Григорий Шаргородский

Чудак. Неправильный вор

Пролог

Ветер рванул серебристые волосы сына леса и побежал дальше, поднимая волны ковыля. Благодаря этим порывам степь казалась бескрайним морем, а холмы были похожи на огромные волны.

Здесь ничто не сдерживало буйства воздушной стихии, и не было мощи, сравнимой с нею. Но несмотря на эту мощь, Зарандилу все равно был ближе огонь. Странный выбор для светлого эльфа, и все же он его сделал, хотя никто не знал, как достигнуть подобного слияния противоположных начал. Многие часы, проведенные в перелопачивании легенд и преданий Великого Леса, дали ответ даже на этот безумный вопрос. Молодой меллорн погиб, еще один сын леса стал изгоем, но это дало Зарандилу возможность прикоснуться к Пламени.

Эльф с холодным лицом еще раз попытался охватить взглядом всю степь, а затем повернулся к вершине холма, где суетно работали мастера.

– Еще долго? – едва сдерживая гримасу раздражения, спросил он.

– А ты не зыркай тут на меня, длинноухий, – фыркнул гном, у которого из-под брони торчали только нос картошкой и густая борода, – мы тут не в бирюльки играем.

– Можно подумать, это баллистическая ракета…

Странные для сказочной обстановки слова разрушили очарование момента, и эльф отвернулся от гнома.

Вдали чужеродным наростом в степи меж двух холмов возвышалась цитадель клана Зеленомордых. Внешне казалось, что земляные валы, утыканные лишь деревянными кольями, не слишком хорошая защита, но в этом мире свои законы, и дикарские укрепления не очень-то уступали каменным стенам Авалона.

В данный момент через валы перехлестывала зелено-коричневая волна орков. Гвардия клана Зеленомордых – Железные Кулаки – рвалась к холму, на котором гномы монтировали осадную технику.

– Ну что ж, пора… – тихо сказал эльф полугному из своего отряда.

– Пора, – без особых эмоций кивнул танк. Стукнув кулаком в бронированную грудь, где был изображен тончайший росток, расколовший каменную плиту, он резко насадил на свою бородатую голову закрытый шлем.

Проделав десяток шагов, полугном закрыл брешь в ряду из тридцати таких же танков.

За этой стальной стеной собралось не менее полусотни мечников, среди которых можно было увидеть и людей и полуэльфов. Третья линия обороны из магов и лучников завершала построение, а выше всех на склоне стоял кланлидер – эльф Зарандил.

Волна орков уже покрыла половину расстояния от лагеря до холма, и эльф начал двигаться. Это было похоже на изящный танец. В принципе для кастования заклинания хватило бы обычного жеста, но эльф сделал из этого действа настоящее шоу. Обычным людям не понять, как упоителен каждый шаг и как наполняет радостью каждое движение рукой, совершенное без боли.

Ветер в который раз поднял длинные волосы эльфа, словно ставя точку в сложной вязи рук. В воздухе перед Зарандилом появился огненный шар и, чуть уплотнившись, устремился в сторону орков.

Вслед за заклинанием кланлидера во врага понеслись другие огненные шары, молнии и тонкие спицы сверхпрочного льда.

Зарандил с гордостью увидел, как волна самых свирепых рубак этого мира бессильно отскочила от стены танков его клана, но на этом успех обороняющихся закончился. Железные Кулаки были слишком сильны.

Второй напор проломил оборону, и в дело вступили мечники клана Живых.

За спинами орков начали завывать их шаманы, и порывы ветра стали разбрасывать игроков в разные стороны. Духи воздуха подняли огромные клубы пыли, из которых и прилетело копье. Удар был так силен, что тело эльфа отбросило на пять метров назад и пришпилило к станине полусобранной баллисты.

Из вихрей пыли к повисшему на копье эльфу шагнула огромная фигура орка. Сквозь тактические очки Зарандил видел, что полоска его собственной жизни практически сошла на нет, что неудивительно – оружие орка было очень непростым. Искры пробегали по исписанному кровавыми узорами древку и вонзались в тело эльфа, вызывая короткие судороги и боль. Но Зарандил лишь криво улыбался.

«Разве это боль?»

Фигура орка полностью проявилась в вихрях пыли и дыма. Зеленая морда растянулась в улыбке, обнажая острые клыки.

– На что ты рассчитывал, живчик? С кем собрался тягаться?

Огромная лапа ухватилась за древко копья, и тело эльфа пронзил особенно сильный приступ боли, но он сдержал стон и лишь тихо зашептал строки хокку, которые, по преданиям, усиливали заклинания. Но только если стихи шли из самых глубин сердца:

С болью печальной

Растут лепестки огня.

Все станет пеплом.

– Ты что там лопочешь? – недовольно прорычал орк.

В ответ Зарандил лишь улыбнулся, ощущая, как по коже пробегает волна жара.

Ради этого он отказался от природной магии и уничтожил меллорн, и все же оно того стоило. Едва последние очки жизни канули в Лету – тело эльфа полыхнуло, как сверхновая звезда, заодно унося на перерождение не только убившего его орка, но и всех, кто собрался на этом холме.

Сегодня клан Живых не получит ни славы, ни опыта, мало того – они все сделают шаг назад в своем развитии, но все это будет оплачено звонкой монетой.

«Не жалко и сотню раз умереть здесь, чтобы спасти одну жизнь там. Ради этого я пойду на все что угодно», – подумал эльф, растворяясь в огненном вихре из пламени и тягучей боли.

Огонь заполонил вершину холма, сжигая без разбору и игроков и муляжи осадной артиллерии. В этот же момент с другой стороны по укреплениям орочьего лагеря начали бить настоящие баллисты, посылая в небо огромные огненные кометы с клубящимися черным дымом хвостами.

Осада началась.

Часть первая

Вор

Глава 1

Погода за окном пригородной электрички портилась, и это было плохо. Впрочем, на данный момент подобный нюанс никак не мог повлиять на мое настроение. Если и были сомнения, они остались в прошлом. С ранних лет мою психику формировали под девизом, высказанным еще Маяковским: «Что такое хорошо и что такое плохо». Теперь же я собирался совершить то, что в худшем случае можно расценивать как кражу, а в лучшем – как мародерство. Хотя что из этого более предосудительно – довольно спорный вопрос. Оставалось надеяться, что о подобном проступке никогда не узнают мои родственники. В первую очередь мама и сестра, ну и, конечно, дядя. Но выбор сделан, и сомнения не могли заставить меня отказаться от главного приза – возможности прикоснуться к сказке.

Косые мазки капель проделывали борозды на запотевшем стекле, но не делали мир за окном четче; наоборот, они добавляли ему загадочности и словно олицетворяли собой ту грань, которую мне предстоит перейти.

На данный момент вагонное окно оставалось лишь символом, и шагнуть мне предстояло не за грань реальности, а просто в промозглый воздух осеннего вечера.

Не знаю, что было тому причиной – воспитание без жесткой отцовской руки или генетическая склонность, но я почему-то оказался не совсем готов к грубым реалиям этого мира. Школа и институт по большому счету не отличались от детского садика. Они позволяли жить в тепличных условиях, выстраивая алгоритм поведения по правилам, почерпнутым скорее из прочитанных книг, чем основанных на жизненном опыте. Если учесть, что книги были по большей части фантастическими, мое столкновение с взрослой реальностью напоминало встречу ручной дрезины с товарняком.

В попытках найти свое место в этом мире за три года мне пришлось сменить три места работы. Причем два последних увольнения случились в один год. Для меня по-прежнему является загадкой, почему мелкое ничтожество, по недоразумению ставшее начальником, может безнаказанно вытирать ноги о подчиненных. Увы, праведное возмущение и искренние слова по этому поводу возымели только одно последствие – первое увольнение в моей жизни. На второй работе было чуть лучше, но и там нашлась своя ложка дегтя.

Ситуация поражала своей абсурдностью: со второй работы я вылетел из-за сексуального влечения, которого не было. Шеф – довольно умный и грамотный специалист, ко всем своим преимуществам имел серьезный недостаток – запредельную ревность. Я даже не успел понять, действительно ли понравился его жене, как тут же оказался «на воздухе».

Единственным положительным нюансом в работе под руководством ревнивого начальника было шапочное знакомство с работниками регионального отделения корпорации «Фудзивара». Руководителя отделения мне удалось увидеть только мельком, но этого было достаточно, чтобы мой План – да, именно так, с большой буквы – обрел еще одну деталь.

Третья работа окончательно поставила точку в моем желании взобраться по удобным ступеням лестницы офисной карьеры. Мне удалось стерпеть не совсем адекватного начальника – по крайней мере, он не был тупицей – даже получилось найти общий язык с коллективом, который насквозь пропитался интригами, но тут и сработал пресловутый догмат Маяковского.

Риелторская компания готовилась мимоходом лишить престарелую пару единственной квартиры. Меня возмутил даже не сам факт мошенничества, а то, с какой небрежностью и цинизмом все это проводилось. Не скажу, что стал камешком, развалившим преступные жернова, но сделку я сорвал и изрядно подпортил настроение своему начальнику.

В итоге старики передумали продавать квартиру, а меня уволили, снабдив вместо выпускного пособия обещанием переломать ноги.

Не скажу, что являюсь высокоморальным человеком, у каждого действия есть своя цена. Но честно – я рад, что на второй чаше весов не оказалось солидного противовеса, чтобы повлиять на простую человеческую порядочность.

Потеря третьей работы была бы катастрофой, если бы к тому времени у меня не созрел План. И вся нелепость ситуации была в том, что потеряв работу по велению совести, я собирался нарушить закон.

Чтобы не оказаться в гипсе, мне пришлось залечь на дно, но это никоим образом не мешало моему Плану. Так что на пригородную электричку я сел без малейших сомнений. Конечно, имелись опасения насчет возможных угроз моей семье, но дядя Толя занимал должность заместителя начальника нашего РОВД и олицетворял собой образ настоящего шерифа – грозного, но справедливого. Так что ни маме, ни сестре Тамаре ничего не грозило. Срыв сделки по двухкомнатной квартире явно не стоил ссоры с представителем власти, пусть даже местного масштаба. Тем более что самого виновника «торжества» поблизости не будет; и все же дядю стоит предупредить.

Нужное имя в телефоне пришлось искать, так сказать, не совсем твердой рукой.

– Алло, – раздался из динамика уверенный голос «настоящего шерифа».

– Дядь Толя, это я.

– Ты где пропал? – спокойно, но с металлическими нотками в голосе спросил дядька. – Мать беспокоится.

– Тут такие дела… в общем, я попал в неприятную историю.

– Проблемы с законом? – тут же напрягся мой родственник.

– Нет, скорее наоборот: сорвал своим бывшим работодателям аферу по продаже квартиры двух стариков.

– Помощь нужна? – все так же лаконично спросил дядя, но к моей радости, в его голосе чувствовалось одобрение.

– Нет, со мной все в порядке. Просто позаботьтесь о маме и сестре.

– Не переживай. Не думаю, что твои враги – идиоты, а если все-таки идиоты, им же хуже. Матери можешь не звонить, я все объясню, – тут же перешел к делу дядька. – Ты заляжешь там, где я думаю?

– Да.

– Добро, скажу Оле, пусть подождет с оформлением документов на дом. Мало ли, все же с риелторами имеем дело.

– Спасибо.

– Деньги нужны?

– Нет, дядь Толь, все в порядке, – поспешил я успокоить родственника, хотя деньги были очень нужны. Неудачные скачки по работам довели мою кубышку до плачевного состояния.

– Добро, до связи.

– До связи, – сказал я уже отключившемуся абоненту.

Что поделаешь, дядька у меня резкий и строгий, но ему никогда не удавалось скрыть под этой маской заботливую душу.

Словно почувствовав улучшение моего настроения, дождь решил повременить, и ветер весело согнал со стекла бисеринки капель, позволяя внимательнее рассмотреть замедляющуюся панораму соснового леса.

Ну, вот и моя остановка.

Подхватив рюкзак с незамысловатыми пожитками, я быстро прошелся по вагону и сошел на мокрый перрон.

Хорошо, что от полустанка до Васильков было не больше десяти минут пешего хода. Но это если по прямой, а вот по основной дороге получается чуть дольше. Лес встретил меня тихой осенней печалью, но благодаря тому, что вокруг все дышало хвойной свежестью, эта печаль не была такой уж безнадежной. И все же зелень иголок в одеянии притихших гигантов уже стала несколько выцветшей.

Не отягощенная зарослями кустов тропинка без проблем привела меня к, так сказать, черному входу в деревню, а ее ответвление вообще позволило дойти до дома нашей дальней родственницы, минуя улицу.

Так как у покойной Светланы Борисовны не было детей, всю свою нерастраченную материнскую любовь она перенесла на нас с Тамарой, поэтому и окрестный лес и деревня были знакомы мне как свои пять пальцев. Но на данный момент мой взгляд приковывали не памятные с детства места и не старенький дом родственницы, а более опрятное строение по соседству.

Внешне соседнее владение напоминало маленькую крепость. Небольшой домик с переделанным под жилье чердаком окружал двухметровый забор из бетонных плит. Это обеспечивало защиту от любопытных взглядов практически со всех сторон, но не с чердака соседнего дома. Из двора-крепости можно было выйти только через массивные ворота или через не менее крепкую калитку, ведущую в лес.

Давшая мне фору непогода вот-вот должна была отменить свою поблажку, так что пришлось ускорить шаг, и через пару минут я уже входил в перекошенную калитку на огороде дачи, доставшейся нашей семье по наследству.

Дом не изменился со времен моего детства, здесь все было так же привычно и по-деревенски некомфортабельно. Раньше меня это не волновало, но до этого момента от «особняка» требовался не долговременный приют, а крыша на одну ночь по случаю выезда на пикник. Именно такой случай и запустил цепь событий, которые влились в мой План.

Все началось год назад. Мы с Тамарой и общими знакомыми решили провести в осиротевшем домике выходные. В разгар веселья, когда первая порция шашлыков была съедена, а вторая уже томилась на мангале, возле дома остановился большой фургон и воззвал к нашему вниманию коротким сигналом.

Пришлось идти к калитке, где меня дожидался парень в рабочем комбинезоне.

– Это Лесная, двадцать восемь?

– Нет, друг, – качнул я головой, в который раз сетуя за скол на белой эмали номера нашего дома, превративший шестерку в восьмерку. – Тебе нужно к соседу.

– Спасибо, – кивнул парень и собрался уже возвращаться к машине, когда за моей спиной послышался голос Тамары:

– Марат, кто там?

Парень тут же оживился и растянул улыбку на все тридцать два зуба.

Что тут скажешь, моя младшая сестренка в коротком топе и джинсах в обтяжку выглядела сногсшибательно.

– Я ошибся номером, – тут же сказал парень и горестно вздохнул. – Хотя очень жалею, что мне не к вам.

– Так оставайтесь, – мило улыбнулась эта егоза, хотя я точно знал, что парень не в ее вкусе.

– Тома, не морочь человеку голову.

Мое недовольство разделял и пассажир в кабине фургона, что он и выразил звуком автомобильного сигнала.

– А я бы остался, – нервно оглянулся парень, так и не шагнув от калитки.

– Артема! – послышался голос от машины, и то, с каким акцентом это было произнесено, показалось мне очень любопытным.

Выглянув из-за забора, я увидел высунувшегося из кабины японца, и эта личность была мне известна.

Интересно, что здесь делает представитель корпорации «Фудзивара»? От желания прояснить происходящее даже зачесались руки.

Гневный крик начальства возымел действие, и машина отъехала от нашего дома, но сразу же остановилась. Я же, оставив всех гостей, стремительно забрался на чердак. Отодвинутая в сторону черепица дала мне возможность увидеть все, что творится в соседнем дворе.

Шальная догадка оказалась верной на все сто процентов. Четыре грузчика извлекли из недр фургона массивный ящик, в котором не могло быть ничего, кроме капсулы. Примечательно, что водитель остался в кабине, и даже воспалившие мозг воспоминания о моей сестре не заставили его покинуть пост. Грузчики, которые все оказались японцами, вопреки всем правилам безопасности, ехали внутри фургона, что еще раз подтверждало мои догадки насчет ценности груза и его специфики.

В сопровождении колоритного хозяина дома вся компания прошла внутрь, и на этом поток информации иссяк на добрые два часа. Все это время любопытство так и не отпускало меня с чердака, за что я был вознагражден впоследствии.

Часть крыши соседнего особняка была оперативно разобрана. Снятое покрытие заменили какой-то пленкой, но я все же успел заметить, как рабочие смонтировали в мансарде спутниковую антенну довольно примечательной конструкции. Все сходилось – сосед оказался очень богатеньким Буратино и обладателем моей мечты.

Воспоминания захватили меня, и процесс приведения внутренностей дома в жилое состояние я производил автоматически. В голове мелькали выуженные из сети восторженные отзывы о новой игре, что накручивало меня еще больше.

Прорывающаяся в интернет и СМИ информация уже больше двух лет будоражила сознание всех геймеров мира. Не обошла эта мания и меня, но реалии жизни приглушали душевное томление, выстраивая стену недостижимости. И вот на том памятном пикнике стена хоть и не пала окончательно, но дала изрядную трещину.

Эта трещина стала проломом две недели назад, когда я случайно увидел в новостях репортаж о ДТП со смертельным исходом и узнал в пострадавшем своего соседа. Ошибки быть не могло – он имел слишком примечательную внешность.

В тот момент работа и личная жизнь отогнали воспаленные мысли о сказочном мире на второй план. Все, на что меня хватило, так это на звонок дяде с просьбой уточнить личность погибшего. Поводом стал выдуманный интерес одной моей знакомой, якобы узнавшей в пострадавшем своего родственника. Мне очень не нравится врать, особенно близким людям, но соблазн был слишком велик. Дядя сумел все разузнать и сообщил мне, что по паспорту погибший значился как Никодимов Юрий Сергеевич – разведенный, без детей. Странным оказалось то, что погибший был прописан за много километров от нашего города.

На тот момент эта информация была бесполезной, но после происшествия с квартирой стариков все сдерживающие меня оковы исчезли. Надежды устроиться в большом мире таяли как весенний снег, так что можно было позволить себе небольшую авантюру.

С холодком в груди я забрался на чердак и вновь создал лючок для осмотра соседского двора. Мои действия тут же были замечены охранником в лице крупного пса породы московская сторожевая. На практически полностью белой шкуре пса имелась пара серых пятен, а белую же голову украшало черное ухо, навевая на определенные ассоциации. В общем, соседский двор был под надежным присмотром, но состояние собаки подтверждало все мои предположения. Здоровенный пес, вместо того чтобы еще раз облаять меня, вдруг завыл, и от этого воя у меня по спине пробежали мурашки.

За что же тебе, бедняга, такие мучения?

Все верно – в ДТП погиб мой сосед, остается только удивляться, что пес до сих пор не издох от голода.

Сумерки уже укутывали деревню, кое-где в окнах зажглись огоньки, но ждать до утра было бы жестоко. А вот чем кормить беднягу? У меня с собой только консервы. Где-то на краю сознания теплилась информация, что в таком случае лучше всего подойдет парное мясо.

Быстро собравшись, я прошел половину улицы и постучался в калитку хоть и не богатого, но аккуратного домика. Тут же сработала живая сигнализация в виде мелкой и до звона в ушах голосистой собачонки.

– Кто там колобродит на ночь глядя? – раздался недовольный голос Митяя.

– Митя, возьми ружье, – тут же прорезался голосок его супруги.

В деревне не принято ходить в гости после заката, так что реакция вполне предсказуемая. Про ружье Лида, конечно, приврала, и все же лучше обозначить свое присутствие:

– Митяй, это я, Зацеп!

– А, Марат, привет, чего бродишь по ночам? – приободрился товарищ моих детских игр.

– Есть дело; ты кроликов еще разводишь?

– Ну да, а тебе зачем?

– Да вот мясца захотелось.

Еще минут десять пришлось изворачиваться с объяснениями и уговаривать Митяя взять деньги за умерщвленного во внеурочное время кроля. Благо помогла Лида, забравшая в дом и деньги, и слишком любопытного мужа.

Вернувшись к себе, я разрубил купленную тушку на части и, отобрав небольшой кусок без шкуры, полез на приставленную к ограде лестницу.

Пес уже ждал меня с той стороны бетонной плиты и недовольно рычал.

– Привет, – поздоровался я и без особых вступлений бросил изголодавшемуся зверю, так сказать, диетическую пайку.

А собачка-то не простая… и возможно, у меня с ней будет больше проблем, чем предполагалось. Пес продолжал сверлить меня взглядом, даже не думая нагибаться к мясу, хотя все его желания выдавала обильная слюна.

Ладно, не будем смущать парня, пусть поест без свидетелей.

Через десять минут повторный поход на лестницу показал, что подношение принято, но при этом мягче ко мне относиться не стали.

Ничего, не мытьем так катаньем. В деле приобщении к чужому имуществу спешка может только навредить.

– Так, друг, нам с тобой предстоит долгое общение, и нужно как-то к тебе обращаться. Понятия не имею, как тебя зовут, но твое ухо не оставляет вариантов. Будешь Бимом.

Завершив обращенный к собаке монолог, я несколько раз назвал пса новым именем. В ответ получил ироничный взгляд, из которого было ясно, что кусок крольчатины абсолютно ничего не поменял в наших отношениях. Максимум, на что можно было рассчитывать, так это на то, что при попытке пересечь периметр меня не загрызут насмерть, а просто сильно покусают.

Глава 2

Прошло несколько дней, за время которых стало понятно, что никто не спешит заявлять свои права и на дом, и на скрывавшуюся в нем драгоценность. Мало того, заглянув в почтовый ящик, мне удалось узнать, что квитанции на оплату коммунальных услуг приходят на имя, которое и близко не было похоже на то, что мне сообщил мой дядя. Здесь чувствовалась какая-то тайна. По крайней мере, было понятно, что погибший владелец капсулы от кого-то прятался. Это навевало определенные тревожные мысли, но меня уже понесло. По последним данным, капсула и сопутствующая техника стоили больше семидесяти тысяч долларов, так что вряд ли у меня появится другой шанс попасть в новый мир.

С собакой наметился небольшой прогресс. Проведенная пару дней назад попытка перелезть через забор была встречена хоть и вялой, но агрессией, поэтому срочно требовалась дополнительная информация.

Интернет говорил, что московская сторожевая является надежной защитой охраняемой территории. И все же при общении в семье она не выбирает себе определенного хозяина.

Что же, мне просто следует приучить Бима к мысли, что у него появился новый член семьи, как минимум на основании того, что я не дал ему подохнуть от голода.

Первые дни Бим питался крольчатиной, чем извел изрядную часть моего аварийного бюджета, поэтому теперь пес сидел на диете в виде каши с тушенкой, которую мы честно делили пополам.

И вот момент истины. Подворье оставалось бесхозным почти три недели, и никто так и не предъявил на него свои претензии. На примере тетиного участка можно с уверенностью сказать, что пока оплачиваются забрасываемые в почтовый ящик квитанции, никому нет никакого дела до пустующего дома. Что же касается вмешательства со стороны местного представителя власти, то участковый и сам просто мечтал, чтобы его поменьше беспокоили.

Квитанции из почтового ящика были мною изъяты, и то, что в них значилось, заставляло поторопиться.

Перелезать забор на глазах здоровенного зверя было откровенно страшно, но что делать – не убивать же пса только потому, что мне хотелось заполучить чужую собственность?

Мою вылазку Бим встретил глухим рычанием, впрочем, без особой ярости. Похоже, он уже что-то для себя решил, но, как и я, пытался это как-то утрясти со своими моральными принципами.

К дому мы шли рядышком, и практически на каждый мой шаг Бим реагировал рыком. У самого крыльца короткие рыки перешли в постоянный рокот.

– Не, Бим, ты свинья, а не собака, – искренне возмутился я, – как жрать мясо, так пожалуйста, а остальное – извини-подвинься…

Ладно, хватит пряников, пора переходить к кнуту. Развернувшись, я быстро прошел обратно и перелез к себе во двор. В этот день пес остался без ужина и без завтрака на следующий день. К обеду ему был предложен кусок крольчатины, но уже из рук. Это оказалось последней каплей. С трагической мордой Бим взял у меня мясо, и дальнейшие передвижения по двору остались без его комментариев.

Так, теперь займемся проникновением внутрь. А вот с этим наметилась проблема. В принципе дом я знал достаточно хорошо, потому что когда-то на школьных каникулах помогал еще старому хозяину в строительных работах, но новый обитатель серьезно улучшил безопасность своего проживания – на окнах решетки, все двери бронированы. Даже черный ход с кухни вместо хилой деревянной дверцы обзавелся массивным металлическим аналогом.

Впрочем, эти нюансы меня не особо огорчали, потому что интуиция подсказывала: проникновение в дом – это еще не все. Капсула наверняка находилась в подвале, который старый хозяин оборудовал под самый настоящий бункер. Была у этого товарища такая фишка. Не удивлюсь, если именно этот нюанс стал решающим фактором в покупке дома новым владельцем.

А вот насчет подвала имелись определенные наметки. Мне доводилось наблюдать за всем процессом его постройки, вплоть до посильной помощи. Сначала экскаватором был вырыт котлован у дома, в нем из бетонных плит сложили коробку бункера. Затем все это засыпали землей. И все же, при всей надежности конструкции, в ней был изъян. При укладке крановщик отколол верхний угол у боковой плиты. Впоследствии мне лично пришлось закладывать эту дырку кирпичом.

Вооружившись лопатой, я за полчаса выкопал яму глубиной в полтора метра, промахнувшись буквально на пару десятков сантиметров. Три удара молотком открыли мне путь в пещеру с сокровищами, которые Аладдину и не снились.

Ну, здравствуй, мечта.

Стараясь не ободраться об острые углы плиты, я скользнул в пролом и рухнул на пол. Хорошо хоть высота была небольшой.

Датчики движения оперативно среагировали на мое появление и под потолком зажглись круглые плафоны.

А неплохо здесь устроился геймер-партизан. Детали интерьера мое сознание отметило лишь мельком, в то время как взгляд жадно впился в конструкцию посреди бункера.

Реальность оказалась немного не такой, как ожидалось. На картинках в сети капсулы виртуального погружения имели самый разный вид. По большей части они представляли собой своеобразные саркофаги различных модификаций. Передо мной же предстало нечто совсем иное. Это было массивное кресло с гипертрофированным подголовником. Кресло надежно покоилось на широком постаменте, от которого шла изогнутая шарнирная штанга с экраном. Вся конструкция до предела нафарширована электроникой, перемигивающейся редкими огоньками.

Мои пальцы сами собой потянулись к экрану и нажали на мигающую посреди экрана кнопку «Пуск».

Зажужжали сервоприводы, и массивный подголовник кресла развернулся несколькими лепестками.

Дальше все прошло на голых инстинктах. Я сам не соображал, что делаю. Мечта, два года будоражившая мое сознание, оказалась буквально на расстоянии вытянутой руки, и если инстинкт самосохранения что-то пискнул, то это пролетело мимо сознания.

На экране высветился ряд схематических изображений, на которых маленький человечек поэтапно раздевается до пояса и садится в кресло. Затем крупным планом были показаны пальцы, нажимавшие кнопку на кистевой части подлокотника – стандартная инструкция, понятная даже самым недалеким пользователям.

Сняв куртку, свитер и майку, я мельком отметил, что ворвавшийся со мной в лаз осенний воздух сделал температуру в подвале не совсем комфортной, но это были такие мелочи…

Очень мягкий материал сиденья принял меня и тут же начал подстраиваться под параметры тела. Голова коснулась подголовника, а пальцы торопливо нажали на кнопку. Развернутые лепестки подголовника тут же начали сжиматься, и только после этого проснулся мой здравый смысл. К счастью, с приступом паники удалось справиться без особых проблем. Дернувшиеся к голове руки вернулись на подлокотники, и я стал ждать конца производимых креслом действий.

Несмотря на мои опасения, часть лица и глаза остались открытыми, хотя голова оказалась зафиксированной намертво. В образовавшемся полушлеме что-то тихо загудело, а по креслу подо мной пробежала легкая дрожь. Внезапно по моему голому торсу скользнула волна тепла, и после этого прохлада бункера отступила. Скорее всего, сработало какое-то поле, поддерживающее вокруг тела приемлемую температуру.

Мир мигнул и исчез. Отказ до сих пор безукоризненно работавшего зрения вызвал более массированную атаку паники, но с ней легко справилось разочарование.

В навалившемся на меня мраке вспыхнули горящие красным буквы:

«Нейропрофиль не соответствует установленному стандарту. В доступе отказано».

Зацеп, ты реально лось! Сколько усилий – и все насмарку! Великий План казался мне настолько гениальным именно потому, что я не хотел замечать провальных деталей. Ведь можно же было подумать о доступе! Даже самый ленивый геймер, который никогда не ставит пароль на свой компьютер, вынужден вводить код допуска при входе в игру. Мало того, настройку на этот самый нейропрофиль наверняка должен проводить специалист корпорации.

Было так обидно и стыдно, что хотелось плакать, словно ребенку. Ничего удивительного, именно как ребенок я себя и повел, заменив реальные сложности выдуманными.

Невыносимо захотелось оказаться подальше от места своего позора. Так и не утратившие чувствительности пальцы коснулись кнопки, но нажать ее не успели.

Укоризненно горевшая надпись вдруг дополнилась маленькой строчкой внизу:

«Для перенастройки нейроинтерфейса введите настроечный код».

Код?

Вспыхнувшую надежду я тут же отогнал, но осадочек-то остался…

Код – это не пароль, и если в нем много цифр, то не каждый человек сможет его запомнить. Пальцы судорожно нажали кнопку. Едва дождавшись полного раскрытия лепестков шлема, я вскочил и заметался по подвалу. Небольшой сейф в стене покойный сосед маскировать не стал, так что нашелся он моментально.

Здравый смысл держался за мое сознание как ленточка, случайно прицепившаяся к мчавшемуся под всеми парами поезду. Как был раздетым до пояса, я буквально ввинтился в лаз и выбрался под моросящий дождик. Молоток не внушал доверия – здесь нужен инструмент посерьезней.

Бим сидел у лаза и недоуменно следил за тем, как его новый хозяин сначала едва ли не с ходу преодолевает двухметровый забор, а затем сваливается обратно с тяжелым ломом в руках.

Честно говоря, момент, когда я судорожно выковыривал довольно хлипкий сейф из стены и курочил его ломом, выпал из моей памяти. Это больше напоминало временное помешательство. Относительное спокойствие пришло, только когда толстый томик с логотипом корпорации «Фудзивара» был выужен мной из вороха других бумаг. Документы на кресло-капсулу оказались испачканы кровью. Лишь через пару секунд пришло понимание того, что эта кровь – моя. Акт вандализма не прошел без последствий не только для сейфа, но и для моих рук. К счастью, все обошлось небольшими царапинами.

Наконец-то меня посетило хоть какое-то просветление, но терпения это не добавило.

Облегченный вздох отметил момент, когда на тридцатой странице взгляд зацепился за строчку «код перенастройки нейроинтерфейса».

Пальцы так дрожали, что код пришлось набирать дважды.

Наконец-то сенсорная панель подмигнула мне зеленым знаком принятия кода, и я вновь завалился в кресло, причем сделал это как был – перепачканный землей и кровью.

Зрение пропало, но теперь уже без приступа паники. Больше пугало возвращение обличающей надписи. К счастью, этого не случилось.

«Включен режим перенастройки интерфейса под новый нейропрофиль. Пожалуйста, сохраняйте спокойствие. 59… 58… 57…»

Эта минута показалась вечностью, но и она прошла. Передо мной поплыли цветные круги, и вдруг я, плюс к потере реального зрения, перестал чувствовать свое тело. Но перед этим ощутил, что кресло изменяет форму, становясь больше похожим на кровать, хоть и не стало полностью горизонтальным.

Спокойно. Так и должно быть…. наверное.

Внезапно чувства вернулись, давая ощущение невесомости. Я оказался в странной комнате, стилизованной под Средневековье – каменные стены, два похожих на бойницы окна и массивная, оббитая металлом дверь из толстых досок.

Справа от входа стояла широкая кровать, больше похожая на покрытые шкурами нары, а слева находился массивный секретер со стоявшим перед ним трехногим табуретом. Все казалось до нереальности реальным, как бы странно это ни звучало. Полному слиянию с виртуальным миром мне мешало лишь состояние невесомости. Так, наверное, себя чувствует призрак.

Спокойно, ты еще не в игре…

Интерьер, конечно, очень красочный, но больше всего меня заинтересовала фигура у стены между окнами. Это был человек в очень колоритных латах, с золотисто-синими узорами. Причем я даже не испугался, потому что фигура изначально не казалась живой и воспринималась как манекен.

Словно дав мне время адаптироваться, сработала система, на этот раз в виде голоса из ниоткуда.

– Мир приветствует тебя, странствующий дух, – прошептал нежный женский голосок. – Увы, это тело не подходит для тебя. Желаешь ли ты выбрать новое тело?

Интересное дело. Это тоже как-то не описывалось в статьях о Сэкаи – никаких надписей. Даже стандартных для современных игр иконок и бара с индикаторами здоровья, маны и выносливости тоже нигде не было видно. Моему взгляду не мешало ничего инородного.

А как же тогда играть? Ладно, разберемся. Главное, что мне удалось попасть внутрь.

– Да, желаю.

– Неподходящее тебе тело будет уничтожено…

Э, не понял, а как же шмот и все остальное!

– …все вещи и монеты будут перемещены в сундук. Даешь ли ты свое согласие?

Ну, хоть так. Сундук – это, скорее всего, секретер.

Что же, будем прощаться с аватарой моего предшественника. Там, куда он попал, она ему уже не понадобится; впрочем, как и все его вещи. Нравственная дилемма присвоения чужого имущества все еще была актуальной, но этим можно заняться позже и разрешить все без ущерба для собственной кармы.

– Даю согласие.

Стоящая меж окон фигура вздрогнула и растаяла как привидение, а на ее месте возник человек в одежде, похожей на греческий хитон, и в таких же греческих сандалиях.

– Люди, – продолжил тихий монолог голосок, – сильные и умелые воины, жаждущие знаний маги, каждый из них имеет бесконечные возможности для самосовершенствования…

Так, это мне уже известно из серфинга по сети. Судя по витиеватому стилю, лекция будет долгой и малоинформативной.

– Дальше, – без особой надежды сказал я в пустоту, но как ни странно, голосок осекся, и фигура человека поплыла, сменившись приземистой фигурой гнома. На нем был похожий хитон, но только не до колен, а до самого пола. Видимо, ноги гнома не обладали особой эстетичностью.

– Гномы, – завел свою шарманку голосок, – умелые мастера и отважные вои…

– Дальше.

Выбор я уже сделал, так что перебивал докладчицу, пока не дождался появления фигуры эльфа.

– Я выбираю эльфа.

– Выбор сделан, – теперь уже с торжественностью и громко возвестил голос.

Меня изрядно тряхнуло, и я наконец-то ощутил свое тело. Конечно, какая-то скованность и неправильность чувствовались, но это уже было ощущение своего тела без каких-либо сомнений. А вот по самочувствию все было более чем хорошо. Такое бывает, только когда утром выходишь из душа – свежий и полный сил. Интересно, что чувствуют старики, оказавшиеся в виртуальном теле? Пока для меня подобные контрасты, к счастью, были недоступны. Впрочем, кое-что ощутить все же удалось. Полученные при вскрытии хранилища царапины и сбитые костяшки более не досаждали неприятными ощущениями.

Там, где раньше находилась фигура усредненного эльфа, появилось ростовое зеркало, в котором отразилась теперь уже моя фигура; если, конечно, считать, что ушастый эльф – это я.

Ну что… чуть изящнее, чем положено настоящему мужику, но если верить комментариям в сети, развитие в воина подправит дело с фигурой.

– Назови свое новое имя.

И на этот вопрос у меня давно был готов ответ:

– Зарандил.

– Увы, странник с таким именем уже ходит по дорогам мира.

Печально, но предсказуемо. Удивляло то, что невидимая собеседница не предложила варианты; ладно, будем справляться самостоятельно.

– Заурул.

– Это имя подходит тебе, благородный эльф.

Странно: над отражением ничего не появилось, но бесплотный голос разъяснил и это:

– Если на путях мира тебе встретится незнакомец, присмотрись к пространству над его головой, и тайное станет явным.

Всмотревшись в точку, где обычно располагаются ники, я увидел, как над головой отражения проявляется «Заурул», а под ним маленькая циферка «0».

Как только мое внимание к нику ослабло, он тут же исчез. Похоже, разработчики решили поднять достоверность виртуала еще на одну ступеньку – убрав из поля зрения все, что может напомнить: это всего лишь игра.

Ну и как теперь лезть в драку с таким восприятием оперативной информации?

Ладно, разберемся.

Повторно всмотревшись в свое отражение, я понял, что стандартный по телосложению эльф имеет мое лицо. Причем сразу это было незаметно – система все же подогнала под расовый стандарт не только уши, но и мой слишком уж славянский нос. И вообще теперь с трудом, но все же узнаваемое лицо приобрело более аристократичные черты. Волосы стали серебристыми и значительно длиннее. А глаза из серых превратились в зеленые.

Очень даже неплохо; интересно, а получится сделать еще круче?

Бестелесный голос, словно прочитав мои мысли, тут же в двух предложениях расставил все по своим местам:

– Странник, у тебя есть еще три часа, чтобы изменить свой выбор, но сделай это до выхода в мир, иначе все останется по-прежнему. На все свои вопросы ты найдешь ответ, прикоснувшись к камню на браслете и раскрыв ладонь.

Выждав еще пару минут, не захочет ли невидимая прелестница что-то добавить, я поднял руки и увидел на левом запястье неширокий браслет, судя по всему – из меди. Простенький ободок украшал небольшой камень, причем не с внешней стороны, а с внутренней.

Так, посмотрим, что за чудеса нам предлагает игра…

Прикосновение к камню привело к появлению у запястья призрачного свитка, который раскрылся вдоль вытянутых пальцев. Получился эдакий средневекового вида планшет-наладонник с диагональю активного экрана где-то в восемь дюймов.

Ну вот, наконец-то привычный интерфейс. Так, что тут у нас есть?

Свиток-наладонник не имел функции раскрытия нескольких окон. В основном меню имелись три пункта: «Личное», «Связь» и «Информация». Вход в «Личное» открывал доступ к статам, а вот ссылка к номерному счету в банке «Фудзивара» была неактивной. Оставалось надеяться, что в секретере-сундуке меня ждет настоящее богатство. К возможности прикарманить чужие деньги я уже относился спокойно, оправдывая это тем, что бывшему хозяину они не понадобятся. В отличие от меня.

Стоять на ногах было неудобно, поэтому я присел на кровать. Никогда не любил маленькие планшеты, поэтому сразу залез в папку «Информация» и начал искать другой способ интернет-серфинга. Небольшое блуждание по ссылкам и подпунктам дало интересные сведения. Оказывается, кресло можно было использовать в качестве рабочего места. При необходимости возвращалось управление почти всем телом, кроме глаз, да и то вмешательство в работу глазных нервов можно было регулировать.

Не помешало бы выйти из виртуала и решить реальные проблемы, но тяга к впечатлениям была выше моих сил. Хотелось немедленно оказаться в сказке, да и содержимое секретера манило меня не меньше. После сжатия кулака свиток-наладонник свернулся и пропал.

Пересев на табурет, я с замиранием сердца положил на столешницу ладонь, совместив ее с контуром на поверхности.

Вот засада!

Вместе того чтобы открыть мне содержимое хранилища, на стенке секретера отобразилась таблица рун. Ничего хорошего это не сулило. Изображение было стилизовано под каменные таблички древности, поделенные на девять клеток-кнопок. На каждой кнопке изображена таинственная руна. Причем стилистика рун подсказывала, что они даже не из одного языка, а некоторые вообще являются рисунками.

Так, без паники; вернемся к заветному свитку.

Да уж – печальная птица обломинго. Из соответствующего раздела игровой энциклопедии удалось узнать, что это стандартный замок тайника, которых в игре вагон и маленькая тележка. Бывают скрытые тайники и явные, как этот секретер, а также сундуки в различных локациях.

И что теперь делать? Если начинать с нуля, то самостоятельность и собственное кресло я получу нескоро. Очень нескоро. А в моем положении это практически приравнивается к «никогда».

Попробуем найти способ, как открыть этот сундучок.

Двадцать минут серфинга показали, что задача передо мной стоит хоть и не безнадежная, но далеко не простая. Секретер был закрыт на замок шестого уровня – это значило, что все девять кнопок были активными, и из них мне нужно выбрать три. Даже не буду высчитывать вероятность успеха. Оставалось только сожалеть, что уровень замка так высок. Чтобы понять масштаб проблемы, стоит уточнить, что у замков первого уровня из девяти кнопок активными были только четыре – три обязательные плюс одна как обозначение уровня. Так что игроку нужно было избегать только одной невезучей кнопки, а у меня таких невезучих было шесть. Если учесть что после трех неудачных попыток содержимое секретера исчезнет, картинка вырисовывалась безрадостная.

Так, теперь поищем, кто в игре может вскрывать такие замки.

Ага. Взломщики – кто бы сомневался. Профессия взломщика шла по ветке разбойника и открывалась после изучения профессии вора.

Это что, таким образом судьба делает намек на мои действия в реале?

Еще один печальный факт гласил, что ворами могли стать только не самые почитаемые обитатели игрового мира. Как ни странно, это были не только зеленокожие или пупырчатые нелюди, коих в Сэкаи насчитывалось две расы, но и полукровки.

Не самая шикарная перспектива, но за все нужно платить.

С одной стороны, хотелось поиграть за эльфа. Не думаю, что в Сэкаи разработчики отошли от стандартов, и мне не терпелось воочию увидеть эльфийские леса в самых сокровенных локациях. С другой стороны, все было затеяно совсем не для того, чтобы любоваться красотами. Главной задачей являлась попытка заработать себе на жизнь. Сделать это в роли красивого, но нищего эльфа даже под прекрасные песнопения будет очень сложно.

Конечно, следовало внимательно все обдумать, но зная собственную склонность к сомнениям, я предпочел поступить как самурай и сделал шаг вперед.

– Я желаю сменить тело!

Меня тут же вытряхнуло из тушки эльфа, и на месте зеркала опять возник манекен в распашонке. Эльф начал оплывать, и его заменил человек.

– Люди, – по новой начал презентацию голосок, – сильные и умелые воины, жаждущие знаний маги, каждый…

– Желаю стать полукровкой эльфа и человеческой женщины.

Из игровой энциклопедии удалось узнать, что в случае, когда отец является человеком, полукровке отходит больше силы, а если наоборот, то он получает больше ловкости, которая вору нужнее, чем сила.

Фигура человека оплыла, становясь чуть ниже и тоньше.

– Запретный плод страсти эльфа и женщины получил с рождением вечный позор. Ему нет места ни в людских городах, ни под сенью Великого Леса. Печален удел безродного. Скитания тысячами путей, из которых ни один не ведет к дому….

Кошмар, сейчас запла́чу…

– Я согласен.

Вновь изрядная встряска, после которой навалилось ощущение нового тела.

М-да, перефразируя советский мультик: «…в теле приятная гибкость пропала».

Если сравнивать с эльфом, тело потяжелело и стало менее ловким, но при этом чувствовалась бо́льшая мощь.

Резкие метаморфозы немного обесцветили реалистичность восприятия, но отторжения виртуальной среды не произошло.

Ладно, привыкнем.

– Назови свое имя, странник, – отвлекла меня от раздумий невидимая незнакомка.

Хм, а почему бы и нет? Для благородного эльфа мое собственное прозвище было бы оскорблением, а полукровке, тем более будущему вору, в самый раз.

– Зацеп.

– Это имя подходит тебе, бедный изгнанник.

Вот так вот, да? Сразу с сочувствием в голосе. Хорошо хоть не с презрением.

Как и в первый раз после обретения имени, моя бестелесная незнакомка утратила инициативу и замолчала.

На месте исчезнувшего манекена вновь образовалось зеркало, предоставившее мне возможность рассмотреть нового аватара.

Что ж, теперь сходство было бо́льшим. Даже вернулся природный цвет глаз, правда, уйдя в более голубой оттенок. Мои русые волосы обрели серебристый блеск, а черты лица хоть и не вернулись в натуральный вид, но стали немного грубее.

Так тоже неплохо.

В момент перехода из призрачного состояния в тело персонажа я почувствовал словно изменение гравитации. Как будто нахожусь в рванувшем вверх лифте. Новое тело, как и прежде, ни в малейшей степени не ощущалось чужим. Проведя пальцами по коже рук, я ощутил то же, что чувствовал в реальности. Ощупывание непривычно удлиненных ушей некоторое время давало ощущение какого-то грима, но затем ответная чувствительность заставила мозг принять и эту странность.

После знакомства с аватаром я перешел к тактильному изучению виртуальности. Поверхность стен комнаты и мебели не привнесла ничего нового в мое мировосприятие. Только усилием воли удалось заставить себя поверить, что нахожусь в искусственной реальности, а не участвую в инсценировке средневековой жизни. Подушечки пальцев передавали все неровности и заусеницы грубо обработанного дерева и прохладную гладкость лакированной мебели.

Любопытство быстро смазывало новизну и толкало на дальнейшие действия.

Все, мое терпение окончательно иссякло.

Отодвинув остальные вопросы на задворки сознания, я решительно открыл дверь из комнаты.

Вопреки моим ожиданиям, за дверью оказался коридор, который выходил не в обеденный зал какой-нибудь таверны, а сразу на улицу.

Выйдя под вечернее солнце, я осмотрелся и увидел, что нахожусь на крыльце длинного здания, явно являющегося пансионом.

М-да, что-то бедненько, но это касательно архитектуры, а не красок нового мира. Открывшаяся панорама представляла собой эдакую сельскую пастораль. Виртуальность одновременно и разочаровывала и оправдывала мои надежды. Почему-то человеческий мозг верит только в грубую реальность. Если в созданном с помощью графической программы фильме показаны грязь и мусор в мельчайших деталях, то это воспринимается как самая что ни на есть живая картинка. И наоборот – натурные съемки альпийского луга под весенним солнцем, без посторонних предметов, кажутся едва ли не компьютерной графикой.

Вот и здесь, казалось, что я попал в голливудский блокбастер по мотивам творения Толкина. При этом все воспринималось более чем реально. Качнувший ветки сирени ветерок освежил мое лицо и принес терпкий запах цветов. Ступившие на мелкую гальку сандалии тихо скрипнули, а охватывающие ногу ремни передали на кожу ощущение легкого давления.

Конечно, между реальностью и тем, что я сейчас ощущал, была разница, но она чувствовалась, только когда начинал прислушиваться к тонкостям собственных ощущений. Это как легкий зуд или новая одежда. Если акцентировать на этом внимание, то зуд начинает нарастать, а скованность в движениях вызывает раздражение, но если внимание отвлечено чем-то другим, неудобство отходит на второй план, а затем и вовсе исчезает.

Расстегнув ремни, я снял сандалии и шагнул в траву на обочине тропинки. Подошвы босых ног ощутили прохладу и стебельки травы. По коже пробежала приятная щекотка. Наверняка подобное действие в реале будет иметь бо́льшую гамму ощущений, но при этом в игре все было не менее приятно. Можно даже сказать, что в исчезнувшей части ощущений находились именно неприятные нюансы, как то: острые края травинок или покалывание от сломанных сухих стебельков.

Меня еще раз тряхнуло – реальность, будто новая одежда, в последний раз напомнила о своей новизне и села как влитая.

Прикосновение очередного порыва ветерка остужало разогретую солнцем кожу не закрытых хитоном рук и вызвало волну удовольствия.

– Да! – не в силах сдерживать восторга, крикнул я.

Этот всплеск эмоций заставил отскочить идущего по тропинке человека в таком же, как и у меня, хитоне.

– Придурок! – вызверился незнакомец. – Пускают в игру всяких психов…

Возможно, не будь игрок таким же нулевиком, я мог бы огрести неприятностей, но он прошипел сквозь зубы что-то совсем уж ругательное и пошел дальше.

Ладно, все это хорошо, но новизна мира успела чуть приесться, и захотелось новых впечатлений.

Перед глазами по-прежнему простиралась панорама поросшего редкими кустами луга и виднеющейся вдалеке опушки леса.

И это все?

Взгляд направо показал одноэтажные строения небольшой деревни. Слева расположились такие же бревенчатые постройки, но явно не жилого, а складского типа. Все было оформлено в древнерусском стиле времен этак Святослава.

Не хочется повторяться, но – бедненько.

Так, теперь посмотрим, какой вид мне закрывает здание пансиона.

О том, насколько я ошибался, удалось узнать, только зайдя за угол длинного здания.

Мама родная!

Контраст попросту сногсшибательный.

От небольшой деревеньки стартовой локации уходила тропка к огромной стене. Причем эта стена была сложена из бревен. Да только на эти «бревнышки» наверняка ушли стволы вековых дубов. Взлетавшая на высоту не менее тридцати метров стена уходила в обе стороны за пределы видимости, так что размеры города представлялись с большим трудом.

Идущая от деревни дорожка, вопреки ожиданию, утыкалась не в ворота, а в небольшую дверку в основании бревенчатой же монументальной башни. Простая логика подсказывала мне, что в город полукровке нулевого уровня пока рано.

Ладно, пройдемся по деревне.

Глава 3

Поход по деревне и общение с местными жителями открыли мне несколько неприятных истин. И первой из них было то, что ждать бесплатных подарков от этой сказки не приходится. Жизнь в деревне протекала довольно бурно – в тот момент там находилось как минимум полторы сотни игроков, начиная с нулевого и заканчивая третьим уровнем. Так что высмотреть что-то полезное было довольно трудно.

Вначале мне на глаза попался будущий воин в полном облачении, но пока еще нулевого уровня, который прямо на околице деревни сцепился с кроликом первого уровня. Причем сцепившийся в прямом смысле слова. Для того чтобы убить ушастого симпатягу, игроку понадобилось не меньше пяти минут.

Еще один нюанс: вглядевшись, я сумел увидеть только уровень кролика, да и уровень жизни игрока остался для меня тайной – рассмотреть удалось только имя и цифру ноль, которая даже после победы не стала единичкой. При этом, судя по замедлившимся движениям мечника, крольчишка изрядно подпортил ему здоровье.

Интересно девки пляшут… Вполне упакованный человек-воин с трудом завалил первоуровнего кролика. Что же тогда ждет полукровку с порезанными статами здоровья и силы?

Вторым разочарованием стал поход в оружейную лавку. Набор амуниции начальных уровней стоил пять золотых, а подходящий мне кинжал тянул на пятнадцать золотых монет. Это же в сумме штука зеленью!!!

А чего вы хотели, господин Зацепилин, отправляясь в сказку для богатых? Создавая игровую валюту, корпорация не мудрствовала лукаво и взяла номинал золота из реала. В итоге получалось, что вес одной золотой монеты был аккурат эквивалентом реального с ценой в сто долларов. Соответственно серебряную монету можно обменять на десять вечнозеленых бумажек, а медная шла одна к одному.

Так, нужно срочно выходить из игры и вникать в особенности этого мира. Без вооружения информацией здесь делать нечего. Но все же я решил побыть в виртуале еще немного. Если нельзя качаться боями, то стоит опробовать простейшие квесты.

Тут меня и постигло третье разочарование – никто из жителей деревни даже не хотел говорить с нулевым полукровкой.

– Уважаемая, – обратился я к дородной тетке двенадцатого уровня, копавшейся в огороде. – Может, вам чем-то помочь?

Колоритная славянка в сарафане и вышитом цветочками платке разогнулась, вытерла со лба пот и, рассмотрев меня, презрительно поджала губы:

– Какая от тебя помощь, болезный? Впору милостыню просить, но нищим мы не подаем. Шел бы ты отсюда.

Да уж, это была десятая по счету неудачная попытка получить квест и хоть как-то поднять уровень.

Так, хватит над собой издеваться. Пора в реал.

Уже на подходе к пансиону я увидел сидящего у тропинки мужичка. Поношенные порты с рубахой и истоптанные постолы выдавали в нем бедняка, но на нищего он не был похож. Взгляд поверх головы выдал мне имя странного индивидуума – Прошка. Под именем высветился третий уровень.

Да уж, даже уровень был самым маленьким из увиденных мной в деревне. Но нам, так сказать, не до жиру.

– Здравствуйте, Прокофий.

– А, чегось? – оглянулся по сторонам бедняк. – Ты это мне? Дык не Прокофием меня кличут, а Прошкой…

– Да мне без разницы, – прервал я монолог селянина, понимая, что вежливостью ничего не добьюсь. – Лучше скажи, нужна ли тебе какая-нибудь помощь?

Прошка некоторое время вглядывался в меня, явно выискивая недостатки. Затем осмотрелся по сторонам и все же сподобился на ответ:

– Очень нужна. – Еще раз осмотревшись, Прошка продолжил: – Будь добр, мил человек, отнеси вот эту связку травы бабе Дуне. Она тебя отблагодарит.

– А сам-то чего? – с сомнением спросил я, рассматривая пучок травы, скорее всего, сорванный прямо здесь.

– Так недосуг мне, – сощурился Прошка. – Ну что, согласен?

Ох, не нравилась мне «занятость» этого бездельника, но другого выбора все равно не было.

– Согласен.

Как только пучок травы перекочевал в мои руки, камень на браслете замигал синим цветом, а в моих ушах раздался тихий и приятный звон.

Отойдя в сторону, я раскрыл свиток-наладонник и увидел мигающую строчку сообщения:

«Вы приняли новое задание. Отнесите пучок травы на окраину деревни Березовой бабе Дуне. Награда: опыт. Конечная точка задания отмечена на карте».

Негусто; к тому же количество опыта не указывалось, но опять-таки выбора у меня нет. Вот сделаю этот простенький квест, и – в реал. К тому же характерное давление внизу живота намекало на то, что следует посетить уединенное место. Пришлось даже тормозить возникшее желание отойти в кустики. Не знаю, как бы этот процесс оформила система, но в реале случился бы курьез. Нужно забить себе в подкорку, что перед игрой не стоит злоупотреблять жидкостями.

Карта привела меня к перекошенному домику, который находился не просто на краю деревни, а на солидном отдалении от нее.

Попытки достучаться до хозяйки не принесли успеха, но я все же решил подождать.

Заходящее солнце мягко пригревало, даря необычные ощущения, так что полчаса на шероховатой завалинке прошли незаметно. Когда светило ушло за горизонт больше чем наполовину, внутри дома послышался шум.

– Эй, баба Дуня, вы дома?! – крикнул я, повторно тарабаня в дверь.

– Чего орешь как оглашенный? – послышался старческий голос – Дома я, заходи.

Интерьер домика полностью соответствовал экстерьеру. Русская печь с облупленными боками занимала почти все внутреннее пространство. Повсюду висели пучки трав вперемешку с паутиной. И как квинтэссенция все этого колорита, у печи стояла старушка – почти классический вариант Бабы-яги.

Да уж, корпорация неплохо подобрала консультантов по славянской мифологии.

– Чего встал в дверях? Проходи, коль пришел, – прошамкала старушка, и от ее практически беззубой улыбки у меня пробежал мороз по коже.

Продирающийся сквозь затянутое паутиной оконце закатный свет делал картинку еще более абсурдной и при этом до жути реалистичной.

– Я тут вам травки принес…

– Знаю, от Прошки, – нетерпеливо перебила меня старушка, почему-то поглядывая на оконце. – Давай скорей, очень уж нужна мне эта травка.

Приближаться старушка и не думала, а просто протянула руку. Так что пришлось идти к ней.

Как только я сделал два шага вперед, дверь за моей спиной со стуком захлопнулась. Мало того, резкий разворот показал, что массивный засов задвинут до упора. В этот же момент, на прощание блеснув в запыленном стекле, погас последний луч солнца.

Позади раздался тихий смешок, переходящий в странный клекот и пощелкивания.

Приплыли. Кожа на спине не просто покрылась мурашками, она заледенела, а волосы на голове зашевелились. Будь они покороче, наверняка встали бы дыбом.

Блин, это же игра, но почему тогда так страшно?!

Подобный ужас не охватывал меня даже в детстве, когда после страшного кино доводилось заглядывать под кровать.

Ноги словно примерзли к полу, но мне все же удалось заставить себя развернуться.

Какие на фиг консультанты-славянисты?! Это психопаты какие-то! Не было в русских сказках старушек, превращающихся в дикую помесь человека и паука. Причем это был полноценный мутант, а не американский мужик в трико с милым рисунком на груди.

Массивное брюхо лишь в верхней части обтягивала бабкина юбка. Из головогруди в стороны торчали восемь гипертрофированно вытянутых рук, которые в этот момент перемещали монстра под потолок. И прямо из головогруди, без перехода в виде шеи, торчало нечто, что даже и психопат не назвал бы человеческим лицом. Там присутствовали все атрибуты паука, как то: четыре штуки черных глаза и хелицеры, которые и издавали странное пощелкивание. Но в этой фантасмагории определенно угадывались черты старушки.

Я говорил, что мне было страшно? Так вот – это было до разворота. То, что навалилось на меня от вида этого чуда, простым ужасом назвать было нельзя.

К счастью, наваждение продолжалось недолго. Оттолкнувшись от потолка белесыми руколапами, монстр прыгнул на меня. Последнее, что удалось увидеть, так это уровень моба – 13.

Очень даже символично.

Наверное, такое ощущение успевает испытать человек, в которого врезался товарняк. Полыхнуло красным, а затем все заволокло непроглядным мраком.

Только через пару минут мрак начал рассеиваться, возвращая чувства, которые мне очень не понравились. Прояснившееся зрение показало, что я нахожусь в стартовой комнате и лежу на кровати. Вот только все тело болело, особенно на животе, куда, судя по всему, меня укусила эта тварь.

Что за цирк?

С трудом подняв руки, я нажал на призывно мигающее украшение браслета.

Ага, все понятно. Развернувшийся свиток-наладонник поведал, что мой перс погиб и получил посмертный дебаф в виде девяностопроцентного снижения почти всех параметров сроком на пять часов.

Оставалось только материться и надеяться, что после снятия дебафа все придет в норму.

Так, пора валить из этой сказки, вот только следует прояснить кое-какие нюансы. Мало ли, вдруг снаружи нельзя будет войти в логи?

Ага, все понятно. Перед тем как получить единственный и фатальный удар, мой перс стал обладателем дебафа под названием «печать страха». Интересно, а если это будет «печать ужаса» – я что, схожу под себя сразу двумя способами?

Да уж, действительно в сказку попал…

Все, на выход – философствовать будем без лишней слабости и фантомных болей.

Свиток подсказал, как покинуть игру, чем я и воспользовался:

– Я желаю покинуть Сэкаи. – Можно было сказать просто «мир», но после пережитого подобное заявление показалось мне слишком зловещим и кардинальным.

– Вы уверены, что желаете покинуть игру? – тут же поинтересовался ставший уже привычным голосок.

– Да.

Виртуальность вокруг меня растаяла в серой дымке, а еще через несколько секунд я вновь почувствовал свое настоящее тело.

Фантомные боли сменились вполне реальными, хоть и не такими сильными. Мочевой пузырь яростно грозил окончательно испортить и так подпорченное настроение. Царапины никуда не делись, да и засохшая на теле грязь вызывала смутное раздражение. Еще не хватило заполучить проблемы из-за загрязненных ран!

Как только кресло приняло исходное положение, я занялся собой.

Первым пунктом повестки уже закончившегося дня была безопасность. Бим поскуливал снаружи у ямы, но не лаял, и это хорошо. Теперь следовало бы осмотреться.

Первое же движение моего тела было замечено детектором, и плафоны под потолком разгорелись сильнее.

Разломанная стена и раскуроченный сейф заставили меня поморщиться от раздражения собственной несдержанностью.

Теперь, взглядом без спешки и нервного возбуждения, подвал виделся в немного другом свете. Бетонную коробку лишь немного облагородили штукатуркой и покраской. Стена в направлении дома была сделана из кирпича. В этой стене находились массивная дверь и дырка от злополучного сейфа. Из предметов мебели и оборудования в подвале имелись только кресло-капсула, потолочные светильники и выход вентиляции с климат-контролем, который сейчас воевал с устроенным мною дополнительным воздуховодом.

Первая мысль – просто завалить прорытый мною лаз, после обдумывания была отброшена. Возможно, мне еще пригодится альтернативный выход из подвала, который, честно говоря, напоминал бетонную ловушку.

Самой нелепой вещью в подвале была стоявшая в углу плотно закрытая канистра. Зачем она здесь, было совершенно непонятно, но я пока решил оставить все как есть.

Натянув на себя майку и свитер, я отправился к выходу из подземелья. Массивная железная дверь запиралась на механический цифровой замок, код которого можно было изменить изнутри. Так что с этим проблем не возникло. За дверью находилась бетонная лестница наверх, заканчивающаяся уже простой деревянной преградой. А вот дальше начались сюрпризы. Преграда оказалась задней стенкой шкафа.

Интересные дела; похоже, мой предшественник порядком заигрался в шпионов.

Спуск в подвал начинался в небольшой каморке с одним выходом. И если раньше это помещение служило тамбуром для входа в бункер, то сейчас представляло собой склад с различными вещами. Похоже, конспиратор стащил сюда весь ненужный хлам. Среди утвари нашлись три объемных мешка с собачьим кормом, что очень хорошо. В ближайшее время мне не придется тратиться на пропитание Биму.

В принципе на этом сюрпризы и закончились. Я уже бывал в этом доме во время постройки подвала, и по большому счету тут ничего не изменилось. Бывший хозяин любил комфорт и обустроил свою жизнь по городским стандартам. Мне не очень хотелось хозяйничать здесь больше, чем того требовала ситуация, но отказаться от горячего душа и нормально приготовленной пищи было выше моих сил.

Решив проблемы с мочевым пузырем, я сбегал к себе за чистой сменной одеждой, а затем помылся, обработал царапины и приготовил ужин из своих запасов. Как ни странно, мой предшественник отошел от шпионских стандартов и не держал большого запаса долгохранящихся продуктов. Так что этот вопрос по-прежнему висел на моем скудном бюджете.

После ужина в компании Бима, который был необычайно горд допуском в дом, я еще раз проверил безопасность. Доступ в подвал перекрывала надежная дверь, а возможные перебои с электричеством в любой момент могли быть компенсированы генератором в пристройке. Там же имелся солидный запас топлива для него, так что и здесь не намечалось лишних затрат.

А вот с прорытым мною ходом все было не так радужно. В принципе можно было понадеяться на Бима, но легкий доступ к моему нефункционирующему телу раздражал.

Этот вопрос удалось решить после двух часов размышлений и часа ремонтно-строительных работ. Для начала скол в плите был зачищен от остатков кладки и получил несколько сквозных отверстий. В запасах старого хозяина удалось найти три длинных болта с закругленной шляпкой. Болты я пропустил с наружной стороны плиты, а изнутри насадил на них лист толстого железа с соответствующими отверстиями. Теперь если кто и обнаружит лаз, то для проникновения в бункер придется выламывать железный лист с куском бетонной плиты, а это очень непростая задачка.

Мне же нужно было всего лишь отвернуть разводным ключом три гайки и снять железный лист. Для удобства у прохода была поставлена стремянка.

Теперь осталось лишь замаскировать ход снаружи. Сначала в моей голове зрел план подготовки настоящего партизанского схрона, но один взгляд на массивную конуру, в которой проживал Бим, решил все проблемы. Сдвинуть тяжелую конструкцию снизу будет сложно, но отнюдь не невозможно.

Закончив с вопросами безопасности, я вернулся в подвал, по пути проведя все процедуры по маскировке и запирания всего что можно. Нужно сделать все это своей привычкой, чтобы приход тех, кто претендует на временно экспроприированное мною наследство, не закончился для меня большими неприятностями.

Перед возвращением в игру я перебрал находившиеся в раскуроченном сейфе документы и набросал план своих действий в реале на ближайшее время. Все выплаты за дом были внесены за три месяца вперед, так что предстояло лишь закрывать квитанции на коммунальные услуги, что в принципе не так уж много. Решился и вопрос с правами собственности на дом. Он был записан на некого Сафронова. Сначала это напрягло, потому что погибший хозяин кресла-капсулы носил другую фамилию, но все прояснилось с обнаружением паспорта на имя Сафронова, но с фотографией Никодимова.

Да уж, дело становится все запутаннее, но и этот факт меня не остановил, и очень даже напрасно.

Успокоив себя – возможно, слишком самонадеянно – насчет безопасности со стороны властей, я вернулся в кресло, поверхность которого предварительно была тщательно почищена дезинфицирующими средствами.

Возвращаться в тело полуэльфа было еще рано, поэтому самое время разобраться с еще одной функцией капсулы.

Лепестки нейроинтерфейса привычно сомкнулись, фиксируя голову, но вместо нажатия кнопки на подлокотнике я набрал команду на повернутом к себе экране. Реальность стала чуть размытее, и на этом фоне возник виртуальный рабочий стол.

Круто, как в фантастических фильмах. Обычный виртуальный шлем тоже мог делать нечто подобное, но совсем не так удобно и функционально.

Пока разбирался с настройками рабочего стола и подгонял степень наложения виртуальной картинки на реальный мир, вспоминал все, что мне было известно об игре до этого момента.

Итак. Двенадцать лет назад в семье одного из богатейших жителей Японии, главы клана Фудзивара и одноименной корпорации случилось несчастье. Младший сын главного босса попал в аварию и оказался полностью парализован. К тому времени старый отец и ставший его ближайшим помощником брат пострадавшего занимались успешной торговлей всем, что можно продать – от золота до информации. После несчастья корпорация резко изменила род деятельности.

«Охотники за головами» ринулись во все стороны света, выискивая и заманивая заоблачными гонорарами специалистов-нейрофизиологов, программистов и изобретателей. Десять лет напряженной и, что самое главное, абсолютно секретной работы привели к прорыву.

Индустрия компьютерных сетевых игр за последнее время скакнула очень далеко, но пока ведущие фирмы находились на этапе виртуальных шлемов, а вот корпорация «Фудзивара» предложила миру особые нейроинтерфейсы. Специальное оборудование перехватывало и блокировало все сигналы, идущие от мозга человека к телу и обратно, создавая искусственный паралич. Вместо утерянных ощущений интерфейс давал мозгу другие импульсы, погружая его в мир сказки.

