Агата Кристи

Девушка в поезде

— Ну и ну! — раздраженно пробормотал Джордж Роулэнд, глядя на серый фасад здания, из которого он только что вышел.

Оно должно было демонстрировать власть денег — и эта власть в лице Уильяма Роулэнда, дядюшки вышеназванного Джорджа, только что вполне определенно заявила о себе. В течение всего десяти минут молодой человек, которого ожидала блестящая карьера, наследник дядюшкиных богатств, стая одним из многочисленных безработных.

«И он даже не дал мне пособия по безработице, — мрачно подумал мистер Роулэнд. — А ведь единственное, на что я способен, — это кропать стишки, которым грош цена. На большее меня не хватает».

«И все из-за этой вчерашней дурацкой вечеринки», — грустно подумал он.

Дурацкой вечеринкой он назвал вчерашний бал в Ковентгарден. Мистер Роулэнд вернулся с него немного поздно — или слишком рано — и в таком состоянии, что не мог с полной уверенностью сказать, возвращался ли он вообще. Роджерс, дворецкий его дяди, был толковый малый и смог дать ему наутро исчерпывающие объяснения по этому поводу. Голова, раскапывающаяся от боли, чашка крепкого чая… Появление на службе без пяти двенадцать вместо половины десятого предвещало катастрофу. Мистер Роулэнд-старший, который в течение двадцати четырех лет сквозь пальцы смотрел на все это, а теперь еще и платил Джорджу жалованье, как и положено поступать родственникам, неожиданно прозрел, и все предстало перед ним в новом свете. Бессвязность ответов Джорджа (рот молодого человека все еще открывался и закрывался, как какой-то инструмент средневековой инквизиции) надолго неприятно поразила его. Несколькими крепкими выражениями Уильям Роулэнд отправил своего племянника плыть по воле волн, а сам вернулся к своим Прерванным делам, касающимся нефтяных промыслов Перу.

Джордж Роулэнд распрощался с офисом своего дядюшки и отправился в Сити. Джордж мыслил рационально. Он решил, что хороший завтрак не помешает ему разобраться в сложившейся ситуации. И он позавтракал. Потом он отправился домой, в фамильный особняк. Роджерс отпер дверь. Его лицо не выразило никакого удивления по поводу возвращения Джорджа в столь неурочное время.

— Добрый день, Роджерс. Будь любезен, уложи, пожалуйста, мои вещи. Я уезжаю отсюда.

— Слушаю, сэр. У вас небольшая поездка?

— Довольно продолжительная, Роджерс. Я сегодня уезжаю в колонии.

— В самом деле, сэр?

— Да. Для этого, кажется, нужна хорошая лодка. Ты разбираешься в лодках, Роджерс?

— Чьи колонии вы собираетесь посетить, сэр?

— У меня нет никаких определенных планов. Я бы поехал в любую. Ну, скажем, в Австралию. Что ты на это скажешь, Роджерс?

Роджерс сдержанно кашлянул.

— Гм, сэр. Я слышал, что где-то есть контора, куда принимают всех, кто действительно хочет работать.

Мистер Роулэнд бросил на него взгляд, полный интереса и восхищения.

— Весьма лаконично, Роджерс. Как раз то, о чем я и сам думал. Я не поеду в Австралию, сегодня во всяком случае. Принеси мне справочник. Мы выберем что-нибудь поближе.

Роджерс принес справочник. Джордж открыл его наугад и быстро стал листать.

— Персия — слишком далеко, мост Патни — слишком близко. Рамсгэйт? Не думаю. Рейгэйт также меня не вдохновляет. Что за штука! Тут есть место, которое называется Замок Роулэнд. Ты когда-нибудь о нем слышал, Роджерс?

— Я полагаю, сэр, что туда можно доехать с вокзала Ватерлоо.

— Роджерс, что ты за человек! Ты все знаешь. Ну и ну, Замок Роулэнд! Интересно, что это за местечко.

— Я бы сказал, сэр, что это очень небольшое местечко.

— Это даже лучше, меньше конкурентов. В воздухе этой тихой, маленькой деревушки до сих пор чувствуется старый феодальный дух. Последнего из Роулэндов должны там встретить с искренним уважением. Я бы не удивился, если б они через неделю избрали меня своим мэром.

Он захлопнул справочник.

— Выбор сделан. Собери мне маленький саквояж, Роджерс. Передай мой привет повару. Его зовут Дик Вайтингтон, ты знаешь. Спроси его, не будет ли он так любезен дать мне на некоторое время своего кота. Когда ты собираешься стать лорд-мэром, кот просто необходим.

— К сожалению, сэр, кот сейчас не в форме.

— Это почему же?

— У него прибавление в семействе. Восемь котят. Появились на свет сегодня утром.

— А я и не знал. Я-то думал, что кота зовут Питер.

