Роальд Даль

Рассказы о привидениях

Предисловие составителя

У моего мудрого и почтенного старого приятеля Альфреда Нопфа[1], американского издателя, был сводный брат Эдвин. Эдвин был кинопродюсером в Голливуде, и много лет назад, в 1958 году, я предложил ему сделать вместе телевизионный сериал по — ни много, ни мало — историям о привидениях. Раньше этого не делал никто. Я сказал, что есть огромный выбор историй о привидениях, и нам будет не трудно найти сногсшибательную подборку рассказов. Для такого сериала требовалось всего двадцать четыре.

Эдди Нопф обдумал мое предложение. Он поговорил со своими помощниками, и все пришли к единодушному мнению, что это отличная идея. Моей главной задачей было найти двадцать четыре великолепные истории. Я также должен был написать сценарий к первой (пилотной) серии и еще к нескольким.

На первый взгляд мое задание не казалось слишком сложным. Во второй половине прошлого столетия и в начале нынешнего, 20-го, истории о привидениях пользовались большой популярностью. У Диккенса был один такой рассказ. Дж. М. Барри написал несколько. А также Булвер-Литтон, Д. К. Бростер, Джордж Элиот, Анатоль Франс, Элизабет Гаскелл, Теофил Готье, Л. П. Хартли, Натаниел Готорн, Томас Гарди, Вашингтон Ирвинг, Генри Джеймс, Моэм, Мопассан, Эдгар По, сэр Вальтер Скотт, Марк Твен, Герберт Уэллс и Элизабет Боуэн. Даже Оскар Уайльд написал рассказ «Кентервильское привидение». Сплошь великие имена. Я горел от нетерпении приступить к работе.

Первым делом я нанес визит леди Синтии Асквит, которая считалась признанным знатоком мистической литературы и выпустила несколько антологий. Это была старая хрупкая женщина, она приняла меня, лежа в постели. Но ум ее оставался ясным, и она дала мне много хороших советов о том, как начать мой великий поиск.

Мне пришлось немало побегать, несколько раз я наведывался в библиотеку Британского музея, и, в конечном счете, мне удалось собрать почти все изданные истории о привидениях. Дома повсюду лежали книги и стопки старых журналов — часть из них я купил, часть взял на время. И я начал читать.

Меня ожидало легкое потрясение. Первые пятьдесят историй оказались настолько скверными, что я с трудом дочитал их до конца. Банальные, плохо написанные рассказики, и ничуть не страшные. Главная цель истории о привидениях — вселять ужас. Она должна напугать до смерти и заставить дрожать от страха. В тех рассказах не было ничего подобного. Некоторые из самых худших принадлежали перу известных писателей. Я продолжал читать. Я не мог поверить, что они настолько плохи. Тем не менее я записывал названия всех историй в тетрадь и каждой ставил оценку. Большинство из них получили «ноль» по десятибалльной шкале.

Внезапно на мутном небе вспыхнула яркая звезда. Мне попался хороший рассказ. Когда я дочитал его до конца, у меня по спине побежали мурашки. Он назывался «Гарри», написала его Розмари Тимперли. Я приободрился и продолжил свой поиск.

Прочитав еще примерно сто плохих, я нашел второй хороший рассказ — «Открытая дверь» миссис Олифант.

Когда я прочитал в общей сложности около трехсот опубликованных историй, у меня на руках оказалось всего семь достойных внимания. Не так много, но ведь это было только начало. Помимо тех двух, о которых я уже говорил, я обнаружил «Телефон» Мери Тредголд, «Потом» Эдит Уортон, «Отдых старых дев» Клеменс Дейн и «Четырехчасовой экспресс» Амелии Б. Эдвардс.

Стоп, сказал я себе. Что же это получается? Все эти рассказы написаны женщинами! Удивительно. Может быть, только женщина способна написать по-настоящему хорошую мистическую историю? Может, женщины более тонко чувствуют столь деликатные материи, нежели мужчины? Судя по всему, так и есть.

С мыслью, что я, возможно, стою на краю великого литературного открытия, я стал копать дальше. И что вы думаете? Следующее замечательное произведение написала тоже женщина! Это был рассказ Синтии Асквит «Упокой Господь ее душу». Меня охватило волнение.

Но, увы, потом мне попался отличный рассказ, написанный мужчиной, — «Подружки» А. М. Барриджа. И до чего хороший рассказ! Следом за ним шла целая группа мужчин: Л. П. Хартли, Диккенс, Э. Ф. Бенсон, Джон Коллиер и другие. Мужчины выравнивали счет.