За два года существования этой игры человечество встало на уши. Власти многих стран пытались «приобщиться» к новинке, но получили по рукам. Япония – это не совсем привычный нам Восток и далеко не Европа. Семья Фудзивара к тому времени являлась одним из сильнейших кланов Японии с серьезным влиянием на императора. Личные земли семейства превратились в настоящую цитадель, на территорию которой допускались только члены клана.

Вторая попытка вставить палки в колеса прогресса и отсечь потребителя от строптивой корпорации также потерпела фиаско. Новой игре не требовался отдельный допуск ко всемирной сети. Над ключевыми точками планеты повисли десятки спутников, которые напрямую связывались с капсулами на поверхности. Третьим гвоздем в крышку гроба всех конкурентов была реорганизация самой корпорации. Отец и брат, создав для парализованного родича виртуальное царство, выделили ему банк с огромными средствами и устранились от управления игрой. А для парализованного человека, ставшего демиургом нового мира, политика и деньги Земли не имели никакого значения. Он не зарабатывал, а просто правил, так что все средства игроков, да и деньги игрового банка, текли в самых непредсказуемых направлениях. Любой из игроков в одно мгновение мог стать богачом или нищим, а игровые кланы ворочали такими суммами, которые не снились многим ведущим корпорациям Европы.

В итоге цивилизованный мир встал перед фактом появления единственного неподвластного влиянию извне государства, хоть и виртуального. Шпионы и террористические группы то и дело удобряли своими телами рисовые поля клана Фудзивара, а для более масштабного вторжения пришлось бы воевать со всей Японией.

Новую виртуальную реальность полноправный и абсолютный сюзерен назвал просто и в то же время амбициозно – Сэкаи, что значит «мир». Многим казалось, что название будет отторгнуто как ломающее устои, но игроки восприняли все это спокойно, и в повседневный обиход вошла фраза: «Меня не беспокоить, я ушел в мир», которую произносили практически на всех языках Земли. Пока еще явление не стало повсеместным, но нет никаких сомнений, что через десяток лет фраза «По всему миру» будет восприниматься далеко не однозначно.

Пока человечество лишь привыкало к новому соседству, и от каждой страны в Сэкаи играло не больше полутора процентов населения, но это в отдельности, а в сумме число пользователей перевалило за десять миллионов далеко не самых бедных представителей человечества.

Ладно, с предысторией все ясно, теперь копнем поглубже.

Шалея от происходящего, я начал прямо в воздухе перед собой открывать окна внутриигрового поисковика и растаскивать их в стороны. Кроме внутрисистемного пространства имелся выход в обычную сеть, но пока в нем не было никакой необходимости – информации на серверах Сэкаи имелось более чем достаточно.

После часа копания в инфозалежах игровой энциклопедии стало ясно, что по большому счету особой оригинальностью Сэкаи не блещет. Все было более или менее стандартно, как минимум в построении мира и расовом разнообразии. Центральный материк, на котором разработчики обещали не останавливать развитие географии мира, был разбит на восемнадцать государственных образований. Причем двенадцать были человеческими, а еще шесть принадлежали нелюдям. Мое первое впечатление о мощном консультативном отделе в составе разработчиков укрепилось. Создатели игры учли очень многое, включая национальный вопрос. Именно поэтому Зацеп возродился в древнеславянском городе. Практически каждый житель Земли мог играть в определенной степени привычной обстановке. Выходцы из славянских стран – конечно, если они играли за человека, – начинали игру в Лукоморье. Европейцы отправлялись в королевство Авалон.

Учли пожелания практически всех значимых наций земли, поэтому на карте Сэкаи появились Шамбала, Поднебесная империя, империя Нихон, Ацтлан и другие не менее колоритные места.

Не обошлось без курьеза – как всегда, отличились американцы. Их попытались запихнуть в империю Ацтлан, но это вызвало такую бурю возмущения, что пришлось даже вмешаться японскому императору. Так на карте Сэкаи появился СВГ – Союз вольных городов.

Шесть королевств нелюдей принадлежали: эльфам обеих расцветок, оркам, гномам и двум представителям особо колоритных рас – кварам и миурам. В игре имелось еще с десяток более оригинальных обитателей, но все они были неписями, сиречь программами. Подобные ограничения были вызваны плохой переносимостью человеческой психикой внедрения в слишком непривычное тело. Изящных эльфов, брутальных орков и приземистых гномов человеческий разум воспринимал еще терпимо, с кварами возникали определенные, но вполне решаемые проблемы, а вот с миурами все было намного сложнее. Игра за персонажа, являвшегося помесью человека и кошки, позволялась только после обследования у психиатра и прохождения определенных тестов. Ходили слухи, что характер игроков-миуров со временем менялся, причем довольно кардинально.

Географически в игре все более или менее повторяло карту Земли, с учетом наличия только одного материка, который совместил в себе Европу и Америку. Это обусловлено временны́ми поясами и другими факторами. Что касается размеров государств, то произошло усреднение – это порадовало европейцев и немного расстроило русских и американцев.

Хоть в этом у «заклятых друзей» случилось единение.

Впрочем, дружный протест остался без ответа. Демиург виртуального мира за высокими стенами клановой цитадели был глух к возмущенным воплям извечных соперников, а император и в этот раз отказал в помощи, считая проблему несущественной.

Каждое игровое государство имело столицу и распределенные вокруг нее два десятка городов. Размещение городов соответствовало радиальному увеличению уровней локаций. Таким образом, в окрестностях столицы находились земли от первого до десятого уровня, а по периметру границы могли выжить только топовые игроки и далеко не во всех государствах. Только Поднебесная империя могла похвастаться двумя обитаемыми крепостями на границе с Шамбалой и Золотой Ордой. Остальные топтались в приграничных районах, пересекая границы государств только с помощью сети порталов, связывающей все столицы.

Ну и последняя информация, интересующая меня на данный момент, – игровая механика. Здесь разработчики поступили еще проще и демократичнее. Каждый игрок получал стандартный для своей расы набор характеристик. Никаких дополнительных очков. Повышение основного уровня давало только увеличение здоровья и соответственно значение HP. Все остальное нужно было прокачивать, используя умения, повышая навыки и развивая профессии. Так что тащить паровозом имело смысл только танков, а остальным – все, так сказать, ножками. И это мне определенно нравилось.

Конечно, своих хитростей хватало и здесь. Использование умения повышало определенную основную характеристику, и в то же время характеристика увеличивала эффективность и скорость развития умения. Например, для меня как для будущего взломщика, очень важна ловкость. Эту характеристику можно было развить, не только лазая по чужим карманам, но и занимаясь акробатикой, а также добрым десятком других умений. Чем выше был процент развития умений, тем быстрее качалась ловкость, а чем больше была ловкость, тем быстрее развивались умения.

Ну и самый животрепещущий вопрос – моя знакомая бабка-паучок. Первый же запрос по паукообразной старушке выдал ссылку на форум, где упоминались шакры – паучьи оборотни. Вроде все просто: шакры являются извечными врагами эльфов, так что у длинноухих имелся способ борьбы с этой нечистью. Но вот в чем загвоздка – раствор сока меллорна стоит почти пять золотых. К тому же десятка два игроков, нарвавшихся на подлого Прошку, ругались, что квест по уничтожению шакры невыполним.

Все это сопровождалось туманными пояснениями, так что нужно разбираться самому. Тем более другого квеста что-то не наблюдается.

Я, конечно, понимал, что все сложнее, чем кажется, но решил разбираться с деталями и нюансами в процессе игры. К тому же очень хотелось спать.

Поколебавшись между ленью, здравомыслием и безопасностью, я все же выбрал среднее и уснул прямо в кресле, как, судя по всему, поступал и его бывший хозяин. Наверху, кроме дивана и кровати без матраса, других спальных мест не было.

Глава 4

Как ни странно, выспаться удалось на славу. Кресло автоматически подстраивалось под мои движения во сне, что благоприятно отразилось на утреннем состоянии.

Полчаса ушло на завтрак, кормление Бима и утренний моцион, затем дошли руки до мобильного телефона, который сообщил о пропущенных звонках. Их было два – от мамы и от дядьки.

Так, сначала более информативный звонок.

– Але, дядь Толь, вы звонили?

– Да, ты где там прячешься, почему нет доступа? Мать вся извелась.

– Не так уж долго меня не было, – ушел я в глухую оборону.

– Ладно, не суть; чего я звоню – можешь возвращаться домой. Тут вчера в вашем дворе рыскали ребята. Участковый вовремя предупредил. В общем, взяли мы голубков и чуть прижали. Потом был разговор с их боссом. Он тебя по-прежнему не любит, но теперь это желание не такое сильное, как опасения разозлить меня. Так что все в порядке. Ты вернешься?

– Нет, дядь Толь, у меня дела.

– Надеюсь, не такие, как прошлые?

Услышав вопрос, я едва сдержал облегченный выдох. Не люблю врать родным, а вот с полуправдой есть определенные лазейки, которых не было бы, спроси дядька насчет законности моих действий; а так все правильно – с мошенниками не связываюсь, и ладно.

– Нет, конечно!

– Ладно, – с легким подозрением в голосе сказал дядька. – Матери сам позвони, хватит мне тебя покрывать.

Разговор с мамой дался мне намного тяжелее, но и он закончился. Больше всего опасений вызывала возможная беседа с сестрой – вот кто мое вранье раскусывал как белка орешки…

Все, с делами закончил, пора в игру.

Виртуальный кабинет встретил меня привычным интерьером. От былой слабости не осталось и следа, поэтому я рывком вскочил с кровати и, не задерживаясь, направился на выход. Дел было выше крыши, хотя мне бы понравилось, будь их чуть больше.

В лавку алхимика, располагавшуюся на окраине стартовой деревни, пока рано. Возможно, общение со старостой повлияет на цену раствора сока меллорна.

Резиденция местного тиуна находилась в центре поселения и выделялась наличием не то чтобы второго этажа, просто довольно большой мансарды, благо крыша была высокой.

Колоритный дядька с окладистой бородой поверх красной шелковой рубашки встретил меня привычно неприветливо и на тревожную весть отреагировал не совсем стандартно:

– А не завираешь ли ты, странник? Чтобы у нас в деревне – и такая поганая тварь?

– Зачем мне врать? Видел все своими глазами.

– Да мало ли, вдруг баба Дуня чем тебе насолила, она еще та язва, вот и удумал навести на старушку напраслину. В общем, так, – припечатав столешницу широкой пятерней, сказал староста, – увижу тело шакры – получишь награду, а если укокошишь невинную бабку, пойдешь под княжеский суд.

– А может, скидку какую дадите на раствор сока меллорна?

– За что тебе скидку, голь перекатная? – вопросом на вопрос ответил староста, чем и обозначил приоритеты наших отношений.

На выходе из управы сработал браслет, предложив мне взять квест на убийство шакры. В награду обещали семь серебрушек и пятьдесят единиц опыта. Негусто, что по деньгам, что по опыту – только четверть первого уровня.

Да уж, невесело. Вот, оказывается, в чем причина провальности квеста. Какой идиот потратит пять золотых, чтобы заработать семь серебряных?

И все же я решил проверить все до конца.

Причина, по которой лавка алхимика находилась на окраине поселения, стала понятна еще за сто метров до приземистого домика с двумя продолговатыми крыльями пристроек. По большому счету этот дом ничем особым не выделялся, но окружающее его амбре было красноречивее любой вывески или визитной карточки.

Это была непередаваемая смесь запахов химикатов и травяных ароматов – словно рядышком стояли химзавод и парфюмерная фабрика.

Скорее всего, за городскую черту вынесли мастерскую алхимика, и уже в ней он организовал продажу, так сказать, с пылу с жару. По идее это должно было сказаться на цене продукта.

Должно, да не сказалось. Второстепенность значения лавки сразу определялась по тесноте. Небольшая комната не имела каких-либо витрин, и ее специализацию выдавал только прилавок. Продавцов, как и товара, не наблюдалось, так что мне пришлось долго стучать по прилавку, чтобы вызвать хозяина.

Он явился как настоящий алхимик – длинный, худой как щепка, без бороды, зато с растрепанной прической и весь в клубах ядреного дыма. Образ дополняли длиннополый балахон и защитные очки с затемненными стеклами.

– Чего нужно? – спросил алхимик, недоверчиво осматривая мой «детсадовский» хитон.

– Нужен раствор сока меллорна. – Понимая безнадежность затеи, я решил не особо миндальничать.

Неожиданно алхимик подобрел. Судя по всему, это был лежалый товар.

– Есть такой раствор.

Не дав мне пояснить, что я пришел лишь поинтересоваться наличием и спросить цену, он нырнул обратно в клубы пара. Через пару секунд алхимик вернулся, неся в руках колбу с зеленой жидкостью.

– Пять золотых.

– А если раствор нужен, чтобы избавить ваше селение от шакры?

– Пять золотых, – тут же набычился алхимик и, показывая степень доверия ко мне, смахнул принесенную колбу в ящик под прилавком, – брать будешь?

– Нет, – так же резко ответил я и вышел из лавки, но при этом не пошел к центру селения, а сделал небольшой круг возле мастерской алхимика.

В конце концов, раз уж назвался вором, так полезай в неприятности. Все нравственные запреты сняла грубость алхимика, к тому же он был всего лишь неписью.

Моя догадка полностью оправдала себя – на заднем дворе виднелся люк сливной ямы, из которого и исходило окружавшее мастерскую амбре. Лезть в отстойник не хотелось, но альтернативой было только влезание в долги, причем в реале.

Если удастся обойтись без экстремальных мер – буду только счастлив.

В одном я был уверен на все сто – живет алхимик не здесь.

Так как темные дела требуют темного времени суток, я отошел на ближайший пригорок, до которого не долетало амбре алхимического производства, и уселся на мягкую траву. Возвращаться в промозглую осень реала не хотелось, да и об игре легче думалось именно в игровой обстановке.

По примыкающему к окраине деревни полю бегали три десятка игроков обоих полов от нулевого до второго уровня. Неплохо экипированные маги и воины гонялись за кроликами, причем многие неслабо огребали от внешне пушистых и беззащитных зверушек. Что ж, вполне стандартная картина, вот только мне при всей этой стандартности оставалось лишь лежать на пригорке, нежась под весенним солнцем.

Кстати, насчет погоды. Для большей привлекательности виртуального мира разработчики специально полностью изменили времена года. Если в реале было лето, то здесь царила зима. Но даже осень в виртуале не бывала слякотной, а представлялась в лучшем ее обличье – золотой, прохладной и без моросящих дождей с присущей им слякотью.

Закончив с сиюминутными планами, я перешел к обдумыванию стратегии. Профессия вора по-прежнему вызывала отвращение. Вначале мелькнула успокаивающая мысль о том, что можно принять на себя роль эдакого Робин Гуда. Ведь можно же было обворовывать пэкашеров и возвращать краденное их жертвам. Ну, за вычетом небольшого процента в виде вознаграждения благородному вору. Но эта «гениальная» идея потускнела от мысли о том, что здесь нет бедных и несчастных нубов. Точнее, нубы были, но бедными они не являлись – человек, заплативший семьдесят тысяч за капсулу, не может быть бедным по определению.

Конечно, этот нюанс сути не менял и все же делал затею не такой яркой.

Моя задумка не требовала особых трат, но ворованный раствор нужно было куда-то спрятать, а на мне, кроме «распашонки», ничего не было. Все же придется идти в город.

Славия – столица Лукоморья, навалилась на меня всем своим весом, сразу, как только моя нога ступила за пределы башенного прохода. Внутрь города пустили без проблем, но мне тут же захотелось обратно, в спокойствие нубятника. Даже случился легкий приступ агорафобии. Это, конечно, удивительно для хоть и провинциального, но все же городского жителя, но уж больно разительным был контраст.

Казалось, что некий портал перенес меня из глухой деревни на главную улицу столицы. Даже по окраинным кварталам немаленькой Славии бродили толпы игроков и неписей. Принявшую меня улицу заполняли как минимум сотни людей и, так сказать, не совсем людей. Впрочем, удивляться нечему, теперь и меня человеком можно назвать только с натяжкой.

Пережив приступ паники, я двинулся по улице, постоянно сверяясь с картой из свитка-наладонника. Заблудиться в этой кутерьме было раз плюнуть, поэтому я сразу направился к банку. Где-то здесь, в глубинах бедных районов, находилась таверна, которую крышевала гильдия воров, но туда мне идти рано. Все дело в том, что получить профессию можно было только у мастера соответствующего направления. При изучении этого вопроса меня ждал шок – профессия в игре оказалась более чем дорогим удовольствием. Даже за профессию вора, которая автоматически открывала дерево умений, нужно было заплатить пятьдесят золотых или подписываться на очень запутанный квест. Мало того, нужно было вступить в гильдию и подчиняться ее правилам. Большая часть игроков предпочитала платить.

Еще хуже было с производственными профессиями, которые давали возможность зарабатывать. За диплом алхимика, дарующий своему обладателю необходимые знания, требовалось заплатить триста золотых, а это (на минуточку!) тридцать штук баксов. Что объясняло жуткую дороговизну в игре.

Идея зарабатывать деньги в Сэкаи казалась все более наивной, но я решил бороться до конца, даже если придется оказаться на побегушках у местных воров; в конце концов, это только игра, а глава теневой гильдии Славии – всего лишь непись.

В банке меня встретила деловая суета. Пред украшенными витиеватой резьбой конторками толпилось с полсотни игроков. Хорошо хоть конторок было много, и мне пришлось отстоять очередь всего из троих человек.

– Приветствую вас в банке благородного дома Доланов!

Кто бы сомневался – гном. Похоже, эти ребята стали здесь аналогом земных выходцев из Земли обетованной. Не хватало только пейсов к окладистой бороде.

– Что привело вас в наш банк? – профессионально игнорируя мой непрезентабельный вид, вежливо спросил гном.

– Я хочу открыть счет на свое имя.

– Готово, уважаемый Зацеп. Номер счета отправлен на ваш информационный свиток. Если вам нужно время на обдумывание, можете даже не отходить от кассы.

Ага, этим тонким намеком гном предложил мне выйти в реал.

В банке все было продумано до мелочей – прямо на стойке у кассы имелась кнопка с надписью «Выход», чтобы не приходилось обращаться к системе голосом.

Виртуальный мир мягко выпустил меня из своих объятий, позволяя вновь ощутить свое тело. Я теперь уже своими руками вызвал виртуальное меню капсулы и вышел в мировую сеть. Через пару минут мой банковский счет лишился всех сбережений, и в перспективе полуэльф Зацеп стал богаче аж на четыре золотых монеты.

Мое возвращение в виртуал было встречено вежливой улыбкой гнома:

– Желаете забрать все монеты?

Мне кажется, или при слове «все» в глазах гнома мелькнула искорка иронии?

– Да.

На секунду гном завис, озадаченно нахмурившись, но затем вновь улыбнулся, однако уже не так радостно:

– В знак расположения нашего банка к потенциально выгодному клиенту мы предоставляем вам в подарок малый кошель для ценностей.

В ушах послышался приятный звон, и мою талию вдруг охватил пояс с сумочкой, похожей на старинный патронташ. Камень на браслете призывно мигнул.

Заглянув в свиток, я понял, что все даже лучше, чем предполагалось, – на виртуальном манекене, который до этого был облачен только в сандалии и хитон, появился пояс с сумкой. Клик на иконку сумки в меню показал, что это не просто кошель, а сумка для ценностей с тремя дополнительными слотами первой степени защищенности. Так что необходимость тратиться на сумку для краденого раствора отпадала сама собой.

Учитывая, что аналогичная сумка стоила больше половины моих сбережений, а для сумки со вторым уровнем защищенности нужно было где-то найти еще больше двух золотых, все складывалось очень неплохо. Даже то, что продать эту сумку невозможно, ничуть не портило моего настроения.

Простив и упоминание скудости моих сбережений, и намек на «потенциальность» моей выгодности как клиента, я тепло попрощался с гномом и направился наружу.

С самочувствием все было в порядке, но с момента входа в игру отчетливо посасывало в животе. После выхода из банка дискомфорт сменился громким урчанием, а мигнувший камень на браслете оповестил о получении системного сообщения. Меня для начала очень мягко предупредили, что мир хоть и виртуальный, а кушать нужно регулярно. Вряд ли они заботились о достоверности моих ощущений, просто хотели разорить меня полностью.

Это предположение подтвердило посещение миленького домика пекаря, который содрал с меня две серебряные монеты за десять булочек.

Практически на выходе из города меня ждал еще один сюрприз в виде очень важного наблюдения. Прямо на моих глазах нулевой игрок-человек в похожей на мою распашонке радостно отошел от стражника, явно став на один квест богаче.

Вот это удача!

– Здравствуйте, многоуважаемый воин, – подскочил я к стражнику.

– Привет, – не особо радостно буркнул вояка.

– Не подскажете, нет ли у вас для меня какого-нибудь задания?

Неожиданно стражник расхохотался:

– Задания? Шел бы ты отсюда, болезный, тоже мне – задания захотел…

Не понял? Что за фигня?

В расстроенных чувствах я побежал за отдаляющимся игроком.

– Извините, можно задать вопрос?

– Спрашивайте, – не особо раздражаясь, ответил остановленный мною игрок с ником Буромар.

– Если не секрет, каким образом вы только что взяли квест у стражника?

Как ни странно, игрок не послал меня вдаль, а все же ответил.

– Просто подошел и спросил, нет ли задания, – пожав плечами, ответил Буромар.

Ну и что тут скажешь? Поблагодарив за помощь, я еще раз внимательно всмотрелся в ник игрока.

Так, а это уже интересно. Отражение моего персонажа в зеркале имело ник синего цвета, так же как и всплывающие ники других игроков, а вот у этого парня цвет надписи был намного светлее. И что бы это значило?

С вопросами я решил не надоедать. Пока было время, отправился в пансион и вышел из игры.

А ларчик-то просто открывается! Есть в игре обездоленные, ожидающие помощи благородного вора!

В принципе можно было догадаться, что полный паралитик будет помогать собратьям по несчастью.

Целая подборка статей в инете сообщала, что корпорация «Фудзивара» уже больше года открывает по всему миру реабилитационные центры для детей-инвалидов. Им предоставлялись капсулы и серьезные скидки в игре, а дальше все зависело от самих игроков. Хочешь – просто наслаждайся возможностью видеть, будучи слепым, или без проблем двигаться, являясь в реале калекой. А еще можно зарабатывать для себя и семьи, но это без помощи – деньги для игрового демиурга не значат ничего и не входят в список того, без чего нельзя прожить.

Вот и выход из тупика, в который меня загнала годами лелеянная совесть. Я, конечно, понимал, что тот, кто идет хоть на какие-то сделки с совестью, рано или поздно скатится на самое дно. Но все же мир не делится лишь на черное и белое, так что попробуем удержать достаточно высокую планку.

Серфинг по сети помог убить время до вечера. Для того чтобы грамотно играть, этого было ничтожно мало, но усидчивости и терпения у меня было еще меньше.

Ночь у стен Славии была тиха и прекрасна, совсем как та, что описывал Пушкин. Так же прозрачно небо и нестерпимо пронзительны звезды. Здесь их было много, и россыпи крошечных огоньков сплетались в неведомые мне созвездия.

Где-то за бревенчатыми стенами города бурлила жизнь. Время от времени над крышами домов пролетали звуки музыки, которые сплетались со вспышками фейерверков. А вот стартовый поселок спал, что было мне на руку.

Ни осветительных приборов, ни ночного зрения у меня не было, так что к практически полной луне я испытывал искреннюю благодарность.

К мастерской алхимика меня привели не только хорошо различимая в свете луны тропинка, но и по-прежнему стойкий запах.

Попытки открыть ставни на окнах закончились лишь высвечиванием кодовых замков пятого уровня. Можно было попробовать, но неверная попытка наверняка приведет к срабатыванию какой-нибудь сигнализации.

Ладно, никто и не надеялся на поблажки. План у меня уже был. Подобная идея прошла в реале, почему бы ей не сработать и здесь? Выжидать и присматриваться смысла не было, от этого могло пострадать самое главное – моя решительность.

Люк в отстойник пропустил меня без проблем.

Блин, зараза! Не знаю, кто вывозит для алхимика всю эту дрянь, но его работке не позавидуешь, будь он хоть трижды цифровым кодом.

Как ни странно, фонарик не понадобился даже здесь. Поверхность жидкости в яме бурлила, и по ней пробегали сполохи, дававшие неплохое освещение.

Моя решительность упала до критичной точки, так что следовало поторопиться. В свечении алхимических отходов удалось рассмотреть, что над всей ямой шла балка, поверх которой были уложены доски. Качество досок оставляло желать лучшего, но мне это было на руку. Просовывая пальцы рук в щели и цепляясь ногами за балку, я полез над ямой как муха по потолку. Очень сомневаюсь, что подобный трюк прошел бы в реале.

Мне повезло – алхимик сбрасывал отходы в яму не через раковину с трубой, а через специальное отверстие; похоже, иногда ему приходилось выбрасывать довольно массивные куски.

При попытке пролезть в это отверстие едва не свалился вниз. К счастью, все обошлось. Выбравшись из прикрытого простой крышкой лючка, я рухнул на пол и пытался отдышаться. Получалось плохо. Браслет на руке тихо пискнул, привлекая к себе внимание. В сумраке, который едва рассеивался пробивающимся в щели ставен лунным светом, была хорошо видна зеленая полоска на браслете. Ага, значит, я все-таки отравился ядовитыми парами. Зеленое – это хорошо, а вот то, что браслет вообще засветился, ничего хорошего не обещало.

Время пошло, так как у меня не было ни лечебных заклинаний и таких же зелий, найти которые даже в мастерской алхимика было бы уже запредельной удачей. Мне бы отыскать одну-единственную колбочку…

Мастерская алхимика мало напоминала современную лабораторию, скорее уж была похожа на средневековую кухню. Стеклянных сосудов было мало, зато в изобилии имелись различные котлы и металлические перегонные кубы.

Увы, беглый обыск мастерской ничего не дал – все более или менее ценное алхимик запер в шкафах на замки не ниже четвертого уровня. Они были проще, чем замок на секретере в пансионе, но для меня по-прежнему запредельно сложными.

Неприятно, но ожидаемо. У меня изначально была надежда только на то, что сбросив колбу в ящик прилавка, алхимик не переместил ее обратно в хранилище.

Осматривать в мастерской больше нечего, под запором оказалось все, кроме посуды и вывешенного на видном месте диплома алхимика. Можно было бы подгадить жмоту, украв документ, но я никогда не понимал, зачем люди делают зло кому-то без пользы для себя. Конечно, мне вообще претила подлость, но когда она была бессмысленной, омерзение к малефикам превращалось в ненависть.

Вот и дверь в торговую комнату. Блин, что-то мне нехорошо… На моей подвижности это не особо отразилось, но голова уже начала кружиться, и подступала легкая слабость. Светящаяся полоска на браслете стала желтой, а это уже совсем плохой признак.

Бинго раз – ящик в прилавке оказался незапертым. Бинго два – в ящике лежала знакомая колба.

Радость успеха была омрачена тем, что мое тело повело – все же нулевой уровень, и жизни у меня кот наплакал.

Пора выбираться отсюда. Прижав колбу к сумочке на поясе, я увидел, как она растворилась в воздухе, перемещаясь внутрь.

Когда возвращался обратно, меня все же потянуло к висящему на стене диплому. Пальцы скользнули по шероховатой поверхности развернутого свитка – и тут начались странности.

До касания надпись на свитке сообщала, что это полный диплом алхимика, выданный Людеку Ниваре и свидетельствующий о его праве проводить алхимические трансмутации, а также торговать полученными зельями. Но как только мои пальцы прикоснулись к свитку, надпись изменилась.

«Краденый диплом. Ворованные знания не принесут вам достатка. Каждое зелье, созданное самозваным алхимиком, будет на 50 % менее эффективным, чем законный аналог, и вместо своих параметров будет показывать лишь надпись: «Подделка». Для самозванца будут доступны только ничтожная часть древа умения алхимического искусства. Повторно изучить полноценную профессию алхимика невозможно».

И все это внизу было резюмировано предложением принять или отвергнуть предложенную профессию.

Особенно мне не понравилось последнее предупреждение. А так очень даже неплохая плюшка. Да, сильно урезанная версия, но при этом совершенно бесплатная. Но невозможность полноценно овладеть очень прибыльной профой, плюс негодные для продажи зелья портили все преимущества; да еще и наполовину урезанные возможности конечного продукта… На такой пиратской версии золота не заработаешь.

Не знаю, то ли из-за помутившегося от отравы сознания, то ли из-за стоимости полноценной версии диплома, но я ткнул пальцем в кнопку «Да». А может быть, сработала генетическая тяга нашего народа к дармовщинке.

Хорошо хоть халява не обернулась проблемами для хозяина свитка. Как только мои пальцы оторвались от пергамента, диплом приобрел свой первозданный вид.

Браслет отреагировал на это действие писком и вспышкой и тут же пискнул вторично. Времени выяснять, что это он зачастил, уже не было. Ободок налился ядовито-красным светом. Что-то мне подсказывало, что загибаться прямо здесь не очень разумно.

Я с трудом дополз до отверстия сброса и нырнул вниз, надеясь, что ядреная смесь уничтожит все следы моего преступления.

В этот раз вспышка была какая-то разноцветная, да и мрак перехода получался с красноватыми разводами.

Опять родная кроватка и нелюбимая слабость.

Развернувшийся свиток «порадовал» сообщением:

«В связи с тем, что тело было уничтожено агрессивной средой, время действия дебафа увеличивается до десяти часов».

– Вот зараза! – прошипел я сквозь зубы. – Желаю покинуть Сэкаи.

Глава 5

Десять часов штрафа удалось провести с пользой – съездил домой и успокоил маму. По крайней мере, теперь мои отговорки будут работать некоторое время. А вот с Томкой все было намного сложнее.

– Колись, куда ты вляпался? – вытащив меня на балкон, впилась ноготками в руку сестра.

Можно было бы промолчать и не перекладывать на сестру свои проблемы, но нести это все самому было очень сложно. Меня постоянно преследовала мысль, что я делаю что-то неправильное, переступаю через свои принципы, причем делаю это не ради высокой цели и спасения людских жизней, а просто чтобы спрятаться от реального мира. Мне нужен был человек, который скажет, что не все так плохо, как кажется.

И сестра как всегда оказалась на высоте. Она была младше меня, но временами казалась намного мудрее.

– Сэкаи? – Глаза Томы сначала расширились, а затем сузились в злые щелки: – И ты, сволочь, молчал? А о сестре подумать было сложно?

– Тома, ты меня не услышала; для того чтобы играть в эту чертову игрушку, я залез в чужой дом, а это статья.

– Ерунда, – отмахнулась сестра, – это мелкое правонарушение.

– Откуда тебе знать, ты же на экономиста учишься?

– От верблюда. Это не воровство, а проникновение со взломом без цели хищения. Штраф и общественные работы.

– Тома, – угрожающе произнес я, – еще раз спрашиваю, откуда ты это знаешь?

Сестра опустила глаза и вздохнула.

– Тома, блин!

– Успокойся. В прошлом году Валерка по пьяни залез в кинотеатр. Хотел кино мне показать. Отсюда и знаю.

Вот зараза. Умеет же нагнетать обстановку… хотя ее слова вызвали у меня желание покопаться в Уголовном кодексе. Только сейчас я подумал, что действительно ничего из дома не присвоил – все по-прежнему остается на своих местах. Это неплохо, потому что с законом договариваться намного сложнее, чем с совестью.

Тяжелее всего было отговорить сестру от поездки в деревню, подействовало только то, что у нее все равно не будет возможности войти в игру. Ну и пришлось пообещать, что я расшибусь в лепешку, но нарою в Сэкаи золота для еще одной капсулы. Теперь придется зарабатывать на две установки.

Разговор с сестрой заставил меня позаботиться о том, чтобы оставлять в доме как можно меньше следов своего пребывания, и в процессе экспресс-уборки выяснилась очень интересная деталь. В комнатах я нашел видеокамеры. Еще одна была обнаружена над крыльцом. Вот только нигде не было ни мониторов, ни хотя бы компьютера для обработки видео.

Еще полчаса серфинга в сети дали любопытный результат. Оказывается, для пущей безопасности игрока к капсуле можно было присоединить камеры. Порывшись в настройках капсулы, я нашел функцию привязки контроля камеры к персонажу, которая сейчас была неактивна. Все правильно – старый аватар удален, и привязка слетела.

Новая привязка заняла пару секунд. Настройки остались прежними – сигнал по срабатыванию датчиков движения внутри дома и на лай Бима. Московская сторожевая довольно умна и обладает спокойным характером, так что на белок и котов отвлекается редко.

Очередной вход в игру был приурочен к выполнению квеста, поэтому в Сэкаи меня встретил пламенеющий закат, затопивший полмира алыми сполохами.

Перед тем как отправиться на охоту, я залез в свиток-наладонник. Выход из игры получился таким сумбурным, что мне даже не пришло в голову ознакомиться со свалившимися плюшками, хотя эти плюшки вполне могли оказаться неприятностями. С профессией алхимика все оказалось в соответствии с предупреждениями – плохо. Ветвистое древо умений выглядело словно после сильнейшей болезни. Две трети ответвлений были не просто неактивны, а намертво заблокированы. Увы, мне были недоступны ни восстанавливающие отвары, ни усиливающие зелья. Живой оставалось только направление неорганической алхимии – то есть все, что связано с обработкой минералов и составов на их основе. Мало того что мои зелья нельзя продавать, большую часть из списка не было возможности создавать даже для собственных нужд. Ситуация была бы совсем унылой, если бы не одна фишка, которую удалось заметить напоследок. Небольшое ответвление от напрочь загубленного деревца умений имело название «тайный взгляд».

«Тайный взгляд – для самозваных мастеров не существует никаких правил и законов. Их бесчестье снимает все ограничения, и теперь для освоения производства новой смеси нет нужды в законном рецепте – 25 % успеха получить новый рецепт при изучении готовой смеси. Изучаемый предмет разрушается с вероятностью 100 %».

Забодай меня единорог! Не скажу, что это умение уравновешивает ущербность профессии, но у законных алхимиков такой фишки точно нет.

Как оказалось, на этом сюрпризы не заканчивались. И в этот раз все было безупречно. Второе сообщение говорило об изучении еще одной профессии.

«Вы проявили высшую степень беспринципности, присвоив профессию другого разумного существа и доказали, что являетесь бесчестным вором».

Неприятное и простенькое заявление объяснило появление второго пункта в списке моих профессий.

Так, что нам дает древо профессии разбойника? Такое нестандартное приобретение профессии сделало меня сразу вором и лишило возможности выбрать ответвление «грабитель». Можно подумать, мне нужна была эта «радость».

В принципе все выглядит, как и описано в игровой энциклопедии. Воровское направление имело два пути развития: мошенник и взломщик, который в свою очередь развивался в искателя сокровищ. Вот к ним я и буду стремиться, хотя бы название будет не таким мерзким.

Теперь перейдем к доступным на данный момент умениям. Их было всего два – «тихий шаг» и «легкое прикосновение». Очень даже нужные для вора умения. Причем второе являлось главным. Суть навыка была простой – прикасаясь к сумке или кошельку другого человека, я получал возможность изъятия ценностей. Шансы на успех соответствовали разнице уровня умения вора и защиты сумки. Тяжелее всего было вытаскивать монеты, потому что обычно их носили в кошелях с солидным уровнем защиты. На защиту обычных вещей в сумке народ обычно не сильно тратился.

Все умения вора были заточены на ловкость. При большем значении этого параметра шансы серьезно повышались. Ладно, воровством займемся позже, особенно потому, что сама мысль об этом мне претила.

Ну и под конец я разобрался с подключением к видеонаблюдению в доме. Все оказалось просто. Соответствующий раздел в свитке-наладоннике позволял выводить на экран изображение с нужной камеры. Их оказалось больше, чем мне удалось найти – целых семь штук. Четыре в доме и три во дворе.

Очень даже неплохо.

Солнце уже практически скрылось за горизонтом, так что следовало поспешить.

За время моего отсутствия домик паучихи ничуть не изменился. Уже подняв руку для стука в дверь, я вспомнил, что не учел очень важную деталь, а именно – не разобрался с действием своего кошелька. Все оказалось элементарно. Стоило прикоснуться к поверхности сумочки, как перед глазами возникал призрачный экран, поделенный на четыре секции. В одной из двух занятых была изображена монета, а во второй – заветная колба. Двигая пальцами по сумке, я выделил колбу, и после тычка пальцем она оказалась зажатой в моей руке.

Довольно оригинально.

Ладно, хватит лирики, пора на подвиги.

После моего стука в дверь внутри раздался уже знакомый голос:

– Чего дверь ломаешь? Дома я, заходи.

Бабка выглядела по-прежнему колоритно, и она явно меня узнала.

– Привет, бабанька, давно не виделись, – злорадно ухмыльнулся я и тут же испуганно икнул.

Ментальная атака моментально выморозила мне душу, да и зрелище менявшейся внешности бабки само по себе вгоняло в шок. Из разрезов в телогрейке в стороны выстрелили белесые руки, тело бабки начало стремительно разбухать. Шея втянула голову в плечи, а лицо поплыло, выпуская наружу хелицеры.

– Ядреный квас!

Зацеп, блин, кому стоим, чего ждем?

С трудом заставив себя двигаться, я метнул зажатую в руке колбу, метя в лицо твари. Попасть удалось только благодаря мизерному расстоянию, и то колба угодила не в лицо, а в разбухшее тело. Стекло лопнуло, зеленая жижа мгновенно расплескалась по сформировавшейся головогруди паучихи. Попало и на ее раздувшееся брюхо.

Первые несколько секунд ничего не происходило, и это заставило меня нервно икнуть. Затем из-под зеленых пятен вырвались тонкие стебельки, похожие на усики гороха. Шакра судорожно защелкала хелицерами, пытаясь вырвать побеги своими мерзкими руками прямо с мясом, а затем взвыла дурным голосом.

Сам не помню, как оказался на улице, и это очень хорошо, потому что разошедшаяся шакра разнесла халупу по бревнышку. Мало того, она выла не тише корабельной сирены, наверняка переполошив не только поселок, но и стражу на городской стене.

К счастью, боль от прорастающих сквозь тело побегов была так сильна, что паучиха напрочь забыла обо мне. А через пять минут подарочек из Великого Леса наконец-то доконал жуткую тварь.

Как и следовало ожидать, по всему поселку засветились факелы и магические светильники.

Так, не стоим и не тормозим!

В плане лута в этой игре все было стандартно. Осторожное прикосновение к оплетенному побегами телу монстра открывало пред глазами окошко с содержимым.

Облом-с, у меня только три пустых ячейки, а добра в паучихе чуть больше. С деньгами все понятно – жалкие девять монет серебром перекочевали в кошель. Туда же пошли когти, хелицеры и невзрачное кольцо. А вот что делать с кровью шакры и ее же ядом? Наверняка это дорогого стоит, но чтобы изъять жидкости, нужны колбы. Тело исчезнет через пять минут, и найти тару ночью нет никаких шансов.

Отчаивался я рано, колбы пришли ко мне самостоятельно, причем вместе с неприятностями.

– Вот он! – завизжал обворованный мною алхимик. – Держите вора!

Хуже всего было то, что бежал он ко мне во главе пары стражников, один из которых запустил в мою сторону какое-то заклинание.

Меня пронзила болезненная молния, заставившая тело застыть нелепой статуей.

– В темницу вора, я буду требовать у князя его казни! – бесновался алхимик, норовя пнуть мое неподвижное тело ногой.

Хорошо, что стражники туго знали свое дело и не допустили членовредительства.

Я, конечно, полностью согласен с заявлением киношного сыщика Глеба Жеглова о том, что вор должен сидеть в тюрьме, но легче мне от этого не становилось.

– Что здесь происходит?

Вместе с очередной партией вооруженных факелами неписей подошел тиун. Среди толпы зевак было как минимум три десятка игроков. Властность, с которой говорил глава деревни, и экспрессия алхимика окончательно выбили меня из игрового состояния. Осознавать, что перед тобой программы, чье поведение рассчитано только на несколько вариантов развития сюжета, стало все сложнее.

– Это вор, – ткнул в меня пальцем алхимик, – это он залез в мою мастерскую. Дознаватель из города считал его ауру.

– Из города? – непонятно почему разозлился тиун. – А ко мне ты не подумал прийти? По велению князя власть здесь я, а не городской управитель.

Алхимик явно хотел что-то сказать, но прикусил язык.

– Разморозь его, – приказал тиун стражнику, а после того как тот снял заморозку, обратился ко мне: – Вижу, ты нашел свою шакру. Ты заслужил награду, но это не снимает вины за воровство. Ох, бабка, зла в тебе оказалось больше, чем мы думали…. – обратился он уже к телу шакры.

В разговор тут же вмешался алхимик:

– Я же говорю: его нужно…

– Заткнись, Людек; он украл еще что-нибудь кроме зелья? Только не вздумай врать.

– Нет, – надувшись, качнул головой алхимик.

Фух, этот психанутый так и не заметил, что я «поюзал» его грамотку.

– Хорошо, – продолжил тиун, обращаясь уже ко мне, – налагаю на тебя штраф в размере стоимости украденной вещи. Срок выплаты – неделя.

Ни фига хорошего. Это получается, что я напрасно корячился, лазая по всяким мерзостным местам!

Свершив скорый и, как по мне, абсолютно несправедливый суд, тиун отправился восвояси. И тут меня отвлекли мелодичный звон в ушах и приятная волна по всему телу. Наконец-то первый уровень! От тиуна мне досталось не так уж много опыта, его хватило, чтобы дополнить до первого уровня то, что прилетело от убийства шакры.

– Да ты, Зацеп, прямо реактивный геймер, – иронично хмыкнув, проворчал я и прислушался к ощущениям.

Дополнительной мощи не наблюдалось, но если и были какие-то неприятные ощущения, то они ушли. Если учесть, что в большинстве случаев левел-ап приходит в момент изрядной потрепанности тушки игрока, эффект равен немалому выбросу эндорфина. Не хватало еще подсесть…

Раздражение, бурлившее во мне, чуть успокоилось, и здравый смысл сумел взять верх.

– Эй, мастер Людек, – позвал я удаляющегося алхимика.

– Чего тебе?

– Хочу погасить часть долга.

– Давай, – оживился алхимик.

– За сколько возьмете кровь и яд шакры?

– Семь медных монет за склянку крови и пятнадцать – за яд.

Никогда не любил торговаться, и очень хорошо, что перед прибытием тиуна я заглянул в свиток.

– В городе я могу продать кровь за три серебра, а яд за семь, но вам предлагаю половину цены.

– Хорошо, – кивнул алхимик.

– Давайте колбы.

– Чего?

– В принципе могу нацедить яду прямо вам в ладошки, – с невинным лицом предложил я.

Немного поворчав, алхимик протянул мне левую руку. Но сначала я прикоснулся к телу шакры, освобождая место в кошеле, а уже потом пожал руку алхимика. Такое странное рукопожатие здесь было принято для удобства работы с открывающимся окном торговли.

Так как проходила простая передача, рукопожатие обошлось без открытия окна, озвучив все легким звоном, и в мой кошель перешла стандартная упаковка из десяти склянок. Очередное прикосновение к телу шакры сделало меня богаче на пять склянок крови и четыре – яда.

Через минуту к алхимику перешли по две склянки того и другого. На возмущенное фырканье и требование вернуть оставшуюся тару я лишь лучезарно улыбнулся.

В итоге от всей это авантюры мне досталось: семь серебряных от старосты, девять медяшек, невзрачное колечко и несколько склянок с жидкой мерзостью от паучихи. Но все это перечеркивал долг в четыре золотых.

Да уж, с такими деловыми качествами Томка дождется своей капсулы аккурат к пенсии.

Разочаровавшись в себе и немного – в игре, я вышел в реал и завалился спать.

Новое утро вернуло мне уверенность и желание играть. Пока готовился к погружению в виртуал, успел насмотреться через окно ванной на унылую слякоть и печальный вид Бима в прихожей, так что смеющееся солнце Сэкаи подняло настроение на самый верх.

Исходя из печального опыта, разумнее было бы удалить «вора» и начать играть как нормальный человек – но, как и не раз до этого, победило упрямство. В принципе на данный момент мой баланс имел небольшой плюс. Так что я направился в алхимический магазин в центре города. Славия, как и большинство столиц реального мира, была ночным мотыльком и утром выглядела сонной и вялой. На улицах было относительно безлюдно. И все же утренний город мне нравился. Он был чистым и каким-то уютным, несмотря на немалые размеры.

Сэкаи не была идеальной игрой, хотя и поражала реалистичностью. Вот и сейчас неправдоподобно бодрый для утра молодой продавец сверкал лучезарной улыбкой. Несмотря на довлеющий антураж века этак двенадцатого, продавец выглядел как приказчик времен царствования Александра Первого – даже имелся пресловутый пробор в прическе. Но придираться глупо, японцы и так неплохо справились с отображением чужой культуры.

В отличие от лавки алхимика, этот торговый зал блистал яркими цветами богатых витрин и демонстрационных полок.

– Господин желает что-то продать или купить?

– И то и другое, – ответил я, выложив на прилавок всю доставшуюся добычу с шакры.

– За яд – четырнадцать серебряных монет, за кровь – девяносто. Все остальное возьму за двести. У нас солидный магазин, и единственно приемлемые цены мы называем сразу.

– Вот поэтому я и стану вашим постоянным клиентом. Не люблю торговаться.

Мое заявление вызвало искреннюю улыбку продавца. В игре торговля прокачивалась именно спорами за каждый медяк, так что мой подход подкупал нестандартностью.

– Желаете что-то купить?

– Да, мне нужна сумка.

– Есть на двадцать, пятьдесят и сто ячеек. Защищенность – от первого до четвертого уровня. – С сомнением покосившись в сторону выложенного на прилавок товара, торговец уточнил: – Вам могу предложить либо на двадцать ячеек с третьей защитой, либо на пятьдесят – со второй.

– А на сто – с первой?

– Если с небольшой доплатой.

– Пятьдесят с первой защитой?

– Вы не боитесь воров?

Хотелось ответить что-нибудь едкое, но не факт, что на подобные слова не завязаны отрицательные поведенческие алгоритмы. Терять наладившийся контакт не хотелось. Судя по поведению неписи, меня ждет неплохая скидка.

– У меня пока воровать нечего.

– Такая сумка будет стоить две золотых монеты. Увы, я не могу предложить вам скидку на этот товар; но, может, у вас есть еще пожелания?

– Я понимаю, что у вас не барахолка, но, возможно, есть что-то из одежды?

Догадка оказалась верной, потому что продавец тут же расцвел:

– Странники часто приносят негодные вещи. Мы их берем, чтобы не утруждать клиента беготней по барахолкам. После они попадают к старьевщикам, но всегда есть из чего выбрать.

Не думаю, что я один такой умный, но образовавшаяся лазейка мне понравилась.

– А что есть для первого уровня?

– Вас интересует что-то особенное?

– Да, мне подошли бы вещи с бонусом к ловкости.

– Есть кое-что, но не уверен, что вам понравится, – с сомнением прищурился продавец.

– Давайте посмотрим.

Продавец стукнул пальцами по прилавку, и моя добыча растворилась в воздухе, а на ее месте появился аккуратно расправленный набор одежды.

М-да, случай интересный и нестандартный. Это был наряд скомороха.

– Пять предметов: постолы, шаровары, рубаха, колпак с бубенцами и беспалые перчатки.

Особенно неоднозначно выглядел колпак с тремя хвостами, каждый из которых заканчивался бубенцом.

Пока я выпадал в осадок, продавец нахваливал товар:

– Вещи не новые и слабой прочности, но каждая имеет скрытые достоинства.

Поочередно прикоснувшись ко всем вещам, я узнал, что все они дают по +1 к ловкости, а с моим уровнем ловкости в 15 единиц это очень жирная прибавка. Особенно удивили бубенцы, каждый из которых имел +1 к агру.

Зачем, спрашивается, клоуну вещи с плюшками для танка?

– Мне нужно подумать.

– Конечно; вы, странники, часто думаете. Для вас специально приготовлены особые кресла.

Действительно, у боковой стенки торгового зала стояли пять удобных кресел. Усевшись в одно из них, я увидел надпись «Выход» на подлокотнике. Впрочем, в реал мне пока не к спеху.

В это время в магазине появилась парочка симпатичных девушек, и торговец быстро убрал с прилавка скомороший наряд.

Мне пока было не до дам, намного привлекательнее выглядела информация в наладоннике.

Полчаса копания в энциклопедии дали интересный результат. Пришлось даже выходить в реал, чтобы заглянуть на форумы в основной сети. И вот что выяснилось. Чтобы стать удачливым вором, нужно иметь высокий уровень ловкости, которая качалась не только воровством. Лучше всего ловкость поднималась умениями «жонглирование» и «акробатика». Эти умения открывались при освоении профессии скомороха. Так она называлась для тех, кто начинал играть в Славии. В других королевствах ее называли по-разному: клоун, шут, дервиш и так далее.

Становиться шутом не хотелось, но тут имелись очень веские доводы. Подняв ловкость, мне придется меньше воровать, чтобы стать взломщиком. Мало того, разница в прокачке ловкости с помощью умения «легкое касание» и, скажем, «жонглирования» была ошеломляющей. К тому же все умения скомороха имели плюс к эффективности, который соответствовал количеству зрителей.

Именно для привлечения общественного внимания и были нужны бубенцы на колпаке. Эффект «агропривлекательности» действовал одинаково для вызывания повышенного внимания и монстров и игроков, выступающих в качестве зрителей.

Я себя чувствовал Алисой – каждый следующий шаг по выбранной мною дороге заводил меня все глубже в кроличью нору.

Ладно, была не была… По крайней мере, никто не скажет, что мой способ прокачки является неоригинальным.

Дождавшись, пока мой новый знакомый обслужит сильно смахивающего на Илью Муромца воина, я подошел к прилавку.

– Вы определились? – вновь заулыбался торговец.

– Да, сколько будет стоить эта одежда?

– Если учесть огромную скидку, то ваш товар перекроет сумку и одежду.

– Хорошо, – обреченно кивнул я. Затем прицепил на пояс новую сумку, которая была всего в два раза больше кошеля для ценностей, и перетащил туда все вещи. Переодеваться здесь я точно не буду.

В кошельке еще имелось немного монет, и если не слишком тратиться на еду, можно докупить полезные вещи.

– А от того скомороха больше ничего не осталось?

– Осталось: короткий канат для хождения и серые шары. Но у нас есть особые светящиеся шары – именно покупая их, странник и оставил здесь все эти вещи.

Подумав, я забрал три серых шара и попросил продавца придержать для меня остальное.

Но это все, так сказать, запасной план, а пока попытаемся воплотить в виртуальной реальности главную идею.

Ближайшая локация, до которой можно было добраться даже откровенным нубам, находилась на берегу протекающей рядом с городом реки. Полянка с кроликами не годилась, потому что окрестности стартовой деревни были недоступны любителям чужого добра.

Забравшись со скоростью улитки на одиноко стоящий дуб, я принялся наблюдать. По песчаному бережку бегали десятка полтора низкоуровневых игроков с удочками. Рыбаками они были неважнецкими – шумные и суетные, но здесь главной была не рыбалка, а охота.

Вот один из игроков с явными замашками будущего мага-стихийника подскочил на месте. Его удочка выгнулась дугой. Вода у берега забурлила, и наружу полезла довольно странная рыбка. Проще всего полезшее из воды существо можно было описать как двухметровую помесь карася с крокодилом – рыбье тело дополняли когтистые лапы и солидная пасть с острыми зубами.

Рыбак тут же бросил удочку и отскочил назад, практически в полете кастуя огненный шар. Скажем так, слабенький шарик. Монстр только мотнул головой, словно отгоняя мошкару. Всмотревшись в пространство над головой монстра, я увидел, что полоса здоровья мутанта просела процентов на пять.

Неудобно постоянно концентрироваться, чтобы видеть тактическую информацию, поэтому для боевых операций игроки использовали тактические очки, в которых все отображалось в стандартной комплектации. Стоили очки всего пять серебрушек, но бесполезные траты даже такой суммы в моем положении были лишними.

Минут десять маг играл с монстром в догонялки, на коротких остановках отбиваясь то фаерболом, то роем светящихся искорок. Другие рыбаки иногда подбадривали его криками и предложениями помочь. Маг неизменно отмахивался.

Время от времени другие игроки выуживали свой улов, и начиналась аналогичная беготня. За исключением тех случаев, когда в дело вступили рубаки. Самым крутым на берегу был мечник шестого уровня, разделывавший рыбину за десяток секунд.

Пока было время, я пересмотрел необходимые мне умения. Основные пока без надобности, а из второстепенных могла пригодиться только «метка».

Заклинания и умения в игре активировались жестами и голосом. Тем, кто не хочет себя выдать лишними звуками, достаточно воспроизвести заклинание губами: беззвучно, но четко.

Что-то местная гопота задерживается… На форумах сообщалось, что здесь они частые гости. Я уже начал скучать, когда из рощицы на холме вышел игрок в легкой броне с черно-красной раскраской, сжимавший в руках боевой жезл мага. Это сочетание выдавало в нем чародея, избравшего земную стихию, только у них не было дебафов на ношение кожаной брони.

Рыбаки тут же напряглись. Те, кто уже выудил себе жертву, быстро добивали монстров, а остальные повели себя по-разному. Основная часть тут же попыталась сбежать. Но выскочившие из-под земли каменые шипы прервали бегство троих игроков. Еще четверо через секунду завязли в неожиданно образовавшемся болоте.

Шестиуровневый мечник что-то крикнул и рванул к магу. За ним метнулись еще трое бывших рыбаков. Из чародеев в обойме непокорных остались две девушки, одна из которых являлась магом-воздушником. Ее подружка с внешностью анимешной няшки начала немного неуклюже набрасывать бафы на участников стихийного пати.

Напрасно мечник решил действовать с группой. Ему либо не хватило элементарных знаний игровых реалий, либо выдержки. Бои между игроками в Сэкаи организовывались оригинальным способом. Во-первых, печать Каина использовалась только против игроков, нападавших на противника, чей уровень значительно ниже. Во-вторых (и этого как раз не учел горячий мечник), в случае, если на одного игрока нападали несколько противников, они получали дебаф, соразмерный численности перевеса. А вот «жертва» наделялась неслабым бафом.

На выяснение этих подробностей мне все же хватило усидчивости, поэтому я знал, что будет дальше. Еще одной особенностью боев между игроками в Сэкаи был статус «спасителя». Если несколько человек нападали на одного, тот, кто решил помочь оставшемуся в меньшинстве игроку, автоматически получает единовременное, но солидное усиление характеристик.

Все это не касалось случаев, когда велась война кланов. В таких условиях каждый стоил того, что заслужил упорной игрой.

Ага, вот и «спаситель». За спиной предводителя восстания нубов из воздуха материализовался человек в темных одеждах, чей дизайн явно спионерили у разработчиков игры про ассасинов.

А ребята оказались очень непростыми. Оба грабителя были четвертого уровня, и если заклинания мага не особо удивляли, то настойчивость человека, прокачавшего свою профессию до убийцы, оставаясь на низких уровнях, поражала. Это тоже была особенность Сэкаи. При желании я смогу подняться до взломщика, оставаясь хоть на первом уровне. Но для этого нужно очень постараться. Серьезным недостатком такой системы была невозможность носить одежду, оружие и бижутерию высоких уровней. А низкоуровневое снаряжение с хорошими улучшениями стоило не меньше чем высокоуровневые аналоги с более серьезной начинкой.

Пока я размышлял, трагедия на берегу приближалась к своему финалу. Убийца уже заканчивал с рубаками, а маг продолжал шинковать невезучих беглецов, застрявших в «гребенке» каменных пиков. Вляпавшимся в болото повезло больше, они уже выбрались и со всех ног удирали.

Через пару секунд на берегу остались только девушки.

– Метка, – поспешил прошептать я, всматриваясь в перепуганное лицо няшной баферши с ником Уляля.

Все, теперь в ближайшие сутки на моей карте будет отображаться расположение девушки, куда бы она ни пошла.

Внезапно позади девушки-мага, носившей строгое имя Выжигашка, поплыл воздух, и ей в спину воткнулся кинжал, брызнув в стороны красными искрами.

Крит.

Ноги девушки подогнулись, и она упала на землю.

Убийца нарочито медленно повернулся к баферше. Девчушка попыталась сбежать, но киллер рывком догнал ее и подсечкой повалил на колени, удерживая жертву за волосы. Опять же нарочито медленно поднес кинжал к горлу и резко рванул. К счастью, в отличие от боев с монстрами, схватки между игроками потоков крови не давали, просто образовывались неприятного вида раны. Будь все не так, вряд ли мне удалось бы усидеть на дереве.

– Вот скотина! – скрипнув зубами, прошипел я.

Самым мерзким было то, что у обеих девушек ники выделялись светло-синим цветом. В реале они являлись либо сиротами, либо инвалидами, но это почему-то не остановило киллеров.

Несколько секунд я сверлил взглядом пространство над головой убийцы, но моей внимательности не хватало, чтобы прочитать ник убийцы. А вот имя мага рассмотреть все же удалось. Карик Пламенный – не так уж оригинально. По крайней мере, обошелся без цифр, которые хоть и выглядят намеком на принадлежность к династии, но на самом деле выдают полное отсутствие фантазии.

Еще раз скрипнув зубами, я поставил метку на мага, вальяжно подходившего к телам поверженных противников. Обворовать убийцу мне не удастся при всем желании.

Грабители быстро обобрали тела и покинули место бойни. А еще через несколько секунд берег стал безлюдным – тела монстров и погибших игроков исчезли без следа.

– Что же, начнем охоту, – со зловещими интонациями опереточного героя прошипел я, открывая карту в свитке-наладоннике.

Глава 6

Как и следовало ожидать, все оказалось сложнее, чем в теории. Налетчики обчистили еще две группы и только после этого отправились в город.

Наконец-то преследуемый мною маг вышел в удобное для проведения кражи место. Он решил наведаться на базар, где за лотками стояли игроки. Я двинулся следом.

Итак, чтобы выудить у жертвы хоть что-нибудь, нужно было прикоснуться к его кошельку и продержать контакт три секунды. Успех зависел от уровня ловкости и навыка «легкого касания». Имелось как минимум две сложности. Во-первых, разница в уровнях защиты сумки и моего навыка может не позволить получить хоть что-то. Самым неприятным был второй нюанс – при высоком уровне внимательности жертвы она может заметить мои потуги в воровстве. Вот поэтому обворовывать убийцу было бы бессмысленно – у него все заточено под ловкость, скорость и внимательность. С магами проще, для них важнее интеллект и концентрация, которая работает не постоянно, а во время каста. Хотя это не значит, что помеченный мною маг-разбойник не мог раскачать и внимательность.

Черно-красные доспехи мелькали впереди, и теперь мне не нужна была метка на карте. Возможно, это пассивное умение вора, но даже отведя взгляд, я с легкостью вновь находил объект в мешанине толпы, едва посмотрев в нужном направлении.

Подходящий момент появился только через двадцать минут прогулки по базару. Маг остановился у прилавка, где выставлял свою продукцию алхимик с явным уклоном раскачки в травника.

Погасив раздражение от того, что эта отрасль алхимии мне недоступна, я шагнул вперед, стараясь ступать только на цыпочках. «Легкое прикосновение» и «тихий шаг» не нуждались в дополнительной активации. Прикосновение срабатывало автоматически, а для активации шага нужно было просто идти на цыпочках.

Меня начало колотить и не бросило в пот только потому, что этот нюанс не был прописан в контролирующей моего перса программе.

Маг торговался с девушкой-продавцом, но их слова слились для меня в монотонный гул.

На поясе гопника кроме всего прочего имелся стандартный набор из квадратного кошеля и такого же вида сумки, но в два раза большей по размеру. Сам не знаю почему, но я прикоснулся к кошелю, хотя знал, что защита там наверняка серьезнее, чем у сумки.

Прошло три секунды, и моего прикосновения никто не почувствовал, но на этом приятные новости заканчивались.

Только злостью можно было объяснить мою вторую попытку забраться в кошель Карика Пламенного. И это с учетом того, что во всех описаниях было ясно сказано – в таком случае шанс быть обнаруженным сильно увеличивается.

– Что, кто?! – взревел маг, осматриваясь по сторонам.

Я резко шагнул назад и в сторону, прячась за дородной теткой с корзиной в руках.

Не получилось – едва маг взглянул в мои глаза, как тут же заорал:

– Турмахал даваур! – Как и многие другие игры, Сэкаи не запискивает маты и не отсекает их, а превращает в тарабарщину. Выглядело это как заковыристое ругательство на неизвестном языке. – Стой, скотина!

Ага, сейчас.

Сорвавшись с места, я рванул вперед, стараясь, подобно слаломисту, обходить людей в толпе. Получалось не очень. Благо мой преследователь если и превышал меня в ловкости, то не намного. Правильно ли я поступил, не переодевшись в одежду скомороха? С одной стороны, шансы на успех, как в воровстве, так и бегстве могли сильно повыситься. Возможно, вообще не пришлось бы убегать. Но в случае провала я вынужден был бы продать такую нужную мне одежку или уходить из столицы. С другой стороны, распашонка делала меня безликим. К тому же маг вряд ли сможет рассмотреть мой ник в такой суматохе.

Преследователь продолжал бежать следом за мной. Некоторое время он орал очередную тарабарщину, но затем опомнился, и его ругань потеряла матерные слова, при этом обретя оскорбляющий смысл.

Сразу захотелось остановиться и дать ему в морду, но я продолжал бежать. Все дело в том, что в Сэкаи права вора были сильно ущемлены. Нападать на игроков в черте города запрещалось жесткими правилами. А вот побить попытавшегося залезть в кошелек вора не возбранялось. Здоровье сливалось до одного процента – дальше не позволяла система. Доведенного до нокдауна вора сдавали страже. А после увиденного на берегу у меня не оставалось сомнения насчет результата нашего «спарринга».

Так что беги, Зацеп, беги.

Если в бою мои шансы были смехотворны, то в догонялках маг сильно уступает вору. Так что через пять минут мне удалось оторваться и затеряться в толпе.

Было обидно до зубовного скрежета. И опять же только злостью можно было объяснить то, что я не стер метку мага со своей карты.

И вообще день – не очень благоприятное время для темных дел.

До вечера осталось еще много времени, так что можно заняться другими делами. Из других дел у меня оставалось только прояснение ситуации с профессией скомороха. После провала на базаре и неуклюжего бегства моя брезгливость к определенным профессиям снизилась в разы.

Порывшись в игровой энциклопедии, я направился в нубскую деревню, а затем вышел в реал.

– Але, привет, Тома.

– Привет, братишка, – откликнулась сестра. По времени она уже закончила с занятиями, поэтому могла отвлечься от любых дел. – Что-то случилось?

– Все нормально, – поспешил я успокоить сестру и тут же перешел к делу: – У тебя сколько в кубышке?

– А тебе зачем? – тут же напряглась Тома. В принципе бережливость была нашей семейной чертой, и у нее должны иметься немалые запасы. В моем случае жизнь изрядно растрясла кубышку до плачевного состояния.

– Для дела.

– Игра?

– Да.

– Блин…

Сестричка у меня всегда была умницей, так что не пришлось ни объяснять, ни уговаривать. Выставив ультиматум насчет капсулы, она уже влезла в эту затею. К тому же Тома прекрасно знала степень моей авантюрности и всегда мне доверяла.

– Сколько нужно?

– Все что можешь.

– Жди, – убитым тоном сказала сестра и отключилась.

Через двадцать минут мой телефон тренькнул, подтверждая перевод денег.

Хм, неплохо. Конечно, это меньше, чем нужно для комфортной игры, скажем, эльфом-лучником, но хватит на все текущие траты.

Сразу после входа в игру я направился на центральную площадь города, расположенную перед входом в княжеский квартал, куда таким, как я, пока хода не было.

Рядом с шатром скоморохов уже собралась небольшая толпа, наблюдавшая за одиночными выступлениями артистов.

Да уж, до Цирка дю Солей им как до луны… Несколько ярко одетых скоморохов, позванивая бубенцами на колпаках, ходили перед зрителями колесом, пересыпая свои трюки шутками-прибаутками. Пара человек дудела в рожки. Имелся даже один канатоходец, но он больше отыгрывал роль клоуна, чем акробата.

В общем, смотреть не на что, да и мне пока не до созерцания.

У шатра вертелся мальчик-непись в скоморошьей одежде.

– Привет, – поздоровался я.

– И тебе не хворать, – ответил малец.

– Не скажешь, кто может сделать меня скоморохом?

Вряд ли непись может испытывать не прописанные программой чувства, но его брови удивленно поползли вверх:

– Хочешь стать скоморохом?

– Да, а что тут такого?

– Ничего, – с недоверием ответил малец. – Ладно, пошли к дядьке Стаху.

Ситуация начала меня напрягать, поэтому, едва увидев старого скомороха с шикарными усами, тут же перешел к делу:

– Хочу стать скоморохом, сколько?

– А зачем уважаемому страннику веселить толпу?

– Это важно?

– Интересно.

– Два золотых, – спокойно сказал я.

– Что два? – явно подвис из-за нестандартности подхода скоморох.

– Мне интересно получить профессию скомороха, и я готов за это платить, а вам интересно узнать, зачем мне это нужно, поэтому – два золотых.

– Не-е, – засмеялся старик, – не так уж мне интересно.

Мимика неписи стала ярче, и он даже оживился. Похоже, система отреагировала на нестандартность ситуации и подключила дополнительные мощности. Как бы не заиметь лишних проблем из-за резкого увеличения интеллекта неписи.

– Ладно, давай четыре золотых. Нравишься ты мне, парень, из тебя получится хороший скоморох.

А вот это уже неплохо. Уверен, начни я торговаться, ничего бы не выгорело, а так – целый золотой экономии.

Мы совершили левое рукопожатие, и я перевел скомороху четыре золотых. Разбрасываясь желтыми кругляшками, постоянно приходилось напоминать себе, что эта мелкая монетка является эквивалентом зеленой бумажки с цифрой сто.

Браслет тут же призывно мигнул, предлагая ознакомиться с подробностями приобретенной профессии, что я и сделал под ироничным взглядом дядьки Стаха.

