Александр Купченко

Матрица вечной жизни

«Триста семьдесят вторая Всемирная научная конференция рассматривала вопросы матриц времени и пространства. Теория Риковера о возможности создания интерфейсов перехода в миры, где пространственные и временные точки хаотичны по отношению к пространственно-временным взаимосвязям нашего мира, потерпела крах. Научно доказана принципиальная невозможность такого перехода. Теория списана в архив (раздел «Научные заблуждения»)».

Малыш Дэнни с радостью потер руки. Вот этот материал он и добавит в свой реферат на тему «Попытки человечества создать машину времени». Теперь зануда-профессор не сможет сказать, что «реферат еще не дописан, а с него уже пыль веков пора сдувать». Конференция проходила всего полвека назад. При желании можно, наверное, отыскать еще живых ее участников.

Кстати, теория действительно была грандиозная. Если бы и вправду удалось создать такие интерфейсы, да еще и исхитриться на аналогичное в ином мире… У-у-у… Использовать эту конструкцию в качестве машины времени — все равно, что суперкибера использовать как подставку под аквариум с рыбками.

* * *

— Привет, Денни! Ну, что, дописал свою лабуду?

— Пришлось. Сессия уже на носу, а без реферата зачет не получишь.

— Ну, и зря маялся. Профессор собрался богу душу отдавать. Нам другого препода назначили. А тому лишь бы объем реферата был соблюден.

— От, черт… Неделю в библиотечном архиве кис… Кто знал, что с тем же успехом мог с девочками на пляж ходить…

— Не горюй, я за нас двоих оттянулся.

— Заботливый ты какой.

— Как всегда. Ну, удачи!

— Ага. Бывай.

Вот ведь досада… Малыш больше расстроился даже не из-за потраченного в архиве времени. Обидно, что никому его работа уже не нужна. Обидно, что профессора, с незапамятных времен преподававшего в университете, так легко и быстро заменили на кого-то еще, как изношенный винтик. Обидно за свою шебутную жизнь, которая теперь снова потеряла жизненный якорь. Как бы Денни ни ругал за глаза профессора, но в глубине души всегда чувствовал к нему расположенность и благодарность за то, что своими постоянными упреками и насмешками старик побуждал студентов идти дальше учебной программы, докапываться по сути явлений, не останавливаться на аксиомах и констатации фактов, жить наукой, а не сдавать экзамены. И теперь этот человек заменен на рядового клерка от науки, который дает студентам только то, что обязан дать. Не менее, но и не более. Добросовестный маляр на месте художника… Да, и черт с ним. В конце концов, профессор показал им всем путь в науку. Дальше каждый сам за себя отвечает. И реферат, которым он, Денни, теперь гордился, не уйдет в мусорную корзину. Хотя бы потому, что тема оказалась действительно интересной. Там есть над чем поломать голову.

* * *

— Здравствуйте, профессор. Я принес реферат.

Старый ученый внимательно посмотрел на Малыша и молча взял протянутый диск с записями. Кибер моментально считал информацию и оттранслировал ее в сознание профессора.

— Ты что-то хотел обсудить?

Денни немного стушевался.

— Даже не знаю… Просто мне показалась интересной теория Риковера… Не знаю, почему, но что-то в ней есть, как мне кажется…

— Ты так считаешь?

— Мне сложно объяснить, но я чувствую, что это не совсем заблуждение. Не может столько интересного быть простой ошибкой…

Профессор нахмурился.

— Давно это было… Риковер пришел к своей теории на основании данных из древних архивов служб технической разведки конкурирующих научных организаций, давно канувших в Лету. В свое время эти данные оказались невостребованными, поскольку человечество перебиралось с гибнущей планеты на новое место обитания и не особо интересовалось вопросами, не имеющими прямого отношения к текущим задачам выживания… Разумеется, информацию из тех архивов по нынешним меркам нельзя считать достоверной, но Риковер сумел уловить в ней здравые моменты и создал теорию существования миров, пространственно-временные связи в которых не являются с позиций нашего мира континуумом. Эта теория нашла свое подтверждение. Когда встал вопрос создания интерфейсов с такими мирами… Риковер допустил принципиальную ошибку в своих построениях, описывая эти интерфейсы с позиций нашего мира. То, что должно было быть рассмотрено в системе внепространственных матриц, он привязал к конкретным системам отсчета частного мира. Ошибка стоила разгрома теории как таковой.

— Профессор, так Вы считаете, что теория верна???!!!

Ученый поморщился.

— Она верна независимо от того, что я считаю. Но слава богу, что ее списали как ошибочную. Человечество еще не в состоянии воспользоваться ей, не погубив себя.

