Елена Анатольевна Сухова

Сезон браконьеров

Глава 1. Поиск врагов

Из всех превращений, самое сложное это, превращение в честного человека. Оно мало кому удается.

Законы оборотней

Жители города не любили это кафе. Если уж совсем честно, они боялись даже приближаться к нему. На первый взгляд все выглядело безобидно – кафе находилось на вершине горы, откуда открывался чудесный вид на город и море. Над городом круглый год светило солнце, плыли пушистые облака – одним словом, все казалось безмятежным.

Душным летним днем за круглыми столиками на террасе собралось несколько туристов. Они неспешно потягивали холодные напитки, лениво перекидывались фразами и прислушивались к шуму моря. Все, кроме троих мужчин. Они не были братьями, но казались очень похожими друг на друга из-за коротких стрижек, прищуренных глаз и плотно сжатых губ. Они заняли самый дальний столик и разложили на нем совсем уж странные вещи: два зеркала, огарок свечи и еще что-то, скрытое газетой. Три стакана сока со льдом, заказанные для маскировки, стояли нетронутыми.

– Мы собрались для важного дела, и никто из нас не отступит, пока мы не пройдем весь путь до конца, – торжественно произнес самый старший. – Одежды скроют нас. И если мы погибнем, то люди даже не узнает наших имен. Имен героев.

– Нет, такого не будет. Этим тварям не захватить нас, – разозлился младший и выложил на стол три щепотки песка: черную, белую и красную. – Это должно помочь приоткрыть ворота.

– Колдовской песок! Откуда ты взял его? – спросил старший. Третий лишь судорожно вздохнул. – Неужели? Ты входил в контакт с ними?

– Тьфу, я никогда бы не опустился так низко. Это мне дал один надежный человек. Но он сказал мне, что порошки от них, – говоривший выдержал паузу и отогнал муху, назойливо жужжавшую прямо над ухом. – Порошки от магов. Колдовство послужит против них самих.

Мальчишка, сидевший за соседним столиком, тихо хрюкнул. Никто не заметил, как и когда он появился. И хорошо, иначе репутация кафе стала бы еще хуже. Мальчишке было лет тринадцать. Он был худым и казался каким-то потрепанным из-за потертых серых джинсов и мятой футболки. Его русые волосы были взлохмачены, худое лицо насторожено, в глазах виднелись красные прожилки.

Троица не обратила на него никакого внимания.

– Значит, будет так! – сказал старший из троицы. – Мы станем сражаться с магами их же оружием. Мы не дадим им захватить наш город. Мы уже достигли успеха, обнаружив, что это кафе служит им убежищем. Тут много раз видели, как они появляются. Появляются из ниоткуда.

– Начнем? Хватит уже тут жариться! – нетерпеливо заявил младший, по его шее стекали капли пота. Третий так ничего и не сказал, но затряс головой.

– Погоди, надо, чтобы народ разошелся, что-то здесь сегодня многолюдно, – сказал старший и вдруг заметил странного длинноносого официанта, одетого в хлопчатую длинную рубаху. Раньше его тут не было, и через двери он точно не входил. – Официант может оказаться одним из них!

Средний и младший обернулись.

– Ты о ком? – хором спросили они.

Носатый официант исчез так же неожиданно, как и появился.

– Да, один из них только что был здесь! – внезапно охрипшим голосом сказал старший. – Мы проведем обряд, узнаем, где их гнездо, и выгоним отсюда магов. Им не жить в нашем мире.

– Всех выгоните? – раздался нахальный голосок.

Трое вздрогнули и подняли головы. Перед ними стоял мальчик в потертых джинсах. Он широко улыбался и казался вполне обычным, если бы не красные прожилки в глазах.

– Я, того, тоже магию люблю, – заявил он. – Только вот учить ее тяжеловато.

– Ты маг, что ли? – старший попытался улыбнуться собственной шутке, но у него это почему-то не очень получилось. Смущали красные прожилки в глазах мальчика. Но он быстро взял себя в руки; наверное, мальчишка просто перележал на пляже.

– Ну, не совсем. Я пока что ученик. А вообще-то я оборотень, – заявил мальчишка.

Троица рассмеялась.

– Превратись в кого-нибудь, – с насмешкой попросил младший из троицы.

– Не, тут в Реальном мире мне нельзя, – серьезно ответил мальчик. – Я слово дал.

– Превращаться нельзя, а рассказывать все это можно?

– Можно, мне все равно никто не верит, все психом зовут. Я чего к вам-то подошел, из любопытства, поверите или нет.

– Точно псих, – подмигнул старший, а двое его друзей тут же согласились.

К огромному неудовольствию троицы, мальчишка начал рассматривать их стол. Особенно долго его взгляд задержался на трех щепотках песка.

– А тебе идти никуда не надо? Мы тут по делу собрались, – возмутился младший из троицы.

– Да, вижу, вы гадать хотите, свечки, сера, зеркало. Фу, самое обычное! А там еще чего у вас там под газетой? – спросил мальчик.

– Не твое дело, – старший быстро накрыл газету рукой.

– Да и ладно, все равно у вас ничего не получится. Вы хотите найти наши ворота между Искривлениями пространства. Ну да, здесь как раз есть такие. А свечки-то вам зачем?

– Иди отсюда, – разозлилась троица. – Не стыдно издеваться над взрослыми людьми!

– Так я же вроде и не мешаю, – обиделся мальчишка. – Мне пока все равно делать-то не чего. Мы в Круиз собрались. Я вот жду своих друзей.

– Тоже магов? Или они оборотни? – спросил старший. Ему вдруг стало неловко, ну и в самом деле, они воюют против магов, а тут вдруг нервы не выдержали, накричал на какого-то мальчишку.

– Не, они маги. Правда, Жорик, он слабоват как маг, но мы ему об этом не рассказываем. Вы тоже не говорите, – попросил мальчишка. Троица, сидевшая за столом, дружно кивнула. – А вот Ник, он того, крутой маг, да еще и принц. Вот только они чего-то задерживаются.

– Наверное, колдуют где-то без тебя! – рассмеялся старший. Впервые в жизни слово «колдуют» он произнес без обычного презрения.

Мальчишка поднял глаза и увидел, что солнце уже довольно высоко поднялось в небе, прислушался к шуму моря.

– Гроза скоро! – почему-то решил он, и совершенно нелогично добавил. – Может, с Ником и Жориком случилось что-то? Пойду я.

– Ступай! – Старший окинул взглядом кафе и обрадовался произошедшей перемене. Стало еще жарче, просто не продохнуть. Наверное, мальчишка прав, приближалась гроза. Но главное не это, главное то, что посетителей почти не осталось, можно было осуществлять задуманное.

Мальчишка в потертых джинсах вышел. Троица зажгла свечи. И никто не заметил, как следом за мальчиком тихо выскользнула чья-то тень. Младший из троицы в этот момент склонился над столом, а жаль, ведь он единственный из всех мог узнать человека, выскользнувшего за мальчишкой.

И может быть, это предотвратило бы многие несчастья.

– Начинаем, – проворчал старший. Он ощущал неимоверную жару, глаза слепило яркое солнце. Внизу морские волны накатывали на берег, из гавани отплыл огромный корабль с черными парусами, название которого не удалось прочитать.

– Погоди. Совсем забыл. – Младший взглянул на циферблат модных настенных часов в виде солнца, что висели у входа. – Тот надежный человек, предупредил меня, что сегодня в городе будет особенно неспокойно. Ну, в смысле, – он перешел на шепот, – маги будут в городе.

– Что-то подозрительно много он знает, – проворчал старший, даже не подозревая, насколько эта догадка близка к истине.

– Он ненавидит магов и очень хочет присоединиться к нам. Я даже думал пригласить его сюда.

Младший оглянулся, словно в надежде увидеть человека, принесшего ему колдовской песок. Но в кафе в этот момент уже не было посетителей, а носатый официант, взобравшийся на высокий стул возле стойки, остался незамеченным.

– Начнем, мы не можем отступать из-за глупых предупреждений. Сейчас мы откроем ворота между мирами, пройдем в обиталище магов. Мы пройдем к ним при помощи магии, а затем в дело пойдет взрывчатка. Мы разнесем там все. А дальше, мы выследим оставшихся в городе магов. Им тоже не поздоровится, – голосом, не терпящим возражений, сказал старший и схватил щепотку песка. – Начнем с уничтожения их логова. Действуйте!

Понимая, что тянуть глупо, и все уже давно решено, младший взял щепотку магического песка.

– Что бы мы не увидели, мы не испугаемся. Будь то Лысая гора, кишащая ведьмами в грязных обносках или целый магический мир, – сказал он. – Не испугаемся и не отступим.

Средний, предпочитавший отмалчиваться, тоже протянул руку за песком, в его взгляде была лишь решимость, и страх.

– Скажешь тоже, магический мир, – он старался придать своему голосу уверенность, но получалось плохо.

– Да, мы не знаем, сколько магов скрывается в своих логовах, – резко ответил старший. – Их может быть лишь горстка, а может быть столько, что хватит заселить целый мир. Или как сказал тот странный мальчишка, Искривление пространства.

Средний растерянно захлопал ресницами. В его глазах уже было больше страха, чем решимости. Почему-то он лишь сейчас понял, что магов может оказаться слишком много. Какой-то частью своего сознания он надеялся, что их затея провалится.

– Я не знаю, сколько их там окажется. Я не знаю!

Он действительно не знал многих вещей, не знал о том, что творилось в этом приморском городе, и о том, что совсем недалеко существовали еще ворота, ведущие в мир магов. В другое Искривление пространства.

Глава 2. Дворец и другие неприятности

Что лучше воздушный замок или мраморный дворец?

Вопрос

В огромных витринах магазина отражались машины, пышные деревья с яркими цветами и неспешно прогуливающиеся туристы – одним словом ничего странного. Но иногда… Иногда прохожие с тихим вскриком отпрыгивали в сторону и облизывали внезапно пересохшие губы. Вдруг исчезала реальность. Приоткрывались ворота между мирами. И там, в витринах магазина, они видели магический город!

Город до невероятности похожий на современный мегаполис, и вместе с тем совершенно иной. Величественные небоскребы из металлоконструкций соседствовали с невысокими домиками, из неотесанных камней. Неоновые вывески помещались рядом с пылающими факелами. Люди, одетые или в деловые костюмы, или в мантии старинного покроя, или облаченные в начищенные до блеска доспехи, спешили по своим делам. Мчавшиеся по улицам кареты запряженные лошадьми, тиграми и крылатыми ящерами, спокойно обгоняли автомобили и мотоциклы. Вот что открывалось некоторым избранным на один короткий миг!

Но разглядеть посреди странного города дворец с сияющими башенками и белоснежными колонами, не мог никто из обычных людей, даже если он и обладал микроскопическими зачатками магии. Нет, дворец светлых магов охранялся слишком надежно, увидеть, а уж тем более попасть в него, можно лишь по особому приглашению.

Сильные заклинания охраняли жизнь дворца и жизнь наследного принца.

В это утро его покои были освещены яркими лучами. Сам принц Дариан, предпочитающий простое имя Ник, даже не подозревал о существовании людей ненавидящих всех магов и его самого в том числе. Он, беззаботно насвистывая, пытался в своей гардеробной комнате среди расшитых золотом камзолов и модных костюмов выбрать что-нибудь подходящее для путешествия, точнее для Круиза, куда был приглашен. Рядом суетился, путался в ногах и громким лаем выражал свое мнение огромный черный пес Илинт. Впрочем, лаять ему совсем и не требовалось, Ник без труда читал мысли преданного пса.

В конце концов, Ник переоделся в джинсы и белую футболку, сочетавшуюся с его светлыми волосами. И разглядывая себя в зеркало, решал, стоит ли надеть кепку, которая скроет изуродованную левую бровь. В этот момент в двери тихо постучались, и на пороге появился слуга Туан, он же барон Кристалинский. Воспитавший когда-то самого императора, а теперь отвечающий за воспитание его сына, в особенности за такую тонкую область, как придворная магия.

Илинт, тихонько тявкнув, попятился.

– Рад видеть вас, ваше высочество принц Дариан, в добром здравии, – чопорно произнес Туан, и укоризненно посмотрел на юного принца. Тонкие золотые цепочки, вотканные в тяжелую ткань его мантии, позвякивали. Белый накрахмаленный воротник, точно обруч, обвивал шею, отчего подбородок казался задранным. На аккуратно расчесанных седых волосах играли лучи утреннего солнца.

– Это взаимно, – поспешно ответил Ник, тщательно скрывая улыбку. Виделись они всего пару часов назад, во время завтрака и было бы странно, если бы с его добрым здравием что-нибудь случилось. В это утро, как бывало очень редко, у отца не оказалось неотложных дел, и они сели за стол всей семьей, но тут, как бывало очень часто, к ним присоединился Туан. И приятный семейный завтрак с шутками отца, смехом матери и радостными воплями младшей сестры, дополнился еще и полезными замечаниями Туана. – Я так же рад видеть вас в добром здравии.

Ник отвернулся и, запнувшись об Илинта, грохнулся на пушистый ковер. Флакон с туалетной водой, которую Ник вертел в руках, упал рядом, но не разбился.

– Я лишний раз позволю себе заметить, что изящные манеры необходимы для юного принца, – назидательно произнес Туан. – И это доказывает, что мое появление в данный момент как нельзя кстати.

– Э-э? – спросил Ник, поднимаясь на ноги.

– Разумеется, я отвечу на ваш вопрос, хотя для наследного принца более подобает облачать мысли в словесную форму. Но прежде, я еще немного позволю себе покритиковать ваше поведение и замечу, когда вчера вы сбежали в город и в одиночестве бродили по улицам, это было вопиющем нарушением всех норм этикета, – сказал Туан. – Кроме того, салфетку следует…

Ник уже не слушал дальнейших понуканий, главное, что было произнесено слово «в одиночестве». Пусть лучше барон Кристалинский считает так, чем знает, с кем на самом деле он гулял. Такого он бы никогда не одобрил.

– Так вот, вам известно, как я отношусь к предстоящему Круизу, – сказал Туан. – И к так называемому обществу, в котором вам придется провести свое время. Я крайне не одобряю эту затею. Но, даже там вы должны соответствовать своему высокому титулу. И посему я приготовил для вас саквояж со всем необходимым.

– А-а, но… – начал было Ник и умолк под холодным взглядом Туана. Он хорошо помнил, что Туан положил ему в саквояж в прошлый раз, и сейчас хотел самостоятельно собрать вещи.

– Да, стыдно признать, что за пару летних месяцев, которые вы провели во дворце, я очень мало успел обучить вас светской речи. Я обещал вашей почтенной матушке императрице Сильвии лучше обучать вас манерам, после того случая на летнем балу, – нахмурился Туан.

– Ничего такого и не произошло, – пробубнил Ник. Просто весь бал, он протанцевал с одной девочкой, а не приглашал всех по очереди, как требовал этикет. Ну и вместо светской беседы, они тогда громко разговаривали и смеялись. Туан отругал их обоих, разумеется, уже после бала.

– Поскольку, уже все приготовления завершены, а придворной магией вы владеете весьма скверно, то я успею еще напоследок преподать вам урок изящных манер.

– Но друзья уже ждут меня, – возразил Ник.

– По моим сведеньям, Георгий Малышкин малоталантливый маг из бедной семьи не получил билет на Круиз, но признаю, он вполне может прибыть в гавань, чтобы проводить вас. Второй, э-э кандидат на то, чтобы ждать вас, это нахальный оборотень Артем Остин, по какому-то недоразумению обучающийся на светлого мага, – подняв кверху указательный палец, изрек Туан. Друзей Ника он всегда называл полными именами, не забывая упомянуть фамилии и происхождение, словно лишний раз подчеркивал свою осведомленность. – Попрошу вас не называть этих двух субъектов друзьями. Надеюсь, вы со мной согласитесь, что они слишком низкого происхождения и не могут общаться с вами на равных.

– Нет! Могут, – резко возразил Ник. – Темка и Жорик мои настоящие друзья, мы два года тренируемся в одной команде, на них я могу положиться. И на всех остальных ребят в команде охотников тоже.

– Я бы советовал вам, ваше высочество, полагаться на придворную магию и на изящные манеры, которых, к моему глубочайшему прискорбию, вам недостает, – недовольно проговорил Туан. – И когда вы изволите гневаться, как сейчас, лучше всего сводить брови к переносице и небрежно разводить плечи, в этом случае вид у вас все равно останется царственным. Извольте следовать за мной.

Туан вышел из гардеробной и оказался в небольшом зале. Его недовольное лицо разгладилось, этот зал полностью устраивал его, как блюстителя этикета. Огромный старинный камин, установленный здесь еще тысячелетия назад, во время строительства дворца. Резная мебель, привезенная из разных Искривлений пространства, где из поколения в поколение передавались секреты мастерства. Каменный пол устлан ковров с длинным ворсом. Из распахнутых окон доносилось пение птиц, живших в дворцовом саду.

– Времени у нас немного, а вы еще не научились при помощи магии приводить прическу в идеальный порядок, украшать свой камзол и одним взглядом очаровывать окружающих, – Туан замер посреди зала. – Опасаюсь, что репортеры могут появиться в гавани. Извольте вспомнить, когда вас неделю назад последний раз показывали по Магик-ТВ, выглядели вы не совсем подобающе.

Как раз этого Ник вспоминать и не хотел. Тогда Туан надавал кучу советов, как надо держаться, а когда приехали репортеры, то постоянно поправлял каждое движение. От этих указаний Ник стал путать самые простые вещи, и все это снимали камеры.

– Повторяйте за мной, – с непререкаемым авторитетом в голосе Туан взмахнул рукой, прочертив в воздухе полукруг. Злотые цепочки, вшитые в его мантию, блеснули, отражая сотни бликов. И тот час же зал преобразился, в вазах распустились цветы, единичные пылинки, осмелившиеся осесть в углах, исчезли. В воздухе появился едва уловимый запах лесной свежести.

Ник послушно повторил движение – взмах руки с длинными изящными пальцами.

Две вазы дали трещины, вода потекла на пол. В углу появилась целая куча прошлогодних пожухлых листьев. Ник и сам бы не мог сказать, каким чудом сумел перетащить их сюда.

В зал вбежал Илинт, но тут же угодил лапой в лужицу воды, натекшей из вазы, и поспешил выскочил прочь. Хоть он и был личным псом принца, да еще и отличался магическим происхождением, но рассчитывать на ласковое отношение Туана, не мог. Из всех животных, тот благосклонно относился лишь к Флаю, орлу Ника, и то лишь потому, что орел является символом власти у светлых магов.

– Дурно! Весьма дурно! – легким взмахом кисти, Туан вернул все в прежнее состояние. – Я обучал изящным манерам вашего благородного отца императора Филиппа и его благородного брата Дементия, вашего дядю. Позволю себе заметить, что они таких отвратительных результатов не показывали никогда. Извольте, попытаться еще раз.

Вздохнув, Ник повторил в памяти все, чему в течение лета обучал его Туан, и поднял левую руку… и замер на месте от пронзительного крика, взорвавшего тишину летнего утра.

– Не потерплю!

Туан слегка сдвинул брови, и на его лице появилось брезгливое выражение.

– Это не случайность! – послышались разъяренные крики откуда-то из глубины дворца. – Это… Это… тут требуется вмешательство самого императора. Вот оно как!

Чтобы там ни произошло, это был прекрасный повод удрать. Ник выскочил прочь, промчался по коридору и наткнулся на начальника охраны. Малахитовый зал, для проведения чайных церемоний, вместив в себя огромную фигуру в серебристых доспехах, казался необычайно маленьким. Грозно топая по изысканному мозаичному полу в своих начищенных сапожищах, он сверкал глазами и яростно сопел. Рыжие усы, предмет его особой гордости, грозно вздыбились. Было загадкой, как он не снес стоявшие посреди зала столик со стульями.

– Кража! – пробасил начальник охраны. В его огромных руках была розовая с позолотой коробка, в которой хранился чайный сервиз. – Очередная кража!

С неестественно прямой спиной в зал вошел Туан. Смерив начальника охраны презрительным взглядом, он подошел ближе и чуть склонился, словно пытался лучше разглядеть, что же именно исчезло из этого сервиза. Начальник охраны, не подозревая насмешки, поднял коробку выше.

– Утихомирьтесь! Тут не хватает одной чайной ложки! – напыщенно произнес Туан. – Принца не должны волновать подобные мелочи. Своим неподобающим поведением, вы прервали урок.

– Не потерплю кражи в своем дворце, – усы начальника охраны еще больше вздыбились. – Клянусь, я поймаю негодяя, он у меня в печенках уже сидит. Это далеко не первая кража. И наказание будет жестоким.

– Например, будет изучать придворную магию, – пробормотал Ник.

– Не сомневаюсь, что ваше высочество лишь пытается пошутить, – произнес Туан, каким-то образом расслышав слова Ника.

– Никаких шуток! – вскричал ничего не понимающий начальник охраны. – Это же подарок от темного князя. Нужно жесткое разбирательство. Не потерплю!

И тут Ник вспомнил, что отец рассказывал ему про чудесные свойства этого сервиза, он нейтрализует яд, подмешанный в пищу. Подобное свойство, конечно, не редкость, и даже у обычных людей встречаются похожие вещи, но этот сервиз нейтрализовал любой яд, полученный в любом Искривлении пространства.

– Думаю, что скоро все прояснится, – послышался спокойный уверенный голос. К ним подошел мужчина невероятно похожий на Ника. Светлые волосы, орлиный нос, даже одет он был не по-императорски, а в простую шелковую рубашку и джинсы. Если бы кто-нибудь встретил его на улицах Реального мира, то никогда бы даже не предположил, что перед ним сильнейший светлый маг.

Откуда появился император, никто не заметил, вероятно, он воспользовался одним из потайных ходов, которых было во дворце великое множество. Кроме самого императора и, пожалуй, его главного советника, никто не знал и десятой части всех переходов.

– Ваше величество, – начальник охраны склонил голову. – Я возмущен и потому кричал. Я предан своему делу и не потерплю всяких краж во дворце. Воришку надо поймать.

– Знаю, что никто лучше вас не разберется в произошедшем, – сказал император.

– Так это ж, да, это мы можем. Это мы в два счета. Это мы его поймаем, – и польщенный начальник охраны забормотал себе в усы что-то о том, что он сделает с вором, когда поймает его.

И в этот момент Туан тихонько кашлянул, привлекая к себе внимание, и обратился к императору. Он еще не успел раскрыть рот, как стало ясно, что он готовится сказать очередную учтивую гадость.

– Ваше величество, если вам будет угодно выслушать мое скромное мнение. О, нет, я нисколько не интересуюсь мелкой кражей, меня заботит лишь юный принц, – Туан слегка повернулся к начальнику охраны и слегка склонил голову, в его глазах застыло ехидство. – Ваше величество, я бы посоветовал не отправлять принца Дариана без охраны. Выход в море на корабле весьма и весьма опасен. Да еще и в такой неподобающей для его высочества компании.

– Я не маленький, чтобы меня провожали! – возмутился Ник. Туан все лето старательно уговаривал отца, чтобы тот не отпускал его в Круиз. И вот сейчас в последнюю минуту снова пытается все испортить.

Туан не выразил ни смущения, ни сомнения.

– Хорошо, я скажу прямо. Вы прекрасно знаете, ваше высочество, что непримиримый враг всех магов Хаос…

– Хаос заточен в своем подземелье и вряд ли решится выбраться, – вместо сына ответил император.

– Сей факт мне известен. К тому же мне известно, что принц Дариан за победу над Хаосом получил титул сумеречного охотника, – вздохнул Туан и тут же продолжил. – Ваше величество, может быть, вы изволите отправить хотя бы десяток человек почетного караула?

– Нет. Я пойду сам! – быстро сказал Ник. – Папа, не сомневайся, я сумею постоять за себя. И в Золотой гавани, и в море. Я не маленький, и я уже сто раз доказал, на что способен.

– Да, доказал, – император слегка улыбнулся. – Поступай так, как считаешь нужным. Я не стану навязывать тебе сопровождение.

Попрощавшись с сыном, император поспешил дальше. Он не заметил, как изменилось лицо начальника охраны. Его шикарные усы поникли, а в глазах появилась тень сомнений.

– Золотая гавань! Ваше высочество направляется в Золотую гавань! Так это? Так вас, стало быть, предупредили? – нерешительно начал он.

– Все лето предупреждали, чтобы сидел во дворце и никуда не высовывался, – честно ответил Ник, и скосил глаза в сторону Туана.

Начальник охраны тоже посмотрел на Туана, и в недоумении почесал затылок.

– Так чего в дворце-то сидеть? Езжайте в Круиз спокойненько, но вот Золотой гавани остерегайтесь. Недоброе это место, – доверительно сообщил начальник охраны. – Там шляются самые отъявленные негодяи из разных Искривлений пространства. Там еще и…

– Вам уже давно следует умолкнуть и заняться своими делами. Вполне можете отправиться ловить вора, проникшего во дворец, – Туан выразительно сверкнул глазами и попытался отпихнуть начальника охраны, но тот явно не собирался уходить.

– Главное выучить морские приметы. Когда-то я бороздил Сияющие воды, и знаю, чем может грозить плаванье, – продолжил начальник охраны. Коробка с сервизом звякнула в его руках. Он глубоко вздохнул, его пышные усы затрепетали. – Нутром чувствую, что должен предупредить…

– Подбирайте выражения, все же вы находитесь в обществе принца, – Туан неприязненно изогнул губу.

– Чего плохого я сказал? – от недоумения начальник охраны ударил себя кулаком по лбу, любого другого этот удар мог бы уложить на пару-тройку часов. Но у начальника охраны от этого лишь разгладились морщины. – Так вот, ваше высочество, запамятуйте, есть несколько примет, коли сбудется хоть одна из них, то беды не миновать. Плохо, когда капитан самый молодой из всего экипажа. Плохо, когда резко меняется течение волн, особенно в Сияющих водах. И еще нельзя касаться морской воды, пока не корабль не выйдет из гавани.

– Я постараюсь не упасть с трапа, да и не падать за борт, чтобы не касаться воды, – усмехнулся Ник, все приметы казались абсолютной чепухой, в такой солнечный день не хотелось думать ни о чем плохом.

– Ваше высочество шутит? – захлопал глазами начальник охраны. – Шутить-то оно, конечно, полезно, но падение за борт это не примета, это ж само по себе уже плохо. Так и захлебнуться недолго, Сияющие воды не прощают неуважения. А еще плохая примета выходить в море перед грозой.

Туан полез во внутренний кармашек и вытащил старинные часы на цепочке. Демонстративно открыл крышку, посмотрел на циферблат и прискорбно покачал головой.

– Ваше высочество, позвольте вам напомнить, что к моему глубокому сожалению, времени на дальнейшее занятие изящной магии у нас нет. Вам следует отбыть из дворца через несколько минут, – произнес Туан. – Помните, принц не может себе позволить такую безответственность как опоздание! Это мой последний совет на сегодня.

– Хорошо. До свидания, – быстро сказал Ник и поспешил к выходу.

– Саквояж с вашими вещами будет ждать вас в каюте вашего корабля. Это моя привилегия следить за вашими вещами, – поспешно сказал Туан.

Ник не стал спрашивать, как он собирается доставить саквояж, даже если не знает названия корабля, он поспешил к воротам, ведущим прочь из дворца.

Глава 3. Золотая гавань

Для темного мага неприемлемо:

Плохо о себе отзываться

Давать обещание, которое собираешься сдержать

Хвалить светлых магов.

Из учебника по темнокнижию, глава 10, параграф 4.2

Раскаленное солнце повисло над приморским городом, тем самым городом, в котором находилось кафе с плохой репутацией и площадь, с витринами, отображающими другой мир. От солнца сверкали белые стены домов, трескался асфальт, сохли листья в пышных садах. Воздух струился от зноя. Может поэтому никто не заметил, как прямо посреди площади появился Ник, как он прошел через ворота, соединяющие императорское Искривление пространства с Реальным миром. Одет он был по-прежнему в джинсы и в белую футболку. Он сделал лишь несколько шагов, как навстречу выскочил Темка.

– Чего так долго, я тут уже вообще незнамо сколько тебя дожидаюсь, – возмутился он. – А, ну и еще привет.

– Туан, – лишь одного этого слова хватило.

– Понял, – хмыкнул Темка. – Тогда ты еще легко отделался, он бы мог заставить тебя корону надеть, или бы роту громил следом направить.

– Пытался, еще и про телевидение намекал, – кивнул Ник. – Пошли, тут все дороги должны вести к гавани.

– Погодь! – Темка подхватил валявшийся прямо на асфальте старый рюкзак. – Теперь потопали.

Белые придорожные домики были увиты пыльными лозами, длинные ряды иссушенных солнцем деревьев тянулись вдоль дорог. Прохожих почти не было, мало кто отважился выходить из дома в такую жару. Лишь один человек все-таки выбрался на улицу и направился к гавани, только шел он осторожно, стараясь избегать открытых участков.

– Я тут уже весь город обшарил, – сообщил Темка. – Тут люди ненормальные какие-то, магов боятся. Да вроде оно и того, и нормально, тут же куча ворот в разные Искривления. Но все здесь как-то все равно непривычно. Как будто ненавидят они нас.

– Перестань, – взмолился Ник. – Я последний месяц столько уже предупреждений слышал. Да еще и какие-то нелепые приметы, что морской воды нельзя касаться и прочую чушь.

– Забей, это все фигня, – отмахнулся Темка. – А вот настоящую морскую примету, только мы, оборотни знаем. Короче, нужно выйти ночью на палубу и замереть. Тогда можно увидеть, как из воды появятся морские мотыльки. Если они полетят к луне, то можно загадать желание и вообще все будет супер. А если они нырнут обратно, то все, хана всем.

– Темка, и ты туда же! – вскрикнул Ник. – Да все будет супер. Или, если выражаться светски, мое высочество изволит совершить приятную морскую прогулку, которую не омрачит ни одно происшествие.

– Круто! У Туана научился?

– Ага! Лучше скажи, никого из нашей команды не встречал? Ведь должны быть еще Ольда и… и Кристина.

– Да ну их, никого. Ни наших и никого из других команд. Даже Жорика не видел. Этот разгильдяй, так и не появился, а ведь обещал же прийти проводить нас, – Темка резко умолк. Он продолжал так же бодро шлепать вниз по улице, но лицо его заострилось. – Обернись, кто-то крадется за нами.

Ник резко развернулся. Он успел заметить, как блеснула металлическая пластина на груди человека, скользнувшего за угол дома.

– Туан. Наверняка это он послал кого-нибудь из охраны, чтобы защищать меня, – легкомысленно решил Ник, толком и не разглядев преследователя. – Видел, у него нагрудник как от доспехов?

– Этот твой воспитатель вообще того, чокнутый он. Отправить человека в такую жару в доспехах, – кивнул Темка. – Хоть он и дед Кристины, а все равно чокнутый.

– Хоть во время Круиза забыть бы про него, – сказал Ник, даже не подозревая, что и вправду во время Круиза ему придется думать о более серьезных вещах, чем дворцовый этикет и изящная магия.

Лучи солнца отражались от воды. По глади моря неспешно скользили легкие волны. На обшивке лодок, яхт, катеров, кораблей пузырями вздувалась краска. Таким видели происходящее жители Реального мира, даже не догадываясь о том, что происходило тут на самом деле.

Многочисленные ворота, ведущие в другие Искривления пространства, были открыты. От чего магическая Золотая гавань была в несколько раз больше гавани Реального мира. Люди даже не догадывались, что бок о бок стоят обычные корабли и суда, из других Искривлений. Каравеллы с изогнутыми линиями, лодка из целого ствола дерева, рыболовная шхуна, судя по улову из красных светящихся рыб, выплывшая из другого Искривления. Повсюду разноцветные флаги с гербами, принадлежащие разным династиям магов и темных, и светлых.

Появился запах, верней смесь запахов хвои, жасмина, апельсинов и шоколада. Все это и многое другое должно быть находится здесь в ящиках, баулах, свертках.

Ник замер, оглядываясь по сторонам. Сколько бы предупреждений не звучало об этой гавани, но никто не сказал ему, насколько здесь красиво. Фантастически красиво.

– Может хоть сейчас скажут, куда нам надо-то, – пробормотал Темка. На приглашении месяц назад появилась фраза с датой отплытия и названием гавани. – О, ну наконец-то, название кораблика проступило!

Ник посмотрел на приглашение. Еще перед выходом из дворца эта сторона была чистой, теперь же появились буквы: «Поднимитесь на борт «Шепота Ветра» и стоял номер причала.

– Будем искать корабль, – предложил Ник.

Они прошли сквозь толпу и очутились возле самой воды, огражденной бортиком. Сюда не заходили жители Реального мира, которые видели лишь тупик, не подозревая, что впереди продолжается гавань. Тут же у самого бортика стояла Кристина. Она была одета в серые цвета команды охотников: короткая юбка и топик, украшенные сложным узором из переплетенных лилий и омелы. Ее золотистые локоны светились на солнце. Кристина задумчиво разглядывала приглашение в Круиз.

– О, вот и наши, привет, – крикнул Темка.

– Ник, Темка, привет, – слегка безразлично сказала Кристина и посмотрела на Ника, ее глаза при ярком свете казались невероятно синими.

– Уже нашла корабль? – спросил Ник, и почему-то его вопрос прозвучал очень глупо.

– Скажешь тоже, – ухмыльнулся Темка. – Она что, посеяла его что ли?

Ник ужасно смутился, но зачем Темке было говорить такое. Только Кристина не обратила никакого внимания, она отвернулась и совсем не щурилась, хотя солнце било ей прямо в глаза, стала оглядываться по сторонам.

– Духота, – из толпы вышла Ольда. Красивое лицо было недовольным, роскошные черные волосы, собраны в высокий хвост. В одной руке Ольда держала розовую сумочку, а в другой находился веер, которым она достаточно лениво взмахивала. Нику и Темке она просто кивнула.

– Даже за соком самой пришлось идти, – капризно сказала Ольда. – И вообще, этот Круиз слишком утомителен. Единственное почему, я согласилась плыть, из-за престижа!

– Ольда, ты опять? Это вовсе не главное, – возмутилась Кристина.

– Нет, это самое главное! Выбрали лишь десять человек из шести команд. Я всегда знала, что должна попасть в элитный отряд. Все-таки это престижно быть в числе победителей и плыть на одном корабле с двумя принцами.

– И одним оборотнем, – тут же прибавил Темка. – Кстати, очень симпатичным.

– Ах, ну да, – неопределенно ответила Ольда. – Корабль приготовили специально для нас, там больше не будет никаких пассажиров.

– С нами плывут и темные, – напомнила Кристина. – Хоть нам и твердят постоянно о дружбе. Но на состязаниях они нам постоянно строили ловушки. Я ни на миг не поверю, будто они не попытаются устроить нам какую-нибудь мерзость.

– Ну, да, наверное, – лениво ответила Ольда. – Какая разница, тут так красиво.

Впереди лишь море и небо. Внизу бесконечные стаи рыб шныряли меж желтоватых камней и коротких водорослей на белом песчаном дне.

Среди пестрой толпы пробегали, проползали, пролетали животные, вывезенные из разных Искривлений. Метровый жираф с павлиньим хвостом и клювом пеликана, а также летающие жабы и квадратные, покрытые густой шерстью зверьки.

Вдруг толпа оживилась, на секунду замерла, а затем поспешно отступила, освобождая место. В воздухе повисла опасность, словно из ниоткуда послышался приказ отойти. Раздался грохот. Ник без труда узнал черную магию.

– Подождем, что будет, – заинтересовано предложил он.

– Кажись, догадываюсь, чего произойдет, – ляпнул Темка, скинув со спины рюкзак и беззаботно кинув его под ноги.

В единый миг освободилось достаточно место. Кто-то поспешил скрыться, кто-то лишь отошел и замер. И тут, в воздухе появилась тонкая струйка черного дыма, она стала расширяться, пока не превратилась в огромную черную воронку. Грохот нарастал, теперь можно было различить шуршание колес и шелест крыльев. Воронка стала вращаться с неистовой силой и вдруг из нее вылетела черная карета, запряженная крылатыми змеями. Карета пронеслась несколько метров и неожиданно замерла неподалеку от того места, где стоял Ник с друзьями.

Эту карету невозможно было спутать ни с одной другой: огромная, на крыше развевался черный флаг, от чего карета казалась еще больше, ее глянцевые стены не отражали, а поглощали солнечные лучи. На дверцах кареты красовался герб темного князя: скалящийся волк и череп, разделенные косой чертой, под ними перекрещенные черные розы.

– Ну, я так и думал, – усмехнулся Темка. – Наргис решил выпендриться.

Крылатые змеи покорно сложили крылья и склонили головы. Из кареты величественно вышел красивый юноша в черных одеждах. Гордая осанка и презрительное выражение лица, сразу обращало на себя внимание. К поясу был прикреплен старинный меч, обладающий магической силой. На пальце блестел перстень в форме черепа. Юноша сделал несколько шагов.

– Наргис! – из кареты выскочил молодой человек. Невероятно похожий на Наргиса, но вместо презрения на его лице сияла улыбка. – Подожди.

Наргис сделал еще пару шагов. Ника и его друзей стоявших неподалеку, он просто не мог не заметить, но все же не стал обращать на них никакого внимания. Впрочем, он так же не обратил внимания и на окрик, а просто остановился и уставился на море, подставив свое смуглое лицо под лучи солнца.

– А у Наргиса очень симпатичный брат, – сказала Ольда, через опущенные ресницы разглядывая молодого человека в черных одеждах. – Кажется, его зовут Катар.

– Не говори глупости, – ответила Кристина.

– Это не глупости, – обычная лень исчезла из голоса Ольды. Она положила сумочку на бортик, и обмахивалась веером. – Я же знаю, что это старший брат Наргиса. И он действительно очень симпатичный.

Катар тем временем подошел к Наргису и положил руку ему на плечо. Наргис, тут же дернул плечом и стремительно развернулся.

– Я вполне бы мог обойтись и без твоего сопровождения, – гневно произнес он. – Хватит тут сиять благородством, отец все равно не видит.

– Я проводил тебя, потому что сам так захотел, – миролюбиво ответил Катар.

Из кареты вылетел коршун и опустился на плечо Катара.

– Я должен поблагодарить тебя? – с вызовом ответил Наргис и, кивнул темному магу, имевшему глупость выбраться из толпы. – Достань из кареты мою сумку и отнеси на корабль «Шепот ветра».

В ответ тот поспешно поклонился и кинулся исполнять приказ. Наргис вновь повернулся к морю, происходившее вокруг его совершенно не интересовало. Он любовался морем, или просто выказывал свое презрение старшему брату.

– Пошли, – предложил Ник. – А то опоздаем к отплытию.

– Аге, чего тут-то выжидать? Будто никогда не видели, как Наргис пальцы выгибает, – согласился Темка и закинул на плечо свой потрепанный рюкзак. Даже не заметив, что при этом сбил сумочку Ольды.

– А, это же моя любимая! – вдруг воскрикнула Ольда, глядя, как розовая с рубинами сумочка упала в воду и стала медленно погружаться.

– Так подними ее. Ты же учила левитацию! – сказала Кристина и осеклась, заметив, как Катар сделал простое, едва уловимое движение кистью. – Поздно!

Коршун Катара издал пронзительный крик.

Сумочка уже опустилась на дно, ее отчетливо можно было разглядеть на белом песке. Вдруг вода словно вскипела, закружился небольшой тайфун, он подхватил сумочку и поднял наверх. Продолжая кружиться, столб воды возвысился над морской поверхностью. Мелкие брызги воды попали в лицо Ника. Аккуратно сумочка легла на бортик, откуда секунду назад ее по неосторожности столкнули. Водный столб тут же рассыпался на сотни мелких брызг.

Ольда изумленно захлопала ресницами и повернулась к Катару, но тот уже сел в карету. Змеи расправили крылья, вновь возникла черная воронка, в которую влетала карета. Через секунду все исчезло.

– Он еще и благородный, – едва слышно пробормотала Ольда. – И, я ему сильно понравилась.

Ник достал из кармана платок и вытер с лица морскую воду.

– Первая плохая примета, – с усмешкой сказал Темка.

– Не начинай, – улыбнулся Ник. В приметы, он по-прежнему не верил. Все складывалось чудесно, приближающаяся гроза, которая тоже считалась плохой приметой, его не пугала. Помпезное появление темных магов, было достаточно предсказуемо, чтобы обращать на него внимание.

– Принц Дариан, – величественно кивнул Наргис, проходя мимо, на остальных ребят он даже не обратил внимания.

– Принц Наргис, – учтиво, словно находился на уроке изящества, ответил Ник. При этом он старательно делал вид, что не замечает ненависть в глазах темного принца.

Наргис прошел вперед к причалу, туда, где виднелся роскошный старинный парусник.

– Это же «Шепот ветра», – сказала Кристина.

– Я думала, что нам предоставят современный корабль, – потянула Ольда. – Что-нибудь более элитное.

Ник да и остальные ребята даже не могли предположить, почему для Круиза был выбран именно этот корабль. Белоснежные паруса спущены, все кроме одного нижнего на передней мачте. Корпус от возвышающейся надстройки на корме, до позолоченной головы медузы на носу, сверкал в ослепительных лучах солнца. Над кораблем развевался разноцветный флаг – флаг судей, организовавших этот Круиз. На корме виднелся их герб: весы на двух чашах которых огонь и вода.

По расписным сходням Ник с друзьями перебрались на корабль. И сразу они столкнулись с двумя магами в фиолетовых одеждах, чуть поодаль было еще двое в красных, и у самой лестницы, ведущей к каютам, стоял Наргис и отдавал приказ мальчику из своей команды стражей.

– Хворы, разрушители и стражи, – прошептала Кристина. – По два человека из каждой команды темных. А из светлых лишь мы. Странное совпадение.

– Нормальное совпадение, – отмахнулся Темка. – О, гляньте, Тюфяк.

По бортику корабля тяжело скакал огромный синий кот, верней, хамеликот, умеющий менять цвет своей шерсти в зависимости от настроения. Перекусив своими мощными челюстями один из канатов, Тюфяк в красивом прыжке перелетел с корабля на пристань. Задрав хвост, он скрылся среди толпы.

– Проходите в каюты! – крикнул один из матросов с лицом, загоревшим до черноты. И кинулся завязывать перекусанный канат мудреным морским узлом.

Раздался удар гонга, сотрясший воздух. Паруса наполнились ветром. «Шепот ветра» разрезая голубую поверхность и оставляя за собой волнистый след, вышел в море.

Глава 4. Верная примета оборотней

Людей умеющих плавать намного больше, чем людей умеющих летать.

Статистика

Как и обещал Туан, саквояж с гербами и золотыми пряжками уже находился в каюте, которую выделили Нику с Темкой. В соседней каюте поселился Наргис. Через дверь было слышно, как он отдавал распоряжения матросам.

– Разложите мои вещи и доставьте мне ледяной сок!

– Но капитан сказал…

– Как ты разговариваешь с принцем! Меня не волнует, что сказал капитан. Выполняй мои приказы.

Послышался шум шагов, и все стихло.

Темка закинул свой потертый рюкзак в угол.

– Пойду-ка я осмотреться тут везде. Слыхал, что корабль управляется при помощи магии, интересно глянуть как. Да и, отец рассказывал, что паруса у них из колдовской паутины. Они вроде ветер должны ловить, или сами ветер создают. В общем, пойду, разберусь.

Ник остался один, он раскрыл саквояж, но, заметив лежавшие на верху камзолы, расшитые золотом, решил, что разберет вещи позже, если вообще станет их разбирать, и поднялся на палубу. Над головой раздувались и еле слышно хлопали на ветру паруса из колдовской паутины. Присмотревшись можно было заметить тонкие серебристые нити.

«Шепот ветра» медленно выходил из гавани. Пестрая толпа на пристани, белые дома с садами за решетчатыми оградами, склоны холмов, поросшие кустарником – постепенно отдалялись. Яркие запахи гавани, стали ослабевать, но не исчезли до конца. Особенно настойчивым оказался запах жасмина, растворившийся в воздухе.

Ник успел сделать лишь несколько шагов, радуясь, что волны на море совсем слабые, корабль едва качает, и не нужно думать о том, как удержать равновесие.

– Принцу Дариану следовало бы занять отдельную каюту, а не водиться со всякими оборотнями, – раздался презрительный голос.

Откинувшись на удобном кресле, Наргис лениво разглядывал облака. Он уже успел переодеться, но даже в такую жару остался верен черным цветам своей команды, легкий костюм был украшен самоцветами. К поясу пристегнут меч. Рядом стоял столик с прохладительными напитками. Тент, который должен был прикрывать его от горячих лучей, исчез, темный принц наслаждался солнцем.

– Я сам решаю, как мне поступать, – ответил Ник.

– Решаешь? Ты? Насколько мне известно, за тебя все решают слуги, – Наргис даже не повернул головы, по-прежнему разглядывал появившиеся на небе облака. – А сейчас, когда тебя выпустили из дворца, ты даже не смеешь отстаивать свои права на личную каюту.

– Это не так!

– Не хочешь силой доказать свое превосходство? – Наргис приподнялся, забыв про облака, он с презрением смотрел на Ника.

На палубу поднялись Кристина с Ольдой, они спокойно разговаривали, но, заметив происходящее, умолкли.

– На состязаниях, – ответил Ник. – Уже осенью, мы сразимся с вашей командой.

– Зачем же тянуть? – Наргис встал, глаза его заблестели, рука потянулась к рукоятке меча. – Мы можем сразиться прямо сейчас.

– Только не на моем корабле, – прогремел чей-то голос.

Ник обернулся. Возле люка, ведущего в трюм, стоял юноша в капитанском мундире с начищенными пуговицами и белой фуражке с золотыми нашивками. Из-под прямых светлых бровей смотрели спокойные темно-карие глаза, что совсем не сочетавшиеся с бледной кожей. Глаза казались бы добрыми, если бы не узкие губы, изогнутые в едва заметной иронической усмешке.

– Имею честь быть капитаном «Шепота ветра», – он чуть склонил голову.

– Врешь, – когда Темка появился на палубе никто и не заметил. – Тебе лет-то сколько? Ты, наверное, юнга.

И в самом деле, не смотря на мундир и всякие регалии, подошедший выглядел лет на семнадцать, что скорей всего и являлось его настоящим возрастом.

– При обращении ко мне следует говорить «Капитан», думаю, вы легко сможете это запомнить. Как указано в «Кодексе магического судоходства» капитан корабля не обязан сообщать пассажирам свой возраст. Я воспользуюсь этой привилегией, – продолжил человек в мундире. Говорил он спокойно, заранее уверенный в повиновении. И это выглядело очень странно, не сочеталось с юношеской внешностью.

– Ну и ладно, – Темка почесывая макушку, отступил, похоже, перед ними и вправду стоял капитан корабля.

– Темный или светлый? – резко спросил Наргис, словно находился у себя в замке и отдавал приказ одному из своих слуг.

– Я судья. Как всем известно, судьи не светлые и не темные, мы храним равновесие сил, – пояснил Капитан, даже казалось, он ждал этого вопроса. Отвечал он удивительно безэмоционально, как будто зачитывал хорошо знакомый скучный текст.

Ник с Темкой переглянулись. Может, перед ними и вправду капитан корабля, сложно сказать, какие там законы выписаны в «Кодексе магического судоходства», возможно капитанами назначают всех, кто старше пяти лет. Но вот то, что он еще и судья, верилось с трудом. Быть судьей, это привилегия, и ее нужно заслужить, этого добиваются годами. Судьи – самые уважаемые маги во всех Искривлениях пространства.

– Когда вы стали судьей? – спросил Ник.

– Светлый принц задал правильный вопрос, – небрежным жестом Наргис указал на Ника, перстень в форме черепа сверкнул. – В таком возрасте невозможно стать судьей. Это ложь!

– Я стану судьей через десять лет, – ничуть не смутившись, ответил Капитан. – Я пока еще только готовлюсь к этому. Но уже сейчас считаю себя судьей и веду как судья, это поможет мне преодолеть весь путь.

Все сказанное звучало разумно, слишком разумно. Может, скажи эти слова любой другой человек такого же возраста, Ник бы ему не поверил, но в Капитане было что-то необъяснимое. Идеально отглаженный мундир, аккуратные точно выверенные жесты, темно-карие глаза, казавшиеся такими удивительно мудрыми на его бледном лице, и самое главное спокойная уверенность в происходящем. Как будто он с самого рождения знал весь свой жизненный путь и теперь равнодушно продвигался по нему. К такому человеку должно быть обращались на вы даже его родители.

– Полагаю, что привел достаточно доказательств моей компетенции. И, как мне кажется, вам это не по нутру, принц Наргис, но пока находитесь на борту моего корабля, вам придется меня слушаться.

– Только если указания будут разумными, – нахмурился Наргис, резко развернувшись, он направился прочь.

Капитан никак не отреагировал на его уход.

– Капитан, и никакого имени? – спросила Кристина.

– И никакого имени, – узкие губы Капитана чуть изогнулись в улыбке. – Я не люблю имен. Имя не отражает человеческой сущности. Важно лишь звание и положение в обществе.

Золотая гавань отдалялась. «Шепот ветра» скользил по волнам. Голубая поверхность воды, становилась все более синей, вскоре уже было невозможно разглядеть дно, покрытое белым песком.

– После выхода из гавани находятся нужные нам ворота. Разумеется, это водные ворота, которые в другом Искривлении откроются тоже над водной поверхностью. Гроза, которая скоро разразится над Реальным миром, нас уже не застанет, – сказал Капитан, голос его звучал размеренно, он ни к кому определенно не обращался, будто просто размышлял вслух. – Главный судья, Генрих Эдмундович, решил, что сообщить вам цель Круиза будет разумней через день, после выхода в море. Так что наслаждайтесь морской прогулкой. Пока у вас есть такая возможность.

Не потрудившись объяснить, что означают его странные слова, Капитан покинул палубу.

– Чего это он имя свое скрывает? – Темка почесал макушку. – Такие люди мне не нравятся. Вот он Капитан и все тут. Подозрительно!

Из-за плеска волн никто не услышал, как за их спинами вновь появился Капитан, он достал из кармана подзорную трубу и стал разглядывать что-то впереди по курсу. На его бледном лице не отразилось ни одной эмоции.

– Капитан просто верит в древнюю магию имени, – сказала Кристина.

– Ну, конечно, нас же учили на первом курсе, – вспомнила Ольда. – Как же там было? А, когда другие узнают твое настоящее имя, то смогут получить власть над тобой. Только это глупости.

– Нет, – покачал головой Ник.

– Ой, ну только не надо говорить о магии, – протянула Ольда и сощурилась, ослепительно яркий луч попал ей прямо в глаза. – Мы тут отдыхаем. И о темных магах тоже не надо. Можно говорить только об одном из них… Кристина, пошли уже, а. Сколько можно тут на солнце стоять.

– Чего это она? – спросил Темка, как только девочки ушли. – О ком это она?

– Наверное, про Катара, – пожал плечами Ник.

– Ну, да она же теперь постоянно про него говорит. Смотри!

Впрочем, нельзя было не заметить происходящее. Несколько ярких лучей заметались по палубе, затем они собрались в один слепящий поток, который стремительно стал разрастаться, пока не охватил весь корабль. Пространство завибрировало, и вдруг все исчезло. «Шепот ветра» как и прежде, скользил по волнам, высоко в пронзительно-синем небе светило солнце. Вот только за кормой корабля больше нельзя было разглядеть берег. Он неожиданно исчез. Вокруг была только морская гладь.

– Мы прошли через морские ворота и теперь находимся в другом Искривлении пространства, – догадался Ник.

– Ну и ладно, – решил Темка, новое Искривление пространства мало чем отличалось от Реального мира. А к тому, что ворота между Искривления пространства могут быть самыми разными и открываться тоже по-разному, они уже давно привыкли. – Теперь главное темноты дождаться.

Это оказалось совсем непросто. Темка каждые полчаса выскакивал на палубу, у всех подряд спрашивал сколько время. Даже спокойный Капитан, бесшумно скользивший по всему кораблю, начал злиться, постоянно натыкаясь на Темку.

– Мешаю я что ли? – возмутился Темка, вернувшись в каюту. – Вон за него все матросы делают, а он лишь прохаживается. А мне же для дела, я же мотыльков пропустить боюсь.

Как только опустились сумерки, Темка умчался на палубу, Ник остался в каюте один. Неожиданно за дверью послышался тихий шорох. Сначала Ник не предал ему никакого значения, но потом шорох повторился уже ближе, словно кто-то подкрадывался к каюте. Чья-то неведомая рука коснулась ручки.

– Не доверяй! – послышался тихий голос из-за двери.

– Кто там? – спросил Ник.

Раздался вздох, тихий сдавленный. Казалось, он прозвучал сразу за дверью. А затем послышались поспешные шаги, кто-то неведомый шлепал босыми ногами, удаляясь прочь от каюты.

Ник поспешно выскочил за дверь. Никого. Он поднялся по лестнице и вышел на палубу. Невыносимая дневная жара сменилась приятной прохладой. На черном небе ярко светили звезды, окружая полную луну.

Спиной к нему у борта стояла Кристина, одетая в легкую серую мантию. Свежий морской ветер играл ее локонами, казавшимися серебряными в свете луны. На ногах у нее были туфельки на каблуках, они должны постукивать при каждом шаге, но не шлепать. Достаточно далеко, склонившись к воде замер Темка, что-то высматривая в глубине.

– Ник, – Кристина обернулась, на ее губах мелькнула легкая улыбка. – Морские мотыльки скоро появятся.

– Тут никто не проходил? – спросил Ник, и подумал, что спросил глупость. Конечно, на палубу мог выйти кто угодно. – Босоногий?

– Только Капитан разгуливает и матросы. Но они все в ботинках, – внезапно Кристина прижала палец к губам. – Т-сс! Осторожно, не вспугни. Это они!

Ник подошел и тоже уставился на воду. Морская поверхность была освещена огнями корабля. Сначала не было ничего непривычного, а потом, словно хлопья тумана появились в глубине и стали подниматься к поверхности воды.

– Это они! – раздался Темкин вопль, оторвавшись от борта, он стал носиться туда-сюда, и едва не споткнулся об люк, посреди палубы. – Говорил же! Сейчас главное не упустить. Нужно глядеть, куда они полетят.

Поверхность моря словно покрылась пеной, но вдруг затрепетали миллионы крыльев и белые мотыльки вспорхнули вверх. На миг показалось, что это не они взлетают в воздух, а корабль погружается в море, но это лишь на миг. Воздух наполнился тихим шелестом крылышек.

– Я не думала, что мотыльки существуют, – сказала Кристина.

– Я тоже, – ответил Ник.

И тут среди шелеста, издаваемого мотыльками, послышались странные звуки, будто кто-то шел босиком. Шаги приближались. Ник почувствовал на себе чей-то взгляд и резко обернулся.

На палубе в окружении морских мотыльков стояла девочка. Худенькая, с большими выразительными глазами, казавшимися испуганными. Черные волосы небрежно свисали на плечи, словно она давно не расчесывалась. На девочке было простое платье, больше похожее на матросскую робу, обувь она не носила.

В нерешительности девочка замерла. Не отрываясь, она смотрела на Ника, губы ее дрожали, словно она собиралась что-то сказать.

– Оп! – Темка резко развернулся и разинул рот от изумления. – Кто это?

Кристина тоже развернулась и стала молча разглядывать незнакомую девочку.

Вместо ответа, та лишь покачала головой, сделала шаг назад и замерла. Морские мотыльки, шелестя легкими крылышками, порхали вокруг.

– Кто ты? – спросила Ник.

Незнакомка приоткрыла рот, но, так и не произнеся ни звука, принялась отступать. На ее лице появилась тревога, огромные глаза, не мигая, смотрели куда-то вдаль. Еще несколько шагов и она скрылась в тени. Мотыльки продолжали парить над палубой, словно легкий туман, окутывал корабль.

– Эй, эй, не вспугни их, – беспокоился Темка. – Ник, ты-то куда? Ведь сейчас самое главное пропустим!

Ник бросился вперед, обогнул надстройку на палубе и выскочил к другому борту. Следом за ним мчался Темка, продолжая что-то объяснять про мотыльков.

В ярких лучах луны палуба белела. И на этом фоне виднелись темные следы, они делали полукруг и вели прямо к борту.

– Ну и ну. Чего это, кто такая? Зачем по ночам ходит плавать? Она же не из наших! И не из темных! И вообще непонятно из каких! – Темка перегнулся через борт. – И там тоже не видать. Вроде не плавает никто.

Ник посмотрел на темную поверхность воды, на волнах дрожало отражение фонарей корабля. Если бы худенькая девочка в странном платье бросилась в воду, они бы ее разглядели.

– Мотыльки! – Темка хлопнул себя ладонью по лбу и стал озираться по сторонам. Но ни в морской воде, ни в воздухе их не было. – Куда они делись, ты видел? Куда улетели? Нырнули обратно, взлетели к Луне?

– Нет, я не видел, – Ник покачал головой.

– Ну, все, теперь я так и не узнаю, повезет нам или нет! – Темка надул губы.

Глава 5. Сияющие воды

Если чувствуешь себя виноватым, сделай так, чтобы другие извинялись перед тобой.

Из кодекса темных магов

Утром, после завтрака, Капитан приказал всем собраться на палубе. Вдыхая свежий морской воздух, Ник с некоторым удивлением заметил, что даже сейчас они все предпочитали цвета своих команд и построиться так, как на состязаниях. Двое хворов в фиолетовых одеждах, замерли с одной стороны, с другой двое стражей в черном, и где-то в стороне замерли двое разрушителей в пронзительно красных футболках.

– Построились! – никто не слышал, как Капитан поднялся на борт. Поступь его была тихой и настороженной, словно у тигра.

Не смотря на жару, Капитан и сегодня был одет в мундир с золотыми пуговицами. Спокойно он прошелся по палубе, волны были небольшими, качка почти не чувствовалась, и казалось, что он находится во дворе своего дома, а не где-то в бескрайних морских просторах.

– И так я уже ознакомился со списком. Знаю всех вас по именам. Главный судья состязания Генрих Эдмундович снабдил меня всеми сведениями, – возвестил Капитан. – Полагаю, что настало время узнать цель Круиза!

Наргис не отрываясь, смотрел на Капитана, и с вызовом положил руки на эфес меча, тот звякнул в ножнах. Он явно считал ниже своего достоинства подчиняться.

– Во время Круиза мы посетим несколько опасных Искривлений пространства, что послужит подготовкой к учебе и состязаниям.

– Все сказанное, не звучит разумно, – осклабился Наргис. – Готовиться к учебе и тренировкам мы могли бы и дома. Гулять по опасным Искривлениям пространства я привык с детства. Иными словами, у нашего Круиза просто нет цели.

– Теперь, когда деструктивная критика закончена, я продолжу, – Капитан улыбнулся подчеркнуто вежливо. Его темно-карие глаза засветились, а узкие губы поспешили вновь сомкнуться в одну линию. И это выглядело отталкивающе. Не смотря на свой возраст, он вдруг стал казаться стариком. – Третий год учебы будет тяжелей двух предыдущих. А на состязаниях, в которых вы по-прежнему будете участвовать каждую субботу, станет невыносимо.

Кристина что-то прошептала на ухо Ольде, та неопределенно пожала плечами. Больше никто не отреагировал на слова Капитана, ну разве что мальчик в красной футболке из команды разрушителей, посмотрел на солнце и громко чихнул.

– Вы десять избранных, и для вас невыносимые испытания начнутся прямо в этом Круизе, – закончил свою речь Капитан.

– Вот свезло! – ухмыльнулся Темка.

– Я согласен с Капитаном, – неожиданно миролюбиво заявил Наргис. – Плыть в компании с оборотнем, само по себе ужасно. Но слушать длинные нудные речи, просто невыносимо. Вы, расскажете, наконец, какова цель Круиза? Или мы узнаем ее, только приплыв обратно в гавань?

– Не хочешь со мной плыть, прыгай за борт, – отмахнулся Темка.

– Или скинуть тебя? – усмехнулся Наргис.

– А ты попробуй! – Темка еще выше задрал коротенькие рукава серой футболки, готовясь к драке.

Ребята мигом поделились на две группы: темные и светлые. Одни встали за спиной Наргиса, другие за Темкой.

– Брейк! – скомандовал Капитан. – Серьезно опасаюсь, что вы до сих пор не поняли происходящего. Круиз организовали судьи. И… – Капитан на миг запнулся. – И я тоже судья. За несоблюдение правил буду наказывать. Для начала могу назначить позорные чугунные шары. Я не секунды не сомневаюсь, что Генрих Эдмундович поддержит мое мнение, и назначенные мной наказания будут иметь силу.

Ребята снова построились. Темка и Наргис со злостью смотрели друг на друга.

– Маги лишь своей дисциплиной и любовью к порядку смогли когда-то победить своего злейшего врага Хаоса, – сказал Капитан. – Я вынужден вам об этом напоминать. Вы забыли основные законы выживания. Темные и светлые маги поддерживают дружеские отношения. Вы не враги, а соперники и вы должны уважать другие команды.

Корабль сильно качнуло, словно налетев на одну, необычайно высокую волны. Чтобы не повалиться на палубу все стали хвататься друг за друга. Матросы, высыпавшие на палубу, принялись крепить к мачте канаты, работая удивительно слажено и без указаний Капитана.

– Ладно, оборотень, живи пока, – сквозь зубы сказал Наргис, он умудрился удержаться на ногах без всякой поддержки. – Хотя, лучше бы тебе исчезнуть. Жаль, что ты не сгинул в подземелье Хаоса.

Темка все еще свирепо сопел носом, драку он считал неизбежной. Нику пришлось дернуть его за руку, чтобы тот хоть немного успокоился и встал на место.

– Сам бы там и оставался. Чего вылез-то оттуда? – сказал Темка, но в его голосе все же мелькнуло некоторое сомнение. Еще никогда никто из оборотней не осмелился возражать темному принцу.

Наргис посмотрел на Темку с интересом, как на редкого жучка, в его черных глазах отражались мысли, он решал, как и когда будет лучше расправиться с этим оборотнем. Решив, что все-таки займется этим позже, Наргис отвел взгляд.

– Полагаю, что настало время узнать цель Круиза! – как ни в чем не бывало, повторил Капитан. – Мы пересечем несколько опасных Искривлений для того, чтобы подойти к Великому Разлому. Судьи оказали вам доверие, позволив еще до начала третьего года увидеть его.

– Великий Разлом! – в ужасе прошептал один из разрушителей, тот самый, который чихал на солнце. Второй мальчик из его команды, высокий и вертлявый, разинул рот.

– Опаньки! – Темка плюхнулся на палубу. – Чего сразу-то не сказали?

– Это немыслимо! Меня должны были предупредить. Если бы мои родители узнали, они бы не отпустили бы меня, – сказала Ольда, обычная лень звучала в ее голосе, но глаза были расширены от испуга.

– Теперь, я понимаю, почему нам ничего не сказали раньше, – сказал мальчик из команды хворов, произнося каждое слово, он постукивал себя по носу. – Никогда бы, никогда бы, никогда бы, я бы не поплыл сюда.

– Я расскажу об этом дедушке барону Кристалинскому, – сказала Кристина. – Отправлять нас к Разлому, это верная смерть. Я скажу, что вы собираетесь убить меня.

Невозмутимыми оставались лишь Ник и Наргис. Наргис редко выказывал какие-нибудь эмоции, кроме презрения. А Ник, похоже, единственный из всех, не знал что такое Великий Разлом.

– Вижу, вы не остались равнодушными к моим словам. Теперь вы поймете, что дисциплина, это не просто слово, и уже не станете ее нарушать, – заключил Капитан с мудростью столетнего деда. – Те, кто хочет сообщить цель нашего Круиза родителям и дедушкам, могут отправить искру-сообщение или связаться через ЗОС. Как мне известно, зеркала для связи, вы все взяли с собой. Сомневаюсь, что ваши жалобы что-либо изменят. «Шепот ветра» не свернет с намеченного курса.

Ник знал, что не станет жаловаться родителям, как это сразу решила сделать Ольда и мальчик из команды хворов. Мать может испугаться, а отец наверняка знал о цели путешествия, и он верил в Ника, верил, что тот справиться с любыми сложностями.

Возмущенно переговариваясь, ребята разбрелись, каждый предпочитал обсудить новость с человеком из своей команды. Только Наргис остался один, он подошел к бортику и вновь подставил лицо солнечным лучам, наслаждаясь легким ветерком, казалось, происходящее его не интересовало.

Ник, Темка, Кристина и Ольда отошли в сторону. Ольда сразу достала из кармана ЗОС, маленькое красное зеркальце, вызвала своих родителей и, когда вместо ее отражения, появились их лица, стала тихо разговаривать.

– Не ну вы слышали. Хоп, и плывем к Великому Разлому! – возмущался Темка. – А ведь отец столько раз меня предупреждал, типа, «подойдешь к нему, выпорю». Да вон тут все как перепугались, видать там дело не шуточное. Надо бы у кого-нибудь поумней спросить, чего там в этом Разломе делается, ну помимо того, что мне от отца влетит.

– Ты и вправду не знаешь? – спросила Кристина. Темка энергично покачал головой. – Мне известно немного, лишь то, что рассказывал дедушка. Он сказал, что Великий Разлом, имеет магическое происхождение, но он почти не изучен. А еще…

– Это я и без тебя уже понял. Твой дед Туан, только и знает, что изящную магию, – ляпнул Темка. – Как он вообще может чему-нибудь научить?