— Именно так его и звали. Это большой сюрприз для всех.

— Да, вот пример того, что внешность бывает обманчива. Ну что ж, придется мне ехать без кота. Уложи мои вещи прямо сейчас, хорошо?

— Да, сэр.

Роджерс удалился и вернулся через десять минут.

— Вызвать такси, сэр?

— Да, пожалуйста.

Роджерс поколебался, но затем подошел к Джорджу поближе.

— Осмелюсь заметить, сэр, но если бы я был на вашем месте, то не стал бы придавать такое значение всему тому, что наговорил вам сегодня мистер Роулэнд. Он был на одном из званых обедов, и…

— Не продолжай, — сказал Джордж. — Я понял.

— И потом, его подагра…

— Я знаю, знаю. Очень тяжелый вечер для тебя, Роджерс, да и для нас обоих. Но мне хотелось бы увидеть себя в замке Роулэнд — это цель моей исторической поездки, — когда я там буду выступать с речью. Просмотр почты и утренней прессы не отнимет у меня много времени, как раз пока будет готовиться фрикасе из телятины. А теперь — в Ватерлоо! — как сказал Веллингтон накануне исторического сражения.

Вокзал Ватерлоо в этот день предстал перед Джорджем не в самом лучшем виде. Поезд, который должен был доставить его до места назначения, мистер Роулэнд разыскал не сразу. Этот поезд ничем не отличался от других; в нем, казалось, почти не было пассажиров. У мистера Роулэнда было купе в вагоне первого класса как раз в самом начале состава. Туман, опустившийся на столицу, то рассеивался, то опять появлялся. Платформа была пуста, и тишину нарушали только приступы астматического кашля паровоза.

Но тут события начали развиваться с потрясающей быстротой.

Первой появилась девушка. Она рывком открыла дверь, влетела в купе, разбудив уже задремавшего было мистера Роулэнда, и воскликнула: «О! Спрячьте меня, пожалуйста, спрячьте!»

Джордж был человеком действия, ему некогда было размышлять, почему и зачем он должен это делать. В железнодорожном купе есть только одно место, где можно спрятаться, — под сиденьем. В считанные секунды девушка забралась туда, а сверху на сиденье Джордж поставил свой саквояж.

Но в этот момент в окне купе появилось лицо мужчины, искаженное яростью.

— Моя племянница! Она здесь. Где моя племянница?

Джордж, почти не дыша, полулежал в углу, углубившись в спортивную колонку вечерней газеты. Он отложил ее с видом человека, которого отвлекли от важных дел.

— В чем дело, сэр? — вежливо спросил он.

— Моя племянница! Что вы с ней сделали?

Рассудив, что лучший способ защиты — нападение, Джордж начал действовать.

— Какого черта?! — закричал он, подражая голосу собственного дядюшки.

Незнакомец замолчал, не ожидая такого яростного отпора, что позволило Джорджу разглядеть его. Он был тучен и тяжело дышал, как будто некоторое время ему пришлось бежать. Он был подстрижен en brosse [En brosse кисточками (фр.). Прическа, в которой выделяется каждая отдельная прядь волос] и носил усы убежденного приверженца Гогенцоллернов [Усы, которые носили германские кайзеры из династии Гогенцоллернов, закручивались наверх]. Он говорил с акцентом, а его осанка свидетельствовала о том, что он гораздо лучше чувствует себя в мундире, нежели без него. Джордж как истинный британец относился с известным предубеждением ко всем иностранцам, а в особенности к немцам.

— Какого черта, сэр? — зло повторил он.

— Она зашла сюда, — ответил иностранец. — Я ее видел. Что вы с ней сделали?

Джордж отложил газету и высунулся из окна.

— В чем дело? — прорычал он. — Это шантаж. Но со мной эти штучки не пройдут! Я все прочел о вас в «Дейли морнинг». Кондуктор, сюда! Сюда!

Железнодорожный служащий, заметивший перебранку, уже спешил к ним.

— Сюда, кондуктор, — произнес мистер Роулэнд высокомерным тоном, перед которым так преклоняются низшие классы. — Этот субъект докучает мне. Он пытался меня шантажировать. Он заявил, будто я спрятал тут его племянницу. Здесь полно всяких иностранцев, которые занимаются подобными штучками. Это надо наконец прекратить. Уведите его отсюда. Вот моя визитная карточка, она может вам понадобиться.

Кондуктор переводил взгляд с одного на другого. Решение было принято быстро. Опыт научил его презирать иностранцев и уважать хорошо одетых джентльменов, путешествующих первым классом.

Он положил руку на плечо навязчивого субъекта.

— А ну-ка, — сказал он, — пошли отсюда.

В этот критический момент иностранец забыл английский и разразился яростными ругательствами на своем родном языке.