В конце этого читательского марафона я подсчитал, что прочитал семьсот сорок девять историй о привидениях и призраках. Я совсем отупел от чтения чепухи в таком объеме, но меня согревала мысль, что я нашел двадцать четыре отличных рассказа и еще десять запасных для сериала Эдди Нопфа.

В конце концов, мужчины перегнали женщин, но лишь немного. Тринадцать из моих лучших двадцати четырех историй (все они не поместились в эту книгу) написаны мужчинами и одиннадцать — женщинами. Эти цифры кажутся мне интересными, и я объясню почему. Многие удивляются и недоумевают, отчего среди выдающихся музыкантов и живописцев практически нет женщин. С литературой дело обстоит иначе. С тех пор, как за перо взялись сестры Бронте и Джейн Остин, появилось множество хороших писательниц. Но этого нельзя сказать о музыке, живописи и скульптуре. За всю историю мир не знал ни одной женщины-композитора, которая создала что-нибудь выдающееся. Пожалуй, в живописи и скульптуре женщины тоже не добились особых успехов. Величайшей художницей была, вероятно, Попова, можно назвать еще двух русских — Гончарову и Экстер. Были еще кое-кто, но ни одна из них не шла ни в какое сравнение с огромной массой великих мужчин-живописцев от Дюрера до Пикассо.

Но вернемся к женщинам в литературе. Около ста тридцати лет они создают хорошие романы, некоторые из них даже стали великими. Но, судя по всему, у них не получается писать пьесы или первоклассные рассказы. По-моему, еще ни одна женщина не написала классическую пьесу. И что касается рассказов — нет, пожалуй, нет. Я имею в виду выдающиеся рассказы. Из двадцати пяти величайших рассказов (если бы мне удалось составить такую подборку) предположительно один принадлежит перу Кэтрин Мэнсфилд, один — Уиллы Катер и один — Ширли Джексон. И все. Со счетом двадцать два против трех побеждают мужчины.

Но вот что интересно — истории о привидениях, во всяком случае, те, о которых я говорю, являются рассказами. И именно в этой весьма специфической категории женщины идут почти наравне с мужчинами, их счет гораздо выше, чем в случае с романами — тринадцать в пользу мужчин, одиннадцать в пользу женщин. Но заметьте, именно женщины написали некоторые из самых лучших.

По-видимому, в теории, согласно которой женщины обладают особым даром писать о сверхъестественном, все-таки что-то есть. Разве можно забыть дивную историю Ширли Джексон «Лотерея»? Всем известно, что в ней говорится не о привидениях. Но она описывает жуткие необъяснимые события, а по стилю повествования оставляет далеко позади всех мужчин, которые пишут рассказы.

Место женщин в одном из самых важных жанров литературы не вызывает у меня ни малейших сомнений. Я имею в виду, конечно же, книги для детей. Можете сколько угодно возмущаться моим заявлением, и я говорю это не потому, что сам иногда пишу детские книги. Я убежден, что этот жанр — самый важный. Все другие виды литературы созданы исключительно для развлечения взрослых. Детские книги тоже предназначены для развлечения, но помимо этого у них есть и другие цели. Они прививают ребенку привычку читать. Они учат его грамотности, пополняют его словарный запас, а в наши дни они учат детей, что есть более интересные способы времяпрепровождения, чем смотреть телевизор.

Литературные журналы, воскресные книжные обозрения и так называемое литературное сообщество в целом игнорируют детскую литературу, и это возмутительно. Больше всего внимания уделяется биографиям, следом идут романы для взрослых и поэзия. Детские книги упоминаются лишь изредка. Но — теперь, пожалуйста, слушайте внимательно! — пусть один из этих напыщенных авторов или критиков попробует написать детскую книгу — я имею в виду хорошую книгу, которую полюбят дети и которая выдержит испытание временем! Почти наверняка у него ничего не получится.

Я уверен, что написать хорошую бессмертную книгу для детей гораздо труднее, чем написать бессмертный роман. У меня есть веские причины для столь спорного утверждения. Сколько за год пишется взрослых романов, которые будут читать с интересом и через двадцать лет? Наверное, полдюжины. А сколько детских книг, которые с удовольствием будут читать дети через двадцать лет? Вряд ли больше одной.