Ник тут же наступил другу на ногу. Одно дело, его проблемы с Туаном, а совершенно другое чувства Кристины к своему дедушке.

– Это ты так думаешь, – презрительно ответила Кристина. – Если вообще умеешь думать. Ольда, пошли, сомневаюсь, что мы должны разговаривать с ними.

Смущенная и расстроенная ответом родителей, Ольда дала увести себя.

– Зачем ты так? – спросил Ник. – Туан к Кристине вообще по-другому относится, не так как ко мне. Он любит ее и заботится.

– Да ладно, подумаешь, – Темка неопределенно пожал плечами, разговаривать про Туана ему не хотелось, а в своем ответе, он не заметил ничего обидного. – Расскажи, чего там с этим Разломом-то.

– Я не знаю, – сознался Ник. – Только что впервые про него услышал. Надо…

– Смотри, цвет волн изменился! – вскричал Темка, перевесившись через борт. – Может, это, уже к Великому Разлому приближаемся.

В синий цвет морских волн добавились багряно-красные вкрапления. Вместо морского соленого запаха, вдруг послышался приторно-сладкий запах, смешенный с запахом смолы.

– Не знаю, – ответил Ник, почему-то красный цвет напоминал ему о крови. Неприятная ассоциация завладела сознанием.

За спиной послышался шорох, они обернулись и увидели Капитана, подошел он только что или нет, было непонятно.

– Это всего лишь поменялось течение, мы недавно вошли в Сияющие воды. Тут течение меняется редко, когда люди видят это впервые, на них производит впечатление. Всегда навевает неприятные мысли, – объяснил он.

Ник вспомнил, что уже слышал что-то про смену течения, но его мысли прервал пронзительный вопль Темки:

– Что такое Великий Разлом? Чего его все боятся. Я бы, конечно, тоже боялся, чего я хуже других что ли? Но я даже не знаю чего это! И он, тоже не знает, – пальцем с обкусанным ногтем Темка указал на Ника.

Все еще стоявший на палубе Наргис, презрительно улыбнулся и пробормотал что-то о глупости светлых магов.

– Странно видеть людей, не знающих про Великий Разлом, – Капитан пожал плечами, и его сжатые губы тронула слабая улыбка. – Хорошо, я расскажу вам.

Далеко впереди появилось туманное очертание корабля, его странно крутило в волнах, будто экипаж не мог понять, куда же им следует плыть. Никто не придал значения этому, тем более, что Капитан оставался абсолютно спокоен.

– Рассказывайте! – согласился Темка. – А то вообще непонятно то Сияющие волны, то девочки какие-то босые по палубе разгуливают, то еще и Разлом. Так и свихнуться можно.

– Кого вы видели на палубе? – резко спросил Капитан, от улыбки на его лице не осталось и следа.

– А я откуда знаю?! – так же резко ответил Темка. – Шлепала какая-то босоногая, потом куда-то делась. Кажись, за борт сиганула, но в воде ее не было. Из-за нее мы мотыльков упустили! Кто она такая?

Пару секунд царила тишина. Капитан молча разглядывал появившийся на горизонте корабль.

– Такого еще никому не мерещилось. Бывает, что первый выход в море навевает разные иллюзии, но такого я еще не слышал, – Капитан рассмеялся, неприятным старческим смехом, его юношеское лицо исказилось. Ник решил не рассказывать ему, как эта же девочка подкралась к его каюте, чтобы предупредить.

Цвет волн опять изменился, словно кто-то смешивал краски и выливал их в море. Появились прожилки зеленого и фиолетового цветов. Приторно-сладкий запах отступил, от моря теперь пахло смолой.

– Великий Разлом! Бывают такие изменения в природе, что ни один ученый маг вам этого не объяснит. Великий разлом относится к таким вещам. Считается, что Великий Разлом образовался после того, как одно из Искривлений пространства ни с того ни с сего стало сжиматься. Оно сжималось до тех пор, пока не превратится в своеобразный туннель. Туннель, не отвечающий законам трех измерений пространства и не отвечающий законам магии, той магии, которую знаем мы. Этот туннель пытается втянуть в себя все вокруг. В теории, если попавшему внутрь магу повезет выбраться живым, то выйдет он непонятно в каком Искривлении, – юношеское лицо капитана было необычайно серьезно.

Неизвестный корабль приближался. Уже можно было разглядеть его черные паруса. Ребята, оставшиеся на палубе, и несколько матросов, прикрывая руками глаза от солнца, с беспокойством поглядывали в его сторону. Хоть корабль и приближался к ним, но шел он как-то неуверенно, несколько раз замирал, будто намереваясь сменить курс.

– Капитан, – с тревогой в голосе сказал один из матросов. Его загорелое лицо было напряжено. – С того корабля не отзываются. Может, у них что-то случилось.

– Думаю, скоро все прояснится. Мы все равно идем с ними на сближение. Странно, но я не могу разглядеть их опознавательные знаки, – невозмутимо ответил Капитан и повернулся к Нику. – Пожалуй, теперь вам известно про Разлом столько же, сколько и остальным.

– Так этот Разлом, он как ворота работает, – ляпнул Темка. – Чего его все боятся, просто войдешь в него и выйдешь где-нибудь.

– Если выйдешь! – резко ответил Капитан. – Нет достоверных фактов, что кто-то сумел выбраться оттуда живым. Принято считать, что Разлом смертельно опасен, я считаю, что эти слухи сильно приуменьшены. Никто не знает, что происходит внутри. Ученые считают, что Великий Разлом остался еще с тех времен, когда царствовал Хаос.

– Снова Хаос, – пробормотал Ник.

– Вероятно, – Капитан пожал плечами, и его сжатые губы тронула слабая улыбка. – Вы должны запомнить, что жизнь вокруг Великого Разлома изменена, там все иначе. Разлом пытается втянуть в себя все вокруг, и, прежде всего он втягивает магию.

– Что это значит? – спросил Ник.

Капитан не ответил, он достал из кармана подзорную трубу и посмотрел на море.

Пока он рассказывал про Великий Разлом, корабль совсем приблизился к ним, резко изменил курс, развернувшись, чтобы подойти ближе. Это было парусное судно, словно выбравшееся из далекого средневековья, высокий черный корпус, черные паруса. Что-то странно поблескивало на корпусе корабля. На корме отчетливо удалось разглядеть его название «Оракул». Над мачтой развивался странный двойной флаг: черный и белый.

– Берегись!

Ник резко развернулся, с приближавшегося корабля к ним летел огненный шар, горящий синим пламенем. Капитан развернулся и аккуратным движением кисти начертил в воздухе сложный знак, состоящий из нескольких колец. Движение было точным, быстрым, необыкновенно изящным. Замерев в воздухе, огненный шар провисел пару секунд, и осыпался за борт, мелкими искрами. Послышалось шипение воды. Самые сильные маги могли бы гордиться таким умением, но Капитан, похоже, не придал этому никакого значения. Лицо его оставалось непроницаемым.

– Браконьеры! Двойной флаг! – вскричал один из матросов и, не дожидаясь команды капитана, стал разворачивать корабль. – Смываемся!

Глава 6. Провальный план

– В экстремальной ситуации, когда ты не можешь ничего поделать, остается только одно.

– Сражаться?

– Мухлевать!

Из книги «Практическая ложь»

Ник с Темкой всматривались в браконьерский корабль. Тот шел наперерез, пытаясь отрезать путь к отступлению. Размерами он превосходил «Шепот ветра», и вместе с тем он поразительно легко скользил по волнам. Черные паруса, косо освещенные солнечными лучами, казались воздушными. То, что сначала Ник принял за украшения на корпусе корабля, оказалось пушками, с необычными тонкими стволами. На «Оракуле» никого не было видно.

– Эти пушки! – заорал один из матросов. – Вы же знаете, чем они стреляют. Мы не сможем им противостоять.

– Бояться надо не пушек, – ответил второй матрос.

– Его нельзя подпускать ближе, – сказал Капитан. – Разворачиваем корабль.

– Что дальше? – спросил Ник. – Мы вступим в бой?

На палубе царила суета. В воздухе мелькали левитируемые предметы. Один из матросов создавал вокруг корабля золотистое свечение.

– Куда там, ваше высочество, – выкрикнул он, расслышав слова Ника. – У них боевой корабль, да они нас в щепки разнесут. К тому же они применяют запрещенные приемы. Наш единственный шанс – удрать.

– Но почему? – спросил Ник. – Что за приемы?

– У них преимущество – магия браконьеров. Радуйтесь, что они не стали применять ее, а просто выстрелили вначале, – и матрос отвернулся, ему требовались все силы, на создание защиты. Еще немного и вокруг корабля появился защитный кокон, выглядевший как легкое золотистое облачко. – Спасет нас, хотя б на первое время.

Капитан никак не прокомментировал происходящее. Полный невозмутимости он, расставив ноги, стоял на носу корабля и смотрел в подзорную трубу. Матросы выполняли всю работу. «Шепот ветра» стал разворачиваться. Впереди по курсу над океаном появилось размытое серое пятно, словно натянутый над волнами гигантский кусок целлофана, за которым тоже виднелось море. Именно к этому размытому серому пятну и направился «Шепот ветра».

– Уходим через эти ворота в другое Искривление! – выкрикнул приказ Капитан. – К Великому Разлому.

– Но, – замялся один из матросов. – Тут мы можем лавировать, а там это невозможно.

– Выполняйте мой приказ без нелепых рассуждений! Я знаю, что следует делать! – ответил Капитан, ничуть не изменяя своему обычному спокойствию. И, повернувшись к Нику с Темкой. пояснил. – Там у нас появится шанс, браконьеры могут испугаться Великого Разлома.

– Еще неизвестно что хуже! – возмутился один из матросов. В его голосе ясно слышался страх. – Одно дело обзорный Круиз для деточек вокруг Разлома, а другое дело ломиться к Разлому, в надежде спрятаться там.

– Проклятые негодяи, – крикнул другой матрос, осознавая собственное бессилие.

– Когда-нибудь их поймают, – заметил Капитан, таким голосом будто рассуждал о назойливых мухах, но никак не об опасности нависшей над ними.

– Когда-нибудь!? А чем это поможет нам сейчас? – крикнул тот же матрос.

– Ничем, – безмятежно ответил Капитан. – Мы сейчас пройдем к Великому Разлому, там понадобится все наше умение. У меня разработан план.

Матросы явно не одобряли приказ, но все же выполнили его. Нос корабля еще чуть развернулся и направился прямиком в серую завесу. Браконьеры начали отставать, им на маневр требовалось больше времени.

– Кто такие эти браконьеры? – спросил Ник, он видел с каким упорством работает экипаж корабля, чтобы избежать встречи с «Оракулом». И что самое неприятное, он видел страх, отражающийся на загорелых лицах матросов.

– Браконьеры они ни темные и ни светлые. Точно так же как и судьи, – пояснил капитан. Матросы прекрасно управляли кораблем, и этот человек лишенный человеческих эмоций, в минуту опасности спокойно вел беседу. – Но разница меж нами существенная. Судьи охраняют порядок в магическом мире. Браконьеры напротив, преследуют личную выгоду. Они отреклись от всего, лишь ради наживы, у них нет законов чести. Они рыскают на суше и на море. Расхищают артефакты из разных Искривлений. Они против всех законов. Могут продать, предать лучшего друга, ради парочки монет.

– Это простое ограбление? – спросил Ник.

– Хуже! – ответил Капитан. – Простые ограбления браконьеров не интересуют.

Один из матросов, пробегавший мимо презрительно сплюнул на палубу.

– Презренные шакалы, вот кто они. Они долго высматривают себе добычу, долго кружат вокруг, прежде чем ее схватить, – зло сказал он. – Не думаю, чтобы они так легко отпустили нас. Нет, уж коли они нацелились поживиться, то не отступятся.

– Шакалы! – чуть изумился Капитан. – Такого прозвища я еще не слышал.

«Шепот ветра» пролетел через ворота и оказался в другом Искривлении. Стало заметно холодней, Ник пожалел, что не прихватил ничего из одежды, но не хотел спускаться в каюту. Напряжение, которое чувствовал экипаж корабля, передалось и ему.

Здесь все было иначе, вместо ослепительно синего неба, по небу скользили облака. Они перемещались с неодинаковой скоростью, верхние неслись гораздо быстрее нижних, которые нависли, словно пытаясь обрушиться в море. Высокие волны, налетели на корабль и склонили его на один бок, а затем на другой, пока матросам не удалось выровнять корпус. Морская вода, взметнувшись вверх, окатила всех солеными брызгами. Но это было не самым главным, важней всего оказался Великий Разлом, возвышавшийся впереди.

В тот момент, когда Ник увидел его, то начисто забыл про холод, даже не почувствовал, как онемевший от удивления Темка, дергает его за футболку. Далеко впереди из воды вырисовывался силуэт огромной глыбы, вокруг которой бурлила, вспениваясь, вода, к этой глыбе как к магниту неслись тучи, возле нее мерцали молнии. Но уже через секунду глыба поменяла очертания, став похожей на огромный стеклянный шар. В шаре замерцали огненные искры, которые отразились от воды, и волны стали еще выше. «Шепот ветра» вновь накренился. Нику пришлось вцепиться руками в борт, чтобы не скатиться в сторону. Корабль выровнялся, но сильные волны тут же накинулись на него и принялись раскачивать из стороны в сторону.

– Не отступили!

Ник обернулся, браконьерский корабль тоже проскочил через ворота.

– Остается лишь одно! – заметил Капитан. – Попытаемся подойти ближе к Разлому.

– Нет, не делайте этого! – вскрикнул матрос.

Капитан даже бровью не повел. Они, раскачиваясь на волнах, стремительно неслись к Разлому, который больше не менял свою форму. Только теперь в глубине гигантского стеклянного шара непрерывно мерцали вспышки огня. Безостановочно сверкали молнии, пробиваясь через нависшие над Разломом тучи.

В царящей суете Ник не заметил, когда все десять человек, выигравшие участив в Круизе, выбрались из своих кают и столпились рядом с ним на палубе. Наргис отошел чуть в сторону, и приставил к лицу серебряный бинокль. Кристина держала за руку Ольду, лицо которой позеленело, кажется, у нее началась морская болезнь.

– Идите в каюту, – сказал Ник, с удивлением заметив, что вынужден почти кричать, чтобы заглушить грохот волн, ударяющих о борта.

– Нет, – Кристина покачала головой. – Мы не станем отсиживаться.

– Там еще страшней, – пролепетала Ольда.

– Тебе надо переодеться, – сказала Кристина.

– Потом, сейчас все равно бесполезно. – Ник только сейчас заметил, что и футболка и джинсы насквозь пропитались морской водой, мокрые волосы липли ко лбу. Темка, стоявший рядом, выглядел ничуть ни лучше. Лишь Капитану удалось сохранить чистым свой парадный мундир.

Неожиданно Ник почувствовал легкое прикосновение к плечу. Он стремительно обернулся. Что-то странное творилось на «Шепоте ветра» золотой кокон, созданный матросом стал расползаться. Частички кокона, словно куски материи срывало ветром и относило в сторону, одна из них и задела Ника.

– Что это? – в ужасе спросила Кристина.

– Магия действует иначе, – пробормотал Ник. – Вот что делает Великий Разлом, он меняет законы. Все, как и сказал Капитан.

На всех парусах корабль мчался к Великому Разлому. Огромный стеклянный шар вытянулся, раздался в стороны, и стал вибрировать. Над ним сверкали молнии, рядом в воде отражались красные искры. Палуба качалась под ногами, где-то над головой трепыхались, готовясь лопнуть паруса, угрожающе трещали мачты. Нос корабля окутывало белое облако брызг.

– Почему бы не сразиться с браконьерами?! Мы темные никогда не трусим в отличие от светлых, – запальчиво произнес Наргис.

– Не время, – ответил Капитан. Он единственный из всей команды, продолжал стоять тут. Матросы суетливо бегали по палубе, стремясь спасти корабль от повреждений. Что именно делает Капитан и как он руководит командой и кораблем, Ник так и не понял.

– Когда же будет время? – разозлился Наргис. – Что за трусость!

Внезапно наступила тьма. Корабль освещался лишь вспышками молний, они озарили паруса, палубу, перепуганные лица ребят. В очередном блеске молнии Ник снова увидел босоногую девочку, она пробиралась по палубе. Заметив Ника, она махнула рукой, словно пытаясь о чем-то предупредить, но тут корабль качнуло. Когда же удалось его выровнять, Ник уже не мог разглядеть, что происходит на палубе.

– Шутки Разлома, он поглощает свет, – сказал Капитан. И Ника снова поразило спокойствие в его голосе, будто Капитан сидел где-нибудь в уютном кафе и рассуждал о приятной теплой погоде. Внешность юноши, но манеры бывалого воина.

Тьма продлилась недолго, вскоре блеснул яркий свет, он больно резанул глаза. Корабль, море, небо все вокруг засветилось, неестественным, губящим светом. Великий Разлом теперь непрерывно менял свою форму. Он был совсем близко. Защитная золотистая оболочка, созданная матросом исчезла.

– Ближе подходить опасно, нас засосет! – один из матросов подскочил к Капитану. Его загорелое лицо побледнело.

Корабль трясся, вокруг пенилась вода, волны перехлестывали через борт, заливая палубу. Ветер рвал в клочья паруса. Ник понимал, что если бы не магия, то они давно бы уже пошли ко дну, или что еще хуже, их бы затянуло в Разлом. Но и пользоваться тут магией было опасно, заклинания действовали иначе, и могли обернуться против них самих.

Вокруг корабля из моря вытянулись сотни фиолетовых щупалец.

– Полный назад! – скомандовал Капитан.

– Чего!? Мы попадем прямо в руки браконьерам! – изумился матрос. – Что за странные приказы! Капитан, у вас же был план? Вы хотели укрыться где-то здесь.

Двое матросов приблизились и, расслышав приказ Капитана, поддержали своего товарища бурными криками. Только сейчас Ник вдруг понял, как же тяжело им приходится. Всю работу по управлению кораблем они взяли на себя, и сейчас были совершенно обессилены.

Корабль браконьеров и вправду не спешил приближаться, он выжидал на безопасном расстоянии.

– Мы рисковали, чтобы оторваться от браконьеров, а теперь, когда нам удалось это сделать, я больше не хочу подвергать вас опасности, – ответил Капитан, темные глаза ярко сияли на его бледном лице. Бледном, но вовсе не от страха. – Полный назад, я не поведу корабль ближе к Разлому – это верная смерть.

Корабль развернулся, щупальца тянувшиеся к его корпусу, вновь скрылись в глубине моря. «Шепот ветра» стал отдаляться от Великого Разлома так же стремительно, как раньше приближался к нему. Только теперь судно было покорежено, а команда сильно вымотана. Хоть, Капитан и сумел предельно четко объяснить свои действия, все его приказы казались безумными. Они ничего не выиграли, а только лишились сил, в то время как корабль браконьеров спокойно выжидал их. «Шепот ветра» выбрался в более спокойные воды. Великий Разлом издал протяжный гул, словно не желая отпускать их.

Корабль браконьеров мчался навстречу.

Загорелые лица матросов перекошены от усталости. Загорелые! Лишь только лицо Капитана поражало своей бледностью. Ник лишь сейчас с удивлением отметил, что если Капитан постоянно находится на палубе, то должен был загореть ничуть не меньше матросов.

– Они атакуют! – раздался пронзительный крик.

Капитан пожал плечами.

– Это мое первое плаванье в качестве капитана, и первое плаванье на этом судне, – сказал он, без всяких эмоций. – Все могло бы пройти несколько лучше.

Корабль браконьеров приблизился, в воздухе мелькнули огненные шары, один из них обрушился на палубу, несколько попали в паруса и прожгли их.

– Нужно сражаться! – крикнул Ник. – Больше некуда отступать.

– Мы справимся! – крикнул Темка.

– Наивные, вы ничего не знаете об их магии, – пробормотал один из матросов.

В этот момент корпус «Шепота ветра» сотряс мощный удар. Со стороны кормы донесся треск ломающегося дерева. Один лишь Капитан сумел устоять на ногах, остальные полетели на палубу. Падая, Ник инстинктивно сжался в комок и сумел увернуться от рухнувшего паруса. Послышались крики матросов.

– Все прячьтесь, – скомандовал Капитан. – Они сейчас пойдут на абордаж.

Ник вскочил на ноги первым.

– Я не стану прятаться!

– Хватит уже трусить! – поддержал его Наргис. – Капитан, я приказываю начать бой.

– Их магия! Нам не справиться, – сказал Капитан. – Все наши попытки сражаться не кончатся ничем. Мой экипаж совершенно обессилен и не может сейчас принять бой. Я сделал все, что смог. Нужно сдаться.

– Трус, – сквозь зубы прошипел Наргис.

Капитан пожал плечами, и его твердо сжатые губы тронула слабая улыбка, которая впрочем, тут же исчезла. Он больше не казался бывалым воином, но и не выглядел растерянным юношей, он был странным и совершенно чужим.

Наргис повернулся к ребятам:

– Делимся по двое, распределяемся вдоль борта и защищаем наш корабль, они попытаются взять нас на абордаж, мы их не пустим. Все ясно? Дариан!

Ребята кинулись выполнять приказ, даже Ольда, поддерживаемая Кристиной, не отступила. Ник с досадой вспомнил, что в последний месяц учился и упражнялся лишь в изящной магии.

– Дариан, действуй! – крикнул Наргис. – И чему ты только учился в своем дворце!

– Придворной магии изящных манер, – ляпнул Ник не подумав. Заметив недоумевающий взгляд Наргиса, он тут же добавил. – Столб воды, мы можем направить стихию против них. Можно попытаться прямо в воздухе погасить шары. Или если удастся, создать мощную волну и отшвырнуть их корабль.

– Я помогу, – подскочил Темка.

– Наконец, что-то разумное, – в голосе Наргиса больше не было презрения.

– А я обеспечу вам защиту, – неожиданно сказал Капитан. – Создам вокруг вас защитный кокон. И вы сможете сражаться.

На носу корабля остались лишь они вчетвером, куда делись матросы, Ник так и не понял, а ребята из других команд разбежались, чтобы отражать атаку.

Облако пыли взвилось вокруг ухоженных рук Капитана. Ник почувствовал, как их троих поглотил кокон. Он оказался достаточно плотным, и сковывал движения. Стараясь не обращать на это внимания, Ник сконцентрировался, чтобы создать водный столб. Нужно было успеть до следующей атаки браконьеров.

Вода за бортом забурлила, Ник почувствовал, что стихия поддалась ему, медленно стал подниматься гребень волны.

Капитан слишком переусердствовал с коконом, вместо того, чтобы окружить их, кокон стал сжиматься, ограничивая движения. Ник почувствовал, что еще немного, и он даже не сможет пошевелить руками.

Созданный Ником столб воды бессильно рухнул обратно в морские волны.

Раздался гневный крик Наргиса, Ник не разобрал его слов. Кокон продолжал сдавливать, слишком поздно Ник сообразил, что они все угодили в ловушку. Ник сам, и Темка с Наргисом не могли пошевелиться. Кокон крепко держал их.

На палубе за снастями пряталась девочка, разгуливавшая ночью по палубе, на лице ее было отчаяние. Ник сделал последнее отчаянное усилие, чтобы выбраться, но в этот момент раздался оглушающий треск, и все провалилось в темноту.

Глава 7. Никогда не допрашивайте оборотней и принцев

Говорить правду излишне! Я глубоко убежден, что красивая ложь намного благородней правды.

Из личного дневника Наргиса

Ник очнулся от сильной качки. Вокруг полутьма. Иллюминаторы задраены, даже не понять день сейчас или ночь. До слуха донесся плеск волн, бьющихся о корпус, и хлопки парусов. Значит, корабль идет полным ходом. Ник попробовал пошевелить руками. Да он не связан, но движения даются с трудом, будто плаваешь в густом киселе. Наверняка применили какое-то заклинание, что-то из опасной магии браконьеров.

Ник сумел разглядеть несколько нелепых, в помпезных завитушках, канделябров, к счастью на них крепились свечи. Не задумываясь, он пробормотал заклинание, и каюта осветилась. Стали видны стены, сплошь увешанные драпировками самых бешенных сочетаний. В дальнем углу, поджав под себя ноги, сидел Темка. Лишь только зажглись свечи, он поднял голову.

– Опс! Очнулся, – сказал он.

– Где мы? – спросил Ник, пытаясь сесть. Что было сделать достаточно трудно, мышцы едва слушались его. – У браконьеров?

– У них самих, плывем на их «Оракуле», – пояснил Темка. – Капитан-то наш, того, предателем оказался. Ну, в общем, он вроде как самый главный браконьер. Говорил же, все кто скрывает свое имя придурки.

– Где остальные? Кристина? Тоже тут? – Ник, наконец, сумел сесть, прислонившись спиной к стене каюты.

– Наших всех там и оставили на «Шепоте ветра», – сказал Темка. – Я чего-то вроде как смутно слышал, Капитан орал, что они ему и не нужны. Что все остальные могут плыть куда угодно, он их отпускает.

– Ему нужны только мы двое? – спросил Ник.

– Не совсем, – Темка насупился. – Тут у нас еще один пленничек имеется. Я ведь сразу предложил пусть или нас отпускает, или его. Ну не хочу я с ним в одном плену сидеть. Так нет, Наргиса тоже захватили.

– Наргис здесь? – удивился Ник, но тут же вспомнил, что в кокон, созданный Капитаном, попались они втроем.

– Ну да. Он еще сильно возмущался, что меч отняли, – сказал Темка. Ник тут же нащупал на шее алмаз, подаренным отцом. Волшебный алмаз, дающий любое количество денег, не заинтересовал браконьеров, они взяли только оружие. – Наргис все колдовать пытался, да здесь это и не того. Здесь почти и не получается колдовать-то. Вроде у них какая-то защита от нашей магии выставлена. Подавляет любые попытки. ЗОС отняли, сообщение-искру не отправить. Как ты еще свечи-то зажег?

– Не знаю, – Ник пожал плечами, значит, сковывает не только движения, а еще и все способности. – Где Наргис?

– Его на допрос повели, – кивнул Темка.

– За нас будут требовать выкуп? – предположил Ник и тут же понял, как нелепо это звучит. Темку не стали бы брать ради выкупа. Да и они с Наргисом очень опасная добыча. Наверняка, отец уже все знает, и разослал на поиски лучших магов. И темный князь тоже начнет искать сына. Ради этого они должны объединиться.

Ник с трудом поднялся на ноги, со всех сторон на тело давила невидимая сила. Когда же он попытался сделать шаг к иллюминатору, то понял, что это невозможно. Магия браконьеров не пропускали его.

– Я же говорил, – пропыхтел Темка. – Бесполезно, я тоже уже пытался. И тебя хотел в чувство привести и в окошечко глянуть. Самое обидное, что я оборотень, а превратиться ни в кого не могу. Браконьеры все начисто заблокировали.

– Браконьеры сказали, что они хотят? – спросил Ник.

– Не-а, – Темка пожал плечами. – Даже на допросе не могли нормально ничего спросить. Вот попади они к нам на базу, им бы от преподов досталось за такую несобранность. И от Окса бы вдвойне досталось.

– Тебя допрашивали? – ужаснулся Ник.

– Ага. Только они вообще фигню какую-то спрашивали, – честно признался Темка. – Я ничего и не понял. Пять раз у них переспрашивал, потом рассказал все что мог. Они мне давай рот закрывать, заклятьем немоты. Ну, посидел я с закрытым ртом, они сообразили, что так отвечать не смогу. И говорят, мы заклятье немоты снимем, если ты обещаешь молчать. Я киваю, а потом и спросил, что же у вас за допрос такой, если я молчать должен. Ну, браконьеры посовещались, и решили, что лучше Наргиса будут допрашивать.

Ник улыбнулся, представив, как Темка до смерти забалтывает браконьеров.

– Что они… – Ник умолк на полуслове.

Дверь в каюту отворилась и, пошатываясь, вошел Наргис. Одна губа у него была разбита. Ник подумал, что если губу ему разбили во время допроса, а не при осаде корабля, то темный принц уже наверняка придумал страшный план мести. Наргис молча сел у стены.

– Эй, чего там было-то? – не удержался от вопроса Темка.

– Не твое дело, – огрызнулся Наргис.

– Ну, все-таки? – от любопытства физиономия Темки вытянулась, на обычную грубость Наргиса, он и не думал обращать внимания. – Ну, чего?

– Молчать! – раздалось со стороны двери.

Ник повернул голову, только сейчас он заметил человека, приведшего Наргиса. Бородач с нависающим лбом, воспаленными глазами и узким безвольным подбородком. Ник был уверен, что никогда раньше не встречал его.

– Ты, – он указал на Ника, – идешь со мной.

Ник почувствовал, как в этот момент невидимые путы, сковывающие его, ослабли. Ослабли не до конца, а ровно на столько, что он мог встать и идти. О том, чтобы броситься на браконьера, не было и речи, заклятье бы просто не пропустило его.

– Удачи тебе там! – крикнул Темка. – Браконьеров не обижай!

Бородач, нахмурил лоб, пытаясь сообразить, как же его могут обидеть, и закрыл дверь в каюту. Следом за ним, Ник миновал длинный узкий коридор и выбрался на палубу.

Солнечный свет больно резал глаза после темной каюты. Нику пришлось прикрыть веки, хотя это его сильно раздосадовало. Так он не сможет разузнать, сколько еще браконьеров находится на борту.

Неожиданно Ник наткнулся на преграду.

– Осторожней! Кому говорят, Капитан нам обоим башки свернет, если ты его расколошматишь, – взревел браконьер и, схватив Ника за шиворот, отволок его в сторону.

Ник только мельком успел заметить, что наткнулся на бочонок, на котором стояло нечто напоминающее стеклянный цветок, небольшой, размером всего лишь с кулак. А может вовсе и не цветок, сложно было подобрать название этому артефакту. Будто сотни стеклянных кусков склеили между собой, образуя странные лепестки. Стекла светились, впитывая в себе солнечный свет.

– Иди, давай, нечего тут разглядывать, – браконьер толкнул Ника в спину, и всю дорогу продолжал подталкивать его.

Ник вошел в мрачную каюту. Нет, иллюминаторы тут не были завешены, и света вполне хватало. Солнечные лучи освещали дощатый пол, белые стены. Но почему-то стоило лишь сюда войти, как сразу в голове засело название – мрачная каюта. Посреди за длинным деревянным столом сидел Капитан и босоногая девчонка с темными волосами, повисшими словно сосульки. Бородатый человек, приведший его сюда, тоже сел за стол и молча указал Нику на отдельно стоящий стул.

Едва Ник сел, как встретился взглядом с девочкой. Она осторожно, едва заметно покачала головой, «Мы незнакомы», беззвучно прошептали ее губы. Ник ничего не ответил, Капитан и человек с нависающим лбом не отрываясь смотрели на него.

– Ты не Наргис, и ты не бросился на нас прямо с порога, – спокойно сказал Капитан. Его темно-карие глаза не отрываясь, следили за Ником. Узкие губы неприятно изогнулись. – Значит, с тобой будет проще начать разговор.

Ухоженные пальцы Капитана водили по пыльной поверхности стола. Ник в этот момент сильно пожалел, что так плохо учил придворную магию. Почему-то сильно захотелось взять и в один миг вытереть стол. Но даже думать об этом было бессмысленно, сковывающие заклинания были сильны, невидимая сила крепко держала его. Единственное, что он мог делать, это сидеть и разглядывать троицу за столом.

– Я не Наргис, – глухо повторил Ник.

– Расскажи все, что знаешь! – приказал человек с воспаленными глазами.

Ник не смог подавить улыбку, наверняка, такой же вопрос задавали и Темке. И наверняка тот попытался рассказать именно все, что знал, начиная еще с динозавров, или нет, еще раньше, с появления Хаоса на планете.

– Я сказал что-то смешное?

– Да, – честно ответил Ник. – Но объяснять причину своего смеха, я не стану.

Девочка, сидевшая за столом, едва заметно улыбнулась. Капитан этого не заметил, он сухо, по деловому кивнул своему товарищу и тот приказал Нику:

– Расскажи, что ты делал в прошлом году.

– Тренировался и учился вместе с командой охотников, на своей базе, в башне Отражений, – честно сказал Ник.

Эти слова разозлили человека с воспаленными глазами. Капитан выглядел невозмутимо, впрочем, как и обычно.

– Нет! Не так. Что ты делал в позапрошлом году?

– Тренировался. Учился, – повторил Ник. И это тоже было чистой правдой.

– Что ты делал в позапозапрошлом году?

– Учился, – ответил Ник. Добавлять, что он в то время еще не знал, что рожден магом, жил у приемной мамы Альбины и ходил в обычную школу, он не стал. На вопрос он ответил, и ответил по-честному.

– Что ты делал в позапозапозапрошлом…., – мужчина с воспаленными глазами внезапно умолк, поняв, что вопрос звучит не угрожающе, а глупо.

Капитан посмотрел на Ника. Его красивые темно-карие глаза отражали солнечный свет, они словно светились изнутри, но морщинки прорезавшие лоб необычайно старили.

– Какое было самое главное потрясение в твоей жизни? – спросил он.

– Когда я нашел свою настоящую семью и узнал, что я принц, – Ник снова сказал правду, но не раскрыл никаких тайн, об этих событиях: его возвращении во дворец и прощении императором его похитителей, целый год трубили все газеты и телеканалы магического мира.

Ответ Капитану не понравился, он аккуратными точными движениями стал водить пальцем по столу, словно рисуя преграды.

– Просто расскажи о себе, – мягко сказал, почти попросил он.

– Я маг. Тренируюсь в команде охотников. Это все, что я хочу рассказать о себе, – сказал Ник и умолк. Называть свой титул сумеречного охотника он не стал, Капитану это должно быть уже известно, ведь он говорил, что изучил информацию про всех, кто отправился в Круиз. А если и неизвестно, посвящать его в свои дела Ник не собирался. – Многое вы наверняка узнали, пока плыли с нами на «Шепоте ветра», вы же часто подслушивали наши разговоры.

– Это слишком коротко, – сказал Капитан, сделав вид, будто не услышал последнюю фразу.

– У меня и жизнь еще очень короткая, – ответил Ник. Он не догадывался, чего они хотят, и какова цель допроса. Единственное, что он понял это то, что здесь в мрачной каюте любое проявление слабости может стоить очень дорого.

– Ты думаешь, у нас есть время тут с тобой нюни рассусоливать? – вскричал человек с воспаленными глазами.

– Думаю, есть время… – начал было Ник.

– Нам и так уже все известно. Ты, наверное, и сам уже понял, зачем ты здесь? – перебил его человек с воспаленными глазами. – Даю тебе последний шанс сознаться. Говори. Говори все.

И Ник понял, что если им что-то известно, то очень мало. В последних словах ясно слышалось мучительное желание что-то выведать. Что-то важное. Важное настолько, что браконьеры не решались произнести это вслух. А может, и боялись этого. Их притягивала какая-то тайна, разгадать которую они пытались с помощью своих пленников.

– Всего я не знаю, но скажу одну важную вещь, – в тот момент Ник решил, что достаточно отвечать на вопросы, пора нападать. – Вы устроили этот непонятный допрос. Вы похитили нас троих. А Капитан, устранил настоящего капитана и занял его место. Вы все это сделали, зная, что вас сразу начнут преследовать. И знали, что все это опасно.

Бородач неловко заерзал. Босоногая девочка с нечесаными волосами, молча сидела за столом.

– Очень опасно. Но я пробрался на ваш корабль, чтобы было легче захватить вас в плен, – согласился Капитан. И улыбнулся, не разжимая губ, получилось неприятно. Так неприятно, что снова захотелось воспользоваться придворной магией, вытереть пыль, очистить стекла иллюминаторов. Именно этот человек делал освещенную светом каюту – мрачной.

– Что же вы хотите? – прямо спросил Ник.

– Это ты должен отвечать на наши вопросы! – заорал человек с воспаленными глазами.

– Я уже ответил.

Корабль сильно качнулся, будто налетев на мель, но тут же соскочил с нее. Капитан сделал своему товарищу предупреждающий знак рукой и тот поспешно вышел из каюты. Капитан обратился к Нику:

– Это ты так считаешь! На самом деле, ты не сказал самого главного.

– Вы не спросили самого главного, – в тон ему ответил Ник.

– В этом ты прав.

Про себя Ник отметил, что, во всяком случае, тот не пытался солгать. Капитан явно был умным человеком, это все усложняло и упрощало. Если допрос на 98% состоит из всякого отвлекающего бреда, то хотя бы 2% по теории вероятности, там должно быть правильных вопросов. Таких вопросов, из которых можно понять, чего же браконьеры на самом деле от него хотят.

– Знаю, о чем ты сейчас думаешь, – сказал Капитан. – Надеешься, что вас уже ищут. Что твой отец, сам великий император, уже направил свои войска захватить вас?

– Направил! – в каюту ворвался бородач. – Они преследуют нас.

Капитан глубоко вздохнул и печально покачал головой, но когда заговорил, голос его звучал так же безэмоционально, как и раньше.

– Не стоило говорить об этом при пленнике. Зачем же ты выдаешь ему информацию?

– Наоборот хорошо, – не удержался от иронии Ник. – Теперь я знаю, что нас скоро освободят.

– Мы оторвемся от погони, – узкие губы Капитана растянулись в довольной улыбке. – У нас есть для этого полный арсенал запрещенной магии. И тогда допрос возобновится, и я заставлю рассказать то, что мне нужно.

– Если к тому времени сможете сформировать свой вопрос, – ответил Ник.

– О, поверь, я вовсе не это намерен делать. Я придумаю кое-что получше, чтобы получить необходимую информацию, – сказал Капитан. – Отведи его.

Недовольно пыхтя себе под нос, бородач отвел Ника обратно. Когда они шли по палубе, Ник вовсю озирался по сторонам, но так и не увидел на горизонте ни одного корабля. Лишь синие волны и чайки, парившие в вышине.

– Опрос прервали, – сказал Ник, как только браконьер ушел.

– А чего они хотели? – тут же влез Темка. – Мне они какой-то бред гнали, да еще и выгнали потом. Наргис вообще молчит, а мне же интересно, чего там.

Наргис сидел, глядя прямо перед собой, медленно он повернул голову и бросил недовольный взгляд.

– Оборотень, мало того, что твоя физиономия нарушает интерьер, так еще и твой голос раздражает меня, – недовольно сказал Наргис. – Умолкни!

Темка неопределенно пожал плечами, от него явно требовали невозможного.

– Послушайте, – сказал Ник. – Уже не так важно, что им нужно. Корабли моего отца преследуют браконьеров. Поэтому они и прервали допрос. Нас спасут!

О том, что он не сумел разглядеть корабли отца на горизонте, Ник говорить не стал. Они точно где-то неподалеку, иначе бы браконьеры не переполошились. Тем более, что качка сейчас ощутимо усилилась, «Оракул» набирал скорость, пытаясь скрыться.

– Наверное… – начал было Наргис.

– Чего ты все настроение портишь, Филипп вообще нормальный император, он вытащит нас отсюда, – завопил Темка. – Его даже оборотни уважают.

– Наверное, – Наргис запнулся, а когда продолжил, в его голосе слышалось глубокое отчаяние, – мой отец еще никого не послал на мои поиски. Я же не Катар, я всего лишь второй сын. Если я исчезну, ничего не случится.

– Чего? Он же твой отец?

Наргис казался сосредоточенным и спокойным, но его черные глаза блуждали, оглядывая каюту, словно выискивая выход. Он поднял руку, украшенную перстнем в форме черепа и дотронулся до разбитой губы.

– Забудьте, что я сейчас сказал, – потребовал Наргис.

Повисла тишина.

– Уже забыл, – согласился Темка, но в его голосе не было привычного нахальства. – Как еще относиться к твоим словам? Не записывать же их!

Глава 8. Вблизи от свободы

Если впереди море, позади море, справа и слева тоже море, то вы находитесь посреди моря.

Верная морская примета

Свечи уже давно догорели. В каюте совсем стемнело, а значит там, на свободе, сейчас наступили сумерки. Качка ослабла. Ник напрягал слух, ожидая, что через плеск волн до него донесутся звуки атаки. Корабли отца уже должны быть совсем близко, может они даже окружили «Оракул», и вынудили его скинуть скорость. Может быть, они ведут переговоры.

Осторожно, почти бесшумно, дверь в каюту приоткрылась.

– Эй! – послышался тихий голос. – Вы тут? Пожалуйста, аккуратно.

Ник узнал, это была она, босоногая девочка, тайком плывшая с ними на «Шепоте ветра» и сидевшая за столом при допросе.

– Мы ушли, – ответил Темка. – Чего издеваешься-то?

– Что ты хочешь? – спросил Ник.

– Проваливай! – голос у Наргиса как и всегда звучал высокомерно.

Дверь раскрылась еще шире, в каюте стало чуть светлей. На пороге стояла она, девочка с длинными нечесаными волосами, в платье, напоминающем матросскую робу. Глаза ее были широко раскрыты, на лице застыл испуг. Во тьме блеснула искра, девочка держала в руках светящуюся точку. Словно пламя свечи, без самой свечи светилось в ее ладонях.

– Идите за мной, – прошептала она.

Казалось, что это издевка. Браконьеры послали ее, чтобы привести пленников. Знают, что тут они скованы сильным заклятьем и не могут двигаться, вот, и присылали за ними девчонку.

– Проваливай, – повторил Наргис.

– Мало времени, – поспешно зашептала девочка. – Пока они все отвлеклись, я могу вывести вас отсюда. Я снимаю с вас заклятье. Только тихо.

Ник с удивлением почувствовал, что невидимые путы спали. Он вытянул руки вперед, и не почувствовал никакой преграды. Тогда он поднялся с пола, все еще боясь поверить. Еще никогда свобода движений не радовала его настолько.

– Как ты это сделала? – Темка вскочил с пола и с наслаждением потянулся, так что хрустнули суставы.

– Не важно, – прошептала девочка. – Мне удалось, но ненадолго. Идите за мной!

– Куда? – спросил Ник. – Что там происходит?

– Браконьеры ушли от погони. Вам больше не на что надеяться, – ответила она. – Сейчас совсем ненадолго они отвлеклись. Это единственный шанс помочь вам сбежать.

Наргис даже и не думал подниматься.

– И ты решила нам помочь?! – с издевкой в голосе спросил он.

– Да!

– Я не верю в добрые поступки, – сказал Наргис.

– Ну и сиди тут, – разозлился Темка. – А мы пойдем. Ник, топаем отсюда, мне уже как-то скучно тут сделалось.

Ник с Темкой вышли из каюты и направились по узкому коридору. Впереди шла девочка, в тишине было слышно, как шлепают ее босые ноги. Слабый огонек в ее руках не мог осветить тьму, но указывал путь. Браконьеры доверяли ей, но она почему-то отважилась пойти против них.

– Кто ты? – спросил Ник.

– Вира, – не оборачиваясь, ответила девочка. – Зови меня Вирой.

– Ты не скажешь ничего про себя, кроме имени? – спросил Ник.

– Это не имя. Просто зови меня так.

Она вдруг остановилась и подняла руку с огоньком, пятно света скакнуло вверх и осветило деревянную обшивку. Какое-то мгновение Вира стояла прислушиваясь.

– Ваш друг тоже решился, – прошептала она.

– Наргис-то, – ухмыльнулся Темка. – А куда бы он делся? Сначала показал, какой он крутой, а потом соображать начал. Только он нам совсем не друг. Чего я дурак что ли, с темным принцем дружить!

Вира нетерпеливым жестом призвала его к молчанию, постояла еще пару секунд, напряженно прислушиваясь. На Наргиса, вышедшего к ним из тьмы коридора, никто не обратил внимания. Указав куда-то в сторону, Вира испуганно вздрогнула и приложила палец к губам. В царящей тьме Ник едва смог рассмотреть этот жест.

– Скорей, – почти беззвучно пролепетала она и скользнула в ближайший проем, за которым оказалась узкая коморка, и поманила за собой остальных, говорить она не решалась.

Огонек в руках Виры поблек, его не хватало на то, чтобы оглядеться. В нос ударил сильный запах водорослей. Ник уперся спиной в мокрую деревянную бочку, и почувствовал, как промокла футболка, попытался отодвинуться, но тут же наткнулся ну другую бочку. Если бы волны на море были выше, и корабль качало больше, но эти бочки легко бы могли сдвинуться и раздавить их. Вскоре раздались чьи-то шаги, торопливые, кто-то очень спешил. Нику показалось, что он видел, как в коридоре мелькнул капитанский мундир.

– Мы будем прятаться здесь, или ты заманила нас в очередную ловушку? – спросил Наргис.

– Нет, – едва слышно прошептала Вира.

– Я предпочитаю выйти и сразиться, чем трусливо прятаться здесь, – с вызовом сказал Наргис.

– Нет. Браконьеры тут же снова наложат на тебя заклятье, – прошептала Вира. – На этом корабле вы бессильны. Я блокирую их заклинание, иначе вы и шагу не сможете ступить.

– Зачем тебе это? – спросил Ник. – Почему ты нам помогаешь?

– Потому что я… – Вира посмотрела на Ника и вдруг умолкла. – Потому что вас ждет очень страшная участь, если вы останетесь.

Наргис молниеносно выкинул вперед руку, схватил Виру за рукав, и с силой дернул. Ткань перекрутилась вокруг ее кисти, и сдавила.

– Если окажется, что ты заманиваешь нас в новую ловушку, я успею отомстить, – вкрадчивым шепотом произнес он. – Можешь не сомневаться.

Вира даже и не пыталась высвободить руку, хотя ей было больно, пламя задрожало, освещая испуг на ее лице и выступившие слезы.

– Перестань, – сказал Ник. – Отпусти ее.

– Хватит уже прикидываться дураками, – разозлился Наргис. – Браконьеры не смогли у нас выведать то, что им нужно и решили использовать другую стратегию. Она одна из них. И неизвестно, куда она нас хочет завести. Я не верю во внезапные приступы благородства.

Наргис разжал руку.

– Я хочу помочь вам, – ответила Вира и нерешительно потерла запястье. – Вас уже никто не спасет. А завтра… Вам нельзя ждать того, что будет завтра. Поспешите за мной!

Нику показалось, или она и в самом деле с трудом подбирала слова, как это делают люди лишенные общества, и потому забывшие как разговаривать. Или так делают люди, не умеющие лгать, но вынужденные это делать.

Молча, они поднялись по лестнице. Черное небо было безоблачным, ярко светили звезды, словно в зеркале, отражаясь на морской поверхности. Ник, с наслаждением вдохнул свежий ночной воздух, пропитанный солью и запахом тины. Палуба, освещенная лунным светом, пустовала. Оставлено лишь несколько парусов, остальные спущены, «Оракул» очень медленно. Впереди, насколько Ник мог разглядеть, была лишь водная гладь, кораблей отца нет. Что находится позади, не было видно из-за надстройки на палубе. Вира повела их вперед к борту, туда, где свисала веревочная лестница.

– Я не оставлю свой меч, – внезапно сказал Наргис.

Вира застыла на секунду, взмахнула руками, и огонек, освещавший весь путь, исчез.

– Я знаю, где лежит твой меч, – прошептала она и взволновано покачала головой. – Но это опасно!

– При обращении ко мне, следует добавлять «ваше высочество», – ответил Наргис. – Помни, к кому ты обращаешься.

– Хорошо, ваше высочество, – послушно ответила она. В ее голосе не было ни капли издевки.

– Да не слушай ты его, – возмутился Темка. – К нему вообще лучше никак не обращаться.

Девочка растерянно посмотрела на Темку, потом перевела взгляд на Наргиса.

– Хватит, – сказал Ник. – Наргис, потом будешь хвастаться своим высокомерием.

– Ты мне приказываешь? – с угрозой прошипел Наргис.

– Нет, прошу! Пока на палубу не вышли браконьеры, пока мы не уплыли без тебя, пока Вира еще согласна нам помогать – прояви благоразумие. Если мы сможем выбраться отсюда, то позже разберемся между собой, – сказал Ник.

– Хорошо, я разберусь с тобой позже, – Наргис повернулся к Вире. – Можешь показать мне, где лежит мой меч.

– Пусть Вира сходит за мечом одна. Если ее увидят, то ничего не произойдет, а если заметят тебя, то выбраться уже не удастся.

– Я сам должен пойти! – тоном нетерпящим возражений, сказал Наргис. – К тому же я ей не доверяю. Ее нельзя отпускать одну.

Вира легко согласилась с этим, она сделала несколько шагов, но потом обернулась к Нику.

– Вы не стойте тут. Тут вас могут заметить, – прошептала она. – Спрячьтесь. Вон там накиданы снасти в них удобно прятаться. Мы быстро вернемся.

Вира с Наргисом исчезли, стоило только сделать несколько шагов, как тьма поглотила их.

– Я понял, – философски заметил Темка, идею прятаться он счел совершенно лишней. Корабль браконьеров казался пустым, ни малейшего шума, ни огонька, будто только они и плыли на нем. – Морские мотыльки тогда обратно в море сиганули. Ведь плаванье у нас какое-то не очень удачное.

– Если сбежим, то вполне удачное, – ответил Ник.

– Да, но всю дорогу приходилось Наргиса терпеть! Какая же тут удача? Упс, прячемся, – спохватился Темка, схватил Ника, оттащил его в сторону, и сам юркнул за бочонок.

Ник же с размаху налетел на эту саму бочонок и ощутил боль в руке, с опозданием он заметил стеклянный цветок, который видел еще перед допросом. Тот же самый бочонок стоял на том же самом месте. Острые грани стекол, склеенных воедино, светились, словно впитывали в себя лунную энергию.

Поспешно присев, Ник заметил капли крови, медленно проступающие из ранки на запястье. Он вытер кровь футболкой, не хватало еще оставить тут следы.

– Эй, – раздался тихий шепот Виры. – Вы где?

– Тьфу ты, – подскочил Темка. – А мы от вас прячемся.

– Ты, оборотень, можешь продолжать прятаться, – высокомерно заявил Наргис, на его поясе вновь красовался меч. – Ты слишком ничтожен, чтобы заботиться о твоем спасении.

– Я и сам о себе позабочусь, – ответил Темка.

Вира молча подошла к борту, лишь ее босые ноги шлепали по дереву. Она наклонилась, словно проверяя что-то.

– Возьмите эту лодку, – сказала Вира, указывая худеньким пальцем за борт. – Она самая обычная, но зато никто не заметит ее исчезновения.

Ник подошел ближе, с борта свисала крепкая веревочная лестница.

– Спасибо, – ответил Ник. – Как только мы отплывем от «Оракула», нам хватит собственной магии для управления. Там ведь заклятье браконьеров исчезнет.

– Да, – прошептала Вира.

Наргис первым спустился вниз, следом исчез и Темка. Ник задержался на палубе, он посмотрел на Виру, та выглядела все так же испугано и растеряно.

– Беги с нами, – сказал Ник.

– Не могу, – Вира печально покачала головой. – Я никогда не смогу уйти от браконьеров.

– Но Капитан поймет, что ты помогла нам, – настаивал Ник. – Он тебе этого не простит.

– Простит, – прошептала она. – Прощайте.

Едва Ник спустился в лодку, как Вира втянула лестницу наверх. Он видел среди звездного неба ее склонившуюся вниз голову. Темка оттолкнувшись от корпуса корабля, схватился за весла, несколько взмахов, ударов весел об волны, казавшиеся оглушительными в тишине, и они отплыли.

– Удивлюсь, если за нами тут же не пустятся в погоню, – сказал Наргис. – Наверняка они устроили ложный побег, чтобы посмотреть, куда мы поплывем.

– Ты сам настолько привык ко лжи, и не видишь, что Вира нам просто помогла, – ответил Ник.

– И никогда в это не поверю, – Наргис скривил разбитую губу.

Они уже достаточно далеко отплыли от «Оракула» и теперь, Ник смог разглядеть то, что раньше скрывал корпус корабля. Далеко, очень далеко впереди находился Великий Разлом – огромная глыба, возвышающаяся над волнами. Разлом больше не меня очертаний и не слепил искрами, но над ним висели тучи, а рядом с ним неистовствовали волны.

– Они прячутся возле Разлома, – сказал Ник. Тут на расстоянии нескольких километров от Разлома, море было спокойно, волны раскачивали лодку, но вовсе не грозили ее перевернуть. – Вира сказала, что их не найти, теперь понятно, почему.

– Будешь тут сверкать умом, – сказал Наргис. – Хотя, ничего другого я от светлых и не жду. Не мешай.

Наргис схватился за корму лодки так, что побледнели костяшки пальцев. Лицо его было невероятно сосредоточено. По обшивке лодки побежали искры, краска полопалась. И вот лодка послушно развернулась от Разлома. Где-то вдали сверкнули молнии. Но на таком расстоянии, они были неопасны.

Темка отбросил уже ненужные весла.

– Вон там виднеются ворота в другое Искривление, правь туда, – скомандовал он и расплылся в радостной улыбке, заметив гнев на лице Наргиса.

– Не смей мне приказывать!

– Да ладно, не злись, это всего лишь дружеский совет, – ухмыльнулся Темка.

– Уймись, если не хочешь по-дружески полететь за борт!

Лодка, мягко покачиваясь на волнах, приближалась к воротам, выглядевшим как огромный рой серых пчел, клубившийся над волнами. Ник прекрасно понимал, как им повезло, вот так неожиданно наткнуться на ворота. Никто из них не знал этих мест, не знал расположения ворот, ничего не понимал в магической навигации.

– Я не верю в такие совпадения, – сказал Наргис, тревожно оглядываясь.

– Ты думаешь, это ловушка? – спросил Ник.

– Я всегда жду ловушек, – ответил Наргис и направил лодку в ворота.

В нос лодки ударила волна, рассыпалась тучей мельчайших брызг и окатила ледяным потоком. Ник прикрыл глаза, а когда через секунду открыл, лодка уже прошла через ворота.

Они оказались в другом Искривлении. Здесь было гораздо светлей. Солнце уже поднялось над горизонтом, и теплые лучи приятно согревали насквозь промокшую одежду. Но самое главное впереди виднелись корабли с развивающимися флагами императора.

– Кажись, удалось сбежать-то, – недоверчиво пробубнил Темка.

Ник вдруг с удивлением почувствовал, что на левой ладони что-то липкое, он поднял руку и в лучах восходящего солнца заметил кровь. Она сочилась из царапины на запястье. Надо же, он совершенно забыл про рану, что впрочем, не удивительно. Ник достал из кармана платок и перевязал рану. К счастью, это была лишь царапина, и справиться с ней он мог и сам, тут не требовалась помощь лекарей.

– Хватит медлить, – зло сказал Наргис. – Подайте им уже сигнал. Они нас не видят.

Ник создал огненный столб. Потоки огня взметнулись к небу.

Казалось, что прошла целая вечность, прежде чем один из кораблей изменил курс и направился к ним.

Глава 9. Возвращение

Когда беседуешь с людьми, главное делать вид, что тебе не интересно, тогда они расскажут абсолютно все.

Наргис

Ник проспал целые сутки. Он даже не спросил ни название корабля, ни имен своих спасателей. Стоило лишь подняться на борт, как матросы припали на одно колено, приветствуя его – своего принца. Ник только и сумел пробормотать несколько слов благодарности, от внезапно навалившейся усталости, ноги начали дрожать. Почувствовав себя в безопасности, он понял, насколько замерз и вымотался. Темка и Наргис были не в лучшем состоянии, хотя темный принц и пытался держаться высокомерно. Без лишних слов их напоили целебным настоем и отправили отдыхать.

– Я должен сказать, отцу, что все в порядке, – пробормотал Ник. – И что браконьеры прячутся там возле Великого Разлома.

– Все передадим, всех браконьеров захватим, вас домой отвезем, – послышался чей-то ответ. – Высочеству лучше отдохнуть.

Ник провалился в сон, но там его преследовали кошмары. Невозмутимый Капитан с темно-карими глазами на бледном лице, пытался выведать у него какой-то секрет, требовал рассказать что-то самое главное. Потом кошмар исчез и до следующего утра, продлился глубокий сон без сновидений, пока его не нарушили пронзительные крики.

– Твои угрозы меня не пугают, ну вообще никак!

Ник открыл глаза, недоумевая, посмотрел на синюю воду, плескавшуюся за иллюминатором. Яркое солнце освещало каюту, невероятно пышную и слишком большую для одного пассажира.

– Хватит уже спать! – в каюту ворвался Темка. Вместо старых джинс и футболки на нем красовалась матросская форма. – Смотри, какой костюмчик! Самое время чего-нибудь пожевать. О, тебе тоже одежку подогнали.

Ник поднялся, рядом на стуле был развешен белый, расшитый золотом костюм с императорскими гербами. Он даже не стал задумываться, откуда тот появился. Наверняка это дело рук Туана, который, узнав об экспедиции для спасения принца, разослал такие костюмы на каждый из кораблей.

– Что там за крики были? – спросил Ник.

– А, это я Наргиса встретил, – отмахнулся Темка. – Ну, тот, как и обычно, разговаривать не хочет, и вообще бесится, что его светлые маги спасли. Я и предложил, чтобы он к браконьерам воротился и ждал, пока кто-нибудь из темных не прибежит его спасать. Он чего-то грозиться начал.

Ник надел приготовленный костюм, и вдруг заметил платок, повязанный на руке. Когда-то в начале Круиза тот был белоснежным, теперь же стал грязно-серым. На поверхности платка виднелись кристаллики соли, оставшейся, сложно сказать сколько раз за время плавания он принял душ из морской воды.

– Рана почти затянулась, – с удивлением заметил Ник.

– Какая еще рана?

– Там на «Оракуле» порезался об стеклянный цветок или это вообще непонятно что. Уже не важно. У меня вообще хорошо всегда заживали раны, – Ник невольно схватился за изуродованную левую бровь. Память о том, как он чуть не погиб в детстве.

– А, так ты же живой водички хлебнул, когда тебя твоя приемная мать спасала, – вспомнил Темка. – Так ты, видать, после этого где-то внутри изменился.

– Наверное, – согласился Ник и резко поменял тему разговора. Воспоминания о маме Альбине приносили ему боль. – Браконьеры! Они никуда не могли деться, их должны были схватить возле Разлома. Надо узнать.

– Забудь об этом. Пошли лучше на палубу, – вздохнул Темка.

Корабль мчался вперед рассекая волны. Насколько Ник мог судить, скорость намного превосходила скорость «Шепота ветра» и браконьерского «Оракула». Впереди показалась узкая полоска земли. Длинная береговая линия простиралась вдоль горизонта.

– Тут никто не говорит про браконьеров, – объяснил Темка. – Я уже два часа бегал, пытался расспрашивать. Молчат и все.

– Почему? – удивился Ник.

– Откуда я знаю. С этими браконьерами вообще одни тайны. Сначала они нам головы дурили на допросе, а теперь и тут никто не хочет говорить про них, – Темка пожал плечами. – Я узнал только, что вчера к Великому разлому отправили несколько боевых кораблей. И все, больше вообще ничего не выведать.

Постепенно ветер стал доносить медовый аромат цветов, апельсинов и шоколада. Уже можно было различить холмы и белые домики. А там впереди на пристани толпились маги, вскоре Ник разглядел отца с матерью. Они стояли ближе всех, позади выстроилась почетная гвардия.

Стоило лишь пристать к берегу, Ник кинулся на встречу к родителям.

– Дариан!

– Сынок! – на глазах императрицы выступили слезы.

– Все в порядке, – пробормотал он и обнял мать с отцом. – Ничего не случилось.

Императрица Сильвия не нашла в себе сил что-либо сказать, слезы катились по ее щекам. Она покидала дворец лишь в особых случаях, и сейчас она была здесь, потому что больше не могла сидеть и ждать. Ник понимал, что должен ее успокоить. Его мать, одна из первых красавиц, невысокая и хрупкая брюнетка, казалось, от волнения могла упасть в обморок.

– Это был простой Круиз, да и браконьеры не сделали ничего плохого, – как можно уверенней заявил Ник. – Сейчас уже все позади. Я с вами.

– Конечно, Дариан, милый, пошли в машину, – императрица подхватила его за руку.

Ник послушно прошел с ней вдоль выстроенного караула, за которым столпились маги. Они пришли сюда с самого утра, чтобы приветствовать его. Ник помахал в знак приветствия и поспешил к машине.

– Честно, все нормально, – уже в сотый раз сказал Ник, когда они сели в машину. Белая украшенная позолотой, снаружи она выглядела как спортивный автомобиль. Лишь самые сильные маги могли различить несколько защитных оболочек, делающих ее пассажиров неуязвимыми. Впереди ехали четыре мотоциклиста – охранники из элитного отряда, замыкали процессию еще шестеро мотоциклистов. – Браконьеры ничего мне не сделали. Я даже не понял, чего они хотели. Мы просто поговорили, а потом сбежали от них.

Ник отвел взгляд от встревоженного лица матери, заметил уже совсем затянувшуюся рану у себя на запястье. И решил, что про царапину уж точно не станет рассказывать, не стоит еще сильней волновать мать.

– Браконьеров поймали? – спросил Ник у отца.

– Нет, – тот покачал головой. – Ты сказал, что они прячутся возле Великого Разлома, но боевые корабли никого там не нашли. Поэтому собирается Высший Совет. Мы должны все выяснить, пока еще не поздно.

– Но только не сегодня, – сказала императрица.

– Сегодня. И прямо сейчас, – устало, но твердо сказал Филипп. – Мы с Дарианом должны там быть. Собираются лучшие из темных и светлых магов, мы должны понять, откуда появились браконьеры и как их остановить. Не волнуйся, – добавил он, заметив, как побледнела императрица.– Со мной ему ничто не угрожает.

– Да, я знаю, – вздохнула она и снова с тревогой посмотрела на сына.

За какие-то полчаса они смогли доехать из приморского городка до мегаполиса, машина остановилась возле здания с колоннами.

– Все будет нормально, – пообещал матери Ник и вышел из машины.

В огромном зале на скамейках восседало несколько десятков магов в камзолах, мантиях и деловых костюмах. Стоило лишь Нику с отцом войти, как все повернули головы, посмотрели на них, и разговоры возобновились с удвоенной силой. Ник, так же как и отец выпрямил спину и решительно смотрел вперед, однако на самом деле ощущал лишь смятение. Захват в плен, допрос, побег, все произошло слишком стремительно, он просто не успевал осознавать происходящее.

Внизу, на широкой площадке за столом, вместе с другими представителями Высшего Совета сидел дед Гордей. Вместо торжественных одежд, он снова нарядился в любимую клетчатую рубашку и джинсы. Загорелое лицо, всегда казавшееся Нику таким добрым, светилось мудростью.

Ник с отцом сел за стол.

– Уже время начинать! – сказал дед Гордей. В зале воцарилась тишина. – Мы все взбудоражены появлением браконьеров. Да уж, шесть команд юных магов отправили своих учеников, лучших учеников. И на них было совершено нападение. Ни я, и никто другой из Высшего Совета даже предположить не моги, что произойдет такое.

– Кажется я вовремя! – На пороге появился маг, способный одним своим видом внушить ужас. Устрашала не внешность, наоборот лицо было правильной формы, короткая черная борода придавала благородство, а черные волосы, зачесанные назад, выглядели элегантно. Пугало выражение высокомерия, застывшие на его лице. Черный камзол украшен золотыми вставками. Впрочем, темный князь, любил черные цвета.

Он вышел в центр и оглядел собравшихся.

– Или вы хотели начать без меня? Это было бы очень некрасиво! – с вызовом, вместо приветствия сказал он.

– Тамир, ты опоздал, – сурово ответил дед Гордей. – Почему Наргис не пришел? Ему тоже было послано сообщение-искра!

– Я приказал остаться ему дома в замке, – ответил Тамир, и сел на одно из пустых кресел за столом Высшего Совета. – Достаточно и моего присутствия. Теперь я буду решать, как поступать дальше. Или вы считаете мое поведение, неуважением к Высшему Совету?

Темные маги, сидевшие за столом, да и те, которые находились в зале, отрицательно покачали головами, конечно, они полностью одобряли поведение своего князя. Говорить что-нибудь поперек было опасно, даже когда князь находился в хорошем настроении, а сейчас, когда его глаза метали молнии, а кулаки сжимались от злости, никто не решался ему перечить. Почти никто.

– Да, я считаю твое опоздание неуважением, абсолютным неуважением, – ответил дед Гордей.

– На моего сына напали! А если бы это был мой старший сын? – крикнул Тамир. – Я намерен лично наказать всех виновных.

– Я с тобой согласен! – ответил Филипп. – Виновные будут наказаны, но сначала мы должны во всем разобраться.

– Ну и замечательно. Мы же лучшие друзья. Темные и светлые маги союзники и все такое, – Тамир блеснул крупными белыми зубами. – Теперь к делу. Вылазки браконьеров, которые случались раньше, меня не волнуют. Непростительно то, что напали на моего сына. Это удар по моей чести, по моему достоинству. Хватит уже тут тянуть. Начнем опрос свидетелей, чтобы затем поскорей приступить к наказанию виновных.

С этими словами согласились все.

– Жанна, – вызвал дед Гордей.

Из зала поднялась и вышла вперед молодая женщина. Она встала посередине широкой площадки, впереди был стол с магами Высшего Совета, позади – возвышались скамейки со зрителями. Высокая, полная с волосами синего цвета, торчащими в разные стороны. Ее оранжевое платье было без рукавов, и на мускулистой руке виднелась светящаяся татуировка с древними письменами. Ник пытался вспомнить видел ли ее раньше, но нет, однозначно нет. Такую особу он бы запомнил.