Так, что тут у нас… Первый уровень профессии открывал два умения – «жонглирование» и грим. На втором появятся «узкая тропа», помогающая ходить по канату и «красивый прыжок». А вот это уже интересно: «прыжок» давал игроку возможность вернуть себе устойчивое положение на ногах и сохранность равновесия после акробатического трюка. С увеличением процента изучения умений увеличивались сложность трюка и вероятность успеха. Классно, но до этого нужно еще прокачать профу до второго уровня, а пока будем кидать шарики.

– Спасибо, мастер, – кивнул я Стаху и направился на выход.

Народу на площади было маловато – это все-таки не торговая площадь, к тому же до вечера оставалась еще пара часов.

Выбрав себе место, я достал из сумки два шара и попробовал подбрасывать их в воздух. Никогда этим не занимался, но все получалось на удивление легко. Попытка добавить третий шар сразу расставила все по местам – через секунду шары вырвались из рук и упали на землю.

Горестно вздохнув, я открыл перед собой окно сумки и переоделся, но колпак не тронул. Увеличение ловкости сразу показало себя. Теперь все три шара легко держались в воздухе.

Минут двадцать я бросал шарики, но сумел привлечь внимание лишь одного зеваки, который окатил меня презрительным взглядом и сразу ушел. Проверка характеристик показала, что «жонглирование» выросло на одну десятую процента, а «скоморох» получил жалкие три единицы из тысячи необходимых для получения ученической приставки.

Печально. Ладно, увеличим ставки, только немного защитим болезненное самолюбие. Вернувшись к Стаху, я купил у него баночку с гримом. Следуя наставлениям инструкции, я нанес на щеки два мазка и прикрыл глаза. Тут же в темноте появились расположенные в три ряда двенадцать мордашек с разной раскраской. Сконцентрировав взгляд на одной из них, по моему мнению, наименее вызывающей, почувствовал, как по лицу пробежала теплая волна.

В голове мелькнула шальная догадка, которую я тут же поспешил проверить.

Бинго!

Интуиция меня не подвела. У каждого игрока есть одно пассивное умение под названием «конфиденциальность», которое мешает другим рассмотреть ник и уровень. В сети была информация о том, что плюс на «конфид» дают некоторые маски, причем стоят они несоразмерно дороже банки с гримом.

Это я неплохо зашел…

Настроение сильно поднялось, так что колпак с бубенцами занял законное место без особых возражений со стороны моего самолюбия.

Дело пошло лучше, и через десять минут порхающие в воздухе шарики привлекли троих зрителей. Увы, как выяснилось позже, их заинтересовало не искусство жонглирования, а придурковатый игрок в клоунском наряде. Один даже бросил на мостовую медную монетку. Эта подачка почему-то разозлила меня больше всего.

Стиснув зубы, я вернул шары в сумку и пошел прочь, так и не взяв монету. И все же здравый смысл удерживал от скоропалительных решений и заставлял обдумать произошедшее.

Что меня разозлило? То, что игрок бросил монетку? Или то, что она была медной? Нет, получение даже такого мелкого подношения – нормальная для уличного артиста вещь. Может, непривычная для меня, но вполне нормальная. Тогда что?

А разозлило меня то, что игрок заплатил за клоунский вид, а не за зрелище. И что из этого следует? Чтобы не стесняться выбранной профессии, нужно устроить настоящее шоу. Стать артистом, а не фигляром.

Вряд ли этому помогут мои зачаточная ловкость и прокачанные умения, так что нужно усилить зрелищность выступления.

Размышляя, я выудил из сумки жонглерский снаряд и задумчиво на него посмотрел. Вспомнился рассказ продавца алхимической лавки о светящихся шарах. Так, у нас здесь не реальность, и законы физики не обязаны работать в полной мере…

Идея захватила меня полностью, заставив едва ли не вприпрыжку направиться к лавке алхимических товаров.

– О, господин Зацеп, я рад, что вы вернулись так скоро, если, конечно, это не связано с претензиями.

Неплохо, непись назвал меня по имени. В прошлый раз мне не удалось рассмотреть ник продавца, теперь же напряженный взгляд поверх его головы принес успех.

– Мне очень понравилось у вас, Данко. Ваша лавка заслуженно считается особенной.

Моя лесть возымела действие, и Данко заулыбался:

– Вы хотели забрать остальные вещи скомороха?

– Пока нет, у меня есть просьба лично к вам.

– Слушаю вас.

– Могу ли я сделать особый заказ алхимику, с которым вы работаете?

Парень на секунду подвис. Понятно – среагировала система.

– Может, сначала я покажу вам список того, что мы уже имеем?..

– Боюсь, что мне нужны особенные вещи.

– Не думаю, что мастер Ворох согласится делать что-то вне нашего с ним договора.

– А как насчет того, чтобы организовать нам встречу? – Заметив сомнения продавца, я добавил: – Конечно, все будет проходить только через ваш прилавок.

– Хорошо, давайте попробуем, – наконец-то решился Данко. Взяв с прилавка бумажку, он что-то написал и передал записку мне.

Читать надпись не было необходимости, потому что на карте автоматически должно появиться месторасположение мастерской. К счастью, алхимиком, который работает именно с этим магазином, оказался не обворованный мною мастер.

Карта привела меня хоть и не за пределы города, но все же в выделенный отдельно квартал мастеров.

Мастерская алхимика находилась у самой стены. Добротный сруб внешне походил на барак. Вдоль длинной крыши, которую покрывала дранка, торчали аж три дымохода, из которых шли дымы как у светофора – красный, желтый, зеленый.

Крепкая дверь практически полностью поглотила мой стук, но я решил, что этого будет достаточно, и вошел внутрь.

Интерьер лаборатории почти ничем не отличался от места моей ночной вылазки, разве что масштаб был посерьезней.

Мастер, словно сошедший со страниц киберпанковской фантастики, отвернулся от перегонного куба и поднял на лоб большие очки. Его глаза затягивала странная муть, а взгляд пару секунд был абсолютно бессмысленным. Меня неожиданно посетила мысль, что секунду назад за фасадом мастерской не было ровным счетом ничего, включая самого алхимика, и система все сгенерировала в момент открывания двери.

Нет, с таким отношением играть не получится.

Тряхнув головой, я решительно шагнул вперед, стараясь воспринимать мастера как реального человека.

– Доброго вам вечера, мастер.

– Это смотря с чем вы пожаловали, – хмуро ответил он.

– Меня направили к вам как к лучшему алхимику города.

В ответ на мою лесть алхимик лишь скептически хмыкнул:

– И что дальше?

– Мне нужен особый товар, который можете сделать только вы, и…

– Список всего, что я делаю, есть в магазине, – без особой экспрессии ответил алхимии.

Так, похоже, система не хочет тратить ресурсы на стандартный разговор, поэтому ответы неписи не блещут оригинальностью; а если расшевелить персонажа? В нем явно прописана неприязнь к лести. Значит, зайдем с другой стороны.

– Похоже, зря я не поверил мастеру Ниваре, – неопределенно пожал я плечами и сделал вид, что собираюсь уходить.

Сначала реакции не было. Наверное, зря не задал прямой вопрос, а подошел с недостаточно тонким намеком, но система все же отреагировала.

– И что сказал этот прыщ? – окрысился мастер. В его мимике и движениях появилась живость. Равнодушие слетело, как дымка от сквозняка.

– Он тоже сказал, что не берется за нестандартные заказы, а когда я упомянул, что пойду к вам, мастер Нивара сказал, что к вам тем более не стоит ходить. Если не может сделать он, вам и подавно не по силам.

Не совсем честно по отношению к обоим алхимикам, и то, что это были простые программы, меня не особо оправдывало, но чего не сделаешь, когда прижмет…

– Вот криворукая жаба! Это я не смогу?! – вполоборота завелся мастер. – Да я был лучшим в нашей школе алхимиков! Ладно, что там у тебя?

– Это вы делаете светящиеся шары для жонглеров?

– Я.

– А можете сделать такие же, но чтобы они горели пламенем, при этом не обжигая руки?

– Призрачный огонь?

– Точно, – среагировал я, хотя абсолютно не понимал, о чем идет речь.

– Это нетрудно.

Ладно, наглеем дальше:

– А можно сделать фейерверк такой же формы, чтобы взрывался, когда его подбросят?

– Тоже не проблема, заряды огненной потехи могут зачаровываться на определенную высоту, достигнув которой, они взрываются. Чтобы не рванули в горах, расстояние отмеряется от метателя.

– Шикарно! Вы настоящий мастер! – воскликнул я и по кислой гримасе понял, что переборщил с похвалой.

Ну, раз пошла такая пьянка, режь последний огурец:

– И еще вопрос: можно сделать шар, который при попадании в цель взрывается и разбрасывает осколки?

– Никогда не слышал о таком, – скис мастер, подрезая крылья моей разошедшейся фантазии, но тут же приободрил: – Зачем вам такие сложности? Кидайте во врага склянку со «слюной дракона». Правда, ее разливают в обычные колбы, и если форма не имеет значения…

– Имеет, – повинуясь проснувшейся интуиции, поспешил вставить я.

– Ну, можно попробовать… – с сомнением протянул мастер.

Кроме формы колбы меня напрягло название «слюна дракона».

– А сколько будут стоить склянки со «слюной»?

– Дорого. Два золотых за одну.

Да уж – прилетела птица обломинго.

– Действительно дорого.

– Ну, тогда можно взять гномье масло, а если добавить кислый снег и серу, то получится неплохая вещь.

– И сколько будет стоить?

– Со снегом три серебряных за склянку, а без снега – всего один.

Я хотел уже попросить вариант подешевле, но вовремя вспомнил, что я тоже хоть и ущербный, но все же алхимик, к тому же с контрафактным умением. Если учитывать пятидесятипроцентную обрезку свойств конечного продукта, нужно брать по максимуму.

– Когда сможете сделать по десять штук огненно-фейерверочных шаров и склянок масла с добавками?

– Ну, с фейерверками нужно только изменить форму и наложить плетение призрачного огня. Так что подходите в магазин завтра к обеду. С переделкой колб и остальным придется повозиться, так что будет готово только послезавтра.

– Да, совсем забыл, – стукнул я себя ладонью по лбу, вспомнив свое детское увлечение культурой ниндзя, – есть что-то, из чего получится дым?

– Ну, это совсем просто, – ленивым жестом отмахнулся алхимик. – Болотный туман в колбе. Или нужно опять в шарах?

– Нет, пусть будет в колбе, – сказал я и добавил: – Было бы идеально, если бы вы смогли добавить в туман что-нибудь красивое и светящееся.

– Можно смешать с разрядами.

– Хорошо, сделайте пять колб.

Замотивировав мастера пятью серебряными монетами, я покинул лабораторию.

Вечер окутывал Славию, а значит, пора на охоту. Сам не понимаю почему, но откуда-то взялось едва ли не маниакальное желание довести начатое дело до конца. Только в этот раз нужно было хорошо подготовиться.

Квартал мастеров от основного города отделял небольшой парк с прудом. Удобная скамейка у воды приютила меня, предоставляя условия для размышлений.

Так, с имеющимися возможностями мне точно не справиться, чем же тогда повысить шансы на успех? Можно надеть скоморошьи одежки, а чтобы не привлекать внимания, воспользоваться только постолами и шароварами. Распашонка прикроет все сверху, а добавив простейший грим, я завершу конспиративные мероприятия.

И все же этого мало.

Увы, больше в моей сумке ничего подходящего не было, если не считать выпавшего из паучихи колечка.

Развернутое описание содержимого ячейки сумки гласило:

«Кольцо шакры – подлый способ убийства. Прикоснитесь им к любому сосуду, чтобы отравить его содержимое. Отравление: 15 урона каждые 10 секунд, в течение минуты».

Вот гадость какая! Тут же появилось желание избавиться от кольца, но любопытство все же заставило войти в имеющееся окно настройки.

А вот это уже интересно. Отравление имело три варианта интенсивности: дурман, рвотное и яд.

И что значит «дурман»?

Я копался в игровой энциклопедии до ночи и нарыл очень много полезного. Выяснилось что у дурмана такой же эффект, как и у игровой дури – ослабляет внимание и туманит сознание. Мало того, подобное воздействие, в отличие от того же яда, приравнивается к парализующим заклятиям, то есть не воспринимается как агрессия.

Ладно, теперь посмотрим, где носит нашего гопника.

Удача еще раз улыбнулась мне – отметка находилась внутри одного из множества кабаков столицы. Что ж, судьба словно подталкивала меня именно к такому сценарию действий. Конечно, идти на это или нет – решать только мне.

В шароварах и постолах скомороха под греческой тогой я выглядел если не как идиот, то по крайней мере нелепо. Хотя за последние пару дней я успел увидеть и не такие дизайнерские решения. В толпе желающих выглядеть круто хватало людей, которые прежде всего предпочитали красоте эффективность, даже если это не совсем отвечало представлениям общества о прекрасном.

Кабак с креативным названием «Гусь лапчатый» находился на полпути между центральной частью и Дном – кварталом, в который мне, к счастью, не пришлось идти за профессией. Над входом в кабак висела вывеска, на которой гусь в немецком фраке надменно смотрел на посетителей сквозь монокль на цепочке. Да и по внешнему виду здание было ближе к старогерманскому стилю, чем к славянскому. Казалось, здание намеренно нахлобучило пониже высокую крышу, отчего стены выглядели довольно низкими.

Ночь приближалась, и в кабаке оставалось очень мало свободных мест. Мне с трудом удалось пристроиться за длинным общим столом. Сразу же рядом возникла симпатичная служанка. Последняя деталь стиля – девушка носила длинную полосатую юбку и корсет, не прикрывавший обтянутую блузкой грудь.

– Что желает герр странник?

Ох, знала бы ты, милая, что желает это самый герр, не сказать бы хуже… но пока обойдемся без лишних трат. В забитом более чем полусотней игроков зале трактира витали соблазнительные запахи, но пока не до изысков, так что будем питаться булочками. И все же заказать что-то придется.

– Пива.

– У нас сегодня шикарные сосиски, – призывно качнула грудью девушка.

Она что, издевается? Фраза получилась очень двусмысленной.

– Нет, спасибо, просто пиво.

Интересно, чем руководствовались разработчики, помещая немецкую таверну в славянский город? Хотя если учесть, что в Славии больше трех десятков заведений подобного типа, без разнообразия не обойдешься.

Девушка оказалась на высоте – она ничем не проявила своего недовольства прижимистым клиентом и, улыбнувшись, убежала за пивом.

Через пять минут я уже прихлебывал из кружки неожиданно очень неплохое пиво, стоимостью в целую серебряную монету. Интересно, а медные деньги здесь в ходу, вообще? Даже булочки мне продали, так сказать, «пачкой», за две серебрушки. Да уж, Славия – не самый дешевый город, хотя это можно сказать о любой столице в реальном мире.

Кружку пива пришлось растягивать: Карик в данный момент общался с двумя игроками. Их разговор не выглядел важным, так что я не особо прислушивался. Увы, и легкомысленным их общение тоже не назовешь – на столе побывали только два кувшина с пивом.

Когда я уже собрался расстаться с еще одной серебряной монетой, оба собутыльника решили покинуть компанию моего подопечного. Маг постарался их задержать, но те лишь отмахнулись.

Что ж, пора. Я встал и, покачиваясь, пошел в сторону на две трети опустевшего столика. В игре вполне можно было нализаться до невменяемого состояния, хотя при этом имелись определенные ограничения по возрасту. Это же касалось и дури.

– Плюнь на них, мужик. – Рухнув рядом на стул, я одной рукой хапнул кувшин, а второй попытался приобнять Карика Пламенного.

– Пошел в кырдывур, придурок! – Система опять перевела матерное слово на тарабарский язык.

Оттолкнув меня рукой, маг добавил удар ногой прямо из сидячего положения. От удара я рухнул на пол, чем вызвал гогот на соседних столиках.

– Сам пошел, – пьяно возмутился я, возвращаясь на свое место.

Пока все шло хорошо, активированный в режиме «дурман» перстень коснулся кувшина, и, что самое главное, Карик не узнал меня.

На несколько секунд ситуация замерла в тонком равновесии, но маг, что-то решив для себя, остался за столиком, щедро налив в кружку жидкости из кувшина.

Минут через десять он устало облокотился на стол, а его голова все время норовила опуститься на столешницу.

Пора.

Демонстративно перевернув свою кружку вверх дном, я встал и вновь пропетлял к столику мага.

– Да, брось, мужик, тебе точно нужна компания.

Пододвинув ближе стул, я приобнял мага и сделал вид, что рассказываю ему что-то важное.

Гопник попытался оттолкнуть меня, но дурман уже подействовал. Моя рука скользнула с его плеча, прикасаясь к кошелю на поясе. Три секунды тянулись вечность и… ничего не произошло.

Нет, так просто я не отстану. Второе касание заставило мага заворочаться активнее, зато послышался отчетливый звон монет. Так, еще заход в сумку – и можно уходить. Как только действие «легкого касания», приложенное к сумке, закончилось, я позволил Карику оттолкнуть себя. Толчок вышел слабым, при этом вновь свалил меня на землю.

– Ну ты и жмот! – зло сплюнул я и, покачиваясь, направился к главной двери.

Теперь ходу!

Ноги сами принесли меня к ближайшему гостиному двору. Бесплатный пансион был недоступен из-за перекрытых на ночь выходов из города, так что пришлось потратить еще одну серебряную монету за доступ в собственный кабинет.

Так, теперь посмотрим, что удалось нарыть в закромах ступившего на кривую дорожку мага. Улов оказался более чем неплохим – семь золотых и пять серебрушек. Из сумки выпали какие-то вещи, но я даже не стал присматриваться. На душе неожиданно стало как-то мерзко. Совесть, с которой вроде был заключен надежный договор, внезапно взбрыкнула.

Очень часто даже неплохие люди, которым претят неприглядные поступки, находят им оправдание. Цель оправдывает средства – девиз иезуитов в действии. Моя цель не была такой уж высокой, хотя и совсем низменной ее не назовешь, да только запас оправданий закончился слишком уж быстро.

Одно дело – ловко выудить из кармана гопника ворованное добро, и совсем другое – опоить его и обворовать бесчувственное тело. Да и кабак пострадает ни за что. Это, конечно, всего лишь программы, но мой поступок от этого выглядел не менее мерзко.

До сих пор мне как-то удавалось сводить вместе реальность и привитые с детства нравственные догмы, но шитое белыми нитками полотно начало расползаться.

Так, главное – успокоиться… Возможно, на мои мысли давит усталость.

Игру я покинул, так и не приняв четкого решения, но то, что не смог остаться ночевать в чужом доме, было тревожным звоночком.

Глава 7

Утро и рассердившееся на тепло осеннее солнышко изменили многое. Душ и обильный завтрак, проведенный в компании Бима, наполнили тело бодростью. Так что в игру я вошел переполненный решимостью.

Все выглядело не так безнадежно, как вчера, но стоило заглянуть в сумку, и вернулось чувство неправильности. Раньше я планировал оставлять себе четверть добытого плюс все, что могло понадобиться моему персонажу из вещей. Вечером совесть вступила в жаркий спор с жадностью, и процент снизился до десяти. Теперь же эти спорщицы дружно молчали: жадность – удрученно, а гордость – надменно.

Черт с вами!

Добравшись до ближайшей лавки, я продал все добытые у мага вещи. Много за них не дали, и все же ворованная сумма выросла до десяти золотых монет и восьми – серебра.

Так, теперь нужно найти новую хозяйку жгущих мне руки монет, пока жадность не пришла в себя и не начала пилить, подобно сварливой жене.

Увы, метка, которую я повесил на Улялю, на карте Славии отсутствовала. Либо няшка обиделась на весь свет и не входила в игру, либо, что маловероятно, сбежала в другой город.

До момента самопроизвольного спадания метки оставалось еще несколько часов, так что отчаиваться рано.

Первым делом я направился на главную площадь и нашел там вялых по причине слишком раннего для них утра скоморохов. Дядька Стах некоторое время чесал седую макушку, пытаясь понять, что от него требуют в такую рань. И все же опыт и жизненная мудрость победили. Внеся несколько поправок, он одобрил мою идею. Теперь осталось забрать из лавки заказ, и к вечернему выступлению будет все готово.

Ну и чем теперь заняться? В лавку рано, а на полях с жуткими кроликами мне по-прежнему делать нечего. Ладно, пройдемся по рынку.

Торжище Славии совсем не походило на аналоги в других игрушках. Во время погони за магом-гопником все пролетело мельком. Теперь же у меня было время осмотреться.

Честно говоря, и сравнить-то было не с чем. Размах – не самых маленьких оптовых рынков, а вот колорит – непередаваемый. Казалось, здесь смешалось все. Со стороны центра властвовали деревянные лотки с небольшими навесами. Каждая деталь этих прилавков была украшена резными узорами со славянскими мотивами. Центральную часть рынка затапливало целое море восточного базара. Здесь торговали прямо с ковров. Причем это совсем не напоминало жалкие барахолки. Каким бы ни был стилистически наряд игрока-торговца, возлегая на подушках у заваленных товаром ковров, они выглядели настоящими восточными эмирами. С одной стороны, странно видеть такую картинку в центре славянских земель, но и здесь исторические консультанты корпорации оказались на высоте – в древние времена на больших славянских торжищах преобладали именно восточные купцы.

Чтобы найти нужную вещь среди этого бедлама, у игрока имелись две возможности – просто ходить между рядами как на обычном рынке или же подойти к столбу объявлений. Прикоснувшись к отполированной множеством рук поверхности, можно открыть большой экран с перечнем представленных на рынке товаров. Здесь же – списки перепродающих вещи спекулянтов. Причем среди них имелись как неписи, так и игроки. К этой же информации можно добраться и через свиток-наладонник, но за товаром все равно пришлось бы идти на базар и лично общаться с торговцами.

Пока мой поход больше являлся экскурсией, поэтому с возможностями столба я лишь ознакомился.

Дальняя часть рынка практически полностью была отдана неписям, торгующим в основном маунтами и големами. Здесь я застрял надолго. До безумия захотелось стать обладателем одного из этих великанов, но удовольствие обладания пилотируемым големом было просто запредельно дорогим. Гномом я не стал не потому, что плохо относился к этой расе, – просто, имея меньше чем тысячу золотых, на стартовой площадке подгорного царства делать нечего.

– Нравится? – прогудел подошедший мастер, которого я сразу и не заметил, потому что пытался рассмотреть четырехгранный шип, торчащий вверх на шарообразной голове гуманоидного голема.

– Слов нет; да что толку – не по Сеньке шапка, – автоматически ответил я и только после этого подумал, что гном может и не понять поговорку. Все-таки это программа, а не человек.

Но взгляд поверх головы обладателя низкого голоса показал, что опасения были напрасными. Передо мной стоял игрок. Причем для богача, влившего в игру бездну денег, выглядел он слишком простовато. Но и это не самое странное: мастер был таким же полукровкой, как и я! Возможно, именно поэтому в его голосе не было ноток пренебрежения, которые мне пришлось услышать не только от неписей, но и игроков.

Внешне он похож на чернобородого Санта-Клауса, каким его рисуют в некоторых мультиках – широкогрудым, мускулистым и с пивным животом. Ростом обладатель двух кровей – чуть ниже меня.

– Это да, – искренне улыбнулся полугном с именем Гайкокрут и похлопал голема по щиколотке, так как до колена он не достал бы при всем желании. – Мой красавец стоит три штуки голды. Каждую заклепку сам поставил и все руны лично прописал.

Действительно красавец. На толстых как колонны ногах покоилось бочкообразное тело. И все же простоватую бочку оно не напоминало. Казавшиеся поначалу беспорядочными линии клепаных соединений органично вплетались в вязь угловатых гномьих рун. Местами поверхность шла гофрированной рябью, делая боевого робота устрашающе-прекрасным. Из туловища в положенных местах торчали две руки. Вопреки ожиданиям, у этих рук по два сустава, а заканчивались они массивными секирами.

И как апофеоз – все это венчала заинтересовавшая меня голова с торчащим вверх рогом. Сама голова была шарообразной, со стандартным смайликом вместо лица, и лишь вокруг приделанного на макушку шипа шла невидимая снизу инкрустация.

– Спрашивай, – лукаво улыбнулся Гайкокрут, – вижу же, что очень хочется.

– На кой у него этот шип торчит из головы? – Заметив, что улыбка полугнома стала еще шире, я добавил: – Наверняка все этим интересуются?

– Ты угадал, но отвечать я не устал, – хохотнул, прижимая руками пивное брюхо, големостроитель. – Смотри.

Гном закатал рукав, под которым вместо привычного узкого браслета с камнем находился массивный наруч со светящимися рунами. Толстые пальцы замелькали по рунам с ловкостью пианиста-виртуоза.

Голем вздрогнул и зашипел, что едва не заставило меня подскочить на месте. Гибкие руки с секирами сошлись вместе, словно ловя жертву. Из плоских сторон секир выскочили крючья-захваты. В это же время шип на макушке голема скользнул вперед. Шарообразная голова провернулась. Смайлик скрылся, а его место заняло то, что раньше было неопознаваемой инкрустацией. Теперь предо мной стоял какой-то демонический Буратино – иначе и не скажешь.

Словно чтобы подтвердить зловещую внешность, голем резко дернул руками-секирами на себя и в это время качнулся туловищем вперед. Не требовалось никаких уточнений, чтобы понять – тому, кого клюнет такой вот Буратино, мало не покажется.

Все это произошло за пару секунд, а еще через три секунды голем вернулся в исходное положение, и милый смайлик вновь радовался яркому солнышку.

– Круто, – выдохнул я.

– А то, – самодовольно хмыкнул полугном, запихивая большие пальцы рук за широкий пояс. – Будет золото – заходи.

– Боюсь, что не в этой жизни.

– А что так? – изогнул бровь Гайкокрут.

– Ну, скажем так, я здесь на птичьих правах.

– Ну ничего, – отмахнулся полугном, – все мы когда-то начинали с малого.

– Неужели все это заработано в игре?

– Не, – фыркнул необычайно улыбчивый гоном, – у меня в реале свой тракторный завод. Больше приходится с бумажками работать, а руки по делу скучают. У себя крутить гайки как-то уже неинтересно, а тут – видишь, какая красота?

– Для владельца завода у вас шикарно получается.

– Да брось ты выкать, мы все тут в игре. Судя по фейсу, ты уже не пацан, так что не ломай кайф. Здесь я полугном-артефактор, а ты полуэльф. Кстати, чем занимаешься, половинчик? – спросил гном, с прищуром осмотрев мой нелепый наряд.

Врать такому открытому человеку не хотелось, поэтому я сказал правду, хотя и не всю:

– Скоморохи мы.

Залезть в сумку и перекинуть в слоты куртку скомороха вместо хитона было делом одной секунды.

– Вот оно как, – хмыкнул полугном. – Неожиданно… но веселить людей – тоже не самое простое дело. Что показываешь?

– Приходите… – Под притворно грозным взглядом полугнома я поправился: – Приходи на площадь вечером, увидишь.

– Ну, раз приглашаешь, тогда ответное приглашение: пойдем, посмотришь на другие мои поделки…

Это было сродни походу десятилетнего мальчика в магазин игрушек! Наш мир изобилует самыми удивительными мелочами: смартфоны, мощнейшие компьютеры, чудеса автопрома… Казалось бы, удивляться уже нечему, и все же полугном Гайкокрут скрывал в своей каморке настоящие чудеса. К массивной стене, которая окружала базар, оказался пристроен большой ангар. Там, в художественном беспорядке, размещены различные механизмы.

Ажурная механическая водомерка способна нести на себе седока через любые водные просторы, и остановить ее могли лишь волны выше пяти баллов по шкале Бофорта. Наспинный рюкзачок мог превратить любого игрока в самого настоящего Карлсона, но вращающийся пропеллер артефакта жрал космическое количество маны, так что эта вещь была скорее имиджевой, чем практичной. Основная же часть коллекции полугнома состояла из различных големов – похожих на людей или животных, маленьких и больших, медлительных и стремительных, как мангусты. Двух одинаковых не было – каждый имел свою уникальную фишку.

Венцом коллекции был огромный металлический грифон. Тяжеловесный металл выглядел как живая плоть – золотые чешуйки на туловище гибко облегали мускулистое тело, серебряные нити в гриве спутывались в художественном беспорядке, кромки стальных перьев и клюв были сделаны из незыблемого мифрила, а огромные рубины в глазницах, казалось, отслеживали каждое мое движение.

Но меня больше всего поразил внешне невзрачный аппарат в виде обычного рюкзака. Он висел на стене и вряд ли смог бы привлечь мое внимание, если бы не огромные крылья, крепившиеся по бокам конструкции. Тонкие трубочки имели несколько суставов и явно складывались, втягиваясь внутрь рюкзака. Все довольно привычно, если бы не переливающаяся радужными сполохами мембрана, натянутая на этот каркас. Контраст между простой, даже можно сказать, примитивной конструкцией и мерцающим чудом поражал до глубины души. Казалось, что какой-то безумный ювелир вставил редчайший алмаз в покрытую ржавчиной железную оправу. Но этот ювелир был гением. С каждой секундой созерцания этот дикий диссонанс обретал осмысленность и целостность. Я никогда не понимал художников-авангардистов: как по мне, во всем должна быть гармония, и есть вещи, которые нельзя соединять ни под каким предлогом. Впервые эта уверенность была поколеблена.

– Что это? – завороженно спросил я.

– Это махаон, – с нежностью в голосе сказал полугном и тут же спросил: – Что, посоветуешь мне сменить каркас на золотой?

– Нет, конечно, – на автомате ответил я, – зачем портить такое чудо.

– Я тоже так думаю. Знаешь, Зацеп, я всегда считал, что техника должна работать и служить людям; если нароешь две тысячи золотых, так уж и быть, продам тебе махаона.

– Угу, – только и смог ответить я. А что тут скажешь, если вещь стоила как не самый дешевый «ламборджини».

И все же я не расстроился – если такие вещи находятся за пределами твоих возможностей, это не огорчает, а мотивирует. Хоть шансы стать обладателем махаона были ничтожны, это не мешало моему желанию узнать о нем побольше.

Название аппарата выбрано не случайно – он и еще два таких же чуда сделаны из одного крыла Призрачного махаона – рейдбосса сто восьмидесятого уровня. Гайкокрут не сказал, во сколько ему обошелся материал, но это наверняка ударило по его бюджету. В принципе изобретение мастера являлось своеобразным реактивным дельтапланом.

Волшебный артефакт делал рюкзак и его содержимое легче в несколько сот раз, а встроенный внутрь двигатель разгонял летуна до необходимой скорости. Кстати, реактивный двигатель работал на той самый «слюне дракона», которую предлагал мне алхимик в качестве заменителя напалма.

После экскурсии Гайкокрут отвел меня в мастерскую, которая находилась прямо в городской стене, там мы и продолжили разговор о чудесах Сэкаи под прекрасное пиво из пивоварен подгорного царства.

Со мной такое бывает – иногда не можешь влиться в коллектив сотрудников, которых видишь каждый день, а порой вот так с ходу находишь общий язык с абсолютно чужим человеком. Чаще всего в дружбу это не перерастает, хотя все зависит от желания и общих интересов.

Полугном торговал эксклюзивным и очень дорогим товаром, так что клиенты ему докучали нечасто. В основном предварительные заказы приходили почтой. На базаре он обосновался по договору с городом. Они предоставляли ему место для торговли и часть помещений внутри стены. Он же в случае осады должен был защищать эту самую стену с помощью своих големов.

Временами я поглядывал на карту в ожидании появления там метки Уляли, но няшка так и не появилась.

Уже когда мы прощались, полугном затронул интересную тему.

– Да, кстати, – в очередной раз скользнув взглядом по моему цветастому наряду, сказал Гайкокрут, – ты почему не подкрасишь свои вещички? Я так понимаю, ты работаешь скоморохом только по вечерам? Если не хочешь тратиться на запасную одежду, возьми краску часов на двенадцать и щеголяй в стильном наряде собственного дизайна.

– Что за краска? – искренне удивился я.

– Ну ты даешь! – фыркнул полугном и начал рассказывать…

Нужно, конечно, все уточнить в игровой энциклопедии, но фишка была интересной. Оказывается, у алхимиков можно заказать специальную краску, которая на определенное время перекрашивает одежду в другие цвета. Цена этой краски варьировалась в зависимости от времени действия и сложности рисунка. Если нужно просто поменять цвет, то это одно, а если необходим какой-нибудь цветной узор – то совсем другое. Не знаю, насколько это выгодно в быту, но меня подобная фишка очень заинтересовала. Не факт, что удастся найти одежду другого фасона и с такими же интересными статами, как скоморошья, а так – перекрасил в черное, и можно заниматься темными делами.

На Славию опускался вечер, так что в алхимическую лавку к Данко мне пришлось практически бежать.

В лавке меня ждал неприятный сюрприз – мне элементарно не хватило денег на оплату заказа. Нет, деньги в принципе имелись, но это была добыча с последнего «дела», и тратить ее я не собирался. И пропажа Уляли ничего не меняла. Воспоминания о ночной операции натолкнули на интересную мысль.

– Данко, что вы скажете насчет этой вещи, – сказал я, выкладывая на стол перстень отравителя.

Торговец сначала взял в руки перстень, а затем уронил его на прилавок и для пущей надежности шагнул назад. От моего взгляда не укрылось, что он отодвигался не от перстня, а от меня.

– Что-то не так? – осторожно спросил я.

– Откуда это у вас? – напряженно осведомился Данко.

– Недавно убил шакру и вытащил из нее этот перстень, – с показным равнодушием пожал плечами я.

– Фух, – облегченно выдохнул торговец, – вы меня напугали. За сотрудничество с отравителями и торговлю такими вещами у нас раздирают лошадьми.

– Простите, что навлек на вас такую угрозу, – ошарашенно сказал я и потянулся к перстню, чтобы убрать его с глаз долой.

Жаль… деньги мне были очень нужны.

– Подождите, – остановил меня Дано. – Если вы хотите избавиться от него, нет ничего проще. Сейчас я вызову отряд стражи и дежурного мага.

– Это зачем? – напрягся я.

– Не беспокойтесь. Если сразу добровольно сдать подобный артефакт, от города полагается солидная премия. Это, конечно, меньше, чем можно получить, продав его в Дне, но тоже очень неплохо.

– Нет уж, в Дно мне идти совсем не хочется.

– Прекрасный выбор, – искренне одобрил мое решение Данко.

Оперативная группа с дежурным магом прибыли очень быстро.

Маг был довольно колоритным малым – квадратная фигура, бритая голова и при этом густая борода могли сделать из него эдакого лихого аскера, но этот имидж ломали исконно славянские черты лица.

Дежурный чародей с брезгливостью посмотрел на кольцо, затем на меня. Пятерка матерых воинов во главе с десятником тут же подобралась, но в дело вступил Данко:

– Господин маг, вот – постоянный клиент нашего магазина добыл перстень из шакры, но, увы, не знает, куда сдать эту мерзость. А так как очень доверяет нашему магазину, то конечно же пришел за советом к нам.

Маг не стал бузить и небрежно смахнул перстень в покрытый рунами мешочек. Он еще хотел отделаться благодарностью, но Данко не сплоховал, за что получил десять процентов от полученной векселем суммы.

Этих денег мне хватило, чтобы расплатиться за все заказанное в мастерской алхимика, и даже немного осталось. Так что я решил поинтересоваться красками.

– А какие вам нужны? – спросил Данко, вновь мановением руки материализуя на прилавке низенький ящик, поделенный на ячейки. Из этих ячеек торчали горлышки доброй полусотни колб.

– Для начала черную.

– На всю одежду?

– Да.

– Стойкость?

– В смысле?

– Какое время должна продержаться покраска?

– Не дольше двенадцати часов.

– Ну, это недорого, – улыбнулся Данко, – проблема только в том, что ваш цветастый наряд не станет однородно черным. Получатся разные оттенки от серого до угольно-черного.

Это замечание навело меня на одну мысль:

– А если использовать зеленый?

– Получится то, что вы, странники, называете камуфляжем.

– Отлично; дайте мне три черных и три зеленых.

Закончив с покупками, я побежал к главной площади. Вот так всегда – если утром тебе кажется, что делать совершенно нечего, то к вечеру, скорее всего, придется носиться как угорелому.

Славия как убежденная «сова», полностью просыпалась лишь к полудню, а расцветала только в сумерках. Вдоль улиц зажигались блуждающие огни. Ряды фонарей в каменных джунглях реальных городов красивы, но мертвы. Не помогало даже бурление толпы. В Славии же все было по-другому – деревянные дома разной этажности делали улицы колоритными и живыми, а медленно дрейфующие в воздухе фонари наполняли все пространство энергией. И на этом фоне броуновское движение толпы очень колоритных персонажей довершало общую картину ожившей сказки.

Мне нравился этот мир, этот город и люди, живущие в нем, будь то игроки или неписи. Если несколько часов назад и были сомнения насчет презентабельности профессии скомороха, то сейчас меня буквально распирало от желания поучаствовать в создании атмосферы веселья и легкости.

Скоморохи были готовы и ждали только моего появления.

Внезапно на меня навалился мандраж. Толпа на площади насчитывала несколько тысяч человек. Это было похоже на гигантскую вечеринку. Люди двигались по площади, где стояли лотки с едой и сновали разносчики различных напитков. Между ними шныряли зазывалы и воры. Слышались смех и песни, как в профессиональном исполнении, так и в любительском. Кто-то общался, а кто-то наблюдал за представлениями различных групп скоморохов и музыкантов. Привлечь внимание даже малой части этой массы было как-то страшновато.

А вдруг не получится? Заняться мне больше нечем! Нужно было тренироваться вместо болтовни с полугномом!

Высоко в небе полыхнул огромный салют. Толпа тут же отреагировала на это восторженными криками вперемешку со смехом и громкими аплодисментами.

Неплохая реакция, так что моя идея должна пройти на ура. Конечно, мои фейерверки будут пожиже, да и полыхнут пониже…

Блин, это может стать проблемой.

– Дядька Стах, – кинулся я к старому скомороху, который, в отличие от меня, был абсолютно спокоен. – А мы тут ничего не подпалим, город-то деревянный?

– С какого лиха? – удивился Стах. – Огни ведь у тебя призрачные…

Ладно, хватит дергаться.

Для начала я перенастроил свой кошель для ценностей. Теперь экран открываться не будет, а в руку при касании к поверхности кошеля автоматически попадут взрывные шары.

– Думаю, можно начинать, – кивнул я Стаху, достав из сумки банку с гримом.

В этот раз выбор пал на самую цветастую и задорную рожицу.

– Давно пора, – проворчал скоморох и махнул рукой своим помощникам.

Три скомороха выволокли на невысокий деревянный помост четыре больших котла, которые совсем недавно превратили в импровизированные литавры.

Меня вновь заколотило от предчувствия провала. С этим можно было бороться только действием.

Вскочив на помост, я кивнул барабанщикам, которые раньше были специалистами по бубнам, и выудил из большой сумки две колбы с болотным туманом.

Тяжелые била ударили в туго натянутую на котлы кожу, а колбы полетели в разные концы сцены. Честно, такого эффекта я не ожидал! Весь помост и немалую часть площади заволокло густым туманом, в котором заплясали небольшие молнии, подсвечивающие белесую пелену. Молниям, словно далекий гром, вторили рокочущие литавры. Сквозь туман донесся встревоженный гул толпы.

Блин, я же не знаю, сколько продержится туман! Вот засада… Все, больше без подготовки не буду браться даже за мелкие дела.

К счастью, через пару секунд туман начал истаивать. Пора начинать.

Я прикоснулся к кошелю и тут же почувствовал в руке гладкий шар. Первый снаряд перелетел в левую руку, а в правой появился второй.

При проверке товара шары были опробованы, но все равно вспыхнувший белым пламенем прямо в руке снаряд заставил меня напрячься.

Горящий шар взлетел вверх, растворяясь в тумане светящимся пятном. Через секунду он вернулся обратно, но ему на смену взлетел второй. Третий и четвертый шары поочередно вспыхнули уже в полете. Четно говоря, ловить горящие шары было пока еще боязно.

Удерживать четыре шара у меня получалось хорошо, но рисковать с пятым пока рановато, и так получилось очень неплохо.

Молнии в тумане угасли, а через пару секунд исчез и сам туман. Грохот литавр стал более ритмичным, выводя простейшую мелодию. Толпа загудела, придвигаясь поближе. От этого действа я едва не уронил один из шаров. Боковой взгляд уловил мерцание камня на браслете, реагирующего на системные сообщения.

Надеюсь, мне понравится то, что увижу в логах.

Эта мысль принесла спокойствие, даря уверенность в своих силах. Я начал чувствовать толпу, и как только уловил ослабление внимания, перешел к следующему пункту программы.

Четыре шара мелькали надо мной, оставляя за собой огненные хвосты. Вот один из них строптиво вырвался из привычной круговерти, возносясь в темноту выше своих собратьев. Он был похож на отчаянного Икара. Смельчак рвался все выше и выше, а затем вдруг лопнул большим огненным цветком. Из протуберанца красноватого огня в разные стороны рванули синие и зеленые искорки. Мой фейерверк по сравнению с недавно отгремевшим большим собратом выглядел бледно, но вызвал не менее бурную реакцию толпы.

Мы со Стахом договаривались только на использование помоста и барабанщиков, но он явно проникся моментом, и рядом со мной встали два жонглера с булавами. В специально приглушенном освещении этой части площади их действия были не особо заметны, хотя создавали неплохую массовку.

Фаершоу получилось довольно зрелищным. Казалось, что ничего удивительного в этом нет, особенно учитывая наличие в игре магов-огневиков, но все, что выдавили игроки своими заклинаниями, являлось боевой магией, и в деревянном городе было под строжайшим запретом.

Я жонглировал еще минут десять, время от времени подогревая интерес зрителей очередным взрывом. На это ушло еще три шара.

Хорошего понемножку, и когда моя чуйка подсказала, что пора заканчивать, взгляд неожиданно зацепился за знакомое лицо. В первых рядах толпы стояла бафер-няшка, с огромными глазами и приоткрытым от восхищения ртом наблюдавшая за пляской четырех пылающих шаров. Внимательный взгляд на пространство над головой девчушки подтвердил, что это действительно Уляля.

Два шара друг за другом взлетели высоко в небо и разорвались фейерверком. Немного неэффективно, но удерживать одной рукой мне пока удавалось только два снаряда. Продолжая жонглировать, я залез в сумку и выудил оттуда еще одну склянку с туманом. Она полетела на переднюю часть площадки, и тут же высоко в небо взлетели два других шара. Они едва успели явить миру свой взрывной финал, и тут все утонуло в тумане.

А я в это время судорожно прятал свой колпак и рылся в настройке умения «легкое касание». Там имелась очень интересная функция, которая в данной ситуации была очень кстати.

Воровской навык можно было использовать и в обратную сторону, незаметно подсовывая предметы в чужую сумку. Зачем это было нужно ворам, не совсем понятно; возможно, чтобы подкидывать врагам дохлых рыб, как в историях про сицилийскую мафию.

Пара секунд ушла на перенастройку сумочки для ценностей, и в моей руке возник колоритный кошель, в котором находились одиннадцать золотых. Не оставляя себе времени на сомнения, я шагнул вперед.

Туман начал таять, поэтому найти Улялю не составило труда. Девчушка продолжала всматриваться в небо и не заметила, как скоморох скользнул мимо нее, осторожно прикасаясь к ее кошельку.

Интересно, скольких ротозеев обокрали во время моего представления?

Не знаю, чем руководствовались скоморохи: заложенной в них программой или чутьем артиста, но вновь перешедший в рокот бой барабанов начал стихать вместе с молниями в тумане, а когда дымовая завеса окончательно рассеялась, на подмостках уже никого не было.

Казалось, что происходившее там действо было лишь мимолетным видением. В толпе замелькали девушки в цветастых сарафанах. В руках они держали кувшины, в которые зрители бросали вознаграждение за выступление.

Уляля наконец-то пришла в себя. Она заметила мигание камня на информационном браслете и начала рассматривать свою ладошку. Для посторонних свиток был невидим, так что зрелище получалось забавным. Девчушка увидела сообщение о неожиданной денежной прибыли и начала озираться по сторонам.

Вот и ладно, а мне пора сменить шкурку…

Колба с черной краской, лопнув в моих руках, растаяла в воздухе – так, очень просто, решалась проблема мусора и осколков стекла в игре. Образовавшееся на месте колбы черное облачко закружилось вокруг меня, а затем осело на одежду.

Получилось не очень гламурно, но зато теперь это была обычная одежда черно-серых тонов, а не кричащий наряд скомороха. Небрежное движение ладонью по лицу избавило меня от грима.

Ладно, теперь пора латать прорехи в бюджете, пробитые моей благотворительностью.

Старшина артели скоморохов сидел у себя в шатре и пересчитывал лежащие на столе монеты.

Закончив подсчеты, он ссыпал все в мешочек.

– Сто десять медных, – с гордой улыбкой заявил Стах, протягивая мне кошелек.

– Негусто, даже учитывая, что это половина, – не разделил я его энтузиазма.

– Это не половина, а все.

– Еще лучше… и за что мне такая милость? – отогнав разочарование, спросил я, понимая, что подобная щедрость неспроста.

– У меня есть к тебе предложение, – сказал Стах, развалившись на стуле. – Ты придумываешь нам подобные выступления и получаешь десятину. Но только выступать мы будем сами. Прости, Зацеп, но жонглер из тебя слабый.

– Не все так просто, дядька Стах… скажу сразу: больше половины этих денег уйдет на покупку новых шаров. Но я готов покупать все шары сам, только мое участие в выступлении обязательно, причем в главной роли.

Стах погрустнел, но явно не передумал.

– Ладно, пусть будет по-твоему, но представление должно был интересней, чем сегодня.

– Попробуем, – кивнул я и тут же уточнил: – Дядька Стах, мне казалось, что народу подтянулось много, чего ж денег так мало?

– Мало? – поднял бровь старый скоморох. – Да вы, странники, совсем зажрались! Для одного вечера это очень хорошо, а насчет толпы – так хорошо хоть четверть ее бросила по медяку. Многие вообще не заплатили.

– А если как-то брать плату вперед?

– Сделать это на площади трудно, к тому же запрещено указом князя.

– Ладно, будем думать, – обнадежил я скомороха и, забрав деньги, вышел из шатра.

Наполненный событиями день утомил меня, так что игру я покинул без сожалений.

Странно: выпав в реальность, почувствовал, что болят мышцы рук, но не придал этому значения и завалился спать прямо в кресле.

Глава 8

Утро встретило меня редкой для осени мягкой и сухой погодой. Даже захотелось немного размяться и походить по лесу. Бим составил мне компанию и вне себя от счастья носился между соснами. Грибной сезон уже закончился, но кое-где виднелись сыроежки и редкие вкрапления маслят зернистых. Временами проглядывали яркие мухоморы – куда уж без них…

Не люблю осени, но такой она мне все же нравится. Мои чувства пребывали в смятении. Вот реальность – она понятна и давно знакома. Сказка Сэкаи была немного другой – чище и необычнее, при этом нельзя сказать, где мне лучше: здесь или там.

Было хорошо оторваться от игры и пройтись по лесу, но уже через полчаса захотелось вернуться в мир приключений и событий. Конечно, приключения на мягкое место можно найти и здесь, но, в отличие от игры, в реальности слишком рискованные авантюры могли закончиться увечьями и даже смертью. Иное дело Сэкаи, где цена за адреналин не зашкаливала в своей несправедливости.

Перед возвращением в игру я позвонил Томе и, как новому партнеру в нашем не совсем законном деле, предложил заняться оплатой коммунальных счетов за этот дом.

Все, теперь можно быть спокойным; сестра – человек дотошный и ответственный. Скорее я что-то упущу или забуду, чем ошибется она. Насчет налогов я не переживал – до весны меня здесь уже не будет. По крайней мере, я очень на это надеялся.

После соснового леса с мириадами тончайших оттенков красок, звуков и запахов Сэкаи воспринимался с трудом, но уже через пару минут и это прошло.

Для начала я занялся проверкой логов.

М-да, вырисовывается интересная картина…

Ожидаемо порадовала возросшая ловкость. Неплохо скакнуло жонглирование, этому явно помогло количество зрителей на площади. Если так пойдет и дальше, за месяц можно серьезно поднять ловкость и догнать жонглирование до ста процентов. Лучше всего это делать в паре с умением канатоходцев «баланс» и «акробатика».

Так, а теперь нежданчики. За прогрессом воровской профессии я следил внимательнее всего. Так вот, она у меня выросла. Не намного, но все же выросла. Это что же получается, профа растет не только от воровства, но и от подбрасывания игрокам денег? Перспективы вырисовываются приятные, хоть и затратные. Нужно проверить, влияют ли на рост профы подбрасываемые суммы или важен сам факт действия.

На десерт было то, что я получил достижение. Сам по себе факт приятный – мало кому попадает такая плюшка, но вот название достижения вогнало меня в легкий шок.

«Поздравляем, вы получили достижение «чудак» второго уровня!»

Так, не понял: что за «чудак» и почему сразу второго уровня?

Более внимательное изучение логов и сообщения о достижении дали любопытную информацию.

Достижение прилетело за не совсем нормальное для вора действие, в смысле – за экспроприацию экспроприированного и возвращение добра в первоначальные руки.

И вот верь после этого тем, кто говорит, будто благотворительность – невыгодное дело. Мало того, сразу на второй уровень чудака я скакнул благодаря тому, что отдал Уляле все, что поимел с гопника.

Теперь осталось только понять, что все это дает лично мне. Новое звание хоть и смущало, но не особо; всю жизнь считал, что чудаки – это люди максимум непонятные и уж никак не презираемые.

Ладно, буду чудаком; по сравнению с профессией вора это не так уж плохо.

Из непроверенного осталось только одно сообщение, и оно непосредственно касалось моего нового звания.

«Вы достигли второго уровня достижения «чудак», Хранительница справедливости обратила на вас внимание. Посетите Обитель Хранителей, чтобы выбрать себе покровителя».

Однако.

Не знаю, чем руководствовались разработчики игры, но они оригинальным способом обошли религиозный вопрос, в последнее время обострившийся до предела. В игре не было сущностей, которых можно было назвать богами. Был демиург – создатель Сэкаи в лице парализованного японца, а также имелись его ипостаси. Этих ипостасей было семь, как японских богов счастья, но в игре не все семь духов были светлыми. Имелись три пары антагонистов и один самостоятельный дух-покровитель воинов – как физиков, так и магов. Им являлся Хранитель чести. Этот дух являлся народу в виде могучего воина-человека.

Дальше шла умеренно соперничающая пара – Хранитель трудолюбия в виде гнома и Хранительница праздности. Литу, симпатичная полуэльфийка, покровительствующая всем, кто стремился к веселью и добрым проказам, была бы идеальной покровительницей моему персонажу, но не будем спешить.

Следующая пара духов была откровенно враждебна один другому. Дух милосердия, почему-то представленный в образе темного эльфа, отвечал за уход всех обитателей игры за грань. Он контролировал и гибель игроков и их возрождение, поэтому Тувалону поклонялись не только жестокие убийцы, но и целители. Антагонистом Тувалону был дух-хранитель жестокости, закономерно принявший образ орка. Также он являлся покровителем всех зеленокожих существ в игре.

Последней парой духов были Хранительница справедливости и Хранитель коварства – светлая эльфийка и квар.

Если руководствоваться логикой, именно квар по имени Шохур должен стать покровителем вора. Выбор этого духа давал лучшую прокачку воровской профессии и необходимых для ее использования основных характеристик. Все так, но, во-первых, меня не тянуло подчиняться квару, а во-вторых, очень льстило внимание именно Иниэли.

Хоть на сегодня намечалось много дел, я все же решил сходить в Обитель Хранителей Славии.

Жилище духов-покровителей, как и все здания в Лукоморье, было построено из дерева. При этом казалось, что оно каменное. Просто строители использовали не метод сруба, а выложили стены из дубовых брусков, похожих на кирпичи. Так что издали Обитель напоминала кирпичный дом солидных размеров, но с приближением проявлялся диссонанс восприятия. Здание наливалось жизнью и исконной простотой. У меня сразу появилось желание увидеть живые города эльфийского королевства.

Широкие ступени лестницы, также выложенные деревянными «кирпичами», вели к высокой арке входа. Сразу за аркой находилось куполообразное помещение, наполненное светом и движением. Не знаю, насколько это привычная картина для довольно раннего утра, но сейчас здесь бродило не меньше сотни персонажей. Они целенаправленно двигались от Обителей своих покровителей к выходу или в обратном направлении. Небольшая часть совершала круговые движения по периметру, явно в ознакомительных целях. Я решил присоединиться к этим экскурсантам.

Справа от входа находилась Обитель Хранителя жестокости – Урука. Туда я заглянул мельком. Не очень большое помещение напоминало сильно увеличенный шатер орка. Все стены обтягивали шкуры, и не факт, что все они раньше принадлежали только животным. Под стенами, развалившись на подушках, сидели помощники Хранителя. Большая часть была воинами, а остальные – шаманами двух зеленокожих рас, орков и кваров. Квары являли собой помесь человека, жабы и крокодила. Кривоногие, зеленокожие создания с жабьей физиономией и наполненной крокодильими зубами пастью были большими специалистами по ядам. Странно, мне казалось, что увижу этих «красавцев» исключительно в Обители Хранителя коварства.

Главного покровителя садистов нигде не было видно, впрочем, не очень-то и хотелось, особенно учитывая развешанные на стенах орудия пыток, да и общий антураж зала-юрты.

Следующая, если идти против часовой стрелки, – Обитель Хранителя трудолюбия. Вход в жилище покровителя всех мастеровых украшен инкрустацией из камня и металла. Само помещение также выложено изнутри каменными плитами. В разных концах продолговатого зала стояли помощники-неписи, которые помогали советом и умениями игрокам, решившим поработать руками. В дальней части зала вместо ожидаемой статуи находилось лишь массивное каменное кресло, ножками и подлокотниками которому служили огромные шестерни. Кресло пустовало. Порывшись в свитке-наладоннике, я узнал, что Хранитель появляется в этом кресле только в моменты, когда игроки принимают его покровительство или приходят за эксклюзивными квестами. В игровой энциклопедии нашлось изображение этого Хранителя. В принципе стандартный гном, если не считать, что вместо покрытых золотом лат и любимых подгорными жителями украшений он одет в простую рабочую одежду с кожаным фартуком. Все же это покровитель мастеровых, а не воинов.

Дальше находилась Обитель Хранительницы справедливости, но я решил закончить осмотр остальных, а уже потом сходить, так сказать, по вызову.

Прямо напротив главного входа в прямом смысле слова громоздилась арка, ведущая в зал Хранителя чести. В принципе нечто подобное я и представлял – высокие стрельчатые окна пропускали вертикально вытянутые потоки лучей солнца, которые хорошо подсвечивали развешанные по стенам знамена. Часть полотнищ явно принадлежала самому Хранителю и его почитателям. Но были и трофейные – иначе как объяснить, почему тут находится оркский бунчук с пятнами засохшей крови? В стеклянных витринах располагались покореженные латы и оружие, также находившееся в не самом приглядном виде. В общем – музей боевой славы. У стен игроков поджидали помощники. Здесь были представлены все направления боевых школ – от лучников и магов до паладинов и танков.

В отличие от других обителей, эта все же имела изображение главного персонажа – у дальней стены застыло трехметровое изваяние мужика с аристократичным и предельно сосредоточенным лицом. Судя по амуниции, Зогран либо когда-то был паладином, либо просто любил являться своим почитателям в таком наряде.

По правую руку от главного духа Хранителя расположилась Обитель очень колоритного персонажа. Помещение больше походило на заросшую неимоверным разнообразием лиан пещеру. И только дальняя стена была свободна от растительности, зато на ней висели два гобелена. Тувалон не просто так носил прозвище Двуликий. На одном из гобеленов темнокожий эльф в зеленом кафтане смотрел на посетителей с доброй улыбкой, а на другом он же взирал на мир сквозь прорези белой маски. Взгляд на предельно простую маску, с чисто символическим обозначением рта и носа, вызывал холодную волну по спине. Меня даже передернуло.

Посетители этого зала закономерно делились на две группы. С одной стороны – лекари, травники, алхимики и другие эскулапы, а с другой – убийцы и даже парочка некромантов.

Обитель Литу – покровительницы праздности и веселья, была похожа на цирк и детскую комнату одновременно. Все пестрело яркими красками, а помощники напоминали аниматоров на детском празднике. Сама Хранительница находилась здесь, но незримо. Над головами посетителей, переплетаясь с веселой музыкой, временами пролетал ее звонкий и радостный смех.

Все хорошо и весело, если бы по сети не гуляла парочка жутких историй об этой хохотушке.

Нет, такая опекунша точно не для меня. Всегда считал, что чрезмерное веселье присуще либо притворщикам, либо опасным психопатам. Все в мире требует равновесия, даже в виртуальном. Так что из этой пары антагонистов мне был ближе Хранитель-гном.

В обитель Шохура я лишь заглянул, так сказать, в ознакомительных целях. Впрочем, там и смотреть-то было не на что. В большом зале плавали клочья тумана, скрывавшие и без того темные углы. В полумраке двигались неясные тени и проносились непонятные звуки.

Ладно, хватит экскурсий, пора узнать, что от меня хотела Иниэль, и заняться насущными делами. Впечатлениями сыт не будешь.

Несмотря на эльфийское происхождение Хранительницы, в Обители справедливости царили мрамор и хрусталь. В Обители абсолютно пусто, даже в торце длинного зала не видно не то что самой Хранительницы, но и места, где она могла бы появиться. Зал выглядел чистым до стерильности. Из украшений на стенах, кроме хрустальных гирлянд на потолке и стенах, только на дальней стене тем же хрусталем выложенный странный иероглиф.

Ну и что дальше?

– Прошу прощения, здесь есть хоть кто-нибудь?

Не успело успокоиться заметавшееся между стенами эхо, как в дальнем углу сгустился воздух, и передо мной предстала хрупкая эльфийка.

– Приветствую вас, Зацеп, – грустным голосом сказала эльфийка. Сначала меня напрягло обращение на «вы», потому что почти все неписи постоянно «тыкали» игрокам, но затем я удивился еще больше, когда понял, что передо мной игрок.

– Я тоже приветствую вас, великолепная Туилиндэ.

А неплохо девочка устроилась, мало того что стала помощницей Хранительницы, так еще успела застолбить имя, которое подсмотрела в «Сильмариллионе» Толкина.

Девушка грустно улыбнулась, словно прочитав мои мысли. А она действительно похожа на хрупкую и стремительную ласточку.

– Нечасто вор попадает в Обитель справедливости.

– Не чаще, чем игроки становятся помощниками Хранителей, – вернул я улыбку девушке.

– Я не совсем игрок. – В глазах Туилиндэ появились смешливые искорки.

– А я не совсем вор.

– Согласна, не всякий вор станет возвращать жертвам грабежа отнятые у грабителей деньги. – Заметив, как изменилось мое лицо, эльфийка поспешила добавить: – Не беспокойтесь, за вами никто не следит. Просто Хранительнице сообщают о всех подобных событиях.

– Почему тогда мое новое достижение называется не «справедливый» или «честный»?

– А как можно назвать вора, решившего отдать всю свою добычу, причем сделав это тайно?

– Действительно, чудаковатый поступок, но я все равно не понимаю, при чем здесь Хранительница справедливости?

– То, что сильный воин ограбил ребенка, очень порадовало Шохура и Урука, а также расстроило мою госпожу. Вы же огорчили обоих темных и сделали приятное Хранительнице. Она даже согласна даровать вам свое покровительство, тем более что у Шохура вас примут плохо.

– Не очень-то и хотелось, – вспоминая логово покровителя воров, проворчал я, чем вызвал улыбку Туилиндэ.

Предложение лестное, но не факт, что оно будет выгодным для меня.

– А подумать можно?

– Конечно.

Не сходя с места, я открыл свиток-наладонник.

М-да, покровительство Хранительницы справедливости, может, и почетно, но абсолютно бесполезно: по крайней мере, для воина. Никаких плюсов к прокачке – только повышение того самого бафа, который получает боец, ввязавшийся в бой с множеством противников. Интересно, как Хранительница проморгала трюк убийцы, совершившего несправедливость под покровительством Хранительницы этой самой справедливости? Может, именно поэтому она так расстроилась?

С другой стороны, выбора все равно не было. Легкомысленная Литу не вызывала особого доверия, а с Шохуром у нас изначально не сложилось. К тому же интуиция подсказывала, что здесь не все так просто.

– Хорошо, я хотел бы получить покровительство Хранительницы справедливости.

Туилиндэ еще раз наградила меня улыбкой и сделала приглашающий жест в направлении иероглифа.

Я неуверенно прошел вперед и остановился за несколько метров перед стеной. Пару минут ничего не происходило, а затем воздух засиял и вспыхнул, на секунду ослепляя меня. Когда вспышка схлынула, предо мной появилась высокая эльфийка в воздушных одеждах. Что примечательно, сквозь одежды проглядывало не соблазнительное тело, а части мифрилового легкого доспеха. Серебристые волосы придерживала мифриловая же диадема с прозрачными каменьями.

Хранительница висела в воздухе, не касаясь мраморного пола босыми ногами. Ее наряд можно было бы назвать нелепым, если бы он не поражал своим особенным смыслом. Беззащитность и защищенность сплетались и создавали очень странный эффект – твердость и хрупкость, подобно украшающему обитель хрусталю.

Холодное лицо высокородной эльфийки могло бы произвести отталкивающее впечатление, если бы не грусть и понимание в ее глазах. Этот холод был рожден болью и злостью на чужую подлость, а отнюдь не надменностью.

Сам не знаю почему, я опустился на одно колено. Не как перед богом, а как перед прекрасной, мудрой и властной женщиной.

Словно ледяную глыбу, лицо эльфийки «расколола» едва заметная улыбка. Она благосклонно кивнула мне – и растаяла в воздухе. Там, где раньше находилась Хранительница, на уровне ее груди висел странный ошейник. Простой ремешок с небольшим кристаллом в медной оправе. Причем ошейник настолько маленький, что непонятно, на кого можно его надеть.

– Почему ты медлишь, брат, – ждешь, пока он упадет на пол? – с легкой насмешкой обратилась ко мне Туилиндэ. Ее переход на «ты» был легким и гармоничным, так что возражать было глупо.

Вместо ответа я встал и подставил ладонь под ошейник, куда он и упал. Затем повернулся к Туилиндэ:

– И что мне с этим делать?

– Это твой помощник, он успокоит твою душу.

– Очень интересно… и что бы оно значило? Ты можешь изъясняться не так туманно?

– Нет, – уже лукаво улыбнулась эльфийка, – это все же игра. Я помощница Хранительницы, а ты – ее последователь.

– Вот об этом подробнее; и еще… когда это мы с тобой побратались… или посестрились? Тьфу, совсем запутался.

– Минуту назад.

– И чем это мне грозит?

– Тебе оказана великая честь, – чуть нахмурилась моя незапланированная сестричка.

– Ну да, я учествовалася вусмерть, но все равно хотелось бы знать, что от меня за это потребуют.

– Абсолютно ничего такого, что было бы тебе противно, иначе ты не оказался бы здесь.

– Понятно… – протянул я, хотя мало что понял. – Туилиндэ, а можно я буду называть тебя Ласточкой, а то как-то длинно получается.

Эльфийка внезапно помрачнела, но все же, совладав с собой, печально улыбнулась:

– Извини, но нет; если хочешь, называй меня Туи.

– Ладно, тогда скажи мне, Туи, – постарался я увести разговор от явно болезненной для эльфийки темы, – какие плюшки даст мне вступление в вашу странную компашку?

– Плюшки?

Тон, которым она повторила это слово, и некоторые оговорки ранее навели меня на интересную мысль:

– Русский для тебя не родной?

– Да, я японка, хотя несколько лет прожила в России.

Вот почему мне показалось, что для нее было легче обращаться ко мне на «ты», чем на «вы». А опыт общения с русскими собеседниками объяснял отсутствие всяких приставок к имени. Но вопрос был в другом.

– А что, для обители Хранительницы в Славии не нашлось кого-нибудь из местных?

– Все дело в том, что я единственная помощница моей госпожи.

– Еще лучше… может, и я ее единственный последователь?

– Нет, что ты… вас много.

– А как ты вообще справляешься?

– Справляюсь, – улыбнулась Туи. Она часто улыбалась, но из-за печали в глазах девушку нельзя было назвать веселой. – Только из-за этого сложно заводить друзей.

– Почему?

– Потому что меня уже ждут в другом месте. Извини. – Мило склонив голову к плечу, Туилиндэ растаяла в воздухе.

– Вот и поговорили, – пробурчал я себе под нос.

Ладно, подумаем об этом позже, а пока займемся делами. Прежде всего разберемся с подарком Хранительницы.

Добравшись до ближайшего гостиного двора, я уединился в своем кабинете. Простейшая логика подсказывала, что нужно нажать на камень, украшающий ошейник.

Это действие запустило процесс, в результате которого в ошейнике с хлопко́м повисла маленькая обезьянка. Ее явно рисовали с мартышки, при этом она вызывала у меня другие детские воспоминания. Именно так выглядел проказливый питомец Аладдина из голливудского мультика.

Обезьянка продолжала вялой тушкой висеть в ошейнике.

Они что, подсунули мне дохлое животное?

Легкая встряска заставила обезьянку вяло зашевелиться.

Ладно, живая – и то хлеб. Теперь нужно понять, как она сможет облегчить мне душу. Положив обезьянку на столешницу секретера, я занялся ее настройкой.

Ага, вот оно что… Характеристики этого странного пета практически полностью повторяли мои, только сила и физическая атака были намного ниже. По логике именно эти характеристики будут раскачиваться самостоятельно с поднятием уровня, все остальное пойдет параллельно с моим развитием. Из профессии обезьянке от меня достались «вор» и «скоморох». В принципе то, что не придется самому марать руки, облегчит давление на совесть. Но все же проблема снималась не полностью. А ведь вчера в моей голове мелькала какая-то интересная мысль…

Точно! Профессия прокачивалась не только во время проникновения в чужие сумки с целью изъятия, обратное действие тоже давало эффект, хотя и значительно меньший.

Так, теперь осталось решить, что мы с мартышкой будем подбрасывать в сумки игроков; тратить на это монеты очень не хотелось.