Вы можете возразить, что крупные писатели не станут даже пытаться писать книги для детей. И ошибетесь. Большинство из них пытались. Однажды много лет назад одному нью-йоркскому издателю по имени Кроуэлл Колльер в голову пришла блестящая, как всем показалось, мысль: они предложат всем знаменитым писателям англоговорящего мира написать историю для детей. Соблазнят их высоким гонораром. А потом объединят все истории в один том и получат готовый сборник классики.

Издательство разослало предложения, и благодаря высокому гонорару и сравнительно небольшому по объему заданию все писатели согласились. Это были крупные фигуры, подчеркиваю, знаменитые романисты, так называемые титаны литературного мира. Я не стану называть их имена, но вы всех знаете.

Вскоре авторы начали присылать свои рассказы. Я все их прочитал. Только один писатель, Роберт Грейвз, имел какое-то представление о том, как нужно писать для детей. Остальные же истории ровно через две минуты усыпляли несчастного ребенка, стоило ему взять их в руки. Издавать их было нельзя. Издатели отказались от проекта и потеряли много денег.

В классической детской литературе женщины побеждают мужчин. Они неплохо пишут романы, еще лучше — истории о привидениях, но в детской литературе они — лучшие. У нас есть «Тайный сад» Франсис Бернетт. У нас есть Беатрис Поттер. У нас есть «Мэри Поппинс» П. Л. Трэверс и «Сто один далматинец» Додди Смит. У нас есть «Пеппи — Длинный Чулок» Астрид Линдгрен, «Дети железной дороги» Э. Несбит, «Должники» Мэри Нортон и многие другие. Все они стали классикой, то есть их прочитали, по крайней мере, половина всех детей в возрасте от шести до десяти лет в Соединенных Штатах, Великобритании, Европе и Японии. Таких детей — много миллионов. Осмелюсь утверждать, что их на несколько миллионов больше, чем ныне живущих взрослых, которые читали, скажем, замечательные романы Грэма Грина или Набокова.

Автор классической детской книги может войти в любую школу или в любой дом, где есть дети, в любой из упомянутых стран, и его или ее сразу узнают и встретят с распростертыми объятиями. Я говорю не только о семьях среднего класса, в которых, как правило, читают хорошую литературу. Я имею в виду любой дом. В литературных кругах Лондона, Нью-Йорка или Парижа не понимают, какую силу имеет детская книга, которую любят дети. Или же, если понимают, то не хотят этого признавать. Дети из поколения в поколение вновь и вновь перечитывают классические детские книги, и школьные учителя всегда держат их под рукой.

Я отклонился от своих историй о привидениях. Прошу меня простить, но мне давно хотелось высказать свое мнение о детской литературе и особенно отдать дань уважения женщинам, которые сыграли важную роль в создании классической библиотеки.

Но вернемся к Эдди Нопфу и грандиозному сериалу о привидениях. К тому времени сериал официально окрестили «Час призрака». Я отправил отобранные двадцать четыре рассказа в Калифорнию, и там их прочитали с огромным интересом. Влиятельные люди Голливуда решили, что сериал будет иметь колоссальный успех. Оставалось лишь снять фильм. Мы были уверены в победе. Важные шишки рассуждали так: когда темными зимними вечерами телевидение станет показывать на всю страну леденящие кровь истории, нация содрогнется от ужаса. После очередной серии никто не осмелится лечь в постель и выключить свет. По утрам будут находить трупы одиноких пожилых дам, скончавшихся от страха. Отчаянные техасцы, дрожа в своих высоких кожаных сапогах, будут палить по экрану из шестизарядных револьверов, чтобы больше не видеть этого ужаса. Дети будут бояться темноты до конца своих дней. Психиатрам прибавится работы. Церковь предаст нас анафеме. И все будут смотреть наш сериал каждую неделю. От такой перспективы кружилась голова.

Прежде всего, нужно было снять пилотную серию. Пилотная серия имеет решающее значение. Она должна быть очень хорошей. Ее показывают телевизионным боссам, рекламным агентствам и самим рекламодателям, и после просмотра они дают согласие или отказываются финансировать весь сериал. По пилотной серии судят о качестве сериала, она дает представление о том, какими будут остальные двадцать три серии.

Поэтому для пилотной серии очень важно выбрать сильную хорошую вещь. В Калифорнии остановились на «Казни Альфреда Вадхема» Э. Ф. Бенсона. Великолепный рассказ, из которого должна получиться чудесная экранизация.