— А что страшного в этой теории?

— Она дает ключ к управлению мирами. Представь себе, что каждый живой организм получил бы способность управлять погодой. Наступил бы хаос. Несбалансированное управление погодой привело бы к природным катаклизмам, поскольку желания разных существ вступали бы в постоянные противоречия. А управление мирами — вещь более высокого порядка. Как муравей не в состоянии предвидеть последствий для окружающего мира (а, значит, и для себя) одного постоянного типа погоды, так и человек не в состоянии просчитать, чем закончится в конечном итоге для цивилизации его вмешательство в развитие миров. Любая человеческая цивилизация слишком мелка по сравнению с единой матрицей миров. Чтобы управлять этой матрицей, человек сам должен стать существом более высокого порядка, нежели он сейчас есть. Иначе это игра годовалого ребенка с дезынтегратором мусора.

— Профессор, я не совсем понимаю, что Вы называете единой матрицей миров. Я нигде не сталкивался с такой терминологией. — Денни слегка покраснел. — Я не слишком прилежный студент, извините…

Ученый устало вздохнул.

— Ты и не мог слышать этого термина… Он отражает суть теории, которую я разрабатывал более полувека. Она нигде не публиковалась, поскольку является продолжением и развитием отвергнутой теории Риковера. Когда-то я мечтал собрать достаточно доказательств ее правомерности, чтобы публично подтвердить и теорию Риковера. Но чем дольше я занимался этой проблемой, тем все меньше хотелось выносить результаты своего труда на общее обозрение. Когда же увидел, что теорию можно использовать на практике, то ужаснулся. На несколько лет вообще оставил дальнейшие исследования, страшась последствий своих знаний. Но наука как наркотик. Еще не найдены средства освободить ученого от ее зависимости…

— Простите, а в чем состоит Ваша теория?

— А тебе это интересно?

Денни улыбнулся.

— Вы обладаете даром заворожить наукой и самого отпетого бездельника.

— Ну, тогда слушай… Теория единой матрицы миров заключается в том, что окружающий нас мир — не совсем то, что мы себе о нем думаем. С одной стороны, он как бы остается объективной реальностью, существующей независимо от нашего представления о нем. С другой стороны…

В традиционном упрощенном трактовании мира мы имеем трехмерное пространство, процессы в котором связаны с одномерным и однонаправленным параметром времени, меняющимся линейно. Если рассматривать такую систему описания мира более детально, то увидим, что в ряде случаев исчезает линейность времени, а пространство приобретает дополнительные размерности. Но эти случаи мы стараемся вписать в прокрустово ложе наших базовых взглядов на вселенную. Кроме того, необоснованно отделяем от этой системы трактования мира такое понятие как материя. Мы относим ее как бы к вложенной характеристике системы пространство-время. Да и саму материю трактуем достаточно вульгарно, подгоняя ее описание под свою систему взглядов.

Это все достаточно естественно и разумно, поскольку для получения более верных трактований требуется исходно дать хоть какие-то, которые потом можно было бы уточнять, развивать и изменять в соответствии с новыми знаниями. Дело лишь в том, что к уточнению и изменению каких-то понятий и взглядов человечество не очень хочет возвращаться. Это тоже естественно. Гораздо проще и спокойнее ремонтировать старый дом, чем сносить его до фундамента и начинать строить новый. Но когда-то приходит время взглянуть на свой дом со стороны и увидеть, каким нелепым и уродливым он стал со всеми своими подпорками и постоянно осыпающимся фасадом. И очень жаль, если к этому моменту ты оказываешься не готов строить новый дом.

Профессор немного помолчал.

— Риковер первым попытался взглянуть на наши представления о мире со стороны. К сожалению, он и сам не понял, что сделал, рассматривая свою теорию лишь как констатацию забавного парадокса, с которым достаточно интересно поиграться. Отсюда и проистекает его ключевая ошибка. Риковер рассматривал миры как отдельные самостоятельные единицы и пытался практическим образом создать между ними интерфейсы, отталкиваясь от приоритетности и базовости того мира, из которого такой интерфейс создается. За деревьями не увидел леса. В итоге его эксперименты оказались той самой игрой ребенка с дезинтегратором мусора…

— Да, я читал о том, что, продолжив свои практические изыскания, Риковер погиб при очередном своем эксперименте…

Профессор нахмурился.

— Кто может знать, что там произошло на самом деле…

— А в чем заключается сама идея единой матрицы миров?