— Ну хватит, — заявил кондуктор. — Ну-ка отойдите подальше отсюда. Ее тут нет.

Раздался свисток. Поезд медленно отошел от перрона.

Джордж оставался у окна до тех пор, пока был еще виден с платформы. Затем он обернулся, взял свой саквояж и забросил его на полку.

— Все в порядке. Можете вылезать, — сказал он успокоительно.

Девушка выбралась наружу.

— О боже, — вздохнула она. — Как мне благодарить вас?!

— Не стоит. Мне это доставило удовольствие, уверяю вас, — с легкостью сказал Джордж.

Он ободряюще улыбнулся ей. Взгляд ее стал озадаченным. Казалось, она ищет что-то. В это мгновение она увидела свое отражение в узком зеркале напротив и издала глубокий вздох.

Было бы ошибкой думать, что служащие подметали под сиденьями каждый день. Все говорило против этого, но, может быть, частицы пыли и дыма сами находили свой путь, подобно птице, летящей в родное гнездо. У Джорджа не было времени как следует рассмотреть девушку, так внезапно было ее появление и так стремительно она укрылась в своем убежище, но он успел заметить, что она молода, красива и хорошо одета. Теперь же ее красная шляпка помялась, а лицо было перепачкано пылью.

— О! — только и произнесла девушка.

Она схватила свою сумочку. Джордж тактично отвернулся к окну, наслаждаясь видами лондонских предместий и Темзы.

— Как я могу отблагодарить вас? — вновь спросила девушка.

Восприняв это как намек на продолжение разговора, Джордж обернулся к ней и опять вежливо отказался, но на этот раз с большей теплотой.

Девушка была просто очаровательна! Никогда еще, сказал себе Джордж, он не видел такой прелестной девушки. Это открытие вызвало в нем прилив учтивости.

— Мне кажется, что все это было просто великолепно, — с чувством сказала девушка.

— Ну что вы! Мне это ничего не стоило! Я был счастлив помочь вам, пробормотал он.

— Великолепно, — повторила она.

Несомненно, очень приятно находиться рядом с самой прелестной девушкой, какую ты когда-либо встречал и которая смотрит тебе прямо в глаза и говорит, что ты был великолепен. Джордж просто упивался этим.

Затем наступило тягостное молчание. Наконец девушке, кажется, пришло в голову, что от нее ожидают дальнейших объяснений. Она немного покраснела.

— Мне очень неловко, — взволнованно сказала она, — но я боюсь, что не смогу вам ничего объяснить.

Она посмотрела на него жалобно и неуверенно.

— Вы не можете объяснить?

— Нет.

— Это просто замечательно! — с энтузиазмом произнес мистер Роулэнд.

— Простите?

— Я сказал, что это просто замечательно. Прямо как в одной из тех книжек, от которых вы не можете оторваться всю ночь. В первой главе героиня обязательно говорит: «Я не могу вам этого объяснить». Но в конце книги она все объясняет и не видишь никаких реальных причин, почему она не сделала этого в начале, разве что это испортило бы весь рассказ. Не могу выразить, как мне приятно быть замешанным в настоящую тайну — я не знал, что это так. Подозреваю, что это связано как-то с секретными документами невероятной важности и Балканским экспрессом. Я в восторге от Балканского экспресса.

Девушка взглянула на него с подозрением.

— Почему вы упомянули Балканский экспресс? — резко спросила она.

— Не сочтите меня нескромным, — поспешил добавить Джордж, — я думал, ваш дядя на нем приехал.

— Мой дядя?.. — Она помолчала и начала снова: — Мой дядя…

— Совершенно верно, — сказал Джордж сочувственно. — У меня самого есть дядя. Никто не может отвечать за своих дядюшек. Родственные связи тут ни при чем — вот мое мнение.

Девушка внезапно рассмеялась. Когда она снова заговорила, Джордж заметил у нее легкий иностранный акцент. А сначала он принял ее за англичанку.

— Какой вы необыкновенный человек, мистер… — Роулэнд. А для друзей просто Джордж.

— А меня зовут Элизабет…

Она внезапно замолчала.

— Мне нравится имя Элизабет, — сказал Джордж, чтобы скрыть ее минутное смущение. — Я надеюсь, вас не называют Бесси или вроде этого?

Она покачала головой.

— Ну хорошо, — сказал Джордж, — а теперь, когда мы познакомились, надо покончить с делами. Если вы встанете, Элизабет, я отряхну пыль с вашего пальто.

Она послушно встала, и действия Джорджа были столь же любезными, как и его слова.

— Спасибо, мистер Роулэнд.

— Джордж! Джордж — для друзей, запомните. И было бы неучтиво с вашей стороны — войти в мое купе, залезть под сиденье, заставить меня лгать вашему дяде и после этого отказываться быть моим другом, вы согласны?

— Конечно, Джордж.