Минут пять я пытался поймать мелькающую на задворках сознания мысль, и все же зацепил ее за хвост. Точнее, это были две разрозненные мысли, вкупе давшие нужную идею.

Вспомнил, как меня возмутила жадность некоторых зрителей, на халяву посмотревших представление скоморохов. Такое возмущение странно воспринималось в голове вора, но все мы временами грешим двойными стандартами. Идея стала полной, когда вспомнился процесс покраски одежды.

Пока я размышлял, обезьянка полностью пришла в себя и с любопытством заглянула мне в глаза. Уморительная мордочка вызвала непроизвольную улыбку.

– Ну и как мы тебя назовем?

Мартышка, пискнув, сжалась, явно опасаясь плохих новостей.

Чего уж там мудрить: как и в случае с Бимом, внешний вид не оставлял вариантов. Можно было бы проявить креативность, но образ из полюбившегося с детства мультика сидел в подсознании слишком прочно.

– Назову-ка я тебя Абу.

Мартышка тут же проявила полное одобрение и заскакала по секретеру.

Так, хорошего понемногу. Мне никогда не хватало терпения на домашних животных. Теперь же у меня их сразу две штуки, но пока особых проблем не намечалось. Бим был сторожевым псом и в особом уходе не нуждался, главное – вовремя покормить. А с петом еще проще – он вообще появлялся, только когда был нужен. Пока шумность обезьянки меня не раздражала, а что будет позже, посмотрим.

– Абу, иди сюда, – позвал я пета.

Несколько секунд обезьянка капризничала, явно понимая, что сейчас будет. Разработчики вполне ожидаемо наделили ее своевольным характером, но не стали переходить определенной грани.

Абу все же подошел ко мне, но когда я ухватил его за ошейник, попытался укусить за палец, однако это было сделано игриво и без малейшей агрессии.

– Но-но! – улыбнувшись, прикрикнул я на питомца и нажал на кристалл.

С уже знакомым хлопком Абу исчез, оставив в моей руке только ошейник, который тут же отправился в сумку.

Вот и все – как по мне, виртуальная реальность имеет много преимуществ перед реальным миром, как минимум по удобству и простоте жизни.

Окончательно сформировать сырую идею можно было только с помощью алхимика, так что следующим пунктом моего дневного плана стало посещение мастерового квартала.

Глава 9

Увы, в мастерской алхимика меня ждало разочарование. От недавней живости мастера не осталось и следа. Похоже, система отреагировала на наши совместные изыскания, поставив ограничения на привлечение мощностей к работе этого персонажа.

Обидно.

Заходы с разных сторон показали, что алхимик понимал только прямо поставленные задачи.

Ладно, не получается в парадную дверь – постучимся в окошко. Прямо в мастерской я уселся на лавку у стены и вышел в реал. Корпорация хоть и чистила всемирную сеть на предмет лишней информации, но разве до всего доберешься….

Полчаса серфинга по форумам, где высказывались игровые хохмачи, дали положительный результат. Моя идея не была оригинальной, и шутников, давно уже додумавшихся до чего-то подобного, хватало с избытком. Затея была простой – особая краска с узором позволяла наносить на определенный участок одежды нужную шутнику надпись. Конечно, колбу должен раздавить хозяин уготованной для порчи одежды, но и здесь нашлись лазейки. Именно возможностью подсовывать в чужие сумки разные вещи и пользовались хохмачи. Кто-то для этого раскачивал «вора», а кто-то попросту нанимал нужного специалиста.

Все основывалось на особенностях стеклянных колб для алхимических жидкостей. Единственным качественным показателем этих предметов была прочность. Дешевая тара быстро изнашивалась, и происходило это при перемещении предмета из сумки и обратно. Если колба окажется в сумке жертвы с прочностью, равной единичке, то при попытке выбросить или просто достать она лопнет и тут же сработает краска. Таким образом на одежде жертвы шутника появится обидная надпись.

Вроде все просто – профессия алхимика позволяла, в числе прочего, работать со стеклом, но дело в том, что мастер такого уровня попросту не мог сделать что-либо плохо.

Только после получасового издевательства над пониженной сообразительностью непися я вспомнил, что и сам являюсь алхимиком, хоть и ущербным. Именно эта ущербность поможет мне достигнуть успеха.

Осталось только заказать у мастера краску с нужным мне узором. Цена в пять медяков за колбу с краской оказалась неприятной новостью. Проще разбрасывать по чужим сумкам медные монетки, чем сразу половину серебрушки.

Ладно, спешить не будем, возможно, собственное производство окажется дешевле. Забрав у мастера три колбы с краской, я рассчитался прямо с ним, понадеявшись, что такая мелочь не испортит отношения с Данко и владельцами магазина.

Теперь предстояло вершить не совсем законные дела, а это лучше всего делать в собственном кабинете, подальше от посторонних глаз. Перед тем как нырнуть в гостиный двор, я забежал в магазин и забрал колбы оригинальной формы с горючим материалом. У мастера получился стеклянный шар, в котором практически без пузырьков воздуха при встряхивании ворочались завихрения темно-синей жидкости.

Теперь точно все.

Начинать нужно с самого простого. В сумке еще остались зажуленные у мастера Людека колбы.

Вглядываясь в лежащую на ладони колбу, я активировал «тайный взгляд». Колба раскрошилась сначала на мелкие осколки, которые затем превратились в пыль и растаяли в воздухе. И больше ничего.

Та же участь постигла еще два сосуда, а вот после исчезновения третьего камень на браслете мигнул. Мне пришло сообщение о том, что я изучил рецепт производства простой стеклянной колбы.

Рецепт порадовал меня не только возможностью не тратить деньги на покупку тары в магазине, но и неожиданными новостями. То, что качество производимых мной товаров будет падать на пятьдесят процентов, я уже знал, а вот еще один нюанс стал сюрпризом. В игре все же работал закон сохранения энергии. Да, характеристики конечного продукта будут намного хуже законных аналогов, зато ингредиенты понадобятся качеством пониже. Например, для производства выданной мне алхимиком колбы был необходим качественный кварц и чистая сода. А вот в новом моем рецепте значились чистый речной песок и неочищенная сода.

Колбочек с обличающей надписью у меня было всего три, так что имелся определенный риск, но как ни странно, все удалось с первой попытки.

На этот раз рецепт сообщил, что для производства краски мне всего-навсего нужен мел. А вот это самая приятная новость. Конечно, поясняющий текст рецепта предупреждал, что узор будет нестабильным и продержится только двадцать минут, но это никак не повлияло на мое настроение.

Так, будем экспериментировать дальше. В момент, когда браслет просигналил о получении рецепта, в сумке оставались лишь два шарообразных сосуда с огненной смесью. Если учесть, что между игровым аналогом коктейля Молотова и фейерверочными шарами как минимум два уровня разницы, с распылением скудного запаса жонглерского реквизита придется подождать.

Зато вновь порадовал рецепт, который оказался комплексным – при его использовании самовозгорающаяся жидкость, хотя и сильно урезанная в возможностях, появлялась сразу в шарообразном стеклянном сосуде. Мало того, вместо гномьего масла по рецепту требовалось обычное льняное, а сера и селитра нужны низкого качества. Все хорошо, только осталось надеяться, что с таким понижением у меня не получится бесполезный пшик.

Осталось с помощью новых рецептов создать готовый товар.

Быстрый забег по игровой энциклопедии прояснил, что алхимику для работы нужен трансмутационный куб.

Солнце скоро должно было добраться до зенита, а дел еще – вагон и маленькая тележка. И все же пришлось быстро выскочить из игры, чтобы избавить организм от всего лишнего. Тревожных звоночков не было, но получить их в разгар какого-нибудь боя очень не хотелось.

Рынок встретил меня привычным гулом и призывными выкриками торгующих игроков. Виднеющийся вдали ангар Гайкокрута манил, как огонь – мотылька, но пришлось пересилить себя. Предыдущая экскурсия помогла немного сориентироваться в местных реалиях, так что место, где торгуют алхимики, удалось найти быстро.

Несмотря на мою нелюбовь торговаться, пришлось этим заняться ввиду сильного дефицита золота. Но даже после получасового спора с прижимистым полугномом у меня осталось ощущение, что меня надули. В итоге я стал обладателем клепаной и сильно покореженной сферы размером с футбольный мяч. Для установки на горизонтальной поверхности шарообразный трансмутационный куб имел три ножки, но все равно получалось криво.

Ну и пусть – мне не до жиру.

Ушлый алхимик предложил свои старые алхимические очки, больше похожие на водолазную маску. В этот раз мое полное равнодушие к товару хорошо повлияло на торг, и в итоге очки удалось получить всего за пять серебрушек.

Там же, на базаре, я закупил песок, соду и мел. Хотелось взять ингредиенты для зажигательных снарядов, но благоразумие оказалось сильнее производственного азарта.

В разгар закупок случился курьез, изрядно развеселивший толпу. Я как раз забирал соду, когда моя одежда черно-серых тонов превратилась в цветастый наряд скомороха. Смешливый горняк долго хохотал, а затем отдал мне еще несколько мер соды бесплатно.

Под конец я купил еще одну упаковку пресных булочек, которые мне уже в горло не лезли. Подобной болячкой страдают почти все представители мелкого бизнеса. Любые желания таких людей остаются недостижимыми, потому что все свободные средства идут на закрывание бесконечных дыр в бизнесе. На следующую ступень развития такой бизнесмен перейдет не тогда, когда заработает серьезные деньги, а когда научится грамотно распределять их между делом и улучшением своей неделовой жизни. Но пока мне до этого шага еще далеко.

В гостиный двор я возвращался едва ли не вприпрыжку – очень уж не терпелось испробовать свои новые возможности.

Трансмутационный куб уверенно встал своими кривыми ножками на столешнице секретера, позволив мне заглянуть в свое не менее покореженное нутро. Его характеристики сообщили мне, что этот старичок согласен работать только с рецептами до пятого уровня сложности, но пока меня это вполне устраивало – даже хватало на фейерверочные шары.

Все ингредиенты изначально продавались разделенными на порции, так что отмерять ничего не пришлось. В открытый зев трансмутатора упали две части песка и одна часть соды. Затем я завинтил крышку и, резко выдохнув, положил сверху левую руку. На боку шара тут же появилось информационное окошко, в клетчатом поле которого горело только изображение пустой колбы. Ну, тут все предельно упрощено.

Ткнув пальцем в кнопку с колбой, я ощутил, как затряслась сфера. Из клепаных соединений вырвалась струйка пара.

Блин, только бы не рванул! Если что, найду этого базарного афериста и обдеру до исподнего, причем без малейших упреков со стороны совести.

Наконец-то сфера перестала вибрировать, и я осторожно отвинтил крышку.

Бинго!

На дне трансмутатора поблескивала колба.

Несмотря на все предупреждения, попытка рассмотреть свойства колбы вогнала меня в ступор. Вместо стандартной информации там значилась только одна надпись: «Фальшивка».

Как ни странно, совесть не подавала признаков недовольства. Возможно, сработала заранее придуманная отговорка. Я искренне полагал, что если какая-то домохозяйка самостоятельно скопирует для себя новое платье от французского дизайнера, этот самый дизайнер не особо пострадает, а если на спине платья будет красоваться надпись «Фальшивка», то вселенская справедливость даже не вздрогнет.

Впрочем, все это философия и к прикладной алхимии не имеет никого отношения, в данный момент меня волновало, как к этим махинациям отнесется моя новая покровительница.

До конца дня я штамповал колбы. Сначала сделал реплики с реплик, добившись качества, при котором колба могла пережить только две передачи – из моей сумки в инвентарь Абу и дальше по назначению. После этого извлечь ее целой будет невозможно. Самая дохлая колба делалась из грязного песка и древесного пепла. Оба ингредиента буквально валялись под ногами, так что хватило одного похода на берег реки, с небольшим крюком в сторону кузни. Извести у меня тоже было много, так что в итоге получилось пятьдесят колб с приколами. Единственной проблемой оказался низкий уровень маны – кто ж ожидал. Зато алхимия прокачивала интеллект. Для контроля за уровнем маны очень пригодились очки. Наконец-то мне удалось познакомиться с этим аспектом игры.

В случае, когда полная игровая информация была необходима как воздух, забота о реалистичности восприятия отходила на второй план, тогда и пускались в дело тактические очки. Сквозь них окружающий мир выглядел уже в стандарте более простых игр. Все было на месте – и бары со всеми полосками: от жизни до выносливости, и активные кнопки умений и заклинаний. Лично для меня урезанный вариант был интереснее, и очки я надевал лишь для облегчения работы с трансмутатором.

К концу алхимических опытов выдержка изменила мне, что закончилось абсолютно бесполезной потерей обоих оставшихся шаров с фейерверком.

– Зараза, – прорычал я, завершил работу и отправился в магазин, где спустил все оставшиеся деньги на шары.

Представление прошло как по нотам. Экспериментировать пока рано, так что в плане новшества были только горящие призрачным светом булавы еще двоих танцоров и две девочки с почти классическими огненными «пои».

Успех был не меньшим, чем вчера, но ждал я не финальных оваций, а того, что последует за ними. Как только растаяла дымовая завеса с молниями, в ход пошла колба с краской, замаскировав мое присутствие в толпе.

Нажатие на кристалл ошейника материализовало Абу, и мартышка азартно рванула вперед. Еще до начала выступления мой пет получил запас колб, необходимые настройки и на всякий случай – устные инструкции. Обращаться вслух к программе было необязательно, но это могло пойти на пользу делу, так что с меня не убудет.

Ну что, поехали. Мы с Абу пристроились в кильватере симпатичной девушки с кувшином для сбора вознаграждений. Вот один из игроков, улыбнувшись симпатичной и ярко одетой собирательнице монет, бросил в кувшин серебрушку.

Молодец.

Так, следующий поделился несколькими медяшками. Хуже, но не смертельно.

Так, вот и наш клиент. Высокий человек в тяжелой броне и с булавой у пояса сделал вид, что не видит улыбающуюся девушку. Дождавшись, когда игрок окончательно отвернется, я посмотрел на его пояс и одними губами отдал команду:

– Дай.

Абу стрелой метнулся к игроку и, казалось, даже не касаясь его, проскочил мимо. Через пару секунд он был рядом со мной.

Тяжеловес ничего не заметил. Что же, значит, сюрприз его ждет немного позже.

Еще пять человек не заметили неожиданного прибавления в имуществе, а вот у шестого явно была хорошо прокачана внимательность. Едва Абу прошмыгнул рядом, игрок в кожаной амуниции и луком за спиной начал оглядываться по сторонам, а затем полез в свою сумку, решив провести срочную ревизию.

Пару секунд он удивленно смотрел на свою ладонь, в которой исчезла колба со странной надписью «Фальшивка», и только после этого его отвлек смех стоящих за спиной игроков. Разведчик резко развернулся, являя мне кривую белую надпись на спине, которая гласила: «Жмот».

Толпа загудела, послышались смех и различные комментарии. Пока мы с Абу оставались в тени, но бредущий за сборщицей подношения чудик в черной одежде вряд ли долго останется незамеченным.

Ушло еще десять колб. Теперь практически две трети подкидышей были замечены и украсили куртки жадных игроков обличительной надписью. Практически все меченые поступали одинаково – громко ругаясь, они снимали пострадавшие от вандализма части амуниции. Нужно отдать должное, три игрока с незлобным смехом догнали девушку и забросили в кувшин по серебряной монете.

На меня уже начали коситься, но к этому моменту наблюдения за действием Абу зародили в голове одну идею. Я заметил, что мартышке уже необязательно выделять взглядом жертву. Она словно улавливала мое неприязненное отношение к очередному жадине и реагировала соответственно.

А что, если как-то привязать моего питомца к собирательнице?

Эта идея требовала информационной поддержки. Из игровой энциклопедии удалось узнать, что принять НПС к себе в группу я не смогу, а вот вступить в пати к ним, имея нужный уровень доверия, вполне возможно.

В подтверждение найденной информации, дядька Стах легко принял меня в артель скоморохов.

– Так, Абу, – посмотрел я в глаза повисшему на опорном шесте шатра пету, – теперь делай то же самое с теми, кто не понравится нашим подружкам? Понял?

В ответ мартышка что-то пискнула и состроила мне умильную рожицу.

Да уж, не интеллектуал, но проверить все же стоило.

– Вперед, Абу.

Пет спрыгнул с шеста и рванул в толпу так быстро, что мне пришлось за ним бежать.

Мы успели уже к финалу сбора вещественных проявлений зрительских симпатий. Толпа почти разбрелась, так что Абу, который метнулся к проигнорировавшему кувшин игроку, был отчетливо виден. И виден не только мне.

– Эй, ты что делаешь, тварь?! – заорал ставший богаче на один «подарочек» игрок и попытался догнать моего питомца.

Ага, флаг в руки и попутный ветер в спину.

Реакция на подобные ситуации наверняка была прописана в программе пета. Услышав крик игрока, Абу рыжей молнией рванул куда-то за шатры скоморохов.

Ладно, пора заканчивать.

Дождавшись ухода рассерженного игрока, я через соответствующее меню в свитке подозвал Абу и вернул его в ошейник.

В этот раз выручка выросла вдвое, так что мне досталось примерно как и вчера. Это стоило отметить. Для посиделок в кабаке труппа скоморохов была слишком большой, поэтому молодежь во главе с уже знакомым мне пацаном сбегала в ближайшее заведение, и через двадцать минут мы пировали на разборных столах перед шатрами.

Мне впервые довелось попробовать что-то кроме приевшихся булочек.

Запеченные с яблоками утки были выше всяких похвал, особенно под неплохое пиво, дружескую беседу и звонкий смех девушек из скоморошьей труппы.

Спустя час лимит вычислительных мощностей, выделенных системой на эту гулянку, был исчерпан, и скоморохи начали засыпать прямо за столами.

Что ж, пора и мне на боковую.

Глава 10

Звонок будильника вырвал меня из мягких объятий сна, вызвав приступ недовольства. Что-то я обжился в этом кресле и к тому же начал воспринимать игру как работу. Вон даже появился утренний синдром – желание поспать еще хотя бы пару минут.

Так, отставить лень. Пора браться за дело.

Еще на первой работе, где все было устроено практически по советским стандартам, у меня появилась не очень хорошая привычка. Ее можно было выразить сильно перекрученной народной пословицей: «Не делай сегодня то, что завтра за тебя могут сделать другие». Как мне кажется, именно из-за этого принципа, для многих ставшего правилом, Союз и накрылся медным тазом. В риелторском агентстве я увидел много нехорошего, но научился еще одной модификации той же пословицы: «Если ты не сделаешь дело сегодня, то завтра за тебя это сделают другие и получат твои деньги». Этот вариант уже можно назвать девизом капитализма.

Что из вышеперечисленного хорошо, а что плохо, пусть каждый решает сам, а свой вывод я уже сделал.

Быстрый моцион, завтрак и кормежка Бима заняли двадцать минут. Тоскливый взгляд пса, вкусившего упоительной свободы в сосновом лесу, пришлось проигнорировать – слишком много дел в игре.

Загрузка прошла штатно, и я бодро вскочил с кровати в своем личном кабинете.

Кстати, а что насчет кабинета и оплаты аккаунта?

Поиски в личной информации показали, что все было привязано к капсуле. Загвоздка в том, что, сменив перса, я изменил и статус аккаунта. Теперь он считался гостевым, и нужно было до конца месяца заплатить десять золотых, чтобы в следующий месяц я вошел как полноправный игрок. В этом случае у меня будет возможность предъявлять претензии администрации, даже без пояснений каким образом вообще я оказался в игре. Судя по всему, таким образом корпорация упростила процедуру передачи капсул в другие руки без юридической волокиты. Так что в глазах корпорации игры мои действия не являлись преступлением – главное, вовремя оплачивать аккаунт.

Сегодня вечером я планировал расширение цирковой программы, но теперь собирался подойти к делу грамотно. А это значит, что начнем с тренировки и к тому же совместим ее с попыткой хоть как-то поднять основной уровень своего персонажа.

Перед выходом «рассмотрел» зеленую краску для одежды, но больше не для экономии, а чтобы мой половинчатый штраф на свойства снизил срок действия покраски. Как-то не хотелось выступать перед народом в камуфляже.

Закупка ингредиентов сожрала треть моих денежных запасов, зато в итоге удалось создать семнадцать шарообразных сосудов с грязно-синей жидкостью внутри и поднадоевшей надписью «Фальшивка».

Ну и бес с ним, главное, чтобы работало.

Удивило другое. Судя по штрафам, мои алхимические навыки не давали возможности работать с органическими веществами, при этом получилось приготовить огненную смесь на основе конопляного масла.

Порывшись в энциклопедии, удалось узнать, что раскачавшим минеральную ветку алхимии разрешалось использовать некоторые виды органики в качестве заменителя.

И на том спасибо.

Свои манипуляции с трансмутатором я закончил варением зеленой краски.

Результат был, скажем так, неожиданным. С надписями на колбе и временем действия все понятно, огорчило другое. Моя одежда все же превратилась в камуфляж, но казалось, будто ее извозили в болоте.

Ладно, я не на конкурс красоты собрался, и так сойдет. Зато к плюсам на ловкость добавились временные улучшения на незаметность.

До ближайшего леса пришлось добираться окольными путями, чтобы не попасть на зуб кроликам – в чистом поле я им не соперник.

В километре за рекой, на берегу которой мне довелось наблюдать рыбалку и грабеж, к небу взлетала стена леса. Больше всего он был похож на дубраву. Вековые деревья старались не толпиться и давали достаточно света для высокой травы и редких зарослей кустарника.

Нижние ветки деревьев начинались довольно высоко, так что это стало достойным вызовом для моих вновь открывшихся умений «акробатика» и «баланс».

Разогнавшись, я попробовал, словно звезда паркура, взбежать по вертикальной поверхности и… о чудо, все получилось. Три шага, четыре, пять… а вот шестого не было – нога провалилась в пустоту. Моя пятая точка все же встретилась с деревом, зато приземлиться удалось на четыре конечности, как кошке. По крайней мере, несчастных двух процентов акробатики на это хватило.

Ладно – победу ухватит бегущий.

Второй забег оказался более удачным. Особенно порадовало то, что удалось зацепиться и легко поднять свое тело на ветку. Честно, в реале мне такой трюк не по силам.

Это, конечно, ребячество, но я не удержался и, сидя на ветке, завалился назад. Абсолютно без моего участия тело ловко провернулось в воздухе и вновь приземлилось на четыре конечности. Проверка показала, что акробатика выросла до пяти процентов.

Круто? Конечно; но обольщаться рано, до пяти процентов любое умение прокачивается влет. Зато порадовало целое очко к ловкости.

Живем, славяне!

Падение с трех метров прошло легко, а вот с семиметровой высоты я свалился, как тюк с соломой. Рановато расхрабрился. Браслет на руке показал, что четверть здоровья ушла в сказочные дали. Неприятно. Пришлось десять минут просидеть под деревом.

Почему не обзавелся эликсирами на восстановление здоровья? Да потому что мне они без надобности – самый хилый монстр в ближнем бою сольет меня за секунду. Даже «мама» не успею сказать, не то что достать колбу с зельем.

На следующее дерево я взбежал без малейших проблем. Затем очень осторожно походил по горизонтальной ветке. «Баланс» скакнул на полтора процента.

Приятно.

Когда надоело лазать по деревьям, я решил перейти к следующему пункту дневного плана.

Первой жертвой моего коварства стал лесной зайчик третьего уровня. Ну, если можно так назвать монстра размером с собаку и с красными от злобы глазами.

Паслась эта животина на небольшой поляне. По отзывам на форумах, попасть с такого расстояния метательным оружием, кроме луков и арбалетов, практически невозможно, особенно учитывая мой первый уровень. Но не зря же я корячился с особой формой колб…

«Жонглирование» не подвело – идентичная инструменту скомороха круглая посудина по красивой дуге устремилась в сторону кролика и врезалась ему в затылок. Бедняга подпрыгнул на месте. Синие разводы на его шкуре задымились и вспыхнули. Над поляной пролетел испуганный визг. Честно: если бы не последующие события, я наверняка забросил бы эту затею. Но не давая зародиться моей жалости, грозного вида зайчишка внезапно превратился во взбесившегося монстра. Горящее тело метнулось к «моему» дереву и попыталось залезть на нижнюю ветку, при этом злобно клацая зубами.

– Не понял, – удивился я и полез выше.

К счастью, зайцы лазать по деревьям не способны.

Мое любительское зелье выгорело быстро, превратив зайца в обгоревшего, но очень даже живого монстра.

Ну и как долго мне его долбить?

Заглянув в свиток, я приблизительно высчитал, что зелье наносило по 20 очков урона в секунду.

Угу, мне бы хватило и одной; а как с этим делом у зайца?

Взгляд поверх почерневших ушей показал лишь, что это заяц третьего уровня.

– Блин, ну ты точно лось! – хлопнул я себя по лбу и выудил из сумки очки алхимика.

Догадка оправдалась на все сто. Сквозь очки окружающая реальность окончательно превратилась в игру. Над зайцем зависло не только название с уровнем, но и чуть просевшая полоска жизни.

– Продолжим барбекю, – сказал я зайцу и швырнул в него сначала один шарообразный сосуд, а затем второй.

Начавшие отлетать от зайца очки урона показали, что обе горючие смеси работают параллельно, а вот третья порция оказалась бесполезной.

На седьмом снаряде заяц наконец-то загнулся, что заставило меня почувствовать себя великим воином. Все бы хорошо, но, спускаясь за трофеями, я увидел на другой стороне поляны маленькую девочку второго уровня, которая завалила такого же зайца тремя стрелами.

Ну кто бы сомневался: жабе не дано летать, а вору – стать великим воином.

Чтобы окончательно подпортить мне настроение, тушка зайца наделила меня куском заячьего мяса и двумя порциями крови. Благо с собой были склянки.

Запаса огненной смеси мне хватило еще на одного зайца, а продажа добычи не смогла покрыть и половины потраченных на материалы средств.

Хорошо хоть удалось чуток раскачать ловкость и подготовиться к вечернему выступлению.

До захода солнца было еще куча времени, и, потратив все оставшиеся деньги на изготовление снарядов, я вернулся в лес. После еще одного кролика мой уровень поднялся вместе с настроением.

Следующие два сожжения прошли без проблем, и только после этого мою голову посетила мысль, что все слишком легко. Пусть в этой местности мало скоморохов и акробатов, но думаю, что та же лучница кое-как, но все же смогла бы забраться на дерево.

Ответ на этот вопрос пришел после убийства еще одного зайца.

Повезло, что я сидел на самом краю ветки. Резкий рывок опоры сбросил меня вниз, зато позволил избежать моментальной смерти от удара массивной лапы. Обладателя этой лапы удалось рассмотреть уже в падении.

Да уж, неслабая получилась мурлыка у разработчиков. Они не стали мудрить и срисовали обычную рысь, увеличив ее до размеров льва.

Неплохо поднятые ловкость и акробатика позволили мне приземлиться на четыре конечности, и я тут же рванул с низкого старта к ближайшему дереву.

Мой расчет был прост. Соревноваться с рысью на скорость движения смысла нет, как и в лазании по деревьям. Зато есть шанс выиграть на разнице в весе.

Взбегая по вертикальному стволу, мне удалось метнуть в рысь зажигательный снаряд.

Все, теперь она от меня точно не отстанет. Другой вопрос – а оно мне надо?

Очки показывали, что кошечка обладает шестым уровнем и очень толстой линией здоровья.

Не особо задумываясь над физическими законами, я побежал по ветке и подпрыгнул. Позади меня прогремел недовольный рев хищника. Ветка завибрировала, но мне удалось попасть ногами на ее поверхность. Моего уровня акробатики и баланса было явно недостаточно, тут я понадеялся на простое везение.

Со стороны это, наверное, выглядело красиво – оттолкнувшись от ветки, как прыгун от трамплина, я взлетел вверх и вперед. При этом постарался направить полет на крону соседнего дерева. На этом красота закончилась, и пришла боль.

Повстречав на пути вниз четыре ветки, мое тело рухнуло в траву. Уровень здоровья упал до минимума, к тому же изящного приземления не было и в помине.

Последним, что я увидел в этом приключении, был раскрывшийся зев подпаленной и очень злой кошки.

Черт, а вот это уже неприятно…

Здравствуй, родная кроватка и совсем не родной дебаф.

Пересиливая слабость, я открыл свиток и с облегчением увидел, что до вечернего представления штраф спадет.

Можно было покинуть игру, но для начала следовало разобраться в том, что произошло в лесу. Проще всего это сделать, просмотрев логи.

Все оказалось предельно просто. Лес сам защищал себя и своих обитателей. Реалистичность игрового мира позволяла хитрым игрокам использовать недостатки некоторых мобов, но на таких хитрецов всегда находилась управа. В моем случае это была рысь пятого уровня. Порывшись в игровой энциклопедии, я узнал, что ее прислал один из духов-помощников светлой ипостаси двуликого Хранителя.

Что же теперь, вся моя затея пошла прахом? А что, если попробовать не вредить лесу, а помогать ему? Посчитает ли в этом случае злобный дух необходимым наказывать читера?

Но все это завтра, а пока нужно выходить в реальность – не валяться же бревном до конца действия дебафов…

Проход через мрак закончился выходом из игры и не совсем приятным сюрпризом. Попытку встать с кресла пришлось повторять.

Это еще что такое?

Мышцы на руках и ногах неприятно ныли, словно я немного не рассчитал с упражнениями в тренажерном зале. Причем болели именно те мышцы, которые пришлось напрягать, прыгая по деревьям.

Но ведь это в игре; при чем здесь реальная жизнь?

Сумбур в мыслях удалось успокоить с большим трудом, и я тут же залез в настройки капсулы.

Однако… Мои зарождающиеся опасения насчет возможного ожирения, из-за постоянной неподвижности, оказались более чем необоснованными.

Круто – это не то слово. Вот почему ни в доме, ни в подвале не было даже намека на спортивные тренажеры.

Данная модификация капсулы не только отсекала тело от мозга игрока, позволяя ему управлять виртуальным аватаром. В моменты, кода полуэльф Зацеп скакал по веткам, программа посылала импульсы в тело. Импульсы не позволяли рукам и ногам двигаться, но в полной мере напрягали соответствующие мышцы.

Разогревать суставы все равно не помешает, но задача по поддержанию тела в нормальном состоянии сильно упрощалась: обычная гимнастика – это вам не несколько часов на тренажерах.

В голове мелькнула шальная мысль, и мы с Бимом тут же направились в лес: проводить, так сказать, полевые испытания. Пока пес счастливо бегал по кустам, я попытался залезть до нижних веток высокой сосны.

Обломки старых ветвей, торчавшие из ствола подобно забитым в скалу костылям, находились на высоте двух метров. Мне даже в детстве удавалось забираться к ним без особых проблем, и сейчас получилось, но не так ловко, как я себе возомнил. И все же идея хоть на ничтожный процент подогнать реальную форму под виртуальные умения никуда не ушла.

Так… значит, отныне каждый вечер перед сном буду бегать и использовать деревья в качестве тренажеров.

Хорошее настроение не покидало меня ни во время прогулки по лесу, ни после возвращения в дом, так что в игру я вошел преисполненный оптимизма и решительности.

Огни плыли над Славией, делая ее еще более сказочной, чем днем. В Сэкаи праздник не прекращался ни на минуту. Всегда находился кто-то, кому хотелось поделиться своими впечатлениями и зажечь искру веселья. Мое двоякое отношение к лицедейству сменилось внутренним удовлетворением от хорошо проделанной работы.

Все, что нужно для представления, скоморохи подготовили заранее. Так что после работы с трансмутатором и похода в алхимическую лавку меня ждал натянутый над помостом канат. В толпе заинтригованных этими приготовлениями игроков было не менее двух сотен человек.

– Начинаем, – кивнул я дядьке Стаху и без малейшего стеснения натянул на голову шапку с бубенцами.

Клубы тумана затянули помост, и с появлением сполохов мини-молний загремели барабаны.

Легкий прыжок позволил мне зацепиться за натянутый канат. Тело пошло вниз, затем сила натяжения каната подбросила меня вверх. Рывок руками подбросил меня выше уровня каната, а умение «баланс» удержало равновесие. Ощущения запредельные. Мне даже не пришлось размахивать руками, чтобы стоять на канате ровно – все происходило само собой.

Мозг захватило чувство эйфории. Горящие шары взлетели в небо, и в это же время я начал приседать, раскачивая канат вверх-вниз. Туман рассеивался, позволяя зрителям увидеть мои действия. Очередной качок запустил мое тело верх, и это словно стало импульсом для взрыва одного из шаров. Дружный крик толпы прокомментировал салют, и только это не позволило мне испугаться перспективы промахнуться мимо каната.

Но все обошлось – «баланс» уверенно направлял тело, позволяя безошибочно попадать ступнями на тонкую нить каната. Тут же захотелось сделать какой-нибудь кульбит, но воспоминания о встрече моей пятой точки со стволом и знакомстве ребер с ветками дуба удержали от необдуманных поступков.

Затягивать представление не было ни смысла, ни ресурсов. Колба с жидким туманом полетела вниз, а два последних шара устремились в темное небо и через секунду взорвались облаками разноцветных искр.

В этот раз мне не пришлось самому идти в толпу, а значит, и красить свой наряд. Абу материализовался в ошейнике. Висеть, как авоське, ему не нравилось, так что мартышка тут же перебралась мне на плечо.

– Делаем все как вчера, – тихо шепнул я питомцу, выставляя необходимые настройки и передавая колбочки с краской.

Абу тихо пискнул и нырнул в гудящую толпу.

В отличие от вчерашнего представления, народ не спешил расходиться. Они словно чего-то ждали. Чего именно – стало понятно, когда в толпе раздались взрывы смеха, явно комментировавшие надписи на спинах особо жадных зрителей.

Пару раз возникали импровизированные погони за обезьянкой. Могло, конечно, достаться и мне, но, чтобы избежать этого, в настройках был указан уровень тех, над кем можно шутить. Уровень моего персонажа, а также отсутствие знаний неписаных правил этого мира не позволяли мне слишком наглеть.

У меня вообще сложилось своеобразное отношение к подшучиванию над другими. По моему мнению, хорошей шутку можно назвать, только когда смешно всем – и шутнику и тому, над кем пошутили. В крайнем случае можно вызвать легкую злость, и уж совсем недопустимо, если после шутки кто-то испытает стыд или серьезную обиду, уж не говоря о боли.

В этот раз вечерний улов меня серьезно порадовал. И дело не в трех золотых гонорара, хотя триста баксов – неплохой заработок для одного вечера. Больше всего вдохновила информация из свитка. Ловкость поднялась до тридцати пяти пунктов, и это без учета улучшения за счет скоморошьего наряда. Скакнула и профессия вора, набрав триста пятнадцать из тысячи, необходимых для выхода на второй уровень.

Еще неделька – и я доберусь до «взломщика», а значит, распрощаюсь с необходимостью лазить в чужие сумки. Можно забросить и выступления, хотя это дело уже на́чало мне нравиться.

С чувством выполненного долга я покинул вечеринку скоморохов и вышел из игры. Наконец-то мой игровой процесс начал обретать хоть какую-то стройность, двигаясь к заранее определенной цели. Хотя до этой самой цели было очень далеко. И все же скорость апгрейда вызывала вопросы, которые я поспешил прояснить.

Забег по форумам и работа с калькулятором дали очень неожиданные результаты. Похоже, сам того не заметив, я вытянул счастливую карту. Во-первых, очень удачно получилось с профессиями. Для Сэкаи сразу три профы у одного игрока – это большая редкость. И дело совсем не в ограничениях системы и дороговизне. Мастера в виртуальном мире были большими снобами и недолюбливали специалистов широкого профиля. Мне же удалось получить две профессии благодаря воровству, а у скоморохов со снобизмом было все нормально, что в принципе вполне логично.

Суть моего открытия – не в самих профессиях, а в их умениях. На форумах имелись лишь обрывочные сведения, но было похоже, что умения разных профессий могли усиливать друг друга. К примеру, «взлом» неплохо дополнялся «жонглированием», и вместе они усиливались ловкостью. Этот же основной навык неплохо влиял на связку «акробатика» и «легкий шаг». Даже алхимия вносила свою лепту – «тайный взгляд» неплохо дополнит пассивное умение взломщика «поиск сокрытого», так что находить тайники будет намного легче.

Глава 11

Новое утро встретило меня хорошим настроением и недовольным лаем Бима. С запасным выходом шумоизоляция бункера сильно снизилась, и лохматый садист словно знал об этом. Теперь он, проголодавшись, не бежал к крыльцу дома, а принимался лаять прямо у себя в конуре.

– Сволочь, – беззлобно ругнулся я, вставая с кресла.

Сон в кресле был более чем комфортным. В последние дни я спал только в белье. Силовое поле обеспечивало вокруг тела комфортную температуру, так что одеяло было не нужно.

Кормежка Бима и утренний моцион прошли под мурлыкание песни из репертуара Аркадия Укупника. Сам не понимаю почему, в памяти всплыла старая тема о съеденном перед загсом паспорте.

– Жениться вам нужно, барин, – фыркнул я, вспоминая анекдот, – или сходить проведать эльфиек в княжеском квартале.

А что, дела идут на лад, и можно потратить несколько золотых монет на близкое знакомство с игровыми жрицами любви. Тем более там такая экзотика, что закачаешься.

Уже усаживаясь в кресло, я отмахнулся от образа призывно улыбающейся маорки с пикантными усиками.

– Тьфу ты, напасть, какая…

Игра приняла меня в свои объятия, но, несмотря на все фантазии, в княжеский квартал я так и не побежал. Рано еще, и дело даже не в деньгах. Чтобы пройти княжескую стражу, нужно иметь уровень не меньше десятого, а с моим вторым можно только нарваться на грубость.

Ну, значит, будем повышать этот самый уровень.

Первым пунктом дневного плана был поход на базар, а после этого два часа ушло на заготовку стеклянных ядер с зажигательной смесью. Мой уровень алхимика постепенно рос, и я наконец-то попробовал использовать свой «тайный взгляд» на фейерверочных шарах.

Опасения оказались напрасны, рецепт был получен с первой же попытки. Подмывало сразу сбегать на базар за списком из десятка ингредиентов, благо все они были вполне доступными, но удалось заставить себя придерживаться основного плана.

Игровая энциклопедия услужливо подсказала, что в столичной локации проживает двадцать друидов. Десять из них обитали в самом городе, девять – в глубине леса, и только один нашел себе приют на опушке. Этот последний был идеальной кандидатурой для получения информации о нарушителях лесного спокойствия.

Друид, честно говоря, меня разочаровал. Вместо благостного старика с седой бородой в зеленом балахоне, на пеньке возле заросшей травой землянки сидела помесь лешего с бомжом.

– Не нравлюсь? – правильно истолковав мой взгляд, спросил старичок.

– Как-то непривычно…

– Городские друиды решили, что если стены не из камня, то можно забыть законы леса, но мертвое дерево не даст настоящих сил, – ворчливо, но без особой злобы фыркнул старик. – Пригрелись под боком у князя, стали носить чистые одежки и воротят нос от звериного духа, а лес этого не прощает.

– Да уж лес многого не прощает, – тихо сказал я, непроизвольно прижимая руку к ребрам.

– Вижу, ты уже встречался с лесными стражами, – хихикнул старичок.

– Было дело. Потому и пришел. Может, есть чем порадовать этих самых стражей. Вдруг какая-то мерзость беспокоит лес?

– Неужели сможешь не пустить в лес всех странников? – притворно оживился друид.

А старичок у нас юморист.

– Нет, это вряд ли, но неужели, кроме странников, в лесу нет непрошеных гостей?

– Как не быть, есть, – погрустнел друид. – Кротеры совсем житья не дают.

– Так давайте я за небольшую награду постараюсь извести эту напасть.

– Награду? – нахмурился друид.

– Ну, дадите что не жалко, – поспешил успокоить я жадного дедка.

– Хорошо, – кивнул друид, – за десять шкурок кротеров дам на выбор либо зелье с магической энергией, либо эликсир на силу.

Вот те раз… мне и то и другое – без надобности. Конечно, награда от друида была лишь побочной прибылью, но все равно обидно.

– Вижу, не нравятся мои подарки? – опять правильно просчитал меня дед. – Сам-то ты знаешь, чего хочешь?

В голове замелькали десятки идей, но вряд ли непись в низкоуровневой локации даст что-то серьезное. И тут мне в голову пришла шальная мысль. Если все персонажи имеют возможность получения временного апгрейда, то наверняка у них есть плотная связь с системой. А что, если…

– Не знаю, дедушка, молод я еще и глуп. Может, вы что-нибудь подскажете?

Дед задумался, а затем, хитро прищурившись, посмотрел на меня:

– А знаешь, подскажу. Принеси мне сто шкурок – и дам тебе одно нужное зелье.

– Сто?

– Сто, – жестко сказал дед, всем видом показывая, что разговор закончен.

А чего дергаться? Если не помогут снаряды, а их убойность с моим уровнем повышаться не будет, договорюсь с кем-то из игроков. Им опыт и вся добыча с кротеров, а мне – шкурки.

– Хорошо, дедушка, будут вам шкурки.

Браслет просигналил о получении квеста и отметок местонахождения трех лагерей кротеров. До ближайшей точки было не так уж далеко, но все равно пришлось прыгать по деревьям, как Тарзану. Благо при этом прокачивались ловкость и необходимые мне умения.

Оказавшись в отмеченной на карте точке, я сначала подумал, что старый пенек что-то напутал. Рядом с облюбованным мною деревом ничего не было. Вокруг простирался все тот же лес. И только через пару минут стало понятно, что здесь действительно чего-то не хватало – привычной для дубравы травы. Земля выглядела так, словно по ней прошлись плугом.

– Тьфу ты, старик же сказал, что это кротеры. Подсказка для самых тупых. Ну и как их теперь выманивать?

Не придумав ничего лучшего, я спрыгнул на рыхлую землю и тут же рванул к соседнему дереву. До ствола добежать не удалось, потому что у меня на пути прямо из-под земли вынырнул здоровенный кротер с немаленькой такой киркой в руках. Пришлось прыгать. Благодаря акробатике удалось допрыгнуть до ближайшей ветки и взобраться на нее.

Кротер оказался антропоморфным созданием, поэтому двигался как горбатый человек. При этом он был таким же слепым, как и его прообраз.

Зверь недовольно завизжал, размахивая ржавой киркой. На его голос из-под земли тут же полезли сородичи.

Пару минут они скакали по вспаханному пространству в надежде поймать невидимого врага. Сначала их действия выглядели бессмысленными, но попытка перебраться по ветке поближе к стволу выдала меня. Не знаю, то ли они учуяли запах, то ли вибрацию дерева, но половина кротеров вдруг нырнула в землю как пловцы в воду. Через десять секунд облюбованное мною дерево затряслось и начало валиться набок.

– Чтоб вас, ежики облезлые! – крикнул я и побежал по изменяющей угол наклона ветке.

Если бы не вчерашнее выступление, благодаря вниманию множества людей изрядно прокачавшее мне акробатику и баланс, у кротеров сегодня был бы славный обед. Но не повезло, в смысле – кротерам.

Ветки уткнулись в рыхлый грунт, и я соскочил на землю, но только для того, чтобы пробежаться по стволу соседнего дерева и зацепиться за толстую ветку.

– Ладно, побегали, и хватит, – зло прорычал я, почесывая спину, по который проехался шар кистеня одного из кротеров.

Первый зажигательный снаряд получил в нос именно владелец моргенштерна.

Полчаса горящие кротеры бегали подо мной. Самые сообразительные ныряли в землю, чтобы подкопать приютившее меня дерево. В общей сложности в погоне принимали участие двадцать три кротера. Самые тупые или злобные спеклись через десять минут, причем в прямом смысле этого слова. На оставшихся пятерых хитрецов я потратил последние запасы зажигательных шаров.

Очередное дерево приютило меня на время следующего раунда не совсем адекватного боя, но оказалось уже занятым. Небольшая птичка, при виде которой мне в голову пришло слово «сойка», разразилась возмущенной тирадой и запрыгала по ветке вокруг гнезда.

– Ну чего ты орешь! Мне что, дать себя сожрать, чтобы не доставлять тебе неудобства?

Может, мне показалось, но сойка утвердительно чирикнула.

– А фиг тебе.

Пока мы «общались», боевая пятерка кротеров уже подрыла дерево. Пришлось хватать гнездо и вместе с ним прыгать на другой дуб.

Быстро пристроив пучок веток и перьев с противно пищащими птенцами внутри, я прыгнул на другое дерево. Сойка запустила мне в спину явно матерную трель.

– Сама пошла! – крикнул я и со злостью стал метать в кротеров последние снаряды – по две штуки на брата. Самому шустрому досталось три. Третью склянку следовало бы придержать, но этому помешало раздражение.

В итоге четыре кротера все же загнулись, а вот последний вяло ворочался. Быстро обойдя неподвижные тела, я начал собирать добычу. В третьем теле наконец-то обнаружился топор, которым я и добил кротерского главаря.

В ушах тренькнул сигнал браслета. Проверка логов показала, что убийство заводилы кротеров принесло мне четвертый уровень. Сообщение о получении третьего я пропустил, сигая по деревьям. Порадовали подросшие показатели ловкости и точности.

– Ох ты ж, пьяный пожарник… – выдохнул я, оглядываясь вокруг.

В пылу боя мы добрались до не тронутого кротерами участка леса, и если на вспаханной земле гореть было нечему, то здесь мечущиеся монстры сумели поджечь изрядный кусок сухостоя.

Минут пять я бегал с зелеными ветками, пытаясь погасить начинающийся пожар, и только загнав выносливость почти в ноль, вспомнил, что у меня в колбах есть жидкий туман.

Запоздалая идея оказалась очень продуктивной. Красочно сверкающая крохотными молниями туманная завеса легко справилась с огнем, после которого остались сажа и запах гари.

– Я б в пожарники не пошел, и пусть меня не вздумают учить, – перекрученным отрывком из детского стишка резюмировал я представшую передо мной картинку.

С тел кротеров удалось поднять двадцать три шкурки и кучу оружейного металлолома. Иначе это барахло не назовешь. Из всего набора ржавых железок меня привлек только моргенштерн: возможно, потому, что все еще напоминал о себе медленно исчезающий синяк на спине.

Закрепленный на цепи шар с острыми шипами по размеру отдаленно напоминал мои жонглерские снаряды, и это сходство зародило в голове интересную мысль.

На сегодня с охотой все – во-первых, закончились заряды, а во-вторых, вспыхнувшая в мозгу идея не давала спокойно стоять на месте.

По улицам Славии я пронесся как метеор, своим закопченным видом напрягая стражу и пугая прохожих горожан-неписей. Игроки воспринимали это зрелище спокойнее – мало ли придурков бродит по просторам Сэкаи…

Гайкокрут был на месте и встретил меня удивленным взглядом:

– Ты что, пожар тушил?

– Это так очевидно?

– Это очевидно всему городу.

Странно, но копоть с моей одежды так и не сошла. И без того не самого презентабельного вида камуфляжный костюм скомороха превратился в грязные обноски.

– Что за фигня? – больше у разработчиков, чем у полугнома, спросил я.

– Не заморачивайся, – небрежно отмахнулся Гайкокрут, – это такое ограничение на крашеные вещи. Копоть и кровь с одежды сходят только вместе с покраской.

М-да, неприятная новость, рано я обрадовался универсальности своей амуниции. Хотя мне в этой одежке не на свадьбу идти.

– Ты чего прибежал-то? – вернул мои мысли в деловое русло полугном. – Если поболтать, то мне скоро в реал, а если по делу, то давай говори.

– Тут мне в голову пришла идея по оружейной части, и…

– Ну заходи, раз она пришла, – жестом остановил мою речь полугном, – фонтанировать идеями в толпе – последнее дело.

Мы снова оказались в складском помещении, и в окружении гениальных творений полугнома мои мысли показались жалкими и любительскими.

– Говори. – Гайкокрут присел на низкий стульчик и указал мне на соседний.

– Мне нужен шар моргенштерна без цепи и рукояти.

– Зачем? – разочарованно спросил Гайкокрут.

– Хочу попробовать метать его как жонглерский шар.

– Идея точно оригинальная, но не скажу, что продуктивная, – с сомнением в голосе сказал полугном, но по лицу было видно, что его технический ум уже начал обрабатывать мысль. – Хотя все нужно пробовать. Думаешь, твое цирковое умение может заменить боевое?

– Понятия не имею, но мысль насчет того, что нужно все пробовать – как по мне, то просто гениальна.

– Вот только не надо комплиментами давить, я не красна девица, и цена моих услуг от этого меньше не станет, – проворчал бородач, но мои слова ему явно пришлись по душе.

Гайкокрут встал с табурета и вышел в низенькую дверь. Пару минут из-за двери раздавались лязг и грохот, а затем полугном появился с ящиком в руках.

– Давай попробуем, – грохнув ящиком о низкий и широкий стол, сказал он.

В ящике в трех разных отделениях лежали запчасти к моргенштернам. Меня интересовали только разнокалиберные шарики с шипами.

– Это все для твоего уровня. Выбери один себе под размер, и еще по одному – побольше и поменьше, а затем кидай их в мишень, – сказал полугном, указывая на сильно побитую мишень в конце выставочного ангара.

– Ладно, – кивнул я и взял шар, максимально приближенный по габаритам к жонглерскому снаряду.

Шипы, конечно, мешали, но при этом рука явно узнала форму и без проблем запустила шар точно в центр мишени, причем проделал я это с лихостью питчера высшей лиги.

Шар врезался в мишень и застрял шипами в измочаленном бесчисленными ударами дереве. В воздухе над мишенью полыхнули красные цифры «23».

– Неплохо, – задумчиво протянул полугном, – а теперь тот, что побольше.

Догадка мастера оказалась верна, кто бы сомневался. Не подходящие под привычный для меня стандарт шары наносили вдвое меньший урон.

– Интересный баг, – все так же пребывая в задумчивости, пробормотал полугном.

– Думаешь, это баг?

– Не суть важно, даже если система и пропустила подобную фишку, то у тебя ее уже не отберут, – отмахнулся мастер, обдумывая что-то совсем другое. – А шипы тебе не мешают?

– Есть немного, но все равно это намного круче, чем жечь врагов бутылками. Ими я могу нанести максимум по шесть очков урона в секунду, а тут – двадцать три за один раз.

– Да, но тебе придется таскать с собой хотя бы десяток этих шариков, а каждый из них стоит по десять золотых.

А вот это облом – сотни золотых у меня не было.

– Жаль, а идея была шикарная.

– Не спеши, – явно закончив решать в голове какую-то задачку, улыбнулся мастер, – приходи завтра, и я тебя сильно удивлю, причем не только в финансовом плане.

– Даром мне ничего не надо, и дело тут не в гордости, просто односторонние подарки ни к чему хорошему не приводят.

– А кто тебе сказал, что это будет подарок? – хитро улыбнулся полугном. – Где ты видел щедрого гнома, пусть он даже наполовину человек? Ладно, об этом завтра. Кстати, вчера видел твое представление. Очень даже неплохо.

– А почему не подошел? У нас там вечеринка была.

– А, – как-то странно отмахнулся полугном, – времени не было, да и настроения тоже. Мне какая-то мелкая тварь одежду испортила.

– А с чего ты взял, что это тварь была мелкой?

– Вот только не надо обидных намеков. У меня, как у мастера трех направлений, внимательность и концентрация – на высоком уровне. Это была мерзкая мартышка, хотя тот, кто это придумал, в принципе прав. Зажал я монетку скоморохам.

– Тут это… извините, если что… – С этими словам я достал из сумки и активировал ошейник.

Абу точно был завязан на эмпатическую связь и в своем поведении руководствовался данными с капсулы, отслеживающей активность моего мозга.

Едва материализовавшись, мартышка спрыгнула на пол и спряталась за мою ногу. При этом Абу имел крайне виноватый вид и смотрел на полугнома глазами кота из «Шрека».

– Все-таки ты вор… – нахмурился Гайкокрут, но посмотрев на Абу, улыбнулся. – Ладно, ты не врал, а просто не сказал всей правды. Только один вопрос. К чему вся эта затея с надписями?

– Мне нужно стать взломщиком. Для этого требуется прокачать воровство, а лазать по чужим карманам противно, – честно ответил я.

– Хорошо, – кивнул полугном, – но если услышу, что обворовываешь игроков или вскрываешь личные комнаты, можешь ко мне и за километр не подходить.

Судя по гримасе гнома, он не послал меня вдаль, только преступив через какие-то внутренние принципы, так что говорить ему о воровской профессии не стоило ни сейчас, ни в будущем.

– А монстров обирать можно?

– Это игра, в локациях хватает запертых сундуков и дверей, так что взломщики тоже нужны, – пожал плечами Гайкокрут, – но все равно, лучше бы делом занялся. Ладно, заболтался я с тобой. Приходи завтра к обеду.

Явно отягощенный мыслями полугном практически выпихнул меня из своих владений. Причем было стойкое впечатление, что в реал он точно не пойдет, а будет корпеть над моим заказом. Главное, чтобы это не вылилось мне в серьезные траты. Насчет жадности гномов Гайкокрут высказался не зря.

Соваться в лес без оружия было не то что совсем глупо, но уж точно неразумно и расточительно, так что я занялся полезным делом, терзая и без того потрепанный трансмутатор.

Несколько походов на базар и пять часов алхимических опытов обеспечили меня изрядным запасом дыма, зажигательных снарядов и фейерверочных шаров. Огорчало только то, что на всем готовом продукте обличительно горела надпись «Фальшивка».

Вечернее выступление если и было не таким ярким из-за низкого качества фейерверков, то точно не менее зрелищным. Я старался вовсю, чтобы не потерять внимание зрителей. Шары в небо летели целыми очередями, а звенящий бубенцами скоморох на канате выделывал головокружительные кульбиты. Даже пару раз падал на помост, благо акробатика не сплоховала и помогла мне приземлиться на все четыре конечности. Сей факт был встречен аплодисментами, потому будем считать, что этот баг у нас фишкой зовется.

Глава 12

На следующий день, когда игровое солнце наконец-то доползло до зенита, я уже топтался у владений полугнома.

За крепкими и наглухо закрытыми воротами раздавались лязг и шипение. Честно говоря, происходящее вызывало у меня недоумение – неужели для того чтобы создать пару шариков, нужно так напрягаться? Пусть даже Гайкокрут и не сидел здесь всю ночь, все равно слишком много шума из-за оружия для начальных уровней. Или полугном задумал нечто масштабное? Оно, конечно, неплохо, но не хотелось бы влезать в долги.

Наконец-то шум за дверью затих, и на свет божий явился довольный собой полугном.

– О, Зацеп! Давно ждешь?

– Минут двадцать.

– Ну, это не страшно; заходи, покажу тебе твою новую игрушку.

Внутри ангара никаких изменений не наблюдалось. Даже рабочее место с небольшим горном выглядело опрятно. С другой стороны, не голема же клепал полугном!

На столе, где раньше стоял ящик с деталями к моргенштерну, сейчас находился продолговатый пенал.

– Итак, счастливчик, представляю тебе оружие, аналога которому в Сэкаи нет. – Дождавшись моей реакции на свои слова, полугном открыл коробку и выудил оттуда кольчужную перчатку с металлическими вставками, в пальцах которой был зажат железный шар. Внешне он ничем не отличался от моих шаров для жонглирования. Если не считать разбросанных по его поверхности дырочек.

Ладно шар, а вот кольчужная перчатка – это совсем уж бесполезная для вора вещь. Но дело в том, что предо мной – грамотный технарь, прячущийся под личиной полугнома. Из-под его рук вышли великолепные големы, так что пока свои мысли стоит оставить при себе.

– Ну как тебе? – с хитрой улыбкой спросил полугном.

Я решил отвечать честно:

– Пока не впечатляет.

– Не пытаешься врать, и это хорошо; пока действительно смотреть не на что, – серьезно кивнул Гайкокрут. – А сейчас – будет на что…

Мои предчувствия полностью оправдались.

Гном поместил перчатку в свою сумку, а затем она материализовалась на его правой кисти.

Удобнее перехватив пальцами шар, который до этого казался единым целым с перчаткой, Гайкокрут резко запустил его в мишень. Момент трансформации снаряда я не уловил. Когда же он воткнулся в мишень, из замеченных мною ранее отверстий уже торчали острые шипы. И эти шипы глубоко вошли в древесину мишени. Над мишенью вспыхнула цифра «22».

Не скажу, что так уж круто, вчера было лучше. Конечно, удобнее, но…

Додумать я не успел. Полугном резко направил руку в сторону мишени. Перчатка на руке чуть засветилась. Висевший на мишени «еж» тихо лязгнул, втягивая иголки, и прыгнул обратно в руку гнома.

А вот это уже круть.

– Что теперь скажешь? – спросил полугном, довольный как объевшийся сметаны кот.

– Ничего, просто слов нет. Только вряд ли я смогу за это рассчитаться.

– Ты лучше попробуй, после этого продашь душу, но купишь такую шикарную вещь.

Насчет души – это он поторопился. Тратиться на мощное оружие мне просто невыгодно, но какой же мужчина откажется опробовать в деле нечто смертоносное?..

Переместив перчатку в сумку, я прочитал высветившуюся информацию:

«Шаромет Гайкокрута. Урон – 22. Уровень – 0–10»

На этом все.

Ладно, испытаем приборчик в деле.

Перчатка изнутри был оббита бархатом, поэтому кольчуга ничуть не царапала кожу. Несмотря на кольчужное полотно, шар чувствовался неплохо, и держать его было удобно.

Снаряд я метнул бейсбольным приемом, хотя понимал, что вряд ли это удастся сделать, сидя на ветке.

С глухим стуком шипы воткнулись в мишень и тут же с лязгом вошли в пазы. Шар, словно намагниченный, метнулся обратно, мягко ударяя в засветившуюся перчатку. И только после этого я заметил, что над мишенью засветились цифры «35».

Ого, это что, так круто сработало мое жонглирование?

Конечно, шаромет по силе урона уступал и луку, и тем более моргенштерну такого же уровня. Но для моего персонажа, у которого руки криво стояли к любому оружию, это просто подарок от Деда Мороза.

Покрутив рукой, я задумался над удобством. Прыгать по веткам с шаром в руках как-то не очень сподручно, а постоянно таскать из сумки перчатку тоже не дело.

– Прижми его к поясу, – явно угадав по движениям мои мысли, сказал гном.

Как только гладкий шар прикоснулся к абсолютно заурядному поясу, тут же прилип к нему, словно приклеенный.

– Подойдет любой пояс?

– Да, но вне боя лучше носить шар все же в сумке.

Я понимающе кивнул, резко ухватился за шар и, без проблем сорвав его с пояса, метнул в мишень.

Второй бросок прошел без замаха. Результат был ожидаемо ниже, но все же на пять пунктов больше, чем у полугнома с замахом.

Все просто шикарно, смущало только имя полугнома в названии агрегата, но спешить с упреками не стоит. Я знаю Гайкокрута всего два дня, но этого времени хватило, чтобы понять: за бородатой физиономией полугнома скрывается неплохой человек.

– Все просто зашибись, – искренне сказал я, но тут же добавил: – Только вряд ли у меня хватит золота, чтобы за это расплатиться.

– И куда мне эту штуку теперь девать? – притворно нахмурился полугном, но не смог удержаться и рассмеялся. – Успокойся. Небось видел название шаромета. Извини, что не предупредил, все же толчок к идее поступил от тебя. За то, чтобы ты не претендовал на патент, я дарю тебе этот шар и бесплатно сделаю такой же на следующие десять уровней.

– А сразу на двадцать не получится? – позволил я себе чуть наглости.

– Почему не получится? Получится, но мощность упадет на четверть.

– Невеселая математика, – не особо огорчился я.

А чему огорчаться, когда такая халява? Хотя мне хватило житейского опыта, чтобы понять: ничего просто так не бывает. Так что когда полугном заговорил вновь, это меня напрягло.

– Есть еще кое-что. Следующее оружие я могу сделать с электрическим шокером.

– Но… – осторожно начал я, понимая, что халява не может быть всеобъемлющей.

– Нужно двадцать золотых – почти даром.

– Если для вас, гномов, две штуки баксов – это даром, то я уже жалею, что выбрал полуэльфа.

– Как и обещал, моя работа будет бесплатной, но для шокера нужен энергетический кристалл, который стоит двадцать золотых, – нахмурился полугном.

– А если я найду кристалл самостоятельно?

– Флаг в руки и перо в соответствующую часть тела, – окончательно обиделся Гайкокрут, и это было нехорошо.

– Не, ты не думай ничего плохого, мне все безумно нравится, и я считаю, что ты явно переплатил за простой намек на идею. Просто мне сейчас нужнее двадцать золотых, чем самое чудесное оружие. Зато мне не жалко пары монет, чтобы обмыть такое классное изобретение и неестественную щедрость гнома.

– Полугнома, – хмыкнул Гайкокрут.

– Да хоть на четверть! Так как насчет вечернего представления и гулянки в компании скоморохов?

Про кабак я даже не заикался, потому что приблизительно знал тамошние цены.

– Хорошо, – окончательно оттаял полугном, – но пока у меня много дел. Встретимся на представлении.

– Ладушки, тем более что мне нужно опробовать новую игрушку.

На этом мы расстались, и я, едва сдерживаясь, чтобы не перейти на бег, направился к лесу.

По дороге приблизительно разработал свою новую тактику. И тут возникли определенные проблемы. Точнее, неудобства. Я не левша, а метать стеклянные сосуды кольчужной перчаткой будет неудобно, что подтвердила проверка. Стеклянный снаряд, надежно чувствовавший себя в обтянутой матерчатой перчаткой ладони, рассыпался, едва попадал в кольчужную хватку. Хорошо хоть использовал пустой фиал, иначе могло быть больно.

Ладно, попробуем решить проблему по ходу дела.

В этот раз мне не пришлось проходить весь путь по деревьям. Участки, где бегали низкоуровневые мобы, удалось преодолеть, используя шар. Суслики-мутанты и такие же монструозные зайцы первого и второго уровней ложились с двух-трех ударов.

Метров за сто от уже знакомой полянки я забрался на второй ярус леса. За сутки лес сам себя восстановил, природе пока не удалось справиться только с работой кротеров.

В прошлый раз бой был организован абсолютно безграмотно, и победить удалось только благодаря везению. Теперь я такой ошибки не допущу.

Сквозь тактические очки, в качестве которых по-прежнему использовалась алхимическая оптика, мир чуть утратил в реалистичности, зато сильно приобрел в информативности. В левом верхнем углу засветились линии: жизни, маны и выносливости.

Основные умения у меня активируются жестами, так что уреза́ть обзор дополнительными иконками не пришлось.

– Ну что ж, начнем.

Прикоснувшись к сумке, я надел перчатку и запустил шар под соседнее дерево. Превратившийся в ежа снаряд зарылся в землю и тут же по моей команде прыгнул обратно.

Сработало.

Ощутив вибрацию, из рыхлой почвы, как из воды, вынырнул кротер, пытаясь унюхать нарушителя спокойствия. Тактические очки сразу высветили над его головой название, уровень «4» и две полоски: зеленая – здоровья и синяя – маны.

Интересное дело… они что, могут применять заклинания? Новость неприятная, остается надеяться, что это ошибка, и раньше кротеры не колдовали не потому, что не успели, а потому, что просто не умеют.

Спрятав перчатку, я метнул в кротера два стеклянных сосуда с горючкой. Моб полыхнул, как факел. В его визге смешались боль и ярость. Словно брызги крови, от тела кротера начали отлетать единички и двойки жизни.

Снова надев перчатку, я метнул шар в моба, жизнь которого уже немного просела. Снаряд сбил кротера на землю. Теперь цифровой выброс был значительнее и имел почти тридцать единиц.

Еще пять бросков наконец-то доконали моба, но к этому времени на шум выползли еще трое. Решив проверить одну идею, я запустил шипастым шаром в следующего кротера без предварительного поджигания горючей жидкостью.

На этот раз выбить удалось только двадцать четыре очка урона. Что ж, как бы мне ни претило зрелище горящих животных, пусть и виртуальных, отказываться от комплексного подхода еще рано.

Постоянно надевать и снимать перчатку неудобно, и нужно что-то придумать. В пылу боя думалось не очень продуктивно, и проблему удалось решить, лишь перепрыгивая с падающего дерева на соседнее.

Совершая обезьяний прыжок, вспомнил, что у меня есть помощник. Вряд ли разработчики не прописали в программе мартышки умение точно метать любые снаряды – начиная с какашек и заканчивая бананами. И где-то в этом списке должно найтись место для зажигательных снарядов.

Заняться настройками Абу удалось, только добив последнего кротера из этого лагеря.

На предпоследнем мобе порадовало поднятие уровня. В Сэкаи не было необходимости разбрасывать дополнительные очки, так что это событие не являлось таким уж праздником и отмечалось сознанием лишь мельком. А вот заработанное по́том и копотью повышение ловкости и точности вызвало улыбку, которая стала еще шире от сообщения о повышении наносимого мной физического урона.

Наконец-то мой перс стал хоть и не самым сильным, но все же воином, а не задохликом, способным лишь лазить по чужим карманам.

С настройками пришлось повозиться. В принципе питомца можно было научить чему угодно, но тут нужен склад ума программиста. Я же никогда не поднимался выше уровня продвинутого пользователя.

Все, что удалось, – заставить Абу метать два снаряда с горючей смесью в того, кто получает удар шаром.

После это мы с Абу уже на пару добрались до следующей отметки на карте, но по пути случилась задержка.

Необходимость повышать воровство, копируя Робин Гуда, отпала сама собой после возникновения идеи с подбрасыванием краски жадным зрителям, но пройти мимо очередной сцены грабежа я не смог.

То ли это общая черта грабителей, то ли мне везет на особо выраженных уродов. Вынырнувший из невидимости полуэльф-разведчик гонял мини-группу из троих низкоуровневых мечников с особым цинизмом.

Пока мечники пытались бежать к агрессору, тот всаживал им стрелы в руки и ноги. Двое рухнули на землю, со стонами пытаясь вытащить стрелы из своих конечностей. Третий попытался сбежать, но получил стрелу сначала в спину, а затем еще одну в шею.

Все, крит.