– Жанна Фридриховна я, – отрывисто пробормотала она, и тщетно пытаясь скрыть волнение, стала мять в руках полы платья. – Только вы чего плохого не подумайте, я и сама пострадала больше всех. Меня обманули.

– Все по-порядку, пожалуйста, – вежливо, но твердо попросил дед Гордей. – Вас никто не обвиняет.

– Три года как меня назначили судьей, – начала Жанна, ее бас был отчетливо слышан в самых дальних уголках зала. – Я выполнила много разных заданий. И вот мне доверили плыть в Круиз с детьми. Я волновалась. Круиз не из простых! Вся моя команда отказалась плыть к Великому Разлому. Мне подобрали новую команду. Я их еще плохо знала, а они плохо знали меня.

– Ты что специально тянешь время, чтобы скрыть свою вину? – грубо прервал ее Тамир. – Лучше сразу заточить ее в темницу.

После того как Тамир выкрикнул эти слова, тишина, царившая в зале, стала абсолютной. Темный князь с трудом овладел собой, и даже сумел разжать крепко сжатые кулаки. Нападение браконьеров он считал личным оскорблением, а оскорблений он не прощал никогда.

– Какая темница? За что? Я тут все рассказываю. Я стараюсь! – Жанна с испугом покосилась на темного князя, и продолжила рассказ. – В утро перед Круизом через ЗОС со мной связался незнакомый человек и сказал, что корабль внезапно сломался. Я еще тогда удивилась и вскрикнула «Неужели «Шепот ветра» мог сломаться?».

– Ты издеваешься над нами? – вскричал темный князь. – Ты выболтала название корабля, которое тщетно скрывалось ото всех. Для безопасности, мы все держали в тайне, а ты все выболтала.

– Я же случайно, – Жанна Фридриховна схватилась руками за грудь и сделала несколько глубоких вдохов, чтобы успокоиться.

– Тамир! Не перебивай свидетеля. Мы собрались не запугивать, а разобраться, – сурово сказал дед Гордей и повернулся к Жанне. – Как выглядел этот человек?

– Бледный такой и серьезный. Шибко он молоденький, но спокойный такой и глаза у него пронзительные.

Маги сидевшие за столом принялись перешептываться. До Ника долетело несколько фраз: «Так же его описывают и остальные», «До этого он никак не проявлял себя», «Он тщательно ко всему подготовился», «Ему нужно было самому попасть на корабль, войти в доверие команды».

Жанна Фридриховна сцепила руки на груди, но все равно было видно, как дрожат ее пальцы.

– А вот. А дальше. Я поняла, что срочно должна ехать в Золотую гавань, но как только вышла из дома, то вдруг почувствовала, что больше не могу двигаться. Сделала пару шагов и все, – продолжила Жанна Фридриховна. Ник вздрогнул, он узнал магию браконьеров.

– Двое магов, одного-то я узнала, это он говорил со мной через ЗОС, выхватили у меня сумку с удостоверением капитана и заперли меня в моем же доме. Я не могла ни позвать на помощь, ни выбраться, их магия полностью обездвиживала. Оттуда меня освободили светлые маги только сегодня утром и сразу привели сюда.

– Ну, что же, – вздохнул дед Гордей. – Теперь понятно как браконьеры сумели узнать название корабля, избавиться от настоящего капитана и попасть на «Шепот ветра». Команда корабля поверила браконьеру, ведь у него было подлинное удостоверение. Впрочем, матросы еще вчера рассказали нам об этом. Браконьер объяснил им, что Жанна заболела, и его срочно назначили капитаном. Поскольку все документы были в порядке, и уже пора было отплывать, то никто не стал ничего проверять.

Тамир склонился над столом и стал что-то нашептывать на ухо Филиппу. Ник видел, как меняется лицо у отца, как нахмурился лоб, сжались челюсти, и попытался хоть что-нибудь расслышать, но тщетно.

– Но если так, – тихо ответил Филипп, – то это многое меняет.

– Еще как меняет, – фыркнул в ответ темный князь, и снова перешел на шепот.

Ник уже не обращал внимания на происходящее в зале, что Жанна Фридриховна вернулась на свое место, а дед Гордей вызвал одного из матросов для подтверждения ее слов. Нет, сейчас сильней всего интересовало, о чем шептался темный князь с его отцом.

– Ты прав, – в конце-концов сказал Филипп и выпрямился.

Ник отвел взгляд в сторону.

– Экипаж «Шепота ветра» дал показания, что браконьер, попавший к ним на борт, вел корабль намеченным курсом и вообще держался как настоящий капитан, вплоть до появления браконьерского корабля, – сказал дед Гордей.

– Не совсем, – неожиданно для себя сказал Ник. – Он подслушивал наши разговоры. Я думаю, что он специально сел к нам на корабль, чтобы что-то узнать. Он наблюдал за нами всеми.

Ник заметил, как темный князь слегка кивнул, словно слова Ника подтверждали его собственные догадки.

– Дариан, Артем, выйдите вперед, – попросил дед Гордей.

Ник встал перед столом, откуда-то из верхних рядов к нему спустился Темка, и, подмигнув, встал рядом. Вероятно, он сидел где-то наверху с самого начала заседания.

– Расскажите, – попросил дед Гордей, – все, что было на корабле браконьеров. Что они хотели от вас.

– Я не знаю, что хотели браконьеры, – Ник рассказал обо всем: как им удалось сбежать и о том, что было на допросе. – Они задавали расплывчатые и непонятные вопросы. Пытались узнать о каких-то событиях в моей жизни.

– Точно-точно, у меня тоже, – поддержал его Темка. – Вообще странные какие-то. Ну, это у нас с Ником, в смысле с принцем Дарианом, какую-то глупость спрашивали. А вот о чем они говорили с Наргисом, я не знаю. Он не сказал.

– Неужели ты думал, что мой сын станет отчитываться перед тобой? – Тамир бросил на Темку злобный взгляд.

Темка, уже приоткрывавший рот, чтобы сказать что, он думает о Наргисе, внезапно передумал и посмотрел на деда Гордея, в ожидании следующих вопросов. Ник тоже ждал, ему казалось, что Совет должно заинтересовать, как проходил допрос, но он ошибся.

– Почему вам позволили сбежать? Кто эта девочка, которая была с браконьерами?

– Не знаю, – честно сказал Ник.

– Наверняка она из браконьеров, – выдвинул свою версию Темка.

– Но если она браконьер, то зачем же отпустила вас? – спросил Тамир. – Браконьеры никогда не выпускают свою добычу. У них мертвая хватка. Они цепко держат то, на что нацелились. Эта девочка беспокоит меня сильней остальных.

По залу пронесся одобрительный шепот. Ник взглянул на отца и понял – тот тоже согласен с темным князем, что браконьеры просто так не могли им позволить сбежать, что Виру, следует опасаться больше, чем других.

– Почему же она отпустила вас? – ухмыльнулся темный князь.

– А мне почем знать! – возмутился Темка. – У нее и спросите.

– Ты забываешься. Уже второй раз дерзишь, – сказал темный князь, и оскалился в премерзкой улыбке. – Не советую мне так отвечать, я требую от своих подданных повиновения. Подумай об этом, когда вновь осмелишься заговорить.

– Тамир, не угрожай, – сердито сказал дед Гордей. – Он только что спасся из плена. Дариан, Артем, вернитесь на свои места.

– Я считаю, что дерзкие ответы это преступление. Мои подданные обязаны благоговеть и преклоняться передо мной, – ответил Тамир. – Но на первый раз, я его прощаю. Впредь пусть не забывается.

Ник со злостью посмотрел на темного князя.

– Думаю, что на сегодня вполне достаточно, – сказал дед Гордей. – Свидетели рассказали все, что знают и они имеют право на отдых.

– Так чего делать теперь? – послышался из зала бас Жанны Фридриховны. – Браконьеры-то на свободе. Они снова могут напасть.

– Вам пора расходиться по домам, и продолжать заниматься своими делами, – мягко сказал дед Гордей. – Браконьеры будут схвачены. Совсем скоро будут схвачены. Вам не о чем волноваться.

– Это явная ложь, – заявил темный князь. – Я уверен, что всем вам есть о чем волноваться.

Ник посмотрел на отца, и вдруг понял, что тот согласен с темным князем.

Глава 10. Необходимые меры защиты

Почему мы подрались? Сейчас расскажу. Наш наставник говорит что:

Любой спор можно начать словами;

Любой спор можно продолжить словами;

Любой спор можно решить словами.

В общем, в тот день мне не хватило слов.

Из объяснительной записки Темки Остина

Лето стремительно приближалось к концу, и Ник уже ждал того момента, когда отправится на базу охотников, чтобы продолжить учебу и тренировки. Тем более, что жизнь во дворце теперь сильно отличалась от прежней. Резко выросло количество охраны. Маги в сияющих доспехах разгуливали по дворцу и днем, и ночью. Они ступали неслышно, старались держаться неприметно. Но куда бы Ник не пошел, в зал для фехтования, в сад, играть с младшей сестрой или же просто сидел в своих покоях, со всех сторон раздавалось тихое бряцанье доспехов.

– Это необходимо для нашей безопасности, – ответил император.

– Ты думаешь, что браконьеры могут появиться здесь? – удивился Ник.

– Нет, – император запнулся, что насторожило Ника. Его отец никогда не отмалчивался и никогда не лгал, но сейчас что-то заставило его умолкнуть. – Думаю, что это будет продолжаться до тех пор, пока браконьеров не поймают. Так надо.

– Про них так ничего и неизвестно? – спросил Ник.

– Ничего, – отец покачал головой. – Не понимаю, как им это удается, но они словно исчезли.

Ник не задавал больше вопросов, пока однажды случайно не подслушал разговор.

Он вместе с псом Илинтом прогуливался по верхнему ярусу сада, между фонтанами, делал вид, что наслаждается ароматами цветов и слушает пение птиц. Во всяком случае, именно так охрана и донесла потом Туану, «Был элегантен и безмятежен, несколько раз помахал нам рукой». На самом деле, не обращая внимания на мелкие брызги, летевшие от фонтанов, Ник решал, непростую задачу, как сегодня вечером обмануть бдительность Туана и сбежать в город. О том, чтобы отпроситься не могло быть и речи, его больше никуда не отпускали одного.

И тут навстречу попались аковцы, невысокие носатые человечки, отвечающие за чистоту во дворце. Все как один имели крайне сосредоточенные лица, носили длинные холщовые рубахи с красными поясами, и обожали любую работу. Они усиленно начищали мраморные статуи, украшавшие фонтаны.

– Все магические ворота, ведущие во дворец, теперь заперты, – пробормотал один из них. – А грязи-то вона оно сколько. О-го-го сколько! Охранники все бегают и бегают, с докладами к императору постоянно шляются. Хорошо-то как, теперь постоянно есть где уборочку делать!

– Жалко, что принца больше никуда из дворца не выпустят. Так бы и он грязи понатаскал, – сказал второй аковец, не замечая Ника, замершего в двух шагах от него.

– Ась? – удивились его товарищи.

– Да и вот. Принц Дариан-то теперь в школу свою не поедет, будет учиться во дворце. Я как раз его комнаты убираю, а там всегда чисто. Просто обида берет, что убирать-то нечего. – Услышав это, остальные аковцы сочувственно зацокали языками.

– Не может быть! – удивился Ник.

Аковцы обернулись, и, заметив Ника, побросали тряпки и дружно поклонились.

– Я поеду к себе на базу в башню Отражений, – сказал Ник.

Аковцы молча переглядывались, и, наконец, выпихнули вперед одного, самого мелкого и носатого.

– Это уж вы поступайте как вам угодно, – ответил он. – Только нам Туан сообщил, что никуда вы не уедете. И чего уезжать-то, свинячьте тут побольше. И вам спокойно, и нам счастье.

Аковцы дружно закивали и стали умолять хоть изредка бросать на пол фантики.

Тогда Ник уже решил напрямую обо всем спросить у отца. После нападения браконьеров остался едва различимый шрам на запястье, а его все равно пытаются охранять как младенца. Он помчался во дворец, взлетел по яшмовой лестнице. На втором этаже находился зал совещаний, Ник знал, что отец сейчас там, принимает делегацию магов из отдаленного Искривления пространства. Он распахнул дверь, влетел в зал украшенный деревянной резьбой. И застал там Туана.

– Где отец? – запыхавшись, спросил Ник.

– Мне поручено сообщить вам, что его величество вместе с темным князем изволили отправиться преследовать браконьеров, – чопорно ответил Туан. – И до той поры, пока ваш отец не возвратится, вам запрещено покидать дворец.

– Но я должен вернуться в команду, у меня учеба, – возразил Ник.

– Вам запрещено покидать дворец, до возвращения вашего отца, – повторил Туан.

– Но почему?

– Довольно неуместный вопрос, учитывая, что вы в курсе происходящих событий, – сказал Туан. – Все магическое сообщество встревожено дерзким нападением браконьеров.

Усилием воли, Ник взял себя в руки. Дальнейший разговор с Туаном начисто лишен смысла.

– Когда вернется отец? – спросил Ник.

– Не имею ни малейшего представления о планах его величества, но если…

Ник вылетел из зала. Словно бы невзначай несколько охранников в тихо бряцающих доспехах направились следом за ним. Почти незаметные, они передвигались, словно тени по залам и коридорам дворца.

Ник до последнего надеялся, что все изменится. Он надеялся до последнего дня, потом до последней минуты, когда нужно было отправляться на базу охотников – но напрасно. Ни первого числа, ни вообще в сентябре месяце, ему не суждено было попасть в команду охотников.

– Твой отец прислал искру-сообщение, – в очередной раз сказала императрица. – Браконьерам вновь удалось ускользнуть из ловушки. Вновь началось преследование.

– Но если браконьеры сейчас загнаны отцом, то я могу поехать на базу?

– Прошу тебя, – взмолилась императрица. – Дождись возвращения отца.

Скрепя сердце, Ник согласился. Мольбы и слезы матери, действовали на него сильней всего.

Вечером в субботу, когда за окном хлестал дождь, а Ник сидел в своих покоях у камина и размышлял, что как раз сейчас должно быть команда охотников вернулась с состязаний, с очередных состязаний, в которых он не участвовал, его вызвал Темка. Ник взял в руки маленькое красное зеркальце, и вместо своего отражения, увидел худое лицо друга. Волосы у того были мокрые, наверное, там у них тоже идет дождь, серая форма охотников грязной.

– Привет! – обрадовался Ник.

– Ты, это, того, возвращайся давай, – вместо приветствия выдал Темка. Он взмахнул рукой и размазал грязь по щеке. – Чего во дворце-то сидишь!? Мы тут уже тренируемся вовсю. В общем, проблемы тут начинаются.

– Что случилось? – забеспокоился Ник. – Браконьеры?

– Про браконьеров все уже давным-давно позабыли. Все намного хуже. Как бы это сказать-то, – Темка замялся. – Ну, я уже говорил тебе, как в команде относятся к тому, что ты дома сидишь? Тут слухи про тебя пошли нехорошие. Такое говорят, я, в общем, повторять не буду. Но даже наставники вынуждены были вмешаться. Константина сказала, что никак не станет объяснять твое отсутствие. А Окс говорит, что у тебя дела государственной важности. Ну, ты и деловой!

– Да какие там дела! – вскричал Ник. – Если бы я вообще понимал, что происходит. Родители не отпускают меня и все. Понимаю, что волнуются, но сколько можно? Тебя отпустили и Наргиса отпустили.

– Упс! – хмыкнул Темка. – Вот в этом и проблемы. В смысле, того, не только в этом. Тюфяк! Пошел вон!

На миг в зеркальце вместо Темки мелькнула довольная физиономия хамеликота, который пытался выхватить ЗОС или стащить что-нибудь еще.

– Что? Не тяни, – взмолился Ник.

В зеркальце он увидел, как довольный Тюфяк тащит в зубах грязную шапку Темки.

– На состязаниях Наргис тут заявил, что ты перетрусил и выбрал изучать придворную магию. Ну и что ты уже никогда не вернешься в команду охотников. Что это слишком страшно для тебя. Он откуда-то прознал, что ты сейчас лишь придворную магию учишь, – сказал Темка.

– Откуда? – ошарашено спросил Ник.

– Да какая разница! В общем, тут вроде бы все знают, что ты молодец и Хаоса дважды победил. Но теперь все считают, что ты перетрусил и отсиживаешься дома.

– Но ведь… – начал было Ник.

– Да я то знаю правду, – отмахнулся Темка. – Другие-то не верят. А теперь, как ты во дворце осел, на состязаниях и на тренировках не появляешься, то все теперь Наргису верят. Они считают, что ты последний трус.

– Так ведь… – Ник попытался вставить хоть слово.

– Ну, там все команды, особенно темные, конечно, возмущены до жути, – перебил Темка. – Кричат, что титул сумеречного охотника, тебе присвоили несправедливо. Что надо его у тебя отнять. В общем, теперь мы с темными командами на каждых состязаниях ругаемся. Ну и подрались, дважды один раз с командой стражей, а другой раз с хворами. А не, трижды подрались. Еще и с разрушителями. В общем, набили физиономии всем темным командам. Наказали нас, конечно.

– Вот ведь…

– А Касьян, капитан наш, попытался за тебя вступиться. Вот осел, лучше бы молчал. Он возьми и брякни, что для принца придворная магия важней. Что он тебя полностью поддерживает, и что он как капитан команды связался с тобой и лично просил, чтобы ты больше думал о себе и берег себя, – выпалил Темка.

– Такого не было! – возмутился Ник.

– А ты почту давно проверял? Залезь в магик-Инет, там у тебя должно быть куча поучительных писем от Касьяна, капитана нашего, болвана полного, – сказал Темка. – В общем, после такого заявления, рейтинг у тебя упал ниже некуда. Если ты не вернешься, то тебя так и будут считать трусом. Погодь, там чего-то случилось. Я мигом, – Темка отложил зеркальце на тумбочку, так что Нику стал виден серый светящийся потолок.

Послышался шум шагов, очевидно, на ногах у него были кроссовки, потому что Ник слышал хлюпанье мокрых резиновых подошв. Легкий скрип двери. Ник представил, как Темка вышел из комнаты в коридор, дошел до общего зала, там, где они обычно отдыхают всей командой. Прошло несколько минут, прежде чем он вернулся и снова взял зеркальце в руки. Лицо у Темки было искажено.

– В общем, того, некогда мне тут больше, проблемы у нас, – пробормотал он. – Тут куча всяких изменений, для того, чтобы мы лучше учились. Надо идти. Но ты все понял? Не затягивай там со своей изящной магией или как она называется?!

Ник не успел ничего ответить, как Темка исчез. Преданно сидевший возле камина Илинт тихонечко тявкнул, он понимал хозяина и хоть как-то попытался утешить. Ник с легкостью прочел его мысли, что вообще-то во дворце здорово, а Туан ему тоже не нравится, и что он с готовностью может цапнуть его за пятку.

– Бесполезно, – Ник потрепал верного пса. – Хотя идея неплохая.

С порывом ветра в открытое окно влетели желтые листья, и медленно кружась по комнате, опустились на ковер.

Личная почта и страничка на любимом сайте светлых магов «Легионе вечности» ломились от писем и сообщений. «Трус, мы тебе верили», «Хорош наш принц, во дворце отсиживается». Да и не только личные сообщения, то и дело попадались тревожные статьи: «Принца прячут во дворце, значит, повисла реальная угроза», «Мы все теперь погибнем, выживет лишь трусливый принц». Ник выключил компьютер, на душе стало совсем тоскливо. Он не может дольше отсиживаться во дворце, необходимо вернуться. Если бы был отец, он бы его понял. Но, увы, тот даже не всегда отзывался, когда Ник пытался вызвать его через ЗОС.

– Пусть уже случиться что-нибудь, – взмолился Ник. – Что-нибудь, чтобы я вернулся на базу.

И тут в дверь тихонько постучали.

– Войдите, – крикнул Ник и затаил дыхание.

Дверь приоткрылась, и Нику понадобилось все самообладание, чтобы не застонать от разочарования, на пороге стоял его дядя Дементий. Унылый, сутулый, неприятный. Как и всегда его костюм был увешен всевозможными регалиями, подчеркивающими высокое происхождение, а на лице отражалась всемирная скорбь.

– Послушай, племянник, – кривя губы, начал Дементий. – У меня к тебе есть одна просьба.

– Какая?

– Ты попытайся уговорить моего брата, своего отца, чтобы он дозволил мне проникнуть в сокровищницу, – сказал Дементий. – Или же будет намного лучше, если ты сам проникнешь туда, и выберешь для меня одну вещь.

– Нет, – твердо сказал Ник.

– Ты не смеешь отказывать мне, я столько вытерпел из-за тебя!

– Я отказываю вам, – твердо сказал Ник.

Илинт предупреждающе тявкнул. Ник прочитал его мысли, что вместо Туана, он готов цапнуть и Дементия, ему это совсем нетрудно.

– Как ты не понимаешь, мне нужно оружие. Оно мне нужно для одного дела. Я… я не могу сказать какого. Я хочу как следует все разведать, все разузнать, а без оружия идти на такое опасно, – сказал Дементий. – Поэтому ты должен проникнуть в сокровищницу и достать его для меня.

– Я ничего вам не должен, – возразил Ник.

– Ты мальчишка!

– Я не мальчишка, я принц! – Ник редко пользовался своим титулом, но сейчас просто не выдержал. – К тому же, вход в сокровищницу закрыт для меня, так же как и для вас. Отец считает, что мне еще рано принимать на себя такую ответственность.

– Ты лжешь! – взвыл Дементий.

– Я всегда говорю лишь правду, – покачал головой Ник. – И даже не знаю, где у нас во дворце находится эта сокровищница. А теперь, позвольте мне удалиться, – припомнил Ник один из уроков изящных манер, и вышел прочь. Разговоры с Дементием всегда слишком угнетали.

– Ты должен помочь мне прямо сейчас, – продолжал ныть Дементий. – Иди к отцу в тронный зал и попроси ключи от сокровищницы.

– Что? – не поверил собственным ушам Ник.

– От сокровищницы, – повторил Дементий.

– Отец во дворце?

– Я же сказал тебе, что он сидит в тронном зале.

Ник резко развернулся и бросился вперед, по дороге ему попалось лишь несколько радостных аковцев, которые смывали следы, оставленные грязными сапогами. Уже через минуту, Ник влетел в тронный зал. Слабо светились стены зала, за огромными, мокрыми от дождя окнами, был виден сад, ветви деревьев трепетали на ветру. Ник пробежал через весь зал, мимо развешанных по стенам гербов светлых магов, и замер у трона. Отец, очевидно еще не успел переодеться, был в легкой кольчуге, на полу валялся арбалет. Возле трона, в почтительном молчании застыл Туан.

– Дариан, – император широко улыбнулся.

– Ты вернулся, значит, браконьеров удалось поймать? – спросил Ник.

Туан тихо кашлянул, но промолчал. Как раз вчера он посвятил целый день занятий, чтобы научить Ника правильно здороваться с императором: легкий поклон, почтительное выражение лица, отточенные фразы.

– Нет, – коротко ответил отец, и лицо его помрачнело.

Туан осторожно подал знак Нику, советуя сказать несколько вежливых слов и покинуть зал.

– Отец! Отец, я должен вернуться на базу, – выпалил Ник. – Отец, ты много раз повторял, что быть принцем это, прежде всего, гордиться своими поступками. Ты ловишь браконьеров, ты сам возглавил отряд. А чем могу гордиться я, отсиживаясь дома? Чем я могу гордиться, когда все маги теперь считают меня трусом? Когда другие команды смеются надо мной? Когда вместо нормальной магии, я изучаю придворный этикет?

– Мы беспокоимся за вас, ваше высочество, – чопорно сказал Туан. – А потому, я позволю себе еще уговорить ваше величество, не отпускать своего сына из дворца.

– Отец! – взмолился Ник. – Но ты же не хочешь, чтобы твой сын был трусом? Чтобы меня не уважали друзья, чтобы я сам перестал уважать себя?

– Нет, – ответил император.

– Я два года тренировался в команде охотников, я сражался с Хаосом, а он пострашней браконьеров. Хоть чего-то я сумел достичь! Или вы думаете, что я хуже всех остальных? – сказал Ник. – Браконьеры пытались похитить нас троих. Наргис и Темка свободно вернулись в команды, они и в состязаниях участвуют. А я, как самый слабак, сижу дома.

– Ты прав, – согласился император. – С моей стороны было глупостью удерживать тебя.

– Но ваше величество, позвольте, я выскажу свое мнение, принц Дариан слишком юн, и он не может в полной мере оценить всю опасность, – сказал Туан.

– Сейчас главная опасность потерять честь и достоинство, – выкрикнул Ник. – Я должен ехать!

– Я не могу позволить, чтобы с тобой что-нибудь случилось, – сказал император и тут же добавил. – Но так же я не могу позволить, чтобы кто-то считал тебя трусом.

– Думаю, следует дать объявления во все газеты, прокрутить по всем каналам Магик-ТВ, что принц не трус, – быстренько нашелся Туан. – Я уже докладывал репортерам, прибывавшим во дворец, что принц делает поразительные успехи в изучении придворной магии.

Ник схватился за голову, так вот откуда Наргис узнал, обо всем.

– Нет! Дариан, ты знаешь, как звучит девиз нашего рода?! Сила, благородство и забота о слабых, – сказал император. – Любой из нас прежде всего должен быть сильным и благородным. Но, эти качества нужны лишь для того, чтобы забоится о своих подданных, о тех, кто нуждается в защите. Только это сделает тебя настоящим принцем. Только это докажет, что ты мой сын.

– Я буду сильным и благородным, – пообещал Ник. – И я клянусь помогать слабым.

– Я в этом не сомневаюсь, – с улыбкой ответил император. – Дариан, правильней всего будет отпустить тебя на базу охотников. Но ты поедешь не один, я выделю для тебя охрану. Ты уже знаком с этим магом.

Ник не нашел что ответить. Он в ужасе посмотрел на застывшего Туана. Нет, только не это. Конечно, нет ничего хуже, чем отсиживаться во дворце, но взять Туана с собой, тоже ужасно.

– Фердинанд! – позвал император.

Двери распахнулись, и в зал вошел человек. Он медленно продвигался вперед к трону. В том, что это воин из элитного отряда, не было сомнений – достаточно лишь взглянуть на быстрые движения его гибкой фигуры. В его не слишком чистой руке, мелькали два ножа, которые он вращал с изяществом фокусника. На большом пальце сверкал изумруд, в ухе поблескивала золотая серьга. Длинные каштановые волосы, свисали на грубо-красивое смуглое лицо.

– Реально, я лучший из лучших. Ручаюсь! – ухмыльнулся Фердинанд, подбросил в воздуха оба ножа, но тут же одним стремительным движением подхватил их и заткнул за пояс. – И несказанно горжусь подобной миссией.

– Он был в числе тех, кто подобрал тебя на море, – сказал отец. – Фердинанд воин из элитного отряда, он один из лучших.

– Не беспокойтесь, высочество, – сказал Фердинанд. – Охранять буду так, что ни одна муха не подлетит. Чтоб мне лопнуть!

– Это принц, а не… а не то, к чему подлетают мухи, – сказал Туан. – Посему, я нахожу, что ваши речи неуместно грубы.

Ник счастливо улыбнулся, если этот человек не понравился Туану, значит, на него можно положиться.

– Через несколько дней я открою ворота, которые находятся в саду и ведут прямо в башню охотников, – пообещал отец.

Глава 11. Встречайте, его высочество и телохранитель его высочества!

Солнце взошло. Это значит… Это значит, я как капитан команды, не возражаю, чтобы солнце светило.

Из размышлений Касьяна Невского

Ник с Фердинандом вошли в Холл, который находился в башне Отражений. Учебная база занимала последние шесть этажей, от сто пятьдесят третьего до сто пятьдесят восьмого.

– Угу, – глубокомысленно сказал Фердинанд. Перекидывая саквояж Ника из одной руки в другую, он внимательно оглядывался по сторонам. – Тут все понятненько!

– Пошли, – поторопил Ник, он спешил встретиться с друзьями. Что именно было понятненько Фердинанду, так и осталось загадкой. В Холле находились лишь двери, сотни, или даже тысячи дверей, за которыми были ворота, ведущие в разные Искривления пространства.

Они прошли через защитный барьер в виде колонн, по которым скользили синие искры. Искры, мгновенно превратившие бы в глыбу льда любого, кто сунется сюда без приглашения.

– Добро пожаловать! – Навстречу высочил Касьян. В серой форме охотников с неизменной красной повязкой на руке, подтверждающей его титул капитана команды. Он изрядно вытянулся за последние месяцы, но шея у него почти отсутствовала, из-за чего фигура выглядела приземистой. Кучерявые волосы он тщательно расчесал и залил гелем, так что они казались просто жирными.

– Дариан! – фальшиво всхлипнул Касьян. – Как же мы все волновались за тебя! Правда, ведь?

Из-за его спины показались двое. Невысокий лопоухий Яша, который казалось, совершенно не изменился за лето. И Игнат, рожденный в семье темных магов, но попавший в светлую команду, к чему относился совершенно безразлично. Он по-прежнему стягивал свои длинные волосы в хвостик, и дружил только с Касьяном, которого считал «стоящим парнем».

– Мы сильно волновались, – заучено произнес Яша.

– Ага, – поддакнул Игнат. – И наш капитан волновался сильней всех.

Было видно, что вся эта беседа подстроена заранее.

– Принц, вы не взяли с собой собаку и благородного орла, – сказал Касьян. – И это очень благоразумно. С этого года наставники позволили нам, не брать на базу животных. Сейчас сами увидите, что животных на базе почти нет.

– Они сами решают, где им быть, – ответил Ник. – И появятся когда надо.

Касьян словно и не слышал его, продолжил заранее приготовленную речь:

– Знай, что я против той лжи, что про тебя распространяют стражи. Я не считаю, тебя трусом! Я просто волновался за тебя.

Ник побледнел, да уж, достойно его встретили.

– Теперича волноваться за него, эт моя работа, – хмыкнул Фердинанд и сунул Касьяну саквояж. – На вот, донеси вещи принца в его комнату.

– Не надо, – возразил Ник.

– А чего, мне что ли таскать? – возмутился Фердинанд. – Не, я тут охраняю вас, высочество. Давай, кучерявый, волочи вещички куда следует.

– И я сочту такую работу за честь, – Касьян подхватил протянутый ему саквояж. – Помощь ближнему, вот что я считаю своим долгом. Под моим руководством вся наша команда показывает высокие результаты.

Ник с Фердинандом стали подниматься наверх, предстояло преодолеть несколько лестничных пролетов, чтобы попасть в кабинет наставников. Но поскольку и жилые комнаты тоже находились наверху, то Касьян тащился позади.

– Под моим руководством, – заливался соловьем Касьян, – у нас на базе издается стенгазета «Манускрипт», посвященная жизни команды.

Ник, вспомнив, что именно писал в этой газете Касьян, предпочел промолчать.

– Да у вас тут и тараканы, верно, грамоте обучены, – пробормотал Фердинанд.

– Под моим руководством, – саквояж, собранный Туаном, был тяжел, и Касьян начал потихоньку отставать и уже кричал вдогонку.

К счастью, они к этому времени поднялись на нужный этаж. Ник с Фердинандом оказались в зале, где множество стеклянных стеллажей с наградами и кубками, отражали свет огромной хрустальной люстры. Пожалуй, единственной люстры на базе, во всех остальных помещениях светились стены. Посреди зала стояла мраморная статуя охотника, натянувшего лук и прицелившегося в добычу, на его правой руке не хватало одного пальца. Рядом развивался, даже при отсутствии ветра, серый флаг с которого мудро взирал дракон – символ охотников.

– Ник Калинин!

Навстречу вышла Константина – старший наставник команды охотников. Высокая, с зачесанными назад короткими черными волосами. Худое лицо было сурово.

– Вот, принимайте под свою ответственность, – сказал Фердинанд. – Император велел сопровождать. Я и сопроводил.

– Вижу, – сказала Константина, на Фердинанда она, казалось, не обратила внимания, и принялась разглядывать Ника. – С этой минуты ты продолжишь учебу и тренировки на моей базе. Пока ты находишься тут, титул принца будет забыт. Я обещаю, что буду относиться к тебе, так же как и к остальным сурово и справедливо.

– Хорошо, – сказал Ник. Ничего нового он не услышал, Константина и в прошлом году ничем не выделяла его, впрочем так же как и второй наставник Окс. От обоих хорошенько доставалось на тренировках и, наказания ему назначали, так же как и остальным.

– Предупреждаю, с этого года введены изменения: новые предметы, новые преподаватели. Вы уже не дети и теперь требования к вам будут гораздо жестче, – сказала Константина. – Мне, разумеется, известно о том, что произошло в Круизе и я гарантирую, что на этой базе ты в полной безопасности.

– Да чего же вы все так за меня боитесь? – не выдержал Ник. – Браконьеры кроме меня схватили еще и Темку с Наргисом! За них так не переживают как за меня.

– Артем тоже защищен, пока находится на моей базе, – ответила Константина, и это все объяснения, которыми должен был довольствоваться Ник. – Фердинанд, один из лучших воинов элитного отряда, – сказала Константина, словно впервые заметив его присутствие. Фердинанд кивнул, не скрывая довольную улыбку. – Мне известно, что император направил вас сюда, чтобы охранять Ника. Я против этого, такой нянька будет мешать учебе. Но я никогда не стану оспаривать приказы императора. Вы можете выполнять свои обязанности.

– Я особо вмешиваться и не собираюсь. Я же не стану на все уроки тут шляться… – беспечно начал Фердинанд, но его тут же перебили.

– Приказ гласит, что вы должны денно и нощно охранять Ника, чем вы и займетесь. Зарядка, уроки, тренировки, состязания вы будете повсюду сопровождать Ника. Пока император не отменит свой приказ, – жестко сказала Константина. – Для вас уже готова комната. Можете идти.

Ник с Фердинандом послушно развернулись и вышли на лестницу.

– Суровая, – недовольно заметил Фердинанд. – С такой не договориться. Чтоб мне лопнуть.

– Справедливая, – ответил Ник, он не стал говорить, что от воина из элитного отряда ожидал другого поведения.

На лестничной площадке, верхнего этажа тоже светились охранные колонны по их шершавой поверхности то и дело пробегали синие искорки. Когда-то, когда Ник впервые попал на базу, они сильно испугали его.

Посреди зала бил небольшой фонтанчик с разнообразными напитками. На стенах висели зеркала-двойники, отражающие происходящее в других Искривлениях, и передающие туда отображение этого зала. А на дальней стене висела огромная плазменная панель, возле нее на диване сидели впятером девочки и тихо перешептывались. Они были одеты в форму, наверняка недавно вернулись с тренировки. Заметив, Ника с Фердинандом они смолкли.

– Привет, Ник, – безразлично сказала Кристина.

– Ой, мы так рады твоему возвращению, – вздохнула Майя. Она сильно изменилась за лето, светлые волосы отрасли, и были уложены в модную прическу. Черты лица стали более утонченными, раньше она казалась просто курносой, теперь же выглядела необычайно милой.

– Ты все-таки приехал, – лениво потянула Ольда.

И больше никто ничего не сказал, на него смотрели как на заморскую диковину. И что самое неприятное в синих глазах Кристины светилось легкое презрение. Может быть, она тоже считает его трусом, и поэтому так ни разу и не отвечала на его сообщения, не хотела общаться через ЗОС.

– Завтра суббота и у нас состязания. Уже пятые в этом сезоне, – Кристина сказала это своим подругам, но слова предназначались Нику. – Сразимся с другими командами. Как всегда там будет очень опасно.

– Для опасности тут назначили меня Фердинанда Воздушного, – широко улыбнулся Фердинанд, будто собирался фотографироваться для обложки журнала «Лучшие маги столетия». Казалось вместо четких и громких команд, подходящих для воина, он привык улыбаться.

– Мы знаем, – ответила Кристина. – Я часто видела вас во дворце, где служит мой дед. Вы из элитного отряда.

Улыбка Фердинанда стала шире на пару миллиметров.

– Обычно воины из элитного отряда выполняют самые сложные задания, а не отсиживаются на обучающих базах, – добавила Кристина.

– Приказ императора, – улыбка слетела с лица Фердинанда.

Ник поспешно свернул в коридор, ведущий в комнаты для мальчиков. Он не виноват в том, что изучал придворную магию, пока остальная команда тренировалась. И оправдываться он не собирался, завтра на состязаниях, как бы тяжело не было, он сумеет доказать себя.

Прямо впереди находилось три двери, за одной помещались душевые кабинки и туалет, а еще за двумя жилые комнаты, Ник вошел в свою. На кровати, в форме и кроссовках валялся Темка, закинув ноги на стену. В кресле у стола огромной грудой мышц возвышался Малышкин. На его узком лбу залегли глубокие морщины, которые при виде Ника стали еще глубже.

– Привет, – пробормотал Жорик.

– Наконец-то, приперся, – возликовал Темка. – А это кто с тобой?

– Воин из элитного отряда Фердинанд Воздушный, – отрекомендовался Фердинанд. – С личным приказом от императора, охранять принца Дариана.

– Эге, – кивнул Темка. – Фердинанд, а как сокращенно?

– Я не уравнение, чтобы меня сокращать, – возмутился Фердинанд.

– Фердинанд, слишком долго звать, – возмутился Темка.

– А тебе меня звать и не положено. Я тут только приказы принца должен выполнять, – сказал Фердинанд и повернулся к Нику. – Как погляжу, приказов нет. Константина сказала, что на базе безопасно, я ей верю, и потому, высочество, отпустите меня передохнуть часок.

– Идите, – ответил Ник с несказанным облегчением.

Фердинанд округлил губы, как бы собираясь присвистнуть, но, так и не свистнув, вышел за дверь.

– Чего за клоунада-то? – удивился Темка. – Ты зачем это уравнение с собой притащил?

– Пришлось. Иначе бы меня и вовсе не отпустили, – ответил Ник и рассказал, как удалось добиться разрешения у отца. – Родители волнуются за меня.

– Угу, – кивнул Темка. – Я твоего отца уважаю, ну и маг он сильный и император вроде нормальный, только что-то перегнул он как-то с безопасностью-то.

– Это мать и Туан. Все вспоминали, как меня в детстве похитили, – сказал Ник и по привычке схватился за кривосросшуюся бровь. – Туан вообще уверен, что браконьеры на меня нацелились, он и отца в этом убеждал. Был бы нужен я, так они бы меня и схватили, а не стали бы нас троих к себе на корабль затаскивать.

Ник бросил косой взгляд на саквояж, который Касьян уже успел притащить сюда, и открыл шкаф. Как он и рассчитывал, на вешалках уже висела серая форма охотников, приготовленная специально для него. Одной проблемой меньше, он сможет забыть про всякие регалии, которые ему заботливо подобрал Туан, предварительно выкинув из саквояжа вещи, сложенные Ником.

– Я тут вспомнил кое-что, чего еще никому не рассказывал, – прошептал Темка. – В общем, про этих браконьеров. Они меня расспрашивали кое о чем…

Дверь в комнату с треском распахнулась, на пороге появился Касьян.

– Я лишь хотел удостовериться, что Ник ни в чем не нуждается! – сказал он. – Все-таки я капитан команды и забочусь о каждом из вас.

– Ага, как же заботишься ты о нас! Перед Ником лебезишь. Помню, как ты заботился, когда я сегодня на тренировке об стенку шмякнулся, – огрызнулся Темка. – А вчера на зарядке, когда я чуть не утонул, ты громче всех смеялся, говорил, что хоть рыбок развлек.

– Я заботился по мере своих сил, – выкрутился Касьян.

– Всем известно, что ты мечтаешь попасть во дворец на «хоть какую-нибудь должность», – отмахнулся Темка. – Вот ты и прыгаешь вокруг Ника.

За одну секунду Касьян покраснел так, что позавидовала бы любая свекла.

– Это все ложь! А тебя, Остин, вообще никто не спрашивает, – крикнул он и исчез за дверью.

И тут послышался смущенный голос Жорика:

– А я не мечтаю во дворец попасть, – сказал он. – Я уже работу нашел.

– Какую? – ошарашено спросил Ник.

– Родители сказали уже взрослый, четырнадцать лет, иди, работай, – продолжил Жорик. – Я все лето в салоне магии подрабатывал.

– В каком? – не понял Ник.

– В Реальном мире, – ответил Темка вместо Жорика. – Там же люди вообще непонятно во что верят. Вот наш Жорик и устроился помощником гадалки. Он-то все делает, как нас тут учили на точных науках, да и вообще как учили. Так люди ему и не верят, хотят только хорошее слушать.

– Деньги очень хочу заработать, – пробормотал Жорик.

– Конечно, – только и смог кивнуть Ник. Здесь на базе у них есть все и деньги совсем не нужны, но в Реальном мире семья Жорика была далеко не богата, а он единственный маг, и вынужден был говорить всем, что учится в спортивном интернате.

– Тут написано все, что люди хотят слышать, – Жорик достал из тумбочки зачитанную книжку «Гадание по руке. Гадание по лицу. Гадание по стопе» и принялся перелистывать страницы.

Темка лишь пожал плечами, он и на уроках-то не особенно внимательно слушал, что говорят учителя, а уж к книжкам о магии, которые написали люди, он относился с полным пренебрежением.

– Я чего не сказал-то, про браконьеров. Никому не сказал, – заговорщицки прошептал Темка. – Там, в общем, была одна вещь, которой они очень интересовались. Ну, выспрашивали у меня на допросе. Я сначала при Наргисе не хотел говорить. А потом на суде, этот темный князь, чего-то орать на меня стал. Не понимаю, как это родители на него работают! Ну, в общем, я решил и ему ничего не говорить.

– Ты о чем? – спросил Ник. – Что хотели узнать браконьеры?

Тут дверь открылась и на пороге появился Антип, аковец следящий за чистотой в башне Отражений. Вероятно, он тоже считал себя охотником, потому что всегда носил длинные серые рубахи, подпоясанные кушаком.

– Чего, запоздалый наш вернулся? – проворчал Антип. – Запоминай, на базе сорить не положено! Коли, где какую грязинку увижу, сам отмывать будешь.

Переваливаясь с ноги на ногу, он проковырял в дальний конец комнаты, где стояла метелка-самоподметалка.

– Это я себе беру. Давно собирался, – схватив метелку, он вышел за дверь.

– Антип совсем не изменился, – заметил Ник.

– Даже хуже, постоянно пытается свою работу на нас перевесить. И чего нам бракованный аковец достался, остальные, вроде, любят свою работу. Короче, слушай, – Темка перешел на свистящий шепот. – Браконьеры выспрашивали у меня…

– Знаю, – Жорик оторвался от книжки, лицо его светилось от счастья. – Я понял. Они захватили тебя и Наргиса, для выкупа. Два принца темный и светлый, можно много выкупа просить. Вот до чего я додумался!

– А меня зачем тогда взяли? На бутерброд поменять? – возмутился Темка.

– Запутанно все! – согласился Жорик и снова склонился над книгой.

– Вот и я не врубаюсь, – сказал Темка. – Зачем Капитан прикинулся капитаном и плыл с нами на корабле? Ходил, все чего-то подслушивал. Все чего-то разнюхать пытался. А когда ничего не узнал, тогда позвал своих браконьеров и захватил нас в плен.

– О чем тебя спрашивали браконьеры? – напомнил Ник.

– Они у меня выспрашивали про самое страшное событие в моей жизни, – вскричал Темка. – Ну, я им рассказал про уроки Деймоса Савельевича, вообще мрак эти уроки. Браконьеры меня тогда поругали, и сказали, чтобы я не придуривался. Я подумал и решил, что и в самом деле, Деймоса еще хоть как-то терпеть можно, но вот уроки Анжелики Мефодьевны про всякие любовные примочки, это и есть самое ужасное в моей жизни.

– Браконьерам это тоже не понравилось, – усмехнулся Ник.

– Не особо, они на меня заклятье немоты навесили, – ухмыльнулся Темка. – Чего-то я и в самом деле не понимаю, чего они от нас хотели.

Ник кивнул соглашаясь, но в голове отчетливо всплыли безжалостные слова темного князя: «Браконьеры никогда не выпускают свою добычу. У них мертвая хватка».

Глава 12. Право на поражение

У идеального мага все должно быть идеально: идеальная любовь, идеальные друзья, идеальные враги.

Из журнала «Лучшие маги столетия»

В субботу утром вся команда, одетая в серую форму охотников, построилась в Холле. Наставников пока не было, и ребята с любопытством слушали Фердинанда, который рассказывал истории из жизни элитного отряда. Облаченный в боевую кольчугу, и ярко-красные шаровары, он расселся прямо на полу и ловко жонглировал двумя ножами.

– Страшеннее всего нашему отряду пришлось, когда направили нас против оборотней, – хвастливо продолжил Фердинанд, и резко дунул, чтобы убрать прядь волос, свесившуюся на глаза. – Ух, и до чего же это тупые твари, доложу я вам. Чтоб мне лопнуть!

Ольда прошептала что-то на ухо Кристине, остальные девочки подслушали это и захихикали.

– Сам-то тоже не красавчик, – обиженно произнес Темка. – А мы очень даже нормальные.

Фердинанд ничего не ответил, он замер, отложив ножи, по его лицу медленно растеклась широчайшая улыбка.

– Букарашечка! – радостно пробормотал он, разглядывая маленькую букашку, которая с трудом перебирая крошечными лапками по звеньям кольчуги, ползла по его рукаву. – Букарашечка. Это насекомая такая.

– Ну-ну. И это еще оборотни глупые. А сам-то?! – нагло сказал Темка.

– Темка, немедленно извинись, нельзя так обращаться к воину из элитного отряда, – напыщенно произнес Касьян и скосил глаза на Фердинанда. – Мы бесконечно благодарные ему за такие полезные советы.

Фердинанд увлеченно наблюдал за букашкой, пытавшейся втиснутся в одно из звеньев его кольчуги. Одной рукой он, не задумываясь, поднял с пола кинжалы и снова принялся жонглировать ими.

– За какие советы? Это что оборотни тупые? – возмутился Темка.

Фердинанд не успел ничего ответить, как в Холл через стенку просочилась искра-сообщение, на миг замерла над его головой и исчезла.

– Сообщение от самого императора! – важно сказал Фердинанд и вдруг умолк. Лицо его слегка побледнело. Ножи, которыми он с такой легкостью жонглировал, со звоном попадали на пол. – Ну и ничегось себе!

– Что сказал отец? – испугался Ник.

– Высочество, не волнуйтесь, – ответил Фердинанд.

– Что-то случилось? Дома? Мама? Сестра? – спросил Ник. Он не замечал, что сейчас вся команда уставилась на него.

– Не-а, не во дворце. Вам говорить ничего не велено, – Фердинанд замотал головой. Ник хотел уже бежать наверх, чтобы схватить ЗОС и самому связаться с отцом, как Фердинанд продолжил. – Ну, во дворце все путем, все здоровы и благоденствуют. Я получил новый приказ от императора. Он касается только меня. Вам, высочество, велено передать привет и удачи на состязаниях.

Ник почувствовал, как постепенно расслабляются мышцы.

– Чего за приказ? – нагло спросил Темка.

– Не твое дело, – ответил Фердинанд. – Тут дело государственной важности.

– Команда стройся!

В Холл вошел высокий человек в длинном сером плаще, ниспадающим с плеч красивыми складками. Квадратный подбородок был задран кверху, брови сурово сведены к переносице, темные волосы аккуратно расчесаны. Наставник Окс ничуть не изменился.

Следом за ним появилась Константина. Охотники тут же выстроились в шеренгу, лишь только Фердинанд продолжал сидеть на полу. Энергичное, суровое лицо Константины было напряжено сильней, чем раньше. Она тщательней, чем обычно проверила их экипировку, чтобы с собой не было ничего лишнего.

– Готовы?! – толи спросила, толи пыталась убедить Константина.

– Наша команда всегда готова, – тут же фальшиво-бодрым голосом ответил Касьян.

– Как же, – хмыкнул Темка. – Разве, к этому подготовишься.

– Ты о чем? – шепнул Ник.

– Сейчас сам увидишь, – отмахнулся Темка. – Тут даже и предупреждать бесполезно. Придумали нам судьи развлечение!

– Хочу слышать тишину и видеть дисциплину! Я не потреплю, чтобы в этом году мы вновь получали чугунные шары за нарушение правил, – напутствовал Окс. – Мы были лучшими в прошлом году, мы заняли первое место, и в этом году должны не только поддержать репутацию, но и собственно улучшить ее.

– Это как? – спросил Темка. – Нулевое место, что ли занять?

– Вопрос неуместный. Тебе назначаю наказание, – ответил Окс.

– Аге! – согласился Темка, такие мелочи, как новое наказание, его совершенно не беспокоили.

– Вперед! – скомандовала Константина. – Вы тренировались и учились всю неделю, это единственное, что поможет вам сегодня.

Совершенно сбитый с толку Ник, вместе со всеми прошел через ворота. Он чувствовал, что от волнения кружится голова. Даже холодный ветер, дувший в лицо, не приносил облегчения. Сейчас ему предстоит столкнуться с другими командами, и самое главное там будет команда стражей. Там будет Наргис, который обвинял его в трусости. Какое бы задание не придумали судьи, Ник дал себе слово, что справиться с ним.

Они очутились на небольшой лужайке, возле каменного домика, вокруг был построен высокий забор. Обогнув дом, команда охотников вышла на стадион, покрытый пожелтевшей травой. Почему-то именно это сильней всего поразило Ника, не другие команды, которые уже построились возле судейского стола, не развивающиеся на ветру флаги, а именно желтая трава. В этом сезоне он впервые вышел на состязания, но не в сентябре, а в середине осени, когда трава уже успела пожелтеть.

Судей пока не было. Команды построились в том же порядке, что и в прошлом году. Рядом с охотниками с одной стороны стояли стражи с другой – хворы. Жонглируя в воздухе ножами, Фердинанд оглядел стадион, и отошел к трибунам. Пока никто не обратил на него внимания.

– Надо же светлого принца выпустили! – ухмыльнулась Лафи, красноволосая девочка-вампир из команды стражей.

– Может, его просто погулять вывели! – поддержал ее Коля, верный последователь Наргиса.

Сам Наргис молчал. Он стоял впереди своей команды, как и положено капитану, но повернул голову, чтобы посмотреть на Ника. Смотрел с ненавистью, что подбодрило остальных продолжить насмешки.

– Сейчас ему страшно станет, и он снова во дворец запросится, – продолжила Лафи.

– Убежит, как только задание судей услышит, так и убежит, – раздалось с другой стороны. Толстенький мальчик из команды хворов, который тоже был в Круизе, выпятил вперед губы.

Три команды темных магов приободрились, пока судей не было, а наставники даже и не думали делать им замечания.

– Как бы вы сами не разбежались, – ответил Ник. – Когда столкнетесь со мной. Скоро сами увидите, как хорошо меня обучили во дворце.

На самом деле он не чувствовал и сотой части той уверенности, которая звучала в его голосе, но терпеть насмешки не собирался. Команды темных магов утихли, они и в самом деле не знали, как именно проходило обучение Ника, что еще кроме придворной магии он изучал.

– Хорошо ответил, молодец! – подбодрила Константина, стоявшая позади команды охотников, сразу за спиной Ника. – Но теперь соберись, судьи идут. С появлением судей разговаривать запрещено.

Первым вышел Генрих Эдмундович – главный судья состязаний, невысокий, неказистый, неприметный. Даже черты его лица казались скопированными с тысяч других лиц и оттого совершенно непримечательные. Хотя нет, если приглядеться, то можно заметить, правая часть его лица искривлена, он словно постоянно приглядывается к этому миру. Неизменные очки в золотой оправе, поблескивали на солнце, придавая хоть каплю значимости. Он слегка прихрамывал и опирался на длинный черный зонт, что выглядело как плохая актерская игра. Ник подумал, что если бы не очки с зонтом, то Генрих Эдмундович просто исчез как блеклое пятно.

Следом, словно два телохранителя вышли Жанна Фридриховна и здоровяк Виктор, судействовавший еще в прошлом году. Судьи были одеты в разноцветную спортивную форму, в отличие от команд, цвет формы которых был однотонным.

– Жанна Фридриховна, – прошептал Ник.

– Ага, ее к нам отправили, состязания судить, – ответил Темка.

Команды притихли, нарушать дисциплину, и получать за это позорные чугунные шары не хотел никто.

– Мне известно о решении императора Филиппа охранять своего сына принца Дариана, который участвует в состязаниях под именем Ник Калинин, – раздался невыразительный голос Генриха Эдмундовича. В отличие от двух других судей, он не сел за стол, а, опираясь на черный зонт, стал выхаживать перед командами. – И, хотя мы, судьи, не обязаны подчиняться никому ни светлому императору, ни темному князю, мы решили согласиться с присутствием Фердинанда. Более того, мы считаем честью познакомиться с таким прославленным воином.

Все команды резко развернулись к трибунам.

Фердинанд скрестил руки на груди и широко улыбнулся, а потом неожиданно для всех отвесил шутовской поклон.

– Разумеется, Фердинанд не может вмешиваться в ход состязаний, подсказывать, и так далее, он сможет вмешаться лишь в том случае, если что-то будет угрожать жизни принца Дариана. Например, если появятся браконьеры, – Генрих Эдмундович умолк.

Жанна Фридриховна вздрогнула, и поправила синюю прядь волос.

Наргис что-то сказал своей команде, стражи захихикали так громко, что судьи вынуждены были сделать им замечание. Всего лишь замечание, не более того.

– Считаю нужным повторить, что в этом году состязания проходят в Реальном мире. А там вам запрещено применять такой навык, как полет при помощи накладных крыльев. И вообще, в этом году запрещены полеты. Виновные будут сильно наказаны, – сказал Генрих Эдмундович. Ник понял, что эти слова относятся именно к нему. И уже в сотый раз пожалел, что не узнал о ребят, что же такое было на предыдущих этапах состязаний, которые он пропустил. – Сегодня время на выполнение четыре часа. Квадрат шестнадцать б. Капитаны могут подойти и получить карты.

Ник ожидал еще каких-нибудь пояснений, ведь должны же сказать, каким будет задание, но судьи не прибавили ничего. Более того, по уверенности, с которой капитаны команд брали карты, становилось ясно, что они и так знали, что нужно делать. Знали все, кроме него.

– Команды выходят по очереди, как было решено жеребьевкой. Интервал между командами три минуты, – Генрих Эдмундович наконец тоже уселся за стол. – Первые хворы.

Команда в фиолетовой форме поспешила к выходу со стадиона.

– Они-то конечно, могли заранее подготовиться, – пробурчал Темка. – Не то, что мы.

– Почему? – спросил Ник. – У нас разные задания?

И тут послышался суровый голос Константины:

– Калинин, ты же не хочешь на своем первом состязании заработать чугунный шар!?

Ник умолк. Над стадионом нависла какая-то неестественная тишина, которую периодически разбивал голос судьи объявлявший следующую команду. Наконец, настал черед охотников. Во главе с Касьяном они выбежали со стадиона, обогнули домик и выскочили в раскрытую калитку. Самым последним шел Фердинанд, легкомысленно жонглируя ножами и улыбаясь.

Ник понял, что уже успел отвыкнуть от Реального мира, того, что первые одиннадцать лет его жизни казался единственным из существующих миров. Касьян провел команду дворами и вывел на узкую, ничем непримечательную улочку. Мимо проезжали машины, слегка притормаживая на колдобинах, спешили по своим делам прохожие.

– Пришли, – объявил Касьян. – Где-то здесь.

– Да что происходит? – не выдержал Ник. – Какое у нас задание?

– Мне очень жаль, что ты вчера не подошел ко мне с этим вопросом, – вздохнул Касьян. – А я ведь ждал, что ты станешь готовиться заранее. Попросишь совета у меня, у капитана. Ведь я так стараюсь, чтобы наша команда стала…

– Не занудствуй ты, – не выдержал Темка. – Все равно тут готовиться бесполезно.

– Да, скажите, что происходит! – взмолился Ник.

– Готовят нас к взрослой жизни! – с горечью сказал Темка. – Мы должны сражаться с другими командами, так как взрослые. Кто кому больше гадостей наделает, тот и победил.

– Все не так! – возмутился Касьян. – Ты неверно трактуешь слова судей. Мы должны использовать все свои навыки и знания. Нам дан участок, на котором мы и должны будем проявить все свое умение, полученное в процессе обучения. Каждая команда должна действовать согласно своему предназначению. Хранители будут охранять покой, а разрушители попытаются его нарушить. Хворы будут напускать порчу и попытаются кого-нибудь сглазить, а лекари…

– Не нуди, – снова влез Темка. – И так всем понятно, что лекари будут сглазы и порчи снимать. Мы охотники – боевой отряд. У нас-то главные враги стражи. Мало того, что нам и разрушителей тормозить придется, так еще каждую минуту гадать, что стражи учинят. Мы тут вообще ко всему должны быть готовы.

– Разумеется, за нами следят судьи, которые не дадут произойти ничему опасному, – поспешно добавил Касьян. – И еще с нами воин из элитного отряда.

– Мне запрещено вмешиваться, – лениво отмахнулся Фердинанд. – И такие приказы, я привык исполнять.

– Началось, – пробормотал Темка.

Сначала Ник подумал, что тот снова решил передразнить Фердинанда, но тут же понял, что ошибается. Подул холодный ветер, что впрочем, совсем не удивительно для осени, вот только ветер был какой-то странный, он задувал из одной точки из-за угла желтого дома, будто кто-то включил огромный фен. Двое прохожих, парень в оранжевой кепке, и девушка в черных очках шарахнулись в сторону, послышался истошный визг.

– Хотя бы теперь известно, откуда они нас атаковать будут, – сказал Темка. – Уже плюсик.

Касьян не спешил, команда охотников заняла выжидательную позицию. Парень, потерявший оранжевую кепку, и его девушка промчались мимо с искаженными от ужаса лицами. Еще несколько человек поспешно свернули на другую улицу. Исчезли все прохожие, или почти все, на троих короткостриженных и похожих друг на друга, словно братья мужчин никто не обратил внимания. Они стояли в сторонке, и молча наблюдали за происходящим.

И тут из-за угла желтого дома показались они, высотой в человеческий рост, но отчего-то казавшиеся просто огромными. Два выпуклых глаза на антенках. Длинное склизкое туловище, вместо лап толстые присоски, за спиной колыхались огромные прозрачные крылья, словно у насекомых.

– Ну, ничего оригинального стражи не придумали, – сказал Темка. – Похоже, опять открыли ворота в другое Искривление, чтобы слизняков напустить. Они так уже раза два делали.

Из-за угла показались еще несколько слизней, они ползли прямо к команде охотников, оставляя за собой липкие следы. Глаза покачивались на концах антенок толщиной в мизинец. Самый большой из слизней, извиваясь, полз впереди, такие преграды на пути, как урна, металлическое ограждение и брошенная в бегстве оранжевая кепка, совершенно его не пугали, они просто исчезали.

Слизни не выглядели грозными, во всяком случае, они ничуть не страшнее крысаков и других тварей, с которыми Нику уже доводилось встречаться, нет слизни выглядели омерзительно. Противно было даже подумать о том, чтобы приблизиться к ним, коснуться их склизкой поверхности, что рука может погрузиться во что-то теплое и липкое. Ник и сам не знал, почему вдруг вспомнил уроки Туана, о том, как придать особый лоск. Лоск и блеск! После учебы во дворце, он легко мог навести гламур на всех слизней, но все остальное, выученное ранее, почему-то вылетело из головы.

– Оборонительную позицию занимаем, – скомандовал Касьян. – Справимся с этими, потом по их следам легко выйдем на стражей.

Вся команда дружно перегруппировалась, они выстроились полукругом. Чувствуя себя до безобразия глупо и растеряно, Ник встал с краю.

И тут асфальт вздрогнул, по его поверхности пошли трещины.

– Разрушители снова пытаются землетрясение устроить, – объяснил Темка. – Силенок у них пока маловато, но как стараются! Ладно, их сейчас должны хранители остановить.

– Ага, – сказал Ник и в сотый, нет в тысячный, раз пожалел о том, что пропустил предыдущие состязания.

– Спина к спине, отражаем атаку слизней! – скомандовал Касьян.

– Не расслабляться! – крикнул Игнат.

– В прошлый раз стражи набросились на нас сзади, – сказала Кристина.

– Держим позицию. Следим за происходящим.

Асфальт вздыбился и затрясся, разрушители снова пытались устроить землетрясение, а может просто хотели взорвать трубы канализации.

Слизни подползали, пару раз они пытались расправить крылья, но натыкались на стены, и бросали свои попытки. Нику даже думать не хотелось о том, что они могут взлететь и внезапно обрушиться на голову. Шокировало то, что все это происходит в Реальном мире, а не в Искривлении пространства, где любой летающий ящер и трехголовый дельфин были нормой.

– Долбани ее чем-нибудь! – раздался истошный вопль Темки.

Ник словно во сне, обернулся на голос. Вся команда уже давно успела разбежаться, или перегруппироваться, как сказал бы Касьян. Откуда-то, казалось, что со всех сторон, в них летели огненные шары – все-таки стражи атаковали первыми.

Улица города с автомобилями, пожелтевшими листьями, электрическими проводами и.., и мерзкими слизнями.

– Да учили же нас! – возмущенно крикнул Темка Он с Кристиной и Жориком отражали атаку, создав щит. – Примени эффект взрыва!

– Что? – недоумевая спросил Ник.

Кристина пробормотала какое-то заклинание. Несколько слизней разлетелись на мелкие кусочки, словно лопнувшие воздушные шары, Ника обдало слизь, липкой и противной. Он поспешно полез в карман за носовым платком.

Все смешалось в едином вихре, летающие огненные шары, взрывающиеся слизни, крики ребят из команды. Ник не мог прийти в себя. Он столько раз отражал атаки монстров в других Искривлениях, но сейчас в Реальном мире, не смог справиться с простейшей задачей. Не применил ни один боевой прием, не сделал вообще ничего. Он даже не понял, когда все закончилось. Просто вдруг послышался звонок, обозначающий, что время истекло.

– Здорово мы их, – радостно заявил Темка, с головы до ног покрытый слизью, один его рукав дымился, кроссовки были прожжены огненным шаром.

Ник неопределенно пожал плечами. Справились, но без него. И что самое ужасное, все это видела Кристина и Наргис.

– Слишком долго в своем дворце изучал реверансы и поклоны? – рассмеялся Наргис. – Попроси, может тебе в виде исключения разрешат пыль сдувать и цветы сажать. Ведь именно этому учит придворная магия!?

– Не твое дело! – крикнул Ник.

– Высочество, не отчаивайся, – по-дружески посоветовал Фердинанд. – Можно вообще начихать на эти состязания. Взять любую штуковину в сокровищнице вашего батюшки и разгромить всех в щепки.

– Я никогда не был в сокровищнице, – покачал головой Ник и, заметив ухмылку на лице Наргиса, взял себя в руки. – Мне не нужны никакие артефакты, я смогу справиться сам.

Касьян повел команду обратно на стартовую площадку, чтобы получить заслуженные три бала за сегодняшнюю победу. Прохожие шарахались от ребят в спортивной форме дымящейся и измазанной непонятно чем.

Глава 13. Алатын Глупый и Иван Мудрый

Для процесса обучения недостаточно периодически заглядывать в учебник, нужно еще читать, что там написано.

Из методического пособия для юных магов

В воскресенье был первый выходной, когда охотникам разрешили покинуть базу, и первый день, когда Ник с утра до вечера просидел над учебниками. Хотя сделать это было далеко не просто. После завтрака он пошел в библиотеку, где ощущался едва уловимый сладковатый запах духов. На одной из книжных полок сладко спал хамеликот Тюфяк, сжимая в лапах погрызенные учебники.

Только Ник успел достать несколько книг, и разложить их на столе возле компьютера, как ворвался Темка, спешно дожевывая бутерброд с мясом, он покосился на учебники.

– Да брось ты, и так разберешься, – по-дружески посоветовал Темка. – А я тут на парад оборотней собрался. Там и мой отец будет, жаль только тебя никак нельзя протащить, а то и ты бы полюбовался.

– Я должен учить, – сказал Ник.

И тут дверь вновь распахнулась, на пороге появился Касьян, на миг замерев, он поправил красную капитанскую повязку и уверенно двинулся вперед. Следом просочились его друзья Игнат с Яшей, они выстроились с двух сторон и вышагивали, вымеряя каждый шаг, будто выполняли крайне важную миссию. Они остановились прямо возле стола, за которым уселся Ник.

– Вижу похвальное желание учиться. Я помогу разобраться во всем, поскольку я прекрасно понимаю, что важные государственные дела не позволили тебе, Ник, прибыть на базу к началу обучения, – торжественно провозгласил Касьян. Яша с Игнатом, с самым серьезным видом закивали. – Так вот, поясняю, у нас добавилось и много нового. Обучение идет нам на пользу. С началом учебного года на всех базах…

Темка демонстративно заткнул уши.