— Вот так-то лучше.

— Как я выгляжу? — спросила Элизабет, пытаясь заглянуть себе за левое плечо.

— Вы выглядите… вы выглядите прекрасно, — взяв себя в руки, решительно заявил Джордж.

— Все это было так внезапно, — объяснила девушка.

— Да, наверное.

— Он видел нас в такси, а потом на вокзале, куда я побежала, когда он меня преследовал. Кстати, куда этот поезд идет?

— В замок Роулэнд, — твердо ответил Джордж.

Девушка посмотрела на него подозрительно.

— Замок Роулэнд?

— Ну, не сразу, конечно. После долгих остановок и очень медленно. Но я все-таки надеюсь добраться туда до полуночи. Старая Юго-Западная — очень надежная линия, медленная, зато надежная — и я уверен, что Южная железная дорога сохраняет старые традиции.

— Я не уверена, что мне так уж необходимо ехать в Замок Роулэнд, засомневалась Элизабет.

— Вы меня огорчаете. Это прекрасное место.

— Вы когда-нибудь там бывали?

— Пока нет. Но если вам не нравится замок Роулэнд, то тут много всяких других местечек, куда бы вы могли поехать. Это и Уокинг, и Уэйбридж, и Уимблдон. Поезд останавливается часто.

— Да, — сказала девушка. — Но я могу сойти с поезда здесь и добраться до Лондона на машине. Я считаю, что это лучший вариант.

Как раз в этот момент поезд стал замедлять ход. Мистер Роулэнд бросил на нее умоляющий взгляд.

— Если я ничего больше не могу для вас сделать…

— В самом деле, нет. Вы и так уже сделали очень много.

Наступила пауза, но потом девушка внезапно решилась:

— Я… Я хочу вам объяснить. Я…

— Ради бога, не делайте этого! Это все испортит. Но неужели я действительно ничем не могу вам помочь? Скажем, отвезти секретные бумаги в Вену или что-нибудь в этом роде? В подобных случаях всегда бывают секретные бумаги. Дайте мне шанс.

Поезд остановился. Элизабет быстро вышла на платформу. Она повернулась и сказала ему через открытое окно:

— Вы говорите это серьезно? Вы действительно могли бы кое-что сделать для нас… для меня?

— Я сделаю для вас все, Элизабет.

— Даже если я вам не объясню причин?

— Ненавижу выяснять причины!

— Даже если это будет опасно?

— Чем опаснее, тем лучше.

С минуту она колебалась, а потом, видимо, решилась.

— Выгляните из окна, будто вы кого-то ищете.

Мистер Роулэнд попытался выполнить ее указания.

— Вы видите того человека с небольшой черной бородкой, одетого в светлое пальто? Следуйте за ним, наблюдайте, что он делает и куда направляется.

— И это все? — спросил мистер Роулэнд.

— Дальнейшие указания будут вам высланы. Наблюдайте за ним и берегите вот это. — Она передала ему в руки маленький запечатанный пакет. — Берегите это как зеницу ока. Это — ключ ко всему.

Поезд тронулся. Мистер Роулэнд долго оставался у окна, провожая глазами стройную грациозную фигуру Элизабет, которая спускалась с платформы. В руках он сжимал маленький запечатанный пакет.

Остаток его пути был однообразным и обошелся без приключений. Поезд шел очень медленно и часто останавливался. На каждой остановке Джордж высовывался из окна, надеясь, что объект его наблюдений сходит с поезда. Иногда он даже прогуливался по платформе, когда остановки были особенно длинными, и убеждался, что бородач все еще находится в поезде.

Конечной станцией был Портсмут, и именно там вышел пассажир с черной бородой. Он направился к небольшому отелю второго класса и снял там номер. Мистер Роулэнд последовал его примеру.

Номера находились на одном этаже, их разделяли только две двери. Обслуживание показалось Джорджу вполне сносным. В делах слежки он был полным профаном, но ему хотелось оправдаться перед самим собой и заслужить доверие Элизабет. За обедом Джорджу достался столик недалеко от столика объекта его наблюдений. Ресторан был наполовину пуст, большинство посетителей выглядело весьма респектабельно и было занято обедом. Только один человек привлек его внимание, маленький, рыжеволосый и рыжеусый, судя по одежде — любитель скачек. Казалось, он тоже заинтересовался Джорджем, и, когда обед подошел к концу, он даже предложил ему вместе выпить и поиграть в биллиард. Но Джордж как раз заметил неподалеку человека с черной бородой, который надевал шляпу и пальто, поэтому вежливо отказался. Затем он вышел на улицу, начав слежку с новыми сипами. Преследование было долгим и утомительным, в конце концов оказалось, что он опять возвращается на старое место. Пройдя по улицам Портсмута мили четыре, человек опять вернулся в отель, а Джордж шел за ним по пятам. Его стали обуревать сомнения. Может быть, бородатый догадывался о его присутствии? Он стоял в холле и обдумывал этот вопрос, и в это время входная дверь отворилась и вошел рыжеусый. Наверное, он тоже участвовал в погоне.

