слезу носовым платком.

– Дорогая, в чем дело?

– Пустяки. Просто я… я так рада за тебя, Люси. Правда, рада. Вы полюбили друг друга и поженились. Мечта стала явью.

Люси крепко обняла подругу.

– Не волнуйся, дорогая. Ты заслуживаешь того же самого. И я уверена, что ты найдешь свое счастье.

Кэсс согласно кивнула.

Джейн подошла к ним, и они втроем отделились от остальных.

– Ну что ж, Люси. Мы начали с того, что пытались помочь Кэсс. И нам это удалось.

– А тем временем Кэсс помогла мне. Она помогла мне найти мою любовь. Как ты и обещала, Кэсс.

Кэсс тепло улыбнулась.

– Ох, Люси, ведь было так очевидно, что вы с герцогом созданы друг для друга.

Джейн согласно кивнула. Она обхватила руками плечи обеих подруг.

– Итак, леди, на что мы теперь направим наши многочисленные таланты?

– Следующая у нас ты, Джейн, – с лучезарной улыбкой сказала Кэсс. – Люси собирается уговорить твою мать оставить тебя в покое и не принуждать к замужеству.

Они сразу посмотрели туда, где разговаривали родители Люси и Джейн.

– Прекрасно, – сказала Джейн. – Тогда вам лучше бы помешать им беседовать с родителями Люси. Их дочь только что неожиданно вышла замуж за герцога. Родители никогда не позволят мне забыть об этом. До сих пор я могла указывать на Люси и говорить: «Видите, она тоже отсиживается у стенки».

Люси весело рассмеялась.

– Не беспокойся, Джейни. Я постараюсь, чтобы у тебя все было в порядке. Я спасу тебя.

– Мне нравится, что меня спасет леди, а не мужчина, как положено. – Джейн решительно кивнула. – Мэри Уолстонкрафт гордилась бы.

Кэсс засмеялась.

– Мы должны придумать способ навсегда избавить Джейн от необходимости участвовать в ярмарке невест.

– Согласна. – Люси кивнула.

– Я тоже согласна, – сказала Джейн. – Но что-то мне подсказывает, что ты, моя дорогая Кэсс, можешь оказаться следующей, кому понадобится наша коллективная помощь.

Кэсс удивленно заморгала.

– Что ты имеешь в виду? Последнее время я часто подумываю о монастыре.

– Я завидую монахиням из-за их простой одежды, – продолжала Джейн. – Но что я имею в виду? Джулиан уже на пути домой.

– О нет-нет-нет. Я оставила эти надежды. Я ничего не намерена делать, лишь пожелаю Джулиану и Пенелопе счастья.

– И будешь безнадежно чахнуть по нему? – спросила Джейн.

– Тут я ничего не могу поделать. – Кэсс пожала плечами.

Люси и Джейн похлопали Кэсс по плечам.

Тут подошел Дерек, увел свою жену от подруг и увлек ее в угол. Там он надел ей на палец огромное кольцо. Люси взглянула на подарок. В кольце было три камня: большой квадратный бриллиант посередине с маленьким квадратным сапфиром с одной стороны и таким же изумрудом с другой.

Люси ахнула.

– Что это?

– Это твое кольцо. Я выбрал его сегодня утром специально для тебя. Оно напоминает мне твои прекрасные глаза.

Люси обвила руками его шею и поцеловала.

– Ох, Дерек, я так тебя люблю! Спасибо тебе.

Она вытянула руку, с удовольствием разглядывая кольцо.

– Не за что, любовь моя. И надеюсь, что оно поможет тебе проявить снисходительность, когда я скажу, что должен вскоре отправиться на континент.

Люси нахмурила лоб.

– На континент?

– Да. Кое-какие незаконченные дела с войны.

Страх сжал ее сердце.

– Ты будешь в безопасности, Дерек?

– Обещаю.

Она немного успокоилась.

– Тогда, думаю, я смогу отпустить тебя ненадолго. Я тем временем займусь изучением искусства быть герцогиней.

Он притянул ее к себе и прошептал на ухо:

– Хочешь узнать секрет?

Она повернула голову, чтобы посмотреть на него.

– Да. Какой?

– Вот это я и загадал, когда бросил монету в бассейн в римских банях.

Люси широко улыбнулась, но шутливо шлепнула его по плечу.

– Ты не должен был рассказывать, что загадал.

Он поднес ее руку к губам и поцеловал тыльную сторону ладони.

– Это уже сбылось.

Content

Валери Боумен
Непредсказуемая герцогиня
Роман

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Глава 13

Глава 14

Глава 15

Глава 16

Глава 17

Глава 18

Глава 19

Глава 20

Глава 21

Глава 22

Глава 23

Глава 24

Глава 25

Глава 26

Глава 27

Глава 28

Глава 29

Глава 30

Глава 31

Глава 32

Глава 33

Глава 34

Глава 35

Глава 36

Глава 37

Глава 38

Глава 39

Глава 40

Глава 41

Глава 42

Глава 43

Глава 44

Глава 45

Глава 46

Глава 47

Глава 48

Глава 49

Глава 50

Глава 51

Глава 52

Глава 53

Глава 54

Глава 55