– Каcьянчик, замолчи, наконец! – вскричал он. – Ну, кто так рассказывает. Ник, слушай меня. Анжелика Мефодьевна вроде теперь нормально нас Магик-Инету учит. О, чувствуешь запах ее эликсиров и духов, она тут после уроков нас оставляет, чтобы всякие любовные привороты рассказывать. В смысле девчонки остаются, а я-то сбегаю от нее. А зачем любовная магия? Я ни в кого влюбляться не собираюсь. И вот еще чего! Мефодьевна все за Оксом бегает, – прошептал Темка. – Хотя, он и без того в нее по уши втрескался. Я тут как-то их подслушал…

Дверь вновь распахнулась, и в библиотеку вошли девочки, впятером. Стеснительные Нелли и Таисья, замерли у входа. Кристина решительно пошла вперед, с двух сторон от нее важно шествовали Ольда и Майя. Прямо как Касьян со своими друзьями, они приблизились к столу Ника, и замерли.

– Касьян, что за глупость! – резко сказала Кристина. – У нас выходной день и мы не обязаны садиться за учебники, из-за того, что Ник чего-то не выучил. Зачем ты бегал и всех по-тихому подговаривал на базе остаться. И хватит на меня шипеть. Хочешь помогать ему, помогай, а мы сегодня идем по магазинам.

Касьян резко покраснел.

– Да, я и не шипел и никаких приказов не отдавал, – принялся оправдываться он. Игнат и Яша отрицательно закачали головами. – Я просто подумал, что мы одна команда и должны поддерживать отстающих.

– Не надо мне помогать, – твердо сказал Ник. Слово «отстающих», прозвучало совсем уж обидно. – Сегодняшний отдых заслужили все, кроме меня. И я сам могу разобраться с учебой.

Ему показалось, или Кристина посмотрела на него с уважением, так же как и раньше, летом, когда они вместе гуляли, чуть ли не каждый день.

Дверь приоткрылась, и на пороге застыл изумленный Жорик, он оглядел ребят и нахмурил узкий лоб, пытаясь сообразить, зачем же в выходной день тут собралась вся команда.

– Что вы тут? – недоумевающее спросил он.

– Лучше не спрашивай, – отмахнулся Ник.

– Лады, – поспешно согласился Жорик. – Я пошел в салон магии. Там работа у меня за деньги.

Жорик исчез за дверью.

– Мы тоже уходим! – сказала Кристина. – Сегодня распродажа магических украшений, такое нельзя пропустить.

– Да-да, Анжелика Мефодьевна рассказывала про таинственную силу лунного агата, – восторженно прошептала Майя. – Куплю себе новый браслет.

– А еще лучше рубины, – поддержала ее Ольда. – Ведь из-за моей рубиновой сумочки, я познакомилась с Катаром.

Девочки принялись обсуждать, что они купят, даже когда дверь за ними закрылась, еще были слышны отдельные слова и смех.

Касьян торжественно откашлялся, чтобы начать пояснять, но Темка его опередил:

– В общем, я сейчас тебе свои тетради притащу, там и разберешься, чего мы учили.

– Ник, если хочешь, я готов весь день просидеть с тобой, – сказал Касьян и придал своему лицу самоотверженное выражение.

– Нет-нет, – поспешно заверил Ник. – У вас выходной идите отдыхать. Я лучше тут один посижу.

– Покедова, – крикнул уже от двери Темка.

Наконец все вышли, лишь Тюфяк, перевернувшись на спину и раскинув лапы по сторонам, сладко похрапывал во сне. Ник открыл Темкины тетради, посмотрел на пляшущих человечков и прочие рисунки на полях, и пожалел, что не попросил тетради у Кристины. У нее всегда были аккуратные записи, да и почерк понятный. Тогда Ник взял учебник-перевертыш для третьего года обучения, и решил ровно три раза перевернуть его, чтобы выбрать с какого предмета начать, после каждого переворота на обложке менялось название. В итоге выпало название «Важнейшие законы магического сообщества». Только Ник успел разложить на три высокие стопки те книги и манускрипты, которые нужно было освоить в первую очередь, как дверь вновь приоткрылась. Фердинанд заглянул в библиотеку, с отчаянием покосился на книжные полки.

– Тут же книг тыщи, – в ужасе пробормотал он, и вновь два ножа замелькали в его руках. – Высочество, вы ежели чего, зовите меня. Как-то это место тоску навевает. Будто, все это читать надо. Бр-рр!

Тюфяк свалился с полки, но тут же вскочил и, недовольно сверкнув глазами, выскочил в приоткрытую дверь.

– Ага, – не отрываясь от потрепанного манускрипта, кивнул Ник.

Фердинанд исчез. Ник его не видел до конца дня, а так же и на следующее утро на зарядке, когда вся команда отправилась немного поплавать в небольшое Искривление пространства. Впрочем, про своего телохранителя Ник и не вспоминал, все силы он тратил на то, чтобы выплыть из странного озера, где бурлила вода, и что-то склизкое хватало за пятки.

– Сегодня-то еще ничего, – заверил Темка после зарядки. – Константина чего-то пожалела нас. А вот на той неделе, мы купались в холодной воде. Вот где жуть-то была.

– Ага, – угрюмо подтвердил Жорик. – Я чуть не утонул. Меня какой-то осьминог за ногу схватил, а вторую ногу от холода свело.

В этот момент маленькое красное зеркальце, для связи ожило. Ник посмотрел на появившееся в нем отражение, и совсем не обрадовался тому человеку, который собирался общаться с ним.

– Добрый день, – Ник вышел на лестницу и только тогда ответил дяде Дементию.

– Здравствуй, племянник, как твои дела? – на унылом лице Дементия появилось что-то наподобие улыбки. Не дожидаясь ответа, он продолжил. – Я решил, что ты страдаешь в одиночестве, без семьи и решил связаться с тобой. Я хочу успокоить тебя, я же знаю, что ты волнуешься из-за браконьеров.

– Вовсе нет, – ответил Ник, и это была чистая правда, больше всего он сейчас беспокоился из-за учебы.

– Племянник, можешь не волноваться, браконьеры тебе сейчас не угрожают, – Дементий словно не слышал ответов Ника. – Филипп гоняется за ними, но они несколько раз уходили от погони, а теперь их след и вовсе затерялся. Наверное, они просто сгинули.

– Угу, – пробормотал Ник, пытаясь понять, куда же клонит дядя.

– Видишь, как сильно я тебе помог, – продолжил Дементий. – Теперь и ты должен помочь мне. Я просил тебя достать самое сильное оружие.

– Я уже говорил, что у меня нет доступа к сокровищнице, – ответил Ник, теперь, во всяком случае, стала ясна причина, по которой Дементий изображал дружбу.

– Дослушай меня до конца, ты же всего не знаешь, – голос Дементия стал походить на писк. – Я не верю, что леди Дора погибла. Я все тщательно обдумал, и понял, что она могла выжить.

– Что? – встрепенулся Ник, он ожидал услышать все что угодно, только не напоминание о приемной матери.

– Она могла сбежать. Ведь ты не видел ее гибель?

– Нет, – удивленно ответил Ник. Когда он в очередной раз сразился с Хаосом, леди Дора тоже находилась там, в подземелье. Мир Хаоса стал рушиться, сам Ник едва выбрался, но ведь и леди Дора тоже могла успеть.

– Так вот я хотел сам все разведать и разузнать, но потом понял, что это слишком неправильно, – продолжил Дементий. – Ты должен ответить мне, пыталась ли она связаться с тобой.

– Нет, – Ник непонимающе уставился на зеркальце в руках, только что появившаяся надежда стала исчезать. Если леди Дора сумела выбраться, то она бы дала о себе знать.

– Хорошо же! – вскричал Дементий, и его изображение в зеркальце пропало.

А Ник не мог больше думать ни о чем другом. На первом уроке по точным наукам, он с трудом успевал записывать формулы и рассчитывать вероятность самопроизвольного открытия ворот между Искривлений. На уроке у Деймоса Савельевича, оказалось ничуть не лучше, они изучали эпоху упадка магии.

В аудитории стояло не меньше десяти зеркал-двойников, отражающих происходящее в других Искривлениях. Худой, похожий на скелет, сварливый преподаватель, любил наблюдать за происходящим вне базы.

– И так, – неуклюже выгибая колени, Деймос Савельевич прошел по аудитории. – Сегодня мы обучаемся полным составом. Приятно, что теперь все присутствуют на уроке.

– Мне тоже приятно, что я вернулся на базу, – неожиданно для самого себя выпалил Ник.

Деймос Савельевич захрустел костяшками пальцев, но ничего не ответил и принялся настраивать проектор.

– В эпоху упадка магии, происходили гонения ведьм и колдунов. Радует то, что сильней при этом пострадали темные маги. Самое лучшее, что произошло в эту эпоху, так это появление черного жемчуга Алатына, жемчуга тайн или жемчуга истины, – сказал Деймос Савельевич. – Помним, что каждое событие оставляет свой след и поэтому, оно может отразиться. Смотрим на экран.

Проектор включился. Команда охотников уставилась на экран.

Появилась темная комната, освещенная лишь свечами, с растрескавшихся каменных стен капает вода. Отсыревший пол посыпан соломой, старой и прогнившей. Посреди комнаты на столе из грубых досок стояли глиняные кувшины, большей частью надколотые, что позволяло разглядеть хранящиеся внутри порошки, мази, настои. На глиняных тарелках, лежали белые жемчужины, всего штук десять, или чуть больше.

В комнату вошел небритый человек в грязном балахоне, с воспаленными от недосыпания глазами.

– Запоминаем, что это сам Алатын, – пояснил Деймос Савельевич. – Вошедший в историю как Алатын Глупый.

Алатын поставил одну из свечей на стол, и повернулся, чтобы подхватить кувшин с белым порошком. Случайно широким рукавом он задел свечку, она покатилась по столу, поджигая все на своем пути.

Раздался взрыв. Яркое пламя охватило всю комнатку.

И тут на экране появился крупный план, происходящее снаружи. Полыхающий огнем каменный домик, выбравшийся из него Алатын с красным от ожогов лицом.

На землю стали падать черные жемчужины.

– Как мы видели, черный жемчуг Алатына был изобретен совершенно случайно. До сих пор этот эксперимент никому не удалось повторить, – сказал Деймос Савельевич. – Поэтому каждая из жемчужин Алатына считается величайшей ценностью.

– А чего в них такого ценного? – удивился Темка.

Деймос Савельевич улыбнулся.

– Вижу, что ты не подготовил домашнее задание. Ведь именно свойства жемчуга тайн вы и должны были выучить, – сказал он. – Кто хочет ответить?

Касьян мигом поднял руку с красной капитанской повязкой.

– В жизни каждого мага есть тайна, что-то, что тщательно скрывается от него. Скрывать могут не только другие маги, не только другие люди, не только враги. Очень часто случается, что от нас скрыты какие-то тайные события. События, произошедшие давно или недавно, неважно, важно, что они повлияли на нашу жизнь, сильно изменили ее. Сами же события так и остались никому не известны. Стоит только сжать в руках жемчужину Алатына, как эта тайна раскроется, можно будет увидеть все. Но сама жемчужина после этого исчезнет, – тараторил Касьян. Деймос Савельевич в этот момент отвернулся к проектору и не заметил, что половину своего ответа Касьян прочел по учебнику. Игнат заботливо перелистывал для него страницы.

– Вот это правильный и точный ответ, – сообщил Деймос Савельевич.

Прозвенел звонок с урока.

– Ну и все, хватит тягомотины. Шлепаем к Индре на шифрологию, – радостно заявил Темка. – А вообще, здорово было бы достать такой жемчуг. Тогда бы мне открылось, где сидят браконьеры. Хотя нет, никуда они не денутся. Мне бы, наверное, какая-нибудь тайна покруче открылась. Чего-нибудь про древние клады или про то, как от учебы отмазаться.

– Я бы узнал про маму Альбину, – ответил Ник и передал свой разговор с дядей.

– Ненормальный он у тебя какой-то, – ответил Темка. – А вообще-то, знаешь чего, леди Дора-то и вправду всегда хорошо соображала, если там была какая-нибудь лазейка, она ею воспользовалась.

– Ты так считаешь!

– Ага, погодь немного, и все прояснится, – уверенно сказал Темка.

Ник почувствовал, что после этих слов стало легче, уверенность, прозвучавшая в голосе Темке, передалась ему.

Аудитория Индры была разрисована светящимися граффити. Вместо обычных парт тут стояли маленькие столики, рассчитанные на одного человека. Сама преподавательница сидела за учительским столом, на котором возвышался ворох старинных свитков, была видна лишь ее голова с короткими светлыми волосами. А на загорелом лице виднелось большое красное пятно, результат магического эксперимента, едва не стоившего ей жизни.

– Ник, рада тебя видеть в наших рядах, – кивнула Индра, блеснули крупные изумруды в ее серьгах, явно магического происхождения.

– Индра, я тоже рад, – улыбнулся в ответ Ник. Это была единственная учительница, к которой вся команда легко обращалась просто по имени.

– Начнем. Думаю, что сегодня нам стоит начать новую тему, одну из моих самых любимых, – сказала Индра, откидывая в сторону свиток, на ее руках, как и обычно, мерцали несколько перстней и браслетов.

Свиток слетел на пол, и откуда-то снизу раздалось шипение. Из-под стола вылез недовольный Тюфяк. Он клацнул зубами, и разбежавшись, напрыгнул на дверь. Раздался оглушительный треск, дверь дала трещину и распахнулась. И тут изумленный Тюфяк трусливо мяукнув, отскочил в сторону, на пороге появилась Константина, очевидно, она только что подошла с той стороны и собиралась войти в аудиторию. Нику показалось, или он никогда раньше не видел ее такой злой, даже когда назначала наказание или отчитывала за нарушение дисциплины, ее лицо не было так перекошено.

– Индра, извини, – сказала Константина. – Мне жаль прерывать урок, но у меня приказ императора.

Ник подскочил.

– Сиди, – приказала Константина и повернулась, за ее спиной показался Фердинанд в роскошном красном камзоле, впрочем, слегка измятом. Он потирал сонные глаза, и широко зевнул. – Ник Калинин находится под защитой моей базы. Но это не дает вам никакого права пренебрегать своими обязанностями.

– Никакого пренебрежения и не было, – сказал Фердинанд, кое-как пригладив лохматые волосы. – Подумаешь, немного…

– Это нарушение приказа. Никто и никогда на моей базе еще не нарушал приказов. И я не ждала такого от воина из элитного отряда. Я сообщу обо всем императору, – пообещала Константина.

– Не надо, – попросил Ник. – Тут в башне со мной ничего не случиться. Фердинанд не обязан все время ходить следом.

– Вот и я так же считаю! – обрадовался Фердинанд.

– Император считает иначе, – твердо сказала Константина. – Фердинанд ОБЯЗАН всюду ходить за тобой. И я не слышала, чтобы этот приказ отменили.

– Все в порядке! – сказал Ник и добавил фразу, выученную еще летом, разумеется, на этом настоял Туан. – Я лично займусь этим вопросом и как принц прошу вас не беспокоить моего отца, у него и так много дел.

Фердинанд с удивлением уставился на Ника, словно и не надеялся получить от него поддержку.

– Хорошо, – согласилась Константина, пробуравила взглядом Фердинанда и вышла.

– Высочество, за мной теперь должок. Не бойтесь, не заржавеет, – пообещал Фердинанд. Он уселся за соседним столом и уронил голову на парту, явно собираясь поспать еще немного.

– Продолжим. Учебники и всякие там формулы, слишком скучны для мага, – весело сказала Индра. Фердинанд приподнял голову, и, не открывая глаз, пробубнил что-то одобрительное. – Вот и наглядный пример, – самоцвет блеснул на ее пальце, которым она указала на Фердинанда. – Чтобы не заснули и все остальные, надо помнить, что мы не будем ничего заучивать, мы будем проникать в тайны, заключенные в древних свитках. А самые ценные, но так и нерасшифрованные свитки, и являются нашей сегодняшней темой. Я расскажу про свитки Ивана Мудрого.

– Ивана дурака знаю, – сказал Темка. – А вот про Мудрого не слышал.

– И не удивительно, что ты мудрых людей не знаешь, – тихонько сказал Касьян.

– Ага, я с тобой знаком, а не с мудрыми, – отпарировал Темка.

– Не удивительно, что не слышал, – продолжила Индра. Она поднялась, зацепилась кроссовкой об стол, но, не придав этому значения, стала рыться по карманам джинс. – Из всех его рукописей расшифровано лишь две. Поэтому маги часто делают вид, что никакого Ивана Мудрого и не было. У нас на Совете Охотников, часто обсуждается эта тема.

– Чего там в его свитках? – вскричал Темка. Глаза его загорелись от любопытства.

Фердинанд недовольно поднял голову, поспать тут явно не получалось.

– Поверь, многие хотели бы это знать, – ответила Индра, не найдя в карманах нужной вещи, она принялась лазить по ящикам стола. – В расшифрованных свитках была инструкция, по которой создали Скипетр Эсхатола. Самое великое и мощное оружие, позволившее расправиться с Хаосом. Теперь попытайтесь только представить, что может быть зашифровано в других свитках Ивана Мудрого. Я видела один такой свиток и то лишь однажды. А уж как бы мне хотелось заполучить эти свитки и расшифровать, – мечтательно сказала она.

Фердинанд скучающе смотрел в окно, и на происходящее не обращал никакого внимания.

– Существует легенда о создании свитков Ивана Мудрого. Легенда не подтверждена никакими научными данными, поэтому многие ее не любят. Именно ее я и хочу рассказать вам сегодня, – продолжила Индра и достала из ящика маленький красный кубик. – Наконец-то нашла закладку, сложно помнить все нужные страницы.

Индра положила кубик на стол, и тот час же верхняя книга раскрылась где-то посередине. Индра принялась читать.

Семь лет он трудился, не покладая рук, его старые глаза устали, руки тряслись, но он продолжал работать. Его руки выводили странные узоры, узоры ведомые лишь ему одному. Каждый, из которых был совершенным, но при наложении узоров друг на друга получались новые, неведомые до этого картины. Симметрия, неповторимость мотивов и символов, различные образы, разнообразие форм и цветов. Все было продумано до последней черточки. Он и сам чувствовал, что каждый символ, каждый завиток несет в себе огромную силу. Силу позволяющую проникать в тайны мира, создавать новые миры. С каждым днем он ослабевал все больше и больше, но чувствовал, что должен закончить этот труд, что должен передать магам ту мудрость, которая вдруг стала доступна его внутреннему взору. Он закончил свой земной путь, как только нанес последнюю точку на последнем свитке.

Как только другим магам стали доступны его труды, как только они захотели проникнуть в тайну мироздания, то оказалось, что свитки расшифровать невозможно. Сложные узоры из причудливых фигур были прекрасны и непостижимы.

– Вот уж не думал, что все так, – Фердинанд с любопытством уставился на стол Индры, на котором возвышался ворох свитков. Что именно его заинтересовало, никто не понял, прозвенел звонок с урока. Команда отправилась в столовую.

Ник чувствовал, что сил у него совершенно не осталось, а впереди еще ожидала тренировка, где обещали устроить отработку всего пройденного за день.

Глава 14. Предупреждение

Я легкий мотылек, взлетевший над бездной непонимания.

Тюфяк

Старания Ника не пропали даром то, что он без выходных учился и тренировался, помогло догнать команду. Более того, в последнюю субботу на состязаниях охотники смогли легко отбиться от стражей, когда те пытались закидать их оглушающими чарами. Охотники заняли первое место, и в этот раз Ник мог гордиться победой.

– Принц Дариан, я ценю твою находчивость, – сказал Наргис и неожиданно пожал Нику руку.

Это было не просто неожиданно, а совершенно невероятно. Даже Константина не знала, как отреагировать на такое поведение. Пожалуй, не удивился лишь только Фердинанд, воин, прошедший через тысячи сражений, наверное, видел и не такое. Во всяком случае, он так и стоял возле трибун, лениво ковыряясь ножом в зубах.

Команда стражей ушла со стадиона.

– Охотники, на базу! – пришел в себя Окс.

По дороге все только и обсуждали поведение Наргиса.

– Чего это Наргис таким нежным стал? – удивился Темка.

– Может, испугался? – предположил Жорик.

– Разумеется, он увидел, что мы лучшие, – Касьян горделиво выпятил грудь. – Он понял, что с нашей командой ему не справиться. Что у охотников такой блистательный капитан.

– Точно-точно, он посочувствовал, что у нас такой капитан, – тут же отозвался Темка.

Однако на этом сюрпризы не закончились. Стоило только подняться на жилой этаж, как Ник аж запнулся от неожиданности. В кресле напротив телевизора сидел…

– Дед Гордей! – обрадовался Ник.

– Привет, Дариан, или тут на базе тебя следует звать иначе? Тебя следует звать Ником? – дед Гордей плутовато улыбнулся. – Да я просто так спросил. Да уж. Имя, всего лишь имя.

– Привет, дед Гордей, – поздоровался Темка и в задумчивости почесал макушку, вспоминая как нужно здороваться с великими магами, но так и не вспомнил. – Вы пришли сказать, что браконьеров поймали?

– Пока еще нет, – дед Гордей покачал головой.

– Чего, ни одного даже самого маленького? – настойчиво спросил Темка.

– Ни одного, – улыбнулся дед Гордей. – Только тебя это не должно беспокоить. Здесь на базе вы надежно защищены.

– Ну и ладно тогда, – Темка пожал плечами и пошел в свою комнату, остальные ребята тоже разошлись. В зале остались только Ник с Фердинандом.

– Я ведь просто повидать тебя зашел. Узнать как успехи в учебе. Да и про жизнь во дворце рассказать, – мягко сказал дед Гордей. Он смотрел на Ника и улыбался, вот только морщинки вокруг его глаз стали глубже. – Все так спокойно. Так спокойно, что даже и подозрительно. Кражи во дворце прекратились. Начальник охраны очень доволен. Да уж! Грозится, что все равно найдет того, кто раньше воровством промышлял.

И тут Ник заметил Тюфяка, совершенно уверенный в собственном превосходстве, тот тащил в зубах капитанскую повязку Касьяна.

– Зато у нас кражи начались, – улыбнулся Ник.

– У нас кражи? – встрепенулся до сих пор молчавший Фердинанд. – Не может быть!

– Все нормально, – успокоил его Ник. – У Касьяна целый чемодан запасных повязок, а Тюфяк вечно себе подарочки таскает.

– Ну, тогда ладно, высочество, а то уж я подумал, что и вправду воришка какой завелся! Эх, я бы его поймал и на кусочки разорвал. Чтоб мне лопнуть!

– Лопать не нужно, – мягко сказал дед Гордей. – Для тебя, Фердинанд, поступил новый приказ. Император понял, что слишком жесткая защита не нужна. И даже вредна. Поэтому, когда Дариан покидает базу, ты обязан его сопровождать, а тут-то не нужно. Совсем не нужно.

– Здорово! – возликовал Ник.

– Вот это нормальный приказ! – обрадовался Фердинанд. – Ну, наконец-то, больше никакой учебы! А то, чего мне на всех лекциях сидеть?!

Дед Гордей протянул Фердинанду свиток украшенный гербами и печатями, тот развернул его и растянул губы в широкой улыбке.

Приказ

Фердинанду Воздушному, воину элитного отряда, ныне назначенному охранять принца Дариана, отныне разрешается не сопровождать  принца Дариана во время учебы. Но каждый раз, когда принц будет покидать башню Отражений, Фердинанд обязан следовать за ним.

Барон Кристалинский

– Надо же Туан подписал этот приказ, – удивился Ник.

– Он не хотел, совсем не хотел подписывать, но император настоял, – сказал дед Гордей. – Браконьеров больше не слышно не видно, вот Филипп и решил, что стоит дать тебе больше свободы. Негоже расти принца под такой опекой. Ты должен быть самостоятельным.

Ник подумал, что в приказе, подписанном Туаном, скрывается замечательная ошибка. Ведь иногда они во время уроков покидают башню, и совершенно не понятно в таком случае должен его сопровождать Фердинанд или нет. Ник подумал, что будет толковать эту ошибку в свою пользу и отдохнет от Фердинанда. Вероятно, что и Фердинанд рассудил точно так же.

– Ну, раз у меня есть такой приказ, то я смело оставляю принца, – отозвался Фердинанд.

– Ступай, ступай, – позволил дед Гордей. – Отнеси этот приказ наставникам.

Фердинанд прошел через зал, и исчез на лестнице, оттуда послышалось тихое звяканье, он вновь принялся жонглировать ножами.

– Я ведь не только приказ передать зашел, но и решил узнать как у тебя дела. Поговорить с тобой о некоторых вещах. О важных вещах, – продолжил дед Гордей. Говорил он спокойно и медленно, только вот казалось, что лишь сейчас он потихоньку подбирается к основной цели своего визита. – Например, что ты давно дома не появляешься.

Ник пожал плечами и стал отвечать, только он чувствовал, что дед Гордей появился на базе вовсе не для того, чтобы задать этот вопрос.

– Все нормально, – ответил Ник. – Тут столько всего выучить пришлось. Я приеду домой на день рождения через неделю, я же так и сказал отцу.

– Вот и правильно, а то все волнуются. Сильно волнуются. Особенно твоя мама. Твоя родная мама, – дед Гордей неожиданно умолк и, не отрываясь смотрел на Ника.

– Дед Гордей, а зачем вы сейчас уточнили? – встрепенулся Ник. – Зачем сказали, что моя родная мать, а не мама Альбина, в смысле не леди Дора. Вы же знаете, что она… Что с ней… Что ее больше нет.

– В том-то и дело, что я слишком хорошо ее знаю, – ответил дед Гордей. – А тут еще Дементий все пытался мне объяснить, что нужно снарядить отряд. Поисковый отряд и найти ее, все ныл, что она на самом деле жива. Признаюсь, надоел он мне. Ужасно надоел. Но он стал кое-какие доводы приводить. Разумные доводы!

– Что? Вы хотите сказать, что она жива? Моя приемная мать жива?

– Я бы хотел тебе это сказать, но нет у меня никаких доказательств, – покачал головой дед Гордей. – Хотя еще меньше доказательств, что она погибла. Не думаю, что она могла так легко сдаться и погибнуть. Если там была хоть малейшая лазейка, она выбралась.

– Но если, если она жива, то ее можно найти, – взволновано сказал Ник. – Ведь у нас есть магия, у нас есть сокровищница с артефактами. Есть еще и жемчуг Алатына, можно узнать тайну.

– Не спеши, – усмехнулся дед Гордей. – Если леди Дора и жива. Если! Поверь мне, она всегда умела отлично прятаться. Да уж. Она и тебя до двенадцати лет прятала так надежно, что все маги считали тебя погибшим. Даже меня она сумела провести.

– Да, – Ник склонил голову. – Наверное.

– Скажу тебе честно. Предельно честно, – продолжил дед Гордей. – На поиски леди Доры отправлено несколько отрядов лучших магов. Понимаю, что она снова спасла тебя. Ты считаешь, что она спасла тебя.

– Так и есть! – горячо заверил Ник. В этот момент он вдруг понял истинную причину появления деда Гордея. Сейчас перед ним сидел не добрый знакомый из детства, а сильнейший маг, следивший за порядком в мире.

– Спорить бесполезно. Совершенно бесполезно. Высший Совет разобрался в этом деле. Леди Пандора нарушила законы. Законы магического мира. Не знаю, что ее побудило сделать это. Не знаю. Но тот факт, что она работала на Хаоса, нельзя оставлять без внимания. Неизвестно какую именно информацию она могла передать ему. Неизвестно и опасно!

– И что вы собираетесь делать? – спросил Ник.

– Если мои догадки верны. Если леди Дора жива, мы должны найти ее и тогда Высший Совет разберется, как поступить, – сказал дед Гордей. – Найти ее необходимо. Поэтому, если тебе что-нибудь известно, ты должен рассказать мне. Я как глава Высшего Совета, официально спрашиваю тебя принц Дариан, известно ли тебе, где прячется леди Пандора, которую ты называешь своей приемной матерью?

– Нет, – честно сказал Ник. Ему хотелось, и смеяться и плакать одновременно. Одно дело, когда дядя Дементий строит какие-то предположения. Совсем другое, когда великий маг дед Гордей уверен, в том, что приемная мать жива. – Нет. Я не знаю, но очень надеюсь, что она жива.

– Верю! – мягко сказал дед Гордей. – Дело в том, что леди Дора всегда славилась неукротимым нравом и творила, что хотела. Но вот к тебе привязалась, считает тебя своим сыном. Она могла попытаться связаться с тобой. Если же такое случиться, будь настороже.

– Я очень надеюсь, что она жива, – повторил Ник.

– Ну, что же рад был повидать тебя, Дариан, – Дед Гордей поднялся и направился к лестнице.

Ник чувствовал, как кровь отхлынула от лица, он сидел и смотрел вслед деду Гордею, председателю Высшего Совета. Прошло несколько минут, послышалось, как хлопнула дверь в комнаты девочек.

– Ольда! Это глупо! – крикнула Кристина.

– Отстань. Я не собираюсь отказываться от своего счастья из-за того, что ты мне когда-то нагадала несчастную любовь.

Послышались торопливые шаги, и в зал вошла Ольда. Она уже переоделась после тренировки, сменив серую форму на розовый костюм с рубинами.

– Вы уже закончили тут ваши важные беседы? – спросила она. – По Магик-ТВ сейчас будет шоу «Придворная жизнь темных магов». Там обязательно покажут Катара, я его не видела с самого лета. У нас ведь так редко про темных передачи показывают.

Ник вскочил и, повинуясь внезапному порыву, бросился в свою комнату, полез в шкаф и достал записную книжку, подаренную несколько лет назад мамой Альбиной. От белой кожаной обложки шло легкое свечение. Не понимая, что происходит, Ник раскрыл книжку, светились и остальные страницы. Это же! Да, Ник проверил, это были защитные чары. Чары, которые он не способен был разглядеть раньше, но они защищали его. Ник убрал книжку обратно, теперь он был уверен, в том, что его приемная мать жива.

Глава 15. Искривленная география

Доучиться до зеленых бобиков, это первая стадия усталости. Вторая стадия – начать с ними дружить.

Из шоу «Придворная жизнь темных магов»

– Ну, сегодня хоть повеселимся, – сказал Темка в четверг утром, когда вся команда, приняв душ после зарядки, собралась за завтраком. Не было только Фердинанда, который воспользовался последним приказом и куда-то исчез. Это сильно радовало Ника. Никто не маячил за спиной, не жонглировал кинжалами и не рассказывал о своих подвигах.

– У нас же шесть уроков географии Искривлений, – сказал Ник. Этого урока раньше не было в расписании.

– Ну, я и говорю, кривая география у нас будет, повеселимся, – захихикал Темка. – Ты же еще не знаешь профессора Гиля! Вот умора! Из-за него вечно расписание переписывают. Он в сентябре кучу уроков провел, а потом исчез.

– Что за профессор? – недоумевал Ник.

– Худой, всклокоченный. Ну, он тебе понравится, – усмехнулся Темка. – Конечно, если не забудет на урок явиться, с ним и такое бывает. Как-то по ошибке он приперся на ассамблею ученых вместо нашей базы. А там еще шесть таких же психов, которые дни недели путают, ну они и стали себе заседать да на всякие умные темы общаться. Константина с Оксом где только его не искали, даже думали, что его темные маги похитили. Анжелика Мефодьевна на картах гадала, и сказала, что профессор внезапно влюбился и сошел с ума. Вениамин Вениаминович написал кучу формул, чтобы узнать, где искать нашего профессора. В общем, в тот день мы не учились, а развлекались.

– Чему он учит?

– А ничему! – усмехнулся Темка. – Я же тебе говорю, повеселимся.

На учебном этаже Темка повел его вперед, пока не наткнулись на аудиторию, которая раньше всегда была заперта. Они вошли. И показалось, будто это не учебный класс, а заброшенный чердак. Занавески висели криво, но все же загораживали окна, и если бы не светящиеся стены, то света бы не хватило, чтобы разглядеть весь бардак. На учительском столе и партах, сдвинутых со своих мест, громоздились карты, чучела каких-то животных, целыми кучами были набросаны минералы. Стулья, повалены на бок.

– Темка, ты уверен, что нам сюда? – спросил Ник.

– Ага, – радостно закивал тот, и плюхнулся на ближайшую парту, сбив несколько минералов, те покатились по полу, поблескивая отточенными гранями. – Сам увидишь.

Если у Ника оставались какие-то сомнения, то они рассеялись, когда в аудиторию вошли остальные охотники. В ожидании профессора каждый делал что хотел. Касьян сел за учительский стол. Игнат плюхнулся на парту, на которой громоздился ворох карт, он оторвал кусок от одной из них и с любопытством принялся разглядывать узоры. Майя украсила минералами чучело огромной мухи, Ольда выложила из минералов сердечко имя «Катар», которое тут же стремительно смахнула.

– Главное, когда профессор придет, ничему не удивляйся, – напутствовал Темка, складывая из карты какого-то Искривления самолетик.

– Почему?

– А у него все не так, – хохотнул Темка. – В общем, если он что-то сделает правильно, вот тогда и будет странно.

– Ипполит Бенедиктович гений, – не оборачиваясь, сказала Кристина.

Тут дверь распахнулась, и гений вошел в аудиторию. Сухопарый, он казался не высоким, а длинным. Волосы криво отросли, скорей всего он сам состригал пряди, начинавшие лезть на лицо. На нем были узкие брюки от костюма, причем штанины оказались короче сантиметров на двадцать, и розовый свитер с зелеными бабочками. Вероятней всего, профессор просто вытащил из шкафа первую попавшуюся одежду, может даже из шкафа своего сына. В руках он бережно держал цилиндр, на котором по кругу были наколоты булавки с блестящими камешками, во всяком случае, разглядеть, что это такое на самом деле, было сложно.

– Да, – словно прочитав мысли Ника, отозвался Темка. – Псих.

Оглядев команду охотников, профессор пробормотал: «Тут занято» и развернулся, чтобы уйти.

– Ипполит Бенедиктович, у нас урок, вы учитель, – напомнила ему Кристина.

– Да-да, урок, учитель, – смущенно пробормотал он, аккуратно надел цилиндр на голову, словно тот состоял из стекла. – Ну, тогда пойдемте. Пройдемте.

Ника, которого еще не встречал раньше, он не обратил внимания. Профессор уверенно прошел в Холл, открыл одну из дверей, за которой находились ворота в другое Искривление и шагнул туда. Опасаясь, что он по дороге может просто забыть про них, охотники спешили следом.

Они оказались на поляне, идеально круглой формы, посередине росло одно единственное дерево, с пока еще зелеными листьями. Вокруг всеми красками осени пестрел лес. А на узкой тропинке, уводящей в чащу, охотники заметили профессора. Тот быстро шел вперед, его нелепый розовый свитер сливался с окружающими деревьями.

Тропинка шла под уклон, мимо еще зеленого кустарника, и делала крутой поворот. Дальнейший путь преградило упавшее дерево, по-видимому, сваленное грозой. По обуглившейся стороне дерева шел ряд трещин. Профессор ловко вскарабкался наверх, перелез через ствол.

– О, что я вижу это немыслимо! – профессор кинулся в кустарник боярышника.

– Ипполит Бенедиктович! – крикнула Кристина.

Профессор Гиль замер и оглянулся. Вид команды охотников, совершенно смутил его.

– У нас сейчас урок! – напомнила Кристина.

– Идите на урок, славные ребятки, – радостно разрешил профессор и уже хотел бежать дальше.

– Урок у вас, вы наш учитель, – сказала Кристина.

Профессор схватился за голову, потом вдруг хлопнул себя ладонью по лбу.

– Ну, конечно. По правде сказать, меня вначале удивило, почему вы за мной ходите. Это, ребятки, вы тут пока постойте, – и профессор умчался дальше. Только его нелепый цилиндр мелькал над кустами с красными ягодами.

– Жорик, – кивнула Кристина. – Проследи за ним.

– Хорошо, – проворчал Жорик, перепрыгнул через дерево и скрылся среди боярышника.

Команда охотников перебралась через поваленный ствол.

– Этот псих-профессор дружит с ее дедом, – пояснил Темка. – Вот Кристина и обещала за ним приглядывать. У нас такое на каждом уроке. Сейчас пару километров протопаем и вернемся.

Вскоре Жорик привел профессора, который несколько раз пытался ускользнуть в лес. Кажется то, что команда охотников ожидает его на том же месте, искренне удивило его.

– Профессор, вы должны провести занятие, – напомнила Кристина. Профессор нетерпеливо кивнул и, по всей видимости, мечтал снова заняться исследованиями. – Вы обещали нам рассказать про способы перемещения между Искривлениями и про создание новых ворот.

– Ворота можно создавать? – удивился Ник. – Я думал, они существовали всегда.

– Юноша! Вы неуч! – вскричал профессор.

– Он принц, – сказала Майя.

– Нет, он неуч! – замотал головой профессор. – И не пытайтесь меня переубедить! Создавать новые ворота великий труд. Новые ворота, новые Искривления, новые пути! Но что вам об этом известно, неучи! Вы, наверное, только и знаете, что ворота могут быть закрытыми или открытыми, что ворота бывают разной формы. И все, и это весь ваш запас знаний. Позор!

Касьян сделал прискорбное лицо, он пока еще не разобрался, как реагировать на то, что в его присутствии ругают принца.

– Надо же, сегодня он нам хоть что-то рассказал, – усмехнулся Темка. – Обычно просто удирал, или успевал что-нибудь обидное сказать про наши, эти… Как их там? Про мозги!

– Есть еще один способ передвижения по Искривлениям, еще более быстрый. Великий труд перемещаться через Искривления без помощи ворот, – продолжил профессор. – Вам его никогда не постичь. Неучи. Я даже не стану тратить свое время, чтобы пытаться объяснить его вам.

– А почему? – тут же спросил Темка.

– Маги им почти не пользуются, это под силу лишь истинным талантам! – ответил профессор и засмотрелся на какую-то точку в небе.

– А еще есть Великий Разлом, – вспомнил Ник. – Его ведь называют туннелем.

– Вак! – длинные худые ноги профессора подогнулись, чтобы не упасть, он был вынужден схватиться за Жорика. – Что ты сказал, юноша? Нет, даже не смей повторять этот совершенно ненаучный бред.

– Это не бред! – влез Темка, – нам об этом Капитан рассказывал.

– Какой еще капитан? – профессор почему-то испугался и оглядел всю команду.

– Капитан браконьеров, – гордо выпалил Темка.

– Если вы считаете ложь браконьеров достовернее научных фактов, то почему бы вам не пригласить их к себе в учителя! – профессор, наконец, нашел в себе силы выпрямиться. – Великий Разлом существует, этот факт подтвержден магической наукой, про него написано несколько диссертаций. Вот только что-то ни в одном научном труде не говорилось, о возможности путешествовать через Разлом. Ни в коей мере, нет! Разлом – это магическая аномалия, уничтожающая все вокруг. Понятно, юноша?

Темка одновременно кивнул и пожал плечами – отличный жест, говорящий сразу и «да», и «нет». Профессор решил, что с ним согласились.

– Так-то лучше, – миролюбиво продолжил он. – Официально Великий Разлом был впервые описан в эпоху упадка магии, вы должны изучать этот период на лекциях. Пожалуй, достаточно. Э-э, а что, детки, вы так и будете за мной ходить?

– Да. У нас урок, – сказала Кристина. Остальные девочки недовольно зашипели на нее.

– Могла бы промолчать, и он отпустил бы нас, – недовольно сказала Ольда.

– Не могу, тогда у профессора будут неприятности, – ответила Кристина. – А я обещала деду, что прослежу за ним.

Профессор выпрямился во весь свой немалый рост, обычная рассеянность вдруг слетела с его лица.

– Пожалуй, пожалуй, что это даже неплохо! – возликовал профессор. – Это в высшей степени замечательно. Столько юных охотников. Вас можно использовать. Вы послужить на благо науки!

– Я готов! – Касьян сделал шаг вперед.

– А я нет, – возмутился Темка. – Как вы хотите нас использовать?

Нику тоже не понравилось, как резко изменилось настроение у профессора, и еще больше не понравился его ответ. У рассеянного профессора во взгляде появилось что-то хищное. Ипполит Бенедиктович замялся, потом нервно закашлялся.

– Давайте-ка работать. Пока светло, все может получиться, – пробормотал он, с трудом сдерживая ликование. – Делимся на пары мальчик-девочка.

На то, что в команде пять девочек и шесть мальчиков, профессор не обратил внимания. Опасаясь, что может упустить лучшую ученицу или вообще остаться без пары, Касьян решительно шагнул к Кристине, но та словно не заметила его и отошла в сторону. Тогда он схватил Ольду.

Майя сделала шаг навстречу к Нику, но тут же ее опередила Кристина. Она просто встала рядом. Тогда Майя обиженно схватила Темку за руку.

– Понимаю, что я самый лучший, но так и руку оторвешь, – довольно отозвался тот.

– Ой, извини, – сказала Майя и еще сильней дернула за рукав.

Яша, как и обычно, остался без пары, он быстренько спрятался за спину Касьяна Невского.

– Можно, я пойду с тобой? – попросился он.

– Хорошо, – по-деловому кивнул Касьян. – Будешь помогать мне.

Как только команда разделилась на пары. Профессор вновь побежал по тропинке, пока они не вышли к болоту. Впереди раскинулись провалы, заполненные стоячей водой, заросшие сверху безобидной на вид травкой. Ступить туда обозначало верную смерть. То и дело из недр болот вырывались пузырьки зловонного газа.

Девочки поморщились, Ольда недовольно прислонила к носу надушенный платок.

– Идем, шаг в шаг, – скомандовал профессор. – Главное не разделяться.

Сам он беззаботно первым стал пробираться вперед с удивительной легкостью находя узкую тропинку вившуюся через болото.

– Помогите! – послышалось откуда-то со стороны.

– Это зовущие голоса. Поддаваться им не следует, ребятки, – беспечно сказал профессор. – Или они заманят вас в самую трясину и поубивают.

Голос жалобно умолял, просил только чуть сойти в сторону, чтобы добраться до него. Профессор, нисколько не обращая на это внимания, скакал вперед, смешно выгибая свои длинные худые ноги, следом шли ребята, бормоча под нос глушащие заклятия. Вскоре они зашли далеко в болото. Уже невозможно было разглядеть, оставленный за спиной лес, вокруг только трясина. Зовущие голоса постепенно стихли.

Профессор Гиль вскочил на кочку.

– Деточки, все на месте? Пока до самой середины топей не доберешься, ничего путного не найдешь. Как я уже говорил, существуют вот такие славные самородки, – профессор с великой нежностью снял с головы цилиндр и дрожащим пальцем указал на одну из булавок. На ней трепыхалось что-то грязно-фиолетовое. – Они такие уникальные. Они прекрасны! Они обладают разными свойствами. Самое главное из которых то, что они позволяют нам путешествовать.

– Ой, он шевелится! – вскрикнула Майя.

– Какое невежество! – ужаснулся профессор. – Конечно, шевелятся, они ведь живые.

– Вы их проткнули булавками! – попятился Жорик.

– Да, да, – профессор поспешно оглядел цилиндр. – Все проткнуты. А как иначе?! Юноша, чем, по-вашему, питаются живые минералы? Разумеется металлом. Иначе они погибнут. Нечего тут стоять, все расходимся. Собирайте минералы, пишите про них научную работу, через недельку проведем научную конференцию. Ну, все быстренько бросились работать.

– Опять он увлекся. На прошлом занятии обещал выгнать меня из научного совета, а когда я сказал, что и не состою в этом его совете, то он пообещал, что примет меня туда, чтобы «непременно выгнать», – пояснил Темка и вместе с Майей отправился вперед по тропинке.

Ник с Кристиной успели пройти лишь несколько шагов.

– Ник, что это? – испуганно спросила Кристина.

Ник оглянулся и увидел, как что-то длинное и блестящее обвивает ее лодыжку. Еще пара секунд и ее стало стягивать с тропинки в трясину.

– Кристина, – он успел в самый последний момент схватить ее за руку. Что-то неведомое уже утягивало ее в гнилую воду.

– Держитесь, ребятки! – послышался голос профессора Гиля.

Ник старался, но тот, кто вцепился в ногу Кристины, оказался сильней. Девочка слетела с тропы, и ее потащило в сторону. Кто-то неизвестный тянул ее дальше. Не раздумывая Ник бросился следом, он и сам не знал, как удавалось находить верную тропу в болоте, и почему его не засосало не дно.

Что-то протащило Кристину через топь, и неожиданно вытянуло на небольшой участок абсолютно черной земли, и отпустило. Ник, бежавший следом, выскочил к ней. Кристина медленно поднялась на ноги, с раздражением посмотрела на перемазанную форму.

– Что это было? – спросила она.

– Не знаю, – Ник принялся озираться, в ожидании нападения.

Через топь к ним мчался профессор, а на самом островке никого не было, только росло диковинное растение. Десяток его ветвей подобно черным лентам извиваясь, устремлялись ввысь. И вдруг несколько ветвей, извернувшись, нацелились на Кристину.

– Берегись! – на островок заскочил профессор. С неожиданной для него резвостью он выхватил из кармана нож. – Отступи или тебе несдобровать.

Черные ветви растения заколыхались в воздухе, потихоньку опускаясь все ниже и ниже, пока совсем не опали. Профессор подскочил к нему, и откуда-то из корней извлек маленький черный камешек.

– Вот! – торжествующе вскричал профессор. – Вот нужный нам минерал. Его можно найти только в корнях хищных растений. Его так сложно добывать. Приходится ждать, пока растение набросится на кого-нибудь и только так его и выследишь.

– Вы специально привели нас сюда? – удивился Ник. – Вы сделали из нас приманку?

– Во имя науки! – гордо сказал профессор Гиль.

Кристина сделала шаг навстречу Нику, и прижалась лицом к его плечу.

– На этом урок закончен. Я сделал все, что мне нужно, – объявил профессор.

Глава 16. Сюрприз на день рождения

Фразы истинного темного мага:

Я буду отчитываться только перед Высшим Советом

Я никогда ни о чем не жалею

Попробуйте доказать, что это я сделал

Вечером двенадцатого ноября, после тренировки, когда вся команда отправилась ужинать, Ник задержался в комнате и тут вошел Фердинанд. Поскольку тренировка проходила в другом Искривлении пространства, то Фердинанд тоже присутствовал на ней, и вместе со всей командой перемазался слюной желтоклювых монстров, которых они преследовали. Сейчас же он уже успел переодеться в черный камзол, но под ним виднелась ярко-красная рубашка. Талию перетягивал пояс с серебряной пряжкой, на котором в золоченых ножнах висели два неизменные ножа.

– Высочество, тут дело такое. Пришла мне искра-сообщение от императора, – Фердинанд умолк и принялся крутить золотую серьгу в своем ухе.

– Что случилось? Браконьеры?

– Да не-е, – ответил Фердинанд. – Все наоборот. Я хотел сказать, что и с браконьерами ничего не случилось. Все еще раз наоборот.

Ник вздохнул, все-таки этот воин из элитного отряда никогда не умел нормально сообщать новости.

– Тут ведь дело такое, высочество, у вас ведь завтра день рождения. Четырнадцать лет, это круто! Стало быть, у всех светлых магов будут выходные дни, чтобы отменить такой важный праздник. Отец ваш сюрприз вам готовит, – развязно продолжил Фердинанд. – Посему мне велено спросить приглашали ли вы кого-нибудь из гостей.

– Конечно! – ответил Ник.

Последние две недели в команде охотников только и обсуждали предстоящее торжество. Как и в прошлом году, он пригласил всю команду, а также наставников и учителей, всех, кроме Гиля, профессор наотрез отказался праздновать, это сильно отвлекало его от работы.

– Ну, сие есть нормально. Император предвидел такой поворот, и день рождения не отменил, – сказал Фердинанд.

– Почему он должен был отменить? – в конец запутался Ник. – Что еще за сюрприз такой?

– Пес его знает, чего там случилось, – развел руками Фердинанд. – Меня известили, что сам праздник состоится во дворце. Только к началу вы опоздаете. Вот об этом и нужно всех предупредить. Главное велено, чтобы сегодня вы оставались на базе и выспались, как следует! А вообще, – Фердинанд заговорщицки подмигнул. – Я уже все ваши распоряжения выполнил. Подарки для гостей готовы. Все будет круто. Даже круче, чем в прошлом году.

– Отлично, только я надеялся, что отец все-таки разрешит не устраивать официальный прием, – сказал Ник. Втайне он с утра ждал и боялся появления на базе Туана. В прошлом году его за день до празднования отправили во дворец, чтобы выспаться и хорошо выглядеть. Официальные речи, несколько часов приема гостей – все застыло в памяти единым кошмаром.

Просьбу отца выспаться, Ник выполнил с превеликой радостью. Когда он открыл глаза в окно светило солнце. И только успел лениво потянуться, и подумал, что неплохо бы поваляться сегодня подольше, как в комнату ворвался заспанный Фердинанд. Одет он был как и вчера, словно спал не раздеваясь. Длинные каштановые волосы причесанны с нарочитой небрежностью. В руках он держал парадный камзол.

– Высочество…

– Не шуми, – сонно пробормотал Темка.

– Отстань, – отмахнулся Фердинанд. – Вот, срочно прислали из дворца. Мне специально приказано проследить, чтобы высочество выглядел официальнейшим образом.

Фердинанд кинул камзол на стол и высыпал сверху аксессуары: венец с омфалом, перстни, медали, цепи. Оставалось лишь радоваться, что не приехал Туан, он бы заставил надеть вдвое больше украшений, символов власти и магических атрибутов. Да и вынудил бы использовать придворную магию.

Темка с Жориком продолжали дремать.

– Высочество, Туан настаивал, чтоб вы еще и орла своего призвали. Он бы над вами летал, и выглядело бы все это до безобразия официально, – сказал Фердинанд.

– Да, надо будет, – ответил Ник и тут же забыл про это.

Он надел камзол, повесил на шею толстую золотую цепь. Тем временем Фердинанд взял венец, подул на него и бережно протер своим рукавом. Туан наверняка бы упал в обморок, если бы увидел такое. Этот венец был выкован еще при рождении Ника, и никто другой не смог бы надеть его, кроме самого принца. Каждый из зубцов был украшен ярко-красным рубином, а на самом высоком зубце посередине сиял огромный камень омфал, он переливался сразу всеми цветами.

– Держите, высочество, – сказал Фердинанд.

Ник взглянул в зеркало, и вдруг понял, что этот наряд больше не кажется ему слишком помпезным, теперь и камзол и венец выглядели так, будто он носил их всю жизнь. Фердинанд, хлопнув себя по лбу, умчался, но уже через минуту вернулся с теплым плащом, подбитым серым мехом. Этот плащ был торжественно накинут Нику на плечи.

– Ну, Ник, теперь ты вообще настоящий принц, – пробубнил Темка, оторвав голову от подушки. – Нормально так выглядишь.

– Угу! – подал голос Жорик.

– Темка, Жорик, извините, я и сам не знаю, куда сейчас еду, и что за сюрприз меня ждет, – сказал Ник, ему показалось, или в этот момент Фердинанд чуть потупил взор.

– Да ладно, тебе же все равно не открутиться, – отмахнулся Темка. – Это Касьяна утешать придется, он-то считает тебя лучшим другом. А ты держись там со своими официальными делами. И давай побыстрей к нам во дворец.

– Да, постараюсь. Хуже чем в прошлом году все равно не будет.

– И это, вот еще чего, с днем рождения тебя! – сообразил Темка.

Как только они вышли из комнаты, Фердинанд тревожно огляделся по сторонам и, склонив голову, доверительно сообщил:

– Мне тут кой-чего разнюхать удалось, высочество, в этот день, в сегодняшний, родился еще один человек, он-то и пригласил вас в гости, – подмигнул Фердинанд.

– Кто?

– А пес его знает. Видать кто-то важный, если вы и отец ваш к нему в гости едете.

– Где отец? Он заедет за мной? – спросил Ник.

– Не-а, мне приказано доставить вас до нужного места, а уж там и отец вас встретит.

Ник следом за Фердинандом спустился в Холл. Тетя Степанида, всегда по выходным выпускавшая команду из башни уже сидела тут в своем кресле и спокойно пила чай. Эта полная женщина следила за порядком на базе и распоряжалась на кухне.

– Куда собрались-то, красавчики? – спросила она, поглядывая на список, составленный наставниками.

– Нам в Реальный мир, – ответил Фердинанд. – О, не трудитесь, мадам, я сам знаю нужные ворота.

Тетя Степанида смущенно захихикала, а Фердинанд открыл нужную дверь и шагнул вперед, Ник поспешил следом. Они очутились в небольшом городке с уютными трехэтажными домами, засыпанными снегом. На дороге в нескольких местах образовались небольшие сугробы. Белые хлопья, предвестники метели, ложились на плащ и светлые волосы Ника.

Фердинанд, так и не накинувший ничего поверх своего камзола, подбежал к припаркованной красной машине.

– Садитесь, высочество, – сказал он.

Едва Ник успел пристегнуться, как машина рванула с места. Такие понятия как правила движения, Фердинанда совершенно не волновали. Он лихо крутил руль, перескакивал с полосы на полосу. Ник заметил легкое свечение, периодически вспыхивающее вокруг машины, их защищала магия.

– Подарок, – встрепенулся Ник. – На день рождения нужно дарить подарки, но я ничего не приготовил.

– Высочество, тут волноваться и не надо, – сказал Фердинанд. – Э-э, я тут вот чего поразмыслил. Когда кому-нибудь чего-нибудь даришь, то, как бы заявляешь: я знаю этому человеку точно понравится эта штуковина, которую я подарил. Вы вот тут едете на день рождения к кому-то ну очень крутому, и тут с подарком ошибиться никак нельзя.

– Да, лучше ничего не дарить, – кивнул Ник.

– Не-а, – ухмыльнулся Фердинанд. – Император-то, отец ваш точно знает, что нужно подарить и наверняка уже все подготовил.

Они быстро проскочили через городок, Фердинанд несколько раз лихо поворачивал машину, пока не выехали на узкую дорогу. Кругом лишь стволы деревьев, припорошенные снегом. А между ними пробивается свет, словно кто-то утыкал один из кустов свечками. Хотя, приглядевшись повнимательней, Ник сумел разглядеть, что огоньки парили вокруг серого сгустка – ворот, ведущих в другое Искривление.

Фердинанд резко затормозил.

– Прибыли, высочество. Ворота эти всегда заперты, но вот этот ключ должен подойти, – на ладони Фердинанда показалась малахитовая змейка. – Из дворца сегодня утром доставили. Охраняли так же тщательно, как и венец ваш.

Он вышел из машины, его начищенные до блеска сапоги сразу утонули в снегу, не обращая на это внимания, Фердинанд приблизился к огонькам, парившем в воздухе. Ник поспешил следом.

– Ну-с, должен сработать! – пробормотал Фердинанд и поднял руку со змейкой на уровень глаз.

Сработать – это было слабо сказано!

Малахитовая змейка взмыла в воздух, раздулась и вдруг взорвалась, во все стороны полетели черные искры. Ник протянул руку вперед, препятствия не было, ворота пропускали, и он шагнул в неведомое Искривление.

Прежде всего, в глаза бросился замок. Ник не заметил ничего остального, все звуки и краски этого мира, отступили. Лишь только необъятная громада замка. Четыре черные башни, устремлялись вверх, самая высокая пронзала тучи серебряным шпилем, вокруг которого блестели разряды молнии. Отблески молнии пробегали по всему замку, освещая его нереальным, магическим светом.

Ник и сам не понимал, откуда вдруг взялось еще совсем слабое предчувствие беды. Лишь самый первый признак чего-то неизбежного.

Высоко в небе появился одинокий черный коршун, оперение его поблескивало, словно отражало магию этого Искривления. Он неожиданно спикировал вниз, его черные с золотом глаза уставились на Ника. Через секунду, издав пронзительный крик, он взмыл вверх и устремился к замку.

– Кто бы тут ни жил, высочество, ему сейчас доложат о вашем прибытии, – сказал Фердинанд.

– Теперь я знаю, где мы, – ответил Ник. Догадка пронзила мозг, он не мог вспомнить название замка, которое заставил его выучить Туан, но зато хорошо знал, кто там живет.

Отличный сюрприз!

Послышалось тихое шипение, словно после крика коршуна ожили и остальные звуки этого Искривления.

– Здесь, – пробормотал Фердинанд. В его руках поблескивали ножи. – Вот здесь, высочество.

Ник только сейчас заметил, что замок окружен рвом. Ров, наполненный водой, оказался настолько широким, что скорей напоминал реку, да и вода течет, волны накатываются одна на другую, взлетают вверх тысячей брызг. Над поверхностью воды скользят огненные шары. Каждый раз, когда брызги настигают их, раздается тихое шипение.

Мягкой кошачьей походкой Фердинанд отступил назад, Ник обернулся.

Позади возвышается древний лес, толстые, причудливо изогнутые стволы деревьев тихонько поскрипывают. Листва еще не облетела пронзительно-красные листья, словно всполохи огня дрожат на ветру.

– Сейчас император появиться должен. У него приглашение особое. Самим нам тут не пройти, – Нику показалось или в голос храбрейшего из воинов дрогнул. – Жуткое место. Темная магия. Чувствуете, высочество?

Ник чувствовал все сильней и сильней с каждой секундой. Ему казалось, что кто-то заманивает его и одновременно пытается вытолкнуть прочь из этого Искривления. Предчувствие беды нарастало, каждая клеточка тела предупреждала о том, что здесь опасно. Что здесь враждебная территория. Но вот развернуться и уйти Ник не мог.

Тут к шипению, добавился еще один звук, цокот копыт, он появился со стороны ворот, через которые недавно прошли Ник с Фердинандом. Звук приближался.

– Вот и величество прибыли, – провозгласил Фердинанд с явным облегчением.

В этот момент через серую пелену ворот влетела белоснежная карета, запряженная шестеркой белых лошадей. Она резко замерла, дверь приоткрылась. Ник поспешил забраться внутрь, Фердинанд запрыгнул к кучеру.

В карете сидел отец. Как и Ник, он был одет для официального приема. В торжественной мантии, подбитой белоснежным мехом. На голове красовалась корона.

– Дариан, – приветствовал отец. Он приоткрыл дверцу кареты, разжал ладонь, на которой красовалась серебряная змейка, и подкинул ее. Взлетев высоко в воздух, змейка вдруг взорвалась, словно фейерверк. Миллионы светящихся искр осветили ров и замок, они стали носиться по кругу, кружа все сильней и сильней, пока не сбились вместе в сияющий шар. Провисев пару секунд, шар вытянулся в длинную светящуюся полосу, соединяющую их карету с замком. Еще миг и сияющая полоса превратилась в мост.

Кучер тихонько присвистнул, и карета понеслась вперед.

Император повернулся к Нику.

– Ты уже понял, что это за Искривление, – скорей это был не вопрос, а утверждение.

– Темного князя. Я видел его коршуна. Я чувствую их магию, – сказал Ник и неожиданно вспомнил название. – Замок Варнал.

– Да! Сегодня день рождения у Наргиса. Князь никогда раньше не приглашал нас на этот праздник, – сказал отец. – Но в этот раз он решил устроить торжество. Приглашение я получил лишь вчера.

– Но что он хочет? – удивился Ник.

– Я не знаю, что задумал князь. Скорей всего день рождения лишь повод, чтобы заманить нас в замок. Ведь недаром Тамир тянул до последнего, он не хотел, чтобы мы подготовились или смогли что-то узнать, – сказал отец. – Отказаться от приглашения мы не можем, князь сразу же заявит, что это неуважение.

– В прошлом году они приезжали к нам во дворец, – пробормотал Ник. – Я ведь тогда даже не знал, что у Наргиса тоже день рождения.

– Да тогда они напросились к нам, а теперь князь воспользовался этим, и вчера торжественно сказал, что просто обязан отблагодарить нас за прием, и поэтому приглашает к себе, – сказал император. – Поскольку, они к нам приезжали без охраны, то и мы должны поступить так же. Возница и Фердинанд останутся в карете.

Ник знал, что его отец один из самых сильных светлых магов и даже если темные задумали какую-то подлость, то им придется изрядно потрудиться, чтобы справиться.

– Это подарок, – император указал на коробку, обернутую белой с золотом подарочной бумагой. – Наргису должно понравиться.

– Что это?

Ответить император не успел, карета замедлила ход и остановилась. Лошади беспокойно били копытами. Послышались торопливые шаги, Фердинанд открыл дверь. Ник с отцом вышли. Тотчас из-за тяжелой резной двери замка показался кто-то закутанный в черный плащ. Сначала показалось, что это человек, если бы не слишком низкий рост. Он поклонился, капюшон сполз с головы, показалась заросшая шерстью морда, сверкнули длинные клыки. Жестом он пригласил Ника с отцом внутрь.

– Гремлины издревле на службе у темного князя, – объяснил отец. – Так же как у нас аковцы. Ничему не удивляйся, Тамир наверняка приготовил для нас представление.

Появился слабый, еле уловимый запах шоколада.

Ник вместе с отцом вошел внутрь. Его поразила абсолютная тьма, в которую они попали. Словно бы очутились в подземелье. И вдруг вдалеке замигал огонек, он стал разрастаться и через мгновение с двух сторон вспыхнули стройные ряды факелов, освещая длинный коридор. Пол был из кроваво-красного мрамора, на стенах висели шкуры животных.

Гремлин взял у Ника с отцом верхнюю одежду и откинул куда-то в сторону, а затем, неуклюже ковыряя на коротких лапках, пошел вперед. Иногда он украдкой бросал косые взгляды на Ника и его отца. Они миновали несколько темных коридоров и залов, пока не добрались до двустворчатых дверей. Ник и сам не знал почему, но сейчас разволновался настолько, что по спине пошел озноб. Двери растворились.

Ник был уверен, что это самый огромный и величественный зал из всех, что он видел. Мощные колоны возвышались по обеим сторонам, между ними виднелись узкие окна, закрытые затейливыми решетками. В самом конце зала возвышался трон, на котором сидел темный князь, рядом на креслах два его сына. Как и обычно, одетые в черное, с мрачными выражениями на лицах. Хотя, нет, лицо Катара осветила приятная улыбка.

На спинке трона сидели два коршуна, олицетворяющие высшую власть в мире темных магов. Эти птицы были послушны лишь правителям. Они принадлежали князю и Катару, его старшему сыну, который потом когда-нибудь должен будет стать князем. Ник мельком вспомнил про орла Флая, доставшегося ему самому как принцу, которого он все же забыл вызвать.

В воздухе витала необычная, но приятная смесь запахов сандалового дерева и шоколада.

Ник с отцом неспешно пошли к трону. Слышно было, как звуки их шагов эхом отражаются от потолка. Зал казался бесконечным, он подавлял своим величием. Ник чувствовал себя словно перепуганный мальчишка.

– День рождения двух принцев! – неожиданно вскричал князь. – Великий день!

Ник с отцом приблизились. Темный князь величественно поднялся, слегка приобнял Наргиса. Затем посмотрел на Ника, пытаясь изобразить на лице дружелюбие, сделал несколько шагов и крепко обхватил его. Черные бриллианты на запонках князя, слегка поцарапали Нику плечо. Это вовсе не выглядело дружескими объятьями, Нику показалось, что из него сейчас вышибет дыхание. Темный князь выказывал свою силу и могущество, но он быстро отступил.

– Бесконечно рад, дорогим гостям!

– Благодарим за приглашение, – ответил ему Филипп. – Надеюсь, твоему сыну понравится наш подарок.

Ник, поняв намек отца, сделал шаг вперед и протянул Наргису коробку. Наргис молча взял подарок.

– Будь учтивым, – сурово напомнил князь. – Это наши гости. А мы темные маги славимся своим гостеприимством.

Ник подумал было, что гостеприимство темных магов было печально известно многим. Но на Наргиса слова отца подействовали, он раскрыл коробку и вытащил оттуда книгу в черном переплете, украшенную самоцветами.

– Благодарю, – сказал Наргис. – «Тайны древних проклятий». Эта книга украсит мою коллекцию.

– Да, это очень-очень милый подарок, особенно от светлого принца, – осклабился темный князь. – Всего четырнадцать лет, а Дариан уже так тонко разбирается в книгах.

Ник не отвел взгляд, ухмылки князя он переносил с достоинством, как и учили его Туан и отец. Более того, он вдруг заметил, что на губах его играет приветливая улыбка. Как и положено принцу, он держал себя в руках, был благороден и учтив.

– Никаких официальных церемоний разводить не будем, это слишком скучно. К тому же, Наргис не наследный принц, он всего лишь второй. Мы можем просто по дружески провести время, – темный князь разыгрывал гостеприимного хозяина. Он говорил с наигранным добродушием. Несколько раз широко улыбнулся, показав крупные белые зубы. – Я мог бы рассказать дорогим гостям, как вчера со своим старшим сыном охотился на оленя. А Катар проявил глупое благородство и отпустил добычу. Сын, ты же будущий князь! Это Наргис может позволить себя проявлять мягкость.

– Я не могу себе позволить быть мягким, – чуть слышно пробормотал Наргис. Эти слова расслышал лишь Ник.

– Отец, я постараюсь выполнять все твои советы, – учтиво ответил Катар, на красивом лице которого появилось глубокое смущение.

– Забудем. Вижу, мои гости загрустили. Я могу найти тему более интересную, чем охота в моих лесах, – сказал Тамир, глаза его недобро блеснули. – Наргис, прояви вежливость, покажи принцу Дариану наш замок. Все, что он захочет осмотреть. У нас у темных, нет никаких тайн!

Наргис с готовностью направился к двери.

– Я думаю, это излишне, – возразил император.