Размышления Джорджа внезапно прервала хорошенькая консьержка, которая обратилась к нему:

— Мистер Роулэнд, не так ли? Два джентльмена хотели вас видеть. Два иностранных джентльмена. Они находятся в маленькой комнате в конце коридора.

Немного удивившись, Джордж разыскал эту комнату. Два человека, которые там сидели, поднялись и поклонились ему с изысканной вежливостью.

— Лорд Роулэнд? Не сомневаюсь, сэр, что вы догадываетесь, кто мы такие.

Джордж переводил взгляд с одного на другого. Говоривший, седой, представительный джентльмен, прекрасно владевший английским, был старше своего спутника. Второй был высокий, немного прыщавый молодой человек с бледным тевтонским лицом, которое портило хмурое выражение.

Убедившись, что ни один из джентльменов не являлся тем неприятным типом, с которым он столкнулся на вокзале Ватерлоо, Джордж с облегчением предложил:

— Присаживайтесь, господа. Очень рад с вами познакомиться. Не желаете ли выпить чего-нибудь?

Старший сделал протестующий жест.

— Спасибо, лорд Роулэнд, мы не хотим. У нас слишком мало времени, как раз столько, чтобы задать вам только один вопрос.

— Очень мило с вашей стороны именовать меня пэром, — сказал Джордж. Жаль, что вы не хотите выпить. Что же это за вопрос?

— Лорд Роулэнд, вы покинули Лондон в сопровождении известной вам особы. Сюда вы приехали один. Где же она?

Джордж поднялся.

— Я не понимаю, о чем вы говорите, — холодно произнес он, подражая герою своей любимой повести. — Позвольте откланяться, джентльмены.

— Нет, вы понимаете в чем дело. Вы прекрасно это понимаете, воскликнул молодой человек, до сих пор молчавший. — Что вы сделали с Алекс?

— Успокойтесь, сэр, — пробормотал другой. — Прошу вас, успокойтесь.

— Смею вас уверить, — сказал Джордж, — что мне незнакомо это имя. Здесь какая-то ошибка.

Старший пристально посмотрел на него.

— В это верится с трудом, — сказал он сухо. — Я позволил себе справиться у портье. Вы назвали себя мистером Дж. Роулэндом из замка Роулэнд.

Джордж покраснел.

— Это… это была просто шутка, — смущенно объяснил он.

— Какая жалкая увертка. Давайте не будем ходить вокруг да около. Где ее высочество?

— Если вы имеете в виду Элизабет…

Молодой человек опять вскочил.

— Наглая свинья! Так говорить о ней! — взвизгнул он.

— Я имею в виду, — сказал медленно другой, — и вам это вероятно, хорошо известно, великую герцогиню Катонскую Анастасию Софью Александру Марию Елену Ольгу Елизавету.

— О! — только и сказал мистер Роулэнд.

Он пытался вспомнить, что ему доводилось слышать о Катонии.

Кажется, это было маленькое балканское королевство, и там будто бы произошла революция.

— По-моему, мы имеем в виду одну и ту же особу, — улыбнулся он, только я ее знаю как Элизабет.

— Я требую удовлетворения! — прорычал молодой человек. — Мы будем стреляться!

— Стреляться?

— Да, на дуэли.

— Я никогда не стреляюсь на дуэлях, — твердо заявил мистер Роулэнд.

— Это почему же?

— Я очень боюсь, что мне сделают больно.

— Ах вот оно что! Ну тогда, по крайней мере, вы получите от меня по физиономии!

И молодой человек в ярости бросился на Джорджа. Что произошло дальше, трудно было разглядеть, но он описал в воздухе полукруг и упал на пол с глухим стуком. Он был совершенно ошеломлен. Мистер Роулэнд ласково улыбался.

— Я же говорил, — заметил он, — я очень боюсь, что мне сделают больно. Поэтому мне и пришлось изучить джиу-джитсу.

Наступила тишина. Иностранцы с сомнением смотрели на этого, на первый взгляд, чрезвычайно любезного молодого человека. Они внезапно осознали, что, несмотря на его беспечный вид, он может быть опасен. Молодой тевтонец побелел от бешенства.

— Вы еще об этом пожалеете, — прошипел он.

Старший сохранял достоинство.

— Это ваше последнее слово, лорд Роулэнд? Вы отказываетесь нам сказать, где находится ее высочество?

— Я и сам этого не знаю.

— Уж не думаете ли вы, что я вам поверю?

— Боюсь, сэр, что вы принадлежите к типу недоверчивых людей.