Я написал сценарий. Фильм снимал первоклассный режиссер, в нем принимали участие ведущие актеры, хотя я забыл их имена. К нему подобрали чудесную музыку, знаменитый Эмлин Уильямс произнес отличное вступительное слово. Когда все было готово, нашу пилотную серию (она получилась потрясающей) отвезли из Англии в Америку и показали влиятельным людям, которые принимают окончательные решения.

Мы потерпели полное фиаско. Сам фильм был хорошим. Но мы совершили ужасную ошибку. Мы выбрали историю, которую не осмелится показать ни один американский телеканал. Понимаете, она затрагивала католическую церковь, и весь сюжет был построен на том факте, что священник не может ни при каких обстоятельствах выдать тайну исповеди, Альфред Вадхем осужден за убийство и приговорен к виселице. Он утверждает, что невиновен, но ему никто не верит. Вечером накануне казни к тюремному священнику приходит другой человек и признается, что убийство совершил он, а не несчастный Альфред Вадхем. Священник умоляет его рассказать всем правду. Тот отказывается. И с угрозой напоминает священнику о тайне исповеди. Церковный обет вынуждает священника молчать, и в результате невиновный отправляется на виселицу. После казни призрак Альфреда Вадхема является к бедному священнику и мучает его.

Сами видите, история хорошая. Но ее появление на экране вызовет возмущение среди миллионов католиков, живущих в Соединенных Штатах. Рекламодателей и телевизионных боссов едва не хватил удар. Они отказались иметь дело с нашим замечательным сериалом. Я до сих пор не оправился от потрясения и, вероятно, поэтому не включил «Альфреда Вадхема» в этот сборник.

В итоге я остался ни с чем. Правда, теперь я знаю почти все истории о привидениях, изданные во всем мире. У меня сохранились все мои записи в трех толстых тетрадках. И теперь, спустя двадцать пять лет, я решил, что неплохо было бы собрать лучшие рассказы в одну книгу.

Хорошие истории о привидениях — так же, как и хорошие детские книги, — чертовски трудно писать. Я сам пишу рассказы, и хотя занимаюсь этим уже на протяжении сорока пяти лет и всегда мечтал написать хотя бы одну приличную историю о привидениях, мне это никогда не удавалось. Бог свидетель, я пытался. Однажды мне показалось, что у меня получилось. Я имею в виду рассказ, который сейчас называется «Хозяйка пансиона». Но когда я его закончил и внимательно прочитал, то понял, что он недостаточно хорош. Ничего не вышло. У меня просто нет такого дара. Я изменил конец и сделал обычный рассказ.

В лучших мистических историях привидений нет. Во всяком случае, вы их не видите. Вы видите только результаты его действий. Изредка вам удается почувствовать его легкое прикосновение, или же автор лишь обозначает присутствие призрака. К примеру, если в комнате находится привидение, температура всегда резко падает. Гарри Прайс дал этому явлению научное обоснование в своей интересной книге «Дом с привидениями». Если же в рассказе все-таки появляется призрак, то в его облике нет ничего сверхъестественного. Он выглядит как обычный человек.

На мой взгляд, самый захватывающий рассказ в книге, которую вы сейчас держите в руках, написал норвежец Йонас Ли. Это жестокая и замечательная история; к сожалению, в переводе она бледнеет. Йонас Ли умер в 1908 году. Он — национальный герой Норвегии, хотя его мало кто знает за ее пределами. В моей гостиной висит чудесный портрет Йонаса Ли, написанный Хейердалом. На нем черная шляпа с широкими полями и черный плащ, и где бы я ни сидел, на меня устремляется его свирепый ледяной взгляд из-под очков в стальной оправе. Больше всего он похож на владельца похоронного бюро, который знает, что в конечном счете вы попадете к нему в руки. Но он был великолепным писателем, и я уверен, что его рассказ «Элиас и Драг» не оставит вас равнодушными. Надеюсь, остальные истории тоже заставят вас понервничать. Они именно для этого и написаны.

Хочу добавить, что с 1958 года, когда я начал внимательно изучать мистические рассказы, я стараюсь читать все новинки. Может, я что-то пропустил, но ни один из изданных за последнее время рассказов не дотягивает до уровня тех, что собраны в этой книге.

Примечания

1

В оригинале его фамилия пишется Knopf, но по законам английского произношения первая буква в этом случае не читается (равно как джинсы Wrangler производит Рэнглер, а не Вранглер).

Content

Роальд Даль
Рассказы о привидениях
Предисловие составителя

Примечания