Во время боя я притаился неподалеку на дереве, но мог только скрежетать зубами. Абу сидел рядом и, чувствуя мое настроение, тихонько рычал. Такую злость и на врага и на себя я испытывал только в детстве. В школе меня никто не трогал, и не благодаря моей силе или дружеской поддержке, все решал тяжелый характер дяди. Другие «ботаники» такой защитой не обладали и огребали по полной. Однажды я не выдержал и вмешался в избиение своего знакомого. В тот день накостыляли нам обоим.

Жаловаться дядьке я не собирался, но спрятать от мамы синяки было сложно.

Дядька выслушал мою историю и сказал, что вмешиваться не будет – лезть в чужую разборку было моим решением. Никто не нападал на его племянника, так что все нормально. Мама тогда очень злилась, а я сделал соответствующие выводы. Нет, это не заставило меня равнодушно наблюдать за унижением слабых, просто научило правильно оценивать обстановку и искать альтернативные способы помощи.

Разбойник, полуэльф с явным уклоном в человеческую расу, хоть и превышал меня всего на два уровня, но наверняка позаботился о своем здоровье. Шанс убить его первым же ударом шара стремился к нулю, а грамотному лучнику хватит одной, максимум двух стрел, чтобы снять меня с дерева.

Ладно, пока мы пометим тебя, сволочь, и попробуем обчистить, хотя залезть в кошелек к разведчику будет ой как непросто.

Оставшиеся в живых жертвы уже выдернули стрелы и попытались встать, но получили еще по три оперенных снаряда и вновь упали на землю. Один из мечников начал ползти к кустам, но его пришпилили к земле, как бабочку булавкой.

Второй мечник, судя по лицу, не достигший совершеннолетия, не дергался, а встретил врага яростным взглядом.

Няшек в этом отряде не было, так что метку и денежную помощь получит самый смелый, тем более только у него был светло-синий ник – везет мне на участников благотворительной программы.

Я вроде не слишком громко скрежетал зубами, но разведчик вдруг развернулся и посмотрел в мою сторону.

Так, пора сматываться, вряд ли он бросит развлекаться и погонится за мной. Поставить на мне метку, не зафиксировав взгляда на нике, невозможно, так что нужно было лишь немного оторваться…

Вдвоем с Абу нам удалось снести второй лагерь кротеров минут за пятнадцать, что не могло не радовать. Я поочередно бил шипастым шаром в мобов, а мартышка очень точно метала в них стеклянные снаряды. Были и недоработки – если добить горящего кротера одним ударом не удавалось, Абу норовил запулить в него еще два снаряда, что было слишком расточительно. Пришлось заново залезать в настройки, но после этого третий лагерь мы вынесли без лишних расходов.

Огорчало только то, что до следующего уровня и полного количества шкурок не хватило буквально нескольких единиц, а кротеры уже закончились. Возвращение в первую точку показало, что мобы еще не восстановились.

Ладно, с друидом разберемся завтра, тогда же добью уровень, а пока пора в город.

До вечернего представления оставалось еще много времени, поэтому я решил заняться восстановлением справедливости, благо карта показывала обе метки в пределах городских стен.

Полуэльф с ником Альдони встречался в городском парке с каким-то мечником. Я расположился по другую сторону пруда и лениво наблюдал за их беседой. Прямо какие-то шпионские игры; для этого мне пришлось обзавестись обычным нарядом горожанина, так что Альдони мог во мне опознать только сородича по обеим линиям крови. Хотя какой он мне на фиг родственник…

Разговор семиуровневого гопника и сорокауровневого мечника продолжался двадцать минут, а затем они разошлись.

Дышать в спину полуэльфа не было необходимости – хватало метки. Хорошо, что наличие на себе метки не может определить ни вор, ни разведчик. Не то чтобы радовало, что на меня могут повесить такую же, но в данном случае этот нюанс был мне очень полезен.

Полчаса я шел за разведчиком, пока он все же не забрел на базар. А что еще делать игроку в городе днем? Не к девочкам же идти…

Как и в реальном мире, рынок был естественной средой обитания для карманников. Так что тянуть с этим делом не было смысла, пока не нашелся более шустрый коллега.

Сократив дистанцию, я замедлил шаг ровно настолько, чтобы прохождение мимо рассматривающего товар полуэльфа заняло три секунды.

Вопреки моим опасениям, все прошло без сучка и задоринки. То ли внимательность грабителя была слишком низкой, то ли мое воровство оказалось более прокачанным.

Ворованные деньги мне были не нужны, так что, отыскав на карте вторую метку, я направился на центральную площадь перед ведущими в княжеский квартал воротами.

Приближался вечер, и здесь уже собирался народ для приятного досуга. Игроки низких уровней, но с тугим кошельком, занимали места в кабаках, а те, кто попроще, выходили на площадь к скоморохам. Там их ждали лотки с разносолами и напитками. Конечно, трудно назвать простым народ, сумевший купить дорогущую капсулу, но тут все относительно, причем в обоих мирах. Это как переезд провинциального богача в столицу – как-то все сразу блекнет, особенно для женской части семьи.

Затягивать с благотворительностью я не стал, и даже не переходя на «легкий шаг», небрежно забросил мешочек с золотом в кошель смелого паренька. Изначально деньги были помещены в отдельный слот кошеля, и мне было абсолютно по барабану, сколько там оказалось.

Не помню, где это вычитал, но один умный человек сказал, что чаще всего наказываются именно добрые поступки.

На меня вдруг навалилась дикая слабость, сопровождавшаяся сильным жаром. Тело, помимо моей воли, поволокло к стене и припечатало к каменной кладке, а затем в поле зрения появилось лицо эльфа, почему-то перекошенное от злости.

– Вы совсем оборзели, скоты! – прошипел он мне в лицо и ткнул кулаком в живот.

Черт, больно! В глазах полыхнуло красным, что было сигналом о серьезном снижении уровня жизни.

Что за дела? Куда смотрит система? Ответ на эти вопросы пришел с секундным запозданием. Увы, в этой ситуации сказались противовесы, которые контролировала именно моя покровительница. У воров есть шанс поживиться за чужой счет, но на них законы справедливости не распространялись. Довести мое здоровье до единички и сдать страже может не только тот, кого обворовали, но и случайный свидетель.

А так как подсовывание вещей в чужие сумки давало плюс к воровству, то на него распространялись те же правила и наказания.

Блин, это же каждый раз при покраске чужих спин я мог огрести кучу проблем! Да уж, везение не может длиться вечно.

После еще одного удара я наконец-то снялся с тормозов:

– За что?!

– За что?! – еще больше взбесился эльф. – Ты, тварь, видел, что у парня светло-синий ник? За это тебе кишки нужно намотать на…

– Да? – все же сумев вдохнуть, ехидно заявил я в лицо своему мучителю. – А где ты был, когда его фаршировали стрелами и грабили?

– Это не твое дело, а за воровство ты…

– Какое, на фиг, воровство?! Я ничего не крал.

– Не ври, у меня концентрация на таком уровне что тебе и не снилось.

– Может, не будем спорить, а спросим его самого?

– Как? – чуть успокоившись, сказал эльф. – Он пока не в моем клане.

Клане? Интересное дело. Только теперь я заметил, что у эльфа был светло-синий ник. При этом семидесятый уровень мага-стихийника. Но не это возмутило меня больше всего. Ушастая сволочь украла мою мечту. Он не просто выглядел так, как хотелось бы выглядеть мне; над его головой красовался ник «Зарандил». Да уж: Сэкаи – это большая деревня.

Впрочем злиться здесь не на что – кто первым встал, того и тапки.

Проблема с поиском свидетеля была решена просто – на моей карте все еще мигала его метка.

Через пять минут Зарандил уже пытался принести мне свои извинения, но довольно странным способом:

– И зачем тебе понадобилось подсовывать ему деньги?

– Это нужно объяснять? Вас, чистокровных, не поймешь, – продолжал я играть роль, – воруешь – плохо, раздаешь деньги – все равно плохо. Может, определишься?

Поняв, что ответа от меня не дождется, эльф задумался, а затем неожиданно улыбнулся:

– Хочешь добраться до профы взломщика чистеньким?

Что ж, в уме ушастому не откажешь.

Вместо того чтобы пригласить меня на выпивку, эльф лишь хлопнул меня по плечу и сказал:

– Ну, давай, трудись. Если возьмешь хотя бы пятый, пиши, найдем тебе дело.

И что бы это значило?

Пока я обдумывал слова эльфа, он удалился, о чем-то рассказывая слегка ошарашенному свидетелю нашей разборки. Даже не подлечил, сволочь, а ведь мой браслет по-прежнему мигал тревожной краснотой.

В голове появилась мысль о том, что это происшествие было намеком свыше, и с воровством, даже благородным, пора завязывать. До уровня вора, который откроет мне профессию взломщика, осталось немного, так что можно обойтись лишь проказами. Но все равно следует держаться подальше от орудующего в толпе Абу.

Решение я принял, но видно, где-то на задворках сознания еще теплились сомнения, потому что сегодняшняя афера имела продолжение.

Представление прошло штатно, и после этого мы с Гайкокрутом засели возле шатра в компании скоморохов. Тяпнули солидно – и меня и Гайкокрута серьезно развезло. Он даже разоткровенничался.

– Крут, – спросил я у собутыльника, – а зачем ты стал полугномом и вообще, почему Славия, а не Догундур? Там же все сливки технического общества…

– Да начхать, – отмахнулся Гайкокрут, – полугном – тоже неплохо для работы. А там не видно неба, зелени, и это…

Мой собутыльник не сумел оформить мысль и пошевелил в воздухе толстыми пальцами.

– Что это?

– Бабы там страшные, – понизив голос, сказал Гайкокрут, и мне показалось, что в Сэкаи он сбегает не только от унылой реальности, но и от жены.

– А тут лучше?

– Не то слово, самый сок.

– Ну, если тебе так нужны бабы, приселился бы к темным эльфам.

– Не-е… – протянул хмельной полугном, – на кой мне эти тощие вешалки… Система ведь копирует основные параметры реальной внешности, а наши славянские женщины – самые красивые.

– Да, наши – самые красивые, – согласился я с неоспоримой истиной.

Тема разговора перетекла на женский пол, и полугном оживился, а под конец вообще предложил сходить в дом свиданий. Он даже пообещал оплатить мне даму.

Этот вопрос уже начал волновать меня, да и любопытство замучило, но платить за подобные вещи я предпочитал сам.

До ворот в безопасный княжеский квартал было буквально рукой подать, но я все равно проводил полугнома – мне ли не знать, какие шустрые здесь бродят жулики…

Ближайший гостиный двор находился чуть дальше, так что пришлось брести до него минут пятнадцать. Попытка срезать угол через темную улочку закончилась печально. Впрочем, киллер все равно нашел бы меня: не сейчас, так позже.

– Да сколько можно! – прорычал я, чувствуя, что мое тело вновь сковывают слабость и неподвижность.

На этот раз бросков на стену не было, но зато кожа на горле ощутила прохладу острого лезвия.

– Нехорошо нарушать законы, – прошипел над ухом незнакомый голос.

– Только не говори мне, что ты стражник.

– Тарик Ворон недоволен, что в его городе какой-то вор не платит ему дани.

Печально: мой сегодняшний трюк заметил не только Зарандил.

– А мне казалось, что этот город принадлежит князю, – попытался схохмить я, но замолчал, почувствовав боль от движения ножа.

– Да ты у нас юморист, – фыркнул незнакомец, – в общем, не дури и иди под руку Тарика, раз уж выбрал такую профессию. Приходи в кабак «Темный дуб». На раздумья тебе неделя, а потом я вернусь, и будет еще больнее.

– Больнее, чем когда? – автоматически спросил я.

– Чем сейчас, – прошипел убийца.

Лезвие ножа оторвалось от шеи, а затем пришла адская боль. Киллер оказался серьезным профессионалом. Такой боли мне не доводилось чувствовать ни в реальной, ни в виртуальной жизни.

– Черт… – выдохнул я, придавленный дебафом к кровати в своем виртуальном кабинете.

Часть вторая

Взломщик

Глава 1

Следующие три дня мало напоминали игровой процесс, и все потому, что у меня отобрали главную игрушку. Перчатка-шаромет находилась в сумке, из-за чего киллер смог забрать ее после убийства. Когда я осознал это, то ругался минут двадцать и весь день провел в реале.

Но позже все же успокоился – эта потеря все равно не мешала моему основному плану, поэтому вечером мы с Абу вновь гастролировали на главной площади Славии.

Конечно, можно было бы сходить к Гайкокруту и потребовать причитавшееся мне орудие, но не позволяла гордость.

Шестой уровень я все же добил на кротерах с помощью зажигательной смеси, там же добрал недостающие шкурки.

Друид встретил меня хмурым взглядом, который стал еще и брезгливым, когда он увидел, в каком состоянии находятся шкурки.

Возможно, его настроение объяснялось присутствием на ближайшей ветке знакомой сойки.

– Ябеда, – раздраженно сказал я птице.

– А ты чуть пожар в лесу не устроил, – не остался равнодушным старый пенек. – И на кой мне эти горелые шкуры?

– Так, давайте не будем ссориться, – как можно более миролюбиво начал я. – Во-первых, пожар я погасил, так что с лесом все в порядке. А во-вторых, вы заказывали шкурки как доказательство гибели врагов леса, а не для того, чтобы сшить себе шубу.

Друид недовольно пожевал губами, но все же принял мои доводы.

Браслет мигнул, и тут же что-то звякнуло в сумке.

– Мы в расчете, – буркнул друид и ядовито добавил: – Еще раз припрешься с огнем в лес, рысь тебе покажется домашней кошечкой.

Так вот, значит, кто натравил на меня ту зверюгу… Похоже, все это время мне посчастливилось общаться не с заштатным друидом, а с самим духом леса.

Я уважительно поклонился и, едва выйдя на опушку, развернул свиток-наладонник. Все же это был лесной дух, может, упало что-то серьезное.

Увы, кроме прибавки к опыту меня наделили только фиалом с зеленой жидкостью.

«Лекарство от бешенства», – гласила надпись, и на этом – все.

Что делать с микстурой, непонятно. С другой стороны, лесной дух дал то, что посчитал очень полезным именно для меня, так что стоит запихнуть колбу подальше в сумку. Так сказать, до более вразумительных времен.

Кроме приключений в лесу, этот день ничем особым не запомнился, а вот следующий стал очень даже знаменательным. Я сидел на краю помоста, наблюдая за тем, как Абу скачет в толпе, и тут браслет выдал сигнал о сообщении. Судя по яркости вспышки камня и витиеватости звукового сигнала, пришло что-то важное.

Бинго! Все – отмучился.

В сообщении значилось, что профессия вора достигла максимума и доступны два новых направления на выбор. Отмахнувшись от предложения стать мошенником, что бы оно ни значило, я согласился на профессию взломщика.

Главное умение этой профессии – навык «взлом» сразу начинался с первого уровня, так что теперь я влет смогу открывать самые простые тайники и с повышенной долей везения угадывать код замков второго уровня.

Путь будет долгим и сложным, потому что для поднятия уровня этого навыка мне придется вступать в группы, чтобы добраться до мест, где эти самые тайники находятся.

Кроме приятного сообщения было еще одно неожиданное – меня вызывали в Обитель Хранительницы справедливости.

И что бы это значило? Ладно, попадем «на ковер» к начальству и узнаем.

Городская Обитель Хранителей работала круглосуточно, так что обострившееся любопытство не позволило мне дожидаться утра.

В Обители моей покровительницы, как всегда, было пусто – особенно эта пустота чувствовалась ночью, но все же меня здесь ждали. Едва я дошел до знака на стене в зале, как нас в помещении стало уже двое, но это была не Хранительница, а моя названая сестричка.

– Здравствуй, Зацеп.

– Здравствуй, Туи; что-то стряслось, Хранительнице нужна моя помощь?

– Да, нужна, только не ей, а честным и обездоленным людям.

Так, похоже, меня сейчас отправят в героический квест. В принципе неплохо, лишь бы это не было бесплатно, а то на хоть и увлекательную, но неприбыльную игру времени как-то не было.

Словно прочитав мои мысли, помощница Хранительницы тепло улыбнулась:

– Не бойся, это недалеко. Ростовщик по имени Завид возжелал бедную вдову, но она ему отказала. Все бы ничего, но у Завида в руках закладная на дом Марики, и скоро бедная женщина вместе с детьми окажется на улице.

Ну, квест оригинальностью не блещет, благо по той же причине он должен быть простым, только не факт, что мне захочется его выполнять.

– Туи, если Завид хочет много денет, скажу сразу, что я гол как сокол.

Переводчик явно что-то напортачил, и Туи пару секунд с удивлением смотрела на меня, пытаясь понять, при чем здесь ощипанная птица. Затем девушка наверняка залезла в логи и прочитала оригинал, что тут же подтвердила тихим смехом.

Мне нравился ее смех и то, что печаль хоть на пару секунд покинула ее глаза.

Смеялась Туи не над русской поговоркой – ее наверняка рассмешила интерпретация переводчика.

– Нет, золото не понадобится. Завид отказался продавать закладную за любые деньги. – Сказав это, помощница Хранительницы замолчала.

– Ага, вы узнали, что я стал взломщиком, и решили отправить меня на грязное дело… и это задание – от Хранительницы справедливости и закона?!

– Ты имеешь в виду закон князя, а у справедливости свои законы, и с княжескими они не всегда совпадают. Так что, ты согласен?

– Да, но дело в том, что у меня только первый уровень взлома, не думаю, что ростовщик будет запирать свои богатства на простые замки.

– Это не проблема, – сказала Туи и махнула рукой, заставив пискнуть мой браслет. Немного подумав, она добавила: – Если будет трудно, можешь привлечь помощника, Хранительница наградит и его.

С этими словами Туи растаяла в воздухе. Жаль, мне нравилось с ней общаться. Сразу чувствуешь, что имеешь дело с человеком, а не с программой.

Так, что у нас там прилетело?

Ого, а это уже неожиданно… Кроме письма с условиями квеста я увидел сообщение о странном бафе: +3 к взлому на 24 часа.

Я на секунду почувствовал укол разочарования: будь это +5, можно было бы вскрыть секретер в кабинете прямо сейчас. Даже +4 давало определенные шансы. Руки зачесались, и азарт начал подталкивать к необдуманному поступку.

Нет, не для того я столько корячился, чтобы потерять все в одно мгновение.

Дом ростовщика был отмечен на карте, так что найти его было несложно, но только от этого не было никакой пользы.

Новая профессия дала мне еще одно умение – «скрытность»; это, конечно, не «невидимость» убийц, но тоже неплохо, и осмотреть объект удалось без проблем.

Не зря Туи дала мне баф на целые сутки. Вход в обиталище Завида охранял здоровенный бугай, сидевший на скамейке в небольшом дворике. Да и в самом доме явно кто-то находился.

Как бы мне ни хотелось использовать повышенный уровень профессии побыстрее, но придется ждать, когда в доме никого не будет. Или нет?

Шансов одолеть охранника у меня не было, но это у меня.

Что-то подобное я мельком видел в игровой энциклопедии. Мне понадобилось минут пятнадцать, чтобы отыскать необходимую информацию. Действительно, нападать на непись, тем более в черте города, игроки не могли. Но и здесь, как и в случае с избиением воров, имелось небольшое исключение. Если на то будет заказ, игрок-убийца мог напасть хоть на стражника.

Теперь осталось уточнить три нюанса – может ли квест считаться заказом, станет ли убийца работать по квесту Хранительницы справедливости и, самое главное, где взять этого самого киллера.

Для начала нужно решить именно третий вопрос, а единственный киллер, которого я знаю, давеча ковырялся ножиком в моей спине.

Впрочем, на безрыбье и рак сойдет за осетрину.

Вот только где его найти?.. Ведь ник киллера так и остался для меня неизвестным. Вариант был только один, но разумным его никак не назовешь.

Квартал под чудесным названием Дно являлся не менее колоритным местом, чем рынок или та же торговая площадь. Днем здесь можно было наткнуться только на нищих, а вот ночью тени плохо освещенных улиц наполнялись жизнью и движением. Разработчики постарались на славу и реалистично передали атмосферу городских трущоб со всеми специфическими деталями и запахами. Бедный квартал Славии имел свою изюминку – к запахам нечистот и алкоголя примешивалась тонкая, но вездесущая нотка древесной гнили.

Игроки приходили сюда за острыми ощущениями. Те, кому не хватало убийства разноуровневых монстров, искали здесь каждый свое: кто-то – разнообразия, а кто-то – реванша за однажды пережитое ограбление.

Практически любой игрок, заглянув в Дно ночью, получал от любого непися-гопника предложение поделиться парочкой монет. Если просьба удовлетворялась, то игрок шел до следующего грабителя, если же нет, грабители нападали. После этого запрет на атаку в черте города временно снимался. А там уж куда кривая выведет.

Конечно же никто не платил – не для того они сюда совались.

Меня подобные правила с недавних пор не касались. С открытием новой профессии я получил не только умение «взлом», но и умение «скрыт», по которому любой местный узнавал во мне своего.

Этот нюанс позволил спокойно дойти до кабака «Темный дуб». С первого же взгляда на здание становилось понятно, откуда появилось такое название. Когда-то, еще до возникновения города, здесь рос гигантский дуб. Теперь от него остался своеобразный пенек высотой в три метра и метров шесть в поперечнике. Сквозь пень был продолблен коридор, являвшийся входом в кабак.

Нефункционально, зато очень колоритно.

Осматриваться в главном зале я не стал – не для того явился, – а сразу направился к стойке с очень колоритным персонажем. Именно так в карикатурах изображали палачей. Здесь разработчики перестарались, но не суть.

– Эй, ты, – обратился я к бармену, – передай Тарику, что банан ему, а не налог, и пусть не посылает больше всяких шавок.

Бармен застыл от явного сбоя программы, а вот сидящих в зале игроков заклинило уже от шока.

Так, а теперь – ходу!

До выхода я еще прошел спокойно, а затем, врубив и «скрыт» и «легкий шаг» с максимальной для этих умений скоростью, метнулся по улице.

Была ли погоня – мне узнать так и не удалось, потому что через пять минут я уже стоял рядом со стражниками, охраняющими выход из неблагополучного квартала.

Подобное соседство посреди ночи им не нравилось, но прицепиться было не к чему. Так что никто не помешал мне занять уголок под дрейфующим по небольшому радиусу фонарем. Поблизости нашелся антуражный бочонок, на который я и сел, привалившись к стене, чтобы не дать убийце шанса зайти со спины.

Настроение портилось с каждым ударом колокола на княжьей башне. Затея уже не казалась мне такой уж умной и веселой, особенно учитывая, что эта авантюра может не принести ничего, кроме неприятностей.

И все же киллер пришел.

Я его, конечно, не увидел, но подойти незаметно в освещенном углу и когда тебя ждет хоть и низкоуровневый, но все же взломщик, задачка не из простых.

Трудно объяснить, что именно меня встревожило, но смутное чувство все равно стало сигналом для замечания, высказанного в пустоту перед собой:

– Хватит мяться, как школьница на дискотеке. Давай поговорим, есть дело.

Тени справа от меня соткались в темную фигуру, но ни лица, ни тем более ника не было видно.

– Наглый ты, но давай поговорим. Хочешь получить назад свою безделушку?

– Брось, неужели ты думаешь, что я настолько туп, чтобы ссориться с бандюгами ради вещицы начальных уровней?

– Была такая мысль, но твой способ выйти именно на меня хоть и безрассудный, но неглупый. И все же, судя по экипировке, тебе нечего предложить мне в оплату за заказ, каким бы он ни был.

– А если рассчитываться будет Хранитель?

От удивления киллер даже шагнул вперед, позволяя рассмотреть верхнюю часть прикрытого полумаской лица, а вот ник по-прежнему остался невидим, несмотря на все мои усилия.

– Кто?

– Хранительница справедливости.

– О как… – удивился убийца, но по тому, что он не разочаровался, мои догадки оказались верными. – И как вор умудрился связаться с Иниэлью?

Его удивление было понятно: если вору очень выгодно получить в покровители именно Хранителя коварства Шохура, то у убийц был выбор. Неплохие прибавки им давала еще и темная ипостась двуликого Тувалона. Судя по реакции, мой собеседник явно связал себя с высшим духом, принимающим облик темного эльфа.

– Ну, я же не спрашиваю, чем тебе приглянулся Двуликий? Так что, нам есть о чем говорить?

– Конечно, если ты сумеешь привязать меня к квесту.

– Давай попробуем, – без обиняков предложил я и открыл свиток.

Для приглашения в группу нужно было зайти в соответствующий подпункт и выбрать нужное имя из списка всех, кто находился в радиусе десяти метров. В случае необходимости это расстояние можно было изменять.

Кроме некого Тэмуджина, в списке никого не было. Стражники-неписи стояли далеко, да и в такие списки не попадали. Даже дядька Стах сам принял меня в группу, а не наоборот.

А киллер неплохо знает историю и имеет исторические корни в Средней Азии, иначе не назвал бы своего персонажа правильной версией имени того, кого в Европе называли Чингисханом. Об этом же говорили видневшиеся над маской раскосые глаза. Но сам киллер вряд ли оттуда, иначе появился бы в игре либо в Поднебесной, либо в Шамбале. Впрочем, он вполне мог оказаться эмигрантом.

Предложение вступить в группу Тэмуджин принял и уточнил:

– Да, пришло сообщение о квесте, но без подробностей. Расчет с Хранительницей. И кого будем мочить?

– Не, сегодня без мокрухи. Мне нужно войти в дом некоего Завида, а там охрана. Ее нужно вырубить, но не более.

– Завида? – нахмурился Тэмуджин.

– Есть проблемы?

– Тарик крышует всех ростовщиков и должен реагировать на такие вещи.

– И что теперь, откажешься? – напрягся я.

– С чего бы это? – Лицо Тэмуджина закрывала полумаска, но было видно, что его глаза смеялись. – Так сказать, ничего личного, только бизнес. Когда пойдем?

– Хотелось бы прямо сейчас.

– Легко; охрана из неписей мне не противник, – небрежно махнул рукой убийца пятьдесят третьего уровня, хотя наверняка его навыки сильно опережали этот показатель.

– А тебе можно…

– Да, квест позволяет делать все, чтобы выполнить твой заказ. – Заметив в моих глазах безумную искорку, киллер добавил: – Но княжескую сокровищницу мы грабить не будем. Разрешено все, что касается именно этого квеста, а значит, не дальше дворика Завида.

– Ну, раз так, то пусть казна остается у князя.

– Когда начинаем? – спокойно спросил Тэмуджин.

– А есть смысл тянуть?

– Нет, но мало ли…

– Тогда выдвигаемся, – с видом генерала заявил я и решительно махнул рукой.

У дома Завида за время моего отсутствия ничего не изменилось. Включив «скрыт», я запрыгнул на стену и заглянул в дворик. Охранник по-прежнему дремал на стульчике. Неожиданно рядом с ним сгустился мрак, здоровяк тихо хрюкнул, прислонился к стене и застыл. Кажется, он даже не дышал.

Перебравшись через стену, я выразительно посмотрел на убийцу, но тот лишь поднял большой палец вверх, сообщая, что все в порядке.

Вход внутрь перекрывала дверь, в центре которой я заметил легкое сияние в виде пятерни.

После того как моя ладонь прижалась к пятну, на полотне двери появилась уже знакомая табличка. Из девяти сегментов со знаками активными были только шесть.

Замок третьего уровня – ерунда с моими навыками. Эти самые навыки проявили себя в виде серебристого свечения трех из шести активных кнопок, которые я без промедления нажал. В двери что-то тихо щелкнуло.

Тэмуджин пресек мою попытку сунуться внутрь и скользнул туда сам, в движении превращаясь в размытую тень.

Круто; увы, взломщику такие умения не светят. «Скрыт», в отличие от «инвиза», лишь помогает замаскироваться, а не делает игрока невидимым.

– Чисто, – послышался голос моего напарника.

Сразу за дверью находилась прихожая, из которой можно было попасть в большой кабинет. Здесь Завид и принимал клиентов. Сейчас хозяин дома мирно посапывал, сидя за своим столом, а Тэмуджин уже проверял все ящики и шкафчики.

Пока я думал, где именно искать закладную, убийца вывернул на стол ворох свитков, один из которых едва заметно светился.

Что ж, так все и должно быть, это ведь игра.

Как только свиток оказался в моей сумке, браслет тут же просигналил о выполнении первой части квеста.

– Уходим, – довольно резко сказал я, боясь, что убийца решит перевернуть весь дом.

– Действительно, – легко согласился Тэмуджин, – золота нет вообще, только бесполезные для игроков бумажки. Надеюсь, твоя покровительница будет щедрее. Когда пойдем за гонораром?

– Давай завтра на закате, мне еще нужно кое-что сделать. И кстати, может, вернешь мне шаромет?

– А вот посмотрим, чем наградит меня Хранительница, тогда и верну, – без эмоций в голосе сказал убийца. – Ты спать сегодня собираешься?

– Нет, очень много дел.

– Ладно, – задумчиво сказал Тэмуджин и как-то странно посмотрел на меня. – Тогда до завтра. Не опаздывай, это в твоих же интересах.

Сделав шаг вправо, убийца заставил меня инстинктивно посмотреть туда же. Затем он резко шагнул влево и размазался в воздухе. Ага, нужно запомнить. Просто исчезнуть он не может, нужно сначала отвлечь внимание того, кто на него смотрит, но пока мне эта информация без надобности, зато жизненно важна другая.

Увы, гильдия наемников работала только днем, к тому же, порывшись в игровой энциклопедии, удалось узнать, что зарегистрироваться там до появления того же клятого десятого уровня мне не светит. Можно было бы пробежаться по локациям, предлагая услуги взломщика всем подряд, но куда нужно бежать, я попросту не знал.

Этим вопросом нужно было заниматься заблаговременно, но кто же знал, что такой уровень взлома свалится на меня так быстро.

Оставался единственный вариант.

Шансов на то, что Зарандил сейчас не спит, было мало, но я все же отправил ему послание. Для этого нужно было только забить имя в соответствующем разделе меню свитка.

«Привет, Зарандил, это Зацеп – тот, кого ты поймал за руку. У меня тут случайно до вечера образовалось повышение взлома до четвертого уровня. Если есть к чему приложить мои умения, можем договориться. Дай ответ до рассвета, затем начну искать другие варианты».

Утро придет еще не скоро, поэтому я подождал ответа полчаса, а затем направился к ближайшему гостиному двору и вышел в реал.

Настройки капсулы позволяли выводить игровые сигналы в реал. Настроив будильник, я провалился в сон.

Глава 2

Поспать мне дали три часа, а затем запищал будильник, сообщая, что в игре мне пришло письмо.

«Жду у шатров скоморохов».

Послание было более чем лаконичным и не оставляло простора для действий. Быстрый утренний моцион, зверской крепости кофе, и я вновь проваливаюсь в игру.

Эльф стоял у шатров и нетерпеливо постукивал коротким жезлом по ноге. Только теперь мне удалось нормально его разглядеть. Высокий и стройный, как все эльфы, он явно обладал подходящей для этого образа реальной внешностью. Маг семидесятого уровня был одет в светло-серый кафтан и такого же цвета брюки. Образ дополняли темно-серые полусапожки и черная треуголка. По кафтану змеились черные узоры растительного характера, а на груди виднелся знак клана – зеленый росток, расколовший каменную плиту. Причем это был не простой знак: корона над изображением говорила, что передо мной глава клана.

– Твои условия? – с ходу спросил меня Зарандил.

– И тебе доброе утро, – пытаясь стряхнуть с виртуальной головы остатки сна, ответил я. – Да фиг его знает, какие условия выставлять. На форумах об этом молчат.

– Обычно за поход в закрытую локацию взломщикам полагается гонорар от десяти золотых.

Неплохо! Увы, моя радость продлилась недолго.

– Тебе дам пять, потому что для ребят ты будешь обузой.

Эльф говорил жестко и явно не собирался торговаться. Пятьсот баксов – тоже неплохо, но мне не хотелось бы зарываться именно в отношении клана, скорее всего полностью состоящего из калек и сирот. С другой стороны, садиться себе на голову я тоже не позволю. Определенные наметки на отношения с сокланами Зарандила у меня уже были, так что осталось свести их вместе. Жаль, что приходилось делать это в авральных условиях.

– Мне не нужны от вас деньги, но и бесплатно пахать я не буду.

– И что же ты хочешь? – уже более заинтересованно спросил Зарандил.

– Прокачку и особого вида добычу. Пусть решает случай. Если выпадут нужные взломщику вещи, пусть так и будет, сколько бы они ни стоили. Если нет, значит, судьба против этого. Кто я такой, чтобы ей перечить?

– Интересно, – хмыкнул эльф, и его холодная маска дала маленькую трещину. – Какие вещи ты хочешь?

– Все, что заточено под взломщика, вещи на ловкость и энергетические кристаллы, которые падают с повелителей молний.

– Слишком много, – категорично отрезал эльф.

– Хорошо, вещи взломщика точно, ну и на ловкость. А вот кристаллы и амуницию – по одному на каждые десять уровней. Если выпадет второй, претендовать не буду.

– Вещи на ловкость нужны и нам, а с остальным я согласен.

В принципе насчет одежки я перестраховался, все равно собирался закупать все у скоморохов. Тонкие намеки Стаху были уже сделаны и почва прощупана. Прокачаю с ним отношение хотя бы до сотни, можно и к сделке перейти. А вещи на скоморохах были знатные; конечно, заточенные только на ловкость, но меня это устраивало.

– Договорились, – кивнул я. – Но чтобы не было разговоров, если попадется слишком дорогая вещь, я от своего не отступлюсь.

– Живые тоже от своих слов не отступают, – с не совсем уместным пафосом сказал эльф.

Переспрашивать я не стал, и так было понятно, что Живые – это название клана. Учитывая специфику собравшихся там игроков, название очень красноречивое.

Мы скрепили договор рукопожатием.

– Как долго продержится твой баф взломщика? – тут же спросил эльф.

– К закату мне нужно быть в городе.

Уточнив нюансы, Зарандил развил бурную деятельность по организации, правда, внешне это выглядело как ступор. Но когда он «очнулся», все встало на свои места.

– Через пятнадцать минут у западных ворот тебя будет ждать группа. Боевая пятерка. Пойдете в Зеркальный лабиринт, там много тех, кто бьет молниями, так что есть серьезный шанс выбить кристалл. Вопросы?

– Вроде нет, – не совсем уверенно сказал я, но Зарандилу этого было достаточно.

– Тогда отправляйся. Этот выход будет для тебя экзаменом. Не наделаешь глупостей, станешь другом клана, и мы будем работать с тобой. Если облажаешься, то не обессудь. Сразу скажу, что в клан тебе не попасть.

– Не особо-то и хотелось, – фыркнул я, но это было сказано уже в спину уходящему эльфу. – Надеюсь, остальные окажутся не такими выпендрежниками.

Вызванная кланлидером группа ждала меня у восточного выхода из города, но имелся и опаздывающий. Как я догадался? Элементарно, как любил говорить Шерлок Холмс. Возле ворот скучали лишь четыре человека. Можно сказать, две пары.

На бортике каменного моста сидел гном ростом моему персу едва по плечо, а вот в ширину как минимум в два раза больше. Если же учитывать серо-коричневую броню, то вообще получался ходячий танк, кем он по профессии и являлся. Рядом с первым гномом, явно не в силах усидеть на месте, вышагивал его сородич. Роста он был такого же, но чуть скромнее по горизонтальным габаритам. Судя по амуниции, это был либо запасной танк, либо пуллер или, как их называют в Сэкаи, «удильщик» – специалист по подтягиванию монстров к группе. В пользу второго предположения говорил и метательный топор на поясе гнома.

Так уж сложилось, что я не являюсь большим знатоком групповой тактики, как в играх, так и в жизни – подчиняться другим не очень люблю, а для командования слишком ленивый. И все же основные принципы подбора боевых групп мне известны. В данном случае проглядывалась нестандартная компоновка.

Если фигурами оба танка были хоть немного похожи друг на друга, то, так сказать, «дизайном» они сильно разнились. Не меньшее любопытство вызывали их ники. Широкоплечий танк носил гордое имя Турум. Он имел шикарную коричневую бороду с не менее солидными усами, и все это богатство было заплетено во множество косичек.

Его напарника величали Бурумом. В отношении прически этот гном был изобретательнее. Вместо классики он выбрал хохолок на голове, широченные бакенбарды с голым подбородком и шикарные буденновские усы. Все было представлено в светлых тонах на грани седины и русой масти.

– Ну что, полюбовался нашими мужчинками? – послышался ехидный женский голос, заставив меня не только обратить внимание на лавочку рядом с мостом, но и немного смутиться.

В первую очередь обратив внимание на гномов, я пропустил довольно симпатичную парочку полуэльфиек, и это выглядело как-то не совсем нормально. Меня оправдывало лишь то, что Турум с Бурумом не только не прятались в тени, но и привлекли внимание нестандартной внешностью.

А вот на девушек посмотреть стоило. Они тоже были очень разными, хотя так же, как и я, принадлежали к плодам несчастной любви представителей эльфийского и человеческого народов. Одна из девушек взяла больше изящества от эльфийского отца, а вторая имела силу отца-человека. Прически и цвет кожи у них были похожи, но на этом сходство заканчивалось.

Нифигесса – полуэльфийка сорок пятого уровня, была одета в приталенный серебристо-сиреневый кафтан и удерживала в руках рогатый жезл с голубым кристаллом мага-водника. Ее серые и колючие глаза пытались изучить меня с бесцеремонностью иглы для проведения пункций. Я и сам понимал, что на фоне ее соратников смотрюсь очень бледно – наряд скомороха хоть и был перекрашен в своеобразный камуфляж, но при этом более изысканным не стал. С другой стороны, моя профессия имела свои особенности, и все наверняка понимали, что с парадным видом эти особенности ну никак не вяжутся.

Но попробуйте объяснить это даме… причем, судя по взгляду и нику, очень ершистой и скорой на суждения.

А вот напарница боевой чародейки, которых еще называли нюкерами, при виде незнакомца густо покраснела, что сделало ее еще симпатичнее. На девушке была бело-голубая одежка, которая оставляла на виду намного больше открытых мест, чем у Нифигессы. При этом с различными округлостями у нее было все в порядке. И все же в подобном наряде не было никакого вызова и дразнящей сексуальности, лишь детская непосредственность. У любого нормального мужика вид Дуняняши вызывал лишь желание защитить и проявить заботу, без пошлого подтекста. Хотя на глаза слишком горячих парней ей лучше не попадаться. Поведение и похожий на букет жезл выдавал в девушке либо бафера, либо хилера.

Это тоже была сыгранная пара, потому как инстинктивным движением Дуняняши в ответ на мое внимание было спрятаться за спину напарницы.

– И что скажешь? – дав мне внимательно рассмотреть себя, спросила Нифигесса.

– Если думаешь, что те брутальные парни понравились мне больше, то сильно тебя разочарую.

– Может, больше предпочитаешь таких, как Дуняняша?

А вот после этого вопроса глаза нюкерши стали злыми.

Это кто же тебя так обидел в детстве, подруга? Казалось, что любое неосторожное слово приведет к дуэли прямо здесь и сейчас.

Мне только этого не хватало… но промолчать я не мог:

– Нет, мне больше всего нравятся злые и колючие. Тебе никто не говорил, что некоторых дам злость делает очень сексуальными?

Шутка вроде получилась, но вот реакция компании была очень странной. Нифигесса стала еще злее, а парочка гномов с ворчанием шагнула ближе.

Блин, Зацеп, ты не олень, а тупой носорог! Над ребятами горели светло-синие ники, и в реале Нифигесса могла оказаться не просто дурнушкой, а к тому же изуродованной каким-нибудь несчастьем. В памяти только сейчас всплыла информация, что безумно дорогая функция улучшения внешности для людей с увечьями была бесплатной.

С другой стороны, тараканов в чужих головах нужно строить сразу или же попросту уходить.

– Давайте не будем делать то, о чем пожалеем… – С трудом, но мне все же удалось соединить в голосе жесткость и миролюбие. – Я вижу перед собой симпатичную девушку, о чем и сказал. Ни больше ни меньше.

– Хех, – крякнул Бурум, – а парень прав. У нас дела, Ниф, хватит злобствовать.

– Бур, ты опять?! – вспыхнула, как сухая солома, Нифигесса. – Как только появляются чужие, ты вечно норовишь подгадить, называя меня поросячьей кличкой.

– А что я сказал? – включил дурачка гном.

– Гыр-р… – не хуже орка прорычала полуэльфийка и тут же повернулась ко мне: – В бою мой позывной – Нифи, и никак иначе. Понял?

Внятно высказав свою мысль, чародейка отвернулась к подруге.

– Да ради бога, – поднял я руки и тихо добавил, глядя на изящную фигурку полуэльфийки, так сказать, с тыла: – Хорошо, что мой ник нельзя сокращать.

Эльфийка моих слов не услышала, зато их не упустил гном:

– Почему нельзя? Зац – тоже неплохо. И очень похоже на…

Вот мелкая скотина.

– Ты не Бур, ты шило, которое у тебя в том самом месте, на которое ты сейчас пытался намекнуть.

Дуняняша хихикнула, прикрыв лицо ладошкой. Нифи наконец-то улыбнулась и дала мне возможность услышать свой звонкий смех.

Думаете, гном смутился? Ничего подобного.

– Шило – это вам не крма, – сказал Бурум и нахмурился пытаясь выговорить неприличное слово: – Рула. Выка. Тьфу, зараза!

– Что, Шило, никак не победишь систему? – со смехом прокомментировала Нифигесса попытки гнома обойти речевой фильтр.

– Знаешь, – повернулся я к Нифигессе, – а Крма – неплохое погоняло, лучше, чем Шило, и тем более невзрачное Бур.

Теперь смеялись все, кроме говорливого гнома, даже Турум тихо хрюкнул.

Чародейка отсмеялась и протянула мне маленькую ладошку:

– Меня зовут Лена. – Заметив мелькнувшую в моих глазах настороженность, девушка добавила: – Можешь не представляться. С меня хватит и Зацепа.

Я осторожно ответил на рукопожатие. Очень важный момент. Кому-нибудь другому можно было бы поцеловать протянутую руку, а вот с такими резкими дамами нужно действовать очень осмотрительно.

На всякий случай я осторожно покосился в сторону гнома. Тут тоже не все так просто. Подобное бесцеремонное влезание в чужую компанию, даже без особой инициативы, может обозлить местного весельчака. К счастью, мне повезло – веселого нрава гному хватило, чтобы погасить раздражение. Сузив глаза, он злобно зыркал на нас с Леной, но было видно, что эта злоба – всего лишь притворство.

Неожиданно нас всех отвлекли два громких хлопка за моей спиной.

Если честно, мне казалось, что опоздавшим будет некто похожий на гнома, но с еще большей степенью разгильдяйства в голове, но все было наоборот.

Пока мы хохмили, у ворот появился высокий человек-лучник.

Блин, Зарандил что, решил подобрать мне самое колоритное сопровождение или Живые все такие?

Лучник выглядел более чем экстравагантно. И дело даже не в легкой броне, похожей на обугленное дерево, в трещинах которого словно еще тлел жар. Больше всего привлекала голова незнакомца – его волосы были собраны в самурайский кок. Хорошо хоть без бритого лба. К тому же лицо закрывала безликая зеркальная маска. Нечто похожее я видел в фильме «Видок».

Ну и финальной точкой в образе стал ник, который мне удалось рассмотреть с трудом, – Угорюм.

Вместо приветствия лучник просигналил Нифигессе пальцами нечто непонятное, и та тут же принялась командовать:

– Так, народ, времени у нас мало, так что запускайте своих петов. Зацеп, Зарандил не уточнил насчет твоего; что там у тебя? – спросила девушка, подозрительно посмотрев поверх моей головы. Цифра под моим ником явно ее не впечатляла.

– Увы, у меня пет, на котором далеко не уедешь.

– А какой? – впервые подала голос Дуняняша.

Момент был не особо подходящим, но я все же не удержался от театральности. Выудившая ошейник рука активировала его за спиной.

Абу моментально взобрался по моей спине и осторожно выглянул из-за плеча. По натуре он был очень нахальным, но, подобрав определенную гамму направленных эмоций, можно было ненадолго изменить его характер.

– Обезьянка, – тихо выдохнула Дуняняша и, не раздумывая, потянулась ко мне. Мартышка, уловив мои эмоции, тут же прыгнула девушке на руки и довольно заурчала.

Лена фыркнула, но было видно, что Абу ей тоже понравился.

Идиллию вновь разрушил громкий хлопок.

Блин, Угорюм либо запредельный молчун, либо немой. Выискивая информацию об игроках со светло-синими никами, я что-то читал насчет немоты. Читал да не запомнил, нужно после этого дела уточнить.

– Так, поедешь с Дуняняшей, – опомнилась Нифигесса и тут же вновь стала колючей, как дикобраз, – но если вздумаешь хоть на секунду…

– Хватит, Нифи, – перебил я девушку, – у меня есть сестра, а также абсолютно здоровые наклонности в интимном плане. Так что если из вас и нужно кому-то опасаться, то это…

Договаривать я не стал, но все прекрасно поняли намек, что и продемонстрировали фырканьем разной интенсивности. Нифи в свою очередь тоже фыркнула, но возмущенно.

Повозившись с сумками, мои новые знакомые достали разнокалиберные ошейники и активировали их. Самый большой, как ни странно, был у Дуняняши – не меньше хулахупа. Через секунду на довольно большой площадке возле моста стало тесно. Турум и Бурум вызвали по горному архару.

Маунтом Нифигессы был единорог – не скажу, что очень странный выбор, но нечто подобное можно было ждать от Дуняняши. Угорюм оседлал вороного жеребца, а вот наша лекарша, повозившись с «хулахупом», внезапно оказалась верхом на огромной ящерице.

– Шизануться, – выдохнул я, глядя на это чудо. Абу, внезапно оказавшись на моем плече, согласно пискнул.

Теперь понятно, почему мне выделили место именно на маунте Дуняняши – там можно было усадить еще двоих.

– Все, грузимся! – едва сдерживая улыбку, скомандовала Нифигесса.

Дуняняша что-то нажала на своем седле, и оно стало двойным. Затем не скрывающая гордости за питомца девушка посмотрела на меня и призывно махнула.

Все это время гигантская ящерица вела себя прилично, так что имелась надежда, что меня сожрут не сразу и не очень больно.

В этот момент стало понятно, что до сих пор я жил в унылом и скучном городе и его нубских окрестностях. Теперь же предстояло хоть краем глаза, но все же заглянуть в глубины настоящего Сэкаи.

По информации из игровой энциклопедии, Зеркальный лабиринт находился всего в часе езды от столицы. Мощенная мореными дубовыми плахами дорога давала серьезный плюс к скорости маунтов, и до цели мы добрались быстро. А вот пешком пришлось бы пилить не меньше суток.

Практически на протяжении всего пути дорога шла в чаще леса, временами выныривая на большие поляны. Расстояние можно было отмерять, присматриваясь к шмыгавшим по округе мобам – постепенно их уровень повышался, хотя внешне это сказывалось мало. Животный мир ближайших окрестностей Славии был представлен земными животными разной степени мутации.

С возрастанием уровня монстров повышалось и количество игроков; правда, у самой дороги их было мало. Изредка встречались похожие на наш отряды. Часто мы обгоняли пеших путников.

Через сорок минут пути едущий впереди Угорюм свернул с главной дороги на грунтовый проселок.

Еще через десять минут окружавший нас лес начал меняться. Сначала эти изменения был незаметны, а затем как-то разом заросли превратились в нечто невообразимое. С каждым пройденным метром деревья теряли веселую зелень листьев и уверенный цвет стволов. Словно некая фантастичная болезнь превращала все живое вокруг в его хрустальное подобие.

Ящер хилерши внезапно остановился, заставив меня щелкнуть челюстями. Рассматривая переплетение хрустальных веток, я сильно отвлекся, хорошо хоть не свалился на землю.

Во время пути я, конечно, заглянул в свиток и поинтересовался информацией о Зеркальном лабиринте. Сначала не было понятно, почему лабиринт – в энциклопедии было сказано, что это участок леса, в котором когда-то поселились стеклянные пауки. Были и картинки, но и они не особо поясняли странное название. И только оказавшись здесь, я понял, в чем дело. Болезнь или какое-то странное волшебство превратило деревья в хрустальные друзы, а стеклянные пауки все что можно и нельзя заплели очень густой паутиной. Причем плетение полупрозрачных нитей было таким плотным, что представляло собой цельное полотно. И вот эти самые полотна хоть и плохо, но отражали все, что к ним приближалось.

А расположение творений вымерших пауков и создавало тот самый пресловутый лабиринт.

– Спешиваемся, – вновь подала голос Нифи, хотя гномы уже топтались по звенящей и почему-то не крошащейся траве.

Дуняняша вновь проделала все по-ковбойски, не покидая седла, лишь дала мне пару секунд, чтобы сползти на землю.

Ящерица на едва заметное мгновение превратилась в прозрачную дымку и с хлопком исчезла. Дуняняша ловко приземлилась на дорогу, превратив это в акробатический мини-этюд. Девочка явно насмотрелась японских анимешек. Отсюда и ее откровенный наряд, да и в эльфийской внешности удивляли слишком большие глаза.

– Работаем стандартную схему, – взялась за дело Нифигесса. – Зацеп – держись рядом с Дуняшей. Бур – сам знаешь, что делать, только давай без гусарских закидонов. Если уроним взломщика, Зарандил тебе этот понтовый хохолок с корнями выдернет. У нас есть шанс зайти на третью грань, так что все делаем только по команде.

Было довольно странно наблюдать, как изящная девушка раздает приказы двум матерым гномам и совсем уж запредельно-таинственному лучнику. Хотя насчет Угорюма все было непросто, как и в плане вертикали власти в отряде.

– Ладно, если вопросов нет – начинаем. Времени у нас до заката.

С этими словами чародейка вместо того, чтобы двинуться вперед, залезла в сумку и достала оттуда второй жезл. У обновки была острая пятка, которую Нифи воткнула в землю.

В воздухе замелькали молнии. С треском открылся овальный портал, из которого вынырнул сухопарый парень в красном камзоле. Над его головой после внимательного взгляда высветился ник Штампур.

– Привет, Шалые! Что, соскучились? – белозубо улыбнулся весельчак. – Ладно, обниматься не будем, сразу займемся раздачей подарков.

Похрустев пальцами, парень начал выводить в воздухе руками сложную вязь. А, вот и бафер пожаловал, только какой-то странный.

Через пару секунд на всех участников группы, в которую я получил приглашение за мгновение до начала каста бафера, пролился прохладный душ. По коже пробежала приятная дрожь. Закончив с общими бафами, маг занялся индивидуальными операциями и проделывал это по-разному. Угорюм получил хлопок по плечу, как и Турум, а вот Бурум схлопотал по лбу, и не будь он в шлеме, возможно, все закончилось бы дракой. Дуняняшу бафер хлопнул по подставленной ладошке, а Нифигессу явно намеревался припечатать по округлому тылу, но наткнувшись на колючий взгляд, наложил баф на расстоянии.

– Ну а тебя чем припечатать?

– Интеллект, ловкость? – осторожно спросил я.

– Легко.

Бафер начал что-то шептать в сложенные ковшиком ладошки, а затем из этого импровизированного сосуда окатил меня веселыми искорками. По моему телу пробежали колючие мурашки. Заглянув в логи, я увидел, что ловкость и интеллект получили на четыре часа по единичке плюсов.

– Спасибо за внимание, всех благ, – взмахнув рукой, попрощался бафер и нырнул в тускнеющий портал.

Пока Нифи убирала в сумку портальный маяк, я обдумывал продемонстрированное мне шоу.

Заклинания переноса и маяки стоили безумно дорого, значит, в замке Живых есть портальная установка и соответствующий маг. С одной стороны, жуткое расточительство, а с другой – иметь вместо десяти баферов только одного и очень мобильного наверняка очень удобно, к тому же это может приносить неплохие деньги в плане предоставления услуг другим группам.

– Зацеп, не зевай, – задорно окликнула меня чародейка, шагая вслед за парочкой танков. За нею пошла Дуняняша, возле которой в походном ордере было мое место. Тылом заведовал Угорюм, и как только он встал позади, возникло такое чувство, что на моей спине появилось изображение мишени.

Тяжелый ты дядька, Угорюм, и ни разу не обаятельный.

Своеобразные коридоры лабиринта пока были довольно широкими – местами до двадцати метров, а в узких местах – не меньше десяти.

Что я знаю о тактике малых групп? Да почти ничего. Одиночка – он и в Африке одиночка, но это не значит, что следует сводить свою значимость в тактике до роли багажа.

Блин, мне сейчас жутко не хватало моей новой перчатки! С другой стороны, что я смогу сделать с монстрами, чей уровень в этой местности может достигать пятидесятого?

– Цель! – крикнул Бур и ускорился.

Тур застыл на месте, и только сейчас я обратил внимание, что кроме непривычно квадратной секиры он обзавелся шестиугольным щитом. Двинувшийся вперед гном был вооружен коротким копьем, которое держал в левой руке, и не потому что был левшой, а потому что правая была занята метательным топориком.

Еще на пару шагов отойдя от застывшей группы, Бур замер, а затем метнул топорик.

Впереди раздался пронзительный визг, но этот крик вызвала не боль, а неожиданность нападения. Визг перешел в рык и начал быстро приближаться.

– Призрак. Мутный. Один, – проинформировал нас Бур и начал пятиться, выставив вперед копье.

От слов гнома у меня по спине пробежались мурашки. Только привидений мне не хватало…

Лабиринт хоть и назывался Зеркальным, но отражения в нем были мутными, словно кто-то обработал обычное зеркало наждачной бумагой. Поэтому приближающиеся существа выглядели размытыми и неясными. Такими же были и сами местные обитатели.

Это было похоже на смазанное изображение кого-то из кошачьих. Действительно – эдакий туманный признак, но судя по тому, как напряглась команда, которую говорливый бафер назвал Шалыми, возможности у зверя отнюдь не призрачные.

Бурум, отступая, успел ткнуть зверя копьем в морду, и тут же был оттерт Турумом. Крякнув, более массивный гном врезал по уже пострадавшему носу секирой и прикрылся щитом. В ответ прилетело неслабо – похожая на комод фигура танка даже качнулась назад, а между туманными зеркалами пошел гулять звон, похожий на кузнечный.

Неслабо.

Возможно, приземистой парочке пришлось бы туго, но за их спинами находились ребята поубойнее.

Нифигесса задвигала руками и чуть присела. Сзади это смотрелось очень неплохо. Зарождения заклинания я не увидел – успел заметить только, как в стороны пахнуло тяжелым туманом, тут же осевшим на зеркала крупными каплями. А в грудь монстра вонзилась тонкая ледяная спица.

Два крошечных шага вперед. Руки Нифи пошли по кругу, а ноги чуть согнулись в подобии книксена. Теперь на пол вокруг чародейки посыпалась ледяная крошка, а вокруг головы монстра образовался ледяной кокон.

Удар лапой разбил лед, но на это ушла пара секунд, которыми воспользовался Бур. Зайдя сбоку, весельчак воткнул копье под ребра туманного зверя, а удар секирой от Турума закончил схватку.

После прикосновения ответственного за сбор трофеев Бура тело монстра исчезло, и мы двинулись дальше.

Конечно, мне было любопытно, почему бездействовал Угорюм, но не более того – команда выглядела очень сыгранной, так что на то наверняка были свои причины.

Глава 3

Первая грань Зеркального лабиринта была местом известным и не один раз хоженным как Живыми в общем, так и командой Шалых в частности. Поэтому следующий час прошел рутинно. В коридорах встречались лишь одиночные мобы. Хотя формы монстров и менялись, при этом они были такими же призрачно-туманными, так что постепенно острота восприятия смазывалась. Мне даже стало скучно, и лишь вид изящной фигурки Нифигессы и ее плавных движений скрашивал эту рутину. Непривычно тихий Абу висел на моей спине, уцепившись в куртку лапками, и лишь попискивал, когда монстры приближались к нам слишком близко. Я не стал спрашивать разрешения на прокачку питомца – никто не возражал, и ладно.

Все изменилось, когда мы зашли в тупик, причем в прямом смысле этого слова. Бур в очередной раз вырвался вперед, но обратно вернулся без «хвоста».

– Там тупик, – разочарованно сказал он и почему-то посмотрел на меня. Мало того, вся компания повернулась в мою сторону, явно в ожидании ответа.

Ну и что делать?

– Зацеп, не спи, – наконец-то заговорила Нифи. – По пути были проходы?

Черт, я точно лось… вместо того чтобы рассматривать спину чародейки, нужно было заниматься делом. Ребята считали меня опытным взломщиком, коим я не был и в помине.

Но что теперь делать? Признаваться? Нет, и дело даже не в том, что мне попросту стыдно; подобное признание сильно снизит настрой группы, которая явно нацелилась на великие свершения.

– Нет, по пути ничего не было, но нужно глянуть в тупике.

Пока Бур вел меня в глубь прохода, я пытался хоть как-то проанализировать ситуацию.

Так, действительно ли я ничего не замечал по пути? Временами на мутно-белых стенах попадались желтые пятна, которые были восприняты мной как дефекты в работе мифических стеклянных пауков.

На данный момент не было другого варианта, кроме как попробовать отыскать такое же пятно на тупиковой стене.

Увидев чуть заметное пятно, я едва сдержал облегченный вздох.

Пятно находилось на уровне пояса, и мне пришлось встать на одно колено. Вблизи оно напоминало сильно размытый контур пятерни. Судя по поведению Бура, никаких пятен он не видел.

Блин, это точно активатор замка.

Теперь можно с деловым видом нацепить на голову алхимические очки. Да, так действительно удобнее. Пятно стало ярче и менее размытым. Конечно, это была не пресловутая оптика взломщика с плюсом к основному навыку, но в алхимическое снаряжение по умолчанию вшивалось повышение к внимательности.

Моя ладонь легла на контур, и тут же на стеклянной поверхности проявился квадрат стандартного образца. Девять клеток с различными символами, из которых шесть были активными, а это значит – замок третьего уровня. С моим четвертым уровнем взлома плевое дело – из шести активных кнопок три были подсвечены зеленоватым светом.

Уверенное нажатие подсвеченных кнопок привело к тихому звуку, с которым часть тупиковой стены распалась на мелкие осколки, образуя неширокий проход.

– Круто, – восхищенно выдохнул гном, но тут же раздраженно заявил: – Хотя, конечно, мог бы и кубышку отыскать.

– Не брюзжи, – послышался за спиной голос Нифи, – будут тебе и кубышки, коль у нас под боком взломщик с умением четвертого уровня.

Чародейка как в воду глядела. Буквально через пару десятков метров я сквозь так и не снятые очки увидел пятно на стене. Кстати, очки в группе носили лишь девушки, но тактическая оптика была у всех. Шлем Турума был сплошным, а полушлем Бурума имел опускающиеся вниз наглазники. Что творилось под зеркальной маской Угорюма, оставалось тайной.

Стены второй грани лабиринта постепенно обретали большую прозрачность, хотя по-прежнему отражали лишь смутные силуэты.

Этот замок имел четвертый уровень, и гадать не пришлось – три нажатия, и в зеркале образуется углубление с небольшой кучкой золотых монет.

Ну, на суперартефакт никто и не рассчитывал…

Впрочем, судя по вздоху загребающего монеты Бурума, он был тем еще мечтателем…

В следующие полчаса мы встречали туманных монстров, нападавших уже парами. Бои усложнились, и в случае аврала в дело вступал даже Угорюм. Почти добравшийся до Нифи туманный медведь получил в шею искрящуюся оранжевым светом стрелу и рухнул на спину. Да уж, такие стре́лки стоят недешево, только почему бы не использовать простые?

Особенности профессии лучника меня интересовали мало, поэтому я решил не лезть с лишними вопросами. Любопытство в Сэкаи считалось чем-то неприличным. Впрочем, не только личная информация здесь являлась табу. Игровая энциклопедия рассказывала о многом, но любые сведения, добытые непосредственно в игровом процессе, умалчивались либо хранились внутри кланов. Именно поэтому мне приходилось учиться делу взломщика практически с нуля.

Мало того что энциклопедия умалчивала о тонкостях этой профессии, так еще и во всемирной сети кто-то постоянно подчищал прорывавшиеся крохи информации. Возможно, это потому, что, в отличие от других игр, в Сэкаи играли в основном вполне состоявшиеся люди или дети бизнесменов. В таких семьях с молоком матери впитывают отрицательное отношение к анархии в зарождающемся информационном мире. Быть проводником идеи о всеобщей свободе и прямом доступе к любой информации очень интересно и увлекательно, но все дело в том, что такой сподвижник не мог сотворить ничего, кроме репоста. А вот если ему случалось создать нечто ценное, то самый ярый сторонник свободы готов был биться за свои права до последнего бита в интернет-трафике. Те же, чье детство и неплохую жизнь оплачивала монетизация идей и инноваций, свободу информации воспринимали с трудом.

Без подсказок было очень трудно, но стану ли я делиться с другими своим опытом? Не уверен; возможно, кое-что расскажу тому, кто в этом очень нуждается, но никак не всему миру.

Жадность? Возможно, но не стоит забывать, что ценность всего в этой реальности определяется усилиями, затраченными на его получение. Пока другой оценки нет. Чужой труд всегда кажется безделицей, если тебе удалось получить его плоды, даже не поднимаясь с дивана.

Подобные нюансы, конечно, не облегчали процесса обучения, но сильно повышали самооценку в случае успеха.

По второй грани мы бродили час, так и не наткнувшись на проход дальше. Трижды упирались в тупики, и шесть раз я вскрывал замки, но все это были тайники. Из полезных вещей удалось найти только перчатку и какой-то камень. Перчатка была воспринята Буром довольно равнодушно, а вот кристалл вызвал бурю восторга.

– Что это? – не удержался я от вопроса.

– Шикарная вещь, наши алхимики сдохнут от счастья.

М-да, привалила радость и гному и алхимикам, а вот когда повезет мне? При взгляде на то, как Бур гребет из тайников богатства, идея благотворительного сотрудничества с Живыми уже не казалась мне разумной. Шли мы быстро, и открывать замки приходилось часто, но растущий уровень «взлома» не особо затмевал блеска уходящих в чужие руки монет и сияния артефактов.

В глубине души шевельнулось что-то нехорошее, но пока моего воспитания и порядочности хватало, чтобы бороться с потугами золотого демона жадности.

Чтобы добраться до выхода на вторую грань, пришлось наведаться в один из зеркальных залов, который когда-то был лесной поляной. О том, что здесь раньше росли деревья, говорили лишь округлые вертикальные подобия рам между полотнами зеркал.

В зале эти рамы словно выделяли из мутных плоскостей небольшие проплешины более прозрачных зеркал. Эти проплешины мне сразу не понравились.

В центре зала на хрустальном троне сидел, как я понимаю, рейдбосс. Это первый босс Сэкаи, которого я увидел воочию. Единственная ассоциация, которая приходила в голову, – мужская ипостась Снежной королевы из советского мультика.

Свита босса не впечатляла – два обычных, отнюдь не призрачных медведя и большая кошка, которая в момент нашего появления лениво поднялась от ног своего хозяина.

Белесые глаза равнодушно уставились на нас, а затем Хрустальный король сорок девятого уровня ткнул пятой своего посоха в подножие трона. По залу пронесся похожий на колокольный звон, от которого у меня заныли зубы. Стеклянные стены завибрировали, грозя расколоться на миллионы осколков.

И тут все стало намного «веселее». Внезапно смутные отражения зверушек у трона и, что самое неприятное, наши собственные выпрыгнули из стен и бросились на незваных гостей. Получилось где-то три десятка призраков, как звериных, так и гуманоидного типа. К счастью, наши копии не имели в руках оружия и атаковали врукопашную.

Бур не стал гусарить и быстро юркнул за спину Тура – настал звездный час более молчаливого из гномов. Он шагнул вперед и издал рык, от которого его закрытый шлем, казалось, завибрировал, как колокол от удара.

Большая часть атакующих призраков сменила направление атаки, кинувшись на гнома. Через секунду он практически утонул в клубке полупрозрачных фигур. Остальные наткнулись на Бурума, размахивающего копьем, как вентилятор лопастями.

Хорошо, что я так и не снял очки – в сочетании с графической информацией все казалось не так жутко.

Полоса жизни над Турумом просела процентов на десять.

– Тур, камень! – крикнула Нифи и запустила в сторону кучи-малы целый рой острых ледяных осколков. Напавших на гнома тварей снесло, как пух с одуванчика. Открылась чуть согнувшаяся фигура гнома, броня которого имела странный сероватый налет. Блин, он же превратился в каменную статую! Изваяние неожиданно пошевелилось. На сгибах образовались трещины, а затем каменный налет осыпался к похожим на тумбы ногам.

Турум не стал брать паузы на откат и тут же шагнул вперед. «Вьюга» чародейки лишь смахнула монстров, сняв процентов по двадцать их жизни. Часть вновь ринувшихся в атаку призраков гном встретил размашистыми ударами секиры, а остальных вновь привязал к себе агрящим криком.

Парочка танков работала с четкостью швейцарского хронометра. Даже непонятно, кто из них более крут. На фоне незыблемого танка Бурум смотрелся суетно и несерьезно, хотя порхающее в его руках копье выбило уже с десяток нападающих. В основном это были наши копии, менее активно, чем звериные слепки, реагировавшие на крик Турума, которым он переагривал ярость врагов на себя.

Когда Дуняняша задвигала руками, я даже дернулся – так привык к неподвижности хилерши. Все правильно – монстры неслабо погрызли танка, и он остро нуждался в помощи.

Движения малышки не были такими изящными, как у стихийницы, – сказывалась детская непосредственность, но в плане хореографии там все было хорошо. Она словно плела в воздухе невидимые кружева, связывая себя и танка энергетическими нитями. Полоса жизни танка поползла к максимуму.

Хороший у нас лекарь, и это очень важно. В отличие от других игр, Сэкаи накладывала зверские посмертные дебафы, и вернуться в схватку после перерождения танку не светит. Так что из-за нерадивого хилера весь рейд может накрыться медным тазом.

Когда общая свалка потеряла накал, я наконец-то задумался над тем, что делает наш лучник. А Угорюм не зевал – он успел натыкать в короля с десяток стрел и свалить одного из реальных медведей. Телохранители босса почему-то не спешили нападать и по-прежнему отирались возле трона.