Темный князь обиженно покачал головой:

– Мы всего лишь решили устроить праздник для самых близких друзей. А вы нам не доверяете. Этак и до ссоры недолго.

– Спасибо за любезное приглашение, – эти слова Ник произнес так галантно, что Туан наверняка бы возгордился своим воспитанником. – Я с радостью принимаю его.

– Наргис, помни, учтивость, вот что отличает всех темных магов, – сказал темный князь.

Наргис вежливо склонил голову, приглашая Ника. За ними, перебирая короткими ножками, плелся гремлин.

Глава 17. Сокровищница замка Варнал

Люди могут приятно удивить лишь в том случае, если  не ждешь от них ничего хорошего.

Темный князь

– Убирайся! – приказал Наргис, как только они вышли из тронного зала.

Гремлин что-то буркнул, склонился в нелепом поклоне и заковырял прочь. Наргис со скучающим видом ждал, пока он исчезнет за поворотом, а затем повернулся к Нику. Шелк его черных одежд зашелестел и блеснул, отразив свет факела. Лицо его внезапно преобразилось, на губах появилась легкая улыбка.

– Знаешь, зачем отец отослал нас? – спросил он.

– Нет.

– Он будет говорить о важных делах, – сообщил Наргис. – Иди за мной, тут есть тайный ход, мы сможем подслушать.

– Зачем? – Ник даже не шелохнулся.

– Ты же хочешь знать, что на самом деле происходит в магическом сообществе? – Наргис вопросительно приподнял бровь. – Мы оба достойны того, чтобы знать правду.

– Отец и так расскажет мне правду, – ответил Ник.

– Ты уверен? – в черных глазах Наргиса мелькнуло недоверие. – Во дворце всегда плетут интриги, устраивают заговоры. Правду не говорит никто, правду можно только подслушать.

– Это не так!

– Не так? Тебя вовремя предупредили о браконьерах? Ты ведь узнал про них лишь тогда, когда они напали. Про Великий Разлом ты узнал лишь тогда, когда столкнулся с ним. А ведь твоему отцу было известно, куда мы направляемся. Ты до сих пор уверен, что знаешь всю правду? Что от тебя ничего не скрывают?

Ник продолжал стоять, в недоумении разглядывая темного принца. Все уроки элегантного поведения и светской речи в один момент вылетели из головы, он просто не знал что ответить. Эта тайная сделка с Наргисом казалась совершенно невероятной. Еще более невероятной была дружеская улыбка на губах Наргиса.

– Я не предам. Я буду идти первым, чтобы ты мне доверял, – пообещал Наргис. – Ведь мы уже достаточно взрослые, чтобы знать правду. Верь мне!

Ник не верил, но все же кивнул.

Наргис сделал несколько шагов по коридору, и замер как раз под горящим факелом, в форме оскалившегося льва. Было слышно потрескивание огня и запах горящей смолы. Наргис стал водить пальцами по стене, пока не нашел совершенно незаметную шероховатость, слегка нажал на нее и отступил в сторону. Стена чуть отъехала в сторону, образовав брешь.

– Замок Варнал построили темные маги. Тайных ходов у нас больше, чем парадных залов. С этого хода мне удалось снять защиту, наложенную отцом, – с гордостью сказал Наргис. – Иди за мной, но соблюдай тишину. Нас может выдать малейший звук.

Не успел Ник опомниться, как Наргис уже проскользнул в тайный ход. Ник поспешил следом, и стена встала на свое место.

Во тьме почти ничего нельзя было разглядеть, лишь иногда из наблюдательных дыр в стене пробивался свет. Наргис находил дорогу с поразительной легкостью. Во тьме невозможно было разглядеть ни дверей, ни лестниц, ни поворотов, пока вплотную не подойдешь к ним, но Наргис хорошо знал весь путь и вовремя обходил преграды. Ник послушно следовал за ним, ориентируясь лишь на шорох его одежд.

Они остановились у щели в стене, оттуда пробивался лучик света, слышались голоса.

– Я не скажу это Дариану, – раздался голос отца. – Нет никаких подтверждений, не зачем беспокоить его. В команде сын надежно защищен, во дворце тоже.

– Светлые такие нежные, – послышался голос темного князя.

– Просто мы заботимся друг о друге, – парировал Филипп.

Знаком Наргис указал Нику на щель в стене, чтобы тот заглянул в зал.

Казалось, что они выглядывают из-за трона. Два коршуна, вцепившиеся когтями в спинку, слегка повернули головы, словно почувствовали их присутствие. Ник заметил отца и темного князя, они спорили. Чуть поодаль в почтительном молчании замер Катар.

– Вот какая милая забота у светлых, скрывать приближение опасности, – темный князь пожал плечами. – Но что это я лезу в чужие дела, может быть, ты специально отмалчиваешься?! Может быть, у светлых так принято подвергать своих детей опасности, в целях воспитания.

– Тамир! – в голосе императора слышалось предупреждение.

Темный князь натужно рассмеялся.

– Филипп, ты же знаешь, я никогда не стану попрекать тебя, – сказал он. – Более того, что творится у светлых магов мне не интересно. Хватает и своих забот.

Оба коршуна повернулись, не отрываясь, смотрели на щель в стене. Нику казалось, что смотрят прямо на них. Нельзя, чтобы их тут обнаружили, темный князь обязательно использует это против светлых магов. Может быть, именно это и нужно Наргису, может, он для этого и заманил сюда. Ник дернулся, желая быстрей выйти, но тут снова раздался голос темного князя:

– Когда несколько лет назад появились браконьеры, с ними удалось разобраться за пару месяцев. В этот раз все иначе, все данные, которые мы находим, оказываются ложными. Наконец-то мои шпионы заметили браконьеров около стартовой площадки. Но светлые не верят нам. Право слово, я огорчен!

Коршун князя взмыл вверх.

Наргис дернул Ника за рукав и жестом показал, что пора уходить. Через переходы, они выбрались из тайного хода. Нику показалось, что на этот раз шли дольше, и вправду, когда выбрались, то оказались в галерее. Стены с двух сторон заменяли окна.

– Успели, – сказал Наргис. – Отец пришел бы в страшную ярость, если бы узнал, что мы подслушиваем.

– Темный князь скрывает, что обнаружили браконьеров, – пробормотал Ник.

– Это скрывает твой отец. Это он не хочет рассказывать тебе о браконьерах. О том, что нам с тобой угрожает опасность, что они продолжают выслеживать нас, – резко ответил Наргис. – Я мог бы и сам рассказать тебе об этом, но ты бы мне не поверил.

Ник ошарашено молчал.

– Поэтому мне и пришлось вести тебя через тайный ход, чтобы ты сам все услышал. Браконьеры не отступятся от нас. Они никогда никого не отпускали. Девчонка, которая помогла нам сбежать, самая опасная из них. Ее поступок непонятен, но он еще отразится. Я не верю в ее благородство, – продолжил Наргис. – Теперь ты понял, что происходит. Понял, где тебя подстерегает опасность. Считай это предупреждение моим подарком на день рождения.

– Но зачем ты решил рассказать все это? Зачем ты это делаешь?

Наргис медленно подошел к окну, и провел пальцами по стеклу. Когда же он заговорил, то в его голосе вместо привычного самодовольства звучала печаль.

– Видишь, принц Дариан. Это башня Мглы, там самый красивый выход из замка, жаль, что вы приехали другим путем. Еще дальше озеро Трех Фей и холмы.

Ник встал рядом и посмотрел в окно. Если он и расслышал фальшь в голосе Наргиса, то мгновенно забыл об этом, пораженный тем, что увидел. Сразу за рвом, окружавшим замок, начинались поля, за ними, среди холмов с сияющими на солнце, покрытыми снегом вершинами, виднелось чистое озеро. Оно поражало своей синевой, словно огромный сапфир.

– По легенде около озера некогда жили феи, но я не верю в легенды, – сказал Наргис. – Зато я верю в то, что замок наш надежно охраняется. Отец позаботился об этом. Но даже не смотря на всю охрану, браконьеры сильно беспокоят его.

– Но зачем ты мне это рассказываешь? – снова спросил Ник. Если с самого начала поведение Наргиса настораживало, то теперь его вежливые манеры и приятная беседа просто пугали. Словно это был другой человек, а не тот с кем он сталкивался на состязаниях.

Наргис не спешил отвечать, он отошел к окну на противоположной стене.

– Каждая из четырех башен замка, имеет свой выход. Посмотри, – Наргис небрежно указал за окно. Там виднелись еще две башни, по которым пробегали отблески молнии. В узких окнах горел свет, Ник заметил, что там ходят какие-то маги. Жизнь кипела, и только они с Наргисом были в безлюдной части замка. – Они называются башня Вдохновения и Стальная башня. Сегодня вечером там состоится прием, где будут лишь темные маги. Отец просил не рассказывать тебе это. Он считает, что светлые слишком нудные, чтобы с вами устраивать праздник.

– Зачем ты рассказываешь все это? – в очередной раз спросил Ник. – Может, скажешь уже!?

– Теперь скажу! Я показал тебе слишком много тайн темных магов, я был честен, – сказал Наргис. – Да, ты прав, я сделал это не просто так. Когда-нибудь ты станешь императором. Мой старший брат будет князем. Я пытаюсь поддерживать дружеские отношения.

– Политика? – Ник расслышал в своем голосе усмешку. – Ты пытаешься поддерживать мир?

– Наши отцы мирно общаются, и нам нет смысла враждовать, – спокойно ответил Наргис и неожиданно сменил тему. – О, ты еще не видел нашу сокровищницу. Не сомневаюсь, что она тебе очень понравится.

– Сокровищница темных магов! Но… – опешил Ник. – Я не могу туда войти.

– Почему же? – искренне изумился Наргис. – Ты мой гость и я проведу тебя. Отец узнал, что тебе интересно будет посетить нашу сокровищницу, и дал свое согласие. Это его подарок. Для нас сегодня вход в сокровищницу будет открыт.

Наргис элегантно махнул рукой, указывая вперед. Там вдали светили факелы, словно приглашая, заманивая его вперед.

– Идем же! Сокровищница находится в башне со шпилем, самой высокой из всех, она называется башней Молний, – тихо сказал Наргис. – Нужно пройти по этой галереи. Знаешь, какая самая главная тайна нашего замка?

– Нет, – Ник покачал головой, он все еще ожидал, что Наргис начнет хитрить, или издеваться. Но снова получил честный ответ.

– Наш замок находится сразу в нескольких Искривлениях пространства. Специально найденных и спрятанных от остальных магов. Внутри замка есть множество невидимых ворот. Они незаметны и неощутимы, например, пока мы шли по галерее, то уже дважды прошли через разные Искривления. Ты же заметил, что галерея слишком длинная. Но ты не почувствовал самих ворот?

– Нет, – Ник чувствовал лишь черную магию, она была повсюду.

– Наш замок намного больше, чем, кажется снаружи. Отец лично открыл ворота между Искривлениями, и лично сделал их незаметными. Никто из светлых магов, да и мало кто из темных знает про это.

– Зачем? – удивился Ник.

– Это охрана, – с готовностью пояснил Наргис, словно только и ждал этого вопроса. – Отец открыл ворота между Искривлениями, и он же может в любой момент закрыть их. Если бы вдруг отцу вздумалось прямо сейчас перекрыть ворота, мы бы навечно остались в этой части замка.

Наконец галерея закончилась. Дорогу впереди преграждала полукруглая стена, белая и невероятно гладкая. На ней резко выделялась тяжелая резная дверь. Резьба на ней обманывала глаз — казалось, будто дверь приоткрыта, а из нее выглядывает трехглазое чудище.

– Это оружейный зал, – сказал Наргис и распахнул резную дверь. – Я часто тренируюсь. Посмотри, вот здесь собрано отличное оружие.

Они попали в довольно обширный зал. Ник только сейчас понял насколько ошибался, когда думал, что уже все понимает в боевой магии. Стены были увешаны оружием. Помимо привычных копий, луков, автоматов и дубинок, тут было собрано уж совсем непривычное оружие: зеркальные щиты, стеклянные дротики, шипованные мячики.

– Иногда мы подбрасываем что-нибудь из магического оружия людям, – с улыбкой сказал Наргис. – Они очень забавно себя ведут, когда вдруг начинают верить в собственную меткость и неуязвимость. НО еще забавней становится, когда потом мы меняем магическое оружие на обычное.

Наргис направился к дальней стене.

– Вот эти кинжалы, наделены особой магией, они появятся в руке своего владельца в любой момент, когда он захочет, – пояснил Наргис. – Они принадлежат моему брату Катару как и многое в этом замке. Башня Вдохновения почти вся принадлежит ему, там он принимает оборотней в свои отряды. Там проходят балы вампиров и шоу анчуток. Там он устраивает вечеринки. Отец разрешает ему абсолютно все…, – Наргис резко умолк и натужно улыбнулся. – Сегодня незачем говорить о нем, сегодня мой день рождения.

Ник не успел рассмотреть и десятой доли оружия, как Наргис уже повел его дальше по замку. На лице его светилась дружелюбная улыбка, манеры были учтивы, наверняка его с самого рождения обучали придворному этикету. Эти уроки, Наргис усвоил отлично. Невероятно вежливо, он открывал все новые двери, показывал удивительные залы, но словно забыл о своем обещании провести в сокровищницу. А ведь именно туда Ник больше всего стремился попасть.

– Это библиотека, – сказал Наргис, открыв одну из дверей. – Книги, собранные тут, могут показаться просто ужасными для светлых магов. Думаю, что даже названия многих книг, будут неприятны и омерзительны для тебя.

Это было огромное помещение, раз в пять больше чем библиотека в башне охотников. Полки, заполненные книгами, возвышались до потолка. Из мебели лишь несколько столиков, и уютные кресла. Пол устлан дорогими коврами, с длинным ворсом. Света, струившегося из окон, не хватало, чтобы осветить все помещение и на стенах пылали факелы. Темные маги предпочитали живой огонь.

– Я люблю читать, – неожиданно сознался Наргис. – В книгах и в старинных свитках истинные знания, лишь они могут дать настоящую силу. Здесь собрана вся мудрость темных магов, все эти тома в течение тысячелетий записывали лучшие из нас. Часто я сижу в этом кресле и читаю древние книги.

Ник посмотрел на уютное кресло с гербом темного князя. Рядом стоял столик, на котором среди книг, украшенных золотыми виньетками, лежала фотография: длинные волосы девушки развевались на ветру. Ник не успел рассмотреть ее лицо.

Наргис в один прыжок подскочил к столику и спрятал фотографию в книгу.

– Пойдем, светлый принц, я обещал показать тебе сокровищницу моего отца, – скорей приказал, чем пригласил Наргис, и Ник был вынужден следовать за ним.

Они миновали еще несколько пустых залов. Замок освещали факелы, а отбрасываемые ими тени, словно живые существа, извивались на стенах. Наконец Наргис вошел в зал, выложенный черным мрамором, дальнюю стену украшали две колоны, по которым пробегали черные искры. Стоило лишь войти в этот зал, как появилось неприятное ощущение, словно сам воздух задрожал, предостерегая не ходить дальше.

– Сокровищница моего отца, – торжественно сказал Наргис и коснулся рукой стены. Его перстень в форме черепа засветился. Свет медленно стал разливаться по стене, сначала это было слабое сияние, но оно становилось все сильней и сильней и вдруг исчезло. На стене появилась дверь.

– Готов увидеть тайные сокровища темных магов? – спросил Наргис.

– Готов, – Ник и сам поразился, как глухо прозвучал его голос.

Там внутри хранились тайны темных магов, сильнейшие артефакты. Отец, не пускал его в сокровищницу светлых магов, он не был уверен, что Ник выдержит такую ответственность. Но Наргис запросто провел его к тайнам темных магов.

Наргис распахнул дверь.

В воздухе парило несколько черепов, светящиеся глаза черепов устремились на вошедших.

– С разрешения моего отца темного князя! – громко сказал Наргис, и, повернувшись к Нику объяснил. – Они охраняют сокровищницу, испепелят любого, кто появится тут без разрешения.

Впереди был огромный зал, на возвышениях стояли раскрытые ларцы и сундуки. На стенах темнели ниши, за которыми, как полагал Ник, находились комнаты с особо ценными артефактами.

– Отец разрешил тебе осмотреть все в этом зале, – сказал Наргис.

Одна из шкатулок раскрылась, и оттуда вылетел темный сгусток, словно черное облако, внутри которого сияли искры. Темный сгусток плыл прямо навстречу.

– Стой! – резко сказал Наргис. – Если дотронешься до него, то лишишься силы. Это Катушка Теней.

Темный сгусток пугающе медленно полетел дальше, светясь все ярче и ярче. Он летел против земного притяжения, против законов природы, и, наконец, вновь занял свое место в шкатулке.

– В этом ларце хранятся стрелы, их наконечники содержат яд любви, – Наргис небрежно указал на раскрытую шкатулку. – Любой, в кого попадет такая стрела, обречен на несчастную любовь.

Наргис прошел вперед, в углу, на огромной черной глыбе стоял закрытый ларец. Перед ним висела цепь, преграждающая путь.

– Некоторые артефакты очень опасны, – пояснил Наргис. – Например, в этом ларце Серебряный Кулон Разлуки. Он способен не только разлучить самых преданных людей, но он взорвется при соприкосновении с другими артефактами. Магический взрыв, может причинить массу хлопот.

Ник не стал приближаться к ларцу, само по себе действие Кулона Разлуки, казалось ему мерзким. Ник прошел вперед, и неожиданно заметил глиняную надколотую тарелку, на ней лежала чуть покореженная черная жемчужина.

– Это черный жемчуг Алатына, жемчуг тайн, – сказал Наргис, заметив, как заинтересованность Ника. – Стоит сжать такую жемчужину в руке, как увидишь самую главную тайну, тщательно скрываемую от тебя.

– Да, – прошептал Ник. – Мы это проходили.

Наргис не замечал его взволнованного состояния.

– Отлично, – кивнул Наргис. – Тогда ты знаешь, что сама жемчужина исчезнет, истратит всю себя на раскрытие этой тайны. Эта единственная жемчужина в сокровищнице отца.

Ник не отрываясь смотрел на жемчуг. Мысли путались в голове, ведь можно было бы легко раскрыть многое. Тайну браконьеров, или нет, узнать что случилось с мамой Альбиной погибла ли она там в подземелье Хаоса. Или же ему открылась какая-нибудь другая тайна. Ведь жемчуг Алатына сам выбирает, кому и что он раскроет.

– Тебя заинтересовал этот жемчуг, – сказал Наргис. – Бери, жемчужина твоя. Это мой подарок.

– Но… – Ник чувствовал, что не в силах отказаться, ответ на все, что его мучило, было прямо здесь перед ним.

– Бери, – повторил Наргис. – И я советую тебе использовать жемчужину прямо сейчас. Если вдруг отец не одобрит мой подарок, то он уже не сможет его отнять.

Ник знал, что поступает не правильно, но ничего не мог поделать, слово тайна манило его, лишало воли. Ник и сам не заметил, как жемчужина очутилась у него в руке, он почувствовал холод, словно подхватил кусочек льда.

– Сожми левой рукой, – словно через туман, расслышал он слова Наргиса. – Левая рука ближе к сердцу. Так тебе раскроется самая главная тайна твоей жизни.

Ник сжал жемчужину.

И он увидел. Словно давно забытые воспоминания стали сами всплывать в голове. Или нет, это было похоже на сон, на странный сон наяву. Что-то можно было разглядеть предельно четко, а что-то оставалось недосягаемым.

Льет дождь. Ник увидел бредущими по улицам вечернего города дядю Дементия и Туана. В руках у них какой-то сверток, младенец. Жемчуг Алатына выбрал показать момент, момент его похищения.

Ник почувствовал боль в кисти, но не обратил на это внимания.

Неожиданно Дементий остановился возле какого-то магазина, как это бывает во снах, Ник не мог разглядеть вывеску лишь одно слово «сладости», да его особо и не интересовало название. Дементий положил младенца на скамейку, и они вместе с Туаном пошли дальше, завернули за угол. И тот час же дверь магазина приоткрылась, оттуда вышла женщина с ребенком. Ник не мог разглядеть ее лица, хотя и пытался, но жемчуг Алатына утаивал это от него. Женщина тоже положила своего младенца на скамейку, поправила сумку, а потом взяла со скамейки другого ребенка, того, кого оставил Дементий. Крепко прижимая его к груди, женщина удалилась.

Ник продолжал сжимать жемчужину, сейчас никакая сила в мире не могла его заставить разжать кулак.

Из-за угла дома вышли Туан с Дементием, они подхватили младенца и поспешили вперед по темным улицам. Подмены никто из них не заметил.

– Дариан, – Ник услышал голос, возвращающий его к реальности.

Жемчужина исчезла, а шрам, полученный при побеге от браконьеров, потемнел.

– Нам пора, – послышался голос Наргиса. Ник забыл о нем, сейчас он забыл обо всем на свете.

Не обращая внимания на разложенные вокруг магические сокровища, он пошел к двери. В отполированном щите Ник увидел свое отражение: лицо искривлено, как от горького отвара, губы сжаты так сильно, что даже побелели.

Ник не заметил, как они дошли до выхода из замка, он даже не помнил, что говорил ему Наргис. Отец уже ждал в карете. Всю дорогу до дворца, Ник не проронил ни слова. Лишь потирал левую кисть, которая продолжала болеть.

Глава 18. Продолжение чудесного праздника

Конец света – это когда в фонарике аккумулятор сел.

С сайта «Легион вечности»

Ник поднялся в свои покои и рухнул на кровать, застеленную пушистым покрывалом. Ровный мягкий свет струился от стен и потолка, в воздухе легкий запах роз. Рядом на коврике спокойно дремал Илинт, верный пес, предпочитающий жизнь во дворце. Где-то далеко за окном в саду, слышны веселые голоса, значит, прибыл кто-то из запоздалых гостей. Прием уже начался, но ему нужно хотя бы несколько минут, чтобы прийти в себя, чтобы понять происходящее. Рука, которой он сжимал жемчужину, продолжала болеть, Ник не обращал на это внимания.

Внизу в залах украшенных цветами и летающими фонариками его ждут гости. Наверняка там слышен смех, играет музыка, они все ждут появление светлого принца. А кто он такой: принц Дариан или Ник Калинин? В тот далекий день, его заменили, он по случайности занял место настоящего принца? Может ли он доверять черному жемчугу Алатына?

– Ваше высочество, – раздался из-за двери приторно-вежливый голос Туана.

– Пождите минуту, – крикнул в ответ Ник.

Ему не хватит минуты, чтобы осознать происходящее, но он хотя бы соберется с духом. Через минуту, уже сможет делать вид, что ничего не произошло. Ведь именно это от него требуется по этикету.

Кисть продолжала болеть. Ник поднял руку и с удивлением обнаружил, что рана, полученная еще при побеге от браконьеров, разошлась, на коже показались капельки крови. Но задумываться об этом Ник не стал, лишь наскоро перевязал рану, сейчас его беспокоили более важные вещи.

– Ваше высочество, – вновь послышалось из-за двери.

– Войдите, – обреченно пригласил Ник. Разумеется, Туан никуда не уходил и не уйдет, он просто будет стоять за дверью и ждать, пока не разрешат войти.

Как только Туан перешагнул через порог, в комнате запахло корицей и мятой. Да, разумеется, в руках он держал поднос, на котором возвышался серебряный кубок с отваром.

– Ваше высочество, извольте выпить это, – сказал Туан. – После визита к темным мага, вам необходимо восстановить силы.

Ник машинально выпил, даже не чувствуя вкуса.

– Теперь защищающий бальзам, – Туан извлек из кармана флакон. – Убережет от порчи и сглаза. И главное снимет налет темной магии. Посещение Варнала не может пройти бесследно.

Туан несколько раз пшикнул на Ника из флакона, состав не имел ни цвета, ни запаха. К тому же после посещения замка темного князя, Ник узнал такую вещь, которую невозможно устранить никаким бальзамом.

– Чудесно, ваш камзол в идеальном порядке, – Туан внимательно осмотрел Ника. Повязку на руке скрывал рукав. – О, что я вижу, бесценный венец с омфалом, вы бросили на тумбочку, – указательный палец его изогнулся, указывая в угол комнаты. – Ваше высочество, это немыслимо. Редчайший камень! Позволю себе напомнить, что я ни разу не видел такого легкомысленного обращения с ценными вещами, хотя и служил во дворце еще задолго до вашего рождения.

Ник вздрогнул и посмотрел на Туана, конечно, этот человек может помочь ему. Если кто-то и знает, что произошло, то это он.

– Расскажите мне, про тот день. Про мое похищение из дворца, – попросил Ник, и сам удивился, что это звучало скорей как приказ, а не как просьба. – Мне нужно знать, что было после того, как меня вынесли из дворца.

При этих словах Туан моргнул, и тень печали пробежала по его лицу – так быстро, что Ник усомнился, видел ли ее вообще.

– Позвольте заметить, ваше высочество, что сейчас не время для подобных воспоминаний, – ответил Туан. – Сегодня великий праздник. Вас ожидают гости. Извольте следовать за мной.

– Нет! – резко сказал Ник.

– Простите, ваше высочество, кажется, я ослышался?

– Вы не ослышались, – твердо сказал Ник. – Я никуда не пойду, пока не услышу эту историю. Мне нужно знать все, что было в тот день.

Судя по морщинам на лбу и плотно сжатым губам, Туану совсем не нравилась эта беседа. Он склонился к Нику, поправил складку на его камзоле, и глубоко вздохнул.

– Дементий похитил вас из дворца. Когда я встретил его на улице, он нес в руках сверток с младенцем, с вами, ваше высочество. Я стал отговаривать его от такого опрометчивого поступка, – сказал Туан. – Я уверял, что он не должен рисковать собой. Следом за Дементием я вышел в Реальный мир, но продолжал его отговаривать, я объяснил, что похищение принца уже должны были обнаружить, что за нами уже послали погоню. И, кажется, он воспринял всю разумность моих слов, он положил сверток с младенцем, возле магазина сладостей.

– Зачем? – спросил Ник.

– Потому, что возвращаться во дворец, и нести младенца в руках было не безопасно, нас бы тут же арестовали, – объяснил Туан. – А так, младенца подобрал бы кто-нибудь из светлых магов, отправленных за нами в погоню. И принц бы вернулся во дворец и мой несчастный господин Дементий избежал бы наказания.

Ник ничего не сказал, Туан хоть и был предан императорской семье, но особо любил дядю Дементия.

– Мы отошли уже достаточно далеко, сверток с младенцем, освещенный уличным фонарем, скрылся из вида, – продолжил Туан. – В этот момент леди Пандора вызвала через ЗОС моего несчастного господина Дементия. Она разозлилась, сказала, что он совершил ужасную глупость, чтобы он немедленно вернулся, взял ребенка и, что она нас встретит в условленном месте.

– Ребенок, то есть, я, все это время лежал один, вы не видели, что было? – вскричал Ник. Рассказ Туана подтверждал то, что он узнал при помощи жемчужины Алатына. Туан не видел, не мог видеть, как из магазина вышла какая-то женщина.

– Ваше высочество, я уже имел честь сказать вам, что мы с господином Дементием сразу отошли, и позволю себе заметить, что свернули за угол. Мы не видели, что происходило с вами, – сказал Туан. – Однако, когда мы через несколько минут вернулись, вы лежали на том же месте. Дальнейшие события, насколько мне известно, вам уже знакомы. Мы долго кружили по улицам, Дементий крепко держал вас в руках, наконец, нас настигли маги. Из-за нелепой случайности, вы упали в реку и были спасены леди Пандорой.

Ник опустился в кресло.

Полтора года он думал, что нашел своих настоящих родителей. Полтора года он считал себя принцем. Полтора года он ошибался! Ошибался ли?

Туан направился в угол комнаты, поднял венец, будто тот был сделан из стекла, а не из золота, и торжественно водрузил его на голову Ника.

– Попрошу ваше высочество поторопиться, гости уже давно собрались, – сказал Туан.

Ник промычал что-то неопределенное.

Венец с омфалом украшает его голову. Магический камень признал его. Сколько раз Ник слышал, что тот не признает никого другого, кроме как настоящего принца. На Этапе Препятствий ему достался орел – птица императоров. Орел не мог выбрать никого другого. И самое главное, его мать императрица узнала его. Она узнала его, как только увидела. Она не могла ошибиться.

– Ваше высочество, – настойчиво позвал Туан. – Боюсь, что я вынужден поторопить вас.

– Иду, – Ник решительно встал и направился к двери. Нет больше смысла сидеть в комнате.

Туан еще раз внимательно осмотрел Ника, и остался доволен.

– Помните, что я говорил вам про тонкости поведения. Вы должны соблюдать традиции.

Ник не был в этом уверен, впрочем, сегодня он ни в чем не был уверен, но все же выполнил совет Туана. Он задержался перед аркой, что вела в зал с гостями, давая время, чтобы его узнали. Сам он заметил ребят из команды, учителей и наставников. Но, самое главное, он увидел императора с императрицей, и понял, что не сможет сегодня подойти к ним. У него просто не хватит на это сил.

Заиграла музыка, Ник вошел в зал, чувствуя себя как в странном сне. Блестящая толпа, звучные имена, пышные титулы, объявляемые камергерами, среди гостей он заметил телеведущую Анику Ликову и какого-то бородатого мага с камерой. Его день рождения показывали по магик-ТВ, и должно быть на экраны сейчас смотрели все Искривления светлых магов. День рождения принца!

Неудивительно, что среди пышной толпы гостей, он не смог разглядеть босоногую девочку с длинными распущенными волосами. Он был слишком погружен в свои мысли и просто прошел мимо, слушая нудный голос Туана.

– К моему глубочайшему сожалению, из-за приглашения в замок темного князя, сегодняшний день рождения проходит против всех норм и правил, принятых во дворце. Посему, я взял на себя смелость собрать подарки у гостей. Так же я роздал им сюрпризы от имени вашего высочества.

– Спасибо, – пробормотал Ник, еще никогда он не испытывал к Туану настоль горячей благодарности. Стоять сейчас несколько часов посреди зала, было выше его сил.

Словно молния, между гостей носился Тюфяк, на его шее красовалась толстая золотая цепочка. То там, то сям он выхватывал самые вкусные куски. Босоногая девочка подошла ближе, она уже стояла за спиной Ника, как неожиданно из толпы гостей выскочила Аника Ликова.

– Каково это чувствовать себя принцем? – спросила она, подсунув микрофон под нос Ника.

Словно нож в сознание вонзились слова эти слова: она сказала не «быть», а «чувствовать».

– Спасибо, это чудесно, я благодарен всем магам, откликнувшимся на приглашения, – сказал Ник, вспоминая уроки Туана. – Я благодарен моему отц… императору, устроившему этот праздник. Я должен идти.

Надо же он только что не смог назвать императора своим отцом, что же происходит, кто он на самом деле. Ник промчался мимо бассейна, где царило непринужденное веселье. Гигантский морской конек выбрасывал из пасти струю воды. Хрустальное дно было подсвечено разноцветными фонариками. Несколько магов в купальниках решили устроить заплыв. Организатором заплыва был Темка, он громко раздавал команды и, заметив Ника, помахал ему рукой. Ник неопределенно махнул в ответ, и поспешил дальше. Сейчас было не до веселья.

– Ваше высочество, – появившийся из толпы гостей Туан, крепко, словно клешнями схватил его за локоть. – Извольте поспешить. Нельзя же так пренебрегать своими обязанностями.

Ник в сопровождении Туана оказался в большом зале. Гости теснились по сторонам, оставив свободным центр. И тут ему навстречу вышли император с императрицей, следом спешила маленькая Ульяна. В зале наступила полнейшая тишина.

– Дариан, – сказал император. – Подарок, который мы приготовили для тебя, обладает необычайной силой и потому очень ценен. Мы уверены, что ты уже готов к тому, чтобы правильно распорядиться им.

Сейчас же к императору подскочил Туан, с подносом в руках. На подносе лежала маленькая белая коробочка.

– Прими же, – сказал император и протянул коробочку Нику. – И поступи правильно.

– Спасибо, – только и смог пробормотать Ник.

Он взял коробочку, и вдруг понял, что не может ее открыть. Нет, он поступит правильно. Подарок предназначался для принца, а кто он такой? Ник снова вспомнил размытый образ женщины, вышедшей из магазина сластей. Может быть, она его настоящая мать.

Если кто-то и был удивлен тем, что Ник не раскрыл подарок, то просто промолчал. Грянула музыка, гости принялись танцевать.

Ник выбежал прочь из зала, и помчался куда-нибудь, где сможет побыть один. Впереди коридор, возле библиотеки прогуливался Фердинанд. Вдруг послышалось лязганье металла, и появился начальник охраны, как и обычно облаченный в доспехи. Его великолепные пышные усы были вздыблены. Ник резко заскочил за угол.

– Кража! Снова кража! – возмущенно размахивал руками начальник охраны. – И прямо в день рождения принца. Пропала мелочь, но сам по себе факт ужасен. Я такого не потерплю.

– Мы охраняем покой императора и его гостей, – послышался голос Фердинанда. – Я-то, конечно, в основном принца Дариана охраняю. Но за всем остальным тоже зорко слежу.

– К тебе претензий нет, – рявкнул начальник охраны. – Так! За всем следить еще внимательней! Когда мы схватим этого мерзавца или мерзавку, обкрадывающего дворец. Я самолично засажу его в подземелье.

– Рад стараться, – громыхнул Фердинанд, тщательно скрывая усмешку. – Прибью любого, кто попытается приблизиться к принцу.

Ник пробрался в свою комнату. Прекрасно понимая, что нарушает все традиции, но он ничего не мог поделать, веселиться сегодня было выше его сил. Ник накрепко запер дверь, поставил на полку, среди коллекции машинок, подарок императора. Потом, позже, он разберется со всем, и решит, как поступить.

В эту ночь он долго не мог уснуть: лежал, прислушиваясь к тишине. Он слышал шорох ветра за окнами, едва различимые шаги охраны, а издалека, из другого Искривления из сокровищницы темного князя, доносился тихий шепот «Ты не их сын! Ты не принц! Ты лишний во дворце!»

Глава 19. Они всегда возвращаются

В алфавите всего 33 буквы, но с их помощью написано столько глупостей!

Темка Остин

На следующее утро Ник тихонько собрался и вышел из своих покоев. Во дворце еще все спали, слышались только неспешные шаги представителей Совета Белых Магов, они спешили на доклад к императору. Ник выбежал в сад, там находятся ворота соединяющие дворец с башней охотников. Ворота, которые должны быть открыты.

– Высочество!

По заснеженной дорожке спешил Фердинанд, взлохмаченный с сонными глазами. На нем была рубашка с кружевными оборками на рукавах, кожаные штаны и на ногах красивые башмаки из дубленой кожи.

– Высочество, куда же вы?

– В башню Отражений, – сказал Ник.

– Ну, так, а мне-то чего не сказали? – Фердинанд мотнул головой и стал заправлять в штаны рубашку. – Чего так рано-то, уроки что ли начинаются? – Фердинанд на миг задумался и зачем-то добавил. – Шифрологии вроде быть не должно?

– Нет, сегодня у нас выходной. Но я хочу вернуться в башню.

– Отлично! Когда вы находитесь там, мне можно отлучаться от вас, – Фердинанд тут же вспомнил последний приказ. – Поэтому я еще туточки во дворце задержусь. Вы ведь никуда из башни не денетесь?

– Нет, – пробормотал Ник. – Я буду сидеть там.

– Лады. Я тогда докладик для ваших родителей сочиню. Причину какую-нибудь придумать надо, почему вы так рано собрались, – он плутовски подмигнул Нику. – Просто так ведь из дворца не сбегают.

– Да, просто так не сбегают, – кивнул Ник.

– Не бойтесь, высочество, я в ваши дела влезать не стану, – заверил Фердинанд. – Вы заступались за меня, теперь мой черед вас прикрыть. Топайте себе спокойно на базу, я тоже вскорости примчусь. Порешаю тут кой-какие делишки и сразу буду.

Ник пошел по дорожке. Мимо ухоженных клумб с зимними цветами, яркие бутоны которых пестрели на снегу. Мимо снежных мотыльков, которые словно хлопья снега порхали ветки на ветку. Мимо фонтанчиков, которые не замерзали круглый год. Он вышел на заснеженную поляну, в центре которой возвышалась каменная арка – ворота на базу. Ник сделал шаг, и вышел в Холле башни Отражений.

По светящемуся полу скользила метелка-самоподметалка, а следом ходил аковец Антип и придирчиво осматривал, не осталось ли где-нибудь соринок. Заслышав шаги, он, даже оборачиваясь, проворчал:

– Воротился? Нет, чтобы отдыхать, так он на базу воротился, грязи тут топтать. Веселиться всем полагается, когда день рождения принца празднуют.

– Я уже достаточно повеселился, – ответил Ник.

– Батюшки, да это же сам принц и есть, – сообразил аковец и повернулся. – Ладно уж, ступай к себе в комнату, ежели такой веселый.

Ник стал подниматься по лестнице.

– Эй, погодь-ка еще, – окликнул аковец. – Тебе тут письмо пришло. Поздравлятельное. Да и несуразное какое-то. Из мира людей.

– Потом, – попросил Ник. – Хватит с меня уже поздравлений.

– Хватит, не хватит, – проворчал Антип, засовывая письмо Нику. – Мне его читать что ли, вот уж нет, сам бери.

Обычный конверт, такими пользуются люди в Реальном мире. На нем ровным и красивым почерком был написан адрес спортивного интерната, под которым и скрывалась их учебная база. Ник сразу узнал почерк мамы Альбины. Сомнений быть не могло.

В одну секунду он поднялся к себе в комнату. Руки даже не дрожали, пока он вскрывал конверт.

Здравствуй, Ник!

Я узнала о нападении браконьеров, и поэтому должна еще о многом предупредить. Никому не доверяй. Скоро я придумаю, как связаться с тобой. Знаю, что маги объявили меня вне закона.

Подписи не было, да это и не важно, Ник был уверен, что не ошибся. Несколько раз он перечитал письмо, затем создал огненный шар и сжег его. Маги из Высшего Совета пытаются выследить леди Дору. Может, она и нарушила законы их мира, но он не считает ее виновной. Он помнит, что именно она, его приемная мать, спасла ему жизнь, кому же еще доверять, как не ей.

В комнате еще пахло паленой бумагой, когда дверь растворилась, и влетел Фердинанд. Он принюхался, изобразил на лице недоумение, а затем пожал плечами.

– Высочество, не беспокойтесь, чего вы там натворили не мое дело, но я вас отмазал. Объяснил я императору, что вы пораньше смотались в школу, чтобы получше всякие науки выучить, – отрапортовал довольный Фердинанд. – Отсидитесь туточки, и вернетесь к папе-маме, как ни в чем не бывало. Родители, они всегда простят.

– Родители! – повторил Ник, теперь это слово звучало как-то по-новому. Будто это слово было на чужом, неведомом ему языке.

– Высочество, тут дело у меня важное нарисовалось, – чуть смущаясь, продолжил Фердинанд. – Мне бы надо на несколько деньков по-тихому слинять. Я вот отпроситься решил. Ну, типа во дворце волноваться и не должны, они и не узнают, что я исчезал. Вы тут наставникам скажите, что меня отпустили.

– Хорошо, – кивнул Ник. – Но ведь у наставников есть приказ, что вы должны охранять меня.

Фердинанд на секундочку призадумался, а потом махнул рукой.

– Вы, высочество, послушайте, что я скажу. Я отнес тот приказ, который передал мне дед Гордей к наставникам. Только по дороге, я его немножко подправил. В общем, вписал я там, что иногда с согласия принца имею право покидать базу. Так вот если вы скажете наставникам, что вы не против моего отсутствия, то они возражать не будут.

– Хорошо, – пробормотал Ник. Ложь Фердинанда сейчас уже ничего не значила.

Вместо того, чтобы сразу уйти, Фердинанд остался и принялся высчитывать.

– Эпс, – он задрал голову и зашевелил губами. – Значит, разобраться там, а если чего не так, то еще денек. Да, и через недельку вернусь.

– Хорошо, – повторил Ник.

– Только, высочество, вы императору-то про меня не рассказывайте, – попросил Фердинанд. – Так по мне, ежели чего, вы и сами отлично защититесь. Чтоб мне лопнуть!

– Навряд ли я смогу разговаривать с императором в ближайшее время, – ответил Ник. – И в следующие выходные останусь на базе.

– По рукам! – обрадовался Фердинанд. – Вы, высочество, вообще нормальный парень, без всяких там закидонов, как будто вы и не принц вовсе.

Довольный собой Фердинанд ушел, подкидывая в воздухе ножи, он даже и не подозревал, насколько больно стало Нику от его слов. Не принц? Он сейчас и сам не знал кто он, Филипп и Сильвия его родители, или он сын той неизвестной женщины, зачем-то во время дождя отправившейся в магазин сластей. Той неизвестной женщины, которая сейчас может воспитывать настоящего принца.

Тут дверь распахнулась и в комнату ввалились Темка с Жориком.

– Привет, Ник. Чего ты вчера сбежал-то? Там самое веселье началось. Дай домашку списать. Я шифрологию сделал, а ее ведь целую неделю не будет. Все остальное как-то и забросил, – заявил с порога Темка.

Ник достал тетрадь. Жорик потупил глаза и тоже сел списывать.

– Я… Я просто, – начал было Ник. Он не знал, что сказать, слова путались в голове. Даже если окажется, что он вовсе и не принц, на их дружбу это никак не повлияет. Темку с Жориком такие мелочи совершенно не волнуют. Они помогут найти настоящих родителей, помогут узнать, что же произошло тогда. Все вроде просто, но Ник не мог вымолвить ни слова.

– Прикинь, вчера твоя сестренка бассейн заморозила, пока мы в нем плавали. Она, конечно, мелкая еще, но вредина жуткая, – беззаботно принялся болтать Темка, уже забыв про свой вопрос.

– Угу, – пробасил Жорик, старательно переписывая домашнюю работу.

– Ну, нас быстро разморозили, мы потом еще через костер прыгали, чтобы согреться, – продолжил Темка. – А потом на танцах Майя мне все ноги оттоптала. А Ольда все вздыхала, что к тебе на день рождения не пригласили Катара. Что-то она совсем из-за него с ума сошла. Она же видела-то его один раз в гавани.

– Он ее уже забыл, – пробубнил мудрый Жорик. – И ей надо учиться. Надо к состязаниям готовиться.

– И нам тоже, – решил Ник. – Надо забыть обо всем и готовиться к состязаниям.

Целую неделю Ник учился и тренировался, но постоянно ждал каких-нибудь новостей. Больше всего, он надеялся получить новое послание от мамы Альбины, в котором найдется хоть какая-то крупица информации. Глядя в проектор Деймоса Савельевича, высчитывая формулы у Вениамина Вениаминовича, блуждая следом за профессором Гилем, он думал только о своем прошлом, о том, что произошло возле магазина сластей. На зарядках и тренировках, он никак не мог сосредоточиться и получил несколько замечаний от наставников.

– В субботу у вас состязания, – сурово напомнила Константина. – Пощады не будет. Темные команды попытаются использовать против вас все, чему научились за это время. Вы не можете себе позволить быть слабыми.

– Мы будем сильными, – пообещал Ник.

– Я в этом уверена! – ответила Константина. – Что у тебя с рукой?

Ник поднял руку, несколько капелек крови просочились через рукав, а ведь он только недавно перебинтовывал рану.

– Я поцарапался, – честно ответил Ник, не став уточнять, когда это было. – Рана не помешает мне на состязаниях.

– Надеюсь, – сказала Константина. – Соберитесь, понадобится все ваше мужество и самоотдача.

И она не обманула. Это стало ясно сразу, как только команды построились на заснеженном стадионе, и главный судья начал свою речь. Он специально вышел из-за стола, стоявшего под защитным козырьком, и падающие с неба снежинки тот час же осыпали его разноцветную форму.

Излишне сильно хромая и упираясь на длинный черный зонт, Генрих Эдмундович встал перед командами. Спокойный взгляд из-под золотых очков – взгляд человека себе на уме. Ужасно самоуверенного, почти всемогущего, во всяком случае, здесь, на состязаниях.

– Мне известно, – сказал Генрих Эдмундович. – Что темные команды занимаются по усиленной программе. Известно, что стражи выучили и освоили многое из того, что им еще рано знать. Я разрешаю использовать абсолютно все. Поскольку наши состязания, это подготовка ко взрослой жизни. А взрослые маги могут столкнуться с чем угодно. Проявить жалость сейчас, значит сделать вас неспособными к дальнейшей жизни.

Двое других судей, Виктор и Жанна переглянулись, но возражать не посмели. Жанна даже выглядела довольной, она украдкой достала из кармана ЗОС и прошептала кому-то несколько слов. Хоть это и было нарушением правил, но никто не обратил внимания, слова и поступки судей считали высшим законом.

– Круто загнул, – сказал Темка, который никогда не умел держать язык за зубами. – Чего-то я не понял, он поубивать нас, что ли хочет?

Генрих Эдмундович склонил голову на бок, и поспешил через стадион к команде охотников, слышен был скрип снега под его сапогами. Он замер возле Темки, правая, искривленная половина лица, чуть подергивалась.

– Тебе известно, что о существовании дисциплины? – спросил Генрих Эдмундович.

– Мне все время об этом напоминают, – ответил Темка, так и не научившийся сдерживать свой язык.

– Назначаю один позорный чугунный шар, – прозвучал невыразительный голос главного судьи. И тот час же на серой форме Темки появилась нашивка из настоящего чугуна, в виде шара. – Соберешь четыре шара и вылетишь из команды. Наставникам объявляю предупреждение, чтобы лучше учили своих подопечных. Команда выходит на старт последней и по одному человеку. Это поможет вам потом сплотиться.

Генрих Эдмундович заковырял обратно к судейскому столу.

Окс и Касьян, стоявшие впереди команды, обернулись и с негодованием посмотрели на Темку. Они одинаково нахмурили лбы, свели брови, и стиснули челюсти. На их серых шапочках лежали одинаковое количество снежинок. Если бы не наказание его друга, Ник бы счел эту ситуацию очень забавной.

– Квадрат 17 А. Два часа на выполнение. Стражи стартуют первыми, лекарям приготовится, их старт через три минуты, – объявил судья.

Команда в черной форме выбежала со стадиона, потом стадион покинули и остальные команды.

– Разрешаю охотнику Касьяну Невскому выйти на старт, – сказал Генрих Эдмундович. – Через три минуты стартует следующий из команды Георгий Малышкин.

Касьян направился к выходу.

– Эх, ты, у меня такой был план готов на сегодня, – прошептал он, проходя мимо Темки. – Теперь действуй один.

– Мы и так справимся, – подбодрил друга Ник. Не смотря на покалывание в ране, он чувствовал уверенность в своих силах.

– А то! – беспечно ответил Темка.

Генрих Эдмундович не спешил. С того момента, когда стражи покинули стадион, и до того, как Нику разрешили выбежать через калитку, прошло больше часа. Он отлично помнил карту города, знал, как найти нужный квадрат. И вскоре выскочил в сквер. Посреди на небольшом углублении в окружении деревьев находится замороженный пруд.

Навстречу вышел Наргис.

– Ты выглядишь ужасно! – сказал Наргис и губы его дрогнули в улыбке.

– Ты забыл про вежливость, – напомнил Ник.

– Никакой вежливости, сейчас мы враги, – отпарировал Наргис. – Это состязания, а не официальный прием. Впрочем, для тебя состязания закончатся прямо сейчас. В книжке, которую ты мне подарил, я нашел дивное проклятье. Будет неучтиво, если испытаю его на ком-то другом.

Ник, не задумываясь, выставил перед собой защиту и одновременно, так как и учили на тренировках, при помощи магии нанес сильнейший удар. Потоком воздуха Наргиса откинуло на несколько метров, прямо на пруд. Он покатился по заснеженному льду, шапка слетела с головы, его черная форма стала белой.

Сразу же с другой стороны пруда появилось несколько человек, Ник вначале их принял за стражей, бросившихся к своему принцу. Но тут же понял, что ошибся. В аккуратном коричневом пальто, в теплой меховой шапке, первым шел Капитан. Следом за ним в плащике, больше похожем на балахон, Вира, очевидно она совершенно не чувствовала холода, ступая босыми ногами по снегу. Ее волосы так же небрежно свисали на плечи. Еще нескольких браконьеров Ник никогда раньше не встречал.

Ника скрывали деревья. Браконьеры застыли с той стороны пруда, не отрываясь, они смотрели на Наргиса. Тот уже встал на ноги, но это было последнее, что он успел сделать. Магия браконьеров заблокировала все его движения.

– Подойди сюда, – спокойно сказал Капитан. – Ты пойдешь с нами.

– Нет, – гневно ответил Наргис и попытался вытащить меч.

– Напрасное усилие!

Наргис помимо своей воли, сделал шаг навстречу к браконьерам. Он пытался сопротивляться, отчаянно пытался. На его лице застыло яростное выражение, но все напрасно, магия браконьеров была сильней.

Ник дернулся было вперед, но почувствовал, что едва может шевелиться. Знали браконьеры о его присутствии, или они в целях собственной безопасности блокируют вокруг любое применение магии, Ник не понял. Нужен кто-то, кто сумеет противостоять магии браконьеров.

Флай! Конечно, нужно вызвать орла. Ник позвал Флая по имени. Тот услышит его из любого Искривления, и совсем скоро примчится сюда. Он сможет вынести Наргиса. Это единственное, что мог сделать Ник.

– Зачем ты это делаешь? – со злостью спросил Наргис.

– Разве мотивация моих действий имеет значение? – искренне изумился Капитан. В его голосе звучала ирония.

Наргис, пытаясь преодолевать магию, все ближе и ближе подходил к браконьерам.

Ник с надеждой уставился на серое небо. Орел уже давно должен был появиться. Как у него получалось путешествовать среди Искривлений с такой скоростью, Ник не разу не задумывался. Когда он звал его однажды, один-единственный раз, орел прилетел через несколько минут. Сейчас же…

– Флай! – в отчаянии прошептал Ник, понимая, что помощи ждать бесполезно.

Браконьеры снова напали, снова нападение было возле воды. Снова он был беспомощен. Он не подготовился к этой встрече, он слишком легкомысленно отнесся ко всем предостережениям.

Капитан вытащил из кармана осколки стекол, напоминающие цветок, и принялся их рассматривать. На его безмятежном молодом лице не отразилось ни одной эмоции. Очень бережно, он убрал цветок обратно в карман.

В сквер вбежали Жанна Фридриховна и Виктор.

– Уходим! – сообщил Капитан Вире.

Браконьеры отступили за стволы деревьев и исчезли, словно растворившись в воздухе. Наргис остался стоять на льду замороженного пруда.

– Где? Где они? – Крикнула Жанна. – Где браконьеры? Уже успели убежать!

– Ничего они не сделали? – озабоченно поинтересовался Виктор.

Прозвучал сигнал, обозначающий конец состязаний.

Наргис вышел к ним навстречу, с исчезновением браконьеров исчезла и их магия.

– Мой отец предупредил вас, что браконьеров видели возле стартовой площадки, но вы не потрудились принять нужных мер, – презрительно бросил он судьям.

Жанна с Виктором смущенно пожали плечами.

– Вижу, что вам нечего ответить, и не нужно, – Наргис скривил губу. – Отвечать будете перед моим отцом.

– Мы же были рядом, – ответил Виктор. – Мы сразу пришли на помощь.

– Судьи не должны отвечать перед темным князем, – пробасила Жанна.

– Еще посмотрим, – бросил через плечо Наргис. Больше не удостоил их ни словом.

Молча все добрались до стартовой площадки, молча построились перед судейским столом.

– Первое место сегодня заняли охотники, они получают три очка, вторыми были лекари, им достается два очка, и одно очко стражам, – Генрих Эдмундович, против своего обыкновения сидел за столом. Он, разумеется, уже знал про нападение браконьеров, и казалось, что боится приближаться к командам. Особенно к стражам, где находился разъяренный Наргис. – Команды могут покинуть стадион.

Как только они пришли на базу, Нику пришлось рассказать наставникам все, что произошло.

– Браконьеры осмелились на отчаянный шаг! – вскричал Окс. – Следует полагать, что они очень заинтересованы в том, чтобы заполучить Наргиса.

– Нет! – жестко перебила его Константина, и перевела взгляд на Ника. – Ступай к себе в комнату.

Едва он закрыл за собой дверь, как услышал, что оба наставника о чем-то спорят, но не смог разобрать ни слова.

– Чего случилось-то? – спросил Темка, как только Ник вошел в комнату. – Мы там стражам морду набили. Думали, нас похвалят, а тут тайны какие-то.

Ник рассказал друзьям все, что было.

– Браконьеры! Так им нужен Наргис! Про нас с тобой они уже забыли! А на фига он им сдался? – удивился Темка. – Нашли за кем охотиться!

Ник не расслышал этих слов, его сейчас гораздо сильней волновало другое.

– Я звал Флая, он мог помочь, но он не прилетел, – как-то само помимо воли вырвалось у Ника.

– Может, хотел позвать, а не позвал? – удивился Темка. – Животные с Этапа Препятствий не могут не прилететь на призыв. А уж тем более, императорский орел.

– У меня пчела всегда прилетает, – гордо сказал Жорик.

Ник промолчал. Флай мог не прилететь к нему лишь по одной причине, он не принц. Филипп и Сильвия не его родители. Может когда-то по случайности или в знак благодарности за спасение орел и прилетал к нему. Но все, больше он не слышит призыв Ника.

И тут дверь распахнулась, и в комнату ворвался запыхавшийся Фердинанд.

– Напали браконьеры! Вот жалость-то, что меня рядом не было, – вскричал он. – Уж я бы всем показал, как нападать на принца! Я бы их всех раскидал как щепки.

– Они напали на Наргиса, – ответил Ник.

– Но я все равно очень переживаю, – Фердинанд опустился в кресло, и большими глотками выпил стоявший на столе сок. – Как жаль, что я отлучился.

– А где ты был? – спросил Темка.

– Не твое дело, – огрызнулся Фердинанд.

– Сам знаю, что не мое, – согласился Темка. – Где ты был?

– В библиотеке я был! – крикнул Фердинанд и покраснел. – Да, я был в библиотеке. Чтоб мне лопнуть!

– Чего? – удивился Темка.

Ник поднял глаза на своего телохранителя, которого всегда передергивало при виде книг.

– Того! Если я великий воин, то и в библиотеку сходить не могу. Так вот я был в других Искривлениях, искал свитки, этого, ну Ивана Мудрого, – Фердинанд покраснел еще больше. – Вот, их я тоже хотел почитать.

Ник и Темка переглянулись, они не верили ни единому слову.

– И где свиток? – спросил Темка.

– Не нашел, – Фердинанд опустил голову и вкрадчиво продолжил. – Но я думаю, императору, батюшке вашему, вовсе не обязательно знать обо всем. Не нужно ему рассказывать, что я отлучался. Появились у меня личные дела в неурочный момент, так чего же теперь, наказывать меня что ли?

Ник хотел было ответить, но вдруг заметил, что запонки у Фердинанда в точности такие же как и у темного князя. Проследив за его взглядом, Фердинанд смутился еще сильней и вдруг резко схватил левую руку Ника и стал трясти ее. Ник сжал зубы, чтобы не вскрикнуть. Ему показалось, что его кисть, окунули в расплавленную лаву. Наверняка, рана опять начнет кровоточить.

Ник выдернул руку и тут почувствовал, что императрица вызывает его через ЗОС. Ник застыл, глядя на маленькое красное зеркальце.

– Высочество, я лучше сам побеседую, – перепугался Фердинанд. – Мы ведь договорились, про нападение не говорить?

– Договорились! – кивнул Ник.

Фердинанд взял ЗОС.

– Императорское величество, отлично выглядите. Новая прическа? – сказал он, как только в зеркальце появилось отражение императрицы. – Принц, он-то рядом туточки, спать изволит. Устал очень после состязаний. И ведь такой молодец…

Ник вышел прочь.

Глава 20. Призраки и браконьеры

Существуют три верные способа найти настоящую любовь. Только они мне неизвестны.

Иван Мудрый

Этому дню не суждено было спокойно закончиться.

– Ты прикинь? – к Нику выскочил Темка с головой обмотанной банным полотенцем. – Я сейчас Касьяна встретил. Ну, я вперед него успел душ занять. Он сначала от злости повопил, а потом вдруг заявил, что знает, как меня усмирить.

– И пошел жаловаться Оксу? – спросил Ник.

– Нет. В том-то и дело, он, спокойно насвистывая, ушел к себе в комнату, – сказал Темка. – Ох, не к добру это.

Ник неопределенно передернул плечами. Касьян со всеми своими мелкими гадостями, мало интересовал его. Он думал лишь о том, что рассказал Фердинанд императрице, хотя тот заверил, что успокоил ее. Но Ник все равно, чувствовал себя очень скверно.

– А я вот за Касьянчика волнуюсь, – пробормотал Темка. – И вправду опасаюсь, чего он там задумал.

Что задумал Касьян, выяснилось на следующее утро. Раннее утро выходного дня.

– Подъем! – гаркнул Касьян, войдя в комнату.

– Отстань, – Темка кинул в него подушкой.

Увернуться Касьян не успел, и от обиды стал не просто говорить, а выкрикивать.

– Калинин и Остин, сегодня дежурные по башне. Как и говорили нам на собрании первого сентября. Сегодня ваша очередь. НО! Ник, отправлять тебя на дежурство с таким ненадежным напарником как Темка было бы неразумно.

– Сам ты ненадежный! – завопил Темка.

– Поэтому я решил, что пойду вместе с вами. Приступим сразу после завтрака, – закончил свою речь Касьян и вышел прочь.

Сон пропал. Ник сел на кровати и принялся тереть глаза.

– Что еще за дежурства? – удивился он и, и обрадовался. Теперь не нужно искать повод не идти во дворец, чтобы не встречать тех, кого он еще совсем недавно считал своей семьей.

– Снова будем костер на крыше поддерживать, как в прошлом году?

– Аге, я так же Оксу сказал, он мне за это наказание вляпал, – ответил Темка. – С башней-то ничего не случится и костры уже никому не нужны. А мы должны расти ответственными, сильными и смелыми. О, вот так вот мне Окс и сказал. Так что дежурства эти нужны для нашего блага, это мне потом еще Касьян два часа пояснял. Вот и должен каждый из нас в свой выходной день отправиться на такое, никому не нужное дежурство. И все для нашего же блага.

– Хорошо, что он пораньше разбудил, – послышался голос Жорика. – Мне в салон магии надо.

– Ну, хоть какая-то польза от Касьяна, – ухмыльнулся Темка.

За завтраком Касьян сидел за соседним столиком и с важным видом намазывал хлеб маслом. Рядом усиленно работали челюстями Игнат с Яшей. Мимо крался Тюфяк, он уже наметил себе добычу, его глаза не отрываясь, следили за приготовлением бутерброда.

– А может, от него сейчас избавимся, – мечтательно пробормотал Темка. – Вдруг его Тюфяк слопает, вместо бутерброда?

Тюфяк лязгнул челюстями, крупные зубы стали резко удлиняться, он готовился к прыжку.

– Ах, вот ты где, мой котик, – из-за стойки, поверх кастрюль показалось полное добродушное лицо тети Степаниды. – Тюфячок, иди сюда. Я пирожков испекла.

Тюфяк, мигом забыв про бутерброд Касьяна, рванул к блюду с пирожками. Темка от разочарования, стукнул ложкой по тарелке так, что образовалась трещина.

– Нам пора на дежурство, – важно сказал Касьян, размазывая остатки масла по ладоням.

Они втроем спустились на нижний этаж базы, где находился спортзал, Касьян замер на лестнице и сделал загадочное лицо.

– Где-то здесь должен открыться проход. Мне дали ключ, чтобы мы могли свободно пройти, – в его руке и вправду светился небольшой серебряный ключик.

– И без тебя это знаем. Мы спустимся вниз, а там живут, – Темка неожиданно умолк, вспомнив призраков, населяющих нижние этажи. – И зачем же я порчу сюрприз, сейчас сам все увидишь и обрадуешься.

– Мне не нравится твой тон, – слегка испуганно ответил Касьян.

Стена разъехалась, и Ник увидел уже знакомую лестницу. Стоило спуститься на один этаж, как они попали в сияющий зал. Через огромные окна пробивались солнечные лучи. Зал был уставлен открытыми сундуками с золотыми монетами. Светились стены, светилось золото, светились глаза Касьяна.

– Начнем дежурство с этого зала, – голос Касьяна задрожал. – Тут все надо осмотреть, чтобы ничего не пропало.

– Ага, до тебя не пропадало, сейчас-то чего беспокоиться, – усмехнулся Темка.

– Пошли дальше, – поторопил Ник. – Не будем же мы целый день на монеты смотреть.

– Будем! – крикнул Касьян. – Я считаю, будем. Это нужно. Это столько денег. Это всю жизнь можно не учиться и не работать.

– Уходим отсюда! – сказал Ник, вложив в голос все убеждение, на которое был способен.

– Давай, шевелись, капитан команды, – Темка даже не стал скрывать пренебрежения.

Касьян позволил вывести себя из зала, но он успел незаметно запихать себе в карман несколько золотых монет. Глаза его разгорелись, руки непроизвольно делали хватательные движения.

– Надо бы вообще на другой этаж слинять, – покачал головой Темка. – А то нашего Касьянчика удар хватит.

Вдвоем с Ником они потащили его к лестнице, спустились на один этаж, там лестница прерывалась, и пришлось обойти по залу полукруг, чтобы продолжить спуск. К счастью, этот зал был самым обычным, без блестящих украшений, и Касьян не возражал, чтобы идти дальше. Они миновали еще несколько этажей, когда в одном из залов на стене заметили герб охотников: свиток с двумя крыльями по бокам, снизу переплетались мечи.

– Кажись, герб тут повешен неспроста, – сказал Темка.

– Золото тоже неспроста стояло, – всхлипнул Касьян, по его глазам ясно читалось решение, вернуться сюда позже, набить карманы, сумку и рюкзак золотом, а потом сбежать.

Они прошли через арку в коридор, который несколько раз круто поворачивал, пока, наконец, перед ними не оказались широко распахнутые двери, а дальше небольшой зал. Мраморные стены сплошь увешаны зеркалами, бесконечно отражавшими десятки ламп.

– Рад видеть вас, смертные! – послышался протяжный голос.

Касьян встрепенулся, все-таки он еще никогда не встречал призраков башни Отражений.

Из одного зеркала выплыл слабо светящийся шар, прямо на их глазах принявший очертания человеческой фигуры. На нем красовался элегантный камзол и треуголка. На прозрачной голове надет парик.

Касьян принялся пятиться, с каждым шагом, что он отступал, из зеркала вылетал новый светящийся шар, который тут же превращался в призрака. Когда Касьян был уже на грани бегства, самой последней появилась Эльвира, властительница призраков. На ней красовался высокий полупрозрачный парик с локонами, поверх старинного платья, накинута призрачная мантия.

– Принц Дариан, Артем и ты, неизвестный мальчик, я рада видеть вас, – прошелестела Эльвира.

Ник невольно дернулся, слово «принц» резало слух.

– Кто вы? – пробормотал Касьян.

Эльвира придирчиво поглядела в зеркало, словно и вправду могла увидеть там свое отражение, а затем медленно смахнул несколько несуществующих пылинок со своего платья.

– Мы призраки, – сказала Эльвира уже нормальным чистым голосом. – Мы обитаем здесь тысячелетиями.

– Глупости, – заявил Касьян. – Наставник Окс сказал, что внизу архивы.

– Сам ты глупость, – возмутился Темка. – Не обижай приведений.

– Если, если они призраки башни, то почему я их никогда не встречал? – спросил Касьян. – Мне как капитану команды, все должно быть известно про нашу базу. Я не могу в вас поверить, пока не получу приказ от наставников.

– Ну, ты и осел! – присвистнул Темка.

Призраки, разряженные в одежды разных веков с причудливыми прическами древности, окружили Касьяна, тот невольно поморщился, ощутив исходивший от них холод.

– Верю! – закричал Касьян. – У меня был просто информационный шок. Вы же никогда раньше не показывались.

– Раньше мы свободно поднимались наверх и знакомились с юными охотниками, – печально сказала Эльвира. – Теперь же там поселилось великое зло и нам закрыт путь наверх. Поэтому мы ждем учеников к себе в гости на нижние этажи башни. Поэтому для вас и устроили дежурства по башне.

– Какое зло? – встрепенулся Касьян. – Я как капитан команды должен знать обо всем.

– Обойдешься, – ответил Темка и тихо прошептал Нику. – Не вздумай рассказывать, что призраки Индру боятся. Он же ей покоя не даст.

– Что ты там шепчешь? Ты плетешь заговор против меня? – взвизгнул Касьян.

– Делать мне больше нечего, – коротко ответил Темка.

Призраки стояли полукругом, прислушиваясь к ругани, по их прозрачным лицам блуждали улыбки. Было очень странно наблюдать за отражением в зеркалах, отражались лишь переругивающиеся Темка с Касьяном и Ник.

– Довольно, – сказала Эльвира. – Не для ссор вы пришли сюда. Очнитесь, вы должны приобрести древние знания про башню. Вы прошли испытания золотом, и сейчас должны узнать еще другие тайны башни.

Касьян замер, по его бегающим глазкам, было видно, что в мозгу идет сложная работа, он пытался решить к какой категории отнести призраков. И нужно ли их слушаться. Они не наставники, не учителя и вообще, их даже к живущим, нельзя отнести.