Пожилой иностранец, едва заметно покачав головой, проговорил: «Это не все. Вы о нас еще услышите», и оба человека вышли.

Джордж коснулся рукой лба. События развивались с невероятной быстротой. По всей видимости, он оказался замешанным в крупный европейский скандал.

«Может быть, это даже приведет к новой войне», — с надеждой подумал он и пошел искать человека с черной бородой. Он нашел его в холле.

Джордж уселся в противоположном углу. Через несколько минут чернобородый встал и отправился в свой номер. Джордж увидел, как он закрыл за собой дверь. У него отлегло от сердца.

— Мне необходимо выспаться, — пробормотал он. — Просто необходимо.

Но тут его поразила внезапная мысль. А что если чернобородый догадался, что Джордж его выслеживает? Он ведь может ускользнуть ночью, пока Джордж будет спать. Немного подумав, мистер Роулэнд нашел способ устранить эту трудность. Он распустил один из своих носков. У него получилась довольно длинная шерстяная нитка. Потом он крадучись вышел из своей комнаты и прикрепил конец нитки к двери бородатого бумагой от почтовой марки. Нитку он протянул до своей комнаты и привязал к ее концу маленький серебряный колокольчик — память об одной вечеринке. Джордж был доволен собой.

Как только чернобородый попытается выйти из своего номера, Джордж тут же узнает об этом по звону колокольчика.

Покончив с этим, Джордж не теряя времени лег в кровать. Маленький пакет он осторожно положил себе под подушку. Тут он впал в задумчивость. Его мысли можно было выразить следующим образом: «Анастасия, Софья, Мария, Александра, Ольга, Елизавета. Черт с ними со всеми, я скучаю только по одной».

Однако он не мог сразу же заснуть, его мучила невозможность оценить сложившуюся ситуацию. Что все это значило? Какая связь между сбежавшей великой герцогиней, запечатанным пакетом и чернобородым? От чего спасалась великая герцогиня? Знают ли иностранцы, что пакет у него? И что в нем находится?

Его раздражало, что он никак не мог найти ответы на мучившие его вопросы. Вскоре мистер Роулэнд погрузился в сон.

Его разбудил резкий звук колокольчика. Он не сразу пришел в себя, и ему потребовалось полторы минуты, чтобы окончательно проснуться. Затем он вскочил, сунул ноги в домашние туфли и, тихонько открыв дверь, выскользнул в коридор. Мелькнувшая тень в конце коридора указала ему направление, в котором нужно идти. Стараясь ступать бесшумно, мистер Роулэнд последовал за тенью и успел увидеть, как чернобородый зашел в ванную. Это было очень странно, потому что как раз напротив его собственного номера тоже была ванная. Прижавшись к стене, Джордж наблюдал в щелку за происходящим. Человек, стоя на коленях возле ванны, что-то делал с плинтусом за ней. Он оставался там минут пять, потом поднялся на ноги, и Джордж был вынужден бесшумно ретироваться. Находясь в тени от своей двери, он смотрел, как бородатый вошел в свой номер.

«Хорошо, — подумал Джордж. — Тайна ванной комнаты будет раскрыта завтра утром».

Он лег в кровать и сунул руку под подушку, чтобы проверить, на месте ли драгоценный пакет. В следующий момент он панически рылся в постельном белье. Пакета нигде не было.

Случившееся настолько выбило его из колеи, что на следующее утро он ел яичницу с беконом без всякого аппетита. Он потерял Элизабет. Драгоценный пакет, который она ему доверила, пропал, и «тайна ванной комнаты» никак не могла компенсировать эту потерю. Да, несомненно, Джордж свалял дурака.

После завтрака он опять поднялся наверх. В коридоре стояла горничная, она выглядела озабоченной.

— Что случилось, милочка? — добродушно спросил Джордж.

— Здесь живет один джентльмен, сэр. Он попросил, чтобы его разбудили в половине девятого, а теперь он не отвечает и дверь заперта.

— О, не продолжайте, — сказал Джордж.

Мысли путались в его голове. Он поспешно вошел к себе в номер. Но план, который он готовил, внезапно был отменен из-за невероятной вещи. На туалетном столике лежал пакет, который был украден у него ночью!

Джордж схватил его и внимательно осмотрел. Да, несомненно, это тот самый пакет. Но печать сломана. После минутного колебания он открыл его. Если другие люди видели его содержимое, то почему бы и ему не посмотреть, что в нем. Кроме того, содержимое пакета могли и украсть. Развернув бумагу, он обнаружил маленькую коробочку, в каких обычно продаются ювелирные украшения. Джордж открыл ее. Внутри лежало гладкое золотое обручальное кольцо.

Он поднес его к глазам. На нем не было никакой надписи, ничего такого, что могло бы его отличить от других обручальных колец. Джордж со стоном уронил голову на руки.