Добить всех туманников до того, как восстановится основное умение босса, мы не сумели – осталось два гуманоида. Когда звон вновь потряс полупрозрачные стены, в новой волне нападающих было больше на четыре особи.

Пати вошла в боевой режим, поэтому новую свору удалось положить на порядок быстрее. К тому же Угорюм выбил всех телохранителей короля, да и самому бледному правителю досталось от души.

Третий раз вызвать отражения королю не дали. Гномы слаженной командой навалились на начавшего бросаться стеклянными сосульками босса. Они по-прежнему удивляли меня своей слаженностью. Турум медленно, но уверенно двигался к королю, прикрывая щитом себя, а своим телом – напарника. Но как только они оказались у цели, в дело вступил Бурум. Опираясь на напарника левой рукой, он подпрыгнул и ткнул в грудь короля своим копьем, словно диковинным жалом.

Босс взревел, и поднятый для удара в пол посох обрушился на парочку гномов. Тур прикрылся щитом. От получившегося звона у меня вновь заныли зубы. Вот уж никогда не хотел быть танком. С уровнем реалистичности и боли в Сэкаи для этого нужно быть немного мазохистом.

Замахнуться во второй раз босс еще успел, а вот ударить – уже нет. Нифигесса скастовала нечто совсем уж убойное. Похожий на веретено вихрь из вращающихся льдинок воткнулся в грудь босса, сломав древка двух стрел, которые прилетели туда мгновением раньше.

Стеклянный король печально вздохнул, совсем как живой человек, и от его печали по моей спине пробежал холодок. Напомнить себе, что это всего лишь программа, я не успел, потому что поймал полный муки взгляд босса.

– Да чтоб вам такое каждую ночь снилось… – помянул я шепотом разработчиков.

На бледной маске-лице босса сверкали не менее холодные голубые глаза, но в них горело такое облегчение, что становилось не по себе. Король не боялся смерти, он ее жаждал.

Ну что тут скажешь – добро пожаловать в реальность, созданную не совсем нормальными людьми. В Сэкаи во главу угла ставились необычность и реалистичность, а не коммерческая выгода, и результат при таком посыле гарантированно получался вызывающий оторопь, как от восхищения, так и от шока.

– Ты сколько сегодня спал? – спросила Нифи, причем по тону было непонятно, укоряет она меня или проявляет заботу.

– Три часа, – буркнул я и сорвался с места, оббегая немаленький зал по кругу.

– А трон? – тут же взвился более опытный или просто очень охочий до сокровищ Бурум.

Я понимал разумность его довода, но не мог показать, что попросту сглупил.

– Вот станешь взломщиком, тогда и будешь решать, с чего начинать.

– Не, мне и пуллером неплохо, – отмахнулся гном. Действительно, с его характером и шилом в одном месте даже роль обычного танка была слишком скучна, а вот играть задирой-«удильщиком» – самое то.

Сохранить лицо удалось только чудом. Вопреки логике, главный тайник оказался за одним из участков зеркальных стен с более прозрачной поверхностью.

Пройдя помещение по периметру, я быстро открыл три тайника с четвертым уровнем замка. А вот замок хранилища, скрывавшегося за самым большим «зеркалом» в хрустально-древесной раме, заставил меня озабоченно застыть.

Черт, замок был пятого уровня… а это означало, что из восьми активных кнопок с таинственными символами мое умение подсвечивало четыре. Мне нужно наугад выбрать три.

Три из четырех. Казалось бы, задачка несложная – это вам не государственная лотерея, но все равно стало как-то неуютно, особенно под взглядами соратников.

– Чего застыл? – не унимался Бурум.

– Заткнись, – неожиданно подал голос молчаливый Турум, и, как ни странно, белобрысый весельчак замолчал.

– Замок на уровень выше моей профы, – решил я все же проинформировать группу.

– Черт… – это уже Нифи.

– Народ, не нависаем! – сказал я и, не давая сомнениям полностью захватить меня, быстро нажал на три кнопки.

Тихий звон, с которым овальный участок зеркальной поверхности осыпался на пол, вызвал дружные выдохи – резкость моих действий заставила затаить дыхание не только меня.

И тут произошло кое-что странное. Я не успел рассмотреть, что находится внутри, зато хорошо почувствовал, что Бурум шагнул ближе и положил руку мне на плечо, а остальная команда разошлась в стороны, и их позы не предвещали ничего хорошего. Только Дуняняша осталась на месте и густо покраснела.

– А вот это уже обидно, – стараясь говорить как можно небрежнее, сказал я и, стряхнув с плеча руку гнома, отошел от тайника.

– Турхом манатак, – выдохнул Бур, лишь заглянув в тайник.

– Прекрати материться, – строго сказала Нифи, прекрасно понимая, что именно скрывается за системной белибердой, но женское любопытство тут же взяло верх: – Что там?

Слушать дальше я не стал. Во-первых, было немного обидно, а во-вторых, не хотелось бороться со своей жадностью. В главном тайнике босса пятидесятого уровня обычных вещей не могло быть по определению.

Ладно, пусть народ порадуется, а у меня своих дел навалом.

Пройдя еще раз по кругу, все же сумел найти пропущенный маркер замка. Либо причиной была моя невнимательность, либо отметка активировалась после открытия главного хранилища.

Все прошло без проблем – проход закрывался замком четвертого уровня.

Дальше мы двигались молча, да и бои шли вяло. Часто приходилось подолгу разбираться с тройками врагов. На третьей грани лабиринта мне удалось найти лишь четыре тайника. Возможно, добыча была не особо впечатляющей, а может, сказалось происшествие у главного тайника уровня, но Бурум выгребал содержимое хранилищ без особого восторга. Да и мое настроение было каким-то увядшим – даже неудача с четвертым тайником пятого уровня не вызвала закономерной досады.

На третьей грани зеркала стен стали еще чище, но по-прежнему в них отражались лишь смутные силуэты. Примелькавшаяся обстановка и рутинность боевой работы стали причиной того, что мы едва не вляпались в серьезные неприятности. За очередным зигзагом лабиринта шедший впереди Бурум внезапно замер и начал удивленно оглядываться.

Все стало понятно, когда мы подошли ближе. Часть коридора обрамляли абсолютно чистые зеркала.

– Ускоряемся, – тревожно скомандовала Нифи, но в тот же момент по стенам пробежала рябь и два отражения гнома шагнули наружу сквозь прозрачную пелену.

Теперь это был бой с вооруженным и очень даже смышленым противником.

Бурум просто не мог стоять на месте, как и его копии, поэтому троица закружилась в боевом хороводе.

– Куруман! – явно не слишком культурно выразилась Нифи, кастуя что-то из своего убойного списка. – В кого стрелять, Тур?!

Интересно, почему было так важно опознание именно со стороны второго гнома?

Но высказаться танк не успел. Один из «тройняшек» получил сильный удар копьем и отлетел на зеркальную стену.

– Тимирука бен, вашу мать!

– Понятно, – повеселев, сказала чародейка и запустила в одного из гномов ледяную спицу. Второго самозванца отметила стрела Угорюма.

Через минуту все закончилось. Бурум с перекошенной мордой обобрал тела своих зеркальных клонов и озадаченно застыл, разглядывая полную копию своего копья.

– Однако…

– Что будем делать? – задала насущный вопрос Дуняняша.

– Идем дальше, – решительно заявила наш лидер.

– Но если из зеркал вылезут все наши отражения, да еще в двойной дозе, будет беда, – оторвался от созерцания копья Бурум.

– Заклинанию в ловушке нужно откатиться, так что не тормозим, – упрямо тряхнула волосами чародейка и пошла вперед.

Делать нечего – все двинулись следом.

Увы, Нифигесса ошибалась – как только мы оказались посреди участка с прозрачными зеркалами, которые превращали коридор в фантасмагорическое пространство с бесконечными отражениями, вдруг раздался звон.

Я действовал на голых инстинктах, абсолютно не осознавая причин. Хватило буквально секунды, чтобы выудить из сумки колбу и уронить ее на пол. Коридор моментально заволокло густым туманом, в котором начали плясать маленькие молнии.

– Зацеп, что ты творишь, придурок?! – взвизгнула чародейка, а вынырнувший из вихрей тумана Тур свалил меня на землю и придавил ногой. Абу возмущенно заверещал и, забыв о страхе, кинулся на гнома.

Спорить смысла не было – либо все напрасно и прямо сейчас нас всех положат, либо через тридцать секунд объяснения уже не понадобятся.

К счастью, верным оказалось второе предположение. Туман осел, и в широком коридоре осталась наша команда и двенадцать мутных призраков гуманоидного типа без оружия. Задачка сложная, но небезнадежная.

Тур моментально отпустил меня и, аккуратно оттеснив к стене хилершу, прикрыл ее щитом. Бур залихватски свистнул, чем явно запустил свой вариант агра. Свист привлек к белобрысому гному восемь призраков, которых он и увел дальше по коридору. Несмотря на квадратную фигуру, двигался гном ловко как хорек, успевая при этом атаковать копьем.

Нифи вскрикнула, получив удар туманной лапой, и вдруг завертелась словно юла. В стороны полетели острые льдинки. Досталось даже мне – ополовиненная грубостью гнома жизнь просела еще процентов на десять.

Атаковавших чародейку призраков повалило на землю. Встать им не дали стрелы Угорюма. После этого лучник перенес свое внимание на мечущегося по коридору пуллера.

– Бур, строй! – крикнула Нифи, выуживая из-за спины Тура оторопевшую Дуняняшу. – Работаем стандарт!

Бурум услышал команду и метнулся к прикрывшему группу напарнику. Дальше все прошло по стандартной схеме.

Нужно отдать должное, Дуняняша сначала проконтролировала состояние бойцов и уже затем занялась мною, но сделала это по-особенному. Она подошла вплотную и, глядя на меня глазами котенка, прижала свою ладошку к моей щеке. По телу пробежала будоражащая волна оздоровления. Проняло меня не шуточно – да уж, иметь дело с хилершами не только полезно для здоровья, но и очень приятно. Стоит в этом плане поэкспериментировать, только нужно найти специалистку постарше.

– Спасибо, – по-доброму улыбнулся я Дуняняше.

В ответ девочка приободрилась и серьезно кивнула.

В этот раз долго блуждать по многогранным коридорам нам не пришлось, и уже через полчаса мы оказались в большой пещере.

– Только не это… – застонал я, видя, что легендарные пауки вымерли не полностью. В центре пещеры на камне сидел стеклянный паук, похожий на тех, которых иногда продают в сувенирных магазинах. Только этот паучок был размером с грузовик.

– Что, не любишь пауков? – не преминул вставить свое слово Бур. – Нифи, как это называется?

– Арахнофобия.

– Во, – не рискнул повторять сложное слово весельчак.

– А ты имел дело с шакрами? – вопросом на вопрос ответил я.

– Да ну?! – удивился гном. – Ты что, менял персонаж?

– Нет, это мой первый.

– Тогда как такой нуб мог столкнуться с шакрой?

– Было дело…

– Интересная жизнь у взломщиков. Тур, кажись, мы не ту профессию выбрали.

Разговор немного затянулся, поэтому неудивительно, что вновь послышался звонкий хлопок в исполнении Угорюма.

– Так, хватит болтать, как бабам базарным. Беремся за дело, – оживилась Нифи.

– Ну как хотите, – пожал плечами пуллер, – хотя я бы не совался.

Да уж, Бур действительно был прав. У тронного камня крутились с десяток паучков поменьше, но хуже всего было то, что они неплохо отражались в практически чистых проплешинах и без того не очень мутных стен.

Бур мячиком прокатился вперед и запустил топориком в паучка из свиты. Топоры у него были непростыми, потому что на него рванула не вся толпа, а только подранок.

Впрочем, совсем незаметно «выудить» моба из стаи не удалось. Главный паук со стеклянным звоном защелкал хелицерами, и я вновь ощутил, как ноет челюсть. Из стен буквально повалила волна туманных пауков и гуманоидов, отдаленно напоминавших копии нашей группы.

Подраненный гномом паук замедлил бег, пропуская вперед отражения.

– Бур, тяни эту скотину! – крикнула Нифи.

– У меня тут не оружейная лавка! – возмущенно заявил гном.

Больше не споря, гном молча выудил еще один топор и метнул его в паука. Со звуком бьющегося стекла оружие воткнулось возле своего собрата, и замедлившаяся тварь рванула вперед с еще большей скоростью.

Через секунду стала понятна настойчивость чародейки. Вырвавшись вперед, телохранитель босса свел вместе стеклянные хелицеры, и между ними пробежала искра. Зародившаяся от этой искры молния врезалась в щит Тура, просадив его здоровье на треть.

– Тур, масс-агр! – крикнула Нифи и тут же добавила: – Бур, тащи его дальше. Отсекаем.

Что она хотела этим сказать, было понятно только наполовину.

Танк зарычал, перетягивая на себя внимание толпы призраков, а Бурум запустил в паука еще один топорик.

Похоже, у него в сумке действительно оружейная лавка.

Я слегка зазевался, и Дуняняша, ухватив меня за руку, потащила в сторону выхода. Увы, уйти нам не дали – рядом с выходом имелся один чистый участок зеркала, рядом с которым уже стояла копия Угорюма.

А это очень нехорошо.

Хилерше хватило опыта, чтобы быстро потащить меня в сторону небольшой пещерки, где не было ровных поверхностей, а только переплетение бывших ветвей. Сейчас это было больше похоже на пещеру в массиве горного хрусталя. Бур и Нифи отсекли от охранника босса всякую шушеру, а лучники-близнецы начали свою собственную дуэль.

Дуняша буквально втолкнула меня в пещерку и тут же сама спряталась за спинами Бура и Нифи. Она явно чего-то ждала.

Небольшой заслон из танка и чародейки сумел сдержать атаку паука и двух туманных призраков, а через секунду в спины мобов начали втыкаться стрелы.

Когда оставшийся в одиночестве паук наконец-то упал на пол, в пещерку ввалился Угорюм. Тут в дело вступила Дуняняша. Она исполнила довольно симпатичный мини-танец, и на каждого участника команды сверху полетели желтые лепестки. Странно, что при этом я ничего не почувствовал.

Скорее всего, она каким-то образом снимала с группы агр монстров, потому что туманные твари тут же оставили нас в покое.

А как же Бур? Да никак.

Когда мне удалось выглянуть из пещерки, по месту, где гном принял условно-последний бой, озадаченно бродили мобы, но Тура там уже не было.

М-да, неприятная ситуация.

Команда устало опустилась на пол. Общее настроение было далеко не радужным.

– Так, – решительно тряхнула головой Нифи, – на сегодня хватит.

В ответ Бур лишь кивнул и без лишних напоминаний подошел к телам.

– Зацеп, сейчас узнаем, насколько ты везучий, – без особого веселья сказал пуллер, прикасаясь к неподвижно застывшему пауку. – Да уж, дур… в общем, новичкам везет. Давай лапу.

Пожав левую руку гному, я увидел в окне передачи голубой кристалл размером с голубиное яйцо. Рассматривать его сейчас не хотелось, поэтому просто завершил сделку, но гном не спешил отпускать мою ладонь.

– Ты это… не держи зла, если что. И спасибо за идею с дымом. – Было видно, что гном не являлся любителем подобных разговоров, поэтому, не дождавшись моей реакции, он обратился к чародейке: – Может, не будем зарабатывать виртуальный геморрой в этой пещере, а посидим на кушетках в кланхолле?

– И то правда, – согласилась Нифи. Она достала портальный маяк и с хрустом воткнула его в каменный пол.

Мои новые знакомые уходили без особых прощаний – только Дуняняша робко помахала рукой и тут же исчезла в серебристом овале портала.

Когда в пещерке остались только мы с Нифигессой, чародейка коротким жестом свернула портал и спрятала портальный жезл в сумку.

Тактика использования мобильных порталов мне была не знакома, поэтому я немного напрягся. Мало ли что творится в этой симпатичной головке… Скорее всего, мои мысли отразились если не во взгляде, то в позе.

– Все нормально, – чуть улыбнулась чародейка, – я уйду с помощью свитка к нам в кланхолл, а тебе нужно в Славию, к тому же нам стоит поговорить.

– Давай поговорим, – равнодушно пожал плечами я, присаживаясь на кристаллическое образование, когда-то бывшее пнем. Нифи просто прислонилась к стене.

– Но сначала закончим с формальностями. Зацеп, контракт закрыт. У тебя есть претензии?

– Претензий нет, – ответил я стандартной фразой, на что тут же отреагировал мой браслет.

– Я не буду извиняться за то, что мы тебе не доверяли.

– Этого и не требуется.

– Но тебе было неприятно, когда все взяли тебя на прицел.

– Тому, кто выбрал профессию вора, не приходится рассчитывать на всеобщую любовь. Кто жаждет всеобщего восторга, тому лучше стать паладином.

– Ты странный вор…

– Слава богу, уже не вор, а взломщик. По крайней мере, звучит не так мерзко.

– Хорошо, что ты все понимаешь, – кивнула девушка, – надеюсь, поймешь и то, что между нами не может быть ничего эдакого.

О как – с места в карьер…

– Ну, в любви я тебе не признавался.

– Между нами не может быть даже флирта, – с каким-то нездоровым упрямством тряхнула головой Нифи.

– Ты решила уйти в монашки? – решил пошутить я, но шутку не оценили.

– Зацеп, я серьезно. Не знаю, зачем ты пришел в Сэкаи, а мы здесь не в бирюльки играем.

– Подожди, Нифи, – разговор начал откровенно напрягать меня, – я не впечатлительный юноша и не буду страдать оттого, что симпатичная девушка отказалась флиртовать со мной. Это не может стать проблемой.

– Может, – не сдавалась девушка. – Ты прошел проверку, и наш клан будет работать с тобой дальше. Очень высока вероятность, что это будет именно наша группа. Возможно, мы даже станем друзьями, и знаешь, что будет дальше?

– Просвети меня, – может, холоднее чем нужно осведомился я.

– Ты захочешь познакомиться с нами в реале.

– Я знаю, что значит светло-синий ник…

– Ты ничего не знаешь, – внезапно разозлилась Нифи. – Как думаешь, почему Румы так хорошо чувствуют друг дружку?

Этот вопрос был явно риторическим.

– Три года назад у них была операция. Одна на двоих. – Заметив, что я ничего не понял, Нифи рассердилась еще сильнее: – Раньше они являлись одним целым и имели две ноги на двоих.

Девушку затрясло, и виной этому явно было то, что она выдала чужую тайну. Почему? Как мне кажется, по очень простой причине – чтобы не выдавать свою. Другой вопрос, зачем девушка вообще начала этот разговор…

– Нифи, – не вставая с пенька, тихо сказал я, – это все равно игра. Пока я не узнаю того, что творится с тобой и твоими друзьями в реале, для меня вы будете гномами и полуэльфами. И ты сама можешь решать, что мне знать, а что нет. Поэтому не стану клясться, что не буду заигрывать с тобой, потому что нормальный полуэльф не может не обращать внимания на симпатичную представительницу своего вида. Здесь и сейчас это намного важнее того, что происходит в реале.

Из меня неважнецкий психолог, но, судя по тому, что из глаз Нифи исчезли искры злости, слова были подобраны правильно.

– Ладно, давай разбегаться, – со вздохом сказала Нифи и махнула рукой моему пету, как мышка притаившемуся у меня на плече. – Пока, Абу.

Бросив мне пергаментный свиток, Нифи сжала в кулаке свой и исчезла в яркой вспышке.

Свиток я поймал только благодаря раскачанной ловкости, потому что в этот момент думал совсем о другом.

И что это было? Зачем вообще выяснять отношения с человеком, которого знаешь всего несколько часов? Зачем мне знать, что Турум с Бурумом являются сиамскими близнецами? Не думаю, что Нифи подобным образом инструктирует всех, кто временно примыкает к группе Шалых. Тогда в чем дело – может, это мне стоит опасаться особого отношения девушки к моей персоне?

Возможно, в свете происходящего все же следовало сказать о тайнике?

Да ну их, эти мелодрамы.

Решительно тряхнув головой, я встал и подошел к хрустальной стене, возле которой минуту назад стояла девушка.

Когда она прислонилась к стене, я заметил чуть светящееся пятно замка. Это случилось спустя несколько секунд после того, как была произнесена формула завершения контракта. Перебивать Нифи было не совсем красиво, а после этого признание выглядело бы совсем нехорошо. К тому же глубоко в душе мерзким червяком копошилась мысль, что с этим походом Живые, мягко говоря, надули меня.

В общем, ситуация спорная, но переигрывать было поздно, поэтому, вздохнув, я направился к пятну.

Замок оказался пятого уровня, и, честно говоря, опять же глубоко в душе, я надеялся, что ошибусь, и ничто не нарушит мое душевное равновесие.

Как это часто бывает – все получается идеально, когда на это совсем не надеешься. Быстрое нажатие трех клавиш открыло мне доступ к небольшой нише, в которой лежал уже знакомый кристалл.

И смех и грех, честное слово.

Больше ничто не держало меня в диковинных гротах Зеркального лабиринта, поэтому я сжал в кулаке портальный свиток.

Вырвавшийся из свитка поток света окружил меня стремительным вихрем, а когда он рассеялся, перед глазами предстала громада княжеского дворца. Стоявшие рядом стражники не обратили на меня никакого внимания, что заставило взглянуть на мигающий камень информационного браслета.

А посмотреть там было на что. Равнодушие стражников становилось вполне объяснимым – теперь полуэльф Зацеп поднялся до одиннадцатого уровня.

Кроме основного уровня вырос и уровень взлома, причем достиг второго уровня. Если судить по тому, что мне все же пришлось угадывать код последнего замка, это случилось как раз после его открытия. Баф еще действовал, так что я мог легко открывать замки пятого уровня. Даже руки зачесались попробовать взломать секретер в моей комнате, но слишком уж многое лежало на чаше весов, чтобы так рисковать.

В принципе меня никто не подгонял, так что будем действовать последовательно.

До заката было достаточно времени, поэтому я направился к Обители Хранителей неспешной походкой туриста. Причем так увлекся созерцанием красот княжеского квартала, что прогулка затянулась.

Тэмуджин уже ждал меня на месте, нервно меряя шагами расстояние от парковой скамейки до ближайшего дерева.

– Я думал, ты уже не придешь… – недовольно проворчал он.

– Чего ты ворчишь? До заката как минимум полчаса. Ладно, пошли за подарками.

Туи уже ждала нас у входа и, как мне показалось, была чем-то недовольна. Помощница Хранительницы без вступления протянула руку, в которую я и вложил добытый в доме ростовщика документ.

– Первым за наградой пусть идет твой помощник, – коротко сказала она.

Тэмуджин быстро подошел к знаку на стене, и перед ним на несколько секунд возник образ Хранительницы. Когда она исчезла, убийца резко схватил висящий в воздухе предмет и довольный, как обожравшийся сметаной кот, направился ко мне.

– Все, Зацеп, мы с тобой в расчете. – С этими словами он протянул ко мне левую руку и передал шаромет.

– Теперь ты, – по-прежнему холодно сказала Туи.

Блин, да что здесь творится-то?

Оценить настроение появившейся на мгновение Хранительницы было трудно – ее лицо по-прежнему было непроницаемым. Когда невесомый образ растаял в воздухе, я увидел, как мигнул камень на браслете и… все.

– Что за ерунда? – повернулся я к Туи, проверив информационный свиток.

Сообщение гласило, что мною был получен только опыт.

– Ты разочаровал меня, Зацеп. Хотя я понимаю, вору трудно служить Хранительнице справедливости.

– Да что, черт побери, происходит? Ты можешь объяснить по-человечески?

– Ты решил схитрить и сам себя наградить за благородное дело. Хранительница посчитала, что этого достаточно.

«Вот зараза!» – Это была только мысль, но Туи легко прочитала ее в моих глазах.

Она печально покачала головой и растаяла в воздухе.

Чтобы хоть немного успокоиться, я направился в парк и до самой темноты бродил по дорожкам, но лучше бы вышел в реал. Войдя в ставшую очень густой тень дерева, я опять почувствовал, что не могу двигаться. Кожу на горле оцарапала кромка клинка.

– Извини, Зацеп, но заказ на тебя никто не отменял, – без малейшего раскаяния сказал Тэмуджин. – Еще пять раз, и я оставлю тебя в покое.

Мир взорвался алыми сполохами, и тяжелый дебаф в который раз придавил меня к кровати.

Единственным утешением в этой мерзкой ситуации было то, что из сумок ничего не пропало. Убийца оказался честным, но все равно мы еще вернемся к взаимным расчетам.

Глава 4

Погода была похожа на мое настроение – небо хмуро смотрело на землю, но при этом вокруг было достаточно сухо и тепло. Бим с самого утра толкался в своей конуре и недовольно подвывал. Пришлось повести его гулять, да и самому развеяться.

С одной стороны, все шло хорошо. В Сэкаи я – всего ничего, но при этом уже начал зарабатывать неплохие деньги. Судя по форумам, добытый мною в тайнике кристалл очень ценился у артефакторов и стоил как минимум пятьдесят золотых, а это, на секундочку, пять тысяч в вечнозеленых бумажках. Тогда почему мне было так муторно?

– Так, это не дело, – тряхнув головой, сказал я Биму. На что пес ответил согласным лаем. – Хватит бездельничать, пора заняться делом. Я пойду зарабатывать деньги, а ты сторожи дом.

Перед погружением в виртуальный мир меня вызвонила Тома. Сестра в очень ярких выражениях описала, как она устала ждать, и в который раз поторопила с приобщением ее к Сэкаи. Так что нужно поднапрячься.

Гайкокрут встретил меня радушно, но вид кристалла, добытого из электрического паука, почему-то заставил его нахмуриться.

– Не буду спрашивать, где ты его добыл, но кристалл – сорокового уровня, и оружие для него нужно такое же.

– Так в чем проблема? – спросил я и выразительно посмотрел поверх головы полугнома, намекая на его собственный восьмидесятый уровень.

– Зацеп, мы с тобой больше чем собутыльники, но меньше чем друзья. Так что нужна доплата, а судя по твоим доходам, тебе это не понравится.

Понятно, дружба дружбой, а табачок врозь. Заявление полугнома не вызвало во мне ни малейшего возмущения – сам так думал.

– Хорошо, – с улыбкой сказал я, доставая найденный в тайнике кристалл размером с два кулака. – А если так?

– Совсем другое дело! – Повеселев, полугном так хлопнул меня по плечу, что едва не свалил с ног. – Все сделаем в лучшем виде, даже на сдачу отсыплю тридцать золотых.

М-да, дороговато обходится мне оружие. Даже не знаю, нужны ли мне такие сложности. Но испорченные отношения с Гайкокрутом явно обойдутся дороже. К тому же десяток золотых туда – десяток сюда не сделают погоды.

Пока полугном занимался переделкой шаромета, я сбегал в банк, оплатил два месяца аккаунта и теперь мог играть со спокойной душой. Конечно, оставалось недоразумение с моей покровительницей, но надеюсь, со временем разрешится и этот вопрос.

Кроме опыта за возвращенный документ мне изрядно досыпали очков «чудака», и до следующего уровня осталось не так уж много. Огорчало другое – проверив логи, я увидел, что проказы с обличающими надписями на спинах у зрителей давали уже сущие крохи прироста к моему странному достижению. Впрочем, все не так плохо, потому что в голове уже давно зрела интересная идейка, которой следовало поделиться с полугномом.

– У меня есть одна задумка, – начал я и, мельком глянув на обновленный шаромет, запихнул его в сумку.

– И с чего ты взял, что мне это будет интересно? – проворчал Гайкокрут, явно недовольный тем, что я не похвалил обновку.

– Извини, Крут, но когда в голове вертится идея, думать о чем-то другом очень трудно.

– Да уж, бывает, – все так же ворчливо, но уже без обиды сказал полугном, явно сравнивая свою реакцию с недовольством собственной жены в подобных случаях. Уверен, что в начале своего бизнеса он только о железяках и думал. – Ладно, выкладывай, что ты там придумал.

– У тебя получится сделать аппарат, который будет красить амуницию игроков в определенных местах. Причем без их на то согласия.

– В Сэкаи можно все, но городские власти за порчу чужого имущества без причины наказывают очень сильно. Ссориться с ними я не собираюсь.

– А если причина окажется весомой и при этом ущерб игрокам будет только моральным?

– Нужно думать и говорить с бургомистром. Если твоя затея мне понравится, так уж и быть, переговоры беру на себя.

– Есть один нюанс: нужно, чтобы этот аппарат мог прочитать некоторую информацию об игроках, – усложнил я и так не простую задачку, а затем начал излагать свой план.

Гайкокрут долго хмурился, но постепенно и сама идея и техническая задача начали захватывать прирожденного инженера. Так что дело пошло.

Споры с боярским советом отняли больше времени, чем создание самого аппарата, так что в мастерской мы проторчали до позднего вечера. Мне даже пришлось силой тащить полугнома на главную площадь, чтобы он немного развеялся, наблюдая мое выступление.

«Краситель Гайкокрута» – так назвала система новый аппарат – пришлось доводить до ума уже утром, и к обеду мы направилась к башне, через которую можно было попасть в стартовую деревню. Чтобы выйти туда другим путем, пришлось бы потратить как минимум полчаса, и этот нюанс тоже повлиял на возникновение моей идеи.

Так как все это нужно было лично мне, то установку следовало проводить самому, поэтому полугном протянул левую руку, чтобы передать похожий на самовар агрегат.

Стражники у башни минут десять наблюдали, как я креплю к стене странную штуку, и только после этого поинтересовались, какого демона здесь происходит. На этот случай у Гайкокрута имелась нужная бумага от боярского совета. Недовольство стражников это успокоило, но сильно возбудило любопытство.

После окончания монтажных работ я достал из сумки небольшой бочонок пива, и мы вчетвером присели на небольшой лавочке. Хоть стражникам и не полагалось пить на посту, они не сумели удержаться от соблазна и вынесли из сторожки свои кружки.

Ждать пришлись не так уж долго. Пока из города и обратно шастали игроки в «распашонках» и простеньких нарядах, все было нормально. Но вот из проулка вынырнул игрок, чей ник не смог прочитать даже я. Хорошая экипировка и уверенное поведение говорило, что в нубятник этот паренек идет не просто так.

Убийца подозрительно посмотрел на нашу компанию, но все же прошел в ведущий за стену коридор. «Самовар» пыхнул ему вслед, а через секунду из прохода послышалась хоть и непонятная, но очень яростная тарабарщина.

Убийца выскочил обратно и начал орать, зыркая по сторонам в поисках обидчика. Конечно, он сразу же сунулся к нам, но посерьезневшие вдруг стражники остудили пыл рассвирепевшего игрока.

Постепенно возле нас собирался народ и тут же вливался в общее веселье, тем более что посмотреть было на что. Стильный черный наряд убийцы у бедер был покрашен белой краской, и казалось, что убийца натянул поверх штанов белый подгузник.

После разрешения властей Гайкокрут настроил покрасочный аппарат так, чтобы он определял дуэльный счетчик игрока, независимо от его уровня. В общем, я посчитал, что дуэлянтам нечего делать в нубятнике, о чем им и напомнит новое украшение на одежде.

Конечно, краска продержится недолго, но это уже не важно.

Убийца быстро опомнился и, подарив мне выразительный взгляд, быстро переоделся. Жаль, что у него нашелся сменный наряд. А вот то, что он не стал угрожать – это уже плохой признак. Что-то в последнее время у меня не очень складываются отношения с убийцами…

Отсмеявшись, Гайкокрут вытер набежавшие слезы и повернулся ко мне:

– Шикарная затея, с тебя сорок золотых.

– Что? – немного опешил я.

– Извини, друг, но работать за спасибо мне не позволяет профессиональная гордость. Все что могу сделать, так это не торопить с расчетом.

Да уж, повеселились… Хоть одно утешало – увеличение очков «чудака» было несоизмеримо большим, чем наказание жадных зрителей.

Слова полугнома вернули меня в реальность и заставили заняться делом. На последние деньги я зарегистрировался в гильдии наемников и оставил там объявление:

«Взломщик с основным умением второго уровня предоставляет свои услуги по открытию дверей и тайников в локациях от 20 до 30 уровней. Условия найма: содержимое каждого второго тайника».

Это немного не вписывалось в устоявшиеся традиции, и на более высоких уровнях никто не согласится, но пока мне придется иметь дело с новичками, так что нужно было попробовать.

Первое письмо пришло через два часа, за это время я успел подтянуть мелкие дела, а также восстановил запасы зажигательных снарядов и, как оказалось, очень полезных «дымучек».

«Чувак, у нас зачетная компашка. Идем в подземелья Туробороса. Давай с нами», – гласило первое приглашение, которое я сразу же удалил. И не то чтобы мне было не по пути с «зачетными чуваками», просто подземелья Туробороса – не место для легкомысленных ребят. Там сильные кланы качали своих новичков. Уровень подземелий действительно не превышал тридцатого, но при этом все мобы имели поднятые до предела умения и рвали на клочки даже крупные команды, которые не имели тяжелого сопровождения. Кроме грабителей в Сэкаи был еще один вид игроков, искусственно удерживающихся на низких уровнях. Так называемые опекуны водили молодежь в сложные локации, где прирост опыта достигал максимальных значений. По опыту и выпадающим из монстров ценностям каждая локация была вариативной – при расчете учитывался не количественный, а качественный состав группы. Система выводила средний уровень группы и реагировала соответственно. Групповой дебаф на численный перевес в дуэли породил гопников, а усреднение уровня группы вызвало появление опекунов.

То, что в сообщении не упоминались эти специфические ребята, и заставило меня отказаться от предложения.

Когда я уже думал наведаться в ближайший лесок и погонять живность шарометом-электрошокером, пришло второе послание:

«Идем в Ущелье смеха. «Малая звезда». С нас кач и обратный свиток».

Вот это уже другое дело. Опекунов по-прежнему не было, но если верить энциклопедии, эта локация не требовала усиления.

Быстро отписавшись игроку с ником Мороган, я направился в сторону западных ворот. Теперь на мне был обычный для зажиточного горожанина камзол, и до времени светить свой специфический наряд я не собирался. Не мешало бы сменить его на что-то уровнем повыше, но пока не было ни времени, ни денег.

Группа Морогана полностью состояла из людей, причем компания была исключительно мужской. Из пяти человек двое одиннадцатого уровня, а остальные – хорошо за тридцать. Такой разнобой также благоприятно влиял на подсчеты системы, но опекуны все же работали эффективнее. Ребята выглядели серьезно, поэтому я без особых сомнений согласился вступить в группу.

К сожалению, двухместных маунтов не нашлось, так что мне пришлось бежать, удерживаясь за седло лошади предводителя. Конечно, это не было запланировано, но входило в долгосрочную стратегию. Благо в сумке уже имелось зелье, снимающее усталость. Для моей профессии выносливость нужна была не меньше ловкости, а пока она находилась на удручающе низком уровне.

Эффект усталости в Сэкаи выражался практически так же, как в реальной жизни. Привязка к седлу не позволяла мне отстать от идущего рысью отряда, но такой способ передвижения очень быстро изматывал, зато прокачка выносливости шла полным ходом.

К разрезавшему горный массив ущелью я добрался в совершенно измотанном виде и без запаса восстанавливающих зелий.

Еще одной причиной, почему я согласился на предложение этой команды, был выбор локации. Ущелье смеха – очень специфическое место с особой историей.

Когда-то здесь расположился табор большой артели скоморохов, которые сдуру умудрились поссориться со своей покровительницей. Вроде бы Хранительница праздности и веселья с милым именем Литу обладала легким и незлобным нравом, но в этот раз имеющаяся в каждом духе темная ипостась разошлась не на шутку. И причина для злости у нее была – решив увеличить свои доходы, артель перешла под опеку Шохура. С поддержкой Хранителя коварства скоморохи не только веселили народ, но и неплохо обирали его, иногда не брезгуя убийствами.

В общем, Литу это не понравилось, и решившие заночевать в ущелье скоморохи там и остались. Теперь им суждено вечно веселить народ именно здесь, но жаждущие развлечения разумные обходили это место десятой дорогой. И только такие, как команда Морогана, посещали представления проклятых скоморохов, но отнюдь не с целью похохотать.

– Зацеп, ты в норме? – спросил Мороган, дав мне пару минут поваляться на траве.

– Если в ближайшие полчаса не будем бегать, то все в порядке.

– Не будем. Сейчас только медленно и глядя во все стороны. Не самое веселое место.

– Ну и славненько, – сказал я, со стоном поднимаясь на ноги. – Можно, зверушку выпущу?

Лидер недовольно сжал губы, но возражать не стал.

Абу возник в воздухе и тут же забрался на мое плечо, а вот после этого мой питомец повел себя странно. Он оскалился и зарычал на Морогана. Ну, рыком это, конечно, не назовешь, так – полувизг-полухрип…

– Он у тебя не бешеный?

– Вроде нет, – ответил я, удивленно глядя на мартышку. – Абу, у тебя что, бананы скисли?

Разбираться со странностями поведения питомца никто не собирался, и группа, образовав боевой ордер, двинулась ко входу в ущелье.

Я быстро напялил на себя перекрашенный в камуфляж наряд скомороха и постарался не отставать.

Судя по поведению членов отряда, они здесь не первый раз, а вот меня открывшийся вид выбил из колеи.

Трудно передать увиденное, но больше всего это было похоже на огромный цирковой бивуак, который вымер лет эдак триста назад. Все палатки и шатры зияли прорехами, а канаты свисали вниз размочаленными и лохматыми лианами. В прошлом веселые краски на полотнищах и деревянных деталях фургонов давно выцвели. К тому же все было припорошено пылью, которая, казалось, не лежала на предметах, а глубоко въелась в них.

Плотное полотно тишины прокалывали лишь тихий звон раскачивающихся на слабом ветру колокольчиков и шелест обрывков ткани.

Внезапно тишину рассек утробный смех. Не знаю как у моих напарников, а вот у меня по спине пробежал холодок.

В принципе подобный антураж больше подходил для Союза вольных городов. Американцы с детства практически поголовно страдают так называемой коулфобией. Впрочем, благодаря голливудским страшилкам, боязнь клоунов прижилась и у нас.

Блин, не хватало в придачу к зарождающейся арахнофобии получить еще и эту мерзость…

Тесно стоящие шатры сильно ограничивали обзор и превращали ущелье в огромный лабиринт.

– Хой! – вдруг крикнул рыцарь-танк, и тут же в его щит врезался большой тесак, а следом на группу скакнуло нечто в ярких лохмотьях и на длиннющих ногах.

Танк не сплоховал, прыгнув вперед и перерубив мечом ноги-ходули. Мутировавший до неузнаваемости циркач свалился на землю, но даже на обрубках ходулей не утратил подвижности; он резко прыгнул через шагнувшего назад танка, но напоролся на удар «воздушного молота» и отлетел назад. Теперь ему подняться не дали – «воздушный вихрь» подхватил корчащееся тело, в которое тут же начали втыкаться стрелы.

Через две секунды все закончилось.

Пуллер, на должности которого в этой команде находился убийца-даггер, прикоснулся к телу, выгребая добычу.

– Дальше! – скомандовал Мороган.

Следующий противник обнаружился за поворотом. На этот раз их было трое – посреди небольшой площадки между звериными клетками и двумя шатрами обнаружилась компания скоморохов с раскрашенными лицами, игравшая в кости на большой бочке. Казалось, они не обращают на нас ни малейшего внимания. Но когда пуллер шагнул вперед, собираясь вытащить цель, державший стакан с костями скоморох сделал резкое движение.

Вылетевшие из стакана кости устремились к даггеру, в полете превращаясь в огненные шары.

Ловкости кинжальщику было не занимать – он моментально упал на спину. Первый шар сбил щитом танк, а два других остановил «воздушный щит» в исполнении мага.

Жизнь танка немного просела, на что тут же среагировал лекарь, вернув линейку жизни в первоначальное состояние. В отличие от Дуняняши, он сделал это парой скупых жестов.

Разочарованно взревев, два чрезмерно толстых и один худой как щепка, скоморохи, выхватив какие-то крюки, рванули к нам.

Оба танка встали рядом, а вот пуллер не скрылся за их спинами, а, скакнув за штабель раскрашенных коробок, исчез. Он еще явно скажет свое слово в этой драке.

Танк-рыцарь принял толстого скомороха на каплевидный щит, по которому тут же пробежала сиреневая волна. Монстр отреагировал на это довольно странно – он внезапно обмяк и мешком свалился под ноги рыцарю. Танк не стал медлить и, подняв щит, воткнул его острую нижнюю часть в спину толстяка.

Второго толстяка встретил танк-варвар, но не принял на щит, а врезал ему в грудь шипастой булавой. Острия с мерзким хлюпом вошли в плоть, но силы удара хватило, чтобы отбросить скомороха назад.

Худой мутант решил повторить подвиг «ходунка», причем с тем же успехом. Воздушник встретил прыгуна «плотной волной». Либо маг перестарался, либо так было задумано, но скомороха отбросило метров на пятьдесят. Кувыркающееся тело улетело за большой шатер, причем скоморох продолжал хохотать даже в полете.

Рыцарь добил прижатого к земле толстяка, а вот варвар не успел – внезапно позади поднимающегося на ноги скомороха появился даггер и начал втыкать кинжалы в широкую спину со скоростью швейной машинки.

– Заходим внутрь, – сказал Мороган, едва дождавшись, пока пуллер оберет тела.

Довольно небольшой шатер внутри выглядел намного больше, чем снаружи, и представлял собой практически стандартную арену бродячего цирка.

– Это точка агра, – оценив обстановку, скомандовал Мороган. – Троян, Зацеп – в центр. Держим круговую оборону.

Как только мы заняли позиции, под куполом пронесся противный смешок, и из полумрака зрительских мест на арену полезли обитатели цирка. Половина из них хоть как-то напоминали людей и когда-то были скоморохами, остальные давно превратились в сюрреалистический микс живых людей и циркового оборудования.

Тяжелее всего нам пришлось с метателем ножей и парочкой гимнастов. Перемолов основную массу мобов, танки не сумели удержать гимнастов, а засевший под куполом метатель практически в ноль слил мага. Целитель Троян в последнюю секунду сумел отвлечься от потрепанного варвара и удержать мага.

Приободрившийся воздушник резко сдернул метателя ножей вниз, где его буквально растоптал рыцарь.

– Контроль! – крикнул лидер, но кому был направлен этот призыв, стало понятно, лишь когда в темной нише завихрилась тьма и оттуда чуть ли не в обнимку вывалились наш киллер и его собрат из проклятых скоморохов.

– Тут все, – сказал даггер, символически вытирая кинжалы об одежду моба.

– Зацеп, твоя очередь, – повернулся ко мне Мороган.

В этот раз я уже не зевал и, пока остальные дрались, старался высмотреть пятна замков, но пока ничего не было.

Чтобы облегчить работу, маг повесил за моей спиной светящееся облачко. По крайней мере, это помогло мне осмотреть шатер, не спотыкаясь о всякий мусор. Первое пятно я нашел под трибуной. Рядом тут же оказался даггер.

Замок сюрпризов не преподнес и открылся без проблем. Я отодвинулся в сторону, позволяя убийце забраться внутрь.

– А неплохо, – хмыкнул киллер и, чуть подумав, добавил: – Не знаешь, убийца может взять профу взломщика?

– Не, – мотнул головой я, – здесь либо крутизна, либо ловкие ручки. У меня даже невидимости нет, только «скрыт».

– Да уж, все и сразу – не бывает, – улыбнулся убийца.

Второй тайник мы обнаружили совсем рядом с первым. В нем находилась еще одна кучка серебра, которую я с нескрываемым удовольствием переместил в сумку.

Неплохо – полторы сотни баксов единым махом. Внутри меня начал разгораться азарт.

Третий замок задорно подмигнул мне от бортика арены. Там тоже были серебряные монеты – тенденция, однако.

Закончив выгребать серебрушки, убийца посмотрел на ящик, который, кстати, был мною уже осмотрен.

– А это не тайник?

Всмотревшись внимательнее, я действительно увидел еле заметное свечение.

– Действительно, похоже внимательность у тебя на уровне.

– Тем и живем, – фыркнул убийца.

Этот замок был третьего уровня, а это обещало хороший улов и, что самое главное, добыча по договору принадлежала мне.

Из девяти кнопок активными были шесть, и не будь у меня второго уровня взлома, пришлось бы выбирать три из шести. Но благодаря умению система подсветила три верных варианта и один неверный. Что по этому поводу говорит теория вероятностей, мне в этот момент было безразлично. В походе с Шалыми мне поддавался каждый третий замок, который был на уровень выше моего навыка.

– Ну, с Богом, – прошептал я и нажал на три кнопки из четырех подсвеченных.

Когда замок щелкнул и дверца в ящике чуть приоткрылась, я едва сдержал вопль радости. Моя рука осторожно открыла дверцу и… замерла на полпути к скрывающемуся в нише предмету. За секунду до этого в ушах тренькнул сигнал пришедшего сообщения.

– Не так быстро, – без особого злорадства, но и без раскаяния произнес убийца. – Пожалуй, нам это пригодится больше, чем тебе.

Я напряг мышцы, но от этого лишь больше скрючился – стан убийцы был не хуже, чем у Тэмуджина.

Мороган обошел ящик и присел передо мной.

– Ничего личного, взломщик, – заглянув мне в глаза, сказал патилидер. – Вас, халдеев, нужно ставить на место. Ты захотел больше, чем тебе позволили, и получи по заслугам.

Говорить, что ни о каких запретах мне не известно, смысла не было, поэтому я ограничился лишь свирепым взглядом.

Где-то на заднем плане завизжал Абу, он наверняка попытался кого-то укусить.

Добивать они меня не стали, просто ушли. Через пару секунд стан сошел, но в шатер уже заглянул пузатый скоморох с окровавленным тесаком.

Я, конечно, попытался вывернуться, используя свои навыки в акробатике, даже забрался на канат под куполом, но там меня встретил уже местный акробат и, вцепившись в мою спину, сдернул вниз. В момент приземления мне выпала роль амортизатора, так что мир мигнул красным, выбрасывая моего перса в личный кабинет.

Вставать я даже не пытался и сразу вышел в реал.

Глава 5

Остаток дня и следующее утро я потратил на вдумчивый анализ. И результат меня не очень порадовал. Негласные правила в среде игроков пока работали против меня. Возможно, удержание взломщиков в узде распространялось лишь на крупные кланы, это следовало проверить, но все равно нужно менять тактику.

Несколько часов, проведенных в сети, окончательно убедили меня, что одиночке в игре не заработать. Мне нужен напарник. Далеко ходить за ним не нужно – Тома мне уже плешь проела требованиями срочно обеспечить ей допуск в Сэкаи. При этом она воспринимала будущие приключения как развлечение. Что ж, мою сестричку ждет небольшое разочарование.

Так, теперь – что насчет формальностей? Все оказалось намного проще, чем выглядело на первый взгляд. Стоило только зайти в кредитный отдел официального сайта корпорации, и тут же выяснилось, что получить капсулу для сестры можно было сразу после достижения мною профессии взломщика. Виртуально-реальный банк давал игрокам различные кредиты. Золотом они, конечно, не швырялись, но тем, кто добрался до второго этапа основной профессии, предоставлялся не то чтобы кредит, а возможность получить еще одну капсулу в долг, тем самым увеличивая количество дорогущих аккаунтов.

В улаживании формальностей моя сестра была намного сильнее меня, поэтому, собрав необходимую информацию, я позвонил Томе и свалил все на нее.

Ничего: хочет играть – пусть работает. С моей стороны нужно было лишь отправить от имени Зацепа заявку на приобретение игровой капсулы в долг.

Это наверняка займет немало времени, так что не мешало бы проверить некоторые догадки, перед тем как резко менять игровую стратегию.

Уже когда лепестки полушлема нейроинтерфейса начали сходиться, я кое-что вспомнил и, позвонив Томе, поставил жесткое условие: не создавать персонажа без моего разрешения.

Сестричка у меня страсть какая шустрая, и чтобы побыстрее оказаться в игре, может попросту загнать ребят из корпорации.

Дебаф уже давно спал, и тело Зацепа вновь было налито силой, но я все равно немного полежал в кровати, собираясь с мыслями.

Выход из кабинета преподнес любопытный сюрприз. Изнутри я открыл нормальную дверь, а когда удивленно развернулся, то увидел, что это уже не дверь, а полог палатки.

Войти обратно не получилось, но в этом нет ничего удивительного – выходил я из своего кабинета, а войти пытался в один из гостевых шатров лагеря трапперов. Теперь, чтобы вернуться, нужно заплатить серебряную монету сидящему за раскладным столиком смотрителю.

С подобным нюансом мне еще не доводилось встречаться. Так как моего персонажа убили далеко от столицы, возрождение произошло в ближайшей гостинице.

Конечно, назвать десяток небольших шатров отелем будет сильным преувеличением, но факт оставался фактом.

Охотничий лагерь наполовину являлся строительной площадкой. Отовсюду доносились стук топоров и визг пил. Интересно, это строительство являлось перманентным или вскоре на этом месте появится нормальный городок?

А мне здесь нравится. Это еще не город, но уже и не палаточный лагерь. Трава до конца не вытоптана, повсюду витает запах свежеспиленного дерева, а дорожки покрывает свежая стружка.

Обязательный для любого населенного пункта Сэкаи рыночно-информационный столб и представительство гильдии наемников нашлись в самом центре строящегося городка.

Ждать не хотелось, и пришлось потратить на несколько серебряных монет больше. Благо в Ущелье смеха меня свалили мобы, а не игроки, так что деньги остались на месте, как и остальные вещи.

Доплата позволила на только разместить мою заявку на гильдейском портале, но и сделать рассылку всем, кто находился в округе.

Первый же ответ полностью меня устроил, и это неудивительно, потому что на этот раз у меня были минимальные требования.

– Привет, – жизнерадостно встретил меня возле поста стражи лучник-человек. – Меня зовут Дыроколлер.

В принципе его перегруженный смыслом ник я увидел и без его представления, хотя это уже мелочи.

Команда была молодой и необкатанной, но и это меня устраивало.

Назвавшись, Дыроколлер перечислил имена своих соратников, среди которых были сразу три танка и ни одного лекаря. Танкующую часть отряда представляли два полугнома и полуорк. Также в этой, так сказать, банде имелись два человека-мага, причем оба огневики, и еще один полуэльф-лучник. Да уж, компания заточена под лихую и, скорее всего, самоубийственную атаку, без малейшей тактики, не говоря уж о стратегии.

– Условия устраивают? – уточнил я, не желая лишних споров.

– Да, – небрежно махнул рукой Дыроколлер.

В этот раз мы обошлись без маунтов – до Ущелья смеха было не так уж далеко. Благодаря забегу с бандой Морогана моя выносливость позволяла держать темп, заданный нетерпеливыми игроками на десяток уровней сильнее меня.

Повторное посещение долины уже не было для меня шоковым, хотя неприятная дрожь присутствовала. Что-то неуловимое давило на психику и вызывало постоянную тревогу.

Мороган сразу после входа в долину выбрал левую сторону и шел практически у скал, а вот Дыроколлер, без особых затей, повел группу прямо по главной тропинке. Не уверен, что он действительно собирался дойти до виднеющегося вдали главного шатра, но самоуверенности ему не занимать.

Первая встреченная нами персона выглядела не так устрашающе, как играющая в кости троица. И все же вид похожей на цыганку старухи-гадалки вызывал опасения, особенно учитывая, что здесь по определению не может быть случайных персонажей.

Несмотря на весь раздолбайский вид команды, игроки подобрались и образовали практически правильный боевой ордер. Общая обстановка все же отрезвляюще подействовала даже на такие горячие головы.

Заметив, что никто не заинтересовался гаданием, цыганка злобно ощерилась и внезапно начала хватать со стола разложенные карты и метать их в нашу сторону.

– Вот тумархабура! – заорал орк, прикрываясь ростовым щитом. – Она мне прочность садит, вула старая!

Наконец-то посерьезнев, Дыроколлер принялся командовать:

– Бензан, не тормози!

Действительно, чуть замешкавшийся огневик с напарником наконец-то опомнились и запустили в гадалку огненные заклинания. Один использовал стандартный шар, а второй выпустил огненную струю. Но там, куда полетели заклинания, уже никого не было.

Противно визжа и шурша ворохом юбок, гадалка сиганула на крышу стоящего неподалеку фургона.

Полуорк не придумал ничего лучшего, чем врезаться в фургон, сваливая его набок. Только гадалке это не повредило. Казалось бы, ее стихия – дистанционный бой, ан нет: не мудрствуя лукаво, цыганка спрыгнула прямо на полуорка и стала рвать его непонятно откуда взявшимися когтями.

Лекаря в команде не было, так что танкам приходилось вытягивать друг друга и лакать зелье из колб.

Напарники полуорка переагрили гадалку, но она решила не рисковать и разорвала дистанцию. Это стало уже ее ошибкой. Самым слабым местом универсальных бойцов всегда была именно смена дистанций. Попытка запрыгнуть на клетку с останками какого-то животного закончилась плачевно. Сразу два огненных шара и искрящаяся чем-то дорогим и совсем уж убойным стрела врезались в тщедушное тело, сбрасывая его на землю. Тут же вмешались танки и буквально втоптали гадалку в землю.

– Вот гадство! – заорал Бензан, со злостью наблюдая, как тело его напарника тает в воздухе. Перед падением гадалка все же сумела запустить целую очередь убийственных карт в кастующего заклинание мага.

– Хватить соплей! – зло одернул мага Дыроколлер. – Идем внутрь!

Так толком и не восстановившись, группа вошла в шатер, который был раза в два больше того, в котором меня подловила команда Морогана.

В отличие от недавнего посещения походного помещения для представлений, здесь не было пусто. Высоко под конусным куполом на трапеции раскачивалась маленькая девочка в пестром наряде, больше похожем на костюм арлекина, чем скомороха.

Девочка не выступала, а развлекалась, словно ребенок на качелях, но расположившиеся внизу зрители с восхищением наблюдали за ее действиями, как будто это было нечто неординарное.

– Вперед! – с видом полководца скомандовал Дыроколлер, и танки бросились на ближайшего зрителя.

Да уж, тактикой здесь точно не пахнет.

Чтобы не влипнуть в неприятности, я тихонько отошел к ближайшему штабелю каких-то коробов и, не вмешиваясь, наблюдал за происходящим.

Монстроподобные скоморохи были так увлечены девочкой, что не обращали никакого внимания на атакующих их танков. Это и ослабило внимание игроков. Внезапно девочка тихо ойкнула, и тут, словно по команде, все зрители бросились на чужаков. Причем большая часть, как и положено, напала на лучника и мага.

Только благодаря отчаянным и довольно грамотными действиям полуорка бойцы в легких робах не легли прямо на месте.

Бой превратился в свалку и закончился через пару минут гибелью всех скоморохов. Из группы игроков никто не лег, но это только благодаря запредельному везению. Дыроколлер и Бензан выглядели очень потрепанными и «красовались» куцыми обрубками линий здоровья.

У всего этого безобразия, помимо меня, была еще одна зрительница – девочка-акробат.

Маг начал что-то бормотать, то Дыроколлер положил руку ему не плечо:

– Оставь ее. Не нападает, и ладно. Зацеп, – зло бросил он мне, – не тормози.

Кто бы возражал; в бою мое дело – сторона, а от своих обязанностей я не отлыниваю. Прошлые ошибки были учтены, поэтому во время боя я успел осмотреться и обнаружить как минимум полдесятка пятен замков.

Первые три тайника ничего, кроме серебряных монет, не преподнесли, кои и были честно поделены между мной и командой.

Даже не знаю, что это – особенности моей профессии или аномальное везение… Впрочем, в данной ситуации все выглядит неоднозначно. В общем, первый обнаруженный в тайнике предмет опять выпал на мою очередь.

Хватать его я даже не пытался. Тихий звон браслета стал для меня сигналом, заставив уйти в прыжок.

– Вот зараза! – ругнулся Бензан.

На месте, где меня уже не было, переливалась искрящимися прутьями огненная клетка – заклинание из арсенала огненных магов, ограничивающее движение противника. Как и станы киллеров, эта ловушка не приводила к летальному финалу и не грозила агрессору печатью Каина.

Выйдя из переката, я прыгнул к ближайшему обрывку каната, но перед тем, как по-обезьяньи взлететь вверх, метнул шар.

– А-а! – заорал Дыроколлер, который получил в грудь шипастый «подарок».

Через мгновение он заорал еще громче, потому что по его телу побежали змейки электрических разрядов.

Вот это долбануло!

Дела завертели меня, так и не дав опробовать улучшенный шаромет, и сейчас отлетевшие от лучника цифры «80» очень порадовали, а потраченные на апгрейд оружия деньги уже не казались большими.

Цель была выбрана не случайно – если магу нужно время, чтобы скастовать новое заклинание, то лучник этим не обременен. К тому же Бензану было сейчас не до меня. Рассвирепевший до истерики Абу вцепился ему в лицо, явно пытаясь укусить за нос.

Наконец-то маг совладал с собой и врубил огненную ауру, которой с головой хватило, чтобы выжечь жизнь низкоуровневой обезьянки.

Мой питомец обугленной тушкой упал на арену. Но к этому времени мне удалось не только поймать вернувшийся шар, но и запустить его еще раз, чем добить и так уже изрядно потрепанного лучника.

Первый.

Уцелей оба мага, мне пришлось бы туго, но в одиночку попасть в игрока с прокачанной ловкостью и акробатикой – задачка еще та. К тому же Бензану мешало состояние бешенства, в которое он погружался все глубже и глубже.

Три танка тоже бесновались, но могли лишь махать руками и ругаться.

Ну а если так?

В очередном прыжке я прикоснулся к сумке, напяливая на себя колпак с бубенцами.

Через пару секунд на перезвон колокольчиков в шатер заглянули несколько скоморохов, и бывшим соратникам резко стало не до меня.

Конечно, с парочкой врагов они справятся быстро, но это даст мне небольшую передышку.

Зависнув на рамке под куполом, я неожиданно осознал, что нахожусь прямо над качающейся на трапеции гимнасткой.

Девочка посмотрела мне в глаза, и от этого взгляда меня пробрало до печенок. Наш зрительный контакт продлился не больше секунды, а затем она прыгнула вниз.

Не понял… Это что, в полном скоморошьем наряде меня здесь принимают за своего? Вот это круть!

– Стой, падла! – орал взбешенный до предела Бензан, пытаясь достать меня огненным шаром, чем лишь привлек внимание приземлившейся на краю арены девочки.

Хорошо, что она решила прибить оставшегося в банде мага, с рубаками я как-нибудь и сам справлюсь, но на этом хорошие для меня новости заканчивались.

Если бы волосы Зацепа не имели такую длину и не были связаны в хвост, то наверняка встали бы дыбом.

– Да сколько можно… – с дрожью в голосе выдохнул я, наблюдая за метаморфозами гимнастки.

Девочка начала молниеносно раздуваться – то, что было ниже талии, превращалось в брюшко хоть небольшого, но от этого не менее отвратительного паука, а тщедушный корпус раздулся в головогрудь и выстрелил в стороны отросшими лапками.

– Шакра! – взвизгнул, как девчонка, полуорк, проявляя похвальную осведомленность.

У меня тут же появилось желание забраться под самый потолок шатра, хотя выше вроде некуда.

Блин, везет мне на пауков… и за что, спрашивается, такое счастье? С детства меня учили, что любая жизнь священна. Пауков, которые вызывали всего лишь легкую брезгливость, я не давил, а выбрасывал в окно на растущее под ним дерево.

И вот теперь все мои гуманные действия никак не помогали в общении с родичами помилованных существ.

С другой стороны, шакра проигнорировала мою персону, хотя до меня ей было ближе, чем до полуорка. Вмешаться в схватку зеленокожего танка и шакры мне не удалось. Она уже подмяла его под себя и яростно втыкала жало в зеленое тело, продолжая терзать хелицерами.

Дальнейшее мало напоминало бой – это было избиение.

Шакра разделалась с полуорком и рванула к магу, но мне удалось вбить шипастый шар в Бензана за миг до того, как в него вцепилась паучиха.

Второй.

Это ей не понравилось, и паучий оборотень зашипел, но тут вмешался один из танков-людей. Удар лапой сложил его пополам.

Шакра успела сбить три четверти здоровья человека и только после этого отвлеклась на бросившегося на нее второго танка. Мне хватило двух бросков, чтобы добить пытающегося прийти в себя игрока.

Третий.

Через пару секунд бой закончился, и шакра повернулась ко мне.

– Может, разойдемся по-хорошему? – спросил я, надеясь, что паучиха действительно примет меня за своего.

Не судьба.

Шакра с пугающей скоростью скользнула к ближайшему опорному столбу и лихо побежала по многочисленным канатам под куполом.

– Ну вот почему ты такая злая? – с кислой улыбкой сказал я, перепрыгивая с рамки на натянутый под углом канат.

Это было похоже на цирковое выступление и произвело бы фурор, но из зрителей здесь были только трупы.

То, что тягаться с паучихой в скорости и ловкости нет никакого смысла, было понятно с первых секунд. Но мне нужно было добраться до ближайшей прорехи в куполе. Причем сделать это так, чтобы не быть перехваченным ловкой тварью. Наконец-то удалось умопомрачительным прыжком влететь в небольшую прореху, вырвавшись из полутемного шатра.

Попытка зацепиться всеми конечностями за воздух наверняка выглядела комично, если бы опять же было кому за этим наблюдать.

Рухнув вниз, я скользнул по прогибающемуся куполу шатра и ловко приземлился на четыре точки.

Так, а теперь долой колпак с бубенцами, и уход в «скрыт». Это, конечно, не «невидимость», но тоже неплохо.

Вопреки здравому смыслу, я использовал «тихий шаг» и скользнул обратно в шатер. Шансов выбраться из долины у меня попросту нет. Тогда почему бы не вынести из этого приключения максимум пользы?

«Скрыт» у меня был развит очень слабо и отобразившийся в очках таймер напоминал, что полторы минуты истекут очень быстро. А затем нужно либо забиться в угол и не двигаться, либо отправляться на возрождение. Развив основную профессию до «искателя сокровищ», я получу «полог хамелеона», но до этого еще нужно дожить.

Не факт, что «скрыт» вообще подействует на шакру, так что прятаться смысла не было, поэтому первым дело нужно собрать добычу.

Этот план удался лишь наполовину – я успел добежать до тайника и прикоснуться к телу Бензана, а затем в шатер ворвалась шакра и буквально вбила мое тело в зрительскую трибуну.

Все – сет, гейм.

Уже ставшие привычными стены кабинета не могли меня обмануть: за дверью – не Славия, а всего лишь недостроенный городок, и еще придется добираться до столицы.

Дебаф увесистой слабостью прижал мое тело к кровати, но на этот раз нужно было пересилить себя.

Путешествие по Сэкаи осуществлялось несколькими способами. Между столицами работал портал, а внутри стран игроки могли передвигаться либо на маунтах, либо пешком. Для тех, кого эти варианты не устраивали, имелся альтернативный способ. Между городами одного государства курсировали купеческие обозы. Именно одним из таких караванов я и воспользовался, отдав целый золотой за возможность добраться до Славии.

Сил и выдержки хватило только на то, чтобы добраться до телеги и рухнуть на мешки с зерном. Теперь можно выходить из игры. Вернувшись, я найду своего аватара уже в столице на торговом подворье под надежной охраной – купец не был игроком и свой золотой отработает полностью.

После выхода я сразу понял, что не ошибся в своей сестричке. День еще не закончился, а на моем телефоне уже находилось четыре сообщения, и их содержание не стало для меня сюрпризом. Мало того, Тома сообщила, что капсула будет установлена не у нас дома, а по неизвестному мне адресу. Этот нюанс следовало срочно прояснить.

Вновь за окном электрички замелькали сосны. Странно, раньше подобные переезды тяготили меня, а сейчас воспринимались спокойно. Возможно, это благодаря игре – там тоже были долгие путешествия, но они не казались скучными – новые впечатления скрашивали дорогу. Часто мы не замечаем, как красиво там, где родились. Это особенность человеческой психики – быстро привыкать к хорошему.

Моя родина прекрасна – бесконечное зеленое море, даже осенью не менее живое, чем теплые воды океанов. Кому-то ближе бескрайняя степь или хмурые скалы в своей гордой красоте. Порой нужно постараться, чтобы понять, что привычные с детства пейзажи намного прекраснее, чем яркие краски райских островов.

Лирическое настроение приглушило раздражение, и по указанному Томой адресу я прибыл абсолютно спокойным. Увы, это продлилось недолго.

– Что значит «купила»? Тома, блин, на мне долг в семь сотен!

– Тысяч? – даже побледнела от озвученной суммы сестра.

– Тьфу ты, – ругнулся я, осознав, что начал все считать в золотых. – Это игровые деньги. Капсула стоит семьдесят тысяч баксов.

– Ну, ты меня напугал… – облегченно выдохнула Тома.

– Э, юная леди, с каких это пор семьдесят штук для тебя – посильная сумма? Что за новости? Куда тебе еще и собственная квартира?

В принципе особых причин паниковать не было – квартира находилась на окраине нашего города. Мы живем не в столице, и если цены на недвижимость где и кусались, то в центре. Тем более квартирка была однокомнатной и довольно обшарпанной. Но меня взбесил сам факт – на мне висит долг за ее капсулу, а сестра позволяет себе подобные траты!

– Так, успокоились, – наконец-то придя в себя после моих нападок, сказала сестра. – Во-первых, дома ставить капсулу – не вариант. Нашу маму ты знаешь не хуже меня. Во-вторых, дядя Толя нашел мне вариант с отсрочкой выплат. Если все так, как ты рассказывал, вдвоем мы сможем быстро погасить все долги.

– Ладно, – злорадно сказал я, продолжая злиться, но уже не на поступок сестры, а потому что она была права. Причем во всем. – Тогда давай поговорим о заработке. Кем хочешь играть?

– Эльфийкой, – без раздумий сказала она, что, впрочем, неудивительно.

– Фиг тебе, а не эльфийку.

– Это не смешно, – нахмурилась Тома.

– Никаких шуток. Мне в игре нужна помощница с профессией «ведьма». Идеально подойдет раса кваров, но сгодится и человек.

– Квары? – Глаза Томы опасно сузились.