– Я должен быть уверен, что тут безопасно, – сказал Касьян. – Наверху-то мы защищены. А тут? Может быть, на нас браконьеры тут нападут?

Эльвира встрепенулась.

– Успокойся, мы же в башне, – заверил Темка. – Браконьеры нападают лишь там, где нет защиты.

Полупрозрачные призраки вдруг начали темнеть.

– Что вам известно про браконьеров? – настороженно спросила Эльвира.

– Да ничего толком, – отмахнулся Темка. – Сначала нас в плен взяли, потом отпустили. Странные они какие-то. Потом оказалось, что вроде им Наргис нужен. Его вчера вроде бы поймали, но тоже отпустили.

– Они не странные, они опасные! Мне многое про них известно! – Эльвира засияла, странным черным блеском. – Когда-то давно, когда я еще была живой, то сражалась с ними. Я тоже раньше была охотником. Мой отряд выслеживал браконьеров.

И тут лампы вспыхнули ярче, послышался протяжный вой, зазвенели цепи. Касьян поспешно спрятался за спиной Ника. Через стену просочился призрак, замотанный в рваную простыню, руки его сковывали цепи.

– Теперь вы уже не выберетесь отсюда! – он зловеще рассмеялся. – Вы похитители золотых монет.

– Ну, ведь знал же, что он что-нибудь сопрет! – Темка развернулся к Касьяну. – И когда ты только успел монеты слямзить.

– Касьян? – удивился Ник.

– Я, я не брал, – заплетающимся языком пробормотал Касьян. Он тихонечко достал монеты из кармана, и откинул их подальше от себя. Монеты со звоном покатились по полу. – Я ничего не знаю, у меня ничего нет.

– Вас заточат в подземелье, вы, как и я будете сидеть там вечность, – оборванный призрак завыл, и принялся греметь цепями.

– Довольно, – оборвала его Эльвира. – Меняем привычный сценарий, тут проблема намного страшней. Вновь объявились браконьеры. Мы должны помочь юным охотникам.

Оборванный призрак отлетел в сторону, на его призрачном лице застыл ужас.

– В те времена, когда я еще была живой, – печально начала Эльвира, от волнения ее голос снова стал тихим и протяжным. – Тогда мы не знали покоя от браконьеров. Изначально это была просто горстка преступников, готовых совершить любое преступление в магическом мире. А затем стали сбиваться в отряды, и стали действовать смелее. Они усиленно искали, как противостоять магам. Они стали создавать свою магию. Мы не могли с ними справиться. Я… Я погибла от рук браконьеров. Я струсила и отступила, а они… Они довели свое дело до конца, – Эльвира умолкла.

– Продолжайте, пожалуйста, – сказал Касьян. – Все это очень интересно. Я напишу научный доклад. Учителям это понравится. Мне поставят дополнительную оценку.

– Придурок, – пробормотал Темка.

Эльвира несколько раз глубоко вздохнула, верней, это просто выглядело вздохами, ведь призракам вовсе не нужен воздух.

– Смысл их колдовства, это уничтожение чужого колдовства. Они создают заклинания, артефакты, которые блокируют нашу магию. Они создали особый вид магии, работающий на подавление чужих сил, – прошептала Эльвира.

– Ага, помню, как тогда сплющило, – согласился Темка. – Ни пошевелиться, ни колдануть не мог.

– Их магия! – подтвердила Эльвира. – Только очень сильный маг может противостоять им, да пожалуй, еще и магические животные, доставшиеся на Этапе Препятствий. Магия браконьеров не действует на них.

– Знал бы, взял бы с собой змеюку Стилса, – расстроился Темка. – Тот бы всех покусал. Или вон у Ника и собака и орел. Вот бы и побили бы их тогда.

Ник стиснул зубы. У него больше нет орла и, скорей всего никогда не было. Орел, просто ошибка, семья, тоже ошибка. Все, что происходило с ним, было ошибкой.

– Сомневаюсь, браконьерам сложно противостоять. Животные будут сражаться за своих хозяев, но браконьеры уничтожат их. Браконьеры коварны. У них нет имен лишь прозвища, они верят в тайну имени, и ничем не хотят рисковать, – прошептала Эльвира.

– Да без надобности нам их имена! – возмутился Темка. – Тайна имени не так уж и работает-то.

– Но браконьеры всегда верили в нее!

– Вира и Капитан, они сами сознались, что это не имена, – сказал Ник. Почему-то ему не хотелось в этом сознаваться, какой-то частичкой своего сознания, он продолжал надеяться, что Вира не была браконьером.

– Следуйте за мной, – тихо сказала Эльвира.

Они долго спускались по лестнице, пока не вошли в один зал. Серые стены были покрыты резным орнаментом, там многократно повторялся знак «илинт» – символ древних охотников. Высокий потолок поддерживали белые, сияющие колонны. Пожалуй, они и являлись источником света, хотя с потолка свисали серебряные цепи, на которых тихо раскачивались золотые светильники.

В центре зала стоял огромный белый камень, верней вначале Ник принял его за камень. Стоило подойти ближе, как он понял свою ошибку. Это была огромная чаша, сделанная из куска белого мрамора. Она была наполнена прозрачной жидкостью, от поверхности которой шло слабое свечение.

– В дни моей жизни, охотники пользовались водной поверхностью, чтобы собирать и передавать информацию, – сказала Эльвира. – Это должно помочь вам. Глядите в водную поверхность. Вы должны это знать. Я попытаюсь предостеречь вас.

Ник вгляделся в воду, и вдруг увидел. Эльвира живая и молодая, в этом же платье и небрежно наброшенной на плечи мантии. В руках, она крепко сжимала золотую диадему. Эльвира шла по узкой горной тропе, где-то далеко внизу блестело озеро. Движения Эльвиры были резки и оборванны. Присмотревшись, Ник понял, что она сопротивлялась, чья-то чужая воля заставляла ее шагать, а она всеми силами противилась этому. Эльвира остановилась на самом краю тропы. Впереди озеро, сзади по тропинке шел человек, в простой одежде крестьянина.

– Отдай нам диадему, – сказал он. – И мы пощадим тебя.

– Забирайте! – крикнула Эльвира и кинула ему диадему.

Человек в одежде крестьянина, ловко поймал летящее к нему украшение.

– А теперь запомни, мы никогда никого не щадим, – сказал он.

Эльвира вздрогнула, помимо своей воли, сделала один, последний шаг и полетела вниз.

Поверхность воды пошла мелкой рябью, изображение исчезло.

– Им заплатили, заплатил темный маг, чтобы браконьеры выкрали диадему Присциллы, – сказала призрачная Эльвира. – Браконьеры не гнушались ничем. Ради денег они пошли на это. Ради денег они уничтожили наш отряд охотников, они позволили мне сбежать лишь для того, чтобы узнать, где спрятана диадема, а затем напали вновь. Они могут работать на любого, кто им заплатит или они могут сами найти себе жертву. Их задача вредить магическому миру. Они самые мерзкие из магов. Я не знаю, почему они вас похитили и почему отпустили вас. Но берегитесь, браконьеры вернутся за вами. Если они и отпускали вас, то лишь для своих личных интересов. Вы должны подготовиться к следующей встрече.

Глава 21. Мерцающие снежинки

Когда он был еще совсем маленький и зеленый кто-то произнес над ним заклятье «офонарей».

Из биографии Тюфяка

Из-за приближения нового года или из-за того, что команда охотников показывала отличные результаты на состязаниях, учителя и наставники вдруг подобрели. Несколько последних дней в году, оказались невероятно легкими. Константина даже настолько снизошла, что на одной из тренировок научила запускать летающие фонарики, для украшения комнаты.

– Такое умение не входит в число необходимых, – пояснила она. – Но все же вы славно потрудились в этом году, и можете, как следует отдохнуть. Тем более, что наша команда снова получила приглашение во дворец.

Тренировка закончилась и все принялись обсуждать, что наденут на новый год. Девочки без устали обсуждали прически и макияж, и постоянно вспоминали советы Анжелики Мефодьевны. Расстроенной выглядела лишь Ольда.

– Я уверена, что меня могли бы пригласить в Варнал или на Лысую Гору, – она захлопала ресницами. – Я хочу отмечать новый год вместе с Катаром.

– Ольда, это глупость, – ответила Кристина. – Ты помнишь, в прошлом году, тебе выпала несчастная любовь, а потом ты встретила Катара. Ты его видела всего один раз, пора уже забыть про него.

– Что? Забыть? Никогда. Ведь он должен был влюбиться в меня с первого взгляда. Я это чувствую, – у Ольды на глазах появились слезы.

Темка покрутил пальцем у виска, и поспешил отойти подальше.

– Не понимаю девчонок, – признался он Нику с Жориком.

– И я не понимаю, – вздохнул Жорик. – Я Лафи с новым годом поздравил, она мне не ответила.

– Нашел, кого поздравлять, – возмутился Темка.

– Что такого, ты ведь ей каждый год валентинки шлешь? – удивился Жорик.

– Да! Это я специально, чтобы приколоться. Шлю валентинки Лафи и еще кое-кому, – ничуть не смутился Темка и поспешил сменить тему. – Слушай, Ник, я вот тут чего подумал. Ты только не обижайся. Я того, во дворец не поеду на новый год. Мои родичи решили устроить семейное торжество. В общем, я обязательно должен быть со своими.

– Все нормально, – ответил Ник. – Темка, семья важней всего, тут не на что обижаться.

Сам Ник в последние дни только и думал о том, как бы избежать поездки во дворец. Может у него пока не хватает сил поговорить с императором, но занимать чужое место, место принца, он больше не мог. Пожалуй, проще всего будет обратиться за помощью к Фердинанду, этот воин, уже не раз доказывал свое умение налаживать всякие делишки. В последнее время Фердинанд хоть и всячески отлынивал от своих обязанностей телохранителя и вообще шлялся где хотел, но неизменно посещал уроки шифрологии. Как шутил Темка, он «все-таки пытался научиться читать». Ник решил поговорить с ним после урока.

– Урок у нас сегодня легкий, нагружать заданиями перед праздником совсем не хочется. Поэтому расшифруйте по одному свитку, и можете быть свободны. – Индра в своих неизменных джинсах и рубашке, пробежалась по аудитории. На каждый столик она положила по свитку.

– Какой шифр здесь применен? – осведомился Касьян.

– Ага, это самому надо догадаться, – ответила Индра, запрыгнув за учительский стол, на котором, как и обычно громоздилась куча листов и книг. – Магическая перестановка букв, таинственные руны, переплетение заклинаний – тут может быть что угодно. Ну же, что скисли, я же не прошу расшифровывать свитки Ивана Мудрого, у вас простое легкое задание.

Ник достаточно быстро справился с заданием, и вдруг с удивлением заметил, что Фердинанд тоже склонился над свитком. Сосредоточенно морща лоб, он беззвучно шевелил губами и пытался что-то расшифровать.

– Примени тройную гектограмму, – подсказал Фердинанду Темка. – Неужели не ясно, это же простецкий шифр. Ну?

– Как это? – беспомощно пожал плечами Фердинанд и покосился на Индру. Но та, постукивая перстнями об стол, читала какой-то древний манускрипт, не обращая внимания на учеников. – Быстро выкладывай, как это делается?

– Обойдешься, волшебное слово скажи, – возмутился Темка.

– По шее? – миролюбиво предложил Фердинанд.

– Сам хочешь свой свиток расшифровывать? – ухмыльнулся Темка. – А чего, двойку тебе не поставят, ты все равно тут не учишься. Сиди и тупи на буковки.

– Лады, – быстро согласился Фердинанд. – Пожалуйста!

– Здорово! – восхитился Темка. – Короче, тройная гектограмма вычерчивается на отдельном листке, дальше методом подстановки мы определяем значения основных символов.

Фердинанд в недоумении крутил золотую серьгу в своем ухе. Еще никогда он не выглядел настолько растерянным.

– Ты чего и этого не знаешь? – удивился Темка. – Чего ты вообще в эти свитки полез?

– Поговори мне еще, – буркнул Фердинанд.

– Обязательно поговорю, – пообещал Темка. – Давай, я за тебя расшифрую, а то Индра расстроится, когда увидит, какой ты ерунды понаписал.

После звонка, когда все сдали готовые работы и поспешили в столовую на обед, Ник уже хотел обратиться к Фердинанду за советом, как его опередил Темка.

– И чего ты только на шифрологию таскаешься, ведь тебе же учиться не надо? – спросил он у Фердинанда. – Ни финальных состязаний, ни зачетов. Тебе вообще не обязательно на уроках сидеть.

– И чего? – Фердинанд достал из кармана шелковый платок с вышитым гербом и промокнул вспотевший лоб. – Если я воин из элитного отряда, то и учиться не могу.

Темка не ответил, он пристально смотрел, как Фердинанд вытирает лицо, а потом аккуратно запихивает платок обратно в карман.

– Ник, пошли, поговорить надо, – резко сказал Темка и, не слушая никаких возражений, оттащил его в сторону. – Помнишь, ты говорил, что у вас во дворце чего-то там пропадает, Мне кажется, что Фердинанд воришка.

– Ты что? – оторопел Ник. – Был бы Фердинанд вором, у нас бы на базе тоже что-нибудь пропало.

– У Касьяна вон мозги пропали, но это еще давно, при рождении, – усмехнулся Темка. – А если серьезно, то видал у него платок. Такой платок я на твой день рождения у кого-то из гостей видел, там герб уж слишком приметный. А еще галстук у него с бриллиантовой брошью. Его я тоже раньше видел у другого мага, когда во дворце был.

– Это серьезно, – сказал Ник. – Начальник охраны во дворце просто взбешен. И он говорил, что кражи одно время прекратились, как раз тогда Фердинанд был с нами на базе.

– Во-во, – закивал Темка. – Нужно придумать хитрый план, как его разоблачить.

Хитрый план Темка придумывал до самого вечера. Он усилено хмурил лоб на уроке Магик-Инета, и во время тренировки, и даже когда Касьян Невский втихаря подставил ему подножку, Темка никак не отреагировал. Лишь вечером, когда они вдвоем сидели в комнате, и к ним заглянул Фердинанд, Темка решил воплотить свой план.

– Ага, сознавайся! – завопил он. – Откуда у тебя эти запонки и этот галстук? Кажется, раньше они принадлежали другим людям.

– Ну да, принадлежали, – Фердинанд пожал плечами.

– Чего? – оторопел Темка. – Я думал, ты будешь отрицать, что своровал их.

– Вот еще! Подумаешь, свистнул несколько вещичек, – сказал Фердинанд. – Так сразу и вором называть. Ну, например, взял я галстук у одного графа, ну мне-то он к лицу, а у графа этого галстуков тыща, а может и больше. И потом, я же его вернуть собирался. Подумаешь, поношу пару дней и все. Так сразу скандал устраивать! А, вот эти запонки с черными бриллиантами, лично у темного князя позаимствовал, – Фердинанд взмахнул двумя руками, так что бриллианты на запонках сверкнули. – Вот этот камзольчик я у барона Шувалова подхватил.

– У нас на базе ничего не пропало, – сказал Ник.

– У своих ничего не беру, – категорично покачал головой Фердинанд. – Я же из любви к искусству. А тут-то как можно?

– У Тюфяка спроси, как тут можно, он постоянно все таскает, – отмахнулся Темка и вдруг насторожился. – А чего ты нам все это рассказываешь? Вот так вот просто взял и выдал все свои тайны.

– А чего тут такого, – пожал плечами Фердинанд. – Будто я не видел, как ты на платок сегодня уставился. А высочество давече на запонки подозрительно поглядывал. Вы и так все знаете. Только, не выдавайте меня. Начальник охраны из меня компот сделает. Я же не виноват, что такое у меня хобби.

– Не выдам, – ответил Ник, а сам подумал, что если Фердинанд и украл несколько ложек, то это ничто, по сравнению с тем, что он, Ник, взял себе чужое имя и титул.

– И я не выдам, – подумав, пообещал Темка. – Я же не Касьян.

На следующий день тридцать первого декабря был объявлен выходной. Ник проснулся позже всех, Темки с Жориком уже не было. И тут в комнату ввалился Фердинанд, в руках он держал нарядный камзол.

– Вот, высочество, специально для вас из дворца доставили.

Ник глубоко вздохнул, нужно было действовать.

– Я не могу идти во дворец на новый год, – сказал он. – Император с императрицей сильно расстроятся, если меня не будет. Я не хочу огорчать их, но и идти не могу.

– Понятненько, – Фердинанд в задумчивости постучал пальцами по носу. – Высочество, план такой. Я свяжусь с императором и чего-нибудь придумаю, чтобы вас отмазать. Может, скажу, что вам вдруг вздумалось патрулировать башню на новый год. Может еще чего-нибудь этакое соображу. Главное скажу, что неотлучно буду с вами. А за это, вы меня отпустите по своим делам. И вам хорошо, и я кое-что обстряпать по-тихому успею. Заметано?

– Заметано!

Довольный Фердинанд кинул камзол на стул и умчался прочь.

Ник встал с постели лишь к обеду, но никого не встретил в столовой, очевидно, вся команда уже покинула базу. Он решил, что это и к лучшему, не придется ничего объяснять. После обеда, Ник поднялся наверх. Зал был украшен мигающими гирляндами, посредине возвышалась огромная елка. Сильно пахло хвоей.

Ник сел в кресло и включил телевизор.

– Потрясный новый год будет в императорском дворце! – послышался восторженный голос ведущей Аники Ликовой. Она прокручивала в пальцах фиолетовый локон и улыбалась в камеру. – Помимо обычных гуляний, катаний на санях и снежных игр, приготовили еще сюрпризики. Ага, например, воздушное шоу огненных лебедей, фейерверк, танцы до упаду, праздничный стол.

Аника Ликова исчезла с экрана, и Ник увидел дворцовый сад, украшенный летающими фонариками.

– Уже все готово! – продолжила Аника Ликова. – Я слышала, что в этом году подарки, которые император дарит гостям, будут совершенно необыкновенные.

За окнами уже стемнело, Ник сидел возле наряженной елки и продолжал смотреть Магик-ТВ, как светлые маги во всех Искривлениях пространства готовятся к празднику, как зажигаются огни на главных городских площадях. Каждый раз, когда показывали императорский дворец, Ник поспешно переключал канал. Это чужая жизнь, про которую он должен забыть. Он должен будет найти ту женщину, заходившую в магазин сластей, найти свою настоящую семью.

– На вот столик тебе новогодний, – послышалось ворчание Антипа. – Гляжу, ты тут один остался, ну я и решил тебе праздничек сделать.

Ник оглянулся и увидел, как аковец тащит небольшой столик, заполненный всевозможными лакомствами. Он поставил столик прямо перед телевизором.

– Спасибо! – пробормотал Ник.

– Так ведь не за что, – ответил Антип. – Потом за меня посуду помоешь.

Довольный собой Антип ушел обратно на кухню, в том, чтобы отмечать новый год, он не видел никакого смысла. Ник принялся переключать каналы, когда за спиной вновь послышались шаги.

– Могу еще и пол за тебя помыть, – сказал Ник.

– Не нужно! Лучше налей мне сок.

Ник вздрогнул и обернулся, сразу за ним стояла Кристина. В красивой серой мантии, с вышитыми лилиями и омелой, гербами ее семьи. Гирлянды, украшавшие зал мигали, отражаясь от ее волос, уложенных в высокую прическу.

– Тебя не было во дворце, – тихо сказала она. – И я поняла, что ты здесь.

– Я здесь, – ответил Ник, и подумал, что, наверное, это прозвучало очень глупо. – А ты почему не во дворце?

– Я… – Она хотела что-то сказать, но в последний момент раздумала.

Кристина посмотрела Нику в глаза. Улыбка осветила ее лицо. Улыбка сообщницы.

– Баронесса Кристалинская имеет право находиться там, где ей хочется, – и не в силах больше сдерживаться Кристина рассмеялась. – Так научил меня отвечать мой дедушка. Согласись, звучит очень чопорно.

– Согласен, – ответил Ник.

Кристина подошла к елке и отломила маленькую веточку.

– Люблю запах хвои. Он создает ощущение настоящего праздника, – сказала она и приколола веточку к своей мантии. – Настоящий новый год.

Наступила тишина, Ник нерешительно принялся передвигать приборы на столике.

– Но ведь все твои друзья там? – спросил он.

– Не все, – покачала головой Кристина. – Ты здесь. Неужели тебе не хочется присоединиться к общему празднику?

– Этот праздник я отмечу на базе охотников, – сказал Ник. – Это место я занимаю по праву.

– Вот уж нет, – Кристина улыбнулась и откинула локон, упавший на лицо. – Ты сидишь на моем любимом кресле. И еще ты должен налить мне сок. Скоро уже двенадцать часов, а мой бокал пустой.

Ник схватил два бокала и отправился к фонтанчику с напитками.

– Мне вишневый, – сказала Кристина.

В телевизоре появились огромные часы на башне. Они пробили ровно двенадцать раз.

– С новым годом! – сказал Ник.

– С новым годом! – ответила Кристина.

По телевизору показывали тысячи новогодних елок с мигающими гирляндами, взрывы фейерверков, огненные мистерии.

– Не время сидеть в тоске, – в зал вплыла Эльвира, а следом за ней показались другие привидения. – Новый год, самый лучший праздник.

– Потому, что в этот день маги одержали победу над Хаосом, – напомнил один из призраков. – Мерзким существом, набирающим себе прислужников. Хозяином предателей.

– Объявляю танцы, – закричал призрак, замотанный в рваную простыню, и принялся звенеть цепями на своих ногах.

– Остановись! – взмолилась Эльвира. – Музыкальный канал.

– Будут танцы до утра! – возликовал призрак в парике с локонами.

Призраки пустились в пляс.

Кристина поманила Ника в сторону и протянула ему хлопушку.

– Это подарок тебе. Внутри мерцающие снежинки. Когда они ложатся на руку, нужно загадывать желание.

Хлопушка взорвалась.

Ник подставил руку и, когда две мерцающие снежинки опустились на ладонь, загадал самое заветное желание.

Глава 22. Приемная мать

Если не можешь что-то изменить, то просто контролируй это.

Из золотой книги мудрости

Первого января Ник проснулся от громкого шипения. Долгое время он не мог понять, что происходит. Сначала показалось, что Эльвира или кто-то из ее друзей еще продолжают праздник. Кристина, протанцевавшая полночи, поспешила во дворец, чтобы поздравить с новым годом деда, а вот призраки не могли угомониться до утра.

Снова послышалось шипение. Оно доносилось откуда-то снизу. Ник приподнялся и увидел змею, раскачивающуюся возле его тумбочки. Заметив Ника, змея разинула пасть, мерзкий раздвоенный язык коснулся ручки тумбочки.

– Что? – в недоумении пробормотал Ник.

Змея снова коснулась языком ручки и отползла в сторону.

Ник медленно протянул руки, змея не двигалась. Ее глаза без век смотрели на него. Осторожно Ник приоткрыл тумбочку. И заметил свечение, идущее откуда-то из глубины.

Змея кивнула.

Ник вытащил записную книжку, подаренную несколько лет назад мамой Альбиной. И в этот момент промелькнула потрясающей ясности вспышка памяти. Он тогда еще не знал, о существовании магии, жил в небольшой квартире с мамой Альбиной. Был его день рождения, исполнялось десять лет. Гостей не было, он одиноко сидел за столом, заставленным салатами, посреди возвышался огромный торт.

– В книжке записан адрес, чтобы ты никогда не заблудился, – с этими словами мама Альбина протянула ему подарок. Каким несчастным Ник почувствовал себя тогда, что к нему относятся как к маленькому, он не стал даже открывать подарок. Теперь же, он вдруг ясно осознал, что все это не просто так. Как оказалось, леди Дора ничего не делала просто так. Адрес! В книжке записан магический адрес.

Нетерпеливо он перелистывал страницы, пока не наткнулся на странную карту Искривлений, такую же, какие видел на уроках у профессора Гиля. Забыв про змею, Ник кинулся одеваться. И тут в комнату вошел Фердинанд, одетый в свой лучший камзол ярко-красного цвета. В ухе поблескивала золотая серьга. На рубашке сверкали запонки с черными бриллиантами. По-привычке он жонглировал ножами.

Змеи, указавшей на тумбочку, уже не было.

– Высочество, с новым годом вас. Я тут заскочил, как делишки разведать. Как праздничек отгуляли?

– Отлично, – честно ответил Ник, хотел было спросить, как прошел новый год во дворце, и что Фердинанд рассказал императору, но сдержался.

– Собрались куда-то?

– Да, но я должен пойти один, – сказал Ник.

– Это меня полностью устраивает. У меня тут как раз тоже дельце намечается, – Фердинанд резко выкинув вперед руку, подхватил оба ножа, и лихо закинул их в ножны. – Важное такое дельце. Я вот и слиняю тогда по-тихому. С базы-то нам все равно придется вместе выйти, чтобы никто ничего не заподозрил, а потом разбежимся. Вечером вернусь, никто и не заметит. Наставников на базе нет. Я молчу про вас, вы про меня. Идет?

– Идет, – ответил Ник, понимая, что одному ему все равно запрещено выходить из башни.

В Холле сидела тетя Степанида, и неспешно пила чай. Перед ней на столике лежал клубок шерсти и наполовину связанный шарф.

– Ник, похоже ты сегодня один на базе-то. Вся команда еще с праздника не воротилась, а вероятно до конца каникул и не воротятся, – сказала она. – Какие ворота для тебя открыть?

– Реальный мир! Площадь у Здания Совета.

– Фу, чегой-то я про ворота спрашиваю, – вдруг опомнилась тетя Степанида. – Тебя же не велено одного с базы-то выпускать без телохранителя твоего.

– Да тут я тут, – послышалось позади, и в Холл вошел Фердинанд. – Он без меня ни шагу. Охранять принца, моя привилегия.

В доказательство Фердинанд хлопнул Ника по левому плечу. Рука непроизвольно дернулась, и в тот же момент, Ник почувствовал резку боль в запястье, словно вгрызаются хищные насекомые, целый рой насекомых. Ник сжал зубы, чтобы сдержать крик.

– Тогда ступайте, – сказал тетя Степанида, и обеспокоено прибавила. – Чего-то ты, Ник, бледный такой сделался? Уж не заболел ли?

– Нет, не заболел, – покачал головой Ник, левая кисть полыхала, словно охваченная огнем.

Как только они прошли через ворота и оказались возле Здания Совета, Фердинанд отвесил поклон.

– С превеликим удовольствием я оказал эту мелкую услугу высочеству. А теперь, мы можем разойтись по своим делам, – и он исчез в ближайшей подворотне.

Ник восстановил в памяти карту Искривлений и, не смотря на боль в руке, не удержался от смеха. Вход в нужное Искривление, где прячется леди Дора, находился совсем близко от Здания Совета. От того места, где сидят самые мудрые маги, объявившие ее в розыск.

Ник прошел через ворота, в другое Искривление, необычайно похожее на Реальный мир. Тихая заснеженная улица, уютные особняки, Ник очень быстро нашел нужный. Впрочем, он не сомневался, что леди Дора выставила тут какую-то свою защиту, и она прекрасно осведомлена обо всех визитах.

Дом был огромен. Мощные колонны возвышались по обеим сторонам широкой парадной лестницы, а окна, забраны затейливыми решетками. Два огромных каменных сфинкса стояли у парадной двери.

Едва Ник успел дотронуться до заледеневшей кнопки звонка, как дверь растворилась. Впереди виднелся просторный холл, отделанный белым мрамором. Огромная люстра свешивалась с потолка, освещая помещение мягким светом. Ник шагнул вперед, на глянцевом полу, заметил свое чуть искаженное отражение.

Навстречу вышла леди Дора. Она выглядела так, как Ник и привык ее видеть. В простом белом платье, длинные светлые волосы, были собраны в косу. Большие серые глаза разглядывали его.

– Рада видеть тебя в своем доме. У тебя как, все нормаль… Ник! Дариан, ЧТО СЛУЧИЛОСЬ?! – кровь отхлынула от ее лица, ставшего мертвенно-бледным от испуга.

– Я не знаю, – Ник покачал головой. Он почувствовал себя как, когда-то давно в детстве возвращался домой, после очередной неудачной прогулки, где все смеялись над ним. Тогда он возвращался домой и прятал от мамы Альбины свою обиду. Он мог лишь прятаться. Нет, сейчас он больше не тот маленький мальчик, который прячется. Сейчас он должен действовать. – Случилось! Мне нужна помощь. Рана, – Ник задрал рукав и показал повязку, на которой проступили пятнышки крови.

– Ступай за мной, – коротко бросила леди Дора.

Они прошли в комнату, от пола до потолка заполненную полками со всевозможными баночками и флакончиками. В стеклянном шкафу хранились кристаллы.

– Обычный магический медицинский кабинет, – сказала леди Дора. – Садись и рассказывай.

Пока леди Дора перевязывала рану, Ник рассказал про браконьеров, про побег и про то как поранился.

– Магическая травма, – ответила леди Дора и посыпала рану Ника серебристым порошком. Боль тут же утихла. – Ты уже понял, что это не обычная царапина. Стеклянный цветок?

Леди Дора задумчиво замолчала, и перевязала кисть Ника чистым бинтом.

– Да, это было похоже на стеклянный цветок, – кивнул Ник. – Он стоял на палубе у браконьеров. А потом я видел, что Капитан носит этот цветок с собой.

– Магия браконьеров! Я знаю, как справиться с обычными ранами, и с магическими, – сказала леди Дора. – Но, чтобы разобраться с магией браконьеров нужно время.

Ник пошевелил пальцами, поднял руку, но боли уже не было.

– Уже все прошло, – обрадовался он.

– Нет! Порошок лишь временно поможет тебе, но не сможет вылечить эту рану, – возразила леди Дора. – Не волнуйся, я обязательно узнаю, чем тебе помочь. Просто нужно время.

В комнату вползла змея, та самая, которая сегодня утром разбудила Ника.

– Это Донатея, когда-то давно, она досталась мне на Этапе Препятствий, – сказала леди Дора. – Пора выпить чай и поговорить о происходящем. Предупреждаю, тебе не понравится то, что ты услышишь.

Ник прошел за ней в чудесно обставленную гостиную. Утренний свет лился в окна, выходившие в заснеженный сад. Комната была обставлена легкой изящной мебелью, на полу лежал белоснежный ковер. На окнах висели шелковые занавески. Леди Дора села возле столика, на котором уже дымились две чашки чая.

– Это мое убежище, – сказала леди Дора. – Маги не простят меня. Для многих я навсегда останусь лишь предательницей. Пусть считают, что я погибла. Так всем будет спокойней.

– Но… – начал было Ник.

– Я звала тебя, чтобы предупредить про браконьеров, – перебила леди Дора. – Это важней всего прочего. Вспомни всех новых людей, которые появились в твоем окружении в последнее время.

– Фердинанд, Жанна Фридриховна, профессор Гиль, – принялся перечислять Ник. – Зачем это?

– Браконьеры, когда намечают себе жертву, обычно пробираются в ее окружение, втираются в доверие. Ты должен быть предельно осторожен. Остерегайся новых людей. Любой, из них, может быть сообщником браконьеров.

Ник сделал глоток крепкого сладкого чая и вздохнул с облегчением.

– Я могу никого не подозревать, – Ник рассказал о втором нападении браконьеров в городском сквере. – Скорей всего браконьерам нужен Наргис.

– Сомневаюсь, – с недоверием в голосе произнесла леди Дора.

– Совершенно точно, – сказал Ник. Сейчас ему браконьеры стали казаться чем-то далеким и безвредным, гораздо сильней беспокоили другие вещи. – Там… Тогда… Когда меня похитили из дворца… Ты ведь меня не видела до похищения. Могло случиться, что младенца поменяли?

– Когда ты родился, – сказала леди Дора. – То тебя показывали по Магик-ТВ, тебя видели все маги. Я тогда скрывалась в подземелье Хаоса. Расскажи, к чему такие вопросы.

Перед тем как ответить, Ник заглянул в чашку чая, затем перевел взгляд на заснеженные деревья за окном, словно надеялся там получить какую-то подсказку.

– Наверное, я вовсе не принц, Филипп и Сильвия не мои родители, – и Ник рассказал все, что увидел, когда в сокровищнице темного князя сжал в руках жемчужину Алатына. – А потом орел, доставшийся на Этапе Препятствий, больше не отзывается на мой зов. Орел может слышать, лишь настоящего принца. Я не знаю, кто я.

– Дементий никогда не интересовался своим племянником, и мог бы не заметить, если бы младенца подменили, – задумчиво сказала леди Дора. – Он рассказывал мне о том, что хотел бросить тебя прямо на улице. Рассказал, что они отошли от младенца, и потом вернулись. Я бы не стала особо полагаться на слова Дементия, но жемчуг Алатына никогда не лжет.

Ник почувствовал, как обрывается последняя надежда.

– Меня узнал камень Омфал, – в отчаянии пробормотал Ник.

Леди Дора покачала головой.

– Ты же знаешь, чтобы спасти тебя, я напоила тебя живой водой, похищенной из Искривления Хаоса. Живая вода несколько изменила твой организм. После этого ты почти не болел, и всегда был сильней своих сверстников, – леди Дора на секунду запнулась. – Живая вода необыкновенно сильный источник магии. Ты впитал в себя часть ее силы. Поэтому магия живой воды могла повлиять на омфал. И в этом редком случае омфал мог ошибиться.

– Я не известно кто, – Ник вновь вспомнил неизвестную женщину, чье лицо ему не удалось разглядеть. Она унесла настоящего принца, и скорей всего, она его родная мать.

– Я не вернусь во дворец! – сказал он. – Не буду занимать чужое место.

– Вернись в команду, – сказала леди Дора. – Там точно твое место, ты сам прошел через Этап Препятствий. Ты стал охотником. Ты дважды победил Хаоса. Это все, что сейчас надо знать. Тренируйся, становись сильным.

Ник кивнул. Еще утром, покидая базу, он хотел услышать, что все показанное черным жемчугом не правда, что все может идти по-прежнему. Этих слов ему не сказали. Хотя, Ник встрепенулся, к чему пустые иллюзии, правда гораздо важней.

– Ты не пытайся связаться со мной через ЗОС. Это может быть опасно. Я, когда узнаю что-нибудь про твою рану, сама найду тебя.

– Могут увидеть, что я разговариваю с тобой, – кивнул Ник и вдруг вспомнил. – В Высшем Совете знают, что ты жива. Они пытаются найти тебя.

– Чтобы предать суду, – закончила за него леди Дора и улыбнулась. – Я знаю об этом. Когда думали, что я погибла, то официально простили меня. Потом, когда стали сомневаться в моей смерти, то решили все-таки судить.

– Вернись к светлым магам. Я снова расскажу все, что произошло. Я попрошу отца..., – Ник замолк. Отца? Он больше не может называть императора своим отцом.

– Нет, от прошлого не избавиться, пока все не исправишь, – ответила леди Дора. – И мне придется сильно постараться, чтобы восстановить все. Пусть маги считают, что я служу Хаосу, пусть сам Хаос считает, что я работаю на него. Но я никогда не назову его хозяином, как это делают его прислужники.

– Никогда? – спросил Ник.

– Никогда! – печально улыбнулась леди Дора. – Хаос уверен, что я вновь предала магов. Только так я смогу вовремя предупредить, если он вновь задумает выбраться из своего логова. Поэтому не пытайся связаться со мной через ЗОС. Может оказаться, что я буду в Искривлении Хаоса. Ему совсем не к чему видеть тебя. Возьми, это поможет тебе, пока я не найду настоящее лекарство.

Леди Дора протянула коробочку со светящимся порошком.

Глава 23. Элегантная магия, любовная магия

Некоторые фразы такие умные, что их надо записать золотыми буквами и сожрать.

Темка Остин

Ник один из всей команды провел каникулы в башне охотников. Жорик снова вернулся в салон магии, а Темка, хоть и обещал примчаться на базу, через ЗОС сообщил, что вынужден проводить больше времени с оборотнями, чтобы перенять их традиции, и не получить по шее от отца. Кристина, как и обещала, часто присылала искры-сообщения, она проводила каникулы со своим дедом во дворце.

На базе жили лишь тетя Степанида, которая каждый день готовила что-то вкусное и Антип, гонявший Тюфяка и пытавшийся периодически придираться к Нику.

– Настоящий принц – это, прежде всего сила, благородство и забота о своих подданных, – стал зачитывать Антип из какой-то книжки. – Вот и славненько ты обо мне заботишься. Нет бы схватил шваберку да вместо меня тут полы подмел.

– Хорошо, – пообещал Ник.

– Еще чего надумали, – возмутилась тетя Степанида, она вошла в зал, чтобы принести Нику пирожки с черникой. – Антип, марш полы драить. У Ника каникулы, отдыхать ему положено.

Антип не терял надежды и все-таки по несколько раз в день, пытался спихнуть свою работу. Иногда Ник помогал ему с уборкой, вспоминая уроки Туана, но все же элегантная магия давалась ему плохо.

– Фу, чего наделал-то, – возмутился Антип, когда Ник вместо того, чтобы вымыть окна, случайно удалил из них все стекла.

– Сейчас исправлю, – пообещал Ник.

– Исправит он. Тьфу! – возмущенный Антип вышел прочь.

И до самого вечера пытался восстановить, как было. То у него вместо стекол появлялись куски фанеры, то натянутый целлофан, а один раз, даже получилось забетонировать оконные проемы. Именно в этот момент его и вызвал через ЗОС Фердинанд.

– Ну, высочество, отмазал я тебя, – сказал довольный Фердинанд. – Теперь все каникулы можете спокойненько на базе отсиживаться. Никто вас не побеспокоит. Даже небось и через ЗОСю никто не вызывал?

– Нет, – покачал головой Ник, по правде сказать, он очень боялся, что император или императрица попытаются связаться с ним.

– Аге, ну можете, высочество, меня не благодарить. Я устроил все в наилучшем виде, сказал, что вы учиться собрались все каникулы, – радостно сверкнул зубами Фердинанд. – А уж после того, что произошло, так ваши родители и вовсе рады, что вы никуда отсюда не ходите.

– Что случилось? – голос Ника дрогнул от беспокойства. Он так крепко сжал зеркальце, что на повязке вновь проступили капли крови, – С родителя… с императором и императрицей все в порядке. Что-то с сестрой… с Ульяной?

– Да не, обошлось все. В новогоднюю ночь браконьеры пробрались в императорское Искривление, – сказал Фердинанд. – Чего им нужно неизвестно, их сразу засекли. Ну и все элитные отряды были брошены на их поимку.

Физиономия Фердинанда исчезла из зеркальца, а Ник осознав собственную немочь, сжал зубы. Он не может найти в себе силы, сказать правду императору. Сказать, что настоящий принц так и не найден. Совершенно не задумываясь, Ник взмахнул рукой и прошептал заклинание. В окнах появились стекла, все было сделано так аккуратно, словно заклинание сотворил сам Туан. Правда, Ник не стал задумываться об этом, он поспешил к себе в комнату, чтобы перевязать кровоточащую рану.

Едва Ник успел снять бинты, как в комнату влетел Темка.

– Вот ты где? Ничего себе, какая царапина-то нехилая. Чего с рукой-то?

– Плохо с рукой, но еще хуже с головой, – Ник попытался улыбнуться, но ничего не вышло. И он рассказал, все про рану и, самое главное, про то, что показал ему жемчуг Алатына.

– Во дела! Так вот чего ты на базе-то отсиживаешься, – потянул Темка. – Чего дальше-то решил?

– Не знаю, – Ник пожал плечами, в том, что у него не хватает решимости разобраться с этой проблемой, он не мог признаться даже лучшему другу.

Пару дней, оставшуюся до конца каникул, они играли в компьютер, смотрели телевизор, пытались отыскать заначки Тюфяка, но больше ни словом не перекинулись о родителях Ника. А с началом учебы, начались и другие проблемы.

– Дорогие мои, включаем компьютеры, – в библиотеку, где проходили уроки Магик-Инета, вошла Анжелика Мефодьевна в модном брючном костюме с новой короткой прической. Сразу же в воздухе, и без того пропитанным приторно-сладкими запахами эликсиров, появился цветочный запах духов. – У нас сегодня новая тема, будем учить законы создания сайтов в магической сети.

– Первый урок в году и сразу Анжелика Мефодьевна, – вздохнул Темка. – А с другой стороны, хотя бы не заставляет нас любовные зелья готовить.

Кроме стеллажей с книгами, в библиотеке стояло несколько шкафчиков с эликсирами, свечами, зеркалами и кристаллами, необходимыми атрибутами для любовной магии, которая шла теперь как факультатив. Столы с компьютерами, находившиеся в центре библиотеки, как и всегда перед началом урока расставили в два ряда и развернули к большому плоскому монитору над учительским столом.

Ник включил компьютер.

– Сайты создаются простенько, нужно лишь знать особый язык программирования, – начала Анжелика Мефодьевна и вдруг умолкла, заметив поднятую руку. – Ольда, милая моя, что ты хочешь?

– Анжелика, – чтобы сделать учительнице приятное, Ольда обратилась к ней просто по имени. Анжелика Мефодьевна кокетливо улыбнулась и, достав из сумочки зеркало, начала поправлять макияж. – У меня очень важный вопрос. Вопрос жизни и смерти.

– Милая, ты не преувеличиваешь? – приподняла брови Анжелика Мефодьевна.

– Ничуть. Это касается любовной магии, – заявила Ольда.

– Ах, так! – Анжелика Мефодьевна подскочила со стула. – Да-да, любовная магия у нас идет как факультатив. Но я же не могу позволить, чтобы моя ученица страдала.

– Спасибо, Анжелика, это очень мило с вашей стороны, – Ольда откинула с лица прядь черных волос. Из ее голоса исчезла обычная лень, а значит, Ольда и вправду сильно беспокоилась. – Я не понимаю, что происходит. Он должен был в меня влюбиться, я это чувствую. Но почему-то от него нет никаких знаков внимания.

– О ком ты, милая?

– О темном принце Катаре, – сказала Ольда и тихо всхлипнула.

Вся команда и так с любопытством слушала разговор, но теперь повисла просто гробовая тишина. Майя от волнения чуть не сломала мышку, а Кристина лишь покачала головой.

Ольда снова всхлипнула.

– Ребятки, милые мои, поиграйте немного в компьютеры. Поделайте там, что хотите, – сказала Анжелика Мефодьевна. – Ольда, подойди ко мне. Тут вопрос очень сложный, нужно все тщательно проверить.

Ольда подсела к учительскому столу и положила перед учительницей розовую сумочку, которую еще летом там любезно поднял с морских волн Катар.

– Расскажи мне все, – от любопытства глаза у Анжелики Мефодьевны разгорелись словно два факела.

Темка покрутил пальцем у виска, и повернулся к Нику.

– Ладно, можно хоть спокойно дурака повалять.

– Ты больше ни на что и не способен, – ответила Кристина. – Думаешь, Ольде так легко было сознаться в своих чувствах? Сам-то ты способен на такое?

– А чего я-то сразу? У самой-то есть какие-нибудь чувства? – с вызовом спросил Темка.

Кристина не ответила, лишь украдкой бросила взгляд на Ника, он так же украдкой подмигнул в ответ.

– У меня этих чувств навалом. Времени не хватит во всем сознаваться, – добавил Темка. – Эй, Ник, чего улыбаешься, давай лучше компьютер включай.

Кристина поспешно отвернулась, чтобы Темка не мог заметить точно такую же улыбку и на ее лице.

Ник, воспользовавшись разрешением Анжелики Мефодьевны, залез на сайт «Легион Вечности» и сильно удивился, когда заметил одно новое сообщение.

Ему нужен ты! Он заплатил слишком много. Берегись! Никуда не выходи один.

На аватарке он узнал босоногую девочку Виру. Ее длинные волосы развевались на ветру. В нижнем углу аватарки горела красная свечка, значит, Виры не было в сети. Ник хотел написать что-нибудь в ответ, но передумал.

Темка придвинулся ближе, и, развернул экран к себе.

– Верь ты ей больше, – сказал он. – Браконьеры в конец обнаглели, их никто выследить не может, а они в Интернете сидят.

– Может, она хочет помочь, или сама ждет помощи.

– Или она главная среди браконьеров и заманивает тебя в ловушку, – сказал Темка. – Помнишь, о чем призраки предупреждали!

Про браконьеров спорили до конца урока, и во время следующей шифрологии. Темка даже несколько раз перебивал Индру, снова рассказывавшую про свои любимые свитки Ивана Мудрого. Фердинанд сидел рядом за отдельным столиком, и в задумчивости ковырялся ножом в зубах. Несколько раз он пытался дать Темке подзатыльник, но тот вовремя уворачивался.

– Артем, я не узнаю тебя сегодня, – удивилась Индра. – Лучший ученик и так себя ведет.

– Я лучший! – просиял Темка, и, заметив зависть на лице Касьяна, с достоинством состроил ему рожицу. Но до конца урока, Темка больше не проронил ни слова.

На переменке, он задержался в аудитории, чтобы извиниться перед Индрой. В этот момент к Нику подошел Фердинанд, причем он специально выждал время, когда тот остался в коридоре один.

– Высочество, тут такое дело, – Фердинанд опустил глаза. – Мне бы надо слинять ненадолго. Чего скажешь?

– Хорошо, – ответил Ник.

– Ты, высочество, не подумайте чего плохого. Мне просто нужно пойти в… библиотеку, – Фердинанд неожиданно смутился и начал путать слова. Из-за воротничка рубашки наверх полез румянец. – Да, в библиотеку. В одном далеком Искривлении. Вот, решил немного почитать.

– Хорошо, – повторил Ник. – Без проблем.

И тут в коридор вылетел Темка, заметив смущенного Фердинанда, он усмехнулся.

– Чего? Опять свитки Ивана Мудрого искать пойдешь? Там же много сложных букв.

– Отстань, Остин, – рыкнул Фердинанд. – Вон, высочество меня отпускает, так что не лезь, куда не просят.

– Ну, и ладно. Научишься читать, сообщи, – сказал Темка, и кинулся удирать.

Вернулся он только к следующему уроку, ворвался в аудиторию профессора Гиля, и гордо сообщил, что бегает намного быстрей Фердинанда.

– Зачем ты цепляешь его? – спросил Ник.

– А чего он врет? – возмутился Темка. – Ага, как же нужны ему эти свитки!

Тут в аудиторию вошел Ипполит Бенедиктович и поманил команду охотников за собой.

– И потом, он постоянно куда-то сбегает, – продолжил свою мысль Темка. – На каникулах его не было, приперся на шифрологию, и снова куда-то сбежал.

– Я этому рад, – ответил Ник. – Я не хочу быть под контролем. Пусть лучше Фердинанд там свои делишки проворачивает.

– Пусть, конечно, – согласился Темка и мечтательно вздохнул. – Но я так люблю его дразнить!

– Вперед, ребятки, вперед! – Профессор Гиль, повел команду охотников в новое Искривление.

Глава 24. Хороших браконьеров не бывает

Глупцы они такие же, как люди. Только их больше.

Размышления Темки

В этом Искривлении не было зимы. Лес обступил старую заброшенную деревушку, чернели проемы окон, растрескались заколоченные двери. Кустарник оплел прогнившие стены и взобрался на крыши домов. В одичавших садах виднелись разноцветные плоды. При каждом порыве ветра шевелились сочно-зеленые длинные листья деревьев. Доносился приятный запах меда.

Охотники стянули шапки и расстегнули куртки.

Вместо того, чтобы начать урок профессор Гиль, погруженный в свои мысли с рассеянным видом, стал пробираться между заброшенных домов, заглядывая во все щели. Пару раз он остановился и провел пальцами по бревенчатой стене дома.

Команда следовала за ним.

– О, что я вижу! – вдруг вскричал профессор. – Наконец-то я вознагражден за все невзгоды и разочарования!

Ипполит Бенедиктович перелез через скособоченный забор. Не выдержав его веса, забор рухнул, и профессор свалился прямо в темно-зеленые заросли колючек. Только это вовсе не умерило его пыл. Захлебываясь от счастья, профессор прополз между кустарником, и поднял что-то с земли.

– Нашел! Это же, это же величайший момент! Я бы даже сказал переломный момент в магической науке, – он, наконец, встал на ноги, лицо его светилось от счастья. В руках он держал грязный комок.

– Но что это такое? – спросила Кристина.

– Сильнейший артефакт, позволяющий перемещаться сразу через несколько Искривлений. Да-да, с ним можно перемещаться, даже не выискивая и не создавая новых ворот! С ним можно шагать через миры! – Казалось, он готов был расцеловать самородок сжатый в грязных пальцах. – Вот, а ведь никто в совете ученых магов не верил мне. Такие самородки казались вымыслом. Ага! Я нашел его.

Профессор показал команде охотников бурый камешек, больше напоминающий губку для мытья посуды, которой отмыли кучу грязных сковородок.

– О, это так много значит! – бормоча себе под нос, профессор стал отходить от команды.

Кристина толкнула Жорика, тот сбегал и под руку привел профессора обратно.

– Ребятки?! – заметив команду охотников, профессор удивился. – Вы знаете, что в этом Искривлении мне удалось обнаружить удивительный самородок?

– Знаем! – выкрикнул Темка. – Это вообще очень круто!

– О, этот славный юноша понимает всю важность открытия, – профессор просиял. – Так, чего же вы тут стоите. Вы разве не читали мой научный труд?

Команда в недоумении переглянулась, то, что у профессора есть научный труд, они слышали много раз, но вот только никто и не думал читать его. Хотя, кажется, профессор в ответе и не нуждался.

– Одна из моих теорий гласит, что подобные самородки не могут встречаться в единичном состоянии, поблизости обязательно должны быть еще. Такие самородки живут колониями, – важно произнес профессор. – Идите же, идите искать их. Кому посчастливиться найти такой самородок, того я возьму к себе в младшие магические сотрудники.

– Можно просто пятерку поставить? – спросил Темка.

– Нет-нет, юноша, нельзя недооценивать такую великую находку, – вскричал профессор. – Обязательно в магические сотрудники. Это же необычайно. Представьте только, что можно проходить через Искривления, минуя ворота. Вот, просто перепрыгивать на огромные расстояния.

– А если ворота в Искривления закрыты? Ну, если какое-нибудь Искривление серьезно защищено и поставило себе крутую защиту? – спросил Темка. – Чего в него можно будет проскочить с таким самородком?

– Чисто теоретически да, – профессор на минуту задумался. – Думаю, что в данной ситуации все зависит от соотношения сил того мага, который сторожит ворота и того мага, который пытается через них пройти. Да-да, где-то можно будет пройти, невзирая на все запреты. Но, лишь один раз, самородок выплеснет все свои силы и понадобятся еще десятилетия, чтобы накопить их вновь. Ребятки, а что вы ждете? Вперед, во имя науки. Мне прямо не верится, что тут могут отыскаться еще ценные, прекрасные, очаровательные самородки.

Профессор продолжал рассеянно улыбаться, только глаза у него недобро поблескивали.

– Расходитесь! Расходитесь по одному, милые ребятки! Обязательно по одному!

Команда разбрелась по заброшенной деревне. Причем Касьян, растолкав всех остальных, кинулся в сад, в котором только что был найден самородок. Ник перебрался через поваленный забор, домика стоявшего на отшибе и пошел по одичавшему саду. Только сейчас он сообразил, что увлеченный научными теориями, профессор так и не сказал им, как же искать самородки. Они появляются в корнях растений, или же существуют еще какие-то особые призраки, или просто надо надеяться на удачу.

Ник вдруг почувствовал, что мышцы перестают слушаться его. Он поднял руку, но это движение далось с трудом. Словно он находился в густой массе.

– Настало время вернуть все на свои места, – послышался лишенный эмоций голос Капитана.

Ник повернулся, хотя сделать это было далеко не просто. Магия браконьеров обездвиживала, исключала возможность действовать. По заросшей дорожке сада, шел Капитан. Его дорогой костюм был тщательно отглажен, пуговицы блестели, из прически не выбился ни один волосок. Ник чувствовал на себе пристальный взгляд его темно-карих глаз, казавшихся такими странными на бледном лице.

– Сбежавший из плена, должен возвратиться туда. Браконьеры никогда не упускают свою добычу, – сказал это с таким безразличием, будто сидел дома в своей гостиной и зачитывал строки из книги.

Капитан сделал еще пару шагов навстречу, и вдруг стал исчезать, проваливаться под землю. В этот момент, Ник почувствовал, как заклятье оцепенения отпускает его. Слышался шум, сухая земля продолжала осыпаться в расселину, в которой только что исчез Капитан.

Ник подбежал к месту провала. Может, на этом месте раньше находился погреб, а может, тут всегда была яма, теперь заросшая одичалыми растениями. Капитан свалился в узкую трещину, корни деревьев обвили его руки и шею, лишая возможности использовать магию. Он сдавленно дышал, лицо покраснело.

– Держись, – пробормотал Ник.

Хватило всего лишь одного заклинания, чтобы убрать корни, норовившие сдавить шею. Ник опустился на колени, схватился за пиджак, и медленно вытянул Капитана наверх.

– Ты спас меня, – пробормотал Капитан, потирая распухшую шею. После сдавления голос был хриплым, но это делало его похожим на обычный человеческий, добавляло хоть какую-то эмоцию.

Из кармана его пиджака торчал стеклянный цветок, Ник невольно отодвинулся прочь. Достаточно уже одной раны.

– Да, – пробормотал Ник. Понимая, что совершил не самый разумный поступок в своей жизни, но поступить иначе просто не мог.

Капитан закашлялся, и поднял с земли самородок, в точности такой, как был и у профессора маленький и серый в бурых пятнах. Руки у него были ухоженные, ногти аккуратно подпилены, и самородок смотрелся ужасно. Капитан отдал самородок Нику.

– Это отличный экземпляр. Справится с любым перемещением. Я большой любитель минералов, – голос Капитана вновь стал бесстрастным. – Я дам тебе шанс на спасение. Может быть, Он помилует тебя.

Капитан прошел несколько шагов и шагнул в ворота, ведущие в другое Искривление. Воздух лишь на миг колыхнулся, и снова замер.

Ник в изумлении смотрел ему вслед, вертя в руках самородок.

– Я все видел! – раздался вопль Касьяна. – На принца напали! Принц едва выжил.

Ник обернулся, из-за камня, заросшего крапивой, выбрался Касьян.

– Все нормально, – сказал Ник. – Не нужно никого беспокоить.

Касьян покачал головой.

– Я появился вовремя и отпугнул нападавших, я спас принца! – крикнул он. – Страшно подумать, чтобы иначе произошло.

К ним выбежали Жорик с Темкой, а чуть погодя и вся остальная команда. У Кристины на лице отразилось облегчение, когда она заметила, что с Ником не случилось ничего ужасного. Она уже хотела подойти ближе, но тут вмешался Касьян.

– Я прятался за камнем и все видел, – заявил Касьян. – Кажется, это были браконьеры.

– Перестань, все в порядке, – Ник предпринял еще одну попытку его успокоить. Но Касьяна было не остановить, и стоило только вернуться на базу, как случилось то, чего больше всего и опасался Ник. Касьян бросился к наставникам и по-своему передал все, что случилось на уроке.

Ника срочно вызвали в кабинет наставников.

– Кто это был? – сурово спросила Константина у Ника. – Браконьеры?

– Не было никакого нападения, – ответил Ник. – Я просто помог.

– А своего телохранителя ты снова отпустил? – сурово спросила Константина. – Что-то слишком часто ты его стал отпускать!

– Я вынужден сообщить обо всем императору! – сказал Окс.

– Нет, не надо! – вскричал Ник. Ведь император считает его своим сыном, и может приказать вернутся во дворец. Нет, Ник не готов пока сказать правду. Он пока еще и сам ни в чем не разобрался. – Ничего плохого не произошло. Я спас человека, который провалился в расселину. Ведь ничего не произошло! Не надо сообщать во дворец.

Дверь приоткрылась, и на пороге появился сияющий Фердинанд.

– Какие-то проблемы? – с улыбкой спросил он.

– Проблемы, – сурово ответила Константина. – Тебя не было рядом с принцем, когда ему нужна была твоя помощь.

– Принц отпустил меня, вы ведь помните приказ, который подписан Туаном? Принц имеет право отпускать меня, когда считает нужным, – Фердинанд приложил руку к сердцу. – Но я до конца жизни не прощу себя, что не был с ним рядом в трудную минуту. И ведь надо же как, и ведь в тот момент, когда я отлучился, все и случилось. Я как узнал, так сразу бегом сюда. Уж я и переживал, что такое в мое отсутствие произошло!

– Я справился сам, – повторил Ник. – Ничего страшного не произошло.

– Хорошо, – сказала Константина. – Может быть, ничего страшного и не произошло. Но я обязана сообщить обо всем во дворец.

Фердинанд вдруг резко сделался жалким и растерянным.

Вечером Ника вызвали по ЗОСу, он увидел в зеркале печальное лицо императрицы.

– Мы любим тебя. Ты ведь это знаешь? – спросила она.

– Разумеется! И я тоже вас люблю, – ответил Ник и почувствовал сухой комок в горле. Он улыбнулся. Выглядит ли эта улыбка естественной? Да, конечно. Разумеется. Он ведь тоже любит их, хотя уже и не может называть своими родителями. Ник собрал все силы, чтобы удержать себя в руках. Потом, не сегодня чуть погодя он скажет им все. Скажет, что это ошибка, и что их сын, настоящий принц, так и не найден. Но не сейчас. Сейчас на это нет сил.

– Я бы хотела вернуть тебя домой во дворец! – Императрица улыбнулась, как-то рассеянно и виновато.

– Нет! – Ник энергично закачал головой. Рука державшая ЗОС напряглась, и тут же на белоснежном рукаве рубашки выступили красные капли крови. Ник перехватил зеркало здоровой рукой, и поднял его повыше, чтобы собеседники не могли разглядеть испачканный рукав.

– Я знала, что ты не согласишься. Будь осторожней.

– Да, конечно, – ответил Ник. Он видел, какое волнение и даже испуг пытается скрыть императрица за своей улыбкой. Она очень беспокоилась о нем. Или нет, не о нем, а о своем сыне.

– Будь осторожней, сынок. Я очень люблю тебя.

Ник сглотнул слюну, пытаясь хоть как-то убрать сухость в горле.

– Да, да, да, – пробубнил он, не в силах выговорить что-либо другое и без сил откинул зеркало в сторону.

Глава 25. День всех влюбленных

– Я люблю темного принца, – прошептала Ольда.

– Мои соболезнования, – усмехнулся Темка.

Диалог

Январские морозы и февральские метели пролетели незаметно. На зарядках они посещали небольшое Искривление, где находилось маленькое озеро и отрабатывали разные стили плаванья. Константина осталась верной своему принципу, что мускулы у магов тоже должны быть развиты так же хорошо, как и мозги. Потом были уроки, которые сменялись тренировками, и, наконец, наступали состязания. В единственный выходной все предпочитали оставаться на базе. Нужно было что-то доучить, что-то доделать, или необходимо было отработать наказание.

Ник учился наравне со всеми, но вот тренировки и состязания, стали превращаться для него в настоящий кошмар. Часто, ни с того ни с сего, раненую руку сжимала пульсирующая боль. Боль настолько сильная, что темнело в глазах.

– Калинин, что с тобой? – в очередной раз возмущался Окс. – Собственно, хватит строить из себя неженку.

– Ник, соберись, – ругалась Константина.

Ник обещал, что соберется, и в самом деле старался, но с каждым днем чувствовал себя все хуже, порошок леди Доры помогал уже меньше. Обращаться к другим лекарям Ник боялся, они обязательно обо всем расскажут императору. Ник с нетерпением ждал, что приемная мать снова с ним свяжется. Поэтому однажды вечером, когда леди Дора вызвала его через ЗОС, Ник не мог сдержать радости.

– Общаться по ЗОСу опасно, – сказала леди Дора. – Но, то, что я узнала, еще опасней. Так что другого выхода нет. Ты один?

– Да, – сказал Ник. Темка с Жориком ушли смотреть магик-ТВ, верней ругаться с Касьяном. Они постоянно спорили, какой канал лучше. Темке это доставляло огромное удовольствие, а если ему удавалось захватить пульт, то каналы менялись каждую минуту.

– Ты сказал, что поранился об стеклянный цветок? – сказала леди Дора. – Так знай, этот древнейший артефакт называется «Осколки мечты». Раньше он был в подземелье у Хаоса. Есть легенда, что каждый раз, когда чья-то мечта не смогла осуществиться, разбилась вдребезги, остаются осколки. Осколки от каждой разбитой мечты, неведомой силой склеиваются вместе. Ты говорил, что видел, как этот артефакт стоял на палубе корабля и впитывал лунную и солнечную энергию. Ты ошибался, артефакт впитывал в себя новые осколки, чьих-то неосуществимых мечтаний. Знай же, Осколки мечты больно ранят. И эти раны никогда не заживают.

– Никогда? – Ник посмотрел на перебинтованную руку. Сегодня рана болела сильней обычного, боль впивалась в кожу, как острые крючья.

– Да, ты уже понял, что это магия Хаоса, мощная и безжалостная, – продолжила леди Дора. – Такие раны лишают сил и убивают.

– Что?

В комнату ворвался довольный Темка, не замечая, что Ник разговаривает через ЗОС, он весело начал болтать:

– Все, конец телеку. Тюфяк пульт утащил. Касьян сейчас за ним по всей базе гоняется.

– Тихо! – быстро шикнул Ник, и снова повернулся к зеркальцу. – Это Темка, он не предаст.

– Единственный способ выжить, это вновь коснуться Осколков мечты, – продолжила леди Дора. – Помнишь закон, древнейшей магии может противостоять только древнейшая магия. Ты должен снова найти Осколки мечты, это единственный шанс.

– Всего лишь коснуться, – пробормотал Ник, вспоминая, как вытащил Капитана из расселины. Ведь тогда стеклянный цветок, в смысле Осколки мечты были рядом. Он мог лишь протянуть руку, чтобы коснуться. – Но зачем же Капитан носит с собой Осколки мечты?

– Если человек, чьи мечты разбились вдребезги, возьмет в руки этот артефакт, то сможет общаться с другими, с теми, чьи мечты тоже разбиты, – сказала леди Дора. – Вероятно, Капитан с кем-то поддерживает связь при помощи Осколков мечты…

Неожиданно леди Дора исчезла из зеркальца, Ник теперь видел только свое отражение.

– Ничего ж себе дельце! – Темка раскрыл рот. – Так что же теперь, ты сам должен за браконьерами начать гоняться?

– Как Касьян за Тюфяком, – усмехнулся Ник, хотя ему и было сейчас совсем не до веселья.

– Да кому этот Касьян нужен. Давай лучше решать, что с браконьерами делать станем?

– Не знаю, – ответил Ник. – Если верить всем предостережениям, то они и сами скоро объявятся.

– Ну, теперь станем их дожидаться, – сказал Темка.

Утром дверь в комнату резко распахнулась, к ним ворвалась Ольда, вид у нее был совершенно обезумевший. Розовый халат надет поверх розовой пижамы. В руках она держала валентинку в форме сердечка.

– Вот, все поняли! – торжествующе провозгласила она. – Темка, ты больше всех сомневался.

– Чего? Дай поспать, – Темка накрылся с головой.

Ольда, подбежала и стащила с него одеяло.

На пороге комнаты появились Майя и Кристина. Они лишь пожимали плечами.

– Вот это валентинка от Катара! – Ольда подняла красное сердечко высоко над головой. – Понятно, что он меня любит. Он полюбил меня с первого взгляда, как только увидел в Золотой гавани. Так же как и я полюбила его. И не важно, что мы больше не виделись.

Темка лениво открыл глаза, уставился на Ольду, перевел взгляд на валентинку. Кристина приложила палец к губам, призывая молчать, но было поздно.

– Так она же вроде того, не подписана, – пробормотал Темка.

– Ничего ты не понимаешь, – разозлилась Ольда. – В этом вся таинственность. Темный принц Катар должен быть загадочным. Поэтому он и не подписал валентинку.

Ольда вышла из комнаты.

– Мог бы и промолчать, – шикнула Кристина на Темку.

– А чего такого? Там же и в самом деле подписи нет, – удивился Темка и тут его взгляд наткнулся на мешок с письмами. – Ого, а вот и нам валентинки притащили.

– Разбудили раньше времени, теперь не уснуть, – проворчал Жорик.

– Сейчас валентинки глянем.

Темка схватил мешок и высыпал его содержимое прямо на пол. Получилась целая гора разноцветных, мерцающих, больших и маленьких, надушенных эликсирами, открыток. Но среди всех Ник узнал ее, особую: точно такую же он получил и в прошлом году. Валентинка с обгоревшими краями, она была вырезана в форме сердце, посередине нарисована молния.

Сколько еще времени я буду думать о тебе? Сколько еще буду пытаться встретиться с тобой? Сколько буду надеяться поймать твой взгляд, твою улыбку? Ты разбиваешь мое сердце!

Будь счастлив даже без меня.

Как и в прошлом году на валентинке не было подписи.

– А я-то еще никому открытки не отправил, – спохватился Темка. – Все учусь, да учусь.

– Я Лафи поздравил, – сказал Жорик.

– А я… – Ник не успел сообразить, следует ли сознаваться, что валентинку с изображением сияющих снежинок, он отправил Кристине, как дверь распахнулась.

– Что вы тут сидите, – в комнату влетел Касьян. – Срочно на построение. У нас состязания через десять минут.