— Всему свое время… С точки зрения восприятия человечеством глобальных основ мирозданья мы отметили, что многие ключевые теории и понятия требуют постоянных отступлений и оговорок на различные «особые» случаи. Например, процесс телепортации человека из одной точки вселенной в другую воспринимается как трансляция потока сознания, скорость которой не поддается определению, с сопутствующими манипуляциями с материей. При этом поток сознания воспринимается как особая, до сих пор подробно не изученная форма материи. А какие формы материи подробно изучены?… Мы подобны некоторым гуманоидам, считающим, что изучили огонь, поскольку знают некоторые его свойства и умеют добывать.

Денни жадно слушал, как губка впитывая в себя картинку мироздания, создаваемую профессором. Может быть, все эти теории и бред, но достаточно логичный и интересный.

— Мы пытаемся зациклиться на своем мире как обособленной единице, списывая все выпадения из такого понимания, принятого за аксиому, на многообразие мира и его бесконечность для познания.

Теория единой матрицы миров — уход от основополагающих постулатов современной науки и взгляд на мирозданье как бы со стороны. По этой теории не существует обособленных миров. Все миры взаимосвязаны и непрерывно перетекают друг в друга, если можно так выразиться. На примитивном примере это выглядит так: имеется мир со своим временем и пространством, которое представим в виде плоскости. На этой плоскости с течением времени происходит какое-то движение. Теперь представь себе объект, который получает воздействие, направленное под углом к плоскости этого мира. Объект начинает отрываться от плоскости. Силы его связей со своим миром стремятся вернуть его обратно. Если притяжение мира сильнее воздействия, направленного вовне, то объект (к примеру, шар) останется на плоскости. Если слабее, то шар от плоскости оторвется. А далее уже все аналогично брошенному вверх камню или звездолету, покидающему планету. В случае с камнем, тело возвращается на землю. То есть, шар в нашем примере возвращается на плоскость. Поскольку к моменту возвращения на плоскость шар относительно нее совершил некоторое движение, то он вернется в иную точку плоскости. С точки зрения своего мира он исчез в одной точке пространства и появился в другой. Именно так и можно представить процесс телепортации человека во вселенной.

— Но, профессор, в таком случае плоскость мира остается отдельной, обособленной единицей.

— Только в примитивном примере. В реалии любой мир представляет из себя всего лишь некоторую совокупность взаимосвязанных элементов, которая изнутри воспринимается как непрерывная. А с точки зрения матрицы миров, любая такая совокупность дискретна. Поэтому, создавая интерфейс с любым иным миром из такой матрицы, мы создаем интерфейс с совокупностью, являющейся дискретностью по представлениям нашего мира-совокупности.

Денни ошарашенно смотрел на профессора. Он либо гений, либо сумасшедший. Хотя одно другое не исключает.

— Хорошо, профессор. Пусть так. Но в чем же опасность этой теории?

— А шар, возвращаясь на плоскость, оказывает на нее обратное воздействие. Вполне возможно, что большее, чем то, которое увело его из плоскости. В результате этого воздействия плоскость может и измениться. Например, на ней появится вмятина или отверстие. Если оперировать совокупностями, то внешнее воздействие может привести к изменению состава текущей совокупности. Что-то добавить или отнять. Но это тоже достаточно примитивно. Под внешним воздействием могут измениться и сами свойства совокупности.

— Но миры в таком случае должны непрерывно меняться, как любая движущаяся материя.

— Разумеется. Только в некоторых случаях миры-совокупности распадаются, теряя связи. В некоторых случаях объединяются с другими совокупностями, к примеру, перестроив их под свои свойства или перестроившись на чужие законы. Тогда возникает единая непрерывность в рамках одной совокупности, ранее представлявшую из себя две отдельные. Неумелое влезание в движение и взаимосвязи совокупностей чревато последствиями глобального характера.

Еще следует учитывать, что эта теория, вообще говоря, весьма примитивна. Просто шаг на следующий уровень познания. Даже я вижу ограниченность ее применения. Далеко не всё мирозданье описывается этой единой матрицей вечной жизни. Но что лежит вне ее, что описывает бытие на более высоком уровне, лично я не в состоянии даже предположить… Вот вкратце и все о моей теории, ставшей продолжением теории Риковера.

Малыш Денни с трудом переваривал свалившуюся на него информацию. Если поверить в такую теорию, то придется рушить все представления о мире, пересматривать все и вся, начинать науку фактически с нуля, заново анализируя и систематизируя все накопленные человечеством знания. Готовы ли люди к этому? Денни совершенно не был в этом уверен.

— Профессор, а почему Вы рассказали мне о своей теории, которую столько лет тщательно прятали от людей?

Старик улыбнулся.

— Кому-то же я должен передать свои знания. Хотя бы для того, чтобы к этим открытиям отнеслись с достаточной аккуратностью, когда кто-то вновь наткнется на них. А ты достаточно разумен и выдержан. Сможешь сохранить эти знания и преумножить. Сможешь удержаться от того, чтобы поведать о них человечеству.