– Ты чем слушаешь? – С сестрой оборонительная позиция всегда была проигрышной. – Я сказал, что подойдет и человек, но если ты считаешь, что либо эльфийка, либо ничего, то никогда не поздно отменить заказ на капсулу, тем более мне она тоже нужна.

Перспектива пролететь мимо красот Сэкаи быстро остудила гнев моей сестрички.

– Может, хотя бы полукровка, как твой Зацеп?

– Нет, не получится; если только смесь крови с темными эльфами, но я посмотрел на скриншоты, тебе это явно не понравится.

Тома никогда не была расисткой, но трепетно относилась к своей белой коже, которую выгодно подчеркивали жгуче-черные волосы. От природы мы оба были шатены, но поди объясни это женщине… У них вообще понятие «масти» – дело настроения. В общем, темная кожа персонажа – точно не вариант.

– Ладно, но когда разбогатеем, оба станем эльфами.

– Знаешь, я к своему Зацепу уже привык.

– Даже не думай! У благородной эльфийки не может быть брата-полукровки, – притворно нахмурилась Тома, явно говоря несерьезно; уж чего-чего, а снобизма в моей сестричке не было ни капли.

– Кстати, насчет нашего родства. Будешь выбирать ник, постарайся не упоминать имя и фамилию. В игре будем вести себя как случайно встретившиеся игроки, которых объединила идея оригинального использования профессий.

– Что за конспирация? – нахмурилась сестра.

– Сам не знаю, но чувствую, что так будет лучше.

– Но…

– Тома, просто сделай, как я сказал. – Мне всегда было трудно спорить с сестрой, которая умудрялась сочетать в себе романтичность и поразительную прагматичность.

К счастью, наш спор был прерван звонком от представителя корпорации «Фудзивара», так что, оставив Тому заканчивать дела, я поспешил обратно, чтобы не опоздать на последнюю электричку.

За сестру я не волновался: в отличие от меня, ей не придется разбираться с капсулой методом тыка. Под руководством профессионала все должно пройти без проблем.

Глава 6

Несмотря на то что выходные были на носу, сестра не утерпела и назначила нам встречу в игре на утро. Не знаю, как она оправдается в институте, но на ее месте я поступил бы так же.

Созвонившись с сестрой, я нырнул в игру и обнаружил себя лежащим на возу. Телега стояла посреди большого двора рядом с еще десятком таких же транспортных средств. Кони давно находились в конюшне. Из людей во дворе присутствовали лишь два охранника, встретивших меня недовольными взглядами.

Виновато улыбнувшись охранникам, я слез с воза и поспешил выскочить через небольшую калитку в массивных воротах. Подворье купца находилось на стыке торгового и складских кварталов, которые оба примыкали к району мастерских. Хорошо хоть не центр города, но все равно до пропускной башни было довольно далеко. Пришлось даже перейти на бег.

Именно спешка стала причиной случившегося конфуза. Только проскочив проходную в башне, я услышал шипение и вспомнил о собственной ловушке.

– Вот зараза!

Собранный Гайкокрутом аппарат сработал безукоризненно, и скомороший наряд украсился белым подгузником. Все правильно – на моем счету имеется три хоть и законных, но все же убийства, так что детектор среагировал правильно.

Хорошо хоть имелась сменка, да и плюсы к ловкости мне пригодятся только к вечеру.

Вот и пансион нубятника, у входа в который замерла знакомая фигурка. Все правильно: система если и подправляла природные данные, то не кардинально. Тем более что Тома выбрала человеческую расу.

Присмотревшись к пространству над головой аватара моей сестры, я обреченно вздохнул:

– Тома, мы о чем с тобой договаривались?

– А? – по-прежнему с расширенными до предела глазами спросила изящная чернавка в греческом хитоне с именем Тарамилла.

– Ага, блин. Тома, вот не знал, что у тебя так плохо с фантазией.

– Что? – Сестра немного пришла в себя, но еще не до конца.

И тут я вспомнил, как сам бегал по лужайке босиком и наверняка имел намного более глупый вид, чем у Томы сейчас.

– Ничего.

Я снял поршни и уселся на траву, наблюдая, как сестра буквально пожирает взглядом все вокруг.

– Это нечто, – наконец-то выдохнула сестра, присаживаясь рядом. – Просто нет слов.

– Я сам только недавно начал воспринимать все как должное.

– Жаль, нет никакого колорита, – поджала губы Тома.

– О, поверь мне, колорита будет больше, чем хочется. – Меня невольно передернуло от воспоминаний о шакре и лагере проклятых скоморохов. – Ладно, все хорошо, но надо заняться делом.

По всем правилам, нам прямая дорога в обитель Шохура, но имелась и альтернативная идея, и все же для наглядности я сводил сестру в обитель Хранителя коварства.

Пройти дальше порога мне не дали. К нам тут же подскочил квар, чей вид заставил сестру охнуть и попятиться.

– Вон отсюда, предатель! – зашипел непись, хотя из его лягушачьей пасти привычнее было бы слышать кваканье.

– Больно нужно, – пожал я плечами и повернулся к Томе: – Можешь сходить сама.

– Извини, но я туда не пойду. Если это и есть твой план, то давай искать другие варианты. Ты всерьез думал, что…

– Все, успокоились, – поспешил я прекратить гневную тираду сестры.

Да уж, Тома впечатлилась реалиями игры, и, возможно, с ней будет труднее, чем ожидалось. Надеюсь, со временем это пройдет.

Стараясь проверить мою догадку, мы направились в Обитель Иниэли.

В этот раз для разнообразия Обитель не пустовала. Там находилась целая компания игроков. Они по очереди подходили к знаку на стене и общались с Хранительницей, появлявшейся на короткое мгновение перед восхищенными взглядами.

Наконец-то это паломничество закончилось, и пришла наша очередь. Но мне нужна была не Хранительница, а ее помощница.

– Туилиндэ! – громко сказал я в пустоту перед собой.

– Это ты так ругаешься? – тихо спросила Тома.

– Сейчас помолчи, а когда выйдешь в реал, в качестве домашнего задания прочитаешь «Сильмариллион».

– А что это? – не унималась Тома.

– Ты издеваешься? Кто такой Леголас – ты знаешь, а это нет?

Я, конечно, знал, что Тома – не большой поклонник фэнтезийной литературы, но не до такой же степени…

– Это не ругательство, а мое имя, – послышался за моей спиной озорной голосок. – Здравствуй, брат.

– Брат? – тут же вскинулась Тома.

– Блин, – психанул я, – ты можешь просто помолчать? Просто пять минут не говорить ни слова? Можешь?

– Могу, – нахмурилась сестра.

– Шикарно… – сквозь зубы сказал я и повернулся к помощнице Хранительницы. – Здравствуй, Туи. Надеюсь, я не оторвал тебя от очень важных дел.

– Сам знаешь, что оторвал, – сказала девушка, но при этом в ее глазах плясали веселые искорки.

Похоже, недавняя опала с меня снята. Честное слово, каждая минута хорошего настроения этой лисички для меня была подарком. При этом не скажу, что я ощущал к ней что-то большее, чем просто симпатию.

– Ну извини. У меня к тебе очень важный вопрос.

– Задавай, – благосклонно кивнула Туи, с явным любопытством косясь на Тому.

– Судя по реакции одного из помощников Шокура, мой выбор покровителя ему не понравился. Так вот, очень интересно: как на это смотрит Иниэль?

– Хорошо смотрит, – ответила Туи, явно не желая помогать мне в разговоре.

– А если еще кое-кто с явно нехорошей специализацией выберет не Шокура, а Иниэль?

– И это было бы неплохо.

– Тогда мне нужна твоя помощь. Свою основную профессию я получил случайно, но что самое главное, без помощи Шокура. Есть ли возможность сделать нечто подобное для ведьмы?

Туи нахмурилась и некоторое время думала.

– Зацеп, подобная помощь нарушает правила, я не…

– А если не помощь, а скажем, тонкий намек, скрытый в притче-загадке?

В этот раз Туи думала дольше.

– Мне все равно за это влетит… но думал ли ты о том, что военная хитрость, направленная на доброе дело, не является подлостью, даже если так кажется?

– Не думал, но подумаю, – осторожно произнес я и не стал клянчить уточнений. И так было понятно, что Туи зашла дальше некуда.

– А пока думаешь, у Хранительницы справедливости для тебя есть задание.

О, неплохо. Похоже, мимоходом получилось заполучить еще один квест от Хранителя, что является большой редкостью. Все же хорошо иметь блат среди персонажей такого уровня.

– Порвусь на куски, но выполню волю Хранительницы, – вполне искренне сказал я и для убедительности даже стукнул себя в грудь.

– Хорошо, – улыбнулась Туи, – но все же подтверди свое согласие менее вычурно.

– Я принимаю задание.

Браслет тут же тренькнул, и это словно послужило сигналом для Туи. Девушка растаяла в воздухе не хуже Чеширского Кота. Кажется, даже ее улыбка исчезла последней.

– Что это было? – зашипела мне в ухо Тома.

– Блин, Тара, – специально назвал я сестру игровым ником, – это игра, и воспринимать ее нужно так же.

На объяснение нюансов потребовалось не больше пары минут – с соображалкой у сестры всегда было очень неплохо. Даже шок знакомства с чудесами Сэкаи не выбил ее из колеи.

Только выйдя из Обители Хранителей, я залез в свиток и прочитал задание. К счастью, оно было простым. В лесу нужно найти банду разбойников и отбить у них женщину с двумя маленькими детьми. Не скажу, что квест блещет оригинальностью, но от него мне нужна отнюдь не креативность, а полезность.

Лес для меня уже практически стал домом, так что до обозначенного на карте места мы добрались быстро.

В этой части леса водились мобы вплоть до десятого уровня, так что если их не удавалось обходить, в дело шел шаромет.

В окрестностях нужного нам места игроков не наблюдалось, как и годной для охоты живности.

Локация представляла собой старую водяную мельницу на практически высохшем ручье.

Добравшись до опушки окружавшей мельницу поляны, я осторожно выглянул и увидел, что на страже бандитского логова находится только один крайне неприятной наружности тип.

Пока шли, в моей голове сложился план действий, и основывался он на подсказке Туи. Исходя из простейшей логики, действовать нужно, используя Тому в качестве приманки.

С делами мы справились раньше, чем я рассчитывал, так что пришлось надевать одежду скомороха, не дожидаясь схода нарисованного подгузника.

План действий пришлось объяснять Томе под аккомпанемент ее сдавленного смеха и прерывать, когда сестра срывалась в откровенный хохот. Но как только был упомянут Абу, все тут же закончилось.

Блин, я же не рассказывал ей о своем питомце! Надеюсь, меня не будут бить слишком сильно.

– Боже, какая мордашка! – охнула Тома, увидев моего питомца.

Абу, как это бывает с ним в присутствии чужих, шмыгнул мне на спину и осторожно выглянул через плечо.

Уловив мое отношение к незнакомке, пет перепрыгнул к ней на руки и довольно заурчал.

– Так, заканчиваем нежности, у нас важные дела. Раздевайся.

– С чего бы это?

– Сейчас ты поработаешь приманкой, и в этом деле распашонка будет только мешать.

– Не буду я разгуливать здесь практически голышом.

– Да ну? Мне напомнить, как выглядит твой новый купальник? И после того как приперлась в нем на озеро, ты стесняешься игрового белья? Все, хватит спорить, времени у нас очень мало.

Хитон сестры мигнул и исчез, оставляя ее в простой бельевой паре – вполне себе скромных трусиках и достаточно широкой полоске ткани на груди.

Появилась мысль для большей привлекательности напялить на нее свой колпак с бубенцами, но по взгляду сестры было понятно, что после этого мне придется сразу отправляться на возрождение, и разница в уровнях ей не помешает.

– Так, теперь осторожно выходишь на опушку и стараешься попасть на глаза дозорному. Кричать не надо, мало ли кто выглянет на звук из дома…

Томе хватило пары минут, чтобы совладать с собой, и она решительно пошла к опушке. Мы же с Абу двинулись следом.

Я, конечно, понимал, что это игра, но на душе было неспокойно. В жизни никогда бы даже не подумал подвергать сестру такой опасности. Ох, неспроста это – игра все время ворошит в моей душе имеющийся осадок и толкает на самые неблаговидные поступки. Или это что-то подсознательное?

Мысленно послав подальше Фрейда со всеми его коллегами, я приготовился к бою.

Программа разбойника была прописана достаточно хорошо, и поэтому брутально-грязного вида мужик, как только увидел полураздетую девушку, рванул с места столь рьяно, что Тома испуганно ойкнула.

– Назад… – зло прошипел я на замершую сестру.

В лес они влетели с секундным интервалом. Мне пришлось напрягать всю свою выдержку, чтобы дождаться, пока кусты скроют бегущего разбойника от возможных наблюдателей в доме.

Шар рассерженным шмелем прожужжал и врезался лесовику в шею.

В яблочко!

Сразу за звуком удара раздался треск разряда, и разбойника затрясло как эпилептика.

Сложив шипы, шар прыгнул в мою ладонь и тут же отправился обратно.

То ли с каждым броском заряд слабел, то ли у разбойника повышалась сопротивляемость, но на пятом броске мужика перестало трясти, и он решительно направился ко мне. Хорошо хоть каждый новый удар заставлял его останавливаться.

За Тому я не боялся. Игровые законы надежно привязали ко мне агрессивность разбойника, так что никого другого он практически не видел.

Чтобы добить бандита, мне пришлось немного попрыгать по деревьям, но в конечном итоге он свалился.

С тела удалось взять только полтора десятка медяков и ржавый нож. Если учесть затраченное на убийство время, становилось понятно, что таким образом мне не заработать. Впрочем, мы сюда пришли не за этим.

– Ну что? – спросил я у явно перетрусившей сестры.

– В каком смысле «что»?!

А вот это хорошо – страх был с легкостью выдавлен злостью.

– Открой свиток и посмотри сообщение, – как можно спокойнее сказал я.

– Повысился опыт, – сообщила сестра, заглянул в свиток-наладонник.

– И все?

– И все.

– Скверно. Ладно, пробуем дальше.

– А может, передохнем?

– Хорошо, давай передохнем.

Согласие было больше продиктовано не просьбой сестры, а тем, что полоска маны моего персонажа просела больше чем наполовину.

Блин, неприятный сюрприз. С интеллектом у моего персонажа совсем плохо.

Из хороших новостей было то, что при всей бедности магического запаса он восстанавливался довольно быстро. За пять минут все пришло в норму, как и состояние Томы.

– Ну что, продолжим?

– Если каждый медяк будет доставаться нам такой ценой, то надолго меня не хватит, – честно призналась сестра.

– Дальше будет легче. Ты даже не представляешь, на что мне пришлось пойти вначале.

– Расскажи, – тут же оживилась Тома.

– Перебьешься, – недовольно буркнул я, вспоминая яму с отходами алхимического производства.

Вторая попытка у Томы получилась значительно лучше. Она даже разыграла небольшую сценку соблазнения перед сменившим покойника постовым.

Вот и пойми этих женщин.

Второго удалось завалить чуть быстрее, но не намного. Увы, результат был тот же – пара медяков, и никаких новостей со статусом Томы.

А вот в третий раз все пошло наперекосяк. Когда постовой рванул к полуголой девушке, рыча и роняя слюну, из дома выглянул его напарник. Как и следовало ожидать, выдержки в нем было еще меньше, и теперь за Томой гнались сразу два перевозбудившихся бандита.

Вот теперь сестра перепугалась не на шутку. Она наверняка знала, что в игре изнасилование невозможно, но в этот момент страшно было даже мне.

И тут нам наконец-то повезло. Стараясь быстрее добраться до добычи, бежавший сзади бандит догнал своего напарника и свалил его на землю. В лес они влетели практически кубарем, вцепившись друг в друга.

Тома нырнула в кусты, а я запрыгнул на ветку, не спеша вмешиваться в драку. И только когда полоса жизни проигрывающего бандита замерцала, в дело пошел шар, обрывая неправедную жизнь.

Победитель схватки сохранил почти четверть здоровья, но и его хватило ненадолго.

– Тома, выходи, – крикнул я в сторону кустов, надеясь, что сестра не убежала в другую часть леса.

Сестричка не разочаровала меня и осторожно выглянула из кустов.

– Все?

– Да, прости, но твоих кавалеров я грохнул.

– Не смешно.

– Будь это в реальной жизни, точно было бы не смешно, а в игре очень даже весело. Видела бы ты себя со стороны.

– Морду расцарапаю. – Сестра поджала губы, и я поспешил сменить тему. Знаем, плавали. – Ладно, что там с сообщениями?

– Есть, – повеселела Тома. – «Вы внесли раздор между товарищами и своим коварством толкнули их к гибели. Этим заслужили достижение «коварная». Вы получаете возможность выбрать специализацию «ведьма»…» Ну и еще спрашивают, согласна ли я. Может, не стоит? Ведьма – как-то оно…

– Я тебе дам «не стоит»! – дернулся я, но тут же успокоился, потому что эта зараза попросту дразнилась. – Соглашайся и читай, какие умения доступны.

Эта специализация была достаточно редкой, и точного описания умений у меня не было – только общие описания.

– Есть только два: «очарование» и «раздор». Второе без первого не работает.

– Шикарно; ну что, систер, поздравляю: теперь мы стали убойной парочкой для стрясывания монеток с денежного дерева. В общем, так: сейчас показываешься очередному бандюку, но при этом пытаешься его очаровать. Если будет двое, используешь «раздор». Начинаем.

Использовать долгожданную фишку так и не получилось. В доме остался только один бандит. Тома подтянула его к лесу, а я забил колючим шаром. С этим все было очень просто – под хоть и редко, но все же срабатывающим «очарованием» мужик двигался как сонная муха.

Блин, женщины, и что же вы с нами делаете?! Передо мной был непись и бандит, к тому же страдал он от коварства моей сестры, но мужика было искренне жаль. Надеюсь, мое мужское эго сделает необходимые выводы.

Чтобы убедиться, что на мельнице никого не осталось, мы подождали еще минут десять, даже пришлось позвенеть бубенцами на колпаке. В сочетании с «подгузником» это действо едва не довело сестру до истерики. Под конец ей уже не хватало сил смеяться, и она только стонала. Хорошо хоть, убедившись в отсутствии бандитов, можно было наконец-то переодеться.

В доме мы нашли лишь изможденную женщину с двумя мальчиками-погодками.

Еще полчаса потратили на то, чтобы отвести пленников к ближайшему посту стражи и затем быстро направились к Обители Хранителей.

Не знаю, нас ли ждала помощница, но зайдя в хрустально-мраморный зал, я сразу увидел симпатичное лицо своей названой сестрицы.

– Ты справился, – без тени вопроса заявила Туи, и мой браслет просигнализировал о получении сообщения.

Буквально раздираемый любопытством, я заглянул в свиток и едва сдержал вздох разочарования. Причин для этого было две. Во-первых, за выполнение квеста выдали только опыт и десять золотых, не утешила даже довольно неплохая для трех часов работы сумма. Второе разочарование вытекало из первого. Иниэль недаром была Хранительницей справедливости, поэтому на два подарка кряду рассчитывать не стоило, особенно если имелась хотя бы тень хитрости. Все дело в том, что именно сейчас достижение «чудак» достигло третьего уровня, что предполагало какой-то подарок, но это же лишало меня плюшки за редкое задание Хранителя.

– Ты очень нетерпелив, – легко прочитав мои эмоции, сказала Туи.

– Жизня такая, – вспомнив одного домовенка, сказал я.

– Нет, это ты такой. Подойди к знаку Хранительницы и получи свой подарок.

– Хоть что-то стоящее дадут? – ворчливо спросил я.

– Хранительница дарит только самое нужное именно для тебя.

Я подошел к знаку и вновь получил искреннее удовольствие, наблюдая появление Хранительницы. Иниэль окинула меня строгим и в то же время печальным взглядом и удовлетворенно кивнула.

В голове, словно испорченную пластинку, заело мысль:

«Только бы очки, только бы очки…»

Если мне повезет, с проклятым сундуком можно будет разобраться в ближайшие же дни.

Хранительница исчезла, оставив после себя висящий в воздухе предмет.

– Да что ж это такое! – застонал я, увидев не вожделенные очки с плюсом к «взлому», а какой-то странный кулон.

Впрочем, нужно успокоиться и поблагодарить Хранительницу. В конце концов, дареному коню в зубы не заглядывают.

– Теперь ты, – недовольно зыркнув на меня, Туи обратилась к Томе.

Сестра задержалась перед знаком чуть дольше, призывая Иниэль стать своей покровительницей. Подхватив из воздуха какой-то сверток, Тома на секунду замерла, а затем удивленно посмотрела на меня.

– Что там? – От разочарования я даже не рассмотрел свой подарок, но вид шокированной сестры пробудил любопытство.

– А что у тебя?

– Сначала ты, – вновь ввязался я в нашу детскую игру.

– Потом.

– Тогда и я потом.

В общем, поговорили.

Туи с доброй улыбкой наблюдала за нашей перепалкой, а затем подошла и обняла Тому.

– Поздравляю, сестричка.

– А почему меня не обнимали?

– Перебьешься, – практически дуэтом ответили девушки.

– Не очень-то и хотелось… – проворчал я, наблюдая, как растворяется в воздухе Туи, одарив мена напоследок улыбкой.

Этот день мы закончили, празднуя в приятной компании. Делать Тому циркачкой я не стал: ловкость – не самая нужная ее персонажу характеристика, но это не помешало ей легко влиться в компанию скоморохов и получить удовольствие от вечернего представления.

Перед выходом в свет мы зашли в лавку с амуницией и подобрали новоиспеченной ведьме одежду – не все же ей гулять в нубовской распашонке. Так что на вечернем празднике она щеголяла в наряде этакой гламурной охотницы. Увы, все достоинства праздничной одежды заключались только в приятном виде. Никаких статов она не имела. На большее у меня просто не было денег. Рассчитываясь за чисто декоративный наряд, я пообещал сестре быстро заработать на что-нибудь покруче. В ответ получил довольно странный и при этом знакомый с детства взгляд, но в тот момент не придал ему значения, а зря…

Глава 7

Утром затаившееся на время веселого вечера разочарование растаяло окончательно, и, едва войдя в игру, я тут же открыл свойства полученного предмета.

«Ожерелье свободы. Ничто не сможет удержать в узах свободолюбивую душу. +50 % к сопротивлению всем сдерживающим заклинаниям. +25 % к игнорированию сдерживающих заклинаний стихийного и ментального порядка».

Кроме основных плюсов имелся еще один неожиданный бонус в виде умения «контрудар». Применить его можно только в момент избавления от стана, так что даже потренироваться не получится. Для активации необходимо перехватить руку противника с оружием. О том, что будет дальше, система умалчивала.

Даже не знаю, что чувствовал, рассматривая медальон с изображением разорванных кандалов. Для меня самим желанным подарком были бы именно очки взломщика, но видно, Хранительница решила иначе. По крайней мере, есть серьезный шанс больше не страдать от мерзкого бессилия, когда тебя станят всякие сволочи. То, что мне еще придется иметь дело с убийцами, сомнению не подлежит. Тот же Тэмуджин обещался регулярно наведываться в гости с самыми кровожадными намерениями… Кстати, что-то долго его не видно; но это конечно же расстраивало меня меньше всего.

Всю первую половину дня мы провели на полях у стартовой деревни. Тамара стравливала между собой зубастых кроликов. Моя же задача заключалась в том, чтобы вовремя убивать того ушастого, который срывался с контроля сестры. А это случалось довольно часто. Процесс продвигался медленно, хотя уровни у сестры сыпались намного чаще, чем у меня на том же этапе.

Нужно срочно придумать, какую дополнительную профессию взять Томе, чтобы прокачка умений пошла быстрее. Увы, здесь все было не так радужно, как у моего перса. Ведьме очень помогут заточенные под интеллект профессии, но все они стоили просто безумных денег. Возможно, следует повторить трюк с ворованной алхимией, но не факт, что получится.

Когда я уже обдумывал, как бы еще раз забраться в загородную резиденцию алхимика, практически одновременно пришли уведомления о получении Томой пятого уровня и письмо от Нифи.

– Однако, – проворчал я, открывая файл.

«У тебя какой сейчас уровень взлома?»

Вот так – с ходу в карьер. Ну, ничего, мы не гордые.

«И тебе привет. Как дела? – написал я и, только дождавшись в ответ хмурого смайлика, добавил: – У меня все нормально, а уровень по-прежнему второй, хотя до третьего осталось не так уж много».

«Нам нужен четвертый».

И на этом все. Я некоторое время пялился в открытый свиток-наладонник. Иногда мне не удавалось понять мотивации поступков собственной сестры, что уж говорить о практически незнакомых дамах… Самый простой вариант в подобных случаях – просто махнуть рукой, что я и сделал.

Но вновь вернуться к истреблению кроликов не получилось.

«Есть возможность быстро поднять твой взлом. Жду у портальной площадки в Турмахане».

Даже не знаю, что делать. С одной стороны, быстро поднять уровень очень даже неплохо, но бегать по свистку, как собачке, очень не хотелось. Ладно, попробуем промежуточный вариант, тем более что он напрашивался сам собой.

«Не так быстро. Я не один, и сейчас мы прокачиваемся. Было бы неплохо продолжить это с вами».

«Ладно, бери его с собой».

Передать раздражение в тексте очень трудно, но Нифигесса с этим справилась.

Хуже было то, что Нифи решила, будто я прокачиваюсь с напарником, а не напарницей.

Не факт, что она что-то испытывает ко мне, но вполне возможны осложнения. И все равно эти опасения не заставили меня отказаться от конспирации.

– Тома, мы сейчас двинем в Турмахан.

– А где это?

– Блин, Тома, кому было сказано прочесть игровую энциклопедию хотя бы в кратком варианте? – вспылил я, но нарвавшись на взгляд без малейших следов раскаяния, лишь махнул рукой. – Ладно. Это столица и единственный город королевства кваров. Точнее, развалины древнего города, в котором поселились эти уродцы. В общем, сейчас мы туда пойдем качаться в компании Шалых.

– Ты мне про них не рассказывал.

– Сама познакомишься, но важнее всего не говорить им, что мы родственники. Скажем, что сошлись в выборе странных специализаций и решили играть вместе.

– Я по-прежнему не понимаю, на кой это тебе надо, – упрямо сжала губы Тома.

– Сам не понимаю, но уверен, что так будет правильно. И еще: у меня с Шалыми не все так просто, особенно с их командиршей, так что по возможности не создавай лишних проблем.

– А что у тебя с ней?

Кто бы мне самому это объяснил…

– Просто давай обойдемся без своих любимых игрищ? Хорошо?

– Будем посмотреть, – любимой поговоркой нашего общего знакомого ответила сестра.

Ее взгляд мне совсем не понравился, но времени было очень мало.

Мой одиннадцатый уровень позволял мне проходить в княжеский квартал без малейших проблем, а вот за Тому пришлось поручиться и заплатить пять серебряных монет. Не самая большая трата, но все равно неприятно.

В этом квартале я уже однажды был, но тогда все прошло сумбурно и в большой спешке, теперь же место, где часто появлялись высокоуровневые игроки, раскрылось передо мной в полной красе.

До сих пор я передвигался по низкоуровневым локациям окрестностей Славии и ее окраинным кварталам. В этих местах крутым игрокам делать практически нечего. Даже на базаре они появлялись, только чтобы найти какую-нибудь диковинку, типа тех же големов Гайкокрута, а это случалось не так уж часто. Основные траты у них происходили именно в центральных кварталах столиц и в провинциальных городах, которые находились на высокоуровневых поясах ближе к границе. В основном прокачанные игроки крутились в пограничных фортах и крепостях.

Центр города разительно отличался от окраинных кварталов – практически у всех домов первый этаж был сложен из каменных блоков и только верхние имели бревенчатые стены.

Единственное, что объединяло обе части столицы, это Обитель Хранителей, куда можно было пройти и с главной площади, и из княжеского квартала.

Как бы ни были интересны архитектурные красоты центральной части Славии, больше всего мой взгляд привлекали именно игроки. Раньше доводилось видеть только людей и полукровок человеческого вида. Гном в банке и Турум с Бурумом хоть и были чистокровными нелюдями, но все же не впечатляли колоритом. А вот идущий нам навстречу орк вызвал легкую оторопь. Огромная туша возвышалась как минимум на два с половиной метра. От зеленокожего воина просто несло дикой мощью. Возможно, сказывался сотый уровень игрока, но вероятнее, что в Сэкаи все орки такие.

У зеленокожего гиганта все было гипертрофированно крупным – мышцы, пальцы, черты лица, но больше всего впечатляла массивная челюсть, из которой торчали два желтоватых клыка.

Мы с Томой замерли у обочины, как два испуганных школьника; орк, заметив подобную реакцию, лишь понимающе хмыкнул.

Интересно, а каково оно – находиться в таком теле?

Кроме орков и гномов здесь присутствовали представители других рас, оторвавшихся от прокачки в пограничье и транзитом посетивших столицу Лукоморья. Вдалеке даже мелькнула гибкая фигурка миура. Моей первой реакцией было пойти следом за еще одним диковинным аватаром, не зря же в сети гуляли дикие истории об измененном сознании игроков-миуров, но приходилось контролировать свои порывы. Во-первых, у нас дела, а во-вторых, рядом со мной Тома. Еще с детства роль старшего брата давалась мне тяжело, но такова уж моя доля. Я, конечно, рад, что у меня есть сестра, но, черт возьми, как же иногда хочется поступать безрассудно, не оглядываясь на то, как такое поведение повлияет на Тому…

Гномы и эльфы обеих расцветок поначалу привлекали внимание своими отличиями от привычного человеческого облика, но это впечатление быстро смазалось и растворилось в коктейле красок и эмоций, царивших в центральном квартале Славии.

Портальная площадка находилась прямо напротив княжеского дворца. На разделявшей их площади бродило немало народу. Конечно, толпа была намного меньшей, чем вечером на главной площади города, но эффект усиливало качество этой самой толпы – здесь присутствовали только высокоуровневые игроки, и практически каждый предмет их экипировки был если не уникальным, то уж точно редким.

Хотя и мельком, но я уже здесь побывал, а вот глазеющую по сторонам Тому приходилось буквально тащить за руку.

Охранник одного из проходов в портальном периметре требовательно протянул руку. Мне пришлось расстаться с двумя золотыми, что отнюдь не радовало, но азарт уже разгорелся и с легкостью погасил жадность.

Сам портал представлял собой вращающийся вокруг своей оси туманный шар, в который с разных сторон входили игроки различных рас.

Не давая Томе испугаться, я практически силой втащил ее внутрь шара. Почему мне казалось, что сестра испугалась? Да потому что сам немного побаивался.

Все прошло на удивление буднично. Казалось, что мы прошли сквозь задымленное пространство и тут же вышли из него, практически ничего не ощутив в момент перехода. Зато после этого эмоций было хоть отбавляй.

– Мама… – выдохнула Тома и застыла на месте. Пришлось опять тащить ее вперед, чтобы не создавать заторов на выходе из портала. Хотя у меня самого ослабли ноги.

Конечно, я читал в игровой энциклопедии о вотчине кваров и даже видел картинки. Но одно дело картинки, и совсем другое – это…

С трудом заставив себя говорить, я повернулся к сестре и жестом экскурсовода указал на простирающийся под нами город:

– Позволь представить тебе Турмахан, город-королевство кваров и колыбель, он же саркофаг, древней цивилизации.

В ответ Тома лишь нервно хохотнула, не отрывая взгляда от вида огромного города, а посмотреть там было на что.

Разработчики знали, что делали, и водрузили портальную площадку на высокую башню, так что игроки сразу же видели перспективу огромного города. Но даже при этом невозможно было увидеть, где этот город заканчивается. Лабиринты улиц исчезали вдалеке, утопая в дымке практически постоянно висевшего над городом тумана.

По легенде, померкшие небеса и слегка ядовитый туман давили на этот город со времен гибели древней цивилизации.

Впечатление, конечно, дело хорошее, но нас ждали дела.

– Том, нам пора, – тихо сказал я и увлек приходящую в себя сестру к краю башенной площадки. В который раз замечаю, что именно присутствие рядом сестры позволяет мне быстрее принимать решения – сказывается ответственность, которую дядя и мама вбили в меня на подсознательном уровне.

По мере приближения к краю площадки сестра оправилась от потрясения и даже начала упираться.

– Я в это не полезу, – озвучила Тома мысль, которая посетила и меня.

– Это когда у тебя появилась акрофобия?

– Я не боюсь высоты, – упрямо тряхнула челкой сестра, – но это не значит, что полезу в эту штуку. На форумах не пишут, как часто она падает?

Окончательно справившись с собой, Тома упрямо поджала губы и обличительно ткнула пальцем в истинно кварский лифт. Конструкция сильно контрастировала со строгими линиями башни, зато очень гармонировала с находившимися рядом кварскими стражниками.

Крокодиложабы не особо утруждались, создавая подвесную систему, больше похожую на огромный ящик, связанный из кривых веток.

– Есть другой вариант, – с показным равнодушием пожал я плечами, – можно прыгнуть вниз и возродиться в ближайшей гостинице. Так будет даже быстрее.

Эти слова были использованы мною не случайно – не хотелось выглядеть слишком надменно, поясняя сестре очевидные законы игровых реалий, сам совсем недавно едва ли не до мокрого подгузника боялся смерти от лап старушки-шакры.

Тома у меня умница и быстро провела анализ ситуации. Пренебрежительно фыркнув, сестра первой вошла в скрипящую конструкцию, где собралось уже больше десятка игроков, причем половина из них выглядели не менее бледными, чем моя сестра.

Поездка вниз с высоты добрых пятнадцать стандартных этажей сочетала в себе восторги от окрестных видов и приступы переходящего в панику страха, когда порывы ветра колотили примитивный лифт о стену башни.

Честно, каждый раз мне казалось, что именно сейчас все рассыплется, и мы полетим вниз. Так что в момент, когда с неприятным треском кварский лифт практически упал на мостовую, я присоединился к общему вздоху облегчения. Более опытные пассажиры изобразили снисходительную улыбку, но уверен: они так же вздохнули, хотя и мысленно.

Шалых я заметил, как только вышел из лифта.

– Вон они, – сказал я сестре, кивнув в сторону оккупировавшей бортик давно неработающего фонтана компании. – Помни: мы просто знакомые, причем только по игре.

– До склероза мне еще далеко, – с непонятной мне язвительностью сказала сестра и пошла следом за мной.

Шалые встретили наше приближение как-то странно.

Турум покраснел и начал шарить взглядом где угодно, но не в нашем направлении. Бурум сначала закашлялся, а затем с залихватским видом поправил рукой усы. Что творилось за зеркальной маской Угорюма, было по-прежнему неизвестно. Зато на лицах женской части отряда все было написано огромными буквами. В глазах Дуняняши горел неподдельный восторг, а вот Нифигесса почему-то обожгла меня злющим взглядом.

Что за…

Оглянувшись, я моментально получил ответы на все возникшие вопросы.

Вот зараза! Это она решила отыграться и за мою затею со скрытым родством, да и за лифт наверняка тоже.

Еще минуту назад моя сестра была похожа скорее на девушку-охотницу, а сейчас это была ведьма, так сказать, с большой буквы.

Назвать одеждой то, что сейчас прикрывало тело моей сестры, было достаточно трудно.

Темный топ мог бы сойти за маечку, если бы декоративные дыры в нем не занимали большей площади, чем ткань, а самыми широкими полосками были узенькие бретельки. Как этим непотребством удавалось прикрывать грудь, оставалось тайной за семью печатями. Топ дополняло бикини, по скромности сильно не дотягивающее до игривого белья.

Интересно, а куда это самое белье делось?

Я, конечно, понимал, что, если снять этот наряд, белье окажется на месте, но легче от этого не становилось.

И все же не фривольность была основной фишкой наряда. Тело сестры укутывало своеобразное «сари» из очень прозрачного материала. Тонкие цепочки дополняли наряд, спускаясь с шеи и сплетаясь с поясной цепью, которая имела более крупные звенья. Вся эта система цепочек скреплялась фибулами между ключицами и с правой стороны бедра.

Что самое интересное и ткань и фибулы нравились мне еще меньше откровенности наряда. Присмотревшись, я понял, что ткань представляет собой мелкоячеистую паутину, а фибулы сделаны в виде паука.

Так, стоп! Еще не хватало распространить свою арахнофобию на собственную сестру…

Ну что ты будешь делать! Вчера она стеснялась появляться во вполне скромном белье перед родным братом и кучкой неписей, а сейчас рассекает в этом… на глазах абсолютно незнакомых игроков.

Черт, даже нельзя высказать все, что хочется.

Подобный наряд может вызвать возражения только у двух видов мужчин – мужей (женихов) и прочих родственников. Если не заявлять, что я ее брат, и при этом начать орать, выводы будут напрашиваться сами собой. А учитывая не самый добрый взгляд Нифи, это не самая хорошая идея.

Едва ли не со скрипом я повернулся обратно и выдавил из себя:

– Народ… хочу представить вам мою новую знакомую Тару. В общем, прошу любить и жаловать…

– Ну, если просишь жаловать и… – с явным намеком заулыбался Бурум.

И что тут скажешь? Попытка оградить Тому от притязаний со стороны гнома будет воспринята остальными как заявка моих прав на нее.

– Тут все взрослые мальчики и девочки. Разберемся. Я сам Тару знаю не больше суток.

После моих слов ярость в глазах Нифи немного угасла, но не особо, а вот Тома ехидно улыбнулась.

Зараза!

– Меня зовут Бурум, – тут же расшаркался гном. – Это мой брат Турум.

Угу, тоже мне конспиратор – увидел симпатичную девушку и тут же вывалил один из секретов. Судя по гримасе Нифи, ей это тоже не понравилось.

– Вот тот зеркальный с луком – Угорюм, – продолжал соловьем заливаться гном, – а наших девушек зовут Дуняняша и Нифигесса.

Дуняняша приветливо махнула ладошкой, а Нифи лишь с трудом вернула себе невозмутимость.

– Милый Бурум, – очень ласково сказала Тома, отчего гном показал все свои зубы, – неужели ты думаешь, что я не умею читать?

Улыбка гнома погасла, и он тут же перешел на более деловой тон:

– Ладно, я – танк-пуллер, Тур – просто танк, Нифи – маг-огневик, Дуня – хилер, а кто такой Угорюм, ты и сама догадаешься.

– Большое спасибо за разъяснения, – искренне и по-доброму улыбнулась сестра, хоть в какой-то степени возвращая равновесие в нашу компанию.

– Привет, Тара, – спокойно сказала Нифи, перехватывая нить разговора в свои руки. – Бур, если ты закончил скакать козлом, может, перейдем к делу?

Гном надулся и отошел к брату, а Нифи начала инструктаж:

– Сегодня прокачиваем Зацепа и его подругу, идем по третьему поясу с заходом в четвертый. Бур, за тобой прокладка тропки. Старайся не таскать лишнего. Наша задача – поиск схронов. Пойдем по простым домам. Во дворцы не суемся. Главное – количество тайников, а не их качество. Вопросы?

– Есть, – тут же встрял я, – зачем вам нужен четвертый уровень взлома?

– А тебе он не нужен? – холодно ответила вопросом на вопрос Нифи.

– Нужен.

– Ну тогда бери, что дают, и не возникай. – Да уж, не заладилось у нас с чародейкой… – Остальное узнаешь у Зарандила.

Эти слова Нифи сказала, как припечатала, и тут же пошла к выходу с окружавшей башню площади. Остальные согруппники потянулись следом, и только Бур задержался, чтобы шепнуть мне:

– Не злись, она и сама не знает. Просто пришел приказ сверху.

Успокоив меня, гном двинулся следом за своими, а я задержал сестру:

– Это тебе Туи дала? Какие там статы?

– Плюс три к очарованию, – сказала Тома и улыбнулась, когда от последнего слова меня перекосило.

– Нормально.

– И что, даже не будешь ругаться?

– А есть смысл? – сказал я с показным равнодушием. – Сочтемся.

А вот эти слова и мое спокойствие насторожили сестру. Она тоже неплохо знает мою натуру – если обещал, значит, что-нибудь придумаю. Причем Тома прекрасно осознает, что с фантазией у меня не хуже чем у нее.

– Просто не удержалась…

– Я так и понял, – по-прежнему сохраняя холодное лицо, ответил я, хотя злость на выходку сестры уже прошла.

Шалые успели отойти довольно далеко, так что пришлось их догонять. Тома шагала за мной и озадаченно сопела, что никак не сочеталось с образом роковой красавицы. Ничего, пусть не забывает, кто из нас старше, хотя, если честно, свое старшинство я ощущал не всегда.

Пока мы шли по широким улицам города, я вспоминал все, что знал о Турмахане.

Как называли его строители, никто не знает, второе название город получил с приходом новых жителей, кои сплошь являлись кварами. Турмахан обрел новых поселенцев, но более живым так и не стал. Это было похоже на то, как плесень обживает камни разрушенного дома, не добавляя ему ни уюта, ни жизни.

Квары – как игроки, так и неписи – заселили центральные кварталы, стараясь без особой надобности не соваться дальше защитного периметра. В отличие от других королевств, вся территория владений совета кварских вождей ограничивалась одним городом, который при этом включал в себя все десять уровневых поясов от первого до сотого. Так что до усложненных локаций можно было дойти буквально за час. Конечно, если за этот час тебя никто не схарчит. А на такое дело здесь имелось более чем достаточно желающих.

О том, что именно случилось с древними обитателям города, история умалчивает, но однажды кто-то из них открыл портал в иное измерение. Из портала появились гости и решили, что люди в Турмахане – явно лишние, особенно учитывая гастрономические качества людей для выходцев из другого измерения.

Город умер за одну ночь и не оживет никогда, несмотря на немалое население, мизерную часть которого теперь составляли квары, а большую – те, с кем нам предстоит столкнуться.

По классификации игровой энциклопедии, слепые демоны – это обитатели одного из нижних слоев реальности, которая в игровой же мифологии считалась адом. Хотя не совсем понятно, ведь живут там только местные, а души людей даже мимо не пролетали.

В этой же энциклопедии имелись и картинки демонов, но вспоминая встречу с орком, расслабляться не стоит. На картинках пришельцы выглядели как изрядно измененные люди. При взгляде на изображение вспоминался уродец с раздвоением личности из голливудской экранизации Толкина. Только в данном случае твари были значительно мощнее и полностью оправдывали свое название – они не просто были слепы, на их головах в принципе не имелось глаз. В общем-то, кроме огромного рта и двух дырок, заменявших нормальный нос, там вообще ничего не было – лоб начинался сразу от носовых дыр. Почти все демоны передвигались на четвереньках и очень лихо прыгали. Исключение составляли Слепые поводыри – более похожие на людей прямоходящие существа в принципе той же породы. Уже не из энциклопедии, а из простой логики можно сделать вывод, что надеяться на их слепоту не стоило, поэтому к делу нужно подойти с максимальной ответственностью.

Территория, которую контролировали квары, заканчивалась где-то в полукилометре от башни с порталом. В отличие от Славии, здесь не было никаких стен, а оборона велась на перекрывающих улицы баррикадах. В качестве строительных материалов квары использовали все, что попадалось под руку – начиная с кусков стен и заканчивая разнообразной мебелью.

На баррикаде с важностью восседали четыре квара в крокодильей броне. Интересно, они материал для брони сдирают друг с друга? Впрочем, это вряд ли – ромбики на броне имели большой размер и явно ранее принадлежали огромному ящеру.

Нифи переговорила о чем-то с главным стражником, и мы начали взбираться на баррикаду, чтобы выйти в опасную зону погибшего города.

Практически сразу за баррикадой чародейка остановила группу и воткнула в стыки между булыжниками мостовой портальный маяк.

Штампур появился в ореоле искр, как всегда сверкая белозубой улыбкой. Бафер моментально оценил обстановку и улыбнулся еще шире… хотя, казалось, уже некуда.

– Привет, Шалые. Кого чем припечатать? – спросил бафер, косясь на Тому.

– Хватит скалиться, – вызверилась Нифи. – Все по стандарту.

Закончив с Шалыми, бафер повернулся ко мне.

– Тоже стандарт, внимательность и ловкость? – Увидев мой согласный кивок, Штампур мимоходом хлопнул меня по плечу, накладывая набор бафов, и направился к Томе. – А чего желает моя прекрасная госпожа?

– Все что посчитает нужным мастер, плюс интеллект и если есть – очарование.

– Вот уж добавлять вам очарование – точно бесполезная затея. Больше просто некуда, – расшаркался бафер, вызывая раздражение Нифи и мою ехидную улыбку.

Зря ты, парень, так раздухарился. Во-первых, Тома еще та язва, а наша чародейка сейчас просто закипит. Последнее предположение тут же подтвердилось.

– Шампур, я так поняла, что сегодня ты идешь с нами. Можно закрывать портал?

Однако наш весельчак явно из породы комнатных героев – эка его передернуло…

– Обойдетесь без меня, – проворчал он, но все же закончил бафить Тому, оформив это действо в целование руки, кое ведьма приняла с изяществом настоящей леди. – И я не Шампур, а Штампур.

– Сама знаю, – ехидно сказала Нифи. – Шампур – это почти оружие, и до него тебе очень далеко.

Бафер благоразумно начал отвечать, уже войдя в портал, но не успел ничего сказать, потому что чародейка закрыла искрящийся овал взмахом руки.

– Готовы? – спросила Нифи у отряда и, дождавшись кивка от всех, повела нашу пати вглубь дикой части Турмахана.

Древние строители расположили улицы города по радиально-круговому принципу, и каждая следующая улица выводила на следующий уровень.

Первые два десятка круговых улиц мы прошли по прямой, практически не останавливаясь. Лишь иногда Турум буквально втаптывал в мостовую небольших демонов, похожих на маленьких человечков размером с собаку.

После двадцатого перекрестка группа начала выстраиваться в уже знакомый боевой ордер – танки впереди, Нифи и Угорюм чуть по сторонам и позади самого слабого звена, которым были мы с Томой и Дуняняша.

Пересечение еще десяти перекрестков принесли нам несколько боев с хоть и подросшими в уровнях, но по-прежнему мелкими по размеру слепыми тварями. Считать улицы необходимости не было, достаточно рассмотреть уровень врагов.

Первая серьезная схватка произошла, когда мы свернули на тридцать втором перекрестке, по крайней мере, именно такого уровня были два крупных слепца, одновременно бросившихся на нас из окон стоящего справа дома. На их пути тут же встала Нифи, а через секунду к ней присоединился Бур. Не знаю, как бы действовал в ближнем бою лучник, а чародейка сработала очень оперативно. Оказывается, у нее в запасе были заклинания, не нуждающиеся в долгой подготовке.

Со стороны казалось, что девушка просто вскрикнула от испуга, но уже через мгновение морды слепых тварей покрыла корка льда. Наверняка этот прием рассчитан на то, чтобы лишить противника зрения, но против слепых тварей он тоже сработал – льдом покрылись не только гипертрофированные лбы, но и носовые отверстия.

Твари замедлились и так яростно начали сдирать когтистыми лапами намерзший лед, что сами себя поцарапали.

Подскочивший ближе Бур провернул в руках копье и резко ударил, одним ударом задевая обе твари, тем самым переводя их ярость на себя.

Я ждал, что к нему присоединится брат, но судя по всему, у того на этот случай были другие инструкции, которые показали свою полезность уже через секунду.

Нифи выдала несколько изящных па и с тихим шепотом запустила в слепца, атакующего Бура, массивную сосульку. Ледяной снаряд влетел прямо в зубастую пасть и вывел тварь из боя как минимум на несколько секунд. Бур насел на второго демона, но этот факт я заметил мельком, потому что был отвлечен боевым кличем Тура.

Твари явно действовали по определенному плану, потому что, выждав тактическую паузу, из двухэтажного дома с другой стороны улицы вывалились еще два демона тридцать третьего уровня.

Вторая пара – из танка и лучника, вставшего за его спиной, – завязала бой, но почему-то с меньшим успехом, чем Бур с Нифи. Тур был непривычно медлительным, а Угорюм безбожно мазал.

– Поводырь, третий этаж! – прогудел из-под зеркальной маски лучник.

Однако необычный выбор отрядного локатора. Скорее им должна быть Дуня…

Нифи тут же отвлеклась от боя:

– Где?

– Третий этаж! – вновь прогудел лучник, явно давая понять, что не знает точного расположения вражеского колдуна.

– Черт! – выругалась Нифи, запуская ледяные спицы во все окна подряд.

И тут помощь пришла, откуда не ждали.

– Он за вторым окном справа, – почему-то тихо прошептала сестра и для убедительности ткнула пальцем в нужное окно.

Даже этот шепот не мог пролететь мимо ушей полуэльфийки, и в указанное окно полетел целый рой ледяных спиц.

– Он в глубине комнаты. – Вторую фразу сестра произнесла громче.

Потратив пару секунд, чародейка слепила из воздуха снежок и забросила его в чернеющий проем. Взрыва не последовало, но из окна пахнуло снегом и ледяными осколками.

Увы, судя по тому, что лучник по-прежнему мазал, действия Нифи не принесли особой пользы. Мало того, она явно разозлила колдуна, потому что по улице с двух сторон к нам бросились две группы тварей. Утешало одно – все они были намного меньше основной четверки.

– Черт, я его не пробила! – зло закричала Нифи и запустила небольшую вьюгу в сторону бегущей к нам толпы. Проделав несколько движений руками, она сделала то же самое, но в противоположном направлении.

– Тара, не тормози! – пихнул я локтем сестру, а сам, сделав разгон в два шага, прыгнул на Бура.

Конечно, нападать на гнома никто не собирался, – он был нужен мне как точка опоры. Пуллер был занят добиванием твари, уже отошедшей от удара в глотку сосулькой и, можно сказать, не заметил, что его использовали в качестве трамплина.

После плеча гнома я оттолкнулся от карниза, разделявшего первый и второй этажи, и взлетел еще выше. На короткое мгновение завис в воздухе как раз на уровне окна третьего этажа.

Слепой поводырь в густой тени комнаты был еле виден, и только светящееся силовое поле позволило рассмотреть его.

Перчатку я нацепил уже на разгоне, и теперь осталось лишь запустить шар в окно. Уже когда падал вниз, в мою голову пришли две мысли.

Очень вовремя!

Во-первых, пробьет ли шар защитное поле, а во-вторых, как теперь получить его обратно?

В окне засверкали разряды молний, так что на первый вопрос ответ был положительным.

Без особой надежды я протянул в сторону окна руку и по наитию представил себе, что мое оружие становится бильярдным шаром.

Не знаю, как мои мысли считал нейроинтерфейс – возможно, проследил направление взгляда, но вновь ставший гладким шар вылетел из окна и, отскочив от стены дома напротив, прыгнул мне в руку.

Пока я возвращал свою собственность, обстановка в бою резко переменилась.

Бур добил своего второго слепца, а резко ускорившиеся Тур и Угорюм быстро завалили своих соперников. Что касается двух групп, атаковавших вдоль улицы, они мгновенно утратили свой задор и разбежались кто куда.

– Тур, двигай внутрь, – оперативно приняв решение, скомандовала Нифи. – Дом явно не простой.

Дослушивать пояснение гном не стал. Короткий разгон придал его телу немалую инерцию. Удар щитом в дверь превратил ее в обломки, пропуская приземистое тело внутрь.

– Тара, ты его чувствуешь? – снизошла до вопроса Нифи, что характеризовало ее с положительной стороны. Так сказать, первым делом – самолеты, а ревность и стервозность – потом.

– Нет, – вздохнула сестра, явно расстроенная тем, что не может помочь.

Нифи раздраженно тряхнула головой и нырнула в дом за идущим по следам брата Буром. Дальше пошла Дуня, Угорюм остался на улице, жестом приказывая нам держаться рядом.

– У меня ничего не получилось, – тихо прошептала мне сестра, пользуясь тем, что основная часть отряда была занята делом.

– Что не получилось?

– Очаровать.

– Какой у тебя уровень очарования и раздора?

– Первые.

– Вот и ответ на твои вопросы. Тут нужен как минимум третий или даже выше. Но важно не это, а то, что ты смогла определить, где находится колдун.

– Сама не знаю, как получилось, – довольно улыбнулась сестра.

– Кстати, сколько ты взяла основных уровней? – кивнул я на мерцающий браслет Томы.

– О, мигает, – оживилась сестра и, проверив свиток-наладонник, улыбнулась еще шире. – Сразу три уровня.

– Неплохо, а у меня только один, – проверив свой свиток, сказал я и перевел взгляд на дом, в котором скрылись Шалые. – Но мы здесь не за этим.

Минуты две из дома доносились грохот и крики, а затем в окно второго этажа выглянул Бурум.

– Зацеп, давай наверх. Тут для тебя куча работы.

Догадка Нифи была верной – дом действительно оказался непростым.

За полчаса я обследовал все четыре этажа и нашел восемь тайников третьего уровня, из которых открыл только три. Зато это подогнало очки «взлому», и на седьмом тайнике я взял третий уровень своего основного умения. Так что восьмой тайник удалось открыть без проблем, и именно в нем обнаружилось не серебро, а какой-то предмет.

Бур с довольной улыбкой сцапал сверток ткани и спросил:

– А тебе не интересно, что это?

– Нет; если это вещь для вора – ты бы ее уже отдал, а если нет, то и расстраиваться не хочу.

– Тоже правильно, – кивнул гном. – А теперь пошли искать подвал.

– С чего ты взял, что здесь есть подвал? На первом этаже мы уже были.

– Все просто, как мычание, – с загадочным видом заявил Бур. – Колдун, который, кстати, едва не загонял Турума, оказался сорокового уровня, а это значит, что обычными тайниками здесь не обойдется. Где-то должна прятаться бо-ольшая конфетка.

– Ну, значит, замок на этой конфетке будет четвертого, а то и пятого уровня.

– Не факт; мне так понравился хабар с нашего прошлого выхода, что я на досуге порылся в клановой библиотеке насчет воров и тайников. Так вот, в одной книженции обнаружились очень интересные факты. Замок практически всегда соответствует уровню локации, и если там приблудилась усиленная охрана, то защищает она не супертайник, а его суперсодержимое. Так что, вполне возможно, нас ждет сюрприз.

Гном оказался прав, и от этого у меня появилось маниакальное желание побывать в библиотеке клана Живых. Именно в хранилищах информации и можно нарыть самые ценные сведения. На форумах, из-за скрытности кланов и корпоративных зачисток, оставались сущие крохи.

Вход в подвал был просто замурован. Мне никогда не удалось бы найти его, не будь рядом Угорюма. Внимательность лучника наверняка прокачана по максимуму, да и его маска явно не из простых.

Две фразы, которые Угорюм выдавил из себя в бою на улице, наверняка являлись редким исключением. Обнаружив скрытый проход, лучник тупо ткнул пальцем в стену, куда тут же врезалась туша гнома.

Не знаю, на что рассчитывал Бурум, но только не на то, что за короткой лестницей окажется уходящий вдаль туннель.

Наши браслеты синхронно мигнули, и весь отряд так же синхронно открыл свитки. Только Тома с непривычки чуть припозднилась.

«Поздравляю, вы открыли вход в Блуждающий лабиринт тайных ходов Турмахана. Для облегчения передвижения древние жители города открывали портально-пространственные переходы временного типа и по своему желанию могли попасть в любое место Турмахана. Увы, секреты этих проходов давно утрачены, и только иногда, абсолютно случайно, редким счастливчикам удается попасть в сеть древних творцов. Время до закрытия этого входа – 1 час 59 минут. Спешите! Не упустите свой шанс!»

Ну и как я должен не упускать этот шанс? Даже не представляю, что делать со свалившимся на меня счастьем.

А вот Нифи явно знала. Чародейка достала из сумки светящийся кристалл и заговорила в него как в микрофон:

– Шеф, мы тут вскрыли Блуждающий лабиринт.

Ответ таинственного шефа, которым наверняка был Зарандил, услышала только Нифи. И при этом она покосилась на меня.

– Да, я тоже так думаю. Хорошо, ставлю маяк.

Чародейка повторила маневр с порталом, из которого тут же вышел бородатый чародей.

Вопреки моим ожиданиям, Нифи тут же закрыла овал перехода. Ее старший коллега, не отвлекаясь на приветствия, начал устанавливать на полу странные подставки и чертить между ними пентаграмму.

– Нам пора, – сказала Нифи и повела группу в темный проход.

Мне все же удалось чуть задержаться и увидеть, как рядом с лестницей полыхнул большой портал, из которого стали выходить гномы в тяжелой броне. От незнакомцев исходила такая мощь, что крутизна их уровня была понятна и без расшифровки надписей над головами. Тем более что с моим уровнем прочитать их было бы не так уж легко.

Короткая пробежка по коридору, и два поворота вывели нас к лестнице наверх.

Поднявшись по трем десяткам ступеней, мы оказались в обширном подвальном помещении, находившемся уровнем выше таинственных тоннелей. Прямоугольная комната была больше похожа на коридор с двумя десятками дверей справа и слева.

– Нам повезло, – снизошла до объяснения Нифи, – это склад грузового портала древних. Если бы не Блуждающий лабиринт, пришлось бы пробиваться сюда с боем, а так прошли без проблем.

– А зачем нам склад?

– Нам он без особой надобности. Вещи здесь либо бесполезные, либо недорогие. Зато имеется очень много замков и дверей. Как раз то, что нужно тебе. Тут кланы прокачивают своих воров.

– Вы тоже?

– Нет, Зарандил решил, что среди нас воров не будет.

Слова чародейки задели меня; впрочем, она наверняка этого и добивалась.

– Не хотите связываться с Шохуром?

– Почему? – хмыкнула Нифи и покосилась на Тому. – У нас есть несколько ведьм и убийц, но воровство – это совсем другое.

Тон нашего общения мне нравился все меньше, но выяснять отношения было не место и не время. Так что я направился вскрывать двери. Надеюсь, перед эвакуацией будет время поговорить откровенно.

Следующая пара часов слилась для меня в одно сплошное вскрытие замков больших складов, кладовок, сейфов и совсем уж маленьких депозитных ячеек. Особенно много их было в последней посещенной нами комнате – настоящий депозитарий с рядами маленьких дверок почти до потолка. Увы, представительный вид не означал ценную начинку. Вначале Бурум с нетерпением ждал вскрытия очередного замка, но постепенно на его лице поселилась скучающая гримаса. Когда я вскрыл половину депозитария, он даже больше не заглядывал внутрь и подходил только по моему зову, чтобы выгрести пару серебрушек или взять дешевый предмет.

Рутинная работа, в которой они не участвовали, ослабила внимание Шалых, за что мы тут же поплатились.

Закончив с ячейками, я подошел к одной из дверей в депозитарий и без проблем вскрыл замок третьего уровня.

Внезапно взвыла сирена, и на всех дверях, включая ту, в которую мы вошли, материализовались массивные решетки. Панель замка провернулась вокруг своей оси, и теперь передо мной находился замок пятого уровня.

– Зацеп, ты что натворил! – тут же взъярилась Нифи.

– Прекрати орать! – не остался в долгу я.

Честно, ситуация откровенно начала напрягать. Такое впечатление, что я муж, пойманный на горячем с любовницей.

Тома, понимая, что нашкодила, тихонько отошла за широкие плечи Бура и этим самым только подлила масла в огонь.

– Ты что, не видел значка сигнализации?! – не унималась Нифи. – Я даже близко не вор, но знаю, что это такое!

– Все знать невозможно, – попытался я снизить накал разговора, но куда там…

– Но это-то ты должен знать! Не понимаю, почему Заран решил иметь дело с таким дилетантом.

Все, она меня достала…

– А ты, значит, никогда ошибок не делала?

Нифи уже собиралась что-то ответить, но в этот момент громко кашлянул Бурум. Как ни странно, его кашель сразу остудил пыл спорщицы. Интересное дело: что же такое случилось в их совместной практике, что один намек закрыл рот распаленной женщине?

Мне вообще поведение Нифи начинало откровенно не нравиться. Как могла грамотный и разумный командир в один момент превратиться в истеричку?

О варианте со вспыхнувшей ко мне любовью даже думать не хотелось. Она, конечно, мне нравилась, и игровая внешность здесь не главное. При этом я прекрасно понимал разумность ее доводов, приведенных в приватной беседе после боя в Зеркальном лабиринте.

Вздохнув, я попытался зайти с другой стороны:

– Мы можем поговорить спокойно? То, что я сглупил, мне понятно и без дополнительных упреков. Извини, что сорвался, и объясни, пожалуйста, что именно сейчас произошло.

– Хорошо, – немного успокоившись, сказала Нифи, при этом она явно не собиралась извиняться за резкие слова. – Ты открыл сигнальный замок. Иногда в локациях есть защищенные комнаты, которые блокируются перед открытием следующей двери. Если ты не угадаешь код – все, кто находится в этой комнате, умрут.

– А портал здесь работает? – спросил я.

– Да, но тогда придется прервать прокачку. Работа главного портала клана расписана на неделю вперед.

Нифи пару минут подумала и задала уже вполне разумный вопрос:

– Сколько осталось до четвертого уровня взлома?

Покопавшись в свитке-наладоннике, я нашел ответ на ее вопрос:

«Взлом: ур. 3 – 653 (700)».

Если учитывать, что уровень скакнул на пяти сотнях очков, до очередного повышения осталось ждать не так уж и долго.

– Меньше четверти.

– Если учесть коэффициент, то половину работы мы уже сделали. Хорошо, продолжим завтра в десять утра.

Явно не желая больше ничего обсуждать, Нифи достала портальный маяк и воткнула его прямо в каменный пол.

Попытку Бурума пригласить Тому в гости она пресекла в зародыше, даже не позволив ему открыть рот. Заговорила чародейка, лишь когда в комнате остались только мы.

– Договор у нас был только на один свиток переноса. Надеюсь, у тебя есть запасной?

По глазам девушки было видно, что она как раз надеялась на обратное.

– Второй мне без надобности. Давай то, что положено.

Поймав брошенный свиток, я тут же передал его Томе:

– Уходи.

– А как ты? – косясь на чародейку, спросила сестра.

– А я тут немного покопаюсь.

– Но…

– Уходи.

Понимая, что любыми возражениями сделает только хуже, Тома активировала свиток и исчезла в вихре портала. Так что мы с нервной чародейкой остались наедине.

– До завтра ты должен восстановиться, – сухо, но уже без раздражения сказала Нифи.

– Сама знаешь, что успею, если убьюсь прямо сейчас.

– Не дури, это пятый уровень, так что шансов практически нет. Свиток я тебе дам, хотя ты этого…

– Нифи, – прервал я еще один заход на ссору, – давай на этом закончим. Замок я все равно попытаюсь вскрыть, а об остальном поговорим завтра, на свежую голову. Поверь, меньше всего мне хочется ссориться именно с тобой.

В глазах чародейки мелькнуло раскаяние за свой срыв, но лишь мелькнуло.

– Хорошо, тогда до завтра.

Портальный вихрь унес рассерженную чародейку, оставив на каменном полу свиток переноса.

Все равно сделала так, как посчитала нужным.

Ну а я буду делать свое дело; в конце концов, кто не рискует, тот не посещает травмпункты, ну и, конечно, не пьет шампанского. Хотя это всего лишь игра, перерождение – все равно не самая приятная штука, особенно учитывая последующий баф.

Ладно, тянуть дальше попросту глупо.

Вздохнув, я решительно подошел к замочной панели. Так как замок был на два уровня выше моего навыка, из восьми активных кнопок с символами подсвечивались пять. Шанс, честно скажем, слабенький.

Первые две кнопки я нажал с решимостью обреченного, но то, что пока все было нормально, отнюдь не внушило мне уверенности, а наоборот, вызвало сомнения. И за этими сомнениями робко пряталась одна совсем уж сумасшедшая идейка. Что-то подсказывало мне, что запас моего везения закончился. Это все же игра, и где-то наверняка происходит подсчет шансов. В особую волю случая, который здесь называли рэндомом, верилось слабо.

Но в этой комнате был не только один взломщик, имелся еще и его помощник. Если умения вора передались моему пету, то почему не попробовать его во взломе?

Абу материализовался в ошейнике и тут же начал возмущенно пищать.

– Ладно, извини, совсем забыл тебя выпустить. Просто сеструха тут такое устроила…

Словно услышав мои слова, мигнул браслет, сигнализируя о получении сообщения.

«Марат, я в Славии, что делать дальше?»

«Да что хочешь, то и делай. Погуляй, погоняй зайцев, или можешь выйти из игры. До завтра прокачки не будет», – ответил я, используя виртуальную клавиатуру в свитке.

«Ок».

Ну и умница, она у меня девочка взрослая – разберется сама, а мне пора проверять на деле везучесть моего пета.

– Ну что, давай, фартовый ты мой. – С этими словами я подхватил Абу и поднес к замку.

Мартышка, не особо заморачиваясь, начала лупить по кнопкам.

– Что ты творишь, придурок?!

Очень правильное замечание, потому что дурак здесь я, а мартышка только при мне. Впрочем, с выводами пока спешить не стоило. Первый удар Абу все же сделал либо верный, либо просто удачный. Замок мигнул, и решетка на двери растаяла в воздухе.

Открывшийся проход вывел меня в небольшой депозитарий на два десятка ячеек. Все они оказались пятого уровня, что неудивительно, но неприятно. Была, конечно, надежда что моя гениальная идея с Абу озолотит нас, но все оказалось не так уж радужно. Мой пет продолжил молотить лапками по замкам без малейшего успеха. Тут либо нам дико повезло с первым замком, либо система посчитала, что и этого хватит.

В конце концов, я пустил Абу погулять и взялся за замки сам.

Да, господин Рэндом явно решил, что на сегодня и так перевыполнил план помощи бездарным взломщикам. Из двадцати ячеек удалось открыть только одну – не самая радостная статистика.

Зато в этот радостный момент случилось сразу два приятных события – открытие упрямого замка и приход системного сообщения.

«Поздравляем! Вы открыли замок пятого уровня (особой сложности), на два уровня выше вашего умения, и получаете бонусных 100 очков к навыку «взлом».

А вот это очень приятно. В итоге мне осталось набрать меньше полусотни очков и завтра утереть нос одной очень спесивой особе. Хорошо, что замок со смертельной сигнализацией не имел этой самой особой сложности, иначе валяться бы мне сейчас в кабинете с жестким дебафом.