– Увлеклись, – ухмыльнулся Темка. – Уж очень много девчонок меня поздравить хотят.

– Врешь! – возмутился Касьян. – Все поздравления принцу Дариану. А я, между прочим, сам только что три валентинки получил.

– Они тебе по ошибке достались, – парировал Темка.

Ник быстро переоделся и перевязал рану, насыпав побольше серого порошка, надеясь, что на сегодня удастся унять боль. Они втроем спустились в Холл, где уже построились остальные ребята. Наставников еще не было, зато, привалившись к косяку одной из многочисленных дверей, стоял Фердинанд. Одет он был в ярко-красный пиджак спортивного покроя и темно-коричневые брюки. В накинутом на плечи пальто, из петлицы торчали свежие фиалки. Заметив Темку, Фердинанд лениво зевнул, и отвел руку за спину.

– Чего у тебя там? Опять что-то свистнул? – спросил Темка.

– Что ты, как можно? Тут на базе ничего не беру, – покачал головой Фердинанд.

– А чего прячешь тогда?

– Валентинку, – Фердинанд стал отступать в сторону. – Скучно мне с вами.

– Ври больше! Наверняка, у тебя там что-то опасное, – сказал Темка и зашептал на ухо Нику. – Чего-то не нравится мне его таинственность. Он вчера у Индры расспрашивал про магический песок, что лишает магов силы.

– Почему у Индры? – удивился Ник.

– Ну, просил чего-то там по свиткам посмотреть, вроде в свитках должно быть указано, где этот песок найти, – пояснил Темка. – Если твоя леди Дора права, то присмотреться больше всего нужно к твоему телохранителю. Чего-то он явно мутит. Надо бы последить за ним, как бы он шпионом браконьерским не оказался.

Темка старательно не отрывал глаз от Фердинанда, пока шло построение, и потом пока они не вошли на стадион, и Фердинанд не отошел к трибунам. Команда охотников построилась, Жанна Фридриховна села за судейский стол. Виктора и Генриха Эдмундовича сегодня не было.

Ник почувствовал острую боль в руке. Казалось, что мышцы заменили горящей смолой, которая обвивала кости. И тут же все прошло, лишь острое иголочное покалывание кожи, напоминало о внезапной вспышке. Ник стиснул зубы, не так не пойдет, он был худшим на прошлых состязаниях, и сегодня должен победить. Он не может подставлять команду.

– Вот значит. Сегодня я всем задания раздаю, – сказала Жанна Фридриховна. – Реальный мир квадрат 11 т. Времени два часа. И еще вот что, не обязательно всем держаться вместе. Там, потом, когда подрастете, у вас будут и одиночные задания. Так можете и сейчас по одиночке ходить, – она с глуповатой улыбкой оглядела команды, чуть задержав взгляд на охотниках. – Ступайте.

Команда охотников выбежала через открытую калитку, Фердинанд лениво плелся позади.

– Мне тут кое-что удалось узнать, – хитро сощурился Касьян, забежав за угол дома. – Я переписываюсь с девочкой из команды стражей.

– Только не ври, что с Лафи, – возмутился Темка. – Не вздумай врать, что она с тобой встречаться стала!

– Фу, Остин! Я никогда бы не стал общаться с вампиршами, – брезгливо ответил Касьян. – Я…

– Чего ты сказал? – нахмурился Темка. – Это ты чего, считаешь, что Лафи хуже тебя?

Глаза Темки блеснули, красных прожилок становилось все больше и больше, пока его глаза не стали уж совершенно красными. Зубы у Темки стали опасно удлиняться, форма черепа исказилась.

Касьян трусливо попятился.

– Темка! – испугался Ник. – Мы в Реальном мире, тут тебе нельзя ни в кого превращаться.

– Пусть Касьян возьмет свои слова обратно, – прорычал Темка, слова уже давались ему с трудом, голосовые связки деформировались, так же как деформировалось и лицо. – Пусть он скажет, что Лафи самая красивая девчонка, и он, конечно, не достоин ее.

– Согласен! – пискнул Касьян. – Лафи самая красивая, я ее недостоин.

– Так-то лучше, – Темка снова стал самим собой.

Касьян на всякий случай отступил еще на пару шагов и спрятался за спину своего друга Игната.

– А ты Остин дождешься, я ведь все наставникам расскажу.

– Рассказывай, – беззаботно разрешил Темка.

Так и не высовываясь из-за спины своего друга, Касьян стал давать указания.

– Я старательно все выведал и теперь точно знаю, что сегодня стражи собираются натравить на нас Кровожадных Монстров. Монстров чующих кровь, как акулы. Они будут до последнего гнаться за человеком с раной. Справиться с ними можно, направив яркий свет в глаза, это их парализует. Разбиваемся на пары. Нас всего одиннадцать человек, значит…

– Я пойду один, – сказал Ник. Не хватало еще подставить под удар своего напарника. Ясно же, что его эти монстры почуют сразу. – Фердинанд, я сам справлюсь с заданием. Не надо идти за мной.

– Приказ принца для меня закон, – радостно ответил Фердинанд.

Ник поспешно помчался прочь, пока никто из друзей не решил остановить его. Навстречу по тротуару двигались счастливые парочки с цветами в руках. Заморосил легкий дождь. Придорожные фонари, засияли ярким огнем, начали шипеть и жужжать. В воздухе появился пока еще еле уловимый запах паленой шерсти. Прямо, как и описано в учебнике «Монстроведение», Ник свернул на глухую улочку.

– Они атакуют! – раздался пронзительный крик Майи, откуда-то из-за домов.

Еще немного и Ник смог разглядеть их – это были существа, сотканные из серого тумана. Они на ходу меняли свои очертания. То это были человеческие силуэты, и через мгновения они расплывались. И вот это уже огромные осьминоги. Они быстро ползли вперед, шаркая своими щупальцами. Воздух наполнился неприятным запахом.

Ник остановился, попытался создать огненный шар, или столб света, но почувствовал, что не в силах сделать это. Рана на запястье вновь начала пульсировать. Снова казалось, рука наполняется горящей болью. Боль мешала сосредоточиться.

Монстры были уже рядом. Ник, придерживая правой рукой левую, побежал по пустынной улице. Серые руки-щупальца потянулись к нему. Спину обожгло холодом, видать один из них все-таки дотронулся, но не смог схватить. Сзади послышалось жуткое шарканье.

Из-за угла дома вышел прохожий, с букетом в руках. Он неторопливо шел вперед и что-то напевал себе под нос. Ник сначала поразился его беспечности, но тут же понял, что очевидно люди не способны видеть Кровожадных Монстров. Что будет, если такой Монстр нападет на человека, наверное, тот почувствует холод, может страх, а может и ничего не почувствует.

– Еще двое! Они атакуют! – откуда-то из-за домов раздался пронзительный крик Темки.

Прохожий недоумевающее оглянулся, и продолжили свой путь. Да, твари выпущенные стражами из другого Искривления, невидимы для людей. И огромное счастье для этого человека, что рядом оказался Ник. Нет, он сейчас не способен защитить, он может лишь отвлечь внимание. Кровоточащая рана, будет привлекать к себе Монстров, а у него нет сил, чтобы создать луч света, способный ослеплять.

Раздалось низкое рычание. Серые существа окружали. Их щупальца то сворачивались кольцами, то резко выбрасывались вперед. Ник смог разглядеть их лица: мутные серые глаза, сгусток вместо носа, провал вместо рта.

– Стоять! – навстречу вышел Фердинанд. Он стоял, широко расставив ноги, преграждая путь. В руках у него мелькали ножи.

– Они, мне не справиться с ними, – крикнул Ник.

– Вижу, – спокойно ответил Фердинанд.

Фердинанд ловким движением рук, резко подхватил оба ножа и скрестил их над головой. Солнечный луч отразился от начищенного металла и ударил в глаза Кровожадному Монстру. Тот рухнул возле Ника. Остальные попятились.

Прозвучал сигнал, обозначающий конец состязаний.

– Вот и отлично, вот и славненько! – Чуть в стороне появилась Жанна Фридриховна. В этот раз она решила покинуть стартовую площадку, чтобы лично понаблюдать за состязаниями. Лицо ее было встревожено и сильно недовольно. – Этого монстра я засчитывать не стану. Телохранитель не должен вмешиваться в состязания.

Ник совершенно не удивился, что как только команда вернулась на базу, его позвали в кабинет наставников.

– Что с тобой происходит? – сурово спросила Константина. – Команда уже не в первый раз проигрывает из-за тебя.

– Я устал, – пробормотал Ник. Говорить про рану бессмысленно, его отправят к лекарям. Но толку в этом не будет, его может спасти только Осколки Мечты. Обо всем сразу же доложат во дворец. Император с императрицей будут волноваться. А он, так и не набрался смелости рассказать им, что показал ему черный жемчуг Алатына.

– Другие команды начинают уже открыто смеяться над нами, – сказала Константина. – Раньше вы лидировали по общему количеству балов, сейчас же скатились на предпоследнее место. Надеюсь, дальше ты покажешь более высокие результаты.

Ник вышел из кабинета наставников и заметил впереди Фердинанда. Тот стоял к нему боком и сжимал в руках ЗОС. Ника он явно не заметил.

– Но я же, я же… – Фердинанд умолк.

Ник не мог видеть его собеседника, и не мог слышать его слов, очевидно, тот даже не повысил голоса. Но лицо Фердинанда становилось все более и более несчастным.

– Избавлюсь! От него больше не будет хлопот. Обещаю в самом скором времени. Разделаюсь, раз и навсегда, – Фердинанд и убрал зеркальце в карман.

Ник отступил в тень, Фердинанд прошел мимо и стал спускаться по лестнице. В руках, как и обычно, мелькали ножи, которыми он небрежно продолжал жонглировать. Совсем не так должны выглядеть охранники – ни тени спокойствия, надежности. Он выглядел зловеще и...

...и веяло от него опасностью.

Глава 26. Дикая охота

И не вздумайте кормить монстров конфетами, они потом от вас ни за что не отвяжутся.

Из учебника «Монстроведение»

О том, что наставники дали Касьяну чрезвычайно секретное поручение, знали все. Во-первых он ходил с важным видом, что-то бормотал себе под нос и периодически делал записи в фиолетовом блокнотике. Во-вторых, он будто бы случайно три недели подряд публиковал в стенгазете «Манускрипт» рубрику «Дождетесь!», в которой в самых таинственных выражениях строил догадки о будущем команды. И, наконец, свершилось, вечером после тренировки Касьян собрал всю команду возле телевизора.

– Наши наставники оказали мне высочайшую честь. Они доверили мне очень важное дело, – торжественно сказал он. – Я долго корпел над этой работой. Я лично составил досье на каждого. Я учел все ваши таланты и способности, долго думал, прикидывал…

– Брал взятки, – подсказал Темка.

– Брал взят… – чисто механически стал повторять Касьян и запнулся. – Остин, ты сам не способен к ответственной деятельности. Ты не способен даже вовремя приходить на уроки. Так неужели ты полагаешь, что можешь тягаться в остроумии со мной, с самим капитаном команды?

– Тягаться не могу, зачем же над тобой издеваться, – ухмыльнулся Темка. – Нет у тебя остроумия-то.

– Зато у меня есть власть и приказ от самих наставников поделить нашу команду для участия в рейдах охотников, – важно произнес Касьян.

– Чего? – переспросил Темка.

– А того, что нам ведь еще первого сентября сказали, в этом году у нас будут практические занятия с взрослыми охотниками. Мы будем вместе с ними патрулировать город, – важно сказал Касьян. – Что, Остин, ты как всегда ничего не знал?

– Нет, – обалдело признался Темка.

– Это еще раз доказывает, что я намного умней и лучше тебя, – сделал вывод Касьян. – Как всем известно, взрослые патрули охотников обследуют улицы города, воздух, подземные подходы, жилые и нежилые помещения. Соответственно всех вас я и должен поделить на эти патрули.

– Так ты об этом три недели думал! – усмехнулся Темка. – Кого из нас под землю отправить, а кого в воздух.

– Остин, знаешь, куда мне уже очень давно хочется тебя отправить? – с угрозой спросил Касьян.

– Тихо, не при наставниках! – завопил Темка.

Касьян резко умолк, навесил на лицо дружелюбную улыбку и стал озираться, в поисках наставников.

– Так, – Касьян, когда понял, что его провели, сурово нахмурил брови. – Остин, ты и Жорик отправляетесь в патруль с байкерами. С самыми грубыми и невоспитанными из всех охотников. Думаю, что вы будете с ними наравне.

– Я не могу на байке, – жалобно сказал Жорик. – Меня укачивает. Я летом пытался кататься. Три раза падал и бился головой.

– Потерпишь, – разозлился Касьян. – Принц Дариан, о, да что это я, мы же тут все просто друзья! Ник Калинин, отправится вместе со мной в патруль, который обследует подземные пути. Девочки отправятся в два патруля, чтобы осматривать воздушные границы. Игнат с Яшей, вы отправитесь патрулировать здания.

За ужином все только и обсуждали предстоящее патрулирование. Под звон посуды, то и дело раздавались взрывы смеха, обеспокоенное перешептывание.

– Может быть, нам разрешат использовать крылья!

– Покажут новый вид магии, я по телеку видел!

– И чего это Касьяна в канализацию потянуло? – удивленно проговорил Темка. – Еще и тебя с собой тащит.

– Ник, давай меняться, – жалобно простонал Жорик, размазывая гречневую кашу по тарелке. – Я не могу на байк. Совсем не могу. Я боюсь. Мне будет плохо.

– Если ты Касьяна вытерпишь, я попрошу у Константины.

– Вытерплю, – пообещал Жорик и повторил. – Лишь бы не байк.

Ник сразу поспешил в кабинет наставников. А про себя усмехнулся, что в этом году впервые идет сюда по доброй воле, в предыдущие разы его вызывали для нотаций. Ник постучался, из-за двери доносились голоса, тогда он тоже решил войти.

– И так? – Константина сидела за столом, перед ней лежал какой-то документ на официальном бланке судей.

– Там будет целый элитный отряд охотников! – Фердинанд стоял посреди кабинета и размахивал руками, серебряные пуговицы на его новом белоснежном камзоле то и дело пускали блики. Ножи, заткнутые за пояс, позвякивали. – Уж если с ними высочеству угрожает опасность, то на светлых магов вообще надеяться нельзя. Вот его высочество и решил, что отправится без меня. Вы же помните приказ, что если ему захочется, отправиться без меня, то значит, так оно и должно быть, – Фердинанд даже не покраснел от той лжи, которую выдал. – У меня же еще куча дел. Я вот хочу… хочу отправиться найти редкие свитки Ивана Мудрого.

– Зачем тебе эти свитки? – резко спросила Константина.

– Нужны, – забормотал Фердинанд. Его глаза принялись вращаться с невероятной быстротой, на щеках выступил такой сильный румянец, словно он внезапно заболел тропической лихорадкой. – Там ведь мудрость всякая. Я собрался читать и умнеть.

В этот момент Фердинанд заметил Ника и нахально улыбнулся, но в глазах его стали настороженными. Глаза застигнутого врасплох хищника.

– Ник, – Константина резко развернулась. – Что ты хотел?

– Поменяться с Жориком, он не может ехать на байке, – выпалил Ник.

– Меняйтесь, это вообще не важно, как вы поделитесь, – тут же разрешила Константина. – Ты уже договорился с Фердинандом? Он убеждает, что будешь совсем не против отпустить его на завтрашний день.

– Высочество, конечно, сейчас подтвердит, что сам меня отпускает, – сказал Фердинанд и тихонько подмигнул Нику.

– Конечно, отпускаю, – мигом согласился Ник. – Я пойду.

Перед тем, как покинуть кабинет, Ник успел заметить, что ухмылка Фердинанда стала шире. Открылись еще несколько зубов.

– Не верю я ему, – заявил Темка, как только услышал про подслушанный разговор. – Брешет он со своими свитками.

– Я тоже ему не верю, – сознался Ник. – Но ведь, мы отправляемся с взрослыми магами, с нами ничего не может случиться. Без Фердинанда будет спокойней.

– Верно! Вообще-то.

На следующее утро, после зарядки, Ник не жалея бинтов и порошка леди Доры, перевязал рану. Сегодня она беспокоила его больше чем обычно, но дальше будет еще хуже. Конечно если он не найдет способ как достать Осколки мечты. А пока он совершенно не представлял, как это сделать.

Они с Темкой спустились в Холл, где стояло пустое кресло и столик с плюшками, тетя Степанида ходила по Холлу и звала Тюфяка.

– Вот куда сбежал, такой глупый котик, – она так глубоко вздохнула, что казалось, ее серая с бантом кофта треснет по шву. – Ребяточки, не видел Тюфяка.

– Вчера видал, как он в кастрюлю с супом свалился. Ночью он залезал на крышу и протяжно выл на луну. Позавчера он головой пробил стену в библиотеке, – стал старательно вспоминать Темка. – А сегодня не видел, может, под башней подкоп роет?

– Ох, боюсь, случится с ним что-то, – тетя Степанида достала из кармана список. – Вам вот в эту дверь. Тебя, Ник, сегодня велено без телохранителя твоего отпустить.

– Да, Фердинанд все устроил, – пробормотал Ник. Удивляясь, как легко Фердинанд обошел все приказы, обманув одновременно и императора, и наставников. Просто подделал приказ, и вовремя успевает договариваться со всеми подряд. Правда, сейчас Ника тоже устраивает это.

– Перед вами Жорик с Касьяном вышли, – продолжила тетя Степанида. – Что-то Касьянчик сильно недоволен был.

– Так это нормально, – ответил Темка. – Он всегда недоволен.

– Не ругались бы вы, – вздохнула тетя Степанида.

Стоило только выйти в Реальный мир, как они очутились на окраине города. Снег уже растаял, из земли пробивалась трава, и даже одиночные желтые цветки. Около одного из двухэтажных домов, на небольшой асфальтированной площадке, устроили свалку металлолома. Из железяк были выстроены подобия кресел, на которых сидели люди в серых кожаных костюмах, на каждом из которых был нашит герб охотников. Чуть поодаль стояли мотоциклы. Самый главный из байкеров, с красной повязкой на голове, заметив мальчиков, сделал знак приблизиться.

– Я начальник патруля. Наша задача обследовать район, – сказал он, перекидывая зубочистку из одного угла рта в другой. – Стражи там чего-то набедокурили. Вроде еще и разрушители чего-то взорвать пытались. Короче, наша задача все утрясти.

Остальные охотники тут же отозвались.

– Не проблема!

– Лады!

– Как и всегда!

– Нет вопросов, тогда знакомимся с пополнением. Ник и Темка. Принц и оборотень, – сказал начальник патруля, и указал на два новеньких мотоцикла. – Байк для принца и байк для его друга! Ездить умеете?

– Немного, – ответил Темка.

– Ездил как-то, – Ник вспомнил, как этим летом, против воли Туана, настоял, чтобы его научили управлять мотоциклом.

– Тогда экспресс урок. Руль, колеса, газ и тормоз. Остальное будете осваивать по мере необходимости, – объяснил начальник патруля.

Ник разглядывал мотоцикл, не замечая, что с другого конца улицы за ним наблюдает девочка с длинными темными волосами, в простеньком пальто. Она несколько раз уже пыталась кинуться вперед, но передумывала. Ее глаза были расширены от страха, губы дрожали.

– Вот еще чего. По всем приметам наших аналитиков, уровень опасности сегодня ночью максимальный! – объявил начальник патруля.

Ураган хохота охотников, казалось, может взорвать барабанные перепонки. Ник с Темкой невольно схватились за уши. Ничего смешного в этой фразе они не видели.

– Пусть детей пугают своими предсказаниями! – хрюкнул один из охотников.

– Уровни опасности нужны для кабинетных крыс. Кто не выезжал в патруль, тот не знает настоящей жизни.

– Газуем! – скомандовал начальник патруля.

С другой стороны дороги стояла Вира, ее губы беззвучно произносили одну и ту же фразу: «Не ходи туда. Там ловушка». Увы, услышать этого Ник не мог.

Взревели моторы, и охотники понеслись прочь. Ник радостно чувствовал, как ветер холодит лицо, как развевается прядь волос, выбившаяся из шлема, как трепещется на ветру его куртка. Уроки вождения не пропали даром, байк превосходно слушался его.

Патруль охотников мчался по улицам города, обгоняя неспешно проезжавшие машины. Темка излишне усердно крутил руль, перескакивая с полосы на полосу, оттормаживался, затем ускорялся, чтобы обогнать остальных.

– Наш патруль еще называют дикой охотой! – весело крикнул начальник патруля. – Нас считаю дикими охотниками.

– Это оскорбление! Мы очень дикие! – хохотнул кто-то из патруля.

И все весело загоготали.

Неожиданно Ник услышал позади тихий вой, сначала он подумал, что просто ветер свистит в ушах, но нет, в этом вое стали появляться хриплые нотки. Ник обернулся и заметил Тюфяка, тот отчаянно цеплялся когтями за седло мотоцикла. На его голове поблескивал шлем. Глаза раскрыты, из пасти доносятся булькающие звуки, на морде – абсолютное счастье.

Патруль выехал к мосту, через бурлящую реку, в темных водах белели одиночные льдины.

– Тормози ребята, что-то новенькое, – послышался резкий приказ.

Прямо на мосту, преграждая дорогу, стояли трое. Трое с короткими стрижками и плотно сжатыми губами, на их лицах читалась решимость. Стоило лишь отряду охотников затормозить, как трое подняли руки и стали сыпать перед собой разноцветный песок.

– Вы что психи? – ласково спросил начальник патруля.

– Да исчезнет из нашего мира любая магия! – хором пробормотала троица.

– Лучше бы вы исчезли с дороги. Хорош дурака валять.

Несколько машин пронеслись мимо, происходящее на мосту их не интересовало. И лишь водитель грузовичка, перевозящего мебель, почуяв что-то необычное засмотрелся на байкеров. Он не замечал, что изменил траекторию движения, и направляется прямо к ограждению, за которым вовсю бурлит весенняя река.

– Нет ничего более ненавистного, чем маги, несущие нам разрушение, нарушающие наш покой, лишающие нас радости, – продолжали бормотать трое, посыпая дорогу щепотками песка.

– Да я уже врубился, что вам не нравлюсь, – гоготнул один из охотников. – Можете проваливать.

Начальник патруля закинул в рот зубочистку и, заметив грузовичок, приближавшийся к ограждению, небрежно махнул рукой. Руль вздрогнул, и вывернулся в сторону, только тогда водитель заметил, происходящее. Он нажал на педаль газа, и грузовичок умчался прочь.

– Нас поймут последующие поколения, те, для кого мы очистим землю от магов, – продолжала троица.

В этот момент Ник почувствовал, что руки начинают неметь. Еще не понимая, что происходит, он стал озираться. Вокруг никого. Он попытался поднять руку, но сделать это было очень тяжело. Так же как и при нападении браконьеров. В один момент он вдруг понял, что происходит. Люди были лишь приманкой, они работали добровольно или их заставили при помощи обмана, но они отвлекли внимание патруля.

– Браконьеры! – крикнул Ник. – Это ловушка!

Сзади к байкерам неслышно подъехала сверкающая, как после мойки машина. Медленно верх отъехал. На водительском месте сидел Капитан, его руки в дорогих кожаных перчатках остались лежать на руле, словно он считал эту остановку непродолжительной. Рядом на пассажирском сиденье, беспокойно озирался по сторонам бородач с нависающим лбом, воспаленными глазами, который присутствовал на допросе.

– Отдайте нам принца Дариана, – сказал Капитан, его взгляд через лобовое стекло пронзителен, на лице абсолютное спокойствие. – Выдайте его, и никто из вас не пострадает.

– Больше ничего не нужно? – любезно поинтересовался начальник патруля. Он открепил от пояса дубинку, и играючи стал перекидывать ее из руки в руку. Или магия браконьеров не действовала на него, или, что скорей всего, он находил в себе силы противостоять.

– Больше ничего, – вежливо ответил Капитан.

Ник заметил у Капитана в кармане Осколки мечты. Идея, словно молния, пронзила его мозг. Вот он единственный шанс. Сейчас он сможет коснуться Осколков мечты, и рана затянется навсегда.

– Выдайте меня, – попросил он.

– Я бы превратил в горстку пыли любого, кто бы осмелился просить меня об этом, – рыкнул начальник патруля. – Пусть наш патруль передохнет, но я никогда не выдам принца.

– Но я не…

– Молчать! – рявкнул начальник отряда. – Я тут главный! Охотники своих не выдают! Никогда.

Тюфяк от страха рухнул на асфальт, но тут же запрыгнул обратно.

– Вы заставляете меня ждать, – подчеркнуто вежливо сказал Капитан. – А значит, заставляете ждать моего хозяина.

Ник встрепенулся, «Хозяин!», он уже слышал такое обращение, но постарался оттолкнуть от себя эти мысли, как совершенно неприятные. В какой-то невероятной надежде, что все может оказаться иначе, что так же могут обращаться к кому-то еще.

И тут бурлящая вода вышла из-за берегов. Резко волны выплеснулись, словно поднятые чьей-то неведомой силой и обрушились на дорогу. Троица, посыпавшая асфальт песком вмиг промокла. Несколько машин, ехавших к мосту, стали поспешно разворачиваться, чтобы поискать другой путь.

Вышедшая из берегов река, обогнула байкеров и устремилась к машине браконьеров, ее просто смыло водой, уволокло в реку. Ник увидел как на один короткий миг, исказилось лицо Капитана, и тот исчез среди бушующей воды. В тот же самый момент, Ник почувствовал, как онемение в мышцах исчезло.

Река вернулась к своим границам, так же неожиданно, волны откатились назад. О происходящем напоминал лишь мокрый асфальт, и испуганно мяукающий Тюфяк, цепляющийся за куртку Ника.

– Ничего себе, вот это магия! – восторженно прошептал Темка.

И только сейчас Ник заметил, что по внезапно побледневшему лицу начальника патруля катятся крупные капли пота. Остальные охотники, пытались отдышаться как после тяжелой работы.

– Сраму теперь будет! – зло крикнул начальник патруля.

– Засмеют нас, и поделом.

Темка с Ником непонимающе переглянулись.

– Чего случилось-то? – спросил Темка. – Вы же того, браконьеров-то утопили. Это же вообще круто было.

– Если бы! – отмахнулся начальник патруля. – Небось, уже выплыли где-то. Ты что, пацаненок, не видел, у нас не хватило сил, захватить их. Мы только и смогли, что защищаться. Словно, клоуны, шоу тут устроили!

– Но они вообще магию блокируют, а вы их вон как водичкой полили, – восхищался Темка.

И тут послышалось тихое всхлипывание, промокшие до нитки, трое людей, ранее пытавшихся преградить дорогу, цеплялись за ограду моста.

– А вы топайте отсюда, – крикнул начальник патруля. – Чего надумали, на браконьеров работать. Знали бы хоть, что в этом мире творится. Если бы не магия, то равновесие сил давно бы уже сместилось.

Троица поспешно ретировалась.

– Почему? – изумленно пробормотал Ник. – Как вы смогли противостоять магии браконьеров?

– Какое тут противостояние! – небрежно ответил один из охотников.

– Один позор! – подхватил второй.

– Хотя кое-что пояснить нужно, – сказал начальник патруля. – Принц дело спрашивает. Браконьерам нельзя смотреть в глаза, один раз посмотришь, и все, часть силы ушла. Да еще и местность нам на руку сыграла, браконьеры плохо переносят воду. Возле воды их магия слабнет.

– Я думал, что они, наоборот, на воде любят нападать! – удивился Ник.

– Это только если выхода у них нет. Тут мои ребята покумекали и создали свою систему против браконьеров, видишь, она работает. Нужен любой мелкий предмет, который вертишь в руках, он спасет от магии браконьеров, – ответил начальник патруля и показал Нику мелкую монетку, которую сжимал в ладони. – Конечно, можно вместо монетки и артефакт какой-нибудь вертеть, только Золотые Кольца Свободы не рекомендую, взорваться могут.

– Чего за кольца-то? – спросил Темка.

– Это тебе учителя расскажут, – отмахнулся начальник патруля. – Газуем!

Они понеслись вперед по пустынной дороге.

– Спорим, что Фердинанд уже сидит на базе, – Темка подъехал к Нику. – И опять он будет плести что-то про свитки Ивана Мудрого.

– Тут и спорить не зачем. Каждый раз перед нападением браконьеров его тянет почитать!

Глава 27. Дух Великой Халявы

Смелость, смелость, и еще раз наглость.

Фердинанд Воздушный

Учебный год подходил к концу, команда охотников, готовясь к финальным состязаниям, все больше времени посвящала тренировкам. Учителя стали задавать меньше уроков и вообще проявляли невиданное ранее терпение. Даже когда Темка в очередной раз солгал, что домашнее задание украл Тюфяк и в качестве доказательства, притащил этого самого Тюфяка, Вениамин Вениаминович лишь покачал головой. Из всех учителей лишь Деймос Савельевич требовал постоянной зубрешки.

– Зачем же столько учиться? – искренне удивился Фердинанд, когда вновь застиг Ника сидевшего в зале с кучей книг. – Можно ведь вызвать Дух Великой Халявы. С ним любой зачет прокатит. Да и на финальных состязаниях подфартит.

Пробегавший мимо Касьян, замер, и с любопытством уставился на Фердинанда.

Темка, спешно пытавшийся написать на завтра доклад для Деймоса Савельевича, моментально заинтересовался новой идеей.

– Это еще что такое? – спросил он.

– Это самый верный друг всех учащихся, самая положительная магия, – ответил Фердинанд. – Нужно в ночь перед контрольной посмотреть на небо, найти самую яркую звезду, в ней и воплощен Дух Великой Халявы. И у этого духа нужно попросить помощи, только он не всем помогает.

– Как не всем? – искренне изумился Темка. – А кому?

– Кому захочет, чтоб мне лопнуть! – сообщил Фердинанд. – И помогает так по хитрому, кому во время шпаргалку подкинет, кому нужный билет на экзамене выпадет, а кому и по ошибке пятерку поставят, и даже не заметят.

– Самую яркую звезду, – рассеянно прошептал Касьян. – Какое хорошее средство. В смысле, я как капитан команды совершенно не одобряю такого. Это ужасно мерзко и противно, – Касьян направился в свою комнату.

– Ну, все, – усмехнулся Темка. – Теперь, его за уши от окна не оттащишь, будет у звезд помощи просить. Пойду-ка я спать.

– Темка, ты бы доклад для Деймоса написал, – сказал Ник.

– Ну, его, и так прокатит, попрошу Великую Халяву помочь.

А на следующий день первый урок был как раз у Деймоса Савельевича. Команда охотников расселась в аудитории, среди зеркал-двойников, Темка с надеждой уставился на магический проектор. Вчера вечером он по-быстрому попробовал договориться с самой яркой звездой и по его расчетам, сегодня должны были весь урок смотреть всякие любопытные истории из прошлых эпох.

– Обучаемся, – проскрипел Деймос Савельевич, войдя в аудиторию. – Никаких послаблений от меня не будет. Мы должны пройти все темы. Кто сегодня хочет первым зачитать доклад? Остин?

Темка втянул голову в плечи и закусил губу.

– Деймос Савельевич, я написал вообще отличный доклад про этот… Как его? О, про Великий Разлом, – объяснил Темка.

– Весьма любопытно, – в усмешке промелькнули желтые зубы Деймоса Савельевича. – Великий Разлом образовался из магии Хаоса, именно через него Хаос впервые вылез из своего логова. С эфемерной площадки, образованной Разломом, он впервые шагнул в наш мир и пытался уничтожить магов. Все это мы учили еще на первом курсе.

– Круто! – восхитился Темка и тут же добавил. – Именно с этого я и начал свой доклад.

– Мы изучаем другую эпоху – эпоху упадка магии, – продолжал объяснять Деймос Савельевич, – когда Хаос уже был изгнан из мира магов и сидел в своем логове. Следовательно, мы можем сделать вывод, что в изучаемую нами эпоху Великим Разломом не пользовались. Остин, так и где же твой доклад?

– Вот именно, где? – заискивающе заглядывая в глаза Деймоса Савельевича, спросил Касьян.

– Я сидел в библиотеке целыми днями, – вдохновенно солгал Темка. – Нашел кучу интересных фактов. Сделал такой доклад, что и Касьян мне завидовал. Но…

– Твой доклад съел Тюфяк, – с издевкой в полный голос сказал Касьян, явно рассчитывая на поддержку учителя.

– Вообще-то нет, – моментально выкрутился Темка. – Я оставил доклад лишь на минутку, чтобы сходить за новой книгой, а когда вернулся, то его не было. А ты видел, как Тюфяк есть мой доклад, и не остановил его?

– Я? – вытаращил глаза Касьян.

– Да! – продолжил врать Темка. – Ты же видел, как я бегал, искал его. Ты видел, как я расстроился, что не смогу вслух зачитать свой замечательный доклад.

– Я? – спросил Касьян.

– Ты мне больше не друг, – с пафосом заключил Темка, и повернулся к учителю. – Деймос Савельевич, вот вы сами слышали, чего случилось.

– Остин, сядь, – неожиданно сказал Деймос Савельевич.

Темка плюхнулся на стул, и шепнул Нику:

– Дух Великой Халявы работает! И про Хаоса, здорово наплел. На него вообще все можно сваливать.

– Или наоборот, не замечать, – Ник вдруг отчетливо понял то, что уже давно должен был сообразить, но отрицал на каком-то уровне подсознания. Осколки мечты принадлежат Хаосу, Капитан называл нанявшего его мага хозяином, а так называют лишь Хаоса. Все уже давно следовало свести к этой мысли.

– Ты о чем? – удивился Темка.

– Браконьеров нанял Хаос, – прошептал Ник. – Он никогда не любил сам вылезать из своего подземелья и все предпочитал делать чужими руками.

– Да ну! – присвистнул Темка.

К счастью Деймос Савельевич, увлеченно слушал доклад Жорика, и не обратил внимания на свист.

– Только чего-то я не понимаю, мы-то зачем ему сдались? То всех троих ловили, то поодиночке выслеживать начали, – сказал Темка. – Зачем Хаос начал отлавливать нас, зачем браконьеры задавали нам какие-то вопросы?

– Не знаю, – шепотом ответил Ник. – Наверное, Хаосу нужно что-то узнать. Что-то, что знаем мы втроем.

Темка растерянно заморгал, и принялся перебирать в уме все свои знания.

– Или ему нужно то, что знаешь ты, – сообразил Темка. – Помнишь предостережения от Виры, она всегда говорила лишь про тебя. И Фердинанда браконьеры к тебе приставили.

Продолжить разговор не позволил Деймос Савельевич, он встал рядом с партой Ника и обратился к Касьяну.

– Невский, а ты приготовил доклад?

– Конечно, приготовил, – подскочил Касьян. – Я всегда тщательно готовлю домашнее задание, потому что являюсь капитаном команды, и в будущем намерен занять высокий ответственный пост. У меня доклад на тему: «Заклятье страха. Темная магия».

– Интересно-интересно, – пробормотал Деймос Савельевич. – Начинай.

Сжимая объемный доклад в руках, Касьян вышел к доске, прокашлялся и начал зачитывать:

– Я провел тщательную исследовательскую работу в данной области, прошу отдельно отметить, что до меня такие исследования еще не проводились. Да, я один досконально изучил…

– Пожалуй, вступление лучше пропустить, – сказал Деймос Савельевич.

Вся команда вздохнула с облегчением.

Касьян нехотя перелистнул добрую половину доклада.

– Э-э, так вот, в эпоху упадка магии в моде было одно из самых сильных заклятий страха, – продолжил Касьян. – Это особый вид заклятья, его нельзя произносить просто так, такое заклятье нужно прошептать над водой, а потом окунуть в воду любой из предметов. Человека, которому предназначается заклятье, нужно заставить взять этот предмет в руки. Заставить же это сделать можно разными способами…

– Интересно, – пробормотал Деймос Савельевич. – Пожалуй, нам было бы интересно услышать про само заклятье страха.

– Но у меня тут подробно перечислены способы, как темные маги заставляли своих жертв дотронуться до зачарованных предметов, – возразил Касьян. – Заклятье на ложке, которую подают к обеду, заклятье на расческе у зеркала, заклятье на карандаше, которым пишут, заклятье на…

– Достаточно, – проскрипел Деймос Савельевич и повторил. – Всем нам будет интересно услышать про само заклятье.

Касьян пролистнул еще несколько страниц своего доклада.

– Заклятье, проникает в сознание человека, находит его затаенные страхи и выдает их, – зачитал Касьян. – Если человек боится молнии, то схватив зачарованный предмет обязательно увидит страшную грозу с молнией нацеленной прямо на него. Если человек боится крыс, то увидит большую стаю, которая бежит прямо на него. Если человек боится тараканов…

– На доклад Касьяна точно наложено заклятье страха, – прошептал Темка. – Вся команда в ужасе ждет, когда это закончится.

– Ага, – согласился Ник. Он был уверен, что еще никогда не слышал про это заклятье, но вместе с тем, оно казалось ужасно знакомым. Если бы не мысли о Хаосе, то Ник наверняка бы вспомнил, про заклятье страха.

– Слушай, а ты чего, даже не догадываешься, чего Хаос вызнать у тебя хочет? – после урока спросил Темка.

– Нет, – ответил Ник, который размышлял об этом во время чтения доклада. – Надеюсь, больше никогда не попадать к нему, чтобы узнать, что он хочет. Теперь, когда все известно про Хаоса, бояться глупо, нужно придумать план.

– Вообще-то да, – ответил Темка.

Они добрались до библиотеки, где должен был начаться следующий урок по Магик-Инету.

– Ах, дорогие мои, – Анжелика Мефодьевна приветствовала команду охотников. – Знаю-знаю, вы сильно устаете на тренировках. Ни на что не остается сил, даже на простенькие маски для лица и на милые любовные зелья. Ах, да о чем это я, мы ведь учим Магик-Инет. Включайте компьютеры. Мое сегодняшнее задание, найти сайт, который поможет вам справиться с финальными состязаниями.

– Как? – удивился Темка. – Нам пока еще не сказали, чего там будет-то?

– Отличный вопрос, мой дорогой, – восхитилась Анжелика Мефодьевна. – Для этого существует другой специальный сайт с гаданием. У каждого из вас он внесен в закладки. Открывайте, милые мои.

Ник щелкнул мышкой по верхней закладке, и сразу появилась надпись: «Приложи руку к монитору». Ник пожал плечами и послушался, и вся команда тоже потянула руки к мониторам.

– Здорово! – закричала Ольда, ее голос еще никогда не звучал так бодро. – То, о чем я мечтаю, случится на финальных состязаниях. Вот, все поняли? Я там встречу Катара!

– Милая моя, даже не сомневайся, это самое верное гадание из всех, – радостно защебетала Анжелика Мефодьевна. – Да-да, я сама постоянно гадаю себе на этом сайте.

– Понятно, – буркнул Темка. – Значит, верить ему нельзя.

Ник убрал руку и прочитал:

Результат твоего гадания. Финальные состязания будут тяжелыми, тяжелее, чем раньше. Ты продуешь.

– Вот, и у тебя бред, – пробормотал Темка, заглянув в монитор Ника.

– Нельзя так легкомысленно относиться к гаданию, – обиделась Анжелика Мефодьевна, расслышавшая эту фразу. – К чему угодно, но только не к гаданию.

– Чего и к браконьерам можно легкомысленно отнестись? – спросил Темка.

– Ах, милый мой, – прошелестела Анжелика Мефодьевна. – Ну, стоит ли думать о браконьерах, ты ведь не собираешься встречаться с ними в финале.

– А? – встрепенулся Ник, в этот момент у него в голове мелькнула догадка, правда пока еще очень смутная.

– Я не хотела тебя пугать, – по-своему истолковала его реакцию Анжелика Мефодьевна. – Я думаю, что ты теперь стал предусмотрительным и никогда больше с ними не встретишься.

– Вы правы, я стал предусмотрительным.

Только теперь Ник стремился не избегать встреч, а наоборот стремился устроить встречу с браконьерами. Встречу на своих условиях. И здесь, не пришлось долго думать. Неожиданную подсказку, как это сделать дала Константина.

– Внимание, – после очередной тренировки, Константина построила ребят. – Наша команда в этом году показала хорошие результаты. Мы в общем зачете занимаем третье место. Ник Калинин, если бы ты не был таким рассеянным, мы бы вышли в лидеры.

– Я знаю, – спокойно ответил Ник. К таким словам он уже привык, вот только, сколько бы он не сосредотачивался, рана на руке беспокоила его, сбивала все планы.

– Позвольте сказать, – раздался приторно-вежливый голос Касьяна. – Я как капитан команды, просто не понимаю, что происходит с Ником. Я изо всех сил слежу за ним, пытаюсь сделать что-то, но, увы, даже я тут бессилен.

– Ты много где бессилен, – влез Темка, – так что лучше помолчи.

– Молчите оба, – резко сказала Константина. – В этом году будут проводить не совсем обычные финальные состязания. Вам нельзя знать, что именно намечается, но судьи решили, чтобы Искривление, в котором предстоит проходить финальные состязания, каждый выбрал сам. Вы должны будете обдумать и сказать мне в течение недели, о своем решении.

Ребята всю неделю обсуждали, советовались друг с другом, и меняли свое решение. Пожалуй, только Ник сразу четко знал, что он хочет. В тот момент, когда Константина объявила о решении судей, он понял, как действовать дальше. Правда, чтобы применить свой план, пришлось выжидать несколько дней. Благоприятная ситуация сложилась, когда после очередной тренировки в зал заглянул Фердинанд. Ник, не теряя времени, подошел к Константине и нарочито громко объявил:

– В финальных состязаниях я хочу попасть в Искривление Великого Разлома!

Послышался звон, Фердинанд как раз доставший ножи, чтобы начать жонглировать, неожиданно уронил их на пол. Из чего Ник заключил, что его цель достигнута.

– Хорошо, – ответила Константина. – Это твой выбор.

После ужина, Фердинанд подошел к Нику.

– Высочество, так значит, в финал в Искривление Великого Разлома собираетесь? – спросил Фердинанд и добавил. – Чтоб мне лопнуть.

– Чего это тебе так любопытно? – спросил Темка.

– Мне? – глаза Фердинанда потухли, губы нервно искривились, и вдруг сложились в безмятежную улыбку. – Я телохранитель высочества, мне все про него интересно.

– Да, – подтвердил Ник. – В финальных состязаниях я выбрал Искривление Великого Разлома.

– А может ты вовсе не телохранитель, а браконьер? – напрямую спросил Темка, не сводя глаз с Фердинанда.

– Я телохранитель! – гаркнул Фердинанд и хлопнул себя кулаком по груди. – Считаю ниже своего достоинства отвечать на такие похабные вопросы.

И он быстро удалился, но все же не настолько быстро, чтобы Ник не успел заметить усмешку мелькнувшую на его лице, и нервно подергивающиеся уголки губ.

– Ты видел? – возмутился Темка. – Его надо остановить.

– Нет. Позже.

– Чего тянуть-то? – возмутился Темка. – Ты взял и при нем ляпнул, куда на финал собрался. Он расскажет другим браконьерам, где тебя искать. Они тебя захватят и отведут к Хаосу.

– Нет, до этого дело не дойдет, – Ник покачал головой. – У меня есть идея. Я сам построю ловушку на браконьеров.

– Чего? – Темка вытаращил глаза.

– Я должен снова встретить браконьеров и прикоснуться к Осколкам Мечты, это мой единственный шанс. Скоро порошок мамы Альбины перестанет мне помогать, я и так сейчас худший на состязаниях. Иногда от боли, я даже не могу пошевелить рукой, – сказал Ник. – Поэтому при помощи Фердинанда я сам построю ловушку на браконьеров. Мне нужно прикоснуться к Осколкам мечты, а после сразу сбежать.

– И как ты это сделаешь?

– В патруле мне сказали, что браконьеры слабнут от воды. А помнишь, что было возле Великого Разлома? Он меняет магию, браконьеры, когда преследовали нас, то не сунулись туда, а Капитан просто стоял замерев. Понимаешь, там у меня будет сразу два преимущества Разлом, меняющий магию браконьеров и вода, которая их ослабит, – сказал Ник. – Они выслеживают меня, я устрою, чтобы наша встреча состоялась там, где они не смогут воспользоваться своим преимуществом.

– У, круто ты задумал! – восхитился Темка. – А мне чего не сказал, давай я тогда тоже к Великому Разлому на финал схожу. Мне Дух Великой Халявы везде поможет.

Темка убежал к Константине, чтобы сказать свое решение, и вернулся через несколько минут сильно озадаченный.

– Прикинь чего, она сказала, что по одному человеку в одно Искривление. Если ты идешь к Великому Разлому, то мне уже нельзя туда, – возмутился Темка.

Глава 28. Девиз императоров

Жить, а не существовать.

Главный закон жизни

За день до финальных состязаний отменили зарядку, вся команда построилась в зале, прямо возле телевизора. Лениво потягиваясь, следом за командой спустился и Фердинанд.

– Я обязан знать все новости, это мой долг как телохранителя, – важно заметил он и принялся ковыряться ножом в зубах.

В зал вошла Константина, и Фердинанд с полу шутовским поклоном отступил в сторону.

– В финальных состязаниях каждый из вас будет действовать в одиночку. Как и в прошлом и в позапрошлом году, за первые места будут начисляться балы, которые повлияют на рейтинг всей команды, – сказала Константина. – Завтра разрешается взять с собой лишь один любой магический предмет. Ник, твой алмаз, подарок императора, как и обычно не засчитывается. Принц имеет право постоянно носить этот артефакт. Судьи решили, что позволить вам самим выбирать Искривления, было огромной поблажкой, поэтому сами испытания они усложнили до предела.

– До какого предела? – тут же влез Темка.

– До предела ваших возможностей, – пояснила Константина. – Поэтому сегодня у вас выходной. Вы должны набраться сил, сходить домой, увидеть родных. Тетя Степанида беспрепятственно пропустит вас.

– Это обязательно? – встрепенулся Ник.

– Нет, – покачала головой Константина. – Это преимущество, а не приказ. И еще один важный момент, Ник. Фердинанд должен будет остаться на стартовой площадке, судьи запретили ему сопровождать тебя во время финальных состязаний. Жанна Фридриховна особенно заострила внимание на этом, – сказала Константина.

– Почему еще запретили? – возмутился Фердинанд. – Да я лично поговорю с императором.

– Я уже говорила с императором, – ответила Константина. – Он поддерживает решение судей, он считает, что его сын в силах справиться сам со всеми испытаниями.

– Я справлюсь, – сказал Ник, а про себя подумал, что это все равно единственный выход. Все должно будет решиться именно там.

– Охотники, можете идти отдыхать, – объявила Константина.

Касьян с Игнатом сразу бросились в Холл, чтобы направиться домой, девочки решили сначала переодеться.

– Но я же так готовился сопровождать высочество, – вздохнул Фердинанд. – Как жестоко запрещать мне! Как же мне теперь поступить?

Совершенно расстроенный, Фердинанд скрылся на лестнице. Ник с трудом подавил улыбку. Пока что все шло по плану, теперь нужно было дождаться следующего шага Фердинанда, и Ник знал, что ждать будет совсем недолго.

– Фердинанд-то расстроился, – прошептал Темка. – Кажись, в их браконьерские планы входило, чтобы он шел с тобой.

– Да, – кивнул Ник. – Поэтому я хочу отпустить его с базы, чтобы он мог переговорить с другими браконьерами. Пусть они думают, что все идет по плану. Пусть они ни о чем не подозревают. Я должен завтра снова дотронуться до Осколков Мечты.

– Вы о чем? – удивился Жорик.

– Ты же еще не знаешь, Ник подстроил ловушку для браконьеров, – хлопнул себя по лбу Темка и рассказал весь план. – А я решил отправиться в Сияющие воды, туда, где нас подобрали, когда мы из плена сбежали, и оттуда уже ломануть через ворота к Разлому. Охотники своих не бросают. Помогу Нику справиться с браконьерами.

– Темка, не делай этого, – встрепенулся Ник. – Что ты мне раньше не сказал? Это опасно!

– Ребятки, на урок собрались? – послышался голос профессора Гиля. – Я жду вас, жду, у меня и план урока готов. Где же все?

Когда в зале появился Ипполит Бенедиктович, никто не заметил. Сжимая в руках свой драгоценный цилиндр с самородками, он с рассеянным видом блуждал по залу. Только глаза профессора были внимательны и насторожены. На рукаве появились пятна сока, видать по неосторожности профессор влез в фонтанчик с напитками.

– Учеба-то уже закончилась, – ответил Темка. – У нас завтра финальные состязания.

– Что ты сказал, славный юноша? Закончилась учеба? – на лице профессора появилась чисто детская обида. – А ведь я удивлен. Да-да в высшей степени удивлен. В аудитории никого нет, поднимаюсь сюда, а вы тут про каких-то браконьеров разговариваете. Какие-то планы строите.

– Это вам послышалось, – поспешно сказал Темка.

Жорик согласно закивал.

– Состязайтесь, славные деточки, я пойду. Мне еще научную работу надо дописывать, – профессор исчез на лестнице.

– Опомнился, – усмехнулся Темка. – То его на урок не дождаться, то в выходной день приперся. Ладно, Жорик, пошли.

Ник остался один. Все охотники уже покинули базу, он спокойно приготовил на завтрашний финал самородок, найденный еще при встрече с Капитаном. Странно, что именно благодаря той встрече у него сейчас в руках и было самое главное преимущество против браконьеров, то, что поможет ему вовремя сбежать. На этом вся подготовка была завершена, больше ничего нельзя будет брать с собой. Лишь один магический предмет. И одну мелкую монетку, которая впрочем, не является артефактом.

Оставалось сделать еще одно, самое важное приготовление к финалу, когда в комнату вошел Фердинанд.

– Высочество, – печально сказал он. – У всех сегодня выходной, может и мне можно слинять на день?

– Да, конечно, – кивнул Ник, все шло именно так, как он задумал.

– Ну, у меня там дела разные резко образовались, – принялся вдруг оправдываться Фердинанд.

– Хорошо, – снова кивнул Ник.

– Высочество, не бойтесь, я уже придумал для вас великолепную отмазу, – Фердинанд плутовски подмигнул. – Понятно же, что вы во дворец идти боитесь, ну так и не надо. Вы мне, а я вам. Короче, можете спокойненько отсиживаться на базе, я вашим родителям такую сказочку расскажу, что они вас не побеспокоят.

– Они никогда меня не беспокоили, – резко ответил Ник. – Это я доставил им проблемы.

Фердинанд неопределенно пожал плечами и вышел. Ник приступил к следующей части плана. Он написал два письма. Одно для мамы Альбины. Ник благодарил, что она его вырастила, написал, что должен встретиться с браконьерами и попросил, чтобы она разыскала ту женщину, вышедшую ночью с ребенком из магазина сластей. Сначала Ник хотел написать, что у него самого для этого не хватило сил, но потом не стал. Мама Альбина и без того все поймет. Это письмо он решил отправить с обычной почтой.

Второе письмо предназначалось императору с императрицей. Ник сознался во всем и сказал, что он полюбил их как своих родителей и очень жалеет, за этот невольный обман. Это письмо, он должен был сам отнести во дворец.

Как-то в начале лета, император раскрыл ему несколько тайных дверей и показал тайные узкие коридоры. Некоторые из них выводили прямо к воротам. Ник помнил охвативший его тогда трепет, открылась еще одна из дворцовых тайн, которых тут было великое множество. Тогда же Ник пообещал, что никогда не использует тайные ходы в плохих целях. Как и всегда, он держал данное слово. И сейчас, первый и единственный раз решил воспользоваться этими ходами, но лишь для того, чтобы проститься.

Ник опасался, что его одного без телохранителя не выпустят из базы, но тетя Степанида, попивая сладкий чай, лишь указала на нужные ворота.

– Иди, иди, – сказала она. – Фердинанд недавно вышел и сказал, что будет ждать тебя у ворот с той стороны. А значит, тебе можно покинуть базу, все равно ведь получается, что вроде как вместе с телохранителем вышел.

Ник ничего не ответил. Надо же, Фердинанд и это «дельце» тоже успел провернуть.

Ник прошел через ворота, и оказался в дворцовом саду. Солнце слепило, яркие блики отражались от позолоченных украшений, от статуй на крыше дворца, в фонтанах, в глазах птиц. Сад и дворец казались сказкой, куда ему выпало попасть на один короткий миг, лишь для того, чтобы потом исчезнуть навсегда.

Чувствуя себя лишним, Ник пробежал по садовой дорожке и шмыгнул в одну из тайных дверей. Через мгновение, он уже шел по знакомым коридорам. Пробрался в зал, где они обычно пили чай всей семьей. С чужой семьей, как тут же одернул себя Ник.

Зал был пуст. Белоснежные цветы украшали стены. От пылающего камина пахло смолой, Ник без труда догадался, что там горят сосновые поленья, наверняка их подкинул Туан, как делал это и раньше. Из соседнего зала раздавался приглушенный гул голосов, среди которых можно было различить хриплые нотки начальника охраны. Ник поспешил дальше. Тонкий запах роз и ванили разливался по дворцу, напоминая Нику о мельчайших подробностях прошлого. О том, как он был счастлив, когда думал что нашел семью. Как он играл с младшей сестренкой, как его любили родители.

Изящная лестница с бронзовыми витыми перилами вела наверх. Крутые ступеньки покрывал ярко-красный ковер. Сколько раз Ник поднимался по этой лестнице! Он поднимался как любимый сын своих родителей, как принц, а сейчас вынужден был красться.

Никого!

Тишина!

Дальше по коридору.

Ник оказался в своих покоях, нет, в покоях принца, тут же одернул он себя. Все выглядело как в тот день, когда он спешно бежал после своего дня рождения. Идеальный порядок, распахнутое окно, кресло перед камином.

На полочке была расставлена коллекция машинок, которые он собирал с самого рождения. Ник аккуратно снял с шеи алмаз, подарок императора и положил на полку, туда же где стояла маленькая белая коробочка. Он носил этот подарок почти два года, но так не разу и не воспользовался им. Теперь же Ника необычайно радовало это. Он не имел права пользоваться алмазом. Так же как и не имел право открывать коробочку, подаренную императором на день рождения.

Письмо для императора и императрицы, он поставил на столик. Рассчитав, что аковцы к нему не притронутся, а когда через пару дней Туан или еще кто-нибудь заметит этот конверт, то этого времени ему вполне хватит. Он уже успеет осуществить задуманное.

Больше в покоях принца делать было нечего, Ник вышел. Опасаясь встретить кого-нибудь, он решил воспользоваться самыми безлюдными коридорами, и выбрался в ту часть дворца, в которой еще не был прежде. На стенах висели картины древних мастеров, некоторые краски почти стерлись, но везде угадывались сцены битв и побед. Великие правители светлых магов, совершали победы над силами тьмы. И совершенно неожиданно взгляд Ника наткнулся на древний холст с надписью. Он остановился, словно его дернули за плечи.

Буквы на холсте вспыхнули, на один миг ослепив, словно возмущаясь, как это он пытался пройти мимо. Ник увидел девиз императоров.

Сила, благородство и забота о слабых.

– Я старался быть достойным, – пробормотал Ник и бросился прочь.

В этот вечер, вернувшись на базу, охотники мало разговаривали. Даже Темка предпочитал отмалчиваться и беспокойно ходил из угла в угол. Пожалуй, только Ольда с радостью ждала завтрашний день.

Ник вошел в свою комнату, сел у окна, и наблюдал медленную смену заката, ночной мглой. Через открытое окно тянуло прохладой, на темном небе выступили звезды. Он даже не стал высматривать самую яркую из них, чтобы просить помощи у Духа Великой Халявы. Нет, ему нужны будут собственные силы, немного удачи и серебристый порошок леди Доры. Там как раз оставалось две щепотки, на одну, утреннюю перевязку. Завтра будет последний день, когда ему понадобится этот порошок.

Завтра будет последний день, когда его беспокоит рана.

Завтра будет последний день…

Глава 29. Финальные состязания

Почему каждый раз, когда надо работать, я занят?

Фердинанд Воздушный

Утром, через два часа после рассвета, команда охотников вышла на стартовую площадку. Первым, как и обычно, шел Окс в развевающемся за спиной плаще, с гордо задранным квадратным подбородком. Он был доволен экипировкой команды, которую лично проверил перед выходом с базы, доволен достижениями на последних состязаниях, и доволен собой. Последней шла Константина, тревожно оглядывая команду, опасаясь найти какую-то ошибку, какое-то нарушение правил. Но опасения эти были напрасными.

Стоило лишь только ступить на газон, перед двухэтажным домиком, как навстречу вышел судья Виктор. В разноцветном судейском костюме с вышитым гербом: двумя чашами на одной из которых огонь, на другой вода.

– Ничему не удивляйтесь! – радостно сообщил судья Виктор и глубоко вдохнул свежий воздух, в котором разлился аромат цветущих растений. – Дивная пора! Можно даже услышать, как пчелы жужжат.

В поисках жужжащих пчел обернулись сразу все, но ни на цветущих кустах жасмина, высаженных возле высокого забора, ни над клумбами с тюльпанами, никаких насекомых не было.

– День сказочно хорош для испытаний, – добродушно продолжил Виктор. – Мы подумали, что вам и так на состязаниях сейчас достанется. Так вот и устроили тут праздник. Капитан, держи флаг своей команды. Проходите. Наставники, топайте на трибуны, вы свое дело уже сделали.

Касьян поднял высоко над головой серый развивающийся флаг, с которого взирал, словно собирался выпрыгнуть мудрый дракон. Команда охотников обогнула домик и вышла на стадион. Раздались приветственные крики.

Ник замер, и было от чего. Над стадионом развевались флаги, в воздухе то и дело вспыхивали трехмерные гербы команд. Все трибуны были заняты, не просто заняты, а заполнены до отказа и несколько гостей еще теснилось сбоку. На отдельной трибуне, под навесом, оберегающим от солнца и со столиком, на котором были выставлены напитки и фрукты, восседал темный князь. Рядом сидел Катар, он внимательно разглядывал прибывающие команды, будто кого-то ожидал.

Команда охотников выстроилась на своем обычном месте, напротив судейского стола. Остальные команды уже были на стадионе, их капитаны, так же как и Касьян держали флаги, которые развевались даже при отсутствии ветра.

– Рад видеть все команды в сборе, – в голосе Генриха Эдмундовича звучали приветственные нотки, от чего все происходящее казалось совершенно невероятным. Главный судья никогда не отличался добротой и приветливостью. – Понимаю, что задание, которое мы придумали для вас не простое и совершенно не безопасное. Поэтому я сделаю невероятное исключение, сейчас на полчаса я забуду про дисциплину. Команды могут общаться между собой или даже со своими друзьями и родственниками.

Две девочки из команды хворов сразу кинулись к трибунам, где их ждали родители. Один мальчик из команды хранителей стал мелкими суетливыми шагами обходить стадион. Несколько человек так и не сдвинулись с места, ожидая подвох в словах судьи.

На трибуне темного князя возникло непонятное оживление, послышался крик. Катар встал со своего места и, пройдя через весь стадион, чуть склонился в поклоне перед Ольдой.

– Я рад приветствовать самую красивую девушку, – сказал он.

Команда охотников замерла в немом изумлении. Те, кто решили поговорить с родными, и уже сделали несколько шагов к трибунам, замерли на месте. У Темки от удивления открылся рот, он просто дергал Ника за рукав, пытаясь что-то сказать, но так и не смог.

– Почему ты раньше не писал и не звонил мне? – спросила Ольда, изобразив обиду на лице.

– Я не мог, отец был против, – ответил Катар. – Он недолюбливает светлых магов.

В это время на трибунах темный князь недовольно морщился, глядя на своего сына.

– Ладно, – быстро согласилась Ольда. – Я тебя прощаю. И спасибо за валентинку.

– Я знал, ты догадаешься, что она от меня, – просиял Катар. – Желаю удачи в финальных состязаниях. Всеми мыслями я с тобой.

Катар поцеловал руку Ольде и отправился к трибунам, где недовольно сверкал глазами темный князь.

Ольда, повернулась к притихшим охотникам, она так и сияла от счастья.

– Я же говорила, что он меня любит, – сказала она. – Я всегда чувствовала это.

Никто ничего не ответил, от изумления все просто онемели.

– Я сплю! – пробормотал Темка. – Ущипните меня.

– Легко, – Ольда сильно щипнула ему плечо, едва не выдрав кусок рукава. – Хватит или еще? Ты больше всех смеялся надо мной.

Темка отошел в сторону, почесывая макушку.

– Может это такой хитрый ход темных магов, чтобы нашу команду ослабить, – пробормотал он. – Все в таком шоке, что никто теперь и состязаться-то не сможет.

И в самом деле, охотники очумело переглядывались. Кристина пыталась оправдаться за то, что нагадала Ольде несчастную любовь. Майя шептала что-то восторженное.

– Прощаю, – великодушно ответила Ольда, в ее голосе вновь звучала лень.

– Надо бы мне пойти, признаться Лафи в любви, – решил Темка. – Выведу из равновесия команду стражей.

– Или они тебя выведут из равновесия после твоих слов, – ответил Ник.

Наверное, Ник с Темкой были единственными из всех, кто так и не сдвинулся с места, воспользовавшись разрешением судьи, команды перемещались по стадиону. Понимая, что времени мало, каждый вдруг вспомнил, что у него куча вопросов, которые надо немедленно решить, и дел, которые следует тут же сделать. Хотя нет, еще один человек не спешил к трибунам, Наргис продолжал стоять возле флага своей команды, и чуть прищурив глаза, следил за остальными.

– Смотри, – Темка дернул Ника за рукав и стал тыкать пальцем в одну из трибун. – Он уже тут!

Одетая в легкое летнее платье на первом ряду сидела Индра, а рядом с ней сверкал белозубой улыбкой Фердинанд. Он помахал Нику, тот кивнул в ответ.

– Еще и злорадствует, – обеспокоился Темка. – Надо бы предупредить Индру, что Фердинанд предатель. А то он вечно за ней шляется. И вчера я их вместе видел, и на прошлой неделе, и вот опять он рядом.

– Не стоит, – покачал головой Ник. – Сейчас уже все решится. И будет ясно кто он такой. Но если… Если я не вернусь, тогда расскажи остальным про Фердинанда.

– Дариан, – кто-то дернул Ника за рукав.

Он обернулся и увидел Виру. Она выглядела еще более испуганной, чем раньше. Темные волосы, как и обычно, свисали на плечи. Босые ноги исколоты острой травой.

– Они ждут тебя. – Ее голос был едва слышен, губы дрожали от страха. Ее взгляд скакал с Ника на Темку, с Темки на Ника. Молящий, несчастный взгляд. – Они получили сведения о тебе, о том в какое Искривление ты пойдешь. Там тебя ждет ловушка. Откажись, ты знаешь, на кого работают браконьеры? На кого работаем мы?

– Знаю, – ответил Ник, глядя в большие испуганные глаза Виры. – Тебе лучше уйти, здесь не безопасно. Кто-нибудь может узнать тебя.

– Вот именно, мотай побыстрей, – согласился Темка, уставившись на Виру. – Вообще-то браконьеры это зло, но я помню, как ты нас спасла.

Вира отчаянно замотала головой, ее длинные волосы спутались еще больше.

– Откажись, уйди, спрячься, – взмолилась Вира. – Там тебе не спастись.

– Нет. Я не отступлю, – сказал Ник. – Мне некуда отступать.

Никто не заметил, как неслышной поступью подошел Наргис. Его лицо побледнело от ненависти, губы перекосились.

– На финал прислали браконьеров? – спросил Наргис, не сводя глаз с Виры. – Я помню как вы обошлись со мной, и не пощажу тебя.

– Остановись! – сказал Ник. Он протянул руку, чтобы взять Виру за плечо, но не стал этого делать. – Она просто пришла предупредить.

– О том, что собирается напасть? – Наргис, оглянулся и, заметив пробегающего мимо мальчика из своей команды, грубо схватил его за шиворот. – Бегом к судьям, скажи, что здесь браконьеры. Я прослежу, чтобы она не ушла.

На какой-то момент Ник встретил испуганный взгляд Виры, там была мольба о помощи. Не раздумывая, он полез в карман, достал самородок и протянул его Вире.

– Я не стану задерживать тебя, – сказал Ник. – Его должно хватить на одно перемещение. Умеешь им пользоваться?

Вира лишь благодарно склонила голову, сделала шаг вперед и исчезла. Наверняка прошла через несколько Искривлений.

– Где она? – в изумлении Наргис уставился туда, где еще секунду назад была Вира.

– Далеко, – ответил Ник.

Через стадион уже бежали к ним Виктор и Жанна.

– Как это произошло? – не мог прийти в себя Наргис.

– Неужели темные маги не изучают самородки для путешествий? – искренне удивился Ник. – Я дал ей такой самородок и она ушла.

Жанна и Виктор подбежали, и стали озираться по сторонам, словно надеясь увидеть не менее десятка браконьеров.

– Где? Где они? Не может быть, здесь не должно быть браконьеров. У нас другие планы, – спросила Жанна, внимательно разглядывая каждую травинку в радиусе пяти метров. – У нас планы не пускать сюда браконьеров.

Наргис ткнул пальцем в грудь Ника.

– Я расквитаюсь с тобой. Никто не смеет выставлять меня посмешищем. Я придумаю более жестокую вещь, чем заклятье страха, – пообещал Наргис и пошел прочь.