Не знаю, через сколько поколений цивилизация будет готова аккуратно воспринять эту теорию и не наломать дров. Но когда этот момент наступит, люди получат огромный накопленный багаж теоретических и практических знаний, которые помогут человечеству в обозримые сроки перейти от хаоса в науке к новой системе взглядов.

— Мне сложно сразу осмыслить то, что Вы мне рассказали. Нужно время, чтобы все разложить по полочкам и не свихнуться. Одно могу обещать сразу: от меня человечество не узнает о Вашей теории.

— Хорошо, Малыш Денни. Иди. Я сделал свое дело. Дальше — твои заботы и твой выбор.

— До свиданья, профессор.

* * *

Риковер в задумчивости не спеша потягивал кофе. Как же он был слеп и беспечен. В запальчивости обиды на своих научных оппонентов совершенно отбросил рассмотрение того, что после его экспериментов, вполне возможно, некому будет демонстрировать доказательства своей правоты. Хотя бы потому, что течение времени в ином мире совершенно не связано с течением времени здесь. Удивительно, как вообще он не погубил свой мир. Удача?… Как все сложно и непонятно. И чем дальше, тем больше. Верно сказал кто-то из древних, что больший объем знаний открывает взору и большие масштабы еще неизведанного. Взять ту же теорию его аспиранта… «Аспиранта»… Этот аспирант теперь старше Риковера на десятки лет, а в научном плане обогнал, наверное, на века…

— О чем грустишь, Виго?

— О своей глупости, Гари… Столько дров наломал…

— Не переживай. В конце концов, что особого случилось? Этот мир как самостоятельная совокупность перестал существовать. Ну, и что теперь? Оплакивать прежний мир, который сгинул пару дней назад? Давай лучше считать сегодняшний день третьим днем по новому стилю от рождения нынешнего мира — подсовокупности чего-то большего, нежели он сам.

— Интересно, что бы на это сказал твой Малыш Денни…

— Зачем шокировать парня? У него и так мозги поплыли от услышанного. Еще не хватало сказать ему о гибели мира и продемонстрировать живого Риковера в соседней комнате… Да, еще не забыть добавить, что человечество третий день живет по иным законам, что ментальные возможности людей теперь неограничены, и могут быть развиты до способности усилием воли перемещаться в пространстве и хрен знает еще до какой степени…

— Тогда бы он точно свихнулся… И все-таки, Гари, я не в состоянии понять, как мне удалось не разрушить наш мир. С той неумелостью и абсурдностью действий, которые я проявил во всей красе, вписать наш мир в новую совокупность… Мистика… Этого просто не могло быть.

— Эх, Виго, разве можем мы понять то, куда заглянули лишь краешком глаза? Кроме того, вполне могло случиться так, что мои действия из этого мира скорректировали степень влияния и результаты твоих действий из иной совокупности.

— Все может быть, Гари, все может быть…

* * *

— Ты слышал, в матрице небытия зарождаются два новых адепта.

— Новая головная боль. Сейчас примерное равновесие Света и Тьмы. На чью сторону бы они впоследствии ни встали, случится перекос. Хочешь, не хочешь, а опять у кого-то возникнет стремление занять доминирующее положение.

— А, может быть, они разделятся.

— Все шутишь? Они же близнецы. Полагаешь, есть шанс увидеть их на разных сторонах?… Зачем ты только полез исправлять их глупости в небытии… Остался бы только один. Все легче…

— Не ворчи. Ты и сам бы полез, окажись рядом. Нас осталось слишком мало после гибели цивилизации, чтобы мы могли жертвовать новыми адептами в угоду своему спокойствию… А на чью сторону встанут близнецы… Кто знает, может быть, они действительно разделятся? Мы ведь с тобой стоим по разные стороны Света и Тьмы…

— Нас не приплетай. Это особый случай.

— Ладно, не злись… А как оно сложится — посмотрим. Что сейчас гадать? Может, они вообще отойдут в сторону и создадут свою, Третью Силу.

— Этого еще не хватало! Ты думай, что пророчишь!!!

— А разве пророчества приходят от нас?

— Не от нас. Но не каждому пророчеству нужно давать ход. Когда ты, наконец, поймешь это?… Ладно. Что сказано, то сказано. Теперь только время рассудит, к чему это приведет.

— Рассудят. Время и Силы, которые выше нас.

* * *

— Денни, чего ты делал у этого старикашки? Он же больше нам не преподает…

— Зашел сказать ему, какой он козел…

Content

Александр Купченко
Матрица вечной жизни