— Безумие, — пробормотал он. — Вот что это такое. Окончательное сумасшествие. В этом не приходится сомневаться.

Но внезапно Джордж вспомнил о том, что рассказала ему горничная, и тут же увидел, что снаружи под окном проходит широкий карниз. Он совсем не жаждал совершать подвиги, но в возбуждении от любопытства и гнева он мог сделать что-нибудь невероятное. Он забрался на подоконник и через некоторое время уже заглядывал через окно в комнату чернобородого. Окно было открыто, и комната была пуста. Рядом он заметил пожарную лестницу. Теперь стало ясно, как ускользнула преследуемая им дичь. Джордж влез в комнату через окно. Исчезновение чернобородого привело его в замешательство. Тут должен быть какой-нибудь ключ к разгадке. Он стал осматривать все вокруг, начав с набитого саквояжа.

Но тут его внимание привлек звук — очень слабый звук, но, без сомнения, он раздавался в самой комнате. Взгляд Джорджа остановился на большом шкафе. Он бросился к нему и распахнул дверцу. Как только он это сделал, изнутри выскочил человек и тут же очутился в объятиях Джорджа. Однако он не проявлял особой враждебности. Все хитроумные приемы Джорджа почти не имели успеха… Наконец борющиеся упали в полном изнеможении, и только тут Джордж разглядел своего противника. Это был рыжеусый.

— Какого черта! — воскликнул Джордж.

Вместо ответа рыжеусый достал визитную карточку и протянул ее Джорджу. Тот прочитал вслух:

— Инспектор Джеральд, Скотленд-Ярд.

— Именно так, сэр. И я был бы вам очень признателен, если бы вы рассказали мне все, что вам известно об этом деле.

— Должен ли я все это вам рассказывать? — произнес Джордж задумчиво. Знаете, инспектор, думаю, вы правы. Давайте переберемся в какое-нибудь более приятное место.

В тихом уголке бара Джордж отвел душу. Инспектор Джеральд слушал его с сочувствием.

— Очень странное дело, как вы правильно заметили, сэр, — сказал он, когда Джордж закончил. — В этом деле много непонятного и для меня, но два или три момента я могу вам объяснить. Я прибыл сюда вслед за Марденбергом, вашим чернобородым приятелем, и ваше внезапное появление, а затем слежка за ним показались мне подозрительными. Я не мог вас раскусить. Прошлой ночью, когда вас не было в номере, я проник туда и взял маленький пакет из-под подушки. Когда я его вскрыл, я понял, что это не то, что я ищу, и поэтому воспользовался первой возможностью, чтобы вернуть его вам.

— Да, действительно, это несколько проясняет ситуацию, — задумчиво сказал Джордж. — Все это время я, наверное, вел себя как последний осел.

— Ну что вы, сэр. Вы действовали гораздо лучше любого новичка. Вы сказали, что сегодня утром зашли в ванную и забрали оттуда то, что было спрятано за плинтусом?

— Да. Но это всего лишь любовное письмо, — мрачно сказал Джордж. — Что ни говори, но я не должен был совать нос в личную жизнь этого бедняги.

— Вы не будете возражать, если я взгляну на письмо, сэр?

Джордж достал сложенное письмо из кармана и протянул инспектору. Тот прочитал его.

— Вы совершенно правы, сэр. Это любовное письмо. Но если присмотреться повнимательнее… Я вам очень благодарен, сэр. Это план защиты Портсмутской гавани.

— Что?

— Да. Этот джентльмен находился под нашим наблюдением. Но ему удалось ускользнуть от нас. Наиболее грязную работу он поручал женщине.

— Женщине? — заинтересовался Джордж. — А как ее зовут?

— Она появляется под разными именами, сэр. Чаще всего как Бетти Брайтайз. Она, кстати, молода и очень красива.

— Бетти Брайтайз… — повторил Джордж. — Благодарю вас, инспектор.

— Простите, сэр, вам плохо?

— Мне нехорошо. Я чувствую себя больным. Я думаю, мне лучше всего первым же поездом вернуться в город.

Инспектор посмотрел на часы.

— Скоро отправляется пассажирский, сэр. Но он идет очень медленно. Лучше подождать экспресса.

— Это не имеет значения, — мрачно сказал Джордж. — Ни один поезд не может быть медленнее того, на котором я приехал вчера.

Снова сев в вагон первого класса, Джордж на досуге стал читать свежую газету. Внезапно он вздрогнул и впился глазами в маленькую заметку.

«Вчера в Лондоне произошло бракосочетание лорда Роланда Гейта, второго сына маркиза Эксминстера, и великой герцогини Катонской Анастасии. О церемонии не было объявлено заранее. Великая герцогиня уехала в Париж вместе со своим дядей сразу же после переворота в Катонии. Она встретила лорда Роланда, когда он был секретарем британского посольства в Катонии, с этого времени и началось их знакомство».