Увы, содержимое бокса не оправдало надежд на резкое обогащение. Конечно, небольшая горка монет очень порадовала, но не так чтобы сильно. Кроме двадцати золотых в ячейке был еще и странный ошейник – простая кожаная полоска с камнем типа «кошачий глаз».

«Вы получили ошейник первых миуров. Пленив миура, вы сможете подчинить его своей воле».

А оно мне надо? Вот уж никогда не мечтал иметь в петах разумное существо, а именно таковыми миуры и являлись. Не хватало еще стать рабовладельцем. В общем, облом.

Браслет еще раз мигнул, приглашая прочесть очередное системное сообщение.

«Ошейник первых миуров может быть преобразован в кулон «Глаз вождя», дающий 100 очков авторитета вождю племени миуров. Желаете произвести преображение? Да/Нет».

Конечно, желаю. Еще не знаю, зачем мне такой девайс, но в любом случае это лучше, чем рабский ошейник.

Полоска кожи рассыпалась, открывая тонкую цепочку, и теперь камень с похожей на вертикальный зрачок полоской превратился в кулон.

Ладно, разберемся потом, сейчас постараемся догнать взлом до четверки.

В этой части подвала было еще несколько необследованных помещений, которые скучающие Шалые успели зачистить от всего живого и неживого.

После удачного или же неудачного вскрытия тайники либо исчезали, либо их замки на неделю становились неактивными, так что нужно искать боксы и двери, еще не познакомившиеся с моими загребущими ручками.

Четвертый уровень я все же поднял, пару минут потоптавшись перед дверью, за которой был явно кто-то живой.

Браслет по-особому пискнул, сигнализируя о поднятии навыка и одновременно подавая мне сигнал к рывку. Сидящий за дверью монстр тоже поучаствовал в общем старте и сильным ударом выбил дверь. Это дало мне секундную фору и возможность отбежать на десяток метров.

На бегу метнув шар практически себе за спину, я достал свиток перемещения. От сильного сжатия свиток покраснел, высвечивая две кнопки на свернутой поверхности. Одним движением правой руки я нажал на кнопку согласия и тут же подставил ее под летящий обратно шар.

Вихрь искр закружился вокруг меня, унося из подвала подальше от очень злого слепца. И, скажу вам, очень вовремя, потому что удар шара на пару с разрядом если и снизил полоску здоровья монстра, то на ничтожное значение. Впрочем, другого от здоровяка сорокового уровня ожидать было бы глупо.

Решив, что на сегодня приключений хватит, я добрался до ближайшей гостиницы и вышел из игры. Этот день был довольно насыщенным, поэтому, несмотря на ранний вечер, мне удалось уснуть практически сразу.

Глава 8

Тяжело живется совам; иногда события закручивают так, что непонятно – то ли это слишком раннее начало следующего дня, то ли еще продолжение предыдущего. Сам не знаю, что разбудило меня в три часа ночи, но сна не осталось ни в одном глазу.

И что прикажете делать? Ночные прогулки в деревнях не приветствуются, так что остается проверить, как с этим обстоит дело в Сэкаи. В крайнем случае можно прыгнуть в другую временную зону.

А в игре с ночным досугом оказалось очень даже хорошо. Возможно, все дело в стыке субботы с воскресеньем, но скорее всего, жизнь в Славии не засыпает никогда. Раньше, за всеми этими потугами заработать деньги, мне не удавалось выяснить подобные нюансы.

Конечно, все было не так активно, как вечером, просто разгульная жизнь переместилась с площадей и улиц в специфические заведения.

А что, давно следовало бы опробовать и эту сторону игрового процесса. Тем более из депозита удалось выудить очень удобную сумму – на что-то серьезное не хватит, а вот чтобы лихо гульнуть, вполне достаточно.

Что ж, посмотрим, что об этом говорит игровая энциклопедия…

Порывшись в свитке, я узнал, что самым востребованным является веселый дом с говорящим названием «Изюминка».

Не, с этим пока повременим – постельные эксперименты хороши, но в меру, а вот в «Белую Орхидею» заглянуть не помешает.

Фасад заведения полностью отвечал названию и, если смотреть издали, был похож на огромный цветок. Вблизи он не стал более обычным – деревянные стены были словно выращены и представляли собой тесное переплетение ветвей, цветом похожих на слоновую кость. От этого зрелища мне еще больше захотелось побывать в Великом Лесу – царстве эльфов, но пока ограничимся знакомством с прекрасной половиной этого народа, а до лесных достопримечательностей доберемся позже.

Внутри дом напоминал огромную оранжерею. Вообще складывалось такое впечатление, что находишься не в здании, а посреди очень густых зарослей. Даже свет потолочных ламп воспринимался как с трудом пробивающиеся сквозь переплетение ветвей отблески луны.

В гостиной меня встретила местная мадам в лице изящной эльфийки. Художники и разработчики постарались вовсю – в образе дочери леса сочетались красота, свежесть и легко читаемый возраст, причем возраст немалый.

– Приветствую… – разглядев своего гостя, эльфийка запнулась, но все же сумела совладать с природной спесью, – младший брат.

Правильно – не ей, бордель-маман, тыкать мне нечистокровностью.

Интересное дело: надменность прирожденной эльфийки задела меня, и это учитывая, что я отнюдь не полукровка, а передо мной выдуманный персонаж из выдуманного мира.

С другой стороны, именно эта реалистичность обещала особую остроту ощущений.

Мадам изящным жестом пригласила меня на сплетенный из ветвей салатового цвета диванчик, который оказался на удивление мягким.

– Приветствую вас, светлая госпожа; пусть зелень вокруг вас никогда не увядает, а жизнь не теряет остроты впечатлений, – ответил я вычитанной из энциклопедии фразой.

В глазах эльфийки отразились одновременно расположение и затаенная печаль.

– Юный воин посетил нас в поисках развлечений? – с какой-то осторожностью спросила эльфийка.

– Я пришел в поисках прекрасного.

– Тогда вы обратились по адресу. И что же именно ищет мой младший брат?

– Общения с прекрасной эльфийкой, – начал я и тут же вспомнил ощущения от сработавшего хила. – А если она будет еще и целительницей, это принесет мне наивысшее счастье.

Эльфийка нахмурилась, что-то обдумывая, а затем с видимым сожалением сказала:

– Увы, среди моих девочек нет целительниц, но у меня гостит одна из странниц, обладающая этим умением. Все дело в том, что она очень взыскательна и в подарок возьмет только серебристую орхидею.

– И где я могу достать такой цветок?

– В моей оранжерее, по цене не более десяти золотых.

Присвистнул я только мысленно, внешне оставаясь невозмутим. Штука баксов за услуги решившей торгануть виртуальным телом реальной дамы – это, конечно, перебор. Так же умилял цветочно-финансовый подход к оплате труда местных гетер.

– Ваша гостья действительно очень взыскательна. А какой подарок порадует ваших воспитанниц?

– Они будут рады обычной белой орхидее.

– Тогда подберите для меня достойный цветок.

Не вставая с диванчика, эльфийка протянула руку к ближайшим зарослям. На одной из ветвей, с виду никак не предназначенной для этого, тут же расцвел белый бутон. Мадам легким жестом сняла его с ветки и протянула мне.

– Какова цена такой красоты?

– Всего два золотых.

Ну, это кровопускание мой кошелек выдержит.

– Ступайте по коридору, и вы найдете не менее чудесный цветок моего сада.

Коридор за гостиной действительно был только один. Метров через двадцать он сворачивал, и я увидел беседку посреди небольшой поляны. В беседке находились обширная кровать и эльфийка в прозрачных одеждах.

Очень неплохо, смущала только открытость «сцены», а так все более чем…

Через минуту мои опасение были развеяны легким жестом эльфийки. Она прикоснулась к вьюну на столбе беседки, и окружавшие поляну заросли начали быстро разрастаться. Через пару секунд нас с незнакомкой плотно обступили густейшие заросли.

Эльфийка ничего не говорила и только улыбалась. Я не стал лезть к ней с разговорами – хорошо, что предварительно заглянул в энциклопедию.

В плане секса этот народ имеет свои традиции, в которых не было места ханжеству. Все было очень открыто и непосредственно. У истинных детей природы иначе и быть не могло. Имелось только одно табу. Если эльфийка шла на близкий контакт с тем, кого не любила, она не разговаривала с ним – то есть приближала мужчину к своему телу, но не к душе и разуму.

В общем, у каждого свои растительные тараканы, кои меня абсолютно не интересовали.

Мои опасения насчет возможной искусственности предстоящего действа слетели вместе с прикосновением тонких пальчиков, так же как прозрачные одежды покинули тело эльфийки. Используя какую-то свою магию, девушка одним движением убрала с меня всю одежду, включая игровое неснимаемое белье.

Лихо, однако!

Я с трудом подавил желание заглянуть в сумку, которая вместе с поясом переместилась на прикроватный столик. Вряд ли меня здесь обворуют, так что вместо сумки мои пальцы прикоснулась к чуть прохладной и очень нежной коже.

Меня закружил странный и очень волнующий вихрь ощущений, в котором я чувствовал себя неуклюжим дубом, который обвивает гибкая лиана, стараясь не только опереться, но и поддержать, насытить и приласкать.

Если это искусственность, то даже не знаю, что такое реальность. Возможно, какие-то ощущения и терялись, но все компенсировалось естественностью поведения и реальным желанием партнерши угодить именно мне. Честно, не знаю, как с этим у реальных жриц любви, но мои подруги на такую самоотдачу были не способны. Возможно, мне просто не везло с дамами. Понятно, что сексуальные игры двух свободных личностей не могут работать в одну сторону. Но, черт возьми, как же приятно чувствовать себя центром очень маленькой, но безмерно сладостной вселенной!

В какой-то момент я задумался над тем, что моя партнерша – всего лишь программный код, но тут же отогнал эту мысль, возвращаясь в состояние эйфории.

Когда все закончилось, в теле осталась удивительная легкость, а в голове не могли поместиться даже две мысли разом. Эльфийка лишь на секунду задержалась рядом и, коротко ткнув носиком мне в шею, отошла к растительной стене. Тут же гибкие ветви ожили, укутывая девушку. Затем живые стены разошлись до прежнего периметра поляны, но эльфийки уже нигде не было.

Довольно доходчивый и при этом ненавязчивый намек на то, что мне пора уходить.

А чего я хотел, за два золотых?..

Мелькнула мысль потратиться на серебристую орхидею и сравнить ощущения, но почему-то вспомнился фильм «Суррогаты» с уже стареющим Брюсом. Конечно, система не позволит замаскироваться под эльфийку какому-нибудь извращенцу, а вот дама преклонных лет и не очень приятной наружности вполне может вложиться в дорогое косметическое отступление от реальной внешности.

В случае с моей мимолетной феей все было откровенно честно – программа в чистом виде, поэтому не будем портить очень удачный вечер неоправданным риском.

Не желая напрягать хозяев своей непонятливостью, я подхватил со столика пояс, вернул на место снаряжение и вышел по открывшемуся проходу. Причем это явно был черный выход, так что попрощаться с мадам мне так и не удалось.

После пережитых ощущений на бурные развлечения уже не тянуло – хотелось просто погулять по городу и посмотреть на искрящиеся, словно счастливо улыбающиеся звезды.

Вселенная основана на равновесии, и об этом не стоит забывать. Слишком большая беспечность всегда притягивает неприятности, и через двадцать минут после выхода из «Белой Орхидеи» мне об этом напомнили.

Переулок между двумя улицами не был таким уж темным, но убийце этого хватило. Мое тело внезапно охватило уже знакомое онемение.

– Тэмуджин, – с раздражением от испорченного вечера сказал я в полумрак, – мне уже показалось, что ты отказался от этой дурной затеи.

– Ошибаешься, человечишка, это не твой дружок, – послушался позади мерзкий голос, явно принадлежавший квару. – Этот кусок пурпа оказался слишком слабым. В общем, привет тебе от Тарика. Один из очень многих приветов, которые тебе еще предстоит пережить.

Черт, договориться явно не получится, а это очень плохо. Я, конечно, уже взял четвертый уровень «взлома», но очень не хочется извиняться перед Нифи за неявку из-за посмертного бафа.

Пока киллер разглагольствовал, в моей черепушке метались заполошные и абсолютно бесполезные мысли.

И тут дал о себе знать незаслуженно забытый подарок Хранительницы.

Повезло, что мне хватило ума чисто автоматически надеть его после общения с эльфийкой.

Кулон под одеждой завибрировал, и только благодаря этому мне удалось среагировать на изменение ситуации раньше убийцы. Тело внезапно обрело свободу. Дальше мне было достаточно ухватиться за руку с ножом, чтобы запустить новое умение «контрудар».

Тело начало двигаться само по себе – шаг в сторону и резкий рывок с последующим толчком.

Квар завизжал и удивленно уставился на торчащий из живота собственный кинжал.

От боли и удивления с него слетел морок, и я увидел имя игрока: «Ядовитор 35».

Ого, это серьезно!

Не теряя темпа, я рванул по переулку. Жаль, нет времени сменить красивый, но абсолютно бесполезный наряд на скоморошью одежду со статами. Перчатка шаромета была нужнее.

– Стой, падла! – заорал квар.

Но никто и не собирался убегать. Деревянный город хорош тем, что здесь удобные для скачков бугристые стены. Оттолкнувшись от правой стены, я прыгнул на левую, в полете бросая шар практически под себя.

Киллер как раз активировал рывок и пролетел подо мной. Угодивший в затылок шар и разряд швырнули квара Ядовитора лицом на землю, а две склянки с зажигательной смесью заставили полыхнуть ярким факелом.

Теперь можно и побегать. Оказавшись на земле, я рванул в противоположную сторону, вылетая на широкую улицу.

Стражи здесь было мало, но хватило, чтобы заметить пылающего и орущего полнейшую абракадабру квара. В другом случае они, возможно, не стали бы влезать в разборки вора и убийцы, но огонь в деревянном городе – это вам не шутки.

Пущенный стражником арбалетный болт врезался в орущего квара и пришпилил тщедушное тело к бревенчатой стене.

Так, теперь моя персона становится явно лишней на этом празднике жизни. Так что пока не нашелся очередной охотник на обидчика главы гильдии воров, нужно валить не только с улицы, но из игры вообще. Хорошо хоть до ближайшей гостиницы было рукой подать. Цены в княжеском квартале кусались, но делать нечего.

Превратив ложе капсулы в кресло, я сел и задумался.

Происшествие с убийцей показалось мне знаковым. Внезапно в голове что-то провернулось и отчетливо щелкнуло. Я посмотрел на окружающую меня обстановку другим взглядом.

Плавно текущая жизнь в деревне и безопасность игрового процесса усыпили меня, заставив забыть о вполне реальной угрозе. Человек ко всему привыкает, но если постепенно меняется внутреннее состояние, это не значит, что с ним изменился и окружающий мир. Как-то смирившись со статусом мародера, я начал забывать, точнее, игнорировать тот факт, что живу в чужом доме и пользуюсь чужой собственностью. Игровые дела налаживались, и, возможно, скоро удастся обзавестись собственной капсулой, но при этом никто не отменял ответственности за уже совершенный проступок.

Как это обычно и бывает, на смену чрезмерной беспечности приходит такая же по крайности паранойя.

Времени до утра у меня было достаточно, чтобы полностью убрать все следы моего пребывания в доме, а главное – вытереть все поверхности, где могли остаться мои отпечатки. Все мои вещи уместились в «тревожный» рюкзачок, который теперь лежал рядом с капсулой. Пусть стало меньше комфорта, но так оно будет правильнее. Возможно, это отнюдь не интуиция, а простая паранойя, но кто-то умный сказал: «Если у вас паранойя, это еще не значит, что за вами никто не следит».

Уборка в доме и утренний моцион помогли мне скрасить время до восхода. Для начала я отправил Нифи письмо, сообщив, что в дальнейшей прокачке моего «взлома» более нет необходимости.

Чародейка ответила только через полчаса:

«Не очень-то и хотелось. Тебя будут ждать возле фонтана в Турмахане в 17:00 по времени Славии».

Лаконично и без соплей; впрочем, иного ждать и не приходилось.

Времени до встречи было завались, так что есть возможность продолжить прокачку Томы.

Турмахан понравился мне своими возможностями, поэтому туда мы и направились, все равно придется тратиться на портал. Надеюсь, сегодня мы добьем сестре десятый уровень, и дальше она сможет путешествовать без меня.

С нашими уровнями соваться дальше первого пояса было бы глупо, так что мы обустроились прямо за баррикадой кварского периметра обороны.

Здесь водились только мелкие, по размеру чуть больше Абу, слепцы до десятого уровня включительно. Тома без особых проблем очаровывала монстриков и стравливала их между собой, устраивая временами настоящие свалки.

Мне же осталось только сидеть на кирпичном завале и следить за тем, чтобы «разочаровавшиеся» монстры не схарчили манипуляторшу.

Главное, чтобы новые игровые привычки моей сестрички не перекочевали в реальный мир. Она у меня, конечно, умница, да и с адекватностью все в порядке, но при этом ничто женское ей не чуждо – как говорил о красивейшей половине человечества Шерлок Холмс в советской экранизации: «Это просто невозможно – строить какие-нибудь предположения на таком неверном материале!»

Ближе к вечеру Томе стало скучно, к тому же нужно было опробовать тактику, ради которой связка «ведьма – взломщик» и была задумана.

Я накинул на себя «скрыт», а Тома активировала «отвод глаз», и мы тихонько двинулись дальше.

Два перекрестка прошли без проблем. На третьем попался крупный – размером с собаку – слепец, который стал обеспокоенно обнюхиваться вокруг.

Тома нахмурилась, беззвучно шевеля губами. Слепец вдруг застыл, а затем с яростным визгом рванул куда-то в подворотню. Из темного угла послышались возня и рычание. Сестра сработала на отлично, натравив одного слепца на другого. Тем самым она освободила наш путь от слишком внимательного монстра, на которого наши слабые скрывающие умения действовали не очень эффективно.

Что же, теперь можно двигаться дальше. Увы, успех продлился недолго, потому что тут нас нашел хоть и слабый, но все же поводырь.

– Марат, – вдруг заволновалась сестра, – там такой же чудак, который был в доме.

– В смысле? – сам не знаю почему, начал тупить я.

Понимание пришло, когда из всех щелей полезли мелкие слепцы.

– Отступаем! – крикнул я, сшибая шаром слепца, которого минутой ранее сестра услала в подворотню.

Чтобы не мешать прокачке сестры, я не выпускал Абу, так что пришлось потратить драгоценные секунды на вызов пета, но с появление шустрой мартышки дела пошли резвее.

Мой шар валил на мостовую самых крупных слепцов, а в это время Абу забрасывал большие скопления мобов склянками с горючей смесью.

И все равно нам приходилось отступать к баррикаде стражников.

Каждая новая вспышка огня в передних рядах слепцов заставляла их приостановиться, но неумолимая воля поводыря вновь гнала их вперед.

Увы, моя надежда на вмешательство кваров не оправдалась, пришлось идти на эксперимент.

– Тома, найди глазами место, где спрятался поводырь!

– Зачем?

– Делай, зараза!

Не дожидаясь ответа, я поймал прыгнувшего мне на руки питомца и быстро настроил его на сопровождение согруппницы.

Этот прием мы уже опробовали на собирательницах скоморошьего гонорара, так что все пошло как по маслу. Абу решительно и, как ему казалось, грозно зарычал, а затем ускакал куда-то вглубь развалин.

Через минуту в окне второго от нас дома полыхнуло, и оттуда, вереща и ругаясь на своем обезьяньем, вылетела чуть прикопченная мартышка. Погони за моим питомцем не было, мало того: атакующие нас слепцы стали расползаться по щелям.

Не успел я утереть виртуальный пот и облегченно выдохнуть, как за спиной послышались ленивые хлопки одиночных аплодисментов.

– Браво.

Повернувшись, я увидел группу из десятка танков и целой толпы саппортов. Кроме незнакомцев были и Шалые, но почему-то без Дуняняши. Предводительствовал в этой компашке глава Живых. Он же и оценил наши с Томой потуги.

– Неплохо, – с улыбкой сказал Зарандил, – Бур говорил правду. У тебя очень интересная напарница. К тому же очень способная; но, увы, сегодня мы пойдем без нее.

– Не скажу, что мне это нравится… – осторожно попытался отстоять я будущий опыт сестры.

– Увы, это жесткое условие. И еще я хотел бы чуть изменить нашу договоренность. Как насчет поработать за деньги?

То ли так повлияло условие в плане Томы, то ли просто упрямство не позволило мне дать согласие:

– Я не привык менять условия без особой надобности. Если есть серьезная причина, можем ее обсудить, но без загадок и недоговорок.

– Как хочешь, – с показным равнодушием пожал плечами Зарандил, – пусть все остается по-старому.

– Пусть.

– Бур, – обратился глава Живых к гному, – проводи мадемуазель к порталу.

В ответ Бурум лишь улыбнулся Томе.

Умница сестра – сдвинулась с места только после моего разрешающего кивка. И эта пантомима не укрылась от внимательного взгляда эльфа.

– Выступаем.

После короткого приказа командира расширенная пати перестроилась в походный ордер и двинулась вглубь опасных территорий.

Спрашивать о цели нашего похода я не стал, решив пока положиться на опыт и благоразумие кланлидера. В этот раз обошлось без появления бафера – пати свое уже получила, а обо мне никто и не подумал. С другой стороны, зачем «чемодану» баф? Это значит, что о себе нужно заботиться самостоятельно. Мелькнула мысль деактивировать Абу, но, подумав, я все же решил этого не делать. Секундная работа с интерфейсом пета – и обезьянка словно растворилась в воздухе, но это для посторонних глаз. На самом деле Абу будет следовать за мной, не особо высовываясь и не путаясь под ногами. Но случись что, даже такая мизерная помощь лишней не будет.

Штурмовая группа шла по улицам Турмахана, как комбайн по хлебному полю, с легкостью перемалывая всех на своем пути. Монстры вплоть до сорок первого уровня ложились, словно снопы. Почему до сорок первого? Потому что, дойдя до круговой улицы с таким номером, Зарандил приказал сменить направление.

Еще большее удивление вызвал приказ сделать второй поворот и направиться обратно к центру города.

Происходящее определенно переставало мне нравиться.

Мои опасения неизбежных неприятностей перешли в уверенность в тот момент, когда команда танков из пяти гномов, трех рыцарей и двух варваров за секунду вырезала стоявший на баррикаде дозор кваров.

А вот это уже попадос.

Мое желание получить ответы прервал телохранитель Зарандила – варвар-маг с ником Фадаяр. Выбритые и покрытые красными татуировками бока головы превращали его средней длины прическу в ирокез. Судя по тканевому сюрко с лепестками пламени и горящему в глазах безумию, его стихией был огонь.

– Куда? – без особой угрозы, но так, что не особо хотелось с ним спорить, спросил огневик.

– Что происходит?

– Тебе достаточно знать, что всю ответственность берут на себя Живые. Ты пока даже не в пати.

Ответ успокоил меня лишь отчасти, это явно была прелюдия, а основное действо, несомненно, будет касаться и меня. Увы, взгляд Фадаяра показывал, что ни продолжать объяснения, ни пропускать меня к Зарандилу он не собирается. Спорить с магом-огневиком девяносто пятого уровня, который явно не дружит с головой, как-то не хотелось.

К счастью, а точнее – по хорошо разработанному плану, мы вышли в малонаселенный квартал города, и больше из кваров-стражников никто не пострадал.

Еще несколько минут быстрого марша привели нас к трехэтажному дому, который можно было бы назвать и дворцом, но слишком уж мрачный вид имело здание в готическом стиле.

Здесь у Живых и начались первые серьезные неприятности.

Здание окружала высокая железная ограда с острыми прутьями наверху, но никто и не собирался через нее перелезать.

Танки расступились, и вперед вышел Фадаяр. В три резких жеста он запустил в ограду неширокую огненную стену, больше похожую на квадрат с двухметровыми сторонами. В отличие от классического фаербола, эта стена была полупрозрачной, и мне удалось хорошо рассмотреть, как белыми искрами выжигается магическая защита, а затем небольшим дождем из светящихся капель на землю опадает расплавленный металл ограды.

Внутрь рванули танки, и самые шустрые, как это обычно и бывает, получили по сусалам.

Эти самые сусала были прикрыты забралами, но у половины рубак здоровье просело больше чем на треть.

Никто не ожидал подобного приема, особенно от элемента экстерьера.

Вход в особняк украшали два практически классических титана, которые удерживали массивный балкон. Как оказалось, балкон не очень-то и нуждался в поддержке.

Каменные изваяния трехметровой высоты рванули вперед с ошеломляющей скоростью и выдали несколько мастерских хуков буквально пудовыми кулаками. Низкорослых гномов они старались вбивать в землю как гвозди.

Увы, успех титанов продлился недолго. Честно, когда в дело вступила «тяжелая артиллерия» Живых, мне даже стало жалко этих каменных боксеров.

Разметав отряд танков, титаны рванули вперед, и… завязли в рванувших из-под земли гибких лианах. А через секунду вперед вышел маг, легкая броня которого выдавала его профессию. Он рассерженно топнул ногой. Земляная волна вздыбила тротуарную плитку, достигла титанов, и по их ногам побежали трещины.

Еще три удара ногой раскрошили статуям ноги, и они повалились на перепаханный грунт. Тут же в дело вступили пришедшие в себя и подлеченные хилерами танки.

Взъерошенный и очень сердитый гном в три удара плюющегося синими искрами молота расколол голову одной из статуй. Второго титана обезглавили топорами два варвара.

Земляной маг решил не останавливаться на достигнутом и принялся кастовать следующее заклинание. Мелкие камешки и даже пыль начали собираться перед ним в большой ком, а затем эта искусственно созданная глыба врезалась в дверь особняка.

Уже в полете под воздействием Фадаяра огромный снаряд засветился красным и в момент удара взорвался не хуже пороховой бомбы.

Танки с воплями ринулись внутрь.

Дальше смотреть было не на что. Точнее, боевые действия выпали из поля моего зрения, а вот лицезреть забрызганные зеленой кровью стены и трупы защитников особняка мне все же пришлось. И увиденное совершенно не внушало оптимизма. Все сводилось к тому, что мы вломились в дом одного из преступных авторитетов.

Хуже могло быть только нападение на члена совета кварских вождей. Хотя не факт, что тут не все сразу.

Вопреки моим ожиданиям, мы не поднялись на следующий этаж, а сразу стали спускаться в подвал. Мало того, это оказался вовсе не подвал, а вход в обширные подземелья. Причем отнюдь не одноуровневые.

Чем ниже мы спускались, тем больше вокруг валялось трупов, причем среди тел кваров и орков попадались полупрозрачные тела игроков. Так как они погибли от рук неписей, паузы для снятия лута не было, поэтому тела быстро истаивали.

Наконец-то спуск закончился, и мы оказались в обширных апартаментах. Судя по безвкусному и аляповому интерьеру, здесь проживал квар, причем очень богатый квар.

Хозяин помещения обнаружился посреди большой комнаты в компании своих слуг. Все бы хорошо, да только пожилой квар сидел привязанный к массивному креслу, а его телохранители валялись вокруг, буквально изрубленные на куски.

Я как раз застал самый разгар «беседы» Фадаяра с кваром. Мало того, что пытку можно назвать беседой лишь с большой натяжкой, маг вообще не произносил ни слова.

– Думаю, у тебя много вопросов? – Голос неожиданно подошедшего Зарандила заставил меня вздрогнуть.

– Просто куча, – прокашлявшись, сказал я. – Ты куда меня втравил?

– В прибыльное приключение. Разве не за этим ты пришел в игру?

– За этим, но обычно я привык самостоятельно решать, в какие неприятности мне влезать.

– Не всегда получается, как тебе хочется. Сейчас решаю я, а у тебя особого выбора и нет.

– Хватит юлить, Зарандил, выкладывай, что тебе нужно. – Я почувствовал, что начинаю звереть.

– Хорошо, давай без предисловий. У меня уже давно лежит квест на это логово. Точнее, на штаб-квартиру одного из вождей кваров, по совместительству являющегося преступным авторитетом.

– А я думал, что у меня паранойя.

– Нет, это действительно сработала интуиция, – чуть кривовато улыбнулся эльф. – В общем, мне нужен главный сейф этого жабоида.

– Ох, что-то я сомневаюсь, что здесь поможет «взлом» четвертого уровня.

– Здесь не поможет и восьмой, но есть лазейка. На квара можно надавить, но даже под пыткой он будет говорить лишь с мастером темных дел. Взяв четвертый уровень, ты как раз получил звание мастера.

– Все это, конечно, хорошо, – не стал расслабляться я, высказывая свои сомнения, – только сильно сомневаюсь, что в Сэкаи не нашлось другого вора.

– Воров здесь много, – не смутившись, ответил эльф. – Но, видишь ли, после того, что сейчас произойдет, на всех присутствующих падет гнев Шохура. Да, кстати, я не говорил, что этот зеленокожий – еще и помощник Хранителя коварства?

– Не говорил; наверное, забыл, причем совершенно случайно?

– Да, как-то вылетело из головы. В общем, как сам понимаешь, не так-то и легко найти вора, который захочет ссориться с Шохуром.

– А с чего ты взял, что у меня есть такое желание?

– Тут все просто. Мои люди видели, как ты водил свою подружку в Обитель Хранителей. Твоя грызня с помощником Шокура их очень впечатлила.

– Но это не значит, что легкое недоразумение стоит переводить во вражду.

– Просто так – не стоит, – усмехнулся эльф, бросив мимолетный взгляд на мучительно застонавшего квара, – а вот за сто золотых можно и рискнуть.

– Слушай, – отвлекся я, – может, хватит терзать квара? Или кому-то из вас двоих это нравится?

– Так нужно по квесту, – решил не замечать моей шпильки Зарандил. – Что скажешь насчет ста золотых?

Десять штук баксов – это, конечно, очень хорошо, но я буквально копчиком чувствовал, что меня хотят развести как ушастого кролика.

– Ты знаешь, что в сейфе?

– Нет, – с честнейшим лицом ответил эльф, – это еще один повод для тебя взять золото.

– Я предпочту рискнуть.

– Как хочешь, – с по-прежнему равнодушным выражением лица сказал эльф и, еще раз посмотрев на квара, добавил: – Думаю, с него хватит. Фада, заканчивай!

Повинуясь приказу, маг отодрал от обуглившейся кожи квара свою горящую белым пламенем ладонь и шагнул назад. Хорошо хоть прекращение пытки не вызвало в нем недовольства. Хотя и без этого Фадаяр был больным на всю голову.

Зарандил сделал приглашающий жест, и я подошел к связанному квару.

– Зачем так мучиться? Расскажи, что они хотят, и все закончится.

– В плохую ты компанию попал, вор…

– Двигаясь темными путями, нельзя миновать мрака.

– Тоже правда… – прохрипел квар и сплюнул кровавую слюну на пол. – Хорошо, корноухий, тебе признаюсь. Схоронка – за шкафом с посудой. Код хален, допар и сагна.

И вот о чем он сейчас говорит?

Стараясь не показать степень своего непрофессионализма, я отошел в сторону и активировал свиток.

Так, набираем хален и получаем один из уже знакомых мне символов. Ясненько. Причем теперь понятен и смысл слов квара, и то, что мне пора браться за ум.

Уже шагнув к указанному шкафу, я услышал квакающий голос вождя воров:

– Мастер…

– Что?

– Убей меня сам. Не хочу умирать от рук этих вонючек.

Квар говорил тихо, но Зарандил, как и любой эльф, обладал отменным слухом:

– Не вздумай этого делать, пока не откроешь сейф!

Плевать я хотел на уже утомившие приказы этого выскочки, но все дело в том, что убивать квара мне просто нечем. Не долбить же его шаром?

Похоже, квар заметил, как непроизвольно дернулись мои руки, и опустил взгляд.

Проследив за ним, я удивленно увидел, что на поясе квара прикреплен короткий кинжал. Но ведь всего секунду назад его не было.

Остается загадкой, как его пропустили люди Зарандила. Возможно, вождя сначала вырубили, а затем связали.

Держа руки подальше от своей сумки, я подошел к квару ближе. Уже то, как он вытерпел пытки, вызывало уважение, к тому же он был моим коллегой, как к этому ни относись.

Все так же не касаясь пояса, я резко ударил квара в живот.

– Ну и кто из нас садист? – хмыкнув, спросил Зарандил и тут же осекся.

Сразу после удара я ухватился за рукоять кинжала и ударил еще раз, метя уже в грудь.

Чуть изогнутый клинок с легкостью вошел в сердце вождя воров.

В меня тут же врезался воздушный таран, отбросив к стене.

– Ты что творишь, сволочь?! – заорал эльф.

Но в этот момент мне было не до воплей кланлидера. Потому что вчитывался в сообщение в развернувшемся прямо над кинжалом призрачном свитке.

«Вы стали владельцем кинжала скрытого ношения Змеиный зуб – масштабирующее оружие. Физический урон – 40 ед. Отравление ядом болотной гадюки – 30 ед. в секунду в течение 3 минут».

Некисло. Это получается, что урон от удара намного меньше суммарного отравления!

На этом сюрпризы не заканчивались.

«Змеиный зуб является оружием скрытого ношения и может быть размещен на поясе (появляется в момент прикосновения), за спиной (появляется в момент прикосновения), на предплечье (появляется при характерном сжатии ладони). Необходимое выбрать».

Конечно, предплечье!

Я ткнул пальцем левой руки в одну из трех иконок, и кинжал исчез.

Потоки воздуха под управлением мага из свиты Зарандила подняли меня над полом и подтянули к своему кланбоссу.

– Не разочаровывай меня, вор. Тебе был отдан приказ…

– Я не твоя шавка, и мне плевать на любые приказы! Придержи прыть, эльф! – не остался я в долгу. – Каждый играет, как может. Ну что, разбежимся или продолжим?

– После того как ты узнал код от сейфа?!

– Разумно; тогда пусть твой пускатель ветров оставит меня в покое.

После жеста Зарандила маг отпустил меня, но перед этим поднял повыше и чуть закрутил.

Если он хотел увидеть мое падение, то шиш ему с маслом – уронить акробата не так уж просто.

Благополучно приземлившись на ноги, я тряхнул плечами и как ни в чем не бывало направился к шкафу.

Массивный предмет мебели отъехал на удивление легко в сторону, открывая стенную нишу и кодовый замок.

Так, что тут у нас? Ого, впервые вижу такое чудо! Вместо панели с девятью квадратиками здесь целых двенадцать с разными символами. Причем все без исключения активны. Это получается, передо мной замок девятого уровня. Мое умение подсветило сразу восемь кнопок. В общем, с такой разницей в уровнях шансов на успех у меня если и больше, чем у обычного игрока, то не намного.

Я еще раз пообещал себе выучить тайные руны наизусть и залез в свиток-наладонник.

Так, что там говорил убитый мною квар? Хален, допар и сагна.

Хален и допар являются символами из тайнописи Шамбалы, а сагна – из Ацтланской письменности. Ох, чувствую, придется мне покорпеть над книгами.

Замок отреагировал на введенный код вполне положительно, и панель растаяла в воздухе, открывая доступ в немаленькую нишу.

Черт!

Предчувствия меня не обманывали. На полках было много чего интересного, но мой взгляд тут же прикипел к невзрачному предмету. Оптический прибор был похож на очки врачей девятнадцатого века – круглые линзы и простая проволочная оправа. Все более чем скромно, но будь это простой артефакт, он бы здесь не оказался.

Первым порывом было тут же ухватиться за вожделенные очки и проверить их свойства, но это могло стать смертельно опасной ошибкой. Впрочем, иного способа расставить все по своим местам я не видел.

Что же, все верно – едва моя рука потянулась к сейфу, как тут же больно обожглась о прутья огненной клетки. У меня даже вырвался облегченный вздох. До последней минуты я боялся, что это будет заморозка в исполнении Нифи. Теперь стало еще интереснее: что она скажет на подобную подлость? Но первым на выходку командира отреагировала не чародейка, а тот, от кого этого можно было ожидать меньше всего.

– Заран, что происходит? – прогудел из-под шлема Турум.

Ситуация явно выпадала из нормы, коль уж заговорил молчаливый гном.

– Так надо, – отмахнулся от вопроса Зарандил, но с гномом такой финт явно не работал.

– Кому надо?

– Ташке, и ты сам понимаешь, насколько это важно. Мне дают за эти очки сто кусков.

Вот это, конечно, очочки! Какие же там статы?

– Это неправильно, – не унимался гном, но я уже не следил за их разговором, больше прислушиваясь к вибрации медальона.

Мне плевать, на что там понадобились средства главе Живых; очки – моя законная добыча, и я без них отсюда не уйду.

– Тур, мы сюда не в бирюльки пришли играть. Ты сам подписался на это дело.

– Вить, на подлость я не подписывался! – уже с рычанием возразил гном, невольно упоминая реальное имя Зарандила.

– Заткнись! – тут же свирепо отреагировал эльф. Это показывало, что ситуация ему также не доставляла удовольствия.

Впрочем, меня чувства этого почитателя иезуитских принципов интересовали меньше всего. Цель, возможно, оправдывает средства, но такие методы не делают человека ни чище, ни лучше.

Клетка с тихим звоном лопнула, и это стало сюрпризом для всех, кроме меня… и Угорюма.

Вот скотина! Моим пальцам не хватило буквально пары сантиметров до очков, когда в плечо ударило словно кувалдой. Стрела лучника отбросила меня к стене, а накачанная в нее магия заморозила мое тело мощным станом.

– А ты шустрый, вор! – с невеселым смехом и толикой уважения сказал Зарандил, повернувшись к возмущенному гному спиной.

Любой стан обездвиживал тело, но не лишал возможности говорить:

– Ты даже не представляешь, насколько шустрый.

– Хорошо, что предупредил, – сузив глаза, сказал Зарандил и скомандовал Фадаяру: – Следи за ним.

А вот это плохо – бодаться с неуравновешенным огневиком хотелось меньше всего. Но не это сейчас важно. Несколько опытов с нейроинтерфейсом научили меня передавать информацию если не силой мысли – что вряд ли возможно, – то с помощью направленных эмоций.

Зарандил потянулся к сейфу, но схватить очки ему помешала рыжая молния.

– Ловите эту тварь! – моментально среагировал эльф, но недостаточно быстро для шустрой обезьянки.

Абу начал выделывать по комнате такие кульбиты, что в него не могли попасть ни лучники, ни маги, не говоря уже о том, чтобы поймать.

Это маленькое цирковое выступление на мгновение отвлекло Фадаяра, что дало мне возможность действовать. Уже несколько секунд я просто изображал паралич, на самом деле уже сброшенный действием кулона.

Меня в последнее время так часто станили, что это стало уже привычным. И по этой причине я совершенно забыл о законах игры. Станы от вора и ограничивающие движение огненные клетки, как и манипуляции мага-воздушника, открытой агрессией не являются. А вот стрела в плечо – это уже совсем другое дело. И что из этого вытекает? А вытекает приятный такой ручеек энергии. Моя покровительница сработала с четкостью часового механизма. Стан слетел практически сразу, и в тело хлынула волна настолько мощной энергии, что я поначалу серьезно намеревался разорвать всех супостатов голыми руками. Но обольщаться не стоит, вряд ли дуэльный перекос так уж силен. Мне бы просто убраться отсюда подальше…

Странно, что Живые не почувствовали изменений; возможно, что-то в нашей ситуации избавило их от встречных дебафов.

Первая попытка работы с новым оружием увенчалась успехом, и кинжал материализовался в правильно сжатой ладони.

Тряпки магического наряда пробивались на раз, что я и проделал, добавив от себя короткое обращение к опешившему магу:

– Ничего личного.

Фадаяр дико заорал, но это было не криком боли, а воплем ярости.

Теперь по стенам комнаты скакали уже два циркача, а остальные пытались нас поймать или, на худой конец, подстрелить. Продлись импровизированное выступление хоть на пару секунд дольше, возможно, им бы это удалось, но я вовремя нырнул в открытую дверь, перелетев прямо над раскоряченной фигурой незнакомого гнома. Уже в полете на моих плечах повис весело орущий Абу.

Ловкое приземление с переходом в перекат – и вот я уже во весь опор несусь по темному коридору. Причем проход отнюдь не был безлюдным. Через еще одного гнома, который раскорячился в позе вратаря, я опять перепрыгнул. Замахнувшийся на меня варвар с удивлением увидел, как его соперник неожиданно падает на спину и словно по льду проезжает у него между ногами.

Позади меня одновременно послышались крик разочарования и звон удара секиры в каменный пол.

А вот это уже хуже – впереди застыли два гнома, перекрыв широкий коридор своими щитами. Ме́ста для проскальзывания мимо этой преграды было достаточно, но кто же мне позволит… Эффект неожиданности уже прошел, а это, несомненно, опытные рубаки. Впрочем, чуть снизившийся эффект можно усилить.

Снаряда с самовозгорающейся жидкостью гномы ожидали меньше всего. Впрочем, это вряд ли изменило бы ситуацию, поэтому следом полетели колбы с жидким дымом.

В не таком уж большом объеме коридора одновременно полыхнуло огнем, но тут же все заволокло туманом.

Мимо лупящих стены и друг друга гномов я конечно же прошел, но туман сыграл злую шутку и со мной. Во-первых, бежать пришлось вслепую – несколько столкновений со стенами убавили и без того пострадавшую после стрелы Угорюма полоску жизни. А во-вторых, в таком тумане можно встретить много неприятных личностей.

И такая встреча состоялась, но до этого я провалился в какой-то люк, причем упал прямо на огромного слепца. Туман остался позади, поэтому в свете мерцающего мха мне удалось хорошо рассмотреть своего соперника. Рассмотреть… и тут же отправиться на перерождение.

Впрочем, грех жаловаться. Если бы Зацеп пал от руки игрока, не факт, что с таким трудом добытая оптика осталась бы в моей сумке. А так, преследователей на месте моей встречи с монстром ждал только быстро тающий призрак.

Контраст между эйфорией запредельного бафа и посмертного дебафа был буквально душераздирающим. Словно тебя резко выдернули из теплой постели и запихнули в прорубь. А между двумя этими действиями неслабо отходили кулаками. Все ныло, и единственным желанием было поскорее выйти из игры, но сейчас это слишком большая роскошь.

Скрипя зубами, я словно старик сполз с кровати, отобрал у самодовольного до предела Абу очки и направился к секретеру.

Так, что тут у нас?

«Очки искателя сокровищ +4 к «взлому».

Просто нет слов, одни междометия.

Решив не тянуть резину, я нацепил очки и увидел на панели изрядно надоевшего замка лишь три светящиеся кнопки.

Вот и все. Этого момента я ждал с нетерпением, а теперь почему-то не ощущаю никакой радости. Или просто так сказался дебаф? Этот день многое перевернул во мне и заставил взглянуть на жизнь по-другому. Не помню, кто это сказал – что ранить могут только друзья, но в чем-то он прав. Члены клана Живых, по сути, мне никто, но подобное отношении к моей персоне было очень неприятным. Или они уже успели стать для меня чем-то большим, чем случайные попутчики? Нифи, Дуняша и братья Румы. Чувствую ли я что-то, теряя этих знакомых? Определенно – да. Но собственное упрямство и обида не позволят забыть все просто так. Возможно, позже получится вернуться к этому вопросу.

Рывком головы я словно стряхнул тяжелые мысли и быстро нажал на подсвеченные кнопки. Замок мигнул и исчез, открывая мне доступ к вожделенным сокровищам. А их здесь было немало.

Так, сначала чуть подправить здоровье, а то совсем уж тошно. В этом случае достаточно простого зелья бодрости, но в дорогущем наборе моего предшественника оказались только элитные эликсиры. Так что после вливания одной из зеленых бутылочек мне стало намного лучше. Конечно, в таком виде выходить в поле будет изощренным самоубийством, но для того чтобы просто пройтись по городу, вполне достаточно.

Все, теперь можно сделать себе небольшой перерыв. Жаль, конечно, терять Зацепа, но что уж тут сделаешь… Персонаж привязан к капсуле, а от нее нужно срочно избавляться, но уже было понятно, что после продажи трофеев мне хватит и на капсулу, и на небольшой круиз по теплым морям.

Моя рука потянулась к разложенным по ячейкам сверткам, склянкам и шкатулкам, но внимание тут же отвлекла вспышка камня на браслете.

– Ну и кому там неймется?

Пару секунд жадность боролась с любопытством, но все же проиграла.

Лучше бы она выиграла, потому что после взгляда на открывшееся письмо жадность сменилась злостью, изрядно приправленной досадой.

«Зацеп, не знаю, что ты собрался делать, но должен знать, что твой поступок убьет пятилетнюю девочку по имени Таша. Мне пришлось так поступить, чтобы собрать деньги на операцию. Именно поэтому я предлагал тебе десять тысяч долларов. За очки заказчик обещал заплатить сто, а операция стоит девяносто. В общем, поступай, как считаешь правильным, тебе с этим жить».

– Сволочь! Скотина! – исступленно орал я, благо в моем личном кабинете посторонних ушей не было.

К кому относились столь нелестные слова? Да ко всем. Прежде всего, к этому гаду Зарандилу. Ну почему нельзя было сказать все это сразу? Что бы там ни было, эльф поступал так, как ему велела совесть, а вот откуда взялась та часть меня, что предложила послать все лесом, было совершенно непонятно. Когда в моей душе поселилась эта гниль? Ведь не было же никогда… Я всегда был уверен, что не пройду мимо тех, кто обижает девушку, старика или ребенка, что уж говорить о зажимании денег на операцию маленькой девочке! Но ведь на секунду же усомнился в разумности единственно верных действий…

– Черт!

От моего крика Абу съежился на кровати и тихо заскулил.

– Успокойся, малыш, просто у твоего хозяина внутри завелась гнильца.

Откуда? Все очень просто – небольшой компромисс с совестью здесь, маленькое отступление от принципов там.

Эх, мерзко все это.

Рассматривать доставшиеся с таким трудом сокровища уже не хотелось. Я, не закрывая секретер, решительно вышел из комнаты.

Перерождение забросило меня внутрь Турмаханской главной башни, так что к порталу можно было добраться, поднявшись по внутренней лестнице.

То ли мне повезло, то ли Зарандил попросту сглупил, но у портала засады не оказалось.

Переход в Славию прошел штатно, и я сразу же направился к отделению банка. Общаться с Живыми даже для передачи очков мне совершенно не хотелось.

На резные крыши Славии уже легло покрывало ночи, но город даже не думал засыпать. Столица Лукоморья привычно окуналась в веселье, но эта радость почему-то не хотела передаваться мне. В душе царил раздрай. Одна часть меня утверждала, что отдавать шанс на будущие заработки – глупо, и можно просто продать содержимое секретера, а вторая напоминала о последствиях подобных сделок с совестью.

Не знаю, чем бы это все закончилось, но судьба сжалилась надо мной и сделала выбор сама.

Браслет призывно мигнул, но в это раз сигнал был непривычным.

Это что еще за новости?

Свиток сообщал, что сработала сигнализация в доме.

Черт!

Активация вкладок тут же позволила мне открыть изображение, от которого в моем желудке будто образовался ледяной ком.

Слабое освещение двора все же сумело передать неприятную сцену – посреди газона лежало тело Бима, а рядом стоял какой-то человек. И что самое скверное – в руке незнакомца был пистолет с глушителем.

Так, а что показывают остальные камеры?

Внутри дома находились еще три непрошеных гостя. Двое проводили экстренный обыск, а третий растерянно стоял посреди комнаты. К счастью, предыдущий хозяин жилья позаботился установить необходимое оборудование, поэтому у меня была возможность послушать, о чем они говорят.

– Что значит «ничего нет»? Наш человек в корпорации точно сказал, что он засел в этом доме.

– Ну так нет же ничего…

– Заткнись и ищи! – рассвирепел главарь этой странной компашки. Увидев, как замолкший подельник выбежал в другую комнату, главарь повернулся к субтильному парню в очках. – Ты чего застыл?

– А что мне делать?

– Искать, придурок!

– Мне заплатили не за это.

– Если Шуруп расколет клиента, ты нам будешь без надобности.

– А если нет? – Было видно, что задохлик отчаянно боится, но судя по всему, именно это толкало его на браваду.

– Тогда отработаешь все до копейки, иначе Шуруп займется уже тобой. И чем быстрее ты это сделаешь, тем меньше наш живодер будет нервничать, – с явным намеком уточнил главарь.

– Если будет код перенастройки интерфейса, то это займет пять минут, если нет, придется потратить часа два.

– Тем более начинай искать, потому что такими темпами мы дождемся ментов. Шевели булками или хотя бы мозгами!

– Точно, – оживился очкарик. – Здесь должны быть антенна и кабель от нее.

Умный, зараза!

Сложившуюся ситуацию я обдумывал уже на бегу, направляясь к ближайшей гостинице.

Почему туда? Да потому что если этим уродам что-то нужно из вещей моего предшественника, то ничего они не получат!

Сам не знаю почему, но желание насолить незнакомцам пересилило инстинкт самосохранения – возможно, сказалась игровая беспечность, но скорее всего, это была злость, вызванная убийством Бима. Да, он всего лишь пес, а не человек, но друзей, даже четвероногих, не предают. Каким-то другим способом за смерть пса я отомстить не мог. Мысль о стычке с вышеупомянутым Шурупом соскальзывала по позвоночнику холодными мурашками. Пока еще страх не пересилил решительность, но до этого момента осталось не так уж и долго.

Влетев в гостиницу, я метнул серебряной монетой в консьержа и заскочил в ближайшую дверь.

На зачистку секретера ушло несколько секунд, а через минуту мои ноги во весь опор несли обреченного аватара в сторону Обители Хранителей.

Замаскированный вход в подвал и тайный лаз давали мне небольшую фору, которую нужно использовать по максимуму.

В ночное время общая Обитель была практические безлюдной, что уж говорить об отделении Хранительницы справедливости…

– Туи! – влетев в зал, заорал я как оглашенный. – Туилиндэ!!!

Прошла секунда, две…

От осознания краха меня зазнобило, именно поэтому я чуть не всхлипнул при вздохе облегчения, когда в воздухе соткалась точеная фигурка помощницы.

– Надеюсь, это очень важно, потому…

– Меня могут убить, – в упор заявил я, но увидев скепсис в глазах Туи, уточнил: – В реале!

– Говори.

– Кто-то из ваших сдал бандитам место положения моей капсулы.

– Это невозможно, – упрямо тряхнула челкой помощница Хранительницы справедливости.

– Туи, японский городовой! Меня сейчас грохнут!

– Но что я смогу сделать? – растерялась девушка.

– Возможно, мне удастся уйти, но при этом капсула накроется медным тазом, а решение этой проблемы уже в твоих силах.

Растерянный взгляд девушки сменился решительным.

– Ты продержишься минуту?

– Попробую.

Услышав ответ, помощница растворилась в воздухе, а я быстро проверил, как там мои дела в реале. В принципе ситуация пока не перешла в разряд катастрофических, но все испортил ботан-компьютерщик:

– Кабель ведет в подвал!

Вот скотина!

Выведя трансляцию на громкую связь, я залез в свою сумку.

Туи все не появлялась, а от меня в этой ситуации зависело только одно дело. В другое время рассматривание настолько богатой добычи заняло бы несколько часов, а сейчас анализ прошел с бешеной скоростью. Амуниция и артефакты оценивались очень приблизительно – главное, чтобы хватило на девятьсот золотых – то есть на операцию неизвестной мне Таше.

Мне повезло – предшественник оказался очень богатым субъектом, так что очки, возможно, удастся сохранить; если, конечно, получится сберечь самого́ Зацепа. Единственной вещью, которую не удалось оценить, был большой кристалл черного цвета в форме капли.

«Темная слеза: №%?*».

И что бы это значило?

Чуть подумав, я сформировал из всех вещей, кроме «слезы», компактный пакет. Почему-то в голове засела уверенность, что незваных гостей интересовала именно «слеза», так что с ней еще предстоит разобраться.

– Здесь железная дверь! – послышался голос помощника главаря.

Мать вашу!

Словно услышав мой мысленный вопль, в помещении появилась Туи.

– Зацеп, утечка подтвердилась, и виновные будут наказаны. Но меня смутило то, что капсула была куплена не тобой.

– Это что-то меняет?

– Не для корпорации. Ты оплатил аккаунт, а защита прав собственности на капсулу администрацию не касается, но у меня есть вопросы…

– Извини Туи, но сейчас меня будут убивать, – уже второй раз за сегодня не дал я договорить помощнице. – Осталась одна просьба: в пакете – вещей на девятьсот золотых. Эту сумму нужно перечислить гному по имени Турум из клана Живых. Не знаю, когда мне удастся вернуться в игру, еще нужно выжить…

– Но…

– Туи, нет. Послушай, от этого зависит еще и жизнь маленькой девочки, деньги пойдут на операцию.

Крики в доме продолжались, но мое внимание привлек только яростный вопль главаря:

– Режь кабель!

Ну все – приехали.

– Зацеп! – Туи от возмущения даже топнула ножкой, но в ответ получила только мою добрую и грустную улыбку.

– Все, за мной пришли. Прости, если что не так. Надеюсь, еще уви…

Это не было похоже на обычный выход из игры. Казалось, что из мозга выдернули вживленные провода. Почему-то вспомнилась похожая сцена из «Матрицы», там тоже ребятам было невесело.

Легким утешением был короткий, но наполненный искренней тревогой крик помощницы Хранительницы:

– Зацеп!

Голова дико болела, а все тело трясло, но у меня не было ни малейших сомнений в том, что после близкого знакомства с Шурупом будет еще хуже. Так что, как говорил беснующийся наверху бандос, шевели булками, Зацеп!

Связь мне обрубили, но капсула работала исправно, и лепестки шлема нейроинтерфейса раскрывались штатно, то есть медленно. Пришлось ему помочь, благо заботиться о сохранности аппаратуры необходимости уже не было. Выломав один из лепестков, я спрыгнул с кресла и начал тыкать пальцем в сенсорный экран. Замигав лампочками, главный процессор начал обновлять систему с полным удалением личных данных.

Так, теперь приберем за собой самым кардинальным из возможных способов.

При первом осмотре подвала меня удивило наличие канистры с бензином, но теперь замысел предшественника раскрылся во всей своей гениальности.

Еще минуту заняло разливание горючей жидкости, а затем в ход пошел гаечный ключ.

Когда панель на тайном проходе была снята, главная дверь уже шаталась под ударами снаружи.

Вот скоты, и не боятся шуметь, хотя грохот вряд ли привлечет хоть чье-то внимание.

Зацеп, а чем ты собрался поджигать бензин, растяпа?!

Вопрос, конечно, очень важный, но не ко времени. Ладно, оставим все на волю случая.

Ввинтившись в дырку, я уперся ногами в плиту и начал осторожно поднимать конуру Бима.

Черт… тяжелая, зараза. Скорее всего, сказывается нервное напряжение.

Наконец-то мне удалось сдвинуть деревянное сооружение достаточно для того, чтобы выбраться наружу.

Темнота и тишина деревенской ночи словно ударили по мне страхом и скакнувшим адреналином.

Где-то здесь должен быть третий бандит, а я мало того что громыхаю конурой, так еще и воняю бензином на всю округу. Идея с поджогом подвала уже не казалась мне такой разумной.

Чтобы оценить обстановку, нужна была хотя бы пара секунд, но кто бы мне их дал…

Уже когда я по-пластунски прополз к калитке метров десять, за спиной в тишине послышался тихий скулеж.

Нет, Марат, ты точно скотина! Бим защищал тебя до последнего, а ты даже не удосужился проверить, жив ли четвероногий соратник.

К моей чести, в голове даже не мелькнула мысль оставить пса в руках бандитов, так что в моем «лесу» еще не все окончательно издохло.

Все так же не вставая с земли, я пополз обратно к Биму.

Черт, ну и кровищи!

Бим заскулил сильнее, пришлось успокаивать его едва слышным шепотом:

– Тихо, малыш, тихо. Теперь все будет хорошо.

Кто бы меня так успокоил…

Чтобы нести пса, пришлось встать на ноги.

Блин, да что же ты такой тяжелый!

Единственно возможным путем к отступлению была калитка на заднем дворе, ведущая к лесу, туда мы и направились.

Из дыры в земле доносились приглушенные удары, но все остальное пространство вокруг дома безмолвствовало.

Двадцать метров до калитки, десять, пять и…

Даже не знаю, что меня насторожило, но когда за спиной послышался треск разряда шокера, я уже уронил тело Бима на землю и начал разворачиваться.

М-да, нужно очень внимательно изучить уже обнаруженный мною эффект переноса игровых рефлексов в реальную жизнь. Мне было достаточно ухватить руку подкравшегося Шурупа, а после этого тело словно наработанным в сотнях тренировок движением ушло в сторону, и рывком вогнало шокер в живот противника.

От удивления бандит даже не усел отпустить кнопку активации, и проткнувшие одежду иглы выдали изрядную порцию парализующего заряда.

Шурупа затрясло как эпилептика, и достаточно крупная фигура бандита упала на землю.

– Извини, друг… – по-прежнему шепотом обратился я к Биму и, подняв его на руки, побежал к калитке.

Этот ночной забег запомнился мне слабо. Был какой-то забор, который я с легкостью свалил, и пара грядок, явно пострадавших под моими ногами. К огороду Митяя мне удалось выйти только благодаря воспоминаниям из детства, когда этой тропинкой было хожено не одну сотню раз.

О том, что направление было выбрано верно, возвестил пронзительный и уже знакомый лай голосистой охранницы.

Все повторилось по привычному сценарию.

– Кого там черти принесли?! – послышался голос Митяя, а затем мелькнул луч фонарика.

– Митяй, это я, Марат.

– Блин, Зацеп, это уже не смешно, завязы…

Когда луч фонаря наткнулся на меня, голос товарища моих детских лет осекся.

Митяй никогда не блистал интеллектом, но у него были другие, не менее ценные достоинства. После короткой паузы луч фонаря суетно заметался по двору, но это была не растерянность, а поиски.

Я ни на секунду не сомневался в том, что произойдет дальше. Годы утекали, а Митяй не изменился ни на йоту. Вид залитого кровью человека, которого и дру́гом теперь уже не назовешь, вызвал закономерную реакцию.

– Кто? – прорычал Митяй, наконец-то найдя лучом фонаря вилы.

Смог бы я так же, без раздумий, влезть в чужие разборки, ради старого, но полузабытого друга? Не знаю… надеюсь, что да.

– Это не моя кровь. Митяй, срочно нужен ветеринар.

Чуть поскрипев мозгами, он выдал информацию:

– У нас только Прокопыч; калдырит, конечно, но руки у него золотые.

– Митя, – послышался требовательный голосок Лиды, но в экстренных ситуациях Митяй становился другим человеком.

– Вернись в дом и запрись. – Не дождавшись нужной реакции, он сердито рявкнул: – Быстро, дура!

В ответ тихо пискнули, и тут же послышался стук задвигаемого засова. Затем хозяин подворья повернулся ко мне:

– Подожди, сейчас схожу за тачкой.

– Хорошо, – выдохнул я, чувствуя, как слабеют ноги.

Ничего: пока Митяй ходит, мы с Бимом посидим тут, у заборчика. Заодно сделаем важный звонок, благо телефон неплохо пережил всю эту кутерьму.

– Говори, – совершенно невозмутимым голосом ответил на звонок дядя. Он прекрасно знает, что во внеурочное время беспокоить по пустякам я не буду.

– В соседский дом залезли какие-то бандюги. Пристрелили собаку из пистолета с глушителем.

– Ты замешан?

– В какой-то степени. – В данной ситуации врать не было абсолютно никакого смысла.

– Риелторы?

– Нет, тут совсем другое.

Немного помолчав, дядя начал раздавать приказы, к его чести, абсолютно не влезая в подробности, но в том, что при встрече последует жесточайший допрос, сомнений не было. Впрочем, в этот раз врать и отмалчиваться я не собирался.

– Забейся в угол и дыши через раз, – сказал дядя и отключился.

Что ж, как только позабочусь о Биме, так и сделаю, причем с большим удовольствием. Что-то агрессивность и скорость развития данной ситуации начали меня утомлять.

Эпилог

Словно желая дать людям небольшую передышку перед зимой, погода порадовала хорошим поведением. Солнышко смотрело на меня смешливо и с веселым задором, а я отвечал ему взаимностью. Настроение было прекрасным, и пока ничто не предвещало его изменений.

Эта неделя пролетела как один день – события, разогнавшись, неслись дальше и с успехом улетели под откос. Присланный дядей наряд, конечно, никаких бандитов в доме не нашел, как и моих отпечатков. Ну, почти не нашел. Плохой из меня конспиратор, потому что дядя в воспитательных целях сообщил, что после моей уборки эксперт снял два десятка свидетельств моего пребывания в доме.

Как и следовало ожидать, дядя выудил из меня всю информацию до последнего байта. Два дня он думал, не зарезать ли нашу с сестрой игровую инициативу. Все это время мы с Томой, как любит говорить дядя, дышали через раз. Наконец-то размышления шерифа закончились, и высокая инстанция выдала добро. Но главным условием были драконовские меры безопасности. Квартиру Томы спецы превратили практически в сейф, а для меня дядя нашел дом в элитном поселке с хорошей охраной. Когда-то это был гостевой домик в большом поместье, но поиздержавшийся бизнесмен отделил лишний участок стеной и продал, точнее, отдал в аренду с отсроченной выплатой не очень путевому родственнику очень уважаемого человека.

И вот теперь я стою на пороге собственного дома и весело щурюсь на солнышко. Пару минут назад калитка закрылась за представителем игровой корпорации, чья машина сейчас с тихим гулом направлялась к КПП поселка, где сидели отнюдь не старые дедки, а широкоплечие парни.

– Ты зачем шестисотку сыплешь в раствор? – отвлек меня от созерцания синего неба голос мастера.

– А какой нада? – спросил его помощник.

– Тут и трехсотки за глаза, – зарычал мастер и осторожно покосился в мою сторону, но никакого негатива не увидел.

Действительно, зачем использовать фортификационный цемент для заливки стояков турника на спортивной площадке? Откуда у меня такие познания в строительстве? Из часовой лекции дяди. Увидев буквально выломанную из стены дверь в подвал старого бункера, он не особо стеснялся в выражениях. Зато теперь, чтобы добраться до моей играющей тушки, придется воспользоваться взрывчаткой.

Смотреть, как привлеченные за дополнительные деньги мастера готовят спортивную площадку, смысла не было – закончат и сами уйдут, так что изматывать себя ожиданием не было никакого смысла.

Войдя в столовую – главную и самую большую комнату почти моего собственного дома, я покосился на матрас в углу, где с совершенно трагическим видом валялся Бим. Именно валялся, как находящийся при смерти.

Широкая повязка, охватывающая туловище пса, лишь добавляла драматизма.

– Бим, хватит притворяться, я видел, как ты вставал и обнюхивал холодильник, так что не дави на жалость.

Пес презрительно чихнул и лег удобнее. А еще говорят, что они не понимают человеческой речи…

Маскировать спуск в подвал, некогда бывший винным погребком, мастера не стали, и при взгляде на бронированную дверь каждый мог понять почему. Это было больше похоже на люк в космическом корабле. Паранойя нашептывала о необходимости запасного выхода, но логика напоминала, что убегать мне не придется – достаточно нажать тревожную кнопку.

Подвал, как и дверь, выгодно отличался от прежнего убежища. А вот кокон был таким же. Вопрос с приобретением этого чуда техники оказался предельно простым. На первое же мое электронное письмо корпорация ответила извинениями, уверениями в том, что виновные были наказаны и… предложением кредита на приобретение еще одного кокона.

Вот жмоты – могли бы и подарить.

Кресло привычно сместилось в полугоризонтальное положение, а лепестки шлема охватили голову. Реальный мир напоследок мигнул и исчез.

Краски и звуки вернулись ко мне уже через секунду, и я очутился в хоть и знакомой, но все же имеющей немного другой дизайн комнате.

– Мир приветствует тебя, странствующий дух, – прошептал нежный голосок, по которому я уже успел соскучиться. – Желаешь ли ты выбрать для себя новое тело?

Не понял, какое новое тело… а как же Зацеп? У меня даже похолодело внутри, но начать возмущенно вопить мне не дали.

– Коррекция игрового сценария, – прозвучал уже мужской голос, явно принадлежавший живому администратору. – Синхронизация нейропрофиля.

Через мгновение невесомость бестелесного духа исчезла, и в большом зеркале отразилась гибкая фигура взломщика Зацепа.

– Фух, – облегченно выдохнул я и полез в сумку, где меня ждал сюрприз.

Все вещи оказались на месте, включая те, что были оставлены Туи.

Блин, неужели она не выполнила просьбу, и неизвестная мне Таша осталась без помощи?

Браслет мигал, напоминая о том, что не мешало бы прочитать поднакопившуюся корреспонденцию, чем я тут же и занялся.

Первым открыл письмо с пометкой Обители Хранителей.

«Золото я отправила, но это не подарок. Или отработаешь, или сам продашь свои вещи».

Беспокойства о моей персоне помощница Хранительницы не проявляла, так как наверняка знала, что со мной все в порядке, а вот затягивать с удовлетворением ее любопытства явно не стоит.

Так, теперь другие письма.

Следующим шло послание от Турума, которое было предсказуемо лаконичным:

«Спасибо. Не забуду».

Ну и завершалась подборка письмом от Нифи, но читать его я не стал. На эту тему мы уже поссорились с Томой. Сестра усиленно норовила помирить меня если не со всеми Живыми, то хотя бы с Шалыми, но пока я считал это преждевременным. Возможно, позже…

С одной стороны, обида пока не прошла, а с другой – мне еще предстояло узнать, куда я вляпался, забравшись в чужой дом и чужой аккаунт, а главное – сохранив при себе Черную слезу.

Но все это потом, а сейчас – Сэкаи, встречай блудного сына! Верни ему радость жизни и кучу приятных впечатлений.

Когда моя рука потянулась к резной ручке на двери, губы невольно тронула по-детски радостная улыбка.

Content

Григорий Шаргородский
Чудак. Неправильный вор

Пролог

Часть первая Вор

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Глава 9

Глава 10

Глава 11

Глава 12

Часть вторая Взломщик

Глава 1

Глава 2

Глава 3

Глава 4

Глава 5

Глава 6

Глава 7

Глава 8

Эпилог