– Что? – спросил Ник, но ответ так и не услышал. В этот момент над стадионом прокатился многократно усиленный магией голос Генриха Эдмундовича.

– Разрешаю начать финальные состязания. Командам построиться в своем обычном порядке, – объявил главный судья.

Привыкшие к дисциплине команды успели выполнить приказ всего за несколько секунд.

– Как только будете готовы, можете подходить к судейскому столу, – продолжил Генрих Эдмундович. – Мои помощники проводят вас к воротам, ведущим в выбранное вами Искривление. Каждый из вас должен принести Золотые Кольца Свободы, охраняемые самым надежным образом. Времени вам даются одни сутки. Ровно! Ни на минуту больше.

Команда охотников, да и остальные команды тоже, стали недоумевающее переглядываться.

– Что это еще за кольца? – громко спросил Темка. – Мы же и не проходили такого.

И тут случилось самое невероятное, вместо того, чтобы назначить наказание, или разозлиться, Генрих Эдмундович растянул губы в улыбке. Казалось, что именно этого вопроса он и ждал.

– Вот это вам и предстоит узнать, – радостно сказал Генрих Эдмундович. – Первая часть задания, узнать, что это такое, а уж потом добыть и принести.

– А ведь в патруле что-то такое рассказывали, – вздохнул Темка. – И чего я в учебник не полез!

Недоумевающий шепот пробежался по командам, все стали вспоминать, что когда-либо слышали про Золотые Кольца Свободы.

– И кто же первый? – на этот раз в голосе Генриха Эдмундовича слышалось нетерпение.

– Я готов стартовать, – быстро сказал Ник, выйдя к судейскому столу. – Я выбрал Искривление Великого Разлома. В какие ворота мне пройти?

Глава 30. Ловушка на браконьеров

Если ты сам в себя не веришь, то не жди, что поверят другие.

Из кодекса охотников

Ник шагнул в предназначенные для него ворота, и оказался в темной прохладной воде. От неожиданности он нырнул с головой, но тут же выплыл. В нескольких метрах раскачивается на волнах лодка, приготовленная специально для него. Кто именно ее приготовил, судьи или браконьеры, Ник не знал. Он знал лишь то, что должен сесть в нее. Несколько взмахов руками и Ник перелез через борт.

Хмурое небо нависало над головой, будто грозя раздавить собственной тяжестью. Вокруг бескрайнее море, а впереди, куда стремительно поплыла лодка, огромной бесформенной глыбой возвышался Великий Разлом. Над ним сошлись грозовые тучи, промелькнул разряд молнии. Вокруг Разлома неистово плескались волны, с шумом ударяясь и разбиваясь на мелкие брызги.

– Все, как и заказывал! – усмехнулся Ник.

Пока все шло по плану, за исключением того, что у него больше не было самородка, который позволит сбежать от браконьеров в нужный момент. Единственное, что лежало в кармане, так это мелкая монетка. Не замечая, что лодка стала плыть еще быстрей, Ник вытащил монетку и посмотрел на выгравированный герб неизвестного мага. Может быть, он сумеет противостоять магии браконьеров, если не будет смотреть им в глаза и зажмет монетку в кулаке. В кулаке левой руки, которая пока что совершенно не беспокоила его.

В дно лодки ударило что-то жесткое, на мгновение Ник потерял равновесие и вынужден был вцепиться в борт. Было такое ощущение, что снизу лодку что-то толкало. Вода забурлила, волны все чаще стали ударять в борт. Он стремительно приближался к Великому Разлому. Который на сей раз не менял своих очертаний, он был похож на утес, торчащий из воды, утес над которым сошлись тучи. Высокие волны с силой ударялись об него и разлетались тысячами брызг. Ник подумал, что сейчас его затянет в сам Разлом, из которого невозможно выбраться живым, о чем неоднократно предупреждали. Лодка стремительно неслась к утесу, она уже попала в бушующие волны.

Внезапно наступила тьма, лодку Ника затрясло, он не мог увидеть, но слышал, что вода за боротом забурлила сильней.

– Добро пожаловать, – послышался вежливый голос Капитана. – Мы уже заждались.

И тут вспыхнул свет, засветился сам воздух. Ник поднял голову и помимо воли, посмотрел в темно-карие глаза Капитана, казавшиеся такими яркими, на его бледном лице. В тот же момент, Ник почувствовал, что мышцы сковывает уже знакомая магия браконьеров. Монетка, зажатая в ладони выпала на дно лодки.

– Это наше жилище, – сказал Капитан. – У тебя есть несколько минут, чтобы осмотреться.

Ник сделал шаг с лодки на широкую площадку, при этом лодка сильно закачалась, грозя перевернуться. И вот он уже стоит на растрескавшихся каменных плитах. Это часть Великого Разлома, или, как ее называли все учебники, эфемерная площадка. Площадка, приблизиться к которой считалось невозможным, магия Великого Разлома, обязательно должна была затянуть внутрь, но этого не случилось. Разлом оказался гостеприимен к Нику.

По краям площадки возвышались глыбы, росли чахлые деревья с синей листвой. Наверх по склону вели каменные ступени, поросшие травой. Повсюду журчала и капала вода. Ник с удивлением вдохнул запах свежей травы и дождя.

– Мы снова встретились у воды, – сказал Ник, которому вдруг эта ситуация показалась очень забавной. Все, на что он надеялся, когда строил ловушку на браконьеров, рухнуло. Сейчас начисто лишенный собственной магии и даже возможности двигаться, он находится в плену. – Вы должны избегать приближаться к воде, которая мешает вам колдовать. И вот здесь у воды, вы устроили здесь свой лагерь?

Рядом в бежевом деловом костюме возвышался Капитан, юноша с манерами старика. Осторожно, он вытащил из нагрудного кармана Осколки мечты, завернутые в платок, развернул и посмотрел на острые грани, после чего аккуратно завернул и снова убрал в карман. Ник попытался было дернуться, чтобы дотянуться до Осколков, но тщетно, сейчас он не управлял своим телом.

– От воды наша магия слабнет, – согласился Капитан. – Но не настолько, чтобы мы стали беспомощными. Тут мы получаем дополнительную защиту от нашего хозяина.

– Хаоса? – спросил Ник.

Если Капитан и удивился, то ни один мускул на его лице не выдал этого.

– Да, Хаоса, – сказал он. – Он скрывает нас. Здесь на эфемерной площадке, мы становимся невидимыми для прочих магов. Надеюсь, ты заметил разницу, в этот раз, при приближении к Разлому не было никаких неприятных потрясений. Потому, что ты шел сюда по приглашению, и магия Хаоса пропустила тебя. Согласись, что это очень удачное сотрудничество.

– Нет, не соглашусь, – ответил Ник. – Хаосу нельзя верить.

Капитан развел руки в стороны, продемонстрировав свои аккуратно подпиленные ногти. Ему и в самом деле было безразлично, как Ник относится к происходящему.

– Он заплатил нам вперед и весьма приличную сумму, – сказал Капитан.

– За что заплатил? Чтобы вы напали на «Шепот ветра»? – спросил Ник. Ему не столько был нужен ответ, сколько хотелось выиграть время. Ник перестал смотреть на Капитана, старался отвлечься, казалось еще немножко и он сможет пошевелить рукой. Сможет противостоять чужой магии.

– Ты имеешь право знать, что произошло, тем более, что уже ничего не изменишь. Отсюда не сбежишь!

Ник упорно избегал смотреть в глаза Капитану.

– Хаос приказал доставить к нему мальчишку, который должен был отправиться в Круиз, но Хаос не сказал, кого именно. Единственное, что мы знали, что ему нужен тот, кто побывал в его мире, – продолжил Капитан. – Сначала мы были уверены, что это ты, из-за твоего титула сумеречного охотника. Но потом оказалось, что и Наргис с Темкой тоже побывали в гостях у хозяина. Поэтому мне и пришлось сесть на «Шепот ветра», чтобы подслушать ваши разговоры и найти нужного.

– Но ты так и не понял, кто нужен, поэтому и взял в плен нас троих, – сказал Ник, разглядывая каменную площадку у себя под ногами. – Я помню ваш странный допрос.

– Признаю, допрос не был блестящим, – согласился Капитан. – Потом вы умудрились сбежать. Я так и не понял, как вам это удалось. И даже проникся к вам уважением. Человек, сумевший разрушить нашу магию, достоин уважения.

Ник встрепенулся, значит, Вира так и не сказала остальным, что это она помогла пленникам сбежать. Странно только, что никто об этом не догадался.

– Мы стали выслеживать вас по одиночке, – продолжил Капитан. – Пока, наконец, Хаос не указал именно на тебя. Он при помощи своей магии, несколько раз выслеживал тебя и отправлял нас по твоему следу. При помощи самородков, нам не составляло труда скакать через Искривления и уходить незамеченными.

Ник подумал, что странно, откуда у браконьеров могло быть столько редких самородков, что они постоянно перемещаются между Искривлениями. Но спрашивать об этом не стал, сейчас важным было другое.

– Один раз ты отпустил меня, когда провалился в расселину, – вспомнил Ник, ему наконец удалось слегка пошевелить рукой. Магия браконьеров слабла. Еще немного, и он сможет сделать шаг, сможет добраться до Осколков мечты.

– Я допустил непозволительную слабость, – резко ответил Капитан. – Глупое чувство благодарности. И уже через минуту, я глубоко сожалел об этом.

Послышалось шлепанье босых ног, Ник поднял голову и заметил Виру, спускавшуюся по каменной лестнице. Она легко обходила места, где каменные ступеньки потрескались, образовав щели с рваными краями, об которые так легко порезать босую ногу. Вира очень хорошо знала весь путь. На ее лице было написано отчаяние, огромные глаза смотрели только на Капитана, казалось, что Ника она и вовсе не заметила.

– Ты проявил слабость? – с удивлением спросила Вира. – Ты хотел отпустить Дариана?

– Это был минутный порыв! – сказал Капитан. – Забудь об этом. Больше никто из нас никогда не допустит такого.

Он отвернулся, давая понять, что разговор закончен.

– Больше никого и не осталось, – с болью в голосе ответила Вира. – Только мы вдвоем, и все. Остальных браконьеров уничтожил Хаос.

Капитан вздохнул, словно его заставляли подтверждать очевидные вещи.

– Не думал, что ты когда-нибудь вновь начнешь этот разговор. Мы браконьеры! Эмоции не для нас. Нам ничего не угрожает, пока мы справляемся со своим делом. Запомни, Вира, будь жестокой и беспощадной со всем миром, потому что мир жесток и беспощаден.

– Ты говоришь словами Хаоса, – сказала Вира.

– Что? – еще никогда в голосе Капитана не звучало столько удивления.

– Хаоса, существа, обозленного на весь мир, но не человека, – Вира покачала головой. – В тебе есть человеческие качества, но они есть и у меня. Мы с тобой рождены людьми. Знай же, я самая первая из браконьеров проявила слабость. Меня тоже должен уничтожить Хаос?

– Нет, – крикнул Капитан, в его голосе прозвучала враждебность. – Я еще не разу не видел, чтобы ты проявила слабость. Оставим этот ненужный разговор.

Ник невольно посмотрел на него, забыв обо всех предупреждениях. Капитан начал нервно прохаживаться по каменной площадке, и размахивать руками. В этот момент он больше не выглядел старым, это был обычный взбешенный юноша. Теперь в нем появилось больше человеческих черт, чем когда-либо раньше.

– Да, я проявила слабость! – крикнула Вира, по ее щеке скатилась слеза. – Ты все время носишься со своими идеями. Ты ненавидишь всех вокруг, но так же ты ненавидишь и меня и себя. Ты же мой брат. Ты обещал нашим родителям заботиться обо мне. Но для тебя важней всего твои идеи.

– Я всегда заботился о тебе, – сказал Капитан.

– Как? Я ношу старые вещи, я не могу ни с кем общаться. Иногда мне кажется, что я даже не знаю, как люди должны по нормальному разговаривать, – сказала Вира. По ее щекам уже безостановочно катились слезы. – У меня нет нормального имени. Вира! Вира – это денежное возмещение за преступление. Это наказание, но не имя человека. Я тоже не человек, я денежная мера.

– Ты лучше, ты браконьер, – Капитан сумел взять себя в руки. Он остановился и спокойно посмотрел на Виру. Глаза его снова были холодны, молодое бледное лицо казалось старым.

– Ты снова прячешься за это слово. Быть браконьером для тебя это самое важное. Это все, что нужно тебе. Ты и меня обрек на такую жизнь, не спросив, чего хочу я.

– Когда вырастешь, то поймешь, что так лучше для тебя, – ответил Капитан.

– Я и сейчас это поняла! – сказала Вира. – Я хочу вернуться к нормальной жизни. Я хочу попасть в общество. Дружить со своими ровесниками.

– Ты расстраиваешь меня. Эти вопросы лучше забыть навсегда, – сказал Капитан, он достал из кармана Осколки мечты. – Сейчас нужно замолчать, к нам идет Хаос.

Ник заглянул в темно-карие глаза Капитана и в тот же миг, почувствовал, как его вновь сковывает магия браконьеров, которую он почти смог разрушить.

– Снова твои дела. Ты не даешь мне жить! Ты отнимаешь мою жизнь, заставляешь делать то, что служит твоим интересам. Но ты и сам несчастен! – крикнула Вира. – Ты мой брат, но ты делаешь меня несчастной. Дариан мне никто, хуже того, мы заманили его в плен. Но он спас меня.

– Что? – спросил Капитан.

– Дариан спас меня, защитил, чтобы не набросились остальные маги, – ответила Вира. – Я поняла, что маги могут быть благородными, могут по-настоящему заботиться друг о другие. Могут любить друг друга.

– Нет! – какая-то эмоция мелькнула в голосе Капитана. Словно злость и отчаяние, слившись воедино, образовали что-то новое, доселе незнакомое и самому Капитану.

– Да, – ответила Вира. – Я не ошиблась, я полюбила Дариана, как только увидела его, когда его фотографии появились во всех магических газетах. Я не жалею, что помогла ему сбежать с «Оракула», что я, забыв про все твои запреты, пыталась предупредить его.

– Ты?! – Капитан смотрел на свою сестру так, словно увидел ее впервые.

– Да, я! – смело ответила Вира. – Мне не нужна та жизнь, которую ты приготовил. Я хочу себе другую судьбу. И тебе тоже.

– Мне не нужна другая судьба. Быть браконьером – вот мое предназначение.

– Лжешь! Лжешь не только мне, но и себе, – крикнула Вира. – Однажды ты отпустил Дариана, в тебе больше человеческих качеств, чем ты сам можешь это признать. Я хочу быть счастливой, наверняка и ты тоже этого хочешь. Не обрекай меня на ужас браконьерской жизни.

Капитан снова достал из кармана Осколки мечты, руки его чуть подергивались, когда он всматривался в острые стеклянные грани. Мгновенно промелькнувшая улыбка зажгла огонек в его темно-карих глазах, которые будто засветились на бледном лице.

– Уходи! – крикнул Капитан Нику. – Я скажу Хаосу, что отказываюсь от задания.

– Брат, ты серьезно? – спросила Вира.

– Я никогда не умел шутить, – ответил Капитан. Его тонкие губы слегка изогнулись, а карие глаза выражали такую иронию, что было ясно, он не шутит. – Пусть он уходит.

– Но Хаос не простит тебя, – сказал Ник.

– Я знаю, – ответил Капитан, он, не отрываясь, смотрел в Осколки мечты. – Хаос никогда не прощает ошибок.

– Идем со мной, – сказала Вира. – Мы убежим, мы спрячемся от него.

– Нет, я уже доложил Хаосу, что пленник здесь. Мне нужно встретить его, иначе не спасется никто, – узкие губы Капитана разъехались в кривой усмешке, что никак не сочеталось с наивным взглядом карих глаз.

– Он уже близко, – сказала Вира, взглянув в Осколки мечты. – Дариан, тебе не успеть. Никому из нас не успеть спрятаться.

Ник продолжал стоять на месте, он все еще ощущал на себе магию браконьеров.

– Осталось последнее средство, – сказал Капитан с таким видом, будто сейчас не решалась его судьба, а он в своем собственном доме рассуждал, из какой чашки будет лучше выпить чая. – Вира, держи, беги через Искривления. Я потом найду тебя, – Капитан протянул ей один из самородков.

Вира с сомнением взяла самородок.

– Быстрей, – поторопил Капитан. – Я не нарушу свое слово и спасу Дариана.

Вира сделала шаг в сторону, сжала самородок в руке и исчезла.

Капитан шагнул к Нику.

– Тебе уже не успеть, – спокойно сказал он, и неожиданно толкнул Ника в сторону. Тот по-прежнему не имея возможности пошевелиться, свалился прямо за каменную глыбу. Он больно ударился спиной и расшиб оба локтя.

– Неужели я опоздал? – послышался удивленный голос. – Где мальчишка. Где принц Дариан, которого ты обещал мне доставить.

Ник не мог видеть происходящее, каменная глыба скрывала, все творящееся на площадке.

– Я отпустил его, – сказал Капитан.

– Что?! – взревел Хаос.

Где-то высоко в небе чудовищным фейерверком блеснула молния. Ник услышал, как с протяжным треском повалилось несколько деревьев.

– Как ты посмел у нас с тобой договор. Я обещал тебе большую награду, и еще кучу всего чего ты хотел от меня услышать. Я тебе все пообещал, а ты обманул меня?

– Я вдруг вспомнил, что я человек, – сказал Капитан. – Договор расторгнут. Больше мы не работаем на тебя.

Наступила тишина, было слышно лишь сиплое дыхание Хаоса. Ник мог только догадываться, какое обличие он принял сейчас. Может, он даже явился не в виде человека, а какого-то монстра. Впрочем, Хаос никогда и не был человеком, он был существом. Жадным, отталкивающим существом.

– Где он? Где Дариан? – спросил Хаос.

– Там, где тебе его не достать, – спокойно ответил Капитан.

Послышалось шарканье, Ник догадался, что это Хаос размышляя, прохаживается из стороны в сторону.

– Ты помог ему сбежать. У тебя есть Осколки мечты, – вновь заговорил Хаос. – Я давно подозревал, что ты не тот. Ты стал слишком опасным. Мне не нужны опасные люди. Пора тебя уничтожить.

– Нет! – вскричал Капитан.

Ник слышал поступь его ботинок, Капитан отступал.

– Тебе не уйти, – зловеще прошептал Хаос. – Сейчас ты на себе испытаешь всю силу древнейшей магии. Заклятье гибели.

Хаос забормотал что-то неразборчивое. Ник с ужасом узнал древнейшее колдовство Хаоса, с которым сталкивался уже раньше.

Треск. Вспышка света.

Капитан вскричал от боли.

Послышался грохот падающего тела.

– Я ошибался, не так уж ты, Капитан и опасен. Отдай мне Осколки Мечты, – сказал Хаос. – Прощай, мне пора завершить начатое тобой.

Наступила тишина, и вдруг раздался слабый голос Капитана, Ник не слышал, что он нашептывает, но почувствовал, что невидимый кокон, сдерживающий его, вдруг исчез.

Ник выскочил из своего убежища.

Хаоса уже не было.

Капитан неподвижно лежал на каменных плитах. Его обычно бледное лицо, теперь казалось чисто белым, карие глаза уже не были такими яркими. Они угасали, как и угасала сама его жизнь. Грудь Капитана тяжело вздымалась, чтобы сделать вздох, казалось, на такое простое действие у него уходят остатки сил.

– Спеши, – слабым голосом сказал Капитан. – Тебе придется исправить мои ошибки. Сожми в руке, и ты сможешь пройти через Разлом или попасть в любое Искривление. Один раз, этот самородок сработаешь лишь один раз.

Капитан протянул руку, на которой виднелся самородок.

– Позаботься о Вире, светлый принц, – послышался слабый голос Капитана. – Твое благородство и сила, спасут ее. Обещай мне, что поможешь ей.

– Обещаю, – сказал Ник.

– Иди.

И Капитан закрыл глаза навсегда. Лицо его разгладилось, отпечаток страданий исчез, уступив место покою.

Глава 31. По ту сторону Разлома

«Потом» бывает не всегда, есть только «сейчас» и «НИКОГДА».

Из золотой книги мудрости

Ник сжал в руке самородок, и в тот же момент все изменилось. Мир вокруг завертелся с ужасающей быстротой. Деревья закачались, затряслись. Каменные глыбы дали трещины, посыпался мелкий песок. Звуки все нарастали и нарастали, пока не стали оглушать. Силуэты площадки помутнели, словно все скрылось за дымовую завесу. Замелькали расплывчатые тени.

Вместо каменных глыб и деревьев с синими листьями, Ник увидел перед собой сотни миров – Искривления темных и светлых магов. Достаточно сделать всего лишь один шаг, чтобы попасть в любое из них. В другой момент, Ника порадовала бы такая возможность, но только не сейчас. Ему нужен один, определенный мир, даже не мир, а логово, Искривление, где скрывается самый опасный враг всех магов. Существо, унесшее с собой Осколки мечты, тот единственный артефакт, который мог спасти Ника.

– Логово Хаоса, – пробормотал Ник и сделал шаг вперед. Ему не нравилось, что голос звучит слишком слабо. Силы стремительно покидали его, рана на запястье вновь разболелась. Но он был уверен в том, что не отступит. Ему некуда было отступать.

И вот впереди, образовался туннель. Тот самый легендарный туннель, проходить через который считалось смертельно опасно. Серый, заполненный туманом, он уводил куда-то вглубь. Туда, куда и смотреть-то было страшно. Ник чувствовал, что не хочет туда идти, вся его сущность противится этому. Слово «страх» было слишком слабым, чтобы выразить его чувства, даже слово «ужас», не отражало того, что он испытывал.

И он шагнул вперед.

Земля под ногами угрожающе тряслась. Свет то вспыхивал безжалостно ярко, то грозился потухнуть. С каждым шагом, туман вокруг становился более плотным. С каждым шагом в воздухе усиливалась вонь, смесь затхлого помещения и болота со стоячей водой.

Все вздрогнуло последний раз и затихло.

Ник неожиданно ощутил легкое иголочное покалывание кожи на запястье, и вдруг руку свела судорога. Голова закружилась.

Вокруг сплошной туман, можно разглядеть лишь происходящее в паре шагов. Но этого вполне достаточно, Ник увидел две самые важные вещи. Во-первых, туннель уже закончился. Во-вторых, перед ним на глыбе сидит существо. Существо в виде человека в деловом костюме с короткой стрижкой, с правильными чертами лица – приятная внешность. То, что это Хаос выдают лишь глаза, пронзительно-оранжевые глаза.

– Сидел я тут у себя, анализировал сложившуюся ситуацию, – первым заговорил Хаос, будто продолжал начатый ранее разговор. – И ведь знаешь, чего понял? Что я упускаю что-то. Для меня выход в Реальный мир и в ваши Искривления, очень опасен. Да чего уж там, я перестал даже туда выходить…

– И это хорошо, – не удержался Ник. Боль в руке проходила, сознание прояснялось. Мелькнула мысль, что идти сюда вот так без оружия, без подготовки, с раной на руке, было страшной глупостью. Он тут же отогнал эту мысль. Стоит лишь позволить размышлять так и он проиграет. Проиграет, даже не начав бой.

– Не перебивай! Я хочу закончить свою мысль. Так вот, для меня опасно выходить в ваши миры, но ведь для вас, для магов, попасть в мой мир, без моего дозволения просто невозможно. Верней, это я раньше так думал. Пока однажды не появился ты. Ты нарушаешь все мои запреты! Ты ходишь сюда, как к себе домой. Постоянно!

– Всего третий раз зашел! – усмехнулся Ник.

– Вот-вот, – возликовал Хаос. – Уже третий раз, а я волновался даже из-за двух предыдущих. Это что же получается?! Я что-то не знаю про магов? Или я что-то не знаю про тебя?

– Все может быть, – честно сказал Ник. – Я еще сам многое не знаю про магию. Да и про себя самого мне тоже не все известно.

– Пойдем, покажу кое-что, – внезапно решил Хаос. – Редкая вещь! У вас такого и не найти. Как там говорят маги? Лучше один раз увидеть, чем сто раз услышать. Вот ты сразу и поймешь, почему ты мне так интересен.

Он ловко спрыгнул с глыбы и пошел сквозь туман, который расступался перед ним, образуя узкий проход. Ник шел следом. Туман пульсировал словно живой. Откуда-то появилось чувство, что каждая его частичка таит в себе древнее зло, и выжидает момент, когда сможет напасть.

– Кстати, оцени, в этой части моих владений не был никто из магов, – хвастливо заметил Хаос. – Все, что находится здесь, видел лишь я один. Даже мои самые верные слуги не знают о том, что я здесь делаю.

– Я должен радоваться? – Ник старался, чтобы голос звучал уверено и чтобы походка казалась твердой. Хотя чувствовал себя словно мышь, попавшая в западню. В этом мире враждебно все. Он чувствовал, что стоит лишь дернуться, сделать одно-единственное неверное движение, как мир уничтожит его. Даже если бы он был полон сил и нес с собой целый арсенал оружия, это не помогло бы совладать с Хаосом.

– Нет-нет, я не предоставлю тебе повода радоваться, напротив, ты должен расстраиваться. Я люблю, когда все расстраиваются! Хочешь, интересную историю расскажу?

Хаос уверено шел сквозь туман, и даже чуть ли не подпрыгивал от переполнявших его эмоций. Не дожидаясь ответа, он продолжил:

– Нанял я этих остолопов, браконьеров, они тебя в плен захватили. Но они упустили тебя, да только во время побега ошибочку ты допустил. Такую ошибочку, которая помогла мне.

– Я допустил много ошибок, – просто ответил Ник. – Любой из них можно было воспользоваться.

– Нет-нет, – Хаос резко обернулся и изобразил на лице обиду. – Мы же решили болтать как приятели. Вон уже сколько мы с тобой знакомы. Так, что по правилам беседы, ты должен был спросить, что за ошибку.

– Что за ошибку? – повторил Ник.

– Ты поцарапался об Осколки мечты, – радостно пояснил Хаос. – Установилась связь, связь очень нестойкая, но это позволяло мне следить за тобой. Жаль, что я не мог наблюдать за твоими перемещениями постоянно. Но я, признаться, даже рад, как все получилось.

Ник не различал дороги, даже не знал, где он сейчас находится. Где-то посреди логова Хаоса, где-то, где нет и не может быть ничего правильного, ничего логичного. Плотный туман подступал со всех сторон. Лишь узкий проход, раскрывавшийся перед Хаосом, и смыкавшийся за Ником.

– Мы пришли, – тоном радушного хозяина возвестил Хаос.

Он замер перед толстенным стволом дерева, его ветви были надежно скрыты туманом. По валявшимся под ногами желудям, Ник понял, что это дуб. На стволе крепился золотой щит, его поверхность была отполирована, наверняка мелькни в этом мире хоть лучик солнечного света, он отразился бы от щита, ослепив своей яркостью любого. Но в логове Хаоса солнечного света не было никогда.

Сначала Нику показалось, что он видит в щите свое отражение, но какое-то странное, он отражался сбоку. Ник увидел свое перекошенное лицо, заметил, что на перебинтованной руке снова появилось пятно крови. И в этот момент, изображение исчезло.

– Вот видал! Опять оно так, – вскрикнул Хаос, таким тоном словно жаловался на испорченную игрушку. – Никогда не знаешь, когда изображение появится, а когда исчезнет. Представляешь, как обидно?

– Нет, – Ник покачал головой. Он пока не очень понимал, что все это значит.

– Злой ты, – Хаос сделал вид, что обиделся. – Это же специальный щит, чтобы наблюдать за тобой. Я следил за тобой почти год, но вот досада, видеть мог лишь урывками. Плохо работает, слишком маленькая у тебя царапина. Если бы она вдруг почему-то затянулась, мне бы и вовсе не удалось следить за тобой.

Ник схватился за левое запястье.

– Ну да, – закивал Хаос, заметивший это движение. – Мне просто необходимо понять, что же происходит. Кто же ты такой и чего в тебе такое особое, что ты уже несколько раз пробирался в мой мир, а потом целый и невредимый ускользал от меня. Жаль, что невозможно было наблюдать постоянно. И я даже перестал торопить браконьеров. Иногда я мог следить за тобой, а иногда целыми днями видел лишь чистую поверхность.

– Следить за мной, – Ник невольно поморщился. Хаос мог наблюдать, как он смотрит на Кристину, как несколько раз, будто случайно схватил ее за руку. Хаос мог видеть все его поражение, отчаяние, не раз охватывающее Ника.

– Вот как я забочусь о тебе, повесил щит именно здесь, где мне никто не помешает следить за тобой. Обидно лишь то, что самая главная задача так и осталась невыполненной. Я не понял, что за сила в тебе. Я не понял, какие возможности скрыты в тебе. Жаль, ведь моей задачей было именно это, узнать где граница твоих возможностей, – сказал Хаос. – Но зато увидел много всего забавного. Сейчас расскажу, и мы вместе посмеемся.

– Сомневаюсь, что это развеселит меня, – резко ответил Ник.

– Так и хорошо, – возликовал Хаос. – Если ты расстроишься, или даже заплачешь, я пойму. Обожаю расстраивать и доводить до слез. Так слушай, ты откуда-то узнал, что браконьеры всегда засылают шпионов к своим жертвам, и ты подозревал ведь всех подряд. И профессора своего Гиля. И судью Жанну. Ты думал, что они шпионы браконьеров.

– А это не так?

– Конечно, нет, Гиль и Жанна невиновны. В этот раз браконьеры работали без шпионов. Но ты этого не знал. Ты больше всех подозревал своего телохранителя. А он всего лишь влюбился в твою учительницу и пытался найти для нее свитки. Я даже специально несколько раз подбрасывал ему идеи, где эти свитки можно поискать. Он убегал в самый решительный момент, на тебя нападали браконьеры, а ты все валил на своего телохранителя.

– Фердинанд влюбился в Индру? – удивился Ник. – Но я слышал, как он говорил по ЗОСу, он собирался избавиться от кого-то.

– От своей привычки воровать! До чего же я веселился в тот момент. Фердинанд смотрит на Индру и у него такое глупое лицо делается, ты смотришь на Фердинанда и думаешь, какую ловушку он подстроит, – рассмеялся Хаос.– Да и еще у тебя лицо было очень забавное, когда ты строил планы. Размышлял, где же тебя подстерегают браконьеры, пытался сообразить, как же они следят. А следил за тобой я через этот щит. Я следил, когда ты выходил на состязания, когда ты сидел в своей башне. Или когда ты был в сокровищнице темного князя, сжимал в руках какую-то бусинку. В тот момент у тебя было очень забавное лицо. Что это за бусинка-то была?

– Черный жемчуг Алатына, – ответил Ник. – Жемчуг, показывающий истину.

– Ой, только не надо заливать! – усмехнулся Хаос. – У темного князя никогда в жизни не было такого жемчуга.

– Наргис сказал, что это жемчуг Алатына, – Ник умолк, понимая, как глупо звучат его слова. Наргис, мастер лжи что-то сказал ему, а он поверил. Вот почему Наргис был таким вежливым в тот день, он просто заманивал Ника в ловушку своей лжи. Но ведь если, это не был жемчуг истины, если Наргис заведомо подсунул ему что-то другое, то Ник мог увидеть… – Заклятье страха! Обычная жемчужина с заклятьем страха. Я увидел то, чего боюсь больше всего на свете, и принял это за истину.

– Как приятно видеть просветление! – фальшиво восхитился Хаос. – Так чего ты боишься больше всего на свете? Это я так, из любопытства спрашиваю. Поверь, за этот год я стал большим твоим фанатом.

– Не скажу, – Ник почувствовал, что губы сами собой расплылись в улыбке. Сейчас не смотря на опасность, он почувствовал себя необычайно счастливым. Все, что он увидел в сокровищнице темного князя ложь. У него есть семья, любящая его семья, он никогда не занимал чужое место.

– Э-э, так не пойдет, – обеспокоился Хаос. – Магам положено бояться. А ты светишься от счастья. Мне это глубоко противно, поэтому пора бы сменить стратегию. Я же не просто так трачу на тебя свое время. Все смотрю и думаю, что же такое в тебе особенное. Как ты уже несколько раз уходил из моего мира целым и невредимым? Почему тебе так везет? Простое везение? Магическое везение? Скрытые силы? Что?

– Я не знаю, – ответил Ник. – Просто каждый раз у меня не было другого выхода. Каждый раз за меня решали обстоятельства.

– Тут что-то не то, – Хаос покачал головой. – Знаешь, я, подглядывая за тобой, понял еще одну вещь. Такую странную и глупую, что долго просто не мог поверить в это. Ты всегда говоришь правду.

– Я ненавижу ложь.

– Да брось, ложь очень полезна, но я сейчас не об этом, – сказал Хаос. – Получается, ты и сейчас сказал мне правду. И ты сам не знаешь, почему тебе уже несколько раз так удавалось проникать в мое убежище, разрушать его и уходить целым и невредимым.

Хаос провел Ника дальше через слои тумана.

– Пожалуй, тут самое место, – он резко остановился. – Оглядись, это самое мерзкое из моих владений. И знаешь почему? Уж больно напоминает ваш мир.

В один миг туман вокруг исчез, словно его и не было. Они находились в большой комнате, казалось принадлежавшей современной квартире. Обои в синий цветочек. Паркетный пол прикрыт леопардовым ковром. Из мебели лишь диван, обитый настоящей кожей, стоявший посередине комнаты.

– Я тебя отпущу, да что там отпущу, я поступлю воистину милосердно, я позволю тебе вначале прикоснуться к Осколкам мечты, которые излечат твою рану, – сказал Хаос, мельком глянув в окно. В широкое окно во всю стену, за которым пламенел закат.

– Я не верю, – ответил Ник, почему-то он не мог оторвать взгляда от окна, что-то в этом закате ему не нравилось. Видно лишь небо, а значит, они находятся где-то очень высоко. Отсутствует даже столь привычный для мира Хаоса туман. Но все же закат слишком яркий и неестественный.

– Да что ты? Какая ложь? – отмахнулся Хаос, ногти на его руке были слишком длинными и больше напоминали когти хищного существа, которым он и являлся на самом деле. – У нас цивилизованная беседа.

Ник открыл было рот, но потом решил промолчать. Хаосу явно не нужен его ответ. Он уже очень давно задумал, как поступить, и теперь просто воплощает свой план.

– Я целый год следил за тобой, пытаясь понять, какая сила скрыта в тебе. Почему ты так легко уже несколько раз противостоял моей магии. Я нанял браконьеров, чтобы они доставили тебя ко мне, но ты легко сбегал от них. В общем, я так и не понял, что в тебе такое особое, какой силой ты обладаешь. А мне необходимо это узнать. Поэтому я придумал для тебя еще одно испытание! – продолжил Хаос. – Клянусь честью, оно тебе не понравится!

Ник кивнул.

– Назовем это сделкой или дружеской услугой! – предложил Хаос. – Ведь к человеку, который без спроса уже трижды зашел ко мне в гости, я могу относиться только как к другу.

Глава 32. Дружеская услуга

Оценки, которые ставят учителя, сильно отличаются от тех оценок, которые ставит жизнь.

Из золотой книги мудрости

– Пойми, я легко мог бы убить тебя прямо сейчас, – сказал Хаос. – Но тогда я не узнаю, какой силой ты обладаешь. Тогда я не узнаю, что помогало тебе уже несколько раз проникать ко мне в логово и уходить от меня. Поэтому я и придумал это испытание, мне нужно узнать обо всех твоих возможностях.

Ник ничего не ответил

– Так ты согласен на испытание? Если выживешь, то я тебя отпущу, – сказал Хаос. Теперь, он тоже не отрываясь смотрел в окно. Красное небо отражалось в его оранжевых глазах. – Это я чисто из вежливости спрашиваю, все равно у тебя выбора нет.

В этот момент Ник вдруг понял, что ему так настораживало в закате. Это вовсе не было закатом. Как же он сразу не сообразил, что в подземельях Хаоса не может быть солнца. По красному небу, плыли серые облака, они не отражали краски неба. Тяжелые облака на раздражающе-ярком небе.

– Согласен, – кивнул Ник. Он и сам чувствовал, как с каждой минутой сил становится все меньше и меньше. Он не может сразиться с Хаосом, он не может покинуть его Искривление, а даже если бы и смог, то без Осколков мечты, все равно не выжить.

– Ну и чудненько! – ответил Хаос. – Ты, как я погляжу, все любуешься дивным видом из моего окна. О, и я рад, что он тебе нравится. Да-да, подойди поближе к окну.

Отвесная стена уходила вниз, без выступов, без окон, без чего-либо еще. В этот момент, иллюзия, будто он находится в квартире, развеялась до конца. В этом жутком мире не могло быть ничего человеческого. Внизу был мертвый выжженный мир, он проступал через клубившийся туман. Даже через стекло можно было почувствовать его удушающий запах.

– Вон там внизу речка протекает, – сказал Хаос, указав скрюченным пальцем в окно. – Моя любимая речка, сам понимаешь, было бы слишком банально, если бы там была вода. Там смесь кислот с небольшой порцией яда. До чего же я обожаю это сочетание!

Только при взгляде на эту самую «речку» становилось не по себе. Она казалась невероятно широкой. Ее серая поверхность шипела, всплывали пузырьки газа. Шел едкий пар.

– Опаньки! – Хаос словно фокусник взмахнул рукой и прямо от окна, через реку образовался узкий мостик. Шириной не более двадцати сантиметров, перила отсутствовали. Он, чуть раскачиваясь, повис в воздухе, словно радуга, приподнимался вверх и опускался на противоположный безжизненный берег. – Так вот, твоя задача дойти до конца. И все. Доберешься до той горочки, и я тебя сразу отпущу.

– Всего-то? – Ник попытался придать своему голосу уверенность, которой вовсе не чувствовал. Мостик раскачивался над ядовитой рекой, сил на то, чтобы пройти у него почти не было. Да и он не ждал от Хаоса честной игры.

– Да-да, я прошу всего лишь такую малость! – возликовал Хаос. – Разумеется, я в любой момент могу махнуть рукой, и мостик исчезнет. Разумеется, в этом мире действуют мои законы. Разумеется, по пути для тебя приготовлено кое-что интересное. Но сам ведь понимаешь, я должен узнать границы твоих сил. Ради этого, я охотился за тобой целый год.

– Я понимаю, – ответил Ник. Такое испытание, или дружеская услуга, как предпочитал называть его Хаос, были совершенно невыполнимы. Условия по-прежнему оставались скрытыми, что произойдет, когда он ступит на этот мостик, Ник не знал.

– Ну-ну, довольно затягивать, мы тут уже пару часов болтаем, – сказал Хаос.

– Пару часов, – пробормотал Ник. Он вдруг вспомнил, что время в Искривлении Хаоса идет по другим законам. Здесь минуло пару часов, но там, в мире магов, прошло гораздо больше времени. Интересно, состязания уже закончились или нет?

– Достаточно медлить, перейди через реку и ты свободен, – в голосе Хаоса уже слышались нотки нетерпения.

Ник распахнул окно и ступил на тонкий узкий мостик, больше похожий на дорожку, раскачивающуюся в воздухе. Вдохнул зловонный воздух, пропитанный ядом и кислотой любимой речки Хаоса. Сам Хаос стоял по ту сторону в комнате с обоями в синий цветочек, и следил за каждым движением, словно банкир, наблюдающий за проведением платежей.

– Сам понимаешь, я вовсе не собираюсь жульничать. Это вовсе не к чему, потому что, до тех пор, пока ты не перейдешь реку, я и так могу менять условия, – послышался радостный голос Хаоса. – Я постоянно буду усложнять твой путь, ведь только так я смогу узнать границы твоих сил.

Ник замер на узком мостике, он хотел было глубоко вздохнуть, как учили их на зарядках и тренировках, чтобы очистить мысли и настроиться на непростое упражнение. Но тут же отказался от этого, такой воздух не стоит глубоко вдыхать, и так уже начинало раздирать ноздри.

Появились неприятные шипение и щелканье, звуки этого мира.

– Можешь пользоваться чем угодно, – голос Хаос звучал возле самого уха. – Магию можешь использовать и вообще все, что хочешь. Мне же нужно узнать, что в тебе такого особого. А тебе нужно живым дойти до конца мостика.

Ник создал вокруг себя защитную оболочку, хотя подумал, что она мало поможет. Неизвестно, чего можно ожидать от Хаоса, что предстоит преодолеть, пока идешь по узкому мостику. А если Хаос вдруг надумает столкнуть его вниз, то защитная оболочка долго не продержится. Да их учили плавать, не просто плавать, а выплывать в разных условиях в разных Искривлениях пространства, но там везде была вода. А здесь смесь кислот.

– Хорошо, что ты согласился на это испытание! – сказал Хаос. – Здесь понадобятся все твои силы, и я увижу, что же за магия поддерживает тебя. До тебя находились всякие там смельчаки, которые пробивались в мой мир, чтобы сразиться со мной. С ними я легко мог разобраться. Ты же слабей их всех, но дважды уходил безнаказанным. Мне необходимо это испытание. Начинай!

Ник старался его не слушать, и перестал смотреть вниз, чтобы лишний раз не видеть жуткую реку. Ее ядовитые пары растворены в воздухе и этого вполне достаточно, чтобы помнить об опасности. Сверху нависает пронзительно-красное небо, где-то далеко впереди бескрайняя пустыня, над которой клубится туман.

Сосредоточив все внимание на том, чтобы держать равновесие, Ник сделал первый шаг, затем второй и третий. Все это не так уж и сложно. Их учили не только магии, им давали физические нагрузки. Если сосредоточится, он справится. Если бы внизу была обычная река, он бы легко смог пройтись по этому мостику, всего за несколько минут. Вот и надо думать, что внизу нет ничего страшного. Еще один шаг, и еще.

– Неплохо, неплохо, – послышался из-за спины голос Хаоса. – Во как разбежался. Может, передохнешь.

Шипение, исходящее от реки стало громче, оно все нарастало. Ядовитый пар уже вовсю раздирал ноздри, с каждым вздохом проникал в легкие. Ник вынужден был остановиться и посмотреть вниз. Ядовитые волны на реке стали выше, поверхность забурлила, словно там образовались сотни мелких фонтанчиков.

– Я усложняю испытания, – возвестил Хаос. – Если волны станут еще выше, то они смогут прожечь твой мостик. Правда здорово! Бежать быстрей, ты не сможешь просто задохнешься. А если остановишься, то мост будет прожжен кислотой.

Ник пробормотал несколько заклинаний, выученных на тренировках и на уроках. Бесполезно, ядовитые волны вовсе не собирались утихать.

Послышался издевательский смех.

– Так-так, отлично! Магия тебе не помогает. Так что же еще ты можешь предпринять? Что еще есть такого в твоем арсенале?

Ник медленно пошел вперед. Стараясь не замечать происходящего, забыть про ядовитую реку, не думать о боли в кисти, не слышать насмешки Хаоса. Если этот путь и можно преодолеть, то только так, упорно двигаясь к своей цели.

Тут-то и раздался над самым моим ухом оглушительный хлопок и налетел порыв ветра. Ник дернулся всем телом и едва устоял на ногах. Он замер, стараясь удержать равновесии и переждать пока ветер поутихнет, однако ничуть не бывало: ветер хлестал, забирался под одежду, куртка развевалась как парусник. Ветер не несущий свежесть, лишь затхлые запахи этого мира и холод. Еще один налетевший порыв ветра, заставил Ника покачнутся. Сквозь оглушающее завывание, раздался довольный голос Хаоса:

– Вижу, что тебе не нравится! Ну же, я жду, что ты предпримешь.

Ник пробормотал заклинание, чтобы восстановить защитную оболочку, без которой уже давно бы свалился вниз. И попытался унять стихию, неожиданно вспомнив заклинание порядка, которому научил его Туан. И ветер утих, не исчез совсем, но значительно ослаб. Если бы было время и силы, Ник бы позволил себе немного постоять в изумлении от того, эффективной оказалась придворная магия.

Ник смог сделать еще несколько шагов. Он не оборачивался, чтобы разглядеть, что происходит позади, но не сомневался – до комнаты, в которой остался Хаос, уже разделяет приличное расстояние. Впрочем, до конца реки, было намного больше.

Рядом с узким мостиком Ника всего в трех метрах возник второй широкий мост, на который вышел Хаос. Вышел, чтобы наблюдать за Ником, за каждой секундой как он справляется с испытаниями.

– Ты должен был упасть, но ты не упал! – в голосе Хаоса сквозило и восхищение и недоумение. – Еще немного и я пойму, что за силы скрыты в тебе. Я пойму, то о чем не мог догадаться целый год.

– Что-то необычное есть в каждом.

Ник пошел вперед, так быстро как позволяли порывы удушающего ветра. Несколько раз он произносил заклинания, несколько раз останавливался, чтобы передохнуть. Сначала он ощущал рядом присутствие Хаоса, но потом перестал обращать внимание на фигуру в деловом костюме. Пусть тот прохаживается рядом по широкому мосту, пусть наблюдает. Все это Ник воспринимал краем сознания, главным было перебраться через реку. До конца оставалось уже меньше половины. Ник мельком взглянул на красное небо и увидел тяжелые серые облака, теперь уже казавшимися сгустками тумана, мчавшимися с ним наперегонки.

– Уж больно лихо ты поскакал вперед! – послышался возмущенный голос Хаоса. – Так не пойдет, мне это испытание нужно, чтобы как следует изучить тебя. Не так быстро, я еще не придумал, что сделать дальше.

Ник не стал ничего отвечать.

– Это уже грубость, – обиделся Хаос, вышагивающий рядом. – Я вот тут подумал, что пока не стану отпускать тебя. Останешься в моем мире, пока я до конца не изучу тебя.

– Нет! – Ник замер на месте.

– Почему же нет? – возликовал Хаос. – Какой мне смысл отпускать тебя?

Ник вместо ответа пошел дальше. Может Хаос испытывает его, может просто издевается – не важно, до противоположного берега реки осталось совсем немного. Узкий мостик Ника затрясся, по поверхности пошли трещины. Мелкие камешки начали откалываться, они летели вниз и с противным шипением исчезали в кислотной реке.

Рядом по удобному ровному мосту шел Хаос с любопытством разглядывая Ника, ожидая, что тот будет делать дальше.

Мостик пошел под наклоном вниз, всего десяток метров оставалось до выжженного берега, над которым клубился туман. Ник уже бежал вперед, камни вылетали у него прямо из-под ног. Оставались последние несколько метров, мостик рассыпался. Расставив руки, Ник прыгнул вперед, перелетел через остатки мостика и опустился на безжизненный берег. От сильного толчка он не смог удержаться на ногах и свалился на бок. Сделал кувырок, вскочил на ноги, ощущая головокружение.

Рядом с собой на этом берегу бурлящей кислотной реки, Ник увидел Хаоса. Деловой костюм, короткая стрижка, он ничуть не изменился, только теперь за его лицом проступало другое. Человеческий облик, словно маска был надет на Хаоса. Под этой маской таилось безумное существо, ненавидящее мир, ненавидящее магов, ненавидящее саму жизнь.

– Отлично! Аплодисменты, фейерверк и все такое, что вы там устраиваете в торжественных случаях, – сказал Хаос.

– Мне нужны только Осколки мечты и свобода, – ответил Ник. – Я прошел через испытание.

– Да брось, – отмахнулся Хаос. – Я уже намекал, что вовсе не собираюсь держать свое слово. Зачем мне это? Уж не думал ли ты всерьез, что я отпущу тебя? Ты справился с этим испытанием, я приготовлю для тебя другое.

Остатки мостика осыпались в реку и исчезли в ее глубине с противным шипением.

– Но у нас сделка! – напомнил Ник.

– Понимаю, понимаю, тебе нужно идти, тебя ждут друзья и все такое, – с фальшивым участием, Хаос зацокал языком. – Время-то у меня идет совсем по другим законам. Сколько дней прошло уже там у вас? Два дня? Три дня?

Хаос умолк. Ник вдруг осознал, что совершил страшную глупость, согласившись на испытание. Хаос не позволит ему прикоснуться к Осколкам мечты, чтобы вылечиться. И он никогда не выпустит Ника из своего логова. Сил теперь почти не осталось. Ноги тряслись от слабости, боль пульсировала в кисти.

– А сколько еще пройдет времени, прежде чем я позволю тебе прикоснуться к Осколкам мечты и выпущу тебя? – продолжал издеваться Хаос.

– Нисколько, – Ник покачал головой. – Ты не сделаешь этого.

– Угадал! – радостно вскричал Хаос. – Ты понимаешь, что ты никогда не уйдешь отсюда.

Ник кивнул.

– Я так и не смог понять границы твоей силы. Но понял кое-что другое – ты слишком опасен для меня. Опасен настолько, что я не позволю тебе вылечиться и не выпущу тебя отсюда, – Хаос перестал быть улыбчивым человеком, мелькнул звериный оскал, выдающий его истинную сущность.

Ник вдруг увидел как Осколки мечты, древний артефакт, вылетел из кармана Хаоса, и оставался лежать на земле, скрытый слоем тумана. Хаос этого не заметил. Еще не веря в свою удачу, Ник сделал шаг к нему. Надо лишь прикоснуться к артефакту, и он будет исцелен. Тогда уже можно будет думать, как сбежать из этого мира.

Надо только отвлечь Хаоса.

– Я потратил на тебя времени больше, чем на кого-либо из магов! – взревел Хаос. – И потрачу еще несколько часов, чтобы узнать, где находится предел твоих сил. Я устрою для тебя новые испытания. Ведь если я упущу тебя, то ты явишься сюда вновь. Само твое существование является угрозой моему могуществу.

Ник перестал слушать Хаоса, в этот момент он вдруг понял, что надо сделать, чтобы выбраться отсюда. Их целый год учили управлять водной стихией. В реке – смесь кислот и яда, можно попробовать ею управлять. Собрав остатки сил, Ник создал высокую волну. Хаос, стоявший спиной к реке, не мог этого видеть.

– Я больше не соглашусь ни на какие испытания. Мне нужна жизнь, мне нужна полноценная жизнь, – ответил Ник и пробормотал заклинание.

Волна с шипением обрушилась обратно в реку. Хаос в изумлении отскочил. Лишь на одну секунду удалось отвлечь его внимание, но этого хватило. Ник быстро нагнулся и схватил Осколки мечты.

Ник даже и сам не поверил, насколько просто получилось сделать это. Он сжал в руке Осколки мечты. Теперь он исцелен, первая часть плана выполнена. Осталось только найти способ сбежать из этого мира, сбежать от Хаоса.

Хаос повернулся к Нику, лицо его полыхало от ярости.

– Ты создал эту волну! Ты и сейчас сопротивляешься, – с угрозой в голосе сказал Хаос. – Ты без сил, ты в моем логове, но ты сопротивляешься мне. Воистину, ты еще опасней, чем я думал.

– Я просто люблю жизнь, – ответил Ник. – Люблю все то, что ты стремишься разрушить.

Хаос пару минут молча рассматривал Ника, Осколки мечты, которые тот скрывал за спиной, он не заметил.

– Я больше не стану устраивать для тебя испытания! Я передумал. Мне все это надоело, – сказал Хаос. – Я просто уничтожу тебя. Не будет тебя, не будет проблемы. Приготовься умереть.

Хаос поднял руки над головой, и принялся медленно раскачиваться из стороны в сторону.

Ник отступил на шаг назад. Он вовсе не собирался умирать и не собирался к этому готовиться. Его мозг судорожно искал выход. Ведь должно же существовать заклинание, чтобы противостоять. Должно же быть что-то, что поможет ему справиться с древнейшей магией Хаоса.

– Даже не пытайся ничего придумывать! У тебя ничего не получится, – усмехнулся Хаос. – Теперь я точно решил уничтожить тебя. Это заклинание гибели. Прощай.

Хаос нараспев пробормотал несколько непонятных слов на древнем языке. Из его ладоней вырвался луч света, направленный в Ника.

Ник чисто машинально, пытаясь защититься, выставил перед собой руки, в которых все еще сжимал Осколки мечты. Луч света угодил в одну из стеклянных граней, отразился от другой. Еще секунду и Нику показалось, что в его руках огненный цветок, по которому, играя, отражается световой луч.

Ник не понял, что происходит, но понял лишь то, что выжил, что в очередной раз сумел противостоять магии Хаоса. Ну, разумеется, древнейшей магии Хаоса, противостояла древнейшая магия Осколков мечты. Артефакт в его руках, спас ему жизнь.

Хаос взревел, пытаясь осознать, что же случилось, почему его жертва засветилась, вместо того, чтобы упасть без признаков жизни. Осколков мечты в руках Ника он по-прежнему не замечал, он видел лишь яркий свет в его руках, а затем яркий свет, охвативший Ника.

Раздался взрыв. Магический взрыв, образованный от столкновения мощных потоков магии.

Все исчезло в ослепительном свете. Ник закрыл глаза, чувствуя, что его оторвало от поверхности и отбросило куда-то в воздух. Единственной мыслью было, лишь бы не упасть в кислотную реку. Но вместо падения, Ник почувствовал, что его куда-то тянет, будто подхваченный порывом ветра, он летел куда-то через пространство.

Яркий свет исчез.

Ник вылетел из ворот. Он не понимал, какое это Искривление. Впереди высился дом. Шатаясь, Ник направился туда, сил едва хватило на то, чтобы подняться по ступенькам, и в этот момент входная дверь приоткрылась.

Глава 33. Свой путь

Лучше увидеть плохой сон, чем проснуться от чего-нибудь плохого

Чистая правда

Из-за двери вышел жонглирующий ножами Фердинанд. Его красный камзол из тонкого шелка был обшит серебряным позументом, а манжеты рубашки украшены тончайшими кружевами. Лучи восходящего солнца отражались от золотой серьги в ухе. Заметив Ника, он замер, рот приоткрылся от изумления, ножи попадали на крыльцо.

– Высочество? – спросил он, словно ожидал отрицательного ответа.

– Фердинанд? – Ник без сил опустился на ступени. – Где я?

– У меня дома. Около дома, если быть точнее. В Реальном мире. В деревне. На крыльце. На деревянной ступеньке, – пробормотал Фердинанд и, не подняв ножей, тоже сел. – Высочество, ты жив?

Ник неопределенно пожал плечами, но тут же почувствовал, как губы непроизвольно растягиваются в широкой улыбке.

– Жив! Конечно, жив! И буду жить долго и счастливо! – Ник весело рассмеялся. Усталость, напряжение, боль, страх, все схлынуло в один момент. – Обязательно долго и обязательно буду счастлив.

Ник сделал несколько глубоких вдохов, так что куртка на груди натягивалась, он дышал так, покуда не закружилась голова. В очередной раз он прошел через страшные испытания и сумел выбраться. Совершенно случайно, когда и надеяться было не на что, но он все же выжил. Свежий воздух Реального мира пьянил, глядя на голубое небо, можно было сойти от счастья. Восходящее солнце казалось самым сильным колдовством.

– Высочество, вы, где были-то? – наконец спросил Фердинанд.

– Подожди, – попросил Ник. – Сколько времени прошло?

– Прилично. Вчера состязания закончились, двое суток прошло, как вы со стадиона ушли, – сосчитал Фердинанд.

Ник кивнул, ни на что другое он и не рассчитывал. Финальные состязания он проиграл, только это совершенно не расстраивало.

– Расскажи мне, что произошло тут, – попросил Ник.

– Лады, только и ты потом расскажи, где был! – кивнул Фердинанд. – Ну, в финале первое место занял Наргис, потом кто-то из лекарей, третьим Касьян притопал. Он еще долго и нудно рассказывал, что Золотые Кольца Свободы нужно добывать у монстров, и как он сообразил, что, надев такое кольцо, можно освободиться от какой-то одной своей проблемы. Наргис посоветовал ему надеть кольцо, быть свободным и топать куда-нибудь подальше. Признаться в тот момент я поддержал Наргиса, уж больно Касьян всех утомил. Команда охотников в общем зачете заняла четвертое место. Ну не последние же и то хорошо.

– Дальше. Как там наши, как Темка и Кристина?

– Темка как на стадион явился, Золотое Кольцо на стол судье кинул и давай про браконьеров вопить, которые тебя в плен захватили, еще и на меня все пальцем тыкал, – сказал Фердинанд. – Судьи решили, что у него стресс. Стали его всякими настоями отпаивать. Потом хрясь, время-то состязаний уже миновало, а тебя все нет и нет. Император пришел, аж брови нахмурил. А тут на стадионе босая девчонка появилась. Сразу к судьям кинулась и тоже что-то про браконьеров бормочет, про Хаоса вспоминает, на которого эти браконьеры работать должны. Тут все и забеспокоились. Кристина и Майя расплакались. Они чего обе что ли в тебя влюбились?

Вместо ответа Ник закашлялся, а потом его губы непроизвольно прошептали имя любимой девочки.

– Так вот тогда, Темку наконец выслушали, и разослали поисковые патрули за тобой, – продолжил Фердинанд. – К Великому Разлому кинулись, да разве к нему подберешься! Там и буря и молнии и свет мигает. Магия искажается. Вобщем, не приблизиться туда. Поплавали вокруг, так ничего и не нашли. Я тоже искал-искал, вот сегодня с утречка заскочил в новый камзол переодеться и думал снова на поиски пойти.

– Что с Вирой? – спросил Ник. – Я обещал ей свою защиту!

– С босоногой-то? Так и защищайте на здоровье, – благодушно разрешил Фердинанд. – Ее сначала судить хотели, да потом дед Гордей вступился, сказал, что вначале нужно во всем разобраться. Правда, Наргис был сильно недоволен.

– Она под моей защитой! – повторил Ник. – Вира сказала правду. Я столкнулся с Хаосом, – и Ник рассказал про свою встречу с Хаосом.

– Так вот чего ты веселился-то, высочество, – понимающе кивнул Фердинанд. – Понятно, после такого можно сойти с ума от счастья. Взять сбежать из логова Хаоса, прямо из-под его носа.

Что-то больно кольнуло, Ник вдруг заметил, что до сих пор держит в руке Осколки мечты. В левой руке, рана на которой бесследно исчезла. А значит, исчезла угроза жизни, и еще значит, что Хаос больше не сможет наблюдать за ним через золотой щит.

– Мне показалось, Хаос не понял, что произошло, и куда я делся, – пожал плечами Ник.

– Конечно, он решил, что уничтожил вас! Что вы померли от его магии, а когда заметил свечение, то наверняка подумал, что вы, высочество, разлетелись на молекулы. Иначе бы Хаос стал вас преследовать, – уверенно заметил Фердинанд. – Небось, он так и не заметил, что у вас оказался его артефакт, который и защитил от его же магии.

– Наверное, – пробормотал Ник.

– Совершенно точно! Я пока свитки Ивана Мудрого искал, много чего начитался. Вам невероятно повезло, что от магии Хаоса случился магический взрыв, который вас сюда и выкинул.

– Магия Осколков мечты и магия заклинания гибели, они столкнулись, и произошел взрыв, – пробормотал Ник. – Хаос пытался убить меня, но от магического взрыва меня выкинуло из его мира. Я выжил благодаря этому взрыву.

– Ну, да, все как в книжках и написано, – согласился Фердинанд. – Реально, Хаос это не то существо, которое будет проявлять милосердие. Теперь оно думает, что избавилось от вас. Так что вам, высочество, ничегошеньки больше не угрожает. Ты, высочество, свободный человек. Только больше не ходи ты к этому Хаосу.

Ник и Фердинанд рассмеялись. Рассмеялись так, как могут смеяться счастливые люди, которым ничего не угрожает.

– Высочество, может, расскажете чего вы все из дворца-то бегали? – спросил Фердинанд. – Я уж и так и сяк прикрывал вас. А в один день вызвал меня к себе император и сказал, что, мол, ему известно, что принц не хочет во дворце появляться. И что император-то не возражает, коли, высочество захотело взрослым себя почувствовать. Только вот, что я следить должен за безопасностью.

– Отец знал, что я избегаю его? – удивился Ник.

– А как же! Император-то у нас шибко мудрый, он так лихо магией владеет. Но вмешиваться в ваши дела не хотел, хотел, чтобы вы, высочество, сами во всем разобрались, прошли свой путь, – сказал Фердинанд. – Но, кажись, он ничего про рану-то вашу не знал, и не понимал, почему вы так себя вести вдруг начали.

– Потому что я болван. Я поверил в обман, в отлично подготовленный обман Наргиса, – ответил Ник, и вдруг вспомнил еще кое-что. – Магические животные с Этапа Препятствий всегда слышат, что их зовут?

– Конечно, всегда слышат, – уверенно ответил Фердинанд. – Высочество, тут еще вот что, раз вас прямо ко мне магическим взрывом выкинуло, так получается, что это я вас нашел. Так я вас и во дворец отведу.

– Хорошо.

Ник закусил губу. Неужели все-таки, орел достался ему по ошибке. Почему же Флай не услышал его, не прилетел на зов.

– А, вспомнил, – Фердинанд хлопнул себя по лбу. – Магические животные всегда слышат призыв хозяина, а вот птицы-то могут ведь не услышать. Это так редко бывает, что никто и не упоминает никогда.

– Да? – встрепенулся Ник.

– Ага, если они залетают на седьмое небо, где законы магии действуют слабей, – подтвердил Фердинанд.

Ник позвал Флая и замер в ожидании. Уже через минуту в небе появилась темная точка, которая стремительно неслась вниз.

– Высочество, теперь позвольте, я отведу вас к вашим родителям. Должен же я доказать, что я лучший из элитных воинов, раз нашел вас, – Фердинанд озорно подмигнул. – К тому же, за ваше возвращение обещана отличная награда. К моей свадьбе это совсем не помешает.

– К свадьбе? – переспросил Ник.

– Ну да, Индра согласилась выйти за меня. Я уже и кулончики-неразлучники купил.

Орел сел на крыльцо, вцепившись в деревянные перила своими острыми когтями. Это выглядело так привычно, будто Флай всегда был рядом, словно он не отлучался.

– Во дворец, – решил Ник. – Только, прежде всего, мне нужно будет зайти в свои покои.

– Без проблем, организуем, – понимающе сказал Фердинанд.

Уже через какие-то полчаса они прошли ворота, ведущие в императорское Искривление, и очутились во дворце.

– Никому ни слова! – крикнул Фердинанд охраннику у входа. – Его высочество сейчас сюрприз будут подстраивать. Где император?

– В зале Восхода, – отрапортовал охранник. – Император только что вернулся во дворец, и снова собирается отправиться на поиски сына.

Ник бросился вперед по лестнице, преодолел несколько коридоров, не встретив никого на своем пути, кроме нескольких аковцев, старательно подметавших полы, начищающих окна и моющих зеркала. Он влетел в свои покои. Письмо для родителей все еще стояло на столике. Пыль вокруг была аккуратно вытерта аковцами, к самому письму, они, разумеется, не прикасались, их волновала лишь грязь. Туан же в отсутствие принца решил, не заходить в его комнаты.

– Понимаю, зачем понадобилось заскочить в эту комнату, – сказал Фердинанд. – Предлагаю воспользоваться камином, раз уж это такое неприятное письмо.

– Неприятное, – Ник кинул письмо в огонь, разведенный аковцами.

Ник надел на шею золотую цепочку с алмазом, подарок отца. И вдруг заметил маленькую коробочку, которую он отложил еще в день рождения. Тогда, когда не был уверен ни в чем. Ник открыл ее и не смог сдержать глубокого вздоха. На белоснежной подушечке лежала черная жемчужина Алатына, жемчужина истины.

– Ничего себе какая ценность! – присвистнул Фердинанд.

– Точно. Если бы я раньше знал, что здесь лежит! – согласился Ник и поставил коробочку обратно на полку. Сейчас он и без черного жемчуга узнал истину. – Пошли к родителям.

– С превеликим удовольствием!

Они быстро добрались до зала Восхода, где сидели император с императрицей. Фердинанд ухмыльнулся и первым заскочил в зал.

– Позвольте доложить, – Фердинанд отвесил изящный поклон. – Его высочество принц Дариан.

Ник шагнул вперед.

– Мама, папа, я же обещал, что всегда сумею найти дорогу домой!

Content

Елена Анатольевна Сухова
Сезон браконьеров

Глава 1. Поиск врагов

Глава 2. Дворец и другие неприятности

Глава 3. Золотая гавань

Глава 4. Верная примета оборотней

Глава 5. Сияющие воды

Глава 6. Провальный план

Глава 7. Никогда не допрашивайте оборотней и принцев

Глава 8. Вблизи от свободы

Глава 9. Возвращение

Глава 10. Необходимые меры защиты

Глава 11. Встречайте, его высочество и телохранитель его высочества!

Глава 12. Право на поражение

Глава 13. Алатын Глупый и Иван Мудрый

Глава 14. Предупреждение

Глава 15. Искривленная география

Глава 16. Сюрприз на день рождения

Глава 17. Сокровищница замка Варнал

Глава 18. Продолжение чудесного праздника

Глава 19. Они всегда возвращаются

Глава 20. Призраки и браконьеры

Глава 21. Мерцающие снежинки

Глава 22. Приемная мать

Глава 23. Элегантная магия, любовная магия

Глава 24. Хороших браконьеров не бывает

Глава 25. День всех влюбленных

Глава 26. Дикая охота

Глава 27. Дух Великой Халявы

Глава 28. Девиз императоров

Глава 29. Финальные состязания

Глава 30. Ловушка на браконьеров

Глава 31. По ту сторону Разлома

Глава 32. Дружеская услуга

Глава 33. Свой путь