Мистер Роулэнд не понимал ничего. Он продолжал вглядываться в газетные строчки, словно в них содержались ответы на все его вопросы. Поезд остановился на маленькой станции, и в вагон вошла дама. Она села напротив Джорджа.

— Доброе утро, Джордж, — ласково сказала она.

— Боже мой! — вскричал он. — Элизабет!

Она улыбнулась ему. Если бы это было возможным, то она стала еще прелестнее.

— Взгляните сюда! — Джордж протянул ей газету. — Ради бога, скажите, кто вы — великая герцогиня Анастасия или Бетти Брайтайз?

Она внимательно посмотрела на него.

— Я ни та, ни другая. Я — Элизабет Гейт. Теперь я уже могу вам все рассказать. Кроме того, я должна извиниться. Вы знаете, Роланд — это мой брат — всегда был влюблен в Алекс…

— Это великая герцогиня?

— Да, так ее зовут близкие. Как я уже сказала, Роланд всегда любил ее, а она — его. Потом произошла революция, и Апекс переехала в Париж. Они как раз собирались пожениться, когда старый канцлер Штюрм приехал, чтобы заставить Алекс вернуться и выйти замуж за принца Карла, ее двоюродного брата, противного и прыщавого…

— Кажется, мы с ним встречались, — вставил Джордж.

— …которого она просто ненавидела. А старый принц Осрик, ее дядя, запретил ей встречаться с Роландом. Поэтому она бежала в Англию. Я приехала, чтобы ее встретить, и мы дали телеграмму Роланду, который в это время был в Шотландии. В самый последний момент, когда мы ехали в такси в контору, где регистрируются браки, мы лицом к лицу столкнулись со старым принцем Осриком, который сидел в другом такси. Он погнался за нами, и мы уже не знали, что делать, ибо он, конечно же, устроил бы скандал. Кроме того, он является опекуном Алекс. И тут у меня появилась блестящая идея — поменяться с ней местами. В наше время, если девушка одета по последней моде, в ней нельзя разглядеть ничего, кроме кончика носа. Я надела красную шляпку Апекс и ее коричневое широкое пальто, а она — мое серое. Тут мы велели таксисту ехать на вокзал Ватерлоо, я выскочила из машины и побежала к вокзалу. Хитрость удалась, старый Осрик погнался за красной шляпкой, не обратив внимания на то, что в такси еще кто-то остался. Он, конечно, и не пытался рассмотреть мое лицо. Поэтому я вбежала в ваше купе и доверилась вам.

— И я хорошо сыграл свою роль, — сказал Джордж.

— Я этого никогда не забуду. Как раз за это я хочу попросить у вас прощения. Надеюсь, вы не очень на меня сердитесь? Вам так хотелось приключений — как в книгах, — что я не могла противиться искушению. Я выбрала самого подозрительного человека на платформе и велела вам следить за ним. И потом я передала вам пакет.

— В котором было обручальное кольцо.

— Да. Мы с Алекс купили его, потому что Роланд мог приехать из Шотландии только перед самым венчанием. Кроме того, я, конечно, понимала, что, когда я вернусь в Лондон, оно им не потребуется, потому что они уже купят новое кольцо.

— Да, — вздохнул Джордж. — Все очень просто, когда вы мне все объяснили. Позвольте мне, Элизабет.

Он снял перчатку с ее левой руки и, увидев, что на безымянном пальце у нее нет кольца, издал вздох облегчения.

— Все в порядке, — отметил он. — В конце концов, кольцо не пропадет.

— Но я ничего о вас не знаю! — возразила Элизабет.

— Вы знаете, какой я славный, — сказал Джордж. — Между прочим, я тоже знаю о вас только то, что вы леди Элизабет Гейт.

— О, Джордж, вы сноб?

— Я думаю, что да. Мне запомнился детский сон, в котором король Георг дает мне полкроны, чтобы увидеть меня еще раз через неделю. Но сейчас я подумал о своем дяде. Вот он настоящий сноб. Когда он узнает, что я женюсь на лас и что в нашей семье появится титулованная особа, он тут же сделает меня своим компаньоном!

— О, Джордж, он очень богат?

— Элизабет, вы корыстны?

— Ужасно. Я обожаю тратить деньги. Но если серьезно, я вспомнила об отце. Пять дочерей, красавицы, голубая кровь. Он как раз мечтает о богатом зяте.

— Хм, — сказал Джордж, — это будет один из тех браков, которые заключаются на небесах и одобряются на земле. Мы будем жить в Замке Роулэнд? Будьте уверены, меня обязательно выберут лорд-мэром, если вы будете моей женой; О Элизабет, дорогая, возможно, это нарушение этикета, но я просто обязан поцеловать вас!

Content

Агата Кристи
Девушка в поезде